Ленинград-61. Книга 1 [Игорь Яр] (fb2) читать онлайн

Ленинград-61 (Книга первая)

Вступление

«Завтра - это не следующий день, завтра - это когда не сегодня»

Тебе тридцать три, кажется, свершилось все задуманное: успешная работа, любимая жена, полный достаток и приятные перспективы. Все идет по плану, но внезапно налетает шквалистый ветер, распахнув окно и смахнув со стола тщательно разложенные листы твоей жизни. Едва успеваешь подхватить на лету один из них и внезапно понимаешь, там написано совсем не то, что хотел, и даже не твоей рукой. И чем старательнее пробуешь привести в прежний порядок раскиданные ветром страницы, тем дальше уходишь туда, куда указывает тот самый случайный листок. И тогда…Впрочем, не станем забегать вперед, итак, был весенний хмурый питерский вечер...

Часть первая. «На пороге неведомого»

Глава 01. Трамвай в Завременье

Понедельник день тяжелый, но вторник в этом плане не лучше. Судите сами, до конца недели остается почти столько же, а сделать за предшествующий день удается далеко не все. Если в среду срок сдачи проекта, остается одно, пахать, как папа Карло. Вообще, «переработка» в конторе не поощряется, начальство никогда не скажет: «Почему ушел, оставив «незавершенку»? Само собой, платить за излишнее усердие не станут, не успеваешь, твои проблемы.

Вчера неожиданно пришлось ехать за «простынями» чертежей, поскольку на приложенных «PDF-ках» надписи нечитаемы. Разумеется, сканера большого формата у заказчика нет. Мы подрядчик, поэтому заботы о получении материала лежат на нас. Еще и на курьеров фирма разоряться не любит, дурацкое правило, заказывай на предшествующей неделе! Вот и потерял полдня в пробках, со злости машину сегодня брать не стал.

Обычно все рассчитываю, строго придерживаясь графика, причем, собственного. Но пару раз случалось, вмешивались внешние обстоятельства, приходилось все бросать и терять время на ерунду. Поэтому и задержался почти до ночи, пока старинные часы в холле, от которых никак не могут избавить офис, пробили уже девять раз.

С сожалением оторвался от работы, с утра придется заново погружаться в тонкости проекта. А ведь так хорошо сейчас пошло, еще бы часок, и финал. Но жена уже не раз звонила, обещал приехать пораньше, не желая очередной перебранки. Хочешь, не хочешь, откладывай чертежи и справочники, выключай свет в кабинете и на выход, домой так домой. Компьютер оставляю в спящем режиме, к чему утром тратить время на запуск и поиск вчерашних материалов?

Раскатисто хлопнув дверью на пустом этаже, спустился на вахту, сдал ключи охраннику и поставил офис на сигнализацию. Вышел из душного помещения под привычную питерскую сырость. На улице оказалось не так уж и плохо, легкая морось, по нашим меркам почти сухо. Такси вызывать неохота, только время терять. Поэтому не торопясь пошел к трамвайной остановке, накинув капюшон куртки и засунув руки в карманы.

Что меня дернуло пойти к трамвайным путям, а не в метро, неужели только погода? Или просто не захотел спускаться в душную подземку? Ведь там, под землей, такое же качание пола под ногами, повизгивание тормозов, перестук колес на стыках. Разве что трели звонка в метро точно не услышишь, лишь нарастающий гул, выталкивающий пробку сжатого воздуха на перрон. Точно, захотел привнести хоть какое-то разнообразие в унылую мартовскую повседневность. Скучный вечер под моросящим дождем уже не так и плох, похоже, «минус на минус дают плюс». Позвонил жене, бодро заявил: «Натусик, скоро буду, грей ужин».

Вот и трамвай, как не обзывали его «устаревшим транспортным средством», ходили они гораздо лучше остального общественного транспорта. На удивление вагон оказался ничем иным, как одноглазой «американкой», раньше бегали по улицам города, видел такой в музее. С некоторых пор подобные старинные вагоны неторопливо раскатывали по экскурсионным маршрутам. А когда-то были главным транспортом на улицах северной столицы.

Как-то прокатились с Наташкой на похожем, но поменьше, двухдверном и двухосном. Нагрянула в отпуск кто-то из подружек с мужем, вот и подвернулся неплохой способ развеяться после застолья. Надо же, отреставрировали и запустили новый туристический маршрут? Только какие здесь достопримечательности, Выборгская сторона, выросла, как теперь принято говорить, из «промзоны», а проспект Энгельса вообще после войны застроили? Но владельцы этого бизнеса впустую деньги не вкладывают, раз сделали, значит, выгодно!

Насколько помню, экскурсии проходят только днем, этот так сильно задержался, развлекая туристов? Может, вообще, возвращается после киносъемки, такой «актер» в любом историческом фильме отлично смотрится. Красавец, четырехосный, с тремя большими дверями, даже издали дерево ярко выделялось на красном кузове с белыми полосами. При виде трамвая в груди словно завибрировало, машинально похлопал по карману, нет, это не виброзвонок смартфона.

Внутри трамвай ярко освещен, похоже, пассажиры или туристы присутствуют. А раз так, почему бы и мне не прокатиться, тем более, здесь линия одна, как раз мимо дома проходит. Но больше всего привлекла вывеска на борту, классно сделано, один-в-один, как раньше рисовали. Может и вообще оригинал, сейчас столько коллекционеров развелось, отыскивают диковинки и делают как новые.

Можно просто спокойно подождать привычный «двадцать третий» еще пару минут, не растаял бы. Но на этом тоже знакомые цифры маршрута за освещенными оконцами по центру и на боку. Даже если продолжается экскурсия, почему бы не присоединиться, два удовольствия за одну цену! И я припустил по сырому асфальту за притормаживающим перед остановкой трамваем. Заходить в такой положено через среднюю дверь, где кондуктор, это еще по музею помню. Там еще должна быть черта «один метр», тоже рассказывали, для бесплатного проезда детей. Когда-то ездили «не по возрасту, а по росту».

Уже совсем рядом с вагоном, но тот, не постояв и полминуты, зазвенел колокольчиком, собираясь отъезжать. Этот колокольчик все и решил. Сверху от проводов посыпались искры, трамвайчик медленно тронулся, заметив, что не успеваю, водитель открыл заднюю дверь. Мне осталось два шага, вскочил на подножку и вцепился в поручни, зажмурившись от яркого света. Лампы в потолочных светильниках самые обычные, не светодиодные, ничем не прикрытые. Вот уж точно «ретро»!

С шипением и присвистом захлопнулись створки дверей, прямо, как в детстве, только не в моем, виденном раньше в кино. Вопреки ожиданию, в салоне оказалось также промозгло, разве что не моросило, похоже, в старину отопление трамваям не полагалось. Правда, деревянная обшивка салона и лакированные филенчатые скамейки при слепящем сиянии потолочных ламп создавали подобие уюта. После уличной полумглы вагон кажется пустым, где же кондуктор, если это «ретро»? Да вот же он, на выгороженном месте за средней дверью, не какой-то современный экскурсовод, самый настоящий Ленинградский трамвайный кондуктор! Больше в салоне никого, лишь одинокая фигура у кабины водителя.

- Гражданин, Вам заднюю дверь открыли, проезд оплатить не хотите?

Вот как, оказывается, здесь не водитель управляет дверьми, а кондуктор! Молчание затягивать неприлично, пришлось топать по решетчатому полу к средней двери, стараясь не нарушить «правила игры». Не могу удержаться, разглядываю старомодную отделку салона, благо, из пассажиров, кроме меня, действительно только одна женщина, вернее, девушка в бежевого плаще, ботиках и берете.

- Гражданин, будем за проезд оплачивать или головой крутить?

Когда в последний раз такое слышал? Не смог сдержать улыбки, вот уж точно, «ретро» во всей красе. Кондуктор, женщина лет сорока, невзрачная, в старинной форме из грубой рогожки, ну, или отличной реконструкции. Надо же, даже ткань похожую нашли, и пуговицы с буквами «МПС». И прическа соответствует прежним временам, совсем не модная. Даже туфли на ногах кондуктора под старину, не новые, растоптанные. Но на что не пойдешь ради прибыльного бизнеса? Совсем добила потертая клеенчатая сумка на ремне с двумя рулончиками билетов. Да, молодцы, ребята, отличная работа.

А может, и правда, кино снимали? И сейчас как раз едут на «Ленфильм», поэтому спешат, не снимая реквизита. Стоп, ведь киностудия как раз в противоположной стороне! Скорее, гостиница рядом с трамвайным парком, на Большом Самсониевском. Снимать номера в центре города для артистов может себе позволить не каждая компания. Даже в моей конторе экономят на командировочных расходах, кто говорить про «киношников»!

Тут только до меня дошло, может, и сейчас снимают скрытой камерой, а я к ним в объектив попал? Если так, испортил кадр, пусть моя спортивная куртка не самая модная, во времена этого трамвая так не одевались. А уж джинсы, даже такого асфальтового цвет, тем более, туфли, точно не для деревянного трамвая.

Мои исторические экскурсы прервала очередная скрипучая фраза: «Гражданин, я жду!»

- Пожалуйста, товарищ билетер, - поддержал игру.- Я кондуктор, билетеры в «Мариинке»! – сердито ответила женщина.

Со смехом протянул заветный пятачок, что таскал как талисман в своем бумажнике со студенческих лет. Уже давно ни к чему, почему бы не использовать в подходящей ситуации? А кондуктор, ни слова не говоря, щелкнула железными шариками на рамке сумки, кинула пятак внутрь и оторвала синенький билет из рулона на ремешке. После протянула мне с приложенными к ним двумя копейками.

Ну, играть, так играть, ехать еще пару остановок. Положил билет в нагрудный карман, и присел на жесткую скамейку, продолжая не торопясь оглядываться. Впереди за перегородкой водитель, нет, как его, вагоновожатый! Тоже в старинной форме, в фуражке. И краем глаза кошу на девушку на лакированном реечном сиденье у перегородки. Смотрит в противоположное окно, не обращает внимания на происходящее в салоне. Тоже из артистов, или экскурсовод?

Ехать в таком трамвае, конечно, интересно, но не комфортно. Одно дело на экскурсии, с друзьями, может и навеселе, краем уха слушаешь рассказ экскурсовода. Другое возвращаться с работы в холодном дребезжащем вагоне, словно лет шестьдесят назад. И как это одинокая пассажирка не мерзнет в коротких ботинках? Вряд ли у нее под лавкой обогреватель, артистом порой не позавидуешь. Хотя ботинки у нее чистые, ни грязи, ни брызг, если артистка, то катается, не выходя, из дубля в дубль.

На мгновение показалось, что раньше встречал эту пассажирку, только в памяти не всплыла ни одна из моих знакомых дам. Уж слишком несовременно выглядят серый плащ по колено и забавный беретик на русых волосах. Впрочем, особо гадать не получилось, послышался голос кондуктора: «Мы в парк, Вам лучше выйти на следующей!» Словно очнутся, посмотрел, действительно, впереди моя остановка. Вернее, не совсем моя, просто здесь ближе всего к дому.

Вагон со скрипом и визгом притормаживает, хватаюсь за холодный хромированный поручень у двери, собираясь перед встречей с промозглой сыростью за бортом. Напоследок уже смелее взглянул на девушку, не скрою, привлекла красивая ножка в коротком ботинке. Странно-знакомый блеск, отразившийся от ламп на потолке и удивленный взгляд обернувшейся незнакомки…

Но вагон притормозил, почти на ходу выскочил, унося с собой прощальный взгляд пассажирки. Трамвай действительно свернул в сторону парка, его не видно не слышно. Ничего страшного, дождь почти прекратился, как же мало нужно, чтобы пришло хорошее настроение.

Глава 02. Атласные туфельки

Чуть не завис на лету в прыжке, ведь мне они знакомы, и этот взгляд, и этот блеск. Точно так же сверкали перламутровые пуговки на атласных туфельках той самой загадочной девочки из метро... Так вот почему заскочил в непонятный трамвай, теперь самому кажется, сразу заметил за окном ту самую «девушку из метро»! Да-да, точно, не ошибся, это она оказалась на вагонной лавочке, как же сразу не сообразил. Думал, узнаю даже со спины, пусть и после единственной мимолетной встречи. А вот и не узнал, хотя не раз вспоминал загадочную пассажирку подземного транспорта.

Случилось все в конце августа, в метро на «домашней» линии, уж не помню, по каким делам поехал в «подземке». Порой дела на работе складываются так, что нужно самому ехать за документами, не все переведено в электронный вид. Денег на курьера начальство жалеет, выкручивать на машине ради пары стопок документации совсем неохота. И для здоровья порой полезно пройтись, и личный контакт с заказчиком тоже многого стоит. Современные коммуникации, конечно, здорово, но когда вот так, глаза в глаза, многие вопросы решаются гораздо проще. Особенно, если где-то «накосячил», в моей сфере это порой случается.

Вот и решил ненадолго спуститься под землю, тем более, место назначения тоже недалеко от станции. Дело точно пустяковое, решил быстро, почему и не в памяти, переговорил и забрал бумаги с подписью. Довольный результатом, стоял на перроне в ожидании состава, поглядывая на таймер над жерлом тоннеля. Городскому жителю особо смотреть в метро не на что, поэтому не сразу заметил девушку в забавном наряде, мало ли кого в метро встретишь?

Подошел состав, выплеснув в открытые двери не очень бурный поток пассажиров. Обычно сажусь в последний вагон, эта девушка тоже направилась к последней двери. Переступая порог вслед за ней, первый раз и обратил внимание на забавную обувь. Почему смотрел вниз, не в лицо девушки, наверное, не хотел смутить своим любопытством. Она направилась туда, куда сам привык садиться, в крайнее место в углу. По этой линии ходили еще старые вагоны, не такие удобные, как современные, но какая разница ,на чем проехать несколько остановок? Еще в них оставалось что-то, дарящее ощущение детства и всего хорошего, что с ним связано, даже если вагон переполнен.

В хвостовом вагоне меньше всего толчеи, на мою удачу, напротив оказалась свободное место, без зазрения совести уселся, благо, инвалидов и пенсионеров рядом не заметил. Ехать несколько остановок, можно посмотреть новости, но смотрел на экран и ничего не видел. Потому что усиленно пытался рассмотреть незнакомку. Так бы не обратил внимания, у молодежи давно принято наряжаться «неформально», выражая принадлежность к движению или стилю. Подумаешь, платье с цветочками ниже колен, кружева на воротнике, на подоле, да и на рукавах тоже вписываются в «креативный» образ. Шляпка на голове в нынешнем сезоне тоже к месту, лето не по-питерски жаркое.

Тогда что так привлекло, не дало перевести взгляд обратно на экран телефона? Ее башмачки, иначе эти туфельки и не назвать, так несовременны. Как бы молодежь не выделывалась, но до обуви ее фантазии не доходили. Нет, нацепить на себя что-то вызывающее и даже уродливое, пожалуйста, никакого стеснения! Но у этой девушки самые обычные атласные туфельки, розовые, с бантиками и тремя застежками с перламутровыми пуговками каждая. Настолько не современные, что сразу притягивали взгляд.

Но выделялась не только башмачками, осторожно поднял взгляд на лицо, попутно не упуская фигуру. Вроде бы ничего необычного, волнистые темно-русые волосы по плечи, чистая кожа, розовые щечки, задорные голубые глаза, припухлые губки, слегка вздернутый носик. Ресницы, брови, все натуральное, просто не за что зацепиться. Мельком глянул на руки, на них тонкие перчатки, лайковые или просто дымчатые. С учетом постоянных эпидемий не удивительно, но без маски не очень эффективно.

Не решаюсь поднять взгляд, пялюсь на туфельки, на оборку платья. Несмотря на архаичность, смотрится мило, самое главное, ей очень идет! На следующая станции осмелился посмотреть дальше, на прикрытых юбкой коленках сумочка, в них не разбираюсь, вроде у Наташки похожая есть. К стенке вагона прижимает большой планшет, не тот, который гаджет, а такой, для эскизов. Несколько потертый, но солидный, кожаный, прошит толстыми нитками. Может, она студентка художественного, вполне может не «креативщица», просто одевается как модель для однокурсников. Уже смелее посмотрел на студентку, со второго взгляда не показалась менее милой.

Порадовался, что не смотрит в ответ, но удивило, казалось, она видит окружающее в первый раз, словно все в диковину. В том числе и я, в своей повседневной, казалось бы, самой обычной одежде, со смартфоном в руке. Вряд ли потому, что приехала из глухого места. Сейчас в самой дальней деревне одеваются покруче столичного. Любые девайсы доступны, что одежду, что электронику через интернет получить не проблема.

Все по отдельности не вызывает удивление, но если сложить, понятно, почему девушка так заинтересовала. Пожалуй, в театре ее облик не привлек бы внимания, вот только встретил ее в вагоне питерского метро.

Невольно пересекся с ней взглядом, надо же, молоденькая девушка, а взгляд взрослый. Еле заметная улыбка, не ехидная, не презрительная, просто добрая, дополняет задорное сияние глаз. Впрочем, сверкали и пуговки на ее башмачках, отражая свет от мелькающих за окнами фонарей приближающейся станции, или мне просто казалось? Не желая смущать девушку, посмотрел по сторонам, словно в поисках источника бликов.

Дурацкая мысль, если бы встретил ее в моем офисе, пожалуй, засомневался в стойкости моих семейных уз. Но сейчас ничто не мешало смотреть со стороны, мимолетная встреча в метро точно не получит продолжения.

Как обычно перед станцией, в вагоне мигнул свет, буквально на мгновение, но когда снова осмелился посмотреть на обаятельную незнакомку, ее место пустовало. Похоже, она успела подняться и стоит на выходе, закрытая от меня суетливыми пассажирами. Как ни надеялся еще раз увидеть ее на перроне, втиснувшаяся новая порция людей помешала хоть что-то разглядеть.

Ну вот, наказал сам себя, но не пялиться же на нее, еще не так поймет. Да мало ли таких перехваченных ненароком взглядов случалось в моей жизни, и ничего, забывал уже на первой ступеньке эскалатора. Примерно так и оказалось, разве что запомнил, на какой станции вышла.

Что-то блеснуло на рифленом полу. Да это же пуговичка с ее башмачков! Кто-то неосторожно потоптался рядом с девушкой? Почему-то захотел забрать, но вот так, прямо с пола на глазах у всех постеснялся. Сообразил, вставая с места, опустил сумку, вроде тяжело держать. А перед моей остановкой нагнулся, потянулся к ручкам и как бы случайно прихватил пуговку. Уже на перроне услышал:

⁃ Молодой человек, вы зря так делаете!

Что такое, неужели кто-то заметил? Жар прокатился по спине.

- Не стоит в нынешнем метро оставлять вещи без присмотра, могут и увести! – назидательно произнес пожилой мужчина «профессорского облика».⁃ Спасибо, впредь стану более внимательным, - сжимая свою добычу, боясь упустить, ⁃ раньше не так было?⁃ Прежде и похлеще случалось, «гопоты» хватало и карманников экстра-класса. Довелось по молодости служить в «Угро», так специальная бригада «оперов» по линии работала.⁃ Спасибо Вам!

Мысленно подгонял эскалатор, словно чем-то могло помочь электромоторам, и только на улице раскрыл ладонь. Вот она, моя находка, забавная пуговица, что-то вроде перламутра или жемчуга. В нижнем конусе отверстие, а вот верхушка затейливо огранена, семь боковых граней и множество на макушке. Разве жемчуг бывает граненым, что-то не припомню, впрочем, ни разу не специалист по камням.

Может, еще встречу на этой линии забавную девчушку, и смогу вернуть пропажу? Представил, как подхожу к ней и протягиваю камушек, а она смотрит и снова улыбается. О чем это я, от пуговицы к ее глазам, необычно ясным и манящим. Ведь давно женат и доволен браком, никаких романов и в мыслях не приходило. А вот запал в душу взгляд из-под шляпки незнакомки из подземелья... Не платьишко же с башмачками...

Забавный эпизод, не более, не часто приходилось проезжать этим маршрутом по будням. Но каждый раз почему-то начинал пристально вглядываться в пассажиров и смотреть в окна на «той» станции... Понимал, шанс встретить незнакомку еще раз ничтожен, но эта мысль засела и не собиралась покидать бедную голову. Наверное, скоро забыл бы мимолетную встречу.

Глава 03. Необычный теплый питерский вечер

От воспоминаний отвлек звонок следующего трамвая, встряхнулся и перебежал на тротуар. Удивился, всего пару остановок в холодном вагоне, а погода на улице ощущается совсем иначе! Мелкая морось так и висела в воздухе, куда бы она делась? Несмотря на кажущуюся сырость, на улице заметно приятнее, чем перед поездкой. Даже малейшего ветерка не ощущалось, вообще, казалось, заметно потеплело.

Асфальт и плитка мелким бисером отражали свет новомодных светодиодных излучателей на столбах. Зеленый, красный и желтый свет светофоров поочередно добавляли в эту палитру свое очарование.

На бульваре под деревьями вообще сухо, свет фонарей тускло вязнет в прошлогодней листве на аллее. Показалось, кое-где уже пробивается зеленая трава, что благополучно перезимовала и теперь словно поторапливает весну. Впрочем, это всего лишь следствие плохой изоляции отопительной системы. Может, от этого контраста дорогой и кажется такой яркой?

Питер очарователен даже запаздывающей весной. Хотя, когда это у нас она приходила вовремя, уж не говоря преждевременно? Здесь, на проспекте, хотя бы чисто, а вот во дворах до сих пор лежит грязный снег. Настоящие «коммунальные» дожди пойдут еще нескоро, так что надо радоваться тому, что выпала возможность прогуляться. И ждать не скорого лета, пусть привычно дождливого. Но и самое плохое лето в Питере лучше самой хорошей зимы.

В этот неожиданно изменившийся весенний вечер редкие автомобили словно тоже почувствовали мое состояние. Шум проезжающих машин кажется приглушенным, может, потому, что асфальт промок до последней крупинки? Вроде бы еще не так поздно, но привычный транспортный поток кажется обмелевшим.

Машины красиво расплескивают свет фар по мокрому асфальту. Даже лихач, внезапно свернувший на перекрестке, сделал это тогда, когда других машин рядом не оказалось, и он никому не мог испортить настроение, заставив нажать на тормоза и резко вывернуть руль...

Шурша шинами по асфальту, урча дизелями, отфыркиваясь выхлопом сгоревшего соляра, катили ярко освещенной маршрутки. Город продолжал выполнять свои обязанности, развозя по домам не пожелавших идти пешком даже в такой неожиданно хороший вечер, или кому просто далеко. Ну что ж, им не суждено прочувствовать мое настроение, придется самому за них радоваться. Тому, что оказался среди избранных, кто может позволить себе среди скопища урбанистических монстров почувствовать себя немного наедине с природой, пусть даже такой, закованной в мрамор, бетон и асфальт.

Полупустые автобусы продолжают отгонять редких прохожих, пассажиров внутри почти не видно, едут совсем, как такси. И близко не похоже на случающееся столпотворение на маршрутах по утрам или в конце рабочего дня. А всего-то десятый час вечера.

Скоро и мой дом, знакомая детская площадка в сквере по правую руку кажется сборищем дремлющих неведомых животных. Там пусто, никого нет, дети в это время не гуляют, не то, что мы в детстве. Но это полбеды, огорчает, что на лавочках вечерами не видно влюбленных парочек.

Теперь даже не представляют, что можно постелить на сырую лавку полиэтиленовый пакет с красивым рисунком, укрыться под зонтиком, сидеть, обнявшись, целоваться и допускать прочие вольности. В темноте аллеи, когда никто не видит, самое время этим заниматься. Но нет, такого удовольствия нынешним парням не испытать. Для них нет никакой радости, пойти со своей девушкой, шлепая по лужам, укрывшись капюшоном, держась за руки и краешком глаза посматривая, когда же подвернется укромное местечко.

Все это теперь заменяет пустая болтовня в сетях, мы в свое время обходились СМС и «аськой». Впрочем, «свое» уже отгулял, для безоблачного настроения хватает и небольшого приключения. Редко случается просто идти по вечернему городу, не думая ни о чем. Правильно сказано, в каждой поре свое очарование. Все же, как приятно шагать по мокрому асфальту в крепких башмаках, теплой куртке с накинутым капюшоном. Закалка закалкой, но с мокрой головой ходить не годится.

Большинство прохожих, видимо, испытывали такие же чувства, мало кто шел под зонтом. В Питере это обычное дело, под мелкий дождь выходят, не боясь промокнуть, все равно кругом сырость. Думаю, большинство, как сам, задержавшись на работе, торопятся домой, вряд ли кто-то вышел просто прогуляться перед сном. Разве что, в магазин, хотя давно привыкли делать покупки по пути с работы или вообще днем. Мало осталось коренных жителей, хранящих традиции. Да и кто теперь «настоящий питерец», если подумать?

Да, совсем по-весеннему тепло, может, поэтому настроение такое приподнятое. Или еще потому, совсем близко уютный дом, где ждет ужин, а после него теплая постель и ласки жены. А еще от мыслей о возможной встрече с забавной незнакомкой. Уж по такому приметному трамваю ее найти совсем просто!

Глава 04. Без вины виноватый

Первый раз пожалел, что дорога к дому такая недолгая, не против еще немного насладиться прелестями родного города. Пусть не совсем родного, но Петербургская сырость не это всегда плохо и противно. Пожалуй, надо почаще после работы прогуливаться, а то все офис да машина. В благодушном настроении подошел к парадной, попутно высмотрев свой «Ниссан» на стоянке.

Думаю, не стоит рассказывать Наталье, почему сегодня с работы заявлюсь такой вдохновленный. Она у меня девочка толковая, скорее, поверит, что запал на очередную новенькую в офисе, чем в неожиданную поездку на дребезжащем «ретро-трамвае». Ни к чему посвящать в тонкости, и так наверняка поругает, что без машины пошел под дождем, вымокнув, как цуцик. Уже десять лет она в Петербурге, но порой проскакивали малороссийские словечки.

Снизу звонить не стал, чтобы не беспокоить супругу, набрал код на домофоне, поднялся к себе на этаж. Чехол с ключами что-то сегодня не так звонко позвякивает. Непривычно легко воткнул ключ в щель замка, пробую повернуть, не получается. Что за ерунда, тяну за головку ключа, не поддается, никогда такого не случалось! Кое-как вытянул ключ обратно, потянулся к кнопке звонка, тут только дошло, ключ выглядит необычно.

По виду словно опустил в кислоту, и его разъело, на вид тоньше, все выемки словно «замылились». Поднес поближе к глазам, нет, не кажется. И пружинное кольцо выглядит скрученным из старой канцелярской скрепки, изъеденной коррозией. Остальные ключи выглядят не лучше, как и кнопка на чехле. Что за ерунда, ребята на работе подшутили, но ключи всегда при мне? Тем более, химиков среди коллег не наблюдалось, как и шутников. Завтра разберусь, не хочется портить настроение ерундой, жму на кнопку.

- Кто там?

- Это я, кто еще, не узнаешь? – за дверью послышался истеричный вскрик, перемежаемый плачем.

Но замок все же щелкнул, оставив меня в недоумении на площадке. Что могло случиться, неужели с кем-то из родных несчастье? Но жена точно живая, сам здесь, за дверью, может, с ее родственниками или моими что? Но тогда точно бы позвонили, со связью проблем не бывает.

Вопреки ожиданию, Наталья не ждала у порога, не видно и на кухне. Хочешь не хочешь, пришлось сначала раздеться, не хватало еще ругани за грязную обувь. Скинул ботинки, второпях не заметил, уж слишком легко расстегнулась куртка. Не умывшись, поспешил в зал, порой большая жилплощадь становится помехой. Наташу не застал, прошел в спальню, там и нашел, только не лежащую в слезах на кровати, а укладывающую платья и белье в свой «отпускной» чемодан.

Что еще за фокусы? Вопрос застыл на языке, настолько непривычно ее поведение. Раньше никогда себя так не вела, правда, и поводов не случалось. Что на нее сегодня нашло, понять не могу.

- Туся, что с тобой?

- Еще спрашивает, сволочь!

- Какая собака тебя укусила?

- Ты сам хуже любой собаки, скотина! - Наташка со злостью захлопнула дверцу шкафа.

- Наташа, честно не понимаю, что происходит?

- Ничего не случилось, просто муж на неделю пропал! Хоть бы позвонил, гадина! Теперь заявился, как ни в чем не бывало. Наглая рожа, это тебе так не пройдет!

- Какая неделя, полчаса, как с работы ушел!

- Да иди куда хочешь и к кому хочешь, - с не меньшей яростью вжикнула молнией чемодана.

- Наташа, давай разберемся, здесь какая-то ошибка.

- Ошибка, что как дура за тебя замуж вышла! Как мне мама говорила, как говорила, а я: «он не такой, он не такой!» Все, хватит, отпусти меня.

Так не разыгрывают, говорит, будто сама в это верит. Быть такого не может, но жена не тот человек, чтобы шутить. Уж чего, а чувства юмора у нее не избыток. Может, кто-то из нас с ума сошел?

- Ната, если меня не было неделю, то хотя бы проголодался? Смотри, даже щетины нет, как утром побрился. - похоже, любое мое слово только добавляло ярости супруге.

- Еще издевается, жрал, пил, спал где-то, а я тут с ума сходила! Полицию на уши подняла, всех знакомых и на работе. - она рванула мимо меня, чуть не прибив чемоданом.

Сказать, что ничего не понимал, будет мало, присел на кровать, что никогда в обычной жизни не допускал, и схватился за голову. Сошел с ума, переработал, или где-то головой стукнулся, нет, помню все, что со мной происходило. Нет, завтра сдаю проект, беру отпуск, иду проверяться по всем врачам! Из прихожей доносились звуки яростных сборов жены, реально собралась куда-то уходить, опять к маме? Такое случалось только раз, давным-давно. Нет, надо сразу разобраться во всем, пока дров не наломала, решительно поднимаюсь, оставив смятое покрывало.

- Наташа, ты успокоишься и мы разберемся, завтра вернусь с работы, обо всем поговорим.

- Какая работа, тебя уволили за прогул, ты провалил проект! Еще и неустойку сдерут, только это уже без меня! Да, если думаешь, что поеду к маме, сильно ошибаешься! - но, прочитав сообщение на телефоне, добавила, - завтра распрощаемся, сегодня ко мне не подходи!

Вроде бы успокоилась, прекратила истерику, а я не нахожу, что сказать, настолько все нелепо. Оставив чемодан в прихожей, Наталья закрылась на кухне, по шуму похоже, решила в одиночку выпить нетронутую с 8 марта бутылку «Мартини Асти» с мороженной клубникой…

Что она несет, какая неделя, у меня нет непринятых вызовов и не отвеченных сообщений! Пытаюсь что-то доказать, вытаскиваю телефон, он, как назло, не включается. От злости чуть не кинул его в угол, но вовремя остановился. Пусть и редко, но в таких случаях обычно сбегал в свою «кладовку-кабинет», на диван, сегодня придется так же.

Про ужин даже не думаю, стою в прихожей босой и ошеломленный. Для начала хоть тапочки одеть, да умыться. Пусть полы у нас с подогревом, но босиком ходить не привык. О чем это я, от меня жена собралась уходить под идиотским предлогом, а я про тапочки, простудиться боюсь…

Закрылся у себя, чтобы погасить злость, стал разбираться с телефоном, для начала воткнул «зарядку», без толку, экран не оживал. Смартфон, похоже, наглухо разрядился, еще штекер в гнезде болтается. Подождал минут десять, подергал, понажимал, не хочет оживать. Пришлось оставить до утра и искать старую кнопочную «Нокию», оставленную для походов и разных приключений, не жалко ни в лесу потерять, ни утопить в заливе. На ней и «симка» другого оператора, что лучше принимает в области.

Не приболел ли часом, голова что-то побаливает и в сон тянет? Нет, надо встряхнуться, привести себя в порядок, завтра на работу, чтобы там жена не наговорила, директор у меня нормальный. А если ошибаюсь, Бог с ним, работу найду, для начала надо разобраться, что со мной творится. Не могло ни с того, ни с сего такое приключиться. Алкоголем не злоупотребляю, тем более, середина недели, про что-то более тяжелое даже и заикаться не стоит. Но здоровьем надо заняться, для начала просто провериться.

Диван раскладывать не стал, скинул одежду на стул, вытянул плед и забылся под кружащие перед глазами картинки минувшего дня. Но видел почему-то большие синие глаза незнакомки из трамвая в обрамлении сияющих звездочек…

Наутро жена демонстративно поднялась раньше, меня словно не замечала. Зато пересекаться с ней ни в ванной, ни на кухне не пришлось. Есть особо не хотел, едва сжевал бутерброд, кофе тоже не взбодрил, уже на самом деле думаю, вчера меня здорово «протянуло». Может как раз под моросящим дождиком, хорошее настроение зонта не отменяет.

Если честно, вечером не очень поверил сказанному Натальей, мало ли что со злости жена наговорит. Но после того, как уехала на работу, прихватив с собой чемодан с вещами, уже ничему не удивлялся. Даже то, что не вызывала такси по «Яндексу», как обычно, а откликнулась на звук незнакомой прежде мелодии, не очень расстроило. Когда все сыплется, на отдельные мелочи не обращаешь внимания, хотя уход супруги это не мелочь...

Напоследок не выдержала, пожелав мне веселых выходных «с моей дурной шмарой». Почему дурной, это понятно, какая еще со мной свяжется, по Наташкиному разумению… Какая «шмара», не мог же проторчать у неведомой любовницы, и ничего не помнить? Смех смехом, принимая душ, на всякий случай посмотрел, нет ли следов бурного общения, ничего похожего! И точно не с алкашами неделю бухал, не синяков, ни других последствий пьянки не обнаружил.

Смартфон окончательно сломался, даже «симка» снаружи облезла, пришлось воспользоваться старой трубкой, «городских» телефонов в квартирах давно не осталось. Номер директора помнил на память, лучше предупредить, чем сразу столкнуться глаза в глаза. Вот тут меня ожидал очередной удар.

- Слушаю, кто это?

- Артем Степанович, это Сергей…

- А что это ты звонишь-то, - даже не ответив на мое «доброе утро», удивился шеф.

- Да вот, что-то с гаджетом, - чем-то его тон не понравился.

- Спи дальше, куда тебе торопиться?

- У меня проект на выходе, сегодня завершу до обеда.

- А смысл, ты его провалил полностью, почему и уволен за прогул еще на прошлой неделе.

- Как уволен, за что? Я же вчера только...

- Ну, ты и наглец, прогулять неделю и после этого звонить, как ни в чем не бывало? - и шеф нажал отбой.

Ничего себе, они что, сговорились, до первого апреля еще сколько времени! Машинально глянул на старинный перекидной календарь. Точно, это все глупый розыгрыш, на окошке алюминиевого корпуса уже апрель! А ведь вчера до конца марта оставалось несколько дней! Но с чего вдруг такой розыгрыш, в чем провинился? И как директор мог договориться с Натальей, они виделись только раз, на корпоративе?

Ко всему на джинсах сломались сразу и молния, и пуговица. Опять странности, словно оставил сырыми надолго, металл погрызла коррозия, как и ключи. Чему удивляться, Китай есть Китай, хотя покупал как фирменные… Проблемы нет, запасная одежда имеется, чистая и выглаженная, в этом Наталья безупречна. Спустился во двор к машине, что за ерунда, с автомобильными ключами та же история, что и с домашними. Снова использовать общественный транспорт не хотелось, просто опоздаю, пришлось подниматься за запасным комплектом.

Глава 05. «Ultima sententia»

Мелочные на первый взгляд хлопоты не давали сосредоточиться на главном, кто же так жестоко подшутил надо мной? Из-за дурацких мыслей добирался до работы раза в два дольше, пожалуй, пешком потратил бы времени не намного больше.

Когда не сработал магнитный пропуск на вахте, уже не удивился. Скорее всего, банковская карта тоже повреждена. Хорошо, «наличку» не перестал в бумажники таскать, может сегодня еще пригодиться.

Прошел к своему боксу под удивленными взглядами коллег, словно увидели покойника или привидение. Заместитель директора, обсуждавшая что-то с новенькой сотрудницей, прервала разговор и проводила меня глазами. Зайдя к себе, удивился непривычно пустому столу и отключенному компьютеру. Зачем это делать, обычно оставляем в спящем режиме, вдруг кто-то работу с вечера не завершил?

Только собрался нажать кнопку на «системнике», кто-то дотронулся до плеча. Это «замша», меня вызывает шеф, наконец-то все разъяснится. Секретарша Ирочка тоже вытаращилась на меня, ни слова не говоря, подняла трубку прямого телефона.

Похоже, моих объяснений никто не ждал, вина налицо, приговор окончательный. Протянул с завершением до крайнего дня, срок контракта провален, сам пропал. Поскольку подобного от меня не ждали, доступ к материалам, кроме меня, никто не имел. На объяснение, что оставил компьютер в рабочем состоянии, директор только махнул рукой. Произошел сбой электропитания, компьютер перезагрузился, а пароль, в отличие от других, под клавиатурой не записывал, даже в рабочем блокноте не оставил.

Последствия предсказуемы, пришлось срочно передавать задание другим сотрудникам, отрывая от своей работы, чтобы минимизировать потери за неисполнение контракта. Избаловал начальство, выполняя задания в срок, оказался бы разгильдяем, наверняка нашелся кто-то в курсе моих дел, а так сам стал жертвой своей привычки.

Директор прозрачно намекнул на два варианта выхода из ситуации. Или компенсирую компании понесенные убытки и остаюсь на прежнем месте, но уже без режима максимального благоприятствования. Или ухожу к чертовой матери по соглашению сторон, поскольку увольнять за прогул компании обойдется дороже. Не потому, что боятся обжалования в суде, не хотят терять имидж. И так уже из полиции приходили, осматривали место, откуда пропал вечером. Получается, Артем Наташку не обманул, хорошо зная меня, понимает, на первое не соглашусь.

Шеф не стал продолжать дальше, подвинул ко мне стопку бумаг, прижатую трудовой книжкой, и отвернулся. Под трудовой приказ об увольнении и прочие обязательные бумаги. Только собрался открыл рот, как наткнулся взглядом на передвинутый квадратик даты на календаре. При виде простых букв, складывавшихся в не менее простое слово «Апрель», в голове зашумело. Лучше сейчас ничего не говорить, собрал документы со стола, и вышел из кабинета.

Спорить не стал, напоминать, что уже год без сисадмина и каждый сам занимается безопасностью своего компа, бесполезно. Работать здесь после всего точно не смогу, особенно, если окажусь дураком и влезу в финансовую кабалу. Мало морального удара, так еще три месяца работать за «спасибо»? Это мне кажется, что кто-то сошел с ума, а вокруг все считают, это именно я такой. Бывшие коллеги и так уже смотрели, как на ненормального.

Мои вещи, оказалось, уже собраны в коробку из-под писчей бумаги, да и собирать особо нечего. Кофе мы пили из автомата, сладости при необходимости брали из другого, так что пара личных справочников, праздничная кружка с моей физиономией, блокнот с записями, флотская лупа в медной оправе и пара флешек. Настроения прощаться, тем более, что-то говорить коллегам, не было абсолютно. Кинул безликое «до свидания» и спустился вниз.

Может, на самом деле провериться у психиатра, и при необходимости полечиться, вроде бы есть специальные санатории? Денег пока хватит, в Новый год получил неплохие бонусы, и рассчитали меня, как положено, без обмана.

Забросил коробку с вещами в багажник, не зря взял машину, предстоит заехать в банк, заказать новую карту, а потом навестить салон сотовой связи. Пусть настроение никакое, дела за меня никто не решит.

Мастер сильно удивился, пытаясь извлечь сим-карту из гнезда, едва вытащил из корпуса, как и память.

- Вынужден огорчить, телефон ремонту не подлежит. Случайно не в энергетике работаете?

- Даже близко не соприкасаюсь.

- Не удивляйтесь, но телефон в микроволновке не оставляли?

- С чего вдруг? – стараюсь сдерживаться, хотя на языке вертелось: «Не совсем дурак, такие глупости делать».

- Металл словно после сильного индукционного поля, сами гляньте, стекло и пластик вроде целые, а все контакты и крепеж повреждены.

- Оплавились? - почему-то припомнилась теплая волна, сквозь которую проскочил, выпрыгивая из трамвая.

- Больше похоже на разрушение микроструктуры, рассыпается при прикосновении. Причем в мельчайший порошок, даже следов не остается. Пришлось по столу пылесосом пройти, не хочется дышать такой гадостью. Как еще аккумулятор не протек!

- Дорого заменить?

- Проще выбросить и новый купить, не осталось ни одного целого элемента, дорожки рассыпались, процессор и детали на клею держатся, - мастер посмотрел на меня с таким подозрением, словно я извращенец-смартфонофил.

- Сколько с меня?

- Тестирование стандартно, пятьсот рублей, если оставите аппарат в коллекцию, то бесплатно.

Мелькнула было мысль, Наташка решила отомстить, и действительно засунула телефон в микроволновку, но тут же угасла. Ведь поломался еще на улице, жена к нему даже не прикасалась. Оставил бездыханный кусок пластика и стекла озадаченному мастеру, и пошел к машине.

Запустил мотор, но так и не двинулся с места. Слова мастера упали на подготовленную почву. Куртка осталось без замка на молнии и без кнопок, на джинсах вообще все зубцы искрошились. Про пуговицу и клепки уж молчу, не мог же сам вечером со злости сломать. Хорошо, ношу «тактический» поясной ремень, с пластиковой пряжкой, а то пришлось бы шлепать со спущенными штанами.

А причём тут «пластиковый»: что хочу этим себе сказать - взаправду попал в электрическое поле? Так в первую очередь сам должен зажариться, как цыплёнок-гриль! В технике приходится разбираться, работа обязывает. Не могло такого случиться в старом трамвае, и по маршруту нет высоковольтных ЛЭП, а завод «Светлана» уж сколько лет как снесён и застроен. Нет, только не трамвай, это смешно, как и напряжение в трамвайной сети. Просто бред, не буду пока про это!

Заставил себя встряхнуться, это не с металлом что-то не то, а, с моей головой. Даже если попал под удар электричеством, где пропадал это время? И ради чего устраивать такой цирк, ведь очнулся целый и здоровый, вдобавок накормленный, вымытый и побритый. На всякий случай не помешает проверить, не набрал ли кто на меня кредитов, тем более, все равно в банк собирался.

По крайней мере, со счетом все нормально, заказать карточку в филиале моего банка не заняло много времени. Особенно, когда показал старую и поведал, что случайно забыл в микроволновке. С телефонной картой пришлось подождать, но зато теперь снова с основным номером.

Покупать новый телефон не торопился, пока со старым похожу, все равно контакты потеряны. Хорошо сохранил привычку записывать самое важное в блокнот, не доверяя даже домашнему ноутбуку. Хотя если честно, почти сразу пожалел, что восстановил связь.

Придя в себя, видавший виды аппарат буквально застонал от уже почти забытых звуков принимаемых СMС. Пожалуй, получится восстановить половину контактов. Сообщения похожие, «звонок от такого номера не принят», «звонок от такого номера не принят». И куча сообщений от жены и с работы,несколько просмотрел, дальнейшее желание сразу отпало.

Так и сидел в машине напротив салона, размышляя, куда поехать, время около полудня, непривычно так рано оказаться без дела. Вот и первый звонок, номер знакомый, моя Наталья. Пока еще моя.

- Наконец-то дозвонилась, хочу предупредить, меня не жди.

- Когда приедешь от родителей?

- С чего решил, что к ним уехала?

- Куда же еще?

- После твоего предательства не хочу тебя видеть! Знай, тебе отомщу, уже отомстила. Дальше посмотрим, но готовься к разводу и тебе не помешает побывать у психиатра. Пока не принесешь справку, домой не вернусь, не хочу проснуться задушенной или зарезанной.

- Наташа, вообще-то не похож на Отелло, - даже сейчас подумал, как же она проснется зарезанная? Но возразить мне не дали.

- Помолчи хоть сейчас, «пропащий во времени»! Неси справку, иначе разговаривать не стану, все.

В трубке послушались гудки, не сразу смог нажать «отбой». Чего-то похожего ожидал, но все равно опешил. В голове глупая мысль, почему справку от венеролога не потребовала? За что хвататься в первую очередь, искать новую работу, пройти обследование, или просто поехать домой напиться?

С работой можно не торопиться, пока могу подождать месяц, а то и другой. Толк от работы, если окажется, что могу без причины вырубиться на неделю, и даже не заметить? Хотя сейчас «удаленка» стала популярной, мне все же удобнее работать рядом с материалом, порой это принципиально важно. Тем более, с такой профессией нужны рекомендации, не сказал сразу, моя специальность технический переводчик с немецкого языка. Работаю с документацией любого уровня, это совсем не то, что художественный перевод. У нас важны не чувства и ощущения, а точность и знание технических процессов, хотя бы основных. Само собой, требуется владеть терминологией различных отраслей, порой знать профессиональный сленг.

Мои сомнения прервал очередной звонок, оказалось, беспокоит отдел полиции, уголовный розыск. Не сообразил сразу, причем тут я, как строгий голос, представившийся капитаном Петровским, попросил заехать с документами в связи заявлением жены о моей пропаже. Поскольку «пропащий» объявился и «заявитель», то есть, Наташка, известила об этом полицию, необходимо закрыть материал. Сроки подходят, лучше не затягивать, иначе придется заводить розыскное дело и потом прекращать. Хоть какая-то определенность, подождал окошка в потоке и вырулил на дорогу.

Глава 06. Один, совсем один

Заскочил домой за паспортом, и тут понял, ужасно хочется есть. Утренний бутерброд давным-давно растаял, раз уж дома, хотя бы нормально пообедаю. Вот только холодильник особо не порадовал, на опустевших полках ни супа, ни второго блюда не наблюдалось. Похоже, Наталья прошедшую неделю совсем не готовила. Мышь в холодильнике пока не вешалась, но уже близка к этому. Раньше-то забот не знал, готовить жена любила и, главное, умела.

Поскреб по сусекам, особо порадовать себя не смог. Пельменями не баловались, что-то жарить и варить нет настроения. Покрошил на сковородку остатки колбасы, приготовил яичницу. Наверное, надо было заскочить по дороге на бизнес-ланч, но представил, как ищу парковку, как обычно, отсутствующую в нужном месте, решил, что время дороже.

Собрал документы, что имелись, паспорт, диплом, а водительское удостоверение и так всегда при себе. Что еще, военный билет, свидетельство о браке, медицинскую страховку? Не раздумывая, просто сунул все в сумку, чем быстрее разделаюсь, больше времени останется на другие дела

В отдел пропустили не сразу, записав данные паспорта в журнал, дежурный сержант дождался, пока капитан ответит на мой звонок, затем перезвонит уже ему. Выслушав, как пройти в нужный в кабинет, потопал по еще не вытертому ламинату. Признаюсь, в полиции первый раз, удивил интерьер, не хуже, чем у нас в офисе. Похоже, не так давно устроили реконструкцию, еще пахнет «евроремонтом».

Надежды на короткий разговор не оправдались, мною занялись серьезно. Мое странное отсутствие, кроме домашнего скандала и увольнения с работы, повлекло прочие последствия. Жена, измученная ожиданием, сообщила в полицию. Неожиданно меня объявили в розыск сразу, не выжидая положенного времени, наверное, стражей порядка удивили обстоятельства пропажи.

Для начала полицейский удостоверился, что перед ним Сергей Михайлович Митрин собственной персоной. Затем задал несколько вопросов, вроде бы все по существу, похоже, я не первый, кем ему приходилось заниматься. По голосу понятно, доволен, что «пропащий» нашелся так быстро. На мой вопрос, почему бы сразу не закрыть тему, ответил, положено проверить, вдруг человек действительно подвергся нападение, и что-то скрывает. Может, меня шантажируют, вымогают деньги или вообще произошло похищение. В таком случае, дальше разбирательство пойдет вне розыскного дела.

Пришлось ответить еще на множество вопросов, порой казавшихся идиотскими. Не обижался, понимал, так положено, вот и рассказывал, почему в тот вечер задержался на работе, почему не вызвал такси, и какой дорогой шел после трамвая. Выслушав мою историю, Петровский покачал головой и посоветовали признаться жене, где на самом деле пропадал все это время.

Когда же продолжил настаивать на своем, капитан стал выяснять, где меня могли опоить по дороге. От такой постановки вопроса сам слегка засомневался, но потом решительно заявил, даже воды из кулера перед уходом не пил. Прочие вопросы тоже наводили на мысль, что оперативник отрабатывает версию неудавшейся по каким-то причинам криминальной истории, возможно, с целью ограбления.

На это есть, что возразить, пришел домой в целости и сохранности, не считая молнии и пуговиц, ничего не пропало, деньги со счета не снимались. Капитану зацепиться не за что, вместе пришли к выводу, раз пришел домой не побитый, не ограбленный, без следов опьянения, полиции здесь делать нечего.

- Хорошо у Вас вышло, устроить внеочередной отпуск на неделю и сухим из воды выйти! – не выдержал Петровский, закрыв папку с материалами и отодвинув от себя.

Сначала вспыхнул, но вовремя остановился, со стороны смотреть, так оно и есть. Мужик загулял, ничего не смог придумать, кроме нелепой «отмазки» и держится этой версии с дебильным упорством, хотя ему никто не верит. Да и как поверить, не бывает такого.

Подписал оба листа моих объяснений, и договорились, что в пятницу снова заеду, еще раз пообщаемся и материал закроют. Оказалось, Наташу тоже вызвали, она приедет в конце рабочего дня.

Выйдя из отдела, не знал, куда податься, много чего наметил, но сделать сегодня уже не успею. Время пятый час, может, больше не дергаться, просто ехать домой? Похоже, желудок со мной солидарен, напоминая, не прочь перекусить. Что за ерунда, весь на нервах, а аппетит не исчезает, чем дальше, тем сильнее. Правда, и пообедал кое-как.

Надо куда-то заехать за едой, кафе на время придется забыть. Неизвестно, когда новая работа появится, счет у меня не бездонный, в кредит жить не привык. Вдруг предстоят расходы на врачей, лекарство, еще и на адвоката, если супруга не раздумает разводиться. Так что заскочу в «Перекресток» или «Ленту», что первым по пути окажется. Возьму чего-нибудь готового, там есть, из чего выбрать.

В обед выбрал остатки в холодильнике, единственное, чего дома с избытком, это алкоголя. Бар заполнен и в холодильнике несколько бутылок. Не то, что законченный выпивоха, в основном подарки, больше всего от Мишки, хорошего приятеля. Когда-то сказал: «Не надо магнитики на холодильник дарить», так после каждой поездки обязательно бутылку из «дьютика» привозит. А ездит он много и в разные страны. По крайней мере, насчет выпивки можно не волноваться, что она мне потребуется, уверен наверняка.

Голод самый плохой советчик, похоже, набрал лишнего, больше половины тележки. Зато потом можно не отвлекаться на магазины, если дела пойдут неважно. Не проблема в багажник закинуть, и дома лифт работает. Непривычно заходить домой, когда тебя никто не ждет, да еще с тяжелыми пакетами. Кое-как распихал покупки в холодильник и шкафы. Не переодевшись, только помыв руки, оторвал ножку от копченой курицы, капнул на нее кетчупа. Недолго думая, налил треть бокала виски из холодильника, разбавив колой. Прекрасно знаю, все это вредно, но сейчас надо взбодриться.

Притащил на кухню ноутбук, прихлебывая коктейль, принялся за план на завтра. После пары глотков ситуация показалась не такой отчаянной. Сначала удалось записаться на диспансеризацию в клинику неподалеку от дома. Замечательно, можно пройти за один день. Затем выбрал не слишком дальнего психолога, отзывы вроде приличные. Так и просидел до вечера, не заметив, как от курицы остались одни косточки, а бутылка «Джонни Уокера» наполовину опустела. Самое забавное, что опьянение не почувствовал ни на градус.

Зря радовался, что с ужином можно не беспокоиться, около девяти вечера снова потянуло на кухню. Налил бульонную кружку чая с сахаром, чего давно со мной не случалось. В придачу два здоровенных бутерброда с ветчиной и зеленью. Даже посмеялся, если так дальше пойдет, все деньги на еду спущу! Но настроение заметно улучшилось, не зря говорят, стресс надо заедать.

Между тем приходили мысли, может, действительно где-то провалялся неделю без сознания и ничего не ел? Сейчас почему-то не хочется ничему удивляться. Снова завалился спать в своей комнате, не решился лечь в спальне. Что-то удерживало занять законное место на супружеском ложе, тем более, супруга в данный момент может... Нет, не стану продолжать, мало мне забот? В конце концов, ее можно понять, почти похоронила меня и тут заявился, довольный и веселый!

Да и вообще, она же сказала про развод. Не хотелось об этом думать, но мне должно быть все равно, с кем она сейчас. Но как же тяжело признать, что давно сложившаяся жизнь разваливается, как карточный домик. Может, оно и шло к тому, просто сам не замечал? Или не хотел замечать, что наши семейные узы это заботы о квартире, машине, отдыхе, сексе, наконец… И друзей общих у нас по сути нет, и с родителями общаемся по одиночке. Про ребенка Наташка до тридцати лет и слышать не желает, «ни к чему тратить лучшие годы на пеленки и подгузники!»

Только как ни объясняй себе закономерность разрыва, как ни говори, что мой «провал» лишь повод, а не причина, все равно больно даже подумать, что Натка сейчас с другим… Но что мне делать, не поступать же, как она? Только жена искренне считает, что «мстит за измену», представить не может, что муж способен исчезнуть где-то, кроме чужой постели. И то, не исключаю, и правда уехала к родителям, а мне солгала, чтобы сильнее досадить.

По правде, Наталья ревновала меня всего лишь к одной женщине, моей бывшей подружке, уже давно замужней. При всех пылких чувствах в свое время не сложилось, и не сказать, по чьей вине. Но почему в памяти до сих пор слова Светы на прощание: «Сережик, ты мой телефон помнишь». О чем это, никаких Светлан, по крайней мере, пока все окончательно не решится!

С такими мыслями попробуй заснуть, еще бы забыть, что ровно сутки назад заявился домой после той самой поездки. Весь день не разрешал себе даже подумать о мимолетной встрече с девушкой, после которой все и произошло. Нет, она точно не виновата, дело во мне, будь все хорошо, даже и не подумал бы смотреть не то, что в ее глаза, даже на застежки ее туфелек...

Зря вспомнил, не выдержал, снова поднялся, добрался до бумажника. Вот он, кармашек с клапаном, под ним тот самый камешек. Почему-то, ощутив пальцами мелкие грани, почувствовал спокойствие. Мне точно надо к психиатру, еще не хватало всяких амулетов и талисманов! Я и в церковь не хожу, хотя крещеный. Тем не менее, пошел в зал, и достал из мебельной стенки Наташкину шкатулку для рукоделия, отыскав катушку суровой нитки. Прикинул длину, отрезал, едва просунув кончик в отверстие на камешке. Вспомнил детство, как на уроке труда обмусоливал нитку, забавляя соседку по парте.

Повесил камешек на шею, оказалось, совсем не царапает кожу, несмотря на огранку. Уже не удивился, что почти сразу заснул. Ну и пусть это самовнушение, все лучше, чем ворочаться от бессонницы. Мало того, что быстро вырубился, до утра грезились широко раскрытые голубые глаза.

Спалось тревожно, похоже, немного приболел после трамвайной поездки. Ломило суставы, пробивал пот и стучало в висках, но проснулся нормально, без каких-либо симптомов. Похоже, или все приснилось, или просто переел на ночь.

Глава 07. «… Есть недообследованные!»

Поначалу даже испугался, услышав сквозь сон непонятную музыку. Надо же, забыл мелодию будильника на старой «Нокии», специально такой поставил, пробудиться в путешествии при любой степени усталости, если совсем честно, проснуться с любого похмелья. Что не говори, наши мужские забавы, типа рыбалки и походов в залив, да хоть выезд на пикник просто попытка возвратиться в безмятежную юность. Когда хотелось казаться взрослым, держа одной рукой бокал и обнимая девушку другой. Самое смешное, во взрослой жизни все это доступно, но уже не так интересно.

Все же правильно решил, подели с тем же Мишкой бутылку на двоих, с утра разбудил бы не телефон, а головная боль. Сейчас, проснувшись, никакого похмелья, даже вчерашнего голода не почувствовал. Уже неплохо, похоже, мое недомогание все-таки от нервов. Особенно торопиться ни к чему, но понежиться себе не позволил, быстро собрался, в восемь часов выехал из дома.

Давно не посещал медицинские учреждения, в общем-то, платная клиника мало чем отличалась от отдела полиции. Разве что персонал одет не так строго и все улыбаются. Так по сути то же самое, всем от тебя что-то надо, при этом всем же на тебя абсолютно наплевать. Но раз решил, отступать нет смысла, тем более, деньги заплачены. Вот и ходил по этажам, сначала анализы, потом обследование, и только после специалисты.

Хорошо, никаких бумаг с собой носить не требуется, все в компьютере. Прошел флюорографию, сделал эхограмму, кардиограмму и ко всему прочему томографию. Немного раздражало, за свои деньги все равно приходится ждать в очереди, пусть небольшой, но все же. Хорошо, не пересекался с обычными пациентами, пришедшими просто лечиться.

Специалисты чем-то напоминали вчерашнего капитана полиции. Такие же формальные вопросы, может, впрочем, не мне судить, как надо. Врачи в основном мужчины, что сильно отличалось от обычной клиники. Единственное, что безусловно понравилось, с учетом моего состояния, медсестры, симпатичные девушки в фирменных медицинских костюмах. К сожалению, никаких халатиков или коротких платьиц. В другом настроении может и пофантазировал немножко, сейчас не хотелось глаз поднимать при прохождении очередной чаровницы.

Раз не смотрю на симпатичные мордашки, поневоле приходилось глядеть на обувь. Казалось бы, что общего между кроссовками и балетками медсестер и театральными туфельками незнакомки из метро? Абсолютно ничего, вот только в мыслях все чаще возвращалось видение девушки в берете с хвостиком, плаще и лайковых перчатках.

Здешний психиатр оказался предпоследним в списке, с ним разобрался быстро. Не то, что не доверял, просто понимал, за пять минут ничего не расскажешь, и не объяснишь, тем более, врач не успеет толком понять, вряд ли даже захочет. В лучшем случае напишет направление к платному врачу специалисту, а я и без этого к такому записан.

Несмотря на недовольство очередями, к обеду оказался свободен. Даже не успел допить кофе из автомата, к слову довольно неплохой, лучше, чем у нас в офисе. Ну, не у нас, на прошлой работе, пора отвыкать! Загорелся мой номерок на транспаранте над завершающем кабинетом, насколько понял, заместителя главного врача. Похоже, тут принято озвучивать итоги обследования лично одним из боссов.

Услышал примерно то, что ожидал, если не лететь в космос, то, по крайней мере, могу заниматься дайвингом и парашютным спортом. Отклонений не выявлено, есть небольшие вопросы по «поджелудке», печени, вдобавок сахар повышен, но не критично. С легким стыдом подумал, если бы вечером не остановился, отклонений нашлось гораздо больше… Зато ночь спокойно поспал! Главное, с головой все нормально, а то невольно думалось, вдруг что с сосудами или опухоль какая-то.

Удовольствие не из дешевых, зато на руках заключение «абсолютно здоров», хоть завтра на Луну, разве что профессия не та! Неожиданно понял, а ведь нет никаких препятствий записаться в отряд космонавтов, потому как здесь меня ничто не держит, это не про Петербург…

Зря беспокоился, что диспансеризация затянется, до визита к психологу осталось время, вполне хватит на обед. В этот раз не торопясь выбрал абсолютно незнакомое кафе, чтобы не возникало никаких ассоциаций с прошлым.

В назначенное место прибыл немного загодя, здесь же, на Выборгской стороне. Оказалось, прием не в клинике, обычный частный кабинет на первом этаже старого «доходного дома». Вход с парадной, что уже давно не редкость. За десять минут до срока позвонил, меня пригласил приятный девичий голос. Внутри тихо и почти уютно. Девушка-секретарь предложила присесть, от чая и кофе отказался. Время оставалось, от нечего делать посмотрел на журналы на столике. Заинтересовал подбор изданий, сплошь автомобильные журналы, яхты, каталоги бюро путешествий, ни одного женского. Неужели сюда ходят только мужики? С другой стороны, ничего не раздражает.

Ожидал, что по окончанию приема пересекусь с предыдущим пациентом, и немного напрягался, вдруг встречу кого-то знакомого. Оказалось, все продумано, по мелодичному сигналу девушка прошла в кабинет. Через некоторое время плотно притворенная дверь открылась, но показалось не она, а мужчина примерно моих лет, видимо, тот самый врач.

- Проходите, пожалуйста, Сергей Михайлович - врач подождал пока, зайду в кабинет. Секретарши там тоже не видно, интересно, куда девчонка подевалась?

Из предложенных кресел выбрал то, что по правую руку от врача. Интересно, почему не принимает за столом, видимо, чтобы не чувствовал себя напряженно?

Звали врача Антон Александрович, разговор начался сразу и конкретно. В отличие от полицейского, доктору не требовались мои анкетные данные, но кое-что о себе пришлось рассказать. Дальше так и оставались в креслах, ожидал тестов или какого-то обследования, но обошлись обычным общением.

- Как давно началось подобное состояние?

- Позавчера вечером, шел с работы.

- Что этому предшествовало?

- Абсолютно ничего, обычная работа, никаких скандалов ни дома, ни где-то еще, здоровье в норме, к Вам сразу после диспансеризации.

- Если бы мои пациенты болели физически, было бы намного легче.

- Правда, физически все нормально, не считая легкого недомогания и ужасного аппетита вчера вечером.

- Странное сочетание, обычно либо одно, либо другое.

- У меня именно так, с утра ощущаю абсолютно здоровым.

- Скажите, что, все-таки, могло стать причиной срыва?

- Понятия не имею, уже допускаю, меня действительно напоили и лежал в опьянении, хотя это полный бред.

- Бред часто отражает действительность. Если все хорошо дома и на работе, может, существует нереализованное желание?

- Пожалуй, нет, Антон Александрович. Догадываюсь, хотите знать, нет ли неразделенной любви, или изменившей любовницы?

- Это тоже не исключено, волне возможно, отношения давно прекратились, но они для вас очень важны.

- В чем-то угадали, но когда женился, сказал себе, эта страница жизни перевернута. За пять лет брака ни разу не случилось не то, что измены, даже легкого флирта.

- И на корпоративах?

- Там тем более!

- Пожалуй, с учетом Вашей специальности…

- Вот именно, Антон Александрович.

- Думаю, со мной полностью искренни, но еще больше склоняюсь к тому, что что-то скрываете от себя.

- Как такое может быть, я ненормальный?

- Совсем не обязательно, прячете не от других, от самого себя.

- Разделение личности?

- Раздвоение, если правильно называть. Но не это имел в виду, судя по всему, столкнулись с чем-то, о чем не имеете понятия.

- Вполне возможно, встретить одного и того же человека в питерском транспорте меньше чем за год действительно необычно.

- Не теряете чувство юмора, похвально!

Два часа общения с доктором мало что дали мне, еще меньше ему. Может реально сошел с ума, решив пойти к психологу? Уже при первых фразах понял, особо здесь нечего делать. Врач не дурак, быстро догадался, что-то не договариваю. Пожалуй, и правда, не худший из специалистов, к нему еще записаться попробуй просто так.

Перед тем, как отправить со счетом в приемную, Антон Александрович сказал:

- Больше помочь не могу, нужен другой специалист, как раз по таким случаям.

- Каким «таким»?

- Когда все на виду, но ничего не понятно. У него большая практика, но принимает далеко не каждого.

- У кого хорошие счета в банке?

- Того, кто его заинтересует, думаю, Ваш случай из этой категории. Предупреждаю, гонорар у него тоже не слабый. Ваш телефон в карточке, до следующей недели постараюсь решить.

По окончанию приема появилась секретарша, девушка проводила через вторую дверь, не зря врач расположился в старинном доме, через черную лестницу можно и во двор, и в парадную. Уже хорошо, пациентов не расчленяют, и не выносят в мешках после приема. Так, подшучивая и над собой, и над доктором, отправился домой.

Вроде бы следует огорчиться, потратил деньги, в результате меня отослали к следующему врачу без всякой гарантии. Мог бы подумать, попал в цепочку по выкачиванию «бабла» из обеспеченного населения. Почему-то не хотелось верить в мошенничество, не потому, ЧТО говорил врач, а КАК говорил, еще больше, как слушал меня. Конечно, могло оказаться профессиональным навыком, но приходилось общаться со многими людьми, в том числе и с желающими меня обмануть. Нет, здесь совсем другое.

В медицинских заботах пролетел первый день одиночества. Снова дома, слава Богу, без вчерашнего ужасного чувства голода. Но от этого только хуже, не получалось занять голову мыслями о еде и выпивке. Заставил себя приготовить салат, отбил и пожарил мясо, на все ушел час с небольшим. Что дальше, не доставать же недопитую бутылку из холодильника? Альтернатива не предвидится, на телевизор смотреть не могу, компьютер тоже вызывает отвращение. Порадовался, на моем старом телефоне нет никаких мессенджеров.

Глава 08. Средство от бессонницы

Вечер получался не слишком томный, уже начинаю чувствовать приближение глухой тоски. Теперь жалею, что не попросил у психолога никаких таблеток. Впрочем, по нашему разговору не похоже, что тот поклонник фармакологии, да и рано мне переходить на лекарства.

Больше мучило не случившееся, а полная неопределенность. За что браться, кажется, каждый шаг на пути выявления истины повлечет печальные последствия. Взять хотя бы полицию и медиков, при всем доброжелательным отношении все равно вижу, моим рассказам никто не верит. Значит, пора перестать удивляться, принять как должное и разобраться не для кого-то, для себя!

Как бы не искал причину внутри, одному не разобраться, самый лучший психиатр тоже не поможет. Ни врач, ни полицейский, тем более, жена, не поверят, что причиной происшедшего стал обычный старинный трамвай. Наверное, с него надо начинать, ведь вагон свернул в парк, что на Сердобольской улице. Хотя на нем номер обычного маршрута, на туристическом так бы и написали на лобовом стекле, как обычно и делают. Разве что действительно киношный, но какая мне разница, главное, найти его, как первую улику. Вернее, вещественное доказательство, что не сумасшедший.

Еще обязательно разыскать эту девушку. Пока не могу связать концы с концами, рельсовый электротранспорт, студентку или начинающую актрису и провал во времени. И куда деться от странностей с металлом, и не менее загадочный камушек, ставший теперь почти талисманом. Пока не найду трамвай и девушку, не успокоюсь, не исключено, такое может повториться. То, что где-то проспал неделю, полная нелепица, не могло такого случиться.

Завтра пятница, что могу успеть, если от меня ничего не зависит? Полицейский хоть намекал на последний день недели, встреча со «светилой психиатрии» пока вилами на воде написана. Изводить себя в ожидании, что кто-то позовет, еще хуже, чем ничего не делать. Поиск хоть голову займет на время, если с девчонкой шансов маловато, то старинных трамваев совсем не много.

Да, первый пункт моего плана найти трамвай, для начала порыскать в интернете. «Старый трамвай», «Американка», «маршрут 23». Если отыщу и он действительно принадлежит какой-то конторе, то совсем просто найти кондуктора. Получится расспросить про тот злосчастный вечер вторника, хоть что-то появится для полиции и, главное, для Натальи.

Конечно, жена сразу не поверит, но одно дело твои слова, другое настоящее свидетель. Уж ту тетушку супруга точно не заподозрит в сговоре со мной, не в моем стиле. Эх, зря подумал про Наталью, снова накатила тупая боль и поглотила обида, ведь еще утром во вторник все казалось замечательным… Стоп, хватит паники, все не так просто, случившееся лишь ускорило неизбежное. После такой встряски смотрю на мир широко открытыми глазами, сняв очки непонятно какого цвета. В памяти всплывает то, что раньше не хотел видеть в упор, особенно ее нежелание завести ребенка.

Теперь понимаю, главного Наташка недоговаривала. Наверняка опасалась потерять фигуру после родов, стать похожей на мать. Хотя по мне это совсем небольшая плата за появление новой жизни. Причем не только ребенка, но и новой жизни нашей «маленькой ячейки общества». К общепринятым заблуждениям о семейной жизни отношусь скептическим, но профессия позволяла оставаться в курсе. Приходилось переводить специальную литературу для издательств, в том числе по семейным отношениям. Правда, сейчас немцы сильно отодвинулись от проблем традиционной семьи, но мне доставались классические работы.

Понимаю, все уверения, что стану любить жену в любом виде ее совсем не убеждали. С другой стороны, зачем держать фигуру восемнадцатилетней девушки, в последнее время выглядит лучше, чем до свадьбы? Собралась кого-то обольщать, кроме меня? Прежде не позволял и задуматься, но последние события показывают, так оно и есть. За неделю найти мужика, впрочем, что знаю об этой стороне жизни? Но по ее словам нашла себе утешителя слишком быстро, или искать и не требовалось?

Почему, ведь у нас все нормально, тем более, в области интима. Разница в годах у нас с Натальей совсем небольшая, пять лет теперь не срок. Сам старался держать форму, и в зал ходил, и в бассейн, летом с ней на велосипедах часто гоняли. Правда, припоминаю, Натка порой критически относилась к моей манере одеваться, упрекала: «Пора становиться солиднее». Считал это всего лишь капризом и влиянием тещи.

Или она боялась, что после сорока загуляю, как многие в этом возрасте? Но до того возраста еще дожить надо, желательно в мире и согласии. Потом, насколько знаю, редко кто из «загулявших» уходит из семьи, если он не миллионер. Это им в придачу к «баблу» требуется «имиджевая супруга», с длинными ногами и всеми прочими атрибутами. А у меня такая и без миллионов имелось.

Больше всего в глубине души ждал, раздастся звонок, и в трубке услышу до боли знакомый голос: «Сережкин, дурачок ты мой, скоро приеду!» Только подумал про телефон, затрезвонила «Нокия», номер знакомый. Михаил, мой товарищ, вроде бы должен вернулся из Хельсинки.

- Привет, Серый, как настроение? - судя по бодрому голосу, Миха немного принял.

- Как обычно, поужинал, отдыхаю, - не стал сразу посвящать в свои дела.

- Надумал в субботу устроить аврал на катере. Лед давно сошел, навигация в этом году ожидается ранняя, надо быть наготове.

- Миш, знаешь, всегда только «за», только сразу говорю, много пить не стану.

- А когда много пили? – даже в трубке чувствую, как Мишка ухмыляется.

- Нет, серьезно, но с катером помогу, спасибо скажу за приглашение.

- Что, неприятности, или со здоровьем что?

- Да вроде нормально, врач рекомендовал чаще менять вид деятельности.

- А я-то хотел помочь с переводом, получил одну штуку из Гамбурга, там все на немецком, даже английской версии нет.

- Не проблема, времени свободного много, - похоже, невольно проговорился.

- Ну-ка, Серега, рассказывай, что случилось? - Миха только на вид бесшабашный, не раз замечал внимание к мелочам.

- Так, ерунда, без работы остался и Наташка на развод подает.

- Сейчас приеду, поговорим!

- Миша, спасибо, честно, все стабилизировалось, надо в себе разобраться. Не бойся, топиться не стану.

- Топиться в городе себя не уважать, что в Неве, что в каналах, почти канализация. Если уж надумаешь, давай в заливе местечко почище найдем. Даже якорь старый на балласт подарю! - умеет товарищ успокаивать.

- И солярки не пожалеешь?

- Вот теперь чувствую, нормальный. Но в субботу приезжай, жду. А на воскресенье еще что-то придумаем!

Не против, он давно на подводную лодку звал, можно сходить на экскурсию, погоду вроде хорошую обещают. Поболтали еще немного, нажимая «отбой», почувствовал себя лучше.

Разговор с Мишкой отвлек от мыслей о произошедшем, не хотелось дальше гадать, что реальнее, короткая поездка на трамвае, или недельное отсутствие. И воспоминания о последствиях наших прежних «заплывах» по «ноль-пять» и «ноль-семь» кое-что подсказывают. После такой «иллюзии» точно бы не пришел домой бодрячком, словно американский астронавт после прилета с Луны. Но, допустим, неведомые злодеи подсыпали какого-то зелья, а куда деть двухкопеечную монету и трамвайный билет?

Кондуктор могла привидеться, как и сам трамвай вместе с девушкой на деревянной лавке. Но не мог же «пятачок» превратиться в «семишник»! Достал монетку из бумажника, повертел между пальцев. Металлическая пыль с нее стерлась сразу, стала чуть тоньше, но герб и год выпуска ясно виднелись. Поскольку с пятачка сдали две копейки, получается, «киношники» изображали события после шестьдесят первого года. Хотя на монетке 1959 год, почти как на моем пятаке, тот выпущен в пятьдесят седьмом. Точно, мелочь после тогдашней реформы осталось прежней.

С нынешним монетами не сравнить, правда, за последние годы видел их очень редко. В бумажнике только карточки и пара другая тысяч на непредвиденные расходы. Но возвращаясь к монетам, это не говорит ни о чем, просто реквизиторы на киностудии внимательно относились к своим обязанностям, один трамвай чего стоит!

Собираясь в душ, спохватился, не снял камушек, весь день проходил с ним и не заметил! Глупо, похоже, кусок стекла на шнурке действительно становится талисманом, впрочем, на что еще надеяться? Снова ворочался на диване с боку на бок, неизбежно начиная думать о девушке из трамвая. Все сильнее понимал, пока ее не найду, не решиться ничего. Это загадочная девчонка и есть отгадка всех моих приключений. Под такие мысли заснул, сжимая потерянный незнакомкой камушек, слава Богу хотя бы за это.

Глава 09. От полиции к нумизмату

Утром провалялся дольше обычного, то ли не услышал будильник, то ли забыл поставить его на пятницу. Но телефон меня все же разбудил, потянулся спросонья на звонок, оказалось, тот самый Петровский, из полиции. Приглашал меня прибыть к одиннадцати часам, а сейчас сколько, уже девятый! Поначалу обрадовался, в голове ни следа вчерашних переживаний, за утренними хлопотами начало возвращаться. Каждая мелочь напоминала о прошлом, Наташкина зубная щетка в ванной, ее же любимая кружка на кухне. Это еще в спальню не заходил…

Заставил себя собраться, решил снова обойтись без машины. Тем более, до отдела полиции всего несколько остановок. Привычное ожидание на посту, и вновь в кабинете у Петровского. Перед капитаном разложена та самая папка с материалами, похоже, документов прибавилось. Интересно, что могло появиться нового?

По всему видно, обитатель кабинета не хотел задерживаться со мной надолго, все же пятница. Посмотрел взглядом глубоко уставшего человека, скорее всего, это мелочное дело отнимает у него драгоценное время. Но полицейский вел себя корректно, поздоровался, предложил присесть.

- Ничего нового не вспомнили со среды?

- Вроде бы все рассказал. У нас уже идет допрос?

- Какой допрос, просто беседуем, а я записываю объяснения.

- Если в фильмах полицейский с кем-то разговаривает, значит допрашивает.

- Не следует по кино судить о чей-то профессии. Вы сам переводчик, наверняка, посмотрев «профильный фильм», придете в дикое возмущение, или просто посмеетесь!

- Что-то не припомню таких фильмов, но, скорее всего, так и будет.

- Не видели «Осенний марафон»? Хорошо, перейдем к делу, - капитан прекратил обмен любезностями.

- К делу, так к делу. Вчера прошел обследование, даже к психиатру сходил, Вот заключения, можете сделать копии.

- Благодарю, уже не требуется. Ваша супруга оставила заявление о прекращении Вашего розыска. Но в рамках оперативной работы обязан запросить сведения, касающиеся изложенному Вами в объяснении. Ответили оперативно, поэтому есть все основания завершить производство.

- Если не секрет, кого запрашивали?

- Само собой, транспортников и туристические фирмы, трамвай ведь экскурсионный, по Вашим словам? Согласно справке одной из турфирм, экскурсионный маршрут по Выборгском районе планируют открыть только с первого мая. А трамвайное управление города Санкт-Петербурга извещает, трамваи модели ЛМ-33, так называемые «американского типа», в качестве экскурсионных не используются. Единственный такой вагон сейчас находится на восстановительном ремонте в полностью обездвиженном состоянии. В документе ссылка на контракт и прочие документы.

- Ошибки быть не может?

- Там, где крутятся деньги, не ошибаются, особенно при ответе на запрос полиции.

- И какие же выводы, товарищ капитан?

- Во-первых, занятых людей от дела оторвали, в-вторых, соответственно, Вам все приснилось, гражданин Митрин Сергей Михайлович! – оперативник смотрел на меня, как на проштрафившегося кота, хотя сам мой ровесник, может, на пару лет старше.

- А может, это киносъемочный? – спросил, теряя последние крохи надежды.

- По этому моменту тоже выяснил, кинофильмы на улицах в марте не снимали, что, хотя и редко, но случается.

- Неужели обо всех съемках извещают полицию?

- Когда дело касается безопасности движения, обязательно.

Но не мог же сам ошибиться, разве что номер перепутать, привык к «двадцать третьему». Но четырехосный вагон с тремя деревянными дверьми как сейчас все вижу! У меня даже две копейки сдачи от кондуктора остались! Машинально потянулся к портмоне, где в кармашке лежит потускневшая монетка пятьдесят девятого года.

- Ко всему прочему, из всех происшествий в тот вечер в вашем районе зафиксирована всего пара мелких ДТП, причем без пострадавших. И это все, ни ограблений, ни даже хулиганства. Короче, ничего криминального, вряд ли выход светофоров из строя сразу в нескольких кварталах можно связать с Вашим происшествием. Да и там дорожники быстро справились, через час все восстановили.

Так вот почему мой компьютер на работе вырубился, хотя какое отношение сбой в электричестве имеет ко всему случившемуся?

- Завершая нашу беседу, Сергей Михайлович, посоветую придумать более реальную версию своего отсутствия, хотя бы для супруги. Еще лучше признаться во всем, со временем помиритесь. Для меня же дело закрыто. - полицейский подмигнул мне, похоже, из мужской солидарности.

Что тут сказать, попрощался и вышел на улицу, размышляя, что делать дальше. План поехать в трамвайный парк накрылся медным тазом, поскольку капитан все разложил по полочкам. Вариант со звонком «зубру психологии» тоже не очень вероятен, мой случай может и не заинтересовать такую занятую особу. Мало им настоящих свихнувшихся, если даже полиция считает меня загулявшим неверным супругом? Дома до вечера точно делать нечего, там каждый угол напоминает о Натке. Не поехать ли в обратную сторону, пройтись по Невскому?

Не собирался фланировать, цель имелась конкретная, не зря про монетку вспомнил. Когда-то проходил по проспекту к метро, в глаза бросилась скромная витрина со старинными монетами и прочими раритетами. Почему бы не посетить этот уголок сейчас, времени не жалко. И вот за мной со звоном колокольчика притворяется массивная резная дверь, как в старину. Внутри все соответствует времени, стеллажи и витрины уставлены древностями. Там не так просторно, пока терся между одиноким посетителем и плакатами советских времен, продавец постарше обратил на меня внимание.

- Молодой человек, Вам подсказать?

Без слов вытащил двухкопеечную монету.

- Что можете сказать о монете такого периода?

- Абсолютно рядовой экземпляр, - ответил нумизмат, покрутив монетку со всех сторон.

- А у вас такие бывают?

- Этого добра у нас навалом, хоть в металлолом сдавай, ой, извините, сколько угодно. Монетка, кстати любопытная, впечатление, что ее пытались в чем-то растворить. Но точно не в Финском заливе нашли, там недолго бы продержалась.

- Да, появилась после посещения одного «ретро-объекта».

- «Поисковик»? – слово незнакомое, не стал ни соглашаться, ни отказываться, просто неопределенно кивнул.

Нумизмата это вполне удовлетворило, тем более, остались в зале одни.

- Понятно, начинающий, металлоискатель уже купили?

- Еще нет, - честно признался, такой прибор точно не намерен покупать.

- Хотите, просто так отдам целый пакет мелочи? – продавец кивнул в угол.

Машинально повел взглядом, точно, на древнем пуфике пара туго набитых пластиковых мешочка и один матерчатый.

- Принимаем редко, исключительно из благотворительности, так оставляем у себя. Есть шанс найти редкую монету, но на моей памяти такого не случалось. У коллекционеров больше ценятся бумажные деньги. Правда, в последние годы оживились реконструкторы и «киношники», порой забирают мелочь.

- Часто приносит бумажные деньги?

- Почти каждый день, кто ремонтировал старую квартиру, кто в деревне нашел, у кого наследство из старого чемодана на антресолях. Царские, «керенки», первые советские, довоенные, дореформенные, и последние деньги СССР.

- «Последние» после шестьдесят первого года?

- Такие принимаем не часто, разве что выпуска первого десятилетия. Семидесятые, тем более, восьмидесятые, совсем не котируются, если не «коллекционные» номера и серии, разумеется, в идеальном состоянии. Ценители ищут только эксклюзивное.

- Что особенного может оказаться в старых советских деньгах?

- Например, пачка новых банкнот одной серии, желательно в банковской упаковке.

- Неужели такие встречаются?

- Редко, молодой человек, но попадаются чуть не самых первых годов выпуска. С деньгами до шестьдесят первого года такого не случалось ни разу. Хотя бывало, приносили тысячами. Видимо, кто-то при реформе так и не успел обменять.

- Скажите, деньги именно шестьдесят первого года попадаются, к примеру, серии «АА»?

- А говорите, не разбирайтесь, - улыбнулся антиквар, - Вы правы, даже без справочника несложно определить год выпуска денежного знака, если помнить некоторые закономерности. Серии из двух букв хватало на четыре-пять лет печати, две большие буквы ставили до шестьдесят пятого года. Самая первая серия билетов начиналась с букв «АА», потом «ББ» и так далее.

- Меня чем-то привлекает этот период, даже начал собирать вещи той эпохи.

- Вы серьезно, тогда посмотрите на эти казначейские билеты, – продавец достал из-под прилавка небольшой альбом, только вместо марок купюры. - Вы, наверное, знаете, что банкноты начинались от десяти рублей.

- Мне много чего предстоит узнать, очень начинающий коллекционер.

- Вот пример эксклюзива, серия пропущена по причине брака, в обороте не встречались, уцелели считанные единицы.

- Наверняка дорого стоят, мне бы что попроще, для антуража. Можно посмотреть все, что у Вас имеется, и выбрать подходящее?

- Почему бы и нет, для посетителей время неподходящее, места хватает, не сбежите же с советскими деньгами.

- Разве что обратно в СССР! – ответил машинально, испугавшись, что проговорился.

- Молодой человек, за это никаких денег бы не пожалел, - в тон мне ответил продавец, может, и серьезно. - Извините, что так обращаюсь, почти вдвое вас старше.

- Можете называть меня Михаил,- почему-тоназвал имя отца, хотя в чем могу подозревать нумизмата?

- А я Захар Степанович, располагайтесь за столом!

Примостился в углу за старым столом на массивном дубовом стуле, при свете настольной лампы с зеленым абажуром осторожно раскладывал пачки денег, выбирая нужные серии. Попадалось очень мало, мой улов меньше сотни рублей «червонцами» и «пятерками», не густо.

- Пожалуй, эти возьму.

- Непросто быть узконаправленым коллекционером, - резюмировал Захар Степанович.

- Мне кажется, широкое направление уже не коллекция, просто сбор старье.

- Эх, если бы мог так сказать большинству наших посетителей! - улыбнулся антиквар.

Нумизмат оказался не только разговорчив, но и весьма эрудирован. Поскольку новых покупателей так и не прибыло, продолжили беседу, видимо, как и мне, торопиться некуда. Оказалось, основной контингент нахлынет завтра, суббота день завсегдатаев. Одно время у Захара Степановича даже витала идея открыть при магазине кафетерий. Но строгие санитарные правила отбили всякое желание, а «решать вопросы» он не любил. Вот как, он еще и владелец этого антикварного салона!

В итоге пробыл в магазине порядком, даже угостился кофе, принесенным из соседней кафешки молодым продавцом. После чего тот убежал, попрощавшись, сопровождаемый улыбкой старого нумизмата: «Молодой, ему сейчас девушки важнее!» Спорить не стал, почему-то солидарен с тем парнем. Но остался благодарен Захару Семеновичу, здешняя атмосфера невероятно расслабляла и успокаивала. В дополнение к старым деньгам приобрел набор советских рублей, немятых, хрустящих. И «пятачок» шестьдесят первого года, на место ушедшего на оплату проезда в трамвае. Облезлую двухкопеечную монету тоже не забыл.

Путь домой выбрал самый длинный, по пути заглянув в гипермаркет. Прихватил пару стейков, не то, что сильно голодный или на выходные приготовить, постараюсь максимально занять вечер, занимаясь мясом. Но как ни старался отвлечься, все равно машинально высматривал и в транспорте, и на улице тот самый взгляд из-под серого шерстяного берета…

Глава 10. Большой аврал на Малой Неве

После такой же, как и предшествующие, тревожной ночи, утром в субботу с огромной радостью собрался к Мишке в яхт-клуб. На Малой Неве лед давно сошел, на территории клуба сухо по весеннему и газоны зеленеют. Несмотря на теплую погоду, народу оказалось не очень много, что менявполне устраивало.

Для моего друга клуб чем-то вроде святыни, даже говорил чуть ли не сплошь морскими терминами. Поначалу казалось забавным, со временем привык. Тем более, когда Михаил стал вытаскивать меня с собой в походы на катере. На самом деле, одно дело сказать «субботник», в наше время это слово возродилось, и не несет никакого негативного оттенка. Но все же, сравните его с «авралом»! Конечно, не подвиг, но что-то героическое в нем слышится. И обычная уборка на катере превращается в занятное приключение. Опять же, по традиции, перед началом большой приборки облачаемся в матросские робы, только вместо беретов бейсболки.

По правде, на реальный аврал наши занятия назвать трудно, катер всю зиму простоял на кильблоках прицепа под чехлом. С него и начали, окатили синий пластик «Керхером», струя моечной головки и следов от зимовки не оставила. Подождали, пока стекут последние струйки и стянули для окончательной просушки. Дальше все привычно, прошлись по верхней палубе и прибрались в салоне. Никаких ведер с забортной водой и морской швабры из пеньки для драки палубы не наблюдалось, все тот же «Керхер» и автомобильная «Ресанта» для салона.

Самое важное, обслуживание механической части и приборов Мишка оставлял себе. Сам не претендовал, моих знаний хватало только на вождение машины и да небольшое техническое обслуживание. Помог перетащить и поставить привезенные аккумуляторы, проверка электроники за моим товарищем. К двигателю, тем более, никого не допускает, забавно смотреть, как шевелится винторулевая колонка, словно живая змея. Короче, хорошее занятие для больших мальчиков в субботу.

Особо удивляться не стоило, катер «Байлайнер» напичкан оборудованием, но в эксплуатации при должном уходе неприхотливый. На вид не кажется большим, но внутри просторно и комфортно, не раз проверено. Управляется почти как автомобиль, не считая некоторых особенностей судовождения. Если не требовать от него невозможного, проходит долго, этому уже больше десяти лет, Мишка второй судовладелец. За катером следил, поэтому на вид как новенький. Тем более, далеко ходить на нем товарищ не любил, дальше Соснового Бора обычно не заплывали. Хотя бывала, ходили к Сескару* (* остров в Финском заливе), рискуя выйти из каботажа* (* зона прибрежного плавания) к двенадцатимильной пограничной линии.

А ведь на первых порах Михаил совершал дальние походы, правда не получалось с ним выбраться. Даже Наталье про это не говорил, все равно бы не отпустила. Мишка и сам жену не никогда брал, не считая прогулок до Комарово. Тем более, ребенок для таких путешествий маловат. Сейчас про «загранку» и говорить не стоит, настолько сложно. Еще и сами старше стали, уходить на выходные с девчонками «трое на трое», о таком и думать не смели. Мы и женились с небольшой разницей, были свидетелями друг у друга, только что в крестные не попал.

Зато довелось «окрестить» этот круизер, правда, бутылку шампанского о борт не били, не рассчитан на такое. Использовали по прямому назначению, символически распив экипажем в полном составе, это про наших жен. Был и наш третий «пират», Алексей вместе со своей Дарьей, мы с Натальей и, разумеется, Мишкина жена Алинка. Для нее событие оказалось сюрпризом, поскольку катер с того дня стал называться «Афалина». Несложно догадаться, в честь кого, если фамилия владельца Афанасьев.

Наташка с охотой опускала меня с Михаилом, потому как заниматься уборкой квартиры без меня ей намного проще. Никто не станет хвататься за разный хлам, пряча его по шкафам и ящикам, не давая вынести в контейнер. Тем более, знает, никакого баловства не случится, это про перебор выпивки. Если что, товарищ меня не бросит, но такого уже давно не случалось. Странно, вспомнил про жену, что-то даже сердце не екнуло, неужели весенний ветер, солнышко и вид на набережную адмирала Макарова так отвлекают от проблем?

Не зря раньше мужики в гаражах пропадали, в городе на Неве добавлялся водный транспорт. Конечно, «корабельщиков» меньше чем автолюбителей, зато и атмосфера совсем другая. Все же ходить по воде не баранку на дороге крутить, на себе не раз убеждался.

В речном клубе, впрочем, как и в остальных, существовали две официальных гильдии, если можно так назвать, яхтсмены и водномоторники, или по Мишкиному, «парусники» и «мазУта». Внутри последних тоже свои негласные касты, отдельно «гондольеры», владельцы надувных лодок. Кто-то реально западал от скорости, любил погонять, кого-то хлебом не корми, дай поковыряться в двигателе, установить эхолот, мощную радиостанцию, или устроить комфорт на борту на уровне номера люкс. А для третьих самое главное то самое товарищеское общение. Такие далеко не уходили, больше околачивались у причала. Правда, «запойных моряков» почти не осталось, впрочем, как и на суше, на радость женам.

Таких «моряков» понять можно, ничто не отвлекает, жена считает, «муж при деле». В самом деле, редкая супруга неожиданно нагрянет в клуб, на моей памяти и не припомнить. Порой раздававшиеся женские голоса, часто принадлежали далеко не законным половинкам. Здесь никто никогда не спрашивал, что за гости с тобой прибыли. Единственно негласное правило, не привозить сюда шалав, способных своим поведением привлечь лишнее внимание. Хочешь побаловаться, отшвартовывай свой «шмаровоз» и выходи в залив. Брось якорь в стороне от фарватера, и делай, что хочешь, только навигационное огни включи. Наверное, многие так поступали, но статистику никто не вел.

Про автомобильные гаражи теперь можно только вспоминать. Уже давно перестали быть пристанищем замученным семейными тяготами мужикам, и «клубом по интересам». Свои авто почти все ставят на улице, обслуживание в автосервис, исчезла романтика, избаловала нас цивилизация.

К двум часам все завершили, черед самой приятной поры, за что и нравится яхт-клуб. Как обычно, уселись прямо в робах на диванах в кокпите, собрав столик. Думаю, мой товарищ выбрал эту модель за огромные столы, на корме можно спокойно сидеть вшестером, не раз проверили. Вот и в этот раз Мишка выставил на стол ,по его словам, нехитрую закуску, я бы скорее назвал «нехилая». Когда из раскрытых вакуум-пакетов разнеслись ароматные запахи, даже в моем состоянии не мог не порадоваться маленькому пиру.

- Зря зимой с нами на корюшку не ездишь - Миша открыл баночку маринованной рыбы, - Смотри, какая прелесть!

- Знаешь, не люблю зимнюю рыбалку, сидишь на льду, на ветру, пока глупая рыба внизу клюнет. Одного раза хватило, только и думал, когда домой ехать.

- Не говори, зато как приятно уловом похвастаться, на катере так не получится. Давай по первой, за большую приборку и начало сезона!

У Мишки хорошо получается готовить рыбу, не раз угощал той же корюшкой, что жареной, что копченой, объедение! Бывало, прямо у причала, на газу, вкусно, словами не передать. Сегодня дружеские посиделки не очень задалась, Михаил ничего не спрашивал, а я ждал, когда он начнет. Не хотелось упоминать события последних дней, но, чего бы не касались, все отражалось в мыслях, поворачивая в одно и то же место.

Под очередной тост задумался, Мишка молодец, подрастает сынишка, думают о дочке. Вот бы у нас с Наташей так, может и не случилось этой ерунды, по крайней мере, домой раньше бы возвращался. Что теперь рассуждать, пора забывать прошлое, пока же наливать не по целой, или пропускать. Конечно, виски положено пить из специального бокала и со льдом, но мы попросту, из стопок.

- Михан, Митрич, здорово, пираты! Чего экипаж не в полном сборе? - это Пашка, его яхта через три от нашей.

- Кто смог, тот и пришел, сам понимаешь, весна, забот полно, но при разливе учтем, - хохотнул Мишка.

- Точно, у нас с тобой еще домов загородных нет, там сейчас самый сезон.

- Павка, это не для меня, то одно, то другое в порядок привести, дел постоянно выше крыши, не, и не думаю за город.

- Да с нами понятно, разве что дом на побережье иметь и канал с выходом в залив. Выпить не желаете?

- Да мы вроде уже… Что у тебя, опять «Капитан Морган»?

- В этот раз солидно, но банально, «Бакарди».

- У нас «Баллантайн», ты же знаешь, я однолюб!- ну да, зато мне чего только не привозит после своих странствий.

- Вообще-то, нормальные пираты пили как раз ром, - не преминул блеснуть эрудицией.

- Ну, нафиг, парни, тогда жена из дома выгонит. Знаете, почему бриты своим морякам джин давали? Вычитал где-то, для дезинфекции и заодно, чтобы на баб не тянуло!

- Ни хрена себе, сосед! А с ромом как?

- С ним вроде все нормально, особенно, если вовремя остановиться.

- Вот всегда выдвигаешь неприемлемые условия. С другой стороны, судя по сериалам, латиноамериканцы вон какие бойкие!

- Раз уж ром не хотите, давайте вашего накачу, - Пашка знал, Михан на это дело не жадный.

Почему одноклубник назвал меня Митрич? Да потому, что Михан и Михалыч запутаешься выговаривать, не пойми, кого зовешь. Чтобы не путаться, стал для знакомых из клуба Митричем, от фамилии. Вообще, тут при желании можно завести хорошие связи. Все на равных, уважение не за богатство или крутость яхты, за умение и сноровку. Под дружески разговор, перемежаемый матерком, много чего можно решить.

Вот и сейчас, вроде ни о чем не поговорили, а взбодрился не хуже, чем от вискаря. К слову, пиво Мишка не пил принципиально, можно понять, работал крупным менеджером в пивоваренной компании. А то откуда у него и квартира на Гороховой, и «Крузак», и роскошный катер? Участие в яхт-клубе тоже чего-то стоит. Возвращаясь к пиву, никогда не спрашивал, за что так не любит пенный напиток. Сам небольшой любитель, если уж и брал порой, так в хороших пивнушках, впрочем, их развелось полным-полно. Даже с Наташей порой заходили попить пивка под бараньи ребрышки с хрустящим жареным луком.

Виски коварен, пьется легко, но быстро развязывает язык. И когда Павел все же ушел к своему катеру после трех тостов, Мишка отодвинул стопку, и решительно спросил.

- Рассказывай, что случилось. А то «моя», как узнает, затерроризирует подробностями.

- Черт его знает, Миша, какая-то хрень вышла. Ушел с работы, вроде все нормально, дома дверь открываю, а меня неделю не было!

- Которую, прошлую? Так вот почему не мог дозвониться, и в сети не видел! – осталось только кивнуть.

- Ко всему прочему, еще и телефон накрылся, полностью.

- Сам на вид вроде живой и здоровый?

- Полиция тоже так думает.

- Так далеко зашло?

- А куда деваться, Натаха с ума сходила.

- Что мне не позвонила, хоть бы успокоил!

- Когда такое случалось, что она тебе звонила, вроде и номер твой не давал. Да и не думала, что мы с тобой загуляли, сезон не начался. Мне ничего особо не рассказывала, вещи собрала и на утро уехала. Оказалась, ей и без тебя было, кому звонить и даже утешать.

- Вот оно что, круто завернуло. Про Наталью не думал, что так сможет.

- Представь себя на ее месте…

- Лучше не надо. Сам что думаешь?

- Мыслей много, одна дурнее другой. Поверь, ничем не кололся, ничего не нюхал, и по голове не били. Миша, и скрывать нечего, не гулял ни с кем.

- Может, как в кино, в лицо брызнули, выкрали, и допытывались? Ты же разные вещи переводишь.

- Точно, инструкции к высокооборотным масляным насосам, высокоточным преобразователям и в придачу к ним домашние снегоуборочные машины, вот и все секреты. Денег не скажу, что нет, но за такое не то, что не воруют, даже по голове не бьют. Проще машину угнать, хоть выгоднее.

- Верно, сам тоже особо не опасаюсь. Ни ружья, ни пистолета нет, только подводные.

- Ты богач по сравнению со мной, мне тем более нечего опасаться.

- Серый, раз сейчас без работы, переходи к нам!

- Кому у вас нужен переводчик с немецкого?

- Ага, мы с кем теперь работаем? Больше всего австрияки, швейцарцы да Бенилюкс. Постоянно договоры в переводе, как раз твоя стихия.

- Предложение хорошее, надо подумать.

- Чего думать, рекомендацию дам, в понедельник с нашими «эйчарами»* (* кадровиками) поговорю. Сам-то как себя чувствуешь?

- То-то и оно, Миха, не очень уверенно.

- К врачам не ходил?

- Всех обошел, даже справка имеется, хоть завтра в подводный флот. Вот только и до прошлой недели такой же был.

Конечно, работать у Мишки замечательное предложение, вот только пройду ли это проверку? Что не говори, дело в полиции заводилось, пусть и закрыто. И информация об этом служба безопасности точно получит, особо надеяться не стоит.

- Твои кадровики наверняка в полицию запрос сделают. Даже от прекращенного дела отметка осталась.

- Хреново, если, что не стесняйся, помогу. Деньги-то есть?

- Пока хватает.

- Договорились, тебя знаю, много не попросишь.

- Еще адвоката хорошего не подскажешь, по разводам. Квартира и машина у нас общие получаются.

- Подумаю. А по работе спрошу, может, по договорам разовые работы с переводами, без жестких сроков, и требований к исполнителю случаться?

- Вот за это спасибо, давай на посошок!

Поскольку сегодня оба без машин, после аврала прошли мимо судоверфи до ближайшей шашлычной и хорошенько подкрепились. Мне одной заботой меньше, не надо готовить.

Глава 11. «Поворот оверштаг!»

Вот что значит «активный отдых», вырубился, едва выйди из душа, зато и проспал чуть не до обеда. Наверное, первый раз за долгое время в воскресенье некуда торопиться. О вчерашнем приглашение благополучно забыл, поэтому чуть не прозевал звонок. Едва не выронил чашу кофеварки, рванул из кухни в спальню и на последних трелях нажал на кнопку.

- Алло, слушаю!

- Сергей Михайлович? - в трубке послышался глуховатый мужской голос.

- Да, это он, то есть, я - номер кажется незнакомым, кто мог звонить в воскресенье, очередной мошенник?

- Мне рассказал о Вас коллега, доктор Блиновский. Если не против, готов воспринять завтра, в четырнадцать ноль-ноль.

- Конечно, буду, какие документы с собой взять?

- Ничего не требуется, запишите адрес.

- Секундочку, только ручку возьму! – никак не отвыкну к рабочей привычке записывать самое важное в блокнот.

Распрощались, остался в непонятном состоянии. Вроде бы хорошо, долго ждать не пришлось. С другой стороны, не спросил, сколько денег с собой прихватить. Надо бы в банк заехать, новую карту забрать, да «наличку» снять, по старому телефону деньги не перевести. Может, новый аппарат купить, но на хороший денег жалко, а «дешевку» не хочется.

Но это завтра, сегодня меня ждет продолжение «морских выходных». За окнами заметно теплее вчерашнего, надо одеться соответственно. Давешнюю тельняшку бросил в «стиралку», теперь гардеробом самому заниматься, как и всем прочим. Насколько Натахиного каприза хватит, неделю точно обещала. В моей комнате ничего свежего не оставалась, хочешь, не хочешь, надо идти в спальню.

В комнате иллюзия присутствия Наташки, даже запах парфюма чувствовался, хотя на полке трельяжа непривычно пусто. Видимо, серьезно обиделась и основательно собралась. Не хочется долго задерживаться, открываю свой ящик, копаюсь в стопках выглаженного белья. Ненароком наткнулся в углу на коробочки с презервативами. Супруга не допускала и малейшей возможности «залететь», поэтому запас всегда имелся. Вздохнул, отгоняя несвоевременные мысли, взял чистую футболку, хотел прикрыть ящик, но зацепился взглядом за что-то.

Ну-ка, ну-ка, это что? Точно помню, эта коробка оставалась запечатана в целлофан, купил под настроение, так ни разу не использовал, отдавая предпочтение обычным «ультратонким». Протягиваю трясущуюся руку, сердце стучит, предчувствуя недоброе. Поднимаю клапан, точно, трех упаковок не хватает! Присел на кровать, в ушах шум, значит, жена не обманула, действительно, нашелся утешитель. Пока отсутствовал, кто-то приезжал сюда, и здесь, на нашей кровати… Вот и постельное белье свежее застелено, думал, меня ждала...

Что же дальше, пусть перед ней виноват, но такого не заслужил. Ведь и в мыслях не было изменять или как-то обманывать. Умом понимаю, решать с сгоряча не стоит, но как такое пережить, и, главное, простить? Хочется плюнуть на все, достать из бара первую попавшуюся бутылку и выхлестать наполовину! Чтобы упасть и забыться до завтрашнего утра, ни о чем не думая. Но даже не сдвинулся с места, не хватало заявиться к психиатру в глубоком похмелье. Почему-то его немолодой голос внушил призрачную надежду…

Еще и Мишка станет ждать, не приеду, точно заподозрит неладное, и прикатит ко мне. Уж от него точно не отбрехаться, как Наташка порой говорила. Наверняка к себе увезет, несмотря на всю нелюбовь его жены к таким посещениям. Если от Михаила здесь, дома, еще как-то получится отговориться, то Алина всю душу вынесет. Она моя ровесница, может, поэтому такая хорошая супруга, но настырности ей не занимать.

Опаздывать нельзя, заставил себе подняться и собраться для путешествия по подводной лодке. Закончил затянувшийся завтрак, бриться не стал, особо тянуть некогда, Мишка обещал заехать после полудня. К его приезду спустился во двор, чтобы не вздумал подняться ко мне.

В апрельское воскресенье набережная лейтенанта Шмидта пустынна, машину припарковали напротив перехода на плавучий причал, пришлось пройти почти до конца пирса, лодка стояла напротив Успенской церкви. Несмотря на подавленное настроение, не могу не отметить изумительную легкость линий солидного пятиглавого собора.

Воспоминания перекинули меня в позапрошлый год, когда Мишка первый раз уговорил на корабельную экскурсию, только на ледокол. Сама прогулка по старинному кораблю понравилось, эдакое «ретро за толстой броней». Потом понял, почему приехали на такси, товарищ знал неплохой ресторанчик неподалеку, в полуподвале на Большом Васильевском. Потом все воскресенье вспоминал, на каком тосте остановились, за Отто Юльевича Шмидта, или за адмирала Ивана Федоровича Крузенштерна? Мишкина одержимость морем иногда имеет не совсем безобидные последствия.

Понятно, на музейной лодке постоянно отвлекался, то на мысли о Наташке, то о завтрашнем визите. Машинально перебирался из отсека в отсек, слушая Мишкины рассказы о жизни подводников, ведь пошли без экскурсовода. Отставной мичман в оранжевом жилете предложил подождать на палубе, пока завершится предыдущая экскурсия и наберется новая группа. Но Мишка решительно заявил: «Зачем нам проводник на 613-м проекте?», на что мичман подмигнул, и с улыбкой показал на ведущий вниз трап: «Братишки, раз знаете номер, можете следовать самостоятельно!»

Мишка не скрывал, с детства мечтал стать военным моряком, но помешали здоровье и родители, сейчас отрывался, много интересного рассказал, еще больше показал. По понятной причине сам не все запоминал, но семейная парочка, тоже не дождавшаяся экскурсии, следовала за нами, навострив уши. Слушая Мишкину болтовню, понимал, военный флот потерял ценного кадра. Только в люки между отсеками проскальзываю без усилий, даже не сгибаясь. А Михаилу с его габаритами приходится стараться, впрочем, у него это ловко получается.

Понемногу увлекся, казалось, сколько можно пробыть на семидесятиметровой лодке? Но Мишка почти о каждом устройстве или приборе мог рассказывать больше, чем о начинке своей «Афалины». Все же «железо» порой действует плодотворно, оно окружает со всех сторон, насосы, штурвалы, маховики, вентили, разноцветные жгуты проводов и труб. Панели приборов, усеянные лампочками, барабаны манометров, кренометров и глубиномеров, огромные трубки морских телефонов, ламповая радиоаппаратура и вершина технической мысли прошлого – электромеханический торпедный компьютер!

Мне положительно стало нравиться протискиваться между койками и стеллажами с торпедами и минами, дизелями и электромоторами. Заглянули в крохотную командирскую каюту, на камбуз и даже в гальюн, как же здесь тесно, а ведь куда-то надо припасы девать! Мичман, спустившийся вниз попить чайку, поведал, при выходе в море все до подволока забивали ящиками и мешками. И вообще, на лодке есть места, куда с самой закладки никто не заглядывал.

- Это военный корабль, хотя и подводный, не крейсер, конечно, но полностью его даже хозяин, боцман, не знал. А он у нас такой хозяйственный был, везде что-то припрятано. Зато когда понадобится, та же краска, к примеру, не надо ничего просить и выписывать.

Поневоле посочувствуешь геройским парням, уходившим, по словам мичмана, в «автономку»* (* дальнее плавание) на месяцы. Пусть и кормили по тогдашним меркам по-царски, в раскладке по питанию чего только нет! Больше всего порадовала большая консервная банка с воблой, сам бы сейчас не отказался. Путь лодка не под водой и не на ходу, но до сих пор ощущается слабый запах солярки, тавота, резины и почему-то электричества.

Только извещение скучающего экскурсовода об окончании рабочего дня прервал Мишкино красноречие. Товарищ как раз заканчивал рассказ о торпедном вооружении и особенностях аварийного выхода через носовой аппарат, слушал, присев на подвешенную на цепочках койку с синим поролоновым матрасом. Скажу честно, в голове слегка гудело от обилия морских терминов, словно действительно ударялся об эти переборки, комингсы, кремальеры и подволок.

Напоследок постояли на палубе у пластикового тамбура, мичман выпытывал у Михаила, на какой лодке тот служил, ведь «613-е» начали списывать до его рождения. Товарищ едва смог убедить, что это просто увлечение, и ходить довелось лишь на катере. Похоже, у нас появился новый приятель, едва отговорились от приглашения снова спуститься по трапу и «попить флотского чайку».

Сегодня не думал не только о выпивке, от дружеского ужина тоже отказался, Мишка за рулем, а дома оставалась еще одна отбивная. Конечно, Михаил замечательный друг, но снова проговорим до ночи, а мне требуется настроиться на встречу с завтрашним «зубром». Понимаю, друг беспокоится, как проведу вечер, когда начинают одолевать самые отчаянные мысли. Постарался уверить, что после лодочной экскурсии ощущаю прилив сил, и напиваться не собираюсь.

Не обманывал, есть иной способ отключения от реальности, кроме алкоголя. Дома набрал «незабывающийся» номер и позвонил Светлане, той самой бывшей подружке. Она не удивилась и не обрадовалась, просто сказала: «Приезжать после десяти», словно расстались только утром, а не больше пяти лет назад… После сюрприза в спальне держать обет верности резона нет, не скажу, что поехал с легким сердцем, измена супруги мало кого порадует. Но теперь меня нельзя обвинить, что «начал первым», пусть даже Наташа искренне заблуждается в моем поведении.

Светлана встретила без слов, будто всегда меня ждала, как и обещала. Семейная жизнь не сложилась, осталась с дочуркой, и пока перспектив на перемены не видела. Может, и правда ошибался много лет назад, ведь понимаю, чувства не остыли, ни у нее, ни у меня. Поговорили только после полуночи, едва не захлебнувшись в охватившей волне нежности и страсти.

Особо откровенничать не стал, но этого и не требовалось. Оба знали, возврата к прошлому быть не может, как забыть, что Света предпочла более выгодную партию. Но сейчас все неважно, благодарно засыпаю, как и прежде, прижав к себе когда-то любимую женщину, не думая ни о чем…

Утром проспал, что уже входит в привычку, на тумбочке записка с почти забытыми Светкиными завитушками: «Завтрак в холодильнике, квартиру запри запасными ключами, потом вернешь». Так сегодня же понедельник, как мог забыть, Света ушла на работу, прихватив дочку в садик. К удивлению понял, в чужой квартире чувствую намного спокойнее, ничто ни о чем не напоминает. Даже о наших прошлых отношениях, эту квартиру «бывший» купил, чтобы не делить престижное жилье в центре.

Покинул уютное гнездо к полудню, и что на самом деле не прогулял ту злосчастную неделю со Светкой? Сейчас предстояло вернуться в центр, «зубр» принимал в доме на Фонтанке. Добрался почти без пробок и почти полчаса погулял на зябком весеннем ветерке. Не могу судить, по какой причине, но нажал кнопку звонка абсолютно спокойно, словно разговор пойдет не о моей судьбе.

Глава 12. На одной волне

На пороге встретил явно хозяин квартиры, и голос похож, и возрастом на ассистента не тянет, раза в два меня старше. Проводил в кабинет, взаимно представились, врача звали Лев Соломонович. В отличие от его более молодого коллеги сесть не предложил, сразу приступив к делу.

- Надеюсь, коллега Вас предупредил, что давно не занимаюсь лечебной практикой?

- Зачем тогда господин Блиновский посоветовал обратиться именно к Вам? – вроде бы тот, «первый врач» вызывал доверие.

- Лечебную практику не веду, оказываю консультации. Если Вас это устраивает, тогда приступим.

- Скажите, пожалуйста, как к Вам обращаться, по имени-отчеству, или может, просто доктор или, наверняка, профессор?

- Ученое звание абсолютно не имеет отношения к нашему общению, можете называть просто доктор. Хотя произношение клиентом моего имени дает дополнительную обратную связь.

- Получается, Лев Соломонович, Вы уже начали обследование.

- Вы очень догадливы, Сергей Михайлович. Не против, если разговор проведем с привлечением технических средств?

- Думаю, хуже не станет.

- Абсолютно верно, информация никуда не уйдет, но гораздо удобнее наблюдать за реакцией на приборе, чем смотреть на глаза и контролировать пульс рукой, - врач говорил спокойно, без эмоций.

Показал рукой в угол, там оказалось вполне удобное кресло рядом с покрытой стойкой. Снял накидку с прибора, по очереди приложил ко мне несколько датчиков на разноцветных спиралях проводов.

- Так это же детектор лжи!

- Технически не совсем так, но в принципе верно. Не волнуйся, такая аппаратура не запрещена к частному использованию, главное, Ваше согласие.

После всех обследований мне бояться нечего, соглашаюсь, не задумываясь. Контраст современной техники и старинной обстановки не тревожит, скорее, успокаивает. Доктор присаживается перед экраном, всматривается в цифры показаний моего состояния.

Сначала просто рассказал, уже привычно, все, что произошло, начиная со встречи в метро, ничего не скрывая. Затем последовала просьба оценить случившееся, здесь тоже без особых фантазий. Некоторые вопросы озадачивали, другие заставляли задуматься, не выкинул ли деньги на ветер? Психолог вел свой допрос долго и нудно, не раз возвращаюсь обратно. Порой казалось, говорим ни о чем, но поторопился, выводы по результатам беседы едва не ввели в ступор.

- Сергей Михайлович, Вас удивит мое заключение, но пришли ко мне зря, погодите возмущаться!

От обиды едва не рванулся из кресла, но Лев Соломонович предупреждающе поднял ладони, останавливая меня. Пришлось укротить накатившее разочарование и слушать дальше.

- Если ожидали получить рецепт излечения, сильно ошиблись, Вы абсолютно здоровы, лечить вас не от чего.

- То есть, хотите сказать, что верите каждому моему слову?

- Допустим не каждому, например, то, что не изменяли супруге, не совсем верно.

- Наверное, Вы правы, Лев Соломонович, но посчитал, поскольку жена поступила со мной так, то и мне глупо хранить верность. Тем более, уже не собираюсь продолжать эти отношения...

- Скажите, супруга действительно Вам изменила, вряд ли она попалась «на месте преступления». Может, она действительно у своих родителей?

- Не знаю как ответить… Во-первых, о родителях, окажись она у них, незамедлительно бы последовал звонок от любимой тещи. Затем тесть, он человек рассудительный, с ним неплохие отношения. Как-то раз, давно, случилось размолвка, помог разложил все «по полочкам», больше у нас с Натальей не повторялось.

- В принципе, информации достаточно.

- Нет, доктор, все же скажу, вчера ненароком открыл ящик в комоде…

- Не продолжайте, в конце концов, консультирую не по поводу семейных отношений. И так мой гонорар достаточно высок. – резюмировал врач после моей заминки.

Обескураженно молчал, не зная, что и думать, но не может доктор так издеваться? Неожиданно удивление от встречи со Светой прошлой ночью, обернулось идиотской мыслью, вдруг и правда, расстался с ней совсем недавно?

- Скажите, доктор, точно не мог прогулять неделю со знакомой прежде женщиной?

- Исключается, в Вашем сознании остался бы хоть какой-то след, - Лев Соломонович на этот раз даже не посмотрел на экран.

- Жаль, тогда можно было бы все забыть и начать сначала.

- Понимаю Вас, но вернемся к прежней теме, о доверии Вашим словам. Если бы рассказали что-то одно, имелись бы основания прописать курс терапии, лекарственной и психологической, продолжительный отдых в нейтральной среде. Может, посоветовал бы сменить работу, очень похоже на переутомление и перегрузку. Но если смотреть на проблему комплексно...

Судите сами, налицо явное выпадение из реальности на неделю. За это время Вас никто не видел, Вы нигде не «проявились», даже телефон отсутствовал в сети, судя по детализации счета. Не удивляйтесь, возможность получать разнообразную информацию имеется не только у спецслужб.

При этом Ваши физические показатели в норме, свежих травм не имеется, давних тоже, застарелых болезней не видно.

- Неужели ничего подобного до меня не происходило?

- Классика психиатрии, человек получает сильную физическую или моральную травму, защитная реакция организма проявляется в отключении восприятия окружающей действительности при сохранении мозговой деятельности.

- Но ведь сами сказали, что я не пострадал!

- В моей практике чудеса не встречались, чаще оказывалось самое банальное, например, попытка скрыть супружескую неверность, как самый легкий случай. Или уйти от финансовых проблем, что происходит гораздо чаще.

- Но у меня нет таких проблем, по крайней мере, до происшествия!

- Вот поэтому Вы оказались у меня на консультации. Я не адвокат, не священник, но, сами понимаете, пациенты доверяют мне сокровенное. Обычно так случается, если человек доходит до крайней точки и ценности в его жизни меняются.

- И что же меня довело до такого состояния?

- Не считаю себя гениальным специалистом, разве что обширная практика позволяет собрать статистику. Настоящих больных не так много, большинство пациентов выбито из колеи нынешними реалиями. Не все способны переносить тяжелые жизненные ситуации, моральная закалка поколения двухтысячных никакая. Уровень психологической устойчивости чрезвычайно низкий и с каждым годом становится хуже. Там, где когда-то просто били морду, теперь начинают переживать, изводить себя комплексами. В этом приближаемся и к Европе, и к Америке.

- Я тоже психологически неустойчив?

- На общем фоне выглядите весьма прилично, кроме этого, имеются вещественные доказательства, что случается крайне редко. Почему-то сохранили не только монетку, но и билет. Это уже говорит о Вашем здравомыслии, будь обычным сумасшедшим, даже не обратили бы внимания на такие мелочи. Может, постарались от них избавиться. Между прочим, похожие билеты застал в детстве.

- Он настоящий?

- Был бы музейный экспонат, или коллекционная вещь, бумага по-другому выглядела, этот совсем свежий. Впрочем, мог пролежать много лет, например, в книге, но от него еще пахнет типографской краской. С монетой сложнее, явно подверглась внешнему воздействию, но даже по ней понятно, не была в обороте десятки лет. У нумизматов такие не найти, предпочитают более качественные экземпляры.

Почему то упоминание о нумизматах придало бодрости.

- Но как «вещественные доказательства» эти предметы выглядят нелепо. Именно поэтому они достоверны, пройдемся по ним?

- А что остается делать, доктор?

- Смотрите, кажется, обычный билет «Лентрамвая», Вы сказали, заплатили три копейки, а на нем указан стоимость тридцать. Еще кажущаяся странной надпись «Для проезда в одном направлении». Но это если не помнить о денежной реформе 1961 года.

- Догадываюсь, напечатали билеты заранее, на несколько лет вперед, старые билеты продолжали использовать, просто стоимость уменьшилась, так?

- Приятно, что не ошибся, Вас больше занимает вопрос цены билета, чем то, как он оказался у Вас.

- Так уже понял, или меня мастерски разыграли с непонятной целью, или…

Доктор внимательно смотрел, ожидая от меня завершения фразы. А у меня язык словно прилип к гортани, так невообразимо казалось то, что хочу сказать.

- Договаривайте, молодой человек, ведь условились ничего не скрывать.

- Получается, каким-то образом попал в весну шестьдесят первого года?

- Почему же?

- Позже билеты наверняка стали с новой ценой, - простые вопросы психолога поддерживали, не давая сознанию упасть с тонкой веревочки истины.

- Может, осенью?

- Когда вскочил трамвай, было еще прохладно, на выходе гораздо теплее и запах, словно первая листва полезла, и совсем снега, дожди съели.

- Видите, одну тайну раскрыли, может, для остального найдем решение?

- Лев Соломонович, Вы хотите сказать, я попал в иное время?

- Приборы показывают, Вы ни разу не солгали, исключая момент верности своей супруге, что, впрочем, к делу не относится. Почему не должен им верить?

- Но такое невозможно!

- Видите, мне приходится порой, как следователю, разбираться в мелочах. И мелочи перестают быть такими, ведь Вы смогли описать трамвай, словно действительно в нем ехали?

- Прежде катался с женой и друзьями, правда, на другой модели.

- Разумеется, воспоминания могли наложиться на реальность, особенно на фоне рабочей перегрузки. Но так реалистично вряд ли, даже таинственную девушку описали скупо, а ведь она заинтересовала Вас намного больше трамвая. Появление в вагоне для Вас неожиданно, а вот девушку раньше точно встречали. Она чем-то запомнилась, иначе откуда появилась бурная реакция при рассказе о ней, хотя сказали о ней меньше, чем о трамвае!

Много деталей в описании позволяет судить о рассказчике гораздо больше, чем он думает. Если бы решили изобразить помешательство, чтобы скрыться на время, Вы бы перестарались, описывая несущественные детали, или наоборот, что-то умышленно упуская.

- Я мог заранее прокатиться на трамвае такого маршрута, все запомнить и рассказать именно про тот день.

- Допустим, но есть ряд деталей, на которой обратили внимание именно потому, что их видели. Например, обувь билетера и пассажирки.

- Кондуктора, - машинально поправил доктора.

- Вот именно! Как сказали, потертые туфли у трамвайной служащей и новые чистые ботинки у девушки? Человеку с нарушенной психикой обычно не до мелочей, симулянтам тем более. Обычно описывают лица, и прочее приметные места, ведь о вагоновожатом ничего не сказали, поскольку могли видеть только затылок и фуражку.

- Никогда не смотрю на водителей в транспорте, если не за рулем, вот и тогда не глядел, он часть трамвая, вроде руля, - разговор, приведя к невероятному выводу, снова уходил в детали, но доктору виднее.

- То есть, что трамвай был, сомнений нет. Еще то, что ощутили резкий перепад погоды, покинув трамвай. В бреду не обратили бы внимания, вспомните сны, лето так лето, зима так зима, даже в не подходящей одежде и обуви. Когда-нибудь голым по снегу во сне бегали?

- Да вроде нет, часто рассказывают подобное?

- Если бы только такое... Но вернемся к Вам, какой отрезок времени уверенно считаете реальностью?

- После трамвая помню все, вплоть до встречи с женой.

- Верно, заметен перепад настроения именно на этом моменте. Похоже, там пересекли черту, отделявшую от нынешней реальности, приборы бесстрастно зафиксировали. Абсолютно верно, с Вами действительно произошло необычное, и не менее верно, этому нет логичного объяснения.

- То есть, Вы мне все же верите?

- Мы не в церкви, чтобы слепо верить. Материя – объективная реальность, данная нам в ощущениях, в этом классик прав. Для Вас «пропавшей недели» не существует, Ваша жена ощущает наоборот.

- То есть, меня нельзя вылечить?

- От чего лечить здорового человека, тем более, у меня не клиника. Но помочь человеку вновь встроиться в реальность мой долг. Я могу верить Вам, могу нет, главное, «вернуть обществу полноценного гражданина», извините за цитату.

- Как же меня можно «вернуть»?

- Если человек верит в «зеленых человечков», но никому не угрожает, пусть ждет, надеется на встречу. Но при этом ведет нормальный образ жизни, не раздражая окружающих.

- А кого ждать мне?

- Если бы не таинственная незнакомка, было бы проще. Она что-то значит для Вас, в юности не влюблялись в похожую?

- Всегда нравились модные девчонки. А эта девушка привлекла именно несовременностью.

- Рассказывать о некой особе женского пола для оправдания «загула» не просто неубедительно, а абсолютно неразумно. Итак, принимаем за гипотезу реальность неведомой девицы.

- Ведь мои мысли о ней никому не угрожают?

- Да, и из этого следует исходить. Как собираетесь поступать дальше? - врач пристально смотрел, ожидая моей реакции.

- Вообще-то ждал совета от Вас, доктор, - похоже, мое удивление ожидаемо, - надо как-то с этим бороться…

- Зачем обязательно бороться, нет возможности сопротивляться, возглавьте, как сказал кто-то из политиков.

- Как возглавить?

- Не можете избавиться от страха неизвестности, примите ее как данность. Считайте себя исследователем, и не обязательно делиться результатами со всеми подряд, проводите свой эксперимент.

- Пока не очень понимаю…

- Если дважды столкнулись с неведомым, ищите третьей встречи. Как это сделать, решайте самостоятельно. Еще раз констатирую, Вы абсолютно здоровы.

- В прошлое попасть невозможно, доктор!

- А если это прошлое пришло к нам, не подумали?

- Так что же делать сегодня, завтра, каждый день?

- Для начала будьте готовы, что прошлое может встретиться в любой момент. И не обязательно оно отпустит обратно. Подождите, выпишу счет.

Глава 13. «Всё идет по плану»

Несмотря на ошеломляющую сумму счета, вышел от психолога если не в хорошем настроении, то с большей ясностью в голове. Усевшись в машину, не спешил тронуть с места, сначала бы привести мысли в порядок. И раньше догадывался, что это не мой бред, но одно дело думать самому, другое услышать со стороны. Притом от человека, почти каждый день встречающегося с разными отклонениями. И он заметил реальные следы моего пребывания в непонятной ситуации. Получается, дело не только в моей голове, может, даже вообще не в ней.

Если правильно понял доктора, повторное перемещение возможно в любой момент. Не зря пробыл столько времени со Львом Соломоновичем, снова способен мыслить логически. Вероятнее всего, снова случится в транспорте, ведь оба раза пересекся с девушкой в вагоне. В первую встречу ничего не случилось, может, потому, что окружали десятки людей? Второй раз в трамвае нас оказалось трое, не считая вагоновожатого, тогда меня и унесло. Словно стукнуло в голове, не рельсах ли дело, но как связать железные пути и окно во времени? И еще, интересно получается, не успею вовремя «соскочить с подножки», попаду в прошлое, а как обратно, тоже на трамвае? Но ведь девушка как-то попала к нам, смогла она, может выйти и у меня?

Допустим, в метро девушка могла ехать просто так, без отношения к провалу во времени. А трамвай мог целиком перейти к «нам», каким-то образом у меня получилось попасть в него. Как доктор сказал, возможно, трамвай предназначался только для меня? Ведь на улице, как специально, не заметил ни людей, ни машин. В Питере такое случается крайне редко, даже весенним вечером. Может, в действительности люди оставались на месте, а видел только трамвай и рельсы. Ну что, остается ждать новой встречи с трамваем. По крайней мере, не стоит опасаться, что внезапно перенесусь в прошлое прямо с улицы

Уже какая-то определенность, все же доктор свое дело знает! И как здорово сказал, не «повернутый на голову псих», а «экспериментатор-исследователь», Индиана Джонс, только без кнута! Назвать так себя просто, а что дальше делать? По логике, чем занимается исследователь,оправляется в путешествие или экспедицию. А что требуется для успешной экспедиции в первую очередь? Разумеется, необходима тщательная подготовка во избежание неприятностей.

Неплохо бы почитать в интернете о тех временах, все равно пока особо делать нечего. Да, про время, казалось, пробыл у доктора пару часов, а сейчас за стеклом уже смеркается. Домой ехать не хотелось, звонить Светлане боялся. Вдруг подумает, хочу продолжить ушедшие отношения. А я не готов ответить, и вовсе не потому, что надеюсь на примирение с супругой. Света отвергла меня примерно в том же возрасте, что Натка сейчас, но с ней все оказалось честно, по крайней мере, теперь понимаю.

Наталья, даже не похоронив меня, уже позвала другого. Похоже, моя пропажа лишь повод для измены, причина в другом. Нет желания разбираться, в чем именно, но не из ревности, точно. Думать о бывшей теперь супруге не хочется, ни к чему изводить себя бесполезными муками. Доктор подсказал дорогу, вот по ней и пойду. Еще одно, почему не звоню Светлане, кто знает, куда заведут «исследования»? Это не считая ребенка, может и правильно, что не увидел, вдруг потом не к месту вспомнит «дядю Сережу».

В пустой квартире кажется холодно, наверное, из-за пустоты, на термометре обычная температура. Наскоро поужинав, раскрыл ноутбук и засел за план действий на ближайшие дни. Вроде бы просто, а голова кругом, никак не решу, что поставить первым пунктом. Еще не свыкся с мыслью о переходе в другое время на полном серьезе. Может, отложить до утра, но тогда вряд ли смогу заснуть, а «сладкое снотворное» далеко…

Тогда начну с основного, как в любой экспедиции, с финансов. Пока не найду новую работу, придется экономить, «элитная медицина» почти ополовинила банковский счет. Но на закупку необходимого должно хватить, исходя из того, что знаю на текущий момент. Тем более, кто сказал, что покупать нужно обязательно новое?

Тянуть не стоит, скоро получится или нет, должен быть готов в любой момент. Нет смысла держать при себе ничего металлического, если нельзя исключить, пусть будет то, что не обидно потерять. В телефон заказать дублирующую «симку», и найти место, куда спрятать, лучше сразу с запасным телефоном. Телефон лучше купить совсем примитивный, почему-то жалко даже старенькую «Нокию». Не забыть о квартирных ключах, с утра первым делом заказать копии, а Светины пока оставить дома в укромном месте.

Не стоит попадать в другое время в неподходящей одежде, наряд тоже без металлических деталей, обувь сменить не мешает. Немного хлопотно, но решаемо, только как выбрать подходящее и «здесь», и «там»? Ведь сам первый раз обратил внимание на незнакомую девушку именно из-за туфелек. Но важнее не казаться смешным или подозрительным «там», в наше время вряд ли что покажется экстравагантным.

Так что никаких джинсов и кроссовок, может, кожаная куртка, вроде пиджака на пуговицах, по мужской моде того времени? Барьер допустимости опущен, могу фантазировать налюбую тему, и не бояться показаться смешным, перед собой в первую очередь. Не посмотреть ли фильмы той поры? Вспомнилось современное кино о молодежном движении времен Хрущева. Там одевались ярко и вычурно, и танцевали прямо как сейчас на свадьбах и корпоративах ближе к полуночи.

Танцы не самое важное на «той стороне», в шестьдесят первом социализм, деньги никто не отменял. Потребуются наличные средства, не меньше, чем сейчас, надо хотя бы общий уровень цен узнать. Пожалуй, следует снова посетить антикварный магазинчик на Невском. Правда, в глубине души появились сомнения, кто сказал, что опять попаду именно в шестьдесят первый, если за десять минут в трамвае вылетел в нашем времени на неделю вперед! Такая перспектива не очень нравится, но если ничего не делать, просто сойду с ума по-настоящему, без всяких трамваев и таинственных девушек…

Придется действовать по шагам, ступил раз, огляделся, второй и снова огляделся. Так что завтра с утра наведаться к нумизмату, запастись советской валютой, насколько возможно. И со стороны не выглядит, что схожу с ума, мало ли коллекционеров увлекаются началом шестидесятых. Лишь бы конкурентов не нашлось на бумажные деньги выпуска шестьдесят первого года. Понятно, гривенники, двухгривенные, железные полтинники и рубли держать при себе смысла нет.

Деньги деньгами, вот документы точно не помешают, вроде бы можно заказать любые «сувениры», только в интернет не хотелось залезать, почему-то не хочу оставлять такой след. А у кого узнать, какие паспорта тогда выдавали, кроме них еще что-то было? Как же теперь жалко, что отец в свое время выкинул все старые мамины документы.

Вспомнил маму, вот и еще вопрос, с Натальей хоть развестись можно, а родители? Хоть редко с ними вижусь, только по большим праздникам, даже по телефону общаемся не часто. Они тоже могут забить тревогу, может, встретиться с отцом, сказать, нашел новую работу, надолго и далеко уезжаю в командировку, к примеру, за границу? Поверят легко, не по причине плохих отношений, пусть они меня вырастили, но отец и его жена не мои родители. Так получилось, мама осталась одна, когда мне было сеть лет, в нашей семье появился новый мужчина. Его не в чем упрекнуть, даже стал называть папой.

Мама инженер-физик, работала в научном институте, во время командировки самолет попал в катастрофу. Потом папа снова женился, у них с новой супругой появился ребенок в придачу к названному брату Не скажу, что стал лишним, и отца не осуждал, но, как только появилась возможность, стал жить отдельно. Даже институт выбрал в первую очередь потому, что там имелась нормальная общага. Так что отец и его семья только вздохнут, если уеду подальше.

Других близких не оставалось, мамина дальняя родня жила в «глубинке» в Пермском крае, даже побывал у них после института. Сейчас вряд ли кто-то там меня помнит, остаются друзья и знакомые. На последнее место пришел еще до женитьбы, почти все знакомые остались там. Вряд ли кто-то из них станет скучать по такому «шалопаю», судя по моим проводам с работы. Из близких друзей только Михаил, с ним придется объясниться как с отцом, но по-другой причине, чтобы не слишком беспокоился обо мне. Пусть и спас ему когда-то жизнь, он не должен расплачиваться за это все оставшееся время. Поэтому с ним обсуждать ближайшие перспективы очень осторожно.

К своему удивлению после всех невеселых мыслей вчерашней тревоги в голове не оставалось. Совсем не зря выкинул столько денег на этого доктора. Он прав, без дела маяться хуже не придумаешь, особенно в моей ситуации. В общем, план таков, завтра еду на Невский, попутно прикупаю куртку или плащ, может, костюм попроще и старомодные туфли. С «шабашкой» Мишка концу недели обещал прояснить, работу активно пока искать не стану. Подвернется, не откажусь, только, как быть, устроюсь куда-нибудь и снова вот так вот «улечу». Во-первых, обидно, во-вторых, вызову подозрения слишком частыми «пропаданиями». А если жена опять на меня заявит, как бы не угодить в «Кащенко»?

Впрочем, насчет Натальи можно не беспокоиться, просто подать официальное заявление о разводе, все равно имущество при расторжении брака теперь не делится. Квартира у нас неплохая, полгода, как ипотеку выплатили, но придется продавать и покупать себе новую. Наташка вряд ли найдет денег на мою долю, про себя и говорить не стану. «Ниссан» свой люблю, но много за него не дадут, лет сколько!

Меркантильные рассуждения привели к крамольной мысли, мне глубоко безразлично, вернусь из прошлого или нет… Но зачем мне это нужно, что, здесь плохо живется? Впрочем, мог бы и не спрашивать, сам недавно ответил, мало что здесь держит. Но если совсем честно, все из-за девчонки с голубыми глазами. Да, именно из-за нее, меня к ней влекло, словно девушка хочет донести что-то важное.

Не влюбился же, видел мельком, даже представить смешно. Какая любовь, мне тридцать три, ей, дай Бог, двадцать. Что такое связываться с «малолеткой» немного представляю, хватило Наташки. Тогда для чего ищу встречи, чтобы услышать в ответ: «Знать Вас не желаю!» Нет, такой взгляд не может обмануть, ведь выделила меня в метро среди других мужчин.

В таком настроении завалился на диван, намереваюсь перед сном посмотреть что-нибудь из советских фильмов. Оказалось, выбор огромный, пока листал меню, глаза почти сразу стали закрываться. Может, от прошлой почти бессонной ночи, может, после сегодняшнего визита к доктору. И снова передо мной образ загадочной девушки из прошлого, задорные голубые глаза, светлые прядки над ушами и серый беретик с забавным хвостиком.

Даже не догадываюсь, как зовут девчонку, вообще, какие женские имена популярны в то время? Моя мама родилась чуть позже, назвали Юлией, а этой девушке лет двадцать, не больше. Получается, родилась еще в «ту» войну, прямо, как моя бабушка? Вот потому на языке стало вертеться имя Елизавета, Лиза, пусть будет Лизанька, красивое имя...

Глава 14. «Как хорошо быть казуалом…»

Вечерние переживания с утра ощущались не так драматично, словно создание файла на ноутбуке решило проблемы. Так или нет, проснулся с бодрым настроением, может и, хорошо, что вечером обошелся без спиртного. Утренние заботы заняли немного времени, и вот снова в кабинете с ноутбуком. Ищу магазины винтажной одежды рядом со станциями метро, не хочется гонять на машине по центру. Впрочем, найденные не сильно порадовали, большинство торговало псевдо-советской одеждой, современными моделями с символикой СССР.

В прочих предлагали разнообразный «ширпотреб», от приемников и примусов до котелков и саперных лопаток, а одежда в основном военная. Воевать ни с кем не собирался, тем более, искать клады. Придется продолжить поиск, не предполагал, что с ретро-одеждой так сложно. Вот для девушек просто раздолье, столько платьев и прочего, прямо как на старых фотографиях.

Для мужчин в наших магазинах лишь какие-то клоунские костюмы, ковбойские и джинсовые, в таком виде сразу привлеку внимание не только «там», но и «здесь», разве что народ на площади развлекать. Вот бы в эпоху Петра I отправлялся, мог бы ходить хоть в кафтане и ботфортах, никого, кроме туристов и рекетиров, не заинтересую. В который раз убеждаюсь, «в интернете найдется все» не более чем навязанный рекламой стереотип.

Разумеется, посмотрел точки торговли старой одеждой, особенно виртуальные площадки. «За бугром» огромный выбор, предложения одно выгоднее другого. Но срок доставки не устраивает и как подобрать по росту и размеру? Так что магазины только здешние, записал адреса, сегодня же и загляну. Звонить без толку, мало ли что ответят, лишь бы продать, или хотя бы заманить в торговый зал. Надо самому трогать и примеривать, пусть даже потрачу больше времени.

По другому и не получится, как понимаю, в СССР дела с одеждой обстояли не слишком хорошо, но не бежать же «на той стороне» сразу искать спекулянтов? Снова удивился, так спокойно думаю о переходе в иное время, словно это действительно возможно. Неужели доктор мне настолько «провентилировал мозги», вроде бы тогда так говорили?

Может, попробовать иначе? В сети полно фотографий того времени, найти снимки мужчин в костюмах, поискать похожие и выбрать современные? Получилось не очень, ссылок на магазины нашлось не много, но все же кое-что. По крайней мере, кепку купить не проблема. Но опять никаких виртуальных магазинов, все живьем. Засиживаться смысла нет, через час уже в пути. Ветер с залива разогнал вчерашние облака, солнце пригрело, и асфальт местами парил. Не люблю такую перемену, но настроение от этого хуже не стало.

Дорога на троллейбусе с пересадкой, не так удобно, но кажется безопасной, вчерашняя мысль «про рельсы» глубоко засела. Может, зря «дул на воду», ничего похожего на прошлый раз не почувствовал, зато полюбовался местами, где не довелось бывать. С магазинами, конечно, пролетел, выглядевшее на фото винтажным оказалось обыкновенным китайским ширпотребом. Тем более, брюки все на молнии, в ателье за перешивкой обращаться и время потрачу, и возьмутся ли вообще за такое?

Повезло только в третьем магазине в стороне от Невского. Для начала молоденькая девушка-консультант выяснила, что я, оказывается, поклонник стиля «кэжуал», любитель ходить том, что удобно и не гнаться за переменчивой модой. Казуал, так казуал, я все-таки «немец», попробовали подобрать что-то из старых коллекций. Девчонка старалась, и пара костюмов пришлись мне по душе и по фигуре. Но первый же взгляд в зеркало разочаровал, ничего схожего с увиденным на старых фото. А надев шляпу, понял, что потяну максимум на комиссара Каттани, был такой телегерой в детстве.

- Вы случайно не аниматор? – вдруг спросила продавщица.

- Почему так решили?

- Как-то приходили молодые люди, искали костюмы тридцатых годов, затеяли постановку на свадьбу.

- Почти так, только у меня эпоха на два десятках лет позже.

- Тогда может прямо на «Ленфильм», у них богатая костюмерная, можно взять в аренду.

- Так считаете?

- Подружка на студии работает реквизитором, через Киру проще, без всякой бухгалтерии.

- Телефоном не поделитесь?

- Разумеется, только будьте осторожны, она не замужем! - девушка лукаво улыбнулась.

Поблагодарил сообразительно девчонку, уже на улице задумался. Этот вариант даже дешевле обойдется, тем более, если получится с переходом. Не вернусь, так и спросить не с кого, если ненадолго, почему бы и нет? С верхней одеждой стало яснее, а за обувью придется походить, но это уже после антикварного магазина.

Решительно берусь за ручку резной двери знакомого магазина на Невском, в этот раз только хозяин, к моему удивлению, сразу вспомнил.

- Здравствуйте, Михаил, Вы еще не поменяли период для коллекции?

- Нет, остановился на шестьдесят первом.

- Знаете, Вам повезло, в субботу принесли несколько банковских пачек, правда, вперемешку. Эксклюзива не оказалось, коллекционерам такие казначейские билеты не интересны. Серии «АА», к моему сожалению, не оказалось, то есть, выпуск ближе к середине года. Банковская упаковка позволяет определить верхнюю границу, пожалуйста, смотрите. - продавец выложил на дубовую крышку три пачки денег уже знакомого маленького размера.

Осторожно прикоснулся, в отличие от выбранных в прошлый раз денег выглядят прилично, сразу не сказать, что им шестьдесят лет. Пригляделся, не совсем, побывали в обороте, кромки помяты и потерты, оно и понятно, деньги не крупные. Сколько здесь, целых пятьсот рублей, на упаковке «трешек» заметил штампик, на «рублевках» пометка от руки, сентябрь и ноябрь шестьдесят первого.

- Интересно, откуда они взялись?

- Слово «клад» Вам наверняка знакомо!

- Разумеется, но ни разу не встречался.

- Клад может оказаться где угодно, хоть в старом бабушкином шкафу, хоть в заложенной печной вьюшке. Петербург давным-давно превратился в сплошной объект капитального ремонта, таких находок хватает. Приносят, дай Бог, если четверть, на царские деньги обращают внимание, советские часто выкидывают. Вот эти конкретно нашли при ремонте «коммуналки», если бы не древний «брегет» и образок, наверняка бы выкинули с мусором. Хотя какое отношение древности имеют к деньгам шестьдесят первого года, поднять трудно.

- Сколько они стоят?

- Эти не очень много, газеты в которые завернули, и то, пожалуй, дороже.

- И что же это за газеты, про полет Гагарина?

- Молодой человек, станете смеяться, «Правда» с программой построение коммунизма, - продавец улыбнулся с заметной грустинкой, - другая «Ленинградская правда» с отчетом о двадцать втором съезде КПСС.

- Интересное совпадение!

- Вы даже поняли, о чем речь, сейчас мало кто об этом помнит. Несмотря на то, что купюры прямо из шестьдесят первого, коллекционная ценность невелика. Поэтому отдам по обычной для такого состояния цене, пять тысяч за все.

- Спрятавший клад точно коммунизм строить не собирался! - постарался блеснуть эрудицией.

- В шестьдесят первом году еще не родился, но в деревне у деда удивился учебнику, где к восьмидесятому году предполагали построить общество всеобщего благоденствия.

- Часто у вас интересуются деньгами тех времен? – и черт меня дернул задать вопрос?

- Коллекционные всегда в цене, а вот такие редко спрашивают, в этом году Вы первый, раньше случалось. Причем искали и дореформенные деньги, с ними совсем плохо, обычно такие находки сразу идут в мусорный бак. И так обидно, порой готовы покупать пачками, а предложить нечего. Похоже, временами случается нечто вроде «скрытой эпидемии» у коллекционеров, на аукционах и специальных форумах ажиотажа не наблюдается.

- Скажите, любители старых денег солидные собиратели?

- Не сказал бы, встречались и парни вроде Вас.

- Вы их не знаете?

- Откуда, сюда приходит много людей, но они чаще общаются между собой. Если и приглашают в свой круг, то по «техническим вопросам».

- Разве Вы сами не из их числа?

- Удивляйтесь, как можно работать на кондитерской фабрике и не любить конфет?

- Примерно так.

- Это всего лишь работа, увлечение в другое сфере, впрочем, как и у Вас, наверное.

- Разумеется, - что-то уж слишком разоткровенничался.

Почувствовав себя советским богачом, совсем просто отыскал себе туфли, причем отечественные, местной фабрики. Долго выбирал, какие взять, на шнурках, или с резинкой. Так хорошо сидели на ноге, что решился было на обе пары, но пока решил шнурованные, кто знает, не слетят ли «с резинкой» при переходе? Снова заметил, не пугаюсь его наступления, вжился в неизбежность, жду завершения моих страхов в любом смысле.

Времени осталось порядком, не созвониться ли с «Ленфильмовской подружкой»? На звонок никто не ответил, похоже, реквизитор занята. Перезвонила сама, приятный голос спросил Сергея. Не удивился, продавщица могла предупредить о возможном звонке, не часто такой чудак встречается. Объяснять долго не пришлось, спросила размер и рост.

- Это выйдет в две с половиной за подбор и пятьсот в день.

- Дело в том, что срок мероприятия не определен, может, придется месяц ждать. Получается почти двадцать тысяч, почти два шерстяных костюма.

- Можем подобрать, позже заберете.

- Могу не успеть вернуться, надо сразу.

- Раз надолго, лучше обратиться к Феликсу, сошьет быстро и качественно. Обойдется дешевле и Вам же останется, не пригодится, всегда через него нам продадите, понятно уже со скидкой.

- Замечательно, как с ним связаться?

- Номер сброшу, на «вайбер», «ватсап»?

- Лучше СМС, сейчас на телефоне с мессенджерами проблема. Спасибо, Кира!

- Пожалуйста, хотя жаль, что не увиделись, у нас большой выбор интересного!

Теперь понял, не зря продавщица предупреждал меня о статусе подруги, голос чрезвычайно игривый. Так и запишу, «Кира-Ленфильм»! Не откладывая, позвонил Феликсу, с ним оказалось совсем просто, спросил, что надо и когда. Уточнил материал, цвет и период и предложил приезжать прямо сейчас, снять мерку. Назвал адрес, пожалел, что не взял машину, с другой стороны, хоть займусь делом до самого вечера.

Ехать пришлось почти до Парка Победы, снова забавно смотреть в окно, словно в первый раз вижу современный Петербург. Наверное, и правда что-то в голове сдвинулось, пусть и не в самую плохую сторону. Феликс оказался ненамного старше мня, встретил в маленькой мастерской, уставленной манекенами в полусметаной одежде.

- Вам на спектакль, или на реконструкцию, или по городу ходить? Хотя, судя по прическе, скорее аниматор.

- Нужен универсальный костюм, не переодеваться каждый раз, - хорошая идея, аниматор, или по-старому «массовик-затейник», лучшая маскировка!

- Давайте прикинем, что больше подойдет, - мастер взялся за планшет.

Почти как сам дома, нашел подходящие фотографии, вместе выбрали модель. Потом уточнил у Феликса, можно ли под эти брюки сшить еще что-то вроде курточки, как носили в конце пятидесятых, только на пуговицах. Портной неплохо разбирается в модах прошлого, посоветовал ветровку, как у Шурика в известном фильме. Только его профиль винтажные костюмы, на куртку отвлекаться получится и дороже, и не гарантирует срок.

- Как долго такой шить?

- Чистой работы два дня, если сейчас сниму мерки, послезавтра к обеду можете подъезжать.

- Так быстро?

- Работаю не один, и потом, Вам же не нужен костюм изысканного стиляги?

- Нет, самый обычный, вроде молодого советского инженера или...

- Или работника райкома комсомола?

- Вот именно, очень точное попадание в мой образ.

- Тогда совсем просто, в этом случае шляпа не пойдет. Впрочем, кепка тоже, так что поищите курточку. Насколько помню, похожие можно найти вот здесь, возьмите визитку.

Мерки снимал аккуратно, даже не пришлось раздеваться, вопреки ожиданию. Цена тоже оказалась ниже ожидаемой, хотя за такие деньги мог бы найти костюм в элитном магазине. Феликс обещал и пуговицы подобрать антуражные, а под будущую куртку все же предложил заказать еще и брюки.

- Будем делать лейблы?

- Какие предлагаете, просто интересно?

- Это давно не вопрос, любые, «Большевичка», наша фабрика Володарского, хотите, Рижской швейной фабрики, можно и «соцлагерь».

- Давайте Рижскую!

- На лето посоветую добавить светлый клетчатый пиджак, с брюками от куртки получится гармоничная костюмная пара в том же стиле. Разумеется, если понравится моя работа.

- Хорошо, Феликс, но это может через месяц, - расстались почти друзьями после пятидесяти процентов задатка.

До вечера далеко, заскочил в подсказанный винтажным портным магазин на Гороховой. Не напрасно, куртка не совсем как у Шурика, но вполне в стиле тех лет. Стоит совсем недорого, главное, на пуговицах, никаких молний и кнопок. Приглядел там и плащ, серый, с большим отложным воротником и кушаком. Решил пока обойтись, с каждым днем теплеет, тем более, в таком стиле несколько моделей, давно висят.

Кто бы раньше сказал, что проведу день в погоне за шмотками, сильно бы удивился. Сейчас с каждым купленным предметом остановилось спокойнее, словно действительно предстояла экспедиция, как минимум, по поручению Академии Наук!

Сразу и пообедал, и поужинал, завалившись с обувной коробкой и пакетом в кафешку неподалеку от остановки. Дома с легким злорадством намазал новые ботинки Наташкиным кремом для рук, кожа непривычно грубая для обуви. Может, отвык кататься на общественном транспорте, может, просто утомился, но заснул рано, уже по привычке прижимая к груди камешек на шнурке…

Глава 15. Два раза в одну реку…

Оказалось, так и оставил телефон в прихожей, не мудрено, с вечера звонков не ждал, и сам никому звонить не собирался. Заснул рано, поэтому раздавшийся приглушенный звук в сочетания с жужжанием легко прервал мой сон. С трудом сообразил, где аппарат, прошлепал по холодную полу, подогрев не включал, одному ни к чему.

Спросонья не сразу разобрал, кто звонит, на старой «Нокии» не только аватарки не успел поставить, даже просто подписать старые номера поленился. Оказалось, Наталья, не здороваясь, сказала, приедет через полчаса перед работой, и снова уедет. Что-то ей надо забрать из вещей.

Зачем предупреждать, неужели думала, любовницу домой позвал, пока жены нет? Обратно ложиться не стал, быстро привел себя в порядок, сегодня хватает дел, разобраться бы за день. Привязать номера к именам на «симке» точно не получится, впрочем, едва лишился работы, стал особо никому не нужен. Из всех прежних контактов звонил только Мишка, из остальных полиция и медицина. Пару звонков бывших контрагентов не считаю, как и банк.

Натка не шутила, второй раз позвонив уже у дома. Прогонять мне некого, зато сам в окошко заметил, что приехала на темно-синем БМВ, и какой-то тип открыл ей дверь. Жена показалась с одной сумочкой, без давешнего чемодана. Целовались у парадной или нет, мне уже не видно.

Заявившись в квартиру, Наталья все же поздоровалась, видимо ждала моих вопросов, но я молчал, стоя в дальнем углу прихожей.

- Почему трубку сразу не брал?

- Забыл вечером в куртке.

- Опять напился?

- Тебе-то какое дело теперь?

- Вот так с пьяну заснешь, дверь на задвижке оставишь, потом ломать, не хочу лишних расходов - старается говорить небрежно, но в голосе чувствуется напряжение.

- К задвижке больше не прикоснусь, - хотелось добавить: «приводи кого хочешь», но сдержался.

Скидывая туфли, Наталья напомнила про справку, надо же, помнит, не сгоряча тогда кричала. Не поленился, достал файлик, показал бумаги от обоих врачей. Не понимаю, о возврате к недавнему прошлому и разговора может не быть, к чему вдруг вспомнила. Проходя в спальню, уцепилась взглядом за «Нокию» в руке.

- С чего вдруг старье кнопочное достал и зачем на него «симку» переставил? Где смартфон, вроде хотел показать, что не было не отвеченных вызовов и сообщений?

- Понимаешь, Наталья, он сломался.

- Опять врешь, боишься, увижу в переписке компромат?

- Глупости не говори, если что было, мог просто стереть.

- Тогда где же он?

- В сервисе оставил, теперь это просто кусок пластмассы, внутри все расплавилось.

- Какой же ты тупой выдумщик, неужели думаешь, поверю, опять начинаешь?

- Вот поезжай и сама спросила у мастера.

- Давай квитанцию, съезжу и спрошу!

- Квитанции нет, он бесплатно посмотрел, почему телефон и оставил.

- Так и знала что выкрутишься, ври дальше! Наверняка мастер твой знакомый, такой же алкаш или бабник. Вон, у тебя уже бар наполовину выгреб!

Здесь ничего не возразишь, одному в пустой квартире вечером особо делать нечего. Наталья действительно приехала ненадолго, вот уже каблуки зацокали по кафелю лестничный клетки. Так и не понял, что забрала, не мое дело. Спокойно смотрел, как жена садится в «Бэху», сейчас дверцу никто не открыл.

Снова бросил взгляд на кажущийся крошечным экран, оказывается, вечером Мишка звонил, а я быстро вырубился, даже не прореагировал. Перезвонил, оказалось, хотел сегодня встретиться, обсудить условия той самой шабашки с его конторой, надо ехать к нему в офис за Охту. Уже привыкаю к «концам в полгорода», может, снова к лучшему, чем меньше нахожусь дома, тем легче голове. Пришла мысль, обновить «ретро-туфли», но пожалел ноги, хотя крем для рук действительно творит чудеса, кожа хорошо размягчилась.

Тянуть не стал, ехать придется с двумя пересадками. Почему не на такси, сам не знаю, не то, что денег жалко, просто не хочется оставаться с кем-то наедине даже в машине. С чего вдруг, никогда такого со мной не случалось. Но сейчас в муниципальном транспорте чувствую себя спокойнее, тем более, днем не так много пассажиров.

Пересадка у Московского вокзала, неожиданностей не ждал. Но, проезжая по Невскому, почувствовал вибрацию и легкое жжение на груди. Поначалу испугался, сердце, что ли, прихватило, потом сообразил, это же мой нежданный талисман на бечевке. Пока не миновали Аничков мост, так и чувствовал непонятную реакцию камешка. Что это значит, ведь в трамвае такого вроде бы не замечал, правда, тогда носил его в бумажнике.

Осторожно дотронулся до футболки, под тканью показалось, камешек действительно нагрелся. Вибрация могла показаться, все-таки ехал на троллейбусе, но нагрев ощутил даже пальцами. От этого снова вернулась тревога, мало мне возвращение жены. Нет, с подготовкой нельзя затягивать, вдруг это предупреждение о чем-то скором?

Рассчитывал на небольшой разговор с другом, но за Охтой пришлось провести почти полдня. Сначала предварительный разговор на «нейтральной» территории, видимо, специальное помещение для кадровиков и всяких переговорщиков. Мишка только представил меня, и убежал за «вертушку» на проходной.

Разговор понравился, чувствовал, человек напротив меня специалист в своей сфере. Видимо, предварительные выводы оказались для меня благоприятны, перед обедом даже выписали пропуск.

Первый раз побывал у Мишки в кабинете, особо в интерьер не вглядывался, не до того. Больше рассказывать про Наталью не стал, самому дальнейшее пока непонятно. Перекинулись пустяшными фразами, пока искали начальника технического дивизиона. Встреча получалась только после обеда, пользуясь заминкой, перекусили в «производственной столовой». Очень даже приличное кафе, единственное, что отсутствовало в меню, разумеется, пиво!

Зато кофе оказался даже лучше, чем в моем прошлом офисе, но много времени с Мишкой провести не получилось. На деле убедился, насколько насыщено рабочее время менеджера старшего звена, не зря так отрывается по выходным. Поэтому полчаса перед встречей просидел в холле с журналами и чашкой кофе.

Начальником техотдела оказалось весьма симпатичная женщина, из недостатков, пожалуй, лишь незнание немецкого языка. Это неудивительно, «язык Гете» давно перестал быть востребованным в большом объеме. Даже в Петербурге деловые партнеры уверенно владеют английским, сам не раз убеждался. Но времена меняются, особенно теперь, и Мишкина контора работает не только с «ЕЭСовцами», большинство контрагентов предпочитают родной язык, в том числе в технической и юридической документации. Как раз по юридической части у них специалист имелся. Вот с «технологом» временный провал, как порой у женщин случается, декретный отпуск никакими бизнес-программами не предусмотреть.

Перспективы на сотрудничество получались неплохие, тем не менее, меня обязаны проверить. Мишка предупредил заранее, взял с собой все документы, в том числе поощрительные дипломы, поскольку пришел без рекомендаций, Мишка не считается.

Оставил электронную почту, большая часть материалов станет приходить именно таким образом. Не привыкать работать с «пэдээфками», хорошо, здесь чертежей не так много. Самое больное место, когда на ошибки оригинала накладываются ошибки переводчика, а с текстами что не работать! Понятно, это пока не приглашение, скорее, тестирование, но остался доволен, все же какая-то перспектива впереди. Главное, чтобы сам снова не подвел, пусть не по своей вине, здесь это тоже никого волновать не станет.

Со всеми этими разговорами время уже к трем часам, забежал к Мишке подписать пропуск. Тот предложил где-нибудь подождать часок, сегодня он освободится раньше. Оказалось, ему предстоит длительная поездка в Европу, почти на месяц. Придется замещать внезапно приболевшего заместителя Генерального на бесчисленных переговорах. Вечером на поезд и в Москву, вещи с вечера собраны, поэтому хотел обговорить пару моментов. Заодно и поужинать, что воспринял спокойно, поскольку товарищ за рулем.

Сам не против пройтись, давно в этих местах не бывал и погода хорошая. Заодно потолкаюсь по окрестным магазинам, вдруг на что полезное натолкнусь. Уже не раз убедился, случайности в жизни стали значить очень много. Поначалу застрял в букинистическом отделе книжного магазина. Приглядел туристический путеводитель по Ленинграду, выпуска конца пятидесятых. Стоил, кстати, не так уж и мало!

Не только с книгами повезло, абсолютно без всяких мыслей наткнулся на магазин с выразительным названием «Феликс». Забавная ассоциация с портным и подтолкнула мне к двери. Заведение для мужчин, поэтому из покупателей только дамы. Под любопытными женскими взглядами неожиданно быстро подобрал две «олдскульные» рубашки «поло», к ним пару обычных недорогих футболок под новую куртку.

Пожалуй, не помешало бы прихватить из дома рюкзак, не слабо закупаюсь! Еще джемпер в том же стиле, и галстук-«селедку», как раз такие носили в шестидесятых. В придачу еще один галстук, тоже чудной, но пошире. Со свадьбы носил их только на работе, на переговоры, показаться на улице и в голову не придет. А на старых фото почти все мужики в костюмах при галстуке.

Друг за час, разумеется, не управился, и к моим приобретениям на Охте добавился «бэушный» телефон. Самый простой, с большими кнопками и громким звонком. Переставил карточку, теперь снова готов пользоваться рельсовым транспортом. Когда Мишка увидел меня на скамье напротив офиса с двумя пакетами, даже присвистнул.

- Никогда бы не поверил, что в такой ситуации станешь думать о шмотках! - по товарищу заметно, рад за меня, что хоть так отвлекаюсь от нагрянувшего несчастья.

Место для ужина действительно оказалось неплохим, впрочем, хорошей кухней много где порадуют, но такое укромное и уютное место еще попробуй найди! То, что Михаил не пригласил домой, давно в порядке вещей, мы даже вместе с женами встречались только в кафе или на заливе. Теперь не стал скрывать, рассказал про утреннюю встречу.

- Номер «Бэхи» не запомнил?

- К чему, следить не собираюсь!

- Почему бы и нет, есть выходы, «пробить» не проблема.

- Отрезал так отрезал, этот мужик ни при чем, сам тоже быстро сорвался.

- Серега, может, подумаешь, ведь вы оба начудили… Все так ломать? – похоже, Мишкина жена уже успела нас обсудить.

- Хорошо говорить, тебе же Алина рога не наставила...

- Всякое бывало, но похожее и близко не случалось, самое страшное поддатого приносили, и все.

- Тут даже не в измене дело, ведь никогда ни малейшего повода не давал, и вот так, сразу забыть. Понимаю, сказали бы, что погиб, под машину попал, утонул, или бандиты убили. Или без вести пропал, сколько людей исчезает…

- Ничего тебе не посоветую, смотри сам. Наташке звонить не стану и жену отговорю, если получится.

- Вечером попробую спокойно обсудить, все точки расставить. Лишь бы только ухажера с собой не привела, чтобы досадить, вдруг не выдержу?

- Как бы она тебя не подставила, рано или поздно. «Ментов» вызовет, протокол составят, вообще конец карьере.

- Это точно, розыскное дело уже приготовили, с испорченной репутацией далеко не пойти, - понятно, вопрос завязан на предмет возможной работы. Вроде бы предстоит переводить не секретные материалы, но все же коммерческая тайна.

- Знаешь, Серега, что подумал, у меня на Комендантском квартирка маленькая, однокомнатная. Под аренду купил, косметический ремонт совсем свежий, там только прибраться осталось. Пожалуй, позвоню, чтобы полный клининг до понедельника сделали, можешь поселиться. Бери ключи, живи, сколько потребуется, пока не наладится или что-то не решишь.

- Миша, сколько за нее берешь?

- Серый, мне она так, «на сигареты», тем более, не курю. Пользуйся и не спрашивай. Станет понятнее, тогда и поговорим, а так тебе спокойней, да и мне тоже. Сам знаешь, друзей у меня не много, еще меньше тех, кому могу чем-то помочь.

Вот тебе и Мишка, вечно подшучивающий дружок, любитель выпивки и суровых мужских развлечений. Бог с ним, может, аренда для него действительно мелочь, вроде не одна такая квартира имеется. Только предложить помощь так, как он сделал, не каждый может. Стесняться не стал, забрал ключи, почувствовав себя немного увереннее. Дома надо не забыть спрятать их в укромное место, о котором Наташке даже не подумать. В крайнем случае, найду, где до понедельника «перекантоваться».

Несмотря на возражения, Михаил довез меня до самого дома, стоял и смотрел у машины, пока не закрылась дверь парадной. Поднимался по лестнице, почему-то пришла мысль, в лифте тоже есть рельсы! Уже перед дверью посмеялся над собой, ведь в Мишкиным офисе несколько раз прокатился на скоростной кабинке.

Глава 16. «Будь готов – Всегда готов!»

Признаюсь, вечером поначалу ждал, что Наташка заведет разговор о наших дальнейших перспективах. Что-то вроде: «Хочешь все сломать? Или начнем все сначала, считать, что ничего не было?» Хотя с чего вдруг, разве что ей не понравилось с новым кавалером? Первым заговаривать не думал, ни к чему бегать по кругу. Если не врать самому себе, понятно, вместе жить не сможем. Странное происшествие словно встряхнуло наши отношения, сбросив наносное, оставив только сетку из переплетения надежд, разочарований и обязательств.

Начать с чистого листа у нас точно не получится, даже не из-за того, в чем подозреваю супругу. Вовсе не хочу знать, чем занималась в мое отсутствие, и потом, покинув общий дом. Может и хорошо, что ребенок так и не появился… Теперь понимаю, то небольшое, что нас связывало, испарилось со скоростью сухого льда, словно контакты на «симке». Понять меня Наталья не сможет, да и кто сейчас поймет, разве что попавший в такую же ситуацию. Действительно, что теперь держит, не квартира же с автомобилем? Словно прочитав мои мысли, Наталья спросила о машине.

- Ты «Ниссанку» после развода не оставишь, а то делить невыгодно.

- Даже мыслей не было, привык к ней, а тебя есть, кому возить, - ответил без раздумья.

Почему-то ответ жену несколько смутил, неужели «там» тоже не все гладко? Совсем ничего не знаю о том мужике, кроме марки машины, и знать не хочу. Может, он вообще женатый, но это уже не мое дело. Продолжать тему Наталья не стала, предложила ужин и попросила не занимать ванную после десяти. Поблагодарил и засел в своей комнатке, слегка озадаченный ее поведением. Не то, чтобы ждал скандала, но слишком спокойно все происходит.

Делать особо нечего, залег с ноутбуком на разложенном диване. Подушку и одеяло забрал раньше, теперь общими остались холодильник и ванная. Наталья, как нарочно, затеяла стряпню, то и дело проходя мимо моей двери. Может, ждала, не выдержу, и все же сделаю шаг к примирению? От друзей знаю, такое случается, вроде бы разруганы вдрызг, но приходит момент и мирятся в страстных объятиях… Но у меня в голове среди суматошных мыслей нет даже полунамека на близость с женой, это даже не про физическую. Тем более, Натка достала самую «домашнюю» пижаму, полностью скрывавшую прелести.

И без того есть, чем заняться, забивал голову информацией из интернета о «том» времени, и чтобы не думать о жене, и «для пользы дела». Вроде бы много чего написано, но полно повторов, еще бы понять, чему можно верить. Поэтому стал просто искать фотографии из обычной жизни, одежда, жилье, продукты, транспорт. По фото получалось, жили довольно неплохо, много веселых лиц, одеты по нынешним меркам не роскошно, но все обуты, одеты, сытые, нищих не видно. Это сейчас большинство «повернуто» на абстрактных правах и свободах, большинство которых никогда не потребуется. То, что люди без работы сидят, теряют жилье, как и прочие «социальные прелести капитализма», мало кого волнует.

Проснулся с притихшим ноутбуком под боком, даже не разделся с вечера. Не хотел встречаться с Наташкой, решил поначалу подождать, пока не уедет на работу. Посмотрел на время, ждать предстояло слишком долго, хочешь не хочешь, придется выйти в коридор. Вопреки ожиданию, скандалить жена снова не стала, просто начала обращалась на «Вы» и по имени. Что-то задумала или просто проявляет благоразумие, не стану гадать, поддержу предложенную манеру поведения.

Завтрак у нас традиционно проходил раздельно и до размолвки, не лезло по утрам ничего из Наташкиного утреннего меню. Поэтому на кухне сегодня друг другу не мешали, более того, вечером приготовила суп-харчо, не зря с кухни доносились манящие запахи. По крайней мере, про обед думать не придется, по моим планам надолго сегодня отлучаться не получится. Все же на душе стало легче, когда за Натальей закрылась дверь, еще чуть-чуть полегчало, когда увидел, что никто внизу не встречал.

Смотрел, как идет по тротуару к остановке, стройная, на каблуках, в модном плаще цвета фисташки. Внутри стало жарко, вдруг захотелось выбежать за ней, догнать, прижать и шептать на ухо: «На все согласен, лишь бы оставаться вместе!» Наверное, так бы сделал, если бы не догнал тот самый синий БМВ и жена не укатила на нем дальше. Понял, что не дышал последние минуты, когда стал задыхаться. Зашелся в мучительном кашле, едва отошел, расплатившись неожиданной головной болью. Отыскал в аптечке болеутоляющее, и снова завалился на диван в одежде.

Отлеживаясь, старался не думать о супруге, окончательно поставив точку во всех сомнениях. Таблетка помогла, понемногу успокоился, постарался навести порядок в мыслях. Для начала прикинул, что еще не сделал, чтобы смело спускаться в метро и ездить в трамвае, вроде бы запланированное исполнил? Даже туфли, безжалостно намазанные кремом, за вчерашний день пропитались, остатки вечера проходил в них, обминая по ноге, разве что спать в них не ложился.

Но все равно поехал на машине, правда, в винтажной куртке и в новых туфлях. Феликс и правда оказался мастером, костюм подгонять не пришлось, сидел как влитой, хотя и не обтягивал фигуру по нынешней моде. Даже брюки вполне можно носить без ремня, и костюмные, и под куртку. Пожалуй, теперь можно смело спускаться в метро и заходить в трамвай. Но пока за рулем, как специально, везде пробки, хотя всего лишь четверг.

Домой добрался к обеду, поел натальиной стряпни, вряд ли станет травить до развода. Понятно, иронизировал над собой, уж на такое жена не способна, это не скандал утраивать. Но дома не сиделось, облачился в новый костюм, подошел к зеркалу, подбирая галстук. Всмотрелся, нет, что-то не то, прическа выбивает из стиля, не подходит к одежде. Хорошо, не успел на лето коротко подстричься, а то совсем смешно выглядел бы без шляпы. На такой головной убор пока не созрел, одной кепки хватало.

Пришлось поменять наряд, снова куртка и новые брюки непривычного фасона. Как не похвалить Феликса еще раз, сидели на мне как влитые, будь помоложе, вообще бы не парился. В куртке теперь смотрелся нормально, тем более, с рубашкой «поло». Не плохо бы сумку или портфель на застежках с кожаным язычками, такой дарили Артему, директору, а то все карманы забил деньгами.

На улице солнечно, без очков не обойтись, а у меня и повседневные, и спортивные с металлом. Вспомни, на катере у Михаила целый набор недорогих пластиковых: прозрачные, желтые и просто темные. Часто использовали как рабочие, может, посмотреть такие в ларьках по дороге?

Можно смело шагать на трамвайную остановку, теперь не страшно и «провалиться». Почему-то никакого страха не чувствую, наоборот, почти радостное возбуждение, к чему бы? В принципе, нечего бояться, считай, «там» уже побывал, ничего со мной не случилось, кроме потерянного времени. Как-то странно, поначалу происшествие воспринимал чуть не как трагедию, из-за семейных последствий. Сейчас приходит понимание, что выпал выдающийся шанс побывать там, где никому не суждено!

В конце концов, пусть плохо знаю то время, но у людей была настоящая жизнь, все, как у нас сейчас, пусть не настолько комфортно! Но войны не было и от голода не умирали, что расстраиваться, если предстоит прикоснуться к тайне, недоступной всем прочим! Не уговариваю себя, наоборот, жду, когда камешек на груди опять подаст сигнал.

Больше опасаюсь страшного разочарования, вдруг покатаюсь-покатаюсь, но так ничего не случится? Что тогда, как дальше жить, если все повернет обратно, кроме наших отношений с Натальей? Придется искать другую спутницу жизни, вовсе не потому, что жена легла с другим. На общем фоне проблем, может, и пережил бы, всякое случается. Сам ведь без сожалений и раздумий рванулся к Светлане, хотя подозрения в адрес супруги основаны всего лишь на вскрытой пачке… Дело в другом, просто оказался ей не нужен.

Результатом мучительных мыслей стал неожиданный вывод, хотя может и наоборот, ожидаем. Чем больше пытаюсь разобраться с личными делами, тем дальше ухожу от решения самой главной загадки. К чему эта головная боль с уже разрушенной семьей, разбитый кувшин склеить можно, только воду держать не станет. Хватит травить себя ушедшим, быстрее перебираться на Мишкину квартиру, уже убедился, в чужом месте дурные мысли приходят реже.

Кстати, про Мишку, у него есть хороший парикмахер, может заехать? Понятно, наверняка прием по записи, но сейчас могу и подождать, вдруг появится «окошко». Адрес не знал, зато помню это место на Лиговке, даже заходил внутрь, поджидая Михаила. Через час уже стоял напротив парикмахерской, не успели переделать в модный «барбершоп», народ сюда заходил солидный, ценящий классику.

На мою удачу, у мастера действительно оказалась свободное время, правда, пришлось подождать полчаса, но это большая удача. Один из постоянных клиентов не мог приехать в назначенное время, а мастер, оказывается, узнал меня. Вернее, вспомнил, что как-то приезжал с Мишкой, вот это память в таком возрасте!

Парикмахерская хорошо оборудована, но салон всего на два кресла. Внутри очень уютно, несмотря на всю старинную солидность. Чем-то напоминало антикварный салон, по крайней мере, старинные часы с боем присутствовали. А может, все дело в мастере, впрочем, его «ученик» ненамного моложе, он сам себя так назвал: «Я всего лишь ученик Мастера», когда его благодарили за работу.

- Вы сегодня без Михаила?

- Он в командировке и надолго.

- Понятно, почему не позвонил, - это к тому, что записаться сюда «с улицы» невозможно. Видимо, парикмахер решил, что Мишка хотел помочь попасть мне в салон, не стал его разочаровывать.

- Вы правы, мне нужна помощь мастера своего дела. Просто о других не слышал.

- Ваш друг несколько преувеличивает, но он прав, нет такой стрижки, которую не мог бы исполнить.

- Можете подстричь в стиле «начала шестидесятых»?

- В ту пору популярны разные стили, даже в СССР. Какой именно желаете?

- Думал с Вами посоветоваться, тот, что предпочитали молодые мужчины моего возраста.

- Взрослым делали разные прически, чаще всего «полубокс» и «канадку». Сам то время не застал, но у меня был хороший мастер и учитель, вот он действительно умел все. Все же попробуем, судя по одежде, Вы либо аниматор, либо актер.

- Почти угадали, нынешнее занятие требует нахождения в образе советского мужчины шестьдесят первого года,

- Время Гагарина! Легендарная эпоха, но прическа Юрия Алексеевича Вам не подойдет. Рановато и волосы хорошие.

- Тогда успешный ученый, инженер или секретарь райкома комсомола!

- Действительно разбираетесь в некоторых моментах, попробуем сделать из Вас молодого «ученого из ящика».

На полчасапогрузился в волшебный мир парикмахерства. А как же еще это назвать, всегда нравилось стричься. Правда, большей частью отдавался в руки мастеров женского пола, в этом даже присутствует что-то эротическое. Мужской мастер обращался всем по-другому, правда, все вспомогательные действия проводил его ассистент, молодой парень. Видимо, ему ножницы пока не доверяли. Закутал цветастой простынкой, вымыл голову и предоставил меня под инструмент мастера.

Не передать, насколько приятно ощущать зубцы на своей голове, прикосновения пощелкивающих ножниц, чем-то похожие на расслабляющий массаж. Казалось, что особенного, стриги да стриги, но мастер, вроде бы прошедший окончательно по одному участку, возвращался обратно, внимательно приводя мою шевелюру в идеальный порядок.

Самым неожиданным стало то, что место обычной челки получился зачес назад с пробором. Смотрел в зеркало, где знакомый мне человек на глазах превращался в парня шестидесятых годов. Когда мастер завершил, услышал непривычное: «Вас освежить?» и машинально кивнул. «Прикройте глаза», и с разных сторону меня окутали мелкие облачко одеколона. «Теперь можно открыть».

Удивлению нет предела, флакон одеколон «Шипр», оранжевая резиновая трубка и груша в сеточке! Откуда такой раритет, раньше только в кино видел, особо не обращая внимания. Мастер прошелся мягкой кисточкой по шее, ассистент освободил меня от простыни так, что ни одного волоска на меня не уронил.

- Можете вставать, только осторожнее.

Еще бы не осторожно, чуть не упал, увидев в зеркале человека, так похожего на фотографии, что рассматривал последние дни. Куртка, рубашка, прическа, прямо сейчас готов встречать Гагарина после полета! Похоже, последнюю фразу произнес вслух, поскольку мастер улыбнулся и довольно сказал: «Значит, у нас получилось!» За такой шедевр всего лишь тысячу?

- У Вас хорошие волосы, с ними приятно работает. Возьмите визитную карточку, на пару месяцев этой прически хватит. В принципе можете делать и обычно пробор, но лучше спать в сеточке для волос. Не смейтесь, раньше так часто поступали. Да и сейчас такое не редкость в творческих кругах.

Оказавшись на крыльце, почему-то ощутил настроение, словно в «тот» вечер перед трамваем. Совсем по-другому смотрю на улицу, проезжающие машины, проходящих людей. Кое-кто из них тоже обращал внимание на меня, сразу выделил две категории. Одна редкие пожилые люди, другая молодые женщины. Понятно, их не так много для статистики, но и те, и другие смотрели с интересом, только по-разному. Ветераны, видимо, вспоминал свою юность, девчонки явно оценивали.

Заинтригованный, не сразу направился к остановке, прошел чуть дальше, до ближайшей зеркальных витрины. Одно дело смотреть на себя в зеркале в зале, другое видеть на фоне улицы. Ни разу не нарциссист, но сам заинтересовался молодым человеком словно из советского кино. Единственное, что меня выдавало, слишком озабоченный взгляд. Ну что же, следующий шаг туда, откуда может не быть возврата. Впрочем, как раз из психушки порой выпускают…

Глава 17. «Девушка без адреса»

Вечер четверга прошел по уже проверенному сценарию, как и утро пятницы. По пути домой отвлекся на поиски кожаной сумки или портфеля, пока скакал из метро в трамвай и троллейбус. Судя по свету в окнах, Наталья вернулась с работы раньше меня. Не скрою, открывая дверь, боялся, вдруг кого-то привела? Пусть теперь наплевать, что с ней происходит, но чужой мужик в доме уже перебор.

Беспокоился напрасно, жена дома одна, встретила в коридоре с тазиком белья. Удивленно разглядывая мой новый образ, едва удержалась от улыбки, покачала головой и демонстративно безразлично скрылась в ванной. Разве что показалось, бросилось сквозь зубы: «Вот еще, Шурик нашелся!» Но поесть предложить не забыла, не пропадать же приготовленному.

После ужина снова на диван, мысли ворочались со скрипом, укладываясь в самых невероятных сочетаниях. И вот одно из них, предположим, таинственная девушка просто моя современница, аниматор или студентка художественного ВУЗа. Мало любителей необычно одеваться, творческие личности, они такие! Кого только сейчас не встретишь на улицах и в транспорте, у самого в памяти встреча в метро с двумя бравыми усачами в белогвардейской форме, только вместо револьверов и шашек при них гитара в чехле и штатив фотоаппарата.

В конце концов, это не самый плохой вариант, не хуже, чем подозревать в себе сумасшедшего, поверившего, что в прошлое можно укатить на трамвае двадцать третьего маршрута. Но, самое главное, если незнакомка тоже проживает в нынешнем Петербурге, есть шанс найти девушку не только в метро.

В наше время люди, особенно молодые, не могут не засветиться в социальных сетях, или в каких-то других уголках интернета. А как сейчас проще всего найти человека, когда чуть не каждый шаг фиксируют на камеру? Разумеется, по лицу, правда, у меня нет фотографии «Лизы», но здесь уже уцепился за следующий поворот в дебрях взбудораженных мыслей. Если нет фотографии, можно попробовать портрет, услужливая память подсказывает, где-то натыкался на объявление: «изготовление фотопортрета по описанию». Уже засыпал, поэтому на раскрытом ноутбуке забил в поиск нужную фразу, оставив остальное на утро.

Оказалось, найти подобную услугу совсем не сложно, даже пришлось выбирать из нескольких предложений, на что ушло больше времени, считая обзвон. И вот ближе к обеду подхожу к небольшой конторке на первом этаже одного из «доходных домов» на 12-й линии Васильевского. С самого начала пошло не так, как представлял, встретила забавная девушка в огромных очках весьма экстравагантного вида. Впрочем, и сама отличалась оригинальностью, по крайней мере, на мой взгляд. Уморительная короткая стрижка с хвостиками над ушами, татушки и пирсинг в самых необычных местах. Но при всем при том оказавшаяся толковым специалистом.

Усадила меня перед экраном, пристроилась рядом, к удивлению, оказалось, составлять портрет станем при помощи криминалистической программы. Вполне возможно, полицейские эксперты используют такие же. Но и тут ошибся, все оказалось круче, не просто «фоторобот», а «3D-робот», даже не слышал о таких. Пока понял, что от меня требуется, прошло немало времени, но девушка абсолютно не беспокоилась, еще бы, оплата-то повременная. Оператор терпеливо меняла на экране подбородок, нос, щеки, скулы, глаза, брови, пока не стало получаться что-то похожее. Уши поначалу не трогали, сам сказал, скрыты прической.

Все же освоился, образ «девушки Лизы» складывался довольно точно, дело пошло быстрее, когда подсказал оператору, незнакомка использовала макияж в ретро стиле. Еще хотелось передать выражение глаз девушки, что оказалось самым сложным. Посмотрев на время, с сожалением сказал: «Почти она, но чего-то не хватает».

Видимо, оператор привыкла, что никто не объясняет, почему не приносит фотографии, только спросила: «Добрый ли повод для составления фоторобота?» На мой ответ: «Добрее не бывает», абсолютно без эмоций, на свое усмотрение, слегка поправила прическу, чуть-чуть добавила теней, на готовом рисунке. А мне хотелось кликнуть: «Вот она!»

Конечно, получившееся изображение не достоверный портрет «девчонки из транспорта». Как передать удивленный взгляд, нежную кожу лица и обаятельную улыбку. Самое главное, как изобразить изящный поворот головы? Уже не стесняясь девушки-оператора, поделился с ней мыслями. «Так бы и сказали, «тургеневская барышня». Повозив мышкой по столу, выполнила нужный поворот. Вот теперь все, хотел было попросить распечатать, это совсем копейки, по сравнению с остальным. Но стоит ли давать жене лишний повод, ограничился записью на флешку.

Домой возвращался, казалась, с замершим сердцем, ожидание чуда не отпускало ни на улице, ни в транспорте. Чуть не бегом ворвался в квартиру, едва дождался, пока ожил ноутбук. Сомнения меня не обманули, пусть на экране «Лиза» как живая, но в поиске не то, что полного совпадения, вообще никого близко похожего не нашлось. По крайней мере, в Петербурге…

Разумеется, схожие по стилю женщины не могли не обнаружиться. Отдельные черты лица встречались, чаще это оказывались актрисы прошлых лет. Но «мою Лизаньку», как называл про себя девушку, никто не напоминал. На экране скользили сотни изображений, бесконечная череда женских лиц, тщетно вглядывался в надежде заметить знакомые черты… Понимаю, с каждым фото вероятность только уменьшается, но не могу заставить себя оторваться от колесика прокрутки.

Может, попробовать иначе, одного лица мало, попробовать изобразить в хранимом памятью образе? Создать в нейросети картинку с девушкой бежевом плаще не самого модного покроя и берете дело пары минут. Выбрал из нескольких подходящую, поколдовал в «фотошопе» и вот готов еще один вариант для розыска. Среди современниц поиск вновь оказался без результата, а на черно-белых фотографиях прошлых лет, казалось, каждая вторая женщина носила такой плащ.

Ведь понимал, что шансов найти совпадение с нарисованным портретом не было, но все равно расстроился. Может, поэтому снова всплыли дурацкие мысли, что меня кто-то умышленно и изощренно подставил. На всякий случай почистил историю поиска, оставив оба рисунка на флешке, может, все же распечатать в небольшом формате? А пока спрятать электронный носитель в укромный уголок, где уже лежали ключи от Мишкиной квартиры.

Кстати, про ключи, вовремя вспомнил, пока искал адрес мастерской, на всякий случай сохранил случайную ссылку на «3D копирование любых предметов в пластике». Созвонился, оказывается, действительно можно сделать копии ключей из прочной пластмассы. Для чего нужно, не спрашивали, но честно предупреждали, что по прочности уступают металлу. Но мне ведь и надо «аварийный вариант», на случай, если вдруг получится долгожданная встреча.

Не поленился, после обеда съездил на Большую Пушкинскую, снова без машины, все же скоро вечер пятницы. Заказал копию ключей от своей квартиры, Мишкиной «однушки» и от машины. Оказывается, в мастерской вовсе не 3D принтер, реальное трехмерное копирование. Лазерная резка и насечка из высокопрочного пластика, даже ножи можно заказать. Вот это интересно, в каталоге много интересного, вплоть до перочинных ножей, вернее, складных.

Понравился один, с виду трубка, вроде толстого карандаша с клипсой. Внутри трехгранный клинок длиной с ладонь. Стоит только взмахнуть посильнее, из трубки со щелчком выскакивает лезвие и безобидный «карандаш» превращается в грозный стилет. Штука дорогая, но того стоит, правда, на клипсе запаянное металлическое кольцо, «для металлоискателя» по словам продавца.

Махнул рукой на цену, до «банкротства» еще далеко, тем более, ключи тоже обошлись «в копеечку». Уже на улице понял, сегодня так рано возвращаться домой не хочу. Жаль, Мишка уехал, с ним наверняка бы придумали, как провести свободное время! Решился позвонить Светлане, ведь снова пятница, но у ребенка оказалась простуда, понятно, не до меня.

Не придумал ничего более подходящего, чем пойти в кино, далеко идти не надо, неподалеку пара кинотеатров. После женитьбы вроде ни разу и не бывали, дома большой телевизор, попкорн приготовить не проблема, можно и с пивком. Но сейчас обошелся «колой», главное, фильм на два с половиной часа.

Оказалось, зря мучился в почти пустом зале, с этим многоканальным «Долби» пропустил и звонок, и сообщение от жены. Уже подходя к метро «Петроградская», прочитал, Наталья сегодня дома не ночует, куда направилась, к родителям или в другое место, не уточнила. В расстроенных чувствах вернулся домой, поколдовал над ужином, хотя аппетит перебил воздушной кукурузой. После завалился на диван, занявшись уже привычным серфингом по «интернетовским шестидесятым», пока глаза не начали слипаться.

Но сразу заснуть не получалось, тройной «облом», с «Лизой», Светланой и Натальей совсем испортил настроение, и так далекое от восторга. Выходным предстояло стать самыми мучительными из всех дней после возвращения. С бывшими женой и подружкой все ясно, одна женщина снова входит в мою жизнь, другая собирается покинуть. С девчонкой из метро совсем непонятно, даже ни разу не думал о ней в этом смысле, словно «Лиза» бесплотный ангел, или живое воплощение невинности. С чего это взял, даже пальцев девушки не видел, может, там колечко на безымянном?

Да какое колечко, забыл, что делается с металлом при переходе? Ни колец, ни сережек, ни других украшений, наверное, даже зубы на штифтах повылетают! Так что вывод неверный, господин исследователь, к слову, сам ведь тоже без колечка в трамвай попал. Редко надевал, Наталья злилась, что не ношу обручального кольца, но у меня железная «отмазка»: «Хочешь, чтобы в заливе на рыбалке утопил?»

Да и причем тут кольцо, ну и пусть окажется замужем, не для того ищу, чтобы предложить руку и сердца. Но для чего тогда?

Поскорее поставить точку на настигшей неизвестности…

Глава 18. «А пока, пока, по камешку…»

Разумеется, полночи не давали заснуть бездонные глаза «Лизаньки», зовущие за собой… Но с утра совсем ни одной мысли о ней, даже странно, словно время прихода девушки в мою голову строго по графику.

Поэтому и обрадовался звонку Натки, предупредившей, будет после одиннадцати, хоть какая-то определенность. Встречаться не хотелось, в кино идти тем более. Хорошо, погода наладилась, солнечным днем, как в прошлую субботу, не порадовала, но хоть дождей не нагнала. Прикинул, развлечений рядом с домом, кроме нескольких кинозалов, не имеется, надо выбираться в центр. Лучше всего посетить музей, без разницы, хоть «Русский», хоть Артиллерийский. Само собой, без машины, «рельсы так рельсы», пора привыкать.

В транспорте все время прислушивался, не появится ли вибрация на груди, но камешек ничем себя не выдавал. А еще старался уловить реакцию пассажиров на «ретро-стиль», но, похоже, никого мой вид не волновал. По привычке доехал до Невского, почему бы и не пройтись без забот субботним днем! На самом деле, не сразу понял, что держу курс на антикварный магазин.

Хозяин в этот раз не присутствовал, зато к молодому продавцу прибавился другой, постарше. И действительно, сегодня салон заполнен посетителями разной комплектации и солидности. Похоже, покупать сегодня они ничего не собирались, заняты обсуждением своих дел. Видимо, владельца магазина это устраивало, что мне знать о тайнах нумизматической жизни? Вот здесь как раз, мои куртка и брюки привлекли внимание, один из коллекционеров спросил, как идут дела с фестивалем. Не зная, что ответить, обошелся фразой, мол, все как обычно, с пробуксовкой. Ответ незнакомца удовлетворил, даже удостоился поручения передать привет некоему «Юрьичу».

Получилось спросить молодого продавца про старые деньги, ничем не порадовал. Без Захара Степановича парень оказался более раскован, видимо, стесняется своего старшего коллеги и хозяина, в общем-то, неплохо разбирается в деле. Вроде ничего не хотел покупать, но приглянулся старинный портсигар, не в виде книжки, а с захлопывающейся крышкой. Самое главное, не металлический, то ли из красного, то ли из черного дерева. Или вообще из кости, так и не понял. Очень крепкий на вид, судя по следам, раньше на нем имелась пластинка с дарственной надписью, может из серебра, раз содрали.

Надо признаться, поначалу шел сюда с мыслью спросить «насчет камешка», но при виде сборища коллекционеров передумал. Нет, не стоит беспокоить нумизмата, и не потому, что тот не разбирается в драгоценностях. Вообще не уверен, что потерянная застежка от туфельки представляет хоть какую-то ценность для кого-то, кроме меня. Но показалось правильным не связывать интерес к деньгам шестьдесят первого года и непонятный ограненный кусочек жемчуга с отверстием.

Но чего опасаюсь, неужели после выпадения из времени кто-то всерьез интересуется мной, не считая полиции? Уж точно не полиция, им какое дело, да и врачи вряд ли сообщали куда-то, из опасения потерять практику. Мало ли у них странных пациентов, не обязаны никому ничего сообщать, разве что о мешках с расчлененными телами.

Впрочем, «ювелирок» на Невском и в окрестностях полно, подходящую долго искать не пришлось. Не зря на дверях магазина написано «Оценка ювелирных изделий». В салоне кроме девушки-продавца и охранника пара зашедших поглазеть прохожих. Спросил про оценку, попросили подождать, спустя минуту пригласили в боковую дверь с надписью «эксперт».

Экспертом оказался довольно молодой человек, правда, вид сразу внушал уверенность. Начал разговор издалека, оказалось, парень из потомственной семьи ювелиров. Прадед служил еще при «царе-батюшке», а дед и отец и при Советской власти. При этом умудрились не попасть ни под жернова революции, ни под предвоенные репрессии, ни под хрущевские и брежневские золото-валютные дела.

Удивила манера речи, несмотря на возраст, говорил очень похоже на хозяина антикварного магазина, без каких-либо новомодных словечек, солидно и уверенно. Впрочем, в его профессии иначе нельзя, вряд ли сюда часто заходит молодежь вроде меня, его контингент серьезные люди.

- Не подскажите, что за чудо природы? - потянул за шнурок, показал камень, убедившись, что стоимость оценки мне по карману.

- Неплохо бы узнать его историю, это ускорит работу.

- Вряд ли помогу, боюсь, обычная бижутерия.

- Из-за отверстия в основании камня?

- Совершенно верно, для чего оно?

- Простите, можно снять его со шнурка?

- Ничего страшного, дома снова нацеплю.

Аккуратно обрезав нить, оценщик принялся колдовать. Для начала почистил камешек, погрузив в ванночку с проводами. После «купания» положил на извлеченную из специальной коробки фланельку. Затем по очереди помещал камешек то в один прибор, то в другой, рассматривая под ярким светом, и в окуляр, и через лупу. За все время не произнес ни слова и ни разу не дотронулся до камня руками, только пинцетом. Наконец камешек занял свое место на кусочке фланели, оценщик повернулся ко мне, заметно жмурясь после интенсивного напряжения.

- Огранка смешанной формы, «корона» напоминает старую европейскую, а вот «павильон» уже многоярусный, современный.

Ничего из сказанного не понял, ювелир словно разговаривал сам с собой.

- По огранке несколько походит на «ашер», но обычно «площадка» не бывает с нечетным количеством граней! Тем более, это не «круг», не «радиант», не говорю про «кушон»! - оценщик произносил похожие на заклинания слова.

- То есть, это безделушка?

- Это уж слишком, судите сами, семигранная «площадка», далее три яруса «короны», переходящие в семнадцать граней «рундиста» в самом невероятном сочетании. Далее несколько ярусов «павильона» меняются так, что в середине их число становится четным, далее снова нечетные до самой «колетты». Зачем-то в «четном» ярусе выполнено идеальное отверстие, каким образом, не представляю. Для чего, это украшение, а не деталь прибора. Камень явно старинный, тогдашний мастер должен был «чокнуться», работая над такой уникальной огранкой!

- Это не подделка?

- Послушайте, я сертифицированный геммолог, но не только никогда не встречал таких камней, но даже не слышал, что они могут существовать. Выполнить такое невероятно трудно, но у кого-то получилось!

- То есть, хотите сказать, действительно драгоценный камень? Разве бывает граненый жемчуг? – вспомнил ожерелье Натальи, впрочем, она не особая любительница, тем более, при нашем бюджете.

- Почему же, жемчуг тоже можно огранить, правда, встречается очень редко. Только это вовсе не жемчуг, посмотрите, как переливается!

Вот тебе и «просто красивый камешек», действительно, от молочного цвета камешка почти не осталось следа! Неужели все от того, что смотрел на него при недостаточном освещении?

- Когда-нибудь слышали про цветные бриллианты? - ювелир точно не стал бы шутить надо мной.

- Разве они не должны быть прозрачными?

- Разумеется, от чистоты алмаза завесит стоимость, но и «фантазийные» камни кое-что значат, особенно для ценителей. Бриллиантов «чистой воды» полным-полно, иметь уникальный камень гораздо престижнее. Разумеется, такие ценятся меньше, но для камня весом больше трех карат с необычной огранкой это не так важно.

Даже мне, абсолютно не разбирающемся в камнях, стало слегка не по себе. В памяти всплыло, как покупал Наташке колечки с камешком, на обручение и на три года свадьбы. Так там разговор шел о десятых долях карата, а здесь раз в сто больше!

- Действительно драгоценный камень?

- Разумеется, захотите продать, поможем.

- А стоимость, хотя бы примерно?

- Если не желаете расстаться с ним прямо сейчас, то, пожалуй, не стану озвучивать даже примерные цифры. Без отверстия в «павильоне» стоил бы дороже. Но если все возникнет желание, подскажу человека, способного дать за него хорошую цену. Поверьте, этот камень следует поберечь.

- Спасибо, он дорог как память о минувшем. А сколько ему лет, хотя бы примерно?

- Владельцу лучше знать, ведь от кого-то он Вам достался?

- По наследству, через третьи руки, думаю ему лет восемьдесят, - почему-то не стал упоминать шестьдесят первый год.

- Вряд ли, последнее столетие мир стремился к стандартизации. А здесь невероятное сочетание граней, семь и семнадцать.

- Благодарю, сколько должен?

- Обижайте, но камень не оценен, просто полюбовался им, за такое впору самому заплатить. Тем более, уверен, снова посетите наш салон, когда захотите реализовать, тогда поговорим серьезно. Уверяю, более льготных условий в Петербурге не предложит никто.

Вышел от эксперта в смешанных чувствах, с одной стороны, если все кажется плодом моего воспаленного воображения, хоть камешек смогу продать и поправить дела. Намек ювелира понял, пожалуй, хватит на выкуп своей доли квартиры, еще и на машину останется. Не скрою, такой вариант сейчас привлекает меньше всего. С другой стороны, такими дорогими вещами в метро не раскидываются, и вообще, если только одна «пуговка» так дорого стоит, во сколько же обошелся комплект на обе туфли? В любом случае визитка магазина не помешает, поместил в бумажник рядом с камешком.

Почему-то идти в Русский музей расхотелось, решил просто прогуляться, сегодня погода на моей стороне. Полуденная пушка давно отгремела, время обеденное, только место подходящее выбрать, свернул на Большую морскую. Там помнил неплохую кафешку, готовят вкусно, порции большие, а цены заметно ниже, чем рядом на Невском. Пусть сегодня здорово сэкономил на оценке камня, так и жизнь кончается не завтра.

Почему-то не стал возвращаться на проспект, дошел до Гороховой, решив прогуляться по Александровском саду. До туристического сезона остается порядком, сегодняшнее немноголюдие вполне устраивает. Неспешно миновал памятник Пржевальскому с ликом Сталина, у дуба Александра Второго повернул обратно. При виде колонн и купола Исаакия начинают просыпаться воспоминания о прежних временах, когда бывал там не один… Вернулся к фонтану, выбрал скамью почище и присел, разглядывая бюсты писателей за неимением более достойного предмета для созерцания. Тут же поймал себя на том, что подсознательно высматриваю, не пытается ли кто за мной следить. Благостное послеобеденное настроения как ветром сдуло. Оторвался от скамейки и направился к Дворцовому мосту мимо Адмиралтейских нимф и старинных морских мортир.

Все же хорошо, что не коренной петербуржец, еще способен воспринимать надменно-суровое очарование города. Несмотря на теплую погоду с Невы веяло холодом, может, как раз это мне сейчас и нужно. Поднял воротник куртки, похвалив себя, не зря новый джемпер надел. Так и протопал по стрелке Васильевского через Биржевой мост на Мытнинскую. На Кронверкской набережной постоял в раздумье, куда пойти, вариантов целых три, зоопарк, артиллерийский музей и «Петропавловка». Почему-то зоопарк сразу отпал, на пушки смотреть сегодня не хотелось, поэтому решительно повернул к суровым бастионам, равелинам и контрфорсам под золотым шпилем с ангелом.

Не стал присоединяться ни к одной из экскурсий, что нового узнаю о тайнах крепости, если и услышу, вряд ли сейчас заинтересует. Наоборот, хотелось оказаться в полном одиночестве. Шагал по брусчатке, смотрел на постройки старой крепости, словно надеялся найти ответ в древних стенах. Под сводами величественного собора постоял рядом с усыпальницей императоров, почему-то подумав, уж в ту эпоху точно не унесусь, трамваев еще не было. И вдогонку, ведь поезда появились еще при Александре, так что, никаких электричек, на дворянский костюм денег не хватит! Впрочем, это уже над собой посмеиваюсь, а что мне остается?

Правда, с одиночеством не очень получилось, как раз в соборе неосторожно ответил на вопрос довольно милой женщины моих лет. Так и увязалась за мной, явно больше интересуясь одиноким мужчиной, чем историей старинной крепости. У монетного двора группа иностранцев азиатского вида, скорее всего, китайцы, попросили разрешение сфотографироваться вместе с ними. Забавно, чем-то их одежда похожа по стилю на мою, только современнее.

С китайцами совсем просто, поулыбался в их окружении на фоне шпиля. С дамочкой оказалось сложнее, вежливо не отделался не получалось, так и следовала за мной, даже поднялась на галерею. Даже мысль пришла, «поддаться чарам» и уединиться до утра, что-то подсказывало, не разочаруюсь. Но эту мысль настойчиво выталкивала другая, не проснусь ли снова где-нибудь через неделю, а то и через месяц? Пришлось «отшить» от навязчивой спутницы самым грубым образом, сказав, что при себе всего пятьсот рублей. Она посмотрела странно, словно перед ней действительно ненормальный, и очень решительно покинула меня.

Сам так и остался на галерее у башенки Нарышкина бастиона, словно невская панорама могла вернуть душевное спокойствие хотя бы не недолго. Но серая речная рябь, обрамляемая силуэтами Дворцовой набережной, лишь навевала тоску. Под трепещущим на ветру крепостным флагом приходит понимание, время не лечит, лишь притупляет ощущения. Вот и теперь, спустя столько дней после странного возвращения, отказываюсь признать, дело именно во мне. И камешек больше не вибрирует, может, мне действительно показалось?

Домой вернулся поздно, забыв по пути поужинать. Наталья встретила спокойно, снова не скрывая иронии по поводу моего стильного вида. Тем не менее, предложила ужин, и уединилась в спальне. Машинально принюхался, но пахло только вкусной едой, никакого запаха чужого мужика. Впрочем, о чем это, она же не полная дура, может, зря опасаюсь провокаций? Но не стану испытывать судьбу, поесть и спать, еще завтра день перетерпеть.

Перед сном снова припомнились дневные опасения и вернулись мысли про слежку. С чего вдруг, неужели только от того, что камень неожиданно обрел свою цену? Или меня настигла паранойя, начинаю искать устроивших розыгрыш с опьянением или невероятный технический фокус? Но это уже совсем бред сумасшедшего, а прошел всего десяток дней после «возвращения». Что станет через месяц, а через полгода? Лучше не представлять, иначе надо сразу в «Кащенко» бежать, пока не поздно.

Сердце сжалось, вдруг действительно во всем ошибаюсь, самое время лежать под капельницей и глотать таблетки? Или вообще коробочки клеить в «психушке». Поневоле желаю, скорее бы хоть что-то случилось. С этими переживаниями даже и не вспоминаю о милый незнакомке, уносимый сном…

Глава 19. Экспедиция Х

Вчерашняя «большая прогулка» подействовала благотворно, спал спокойно и без снов. Утром Наталье даже пришлось меня будить, почему-то понадобился наш «Ниссан». Ну, уж нет, хотя пока не определился, но твердо сказал, машина нужна самому.

Понятия не имею, куда жена собралась поехать за рулем, но не наступило и девяти часов, как дверь за ней закрылась. Особо не возражал, правда, не спросил, надолго ли уезжает, впрочем, могла и обмануть, что бы меня не расслаблять. Чуть погодя мелькнула мысль, не позвонить ли Светлане, просто так, без намеков, узнать, как дочурка. Хотя в памяти свежо прошлое свидание, готов просто приехать в гости, заскочив по дороге в «Север» за штруделем. С замиранием сердца берусь за телефон, не хочется и этот день провести среди чужих людей.

- Привет, Светик, как вы, поправляетесь?

- Врач сказал, без осложнений, с утра играет. Еще и бабушка приехала, поухаживать за внучкой.

- Хочешь сказать, есть возможность...

- Да, Сереженька, только не у тебя.

- Понятно, тогда собирайся! Место найдется.

Вот и повод проведать Мишкину квартиру, и так ключи «жгут карман». Насколько помню, к воскресенью должно были приборку сделать, заодно и проверю выполнение поручения.

- Ты на машине или на такси?

- Да, на «Ниссанке»

- Тогда через час готова.

- Подъеду, наберу!

Даже жалко, Наталье не услышать наш разговор, пусть бы не думала, что совсем сник! Сам собрался быстро, по дороге прикидывая, когда заскочить за угощением, сейчас или на пути на Комендантский. Оказалось, Светкины «любимки», как и остальное, в памяти не сгладилось.

Пришлось немного подождать около парадной, когда запищал домофон, неожиданно для себя, словно мальчишка, потянул Свету обратно за дверь. Как же соскучился, едва смог оторваться, не понимая, что на меня находит. Моя любовница, похоже, ничуть не удивилась, словно вернулись на много-много лет назад. Неужели притяжение между нами никогда не кончится? С удивлением ощущаю, под плащом на женщине почти ничего нет, не зря решился на звонок!

- Пойдем, Сережик, иначе никогда отсюда не выберемся!

По дороге то и дело поглядываю на профиль Светланы, знакомый, до боли, впрочем, не забывая обтянутые капроном коленки, прикидывая, что же там, выше? Хорошо, что больше ни о чем не хочу думать, тем более, о камне и рельсах.

Дом оказался в самом начале Комендантского, едва нашлось место для парковки. Показалось, во дворе шум от проспекта больше, чем у меня на улице. Но так и не собираюсь же здесь задерживаться надолго! Все равно пришлось себя вести аккуратно, понимаю, соседям глубоко наплевать, кто что делает, лишь бы не хулиганили, но все же сдерживал себя. Даже в лифте не позволил вольностей, тем более, на потолке виднелся глазок камеры.

Мишка не подвел, ремонт завершен, квартира сияет чистотой, можно хоть сегодня собирать вещи и перебираться. Признаюсь, готов все бросить, чтобы лишний раз не видеть Наташку. Пусть она старалась не подавать вида, но понимал, упивалась моими переживаниями, наслаждаясь местью. Но чемодан все равно придется собирать, не хочется покупать все заново.

Но сейчас не один, за спиной Светлана, моя Светка, как когда-то, и больше никого!

Расстегиваю куртку, оборачиваюсь и утопаю в бездонных глазах. Светлана безмолвно ждет, тянусь к пуговицам плаща, понимаю, почему спрашивала про такси. В подобном виде водителю точно бы стало не до дороги, такие вещи они спиной чувствуют.

- Давай хотя бы дверь закроем, - шепчет Света, поддаваясь моим настойчивым рукам.

С этим еще согласился, но дальше все пошло по моему сценарию. Под натиском поцелуев успела только скинуть туфли. Хотел подхватить на руки, но Света, зябко переступая обтянутыми чулками ножками, умудрилась провести меня в комнату. Осталось опрокинуть на диван, и обрушить свое желание вперемешку с отступившим отчаянием. Моя женщина полностью доверялась, не смея ни в чем отказывать. Да и какой отказ, она не меньше жаждет слияния… В сладком порыве забыл о благоразумии, Света не останавливала, только упрекнула, когда блаженна затих.

- Какой же ты еще глупый, Сережка, даже не спросил, можно ли?

- Прости, почему-то показалось, сегодня можно все. Чтобы не произошло, все приму!

- Правда так думаешь?

- Светланка, ни в чем не уверен, может, действительно, пусть случай все решит?

- Ты меня еще любишь?

- Разве не почувствовала?

- Не знаю… Столько лет молчал, и вдруг вот так!

- Так случилось, у тебя ведь тоже?

- У меня все иначе…

- Светик, пусть пока так и останется? – крепко прижал, словно боялся упустить.

- Ничего не говори, Сережа, тебе сейчас нужна женщина, пусть ей стану я. Не мучайся, все понимаю, пусть лучше так, по крайней мере, не разочаруешься. Сегодня могу быть с тобой, завтра все может измениться, и у тебя, и у меня.

- Света, вдруг после «этого»…

- Извини, если напугала, последствий не опасайся.

- Да я наоборот…

- Не продолжай, будь, что будет. Мне от тебя ничего не надо, только ты сам. Хотя бы вот так, три часа в неделю. Наверное, стала взрослой, не представляешь, как мне сейчас хорошо. Не потому, что все замечательно, просто поняла, что со мной происходит. Еще у меня есть Настена, потихоньку привыкает к яселькам, скоро смогу полный день на работе. У меня есть, где жить, есть и на что, могу сидеть дома с дочкой, но сам знаешь, не смогу. Нам с Настенькой сейчас никто не нужен, не потому, что мужчины опротивели, надеюсь, в этом убедился. Но «три часа в неделю» не то, из-за чего стоит превращать свою жизнь в сплошную нервотрепку.

Что же пришлось перенести упрямой своенравной девчонке, какой узнал мной много лет назад, чтобы стать спокойной и уверенной? Единственное, что не изменилось, неуемная страсть, не хочу думать, что дарила кому-то. Главное, сейчас вместе, еще важнее, Света хочет этого, как и я, пусть на время.

Похоже, время становится моим самым главным противником, вытворяет такое, никакой враг и никакой человек подобное сделать не сможет. Отнимает то, что невозможно вернуть, пользуясь тем, что его никогда не догнать. Все равно мне спокойно рядом с ней, пусть и расстанемся совсем скоро. Поневоле думаю, что же дальше, так хочется быстрее разобраться со всем, стать уверенным, что завтра это завтра.

Провожу ладонью по взъерошенному Светкиному затылку, прикасаюсь к сережкам в мочках ушей, сердце заходится от нежности. Какая же она все-таки замечательная, несмотря на наш прошлый разрыв…

- Света, с короткой стрижкой выглядишь соблазнительно.

- Не специально, после родов волосы стали плохие, пришлось обрезать, потом привыкла.

Не к месту подумал, может нашел еще одну причину, почему Наталья так не хотела ребенка. По праву гордится своими роскошными волосами, каждый день тратит уйму времени на уход. Наверное, многие завидовали такой замечательной гриве, а я порой поддразнил, вспоминаю детскую песенку про молодую лошадь, убежавшую в поле. Даже поставил эту мелодию ей на телефон. Впрочем, гимнастике уделяла не меньшее внимание, могла без стеснения показывать животик на пляже и в бассейне, теперь кому-то достанется абсолютно даром. Неожиданно зло подумал, что все же ревную…

- Тебе тоже идет новая прическа, стал моложе, только не смейся, похож на моего дедушку, прямо вылитый в молодости. На фото так же волосы зачесаны и куртка похожая. В артисты записался?

- Почти, надоела обыденность.

- Решил подработать в «массовке», и ко мне прямо с киносъемки?

- Разве рано утром снимают?

- Может, нашел новую работу?

- Да, что-то вроде этого.

- И перемены связаны с ней…

- Не совсем, наверное, решил что-то поменять в жизни, хотя бы внешне. Тем более, «там» на такие мелочи никто обращать внимания не станет. Тебе не холодно?

- Ты же меня греешь, но разреши, приведу себе немножко в порядок.

Стянула трусики и чулки, прошлепала в ванную. Сам со стыдом подумал, действительно, обо всем забыл, словно малолетний пацан. Но по честному, больше волновалась, как Светлана станет ходить передо мной, неужели так, в одном белье? Оказалось, в сумочке кое-что прихватила, впрочем, коротенькая полупрозрачная сорочка не слишком скрывает фигуру. Света не такая хрупкая, как Наташка, но фигуру держит. Интересно, как она после родов сохранила стройность? «Видела бы жена, сразу бы все сомнения о ребенке исчезли!» - что за бредовые мысли в голову приходят?

Пока Света плескалась в ванной, не стал разлеживаться, прошелся по квартире. Оказалась полностью готова к заселению, все на месте, даже три комплекта постельного белья в наличии. Вот поесть совсем нечего, на кухне шаром покати. Обижаться не на что, забитого холодильника и бара никто не обещал. Впрочем, бар как раз не пустовал, видимо, Мишка привез часть своей коллекции. Только сам за рулем, может, Свете предложить?

Пока проверял квартиру, моя милая любовница раскрыла диван и застелила, приготовив уютное ложе. Закрыл жалюзи, в полумраке уже не так спешно вернулись к ласкам. Все же она невероятная, черт нас дернул сделать то, что случилось в прошлом? Как же сладко обнимать возлюбленную, чувства никуда не делись, просто страстью не объяснишь, почему мне так хорошо со Светой. С ней заботы и тревоги остались далеко, не думаю ни о чем, кроме того, что мы снова вместе, пусть и на время.

Нельзя жалеть о сделанном, но безумно жаль, что причина разлуки с женой такая непонятная. Связан по рукам и ногам, и ничего не могу предложить женщине, прижавшейся к моему плечу. Теперь понимаю, стала бы идеальной женой, это не про кувыркание на хрустящих простынях. Пусть готовит так не так вкусно, как Наташка, но если до сих пор к ней так тянет, значит, не просто так? Чувствую вновь охватывающее желание, но Светланка охлаждает мой пыл.

- Сережа, погоди!

- Неужели тебе уже пора?

- Не сердись, ты же не хочешь слушать жалобный плач моего животика?

- Ну, я и эгоист, увидев тебя, забыл про все! – посмотрел на время, прошло уже три часа, как мы здесь, пора бы и пообедать. - Закажем пиццу и суши, как раньше?

- Сережка, неужели думаешь, что отпущу куда-то в магазин, чтобы опять пропал на пять лет?

Развозчик пиццы действительно позвонил через двадцать минут, честно заслужив чаевые. К сожалению, пришлось оставить диван, все же пицца больше подходит для кухни. В ванной нашлись даже два халата, как не хотелось мне смотреть на Светкины прелести под кружевами, согласился, принимать пищу надо в приличном виде. Все равно дурачились, словно маленькие, позабыв обо всем, что за стенами этого гнездышка.

На кухне светло и уютно, смотрю на знакомое до боли лицо, прибавилось морщинок, волосы уже подкрашивает, а взгляд тот же самый. Может и правда, наплевать на все и начать сначала? Вдруг Светина дочка примет меня, все лучше, чем у нас с Натальей, не зря собаку хотела завести. Развивать дальше эти мысли не позволил, не от опьянения близостью с давней возлюбленной. Где-то в затылке камнем давит: «что станет, если опять исчезну?»

Нет, два раза одну и туже ошибку совершать нельзя, пока не разберусь, никаких прогнозов на будущее, тем более, никаких обещаний. Сегодня есть «мы», наступит завтра, неизвестно, кто и где окажется. Поэтому доедай суши, не забудь почистить зубы, и снова на диван, пока желание не остыло.

- Света, ты сказала, что абсолютно счастлива, не считая «три часа в неделю». Ты сейчас действительно одна?

- Хочешь знать, надолго ли хватает терпения?

- Сама понимаешь, не могу тебе мешать.

- Но ведь я с тобой, как и неделю назад. Если захочешь, так и останется. Или если сможешь, - внимательно смотрит в глаза, в проницательности не откажешь.

- Не все зависит от меня, надо разобраться.

- Почему-то кажется, здесь замешана женщина, и точно не любовница.

Только вздохнул, не надо быть прорицательницей, чтобы понять, почему брошенный мужчина вспомнил о своей давней привязанности.

- Не отвечай, сейчас это не важно, надеюсь, на следующий выходной опять встретимся.

- Светлик, тоже стану ждать, но не хочу обманывать, могу внезапно уехать и надолго...

- И даже не позвонишь?

- Оттуда не позвонить, даже письмо не послать.

- Хорошо, надеюсь, сам оттуда вернешься…

Зачем затеял этот разговор, разве не понятно, Светка еще молодая и очень привлекательная женщина. Стала мудрее, но от этого более желанной, теперь точно представляет, что ищет. Мужики к таким женщинам особенно тянутся. Но она права, если сейчас со мной, значит, хочет этого. Может сам стал взрослеть, спокойнее воспринимаю, что у нее мог быть другой мужчина, кроме меня. Но мне она нужна не три часа в неделю, и не только в постели. Как жаль, чтобы это понять, пришлось попасть в запутанную донельзя историю. Тем более, пора быстрее заканчивать с тайнами, или пан или пропал.

Света снова прижалась горячим телом, вроде бы на сегодня достаточно, но не мог не отозваться. Сладостно опустошенный, жалел только об одном, что этот день когда-нибудь завершится. В самый неподходящий момент приходит мысль, а вдруг здесь скрытая камера запрятана? Ну и пусть, по крайней мере, стыдиться нечего, пусть Мишка завидует!

Как ни хорошо со Светланой, пришло время разъезжаться по домам. Снова объятия в полумраке между лифтом и почтовыми ящиками, понимаю, просто боюсь возвращаться домой. Может, сразу собрать вещи и уехать прямо в ночь, мне ведь завтра не на работу?

Глава 20. Шаг навстречу

В ушах ещё раздаётся цокот Светиных каблучков по ступеням, настроение не сравнить с утренним. На обратном пути стараюсь следить за дорогой, попутно обдумывая, что в первую очередь предстоит забрать из дома. Первым делом ноутбук, остальное в Мишкиной квартире имеется, даже беспроводной интернет. Понятно, все скромно, но мне сейчас больше не и нужно. Заодно документы, рабочие словари и пособия, не помешает и новую одежду, Наташка не истеричка, но кто знает, не хочу, чтобы сдуру испортила.

Поднялся без звонка, машинально открыл дверь своим ключом, только тут понял ошибку. После свидания на время забыл, прежняя жизнь ушла, не дай Бог, там этот, «на БМВ»? На мою удачу дома оказалась только Наташа. Поскольку дверью не гремел, получилось расслышать телефонный разговор с подругой. Разумеется, речь шла обо мне, думал Наташка ругает последними словами, но услышанное несколько огорошило. Без меня жена любила говорить по громкой связи, вот и узнал, что «муж точно «ку-ку», лучше бы девку себе завёл, не так обидно». А ещё: «Он и не замечал, дурачок, но раз так вышло, то тянуть не стоит, Андрюша согласен».

Подслушивать нехорошо, но ведь я не специально, и потом, никаких новых откровений, кроме подозрения в ненормальности. Дальше слушать не стал, осторожно прикрыл дверь, стараясь не шуметь замком, и нажал кнопку звонка. Пришлось подождать, жена не слишком торопилась, разговор с подругой важнее. На этот раз встретила не так угрюмо, показалось, поглядывает с интересом, что у неё на уме?

- Дошла информация, твоя шлюшка Светка уже два года, как в разводе, - от ехидства даже забыла, что теперь обращается на «Вы». - Уж не к ней ли бегаешь по выходным?

- Да хоть бы и к ней, твоё какое дело!

- Так и знала, все из-за неё! Чем она тебя опоила, дрянь? На кого польстился, у неё же ребёнок! Один раз предала, мало тебе прошлого?

- Если бы у нас появился ребёнок, сейчас бы не ругался с тобой в прихожей, стоя в одном ботинке!

- Вот пусть теперь она мучается и страдает,когда в очередной раз пропадёшь неизвестно куда, а потом станешь врать прямо в глаза. Ты и её променяешь на ещё большую шлюху! Где-нибудь остановишься, да будет поздно. А Светке поделом, нечего чужих мужей отбивать! Хотя какой ты муж, так, мужичонка…

Когда-то по-другому говорила, но ничего не ответил, заодно припомнив, как по телефону жалела, что свихнулся, а не загулял…

- Заявление уже подала, на этой неделе встретишься с адвокатом, позвонит в четверг или пятницу. И теперь готовь себе сам, если ещё помнишь, у меня другие кулинарные предпочтения. Ещё имей в виду, с завтрашнего дня увольняюсь и больше никогда не стану работать. Не все мужики такие, как ты, есть настоящие, умеющие ценить женщину!

- Так вроде тебе и искать не надо, быстро нашёлся, ещё и круто упакованный?

Наталья нахмурилась, сжала губы, но ничего не ответила. Тряхнув хвостом великолепных волос, ушла в спальню, едва не хлопнув дверью. Если честно, не то, что не разозлился, даже не удивился. Как не понять, разочарование от брака, копившееся эти годы, наконец, выплеснулось. Не попади в необычную ситуацию с трамваем, все равно случилось бы, только позже, может, более болезненно для обоих. Сейчас тоже не просто, но большей частью отвлекаюсь на окружившие загадки.

К чему шло, то и случилось, зато теперь не надо бояться неизвестности, с женой окончательно прояснилось. Пусть теперь хоть целый день торчит дома, уже не страшно. С утра соберу чемодан, потом для очистки совести покатаюсь на метро, к вечеру прихвачу вещи и перееду на Мишкину квартиру. А пока последний раз попробую домашний ужин от Натальи, оказавшийся по обыкновению вкусным.

Перед сном привычно потянулся к камешку, дома при свете диодной лампы смотрится иначе, чем днём. Прикинул, при естественном освещении почти не видел. Первый раз заметил на полу метровагона, понятно, особо не разглядывал, боялся, заметят мою хитрость. Потом мельком посмотрел наверху, и дальше доставал только дома по вечерам. Прозрачным он не казался, почему и подумал, что жемчуг. На Невском у ювелира стал как вода, сейчас же снова кажется дымчатым.

Не от лампы же мутнеет, чего дома не хватает, что присутствует там, в центре города? Вроде бы все тоже самое, вокруг дома, дороги, только вот ни рек, ни каналов рядом и до метро не так близко. Стоп-стоп, метро… И нагреваться камень начал, когда рядом с «подземкой» проезжал! Может, действительно чувствует энергию, переносящую сквозь время? Меняет цвет, приближаясь к неведомой силе? Цвет, тепло, вибрация словно указывают правильное место!

Так вот ты какой, ключ к тайне, маленький гранёный кусочек минерала! Ведь все началось с того, что подобрал тебя в метро. Не станет камня, можно не думать о неожиданном переходе. Так может плюнуть на все, поскорее развестись, продать камень, выкупить у Наташки квартиру, сделать предложение Светлане, если конечно, она не против. Зажить, наконец, спокойно и размеренно, словно не случилось не только этих сумасшедших дней, но и предыдущих нескольких лет. В конце концов, оба взрослые, молодость прошла, глупости кончились.

Вроде бы логично, но что-то меня удерживает от немедленной реализации плана, надо для спокойствия попробовать поездить хотя бы недельку. Для чего, убедиться, что все предположения не более чем подгонка имеющихся фактов под красивую теорию? И не жалеть после, что остановился на полушаге до разгадки. Так что посвящу «исследованиям» время до следующих выходных, как раз до нового свидания со Светой. Наверное, лучше вариант не придумать, сразу стало легче, и сон не заставил себя ждать….

Утром проснулся, словно не было давешних проблем, разве что не хватало Светланы под боком. Мысли о ней успокаивали не хуже камешка, что значит, наконец-то определился с происходящим на этой стороне. Осталась сущая ерунда, доказать, что «другого времени» не существует. Припомнил вечерние мысли, для порядка прокачусь на трамвае до Финляндского вокзала, потом в метро. Тем более, с запозданием прочёл сообщение из Мишкиной конторы, приглашают подписать предварительное соглашение. Почему не договор, понимаю, что-то вроде испытательного срока или тестирования. Пройду успешно, даже заплатят за работу, не понравлюсь, в принципе обиды не останется. Затягивать не стоит, примерный срок моей финансовой состоятельности месяц, не больше.

Поскольку встал пораньше, надо постараться собраться, не разбудив жену. Она не обманула, даже будильник не поставила. Дверь в спальню плотно закрыта, не раздаётся ни звука. Пожалуй, если начну шуршать на кухне, точно разбужу. Не то, что боялся расспросов, куда собрался в такую рань, просто не хотел с утра портить настроение. Против обыкновения решил позавтракать где-нибудь по дороге, даже бриться не стал, вроде щетина небольшая.

Может, действительно сошёл с ума, готовлюсь к выходу на улицу, как к реальному переходу в другое время. Из металлического при мне только ключи от дома и дешёвый телефон. Пластиковые запасные ключи так и не удосужился проверить, сейчас греметь дверью и щёлкать замком значит вызвать недовольство разбуженной Натальи. И, поди, объясняй потом, зачем мне такие странные ключи. Вот карандаш-стилет не забыл прихватить, так удобно лежит в кармашке куртки вместо шариковой ручки. Впрочем, были ли тогда такие?

Документов решил с собой не брать никаких, мало ли что, «там» они точно не потребуются, а вот советские деньги взял, все три пачки. Карманов хватает, и в новых брюках, и на куртке. Наверное, потом надо сделать потайные, но точно не у Феликса. Что ещё, блокнот с карандашиком, расчёска, носовой платок, по пачке бумажных платочков и влажных салфеток, вроде всего понемногу, жаль, так и не купил портфель или сумку.

День обещает стать тёплым, но на всякий случай снова прихватил джемпер. Напоследок вспомнил про портсигар, не придумав ему никакого предназначения. Карточки не стал брать, ни банковскую, ни транспортную, ограничился несколькими мелкими купюрами. Вот и готов, действительно, ненормальный!

Дверь закрывал, уже особенно не таясь, переступил порог лифта, словно вступаю в новую жизнь. Впрочем, она и есть новая, каждый шаг уносит все дальше от прошлого. Вот только приближает ли к чему-то хорошему? Почему так уверен, что нужен Светлане навсегда, ведь так и не поговорили о будущем? Но надо же во что-то верить, раз остальное сразу обрушилась...

Апрельское утренняя улица встретила обычным петербургским серым безнебьем. Бодро потопал к остановке трамвая, не думая о расстоянии. Почему не сразу к метро, может, просто хотел повторить наземный маршрут. Толкучки по утрам в трамвае давно не бывает, поэтому ни на что не отвлекался, разве что временами вспоминал мартовскую поездку. Как не наивно желание увидеть серый берет с хвостиком, все равно вглядывался в редких пассажиров на каждой остановке. Ничего, покатаюсь пару часиков, пройдёт.

С этим настроением чуть не забыл поесть, голодный путешественник мало на что способен. Тем более, у Финляндского вокзала, как и везде, питание не проблема. После завтрака, пожалуй, можно позвонить в компанию, договорились на завтра после обеда. Теперь можно набирать номер Светланы, времени достаточно, чтобы разобраться с утренними делами.

- Доброе утро, Светлячок!

- Привет, Серенький, - по голосу понимаю, тоже рада слышать.

- Как Настенька?

- Заметно лучше, думаю, через пару деньков совсем поправиться. Как сам поспал?

- Очень хорошо, одной девочке надо спасибо сказать, - тут совсем не лукавил, Света для меня сейчас лучшее успокоительное и снотворное.

- Девочка просит передать, что тоже не в обиде. Какие планы на сегодня, на новую работу поехал?

- Пока только бумаги оформлять, - как сказать о моем возможном отъезде?

- Как подпишешь, сразу в командировку? - чувствую, Света напряглась.

- Это зависит от условий контракта, если до конца недели не решу, останусь работать здесь, - даже сам доволен логичному объяснению.

- Знаешь, Серёжа, очень хочу, чтобы у тебя сложилось с работой. Но если уедешь, станет грустно без тебя, ведь ты вернёшься? - Светлана старается говорить спокойно, сам понимаю, пара секунд и рвану на Невский продавать камень.

- Светлик...

- Не надо, не говори ничего, понимаю, надо, значит надо, не хочу, чтобы потом жалел. Ведь вижу, как мучаешься, поступай, как считаешь нужным, пусть тебе повезёт. Вернёшься, поговорим. Целую тебя крепко-крепко.

- Я тебя... - перед сигналом отбоя услышал голос дочки, зовущей маму.

Разговор снова выбил из колеи, не хотелось никого видеть, идущие по делам прохожие раздражали. Перешёл на площадь Ленина, топая по брусчатке. Вид зияющей утробы фонтанов за спиной вождя на броневике вдохновения не добавлял. Присел на скамейке спиной к Михайловской академии и погрузился в размышления.

Ради чего затеваю авантюру, попробовать «колбасы по два девяносто» и пирожных из «Севера»? Неравноценная замена Светлане, впрочем, оправдываться перед собой проще простого, можно объяснить любую глупость. Настала пора признаться самому себе, для чего хочу попасть «туда», если неожиданно в жизни снова появилась цель. Ради чего рисковать возрождающимися отношениями со Светланой, из-за любопытства, или, скорее всего, упрямства, если не сумасшествия?

Как угодно обзывай себя, но сложилось так, смогу обрести одну женщину только найдя другую. Лишь незнакомка из метро способна освободить от тяжести случайно свалившейся чужой тайны. Остаётся отыскать «Лизу» и сказать: «Здравствуйте, я из будущего, как Вы тут поживаете?» Догадываюсь, просто проскочить «туда-обратно» не получится. При всей невероятности задуманного как попасть «туда» представляю, вот как выбраться обратно, остаётся гадать. Хотелось считать, «где вход, там и выход», но одно дело теория, другое практика.

Ещё в субботу думал, ничего страшного, если возвращение пройдёт спустя много времени. Сегодня понимаю, какие бы у Светланы не оставались чувства, выдержать несколько месяцев трудно, хотя и предупреждал о возможном... Даже думать не хочется, что снова могу её потерять. Может, не стоит делать глупости, чтобы потом не жалеть? Но Света может простить, а второго шанса узнать тайну может не случиться. Если не вернусь назад, жалеть будет не о чем, а пока помнить, ради кого возвращаться.

Почти спокойно спускался по эскалатору, после «посиделок у Ильича» появилась уверенность, что сегодняшний день пройдёт бесполезно. Хотя почему бесполезно, что называется, «обкатаю маршрут», присмотрюсь, не прозеваю ли вибрацию камушка при случае.

Постарался действовать логично, если встретил «Лизу» в хвостовом вагоне, то и сейчас занял место там же, ко всему прочему, там свободнее. Поначалу внимательно вглядывался чуть не в каждую входящую или мелькнувшую на платформе женщину. Это занятие быстро утомило, зато могу авторитетно судить о транспортных потоках в петербургском метрополитене в зависимости от времени. Поток пассажиров менялся в течение дня, количественно и качественно. Быстро схлынула студенческая масса, прошли волны гастарбайтеров и офисных работников. На удивление мало пенсионеров, может, раньше просто не обращал внимания.

Оказывается, ездить в метро тяжёлый труд, не зря у машинистов хорошие зарплаты. Привычные поездки на пять-шесть остановок в комфортабельном вагоне прежде не замечались. Но несколько часов мотания по линиям с пересадками утомили не меньше работы в офисе. Постепенно гудение моторов, тряска, сквозняк, мигание плафонов, постоянные ускорения и торможения, визг стрелок на перегонах, дополняемые на остановках бездушными голосами объявлений, начали утомлять и раздражать.

Выдержал до полудня, после первого захода выбрался на свежий воздух на Невском проспекте, долго стоял на набережной канала, опершись на мраморный столб ограждения, любуясь Спасом на Крови. Обедать ещё рано, может, дойти до «антикварного»? Машинально потянулся к камешку, хорошо, джемпер с вырезом, через рубашку «поло» несложно вытянуть. Вот он, на шнурочке, дымчатый, как небо надо мной, и такой же холодный, как вода в канале Грибоедова.

Да, пройдусь немного по Невскому, навещу Захара Степановича, пообедаю в знакомой кафешке, как раз время к обеду и подойдёт. Оттуда на станцию «Адмиралтейская», и снова «наматывать километры», уже было повернул к проспекту, как словно током ударило. Ну, тупой, так могу кататься в метро до второго Пришествия! Для чего всю неделю в интернете торчал, изучал особенности прошлого, чтобы забыть, в начале шестидесятых в Ленинграде было всего две линии метрополитена?

Где девчонку встретил - на «красной», самой старой! По ней и надо ездить, если «Лиза» появляется в нашем времени, то из «своего» транспорта. Тот же трамвай, ведь рельсы как лежали в шестьдесят первом году, так и лежат, может, новые, но на том же месте! Пусть моя теория имела под собой оснований меньше, чем ничего, возражение не нашлось совсем. Цепляюсь за мысль, рельсы они и в СССР рельсы, раз стал сумасшедшим, надо оставаться таким до конца.

В наказание за просчёт заставил себе гонять туда-сюда по «красной» линии. Лишь в третий раз услышав: «поезд дальше не идёт…», сообразил, линия изначально построена короче, надо выходить на «Площади Ленина» и возвращаться на «Автово». Но и укороченный маршрут не принёс результат, что не особо удивило. Сбившись со счета, посмотрев время на табло - почти полную смену «отработал», что дальше? Дома никто не ждал, на ужин рассчитывать не приходится. Надо где-то перекусить, и ехать домой, забирать вещи, вышел на последней станции моего маршрута, чуть-чуть не успев на обратный состав.

Сначала не поверил, когда ощутил слабую вибрацию на груди, такую долгожданную, и все же неожиданную. Может, не совсем секунда в секунду, утверждать не стану, обратил на него внимание не сразу. Сначала сомневался, но точно не дрожь вагона, стою на мраморном полу между хрустальными колоннами. С замиранием сердца потянул за шнурок, вновь почувствовав вибрацию. И на вид камень изменился, стал прозрачным! В висках застучало, стало жарко, но камень больше не подавал сигнала, показалось начал мутнеть…

Что делать, камушек молчит, может, показалось? Но почему-то с некоторого времени больше доверяю кусочку минерала на шнурке, чем своим дурацким подозрениям. Обернулся, где бы присесть, но лавочек на станции не наблюдается. Прислонился к колонне, надо успокоиться и подумать, что же дальше. Скорее всего, девушка проскочила мимо меня, и получается, камень реагирует на человека, а не на событие?

Но в любом случае, пока камень молчит, беспокоиться не о чем. Но и уходить из зала нельзя, вдруг она вернётся? Если рассуждения о «старой линии» верны, «Лиза» пробудет в пути полчаса или чуть больше, учитывая расстояние между восемью станциями и время на остановки. Надо чем-то заняться, стараясь не вызвать подозрение у персонала. Пришлось изображать восторженного туриста, благо, на «Автово» глаза от красоты разбегаются.

Поначалу даже не поверил себе, слабые колебания камешка принял за вибрацию от приближающегося поезда. Но нет, по-настоящему завибрировал! Осматриваюсь, пассажиров на платформе немного, «моей» девушки среди них не заметно. Поезд проскрежетал тормозами, зашипели и стукнули раскрывающийся двери, камушек не успокаивается, чуть ли не жужжит! Стой, да вот же она, девушка в сером плаще и берете! С большим планшетом через плечо, совсем легко следить за ней, можно не приближаться.

Она вышла на середину станционного зала, не глядя по сторонам. Услышав шум приближающего поезда с моей стороны, направилась к хвостовому вагону. Стараясь не выделяться, осторожно пошёл следом. Не знаю, какие в этот момент у меня пульс и давление, в ушах шум, сердце стучит, как весенний заяц по пеньку. Наверное, и лицо стало как помидор. Хватило ума не входить в тот же вагон, на моё счастье, в углу предпоследнего оказалась свободное место. Из-за стекла мог видеть, как девушка уселась почти так же, в дальнем углу вагона.

Хорошо, понедельник и ещё не конец рабочего дня. Пассажиров не так много, чтобы спрятать от меня незнакомку, но достаточно, чтобы скрыть моё любопытство. Ну что, «Лиза-Лизанька», вот и встретились! Только куда приведёт наша долгожданная встреча?

Часть вторая. «Странники времени»

Глава 21. За стеной

Не могу заставить себя отвернуться, так и тянет смотреть на незнакомку. Нельзя упустить шанс: если прослежу, где живёт или работает, несложно выяснить, кто она такая. В крайнем случае, Мишка поможет «пробить» - всё выяснится и пойдёт своим чередом, а про «Кащенко» даже спьяну перестану думать. Как и о провале в памяти, переходе во времени, странном камешке и прочих совпадениях. Это она, эта девушка, странная, а не я, вбивший в голову чёрт знает что!

Главное - девчонка существует, подтверждая часть моих видений. Вот о чём сильно пожалел - при мне лишь простенький телефон, без камеры, по нынешним временам совсем дикость. Впрочем, не такая проблема: как ни посмеивался над собой, составленный фоторобот оказался не так уж далёк от оригинала! Теперь постараться не выдать себя, не вспугнуть загадочную пассажирку.

Девушка не проявляла беспокойства, порой её закрывали пассажиры, однако заметил, как она пару раз посмотрела бегущую строку, забавно, по-девчоночьи, задирая подбородок. Ждёт нужную станцию, с кем-то должна встретиться в метро? Может, не кого-то, а какого-то события, не на часы ли глядит? Не наступает ли переход по определённому времени? От этой мысли всё внутри подобралось: не получится ли, что прямо сейчас «провалюсь» за ней туда, откуда приходит? Признаюсь, как ни храбрился, не готов к этому, пусть и фантазировал о таком…

Не требуется большого ума сообразить: ещё немного и попаду в переплёт. Но не получается даже рукой пошевелить, охватило оцепенение, словно плюхнулся в реку и несусь по течению к водопаду. Ну и пусть, водопад так водопад! Снова ловлю взглядом «Лизу» - она не оглядывается, ведёт себя совершенно спокойно, значит, точно никого не ждёт и не ищет.

В который раз действительность оказывается далёкой от моих представлений, хотя после всего произошедшего уже не должен ничему удивляться. Может, всё же в организме что-то не так, несмотря на успокоительные результаты тестов и анализов? Пора признаться, как ни уговаривал себя, сейчас с большей радостью признался бы в сумасшествии или запойном пьянстве.

Не скажу, что боялся попасть в другое время, и снова потерять неделю, как в прошлый раз. Какое там «боялся», на меня накатывал тихий ужас от понимания - всё в моих руках! Могу спокойно выйти из вагона, и забыть последний месяц, как страшный сон. Или продолжать ехать с девчонкой навстречу неизбежному, не представляя, насколько далеко зайду в поиске. Испуг переходит в апатию, словно околдован, всё равно, что станет дальше - поеду с ней до любой остановки. Да что там до остановки, в любую сторону, хоть на край света. Проблемы с женой, с работой, даже кажущееся сумасшествие – всё улетает со стуком колёс.

Вот уже и «Площадь Восстания», осталось всего две станции «нашего» маршрута. Если всё правильно понимаю, у Финляндского вокзала придётся выходить и снова тайком следовать за девушкой. Назад сдавать точно не намерен: или узнаю, как всё обстоит на самом деле, или окончательно потеряю себя.

Двери с шипением захлопнулись, поезд тронулся к «Чернышевской», завывая при ускорении и грохоча на стыках. На перегоне приготовившиеся к выходу пассажиры на некоторое время закрыли обзор. От злости на неожиданную помеху не сразу понял: приближается то, чего так ждал и боялся. Лампы на потолке моргнули и погасли, завибрировал камушек на шнурке - вот оно, начинается!

Вроде бы продолжаю упираться в пластиковую спинку сидения, но гладкий пол уплывает из-под ног, труба поручня словно осыпается в руке. Несмотря на скорость, буквально зависаю в темноте, вряд ли смогу выдавить хоть полслова при самом сильном желании… Только такого желания и близко не возникало, хотелось просто кричать от охватывающего ужаса! Если бы не прекратился лёгкий ветерок вентиляции и сам не застыл на месте, можно подумать - проваливаюсь в бездонную шахту. Машинально пытаюсь хоть за что-то ухватиться, но, дотянувшись через силу до сидения, не смог нащупать ничего, кроме собственных ног!

Вдобавок ко всему, ощущаю приближение волны, похожее довелось испытать на море, когда сдуру полез на волнолом фотографировать шторм. Во мраке волна не видна, но она словно проецируется прямо в сетчатку глаз. Зажмурился, волна нарастает, вот она рядом, касается ступней прямо через ботинки. Непроизвольно дрожу, нет, это не дрожь - вибрация, нет сил ни бояться, ни, тем более, кричать. Хочется сжаться, как человеческий зародыш, не могу сопротивляться, сгибаюсь, скрестив руки, внезапно замечаю, как тьма постепенно отступает, пропуская тусклое свечение...

Камушек уже чуть не звенит, вызывая горячую встречную волну, чувствую её всем телом. Встретившись, волны поднялись слабо-мерцающей стеной, уходящей в бесконечность. Только в центре размытое зеленоватое пятнышко, едва выделяющееся во мраке. За обволакивающим теплом камня ощущаю ледяной холод.

Скорости не чувствую, как и времени, но понимаю: несёт в прямо к стене, разобьюсь в лепёшку! Хорошо, не успел пообедать… Не бывал в невесомости, но, похоже, она самая и есть. Живот подвело, комок подкатил к горлу, не хватало ещё тошноты в этом мёртвом пространстве! В голове круговерть и от темноты, и от падения. Вроде бы понимаю: раз девочка проходит, то и сам должен проскочить, но со всех сторон прилетают страхи, ведь я намного крупнее «Лизы», притом нас разделяет целый вагон! Не унесёт ли меня от неё во времени, как случилось в том трамваем?

Мысли приходили и уходили, время, казалось, замерло. Да нет, не казалось, так оно и есть, не с чем сравнить и осознать, как долго тянулась чёрная пустота. Камень всё так же излучал тепло, но не обжигал. Этого тепла совсем не боялся, почему-то понимая - камень оберегает меня от гибельного холода космической тьмы.

Зеленоватое пятно уже не кажется маленьким, оно растёт, всё сильнее рассеивая темноту вокруг. Может, не оно увеличивается, а сам уменьшаюсь, постепенно сжимаясь до крохотной точки? Осмелился похлопать себя руками - вроде бы остался таким же. А пятно всё растёт… Похоже, оно неоднородное, точно - не монолит!

Оно всё ближе, вот-вот врежемся, мимолётный ужас ожидания, зажмуриваю глаза и… влетаю в малахитовое свечение. Вместо ожидаемой боли и тьмы натыкаюсь на тягучую завесу, холодную, как желе. Так и не решаюсь открыть глаза, непонятное состояние длится и длится, пока меня не выкидывает… на «песчаный берег»! Про песок вспомнил не просто так: снизу неслабо приложило чем-то плотным и податливым одновременно. Даже сквозь зажмуренные веки вижу, что снова пришла тьма…

Звон в ушах, спадающее головокружение под нарастающий шум. Кажется, ни на секунду не отключался, но сейчас словно прихожу в сознание после обморока. Окружающие звуки неясно проступают в изумлённом мозге: не сразу дошло, что это стук вагонных колёс. Снова почувствовал спинку сидения и холодный металл поручней. Вдруг, словно вынырнул из воды: вагонный шум ворвался в уши, от неожиданности вздрогнул.

Неужели всё, полностью «там»? Сердце стучит, не получается даже двинуться с места, от напряжения пересохло во рту. Воздух в вагоне кажется свежее и прохладнее, хотя подземный электрический запах никуда не делся. Приоткрыл глаза, кажется, мягкое освещения от грушевидных плафонов кажется тусклее, после светодиодных ламп не режет глаз. Почти как в трамвае, унёсшем меня на неделю вперёд. Окружавший меня тепловой кокон незаметно исчез, камешек тоже успокоился.

Как сквозь вату в ушах доносится голос диктора, оказывается, «Чернышевскую» уже проскочили. Судя по объявлению, подъезжаем к конечной станции. Почему-то не удивляет архаичное убранство внезапно опустевшего салона, не до него сейчас. Другое важнее, тревожно бросаю взгляд за окно, в соседний вагон, вдруг «Лиза» исчезла? Но от сердца сразу отлегло: вон она, на своём месте, в таком же пустом вагоне, смотрит прямо перед собой!

Поезд притормаживает, пробивается привычный шум тормозов и колёсных пар на стрелках. Словно из тумана, появляются люди-тени, не замечая меня, но не до них, всё равно толком не разглядеть. В скрипящем динамике прошелестела обычная фраза: «Поезд дальше не идёт, просьба освободить вагоны». Даже дремлющие пассажиры поднялись со своих мест, готовясь к выходу, но девушка продолжала занимать сиденье. Неужели поедет дальше, вжался в свой уголок за стеклом, чтобы не заметила.

Полупрозрачный людской ручеёк в проходах быстро иссяк, углядел такого же человека в форме, зашедшего с перрона в хвостовой вагон. Почему-то и метрополитеновец не обратил внимания на девушку. Стукнули створки дверей, состав стал набирать скорость. Интересно, машинист видит в камеру, что здесь кто-то ещё остался? Но, посмотрев на жёлтый тиснёный картон облицовки вагона, понимаю: про видеонаблюдение можно забыть и надолго…

Оказывается, при переходе на обратное направление свет в вагонах тоже выключается. Поначалу испугался, что унесёт обратно «за стену», но тусклые светильники на бетонных рёбрах тоннеля немного успокоили. Если бы не таинственная незнакомка, притаившаяся в темноте, было бы интересно наблюдать, как поезд перескакивает со стрелки на стрелку. За окнами слабо освещённые своды тоннеля, обычно скрытые отражённым светом от стёкол. Состав остановился, постоял, чего-то выжидая, и начал движение в обратную сторону. А я гадал в темноте, что делать дальше, поймёт ли девушка меня правильно, не приняла бы за маньяка?

Как заклинание, повторял про себя: «Главное - не смотреть в её сторону!» Поезд приблизился к станции с другой стороны платформы, на потолке вагона снова брызги света. Невольно зажмурился, силясь разглядеть старомодную отделку салона. Поневоле вспомнил свой первый раз в метро много лет назад, когда переехали в Петербург. Тогда под землёй ещё бегали похожие вагоны с жёлтой тиснёной обшивкой и дерматиновыми диванами. Вот только этот явно новенький, вокруг блестит и сияет, даже диванчик подо мной приятно поскрипывает.

Проморгавшись, всё вижу чётко, не только сам вагон. Если и оставались сомнения, то они развеялись при виде первых пассажиров на станции. По обыкновению, на конечной их немного. Если и после этого думать, что всё это киносъёмка исторического фильма, место мне точно в «психушке»! Пассажиры одеты по моде давно минувших дней: многие мужчины в кепках и шляпах, некоторые женщины в косынках или шляпках. Одежда резко отличается от привычной, и близко ничего знакомого.

Уже понимаю, куда попал и что такое происходит, разумеется, если у меня окончательно «не съехала крыша». Состояния после преодоления барьера непонятное, страх прошёл, но волнение не улеглось. Силы постепенно возвращаются, головокружение прошло, сердце уже не колотится, как дятел о сосну. Удивительно, при всём жаре от камешка даже не вспотел, а вот от мыслей, похоже, припечёт…

Бросил осторожный взгляд за окно, на девушку, с этой кутерьмой не забыть бы, из-за кого сюда попал! Ожидаемо, она также оглядывается, но вроде пока не обратила на меня внимания. Как себя вести дальше, не понимаю, остаётся ждать удобного случая, другого знакомого человека здесь точно не найдётся.

Ехать пришлось долго, снова до «Автово», посередине маршрута забеспокоился: столько народу оказалось в вагоне. Пожалел, что не пересел в оказавшийся теперь головным вагон к «Лизе», пока имелась возможность. Но девушка не собиралась выходить, и только когда диктор объявил следующей конечную станцию, девушка приготовилась к выходу, подхватив свой планшет. Не оставалось ничего другого, как последовать её примеру. Немного побаивался, что укачает после такого путешествия, но нет, на ногах держался уверенно.

Убедившись, что плащ и берет девушки хорошо заметны на фоне колонны, позволил себе немного осмотреться. Сама станция ничуть не отличалась от прежней, где не раз побывал сегодня, разве что освещение перрона тусклее, и кажется шумнее, чем в моё время. Указатели, непохожие на «хай-тек», зелёные и красные огни светофоров, круглые часы в начале перрона. Нет не только мониторов, даже большое выгнутое зеркало для машиниста, похоже, ещё в будущем. Зато каждый поезд поджидает дежурный в уже знакомой метрополитеновской форме.

Всё же разница времён заметна, пусть роскошные люстры не такие яркие, но станция залита светом, аж бьёт по глазам. Стены, сверкающие колонны, лепные и резные потолки, позолота и яркие краски, мозаика - всё кажется более ярким. Может, просто всё ещё новое, а потолок не так закопчён от времени?

Но особо разглядывать некогда, как бы не упустить «Лизу». Впрочем, девчонка и не пыталась прятаться. Неудивительно, она же у себя дома, чего бояться? Прибывших пассажиров утянул эскалатор, но людей вокруг хватает, прибывают сверху. Неожиданно стало понятно, кого высматривала девчонка в вагоне. По ходу, я не один такой, на удивление легко заметил «конкурента», следящего за девушкой. Вышедший из-за соседней колонны молодой человек в лёгком сером пальто и кепке внимательно поглядывал на «Лизу». Парень тоже не оглядывался, явно никого не опасаясь, но для чего выслеживал девчонку? Может, мне кажется, или она просто ему понравилась?

Впрочем, если судить по фильмам, на злоумышленника не похож. Высокий, худой и чернявый, может, телохранитель, или, что хуже, сотрудник полиции или, как тут называют, милиции? Но от кого охранять и зачем следить? Тут же укорил сам себя: вообще-то, тоже за ней слежу. Но у меня веская причина: хочу разобраться во всём. Для чего и перепрыгнул за девчонкой назад сквозь время больше, чем на полсотни лет. Но как бы то ни было, теперь придётся прятаться и от этого незнакомца.

Знать бы, зачем вообще девушке мотаться туда-сюда сквозь время, из прошлого в будущее и обратно. Явно не из любопытства, разве что рисовать фантастические картины будущего мира, не зря она с таким габаритным планшетом? Но это уже полный бред даже для меня... Так что придержу фантазию, ещё в стольком предстоит разобраться, а осмотреться успею на обратном пути, или как получится.

Куда сейчас, наверх или снова в поезд? Ответа пришлось ждать недолго. Подъехавший состав обратного направления порадовал старинной голубовато-синей расцветкой. Но какой бы он ни был, девушка снова направилась к хвосту состава, нескладный парень за ней, похоже, это для него не впервой. Сам не отставал, снова занял место в предпоследнем вагоне. Несмотря на гул и вибрацию, вполне различал слабое «жужжание» камешка на груди. Неужели действительно чувствует близость «Лизиного братишки»?

На подходах к станциям готовился не упустить незнакомку с «охранником», но беспокоился напрасно. А ещё совсем перестал думать о «розыгрыше», такое невозможно подстроить, даже для кино. Кино - одно дело, жизнь - другое. Ради чего столько «бабла» выкидывать, подшутить над рядовым обывателем? Моё настроение и самоощущение не имеет никакой ценности, тайнами не владею...

На перегонах осмеливаюсь поглядывать по сторонам, люди одеты непривычно, хотя и насмотрелся фотографий и хроники. Пусть на пассажирах одежда непривычно грубого покроя, но явно из натуральных тканей: шерсть, шёлк и прочее, чему название не знаю. Пусть в «моё» время и ходят в балахонах и расклешенных штанах-трубах с идиотскими причёсками, здесь всё иначе. Так невзрачно одеваются не от дури человеческой, а по необходимости. И выражения лиц бодрее, чем в моё время, улыбок точно больше! Правда, молодёжи совсем мало, если сейчас день - понятно: кто в школе, кто в институте, кто на работе. Кто-то из пассажиров уткнулся в газету или журнал, вместо привычного для нас гаджета.

Вот и конечная, «площадь Ленина», замечаю, как «Лиза» приготовилась выходить, её преследователь тоже. За окошками мелькают массивные квадраты колон, разделяющие перрон и вестибюль. Отворачиваюсь к тоннельной стене, словно меня заинтересовала дверная решётка. Там на фоне грозных копий обрамленный венком щиток с надписью «1958», по крайней мере, с нижним порогом времени можно определиться.

Несмотря на голос диктора, пассажиры не особо торопятся покидать вагон, мне такая неспешность на руку, проще прятаться. Здесь перрон длинный, посередине проходы в вестибюль, успею сократить расстояние. Девушка скрылась между колоннами, не страшно, куда из метро сбежишь, только на эскалатор! Вот и он: три ленты, привычной синей будки нет, слева, за хромированными трубами ограждения - дежурная в форменном берете. «Соглядатай», разумеется, не отстаёт, следую его примеру.

Теперь можно и отдышаться, подъём по «бегущей лестнице» долгий. Казалось, пассажиров много, но растянулись по ступеням, приходится держаться подальше от таинственной парочки. Под стук ступенек поглядываю по сторонам и назад, на саму станцию, для маскировки и просто из интереса. Сразу после перехода, особо не всматривался, оно и понятно. Сейчас точно вижу - всё по-другому, не как обычно. Почему-то на «Автово» такого не заметил, может, из-за «Лизы», ведь всё внимание на неё?

Нет, просто станцию позже наверняка перестраивали, почему и изменения больше заметны. Те же занятные «бублики» люстр на потолке зала вижу впервые, в моё время только боковая подсветка, потолки девственно чистые. Даже облицовка тоннеля кажется совсем свежей, несмотря на желтоватый свет ламп. Впрочем, так оно и есть, в каком году её построили?

На самом эскалаторе разница заметна ещё больше: вместо привычных безликих хромированных чаш - вычурные медные факелы светильников. Над головой не гладкий полусвод - череда стыков побелённых тюбингов. Если бы не это, особой разницы не заметил бы, в Петербурге метро давненько очистили от рекламы. Впрочем, упустил главное - отсутствуют камеры наблюдения. Но хватит отвлекаться, уже треть подъёма, смотрю вперёд, на серый беретик «Лизы» и кепку «филёра» на фоне полукруга .

Ударивший в глаза дневной свет вестибюля подтвердил мысли о времени суток. Бросилось в глаза отсутствие привычных электронных турникетов и рамок металлоискателей. Милиции нигде не видно, только работники метрополитена в обязательной униформе. Сбоку очереди к кассам, похоже, за билетами, ещё одна, поменьше, у спуска на эскалатор. Турникеты, видимо, не работают, контролёры проверяют билеты. А как же жетоны, сам их видел в антикварном? Но всё это мельком, главное - не упустить «мою» парочку!

Быстро прохожу за ними, совсем по-другому воспринимая мозаику с изображением Ильича на фоне красного флага. Здесь проход к вокзальным кассам доступен, не то что «у нас». Поднимаюсь по ступенькам, не раз прежде бывал на Финляндском, казалось бы, места знакомые. Но ощущение, что вхожу под высокий свод в первый раз.

Теперь понятно, почему главный зал называется «световым» - это в моё время он загромождён, сейчас кажется необъятным. Мраморные стены с зеркальным стеклом, обрамленные металлом окна за колоннами только подчёркивают его грандиозность! Зал всё ещё пахнет новостройкой и кажется пустынным, пространство гасит шаги и негромкие разговоры за привычным вокзальным шумом. Похоже, сегодня будний день, народу не так много, как бы не выдать себя.

Глава 22. Вкус прошлого

Пустой кассовый зал, без новодельной давящей антресоли с эскалатором не намекает – кричит: «Такое не привидится!». Но грандиозность и вызывала сомнения: вдруг в вагоне распылили наркотик, вот и мерещится? Только глазеть по сторонам некогда: куда пойдёт «Лиза» - на выход, к трамваю? Позади - двери на площадь, по бокам – кассы; нет, повернула в зал, к «пригородным», в очередь за билетами. Неужели собралась на электричку? А парень, зачем встал в сторонке, не поедет? Ну, мне же проще…

Только и остаётся, что пристроиться к соседней очереди. Вроде бы внимания не привлекаю, ещё бы подслушать, куда девчонка поедет? Будущие пассажиры говорят негромко, но под сводами стоит гул, хотя при желании можно разобрать, что произносят у окошка. Ладно, если что, возьму самый дорогой билет - до конечной. Тут вроде бы тоже по зонам, как и в наше время? Ну да - вон и огромная схема маршрутов, раскинувшаяся над рядами обрамленных нержавейкой панелей кассовых окон.

Вот только как в электричке от девчонки спрятаться, встать в тамбуре? Точно, так и сделаю, хотя, честно говоря, думал, что поедет на трамвае. Привычно оглядываюсь направо, но над безлюдными кассами на поезда дальнего следования никаких часов. Но и так, по яркому верхнему свету, понятно - время, минимум, к обеду! После тоннелей метрополитена своды зала кажутся заоблачными, или раньше просто глаза не поднимал, да и к чему? Сейчас же смотрю на световой фонарь в центре потолка, словно в первый раз, а ведь так и есть!

Очередь справа движется быстрее, вот девушка уже вплотную прижалась к стеклу и «нержавейке» кассы. Девчонка называет станцию, голоса не расслышал, но кассирша, заслонённая деревянными счётами, переспрашивает: «До Ланской?» Название знакомое, вроде и не менялось; доводилось мимо проезжать. А ведь трамвай при второй встрече ехал в сторону старого вагонного парка! Куда она сейчас, прямо к поезду? Нет, отошла от кассы, поправляет ремешок планшета на плече, поглядывая по сторонам.

Отвернулся, чтобы ненароком не заметила внимательный взгляд. Моя очередь через человека, как бы не опоздать! Мысленно тороплю женщину перед собой, но вот и сам пригибаюсь перед окошком. Снова охватывает волнение, но не уходить же без билета! Кошусь на «Лизу», молясь, чтобы не убежала, забираю из хромированной тарелки картонный прямоугольничек с дырочками и кучу звенящей мелочи с «рублёвки». Стараясь не суетиться и не растерять монетки, смотрю в сторону «Лизы» - нет её на месте!

Ну что же это! Первый порыв: побежать к платформам, но до выхода далеко, и там не видать ни её, ни преследователя. Но не могли они так быстро скрыться! Без особой надежды переношу взгляд направо – так вот же девчонка! Ни к каким поездам не пошла, уже у выхода на площадь! Парня не вижу, да это и не важно: не потерять бы «Лизу»!

После назойливого вокзального гула в уши врывается уличный шум. Непривычно резко дребезжат и позванивают трамваи, фырчат автомобильные двигатели, сопровождаемые гудками. Вдали привычный «Ильич» на фоне набережной, и дома вокруг знакомы. Правда, на коньках крыш лозунги в старом советском стиле. А ведь Лев Соломонович оказался прав: меня точно занесло в начало шестидесятых.

Но больше удивили уличные запахи. В метро воздух отличался не слишком: с закрытыми глазами понял, что нахожусь в подземном транспорте. В кассовом зале ожидаемо пахло новым вокзалом. На улице же, вдохнув полной грудью, вместо весенней питерской сырости получил невероятную смесь автомобильных выхлопов, угольного дыма и даже запаха сгоревших дров! Вот и идиллическое прошлое, вот и первозданная природа… короче, та ещё экология!

Рассуждать некогда, тороплюсь за девушкой и парнем – но те не спешат, повернув друг за другом за угол вокзала. Мне дорога туда же, следую за ними мимо непривычных деревянных дверей входа в метро. Ого, вместо знакомой стены с облицованными откосами окон и музейной вставкой старинного фасада - череда старинных зданий с узкими окошками и островерхими крышами! Последние сомнения в реальности происходящего мгновенно испарились: такое подстроить никому не под силу, тем более, «химии»!

На площади, ожидаемо, остановки троллейбуса, автобуса и трамвая. Вот только выхода из подземного перехода к трамваям нет, как нет и самого перехода. Принимаю как данность: мне бы девушку не упустить! Но она не торопится к транспорту, стоит напротив несуразного ларька с маленьким окошком. Стоп, а где же «сопровождающий»? Оглядываюсь - нигде не видно! Может, это совпадение, и он вовсе не следит за «Лизой», ведь не всегда то, что кажется, есть на самом деле?

И тут же чуть не сталкиваюсь с тем самым «филёром», и откуда он взялся? Да из телефонной будки, их в углу портика - целый ряд! Чёрт, едва не прокололся! Делаю вид, что иду дальше, чуть в сторону от «беретика с хвостиком». А парень остановился, не доходя до «Лизы», показалось, что он переглянулся с девушкой.

Неизменный во все времена шум приближающегося трамвая. Интересно, снова «двадцать третий»? Даже если один вагон - не проблема: там три двери, как-нибудь разберёмся, постараюсь встать от них подальше. Правда, подошедший троллейбус мешает, обхожу желающих уехать «местных» и оказываюсь у трамвайных путей.

Но среди ожидающих нет ни девчонки, ни парня! Где же они? Кручу головой по сторонам… Да вон знакомый берет в троллейбусном окне! За спиной грохочет трамвай, плюю на осторожность, бегу обратно, рогатый вагон неспешно уносил незнакомку и её преследователя… Троллейбус мучительно медленно разворачивается… И что делать, не цепляться же сзади за поручни?

Почему на троллейбусе? Настолько растерян, что чуть не произношу это вслух, а, может, и говорю, судя по тому, что как на меня смотрит прохожий гражданин в шляпе. Куда уехали, что делать, бежать за ними? Даже номер троллейбуса не запомнил. Как же «лопухнулся» на пустом месте, не должно такого случиться! Ну что, «экспериментатор-исследователь», как тебе новый этап?

Красно-белый вагон давно скрылся за поворотом на Боткинскую улицу, а я стоял, раздавленный и опустошённый. И почему вообразил этот чёртов трамвай, куда теперь? Остаться на месте, ждать, что вернутся прямо сейчас? С чего так решил: как с тем «двадцать третьим» маршрутом? Надо успокоиться и думать, как быть дальше…

Понемногу начинаю воспринимать окружающее, словно с головы слетел мешок. Опять ощущаю весеннее тепло, новые городские запахи и шум, даже чириканье воробьёв и курлыканье голубей, негромкие разговоры окружающих, стук дверей, шум машин. Как будто до этого находился без сознания. Может и так, от пережитого шока и не такое может случиться. Не стоять же так на остановке, пропуская очередной транспорт? Показалось, что проходивший милиционер в тёмно-синей шинели посмотрел подозрительно.

Так, куда же уехали, по какому маршруту? Успокоиться, успокоиться, это всё-таки город, а не пустыня Сахара! Думай, не паникуй, городской транспорт ходит по расписанию! Если вагон ушёл отсюда, развернувшись на площади, сюда и вернётся. Надо дойти до троллейбусной остановки напротив гастронома и поискать табличку с номерами.

Вот и она, жестяная крашеная полоска на стене, сколько тут - аж пять штук, ещё и интервалы движения не указаны. Придётся постоять здесь и понаблюдать: куда какой поворачивает и как часто ходят. Жаль, часов нет, а вокзальные на башне только со стороны фасада.

Оказалось, троллейбусы ходят достаточно часто, вот и пригодился блокнот с карандашом. Этот откуда и куда? Нет, не «мой»,проехал дальше, завернул за зданием вокзала и налево, на улицу Комсомола. Это «тринадцатый»; следующий, «восьмёрка», свернул в Финский переулок - надо же, там ещё трамвай ходит, у «нас» давным-давно «пешеходка».

Неспешная «трёшка», высадив пассажиров, проезжает дальше, как и «тринадцатый, Так, теперь «четвёрка», по примеру «восьмого» - снова в Финский. А «девятка» развернулась и обратно на Боткинскую - сомнений нет, это «мой»! Обрадовался, словно снова увидел «Лизу». Но не забыл сделать запись: интервал минут восемь-десять, троллейбус не слишком спешный вид транспорта. На остальные можно не обращать внимания, если не дождусь девчонку сегодня - придётся, как и в прошлом, или, вернее, в будущем, ждать у вокзала, либо ездить по маршруту… По крайней мере, если она садится на метро здесь - логичнее искать в троллейбусе.

Свободного времени до следующего троллейбуса минут десять: на что его потратить? Не торчать же на виду, надо найти «наблюдательный пункт». Да и о прочем позаботиться, будущее, прошлое, настоящее - какая разница? Человеку всегда хочется есть, пить, укрыться от холода или от жары. Мне тоже стоит об этом подумать. В конце концов, неизвестно, когда ещё вернусь обратно, да и вернусь ли?

Первый раз подумал об этом без отчаяния. Разве сам подсознательно не хотел сбежать от окружавшего меня мира, да и что там держит, ну, кроме Светланы? Хотя хватит об этом, надо думать о самом насущном, лирику оставить на потом. Назвался груздем - полезай в кузов, пусть и в троллейбусный! Вот только надо в сторону отойти, хотя бы в переулок напротив: нечего перед постовым изображать шпиона! Там и народ ходит, и почта, и канцтовары, и аптека, и ателье...

А рядом лотки уличной торговли, купить, что ли, с горя «эскимо» на палочке? Сколько - одиннадцать копеек - нащупал мелочь в кармане, взял мороженое, но далеко не отошёл: слежу за подъезжающим транспортом. Почему-то думаю, что девушка вернётся - а на что ещё остаётся надеяться? «Ничего не знаю, я жду трамвая»!

Развернул фольгу, осторожно откусил - вроде и знакомый вкус, но не такой яркий. Тем не менее, сгрыз мороженое, прислушиваясь, что там внутри происходит. Вдруг не должен есть здешнюю пищу, но поздно - ничего не осталось. Выкинул фольгу и палочку в серебристую урну у стены. Засунул руки в карманы, нахохлился, как тот воробей. Конечно, основное внимание на остановку, но поневоле приглядываюсь к окружающей действительности.

Уличное движение не такое сильное, как в моё время, но транспорта хватает. Бросаются в глаза номера - непривычно чёрные, с белыми буквами, попадаются и жёлтые. Да и сами машины впечатляют: обтекаемые легковушки – «Победы» и «Волги», грузовики с утиными носами, тупорылые автобусы с хромированными решётками облицовки. Всё это шумит, гудит, лишь дребезжание трамваев успокаивает. Под него и стараюсь привести мысли в порядок, как не раз пробовал в прошлом. Да какое прошлое, теперь прошлое - в будущем, а будущее - в прошлом! Не лучшее настроение для каламбуров, но не хныкать же?

Ведь с самого начала полностью завишу от девочки, непринуждённо проходящей сквозь время и даже не думающей, что кто-то последует за ней. Сам себя уговаривал, что по её примеру, могу легко вернуться обратно, ведь у меня есть камушек! Теперь убедился, что тот много может, но остальное оставалось тайной. Эйфория от перемещения быстро испарилась, оставив тревожное напряжение и знакомый звон в ушах. Потеряв девчонку, боюсь увязнуть в бесконечном круговороте метро, не в силах понять, как выбраться из этой ловушки.

Но если «Лиза» под присмотром парня уехала далеко, то когда вернётся, и зачем ей вообще возвращаться? А вот почему: вряд ли путешествует во времени ради собственного удовольствия! Но и на задание правительственной организации, судя по прикольному «филёру» не похоже. Ведь если работает на государство - кого бояться? Точно знаю: в СССР научные исследования частым образом не проводились.

Так с кем же связана? Ведь лично убедился: минимум трижды побывала в «моем» времени. Значит, может и четвёртый случиться! Ведь и парень звонил, видимо, докладывал, что девчонка прибыла, или получал указания. Так что ничего не остаётся, как ждать девушку у метро…

А если сегодня не вернётся, ждать до завтра? Во сколько метро открывается, в половине шестого? Но вряд ли она в такую рань поедет, только всё равно завтра придётся ждать на вокзале и делать это, не привлекая внимания. Теперь понимаю: одет не совсем так, хотя народ у вокзала всякий ходит. Главное, чтобы не приняли за финского туриста, не в смысле, что заподозрят в шпионаже или контрабанде. Поневоле у любого милиционера возникнет логичный вопрос: «Вы кто, собственно, такой, гражданин?» Кажется, так раньше обращались? А у меня ни одной бумажки при себе, кроме денег.

Ну-ка, точно ничего? Пошарил по карманам, ну да, как и ожидал, вовремя вспомнил! Вытряхнул остатки «мобильника», металл испарился, но пластик и стекло остались. Правда, трудно понять, что это такое: плата словно поедена микроскопическими термитами. Повезло, что карман узкий и остатки электролита не вытекли.

Но всё равно - вдруг попадётся такое любопытному дворнику, ни к чему следы оставлять. Поглядел на мороженщицу, взял ещё порцию «эскимо», Вообще-то, нужна обёртка, но и мороженое действительно вкусное. Покончив с хрустящим цилиндриком, завернул остатки телефона и выкинул в знакомую «мусорку».

Мороженое, конечно, вкусное, но после второго захотелось пить, не проблема, какой же вокзал без «газировки»? Чуть дальше, за красными телефонными будками тележки фисташкового цвета под балдахинами. На каждой стеклянные колбы с разноцветной жидкостью, сзади большие чёрные баллоны со шлангами - такое только на фотографиях видел. Правда, там стаканы общие - сплошная антисанитария. Но выбора нет, хотя обидно умереть от диареи, попав в прошлое.

Заветной «девятки» не видать, подхожу поближе к крайней тележке, высматривая цену на табличке между двумя колбами с сиропом. После мороженого слегка успокоился. Даже улыбнулся, так и правда, смешно: вода без сиропа - копейка, с грушевым сиропом - четыре. И не думал, что такие цены бывают.

Поскольку весна, народ не обходит «газировщиц» стороной: шустрые тётки в белых халатах поверх пальто, привычно обслуживают желающих. Как это у них ловко получается: одновременно переворачивает стакан на подносе, ставит под краник, сначала слегка тянет рычаг справа на колонке, запуская немного газировки, затем льёт порцию сиропа и дёргает за рычаг, доверху заполняя стакан пенистой шипучей водичкой, подаёт покупателю, забирает мелочь, умудряясь отсчитать сдачу, споласкивает пустой стакан, помещая обратно на поднос!

- Один с сиропом! - вот и мой черед, протягиваю гривенник.

- Пожалуйста.

Ну-ка, чем тут поят советских граждан? Приятно и сладенько, грушевый вкус, конечно, не такой сильный, но шипучка тоже в нос ударяет! Вернул стакан на тележку, поглазел, как продавщица сполоснула его на металлической розетке, поворачивая ручку с шишечкой, обдавая струями со всех сторон. Вот ведь, насколько знаю, никто раньше не болел: с инфекциями проще или носителей меньше?

Так, повеселился, и за дело! Где же этот несчастный троллейбус? Да вот, любезный, подкатывает к остановке! Напряжённо всматриваюсь: нет, девчонки не видно, парня, к слову, тоже. Вздохнул, и понял, что зря газировки напился: теперь туалет искать придётся. Так, полагаю, надеяться на уличный смысла нет, но не бежать же в подворотню, да её тоже ещё найти надо. На вокзале, наверняка, «заведение» имеется, но где? Ни разу ни на Финляндском, ни на других вокзалах не задумывался: вечно торопишься, ни на потолок не смотришь, ни указатели не читаешь.

Но не терпеть же, дальше только хуже станет… Придётся обратно под крышу, там поискать. Сколько хоть времени? Хотел прохожих спросить, да перед входом вспомнил о часах на башне. Решил вернулся под своды вокзала по «проторённому пути», так проще. Народу прибавилось, но уже без удивления воспринимаю здешнюю сутолоку. Хоть в чём-то повезло, не пришлось шастать по зданию, в зале сразу увидел ступеньки справа от входа, а над ними неприметную заветную табличку. Быстро спускаюсь вниз… слава Богу!

В подземелье полно переходов: чуть не запутался. Уже не торопясь поднялся наверх, вот ведь - прошёл в зал ожидания и билета не спросили! Народ в ожидании поездов: гражданские, военные, морячки, сельские жители. Откуда-то вкусно пахнет, понимаю, что мороженое только раззадорило желудок. Вот и вход в буфет, заглядываю - котлеты, выпечка, бутерброды, горячие напитки! Всё замечательно, но нельзя задерживаться: не хватало пойти на поводу у желудка и ещё раз упустить «Лизу»…

И потом, кое-какой «фастфуд» и на улице заметил. Быстрым шагом по уже знакомому маршруту вернулся на позицию, по пути глянув на башенные часы:- минут семь прошло, вряд ли девушка успела обернуться. Через дорогу, под высокими окнами гастронома, лотки и небольшая очередь. Дойду-ка туда, и остановку видно, и можно в магазин заскочить, купить булку и попросить порезать колбаски, если такое практикуется?

Будка постового на углу, забавно напоминающая стакан с подстаканником, пустует. Перебегаю через улицу, следуя примеру ленинградцев: благо, переходов здесь ещё нет, народ ходит, как хочет, особо не боясь машин. Ну и те, в свою очередь, естественно, сигналят, откуда и удивившая поначалу какофония. Поглядываю на троллейбусы, но никого, разумеется, не замечаю. Но о чём ещё думать? К «Лизе» теперь одна привязка - билетик на электричку за десять копеек, в первую зону. Такой же, как у меня в кармане.

Постоял перед витринами, поглазел на вывеску: «Магазин № 48 горспецторга «Ленгастроном», но зайти не решился. Углядел рядом с милицейской будкой три лотка с надписями «Желдортрест ресторанов и буфетов». За ними такие же продавщицы, как с газировкой, и пахнет так, что чуть слюной не подавился. Пирожки! Без раздумий пристраиваюсь в очередь, отсюда остановка, как на ладони, разве что трамвай ненадолго загородит. Да и с нынешним троллейбусным графиком не провороню!

Силюсь разглядеть ценники. Вроде бы тоже недорого – пять копеек, с картошкой, с яйцом, с капустой и с ливером. Эх, жаренные в масле - вредная еда, «советский фастфуд». Что выбрать? На ливер не решился, не то чтобы любитель постного - но местной печёнке пока не доверяю. За три других из лоточного ассортимента отдал «пятиалтынный». Взамен получил пирожки в кульке из серой обёрточной бумаги, ловко свёрнутом прямо на моих глазах.

Отошёл в сторонку, тут не один такой голодный, с осторожностью откусил первый. Оказался с капустой - вкусно, хоть и жирновато; остальные тоже хорошо пошли. Бумажку бы выбросить, и пальцы вытереть, но не доставать же при всех пачку влажных салфеток из гипермаркета? На такое не осмеливаюсь, пожалуй, вызовут подозрений не меньше, чем нераспечатанная пачка «трёхрублёвок».

Возвращаться к троллейбусной остановке у вокзала не обязательно: конечная - на этой стороне улицы. Постою здесь, может, ещё поесть захочется, всё равно надежды встретить «Лизу» почти никакой. Тем не менее, упрямо посматриваю и на каждый автобус, видимо, ещё не «час пик». Плосконосые экипажи бегают нечасто, по переменке с троллейбусами, успеваю разглядеть пассажиров.

Занявший свой «подстаканник» постовой милиционер заметно скучает - знал бы он, кто рядом с ним околачивается! Встал у газетного стенда, хотя толком ничего не вижу ни в «Правде», ни в «Известиях», ни в «Труде», ни даже в «Ленинградской правде». От топтания на месте зябко, или волнение сказывается? Ещё прислушиваюсь к окружающим, вдруг кто-то ночлег «командировочным» предложит? Похоже, надо идти к платформам, а то и ехать на Московский вокзал или на Витебский, не знаю, как тут называется. Может, там прибывающих пассажиров побольше. Здесь солнце не достаёт, зайти бы внутрь вокзала, да погреться, но боюсь отходить от остановки. Может, ещё пирожок, вроде бы живот не возмущается?

Глава 23. Билетик до Ланской

Не знаю, как положено вести себя серьёзному «путешественнику во времени», может, поступаю неправильно, но есть хотелось по-настоящему. Хоть голод не грозит: деньги при себе - какое-то время не стоит переживать. Судя по запахам, здесь и ресторан при вокзале, и столовая не одна. А пирожками отгоняю не только голод, но и время, когда устало скажу себе: «Вот и все, надеяться не на что, «Лиза» больше не вернётся, сегодня уж точно».

Каждый пирожок, словно брошенный якорь, закрепляющий меня здесь, в прошлом. Не физически - тело как раз сразу адаптировалось к новой реальности. Только голову постоянно убеждаю: вокруг всё так, как вижу и ощущаю. Вот я, и вот он - мир прошлого! Никуда от этого не деться: неминуемо придётся здесь устраиваться и снова искать «Лизу». Видимо, судьба такая: постоянно терять и находить таинственную незнакомку… Если три раза уже пересеклись, может, и четвёртый неминуем? И, похоже, пора перестать прятаться: если повезёт - подойти и просто сказать: «Привет!»

Постепенно примиряюсь с действительностью, стараюсь не только рассуждать, но и поступать здраво. Пусть и потерял свою «Уину», но зато с темнотой не надо бояться морлоков, как уэллсовскому «предшественнику». Впрочем, что толком знаю о ленинградских «гопниках», да и о здешней милиции? Так что пора потихоньку определяться с ночлегом.

Чтобы установить границы возможных поступков, подумал довести до абсурда, чтобы хоть от чего-то оттолкнуться. Например, доехать до своего будущего дома, заявиться к здешним жильцам и огорошить с порога: «Принимайте потомка из будущего!» Точно не выйдет: того дома пока даже в проекте не предполагается. Ну и ладно… А пока делаю то, что получается. Если никто сразу не набросился, как на чужака, значит, имеется шанс пристроиться.

Оставалось только сожалеть, что не догадался подумать о подобной возможности: чего проще - найти кого-то из знакомых с ленинградской роднёй той поры. Тесно пообщаться под предлогом интереса к старине, познакомиться родственниками и выяснить разные жизненные подробности. Ничего придумывать бы не пришлось - готовая легенда почище, чем у любого разведчика!

Сейчас бы просто приехал по адресу с бутылкой портвейна и нехитрой закуской, заявив с порога: «Здравствуйте, я ваша тётя!» и приняли бы, как родного! Насколько успел понять, народ жил проще, привык встречать «гостей со всех волостей». При обязательной прописке «дальнее родство» выручало, когда нужно приютить на время.

Что теперь жалеть: своей «питерской» родни не имеется, как и прочей. На улице ночевать - не вариант, хотя и апрель и тёплый по виду, ночи-то холодные. Вокзал тоже отметаю:, пусть в зал ожидания доступ без билета - не хватало попасться, как бродяжка, в первую же ночь! Что проверят - уверен на сто процентов, это если зал на ночь вообще не закрывают.

Про гостиницу не заикаюсь: документов у меня, как у кота Матроскина, разве что хвоста не имеется. Остаётся искать людей, сдающих квартиры. Правда, это Финляндский, отсюда далеко не ездят, но кто знает, как в прошлом? Посмотреть хотя бы расписание электричек, может, к вечерним выходят, предлагая ночлег? По крайней мере, помнится по рассказам, раньше и таксисты «нелегальные», и сдача жилья у вокзалов для «командировочных», почти как на юге для отдыхающих. Главное, деньги не «засветить»: зарплаты тут невелики, сотенную пачку вытащить - как бы «лихих людей» не привлечь.

Вспомнив о деньгах, слегка успокоился, осталось о жилье узнать. Пока рассуждал, на месте не стоял, похаживал, стараясь разнообразить маршрут и не примелькаться. Но даже краем уха не услышал ничего похожего на «квартира на сутки!» Впрочем, какая квартира, хотя бы койку на ночь… Уж если в «моё» время в «коммуналках» живут, здесь должны «на головах» друг у друга обитать…

Но как выбрать знающего человека, может, спросить у уличных торговок: не сдаётся ли комната командированному, или родственнику из провинции? Только у кого: у «мороженщицы» или «газировщицы»? Пирожки не годятся - народу много, а вот «мороженщица» временами скучает.

Так и оказалось, хотя и в наше время мороженое даже зимой едят. Для затравки взял ещё порцию. Приглядываюсь к продавщице, пробуя понять, можно ли затеять разговор? Женщине на вид под сорок, тёплый платок скрывает возраст, скорее добавляя года.

- Вижу, «эскимо» понравилось, горло не заболит? Апрель только на вид тёплый! - продавщица явно скучает под конец смены.

- Спасибо, вроде закалённый.

- Кого-то встречаете?

Вот шанс «начать тему»:

- Верно подметили! Приезжает двоюродный племянник, думаю жилье подыскать.

- На стройку завербовался или на подготовительный? – она соображает!

- Да, учиться собрался, а с общежитием плохо.

- У вас, конечно, дома «семеро по лавкам»!

- Разумеется, и перспективы никакой.

- Понятно, но тут мало кто подскажет, это или на Львиный мостик надо, или на Сенную, но это в выходные. Здесь, если кто и появляется, то ближе к вечеру, да и жилье неважнецкое.

- Да хоть какое, лишь бы поблизости, ездить через город племяннику не охота.

- А то в баню сходите, рядом, в Финском переулке, банщики - народ такой, всё знают. Или в рюмочной, в соседнем доме, там уж точно подскажут.

- Спасибо, попробую!

Кивнул на прощание, тётка проводила хитрой улыбкой, видимо, прикидывала, а не для «племянницы» ли стараюсь? Ну да, посмотреть со стороны, «пижонистый парень». В костюме, пожалуй, лучше бы смотрелся, но без плаща нелепо: пока в пиджаках никто не ходит, хоть солнышко пригревает.

Догрызая очередное мороженое, с неохотой понимаю, что вся эта мелочная возня с копейками, лимонадом, пирожками, туалетом и даже ночлегом – очередная попытка не думать о том, где же нахожусь: за пределами времени или за пределами сознания. Может, вкус воды, пузырьки газа, масляные пальцы и даже дымный весенний воздух, шум машин и поездов хоть как-то успокаивали, придавали уверенности, что всё нормально: «здесь» то же самое, что и «там». Не может быть вымысел таким натуральным, хотя, что знаю об этом?

Конечно, о чём-то мог прочитать или увидеть на экране. Но откуда мне знать про ту же баню? Или транспортные маршруты, вряд ли сохранились в первозданности. Тот же девятый троллейбус в моё время ходит совсем в другом месте! Но предательское сознание подсказывало: порой психи создают себе такой мир, из которого не хотят возвращаться, даже когда могут вылечиться.

Но как бы там ни было, на ночлег надо устраиваться, пусть даже и в вымышленном мире. И снова неотвязная мысль: может, размываю глобальное событие по мелочам, может, как кот в стрессе себя нализывает или засыпает. Да и что такого, если попадусь? Быть совсем незаметным не получится, кого больше бояться? Властей, того же постового - да ему глубоко безразличен! Прикидываю: совсем прижмёт – пойду сдаваться, а тот возьмёт и пошлёт подальше, вот будет потеха!

Все, довёл до полного абсурда, значит, не свихнулся. Теперь встряхнуться и вперёд, в баню, заодно и помоюсь! Разумеется, не прямо сейчас, а попозже, как стемнеет. Не пропаду, даже если «Лизу» не найду. Без девчонки плохо, но уж если не встречу, то обратно вернуться помогут «метро и камешек» - «дверка-то есть»! Упрямство упрямством, но все до поры: меня в будущем ждёт хорошая женщина Света. И вообще, если такая «замухрышка» спокойно может проходить, то я чем хуже?

Хватит балансировать на грани игры и сумасшествия, «пощекотал нервы» и будет. Если сейчас вдруг чудом появится «Лиза», так и скажу: «Девушка, извините пожалуйста! Не сердитесь за настойчивость, может, вопрос удивит, но не могли бы хотя бы в двух словах объяснить... ЧТО ЗА ХРЕНЬ ЗДЕСЬ ТВОРИТСЯ!!!!!!!!!!!»

Чуть не закричал вслух, встряхнул головой, чуть не напугав встречную женщину в пальто и шляпке. Виновато кивнул, стараясь улыбнуться, чем вызвал укоризненное покачивание полями. Зато у самого настроение резко изменилось. Словно что-то толкнуло: а не реакция ли камушка на приближение «Лизы»? Почему бы счастливому талисману снова не предупредить о возвращении беглянки? Интересно, на каком расстоянии начнёт действовать, ведь только раз и почувствовал.

Но камень молчит, ведь сам по себе, без «Лизы», вибрировал только на центральной части линии метро. Может, показалось, но запишу и это, чтобы не забыть, да и голову полезным займу хоть на время. Так себя успокаиваю необязательно же камушек должен сработать «здесь» так же, как «там»? Но и совсем отчаиваться не хотелось, без надежды в любом времени - никуда.

Спрятал блокнот, повернул было обратно к лоткам, смотрю - с Боткинской выворачивает ещё один рогатый вагон, снова «девятка». Не может быть! Сердце ёкнуло, внутри всё напряглось, а в голове горячо застучало: беретик, серый беретик в окошке! Замер на полуобороте: если окажется, что показалось, не знаю, что со мной станет… Но нет, не ошибся, девчонка поднимается и выпархивает в переднюю дверь. Сердце замерло, затаил дыхание, словно так могу спугнуть. Что дальше?

«Лиза» все с тем же большим планшетом беспечно выскочила из вагона и лёгким шагом направилась к остановке трамвая. Всё-таки трамвай! Наконец-то вздохнул: теперь не упущу! А парень? Нет, никто больше за девушкой не вышел, это про того, кого ожидал. Со стороны вокзала слышен стук колёс по рельсам. На этот раз снова «двадцать третий», надо поторопиться!

Девчонка уже на остановке, хочу обойти застывший троллейбус, но, как назло, передо мной встаёт автобус, а трамвай уже звенит, притормаживая! Ну, скоро ты? Наконец, обдав выхлопами, тупорылая туша проехала дальше. Уже не скрываясь, бегу к трамваю: двухвагонный - это хорошо! Захожу на негнущихся ногах в заднюю дверь первого вагона, нащупываю в кармане мелочь. Ну, давай, «Лизанька», покажись - теперь не упущу!

Да где же она? Нет ни в первом, ни во втором вагонах… Снова трамвай подвёл: «Лиза» стоит у телефонной будки, ждёт, когда кабинка освободится. Немного отлегло на сердце, только что дальше, куда: на трамвай или на электричку? Девчонка опять не оправдала ожиданий; после разговора не пошла ни к остановке, ни к поездам. Прошла мимо гастронома, миновала Финский переулок, повернула к площади, где «Ильич». Для чего тогда билет на электричку взяла, пусть и десятикопеечный?

Ну уж, больше «Лизу» терять не намерен, хватит одного раза! Рабочий день скоро заканчивается, народ вокруг прибывает - так что можно не прятаться. Бодро топаю следом, особо не опасаюсь, но и не наглею. Да что топаю – просто парю, так рад встрече, как ни храбрился, но пришлось признать - без «Лизы» совсем плохо.

Осторожно перейдя проезжую часть, девушка не спеша прошла к скверу напротив Михайловской Академии, или как она сейчас называется? Там народу, как обычно, никого, только одинокий «Ленин на броневике», да и тот отвернулся. Никаких грандиозных безликих фонтанов - только скромная пара круглых по углам и ухоженные клумбы. Лавочки чистые, пустые, на одной и расположилась девчонка.

Торчать на площади на пару с «Ильичом» несподручно: сам ведь ещё не памятник. Снова вернуться к вокзалу не рискую: терять из виду беглянку больше нельзя, не выдержу такого. Прошёл к следующему фонтану, словно любуясь новым вокзалом. Надо же, а на фронтоне всего один горельеф, остальные девственно пусты. Зато над главным входом огромный портрет Хрущёва, ну да, Первое мая не за горами! Впрочем, другой агитации вокруг не заметно, зато углядел незнакомую рекламу - вот тебе и «социалистическая идеология!»

На что ещё посмотреть, при том и «Лизаньку» не упустить? На сиротливого Ленина, отвернувшегося к Неве, скучающий без воды фонтан за стриженой порослью кустов? Впрочем, здесь уютно и тихо, ещё и девчонка не торопится, хотя и посматривает на часы на башне. Понятно, если и носила часики, то при переходе в будущее испарились, почище моего мобильника. А посмотрела не просто так, поднялась, неуловимым движением поправила плащик, планшет снова на плечо. Не оглядываясь, неторопливо направилась к фасаду вокзала. Ну что ж, и мне пора! Даже подмигнул улыбающемуся на фасаде Никите Сергеевичу.

Кассовый зал так и прошли, держась на расстоянии, шагаю дальше вслед за «Лизой» по перрону, теребя билетик в кармане. Девчонка уверенно свернула на второй путь, на Зеленогорское направление. На платформе особенно смотреть не на что, это не вокзал, здесь мало что изменилось: перроны, рельсы, провода. Правда, всё выглядит архаично, особенно электрички. Непривычные зелёные, словно коробочки с окнами, полосатыми тупыми мордочками и бочонком прожектора на крыше.

На перроне запахи добавили бодрости – они здесь совсем другие. Это даже не про дым, не про то, что здесь грязнее – просто чужие запахи. Да и пыхтящий и посвистывающий на запасных путях паровоз - тоже примета времени.

Но это краем глаза, не упускаю из виду серый беретик. Девушке приходится проталкиваться, громоздкий планшет мешает, поэтому старается пройти по краю платформы. Забавная заминка в дверях вагона, мало того, что здесь двери не автоматические, так ещё и ступеней нет – сразу порог, приходится ногу задирать, чтобы заскочить с перрона.

Беретик мелькает в вагоне, если взяла билет на одну остановку - далеко прятаться не стоит. Так и остаюсь в тамбуре. О, не один такой: ещё несколько мужчин, те сразу задымили. Не хватало пропахнуть табаком, может, в салон? Внутренние двери, как и в моё время, приходится раздвигать вручную. За деревянными планками сиденья с дюралевыми ручками по краям вижу беретик и плечи девушки. Она сидит по ходу, меня не видит – можно особо не прятаться.

На крайних скамьях есть пара свободных мест, они спиной к окну. В самый раз, и «Лизу видно», а на девчонку, вроде как, не смотрю. Словно от скуки бросил взгляд налево, через пустые пути напротив. А «Ленинский паровоз», оказывается, когда-то стоял не в павильоне, а под открытым небом! Вот делать сейчас больше нечего, как на паровозы пялиться!

Но упустить человека в вагоне сложно, так что все равно за окна посматриваю. Насколько же город вдоль железной дороги отличается от привычного! Понятно, никаких «высоток», одни старые дома и заводы, да переплетения железнодорожных путей.

Вагон, вроде бы, новый, а пахнет нежилым. Табак, пропитавший тамбур, запахи рабочей одежды, да, были и такие. Многие пассажиры, похоже, жили в пригородах и возвращались с рынка или с «базара», не помню точно, как в шестидесятые называлось? Видно было по пустым вёдрам, корзинкам, да и по одежде. Ну что же, город большой, кормить надо, а в это время оптовых баз и гипермаркетов ещё нет.

Ехать не так долго, минут пять-шесть, все же непривычно без часов, хотя «дома» давно время в телефоне смотрю, прямо хоть мосты считай! Вот и первый: Лесной проспект по ферменному переходу. Потом попроще: через Александра Матросова и Кантемировскую. Дальше пути расходятся, следующий Первый Муринский и ещё какой-то, не помню. Затем должен быть Большой Самсониевский, а сразу за ним Ланская! Проскочили наискосок по путепроводу, вон и трамвайный парк за стеклом.

Чуть раньше вышел в тамбур, раздвигая синхронные половинки дверей. Вагон новый, все работает хорошо, без перекосов. Мелькают решетчатые фермы мостовых переходов, поезд замедляется – скоро «Ланская! Не так часто здесь ездил, но обращал внимание на необычные здания старого вокзала и дома вокруг.

Выход на левую сторону - это и у «нас» так, встаю в угол тамбура, между прокуренными мужиками, отворачиваюсь, будто смотрю в окошко. Поезд тормозит, в динамике: «Станция Ланская», виден модерновый красный дом, он, оказывается, тогда уже стоял.

Шипение тормозов, скрип колёс по рельсам, электропоезд останавливается. Кто открывает двери, выходящих пассажиров немного. Сколько здесь остановка длится, не знаю, но вряд ли долго. Надо торопиться, «Лиза» уже вышла! Вон планшет на фоне плаща промелькнул на платформе.

Соскочил с высокого порога, чуть не зацепившись - всё же непривычно. Не загреметь бы сейчас на асфальт - точно бы девчонку спугнул! Но она не торопится, беретик вижу, можно не спешить, теперь никуда не денется. Словно нет до неё дела, обернулся, посмотрел на чугунные скамейки с деревянными рейками. Указатель на Приморское и Зеленогорское направления на высоком шесте, решетчатые мачты контактной сети, огни светофоров, Но и задерживаться не стоит, поскольку народу здесь хватает. Видимо, ждут следующую электричку: здесь два направления расходятся, а поезд уже приближается.

«Наша» электричка унеслась дальше, завывая моторами и убыстряя стук колёс. Куда пойдёт «Лиза», в какую сторону? Хотя тут здесь занятный перрон: выход только через мостовой переход. Между путями, посередине платформы, широкие ступеньки ведут вниз. Под мостом асфальтированная дорога, значит, остаются только два направления. Спускающуюся девушку хорошо видно, куда теперь? Смотрю с верхних ступеней: свернула налево, как раз к тому самому впечатляющему дому: из бурого рустованного камня, с балюстрадами и колоннами. Получается, ей дорога в сторону Большого Самсониевского или, как тогда назывался, проспект Энгельса, Маркса?

Порадовался, что девушка не пошла к трамваю на остановке, даже не посмотрела на него. Сразу стало легче - если идёт пешком и не думает о транспорте, значит, - недалеко до дома и больше её не потеряю. Настроение не сравнить с недавним: теперь имеется точная привязка к месту, даже если снова её потеряю. Найти девчонку на Удельной проще, чем в громадном Ленинграде. Не знаю, насколько велик город в это время, но все равно, не сравнить!

Глава 24. Кошки - мышки

Сбегаю по ступеням и следую на расстоянии, как заправский шпион, только тёмных очков не хватает! Зелени ещё нет, «Лизе» никуда не спрятаться: сквозь голые ветки далеко видно Хорошо, девчонка не спешит, и мне бежать не приходится. Но, если что, успею нагнать, даже поглядываю по сторонам, вроде как мне нет до неё дела.

После электрички внизу, на тротуаре, кажется теплее, да и солнце пригревает. В этом районе и в «моё» время не очень застроено, и сейчас кажется пустовато, несмотря высотные дома по левую руку с монументальной облицовкой и декором. Замечаю у одного из подъездов стайку младших школьников – девочки в пальтишках, а мальчики почти все без верхней одежды, в забавных гимнастёрках и в форменных фуражках с кокардами. Рядом с ними взрослые, один, в красном пионерском галстуке, что-то объясняет, а ребятишки внимательно слушают. У нас такое и не представить: кто-то галдел бы, кто-то в гаджет уткнулся.

Проскочив школьную репетицию, насколько понял из услышанного, притормаживаю, поглядывая на вывеску у дверей. «Музей-квартира В.И. Ленина» – не то, что бы слишком интересовался ленинскими местами, просто «Лиза» остановилась у газетного киоска на повороте. Там ещё и овощной ларёк с небольшой очередью, и сапожная будка… Надеюсь, не станет все подряд посещать? Словно оправдывая мои опасения, купив пару газет и закинув их в планшет, девчонка заскочила в серую телефонную будку, предоставив мне возможность подойти поближе, словно любуясь окрестностями.

Пожалуй, сами улицы и сады, пусть и изменившиеся, позволяют оставаться «в своей тарелке». Хоть и не так часто здесь проезжал, но кое-что сравнить получается. Деревья и кусты намного ухоженнее, чем в «моё» время, и решетчатые столбы трамвайной линии смотрятся намного симпатичнее нынешних «скороржавеющих». Даже улыбнулся, несмотря на напряжённость момента. Как ни впечатляет внушительность зданий, ещё веет провинциальностью: может, от занавесочек в пол-окна, может, от этой «уличной торговли», так непохожей на привычную.

Проезжая часть выложена камнем, а тротуары заасфальтированы; в моё время наоборот: на тротуарах плитка, а улица закатана в асфальт. И кому эта брусчатка мешала? На вид солидная, лет сто лет пролежала бы! Ладно, не моё дело, без меня разберутся. Зато И Сердобольский пруд сейчас намного симпатичнее, успел даже приглядеться к работе трамвайной стрелочницы в гранёной будочке на той стороне проспекта.

Девушка тем временем вышла из телефонной будки и повернула налево, на проспект. Там тенёк, прохладно, но потерплю – не зима! У Ланского сада с удивившими деревянными разноэтажными домами, неожиданно пахнуло ароматом свежего хлеба. Откуда бы? Да вот же: впереди трубы хлебозавода. Прохожу мимо длинного двухэтажного корпуса, жалея, что на углу Сердобольской не продавали пирожки…

А девушка, не спеша и не оборачиваясь, грациозно ступает по асфальту, словно показывая дорогу в новую, неведомую жизнь. Но стараюсь особо не расслабляться: мало ли, может, бдительность усыпляет? Да ещё светофоров нет, при переходе так и смотри, чтобы под машину не попасть. Вроде бы, движение небольшое, но, подходишь к перекрёстку - как назло, выскакивает грузовик.

Здесь, кроме сада, все по-прежнему: то есть, как и было, даже подстанция та же самая, а впереди, справа, уже видны солидные «сталинские» новостройки. Миновали парикмахерскую и ателье в маленьких «двухэтажках», за ними тоже видны «деревяшки» - здесь тоже переплетено старое и новое!

У домика с вывеской «Динамо» девушка остановилась, осмотрелась, пропустила трамвай и решительно пошла через дорогу. Не бежать же за ней – так и выдать себя недолго! Ладно, видно её хорошо, и гадать не надо, куда направится: не в «ювелирку» же? Выждав минуты две, идя параллельным курсом, перебежал вслед за девчонкой на «нечётную сторону», прямо под большие часы на столбе. О скрытности не забывал, впрочем, «Лиза» ни разу не обернулась, так и шла мимо красивых фасадов.

Эта сторона впечатляет. И раньше здесь порой проезжал, но эти дома терялись на фоне новостроек, не удивляли своей высотой. Сейчас они ещё новые, кажутся здоровенными, надо отдать должное предкам: умели строить красиво и на века. Ещё заметно отсутствие привычной рекламы, хотя она и у нас давным-давно скромная, особенно в центре города. Не заметно и победных транспарантов с георгиевскими лентами; вместо привычных символических букв – пара уличных «перетяжек» к полёту Гагарина и призывы «К предстоящему XXII съезду КПСС».

Теперь-то сомнений точно не оставалось: самый что ни на есть шестьдесят первый! Глаза все так же разбегаются, куда смотреть: на «ретро- транспорт» или на длинные платья и плащи, закрывающие женские колени? Встречные мужчины в кепках, но есть и в шляпах. Многие женщины в платочках и косынках, оно и понятно – весна. В шляпках буквально единицы и, как заметил, в возрасте. Мамочек с колясками почти не встретилось: может, не время для прогулок, может, во дворах гуляют, вон они какие, просторные и даже благоустроенные.

Привык, что столичный город – это просторные проспекты, бульвары, заполненные машинами улицы, беззаботно фланирующие люди, кафе, магазины. Ленинград, особенно на окраине, такого впечатления совсем не производил. Может, летом он и другой, но сейчас, в середине весны, совсем не напоминал столицу. Если бы не впечатляющая архитектура, можно было бы подумать, что это какой-то провинциальный городишко.

Но уже заметно, как окраины превращаются в современной большой город. Правда, по левую сторону проспекта много занятных «двухэтажек», похожих на немецкие коттеджи, но за «парадной» линией виднеются деревянные дома. Может, и им осталось не так уж долго стоять, но пока здесь запах дыма совсем не удивляет.

Вот сладковатый бензиновый выхлоп немногочисленных автомобилей и автобусов напоминает самое раннее детство, давно такого не припомнится. Сами машины - большей частью грузовые да автобусы, «легковушки» не частые гости, не то, что у вокзала. Трамваи добавляли провинциальность в облик города. Хотя и в «моё» время линий не меньше, здешние старые вагоны не вызывали «ретро-умиления», да и народ на улицах в основном куда-то спешил.

Поёжился: на улице свежо, так что джемпер не помешал. От мурашек мысли перескочили на другое - забавно встретить кого-нибудь из родных! Хотя, какие родные? Ни мама, ни настоящий отец ещё не родились. Более того, даже их родители, если и бывали в Ленинграде, то только по делам, или тогда уже туристы были? Очень мало знаю о шестидесятых годах, придётся навёрстывать на ходу.

Мысли не отвлекают от главного: не упускать девушку из виду. Здесь она кажется одетой красиво и стильно, по сравнению с прохожими. На «моей» стороне воспринималась иначе, но все же, на улице особо не бросается в глаза. Надеюсь, сам также выгляжу, пусть полностью попасть под здешнюю моду не вышло. То, что разглядел на фото и видео, вживую воспринималось по-другому. Но, похоже, здесь уже хватает любителей выделиться причёсками и нарядами, ещё на вокзале замечал парней, одетых вызывающе не только для шестьдесят первого года.

Очень бросается в глаза, что здесь женщины не носят брюки, даже молодые. Правда, и смотреть особо ни на кого не хочется, не говоря про то, что должен следить за девушкой. Многие из встречных «в теле», впрочем, в «моё» время фотомодели тоже на улицах толпами не ходят. Тем не менее, они не похожи на нынешнюю или «дохлую», или «перекормленную» молодёжь, про одежду и не говорю. Но все это мельком, некогда отвлекаться даже на здешних красоток.

Постепенно из головы выветрились и отчаяние, и эйфория: все же не зря время потерял, успел немного подготовиться, да и помощь доктора помогла. Оставалось удивление: как просто получилось попасть в другое время. Переживания и страхи от перехода уже сгладились, может, потому, что не ощущал себя одиноким, что ни говори: таинственная незнакомка вот она, рядом!

Поэтому и настроение приподнятое, словно в ожидании долгожданного подарка, не обязательно приятного, но очень серьёзного. А пока не оставалось ничего, как идти следом за «Лизой», стараясь не выдать себя и не спугнуть её. Вот и выглядываю хрупкую фигурку в плаще и беретике с обшитым тканью планшетом через плечо.

Прошли мимо очередной «высотки» с ЖЭКом, уже настроился ещё на несколько кварталов. Но, оказалось, конечная цель девушки - шикарный домище с гастрономом на первом этаже. Даже не сразу узнал: самой-то Светлановской площади ещё нет, а рынок – вот он, слева за зелёным дощатым забором! Парадных не видно, только большие сводчатые окна с полосатыми «маркизами», но впереди невысока невзрачная арка, туда «Лизанька» и занырнула, завершив нашу идиллическую прогулку по проспекту Энгельса.

Мне одна дорога: сворачиваю в узкое, тёмное и гулкое чрево. Выныриваю во дворе: здесь, в отличие от фешенебельной каменной кладки фасадов, изнутри словно заурядная «хрущёвка». Но некогда разглядывать двор, где же девушка? Не потерял Вот она – идёт по тротуару слева, вдоль стены с непривычно пустыми балкончиками. Дойдя до стыка секций, не останавливается. Неужели просто срезала дорогу, пройдя двором? Вот и следующая арка видна!

Но нет, миновав изогнутый дворовый фасад, останавливается перед невысокой угловой дверью. Наконец выдыхаю: девчонка потянулась за ручку… Быстрее за ней, пока назад не смотрит! Но показалось, или девушка действительно обернулась на меня? Не успела створка закрыться, сам тянусь за латунь, ещё хранящую прикосновение незнакомки. Захожу в полумрак, слышу стук каблучков и отдающийся эхом разговор.

- Добрый день, Анна Степановна!

- Здравствуй, Солнышко! Сегодня что-то рано!

- Да, погода хорошая, быстро с эскизами управилась!

Значит, все же, художница! Но мне-то что с того, номера квартиры не услышал! Да и как туда пробраться, за дверь с табличкой «лестница номер такой-то»? Там же консьержка, по крайней мере, в моё время они так называются. А может просто лифтёрша, хотя есть ли здесь лифт? Вроде, этажей не так много, с другой стороны - дом элитный. Правда, так выглядит только с фасада, изнутри гораздо скромнее, не ожидал: вместо парадной - захудалый чёрный ход. Но, видимо, таковы архитектурные правила нынешнего времени.

Не торчать же у дверей, как «три тополя на Плющихе»? Оглядываю двор: просторный, не загромождён - детская площадка, скамейки, деревца, кустики. И снова порадовался, что ещё нет зелени: просматривается насквозь, можно на скамье пристроиться. Надеюсь, долго просидеть не придётся. Пока прикину, что делать дальше. Сейчас почти спокоен, не то, что на вокзале - знаю, где искать конец истории. Но даже если и не так, конкретный адрес много стоит, остаётся караулить, пока девчонка не надумает выйти.

Первый раз пожалел, что не курю, так бы хоть руки занял. Знать, судьба такая: ждать да догонять. Но лучше ждать, поэтому уселся на брусочки «ленинградского дивана», нога на ногу, словно отдыхая, открыл блокнот и записал: «Энгельса, 21, такая-то лестница». Ещё не вечер, а то можно бы попытался высмотреть в освещённых окнах силуэт девчонки. Впрочем, ни к чему это: все равно в дом не попасть. Теперь знаю, где живёт «Лиза», но зато не знаю, где стану жить сам.

Здесь точно ни к кому не напросишься: во дворе только мамаши с колясками, бабушка с детьми, школьники. Заметил, пара пацанов не в фуражках, а в кепках - явно хулиганистые парнишки. Наверное, в школе завершилась вторая смена, мимом прощебетала стайка девочек в незастёгнутых пальтишках и плащиках. Тёмные платьица с белыми воротничками и чёрные фартучки – милота, да и только.

Сам для местных обитателей интереса не вызываю, пенсионеров вокруг не заметно, веду себя тихо, вот - даже не курю. Меня это устраивает, от нечего делать продолжаю осматриваться вокруг. Двор пустой: не видно ни машин, ни гаражей, правда, пара приземистых «одноэтажек» в отдалении да дымящаяся труба котельной, но ветерок в сторону - гарью не пахнет. Пожалуй, позже квартира в таком месте станет стоить десятки миллионов, но и сейчас тут точно не одни пролетарии обитают. Вот у одного подъезда «Волга» высадила солидного пассажира. У другого - громадная чёрная машина кого-то забрала. Точно, профессорско-академический дом, а может, и партийцы живут – вовремя вспомнил про тогдашние реалии.

Разглядывая двор, не переставал думать. Теперь чётко понял: мелькнувшая ещё на вокзале мысль оказалась самой верной. Ведь девчонка тоже прячется от всех! Так почему сам должен скрываться? Не в её интересах поднимать шум. Наверное, надо было сразу подойти ещё на вокзале, но смутил следивший за ней парень. Но и тот, явно не местный «кагэбэшник», вроде, так правильно? Не моё это дело, не собираюсь здесь ничего такого устраивать, просто хочу выяснить: что со мной происходит и как мне вернуться обратно без ущерба для всех?

Вообще, какой от меня ущерб? Хотя… То, что прикоснулся к громадной тайне - тоже понятно. Простой жизни дальше не будет: не дадут просто так вернуться обратно и забыть обо всем. Да, пожалуй, теперь сам не смогу спокойно жить, даже со Светланой, если и позволят. Не может такого быть, что в моё время никто об этом не знает!

Ведь не просто так девчонка «туда-сюда» катается: наверняка, с кем-то встречается и для чего-то. Выходит, что-то здесь не совсем так. Может, «кому положено» и знают, но тогда меня бы точно непропустили! Совсем запутался… Чем быстрее откроюсь перед девчонкой, тем лучше, только выбрать нужный момент, чтобы не напугать.

И снова засомневался: вот так, просто подойти к девчонке, сказать: «Здравствуйте, я из будущего, перешёл за Вами, переночевать негде». Но как по-другому? Так и придётся, по крайней мере, хоть спрошу совета: где за деньги можно остановиться? По жизни давно понял: когда кому-то что-то надо, всегда найдётся кто-то, кто это «что-то» сможет предложить, пусть и неофициально.

Ладно, это если выйдет, а если она сейчас поужинает да спать уляжется? Как стемнеет: куда мне податься? Судя по всему, подвалы заперты крепко, можно даже не пытаться. Поискать местного «дворника Тихона» или в какое-то общежитие напроситься? Что там говорила продавщица на вокзале, придумать историю: «командированный, приехал без телеграммы, переночевать не пустите»? Конечно, не пустят: какой бы ни попался добрый вахтер - документы все равно спросит…

В большой дом проситься бесполезно, но ведь в округе полно поменьше, особенно деревянных - там точно можно попробовать. А завтра с утра снова на вахту - караулить «Лизу», других вариантов нет. Как-то спокойно все воспринимаю: то ли уже намыкался, то ли надеюсь на очередное чудо.

Всё-таки апрель - месяц коварный, как бы не застудиться на скамейке. Ещё есть хочется, причём по-страшному, что там эти пирожки. А может, как раз в пирожках дело? Не успел выдохнуть, как снова отворилась заветная дверь. Так ведь это же она, моя «Лиза», только выглядит без планшета непривычно. Вместо плаща – скромное пальто, беретик сменила косынка, на ногах – туфельки. Не сразу и узнал! Да неважно, как выглядит, главное - куда она теперь?

А «Лиза» так же, не торопясь, обратно под арку – и на проспект. Причём, шла заметно медленнее, чем когда торопилась в дом, словно давая мне возможность не отстать. Заметила слежку? Но уже все равно, поспешил с середины двора, больше не прозеваю! Да, шпионаж – не простое дело, вот чему надо было учиться, а не причёски выбирать. Жучок бы поставить… Да какой жучок? Забыл, что с телефоном случилось? Уже начинаю бред нести – это от радости, что снова девчонку увидел! Хотя, может, просто в магазин собралась? Но тогда бы прихватила сумку или котомку, что в «моё» время называют «шоппером». А так при ней лишь маленькая женская сумочка - много не купишь. Нет, в этот раз «прокола» не случится!

Выйдя из-под арки, настроился на новую пешую прогулку, прикидываю, где сподручнее догнать «Лизу» и начать разговор. Но она задержалась на трамвайной на остановке. Судя по ожидающим, вагоны ходили не так часто. Девушка ждала, не выражая ни малейшего нетерпения, сам стою в сторонке, привычно поглядывая по сторонам. Уже особо не прячусь, время конспирации прошло, но и не наглею.

Уже не удивляюсь, что первый же трамвай - «двадцать третий» номер. Но не та, уже знакомая «американка» - состав из двух вагонов, но из таких же раритетных. Не торопясь, занырнул во второй, только убедившись, что девушка зашла в первый. Встал недалеко от дверей, чтобы успеть выскочить вслед за девушкой. Не забыл уже привычно передать три копейки, получив в обмен синий билетик. Прозвенел сигнал кондуктора, вагон тронулся. Надеюсь, это на сегодня завершающая поездка.

Прижался к холодному вагонному стеклу, выглядывая, не вышла ли ненароком девушка? Сколько ехать, не знаю, судя по табличке на борту – конечная «Озерки». Посматриваю по сторонам, ничего особо интересного: слева – «пожарка» и Удельный парк, справа – бесконечная ограда и корпуса нынче несуществующего завода «Светлана».

Кондуктор объявляет остановки. Звучат непривычно, больше всего насмешила «Пересечка». Зато теперь знаю, почему так называется, и что это за кирпичная будка на перекрёстке с Нежинской! Можно сказать, повезло – угодили под выход грузового состава со «Светланы». Похоже, раньше здесь проходили заводские пути, почему и полосатые столбы по краям проспекта, и такие же штанги шлагбаумов, перегородившие нам дорогу. Здесь же увидел и первый светофор, почему-то с двумя огнями, может, тоже железнодорожный? Пришлось подождать на остановке, пока неспешный зелёный трёхосный «маневровик» протолкает пару вагонов, оповестив всю округу гудками.

Дальше без сюрпризов: снова шикарные сталинские дома с магазинами, даже кафе «Лесное» углядел. Снова вспоминаю перед остановками, услышав кондукторское: «Большая Осиповская!» – это что? Нечего удивляться: пора привыкать к новым, то есть старым, названиям – вот такая она, теперешняя Удельная. Как-то уже не тянуло называть город Санкт-Петербургом, на языке вертится прежнее название - Ленинград. Зычный голос кондуктора: «Ильинская, следующая - Скобелевский проспект» – хоть что-то знакомое!

Тянусь к окошку, и не зря: как раз на «Ильинской» девушка выскочила на брусчатку, и мне пора. Уже убедился: здесь остановки не такие короткие, как в будущем. Спокойно вышел и даже повернулся было в другую сторону. Но «Лизанька» и не думала оборачиваться, пропустила фырчащий красно-белый автобус и перепорхнула на тротуар. Вслед за видавшим виды грузовым «ЗиСом» перескакиваю и сам, стараясь не думать, что последует дальше.

Девушка направилась к высокой «пятиэтажке», заметно выбивавшейся из общего стиля. Вид суровый - почти «казённый дом», впечатление дополняет полное отсутствие растительности перед фасадом, сплошной асфальт, в отличие от противоположной стороны. Там - новостройки, но хватает и довоенных, деревянных, и снова тянет печным дымком.

Уже понимаю: девчонка меня заметила, вот и шла небыстро, но все ещё боюсь её напугать. Хорошо, прохожих немного. Не доходя до арки с колоннами, «Лиза» замедлила шаги, показалось, что каблуки звучат громче, хотя идём по асфальту. Или это эхо? Но раздумывать не выйдет: девушка остановилась и повернулась, ожидая моего приближения.

Смотрит без испуга, даже улыбается. Или это не улыбка, просто приветливое выражение лица? Такое же, как при встречах в метро и в трамвае, казавшееся там, в «моём настоящем», таким наивным и милым. Косынка после трамвая на плечах, почему-то замечаю, что волосы короче, чем в «первом» трамвае.

Посмотрел в глаза, и не могу оторваться: ответным взглядом словно прицепила к себе и не хочет отпускать. А у меня такого желания и не возникало, пусть нас и связывает, кроме встреч в общественном транспорте, только чудесный камушек…

«Лиза» дождалась, пока нас минуют прохожие, и задорно тряхнула чёлкой.

- Здравствуйте! Ведь Вы из будущего?

Глава 25. Чай вдвоём

Несмотря на всю серьёзность момента, едва не рассмеялся: прозвучало нелепо, словно появился не из другого времени, а просто заехал на часок из Будогощи - вроде есть такая станция? Но удержался, поспешно придумывая ответ на неожиданный вопрос. Так ждал возможность заговорить и вот… Может, хватит напрягаться глупыми предположениями, пора признаться: тоже рад, что встретились вот так, глаза в глаза.

- Здравствуйте, - что ещё остаётся сказать, не молчать же, как истукан?

Девушка, до этого момента словно выполнявшая какую-то особую миссию, вдруг стала сама собой. Взгляд как у именинницы в предвкушении долгожданного подарка. Но ведь не я же этот подарок? Других мыслей в голову попросту не приходило. Да и какие тут мысли: уставился на серо-голубые светлячки под густыми ресницами, окончательно смущённый ангельской улыбкой и звонким голоском.

- Наверное, ждали кого-то посерьёзнее? – «Лиза» невольно приходит на выручку.

- Почему так решили? – надо выведать, как можно больше, а налюбоваться еще успею!

- Прежде встречались в Петербурге, теперь пришли вслед за мной. А ещё смогли увидеть меня там, где не должны. Тем более, на ленинградского жителя не похожи, несмотря на модный наряд.

- Ещё бы, не коренной питерец.

- Вот видите, даже говорите не по-здешнему.

- Сдаюсь, и правда, оттуда, где меня видели.

- Вы сами по себе или с поручением для Павла Иосифовича?

- Не совсем, скорее, с просьбой, - а про себя отмечаю - ого, она и правда, не одна!

- Хорошо, только он в отъезде.

Девушка, уловив моё смущение, ненадолго отвела взгляд, а меня вдруг объяло теплом: не камушек ли почувствовал «братика»? Но тут же словно повеяло холодом из подворотни. Видимо, ощущения отразились на лице, потому что «Лиза» участливо продолжила:

- Понимаю, Вам сейчас непросто. Но больше не стоит беспокоиться, давайте пройдём ко мне: чаем напою.

Даже вздрогнул от неожиданного предложения, а ещё больше от слов о неведомом «шефе».

- Вот видите, уже продрогли - срочно необходим горячий чай, и, может, что-то посущественнее. Да и на улице не годится разговаривать.

Сам так не считал, но, впервые услышав её голос, уже не мог наслушаться. Вроде ничего особенного, но наслаждаюсь выговором. Главное не то, что говорит, а как: вроде бы на равных, но ощущаю себя маленьким. Словно как потерявшийся ребёнок, которого возьмут за ручку и поведут домой. Туда, где уютно и покой. Что ж - не против.

Не скажу, что ошарашен увиденным, если, разумеется, не брежу. Но прошлое выглядит иначе и, главное, ощущается не так, как представлял или видел на картинках и в кинофильмах. Здесь все живое, реальнее некуда. Словно снял повязку с лица: запахи и звуки воспринимались ярче и живее, чем в моём времени.

Чему быть, того не миновать - кивнул в знак согласия терпеливой спутнице. На улице становится прохладно, раз приглашают - почему не пойти? И ещё один вывод: при переходе необязательно попадаешь в тот же день, что и в настоящем. Здесь тоже весна, но, может, и середина апреля, и конец, и начало. То, что не осень, понятно и по отсутствию палой листвы, и по газонам.

Проходим под арку - становится совсем зябко - оказываемся в неказистом дворе с зарослями акации на газонах. Большую часть двора занимает длинный двухэтажный деревянный сарай, за ним высится здоровенная котельная с квадратной трубой. Как и в предыдущем доме, где ждал девчонку, задний фасад невзрачный: балконы только на угловой пристройке, из украшений – водосточные трубы да пожарная лестница.

Но особо рассмотреть не получается: девушка потянула налево, под козырёк скромной парадной. Порог чуть не вровень с асфальтом, едва не споткнулся, хорошо, «Лиза» предупредила. Оказавшись в полумраке, машинально пригибаюсь: таким низким кажется перекрытие. После улицы внутри совсем темно: лампочки на входе не горели, а свет из межэтажных окон не доходит.

На лестнице прохладно, сбоку, из подвального спуска, тянет сыростью. Девушка простучала каблучками по фигурным плитам, тоже хватаюсь за поручень перил и уверенно топаю следом по крутым бетонным ступенькам. Подниматься пришлось на верхний этаж, лифта не имеется, впрочем, и в мои времена подъёмник в домах такой этажности не положен. Поглядываю на белёные швеллеры над головой, на фигурные завитушки перильных стоек.

При всём при том, унылости не ощущаю даже на ободранной лестнице, последний раз окрашенной в казённый голубой цвет, наверное, ещё при товарище Сталине. А может, и вообще - до взятия Зимнего дворца! Хотя вряд ли дом царских времён - не та архитектура. Заметно, что ступени вымыты, но пахнет кошками, кислой капустой и ещё чем-то сырым. При этом всё равно понимаешь – это жилой дом, не общежитие. На каждой площадке по две двери увешанные почтовыми ящиками. Забавно смотрятся горстки звонковых кнопок на косяках, под некоторыми виднеются табличка с фамилиями.

- Скажите, а дому много лет?

- Довоенный, его ещё называют «милицейский» - в соседнем крыле общежитие и школа младшего состава.

Ничего себе – попал в самое логово правоохранительных органов! Может, не зря опасался: ситуацию действительно государство под контролем держит? Но ведь девушка не приведёт в КПЗ, или как это тогда называлось? Скорее, похоже на конспиративную квартиру.

Пытаюсь вспомнить, как же этот дом выглядит в «моё» время, обычно у себя ориентируешься по рекламам и названиям магазинов, но пока до такого очень далеко. Не зря здесь главное украшение домов - фасады, а не яркие вывески! Но память так и не выручила: обычно больше смотришь на новые «высотки».

Шаги громко отдаются под лестничными панелями, девчонка ни разу не оглянулась: уверена, что иду за ней. Невольно поглядывал на стройные ножки в капроне, неужели в это время уже такое носили? Но тут же мысленно шлёпнул себя по затылку: не о том думаю!

Вот и наша цель - массивная филёнчатая дверь с двумя замочными скважинами. И здесь три почтовых ящика с наклеенными вырезками из названий газет и журналов. Словно смотрю старый советский фильм - до чего же знакомо. Света лестничного окна хватает – несложно разглядеть надписи на ящиках: «Арсеньева», «Маслак», «Штерн». Невольно гадаю: какая же у «Лизаньки» фамилия?

А ещё: откуда ключи у девчонки, неужели не испарились при переходе? Потом доходит: могла забрать в доме на будущей Светлановской площади, или её спутник передал ещё на вокзале. Сам ведь тоже оставил настоящие ключи на Мишкиной квартире? Точно, так и есть: вдобавок разглядел на девичьем запястье изящные часики.

Звон ключей и скрип замка гулко разносятся по лестничной клетке. Из распахнувшейся двери пахнуло совсем по-домашнему. Ещё повеяло теплом, чему обрадовался, потому как на лестнице слегка замёрз. Или это «отходняк» такой после перехода? В коридоре полумрак, «Лиза» тянется в угол и щёлкает выключателем Настенный светильник-«шишечка» под самым потолком добавил света, высветив простенькие персиковые обои с незамысловатой «ёлочкой». Но даже с моей прихожей не сравнить, даром что Наташка ругалась: «Живём, как в склепе!»

Небогатое жильё кажется знакомым: деревянная вешалка перед комнатной дверью, с полочкой под головные уборы, настенный телефонный аппарат с диском, на нем два полукружья - цифры и буквы, на бечёвке – книжечка и карандашик. Под потолком самодельные антресоли и велосипед без колёс, под ним оцинкованное корытце и тазик.

Сама хозяйка уже сняла пальто, оказавшись в тёмно-синем платье по колено, с длинными рукавами. Последовал примеру, пристроив куртку между мужским пальто и плащом. Сосед или…

- Если не против, найду тапочки, а то проходите в туфлях, протру быстренько!

Разумеется, предпочёл переобуться, а девушка скинула туфельки и зашлёпала в тапочках по паркетному коридору. Достала ещё один ключ, открыла дальнюю дверь слева, с извинением предложив подождать.

Окинул взглядом прихожую: всего четыре двери, не считая проёма справа. При этом мучительно пробую вспомнить, где же такое видел, даже зажмурился от напряжения. И только бросив взгляд в угол, где подвешены три электрических звонка, соображаю: да почти как у бабушки Елизаветы в маленьком городке Тутаеве, где ещё с мамой гостили в девяностых и где позже сам проходил стажировку!

От этого открытия неожиданно стало легче, уже попросту принимаю тапочки - почти по размеру! Видимо, кого-то из родственников, может, и мужа? Нет, колечка же не заметил. Хотя, неизвестно, как тут с этой традицией: носят ли? Но заставил себя не думать о ерунде, оставил туфли в углу у двери, рядом с ботиками и галошами. На этом нехитрый обувной парад завершался. Почему-то именно этот минимализм окончательно дал понять, что действительно нахожусь в старом Ленинграде. И Великая война кончилась всего лишь полтора десятка лет назад.

Стою, не решаясь сделать шаг, в коридоре тихо, только из кухни доносится радиотрансляция. Это сразу понял: передавали новости, но голоса другие, не привык к таким. Удивляют ударения и, главное, манера разговора, со старательным выговором каждого слова. Впрочем, может, всё проще: техника в это время такая, что иначе никак?

- Проходите, не стесняйтесь! – девушка спешит нарушить затянувшуюся паузу.

Осторожно зашёл в комнату: не то что боялся, просто не знал, как реагировать на то, чего, по сути, давно уже нет. Но в присутствии девушки старался не выдавать робости. Зато убедился, что здесь не одна комната, а две, судя по открытой слева ещё одной двери. «Лиза» заметила внимательный взгляд.

- У нас с тётей смежные комнаты. Как остались одни – закрыли вторую коридорную дверь шкафчиком. Между комнатами просто перегородка, поэтому перенесли проём туда. А ещё здесь свой кран с раковиной: и умывальник, и мойка сразу. Это ещё папа при заселении сделал - не каждому так везёт.

- Только вдвоём живете?

- В этих комнатах мы с Валентиной, а ещё дядя Семён, но он сейчас в порту – навигация начинается! Его обычно всё лето не бывает, так что почти отдельная квартира - теперь девчонка смущённо улыбнулась, словно призналась в хитрости.

- Для двоих нормально!

- Ещё бы, ведь мы с тётей как родные. Зато удобно принимать гостей, можно не стесняться, и места хватает. Ещё балкон - летом в жару можно спать, правда, так редко случается.

Говорит так непринуждённо, словно мне предстоит здесь прожить не один год. Усадив меня на диван, сама без суеты прошла по комнате. Для начала набрал воды из того самого крана в электрический чайник. Пока занята, неспешно осматриваюсь.

Комната и правда, не маленькая - метров двадцать; потолки высокие, стены в забавных обоях, но не выгоревших и не отставших - на совесть клеили! Посередине круглый стол, накинутая салфетка, похоже, скрывала чайные приборы. Над столом свисает шёлковый абажур с затейливым рисунком. Вокруг стола четыре резных, по виду старинных, стула.

Кровать напротив застелена марселевым покрывалом (ведь вспомнил, как бабушка называла), подушки под кружевной накидкой - как у тутаевской родни! О гобелене на стене у кровати и не говорю: «Мишки в сосновом лесу!» Другого и не ожидал - типичная квартира тех лет, будь жильцов больше - не казалась бы такой уютной.

Но она и правда, уютная, за кроватью тумбочка с телевизором, вроде бы «Рекорд»? Впрочем, нет, всё же разглядел название - «Старт-3». Кажется маленьким: экран почти как у старого 14-дюймового монитора. Дальше ещё дверь - тот самый балкон. Высокое двустворчатое окно с форточкой прикрыто тюлевой занавеской, едва достающей до чугунной батареи. По углам собраны плотные шторы: понятно, солнце-то вот оно! А жалюзи в это время, наверняка, редко у кого имелись. На подоконнике, между цветочными горшками фибровый чемоданчик со стопкой грампластинок, похоже - переносной проигрыватель.

На моей стороне у окна темно-вишнёвый буфет с филёнчатыми стёклами в верхних дверках и занятными висячими ручками. Тумбочка с электроплиткой и стильный торшер на две лампы рядом с диваном. Фотографии на стенах, видимо, родителей девушки. На полу тканые дорожки, чтобы по утрам не соскакивать на холодный пол, пусть и паркетный. Большущий жёлтый шифоньер с зеркалом сразу у входной двери закрывает ту самую раковину. Вот поэтому на стенке крючки под полотенца. Сверху на шифоньере примостились, один на другом, два чемодана с металлическими уголками.

Только пригревшись на диване с высокой спинкой и откидными барабанами-подлокотниками, вспомнил: после метро присаживался лишь в электричке и на скамейке во дворе. Обычно столько пешком не ходил, но усталости не чувствую, может, позже накатит? А ведь так и не представляю, где останусь на ночь. Конечно, есть надежда, что здесь и заночую, но пока расслабляться нельзя. Но куда деться от охватившего умиротворения? И вовсе не потому, что в квартире тепло. Окружающее словно говорило: это всё настоящее, а ты пришёл туда, где тебе, если не рады, то точно не выгонят.

Может, поэтому взгляд цеплялся за каждую мелочь: бахрому на скатерти, часы между портретами над диваном, барометр над гобеленом. Каждая деталь успокаивала, уже не переживал, что брежу. Правда, немного напрягся, вновь вспомнив бабушку Лизу - вдруг тогдашние впечатления больной мозг выдаёт за действительность? Но нет, пусть обстановка и похожа, но все хоть немного, но другое: даже в СССР вовсе не всё одинаково.

Пока глазел, хозяйка принесла из другой комнаты баночку варенья, остальное и так на столе. Чайник на тумбочке за торшером уже гудит и клокочет, предупреждаю о готовности. А девушка деловито осведомляется, как у старого знакомого.

- Умыться с дороги можете здесь, но Вам, наверное, сподручнее в ванной? Хотя и здесь, и там только холодная вода: титан не часто топим.

Согласился на ванную, уж слишком маленькой показалась здешняя раковина, не уверен, что не наплещу вокруг. Хозяйка показала, где что находится, и удалилась обратно в комнату. Ванная - как раз следующая дверь по коридору, теперь понятно, как воду в комнату подвели. Но сначала посетил другую комнатку, совсем маленькую, перед кухней. Синяя лампа под потолком и резаная газета в фанерной коробочке на стене настроили на меланхолическое настроение.

Здесь всё поражало и веяло давно ушедшим прошлым, которое сам не мог помнить. Одна открытая проводка с кручёными проводами в матерчатой оплётке и фарфоровыми изоляторами на стенах чего стоит! Звонко щёлкнул кнопочным выключателем на деревянном кружке в ванной. Такая же тусклая лампочка, хотя стены под кафелем. Окна в ванной нет, видимо, в довоенных проектах не предусмотрено.

Ванная комната не удивила. Несмотря на ремонтный бум в Петербурге, старые квартиры совсем не редкость, довелось повидать. Да и детство пришлось на «девяностые»: керамический умывальник с одиноким краном без горячей воды для меня не диковина. На потрескавшейся кафельной плитке полочка с зеркалом, два стаканчика с зубными щётками, пластиковая коробочка и мужской одеколон. Видимо, соседский, потому что рядом с ним в стаканчике одна щётка, а в другом - две. Щётки смешные, но, похоже, уже с синтетической щетиной. Два мыла на рифлёных поверхностях умывальника.

Сама ванна - чугунная, на четырёх ножках, с душевой стойкой от титана, никакого ограждения. В углу за ней сложены вязанки дров, аккуратно напиленные и наколотые - две связаны шпагатом, одна развалена. Рядом возвышается громадный цилиндр с дверками и трубой. Что это и есть тот самый титан – догадаться несложно: из него в ванную выходит латунный смеситель с душевой стойкой.

Занятная конструкция - снизу чугунная топка, над ней высокий тёмно-синий бак. Сверху позеленевшая медь подводящих труб и вьюшка на уходящем в стену чёрном дымоходе. Да, это не «Электролюкс» - быстро не нагреешь! Ещё и чуть не ударился о выступ топочной дверки.

Занавески над ванной тоже нет, как же принимать душ? Может, подсказать, внести прогресс в нехитрый умывальный быт этого времени? Обжигающе ледяная вода быстро привела мысли в порядок. Что ж, придётся привыкать!

В комнате на столе цветастый заварочный чайник уже источает аромат, под салфеткой и правда чайный сервиз, дополненный сахарницей и вазочкой с баранками. Девчонка расставляет розетки под варенье – и опять вспомнил бабушку Лизу из Тутаева. Баба Лиза… «Лиза» - а ведь мы так и не представились! Может, самому проявить инициативу?

- Вы какое варенье любите? Есть земляничное, чёрная смородина, из крыжовника и даже айвовое.

Даже и забыл, какое бывает варенье, самое большее – Наташка джем покупает, и то когда болею.

- Положусь на Ваш вкус.

- Тогда из крыжовника, прошлым летом хороший уродился!

- Может, наконец, познакомимся?

- Ой, как же забыла! – девушка смущённо прикрыла рот ладошкой.

- Сам виноват, мужчина обязан представиться первым. Но сейчас попрошу Вас назвать имя.

- Не против - Динка, ой, то есть, Диана, - знакомо тряхнула чёлкой, смотря в глаза.

- Сергей, - вот тебе и «Лиза-Лизонька», вроде бы сам придумал это имя, с чего такое разочарование?

- А по отчеству? - Диана прервала моё оцепенение, протянув руку.

- Михайлович, - но зачем так официально, ведь между нами не очень большая разница?

Машинально прикасаюсь к её ладони, признаюсь, ждал, что ударит током, или, как минимум, обожжёт. Но ничего похожего - ладонь растворилась в нежном прикосновении девичьих пальчиков. Само рукопожатие оказалось неожиданно сильным, что в очередной раз тряхнуло, в прямом и переносном смысле.

- Сергей Михайлович, садитесь пить чай, погрейтесь. Пока нет холодильника, масла не могу предложить, покупаем только на выходной. Или зимой, когда можно на балконе хранить.

- Спасибо, Диана. А Ваше отчество?

- Давыдовна, Диана Давыдовна Штерн.

Чуть не уронил чашку: внутри снова, словно что-то хрустнуло, или даже рухнуло. Постарался не отразить чувства на лице, но как же это сочетание не подходит русоволосой девчонке с голубыми глазами! Но пусть это станет ещё одной загадкой на «этой «стороне», а «Лиза» останется «оперативным псевдонимом», так, вроде бы в разведке называется?

Хотя это глупости перенервничавшей головы – само имя Диана прелестно. Пусть и запрещаю себе разглядывать девчонку - первое впечатление от прошлогодней встречи оказалось не только ярким, но и верным. Она ещё больше похорошела с прошлой встречи. Может, весна тому причиной, или стрижка «по плечи»? Какая разница, всё равно не могу понять, сколько ей лет? Может, около восемнадцати, может, за двадцать? По крайней мере, ведёт себя, как выпускница школы, хотя, что знаю о нынешних нравах и манерах? Особенно у здешних девчонок, ведь «у себя» привык совсем к другим отношениям.

Хорошо, что можно просто пить чай с изумительным вареньем, с трудом оторвав взгляда от Дианы. Себя не обмануть: происходит ненужное, если не сказать запретное. Случившееся до этой минуты – ерунда, даже переход через время. Пересекаюсь с безмятежно-бездонными глазами, понимая, что только больше запутываюсь.

Поэтому перенёс внимание на фотографии в фигурных рамках над диваном. На обеих, похоже, супружеские пары. Судя по причёскам и одежде, сделаны давно даже для этого времени, может, лет двадцать назад. Слева чернявый мужчина и худощавая женщина с кудрявыми волосами в клетчатом платье. Зато муж в гимнастёрке с накладными карманами, на воротнике – длинные узкие петлицы в виде маленьких погон с полоской и звёздочками треугольником. Оба в очках, делающих их похожими друг на друга.

Справа - «более ленинградская» пара: лица с характерным овалом. Муж выглядит попроще, в пиджаке с пышным галстуком, супруга - миловидная женщина лет тридцати в платье с оборками. Как ни присматривался, угадать, кто они девушке, не смог: она не похожа ни на кого на фото.

- Скоро наша Валечка придёт! Уверена, что Вам понравится - она просто ангел!

Девичье щебетание оторвала от созерцания. По Диане видно: рада, что справилась с поручением неведомого Павла Иосифовича. Но на роль ангела уже есть претендент, какой бы загадочной и замечательной эта тётя не оказалась. И ещё: на «той земле» осталась женщина, которую по-прежнему люблю. Может, даже больше, чем раньше. И пусть Диана остаётся для меня светлым ангелом, я ни о чем таком и думать не собираюсь: не для того сюда попал.

Мои рассуждения прервал резкий дребезг телефонного звонка.

- Ой, что-то случилось! – встревожилась девушка, бросив взгляд на часы.

- Кто это?

- Звонить могут только три человека, если хорошие новости. Если плохие, то не знаю, – произнесла Диана на ходу, выскочив в коридор.

- Алло, слушаю! Валечка? Задержишься? Не беспокойся, ужин приготовлю. И ещё у нас гость - как раз обоих накормлю! Ждём!

Вернулась довольная, видимо, значит, новости не плохие.

- Как дела у тёти?

- Как сказать, задерживается, но, зато, у неё завтра вечерний приём, хоть отоспится. Такое бывает.

- А где работает, в поликлинике?

- В нашем паспортном столе, Теперь много приезжих, потому такой график: два дня с утра принимают, два - с обеда, но вот сегодня сбилось.

- Диана, могу помочь с ужином, в силу способностей!

- Спасибо, разве что овощи почистить, но только прежде надо по магазинам пробежаться.

- С радостью помогу, заодно и угощение куплю!

- Знаете, Сергей Михайлович, прежде надо кое-что обсудить.

- Всё, что угодно, Диана Давыдовна!

- Для начала можете называть просто по имени.

Глава 26. О серьёзном и не очень

- Но тогда и Вы меня тоже, согласны, Диана?

- Разумеется, Сергей, хотя по паспорту записана Диной, это по метрике Диана. Но когда получала, тётя сказала: время такое, что лучше не называться по-западному, – девушка хотела сказать ещё что-то, но кажется, передумала.

Ну что ж, объяснение как объяснение, не лучше и не хуже других, о чем ещё спрашивать? Отставив чашку, она словно что-то вспомнила, слегка изменившись в лице.

- Но сначала, пока наедине, поговорим о том, куда Вы попали, и что с Вами происходит.

- Если правильно понял, тётя не в курсе?

- Это так, поэтому, прежде, чем сделать следующий шаг, следует многое прояснить.

- Понятно, слушаю.

- Вы догадываетесь: я не сама по себе. И происходящее, хотя и случайно, но закономерно. Правда, не на все вопросы сразу смогу ответить.

- Пока сам теряюсь - о чем спросить сначала…

Хорошо, что девушка сама начала серьёзный разговор, освободив меня от долгих раздумий. Заодно узнаю и о ней самой: похоже, не умеет обманывать, и чувствуется, что сильно волнуется. Может, поэтому и чай затеяла, чтобы немного успокоиться?

- Скажите, Сергей, к Павлу Иосифовичу с конкретным делом, или же Вы тот самый?

- Какой «тот самый»?

- Новый «проходящий». Меня предупреждали, что такое может случиться в ближайшее время, раз мы уже встретились два раза.

- Сами к чему склоняетесь?

- При первой встрече подумала о «проходящем», но сейчас сомневаюсь. По Вам заметно: подготовились к переходу, даже одежда по времени, пусть и не к месту. Но глядите по сторонам, словно приехали из глухой деревни на Псковщине. На вокзале не так заметно, но на улице полностью себя выдали.

- Простите, не хотел Вас напугать.

- Мне здесь нечего бояться, тем более, меня прикрывали, если заметили.

- Тот паренёк? – при мысли о «филёре» даже улыбнулся.

- Зря так иронично, он многое умеет.

- Сразу меня обнаружили?

- Вначале почувствовала, потом увидела.

- Не удивились?

- Где две встречи, там и три, и потом… - она замялась, видимо, есть то, о чем не хочет говорить сейчас, по ней видно: это её напрягает.

- Диана, можете говорить только то, что считаете возможным.

- Хотите спросить, почему, заметив Вас, сбежала, а потом вернулась?

- Наверное, на это имелась веская причина?

- Угадали! По таксофону получили указание сделать вид, что Вас не замечаем. Если на обратном пути ещё будете на вокзале, значит, с Вами можно иметь дело.

- А если бы не нашли?

- Как ни жалко, наверняка попали бы в «Кащенко».

- Так сразу? – «приятное» известие!

- Не обязательно, может, вначале в милицию, потом всё равно в клинику. Только Вы повели себя совсем иначе. Но в любом случае, Вас бы не оставили: у Павла Иосифовича есть возможности.

- Так это всего лишь испытание?

- Можно и так сказать, но не специально. Мне нужно было завершить задание, а потом можно заняться и Вами. Извините, что так говорю, но это правда.

Понятно: не на прогулку в прошлое гоняла. В конце концов, мог оказаться паникёром, трусом или просто дураком, которому повезло или не повезло влететь в прошлое. Жёстко, но это так и есть, впрочем, сердиться на девчонку не мог. Никто меня сюда не звал, но раз так случилось - пришлось поволноваться. По крайней мере, сам убедился, что могу здесь находиться вполне спокойно.

- Выходит, получили от шефа «санкцию на контакт»?

- Как красиво говорите! – Диана улыбнулась, на миг снова став той, прежней. – Впрочем, как ни называй, суть не меняется.

- Теперь предстоит идти к всемогущему Павлу Иосифовичу?

А вечер перестаёт быть томным... Девчонка уже не раз упоминает шефа, а «поручение с «той» стороны» означает, что в «моём» времени у ребят имеются контакты. Видимо, не такие надёжные, раз сами не знают, тот ли я человек. Похоже, отгадка может оказаться не такой приятной, как эта милашка…

- Вы думаете, что занимаемся чем-то незаконным? – Диана даже нахмурила брови.

Угу, а переход во времени строго в правовых рамках! Разумеется, вслух произнёс другое:

- Внешне выглядит странно, сплошные тайны!

- А как же иначе! Но когда узнаете подробнее, самому станет смешно за эти опасения.

- Всё-всё расскажете?

- Обязательно, только несколько позже.

Почему-то от слов девушки стало спокойнее. Не то, чтобы поверил сказанному, нет, голос… Такой, каким не обманывают.

- А что же до этого момента делать?

- Первое время побудете у нас, тем более, завтрашний вечер придётся провести в карантине.

- Чем-то заразился при переходе? – так и знал, даром такое не даётся…

- Ничего страшного, хотя и не так приятно, после объясню, а пока ни о чем не беспокойтесь. А уж потом познакомитесь с «шефом». Вы почти угадали:- действительно солидный человек. Но добрый и справедливый, если потребуется - всё устроит. А пока здесь приютим, тётя не будет против, не привыкать.

- То есть, я уже не первый, кого встречаете с «той стороны»?

- Не совсем, Вы - «первый», кого привела самостоятельно. Прежде доверяли только людей «на карантине».

- И много нас, «таких»?

- Вы всего лишь третий.

Кто такой «проходящий», уже начинаю догадываться, наверное, способный проскакивать через барьер времени, или как его там? Интересно, «проходящий» может сам уйти обратно? Неловко признаться, только что встретил девушку и больше всего хочется вернуться обратно.

Но точно ли так или просто страшусь принять решение? Или боюсь признаться самому себе… В чем же? Поглядываю на Диану… С этой суматохой совсем не обращал на неё внимания как на девчонку. Уже повидал разной, но здесь другая: в своём времени, на своей земле. Со стыдом вспоминаю: только перехватил взгляд девушки, уже ни разу толком не вспомнил не то, что о бывшей супруге, даже о Светлане! С мыслей о Наташке перескочил на повод к разрыву - ту самую «трамвайную неделю». Сам собой возник ещё один вопрос:

- Скажите, Диана, в прошлый раз получилось так, что каждая минута унесла часы, а то и дни жизни там, в будущем… - ещё бы, если задержусь надолго, то «там» близкие люди, как минимум, сильно постареют. Понимал умом, а сердце ничего не трогало, словно не со мной происходило.

- Не переживайте, Сергей, если здесь не понравится - вернётесь обратно, почти в тоже время, в тот же день и час.

- Но в трамвае…

- Там сразу пошло как-то не так, не знаю, почему.

Смотрел на девчонку, словно излучающую обаяние невинности и добродетели, и сам словно оттаивал. Таяли тревожные мысли о немедленном возвращении, тянет оставаться рядом, без мыслей на какие-то отношения. Что это, отчего такие метания? Надо прийти в себя: она обычный человек, тем более, из прошлого. Но не особо помогало. Теперь кажется: готов идти за ней куда угодно, хоть ещё дальше сквозь время. Но Диана невольно спугнула романтические грёзы.

- Теперь, когда кое-что знаете, можете подумать, что делать дальше. Придёт тётя, если перед ней, как говорится, не «засыплетесь» - значит, есть шанс нормально устроиться здесь хотя бы на время.

- А если не получится?

- Тогда придётся проводить Вас обратно, но всё равно только после карантина и беседы с шефом, - девчонке явно понравилось это слово.

- Скоро тётя придёт?

- Сегодня работает до девятнадцати, надо ещё ужин приготовить!

- Можно, помогу?

- Конечно, - не раздумывая, ответила девушка, - мне-то придётся по магазинам пройтись. Сможете почистить овощи на винегрет?

- Мужчина должен уметь всё, но не всегда женщина должна об этом знать! - решил пошутить, но понял, что краснею, поскольку сморозил глупость.

Диана только рассмеялась.

- Обычно сразу захожу за продуктами в «Первый образцовый». Но сейчас придётся побегать по нашим удельнинским магазинам. Хорошо, рядом и гастроном, и булочная.

- Да вроде есть не хочу.

- Не притворяйтесь - хотите, ещё как хотите! Знаю, что чай только раззадорил! Не беспокойтесь, я скоро! Ещё надо купить Вам зубную щётку, зубная паста здесь уже есть, порошком вряд ли станете чистить.

Не стал уточнять: даже если здесь ненадолго, о гигиене забывать не стоит.

- Тогда покажите «фронт работ»!

- Пойдёмте на кухню! С утра свёклу, морковь и картошку отварила - как знала, что пригодится.

Вот как, приготовила с утра овощи и поехала на метро в будущее! Вернувшись с пришельцем – покрошила… Такая бытовая мелочь заставила посмотреть на ситуацию чуть ироничнее. Может, ещё соль из будущего принесёт, или кетчуп, ведь и его в пластике выпускают? А что смеюсь, вспомнил, как Мишка просил посмотреть в Испании какую-то ерунду для катера на субботу, чтобы ему не гонять на другой конец Питера!

Но чему удивляться? Сколько она вот так проходит сквозь время, может, не один год, приноровилась, стало привычным, как работа. Вспомнил свой переход и невольно вздрогнул, ещё раз такое испытать - не самое большое удовольствие. Хотя всё равно ведь придётся.

Собрали чашки и блюдца, теперь на кухню. Диана толкает дверь со стеклом, разделённым планками на шесть частей. Сама кухня на удивление светлая, несмотря голубую окраску стен и подкопченый белёный потолок. Сразу бросилась в глаза громадная плита на ножках-уголках справа у стены. Между плитой и окном приютилась тумбочка, на ней - непонятный агрегат. Поскольку его венчает кастрюля, значит, точно для разогрева пищи. Как же называется: керосинка, керогаз, примус? Нет, не помню, зря только копался в интернете!

Спереди у плиты несколько дверок. Правая, большая, с ручкой, откидывается на себя - наверное, духовка. Слева – парочка поменьше: видимо одна под дрова, другая под золу, судя по нескольким порошинкам на железном листе на полу. На плите - блестящий чайник и пара алюминиевых кастрюль. В принципе, ничем не отличается от газовой или электрической плиты. Только конфорки странные, из нескольких окружностей. Над плитой, в стене, маленькая чугунная дверца и жестяная задвижка – скорее всего, вытяжка.

За ней до самого угла тянется самодельная горка с посудой, прикрытая тюлевой занавесочкой. Ближе к окошку - многоярусная полочка, рядами стеклянные баночки с приправами и красные жестяные в горошек, эти точно под крупу и макароны! Между ними в стене ещё и круглая крышка с ручкой – не иначе, самоварную трубу втыкать, других вариантов в голову не приходило.

Слева у стены два стола, у окошка и сразу за дверью. Ближний побольше, обеденный с табуретами, над ним смешные часы-ходики. У окошка стол маленький, вроде тумбочки, тоже покрытой клеёнкой. Над ним горка с посудой, но поменьше и просто прикрыта салфеткой. Нет, не горка, вспомнил, как бабушка называла, это поставец! По всему чувствуется: там мужчина хозяйничает. Хотя чисто: ни грязных тарелок, ни стаканов, тем более пустых бутылок. Зато зелёный литровый термос с алюминиевой крышкой - стаканчиком.

- Здесь и покухарничаете, - улыбнулась Диана, протягивая фартук. – Если ещё сырой картошки почистите, то приду и пожарю с луком и чесноком! Надо бы на Светлановский съездить, посвежее купить. Но пока вот такая, прорастает уже.

Девушка достала из шкафчика рядом с мойкой миску с десятком картофелин.

- Попробуйте ножик для овощей, это «там» подглядела, потом здесь похожий увидела!

Да, знакомая вещица, только с деревянными ручками и не с плавающими ножами, зато из нержавейки. А хозяйка сняла с керосинки кастрюлю с овощами, поставила на большой столик, вдобавок достала из ящичка пару кухонных ножей на выбор. Из поставца над плитой две эмалированные тарелки: теперь во всеоружии!

- А как для жарки порезать – соломкой или ломтиками?

- Можете ломтиками, так быстрее. Вот досочка для нарезки, а мне пора бежать, а то в очередях застряну, - девушка виновато улыбнулась, и юркнула в коридор. Понял, что лучше не отвлекать хозяйку, а заняться делом.

Огляделся вокруг: всё вроде знакомое и в то же время непривычное. Ещё и пахнет странно: запах пищи, мытой посуды, лёгкий запах прогоревших дров и ещё один подзабытый, резкий… Почему-то вспомнился Мишкин яхт-клуб, сообразил - это же керосин! Не скажу, что слишком сильные ароматы, тот же бывший «Макдональдс» воняет намного сильнее.

На дощатом полу половичок, но проще комнатного - всё чистенько, аккуратно. Справа от входа голая эмалированная раковина с таким же одиноким краном и полочка с мыльницей и щёткой. Над ней висит «источник информации» – радиоточка с затянутым пожелтевшей сеткой динамиком. Куда же без неё! Угол между плитой и раковиной не пустует: ещё одна тумбочка, по виду самодельная, под ней знакомая вязанка дров, правда, чурки покрупнее.

Окно большое, с широким подоконником, прикрыто короткой занавеской, без штор, видимо, солнце с утра не так мешает. Надо же: колючий кустик алоэ в горшке и трёхлитровый баллон под марлей – да это же «столетник» и чайный гриб! Ну, снова как у бабушки, только луковиц в баночках не хватает! Но вот большого цветастого термоса с блестящей макушкой в тутаевском доме не стояло.

Пока располагался за столиком, настроение оставалось нормальным, но как только только за Дианой защёлкнулся замок, резко ощутил одиночество. Не то что испугался, скорее, удивило то, как отреагировал на её уход – словно кусочек самого себя оторвался, с чего бы? Не от впечатлений же от немудрёного здешнего быта?

С грустью посмотрел на поставец с висящей на крючках под нижней доской кухонной утварью: половником, дуршлагом, ковшиком, деревянными лопатками и даже топориком под капусту! Ладно, делом займусь, как раз по радио завершились новости и началась передача «По ленинским местам» – самое подходящее сопровождение для стряпни. Отодвинул к стене хромированную подставку под солонку, перечницу и «горчичницу» с забавными гранёными стенками и металлическими крышечками. И такие у бабушки Лизы были, непрозрачные, уже помутневшие от времени. Почему-то именно эти нехитрые предметы вернули испарившуюся после ухода девушки уверенность.

Главное, что я понял, занявшись чисткой, мужчин в этом доме к кухне не допускают, судя по тому, какие ножи и, как наточены. Это не про песню Шуфутинского, конечно же, гениальную, как теперь понимаю. Клинки сточены до такой степени, что ещё чуть-чуть - превратятся в шило. Почему-то это не огорчило.

Выбрал ножик покороче и принялся за нехитрое занятие, стараясь снимать шкурку потоньше, этому тоже «в деревне» научился. Вот ведь смех – попал в прошлое, в шестьдесят первый год двадцатого века, и думаю, как лучше чистить картошку в мундире и как ловчее порезать варёную свёклу на кубики. Но дело-то житейское - глубокая эмалированная тарелка скоро наполнилась с горкой. Только хозяйничать без горячей воды сложнее: руки после свёклы холодной отмывать не так приятно. А как посуду мыть? Избаловались мы в наше время и забыли, как предки жили. Теперь понятно, почему аж два термоса на кухне.

С сырой картошкой управился быстрее. С глазками пришлось повозиться, зато порезал почти ровными брусочками. Залил ледяной водой, уже не морщась от запаха хлорки. Больше заняться нечем, а девушки ещё нет.

В пустую комнатувозвращаться не стал, а остался у кухонного окна. Окинул взором окрестности - ничего вдохновляющего в вечернем пейзаже. Под окном - провинциальный двор, слева в углу - пара явно послевоенных «трёхэтажек» с уставленными антеннами кровлями. Напротив - новостройка за забором со строительным краном на рельсах, уже первый этаж выведен. В скором будущем новый дом завершит планировку квартала, больше не увидеть раскиданные вокруг потемневшие деревянные «двухэтажки».

Снова перекинул взгляд на ближний двор: там смотреть совсем нечего - всё тот же дровяной сарай с хламом на плоской крыше, мусорная будка на асфальте, да дымящаяся котельная с уже освещёнными окнами. Понять, что для чего, несложно, судя по мужику с вязанками дров и женщине с мусорным ведром. Такое же и у нас, под раковиной, но с крышкой, куда закинул очистки. «У нас» - неужели так быстро начал считать этот мир своим? Нет, это просто о месте, где временно остановился…

Вот так мысли от удельнинских «красот» вернулись к Диане. Всё-таки она не совсем в курсе всей ситуации, может, шеф вообще использует её втёмную? Хотя как «втёмную» переходить границу между мирами? Ничего себе: «Да так, ерунда, побывала вчера в будущем и не заметила!» Нет, надо прожить здесь хотя бы несколько дней, чтобы лучше разобраться. Неужели Диана сказала правду, и время «там» застыло, ведь в прошлый раз за какие-то пять или десять минут в прошлом расплатился неделей будущего? Хотя какая разница, сколько пройдёт времени там, где никто не ждёт? Разве что Светлана? Но, если честно, не готов ей что-то предложить. Может, так и лучше, чем в отчаянии привязывать к себе женщину, да ещё и с ребёнком?

Про свою семью сказать нечего, всё уже сказано. Тем более, Новый год давно прошёл, и до дня рождения ещё неблизко. Беспокоиться им не с чего, отчим и так не особо вспоминает, с тех пор, как я женился. Раз нашёл приличную работу и полностью обособился - со временем просто вычеркнут одну строчку в перечне обязательных поздравлений.

Если бы не Светка, «там» спокойно мог бы годок пропустить. Тем более, если здесь проведу всего неделю, судя по краткосрочному опыту, сам в любом случае не постарею. По крайней мере, надеюсь на это. Может, поэтому и Динка молодо выглядит? Зря называю девчонкой: при близком общении кажется, лет ей, наверное, под двадцать, вряд ли больше. При искусственном свете выглядела ещё более хрупкой и утончённой. Но при кажущейся беззащитности знает, что нужно делать и как поступать.

Так во что же я впутался - так и не могу понять. Если честно, поначалу опасался, что все организовано государственными структурами, серьёзными людьми с неприметными лицами. А тут какой-то паренёк, которого за километр легко распознать можно да молоденькая девчонка! Довольно хило для могущественного тоталитарного государства.

Нет, по здравому размышлению никаких угроз пока не вижу, кроме опасений за личную жизнь. Да и то больше надумал. Может, действительно просто бабник? Готов бежать за смазливым личиком не то что на край света, а в другое время, забыв про всех на «той» стороне. Но желание разобраться в тайне происходящего пересиливает страхи и опасения. Да, так и есть, если бы не «Лиза-Диана» - постарался бы убежать отсюда при первой же возможности. А сейчас даже не подумал спросить: как же, собственно, отсюда можно уйти?

Может, и правда: ни о чем не думать, ограничить себя общением и наблюдением. Для начала хотя бы с Дианой и её знакомыми. Дышать свежим воздухом, питаться свежими продуктами, изумляться здешнему быту. В конце концов, работу и здесь найти можно, даже с моей специальностью. Кажется, в начале шестидесятых с немцами снова начали сотрудничать, если не раньше. Переводчик в любое время востребован! В конце концов, пойду в школу преподавать!

Э! Куда это понесло? Ещё пару часов назад на вокзал без документов боялся лишний раз зайти! Для работы и паспорт, и диплом, и много чего ещё потребуется! Так что успокойся для начала, пока не поймёшь, где твоё место. Пока для меня это лишь приключение, может, и опасное, но, по сути, пока больше забавное. Разумеется, если это всё-таки не сумасшествие, о чем то и дело вспоминаю. Поэтому нечего торопить события, пока одни догадки и домыслы. И менять собственную судьбу пока ещё рано.

Нет, не стану ничего загадывать: как сложится, так и сложится. Только снова неловкость за Светлану, ведь ещё утром совсем по-другому думал… Может, такое настроение - просто особенность перехода и к следующему утру мысли поменяются?

Отошёл от окна, после него на кухне показалось сумрачно. Отыскал выключатель, и под потолком мелким солнцем вспыхнула лампочка под матовым плафоном. Что ж, раз решил исследовать – стану привыкать и к пейзажам, и к бытовым мелочам этого мира. Не скажу, что сильно разочарован: о чем-то успел вспомнить, о чем-то прочесть. Ну и что такого: дровяная плита, титан в ванной, отсутствие туалетной бумаги и бытовой техники. Мне достался ещё не самый плохой вариант - коммуналка всего на три комнаты. Читал, что ещё похлеще бывало, особенно в центре Ленинграда.

Так что: «Назвался грузом - полезай в кузов», как шутил Мишка. Тем более вода и канализация присутствуют, а что нет газа и горячей воды, так это издержки времени. Стены у дома мощные, батареи хорошо греют, в квартире тепло, после улицы даже кажется жарко. Вряд ли здесь имеются регуляторы, даже ручные, не говоря про автоматику. Вот запахи… Как ни проветривай - печной запах остаётся, дровяной дым ни с чем не спутаешь. Да и керосин, но куда без него? Не станешь же каждый раз плиту топить, особенно летом.

Не знаю, что бы ещё надумал от безделья, но на груди снова потеплело, на этот раз чётко ощутив вибрацию камушка. А в коридоре послышались звуки проворачивающегося ключа в замке и затем голос Дианы: «Вот и я, Сергей, не заскучали?»

Глава 27. «Не волнуйтесь, тётя!»

Не только камушек завибрировал, но и сердце застучало: так обрадовался возвращению хозяйки. Поспешил в коридор, Диана уже закрывала дверь, оставив покупки на обувной подставке.

- Давайте помогу!

- Спасибо, сегодня быстро получилось! - девушка повесила сумочку на крючок.

- Что куда нести? - ничего себе «быстро», видимо, это так по здешним меркам.

- Подождите, разденусь, тогда уж разберёмся.

Помог снять пальто, она удивлённо улыбнулась: похоже, не привыкла к подобным любезностям. Затем поднял к сетчатой сумку с выпирающими сквозь ячейки свёртками, кулёчками и уложенными сверху хлебом и булкой. Судя по обалденным ароматам, вкуснятина там - невероятная!

- Авоську - на кухню!

Так вот как называется, теперь и сам вспомнил название нехитрой сетчатой тары. Оставив покупки на столе, застал Диану у раскрытых дверок шкафчика в коридоре, закрывавшего бывшую дверь в коридоре. Ничего мудрёного: самодельный узкий пенал с полочками.

- Это дядя Сёма делал. Он мастеровитый, не зря снова матросом взяли. Зато можно запасы хранить: здесь прохладнее, чем на кухне. Не удивляйтесь, война давно прошла, а что Валя, что дядя Семён - оба говорят: дома должен иметься запас.

Пригляделся: высокие баночки тушёнки, судя по рогатым головам и пятачкам на этикетках, плоские банки с рыбой, полосатые - со сгущённым молоком. Есть и «стекляшки» с овощными консервами, но таких заметно меньше. На одной из полок - уже знакомые прямоугольные жестяные банки «в горошек» под крупы.

- У нас давно так заведено: по две банки «сыпучего», одну начинаем, вторая - про запас. Вроде бы ничего такого не должно случиться, но так спокойнее. В этом времени почти всё натуральное, поэтому ничего долго не храним, даже макароны. А лапшу часто сами делаем и сушим прямо на кроватях, вот она, в мешочке лежит!

Само собой: соль, перец, специи, томатная паста и прочее. Да, нормально, и здесь жить можно, особенно если жена - домохозяйка. Правда, ей придётся целый день только домом и заниматься, с таким-то оснащением!

- Повезло вам с соседом!

- Ещё бы, а какой у него брат! Дядя Матвей в деревне живёт, тоже одинокий, зато непременно вкусным угостит, вот: огурчики от него! А какое сало - пальчики оближешь!

Диана широко улыбается, слегка зажмурившись, словно вспоминала вкус деревенского деликатеса!

- Смотрю, у вас и правда хорошие отношения.

- Так он с папой служил, пока на пенсию не вышел.

- Вот как!

Не стал уточнять, где отец, да и мама, тоже. Вряд ли после войны в Ленинграде спрашивали о таком, а девушка не стала продолжать. Протянула мне плетёную пластиковую сумочку с полукруглыми ручками - такая выглядела бы модерново и в моё время.

- Возьмите, пожалуйста, ещё и коробочку - переложить яйца из сумки. Только осторожно, Сергей, лучше на кухонном столе.

Яйца как яйца: каждое со штампиком, не очень крупные, у нас такие совсем задешево продают. Все же неудобно без привычных решёток… Эх, когда ещё они здесь появятся? Пока Диана умывалась после похода в магазин, успел переложить яйца и даже умудрился ничего не разбить.

Хозяйка появилась на кухне с коробкой конфет, видимо принесла в сумочке.

- Сергей, пусть это будет подарок от Вас!

- Зачем, Диана, ведь и сам могу купить!

- Во-первых, когда ещё получится самому в магазин выбраться, во-вторых, Вы же гость, а какой гость без подарка?

- Тогда отдам деньги!

- Об этом потом, пока посмотрим, что Вы тут нахозяйничали? – девушка накинула второй фартучек. – Ой, всё почищено и нарезано красиво, какой Вы умница, спасибо! Ещё принесите из коридора баночку зелёного горошка, уже знаете, где, а постное масло - в тумбочке у плиты.

Подсолнечное масло оказалось в винной бутылке, заткнутой пробкой. А горошек пришлось открывать привычным консервным ножом, такой до сих пор встречается. Ещё порезали пару «дядиматвеевских» солёных огурчиков, не удержался, похрустел ароматных ломтиком. Добавили зелёные шарики горошка в винегрет, сдобрили непривычно ароматным маслом, солью и перцем, перемешали, и Диана унесла блюдо в комнату

- Сумеете порезать окорок? В нашем гастрономе нет машинки, не то, что в «Первом образцовом», это в доме дяди Паши. Извините, что так по-свойски его порой называю.

- Ножи у вас, конечно, не очень.

- У нас есть специальный, мясной, - она достала явно самодельный нож хорошей стали с наборной ручкой из плексигласа.

- Сам невеликий специалист, но вижу - нож сделан с любовью!

- Это тоже дядя Семён! Вот досочка под колбасу, - все у неё продумано! - Сергей, только лучше в комнате, а я пока картошкой займусь. Копчёной только половинку порежьте, остальное - полностью, там немного: холодильника всё равно пока нет.

- Так трудно купить или с деньгами проблема?

- Деньги у меня… у нас есть, а Валя в очереди стоит, но к лету точно купим: без холодильника тяжело.

Расположился за столом в комнате, а хозяйка утащила электроплитку на кухню. Нож оказался хорошим не только на вид, правда, и окорок такой раньше нарезать не доводилось. Самое трудное - вынести колбасный запах! Когда развернул обёрточную бумагу, обомлел - как же пахнет обычная «Любительская»! Про ветчину и окорок даже не говорю, аж живот подвело. Но на что колбасные обрезки и хвостики… Ну и вкуснотища!

А из кухни уже натекает запах жареной картошки… И уже по-настоящему желаю скорого прихода Дианиной тёти! Словно угадав мои страдания, девушка показалась из кухни с тарелкой нарезанного хлеба. Сверху кусок булки с маслом, явно для меня. Не ошибся! Девчонка, поставив тарелку, подцепила кусок ветчины и протянула мне бутерброд.

- Не стесняйтесь, Вам сейчас есть очень хочется!

- Потерплю до ужина, совсем недолго!

- Не спорьте, это всегда так: после перехода аппетит зверский. А я пока лучок срежу.

Хозяйка прошла на балкон и сразу вернулась с зелёными пёрышками в руках. Сам с наслаждением впился зубами в бутерброд. Она права: такого голода никогда не испытывал, казалось, слопаю быка. Или, по крайней мере, кабанчика-сеголетка!

Похоже, картошка готова - не выдержал, заглянул к Диане на кухню. И точно: помешивает деревянной лопаткой на сковороде, накрывает крышкой и переносит на плиту. Форточка открыта, унося чад, о вытяжке с вентилятором можно и не вспоминать. Что же тут при топке дровами творится или хотя бы с керосинкой? Но главное – к приходу тёти успели!

Вызвался помочь накрыть на стол и Диана не отказалась. Вместе и быстрее, и веселее, может, так скорее перестану стесняться девчонки? Или просто робею перед приходом тёти? Но ведь она не «фрекен Бок», а мы не Малыш и Карлсон. Хотя сам как раз похож на залетевшего в окно беспутного наглеца. С такими мыслями принимал от девушки тарелки из буфета, точно «парадные», и даже стопочки и фужеры.

- Вот и готово, - Диана посмотрела на часы над диваном. - Сергей, пока есть немного времени, давайте присядем и обговорим Вашу легенду, – ого, она и терминологию знает?

- Но я ведь без документов?

– С этим определимся завтра, а пока Вы - работник сельхозартели из Винницкого района.

- Какой же из меня украинец, Диана? – чуть не рассмеялся.

- Это не то, про что подумали. Так в наше время называется район в Ленобласти, это за Ладожским, и там действительно есть заготконтора.

- Павел Иосифович ещё и сельским хозяйством занимается?

- Нет, там его знакомый, но об этом позже, пока запомните только это: приехали в командировку, а остановиться негде.

- Понятно, шеф действительно в отъезде?

- Да, поэтому не переживайте: к таким гостям Валечка привыкла, лишнего не спросит, а дядю Пашу теперь очень уважает, - ого, не иначе, прежде бывали вопросы?

- О чём задумались, Сергей?

- О Вашей тёте, какая она?

- А давайте покажу, - Диана соскочила с дивана и чуть не бегом принесла из малой комнаты альбом в тиснёном переплёте малинового бархата.

Альбом не совсем «тётин» - общий, обратил внимание - фотографии либо из школы и даже детского сада, либо с общественных мероприятий. Оно и понятно, особо фотографировать некому. Парочка художественных фото, снимки на паспорт - и тётя, и сама Диана. Немногочисленные родственники либо знакомые, и ни одного мужчины, не считая учителя, и, видимо, соседа. И то на демонстрации - кто-то сфотографировал и поделился карточкой. Можно даже не спрашивать, сколько лет «тёте Вале»: по фото понятно - не очень старше племянницы, может, лет на десять-двенадцать.

Металлический дребезг звонка заставил вздрогнуть.

- Валечка! - обрадовалась Диана, - а нас уже всё готово!

И мне: «Вы пока посидите здесь, сама встречу».

Девчонка проскользнула в дверь, уже знакомый щелчок замка. Отложил альбом, и правда, лучше встретиться с тётей в комнате, на свету. Всё же любопытно: здесь принят полумрак в прихожей или просто свет экономят?

- Динка, привет! Как вкусно пахнет, а я голодная, как волк. Сегодня и собрание, и митинг в управлении, против американской агрессии на Кубе, туда-сюда, не успела. Но ничего, что задержалась, зато завтра приём после обеда. - пусть не такой звонкий, но молодой и совсем не усталый голос!

- Вот и хорошо, хоть отоспишься! Сейчас накормлю: и в магазин успела, и ужин приготовила, хорошо с помощником!

- Как знала, что пригодится! Вот, поставь на кухне! - тётя встретила новость обо мне на удивление спокойно.

- Снимай плащ, Валюша, и за стол: гость заждался.

- Динка, ты что, я же прямо с работы, дай чуть времени! А это наш гость или Павла Иосифовича? – спросила уже тише.

- Дяди Паши. Он сам уехал по делам, а домохозяйка взяла отгулы. Сергей в командировку приехал, позвонить неоткуда, а послать телеграмму не догадался. Ничего, если у нас поживёт немножко?

- Первый раз, что ли? – не слишком радостная интонация, но и не сердитая. И подожди тогда, хоть причешусь, а то ветром все волосы растрепало!

Интонация изменилась: как же женщины похожи во все времена! Наверное, думает, раз после работы - значит, некрасивая. Почему-то это успокоило. Послышались мягкие шаги и скрип открывающейся двери, видимо, в ванную. Диана вернулась в комнату с довольной улыбкой.

- Не смущайтесь, Валентина хорошая, только очень требовательна к себе.

Тётя привела себя в порядок довольно быстро. Я встретил её стоя, держась за стол. Почему-то волновался больше, чем при переходе в прошлое, может потому, что Диану подсознательно считал «своей», человеком, побывавшим в моем времени. А здесь - первый обычный житель «из шестьдесят первого!» Верхний свет в комнате пока не включили, поэтому Валентина сначала показалась старше, чем на фотографиях. Может, ещё и потому, что сначала смотрела серьёзно. Но это пока не сказал «здравствуйте», то ли мой голос, то ли мой смешной вид подействовал, но женщина улыбнулась.

Не то, что она преобразилась, может, у меня что-то внутри щёлкнуло, посмотрел на неё по-другому. Чуть повыше Дианы, такая же худощавая, темноволосая, довольно молодая, даже по моим меркам. Сколько ей? Пожалуй, тридцать точно, дальше не скажу, почему-то здесь с женским возрастом боюсь запутаться, всё в них кажется взрослее: и лица, и фигуры, и походка.

- Знакомьтесь, Сергей, это моя названая тётя, Валентина Александровна!

- Здравствуйте, с приездом! – протягивает ладонь для рукопожатия, - Арсеньева.

- Митрин, - ощущаю прохладу её пальцев и добавляю, чуть замешкавшись, - Сергей Михайлович!

- Очень приятно! К Павлу Иосифовичу приехали?

- Да, но, к сожалению, он оказался в отъезде.

- Вы его родственник?

- Нет, по делам приехал, в командировку.

- А кем работаете?

- В заготовительной артели, – стараюсь не сбиться.

- Хлопотная работа! Наверное, как раз те ягоды и травы собираете, профессор много рассказывал!

- Да, так и есть, – как же хочется посмотреть на Диану: мои познания в здешнем сельском хозяйстве почти исчерпаны!

Что ещё помню о профессии - ездить по деревням, заключать договоры на покупку сельхозпродукции? Так, вроде, сейчас не сезон поставки?

- Надолго в Ленинград?

- Пока на три дня, потом, как получится. А …

- Давайте к столу, Валечка, все же голодные! И Сергей Михайлович с дороги, - Динка щебетала, словно воробушек, не давая тёте углубиться в расспросы.

Поспешил взяться за спинку стула, удивившего массивностью. Валентина перехватила мой взгляд и улыбнулась.

- Это наш сосед пособил, Семён Степанович, у него друг на судоремонтном. Когда старый корабль готовили на списание, он договорился, и мы по дешёвке купили в складчину полдюжины стульев из кают-компании.

И было чему удивиться: на спинке старым шрифтом с «ятем» написано «Штандарт» - «Русский флот», даже двуглавый орёл сохранился. Это сразу придало стулу дополнительный вес, словно сама история прижимала его к земле. Теперь можно не спрашивать, откуда в комнате морские часы и барометр!

- Зато стол у нас совсем обыкновенный, из мебельного магазина, - пошутила Диана, - присаживайтесь, картошку принесу.

- Давайте помогу? - не удержался с предложением.

- Нет уж, сидите, мужчины обычно такие неуклюжие!

- Сергей Михайлович, не против выпить немного вина «за знакомство»?

- С огромным удовольствием! – вот от чего и правда сейчас не откажусь!

- Или, может, коньяку налить?

- Только вместе с вами! - интересно, откуда у них коньяк? Хотя, гости же бывают.

Валентина достала из-за правой створки буфета бутылку с весёлой красавицей на темной этикетке на пару со штопором.

- Новый сорт, называется «Улыбка». Продавец уверял - очень вкусное, кубанское, только начали выпускать.

Вино открыл раньше, чем Динка принесла горячую картошку.

- Чем не пир? - Валентина покачала головой, окинув взглядом тарелки с ветчиной, окороком, колбасой и сыром.

- Валечка, так Сергей Михайлович тоже с гостинцами приехал.

- Раз мужчина в доме - разливайте вино! Можно звать Вас просто Сергей?

- Конечно, а мне вас - Валентина и Диана? – да уж, дались им эти отчества!

- А как же иначе? - женщины одновременно улыбнулись, каждая по своей причине.

Наполнил «Улыбкой» фужеры, не доливая на треть, янтарное вино поблескивает под позолоченным ободком. Хорошо, что слегка перекусил, иначе от запаха горячей картошки и аромата закусок голова бы точно закружилась.

- За встречу и знакомство! – под тихий перезвон фужеров Диана смотрела на нас довольными глазами: рада, что тётя сразу меня приняла.

- У Павла Иосифовича хорошие знакомые, всегда рады таких встретить, не стесняйтесь! - сказала, как бы в продолжение, Валентина.

Пригубил вино - непривычно, без выраженного спиртового оттенка, похоже, полностью натуральное. Впрочем, здесь вся еда здесь такая, без химии - придётся привыкать, надеюсь, желудок не подведёт. Креплёные вина не любил, разве что портвейн, и то, когда на Мишку зимой накатывала ностальгия по южным морям и он доставал бутылку «Тейлорса» или «Фонсеки». Но не гонять же хозяйку на ночь глядя в магазин, тем более какой он тут - понятия не имею, про крепкие напитки и не говорю. Но это оказалось мягким на вкус, букет чётко ощущается. Как раз к обстановке с абажуром, полочками, шторами и даже скатертью с бахромой! Уже с бо́льшим удовольствием сделал следующий глоток.

- Ой, какая ж я сегодня голодная! - Валентина потянулась за картошкой, а Диана стала раскладывать винегрет по тарелкам.

- Вы сами закусывайте, не стесняйтесь, тоже, наверняка не обедали?

- Только чаю попили!

Мы дружно застучали вилками, первоначальная скованность прошла, может, и вино подействовало. Прикончив винегрет, тоже положил себе картошки и ветчины, добавив горчички.

- Диана, а майонеза нет? – спросил машинально, потом спохватился: был ли тогда майонез.

- Ой, что-то не подумала. Мы его только на праздники берём, на салат. Можно на субботу «столичный» сделать, Валя, помнишь, как на Восьмое марта? Только курицу надо достать.

- Диночка, балуешь ты меня!

- Как у тебя сегодня на работе?

- Да всё нормально, сегодня же среда, неприёмный день, но вдруг организовали собрание-митинг про кубинские события. Пришлось в управление на Дворцовую ехать, как передовику! Зато в «Север» зашла удачно, пирожных купила, как знала – пригодятся!

- Диана сказала, в паспортном столе работаете?

- Да, в тридцать шестом отделении, это наше, удельнинское, совсем рядом.

Точно, ведь паспортисты при милиции служат в это время! Чему удивляться, если живут здесь, не зря дом прозван «милицейским». Но подозрений уже нет: хотели бы устроить засаду - точно не стали бы поить, да ещё таким вином!

- Сергей, что же не следите за дамами?

- Ой, извините, задумался! – спохватился, почти как Диана. – Простите!

- Так-то редко выпиваем, а Динка вообще только по большим праздникам или после этюдов согреться.

- Не люблю алкоголь, мне с него не очень хорошо, - призналась девушка.

- Ей для крови нужно, она же в блокаду родилась, это я уже школьницей была. А Диночка даже в детский сад ходила, прямо здесь, во дворе.

- Ну что же так сразу, Валя?

- Разве Сергей не советский человек, сам ведь войну помнит!

Меня чуть не передёрнуло: в памяти всплыли рассказы об ужасах блокады. Почему же девчонок не эвакуировали? Получается, обе пережили страшное время в городе…

Разлил по фужерам и уже решительно тянусь к моим новым знакомым с «чоканьем». Диана права: вино после перехода действительно необходимо, девчонка точно знала, о чём говорила. Смех смехом, умял по тарелке винегрета и жареной картошки и половину выложенной закуски!

- Хорошо-то как, - неожиданно безмятежно произнесла Валентина. - Вообще, этот апрель такой суматошный, то радость - Гагарин полетел, то, наоборот, на Кубе такое творится! Дина, телевизор не включала? «Телевизионную хронику» не пропустили?

- Нам что-то не до телевизора было, ужин готовили, – виновато ответила Диана.

- Сразу гостя заставила работать! – с притворной строгостью произнесла Валентина.

Голос у неё не такой звонкий, как у девчонки, бархатистый. Понятно, постарше, но всё равно, приятный.

- Что же мы с торшером сидим, за столом ничего не видно!

Диана вскочила и щёлкнула выключателем - яркий свет из-под абажура разогнал наплывающие сумерки по углам. Комната стала смотреться совсем по-другому, всё же в этих старых лампах накаливания есть своё очарование. Теперь и Валентину получилось как следует рассмотреть. Пусть и взрослая женщина, но выглядит очень мило. Ничуть не похожа на Диану: тёмные волосы, простенькая причёска - длинные пряди забраны в хвост, хотя так и просится коса. Лоб высокий, нос «питерский», почти «дворянский», карие глаза под ровными бровями, хотя, может, и выщипанными.

Правда, тёмное платье слегка портит впечатление, но она же с работы, кто знает, как там положено ходить? Её бы в моё время: приодеть, причесать, подкрасить - стала бы красавицей. А так - просто приятная женщина, и по лицу - чисто ленинградская, не то что Диана. Поневоле снова улыбнулся про себя: как же девчонке не шла фамилия - типичная «русачка».

Кошу взглядом на стену над диваном: гадать не надо, на кого похожа старшая хозяйка!

- Да, это папа и мама, ещё до войны! – грустно улыбается Валя.

- Как на отца похожи!

- И на маму тоже, просто фото такое…

Дальше продолжать не стала, и сам не решился. А хозяйка принялась потчевать, уговаривая ничего не оставлять на столе.

- Валечка, винегрет с ветчиной завтра на обед возьмёшь! – отнекивалась Диана.

- Вот напомнила про работу, а я забыла главное сказать: похоже, не зря на собрание каталась! В профкоме обрадовали: на следующей неделе подходит очередь на холодильник.

- Как здорово, наконец-то! – Диана чуть не подпрыгнула от радости.

- У нас в прошлом году записывали, Динка уговорила, хотя и дорого. – Валентина покачала головой, словно извиняясь.

- Да что ты, какое там дорого? Зато, знаешь, как удобно и нам, и дяде Сёме! Станем продукты впрок покупать и не надо каждый день в магазин бегать.

- Это да, часто готовить не выходит: на керогазе не всё получается, а плиту топить по мелочи тоже не станешь, особенно летом. Но наш дом на очереди, к следующему году обещали газ провести.

- Серьёзно? - здесь уже по-настоящему удивился. И холодильник, и газ – словно меня уговаривают остаться.

- Да, Сергей, правда, пока подключат только кухонные плиты, но это уже лучше дров! Потом, может, газовую колонку поставят, как у Павла Иосифовича. Вот у него благодать, а у нас только централизованное отопление, - огорчённо констатировала Диана.

- Так у него дом-то какой, новый! - сказала Валентина. - Вы были у Павла Иосифовича?

- Нет, раньше не приходилось, - здесь уже честно, не лукавлю.

- У него встречали этот Новый год - просто шикарно!

- Он ведь профессор, но у нас тоже не хуже, - сказала Диана.

- Да у нас лучше всех! Конечно, у Павла Иосифовича богаче, уж не обессудьте, зато у нас почти отдельное жилье.

- Я уже рассказала Сергею, - поторопилась Диана.

- Вот и ладно, так что мы живём не в коммунальной, можно сказать, в семейной квартире. А вообще, Сергей, первый раз в Ленинграде?

- Прежде бывал проездом, а по делам - первый раз.

Сказал о проезде и тут же сообразил: ляпнул глупость, какой проезд через Ленинград? Однако, как оказывается, железные дороги в наше время совсем не то, что раньше.

- Наверное, в Эстонию ездили, в Таллин?

- Да, - кивнул в ответ, это правда, в моем времени ещё до войны довелось побывать.

- Уверена, что город наш Вам понравится.

Потянулся было к бутылке, собираясь закрыть пробкой.

- Зачем, Сергей? Разливайте до конца, нечего недопитое оставлять!

Весёлые девчонки, мне всё больше здесь нравилось! Опустошив бутылку, собрался было поставить её под стол по дурацкой привычке, но Диана выхватила и сразу унесла.

- Ну что ж, третий тост! Разрешите, милые дамы, поднять бокал за вас!

- Вы на флоте не служили? - Валентина весело поглядывала с фужером в руках.

- Нет, но, по-моему, все мужчины каждый третий тост поднимают за женщин!

- Ну, это кто как!

- Серёжа, смотрю, стесняетесь, сделайте ещё бутерброд, а то опьянеете. На меня не смотрите, много не ем - а Вы мужчина!

К здешней колбаске уже приноровился и с удовольствием стрескал парочку.

- Сейчас будем пить чай! – Диана принесла из кухни поднос с чашками и заварочным чайником.

Валентина поднялась из-за стола к чайнику на электроплитке.

- Диночка, чайник полный?

- Да, уже кипятила, только подогреть.

- Хорошо, - воткнула шнур в розетку, отключив торшер.

Интересно, у них тут всего две розетки на комнату? Надо бы подсказать тройник купить. Хотя хватит ли мощности проводки? Вот и первый урок – не суйся с советами туда, куда не просят!

Диана расставила на столе чашки с блюдцами и ложечки.

- Чай у нас замечательный, из Абхазии, лучше индийского!

Скептически посмотрел на баночку с чаем - всё же здесь люди вряд ли имеют представление о настоящем напитке. Мои сомнения прервал чайник, зашумевший, словно маленький паровозик, пуская пар из никелированного носика. Обратная процедура: вытащить вилку из розетки, взять прихватку, сполоснуть заварочный чайник кипятком. Вот и умывальник в комнате пригодился. Ополоснув чайник, Диана слила парящий кипяток. Валентина бросила несколько ложек чая, заполнила «заварочник», и тут понял: зря не поверил, аромат почувствовался сразу, перебив остальные запахи. Похоже, мысли отразились на лице, девушка засмеялась:

- Вы точно не верили, что такой замечательный чай! Это Павлу Иосифовичу знакомый художник из Сухуми присылает, у него участок в горах, своими руками листики собирает!

Как, оказывается, мало знаю о порядках здешнего времени! Пока чай настаивался, укрытый ватной куклой, Валентина послала младшую хозяйку на кухню за пирожными. Диана принесла и фирменную коробочку, и «мои» конфеты.

- «Картошка» из «Севера», мои любимые! Столько сладостей и варенья не надо!

- А конфеты откуда?

- Это Серёжа, ой, Сергей привёз. А что не включаем телевизор?

Дианка, похоже, слегка опьянела - вон как развеселилась! Повернулась к «Старту», те же манипуляции с сетевым шнуром. Щёлкает тумблером: серый экран посветлел не сразу - телевизор-то ламповый, прогревается долго. Вот показалось изображение, и только потом звук. Передавали какой-то концерт, точно не эстрадный.

- А я и программу не посмотрела! – Диана достала из-под телевизора небольшой листок с телепрограммой, – Сегодня весь вечер такая трансляция - скоро же «Ленинский день». Пусть тихонько работает, в антракте новости посмотрим: что хоть там, на Кубе, с этими империалистами? Не сидится им спокойно!

- Это да, империалисты никогда не уймутся, - вспоминаю свои времена. - Но ничего, эти-то отпор получат!

- Как бы нас не зацепило, - неожиданно серьёзно сказала Диана, - не хочу опять войну!

- Диночка, давай не будем про это, лучше пейте чай!

Пирожные оказалось изумительно вкусными! С таким «прикусом» поневоле выпил две чашки обалденного чая, второй раз - же с конфетами. Настороженность отступала, конечно, подсознательно ещё опасался, что Валентина станет расспрашивать о моей жизни. Но пока обходились общими фразами о погоде, дороге и прочем.

- Сергей, а с такой работой, наверное, семью редко видите? Вообще, женаты, дети есть? – поначалу напрягся от вопроса Валентины, потом честно ответил:

- Был женат, детей нет. В разводе, впрочем, такое сейчас не редкость.

- Да, в «Вечёрке» сколько объявлений! В каждом номере! – Диана решила выручить, хотя, похоже, ей тоже интересно.

- Не станут спрашивать, почему.

- Да что скрывать: не сошлись характерами, люди меняются со временем.

- Хорошо, что ребёночка нет, - участливо произнесла Валентина.

- Скорее всего, из-за этого у нас всё и случилось…

- Как бы мне хотелось такого мужчину встретить, чтобы маленького от него… - внезапно проговорилась тётя.

- Вы такая, что ещё точно найдёте!

- Извините, не слушайте меня! - посмотрела без всяких намёков, просто по-доброму.

- Жизнь идёт, всякое может случиться.

- Сергей, может, и Вы встретите ленинградскую красавицу!

- Не хочу красавицу, мне бы просто нормальную женщину.

- Тут с Вами солидарна! - оба засмеялись, завершив скользкую тему.

- Давайте помогу убрать со стола.

- Не надо, сидите, смотрите концерт! У нас и так сервиз не совсем полный.

- Ну да, мужчины порой неуклюжи, особенно после вина.

- Да что мы выпили, бутылочку всего, - искренне удивилась Валентина.

Глава 28. «Уж вечер…»

Пока женщины собирали посуду, всё же ощущал некоторую неловкость, но вот стол опустел, и сам остался один. Под щемящие звуки скрипки из телевизора отставил стол к окошку, к нему же придвинул тяжёлые стулья. Пока возился с мебелью, вернулась смущённая Динка, одобрительно кивнула на мою перестановку, но всё же переставила с буфета на стол голубенькую вазочку с искусственными цветами.

- Валя выгнала в комнату, сказала занять гостя, а посуду сама помоет.

- Как же обходитесь без горячей воды?

- Воду греем на плитке или керогазе в кастрюльке, посуду моем в тазике щёточкой с мылом, а ополаскиваем уже холодной. Ничего хитрого -просто надо привыкнуть. В новых домах уже горячая вода или газовые колонки.

Словно объясняла, что эти сложности - временные явления, а так всё хорошо. Не мне судить, решил переключиться с бытовых вопросов.

- Диана, Вы ведь художник?

- Что Вы, только учусь, занимаюсь в Народной академии и помогаю Павлу Иосифовичу, вот он - настоящий мастер. А то, что сама изображаю, пока не особо получается, правда, в академии не смеются.

- Не покажете свои работы?

- Они в основном у шефа, здесь только эскизы. Вообще, дома мало работаю, не то что в школе.

- В художественной учились?

- Нет, в нашей «десятилетке», на Решатовской. Но у нас рисование вела Нина Васильевна, это она меня приметила. Думаю поступать в педагогический, преподавать рисование детям, если не окажется таланта. Зато хорошо играю на гитаре, Валя научила, – тут она покраснела, словно поймали на хвастовстве.

- Знаете, был бы наглым гостем – при виде гитары на стене не удержался бы и попросил: «Диана, сыграйте, пожалуйста, или спойте».

- Это Вы ещё Валечку не слышали: вот уж кто и поёт, и играет!

- А Вы…

За разговором не заметил, как вернулась Валентина, проболтали полчаса! Тётя стояла с покрасневшими руками и без остатков косметики, хотя так и не разглядел, что же у неё подмазано и подкрашено. Выключили верхний свет, оставив один торшер, вместе уселись на диван, немного посмотрели телевизор, но новостей всё не было.

- Валечка, а Сергей хотел, чтоб ты что-нибудь сыграла или спела. Займи гостя, а я пока титан нагрею, наш гость всё же с дороги! - и юркнула за дверь. Вот ведь хитрунья!

- А что, повод хороший, спешить некуда, завтра с утра отоспимся. Сергей, оставайтесь на диване, а я - на стуле, так сподручнее.

Валентина сняла гитару и без всякого жеманства, перебрав струны, заиграла. Не узнавал мелодию - что-то приятное, мелодичное, может, даже испанское. По всему чувствовалось: рука у неё поставлена и слух отменный. Наверное, это её вступительная пьеса, поскольку без перерыва начала следующую вещь, уже с вокалом. Голос действительно бархатный, незнакомый романс в её исполнении словно специально для меня написан. Прежде не раз доводилось слушать «живой» инструмент, но сейчас совсем не то, что в кафе, тем более на набережной или в подворотне. Уютная атмосфера девичьей комнаты придавала особый шарм пению. Женщина закончила романс, последний аккорд утих, поневоле потянулся похлопать.

- Не надо, Сергей.

- Как здорово! - не удержался от похвалы, ничуть не лукавя. – У Вас хорошо получается, не в музыкальной школе учились?

- Нет, в обычной, в сто восемнадцатой. У нас многие на гитаре играли, и учитель музыки там был замечательный, он и хором руководил.

- С Дианой не в одну школу ходили?

- В общем-то да, но в войну в сто десятую перевели - нашу закрыли под госпиталь. Не вышло доучиться, потом вечернюю заканчивала. А Динка даже в школьном театре играла!

- Скажешь тоже! – заглянувшая в комнату девушка снова засмущалась.

- Но ведь роли исполняла?

- Как исполняла, самая маленькая в классе! Это уж потом вытянулась. Поэтому в драмкружке доверяли то Дюймовочку, то «Мальчика-с-пальчика».

- Вы бы слышали, Сергей, как Динка у нас поёт!

- Ну что ты, Валя, мне с тобой не сравниться, разве что дуэтом.

- Тогда разрешите попросить вас спеть вместе?

- Давай-ка, «Дюймовочка», подтягивай!

Валентина заиграла следующую мелодию. Диана подсобралась - видимо, эту песню часто исполняли. И вперве услышал, как девушка поёт. Голос у неё сильный, хотя и негромкий и тоже приятный. Что за песня? Раньше не слышал, видимо, из этих лет. Пели о девичьих мечтах, о любви, о будущем, о надеждах.

Приютился в углу дивана и смотрел то на руки Валентины, то на губы Дианы. И понимал: как же мне повезло, что попал именно в этот дом. А ещё пообещал себе, что не сделаю ничего, что нарушит покой этих двух замечательных женщин. Побуду здесь немного, и, если получится, вернусь в своё время. Ведь и правда - узнал почти всё, пора обратно, пока ничего не натворил, как бы безумно это ни звучало.

Мои альтруистские мысли прервала песенка «Бежит река»: вот эту точно узнал по «Старым песням о главном». Слов, разумеется, не помнил, но так понравилось, что попробовал под конец подпевать, ведь в моё время в караоке неплохо получалось. Девчонки заулыбались: видимо, не слишком высоко оценили мой певческий талант, но за энтузиазм похлопали.

- Сергей, Вы сами на чём-то играете?

- Увы, Бог таланта не дал.

При этом заметил, что выразился машинально, вспомнив бабушку. Валентина улыбнулась - сколько же оттенков у этой улыбки! Понятно, что изображать деревенского жителя глупо, не потяну, как бы не перебрать. Но почему-то в памяти всплыли поездки к бабе Лизе, её манера говорить. И ещё стажировка там же, в заштатном ярославском городишке, в институте во время учёбы. Там все местные говорили так же забавно, даже слова запомнились.

- Валечка, а давай Сергею исполним «Уж вечер»? – судя по реакции тёти, Диана затронула что-то уж очень личное. Но всё же, после недолгой заминки, Валентина кивнула, решившись.

- А ноты тебе кто переворачивать станет?

- Сергей, не поможете?

- Конечно, только если подскажете, в котором месте.

- Давайте, стану подмигивать?

- Боюсь, рассмеюсь не к месту.

- Ну, тогда ногой дотронусь, хорошо?

Сгоряча согласился, а девушка метнулась к тумбочке с телевизором, пока тётя не передумала, и достала брошюрку с нотами. Затем так же быстро исчезла в малой комнате, чтобы вернуться ещё с одним инструментом. Ого, две гитары на семью – солидно!

- Это готовили ещё на концерт в отделении, там же нет пианино, – смущённо пояснила женщина.

Пришлось добавить стулья и для Дианы, и для меня, ставшего живым пюпитром для хозяек. Но мне и самому ужасно интересно, что же это за номер?

На этот раз обе исполнительницы тщательно подготовили гитары, перебирая струны и поглядывая то друг на друга, то на раскрытые листы в моих руках. Наконец Валентина замерла, но первой начала проигрыш Диана, ритмично перебирая струны. Валентина повела мелодию, до боли знакомую. И только услышав: «Уж вечер… Облаков померкнули края», сообразил, что это за вещь. Но голоса исполнительниц заставили забыть обо всём: так гармонично звучали бархат Валентины и трель Дианы.

Под переливы гитар чуть не пропустил острожное прикосновение девичьей ножки в чулке, но быстро исправился и перевернул нотную страницу. Старался не смотреть на хозяек, чтобы и их не сбивать, и самому не смущаться… Всё же классика - это не пустые эстрадные песенки, вижу, как нелегко даются куплеты. Но вот завершающие строки и затихающий последний аккорд. Валентина молчит, заметно - восстанавливает дыхание, Диана улыбается, мол, как Вам моя тётя? Киваю, не тороплю девушек, понятно: этот дуэт завершает импровизированный концерт.

- Не утомили? – Валентина отставляет гитару.

- Да Вы что, замечательно получилось! Это ведь из «Пиковой дамы»?

- Дуэт Лизы и Полины, - чуть не закашлялся, услышав первое именя.

- Вы в самодеятельности не участвуйте? - почему-то вспомнилась популярная фраза.

- Конечно, на всех праздниках выступала, и даже на конкурсах, – тётя кивнула на вазочку. - Вот один из призов, и грамоты есть.

Уже иначе посмотрел на хрупкий предмет.

- У Валечки не только за музыку, у неё и за работу грамоты: и институтская, и нынешняя, милицейская.

- Ну что ты, Дина, работаю, как все.

- А в институте на кого учились?

- Работала, чертёжницей.

- И чуть зрение совсем не испортила, хорошо, дядя Семён в паспортный поспособствовал! – горячилась Диана.

Не знаю, что бы ещё рассказала девушка о замечательной тёте, но по телевизору начались «Последние известия». За окном уже стемнело, не заметили, как ночь подошла. Включили звук и снова вместе уселись на диване. Дикторы по очереди рассказывали о происходящем в стране и в мире. Похоже, американцам и правда, надрали задницу на Кубе! Непривычно слышать некоторые названия: вроде бы ударения те же самые, а произносятся словно экзотика. Хотя, пожалуй, так и есть, насколько понимаю, Куба и прочие дальние страны только входят в политический жаргон этого времени.

Новости действительно, оказались хорошими: американских наёмников напрочь разгромили! Правда, видео через спутник не передать, вряд ли уже есть такие технологии, но фотографии каким-то образом переслали. Вот ими и сопровождали репортажи с места боев. Кубинские солдаты больше похожи на партизан с разнообразным вооружением: привычных «калашниковых» не заметил - все зарубежное. Косматого Фиделя даже на танке не узнать невозможно, а вот харизматичного Че Гевары не видно. Затем зачитывается заявление Советского правительства, и, несмотря на строгий тон диктора, понятно: «наша взяла»!

- Молодцы, «барбудос»! Жалко, что бутылочка кончилась, а то можно бы и за кубинских героев выпить! - искренне радовалась Диана.

- Ну что ж, войны не будет - уже хорошо, – рассудительно заметила Валентина

Дальше пошли обычные новости: трудовые достижения, мероприятия к предстоящему съезду, подготовка к пахоте, китобойная флотилия «Слава» в океане.

- Как Вам китовое мясо? - показалось, с некоторой хитрецой спросила Диана.

- Ещё не пробовал! - тут и хитрить нечего.

- До Вас ещё не дошло, а здесь во всех магазинах лежит, даже у нас пара консервных банок в запасе, – Валентина старалась просветить меня, - забавно: не рыба не мясо… Девчонки из детской комнаты подсказали рецепт салата с китятиной.

- И как, вкусно?

- В него столько всего надо положить, что можно обойтись вовсе без китового мяса! Но обязательно попробуем, если получится.

- Разумеется, получится, ведь Вы, Сергей, наверняка ещё не раз приедете в Ленинград? – Валентина смотрела на меня без тени лукавства.

Но буду ли сам постоянно приходить в этот мир, пока в голове не укладывалось, стараюсь не думать: вернусь ли сюда? Но хотя бы перед собой надо оставатьсячестным: здесь так хорошо, что даже не хочется вспоминать о возвращении. Да, именно сейчас не хочется.

Но ведь это чужой мир. Что меня здесь держит? Ведь узнал, что хотел, ну или, по крайней мере, многое. Главное, теперь знаю, что могу вернуться «к себе», пусть и не сию секунду. А при желании вновь перейти в это время. Это поневоле успокаивало: не желаю ничего торопить, пусть будет, как будет. Грядёт ночь, и, честно говоря, сейчас больше беспокоили бытовые подробности, чем глобальные события.

Между тем новости завершились, продолжился концерт. По моим меркам - занудная вещь, тем более, после выступления девушек. Да и они сами больше не обращали на экран особого внимания.

- Песен на сегодня довольно! – гитары снова заняли свои места.

- А давайте во что-нибудь сыграем?

- Во что, в карты, домино?

- Нет, в домино - это как дядя Сёма приедет, тогда и посидим. С ним весело, особенно в лото. Динка Вам говорила, что он в порту служит? Снова моряком стал - уж два года, как. А в навигацию почти всё лето в рейсах. Хорошо, если пару раз в месяц домой заскочит. Зимой и осенью брату помогает: у того хозяйство на границе с Эстонией, за Нарвой.

- Он что, частник?

Валентина не сразу поняла мой вопрос.

- Ну да, единоличник. Он тоже уже на пенсии, но очень хозяйственный. Редко у нас бывает: ему же без машины не резон ехать, а с этим в деревне сложно.

- Давайте в «дурачка», точнее, в двух дурочек, - Диана, забавляясь, подошла к шкафчику, и открыла ящик, выбирая колоду.

- Только гадальные не бери!

- Помню, Валечка, помню! Надо бы тебе новые подарить на Первое мая!

- Нет, гадальные пусть старые остаются.

Сыграли и в простого, и в переводного, в подкидного не решился. Мы с Мишкой на катере предпочитали более благородные игры. А здесь, когда девушки играли против меня, то всегда «оставался». Но происходило весело: Валентина, словно сняв с себя маску, оказалась обычной взрослой девчонкой. Глаза лучились, улыбка тёплая и, вообще, настолько обаятельная, пусть и не красавица.

Впрочем, о чем это я? Может, по моему времени это и так, но если взглянуть по здешним меркам? Диана незаметно переоделась в домашнее платье с пояском, Валентина же так и оставалась в рабочем - скромно, но «всё при ней»: и фигуру выделяет, и прочее. Да о чём думаю? А как не думать: один среди двух молодых женщин…

После моего очередного проигрыша старшая хозяйка бросила взгляд на часы:

- О, пора спать. Пусть на работу не так рано, но дел на утро хватит.

- Ничего, Валечка, скоро тебе на сессию, отоспишься!

- Да уж, вспомни прошлую - сколько ночами сидела? Давайте умываться и спать. Сергей, Вы первый, а мы уж после, по-девчачьи. Вам постелим в Динкиной комнате - там будет удобнее.

- Зачем? Могу прямо здесь, на диване!

- Нам в большой комнате вдвоём сподручнее, и Вас смущать не станем. Диночка у нас миниатюрная - даже диван раскладывать не нужно. Не волнуйтесь, не стесните, разве у самих не так принимают гостей?

- Конечно, - кивнул, вспомнив старый домик в левобережье Тутаева, - порой на полу укладывали.

- И такое случалось, пока раскладушки не купили. Ох и весело было, особенно, утром. А пока искупайтесь, титан разогрелся.

- Спасибо за заботу.

- Халат и банное полотенце повесили в ванной. Если что постирать надо, не стесняйтесь, там тазик есть и хозяйственное мыло.

Пожалуй, не помешало бы прихватить с собой в путешествие сумку с парой белья. Как не подумал? Хотя, сказал бы кто вчера вечером, где окажусь через сутки… Ладно, деньги есть, можно и здесь купить, если собираюсь оставаться надолго. Но сколько бы ни пробуду - спать голым? Нет, спасибо, вот носки постирать не помешает. С такими мыслями собрался в ванную комнату.

- Зубная щётка и паста в ванной. – Диана лукаво посмотрела, словно это большой секрет. Ну да, по «легенде» мои вещи в камере хранения на вокзале, сам налегке. - Побриться можно завтра в парикмахерской, тут недалеко.

Ничего не поделаешь: хоть и не долго нахожусь в прошлом, успел заметить, что со щетиной здесь ходить не принято - либо борода с усами, либо бриться каждое утро. Рисковать не стану: здешние станки и лезвия заведомо внушали серьёзное опасение, что без кровопролития не обойдётся.

- Подскажите, девушки, здесь можно электробритву купить?

- Завтра в «галантерейке» можно посмотреть или в «Культтоварах». Но они дорогие, по карману?

- Хвастать не стану, но деньжата имеются.

- Понятно, артельщики! – Валентина понимающе улыбнулась.

Перед тем, как зашёл в ванную комнату уже без джемпера, Диана шёпотом сказала:

- Только воду сильно не лейте, это не как «там».

- Дома нагреватель стоит, так что не беспокойтесь, привычный. И ещё – на шнурке не камень носите?

- Да, чтобы не потерять.

- Пожалуйста, спрячьте его, чтобы у Вали вопросов часом не возникло.

- Понятно, конспирация! – ведь точно, камушек-близнец у постороннего…

- Вот и ладно, не стану мешать!

К моему удивлению и в самой ванной дым почти не чувствовался: или тяга хорошая, или уже привык к здешним запахам? Даже приятно - некоторая иллюзия деревенской бани. Оказывается, и занавеска имеется - клеёнчатая, на шнурке. Повесил на крючки - совсем другое дело.

Шампуню, разумеется, неоткуда взяться, зато два мыла в целлулоидных мыльницах – розовое «Земляничное» и кремовое «Детское». Флаконом жидкого воспользоваться не рискнул. На раковине лежала выделенная мне новая губка, и это реально - губка! Такие Мишка привозил откуда-то с островов, а дома давным-давно всё синтетическое. Приятель ещё шутил: «Когда эти губки были молодыми, островитяне употребляли их в пищу, а выживших и постаревших отправляют к нам!»

Титан оказался не так уж и плох: напор, по крайней мере, не хуже, чем у домашнего бойлера. Вроде сегодня ничем особо не занимался, чтобы пропотеть, но душ пришёлся весьма кстати, и я с удовольствием искупался. Поначалу показалось, что вода сильно пахнет хлоркой, или это просто с непривычки?

Растёрся мягким китайским полотенцем, судя по иероглифам. Ну а чьё же ещё: не японское же и не корейское в это время? И вот, взбодрённый, стою перед зеркалом, приглаживая взъерошенные волосы. Быстро почистил зубы, спасибо Диане за заботу: на выбор – порошок и мятная зубная паста, и поспешил освободить ванную, довольный, что не сильно набрызгал на пол.

Ещё раз удивился синей лампочке и ручке на цепочке, теперь можно и в кроватку. Вернулся в комнату, постучавшись, девушки восприняли спокойно, никакого кокетства.

- Мы уже переоделись, заходите, - действительно, Валентина с распущенными волосами и тоже в халатике. Как ей идёт, правда, ещё бы чёлку, как у Дианы! Ведь совсем по-другому смотрится: разница в возрасте почти незаметна!

Валентина наливала воду из подостывшего чайника в маленький кувшинчик.

- Вот Вам на ночь, вдруг пить захотите. У нас ещё хорошо топят, а на улице уже тепло. Или налить чайного гриба?

- Хватит и водички, спасибо.

- Тогда Диана проводит в комнату, покажет, где спать будете.

Здесь только кровать, без дивана, зато есть маленькая кушетка за ширмой: можно и посидеть, и даже поспать одному. Поняв, что предстоит лечь в кровать этой милой девушки, смутился больше, чем от любого невозможного варианта, и даже не разглядывал подробности обстановки.

- За окном балкон, Вам штору открыть? Утром солнца нет, сама всегда с открытыми шторами сплю.

- Как скажете, пусть будет открыто.

- Так-то это Валина комната, но она мне уступила, мало ли, чтобы не мешать. Когда замужем была, ну, когда у неё мужчина появился, так они здесь жили, а я, наоборот, в большой.

Вот так Валентинина история понемногу прояснятся, может, и мужской халат оттуда. Уточнять не стал - моё какое дело?

- Укладывайтесь, будильник заберу, чтобы не мешал - разбужу сама, если раньше самолёты не поднимут. По утрам порой слышно, как на Комендантском аэродроме прогревают двигатели, так что не пугайтесь. Только давайте ширмочку вытащим, мало ли, ночью встанете, чтобы нас не смущаться.

- Доброй ночи, Диана!

- Приятных снов на новом месте, Сергей! – девушка выключила верхний свет и прикрыла дверь.

Остаюсь один - теперь можно и осмотреться. Малая комната не зря «малая»: всего лишь с десяток «квадратов». Тесновато, но всё необходимое уместилось: кроме кушетки и кровати, двустворчатый платяной шкаф в углу, комод, книжная этажерка, туалетный столик-трюмо со всякими девчачьими штучками и ещё непонятная тумба у самого окна. На комоде - часы и приёмник солидного размера, на стене поверх коврика с оленями - Дианина гитара, вот и всё.

Очень и очень скромно - под потолком абажур на одну лампу, на туалетном столике настольная лампа. Смешная, окрашенная серебристо-серой молотковой эмалью. Сверху похожая на гриб шляпка крепится пружиной прямо на лампочку. Похоже, и в этой комнате с розетками не густо.

Присел на постель с заботливо откинутой полой одеяла. Что бы ни говорили хозяйки – совсем не жарко. Может, по местным меркам, оно и так, но привык к другим температурам. На столике, рядом с «грибочком» оставлена книжка. Не зря «тётя» спрашивала, что люблю читать. Честно говоря, ничего в голову не лезло, перелистал, положил книжку и щёлкнул кнопкой на круглом основании «грибочка». Комнату окутал полумрак: на улице фонари ещё не отключили.

Под одеялом тепло, но сон не идёт, несмотря на выпитое вино. Ещё бы, попасть в прошлое - тут скоро не заснёшь. А ещё, хоть простыня, пододеяльник и наволочка явно свежие, все равно казалось, чувствовал запах девичьего тела. Снова не о том думаю, ещё не хватало - влюбиться в пришелицу из прошлого! Хотя уж кто действительно пришелец, так это сам. Да и смешно: вижу девчонку толком в первый раз, а уже думаю о «глупостях». Несмотря на мою уверенность, остаются сомнения, что смогу остаться здесь. Допустим, выбраться обратно получится, но вот повторить это ещё раз? Не то что не верю Диане: ведь она как-то попадает «туда-сюда»? Но появившаяся тревога не уходит. Как там она ещё сказала: будто я из «этих», которых мало?

Порой под окнами дребезжат и повизгивают трамваи, что совсем не раздражает. Под шум машин на улице то и дело потолку из угла в угол прокатывается отблеск фар. Интересно, почему сейчас такого не бывает, автолампы другие? Почти уснул, как где-то внизу гулко и раскатисто пробило двенадцать раз. Вроде бы негромко, но почувствовал, словно сам находился внутри старинных часов. Снова смотрел на проплывающие по потолку отсветы фар - почище любых овечек.

Но мысли по-прежнему метались, толкаясь в голове, словно то самое овечье стадо, разве что не блеяли. Подумать только: меньше двенадцати часов назад перешёл границу того, чего уже не существует. Попал туда, куда никому нет дороги... И ощущение, что чуть ли не год прожил с момента, как почувствовал биение камня в метрополитене. И вот сейчас извожусь думами в девчоночьей постели, прямо как в сказке: «Ты меня сперва накорми, напои, в баньке попарь, спать уложи, уж потом и расспрашивай!» Осталось только напугать, но с этим спешить не стоит, посмотрим, что завтра с утра будет!

Приключений почему-то больше не хотелось - хватило сегодняшних метаний у вокзала. И вообще не хотелось ни о чем думать, даже о Светлане. Да и что душой кривить: не случись заварухи с камешком, и не вспомнил бы о ней ещё не один год. А потом и вспоминать было бы некого - время и не такое лечит.

И снова непонятная тревога: почему верю всему, что сказала девчонка? Но кому мне ещё верить? Да и пока её не в чем упрекнуть: со мной добра и открыта порой до наивности. Как она вообще в эту историю влипла? Ладно, разберусь со временем. Похоже, время - единственное, чего у меня сейчас мне навалом. Странное ощущение, обычно спешил да опаздывал… Тиканье часов казалось всё глуше, глуше и глуше… Так и уснул.

Глава 29. Утро на Удельной

И заснул не сразу, и спал неважно, постоянно ворочался. Оно и неудивительно, сам виноват: переложил подушку, чтобы видеть окно. Всё вместе - непривычная постель, мелькание огней на потолке, шум поездов - сбивало сон. Но усталость брала своё: каждый раз как в яму проваливался, и не снилось ничего, не то что по обыкновению. Зато и тревожные мысли перестали беспокоить голову. Может, тоже устали?

В середине ночи вдруг показалось, что время опять застыло, словно снова «подвис»! Ещё не совсем вынырнул из сонного погружения, первая мысль: неужели проваливаюсь обратно? Куда теперь попаду: в чужую кровать или ещё дальше? Да нет, просто немного отлежал руку, слава Богу, всё хорошо не считая того, что попал на десятки лет назад. Повернулся на другой бок, невольно поглядев в окно. Среди набежавших ночных облаков разглядел узкий серпик молодой луны.

Почему-то слабый свет земного спутника успокоил: до утра уже не просыпался, пока за окном не заревело. Спросонья подумал: заводской гудок, но мощное гудение больше походил на двигатель самолёта, уж точно не реактивного. Протяжный, раскатистый вой вначале испугал, потом вспомнил слова Дианы о «Комендантском». Разумеется, мысли сразу скакнули к Мишкиной квартире и дальше, без остановки, к Светлане… Больше уже не сомкнул глаз, какой уж тут сон… В раздумье щёлкнул кнопкой настольной лампы, вздумал почитать, но физиология заставила встать и выйти в коридор.

Стараясь не шуметь, нажал дверную ручку, прошёл мимо ширмы, прислушиваясь к дыханию спящих хозяек, но так ничего и не услышал. Ничто не говорило, что в этой комнате кто-то спал, не считая лёгкого девчачьего аромата. Понятно, что мужчины здесь редко появляются…

Уже в ванной решил обойтись без света, но неожиданно что-то прохладное и невесомое коснулось лица. Отпрянул, щёлкнул выключателем… и тихо засмеялся: вместо давешней занавески – толстая рыболовная леска на крючках. Даже засмущался: немудрёное бельишко и капроновые чулочки, подвешенные за мысок. Невольно сравнил с Наташкиным неглиже: здешние фасоны, конечно, сильно уступают.

Ну вот, ещё одно неудобство для хозяек: а куда им ещё вешать? То-то вчера вечером шебуршали, прежде чем заснуть - постирушки устроили. Вон и мои носки с краю приютились. Правильно, они же девочки, это самому только зубная щётка нужна да бритва. Зато у Дианы с Валентиной в комнатах убрано, хотя гостей и не ждали. Не то что дома - то там, то тут попадаются разбросанные одежда и бельё. После нескольких лет супружества такое только раздражает.

Стараясь больше не зыркать по сторонам, прокрался обратно в комнату, радуясь тому, что «коммуналка» здесь номинальная. Невольно в памяти всплыл давний рассказ Наташкиной родственницы, как при двух десятках соседей ставили в комнате горшок под кроватью. Поэтому принимаю нынешнее положение как есть: просто-напросто представляю, что опять попал на стажировку в Тутаев. Ох уж этот маленький волжский городок! И прежде, не раз, когда вдруг выпадал из привычной комфортной жизни, почему-то вспоминал именно его, а не дедов дом в Пермском крае.

Вроде бы не разбудив хозяек, снова оказался в своей временной спальне. Уже светает, но солнца сегодня, похоже, не будет: небо в тёмных облаках. А вот и балкончик сразу под окном. На подоконнике, с уличной стороны, – целая луковая плантация: ряд баночек, как из-под детского питания, или чего-то «здешнего», с проросшими луковичками. Две уже срезанные, видимо, на вчерашний ужин.

Снова укладываться не хотелось, раз уж оделся. Как смог, заправил кровать, попил воды, чем ещё заняться? Да хотя бы в комнате освоиться: вечером толком и не разглядел. С этой стороны, на месте заделанной двери, ещё один узкий шкаф-пенал, только книжный. Вернее, журнальный, чего там только не увидел: и «Огонёк», и «Юность», и «Смена», и «Нева» с «Новым миром». Повеселила стопка «Костра» в самом низу – Динка всё никак с детством не простится?

Над шкафчиком ещё одна антресоль с раскладушками и полосатым матрасом. С высокими потолками умеючи можно всякого напридумывать! А вот загадочная тумба под окном оказалась швейной машинкой с широкой ножной педалью. Едва удержался от желания покачать литое колесо со спущенным резиновым кольцом – сам как маленький!

Приёмник на комоде утром уже не казался большим: просто деревянный корпус в сумраке придавал солидности. Простенький, на два диапазона, с уже привычными пластмассовыми ручками по бокам настроечной панели. Под закрытым сетчатой золотистой тканью динамиком - латунная завитушка «Волна». Сетевой шнур уже привычно не в розетке.

А вот часы на крышке приёмника стоит посмотреть:- необычная конструкция, похоже, самодельная? Нет, сам механизм точно «заводской», похоже, с какой-то техники, может, даже с самолёта или с корабля! Потемневший металл корпуса, размером со стакан для виски, вокруг циферблата - рифлёный ободок. Тронул – тот с щёлканьем прокрутился, видимо, для завода. На цифрах и стрелках жёлто-зелёное фосфорное покрытие. Значит, не показалось ночью, что часы мерцали!

Снизу ручка – стрелки подводить. Да ведь почти такие же у Мишки на катере! Только там нет кругового завода, и сам механизм за панелью не видно. А тут часы врезаны в кусок пожелтевшего пластика, кажется, тогда он назывался плексиглас? Всё это на такой же подставке, на дюралевых штифтах. Хотя и самоделка, но видно, что сделано мастером. А это что за табличка с гравировкой на подставке?

«В.А.Арсеньевой за проявленные мужество и героизм. От командования Н-ского авиационного полка. 20 мая 1944 года». Ого, так это даже не подарок, а настоящая награда! Получается, что Валентина даже повоевать успела? Ничего себе! Вот так, понемногу, и открываются тайны этого дома...

Но то, что Валя завершает учёбу, легко догадаться по книжной этажерке. На полочках в основном учебники: от марксизма-ленинизма до строительного дела и бухучёта. Там же толстые «общие» тетради с конспектами. Не удержался, взял одну, полистал. Фиолетовые чернила на чуть желтоватых линованных страницах, ровный красивый почерк – не зря Валентина сразу показалась серьёзным человеком. «Фридрих Энгельс. Анти-Дюринг. Переворот в науке, произведённый господином Евгением Дюрингом». Оказывается, вот как звали господина, критикуемого одним из основоположников! Если бы не Валентинин конспект, так бы никогда и не узнал.

Положил тетрадь на место, снова перевёл взгляд на окно. Как повезло, что вчера пересёкся с Дианой! Утро совсем не походило на вчерашний вечер: облака с редкими светлыми проплешинами, вроде бы холодного ветра не заметно, но солнца нет – и даже через стекло ощущается холод. Не минус, конечно, но ночью на скамейке не переночуешь, тем более, в моей одёжке. Но об этом можно уже не думать. А, вот, интересно, в чем здесь дома мужики ходят? Может, как бабушкин племянник Кока, он же Николай, в майке и тренировочных штанах? Хотя это уж девяностые, но вряд ли тогда в провинции что-то сильно изменилось с прошлых лет.

За стеной затарахтел будильник. Бросил взгляд на «Валины» часы: всего-то семь утра – это и значит «завтра отоспимся?» Но уточнять не стал: пусть женщины без помех соберутся. Пока за стеной тихонечко шуршали, примостился на кушетке с «Огоньком», разглядывая фотографии здешней жизни. Очевидно, сидел не так тихо, поскольку примерно через полчаса в дверь малой комнаты постучали.

- Сергей, уже проснулись? К Вам можно?

- Конечно, доброе утро.

- Доброе, как спалось?

- На новом месте всегда непривычно.

- Конечно, отвыкли, всё равно, не как в деревне.

- Там скотина утром не даёт поспать! - вспомнил детство, стараясь держать образ.

Диана чуть улыбнулась уголками губ, но что делать - игра есть игра. На девчонку с утра забавно смотреть: она, на самом деле, словно вне возраста. То кажется ребёнком, то взрослой молодой женщиной - зависит от выражения лица и голоса. Но одно уже понял: когда голос звенит, она довольна и радостна. Ещё и глаза сверкают, тяжело ей эмоции сдерживать. Валентина в этом плане куда более сдержана, но так она и старше.

- Завтрак почти готов, пшённую кашу любите?

- Конечно, - это не кривя душой.

Натаха тоже варит замечательные каши, особенно, если с вечера распарит. Сколько сам ни принимался - так не выходило, у неё даже гречка лучше получалась, чем у меня! Завтрак тоже в комнате, если не считать собранной ширмы, ничто не скажет, что здесь кто-то спал. К каше – бутерброды с остатками вчерашней колбаски, к чаю – варенье.

- Валентина, постель прибрал, только покрывало не нашёл.

- Не беспокойтесь, сама прикрою. Дина, посудой займись, а я на работу побегу.

- У тебя же после обеда приём?

- Так «текучку» никто не отменял. Зато хоть без спешки пешочком пройдусь.

- Дождь вроде собирается?

- Тем более, зонтик-то на работе отставила.

Интересно, здесь тоже в мелкую морось ленинградцы прямо так ходят? Хотя, если женщины в платочках и беретах, а мужчины в шляпах да кепках, лишний раз зонт открывать и не захочется.

Проводили Валентину и вздохнул чуть посвободнее. Вроде, нормальная женщина, но при ней постоянно нахожусь в напряжении. Вот с Дианой почему-то быстро свыкся, словно давно знакомы.

- Какие у нас на сегодня планы?

- После обеда надо быть у Павла Иосифовича.

- Он приедет?

- Нет, у меня есть ключи. Домработница только завтра с утра придёт.

- И что мне там делать?

- Встречать откат.

- В смысле???

- После перехода организм проявляет реакцию, примерно через сутки.

- Сильную?

- Всё зависит от человека.

- Очень больно?

Диана поморщилась, некрасиво скривив уголки губ.

- По-разному. Зависит от того, кто вы: «проходящий» или «проводник».

- Проводник в смысле что-то провозить?

- Не, Сергей, это значит, что сами можете провести с собой человека, а не только груз.

Вот так узнаю всё больше и больше...

- А как мы пойдём к Павлу Иосифовичу, у меня же никаких документов? Неужели с этим нет проблем?

- Вы, наверное, думаете, что здесь на каждом шагу милиция и КГБ, всех подряд хватают. В этом плане всё достаточно просто. Гораздо легче попасть под трамвай или нарваться на уличных хулиганов. Никто на улице не подойдёт и документы не спросит, если не выходить за рамки приличия.

- А если на вокзале или когда стемнеет?

- На вокзале вряд ли, а вот вечером вполне, но я и сама не бываю в таких местах. В позднее время езжу на трамвае или автобусе.

- Как в тот раз?

- Ну да, так и получилось, но об этом как-нибудь потом поговорим. Пока Вас надо привести в порядок. А на улицу возьмёте дяди Сёмин макинтош, вроде не очень по комплекции отличаетесь. Но всё же, если спросят, где остановились, скажете: «У дальней родни, по адресу Энгельса, пятьдесят семь».

- Квартиру уже запомнил.

- Вот и ладно! Только вот побриться не помешает, - Диана озадаченно поглядывает на мою щетину, - можно зайти в «галантерейку» на углу Енотаевской, но не уверена, что там электрические продают. Обычные Вам наверняка не понравятся.

Интересно, откуда она знает про бритвы? Скорее всего, у неё есть парень, если не здесь, так «там». Девчонка симпатичная и не малолетка, это точно.

- А далеко идти?

- Можно в Ярославские бани, всего пара кварталов, дядя Семён туда стричься ходит. Хотя ещё рано, отведу-ка я Вас в парикмахерскую на Скобелевском, сосед говорил - там тоже хороший мастер, заведующий залом.

Непривычно, конечно, но понятно, что бороду отпускать, как местные хиппи (или как их тут называют), не стоит - слишком приметно. А вообще, здешние мужские причёски, насколько успел приглядеться, нравятся больше: выглядят как-то более натурально и естественно, хотя люди кажутся старше.

- А Вы сами где подстригаетесь?

- Когда как, раньше вообще не стриглась.

- Да, если не ошибаюсь, когда в первый раз в метро встретились, у Вас были длинные волосы, а в трамвае и сейчас - уже короче?

- Верно заметили, пришлось немного укоротить.

- Почему, неужели из-за переходов?

- Даже не знаю, здесь сейчас мода на короткие стрижки. Но если по правде, со временем кончики начали сечься. Вот и приходится укорачивать.

- Всё же переход как-то действует?

- Трудно сказать. В долгосрочной перспективе, по словам Павла Иосифовича, больше положительного.

- Вы ему верите?

- Но так ведь ничего особенного, наоборот: иногда лёгкое недомогание проходит, а когда откат завершается, даже чувствуешь себя лучше.

- Хорошо, что ничем не болен! – шучу, а сам всё больше напрягаюсь…

Макинтош соседа оказался, если и не совсем впору, то с поясом разница в размерах особо и незаметна. Термометр за окном показывал около пяти градусов, так что и кепка не помешала. Диана в уже знакомых пальтишке и косынке.

Пока спускался по лестнице, ни о чем тревожном не думал, но, оказавшись на улице, то и дело тянуло оглянуться. Диана заметила мою нервозность, ещё и перед ней неудобно. Но девушка спокойно восприняла мой мандраж.

- У нас на Удельной можно спокойно ходить: меня всё отделение знает. К Валечке не только на работу заходила - выступали с тем самым дуэтом. Ещё объявили смешно: «Песня из кинофильма «Воздушный извозчик»!

- Это как же?

- В кино по сюжету главная героиня - оперная певица.

- Значит, можно совсем никого не бояться?

- Разве что нового участкового: тот из новеньких, из области, вот и выслуживается, но дядя Сёма с ним поговорил. Не замёрзли?

- Что Вы, Диана!

- Пока Вы со мной, присматривайтесь: что непонятно, не стесняйтесь, спрашивайте, чтобы потом не дичиться.

Перебежали проспект, зашли в «Культтовары», что напротив Динкиного дома, потом в галантерейный. В одном электробритвы не завезли, в другом просто не продавали - только станочки и страшные на вид опасные бритвы. Прошли мимо трамвайных путей по Енотаевской, свернули на Ярославский. Диана права: Удельная в то время - большая деревня, это хорошо чувствуется, надо только отойти в сторону от проспекта с новостройками.

Народу на улице немного, да и во дворах не больше, понятно - все заняты: кто работает, кто учится. Забавно шагать по «старой Удельной» под дымки печных труб. Не знаю, оставались ли здесь дома «царской поры», но хватало и довоенных деревянных. Интересно, как долго в Ленинграде эти раритеты продержались, в Петербурге таких уже и не помню. Может, где-то на окраинах ещё и остались, да и то вряд ли. Бизнес оставшееся «старье» выкупает и застраивает, думаю, жители и этих деревянных двухэтажек с радостью бы переселились в высотки с полной «коммуналкой». А так смотрю: за палисадниками не только цветы-деревья, даже крохотные огородики виднеются. Диана словно угадала мысли.

- Дальше к Озеркам и нормальных огородов полно. А взять Коломяги - так просто большая деревня. Родители рассказывали: и до войны всё, что можно, в округе распахано, тем более в блокаду. И много деревянных домов разбирали, Валя с мамой к нам так и поселились. У них дом на дрова пошёл, а поскольку мама у неё работала в милиции, к нам и подселили. А мои не против: в других квартирах, откуда эвакуировались, вообще чужих людей поселили. Мама так и говорила: «Уедешь, а потом неизвестно, куда вернёшься». Правда, это она уже про лето сорок второго, когда полегче стало. Так что здесь каждое место памятное.

- Получается, Вы всю войну в Ленинграде пробыли?

- Сама почти ничего не помню, только по маминым рассказам. А ведь Вам, Сергей, тоже надо по легенде определиться, где прожили войну: в своей деревне или в эвакуации?

- Если что, у меня есть, о чём рассказать: бабушка в маленьком городке под Ярославлем жила.

- Вот как? У нас многих увозили и в Ярославскую область, и в Вологодскую, и в Костромскую. Даже девочки из класса в Ваших местах побывали.

- Так даже лучше, потому что про Винницкий район только с чужих слов смогу рассказать.

- Это с Павлом Иосифовичем разберётесь.

Подумал: раз я не первый, значит, все вопросы как-то решаются, иначе бы Диана не была такой спокойной. Но поневоле пришлось переключиться, поскольку на перекрёстке со Скобелевским, у закруглённого фасада продмага, случилась неожиданная встреча. Розовощёкая, круглолицая молодая женщина в коричневом пальто махнула нам рукой. На вид старше Дианы, со смешной пузатой коляской, с карапузом, завёрнутым в суконное одеяльце.

- Ой, Диночка, привет! – на обрамленном затейливой завивкой лице появляется снисходительная улыбка.

- Здравствуй, Маруся. Как твой растёт? – моя спутница в ответ искренне рада.

- Вот, на прогулку выбрались, дома не спится! А это кто, знакомый? - молодая мамаша сначала внимательно оглядела пальто дяди Сёмы, и только потом меня самого.

- Нет, родственник, Сергей Михайлович, из села приехал. Знакомьтесь! Маруся Филимонова, вместе учились.

Ого, так это её одноклассница? Отвлёкся от созерцания дощатого павильона пневматического тира, кивнул в ответ. Показалось забавным: на улице прохладно, если не зябко, народ кутается, по крайней мере, все в головных уборах. А эта девица-красавица платок спустила на воротник пальто, словно боится помять укладку, по мне - так совершенно безвкусную. Маруся посмотрела пристальнее, потом уточнила, причём показалось, что улыбка стала ехидной.

- Уж не такой ли родственник, что через ЗАГС оформляется?

- Да ты что, Марусь!

- Так пора уж, Динка! Считай, в классе-то уже половина, не то что замужем, уж малышей заимели!

- Мне же учиться надо, сама знаешь, - Диана словно оправдывается, знакомо опустив уголки губ.

- Учёба - дело хорошее! Ты у нас талант, но и о себе не забывать нельзя. Тётя Валя как, всё в паспортном?

- В следующем году заканчивает вечерний, там и видно станет.

- Привет передавай!

- Обязательно, пока, Маруся!

- Пока, Динуля! И Сергей Михайлович тоже!

Хотя Динка меня и представила, сам реально выглядел как тупой провинциал, потому как не знал, что делать и что говорить при необходимости. И как здесь ведут себя с посторонними женщинами? Хорошо, это одноклассница, а если кто другой? В общем, если завтра отсюда не слиняю, значит, надо относиться ко всему серьёзно. И учиться, как говорил один из классиков!

Судя по архитектуре и состоянию, парикмахерская ещё дореволюционная: скособоченное двухэтажное деревянное здание с проваливающейся крышей между двумя кирпичными брандмауэрами. Слева сама парикмахерская под здоровенной аляповатой вывеской, с двумя окнами по обе стороны от входной двери. Справа симметрично расположился ремонт часов, за остальными окнами, похоже, живут люди. Да уж, видок ещё тот, к тому же и номер дома тринадцатый. Но раз девушка говорит, что здесь хороший мастер, какая мне разница?

Впрочем, ещё оглядывая двор Дианкиного дома, понял, что внешний лоск проспекта – это ещё не весь Ленинград шестьдесят первого года. Не знаю, что тут происходило во время войны, вроде бы особых разрушений не заметно, но окраина, несмотря на такие громкие названия, как Ярославский проспект или Скобелевский, по моим меркам выглядит довольно убого. В «моё время», разумеется, здесь всё уже отстроили заново, мало что осталось из прежнего. Потом вдруг прикинул: а как это выглядело до войны? В общем-то милый провинциальный город, что же он напоминает? Да всё тот же левый берег бабушкиного Тутаева. Почему-то сразу стало спокойнее.

Зашли в обитую дерматином скрипучую дверь, разом попав в забытые парикмахерские ароматы. Само заведение небольшое, но здесь и правда два «зала» - мужской и женский, два кресла в каждом.

- Побриться можно?

- Подождите, молодой человек, перед Вами ещё гражданин.

Торопиться сегодня некуда! Присел на скрипучий стул рядом с Дианой, поглядываю, стараясь не показать сильного интереса. Так-то всё ожидаемо: отделка в старом стиле, зеркала, столики с ящичками, полочки, ножницы, щипцы, расчёски в стаканчиках из непривычного желтоватого пластика. Угрожающего вида ручная машинка для стрижки на столе у «моего» мастера почему-то вызывает ассоциации с зубным кабинетом… На краю полки примостился флакон зеленоватого одеколона с пульверизатором, к нему тянется оранжевая трубка «груши», как у ручного тонометра, только в сеточке.

Справа от зеркала висит широкий ремень с ручкой, это знаю: для правки лезвия. На полке парочка опасных бритв с перламутровыми рукоятками: одна сложенная, вторая зловеще поблескивает в свете плафона. Вот такой сам я точно никогда не воспользуюсь! Зачем-то спиртовка, как в школе на уроках химии. А, понятно: отпустив предыдущего клиента, мастер чиркнул спичкой и поставил блестящую коробку со скрученной салфеткой на синеватый огонёк.

Скучать пришлось ещё минут пять, изучил между делом прейскурант на стене напротив. Полька, бокс, бобрик, «с машинкой», «бритый» – всё кажется смешным. Как выглядят причёски - можно разглядеть на фанерках с фотографиями на стенах. Вот и мой черед: мастер прилаживает неказистый подголовник, моет руки и меняет салфетку. Усаживаюсь в потёртое скрипучее кресло, вместо простыни такая же салфетка на шею. Сам процесс небыстрый: сначала мастер взбивает пену видавшим виды помазком. Впрочем, судя по стаканчику, - когда-то это был весьма шикарный набор!

Парикмахер смотрит, прищурившись, на лезвие первой бритвы, довольно кивает. Раскрывает вторую, там сталь явно потоньше, покачивает головой и пару раз сноровисто проводит лезвием по коричневой коже правила. Сначала с одной стороны, затем с другой - там покрытие потемнее. Теперь черед помазка, голова откинута на подголовник, а пышная пена делает из меня Деда Мороза, но ненадолго. Мастер в два прохода, перехватывая бритву, скользит лезвием по щекам и подбородку, оттягивая кожу. Меняет инструмент, прихватывает кончик носа, проводит пару раз над губами - и всё!

Мастер, закончив бритье, подошёл сзади и накинул распаренную салфетку на мою физиономию, легонько прихлопнув ладонями – приятный компресс для кожи. Остывающая ткань начинает холодить щеки и подбородок, мастер ловко, словно художник, сдёргивает салфетку - вижу в зеркале по-детски голый подбородок. Давненько так не выскабливался, с наслаждением провёл по щекам – как же гладенько! Пожалуй, можно дня три не бриться, щетину совсем незаметно. Вот бы к Светлане так прижаться, да о чём же сейчас думаю?

- Освежить, у меня «Шипр»?

- Да, пожалуйста! – машинально кивнул, не сообразив, что же это такое.

Мастер подхватил ту самую «грушу», пожамкал, обдав облачком ядрёного одеколона, хорошо, сообразил зажмуриться. А ведь должен был помнить - в детстве ведь и такое случалось!

- Часом, стриглись не у Ивана Карловича, в «Интуристе»?

- Почему так решили?

- Руку мастера не узнать невозможно, тем более что сам у него учился. Так что, при случае, поклон передавайте от Кирилла Мазурова.

- Благодарю, обязательно!

- С вас двадцать копеек.

Вот так, потихоньку, начинаю заводить знакомства! Ощущение от бритья, когда это делают чужие руки, непередаваемо! Спасибо Диане, что подсказала: из парикмахерской вышел освежённый во всех смыслах. Забавно ощущать весенний ленинградский воздух наодеколоненными щеками! Невольно провёл ладонью по подбородку – давно такой гладкости на лице не ощущал.

Глава 30. «Хаза! Ксива! Клиент?»

- Как впечатления от брадобрея? – спросила Диана за порогом парикмахерской.

- Замечательные!

Чуть было не сказал: «даже домой возвращаться не хочется», но дошло, что прозвучит двусмысленно и успел исправиться.

- Даже обратно в квартиру не тянет.

- Так, может, сразу к Павлу Иосифовичу? Вам ведь собираться не требуется.

- Верно, там только зубная щётка осталась.

- Не страшно, у него же в доме универмаг.

Ну да, здесь щётка копейки стоит, ни к чему мелочиться. Может, из одежды что-то подобрать получится? Снова ловлю себя на практической мысли, словно собираюсь застрять в прошлом надолго… Но Диана не стала продолжать эту тему.

- Понятно, тогда на трамвай?

- А может, пешком по Костромскому, а дальше пройдём краем парка Челюскинцев, раз домой не надо? Времени достаточно, дождик не собирается, всего пара остановок.

Девушка показала на угол, где громыхал разворачивающийся на кольце вагон с прицепом. Почему бы и нет, погода не самая противная, людей на улицах почти не видно. Может, по пути что-то ещё выведаю, в вагоне и не поговорить толком. Но уточнил на всякий случай:

- Давайте, но дядя Семён не спохватится своего пальто?

- Так без него, в одной курточке, замёрзнете. Надо бы Вам новое купить, только на Удельной ничего приличного не найти, а в центр пока ехать пока опасно. Вот решим дело с документами, тогда, пожалуй, можно и за покупками.

- Так сразу и бумаги появятся?

- Да, разумеется. А о соседе не беспокойтесь, может, уже в рейс ушёл. Он обычно звонит из диспетчерской, когда возвращается.

- Чтобы покой не нарушить?

- Да, мало ли, вдруг ко мне или к Вале кто в гости придёт.

- Такой заботливый?

- Он ведь такой же одинокий. С тех пор, как мы одни остались, часто помогает: где словом, где делом. Денег-то у него тоже не так много.

- Смотрю, Валентина не в курсе Вашего финансового положения?

- Само собой, иначе ей обидно станет, - Диана заметно смутилась, - тётя и так ворчит, что ерундой занимаюсь, даже приличной профессии нет. Правда, немного успокоилась, когда я поступила в заочный университет.

- Вам там разве платят?

- Наоборот! Но она надеется, что с дипломом найду нормальную работу. Только вот у Вали оклад – семьдесят, а Павел Иосифович мне только «жалование» платит сто пятьдесят, и это без налогов и вычетов!

- Ого! – в местных финансовых масштабах уже немного разбираюсь.

- Поэтому приходится хитрить: Валентина ведь гордая, если что не так – и отказаться может, даже когда дядя Паша помогал.

Снова обратил внимание на прошедшее время в словах: похоже, не один я такой подозрительный к отношениям взрослого дядьки и девчонки.

- А сколько шефу лет?

- Даже не скажу, он как-то отшутился: «мужчина в самом расцвете сил!» Конечно, посолиднее Вас на вид, может, как дядя Семён или даже постарше. Но бойкий, по первости мы с ним часто вместе переходили, это потом уже проблемы начались.

- Поэтому за Вас и держится?

- Конечно, я у него оказалась «самой выносливой».

Интересно, теперь и сам стану таким же? А почему бы и нет, похоже, потихоньку смиряюсь с вхождением в цепочку неизвестного, и, кажется, довольно сомнительного мероприятия. Так, может, и неслучайно зацепилось одно за другое, может, и сам уже был готов к подобному… Только вот почему такое случилось не раньше и не позже? Но всё равно ответа на ходу не получить.

Пока переходили садик у конечной остановки, разговор по делу пришлось прервать. Забавно видеть перед вычурным зданием пригородной станции «Удельная» чахлые деревья и кусты вместо приземистого гранитно-стеклянного метровокзала. Вдобавок, мимо со свистом пропыхтел чумазый паровоз с небольшим составом, обдав перрон после гудка клубами пара. Так вот отчего ещё здесь дымом пахнет! Дальше, на Костромском, снова безлюдно, но разговор продолжил уже о другом.

- Диана, скажите, Павел Иосифович настоящий профессор или это прикрытие для вашей… - замялся, не зная, как же назвать: не «операция Ы» на самом деле?

- Он талантливый портретист и состоит в Союзе художников. Ещё преподаёт в том самом заочном народном университете искусств. А профессором мы называем, сам никогда так не говорит. Просто на визитке написано «профессор ЗНУИ», это что-то вроде почётного звания, он же там тоже бесплатно.

- Серьёзно?

- Ну да, хотя само обучение за деньги.

- И дорого?

- По здешним меркам недёшево, а так-то, конечно, ерунда.

Ага, отметил по себя. Ещё одно подтверждение, что «дело» приносит шефу неплохие денежки.

- А почему не в художественной школе, или как это сейчас называется?

- Всё из-за работы. Это теперь чаще как челнок «туда-сюда» бегаю, а прежде доводилось жить на «той» стороне по два-три месяца.

- Это для чего же?

- Когда вдвоём приходим, и одному надо вернуться назад. На это время канал для тебя закрывается, как говорит шеф, и живёшь там, как здесь.

- Серьёзно?

- Какие шутки! Ведь возвращаешься уже не «в свой» день. Правда, «там» может пройти три месяца, а здесь - всего неделя. Но случалось и две, и три - всегда по-разному. И какая учёба с таким графиком, даже на вечернем?

- А заочно?

- По художественной части только ЗНУИ.

- Хорошо учат?

- Да сами учимся, нас там, по сути, только оценивают. Главное, диплом получу по окончании и смогу вести изобразительный кружок!

- Диана, вроде говорили, что Ваши работы хвалят?

- Ещё бы, ведь и «там» время зря не теряла. Павел Иосифович подсказал, ещё в первый раз, как пришлось «застрять»: «Давай-ка походишь в местную художественную студию».

- Да, у нас с этим просто, - вспомнил Натку с её периодическими порывами к творчеству, пока не остановилась на «пол-дэнсе».

- Только плати, никто не спросит, кто такой, особенно если платить наличкой.

- И в какой студии занимались?

- Знаете, Сергей, по-разному.

- Почему так?

- Очень просто: при переходе с проживанием, (интересный термин, отметил про себя) нет гарантии, что снова встретишься в то же время и с теми же людьми.

- То есть как это?

- Не знаю. Но каждый раз записывалась в новое место, ведь с тобой занимаются на любом этапе.

- Так как же шеф тогда ведёт дела?

- Этого не знаю, но каждый раз после проживания встречаюсь уже с другими людьми.

- А короткие переходы?

- Вот с короткими порядок. Видимо, это парадокс времени.

Непривычно слышать от такой девчушки серьёзные слова. Но запомнил, может и в самом деле, если здесь задержусь, чему-нибудь полезному научусь?

- А вот и наши Ярославские бани! Обязательно сходите туда с дядей Семёном!

Диана показала налево. Сквозь ещё голые ветви деревьев разглядел на возвышении благородного вида здание с когда-то розовыми стенами. В «моём» времени слышал о них, интересно, сейчас тут раков к пиву подают? Но отогнал соблазнительную мысль: пока об общественной бане думать рано. За разговором незаметно дошли до Удельного проспекта. В который раз мысленно улыбнулся: так не вязались редкие кирпичные пятиэтажки среди милых двухэтажных домиков с громким титулом. Какой проспект – так, улочка, правда, местами асфальт новый уложен и тротуары чистые. Но ближе к парку и тротуары сошли на нет, и дорога похуже, и уже знакомых разнокалиберных деревянных домишек стало больше.

Под свистки и завывания разгоняющихся электричек свернули на садовую аллею. Обветренные сосны и голые берёзы не создают романтического настроения. Сквозь печной дымок тянет оживающей весенней землёй, но здесь ощущаю себя легче, чем среди домов.

- Диана, можно уточнить?

- Вы о чём?

- Откат так опасен, что приходится уходить?

- Не хочу Валентину пугать.

- Чем же?

- Вы ничего не почувствовали после нашей встречи в трамвае?

- Только некоторую взбудораженность.

- Значит, это потому, что при нашем пересечении в трамвае случилось непонятное. Так-то на второй день после перехода, особенно, если груз перевозишь, становится оченьплохо. Лучше, чтобы никого из несведущих не оказалось рядом. И сегодня придётся ограничить обед, поверьте, лучше поголодать, зато легче пройдёт.

- И у Вас так же будет?

- Нет, это и индивидуально, и зависит от того, что ты делал. Вчера у меня была просто «пробежка», поэтому даже смогу за Вами ухаживать.

- Что же мне ждать?

- Представьте сразу инфлюенцию, сотрясение мозга и пищевое отравление - примерно так. Если ошибусь, вместе порадуемся.

Умеет же девчонка успокоить, но не показывать же виду! Продолжаем прогулку, дождик так и не собрался. Мы идём по укатанной песчаной аллее, мимо каруселей и аттракционов. Возле некоторых возятся рабочие в комбинезонах, «кирзачах» и телогрейках – скоро открытие сезона. Чем дальше в парк, тем чаще встречаются молодые мамочки и пожилые женщины с детьми. Приходится прекращать разговор, да и к лучшему, а то ещё что-нибудь неприятное узнаю раньше времени. Диана в этом плане не очень деликатничает или уже признаёт за «своего»?

Неожиданным открытием стал спрятавшийся за деревьями ресторан «Лесной» - симпатичное здание в виде старинной усадьбы с двухъярусной террасой, каменной облицовкой и балюстрадой, а также ротондой с колоннами под медным куполом. Выглядит солидно и ухоженно, смогли же так отреставрировать! Диана заметила мой взгляд и поспешила пояснить:

- Не удивляйтесь, но это новостройка, года три как открыли.

- Часто здесь бываете?

- Да Вы что, только с дядей Пашей! Тут вкусно готовят, и вообще, уютно. А летом прямо на террасе столики ставят.

- Жаль, не получится сегодня посетить! – словно вспомнил о деньгах в кармане.

- Ресторан никуда не денется, если не передумаете!

- Будь по-вашему!

Всё же хорошо, что не поехали на трамвае, так и правда намного приятнее. Выбрались на проспект Энгельса у старой «пожарки». Перебегая улицу, машинально взял Диану за руку – она не отдёрнула. Так и прошли до самого рынка, только там осторожно потянула ладонь из моей руки. Всё это время не смотрели друг на друга, вроде как всё внимание на дорогу. И не сказали ни слова, пока не оказались под стенами уже знакомого здания..

- Куда сначала, в гастроном или универмаг?

- Как быстрее!

- Тогда в гастроном, это «Первый образцовый», стараюсь здесь отовариваться, даже когда не через стол заказов.

Насколько помню по интернетным поискам, в это время всё приличное либо дорого, либо недоступно - «дефицит», как тогда говорили. Однако образцовый гастроном поразил роскошью. Конечно, не «Елисеевский», но тоже впечатляет: застеклённые прилавки с полукруглыми витринами, хромированное железо, роскошные люстры, маленькие кассовые будочки, напоминающие подиумы. И везде толпились люди, прямо как на Финляндском вокзале. Может, и не столько, как после рабочего дня, но для меня видеть такое непривычно. Интересно, а как же тогда выглядит магазин в «час пик»?

Как не вспомнить раннее детство! Немного застал прелести специализированных магазинов, когда за хлебом идёшь в булочную, за овощами - в овощной, а за остальным - в гастроном. Сейчас кажется уже таким нелепым: сначала дождаться очереди, взвесить товар, потом, отстояв ещё одну очередь, «пробить» его в кассе и снова вернуться к прилавку за своей покупкой. Хорошо, что нам надо не так много, и мы вдвоём. Диана становилась в очередь за товаром к прилавку, когда приближалась к продавцу, пристраивался к кассе, и так экономили время. Девушка подбегала с зажатой в руке бумажкой с накорябанной карандашом ценой. Даже вспомнил, что не так долго до обеда – настолько вкусно пахло под высокими сводами!

Спиртное брать не стали, хотя с удовольствием бы тяпнул виски или коньяка, на худой конец, водки. Но какая сейчас выпивка, если впереди предстоит такое…

Универмаг такой же вычурный, пожалуй, это всё, чем смог поразить. Зато, кроме щётки, наконец, нашлись и электробритвы! Без раздумий выбрал пузатый, словно снегирь, «Харьков» за двадцать два с половиной рубля. Довольный, что можно не зависеть от парикмахерской, выписал и пробил в кассе. Если предстоит здесь часто бывать – пригодится, а нет, так и денег этих не жалко! Так появилось первое «прошлое» имущество. И тут же, по совету Дианы, пополнил «приданое» парой белья и домашними тапочками на кожаной подошве, почему бы и нет?

Да, не ошибся - тот самый двор, тот самый подъезд. Консьержка-лифтёрша поздоровалась, даже не оторвав глаз от «Огонька», поднялись на лифте на последний этаж. Не удивился, что у девушки свои ключи: кто знает, какие у них с шефом отношения? Диана без смущения открыла дубовую дверь: «Проходите». Несмотря на подчёркнутую скромность лестницы, и по лифту, и по входной двери можно сразу понять, что дом богатый.

Внутри квартира просто поразила, как и ресторан в «Челюскинском». Постройка - точно недавняя, но отделка под стать старинной: лепнина на высоких потолках. Паркет не чета «милицейскому дому» - даже ступать в туфлях боязно, спасибо моей спутнице за подсказку в универмаге. Развязываю шпагат на бумажном свёртке с покупками и вслед за девушкой шлёпаю в тапочках по квартире… Громадная прихожая с хрустальной люстрой под потолком, две высокие комнатные двери, ещё одна прихожая, огромная кухня, ванная, туалет и ещё пара комнат! Роскошное жилье, ничего не скажешь!

- Здесь же ещё и мастерская! – Диана понимает моё изумление.

- Понятно, но как же шеф этого добился?

- Так ведь говорила - он в союзе художников, достаточно известен в узких кругах, положено как «творческой личности».

- Где же мы расположимся?

- Если про откат, то до него ещё есть время, а так - в мастерской. Это самая большая комната, вот она, напротив. Рядом с кухней - столовая, а в прихожую выходят кабинет и спальня дяди Паши.

- Вы там тоже после перехода отдыхаете?

- Нет, обычно в мастерской, мне привычно. Краски и холсты - любимый запах. Там уголок отгорожен, никому не мешаю, ведь работа не каждый день.

Не стал дальше любопытствовать, прошли в столовую комнату. Обстановка простая, но по шестьдесят первому году, конечно, шикарно. Диван, два кресла, книжный шкаф, буфет и комод в одном модерновом стиле. Нашлось место для радиолы на ножках, на комоде настольная лампа с зелёным абажуром, само собой, изящная люстра над столом. Стены покрыты обоями «под малахит», окно обрамляют зелёные же плюшевые шторы.

- Просто класс, Вы всегда сюда возвращаетесь после перехода?

- Ну да, Вы же видели. Оставляю здесь кое-что из вещей, чтобы дома не показывать, для этого и шкафчик в мастерской.

- Мне сразу укладываться?

- Не спешите, сначала перекусите, если хочется, потом бумагами займёмся, пока время позволяет.

Правда, обедом этот приём пищи сложно назвать, но девчонке виднее. Пришлось ограничиться «молочкой»: тарелкой творога со сметаной и стаканом кефира. Почему так, не спрашивал, «проводнику» виднее. Хотя, если честно, от невесёлых мыслей и есть расхотелось.

Диана прибрала на столе и вернулась с утюгом и сложенными плотными салфетками. Оставила всё рядом с настольной лампой на комоде.

- Теперь займёмся Вашими временными документами!

- Диана, так спокойно ко мне относитесь, шеф настолько доверяет?

- С чего бояться? Вы сами пришли. Понимаю, как Вам сейчас непросто. До сих пор не забуду и как первый переход пережила, и как обрадовалась, что помощь нашлась.

- Не поделитесь воспоминаниями?

- Обязательно, только позже. Теперь-то смешным кажется. Вы вот даже заранее приготовились, и что-то знаете о том, как мы здесь живём, а у меня внезапно случилось…

Между разговором девушка переставила на стол лампу и воткнула шнур утюга в розетку.

- К делу! Сергей, сколько Вам полных лет?

- Тридцать три.

- Прямо как Валентине! Но это отвлекаюсь. То есть, по-нашему родились в двадцать восьмом. А день рождения?

- В июне.

- Тогда получается на год раньше.

Диана оставила меня в столовой и направилась, судя по всему, в кабинет. Слышу звук открывающейся двери, но точно не комнатной, может, сейф? Вернулась уже не спеша. В руках поднос с бумагами и двумя завинчивающимися чернильницами. Вот это да, а девчонка не так проста, как кажется! Разложила бумаги и письменные принадлежности на столе, теперь понятно, для чего поставила настольную лампу.

- Сейчас немножко поколдуем - девушка виновато улыбнулась. - Для начала - метрика. Так и запишем: Митрин Сергей Михайлович, родился такого-то июня двадцать седьмого года.

- Это чтобы не запутаться?

- Так Вам же проще, к чему мудрить? Родителей тоже придумывать не станем, Михаил, как по отчеству?

- Александрович. А мама Ольга Николаевна.

- Место рождения - село Грибановское, Винницкой волости, Лодейнопольского уезда Ленинградской губернии.

- Как мудрено!

- «Родись» Вы чуть позже – уже и область, и районы пошли, но Ленинградскую область только в августе организовали, а пока надо писать по-старому.

Диана аккуратно записала мои данные на листок и взялась за печатный бланк на невзрачной серой бумаге. Принялась за работу, словно настоящий делопроизводитель. Сначала макнула забавную перьевую ручку в чернильницу и аккуратно заполнила строки. Потом открутила другую чернильницу и следующей ручкой сделала подпись. В завершении размашисто расписалась обычной авторучкой.

Достала из подписанной коробочки пару печатей и две мастичные подушки. К одной прижала круглую печать, оставив круглый гербовый оттиск в левом нижнем углу. Прямоугольный штамп на следующую подушечку, стукнула в верхнем левом углу, как углядел – «сельсоветовский» штамп. Похоже, тут с документами намного проще, чем казалось.

А ловко у Дианы получается: может, это и есть её основное «художество»? Но девушка говорила так искренне, что ни о чём плохом даже подумать не могу. В конце концов, она же для меня старается. Да и невелика провинность: выдать себя за другого человека. Ведь не собираюсь кредиты брать, да и есть ли здесь кредиты?

- Это на ближайшие три дня, как минимум.

- А паспорт?

- Вы же в сельской местности живете, зачем паспорт? Но в городе обязательно нужно командировочное удостоверение.

Динка потянулась за следующим бланком, почему-то на розоватой бумаге, даже по виду выглядит свежее. Привычные процедуры, только с другими штампами и печатью. Подождала пока чернила высохнут и протянула бумажку. «Командировочное удостоверение, артель «Заря социализма» командирует заготовителя Митрина С.М. с 20 по 23 апреля 1961 года в город Ленинград по служебным вопросам». Дала прочитать и забрала обратно, сложила и слегка обмяла уголки.

- С метрикой ещё придётся поработать.

За это время утюг уже, похоже, нагрелся. Диана положила бумажку на салфетку, прогладила несколько раз с обеих сторон. Затем, прихватив метрику, ушла в кабинет. Дверь за собой прикрыла неплотно, поэтому через некоторое время заметил отблески фиолетового света.

Через минуту вновь появилась, теперь одетая в синий халат, в перчатках и с чёрными «сварщицкими» очками на лбу. На этот раз дверь плотно прикрыта.

- Пусть полежит!

Дело завершилось, когда она снова вошла в кабинет, натянув очки. После чего, уже в прежнем виде, вынесла свидетельство о рождении, заметно пожелтевшее, особенно по краям. Несколько раз согнула и разогнула, потом посыпала порошком из баночки - сгибы потемнели. Стряхнув остатки порошка на поднос, унесла его в кабинет.

- Вот, теперь Вы при документах.

- И с ними могу спокойно повсюду ходить?

- Почти, только придётся выписывать новые командировочные, чтобы не возникало вопроса о регистрации. Но это временно. Если решите пробыть подольше, придётся оформлять по-настоящему. Об этом уже с Павлом Иосифовичем поговорите. И она протянула обе бумажки.

- Но тут же нет фотографии?

- Вот поэтому такими документами я и занимаюсь.

Вроде бы можно успокоиться: одной проблемой меньше! Но волнение не оставляло, просто теперь зашло с другой стороны. Ладно, Диана имеет ключи от профессорской «хазы» и ведёт себя, как хозяйка. Но, похоже, и «личный стол» организации тоже на ней... Прямо «мадам Вонг» в образе невинной незабудки… Даже голова начинает кружиться, впрочем, это наверняка подступает обещанный откат. Хочешь – не хочешь, придётся решать проблемы по мере возникновения.

- Теперь пора укладываться?

- Сначала надо приготовиться. Пройдёмте в мастерскую.

Это и правда, огромная комната в два окна. Несмотря на пианино, несколько шкафов, большой, по здешним меркам, телевизор на ножках, и, похоже, обязательный кожаный диван с креслами, всё равно кажется просторно. На стенах со светлыми обоями - несколько незнакомых портретов и пейзажей в бронзовых и позолоченных рамах. Ближе к окнам пара мольбертов, тумбочки, этюдники, стол под краски, а противоположный угол отгорожен совсем не парадной шторой. Похоже, за ширмой кровать и шкаф Дианы? Но вот самими красками не очень пахнет, словно вокруг просто декорация.

- Помогите выставить кушетку за ширмой.

- Диана, а сами где расположитесь?

- Посижу на диване и стану присматривать за Вами. Ведь у меня вчера лишь «скачок», не переход, почти ничего не почувствую.

- А потом?

- Уеду домой. Самый тяжёлый - первый час, а потом станет легче.

- Почему не останетесь?

- Это неприлично.

- А если вдруг приедет Павел Иосифович,

- Он же у себя на даче в Комарово.

- А как Вы с ним общаетесь?

- По телефону, как же ещё?

- Подумал, может, телеграммами?

- В Комарово есть почтовое отделение, но ведь мы не Шерлок Холмс и доктор Ватсон. У шефа и там городской номер, остался от прежнего владельца. Не беспокойтесь, с утра Вас навещу. Не стесняйтесь, чувствуйте себя как дома. С телевизором уже знаете, как обращаться. Хотите, приёмник принесу из кабинета? У шефа транзисторный «Грюндик», он не против, когда слушаю.

- Спасибо за заботу!

- И ещё: утром может прийти домохозяйка, не пугайтесь, она в курсе. Но обычно Татьяна Михайловна появляется в десять, так что постараюсь раньше, если, разумеется, всё пройдёт нормально.

- Так что же ждать, кроме уже сказанного? – слова Дианы снова не обнадёжили.

- Ничего, просто надо перетерпеть, я буду рядом с Вами во время пика.

- Когда же начнётся?

- Уже скоро, - она посмотрела на часики, - так что пора переодеваться.

Не стал дальше спорить. А девушка достала из шкафа полосатую льняную пижаму. Улыбнулся: похоже, пижамы здесь популярны, почти как у нас, только не столь сексуальны.

- Можете принять душ, у шефа колонка, греть не надо.

Заодно Диана показала умывальник и остальное. Ого, а здесь и туалетная бумага имеется, пусть и в пачках - прогресс! А в ванной стиральная машина, да ещё с центрифугой. Газовая колонка после титана, конечно, верх цивилизации! По крайней мере, печным дымом не пахнет, хотя, вроде бы, к экзотике уже привыкаю. Впрочем, если у профессора комфортно, то и вокруг с каждым годом станет лучше и лучше. Диана же говорила о газификации к зиме. Какая зима, ведь скоро обратно вернусь! Вот уже сам с собой спорю, или это тоже признаки отката?

Искупался, обрядился в пижаму: чуть коротковата, но ничего – не на танцы же собираюсь! Ощущения непривычные, словно в больнице. Так и есть - пациент, непонятно как попавший в этот сумасшедший дом. Ну, если дом не сумасшедший, то сам уж точно. Если бы не эта девушка, наверное, уже чокнулся.

- Укладывайтесь за ширму, кушетку застелила. Не удивляйтесь, что снизу клеёнка, поверьте - потребуется.

Ещё рядом оказался красный пластмассовый тазик, видимо, все детали уже отработаны… Всё же попросил закрыть ширмой, больше для себя. Мне бы застесняться девушки, но почему-то чувствовал себя рядом с ней как с младшей сестрой. Неужели из-за её почти детского обаяния? Но ведь она тоже воспринимает меня не как постороннего мужчину. Действительно, я для неё, в какой-то мере, коллега, человек, прошедший сквозь время. С ума сойти, второй день здесь, в прошлом, а как будто ничего необычного не произошло!

- Диана, а откат обязательно случится?

- К сожалению… Организм, проходя через временной барьер, подвергается непривычному воздействию. Часть клеток отдаёт энергию, почему потом так хочет кушать. А другая, наоборот, накапливает и спустя примерно сутки начинает выбрасывать «лишнее». Самые неприятные ощущения именно в первый раз, когда идёт начальная перестройка организма.

- Кричать сильно стану?

- Не угадать, но если страшно, может, примите обезболивающее?

Только этого не хватало, да и что она может предложить, кроме анальгина? Почему-то всплыло название «пирамидон», точно из старого фильма, даже улыбнулся. Ещё стыдно перед девчонкой показать слабость, вытерплю, всё же мужик. Ведь она такая хрупкая, а всё выдержала и не раз!

Глава 31. Постигая неведомое

Отступать всё равно некуда: бояться надо не боли, а страха – это с детства помню! Но вот как бы не опростоволоситься перед Дианой: тазик смущает – не хочется конфуза. Тем более, девушка сама переоделась: впервые вижу её в брюках, непривычно видеть в таком наряде. Брюки не пижамные, полосатые, как у меня, а расклешенные, но точно домашние. Элегантные, явно не местного «легкопрома». Такая же блузка и поверх лёгкая курточка, вроде как у художников в старых фильмах, только галстука-банта не хватает. Вон и следы краски на рукаве!

Тут же переключаюсь обратно на тазик, теперь мысли только о предстоящем. Не так часто, но случалось, переживал сильное опьянение: приятного мало, а что, если и сейчас ждёт нечто похожее?

- Ещё Вам необходимо взвеситься!

- Это обязательно?

- Так надо, ещё и утром придётся!

В уголке, у стойки с эскизами ещё и медицинские весы под чехлом!

- Может, зря поел? – спрашиваю с лёгким смущением.

- Поверьте, такая диета не повредит, она больше для очистки, во избежание эксцессов.

Ну да, ей видней, почему Диана и обезболивающее так привычно предлагала: наверняка не первый раз присутствует при откате «гостей». Значит, ни рвоты, ни чего другого не предвидится. Хотя что мне? Вестибулярный аппарат в порядке: шторм на Ладоге без проблем выдерживал, ещё и бутерброды трескал, когда Мишку мутило.

- Сергей, пора укладываться! - девушка оторвала от воспоминаний, вновь посмотрев на часики.

- А Вы сами как же?

- У меня на этот раз должно легко пройти, ведь Вы сами перешли, не пришлось «перетаскивать»! А я сразу вернулась и ничего «оттуда» не брала.

Спасибо, успокоила: если что со мной случится – какой из девчонки помощник, разве что «скорую» вызовет… Но по совету улёгся на правый бок, под спину - диванный валик, обёрнутый рыжей медицинской клеёнкой. Уставился в тазик, пытаясь не думать, каким беспомощным могу оказаться во время отката… И пусть девушка успокаивает, что выдержу испытание, но сам в этом сильно сомневаюсь.

Диана так уверенно говорит о моём откате, абсолютно не опасаясь последствий, словно точно знает, о чем говорит? А вдруг она всё нафантазировала, и вовсе нет никакого «шефа», и никаких «проходящих»? И сама не знает, как все обернётся? Стоп, может, я и сошёл с ума, но откуда тогда такое жилье и прочее? Нет, это просто надвигается откат, вот мысли и шуршат, как мыши под веником…

Как ни надеялся и ни уговаривал себя, что ничего особенного не произойдёт – произошло, да ещё как! Вроде бы даже начал засыпать под бурчание радиоприёмника, и тут стало накрывать… Снова, как и при переходе, появилось ощущение, что долго лежал в неудобной позе, тело постепенно начинало неметь. Только портал был теперь не вокруг, а внутри меня! С трудом пошевелился, но не полегчало… От этого страшнее, чем при самом переходе: не понимал, чего ещё ждать! Меня словно проглаживало большим катком, то от конечностей в солнечное сплетение, то наоборот. Сердце стучало, в голове – шум, в глазах – круги, горло горит, словно вдыхаю огонь, по суставам – ломота…

Господи, вот это мука! Девчонка нисколько не преувеличивала... Дыхание то учащалось, то совсем застывало. Неожиданный свет в глазах – и снова прокатило волнами, ощутил внутренний жар, мгновенно вспотел. Да какое вспотел, вымок так, словно вылили ковш воды за шиворот, до самой поясницы! Ничего ж себе! Едва сдержался, чтобы не застонать, но зашевелился, так, что кушетка заскрипела.

- Сергей, как Вы? Держитесь, будет ещё несколько волн!

Старался не распускаться, но в какой-то момент показалось, что теряю сознание. В глазах потемнело, в ушах звон перешёл в свист, потихоньку начало придавливать, но тут же отошло. Удалось отдышаться... Хорошо, что не тошнило, и спазмы до горла не доходили, но на боку лежать уже непереносимо. Диана помогла лечь на спину, убрав валик. Откинулся, глаза открыть сил нет, но и с закрытыми вижу мерцающие звёздочки и плавающие разноцветные линии.

- Серёжа, ещё немного, это самый пик! Потерпите, мой хороший! – сквозь шум пробивается голос девушки.

Только киваю, едва сдерживаясь, чтобы не застонать. В глазах снова круги, теперь светлые, сознание стремится вырваться за пределы тела… Становится страшно: неужели это возможно - вот так ускользнуть за барьер? Может, и застонал, только сам это уже не слышал, видимо, отключился.

Пришёл в себя от влаги на висках, невольно пошевелил головой от скатившейся на грудь струйки.

- Серёженька, умничка, вот и всё, не бойтесь, больше так не будет! Вы меня слышите, Серёжа? – взволнованный девичий голос вытягивает из забытья…

- Да, всё хорошо… - едва смог разжать рот: так крепко, оказалось, зубы сжал!

- Теперь уже не так сильно будет, можно потихоньку расслабляться.

- Долго ещё? – надо же, губы не пересохли… С трудом приоткрыл глаза: у Дианы в руках влажная марля, сложенная в несколько слоёв.

- Сильные – примерно полчаса, потом уже по мелочи. Можно, помогу Вам, Сергей?

Девушка вернулась из-за ширмы с большим полотенцем в руках - точно не лишнее. Помогла приподняться, сам весь мокрый, пижаму можно выжимать, слава богу, так и не тошнило. Оказалось, тазик не для того, о чём думал, - сбросить сырую одежду.

Девушка тактично отошла за загородку. Снял с себя всё, вытерся полотенцем, едва удерживаясь на кушетке. Облачился в свежую пижамную рубаху - похоже, здесь неплохой запас на такие случаи.

- Теперь пойдёт легче! – сказала Динка, перестилая кушетку.

- Да уж, надеюсь, такое не повторится.

Но повторилось, пусть и не так страшно, но словно растягиваясь… И не сравнить, что хуже: сильный всплеск боли с блаженным затуханием или длящееся мучение… Всё же выдержал. Тазик по прямому назначению так и не пригодился, да и потливость пошла на спад. К пятому или шестому разу боли почти не было: просто прокатывало, как прибоем на прибрежном песке. Не скажу, что приятно, но после первых откатов – чуть ли не лечебный (почему и больновато) массаж.

Девушка терпеливо ждала, пока меня отпустит, а самому всё больше неудобно за беспомощное состояние. Моё ложе представляло собой кошмарное зрелище: не зря клеёнка подстелена. Уже и вторая рубаха вдрызг мокрая – как выходить в таком виде из комнаты? Но Диана не упускала меня из-под контроля: помогла подняться и проводила в ванную, где уже ждала деревянная решётка на бортиках.

- Прямо на неё и садитесь, чтобы не упасть ненароком, а я пока приберусь.

Возражать и сил нет, да и ни к чему. Почему-то не чувствовал стеснения, словно девчонка и правда моя сестра.

Ванна показалась просто роскошной. Душ с гибким шлангом, импортный, может, и финский – не разбирался, но удобство оценил: не надо никуда тянуться. Колонка прогрелась, и я с наслаждением подставлял себя под обжигающие струи. После такого блаженства вышел, словно на крыльях, даже ног не чувствовал.

Очередная пижама и халат – для приличия.

- За мокрую одежду не переживайте, завтра домохозяйка придёт, разберётся.

Ну да, уже заметил стиральную машину: судя по шильдику – отечественная, с двумя отделениями, одно - точно центрифуга. Понятно, шеф и должен жить роскошно, хотя бы по местным меркам. Хорошо быть художником в советское время! Вот «у нас» прислугу не всякий богатый осмелится держать. Впрочем, не совсем по экономическим причинам: чужого человека допускать в дом с большими деньгами не каждый рискнёт.

Напоследок девушка напоила душистым чаем, но на кухню так и не попал. Чай пили в столовой, Динка обслужила, словно не желая допускать в святая святых домработницы, а сам не настаивал. Чаепитие расположило к благодушному настроению, да и есть, отчего.

- Как себя чувствуете, Сергей?

- Нормально, – не бравировал, просто перенесённые мучения остались там, в мастерской, и о них вспоминать не хотелось.

- Утром станет ещё лучше.

- Придётся поверить, хотя и так хорошо. При возвращении назад произойдёт то же самое?

- Нет, последующие переходы переносятся легче.

- Почему же?

- Первый раз происходит сильная перестройка. Потом тоже, конечно, неприятно, но не сравнить. Боялась, что Вы откат тяжелее перенесёте, сейчас очень рада!

- Потому, что мокрый, как мышь?

- Что Вас не так сильно ломало.

- Случалось и хуже? - моё удивление абсолютно искренне, не рисуюсь.

- Бывало…

- Значит, мне повезло!

- Как сказать. Не знаю, обрадую ли, но, похоже, Вы не просто «проходящий», а настоящий «проводник».

- С чего так решили?

- У меня при откате в первый раз примерно то же самое случилось.

- Не представляю, как может быть ещё хуже. Так ведь и умереть можно!

Диана не ответила, но машинально прикусила губу. Ничего себе, ну и дела тут у них!

- После такого шеф и придумал добавлять к «светлячку» дублёры-усилители.

- Это про что?

- Ой, об этом чуть позже сам Павел Иосифович расскажет, не очень разбираюсь.

Интересно, что же с телом сделали? Диана словно угадала невесёлые мысли.

- Хорошо, что Вы сразу нашлись после перехода, не хватало ещё, чтобы упали на улице и увезли на «скорой».

- Значит, кто-то умудрился потеряться? Как же обошлись без документов?

- Выкручивались, хотя один раз, действительно, не удалось спасти…

Может, у меня «эмоциональный перегруз» после пережитого, но печальную правду воспринял как само собой разумеющееся. Не повезло кому-то, бывает… Так и сам мог исчезнуть, и кто бы на «той» стороне обо мне вспомнил? Светка, Мишка? Но уж точно не отчим. И снова резанула мысль: а так ли сильно хочу вернуться? Разумеется, посвящать Диану в свои сомнения не стал.

- Получается, человек «там» пропал, а тело оказалось здесь?

- Но что поделать, обратно перейти можно только живым: никаких камешков не хватит перетащить такую массу, даже если чудом в метро получится спустить.

- Вы мне такие тайны раскрываете…

- Поймите, Сергей, ведь Вы сами теперь - не меньшая тайна, и без доверия нам не обойтись. Павел Иосифович разрешил рассказать всё, что знаю, если Вы и правда «проводник». Наше дело, как он говорит, на обмане не продержится. Так что не думайте, что вытянули из меня лишнее.

А девчонка не так наивна, как порой кажется. Хотя и смотрит, и говорит искренне, и почему-то всему верю. Но не за красивые глаза, это точно.

- Значит, «проводник» легче переносит переход? – решил больше не касаться печального факта.

- Если сам по себе, то да, а если проводить других, то тоже тяжело, даже при наличии «светлячка», ну, камушка.

- Но без камня переход невозможен?

- Конечно. А усилитель - тот же камень, только копия.

- Так у меня же оригинал?

- Нет, тоже копия, но проверенная. Сергей, честно, не скрываю, но сама много не расскажу, это Павел Иосифович так говорит.

- Диана, пока хватает услышанного, и так голова кру́гом!

- Не переживайте, поедем к шефу и многое прояснится. По крайней мере, то, что он решит рассказать.

- Вряд ли скажет всю правду.

- Всю не всю, но станет понятно, чем здесь занимаемся и что вообще происходит.

Это и сам хочу выяснить, но вслух ничего не сказал, только кивнул. Пора перестать чему-либо удивляться раз уж попал в такую историю, где нет ничего обычного: даже самая простая вещь может преподнести сюрприз. Остаётся только надеяться, что Диана точно выполняет инструкции шефа?

Чай чаем, но, оказывается, предусмотрено не только это. Хотя и прихватили в гастрономе пару бутылок «минералки», Диана принесла из кухни стеклянный сифон в металлической сетке. Солидный, литра на два, такие видел только в кино, только почему-то не нашёл в нём гнезда под баллончик.

- Это на ночь, если не хватит - «Нарзан» в холодильнике.

Диана побыла ещё примерно час, пока не убедилась, что со мной всё нормально. Около десяти часов, когда уже давно стемнело, оставила свежезастеленный диван в мастерской и ушла, не разрешив проводить себя даже до двери. Щёлкнул замок, вот и остался один…

Взял вчерашнюю «вечёрку» с программой, впрочем, какая разница, что смотреть. Мысли о другом, даже не вижу, что там показывают. Хорошо, переключать некуда, почти как дома: сотни каналов, а смотреть тоже нечего. Значит, пора укладываться: почитать книгу на ночь даже в голову не пришло. Радио в мастерской Диана не стала выключать, оно так и болтало потихоньку. Под литературную передачу начал погружаться в тревожную дрёму.

Старался не думать о перспективах: к чему гадать о неведомом? Придёт новый день – придут и новые заботы. Уговариваю сам себя: «Здешние дела меня особо не касаются. Просто побуду немного, посмотрю, что и как, и обратно! Стану считать себя в «отпуске за свой счёт», пока просто интересно, что дальше? Почти как во сне, когда порой понимаешь, что спишь. Или как кот под стрессом сворачивается клубком и спит. Вот и я посплю…»

Вторая ночь «за стеной» прошла не так безмятежно, как первая. Несмотря на уверения девушки, ожидал проявлений пережитого, но Диана сказала верно: подкатывало, но едва заметно, на такую мелочь уже не реагировал. Разумеется, о еде и не думал, а вот сифон к утру опустел. В шесть утра разбудил гимн, правда, без слов, зато последующие бодрые новости почти не слушал.

Как бы то ни было, но ночь прошла, а до появления Дианы ещё долго. За окнами тихо, не считая ставших привычными звуков трамвая и электричек, и уже узнаваемых паровозных гудков. Шума прогреваемых авиамоторов в этот раз не дождался, правда, большое воздушное судно заходило на посадку и гудело довольно сильно. Двигателей, судя по гулу, минимум два, перекатываясь, рёв проплыл в сторону города и там затих. Но это точно не реактивные лайнеры, как в моём времени.

Хотя здесь, по-моему, уже были Ту-104 и ещё вроде бы Ил-18, но те наверняка должны из Пулково летать. Разумеется, самого Комендантского аэродрома не застал, осталось одно название. Может, и военный самолёт, в них не разбираюсь – не моя тематика.

Поймал себя на том, что специально уцепился мыслями за авиацию. Пусть вторую ночь спал лучше, несмотря на откат, всё равно непривычно. Особенно если не забывать, что снова лежу в чужой постели, занимая обычное место Дианы. И здесь чудился слабый аромат чего-то нежного и приятного. Хотя, что мог почувствовать среди пусть не таких сильных, но всё же, запахов красок и холстов?

Ну и пусть, что скрывать, тем более, перед собой? Динка хорошенькая, пусть порой и забавная, ещё и без налёта пошлости и цинизма, присущих нынешним девицам. Нормальная девушка своего времени, хотя почему так уверен? Потому что уже видел других здешних девчонок, и те не очень привлекли? Или потому, что Дина первая девушка из прошлого? И ведь как меня называла, когда откатом прижало, или примерещилось?

Да какая разница, всё равно ни о чем таком даже мечтать не стоит - она просто новая знакомая. Ведь к её тёте у меня нет такого отношения, хотя Валя вовсе не старая – моя одногодка! Как сказали бы в моё время: «Она ещё ого-го!» Приятная и заботливая, но ведь воспринимаю её не как женщину, а именно как Динкину тётю! Впрочем, здешняя мода и не располагает к разглядыванию женских прелестей - догадывайся, что там у кого! Не скрою, понравилось, что дома ходят в платьицах, понятно: пусть и маленькая, но коммуналка - задницей не покрутишь.

Нет, пора вставать, а то ещё такого надумаю… Впрочем, спать уже не хотелось, от вечернего состояния не осталось и следа, ощущал себя на удивление бодрым и абсолютно здоровым. Все пакости, терзавшие организм с вечера, словно позабылись. Да, саму боль помнил, но как будто это происходило не со мной, как в кино. Отчего и настроение другое, даже лучше, чем прошлым утром, ведь теперь многое прояснилось. Белые пятна ещё оставались, но главное, успел убедиться: здесь жить можно и вполне нормально. Пусть это и касалось бытовых мелочей, но ведь это тоже немаловажно. Особенно обнадёживало то, что здешние воздух, вода и пища не оказали никакого заметного воздействия, а пережитый откат только разбудил аппетит.

Бодрость ощущалась не только в теле, но и в голове. Всё казалось простым: сначала придёт девчонка, потом домработница, после, скорее всего, поедем к шефу. Почему-то именно эта простота и успокаивала, и настраивала на самое хорошее. Хотя, по большому счету, просто с ума сойти: я в прошлом! Там, где даже моих родителей ещё не существует, а я сам оказался допущен к величайшей тайне на Земле!

Или на двух Землях, как тут считать? Да нет, пусть это прошлое, но оно то же самое. Подумал вдруг: если где-нибудь в укромном месте нацарапать гвоздём своё имя, то, вернувшись обратно, его найду! Разумеется, если не замажут при капитальном ремонте. Почему-то ничего более серьёзного в голову не приходило.

Маленькая хозяйка большой квартиры скоро должна прийти. То, что она здесь не чужая, уже понял. Поэтому приход Дианы надо встретить «при параде» - умытым и одетым. Провёл рукой по лицу: по моим меркам щеки идеально гладкие - что значит настоящее бритье! Ладно, ещё успею испытать на себе новую электробритву.

Надо бы привести себя в порядок, чтобы потом не тратить лишнее время. Волей-неволей пришлось зайти на кухню: сифон уже пуст, а в холодильнике ждёт «Нарзан». Не любитель лечебной воды, но сейчас пошло хорошо, словно и правда с похмелья. И есть хочется уже капитально. Ничего, потерплю до прихода девчонки!

Сама кухня не разочаровала: по здешним меркам - просто «люкс-модерн», не сравнить с коммуналкой! Плита здесь, конечно, газовая, как и колонка. Стильная мебель даже и в моё время смотрелась бы вполне современно, понятно, с некоторыми допущениями. Тумбы, стенные шкафы, мойка из нержавейки. У стены – изящный стол и лёгкие алюминиевые стулья. Видно, что шеф себе ни в чем не отказывал, умел обустроить жилище. Но сколько же денег потребовалось, а может, и не только денег?

Понятно, что ни микроволновки, ни кофемашины и ничего другого подобного здесь не имелось, но из того, что разглядел, кроме холодильника ЗИЛ, был электрический шкаф и ещё пара устройств, которые не сразу опознал. Скорее всего, кофемолка и кофеварка, пожалуй, они в это время уже не редкость? Но мне важнее включить газовую колонку. Диана вчера показала, как ею пользоваться, но тогда успокоил, что прежде уже доводилось с такой обращаться.

Не обманывал, на практике в Тутаеве похожая имелась в квартире Иринки, несбывшейся невесты, тогда часто у неё оставался. Впрочем, сейчас не об этом, дело прошлое, а вот газовые колонки за это время принципиально не поменялись. Нет автоматического включения, но электрическая зажигалка - вот она, правда, с проводом. А ещё и спички нашёл, причём большие, каминные.

Пустил газ. Услышав шипение, протрещал зажигалкой - зажёгся голубой огонёк запальника. Открыл кран с красным ободком, повернул регулятор на три точки, и после хлопка в овальном окошке видны ровные ряды оранжево-голубых язычков. Сейчас нагреется и можно искупаться! Оказывается, ничего не забыл, ручки-то вот они, помнят! Хотя, сколько лет прошло - да всего десяток с небольшим!

Открыл форточку, вдохнул утренний сырой воздух. Уже знакомо слегка пахнет угольным и дровяным дымком - всё приятнее, чем автомобильными выхлопами. За окном облачное небо, прохладно, но настроения не портит. Во дворе никого, народ не шумит, видимо, все, кому положено, ушли в школу и на работу.

Потянулся, решив, прежде чем встать под душ, сделать зарядку. Признаюсь себе: давно с таким удовольствием не разминался. Тело словно заждалось: оставшись в пижамных штанах, крутился, подпрыгивал, делал выпады и стойки. Снова до пота, но теперь уже приятного.

Как же быстро приучился радоваться здешним бытовым мелочам! Знать, что горячая вода, пусть из газовой колонки, всегда в наличии - уже само по себе радость. В этот раз плескался с совсем другим чувством: пережитое испытание удваивало удовольствие от купания. Это даже не как дома, и не потому, что вода намного приятнее – сейчас словно смывал с себя остававшиеся сомнения, открывая себя новым событиям.

Диана приехала около восьми, как и обещала. Когда раздался звонок, я уже застелил как смог постель на диване, и даже поставил чайник на плиту: нахлебником оставаться не охота, а вот есть - как раз наоборот! Ещё и поэтому встретил девушку довольной улыбкой, получив в ответ целое радостное сияние. Всё-таки хорошо, что девчонкам в это время можно особо не краситься. Хотя Диане это и не нужно: брови чёрные, глаза голубые, губы и так яркие. Просто прелесть, а не девчонка! Но это загнул: она мне не девчонка, а «проводник»…

- Доброе утро, Сергей! Как себя чувствуете?

- Здравствуйте! Боюсь сглазить, но почти замечательно!

- Только есть, наверное, очень хотите?

- Верно, но решил подождать Вас!

- Сейчас, только умоюсь, приготовлю и накрою. Подождите немного.

- А можно прямо на кухне, там же просторно?

- Как скажете, так даже быстрее получится.

- Тогда помогу Вам!

- Прямо так в халате? - она улыбнулась, поскольку сама в платье.

- Могу переодеться к столу.

- Согласна, но сначала на весы!

Оказалась, «ночная эпопея» обошлась в три с половиной килограмма – никакой тренажёрный зал с сауной так не подействует! То-то непривычно себя ощущаю: по словам Дианы организм «пережёг излишнюю энергию», теперь надо компенсировать потери.

На кухне, уже привычно, накинул фартук - вместе дело пошло споро. Чайник уже готов, на сковороде шипит яичница. Принесённая Дианой свежая булка пала под острым ножом, открываясь для масла и сыра. Не ошибся – кофеварка, хотя и архаичная, но напиток выдала вполне приличный. Диана не стеснялась и, заметно, чувствует себя здесь если не хозяйкой, то, минимум, как дома. Неудивительно, судя по всему, она здесь часто бывает. Запрещал себе даже думать о том, какие отношения у неё с этим художником, кроме деловых.

- Не стесняйтесь, кушайте! Сами убедились - переход забирает много энергии.

- Не боитесь поправиться? – неудачно пошутил, поскольку девушка отреагировала вполне серьёзно.

- В принципе можно и глюкозу колоть, но представьте, во что бы превратилась рука: живого места не останется! Конечно, летом в Ленинграде с коротким рукавом не так часто походишь, но на «той» стороне лучше с уколами не «светиться». Павел Иосифович как-то пошутил про меня: «Лучше откормиться, как бегемотик, чем походить на наркоманку».

- Разве здесь есть наркоманы?

- К сожалению, такие люди встречаются во все времена.

- Извините, что расстроил, - да уж, похоже, повидала в моем времени всякого.

- Что поделать, такая вот работа. А пока приходится усиленно питаться! – перевела тему девушка.

- Знаете, Диана, думаю, Вам перспектива стать «бегемотиком» нисколько не грозит.

- Я вообще не переживаю, хотя раньше стеснялась, что такая тощая. Но, действительно, почему-то не поправляюсь, хотя ем после перехода много.

Уже за кофе решился спросить о том, что ещё с вечера беспокоило.

- Вот Вы вчера сказали, что прошлый переход дался легко, потому как пробыли у нас совсем немного. Получается, чем дольше провёл времени «за гранью», тем тяжелее проходит адаптация?

- Нет, от времени это не зависит.

- То есть, что минуту пробыл, что час, что день, что месяц?

- Да, от этого точно хуже не станет. Павел Иосифович объяснял, только я не очень запомнила, но примерно так: если захожу «туда» с чем-то и так же ухожу, то потом обходится достаточно легко. То же самое, когда что-то «там» оставлю и ухожу «с пустом». Особо не сказывается, просто немножко по-другому. А если брать что-то с той стороны, да ещё массивное, вот тогда да, нелегко приходится.

- И как выкручиваетесь?

- Тогда за мной кто-то ухаживал: либо сам Павел Иосифович, либо его доверенный фармацевт.

- Почему, это так опасно?

- Это непредсказуемо, кто-то опытный должен находиться рядом. Не как с Вами - чтобы просто не упали с постели. Но я уже давно ничего оттуда не приношу.

- Хорошо, Диана. Допустим, если что-то привезти «туда», оставить, а обратно перенести равный по массе либо объёму предмет?

- Для компенсации? Нет, важно не «сколько», а «откуда»!

- То есть, получается, за каждую «посылку» платишь болью?

- Наверное, поэтому лучше всего, когда просто переносишь «свой груз», а «от нас» забирают свой. Раньше так и делали: брала с той стороны уже проверенного «проходящего» и перетаскивала сюда, потом возвращала. Приходилось два раза гонять, но зато не так больно.

Когда Диана в очередной раз произнесла это слово, задумался: что же эта девочка перенесла, если профессор поменял схему контрабанды? То, что это именно тайная переброска, уже не сомневался. Но насколько же она ему дорога, похоже, талант!

- Это как Вы меня перетащили, ловко? А ведь в соседнем вагоне был! Хотя, ведь у меня тоже камушек…

- Сергей, про камушек вот что скажу: после того непонятного случая - нашей встречи в трамвае - дядя Паша запретил носить камушек «просто так», только на задание. Это на всякий случай. Раньше всегда таскала: его ведь и не чувствуешь на шнурочке. Теперь и Вам лучше не брать, если поедем в центр, тем более на метро.

- Почему, чтобы вдруг не исчезнуть куда-то?

- Вот именно - куда-то. Потому что если просто перейдёте, ничего страшного: Вы уже знаете, что и как. А если вот такое, непонятное, лучше не рисковать.

- Понятно. А где его хранить, здесь?

- Да хоть у нас, или там, где, где жить станете.

Вот это что-то новое!

Глава 32. «Обратная сторона Луны»

Диана, видимо, почувствовала моё сомнение, поэтому продолжила тему жилья:

- Ведь Вы не можете жить у нас постоянно, Валя ни о чем таком не должна догадаться, тем более дядя Сёма. И у шефа долго не загостишься, разве что день-другой.

Девушка права, со мной столько неудобств, и это всего за один день.

- Неужели снимете комнату? – в памяти всплывает прочтённое о жилищных проблемах тех лет.

- Чтобы Вы сразу себя выдали? Разумеется, отдельная квартира, ещё и со всеми удобствами!

- Разве здесь такое возможно?

- В наше время многое возможно, если есть связи или положение. Так что, переселитесь, если захотите погостить в нашем времени какое-то время. Но обо всём этом после встречи с дядей Пашей.

- А когда она произойдёт?

- Надеюсь, сегодня вечером, а пока постараюсь Вас кое-чему научить. Потому что одно дело - жить вместе с нами, другое -самостоятельно. Впрочем, и у нас дома в разговорах и поступках некоторые моменты лучше избегать.

- Думаете, у Вас получится? – не мог не улыбнуться: сейчас Диана явно кого-то копировала.

- Немножечко педагогического опыта у меня имеется, а освоить здешние бытовые реалии не так и сложно.

- Какие же: управляться с керогазом, ходить по магазинам и покупать билеты на электричку?

- Это в том числе, хотя убедилась, что Вы и сами кое-что умеете. Тем более, в новой квартире, как и у Павла Иосифовича, есть и газовая плита, и колонка. Но на людях сложнее: на первых порах придётся вести себя очень осторожно - можно забыться, что-то не то сделать или сказать.

- Думаю, что смогу научиться у Вас всему необходимому, разве что кроме бритья! А Валентина меня не раскусит?

- Она ни о чем не догадывается, но, всё же, при ней будьте аккуратнее, пока хорошенько не освоитесь. Валя не такая наивная, хотя не станет сообщать о своих подозрениях в милицию.

- Тем более, бежать далеко не надо.

- Но зачем лишний раз её смущать? Вы наверняка поняли, что у нас бывают необычные гости, когда «оттуда» появлялся новый человек, ещё без крепкой легенды. Валя привыкла, что каких-то знакомых дяди Паши надо приютить на день-два, но обычно они не очень разговорчивые.

- Не как я?

- Ну что Вы, Сергей, с Вами очень интересно! Но с другими шеф уже успевал поработать, а Вы пока целиком на мне, если честно, боюсь сделать что-то не так.

- Понятно, бдительность терять не стоит! - вспомнил ещё одно выражение из той поры!

- Вот и хорошо! Остальное Павел Иосифович Вам расскажет в Комарово.

Вроде бы это «Комарово» должно насторожить, хотя что «им» мешает разобраться со мной прямо здесь, в городе? Разве что тело на даче проще спрятать. Впрочем, с некоторой иронией вспомнив криминальные хроники моего будущего, согласился: в общем, разницы никакой. Так что возражений не нашлось.

- Поедем на электричке?

- Ну не на такси же! – девушка не сдержала улыбки.

- Надолго туда?

- Как получится. У него там хорошо, поверьте – не хуже, чем в этой квартире.

- Серьёзно, за городом, на даче?

- Так это же Комарово, академический дачный посёлок, и дом не старый, дяде Паше он по случаю достался.

Девчонка старалась развеять сомнения, но, если подумать, вполне может быть и так. Если сейчас загородные дома порой на голову превосходят обычную городскую квартиру по комфорту, то почему в элитном посёлке советских времён должно быть иначе? Разумеется, сомневался не из-за наличия удобств. Но вариантов всё равно нет: если что-то и задумали - мне деваться некуда.

- Сергей, Вы пока побудьте в столовой или пройдите в студию. Можете радио послушать - телевидение только вечером транслируют. Скоро придёт домохозяйка, а я пока посуду помою, хотя она и ругается. А мне несложно - с горячей водой даже приятно!

Диана решительно выпроводила меня из кухни. Углядел, как резиновые перчатки надевает: оно и понятно - художник! Интересно, настоящий художник или тоже бутафория? Ладно, чего гадать, всё прояснится, недолго осталось. Скорей бы, а то, оставшись наедине сам с собой, погружаюсь в сомнения, не получается воспринимать происходящее как развлечение. И не только из-за опасности застрять здесь навсегда. С этим-то, как раз, прояснилось: убедился, что не шутка, сложнее сделать выбор.

И дело не в том, сбежать сразу или провести здесь несколько дней, а то и недель. Сейчас застрял на пороге во всех смыслах. Не зайду ли так далеко, что обратной дороги не будет? Хотя, о чем это, даже если здесь что-то натворю, всегда могу уйти обратно. Да сам и по натуре не такой авантюрист, чтобы искать приключения на пятую точку. Если судить по последним событиям, вроде бы нигде не прокололся, ничего не испортил. Поэтому хватит ломать голову, пусть всё так и идёт своим чередом.

Прошёл в столовую, остановился перед радиолой. Лампы приёмника разогревались не так долго, как у телевизора, но тоже пришлось подождать. Волн вроде много, но реально только что-то на длинных можно поймать. Наткнулся на концерт лёгкой музыки, дальше крутить не стал. Приятно удивило качество: при настройке шипение и треск, но как нашёл волну – окружил тёплый, приятный звук. Что значат деревянный корпус и мощные динамики, и неважно даже, что передавали.

Но в голове всё равно сумбур: шаг за шагом вязну в этой загадочной истории и никак не могу остановиться. А почему бы и нет, что оставил в прошлой жизни? «Светлана!» – кольнуло под сердцем. Да, Света мне дорога, но почему-то думаю о ней всё реже, успокаивая себя возможностью быстрого возвращения. Зато Диана, эта хрупкая девчушка, занимает почти все остальные мысли, остающиеся после дум об открывшейся «калитке времени»…

Девушка и не скрывает, что занимается банальной «временно́й контрабандой». Несложно понять, что перемещает нечто очень маленькое, умещающееся в планшет. Вариантов немного: ничего металлического не перевезёшь, что тогда остаётся из ценного? Невольно похолодел: валюта, картины и драгоценные камни? Не наркотики же, тем более, в эти времена это ещё не такая большая проблема. Ещё можно перевозить документы, чертежи. Правда, даже по самой подробной схеме компьютер без технической базы не собрать!

Но мысли о делах снова отходят в сторону: себе врать не стоит - в голове только девушка. Диана настолько мила и естественна, что не хотелось её отпускать даже на кухню. Что со мной? Ещё не хватало всерьёз увлечься девочкой из прошлого! Кстати, сколько ей на самом деле лет, толком и не понять? Сейчас вижу её совсем в другой обстановке, и она кажется старше, чем дома, там она совсем девчонка. Как бы разобраться во всём…

Взгляд остановился на планшете Дианы, воровато оглянулся на кухню. А что если? Да, неплохо бы обследовать сумку для эскизов… Что в этом такого? Ведь она сама обещала показать рисунки! Так, успокаивая совесть, взялся за обтянутые тканью стенки. Оказалось, внутри пусто, зато есть «второе дно» - вернее, двойные боковины, сразу и не поймёшь. Похоже, там что-то перевозили: ткань местами потёрта.

Так что же это могло быть? Тут никакой фантазии хватит, но одно уже понимал: вряд ли Диана замешана в деле «втёмную». Пусть задурить голову такой наивной девушке не представляло труда, но она точно знает, что делает. И понятно, почему её охраняли и берегли: скорее всего, такие люди встречаются «один на миллион». Но, получается, и я теперь вместе с ней в одном ряду? Если так, то бояться физического воздействия у меня нет никаких оснований. Но вот всё остальное…

Звонок телефона в прихожей заставил вздрогнуть, чуть не выронил планшет. Разумеется, и не подумал подойти к аппарату – но самое время прервать мои «исследования». Приглушил звук радиолы, и вовремя: Диана, уже без перчаток, но в фартуке, появилась в дверях.

- Домработница чуть задержится, зайдёт на Светлановский рынок за огурчиками.

- У неё тоже телефон есть?

- Получить номер не такая большая проблема, сейчас повсюду АТС строят, даже у нас оставили. Раньше служебные отключали, если никто в милиции больше не работает. Но это больше из-за соседа, дядя Сёма - товарищ деятельный.

- Поможем ей с обедом?

- В этом доме каждый занимается своим делом. И шеф платит приличные деньги по здешним меркам.

- Вам тоже?

- Само собой.

- И мне, если стану с вами сотрудничать?

- Но это же работа, ничуть не хуже других. Тем более, Ваших денег надолго всё равно не хватит. И иметь постоянный доход - разве это плохо?

- Мне пока не очень просто это усвоить, мысли так и роятся.

- Это пройдёт, у самой первое время в голове словно туман стоял.

- Если честно, тоже порой будто мешком по голове стукнутый.

- Вы не стесняйтесь, после обеда поспите, днём даже Павел Иосифович отдыхает.

- Хорошо, не против.

Дверной звонок у шефа неожиданно мелодичный, по местным меркам супер модерновый, хотя музыкальный вкус не ублажит.

- Диночка, здравствуй! Ну, как гость, выспался?

- Доброе утро, Татьяна Михайловна! Даже завтраком накормила, сейчас вас познакомлю.

Встретил домработницу в столовой, в прихожую не пошёл, чтоб не ненароком не разминуться. Поздоровавшись, ненадолго замолкли, присматриваясь друг к другу. Не то чтобы сам волновался, просто не так много общался с людьми из прошлого. Тёзка по отчеству - хороший знак! Постой-ка, вроде бы Диана на что-то намекала, может, и она «не совсем обычная»?

На первый взгляд, вполне возможно: женщине под «полтинник», но выглядит моложе, даже с нынешними причёской и платьем. Впрочем, больше глаза выдают: «здешние» не так смотрят. А у неё - словно наконец нашла своё место и рада, что никто не побеспокоит? Может, и ошибаюсь, но не зря же не просто «домработница», а «домохозяйка»!

- Диночка, где гостя спать укладывала, в столовой или опять в мастерской?

- Само собой, где телевизор, Сергей же из села, ему очень интересно, - девушка заговорщицки подмигнула.

- Там же краской пахнет! Но как хотите, можно было и в кабинете, Павел Иосифович же не возражает. И диван там удобнее.

Сколько же тут диванов! Наверняка есть ещё и в спальне, разве что в ванной и в уборной нет!

- Спасибо, Татьяна Михайловна, мне и в зале понравилось!

- А с вечера бульон сварила куриный, хозяин звонил, просил позаботиться, силы подкрепить с дороги. Сейчас лапшичку сделаю, как раз к обеду!

Раз у шефа даже домработница с телефоном, получается, и жильё своё? Хотя, может, просто комната в коммуналке. Но живёт не так далеко, раз принесла бульон в обычном бидончике, как у бабушки Лизы был. Хозяйка оставила нас, пройдя на кухню, а Диана заулыбалась, словно от радости за моё новое знакомство.

- Как она Вам показалась? Вы её не бойтесь, она только на вид строгая.

- Тоже из «наших»?

Девушка кивнула: что уж тут скрывать? Невольно подумал – не может быть, что у меня так глаз намётан, просто на контрасте различаю. Интересно, что могло заставить женщину остаться в прошлом? Хотя именно у женщины причин как раз может оказаться очень много.

- Не покажете мне Ваши эскизы? – протянул руку к планшету.

- О, там ничего нет, всё в мастерской. Но раз настаиваете, пройдемте!

Оказавшись в студии, Диана направилась в огороженный угол с холстами. Если откровенно, не ожидал от неё серьёзных работ. Поначалу, действительно, перелистывая холщовую папку с эскизами, похожую на её дорожную, просто убеждался: да, действительно, девушка умеет держать в руках карандаш.

Понятно, здесь наверняка собраны самые лучшие работы в разных стилях: пейзажные наброски, городские скульптуры (вот эти точно из Летнего сада) и даже портреты. В одном узнал Валентину, правда, намного моложе, и выполнен не очень уверенно. Видимо, Диана ещё только училась.

- Вы работаете исключительно в графике?

- Почему же, в цвете тоже! – девушка, словно обиженная моими словами, решительно закрыла папку. – Правда, таких не так много.

- А что больше нравится рисовать, людей или природу?

- Стараюсь делать портреты, но пока не очень получается. Павел Иосифович уверяет, что из меня выйдет неплохой пейзажист. Но мне почему-то больше нравится изображать людей.

- Можете показать готовые портреты?

- Вот, пожалуйста, у меня в стеллаже пара секций работ маслом и акварелью.

Снова незнакомые мне лица. Но, пожалуй, неведомый шеф может и ошибаться. Портреты у Дианы получались неплохие, пусть и манера письма не совсем привычная. Но девушка очень хорошо улавливала черты лица, передающие характер изображаемого человека. Всё же круг моделей у Дианы не такой большой - некоторые повторялись. Перемещая секцию стеллажа, она случайно открыла доступ к холсту, на котором сразу узнал её, но какую!

- Это Павел Иосифович меня рисовал для плаката.

- Серьёзно?

Динка, иначе её здесь и не назвать, на этом этюде вовсе не похожа на себя обычную. Прямо комсомолка с горящим взглядом, рядом не менее восторженный юноша. На заднем плане флаги и плакаты - явно какое-то советское мероприятие.

- Дядя Паша говорит, что это обычная «халтура». Правда, за неё неплохо платят.

- И много у вас таких?

-Да, вот, пожалуйста.

Она позволила мне посмотреть ещё несколько работ. Сказать, что смотрел с интересом – значит поскромничать, и не только потому, что на некоторых из них Диана изображена в спортивной одежде. Если честно, почти незаметной на её изящной фигурке, даже возникло подозрение, что художник рисовал девушку обнажённой и только потом уже прикрыл спортивной формой. Диана заметно засмущалась, заметив моё любопытство.

- Так Вы не только ученица, но порой и натурщица?

- Да, модель-демонстратор, так и числюсь по договору. Зачем платить кому-то, если Павлу Иосифовичу удобнее работать со мной?

Ещё бы, кто же откажется рисовать обнажённую девчонку? Но тут же осадил себя за неожиданную ревность к шефу. Не об этом должен думать - какое мне дело??? Диана, наверное, почувствовала перемену настроения, поэтому вернулась к эскизам. Видимо, не зря, поскольку с удивлением увидел на некоторых из них современный мне Петербург. Вернее, не совсем современный, хотя кварталы высоток и башни вполне узнаваемы.

- Диана, что это?

- После первого возвращения была так поражена некоторыми изменениями, что попробовала по памяти изобразить увиденное. Разумеется, с учётом современной манеры письма, что-то вроде фантастических представлений о будущем Ленинграда.

- Кому-то показывали, кроме шефа?

- Да, мне сказали, что это вовсе не детская фантазия, а именно так и будет при коммунизме, тем более, недолго осталось ждать.

- Серьёзно?

- Мы с Павлом Иосифовичем посмеялись, но эскизы он решил оставить.

Диана рядом со своими работами совсем другая, уж точно не малышка. Сейчас даже не скажу, сколько сейчас ей лет – такая строгая и серьёзная. И вовсе не потому, что хочет, чтобы мне понравились рисунки. Просто это её настоящее призвание, а уж никак не скачки во времени. Не торопил её, но она сама завершила «экскурсию».

- Ну что ж, Сергей, теперь видите, какой из меня художник.

- Хотите услышать комплимент?

- Даже и капельки не думала! - девушка обиженно посмотрела на меня.

– Вы не очень большого мнения о своих способностях. А мне кажется, что Вы очень талантливы.

- Павел Иосифович тоже всё время так говорит, но я постоянно сомневаюсь.

- Почему же, Вам трудно даётся рисование?

- Нет, наоборот, никак не могу привыкнуть, что это так просто. Просто взять и обвести на бумаге карандашом или кистью то, что видишь. У меня и в школьном кружке легко получалось.

- Так надо только радоваться!

- Может быть, но мне боязно, что когда-то это просто кончится, и не смогу больше рисовать. Нас учили, что без труда на одном таланте далеко не уйдёшь.

- Но и талант нельзя исключать. Вы зря так о себе думаете. Мне очень понравились и эскизы, и картины.

Чуть не добавил: «Особенно те, где Вы выступаете моделью!» Но благоразумно сдержался, ни к чему смущать девушку. Догадываюсь, несмотря на то, что она талантливый художник, во всём остальном - ещё наивная девчонка, несмотря на возраст. Уже забыл, когда таких встречал, разве что в школе класса до восьмого, а то и раньше.

Ну что же, немного стало понятно поведение Дианы: она вовсе не рисуется передо мной, действительно такая открытая и беззащитная. Может, все талантливые люди такие, но легче мне от этого не стало.

- Я всё положу на место, побудьте пока в столовой!

Вернулся один в уже ставшую привычной комнату. Смотрю в окно на уже знакомый двор – ничем не примечательная повседневная жизнь словно говорила: «Какая разница, в каком ты времени, главное – не потерять себя!» Но как это сделать? Ведь самое сложное - поверить в то, что в прошлом всё идёт точно так же, как и в будущем, то есть в моём настоящем. Что стрелки часов передвигаются, отсчитывая время, что на улице солнце или моросит дождь, шумит ветер, во дворе галдят дети, а по улице приезжают машины. Всё так же, как и в моё время, и так же от меня ничего не зависит.

Неужели рисунки Дианы так подействовали? Недавнее спокойствие снова улетучилось. Вроде бы добился, чего хотел, шёл на риск, не зная, чем всё кончится. Теперь-то знаю, но вот это знание меня и беспокоит. Понимаю, что возможность перемещения во времени — это невероятно. И одновременно не понимаю, что с этой невероятностью делать, завис в такой же неопределённости. А ведь надеялся что-то поменять в своей жизни, найдя Диану.

И вот рядом с ней, похоже, даже подружились, но что дальше? Продолжить общение с Дианой и тётей Валей, дождаться встречи с неведомым Павлом Иосифовичем. И что это даст? Поговорим, объяснит, в чем дело? Может быть, всё пойму, может быть, нет. Может, все секреты раскроют, а может, это всего лишь ловушка и вместо профессора встретит специальная бригада и увезёт в такое же, не менее специальное, заведение.

Или люди с неприметными лицами станут допытывать, кто такой, не являюсь ли шпионом во времени, посланным вражеской разведкой. Что-то плохо помню историю, но вроде в шестидесятые годы ничего подобного не происходило. Случались шпионские скандалы, но о таком, как со мной, вряд ли кто напишет. С другой стороны, что с меня взять? Ах да, у меня же здешние документы, ещё вопросы…

Нет, так нельзя! Скорее бы уехать в Комарово, ожидание изводит больше опасности. Никакой я не шпион, а без документов не прожить, имея в виду нормальную жизнь. Понятно, если прятаться в квартире, можно не выходить на улицу хоть месяц, просто в окошко смотреть, пока денег хватит. Но смысл тогда во всём произошедшем? Уж лучше дома смотреть по телевизору старые документальные фильмы. Ну да, только ветер в лицо дуть не будет и брызги моросящего дождя не ощутить. Может, больше не заморачиваться, дождаться встречи с профессором? Там что-то объяснится, потом уже придётся решать.

Тем временем из кухни донеслись вкусные запахи. В час дня я был приглашён в зал, где нас накормили ароматной куриной лапшой и не менее потрясающим бифштексом с жареной картофельной соломкой, яйцом и теми самыми солёными огурчиками с рынка. От предложенной рюмочки отказался, за что получил на десерт клюквенный кисель! И когда домохозяйка всё успела?

- Диана, мы скоро поедем?

- Да, уже пора, сейчас народу не так много, это утром и ближе к пяти часам на «Светлану» и обратно едут.

- На станцию пешком?

- Лучше на трамвае, чтобы Вам не очень отсвечивать.

- Снова в макинтоше дяди Сёмы? Неужели куртка настолько не подходит?

- Нет, она симпатичная, но слишком модно выглядит. У нас так в будни не ходят.

- И что, милиция заинтересуется?

- Милиции нет, хулиганы могут. Пусть Удельная не рабочая окраина, но «стиляг» и здесь не очень любят.

- Диана, разве я похож на такого?

- Да, возраст у Вас немножко не тот, но лучше не рисковать.

- Тогда, может, подберём мне здешнее пальто?

- Сергей, у нас выбор не очень большой, даже в новом универмаге.

- Тогда где поищем?

- Там, где всё имеется.

- У спекулянтов?

- Вот видите, и некоторые наши термины знаете! - Диана улыбнулась, не скрывая иронии.

- Даже помню - в вашем времени их называют «фарцовщики».

- Примерно так и есть. Только пойдём не в «Апраксин двор», а в другое место.

- А вдруг я засланный сотрудник ОБХСС? - вспомнил ещё одно слово из этой эпохи.

- Вот тогда наверняка встретили бы меня в модном костюме и красивом плаще, - она снова улыбнулась.

Тем временем домохозяйка начала квартирную уборку, поскольку сегодня пятница. Без удивления услышал гул пылесоса и ворчание электрополотёра, прогресс есть прогресс! Тем более, нам задерживаться нет причин!

Глава 33. «Я уеду в Комарово!»

Соседский макинтош пригодился не только для маскировки. Красный спиртовой столбик на термометре за окном даже к обеду не дотянул и до десяти градусов, поэтому и куртка, и джемпер не помешали. Диана тоже оделась потеплее: всё же дорога за город, а как сквозит в вагоне поезда, помню по первому дню. Ещё и зонтик прихватили, похоже, профессорский, судя по габаритам. Зато на двоих хватит; если что, предосторожность не лишняя. Всё же и сам пусть не коренной, но петербуржец.

- В другое время нас бы отвёз шофёр Павла Иосифовича, но он тоже в отпуске.

- Ого, а что шеф сам не водит? Или водитель для престижа?

- Какой престиж, обычный «Москвич-407». Здесь темп жизни иной, есть общественный транспорт, пусть и не такой совершенный.

- Неужели люди никуда не торопятся?

- Это Вы ещё не видели набитые автобусы и трамваи, переполненные электрички после смены. Но дяде Паше порой приходится выезжать в места, откуда «сухим» не уедешь, вот водитель и нужен. Не говоря про рабочие поездки и доставку продуктов на дачу.

- Может, нам стоит что-то привезти с собой?

- Да, заскочим в гастроном и, если не сложно, прихватите портфель в студии. Нам совсем немного везти, и там не очень далеко от станции.

Путешествие началось с визита в гастроном, но вчерашнего многократного хождения не случилось. Диана сразу привела в «стол заказов». Видимо, её тут хорошо знали, потому что никаких документов не спрашивали. Девушка расплатилась за подготовленные продукты, и расписалась на бланке с перфорацией, так ненароком узнал фамилию профессора – Шаталов. По мне, так нести не слишком много: этих деликатесов в баночках нам Мишкой, к примеру, на разок закусить. Но уже догадывался, почему пришлось взять портфель, и почему остальные ленинградцы ходили с сетками-«авоськами».

- Не хотите мороженого, Диана? Оно здесь такое вкусное!

- Нам ведь на трамвай! Может, сразу проедем до «Скобы», ну, до Скобелевского, и зайдём в «Круглый»?

- Вам лучше знать! А почему поедем не с Ланской?

- Так понравился маршрут? - Диана улыбнулась. - С Удельной проще отправляться: не надо бегать через пути за билетами. И потом, рядом с Ланской негде мороженое купить!

- Хорошо, доверюсь вам.

Уже привычный маршрут от будущей площади по проспекту: сели в первый же трамвай, не глядя на номер. Ещё один сюрприз – вагон оказался без кондуктора, с кассой самообслуживания! Смешно, но как приятно заплатить за два билетика, словно везу девушку на свидание. Вот уже и знакомый дом, следующая остановка - наша. Уже иначе воспринимаю и улицы, и людей, притёрся, что ли?

Перебежали перекрёсток Скобелевского и Ярославского, но Диана потянула за рукав, не доходя до дверей «Продовольственного». Показала на деревянный павильончик тира перед вчерашней парикмахерской.

- А здесь у нас снимали «Максима Перепелицу»!

- Так это вроде украинское кино?

- Не знаю, но стояли кинофургоны, светили прожекторы, и везде написано «Ленфильм».

- И артистов видели?

- Их особенно не разглядывала.

- А почему вдруг вспомнили?

- Сама не знаю, мама тогда уже тяжело болела, я девятый заканчивала, вот и врезалось в память… Вчера просто волновалась, как с Вами получится?

- Значит, сегодня не волнуетесь?

- Что Вы, Сергей, пока не дали ни одного повода!

В уже знакомом «круглом» магазине взял два пломбира, впервые угостив свою новую знакомую. И правда, почти свидание! Осталось только в кино сводить, тем более, далеко ходить не надо: и киноафиша на углу вытянутой деревянной «одноэтажки», и сам маленький кинотеатр за ней виднеется, вроде бы «Уран» называется. А сам время от времени, стараясь делать это незаметно, поглядывал по сторонам: вдруг Маруся снова попадётся? Но сегодня знакомых Диана не встретила, вообще народу не очень много: кто-то работает, кто-то учится, а мамашам с детьми ещё не время.

Но тут же поругал себя за мороженое: есть на ходу, как уже заметил, в это время не принято, да и с портфелем в руке неудобно. Пришлось пройти чуть подальше по Ярославскому, в садик со скамейками. Тем более времени у нас достаточно. Невольно загляделся, как девушка смотрит на запястье. Она поймала мой взгляд, но поняла неверно, успокоив:

- Через Комарово идёт достаточно поездов, успеем.

- Диана, скажите, а на переходе часы не носите, дома оставляете?

- Почему же, без них никак, по крайней мере, «туда». Правда, часики пропадают, поэтому каждый раз новые.

- Это дорого?

- Самые дешёвые, «Заря», чуть больше «двадцатки». У дяди Паши целая коробка одинаковых.

- Оптом брал?

Вроде в шутку сказал, но Диана ответила неожиданно серьёзно:

- Что Вы, здесь так нельзя, если ты не магазин или хотя бы артель! Да и странно «доставать из-под полы», если полно часовых магазинов. Вот мы вместе и ездили по городу, накупили одинаковых, ещё чтобы Валя не спрашивала лишний раз.

- Мне тоже выдадут для перехода?

- Разумеется, несколько «Ракет» так и лежат у шефа от прошлого курьера.

- А на «той» стороне?

- Там стесняться некого, обычно покупаю в «Гостином» - выбор большой. Но тоже обязательно на металлическом браслете, чтобы всё вместе исчезало. Не думать потом, куда попадут кожаные и пластиковые остатки.

- Символично, часы - жертвы времени…

- Когда в первый раз проскочила, ещё и мамины часики потеряла, тогда и не поняла, что они просто растворились… И ремешок затерялся… «Звезда», не такие симпатичные, но их ей папа подарил, как раз война только завершилась.

- Извините, Диана, что задел такую тему. Впрочем, я и сам сирота.

- Как же так?

- Отца и не помню, а мама погибла в катастрофе. Я тогда только в универ поступил…

- Но у меня хоть Валечка и дядя Сёма оставались.

- У меня - отчим, но он снова женился. Да и я сам давно взрослый…

Мы оба замолчали, уже пожалел, что зашёл такой разговор. Хорошо, мороженое уже доели, иначе точно бы выронили на колени. Девушка повернулась ко мне, взгляд непривычный, совсем не девчачий. Наверное, он и подтолкнул задать ещё один вопрос:

- Диана, скажите, пожалуйста, сейчас многое стало яснее. И всё равно потрясён: как же Вы это выдерживаете?

- Я привыкла.

- Нет, не физически, не к переходам и откатам, а к тому, что владеете такой тайной и никому не можете сказать?

- Какая же это тайна?

Ответ неожиданно разозлил: она что, извиняюсь, действительно недоразвитая? За такое любой правитель триллионы бы отдал! Но постарался виду не подать.

- Что тут такого? Ну да, есть стена, есть переход, есть люди, которые могут переходить. Шеф просто организовал и пользуется, никому вреда не приносим.

- А если об этом узнают?

- Кто?

- Те, кому не положено знать.

- Даже не хочу об этом думать - не расстреляют же нас! Ну, не будет больше перехода - обойдусь тем, что есть.

- Вам нравится «там»?

- «Там» по-другому, есть что-то хорошее, но мне у нас больше нравится, в «том» времени не собираюсь оставаться. Но нам уже пора на поезд, время подходит.

Под фырканье, шипение и свистки невидимого паровоза подошли к станции. Ещё в прошлый раз, когда шли к профессору на квартиру, обратил на неё внимание. Сейчас, когда угловатая громада метрополитена ещё не подавляет, старой здание выглядит солидно, как настоящий вокзал: два высоких этажа, да ещё и гранитный цоколь. Правда, вокруг пусто и неуютно. Пусть середина весны, и зелени ещё толком нет, но благоустройство здесь точно не помешает. Впрочем, вроде бы и в моё время эти места особой изысканностью не славились. Тем более, что со стороны города его толком и не видел: со студенческих лет сюда не забрасывало. Да и что было смотреть, кроме станции метро в окружении ларьков? А в нечастых поездках на поезде в этом направлении в окно особо не глядел: или собеседница занимала, или смартфон.

С улицы здание больше похоже на жилое, на что намекают изящные полукруглые балкончики на боковых башенках. Прямо какой-то особняк в лучших традициях Петербурга. Разумеется, нет никакой рекламы, тем более ларьков, разве что с правой стороны телефонные будки. Но вот ни «мороженщиков», ни «газировщиц» не видать. Оно и понятно: станция пригородная, и ещё не лето. Это вам не Финляндский вокзал.

Поднимаемся по гранитным ступеням широкой лестницы под навесом. Диана, словно прочитав мои мысли, поведала, что отсюда Ленин уехал в Финляндию летом семнадцатого года. Ничего такого из школьной истории и не помню, учился ведь уже не в СССР. С другой стороны, забавно: не один я по этим ступеням шагаю в неизвестность.

Внутри, после улицы, кажется тепло, хотя отопление вроде бы отключено. Или здесь тоже печки? Дымком попахивало. Внутри весьма скромно, несмотря на дорические колонны посередине зала. Окна под потолком, почти как на Финляндском, естественного света хватает, но и круглые плафоны включены. Странное смешение ещё дореволюционного стиля и советского минимализма. Здесь и кассовый зал, и можно на скамейках переждать, особенно в такую погоду. Но нам только билеты купить, у окошка кассы вообще никого. В этот раз Диана оплачивает билеты за двоих, с улыбкой отталкивая мою мятую «рублёвку». Не стал спорить – всё же, не на свидание её везу.

Большие круглые часы на стене и расписание подсказывают: пора на перрон. Диана кивает, и мы снова шагаем по ступенькам, теперь вниз, под большой навес на платформу. Уже привыкаю, что здесь всё выглядит намного проще, хотя и не кажется отсталым или несовершенным. Вот и здесь высокие бетонные платформы в обоих направлениях и уже знакомые решетчатые мачты контактной сети.

Забавные фонарные столбы, в «моём» Петербурге такие снова в моде, никакой утилитарности: большие шары плафонов на вычурных укосинах. Фонари, наверное, самое главное отличие от нынешней станции. Впрочем, нет, не только: столбики ограды с шишечками, между ними занятное переплетение чугунной решётки. Не сразу и поймёшь узор: грани щитов словно заходят друг на друга. Умели же прежде делать красиво даже самые обычные вещи! Надо отдать должное фасаду Удельнинского вокзала: раньше никогда особо не смотрел наверх. И правда, прямо какой-то замок, а не железнодорожное сооружение.

Зато напротив, через пути, смотреть просто не на что. Как и на Ланской, чётная и нечётная платформы разведены: посадка на Ленинград справа от переезда. Заброшенный на вид садик и раскиданные двухэтажные частные дома за ним представляют довольно неприглядное зрелище. Низкие облака плыли чуть не по кромкам решетчатых мачт, поневоле притягивая взгляд к железнодорожному хозяйству. Это прежде мог считать рельсы архаикой и уходящей эпохой, здесь - это основа коммуникаций.

Вот и на Удельной не просто остановка электрички. Слева несколько путей и стрелки, там как раз и бегает небольшой локомотив. Пыхтит паровоз, пуская пар, - это точно он будил по ночам. Почему-то шум со всех сторон и разноцветные огоньки выходных и маневровых светофоров прибавили бодрости. Чему удивляться? Какое бы ни было время - жизнь продолжается. Надо делом заниматься и не стонать.

Впрочем, долго наблюдать станционную жизнь не получилось: справа переезд уже закрыт. Щёлкают входные стрелки, слышен пронзительный свисток, и вдали показался зелёный брусок электрички на фоне выгоревших коричневых грузовых вагонов и платформ. Привычно вглядываюсь в окна: где поменьше народа? Но Диана уверенно ведёт к головному вагону. Тем более, и пассажиров на перроне к зеленогорской электричке не так много. Спокойно заняли свободный ряд, никто не мешал, уселись у окна, друг напротив друга.

В вагоне по сторонам особенно не осматривался, но всё же отметил, что «дачников», вроде нас, не заметно. Да и какие дачники – ещё апрель. Хотя в моё время люди уже активно начинают весенний сезон. Сейчас такой массовой моды ещё нет, да и дача, похоже, пока понятие элитарное, разумеется, с учётом реалий Советского Союза. Поэтому народ в основном рабочего вида, даже шляп не видно - одни кепки. Но мужиков мало, больше женщины, в основном в платочках или косынках. Многие с эмалированными и алюминиевыми бидончиками и почти все с сумками, причём явно пустыми.

Дорога до Комарова не дальняя - меньше часа, к нам так никто и не подсел. Пусть рядом с нами соседей немного, но откровенно не поболтаешь: обменивались безобидными фразами, а больше молчал. Разве что при виде Суздальских озёр Диана оживилась.

- Вот и Озерки – летом сюда купаться ездим!

- Тоже на поезде?

- Что Вы, Сергей, на велосипедах или на трамвае.

Конечно, не только о купании хотелось расспросить, но по недолгой дороге на станцию что-то не сообразил, а сейчас ни к чему привлекать внимание. Зато совсем другими глазами теперь воспринимал старые станционные здания: Озерки, Шувалово, Парголово. Прежде никогда не задумывался, насколько же красиво смотрятся обычные вокзальные сооружения, когда их не загораживает реклама и прочая коммерция. Впрочем, реклама уже встречалась, но весьма наивная, и в глаза не бросалась.

Новостроек за окнами не видно, зато сколько домов старой, если не старинной, архитектуры. Что-то узнавал, что-то уже бесследно исчезло, и не только из памяти. Пригородные станции, вроде бы, те же самые, но намного беднее; на многих стоят простые деревянные павильончики. Часто встречаются домики путевых обходчиков, или их в моё время уже нет? Никаких коттеджных посёлков вдоль дороги, разумеется, и больших автомагистралей таких не видно – хорошо, если двухполосная «шоссейка». Уже не удивляют неказистые домишки, но следов войны не заметно, и то хорошо. Если встречается переезд, то чаще без машин, зато с обязательной будкой и дежурным с флажком в руке.

Хорошо, что послушал Диану: погода совсем неважная. Пальто поверх курточки не вызывает вопросов, и кепка тоже не помешала. Диана в давешнем пальтишке и беретике, сегодня могу смотреть на неё без опасения раскрыться. Но теперь вижу её иначе, несмотря на недолгое знакомство. Пусть она кажется странноватой, порой даже отстранённой, всё равно в ней ощущается ребячливая непосредственность. И в то же время она словно хранит тайну, которой не хочет касаться.

Ну, мало ли, чем это вызвано. Она же войну пережила, хоть и была маленькой. Родителей лишилась, с чего особо веселиться? Тот взрыв энтузиазма в первый вечер – может, бокал «Улыбки» тому причиной? Не наливать же каждый раз, когда хочу увидеть её настоящее чувство. Что гадать: поговорим с шефом - тогда станет ясно, по крайней мере, надеюсь на это.

Пока постарался сложить то, что услышал. Дядя Паша работает художником-портретистом и весьма популярен среди ленинградских предприятий. Поэтому у него и высокий официальный заработок, и популярность. По крайней мере, живёт, судя по квартире, как тогда говорили – «на всю катушку»! И откуда такие слова вспоминаются, неужели от бабушки? Ну, а как ещё сказать, если имеет дачу, машину, содержит водителя, домработницу да ещё и Диану как натурщицу и секретаря…

- А Татьяна Михайловна не скучает? – вроде совсем невинная со стороны фраза.

- Не думаю, у неё ведь «там» никого нет.

- А у Дяди Паши есть кто из родных?

- Нет. Его отец погиб на «той» стороне, подробности не выспрашивала. О детях тоже не упоминал ни разу. А сам он на войне был, но не воевал - служил где-то на юге. Как-то честно признался, что медаль «За победу над Германией» - единственная его боевая награда, всё остальное - карандашом и кистью.

- Как интересно говорит!

- А он вообще очень интересный человек, скоро сами убедитесь!

- И давно у него дача в Комарово?

- Уже при мне приобрёл, вместе ездили смотреть.

Это «вместе» снова резануло по сердцу, пусть и говорил себе прежде, что не моё это дело - отношения двух взрослых людей. Пусть девушка и произносила это, абсолютно не задумываясь об ином смысле своих слов. Тут же обругал себя последними словами: с этой лирикой чуть не упустил главное - первую зацепку к недавнему невесёлому разговору! Ну-ка, стоп, задний ход: что там про семью и детей? Ведь и мы с Дианой сироты, и домработница с профессором? Да ещё и бездетные…

Пока занимал голову рассуждениями, Диана так же безмятежно перевела разговор в другое русло, ненароком сбив мои мысли:

- Вообще Комарово раньше называлось по-фински Келломяки, почти как наши Коломяги. Вы это, наверное, знаете?

- Да, Диана, где-то слышал, но никогда не задумывался.

- Между прочим, в Коломягах есть детская железная дорога – «Малая Октябрьская». Хотите, покатаемся?

- Мы вроде не дети!

- Там и взрослым можно. Но уж если застесняетесь, можно кого-нибудь из соседских малышей взять, будут рады.

-Думаете, у нас найдётся время на такие развлечения?

- Ой, извините, Сергей…

Несложно догадаться, почему девушка не стала договаривать: сам постоянно только об этом и думаю. В конце концов, мне же интересно, во что всё это выльется. Да и чем рискую, даже если останусь здесь надолго? С чего вдруг такие мысли? Не потому ли, что о Светлане второй день не вспоминаю?

Нет, никакого беспокойства: если правильно понял, мы с Дианой единственные перешедшие в этот «сеанс», и «там» для меня всё застыло. И до следующего перехода кого-то из этой компании могу «гулять смело». Вот как только они снова перейдут, время «там» сдвинется с места и начнёт течь точно так же, как и здесь для меня. Так что заодно у дяди Паши и узнаю, сколько здесь могу пробыть.

Почему-то размечтался, а не провести ли здесь всё лето, раз время теперь ничего не значит? Посмотреть, как люди жили, работали, отдыхали. Денег, правда, не хватит, но вдруг получится заработать? Правда, с моими «документами» на работу не устроиться. Знать бы, скупил бы все «хрущёвские рубли» подходящего времени! Ладно, мечты мечтами, а пока еду с милой девчонкой в электричке на встречу с неведомым шефом.

Тем более, уже и Репино, скоро подъезжаем. Подхватываю увесистый портфель и снова слышу скрип раздвижных дверей тамбура. Электричка замедляет ход, за окном проскакивают две забавные башенки, оживляющие невзрачный пейзаж. Они вроде шахматных ладей, только гранёные, а не круглые; в «моём» времени их уже точно не было. В одиночестве выходим по платформу, не считая пары пассажиров из соседнего вагона.

Зябко поёжился: за городом прохлада ощущается острее, особенно после поезда. Электричка просвистела дальше, а мне хочется и здесь оглядеться, тем более, что Диана не торопит. Не считая вокзала, станция Комарово отличалась от Удельной разве что размерами: такие же железобетонные платформы и те же самые решётки. Впрочем, это заметил и на предыдущих остановках: и в это время РЖД (или, вроде, сейчас это МПС?) старается экономить и строить по типовым проектам.

На чётной, ленинградской стороне – зелёный станционный домик, как в Репино, только здесь он сразу напротив платформы. Такие же колонны и печные трубы: точно не декоративные - касса не только летом работает, а теплоцентрали здесь не заметно. Запах угольного дымка это подтверждает, впрочем, он тут отовсюду. По обе стороны от кассы - деревянные павильоны (само собой, зелёные) с деревянными резными лавочками. За ними торчали чахлые деревца, в дополнение к расставленным повсюду гипсовым вазонам, пока без цветов.

Сейчас посёлок с перрона кажется пустынным и невзрачным – явно скучает по летнему сезону. По привокзальной площади раскиданы дома, магазинчик, даже учебная пожарная башня с вывешенными для просушки брезентовыми рукавами. Сказать, что воспринимаю увиденное как «ретро» не скажу: настолько всё кажется естественным. Встречающих - никого, да и обратного поезда ещё никто не ждёт. Неудивительно: не зимний сезон и не лето, а понятие «дача» в этом времени сильно отличается от «моего», не говоря уж про более раннее, «перестроечное», которое застал в раннем детстве.

Всё же Диана тянет за рукав и кивает в сторону залива. Минуем пустые перронные скамейки, проходим указателя «на Зеленогорск». Придерживаю девушку, спускаясь по лесенке, так и идём по уложенным шпалам переезда. Снова украдкой поглядываю по сторонам, теперь с мыслью: всё же вдруг за нами следят?

Может, это не просто прогулка: «вывезли», чтобы на меня посмотрели со стороны люди, устроившие всё это дело? Ведь не мог же дядя Паша один такую работу на себе тащить? Тем более, судя по всему, сам шеф не очень молодой. Правда, выбор всё равно невелик, а сидеть дома и слушать радио - не самое весёлое занятие. Вот и вспоминаю виденное в кино, но, похоже, получается не очень ловко. Даже Диана заметила.

- Как-то шеф сказал, что если за нами следят профессионалы, то мы ничего не заметим. А если заметим, значит, кто-то хочет, чтобы это произошло.

- Видимо, у него есть определённый опыт?

- Не знаю, не задумывалась.

- Но вас ведь подстраховывают! Видел, когда мы с Вами встретились.

- Это больше технически, чтобы груз туда-сюда не гонять.

Про «филёра», кстати, ещё ни разу не говорили, и сейчас не стал продолжать разговор. Если потребуется, скажут, а нет - так до него мне и дела нет, по большому счету. В остальном, пожалуй, девушка права, тем более, и близко никто не подходит. Старательно гашу внезапно возникшую настороженность. Хорошо, что спутница не обижается на мои «нервяки».

Тем временем пересекаем улицу Лейтенантов, идём по Морской, затем сворачиваем на Курортную. Здесь абсолютно не ориентируясь, иду, доверяясь девчонке. Летом, когда вокруг зелено, наверняка не разглядеть дачных домиков, а пока всё, как на ладони. Никаких глухих заборов и закрытых территорий – низкие заборчики и штакетник, а то и просто так. И ещё не заметил телевизионных антенн, так привычных по Удельной.

Собачьего лая не слышно, похоже, собаками мало кто здесь увлекается. Правда, и петушиного пения не слышно, в отличие от наших прогулок по Удельной. Здесь действительно дачная местность, не деревенская, даже навозом ниоткуда не пахнет. По дороге не встретилась ни одна машина. Если бы не аромат печных труб, и не скажешь, что здесь живут люди.

Сами дома, по моим меркам, довольно скромные, хотя и затейливой архитектуры. Ни один не повторяется, многие - в два этажа, но деревянные; каменных не замечаю. Трудно сказать, насколько здесь всё поменялось: никогда в самом Комарово бывать не доводилось. Как-то корпоративно выезжали сюда «на залив», ещё с прежней работы, но, если честно, ничего не помню, тем более посёлок. Но почему-то сравнивать нет желания: иду по песчаной дорожке, наслаждаясь весенним приморским воздухом. Не хочется ни о чём думать, даже о предстоящей встрече с шефом.

Правда, сейчас понимаю, почему. Сам не заметил, что так и не выпустил руку Дианы из своей. Как взялись на переезде, так и идём. Девушка словно не замечает, а мне жаль спугнуть это ощущение теплоты и невинности. Но даже в мелочах не хочу злоупотреблять доверием этой девчонки. Её наивность притягивает и одновременно настораживает. Боюсь сделать что-то не так, обидеть человека, искренне желающего мне только хорошего. В этом уже не сомневаюсь.

Но Диана сама прекратила «лесную идиллию», когда дошли до очередного номерного Дачного переулка. Похоже, это и есть участок шефа, с сожалением отпустил тёплую девичью ладошку. За низким штакетником, в глубине садика, за расчищенной дорожкой - зелёный домик в два этажа с верандой. Довольно скромный, ничего выдающегося, но на вид на каждом этаже минимум пара комнат, если не больше. От тишины аж в ушахзвенит.

- Нам позвонить или постучаться?

- Зачем? Проходите прямо так.

Девушка толкнула калитку, краем глаза успел заметить метнувшуюся серую тень.

Глава 34. Момент истины или новые страницы?

- Барся, Барся, кыс-кыс-кыс, это мы, не бойся!

Из-за куста показалась настороженная серая усатая мордочка.

- Барся? А почему так?

- Когда котёночек приблудился, поначалу думали, что это котик, вот назвали Барсиком. Когда он подрос, оказалось - кошка. Как же ещё называть? Смотрите сами.

Ну да, обычная серая, полосатая, словно шпротина, кошечка. Аккуратная, не маленькая, не большая. Похоже, уже рожала: животик обвисший.

- Она давно здесь живёт?

- Не очень, она уже при дяде Паше появилась. К Вам тоже привыкнет.

Кошка осторожно поводила ушами, переводя взгляд то на меня, то на девушку. Потянулась мордочкой с розовым носом, принюхиваясь к новому запаху. Потом подошла к Диане, стоя чуть впереди меня, ткнулась в протянутую ладонь.

- И ничего тебе не принесла сегодня, кисонька. С этим заказом не подумала в гастрономе колбаски купить.

- А что, она тут мышей не ловит?

- Ловит, конечно, только, может, ещё не сезон?

- Что, Барся, пропустишь нас? – постарался приластиться к кошатке.

Кошка косо глянула на меня, словно убедил её этими словами, задрав хвост, пошла дальше по обрамленной кустиками дорожке.

- Ну и ладно, Барся, как хочешь! - уже Динка засмеялась на нас. - Не обижайтесь, Сергей, попозже сама на руки залезет. Любите кошек?

- Как сказать… Дома никогда не держали, зато у знакомых в гостях всегда привечал. Прежде за границей доводилось отдыхать, так там везде кошки, куда ни плюнь.

- А мне «там» за границу не попасть, да и на курорты тоже.

- Потому, что нет документов?

- Документы есть, но они не для того, чтобы их засвечивать. А без паспорта ни на поезд, ни на самолёт...

- А на машине? Ведь полно мест, где можно даже без паспорта устроиться.

- Конечно, но это надо, чтобы кто-то тебя отвёз.

А ведь мог бы сгонять с ней летом в Крым! Но отогнал такую мысль, слишком рано отдыхать собрался, не разобравшись в своей роли во всей этой истории. Кошка кошкой, но больше занимала предстоящая встреча с шефом.

С каждым шагом к крыльцу я чувствовал, как нарастает напряжение, хотя обстановка вокруг, казалось бы, должна успокаивать. Сейчас участок выглядел не очень привлекательно, но летом, наверняка, утопает в зелени. Краем глаза в глубине двора зацепил беседку и даже забавные грядки, огороженные досками. Ну что ж, дача так дача. Интересно, а где здесь машина стоит? Площадки не заметил, может, за домом?

Сама дача со двора оказалась и не такой уж и маленькой, понятно, конечно, что не как нынешние дворцы-коттеджи. Вся деревянная, но обшита, как бы сейчас сказали, «евровагонкой», и крыша под железом. Целых четыре окошка по фасаду, одно сбоку, перед верандой, как раз перед крыльцом. На крыше веранды устроена небольшая комнатка, остеклённая с трёх сторон. Рамы не как сейчас, со сплошными стёклами, а с изящными переплётами. Вроде бы называется мезонин, если не путаю; наверняка там студия!

Мансарда с большим окном, точно не чердак. Правда, свет за стёклами ещё не заметен, так и не время. Телевизионной антенны на крыше тоже не заметил, да и что мне этот телевизор, когда вокруг такое кино? Из трубы тянется дымок, и неожиданно такая мелочь успокаивает.

- Уютный домик! - пытаюсь хоть ненадолго отсрочить необходимость подняться по трём ступенькам.

- Да, мне тоже здесь очень нравится, даже лучше, чем в Ленинграде. Жалко, нельзя здесь всё время жить.

- Профессор сейчас один?

- У него здесь тоже помощница, но она приходит только готовить и прибраться. Ну и, когда он уезжает зимой, печь топит. Но обычно в это время её уже нет – готовит ужин и уходит.

- А где она живёт?

- В посёлке.

- И она…

- Нет-нет, она местная. Всё лучше, чем в колхозе, и пенсию заработает. Прежде у кого-то из знаменитостей служила, но того не стало, вот соседи и подсказали. Хотя Павел Иосифович не очень со здешними общается. Да, Сергей, ещё вот что: в самом доме лучше ни о чём серьёзном не разговаривать, если шеф сам не спросит.

- Опасается прослушки?

- У него же здесь телефон, всякое может быть, поэтому просто передадите привет от председателя и представитесь.

- Принято, Диана!

- Ну что ж, Сергей, заходите, нас наверняка уже заметили.

- А кошка с нами пойдёт?

- Это уж как ей заблагорассудится.

Диана улыбалась, видимо, понимала моё смущение, и я был благодарен, что она проявляла терпение. Ещё раз вдохнул мягкий сосновый воздух и наконец решился.

- Что ж, пойдёмте.

- Тут днём не запирают, - Диана пропустила меня вперёд.

Первый сюрприз - включился свет. Неужели установлены датчики движения? Девушка не могла не заметить моё удивление:

- Это Анатоль, наш водитель, придумал. Он в доме электрику переделал. Когда дверь открываешь - включается свет. Ещё раз - выключается. И если внутрь зайдёшь - то же самое.

- Здорово он сообразил.

- Он много чего придумал. А здесь можно галоши оставить!

И точно, обувная подставка, а рядом с ней две пары галош.

- Вы не улыбайтесь, это очень удобно, пусть и не модно.

Кроме галош я заметил резиновые сапоги: побольше и поменьше. Маленькие - точно для Дианы. Не такие красивые, как сейчас, но в дождь не красота важна. Столик со стульями у окна подсказывают – летом здесь чаираспивают. Хотя, для чего же тогда беседка в глубине двора?

- Мне разуваться?

- На первом этаже обычно не принято. Сам Павел Иосифович здесь на улицу галоши надевает. Вы же ботинки и о скребок потёрли, и о коврик. Да и в тапочках сейчас холодно, дом без подвала. Зимой так в валеночках удобно. Проходите так, потом подмету.

На веранде прохладно. Когда захотел снять пальто, девушка остановила. Как только открыла обитую по-деревенски входную дверь, лицом сразу ощутил приятное тепло натопленной печи, хотя это всего лишь прихожая.

- Дядя Паша, это мы! – произнесла Диана нарочито бодрым голосом, - сейчас разденемся и пройдём.

Тут же лестница на второй этаж: не винтовая, а обычная, углом. Курточку, тоже по совету девушки, не снимал – успеется. Из прихожей дверь ведёт сразу в столовую, если судить по большому столу в окружении гнутых стульев и буфету. Светлая, весёлая, стены кремовые – приятно будет здесь поужинать. Дальше дверь, скорее всего, на кухню, напротив окон – ещё одна, в другую половину первого этажа. Оказалось, это кабинет, ожидаемо снова «в зелёных тонах».

- Раз видеть вас, мои друзья!

Вот и таинственный Павел Иосифович! Диана уже не раз называла своего шефа профессором, поэтому некоторым образом готов к встрече. Вот только созданный мною образ не совпал с явью - во многом ошибался. На профессора этот невысокий человек с залысинами и в очках похож не слишком. Гораздо больше смахивал на учителя из старых советских фильмов или, на худой конец, на директора школы! Впрочем, какое мне дело - пусть будет профессором…

Одет в тёплую домашнюю куртку с кушаком поверх рубашки и с мягким галстуком-бантом, на ногах – явно недешёвые туфли. На лице ни удивления, ни других необычных признаков не заметно. Приятная улыбка, как будто он по-настоящему рад моему прибытию. Хотя, кто его знает, какие у него планы на мой счёт? Придётся подождать, может быть, скоро узнаю. А пока оставил воодушевлённо произношу, словно пароль:

- Здравствуйте, Павел Иосифович! Вам большой привет от нашего председателя!

- Добрый вечер, с прибытием! Как Василий Петрович поживает? – голос негромкий, бархатный, но не барский.

- Очень хорошо, чего и Вам желает, - произношу, искренне радуясь за неведомого мне человека.

- Диана мне уже кое-что о Вас рассказала, поэтому особо расспрашивать не стану. Думаю, будет ещё время поговорить подробно, пока просто отдохните на природе. Как Вас звать-величать?

- Митрин Сергей Михайлович! Можете называть просто по имени.

- Думаю, ещё успеем. С Дианой, вижу, уже подружились?

- Да, дядя Паша, с Сергеем очень приятно общаться.

- Присаживайтесь, камин ещё тёплый! – он показал на кожаное кресло у окна.

Послушался совета, огляделся. Два окна, два кресла, угловой камин из розового кирпича, без изразцов – точно не царской постройки. У дальней стены ещё одна дверь и кожаный диван в том же стиле, что и кресла. Люстра не с бахромой, может, и хрустальная, под ней столик вроде журнального, но солидный и массивный. Пока осматривался, профессор что-то сказал Диане, та исчезла за дверью. Сам он присел рядом, поворошив угли кочергой.

Девушка вернулась почти сразу, успел лишь услышать стук закрываемой двери. На подносе стояла бутылка «Нарзана», и профессор предложил с дороги стакан шипучки. Но я решительно замотал головой: похоже, после прошедшей ночи на газировку долго смотреть не стану. Так, по простоте душевной, и сказал шефу. Он только улыбнулся:

- Это быстро забудется, минералка здесь неплохая, только злоупотреблять лечебными водами не советую.

- Почему и сифон заправляете?

- С этим в городе дело налажено, особенно летом хорошо, но здесь приходится запасать «Нарзан», «Ессентуки» или «Полюстровскую».

Тут я невольно поморщился: «Полюстровская» и по прошлому времени не очень нравилась.

- Согласен, «Нарзан» под виски не пойдёт, но здесь с этим напитком не очень.

- Не достать? – от чего-то не удивился такому переходу.

- Почему, вполне возможно найти настоящий, импортный. Вот попытка производить отечественный не удалась, хорошо, что прекратили производство. К слову, телефонную линию на время отключил, так что можно особо не маскироваться. Просто не хочу Вас сразу загружать делами. Может, сразу коньячку?

- Спасибо, не против!

- Диночка, тогда давай наш столик!

Девушка поставила поднос на каминную полку рядом с часами и старинными подсвечниками. Занятный столик, напоминающий тумбочку, ею и оказался. Диана потянула за ручки по краям, крышка раскрылась, приподняв скрытый в шахте коньяк, бокалы, вазочку с орешками и овальной коробочкой. На кружевном орнаменте крышки отливалось золотом название - «Шоколадные трюфели».

- Ой, мои любимые! – не сдержалась девушка. – Сейчас лимончик нарежу!

Диана подхватила поднос и покинула кабинет, профессор разлил коньяк, чуть плеснув напиток на дно бокалов. Раскрыл конфетную коробку, пододвинул вазочку. Я тоже взял бокал, покрутил в руке, глядя на сползающие по стеклу «слезы». Пьянящий аромат, казалось, перебивал даже запах камина. И в этот момент меня отпустило, казалось, все проблемы остались за порогом профессорской дачи.

Павел Иосифович не торопил, или ждал лимон, или понимал моё состояние. Диана вернулась с подносом, на этот раз на нём два блюдца с лимоном, пара изящных вилок, розетка с молотым кофе и ложечкой. И неожиданно фужер и бутылка «Ситро». На мой удивлённый взгляд ответила:

- Я же не употребляю алкоголь!

Вот как, но я же помню первый вечер. Диана, видимо, поняв моё сомнение, сразу добавила:

- Дома красное вино и только после перехода, - и налила себе целый фужер шипучки.

- Это так, друзья мои. Вам, как лётчикам после полёта, полезно «красное» - помогает восстанавливать силы.

Ну да, ведь всего-то бокал. Вспомнил своё состояние: после двух не захмелел ни капли. Даже подумал тогда: какое раньше вино слабенькое, хотя и вкусное. Но больше раздумывать шеф не позволил.

- С прибытием, Сергей Михайлович!

С лёгким звоном сдвинули бокалы, Диана просто приподняла за тонкую ножку свой фужер и припала к нему, явно скрывая улыбку. Всё равно по ней видно: довольна, что у нас так происходит. Ещё бы - ведь я её первый проходящий, да ещё и успешно доставленный к шефу.

- Поздравляю, молодой человек, Вы благополучно прибыли в 1961 год! Да-да, именно молодой.

Это он на мою непроизвольную улыбку.

- По сравнению с Вами кратно старше! По паспорту мне шесть десятков без года.

Ну, честно, не больше! Выглядит хорошо для своих лет, и это по меркам «моего» времени!

- На самом деле прожил около восьмидесяти. Так что кое-какое понятие о жизни у меня имеется.

- Как же так получилось?

- Скрывать не стану: много времени проводил в межвременьи, то есть, мотался туда-сюда. Особенно, когда совершенствовался в живописи.

- Как это?

- Как-нибудь расскажу. Впрочем, по делам тоже приходилось.

- Переход как-то воздействует на организм, кроме этого «отката»?

- Само собой, причём плодотворно, и не только на живую материю. Вы принесли с собой что-то, кроме денег и бумаг?

- Конечно.

- Так вот, учтите, что оно с каждым переходом станет только крепче. А живая материя словно обновляется. Это вкратце. Надеюсь, в некоторой степени успокоил?

- Очень серьёзная заявка, профессор!

- Подтверждённая самим временем, как уже понимаете.

Шеф потянулся за бутылкой - отказываться не стал. Похрустев орешками, профессор с добродушным выражением лица продолжил:

- Как Вам показалось в СССР, не успели сильно разочароваться в прошлом времени?

- Вы правы, некоторые моменты, конечно, непривычны, но в детстве, порой, ездил на лето к дальней родне, да и на стажировке довелось побывать там, где жизнь не намного отличается от нынешней, разве что вместо керосинки - газ в баллонах.

- Вообще-то газ в баллонах это великое благо, здесь как раз такой, очень удобно. Но про бытовые особенности не раз пообщаемся, чтобы не допускать глупых ошибок. Хотя, смотрю, парикмахерскую уже освоили.

- Да, Диана не разрешила мне совершить самоубийство таким зверским способом, - невольно повернулся к улыбавшейся девушке.

- При желании научитесь обращаться и с опасной бритвой, да и хорошие шведские лезвия достать не такая уж проблема. Тем более, если Вы вдруг решите с нами сотрудничать.

- Разве может быть по-другому?

- Приятно, что так разумно мыслите. Не против, если и сам поделюсь мыслями?

- Конечно, нет!

- Вы попали в непонятную ситуацию и, к моему удивлению, очень достойно подготовились, судя по вашему виду, и не только. Вас даже не сразу заметили, когда выслеживали Диану.

Ничего не сказал, но понял, что мои мысли насчёт того парня были абсолютно верны.

- Получается, другие были не готовы?

- Скорее, Вы - исключение.

Тут меня пронзило озарение:

- Скажите, пожалуйста, Павел Иосифович, Вы сами здешний или тоже, как я?

- Скрывать не стану, сюда попал абсолютно случайно. Если хотите, поговорим об этом позже.

- И долго здесь обитаете?

- Это случилось, по здешним меркам, в середине тридцатых, то есть, только «прямого времени» прожил больше четверти века.

- Бывает и «непрямое»?

- Надеюсь, Диана говорила, что при переходе возвращаетесь почти в то же самое время, откуда ушли. Это действует и в обратном направлении. Так что спокойно можете побыть у нас какое-то время, посмотреть на нашу жизнь, затем проводим обратно. В дальнейшем вряд ли когда-то встретимся. Это был бы самый простой и самый спокойный для нас вариант.

- И довольно приятный, этакая экскурсия в прошлое!

- Разумеется, наше гостеприимство не потребует от Вас расходов: проживание и питание обеспечить несложно. Тем более, по первым отзывам, Вы - человек порядочный и интересный. Да и сам не прочь пообщаться, поговорить о будущем.

- Зачем?

- Что делается «там», мы прекрасно знаем, хотя газеты оттуда не перевозим, а если перевозим - долго не храним. Да и Вы сами к этому привыкнете, уверяю: покидать нас будет очень печально. Но у каждого своя ситуация, хотя скажу - кто попал сюда, не пропадает.

- И как же происходит этот отбор? Специальная комиссия, что ли, как в советские годы за границу выпускали.

- Ну, ещё одно подтверждение, что готовились. Нет, этот отбор не зависит ни от меня, ни от кого-либо ещё из людей. Есть определённые признаки, по которым человек может сюда проходить.

- Вы их знаете?

- Даже я не всё знаю.

Невольно отметил про себя профессорское «даже я». То есть, правильно догадался, что он здесь главный?

- Что же сами не вернулись обратно?

- По многим причинам, о которых пока особо не стоит говорить.

- Предлагаете и мне последовать Вашему примеру? Не хотите, отпускать меня обратно?

- Почему же, молодой человек? Очень даже хочу, хотя бы даже для того, чтобы оформить Вам нормальные документы. Пусть для временного проживания, но хорошие бумаги.

- Как же схема с сельхозартелью?

- Артели могут прикрыть в любой момент, что постепенно и происходит. А документы совнархозовского предприятия подделать гораздо труднее. Кроме всего прочего, в будущем и паспорт не помешает!

- Но если меня это не устроит?

- Тогда, после некоторого промежутка времени, можем доставить Вас обратно, как уже сказал, в тот же момент.

- Не побоитесь отпускать?

- Никаких обещаний брать не станем, всё равно Вам никто не поверит. Да и не в Ваших собственных интересах рассказывать о случившемся. Подумайте о моём предложении, поживите здесь, приглядитесь - и вернётесь с яркими впечатлениями к прежней жизни! Разумеется, если у не было других замыслов и намерений. Хотя уже то, что Вы здесь, говорит о многом: просто так сюда попасть очень и очень непросто.

Вот и очередной сюрприз. Даже не обрадовался, что оказался такой догадливый, на лету схватываю. Пора запомнить: здесь для меня нет ничего устоявшегося, обо всём надо вначале спрашивать. Тем более, не стоит лезть со своими знаниями прошлого. Несмотря на рысканье по интернету, толком не представляю, что здесь происходит. Так что побольше молчать, поменьше говорить.

Коньяк действовал так, как и положено: понемногу скрытый страх испарился. Хозяин, неплохой психолог, беседу выстраивал неторопливо: говорили о многих серьёзных вещах, но по сути о деле не было сказано ни слова. После третьего бокала поблагодарил – профессор не возражал.

- Что ж, времени до ужина ещё порядком. Может, пока предложить чаю, или предпочитаете кофе?

- Да, больше нравится кофе, но не уверен, что здесь можно найти хороший.

- Если решите задержаться, обязательно посетим места, где варят отличный кофе. А пока попросим Дину.

Девушка собрала на поднос ненужную больше посуду и покинула кабинет, не забыв плотно прикрыть дверь.

- Дина - мой самый верный помощник, мне от неё особо скрывать нечего. Но о некоторых моментах не говорю просто для её собственного спокойствия.

Похоже, здесь не всё ладно… Хотя, что может быть ладного во владении переходом во времени? Ведь шеф явно не представляет собой государство. А государство такие игры с собой не очень поощряет.

- Сергей Михайлович, порой, если не знаешь некоторые вещи, то о них никогда не скажешь. И, самое главное, не будешь бояться, что ты это можешь кому-то рассказать невольно или под давлением. И Вам тоже не всё стану говорить, если решите остаться.

- Я и не настаиваю, хотя многое кажется странным.

- Просто странным? Что, вот так спокойно восприняли произошедшее с Вами?

- Вообще-то это невероятно, но чтобы не сойти с ума, стараюсь не копать вглубь, хватает и мелочей.

- Весьма разумный подход! Ведь наша жизнь и состоит из мелочей, гораздо сильнее влияющих на наше состояние.

- Знаете, Павел Иосифович, если бы не Диана, то вряд ли выдержал бы такой поворот событий. Но Ваша помощница не просто провела меня в этот мир, Диана помогла мне принять всё так, как есть. Даже тётя Валя ничего не заподозрила. А уж когда она так мастерски организовала мне здешние документы, совсем воспрял духом.

- Это Вы правильно поняли, в любом случае: проводите ли здесь день, два, неделю, месяц – бумаги нужны. Не знаю, насколько Вы в курсе, но в СССР для проживания в городе создана довольно жёсткая паспортная система. Например, нужно обязательно регистрироваться, если прибыл на срок более трёх дней.

- Но мы ходили по улице, никто у нас документы не спрашивал.

- Конечно, и вряд ли кто-то спросит, ведь Вам гостиница не нужна. Но можно просто попасть в неприятную ситуацию, дорожно-транспортное происшествие, например.

Не сдержал улыбку – это со здешним-то движением! Хотя, с другой стороны, видя, как тут водители и пешеходы соблюдают правила, так и не мудрено!

- На Вас могут напасть хулиганы; в конце концов, можете просто забыть оплатить проезд и попасться как «заяц»! В этом случае потребуется как минимум объяснение, что же Вы делаете в славном городе Ленинграде, в городе трёх революций?

- И как же быть, никуда не ходить?

- На первых порах обычно везёт, и никому нет дела до «чужака». Тем более что упомянутые справки-экспромты сделать несложно. Да и сосед Дианы и Валентины давно привык к «гостям из районов» и «приезжим художникам».

- Но ведь Вы настоящий художник?

- Разумеется, иначе бы не получил квартиру на проспекте, тем более не купил бы эту дачу.

- Диана тоже рисует, видел её эскизы!

- Да, она по-настоящему талантлива. Очень рад, что могу развивать её способности. В конце концов, это дело не вечно, когда-то же придётся уходить на покой. Видите, я достаточно откровенен.

- Да и мне нечего скрывать перед Вами.

- Тогда, Сергей Михайлович, признайтесь, пошли на риск ради Дианы? Только подумайте?

Что тут думать? Всё давно передумал, ворочаясь в ночи на кушетке. Несмотря на весь интерес к возможному попаданию в прошлое, главным стимулом была встреча с этой девушкой. Почему, для чего - не знаю. Ведь даже после на драмы в семейной жизни, у меня оставалась Светлана - любимая до сих пор женщина, но о которой практически не думал, даже когда не спалось.

- Не скрою, именно так.

- Это осложняет дело.

У меня уже привычно заныло под сердцем:- неужели этот пожилой мужчина её любовник? Хотя, чему удивляться, в наше время и не такое бывает. А здешнее тоже, похоже, ничем не отличается. Понимаю, что разговор о «просто недельной экскурсии в прошлое» отпадает, и мы переходим ко второму варианту.

- Прекрасно Вас понимаю! Она - замечательный человек, но предупреждаю: во многом наивна и совсем не похожа на встречавшихся Вам женщин. Она даже для этого времени нетипична.

- Это успел заметить, Диана очень не похожа даже на свою названную тётю.

- Валентина прекрасная женщина, многим пожертвовала ради Дианы. Жаль, что не встретил их раньше.

Правильно понял, что Диана не с самого начала в этой затее, надо учитывать.

- Ещё раз возвращаюсь к Диане: Ваш интерес к девушке меня тревожит, и вовсе не из-за Вас самого. Будьте с ней очень и очень тактичны, не только потому, что она доверчива, но и по некоторым другим причинам. Пожалуйста, выбросьте из головы всякие лирические мысли, хотя бы на ближайшее время.

- У неё есть жених, или, как это у вас говорят, кавалер?

- С этим она не торопится, у неё даже родных нет, не считая Валентины, почему и заменил ей отца.

Отца! Чуть не воспарил над столиком. Похоже, Павел Иосифович тоже это заметил.

- Вы не первый, кому нравится Диана, но есть причина, почему она до сих пор не замужем. Более того, у неё нет своего парня. Всё время занято учёбой, хозяйством, помощью мне и творчеством. Вы ей тоже понравились, это я уже понял.

- Но почему?

- По многим причинам. Во-первых, Вы вполне приличный мужчина. Во-вторых, как уже знаете, Вы стали её «первым проходящим». В-третьих, между вами что-то есть, но об этом опять же потом. Почему-то в отношении этой девочки Вам доверяю, хотя мы знакомы меньше часа. А сейчас, будьте добры, попросите Диану принести кофе.

Разговор, несмотря на всю его приятность и обходительность, сильно напряг, поэтому с огромной радостью вскочил и чуть ли не бегом помчался на кухню, едва не вынося двери одну за другой. Диана слушала радио у стола, рядом расположился поднос с кофейником и невероятно ароматными горячими булочками. Сама напекла? Вряд ли! Ага, вот и электродуховка, ещё тёплая! Вообще, кухонька нормально оборудована, но сейчас не до неё.

- Диана, давайте помогу.

- Да нет, что Вы, просто придержите двери.

И мы вернулись к профессору.

Глава 35. Властелин времени

Кофе оказался замечательный, даже запах из кофейника кружил голову. Шеф оказался прав: в этом времени свои прелести! Почему-то на подносе всего две кофейные чашки, а на тарелке четыре булочки. Занятные пухлые колечки, похожие на пышки, только не жаренные в масле, судя по румяным крупинкам сахара, выпечены в духовке.

- Может, сливки, Сергей, а то дядя Паша обычно пьёт чёрный.

- А Вы?

- Лучше после ужина чаю попью.

В кабинете девушка явно не собиралась задерживаться.

- Дядя Паша, сделать салатик с крабами?

Ну да, не зря же тащил портфель деликатесами!

- Диночка, лучше завтра, сегодня Полина Владимировна на ужин достаточно приготовила.

- Тогда оставляю вас кофейничать в мужской компании, а я наверху побуду, почитаю.

Пусть профессор не скрывает ничего от своей помощницы, всё же наедине гораздо проще. Хотя о Диане уже поговорили, но, подозреваю, это не единственная проблема.

- Как Вам армянский коньяк? Понравился?

- Да, приятный.

- Ещё одна из особенностей этого времени: если знать, где выпускают хорошие вещи, уже не придётся беспокоиться о качестве. Раз такой-то завод в Армении производит отличный коньяк, значит, он такой и будет, независимо от места покупки.

- Даже алкоголь не подделывают?

- Читал, что ушлые работники общепита порой разбавляют, но в торговле пока строго. Так что многого может не хватать, много продукции не самого лучшего качества, но репутация у товаров, хорошая или плохая, имеется. Уже по одному названию и марке можно судить, что можно ожидать.

- И по цене?

- Совершенно верно! Предлагаю ещё по одной, чтобы за ужином не смущать Диану. Да и булочки рекомендую, местный финский рецепт - с кардамоном и на свежайшем масле!

По крайней мере, в «моё» время такие ни в одной кофейне не встречал. Впрочем, из «соседской» выпечки с кардамоном точно знаю только рулетики «корвапуусти». Не стал привередничать, после коньяка булочки с кофе отлично зашли. Пока не перешли к делу, задал возникший в дороге вопрос.

- А почему именно Комарово, ведь здесь всё на виду?

- Вот именно. Это место было популярным ещё при царе-батюшке, а при советской власти стало элитным. Учёные, деятели культуры - лица известные, соответственно, часто гости приезжают.

- Так здесь же всё должно прослушиваться и просматриваться?

- Разумеется! Но Комарово, при всей номенклатурности, весьма вольное место! Тут немудрено столкнуться на тропинке с популярным композитором или писателем.

- Вряд ли узнаю их в лицо!

- По крайней мере, будете горды, что просто поздоровались с легендарным человеком. Диана с девочками не раз у Анны Ахматовой в доме бывала, книжки с автографом приносила.

- Наверное, их можно неплохо продать в будущем?

- Поздравляю, Сергей Михайлович, с первым деловым предложением!

- Это машинально вырвалось! У нас такие вещи ценятся.

- Верно заметили. Но завершим с посёлком. Здесь и вода из скважины, и водопровод, пусть не везде.

- Но у Вас имеется?

- Да, прежний владелец исхитрился подключиться к сетям Академического посёлка, а заодно и к канализации. Так что и ванная, и душ - всё есть. Ещё собственная скважина с насосом, но вода не намного вкуснее «Полюстровской», но та хоть лечебная.

- А топите дровами?

- Отопление печное, но так не менее практично и даже романтичнее. Впрочем, на кухне электрический водонагреватель, колонку не поставишь. Газ, как уже говорил, баллонный, а вот проводка подведена усиленная.

- У Вас здесь и телефон есть?

- Даже гараж, завтра посмотрите.

- Пожалуй, только бассейна не хватает!

- Здесь не приняты индивидуальные бассейны, да и пляж на заливе недалеко. Летом можно загорать, на счёт искупаться не такой оптимист, но всё же. Завтра должно потеплеть, можно всем вместе прогуляться.

- Прогноз тоже «оттуда»?

- Угадать несложно. Разумеется, сам никаких печатных изданий не приносил и Диану приучил. Проще сделать определённые выписки на месяц-другой, порой могут пригодиться.

- С удовольствием прогуляюсь, ни разу тут не был.

- Уверен, Вам понравится. Комарово в «ваше» время - очень престижное место, но хочу сказать, что и сейчас все больше успешных людей желают приобщиться к «усадебной жизни».

- А как Вам удалось сюда попасть?

- Получить участок под дачу очень сложно, не только здесь, ещё труднее построить! Даже с учётом того, что ряд весьма популярных в «светском обществе» Ленинграда персон неожиданно потеряли не только свои тёплые места, но и поменяли место жительства. Это не могло не вызвать определённого демпинга: оказалось, что лиц, желающих вовремя избавиться от недвижимости в обмен на денежные знаки, почему-то больше, чем тех, кто готов показать наличие тех самых знаков в большом количестве. Тем более никто и не догадывался, что уже через пару лет возникнет проблема с обменом.

- Вы про денежную реформу?

- Угадали, Сергей Михайлович! А со мной вышло дело случая - одному из владельцев срочно потребовалось поправить свои финансовые дела. Понимаете, творческая жизнь порой преподносит различные сюрпризы, особенно если иметь весёлый характер и широкое сердце, и при этом занимать высокую должность в «Ленторге».

Во время поисков в интернете не раз натыкался на подобные истории, но ироничная манера речи профессора понравилась.

- А мне нечего бояться. Весь на виду, у фининспектора ко мне претензий не возникает! Наоборот, удобно, зимой здесь часто гостят приезжие, почти со всех концов страны, но чаще всего, конечно, из солнечной Киргизской ССР, из Фрунзе, по старой памяти.

- Не хлопотно?

- Дом-то всё равно протапливать надо, что с гостями, что без. Да так и спокойнее, всё под присмотром. Если кого-то в «Большом доме» заинтересует: разговоры гостей вертятся вокруг картин, либо подарков, что хотят мне привезти, или о том, что надеются приобрести в Ленинграде. В спекуляции меня никто не обвинит, потому как всё беру либо по записи, либо просто покупаю по мере возможности.

- Почему и машину держите?

- Не каждого гостя прилично на электричке возить. Есть водитель и машина «Москвич».

- Почему не «Волга», она же престижнее?

- Чтобы не выделяться. Я же художник, а не академик, даже не модный писатель или поэт.

- Во сколько же обошлась эта дача, если не секрет?

- Продавали по дешёвке, за двести тысяч. Участок ведь в пользовании, за хлопоты с переоформлением получилось сбросить ещё «двадцатку».

- Ого! Хотя, это же «старыми»?

- Даже сейчас - это четыре «Волги», а тогда было ещё больше. Но прежний владелец особо не торговался: обладая тонким нюхом, почувствовал, что негоже обычному работнику системы «Ленторга» иметь такое роскошное жилье. Нашёл себе место поскромнее, не такое «раскрученное».

- И как, помогло?

- Не уверен. Что-то давно о нём не слышал. Но здесь же пока не пишут о громких посадках и прочем. В основном речь о мелких сошках, «родимых пятнах капитализма», по крайней мере, до поры.

Понимаю, что такие подробности неспроста. Теперь и мне придётся быть откровенным. Вот сам только пока абсолютно не узнал ничего нового. А шеф не так прост! Поставив чашку на столик, профессор вначале попросил рассказать о моей предыдущей жизни, до встречи в метро с Дианой, в общем, не вникая в детали.

Постарался не лукавить, правда, толком ничего не смог вспомнить. Во-первых, столько времени прошло, во-вторых, ничего особенного, чтобы запомнилось, не случалось. Работа, отдых, развлечения с Мишкой - и всё. Можно сказать, скучно: ни любовницы, ни каких-либо афер. Размеренная жизнь представителя среднего класса, не попавшего под мобилизацию.

Затем перешли к более свежим событиям. Здесь постарался рассказать подробно: и про полицию, и про общую медицину, и про обоих психологов, даже про антиквара и ювелира. Пригодились визитки, которые забыл выложить из бумажника в Мишкиной квартире. Для чего шефу это нужно, не знаю, хотя при разговоре о геммологе лицо Павла Иосифовича на мгновение известило о тревоге - это уже научился понимать.

Почему - гадать не хотелось. Могло оказаться всё, что угодно, вплоть до связи с криминалом или спецслужбами. А что, такие люди не в вакууме живут, за ними всё равно наблюдают. По крайней мере, у «нас» и в «наши» времена, когда ещё не стёрлась в памяти военная пора, как бы её ни называли. Но понимаю – обратной дороги нет, чтобы ни говорил хозяин дачи.

- Невесёлая история!

- До того, как попал в трамвай, всё было в порядке. Потом жизнь резко начало рушиться: жена, работа, даже репутация… Признаюсь, меня «там» особо никто не держит. Разве что только один человек…

- Насколько близко связаны со своими родными? - взгляд «дяди Паши» подсказывал, что он уже понял мою ситуацию.

- С ними натянутые отношения, кровной связи нет, так случилось. Отец, вернее, отчим, после гибели мамы снова женился. Младший брат - сводный, разница между нами двадцать лет, сами понимаете ситуацию. Потом ещё и сестра появилась, так что родителям есть кого любить. Да, отец - порядочный человек, но он всего лишь воспитал меня до совершеннолетия.

- А другие родственники?

- Бабушек давно нет, дедушек тем более. С дальней родней даже в интернете не общаюсь. Если скажу родным, что хорошо устроился: уеду куда-то далеко, допустим, за границу - они особо не станут переживать, разве что позавидуют. Надо честно сказать - они и теперь ни писем не ждут, ни встречи в отпуске. Тем более никаких материальных отношений у меня с ними нет. Так что, Павел Иосифович, похоже, я для Вас в этом плане - идеальный человек.

- Сергей Михайлович, порой мне кажется, что к нам попадают те, кого «там» ничто не держит.

- Почему так думаете?

- Они сами рассказывают, как Вы сейчас. Ещё раз - не тороплю: подумайте, прежде чем посвящу в подробности. Это Ваша жизнь, но и жизнь других людей тоже. Ведь история с переходом началась даже не позавчера и закончится неизвестно когда.

- Но ведь я Вам нужен?

- Не скрою, получить нового проводника – большой подарок. Тем более, я ничего не могу поменять, раз Вы пересеклись с Дианой. А ведь она прежде ни разу не смогла никого «зацепить». Извините, этот термин сам придумал, чтобы обозначить момент контакта с проходящим.

- Но в первый раз, в метро, у меня ещё не было камешка!

- А в трамвае он уже был при себе?

- Да, в бумажнике.

- Казус в трамвае до сих пор не укладывается в голове. Диана мне сразу рассказала, как внезапно появился и исчез «человек из будущего». Понятно, что после первого контакта в метро мы уже Вас ждали, но этот случай противоречит всем представлениям о теории перехода.

- А что за теория?

- Это пока большой секрет, вся система на нём держится. Может, узнаете со временем или ещё сами раньше догадаетесь.

- Хорошо, пока не стану спрашивать.

Наверное, сейчас лицо меня выдавало полностью: нелегко скрыть интерес к тому, что решает твою судьбу! Но стараюсь «держать марку».

- Сергей Михайлович, сейчас, наверное, представляете меня каким-то повелителем времени, по своему усмотрению распоряжающимся величайшей тайной человечества?

- Примерно так. Что ещё могу думать? Существует тайна, Вы владеете ключами, но мне не доверяете! Хотите использовать «втёмную»?

- Не стоит так кипятиться! Многое зависит от Вашего решения.

- И какой же вариант Вас устроит?

- Вначале хотел бы лучше Вас узнать. Понятно, по телефону о многом не расскажешь, но Диана намекнула, что Вы весьма достойный человек.

- Она меня так мало знает!

- Пусть не такая проницательная, но она - женщина, хотя и молодая. А женщина многое чувствует сердцем.

- И сердце может ошибаться.

- Может быть, но об этом ещё поговорим… А пока продолжим о деле. Вас наверняка интересует, насколько велики мои полномочия? Наверняка вообразили, что всё это организовало государство, и оно же контролирует?

- А что, разве не так?

- Поспешу разочаровать или, наоборот, обнадёжить. Не знаю, кто и когда устроил сам переход, но, по воле случая, именно я сумел воспользоваться открывшейся возможностью. И в круг посвящённых входит очень малое количество людей, да и в принципе много быть не может.

- То есть, у Вас тайная организация?

- Можно назвать и так, хотя организация - это что-то большое, у нас скорее сообщество единомышленников.

- Не поверю, что ходите туда-сюда ради интереса!

- Во-первых, не все ходят, во-вторых, не только ради интереса. Иначе давным-давно предал бы это открытие огласке или просто передал в руки государства. Правда, не уверен, что государству действительно это нужно и что оно воспользуется им в благих целях.

- Так не любите советское государство?

Ещё не хватало мне попасть в логово «антисоветчиков»! Мало того что все они «под колпаком» спецслужб», но даже в моё время чем «либеральнее» личность внешне, тем корыстнее внутри. Но Павел Иосифович поспешил успокоить:

- Причём тут советское? Любое государство в первую очередь преследует собственные цели, а они не всегда совпадают с нашими представлениями. В чём, впрочем, государство обвинять не стоит, как и отдельных его представителей.

- Отчего?

- Их задача – сохранять стабильность, а такие случаи, как наш, могут серьёзно поколебать основы, и не только физики!

Ого, уже «наш»! Похоже профессор мысленно принял меня в свой «кооператив»?

- Разрешите ещё спросить?

- Конечно, у Вас сейчас должна быть уйма вопросов. Даже если не на все смогу ответить, по крайней мере, буду знать, чем интересуетесь. Не спешите, время – единственное, в чём мы не ограничены.

- Почему Вам нужны новые люди?

- Вы уже знаете от Дианы, что переход совершают две категории: проходящие и проводники. Начнём с проходящих, название, как выяснилось со временем, имеет двойной смысл: первый - они способны проходить через барьер, второй - эта способность со временем проходит напрочь. Впрочем, как и у проводников.

- Проходящие не могут остаться навсегда на чужой стороне?

- Почему же? Могут, но чаще уходят обратно.

- Что же с ними дальше происходит?

- Если хватает ума, просто продолжают прежнюю жизнь, при этом заработав небольшой капитал. Поверьте, десять-пятнадцать тысяч новыми деньгами в СССР - неплохая прибавка к зарплате.

- Нет, я говорю о моральной стороне. Просто жить дальше, понимая, что навсегда утратил такие способности?

- Большинство из них даже толком не представляет, что происходит. Чаще всего они меняют товар в метро и вместе с проводником возвращаются на следующем поезде.

- Почти как почтальон?

- Примерно, это наименее рискованный, но менее выгодный вариант. Но хорошо подходит для разовых контрактов, назовём их так. Некоторые особенности временно́го перехода.

- А тот случай с погибшим? Диана случайно обмолвилась.

Шеф не удивился и не рассердился, хотя девчонка ему точно не успела рассказать. А может, это запланировано, ещё одна проверка?

- Там причиной стали медицинские показания. От судьбы не уйти даже в прошлом… В этом мы чисты, хотя по-человечески жалко. Впрочем, долг перед ним исполнили, а «там» его никто не ждал, это удалось выяснить.

По голосу понятно, что профессора этот случай тоже не радует, не зря Диана старалась от меня не отходить. Не стал продолжать, вернулся к теме, понимая, что больше о давнем происшествии разговора не будет.

- Проводники, как понимаю, здесь остаются?

- Не хотите быть единственным, кто сбежал, толком не поняв, что же произошло? Скрывать не стану: почти все пришли «оттуда». В деле остаётся большинство, но не всегда на долгое время.

- Теперь понятно, почему ждали такого, как я.

- Вы догадливы, Сергей Михайлович.

- Это несложно сообразить - обычная логика. Если проводники способны переводить через барьер проходящих, значит их гораздо меньше?

- Совершенно верно, почему и заинтересован в каждом. От проходящих же приходилось порой сразу отказываться.

- Такой спрос на перевозку?

- И это тоже.

- Чем же занимаетесь, если это не криминал, что в этом времени может приносить прибыль?

- Во все времена можно достать всё, вопрос только в цене. А цена может измеряться не только в рублях, фунтах, долларах или марках, но и услугами или влиянием.

- Что же можно переносить, если металл не проходит: предметы роскоши или технологии?

- Вы действительно ещё очень молодой человек и размышляете по меркам «вашего» времени. Самыми большими ценностями неизменно оставались две вещи: деньги и жизнь. Самое простое - как раз деньги. Оказывается, наших «новых» денег сохранилось порядочно. Но это так, мелочи, тем более, что большинство более поздних годов выпуска.

- Но не наркотики же!

- Здесь на них не такой спрос, чтобы оправдать риск, к моему величайшему удовлетворению. С лёгким сердцем могу не касаться этой сферы.

- Остаются драгоценности и картины?

- Вот тут угадали, но художественный антиквариат – своеобразная сфера. С известными шедеврами связываться бесполезно и опасно. На неизвестных или пропавших работах и эскизах можно неплохо заработать. Хотя проще иметь дело с бытовым антиквариатом: нынче можно по деревням набрать древностей по дешёвке и вполне законно!

- Тогда остаются драгоценности, хотя не представляю, в чём смысл. Камешки перевезти, наверное, несложно. Но так понимаю: продавать их дёшево - неинтересно, а дорого – нужен надёжный покупатель. – вспомнил свой разговор с ювелиром.

- Приятно встретить понимающего человека! Да, приходилось порой и камнями заниматься, но пока не станем углубляться в эту сторону.

- А что Вы говорили о жизни? Неужели переводите в будущее людей, которым грозит смертная казнь?

- Браво, Сергей Михайлович! Такого сценария я даже не мог представить.

Смущённо потираю подбородок: чувствую, что покраснел, как рак. Хорошо, девчонка не с нами! Плеснул в чашку подостывший кофе - горечь помогла скрыть смущение.

- Самое дорогое у человека – жизнь, и за возможность её сохранения люди готовы отдать последнее.

- Понял – лекарства!

- Сергей Михайлович, Вы ещё раз подтверждаете мои догадки о вашей сообразительности.

Вот ещё - нашёл птицу-говоруна! Понимаю, что мои логические выводы построены на песке. Может, принимаю желаемое за действительное, но хочется верить, что пристал к надёжному берегу, пусть и на время…

- В общем, да, но не совсем так, как Вы представляете. Эффективные синтетические лекарства «оттуда» способны творить чудеса, их несложно покупать прямо с заводов в технологических упаковках, если соблюсти некоторые формальности. И здесь распространять среди нужных людей под видом зарубежных.

- Так это здорово!

- Если бы не одно «но»… При переходе в прошлое некоторые препараты резко меняют свойства и их действие становится непредсказуемым. Поэтому используем то, что реально позволяет нам барьер, впрочем, и об этом отдельно.

- Скажите, а не потому ли и не боитесь занести вирусы из одного времени в другое?

- Правильный вывод. Сначала,когда разразилась пандемия, сам испугался, потом вспомнил, что который десяток лет в прошлом прожил, никого ничем «современным» так и не заразил. Похоже, вирусы и чужие «бактерии» при переходе ведут себя почти как металлы. По крайней мере, ни разу никто из проходящих даже не чихал.

- Сам должен был понять, иначе меня сразу бы на карантин заперли! Но я отвлёкся, извините.

- Мне нравится, что стараетесь вникнуть в самую суть! Возвращаясь к делу, отмечу: наша схема абсолютно невинна с точки зрения закона.

- Это хорошо! Всегда проще, если некого бояться.

- Соблюдать осторожность необходимо в любом случае. Буду рад, если теперь, когда многое раскрыто, согласитесь с нами работать.

- Для этого мне придётся остаться здесь?

- В принципе, не обязательно, можете жить в своём времени. Но тогда потребуется совершать лишние переходы, причём вхолостую.

- Тогда лучше пожить у вас, ведь могу для начала «постажироваться»?

- Ничего не имею против этого.

- И всё же, почему там, в «моём» времени, никто об этом ничего не знает?

- Это уже другая тема. Но одно скажу: решившие вернуться обратно своё желание исполнили. Дальнейшее уже зависело только от них.

- Понятно, - хотя ничего ещё не понимал. - У меня много времени на раздумья?

- Повторю: не тороплю. Но со временем становится трудно работать, сам уже не рискую пересекать барьер: стал очень тяжело переносить последствия перехода. На Вас у меня особая надежда, причём на «вас» не с большой буквы. Вы с Дианой можете составить мощный тандем, судя по тому, как вы встретились. Не скрою, есть ещё один проводник, но у него проблема на «той» стороне. Ему осталось совершить завершающий «рабочий» переход и остаться в будущем.

- Что-то серьёзное?

- Личное. В общем-то, хорошее, но необратимое.

- Догадываюсь…

- Так что определяйтесь, не спешите, важно, чтобы Ваше решение было искренним. Если же ничего не получится, поможем хорошо устроиться в прежней жизни.

- Павел Иосифович, меня смущает, что абсолютно ничего не представляю в здешнем обществе.

- Это так кажется, никаких особых отличий нет. Люди те же самые, другие только техника и социальные отношения.

- Вот это самое сложное, я не про технику.

- Поэтому и говорю, что заинтересованы в Вас. Создадим Вам нормальные условия, будет и материальный интерес. Повторю ещё раз - самое главное, что всё это абсолютно безопасно с точки зрения права. Я слишком сильно боюсь здешних правоохранителей, поэтому всё, что делаем, даже минимально не нарушает советских законов. По крайней мере, сейчас.

- И что же за условия?

- Не считайте, что пытаюсь Вас купить, но, приняв моё предложение, станете получать денежное содержание триста рублей в месяц. Поверьте, это хорошие деньги по нынешним временам. Плюс на первое время обеспечим приличным жильём. Негоже находиться наедине с одинокими женщинами, даже если объявим Вас дальним родственником.

- Разве сейчас можно купить квартиру?

- Есть варианты съёма, но скоро подоспеют жилищные кооперативы. Тем более, за каждое перемещение «туда и обратно» станете получать свой процент.

- То есть работа оплачивается отдельно?

- Верно, каждый переход, в зависимости от результата, приносит доход.

- А если он будет неудачный?

- В таком случае будете получать проездные и суточные. Я не шучу, и проживание на «той» стороне обеспечивается на достойном уровне.

- У меня пока есть жильё в Петербурге!

- Всё равно, Вам не стоит беспокоиться, что заболеете или просто будет плохое настроение и что-то не получится. Вы должны быть уверены - есть крепкий тыл, всегда будет где жить, во что одеться, что поесть и даже чем угостить свою женщину.

- Об этом даже не думаю!

- Жизни есть жизнь, Вы мужчина молодой, рано или поздно это случится. Так что у Вас будет прямая заинтересованность в успешных переходах, а она немало значит!

- В каждом переходе прилагается посылка?

- Всегда хватает того, что приносит выгоду. Расходов у нас много, нужно платить людям, чтобы они работали на результат. Конечно, большей частью «вслепую».

- А как же социализм, советская власть?

- Вы действительно ещё очень молодой! Не знаю, как подавали историю СССР ваши учебники, но в реальности эпоха Хрущёва - время расцвета подпольных дельцов и торговцев. Поэтому без особого труда находим нужных людей, готовых помочь отнюдь не бескорыстно. Но благодаря особенности момента это относительно недорого: у людей запросы весьма скромные.

- Ну да, в моё время у Вас были бы хоромы!

- Вот, а Вы удивляетесь, что все труды будут вознаграждаться? Это нелёгкие деньги, ведь уже испытали последствия перехода?

- Да уж, покрутило. Правда, после трамвая не случилось ничего похожего.

- С трамваем всё очень непонятно, может, позже прояснится. Сам переход ничего особого не представляет, не скрою.

- У проходящего тоже такие последствия после перехода.

- Скажу честно, даже хуже, поэтому стараемся использовать только переход с возвратом.

- И всё же, почему Вы со мной так откровенны?

- Сергей Михайлович, кто Вам поверит? Питерские «психушки» уже знают похожие случаи. Даже ближайшая, третья Удельнинская. Только не посчитайте это угрозой - просто констатация фактов.

Сам помнил, ещё по тамошнему опыту, как доктора воспринимали мои рассказы. Здесь тем более, шансов на понимание у меня не было никаких. Моё неразумное поведение может повлечь за собой крайне печальные последствия. «Психушки», даже в моё время - не самая приятная перспектива. Тем более здесь: чем тогда лечили, на памяти только «Кавказская пленница»!

- Но я не собираюсь устраивать переворот! – коньяк, что ли, так действует?

- У Вас это и не получится. Более того, в Ваших собственных интересах не менять ничего. Любая попытка изменить прошлое просто приводит к исчезновению очередного авантюриста. Независимо от государственного строя, общество настолько инерционно, что пытаться сдвинуть в нём что-либо извне бесполезно, если нет предпосылок. А если такие и появляются, тем более, одиночка сам по себе ничего не решит. Но уверяю, скоро перестанете воспринимать себя чужим и станете спокойно воспринимать всё происходящее. Конечно, будем помогать, чтобы не совершить ошибок. Но самое главное - Вы должны сами определиться, кто же Вы и кем хотите быть.

- Постараюсь... – отвечаю уверенно, и в тоже время понимаю, что всё равно не полностью доверяю профессору.

- Огромная просьба: поначалу советуйтесь обо всех своих шагах со мной, либо с тем, кто будет рядом.

- С Дианой?

- Раз уж так случилось, то она станет на первых порах Вашим куратором. Если правильно понял - Вы уже близки к согласию?

- У меня нет особого выбора, не потому, что чего-то опасаюсь, а потому что боюсь ненароком подвести.

- «Отбой» протрубить никогда не поздно! Давайте готовиться, а там видно станет, да и разговор у нас с Вами не последний.

- Вы столько знаете, не зря профессор!

- Профессор номинальный, так меня называют в Народном университете. За его пределами вряд ли кто-то обо мне слышал. Но исхожу из того, что профессор - всего лишь опытный преподаватель определённого учебного заведения. Поэтому иногда отзываюсь.

- Вы всё равно много знаете и много можете. Откуда у Вас это?

- Как раз оттуда, из преподавания, поскольку работаю с художниками-любителями. В ЗНУИ не принята очная работа, но с ленинградцами периодически встречаюсь. Среди студентов хватает серьёзных контактов. Могу без проблем навести справки у тех же работников психиатрической лечебницы либо у сотрудников определённой структуры.

Разумеется, мы разговариваем об искусстве, вернее, поначалу переписываемся, но рано или поздно встречаемся на занятии. Человек, доверяющий преподавателю, порой рассказывает больше, чем шпион под пыткой. Так что удивляться не стоит, хотя не прикладываю ни малейшего усилия для того, чтобы узнать необходимое.

- Ведь это тоже надо уметь.

- Конечно, всё приходит с годами, Вы ведь помните, сколько мне лет. И Вы будете выглядеть так же, если станете ходить между мирами.

- Но почему…

- При обратном переходе возвращаетесь практически в ту же секунду, не считая «стыковки». Не знаю, почему так происходит, но, возвращаясь, не только не становишься старше, но даже чуть-чуть молодеешь. Так что десяток лет «там», десяток «здесь» - результат буквально «налицо».

Раздался негромкий стук в дверь.

- Диночка, деловая часть окончилась, пожалуйста, заходи!

Диана вошла, сопровождаемая кухонными ароматами. Точно, не показалось, что в столовой перед этим кто-то шуршал и позванивал. Посмотрела на шефа, потом на меня, словно пробуя понять, до чего мы договорились. Вопрос в её глазах читался даже в полумраке кабинета.

- Товарищи, время к ужину! У меня уже всё готово.

А и верно, за окном уже совсем темно! Павел Иосифович накрыл мою руку ладонью и добродушно сказал:

- Сергей Михайлович, не станем огорчать нашу милую хозяйку!

Глава 36. «Китайский сюрприз» или ночные страдания

С нескрываемой радостью покинул кресло, не то чтобы разговор утомил, просто понимал - на сегодня достаточно. Будь не так холодно, точно напросился бы на вечерний моцион к заливу. Моцион… И откуда такие слова всплывают, место так действует? Или манера разговора профессора, хотя он ведь тоже из моего времени? Не удивлюсь, если скоро вырвется «сударь» или «сударыня»!

Диана не только книжку почитала, но и уже накрыла на стол. Посуда красивая, похоже, старинной работы, да и столовое серебро на самом деле серебро. По всему видно, что девушка обучена сервировке. Хотя нас всего трое, всё разложено по этикету: салфетки, тарелки, бокалы, даже дорожка на скатерть под соусники, хлебницу, специи и тарелку с лимоном. Не хватало только свечей, но их вполне заменяют плафоны бра на стене.

Теперь убедился - не показалось, что на кухне ещё и рыбой пахло, просто булочки перебили своим ароматом. Вечерний стол порадовал судаком в польском соусе и рисом на гарнир. Про соус пришлось поверить профессору и его кухарке - в студенческие годы в столовках привык совсем к другому вкусу. Может, потому как там был не судачок, а, в лучшем случае, минтай? Взбодрённый коньяком, оценил рыбку на «отлично».

Завершили ужин чаем с конфетами, но не теми, что из кабинета. В нарушение этикета Диана поставила на стол вместо вазы плетёную корзиночку с конфетным ассорти. Меня это немного тронуло: почти как у бабушки Лизы когда-то, правда, ассортимент не такой богатый. А здесь и «Мишка на севере», и «Белочка», и уже позабытые «Ленинградские» в разноцветных обёртках. Может, и правда, принимают как «своего», да и почему должно быть иначе?

- Это Диана сама сплела, вместе в лес за ивой ходили. Специально на лето: тёплыми вечерами частенько ужинаем в беседке, там же и чаёвничаем.

- Комары не заедают? – спросил, а сам подумал, что о «Фумитоксе» здесь и не слышали, наверное!

- Мы ведь на высоком берегу, тут их не так много, вот ниже зверствуют!

- Сергей, скоро и на открытой веранде можно будет, на крыше, мне там так нравится!

Похоже, девушка уже определилась с моим будущим.

- Диночка, думаю, в этот сезон станем чаще собираться! – шеф не отстаёт!

- Конечно! А знаете, сколько вокруг ягод? На лесной стороне даже далеко ходить не надо. У меня и под ягоды-орехи корзинки получаются!

Ну, точно, даже в этом на меня планы имеются! Но не высказал удивления, занял рот конфетой, наслаждаясь божественным вкусом. Потихоньку разглядывал столовую: вечером, при искусственном свете, она кажется особенно уютной. К люстрам и бра идёт знакомая открытая проводка. Но здесь она кажется изящной, может быть, из-за современных проводов, совсем не таких, как в квартире у Дианы с Валентиной. А ещё высмотрел в буфете целую батарею винных бутылок, скорее всего, коньяк, может, и что ещё посолиднее.

Но ни телевизора, ни приёмника нет, да они тут и не к месту. Столовая не для этого, а для приёма пищи и неспешных разговоров. Вот и в этот раз не нарушали здешнюю традицию, насколько я понимаю. Ни о чем серьёзном не говорили, даже о Гагаринском полете и Кубе. Диана рассказала об удельнинских новостях и, особенно, о скорой покупке холодильника. По моим понятиям, это мелочь, но в этой жизни - важное событие. Может, и правда, лучше хлопотать о насущном, чем переживать о глобальных проблемах?

Павел Иосифович немного поведал о неспешной «комаровской жизни». Зимой здесь оживлённо разве что в Новый год, на каникулах да выходные. Сейчас весеннее затишье, хотя сам по себе посёлок немаленький. О своих гостях и делах, задержавших его на даче, не обмолвился, значит, и не надо.

После чаепития помог Диане на кухне. Шеф не возражал, видимо, давал шанс испытать себя. Разговор о девушке ещё в голове, несмотря на полный сумбур в остальном. Зато теперь получилось неспешно разглядеть и кухню. Пусть ещё не видел второй этаж, но он уже вряд ли меня удивит: по здешним меркам - сплошная роскошь!

Начать с того, что можно руки мыть горячей водой! На стене над мойкой явно самодельный короб из нержавейки с подведёнными трубами и проводами. Не иначе как изобретательный Анатоль постарался!

Уж пристальнее вглядываюсь: оборудована ничуть не хуже, чем в квартире профессора. Мебель совсем не деревенская, явно сделана на заказ. Причём это точно не прессованная древесная плита - натуральное дерево, уж не дуб ли? Впрочем, здесь вся мебель солидная.

Да что мебель! Рядом с дровяной плитой стоит газовая, у окна на тумбе расположилась электродуховка, знакомая по булочкам. Электрическая кофеварка явно импортная, и кофемолка в придачу. Ого, а это что, тостер? Да ещё импортный? Похоже, шеф здесь держит то, что в городе засвечивать не очень хочется – наглядное подтверждение того, что «достать можно всё».

Главное место занимает холодильник, этот, хоть и похож на «ЗИЛ» из городской квартиры шефа, но выделяется эмблемой с коронованной буквой «R». Надпись «Розенлев» невольно вызывает улыбку – так не похож профессор на «тов.Саахова».

Зато приёмник отечественный, хотя сразу бы так не сказал! Забавно округлая, словно дамская сумочка с ручкой-ремешком, «Спидола» симпатичной бело-голубой расцветки. Сейчас радио молчало, не мешая нам прибираться.

Рядом с Дианой приятно заниматься даже такой ерундой, как мытьё посуды. Кажется, скинул из своих тридцати трёх годков минимум десяток, и это не от коньяка! Приятно, когда рядом с тобой молодая женщина, которой ты и сам симпатичен… Но стоп! Дальше ни слова! Лучше следить, кабы не уронить тарелку, вытирая её насухо полотенцем. Дома, с посудомоечной машиной давно о таком забыл.

- Дядя Паша мне не родной, но стал как отец, помогает во всём. И Вале старается помочь, правда, не может это делать открыто - она не примет. Без него я бы не стала такой, какая есть, это даже не касаясь главной работы.

Не перестаю удивляться, какой же она ещё ребёнок, пусть ей столько лет! Такая наивная и чистая, как она умудряется не запачкаться ничем, постоянно порхая сквозь время? Все же Павел Иосифович молодец, держит девчонку на расстоянии от самой сути. Но насколько хватит его усилий, и только ли от него это зависит?

А может, и я на что сгожусь, ведь профессор прав, вдвоём всегда легче? От накатившей радости чуть не сжал девушку в объятиях, и только тарелка в руках удержала от столь неразумного поступка.

Пока мы возились на кухне, шеф приготовился ко сну и пожелал нам доброй ночи. Прозвучало это так по-свойски, словно я здесь не незваный гость, а давний знакомый. Профессор закрыл за собой дверь кабинета, и мы остались наедине... Но дела на кухне завершены, и Диана повела меня по скрипучей лестнице на второй этаж.

Похоже, сюда Анатоль ещё не добрался: везде приходилось щёлкать выключателями. Второй этаж показался скромнее первого. С одной стороны – вход в мезонин: здесь действительно студия, судя по мольберту и плетёному креслу-качалке, – наверное, чтобы набираться вдохновения. Напротив – узкий коридор, разделяющий две верхние комнаты.

- Это гостевая и верхняя спальня, - пояснила моя спутница.

- А что ещё есть?

- Дальше летняя веранда, открытая.

Выходить не стали, там ещё сыровато, да и холодно на улице. Просто приоткрыли двери, послушали шум ветра в деревьях. В тёплую пору там должно быть хорошо коротать вечера!

Не мог не заметить, как разумно организована постройка. Справа проходит печная труба, рядом с ней в тамбуре, по словам Дианы, водяной бак: не только согревать «гостевую», но и чтобы зимой не замерзала вода из скважины.

- Вот и Ваша комната, мы называем её «солнечной».

Довольно скромно: светлые обои с желтоватым рисунком, окно с занавесками, невысокий потолок. Две аккуратно застеленные кровати с никелированными спинками, за дверью платяной шкафчик и даже две тумбочки. На стене, рядом с дымоходом - небольшое зеркало.

- А Вы где будете спать?

- Напротив, в «синей спальне».

- Почему синяя?

- Там и стены, и потолок в синем бархате! Располагайтесь и можете спускаться, титан растоплен, купайтесь и укладывайтесь. А мне ещё надо приготовиться, ещё даже не переоделась!

Девушка упорхнула в коридор, прикрыв за собой дверь, оставив меня с портфелем в руках. Выбирать, на какую кровать ложиться, не пришлось: на той, что ближе к трубе, лежали махровое полотенце и пижама, на этот раз посимпатичнее, в клеточку. Потрогал кирпичи дымохода: ещё тёплые – значит, здесь и пристроюсь. Видимо, не всегда хватает печи для отопления: под окошком электрорадиатор, не похож на современные и наверняка не такой мощный, но уж какой есть.

Не стал тянуть время, выложил коробочку с бритвой и зубную щётку, поискал вешалку. К пижаме полагались и тапочки, так что спускался уже тихо. А неслабая была семейка у предшественника: казалось бы, домик невелик, а каждому по спальне, не считая кабинета и зала-столовой. Хотя, может, ещё при царе-батюшке делали, либо финны построили, потом как-нибудь спрошу.

Когда вышел из ванной, Диана встретила меня в столовой. В этот раз проказница снова удивила своим домашним рядом: не только никакого халата, но это даже пижамой назвать трудно, в отличие от костюма в мастерской. Здесь на ней что-то явно восточное, может быть, китайское.

Тёмно-синяя шёлковая курточка с затейливыми узорами, почти до колена. Вышитый воротничок-стоечка и узелковые застёжки - точно китайская! Короткие брюки не закрывают щиколотки. Ножки уже без туфелек и капрона. Пол здесь не слишком тёплый, поэтому к месту войлочные тапочки, отороченные мехом, словно забавные зайчики. Конечно, не такие «зверушки», как «там», но всё равно выглядят очень трогательно.

Только меня её экзотический наряд совсем не порадовал… Понятно, и на даче, и на профессорской квартире негоже девушке показываться в откровенных нарядах, пусть даже перед названным отцом. А может, и не названным? Вот ведь, меня снова заносит не туда! И почему мысли всё время сбиваются на девчонку?

Сама девушка о моих глупых мыслях и не подозревала, она несла мне кухонный приёмник и маленькую коробочку.

- Сергей, может, у Вас не получится сразу заснуть, так бывает на первых порах. Вот, возьмите себе радио, сейчас и на средних волнах получится что-то поймать, и на коротких. Только на коротких антенну надо выдвигать. А чтобы никому не мешать – вот наушник, там, сзади, для него тройное гнездо.

- Спасибо, Диана!

Ну точно, проказница: у неё ещё и дракончик на спине! Не стал смотреть, как его крылышки исчезнут за дверью, снова поскрипел наверх, в свою комнату. Да, теперь же свою, пусть и на время.

Подсветки на приёмнике нет, поэтому решил пока не выключать свет. Всё равно здесь нет люстры, да верхний свет и не нужен. Потолок невысокий, и вряд зимой ли живут на втором этаже, а летом вообще белые ночи - какие там люстры? Настольной лампы на тумбочке тоже нет, зато по стенам - пара бра, скромных, с плафонами-шариками. И читать можно, и легко дотянуться с кровати, чтобы выключить.

Ложиться не спешил, и не потому, что слишком переживал после сегодняшних откровений от шефа. Приоткрыл форточку, стараясь не шуметь, впустил бодрящий лесной воздух. Словно хотел охладить дурную голову, ясно представляющую купающуюся девушку. Мерещился даже шум воды из душа, хотя так не могло быть: подо мной кабинет!

Всё, хватит, пора завязывать! Что же это такое? Попал в историю, а думаю о девчонке, нет бы, о Светке вспомнил! Лучше переключусь на дела – всё не так мучительно. Здесь-то, по крайней мере, уже понятно: придётся серьёзно постараться, но, вроде, никаких запретов не предвидится.

Разговор с шефом многое расставил на места, прежде всего в моей голове. Павел Иосифович был со мной достаточно откровенен и теперь я понимал, что никаких чудес и волшебства нет, только строгая физика и расчёт. Разумеется, не всё было сказано, и тайна остаётся. Впрочем, всё знать и не нужно, достаточно того, что в определённые моменты смогу проходить туда и сюда.

Шеф не скрывает, что такой человек, как я - очень большая редкость. Если, допустим, кроме его самого, Дианы и меня, есть ещё кто-то, то это по одному человеку на миллион в Ленинграде, вернее, в Петербурге, ведь приходят «оттуда».

А действительно, много ли таких? Ведь сам видел только «филёра». Может, это и есть тот самый водитель-электрик Анатоль? Хотя нет, ведь он, как и домохозяйка, на момент перехода точно в отгуле. Получается, уже трое, кроме шефа и его помощницы. Сколько ещё может быть, допустим, столько же, если Диану становится некем заменить?

Да, похоже, что «людей Флинта» в обоих временах не густо! Почему вспомнил книжного пирата? В памяти всплыла старая песенка. Услышал её, когда копался в интернете в поисках реалий этих лет. Вот ведь, сколько дней уже в прошлом, а ни разу не подумал о смартфоне, мессенджерах и прочем, занимавшем прежде уйму времени. Да и здешние газеты и телепередачи не интересуют, хотя это как раз понятно. Но неужели три прежде незнакомых человека на время заменили мне весь мир? Такого прежде никогда не испытывал, даже когда начинал свои нечастые романы…

Да что же я опять о женщинах - так недолго снова о Диане начать думать. Нет, надо поскорее засыпать! Но вместо кровати снова подошёл к открытой форточке. Ветер за окном покачивал фонарь на столбе, играя тенями, отбрасывая их на палисад. В такую погоду всегда хотелось оказаться где-нибудь за городом, в поле, либо на опушке леса, смотреть, как ветер прогибает траву, качает деревья, шумит, то затихая, то снова усиливаясь. Может, на контрасте со скучной городской жизнью, может, как трава весной, стали пробиваться остатки романтики, таившейся в глубине души.

Вот порой и хотелось выйти прямо в ночь на улицу без телефона, сказав жене: «Я на часок, пройдусь!» И ни звонков, ни сообщений, ничего - просто ты и ночной город… Но обычно это кончалось походом на кухню к холодильнику в поисках чего-то вдохновляющего. Вот и сейчас прилетела мысль спуститься в столовую и позаимствовать в буфете коньячку. Но не решился: и понять могут неправильно, и в результате не уверен.

Постоял ещё немного, прикрыл форточку и улёгся поверх покрывала, не выключая свет, привычно прикрыв глаза рукой. Шеф ещё и неплохой психолог: разделил дело на две части. Сегодня объяснил ситуацию в общем, чтобы за ночь всё обдумал, а завтра уже посвятит в конкретные детали. Он ничем не рискует, если к утру всё же откажусь, с добрыми словами переправит меня назад, и я вернусь домой с чувством выполненного долга.

Вот только перед кем, не перед собой же? Ведь сам этого добивался! Как же мне забыть произошедшее, смогу ли молчать оставшуюся жизнь? Как не поделиться с Мишкой, про Светлану уже и не говорю… Тем более Павел Иосифович стократно прав: мне никто не поверит. Если такой и найдётся, то судьба светит незавидная: возьмутся за меня, если не спецслужбы, то психиатры.

Пусть у нас нет карательной психиатрии, думаю, мне от этого легче не станет. Мало того, загублю и друга, и любимую. Это не про медиков, и без них хватит желающих. Суровых людей с уставшими лицами не успокоит, что Миша и Света воспримут мой рассказ в лучшем случае как пьяный бред. Хватит того, что они вообще услышат эту историю, это уж точно.

Только всё это ерунда, никуда я не вернусь, а стану делать то, что скажет мне шеф, которым он с этого момента станет и для меня. Понятно, буду зависеть от него полностью, придётся выполнять самые сложные поручения. Так оно и будет, не сомневаюсь, только переходить барьер стану не для него. Неужели ради девчонки, что сейчас поднимается по лестнице в свою «синюю спальню»?

Вот ведь какой хитрый шеф: намекнул, что «ресурс проводника» у Дианы может через полгодика иссякнуть, чем и подсадил меня на крючок! Вот и стимул поработать на него, да ещё какой – «запретный плод»... Он ведь и сейчас меня не держит, сколько раз повторил: «Не торопитесь!». Уже не понимаю, его ли заслуга, или сам такой глупый, но мне интересно - что же будет дальше. В одном не сомневаюсь - профессору не нужен запутавшийся, обманутый человек. Я должен чётко понимать, на что иду.

Но чем больше информации, тем больше вопросов и сомнений. Профессор прав: не стоит торопиться, решать что-то сгоряча, хотя и так увяз здесь по самые уши. Внезапно поймал себя на мысли: мне, похоже, нравится жить такой жизнью, вернее, двумя - «здесь» и «там», когда никто не догадывается, что с тобой происходит, когда ты можешь то, что неподвластно остальным.

Единственное, что смущает, - неизбежность предстоящего и невозможность вернуться к прежней жизни. Впрочем, мне-то о чём беспокоиться: родного отца не видел, мама погибла, сам появился на свет с большим трудом. Может, моё место как раз здесь, ведь привык, к своему удивлению, очень быстро! Конечно, совсем рвать с «настоящим» не думаю, хотя кто скажет, где теперь моё настоящее?

Если так, то надо браться за дело со всей серьёзностью. То, что это контрабанда, сомнений нет, но она бывает разная. С особенностями здешнего Уголовного кодекса не знаком: кто его знает, что тут разрешается, что запрещается? Но, насколько смог понять из публикаций, самым страшным здесь считалась «антисоветчина» и лишь потом всякие хозяйственные преступления. Что-что, а с первым связываться не хочу, не то чтобы так люблю Советскую власть, о которой ничего не помню, просто ни от кого из своих старших родственников ничего плохого о ней никогда не слышал.

А хозяйственные дела… Подумал – ведь сам дом в лесном посёлке подсказывает, как поступить! Если шеф не боится жить «на широкую ногу», значит, легализован полностью и он сам, и его доходы. Что такое ОБХСС, я и так был наслышан, но ещё и почитал перед тем, как сюда попасть. Слова шефа о том, что это время – начало громких торговых дел, для меня не откровение, не зря у дачи новый хозяин.

Да и профессия ему позволяет, а художник Павел Иосифович достаточно популярный. Так понимаю, в эту эпоху творческие личности либо запойно пили, либо пользовались всеми благами развивающегося социализма. Это без всякой иронии: если ты востребован и тебе платят хорошие деньги, почему бы и нет? Правда, не уверен, что художник Шаталов причастен к высокому творчеству; даже у Дианы проскакивало что-то про «халтурки».

Но, судя по паре портретов, виденных в студии, техника у него хорошая, лица выразительные. Не знал бы, что это хозяин нарисовал, точно бы гадал, чьих кистей работа. Конечно, не Репин, не Кустодиев, не Айвазовский, хотя при чём тут маринист? Чем я хуже? Раз художник справляется, то и у переводчика должно получиться!

Профессор мне всё разложил по полочкам, единственное, что мне предстоит сделать лично - это на «той стороне» решить семейные дела, чтобы дальше не возникло вопросов. После этой мысли что-то, державшее меня в напряжении все эти дни, будто бы отпустило. Наверное, последние неясные сомнения покидали мою измученную голову… Ну, не от коньяка же, на самом деле!

Хорошо, что больше не надо притворяться: мне очень хочется совершить переход вместе с Дианой. Не потому, что один боюсь, хотя нет, наверное, боюсь. Но больше опасаюсь, что у меня что-то не получится, что-то испорчу, пусть профессор и уверяет меня в обратном. Если что, она меня подстрахует.

О чём это я, какая страховка? Она же мне просто нравится! Ну вот, всё же не удержался: мысли вернулись к спящей в комнате напротив девчонке. Ну и пусть, что с того? Нравится! Не красотка, но обаятельная и милая. Правда, её наивность и открытость порой кажутся наигранными: ведь какими серьёзными делами занимается! Одни мои «советские документы» чего стоят, а оформила фальшивки с такой лёгкостью!

Вот Валентина, её тётя... Ну, честно, какая она тётя? В «моём» времени сказал бы: «Классная девчонка!». Ведь чуть постарше Светланы, а та такое вытворяет… Ой, что это я вдруг! От мыслей даже лицо вспыхнуло… Нет, хватит сравнивать, да ещё в таком плане.

А почему? Конечно, внешне не похожи, да и характеры, насколько мог понять, разные. Но есть что-то общее, какая-то спокойная уверенность в себе, хотя живут в разное время и в разных условиях. Да, и с Валентиной мне тоже интересно. Но с ней придётся оставаться вдвойне осторожным: пусть пока останусь для неё агентом-заготовителем. Профессия не самая плохая, но для неё, конечно, не слишком уважаемая.

Вроде бы всё, что тревожило, обдумал, надеюсь, более подробный разговор с утра развеет последние сомнения. Утро вечера мудренее, как говорится, заснуть бы быстрее, но всё не получалось. Ещё бы! Каждую ночь укладываюсь на новом месте. Случайность? Или прячут? Или специально так делают, чтобы привыкал к разным условиям?

Но даже если случайность, то сейчас меня это почему-то успокаивало. Постоянные перемены, прямо как в самой моей жизни с недавних пор. Разложил постель, но сон никак не шёл, теперь уже по смешной причине: деревянный дом, хотя и крепкий, всё равно издавал странные ночные звуки, да ещё и ветер разошёлся. Но что поделать, пока нет своего дома, привыкаю к чужим.

Устал ворочаться с боку на бок, включил свет и потянулся за приёмником. Сообразил, куда воткнуть штекер, невольно улыбнулся: трёхрогая вилка больше самого наушника! Покрутил колёсико настройки на средних волнах, наткнулся на новости. Вроде бы слышу, что говорят, но не очень понимаю, о чём. Повезло найти канал лёгкой музыки, похоже, шведской или финской. Поставил «Спидолу» на тумбочку, выключил свет, вытянулся, отгоняя оставшиеся мысли. Так и заснул под блюзы, перемежаемые польками и кантри, а может, и путаю, поскольку отключился неожиданно скоро.

Глава 37. Сосны, дюны и дела

Показалось, что разбудили петушиные крики, или яркий утренний свет ударил прямо в глаза? Комната не зря называется «солнечной»: не стал шторы задёргивать - и она наполнилась бодростью нарождающегося дня! От полуночных смятений не осталось и следа, да и переходные явления, похоже, покинули меня на время, так что чувствовал себя нормально.

Сон словно отбил воспоминания - ночью ничего не пригрезилось. Ни Наташка, ни Светлана, ни, тем более, Диана с Валентиной. Вот и ладно, с давно забытым наслаждением потянулся и подумал: уже не привыкать просыпаться в чужой постели. Впрочем, когда последний раз укладывался на своей, не считать же Мишкину квартиру? Пусть и заявил профессору, что есть своё жилье, но туда вовсе не тянет.

А может, меня просто прячут от кого-то за городом? Чуть не рассмеялся: и так все запутано, чего ещё придумывать? Вспомнились ночные мысли о коньяке, не сдержался, прыснул, представив, как Диана ловит меня у буфета! Почти как в комедии с Никулиным, только вместо статьи в журнале ссылаюсь на её шефа.

Дом уже совсем проснулся. Словами не передать, но ощущаю, как он словно радуется новому дню. Внизу слышны шаги, и доносятся ароматы чего-то вкусного! Не стал тянуть с подъёмом, повернулся, и в щёку что-то впилось. Да это же беленький наушник-грибок, мой ночной утешитель. Приёмник так и не выключил, не сядут ли батарейки?

Распахнул форточку и убедился, что не послышалось: на самом деле, вдали заливался петух, ему отзывался другой. Вчерашнюю промозглую прохладу унёс ночной ветер, а между сосен сквозь рваные облака пробивается солнце. Профессор не ошибся - «ретро-прогноз» оказался точным! Но мне ли удивляться капризам питерской погоды?

А вот и сам хозяин дачи, вижу за окном в спортивном костюме, завершает на лужайке утреннюю разминку. Конечно, одежда не «Найк» или «Рибок», но по здешним меркам вполне достойно. Пожалуй, и мне, прежде чем встать под душ, не помешает взбодриться. Пижамные штаны - не помеха: я крутился, подпрыгивал, делал выпады и стойки. Признаюсь, давно с таким удовольствием не разогревался; тело заждалось привычной нагрузки!

Заправил постель, как получилось. Провёл ладонью по подбородку: стоит побриться или, может, ещё один день и потерпит? Щетины почти не чувствовал, но всё-таки бритву испытать надо. Зажужжал, водя по щекам прохладным железом, благо зеркало рядом, на стене, и витого шнура хватает до розетки. Непривычные ощущения, но толку мало. Повозился ещё немного, да и уложил агрегат обратно в футляр.

На кухне вовсю шустрила Диана, шипела и шкворчала сковорода, пыхтел паром чайник. Девушка, в домашнем платье и фартучке, весело напевала незнакомую мелодию. Помощь от меня не требовалась. Молодая хозяйка поздоровалась и прогнала умываться – скоро завтрак! Насчёт душа я промахнулся: титан, как и в городе, по утрам не грели. Ну и ладно, мне уже не привыкать.

Всё же меня привлекли к кое-какой сервировке, за которой нас и застал Павел Иосифович. Пожелав ему доброго утра, обрадовался, что не чувствую вчерашней напряжённости, словно гостил у давних знакомых.

К столу Диана подала изумительные гренки – жаренные на масле ломтики булки, смоченные в яйце и молоке, слегка подсолённые и посыпанные чем-то пряным. На третьем ломте уже понял, что наелся.

- Извиняюсь, каши сегодня нет - не знаю, какая Вам больше нравится.

- Да мне без разницы, и так всё вкусно.

- Тогда буженину и сыр?

Это уже лишнее. «Переходный аппетит» прошёл, хотя сыр всё же попробовал. Он здесь совсем не такой, проще, но ароматнее. Оказалось, его делает кто-то из местных, но на комаровском рынке не увидишь – весь расходится по дачам.

- В посёлке многие жители ещё держат своё хозяйство: кому подспорье, кто этим и живёт. Как сельхозналог снизили, оживились, но скоро снова гайки завёртывать примутся. С сельским хозяйством неважно, тем более, здесь же все послевоенные переселенцы, кто ближние, кто дальние. При Маннергейме по хуторам хозяйствовали, а теперь большинство переселили на центральные усадьбы.

- А финнов куда дели?

- Большинство ещё в тридцать девятом сбежали, оставшихся после войны переселили, в здешних местах их почти не осталось.

- А вообще, чем люди в посёлке живут, ведь не одни учёные и писатели обитают?

- В самом Комарово работы немного: дачный трест, «пожарка», сельсовет, начальная школа, почта, пара магазинов – не разбежишься. Ещё лесхоз, да местный совхоз. К лету открываются детские сады и лагеря, но всё же туда не каждого берут, и вакансий не так много. Кто-то в Зеленогорск ездит, а кто-то и в Ленинград подался.

После завтрака Диана сбегала за почтой: принесли вчерашние «Вечерку», «Ленинградскую правду», «Известия», «Советскую культуру» и что-то местное, про курорты. Поначалу улыбнулся: к чему профессору, или «ПИ», как уже начал его про себя называть, здешние новости, если и так всё наперёд знает? С другой стороны, не подписанный на газеты человек в этом мире выглядит странно - или шпион, или больной. Уже заметил, в «этом мире» без газет никуда, и в быту не лишние, хотя бы селёдку почистить.

- Похоже, погода наладилась. Не против прогулки по берегу залива? – ПИ показал за окно.

- Мы вместе пойдём? – Диана выглянула из кухонной двери.

- Диночка, тебе придётся остаться и встретить нашу Полину. Она грозилась приготовить праздничный обед.

- А что сегодня за праздник? – что-то с утра и не соображу.

- Сергей, забыли? Сегодня же «Ленинский день», день рождения Владимира Ильича! – девушка улыбнулась, не скрывая иронии.

Ах да, уже двадцать второе! Что значит, всего вечер без телевизора - и вылетело из головы!

Диана поделилась секретом меню: Полина Владимировна собирается приготовить не только сегодняшний обед, но и бигус на воскресенье. Он у кухарки по особенному рецепту – «настоящий, польский», лучше ресторанного.

- А я крабовый салат помогу сделать! Только с тепличным огурцом и припущенными листьями капусты вместо свежего салата. Поверьте, получится не хуже летнего!

Круто живёт профессор: икра и крабы, как уже заметил, в это время не дефицит, а вот огурец в апреле…

- Дядя Паша, вы по Морской спуститесь или лесом пойдёте, пруды посмотреть?

- Не сыро ли? Вчера ещё моросило, впрочем, галоши выручат, а Сергею Михайловичу сапоги подберём.

Я не против, конечно, но как же сложно без мелочей: ни сапог, ни тёплой обуви. Хотя, разве мог поверить, что вообще сюда попаду, не то, что задержусь в гостях?

- Дина, помоги собрать походный гардероб нашему гостю.

На веранду не пошли, поднялись наверх. Там, в обоих коридорчиках, своеобразные рундуки по стенам, почти как на Мишкином катере, только во весь рост. Чего в них только не оказалось: и дождевики, и куртки, и ватники, даже новенький шуршащий болоньевый плащ. Несколько пар резиновых сапог - крепкая обувка уже забытой марки «Красный треугольник». Конечно, точно в размер не попал, но мне же не кросс бегать, удовольствовался шерстяными носками ручной вязки. Уж не Полина ли связала для лыжных прогулок?

Похоже, не ошибся - Диана предложила лыжный костюм «с начёсом». Само собой, оказался не по размеру - великоват, но короток. Не страшно, штаны всё равно под сапоги, а сверху куртка военного образца, на ватине, с куцым отложным воротником. С кепкой смотрелось смешно, но кто нас с утра разглядывать станет? Интересно, что бы сказала Наташка, увидев меня в таком прикиде?

Хозяин про свои галоши не пошутил: блестящие, чёрные, на красной байковой подкладке, они были надеты поверх его походных ботинок. Забавно видеть спортивные штаны, заправленные в носки грубой вязки. По одежде несложно понять, что он любитель пеших прогулок: тёплый свитер с высоким воротом, туристическая куртка с капюшоном и топорщившимися накладными карманами. Клетчатая подкладка прямо намекает на зарубежное происхождение.

На голове чёрный берет - может, по здешней комаровской моде, похож то ли на скалолаза, то ли на французского горного стрелка. Только вместо альпенштока в руке большой зонт, на всякий случай: небо дождя не предвещает. Смотрится ПИ забавно, но не улыбаюсь: сам-то как грибник, разве что Дианкиной корзины не хватает. Так и сказал: оказалось, угадал!

- Летом, в дачный сезон, вокруг всего полно, и ходить далеко не надо – хватает и грибов, и ягод. А на Щучьем озере вообще благодать.

- Далеко до него?

- По Озёрной улице от посёлка пара километров пешком. Но дороги приличной нет, разве что на велосипедах. Только туда в другой раз, сегодня - путь недалече!

- Диане не скучно будет?

- Полина Владимировна или тётя Полли, как Дина называет, вот-вот прибудет, дел хватит!

Снова спугнув кошку, мы прикрыли калитку и зашагали по песчаной дорожке. Ночной ветер принёс тепло - не сравнить со вчерашним «дубаком». Кроны сосен почти спокойны, пахнет хвоей и сыростью, слегка приправленными дымком. Какие знакомые ощущения! Только сейчас они ярче и свежее, как в далёких детских воспоминаниях!

Здешние субботы не похожи на наши, пока это рабочий день. Но всё же оживление ощущается: слышны завывание электрички, перестук колёс, даже хлопки автомобильных дверей. Доносятся отдалённые разговоры - гости приехали, а может и хозяин вернулся из города. Голосистые петухи уже попритихли, но порой раздаётся чьё-то блеяние: козы или овечки?

Миновали несколько коттеджей на Курортной улице, раскланявшись с парой соседей академического вида. Меня представлять профессор не стал, но улыбались эти джентльмены, судя по лицам, от души. Немного не доходя до Морской, свернули с дорожки на тропинку между соснами и пошли вдоль покосившегося заборчика. Так-то кругом лес, хоть и называется эта сторона «морской». Заборчик закончился, дальше - неухоженные заросли. Интересно будет потом сравнить, как всё изменится? Пробираемся укромной тропинкой, скорее всего, здесь когда-то был овраг, теперь начинается спуск к заливу. Утренняя роса уже сошла, поэтому профессор спокойно шагает по тропе, а мне на сапоги - вообще грех жаловаться.

- Не случайно повёл Вас этой дорогой. Прежде это были престижные дачные места, правда, сейчас об этом предпочитают не вспоминать. Посмотрите на ступени: здесь когда-то гуляли петербургские жители! Слышали про виллу Рено, нет? Тогда хотя бы обратите внимание: она слева, за забором, теперь тут детские садик. На обратном пути покажу ротонду, её отсюда не видно. Со склона отличный вид на залив! А с этой лестницы начинается бывший террасный парк с каскадом прудов. Когда-нибудь расскажу, если будет интересно.

- Мне сейчас столько нового приходится узнавать, даже не знаю, что больше интересно. Как бы во всём не утонуть!

- В своём времени ведь не захлебнулись в океане информации!

- Какая там информация, вроде бы всего много, а на самом деле - одно и то же. Здесь же всё в новинку, тем более от этого зависит моё будущее.

- Абсолютно верно. Вот и давайте поговорим о будущем, вернее, о двух будущих и о том, как их связать.

- Здесь уже не боитесь, что нас услышат?

- Это не вечер, и тут совсем другая акустика. Но сначала полюбуйтесь здешними красотами.

Понимаю шефа, почему повёл меня в лес: среди деревьев особо и не слышно, а если кто услышит, то вряд ли разберёт. А пока глазею по сторонам, ведь и правда, есть, на что! Нас ждёт овраг с заросшими склонами и широкой каменной лестницей. Осторожно спускаемся в ложбину по мшистым ступеням. Каскад не каскад, но перед нами симпатичный прудик с выложенными грубым камнем берегами и с протоптанными вокруг дорожками.

Интересно, как это выглядит в моё время, может, всё совсем развалилось? И для чего эти пруды – «для эстетики» или «для дела»? Не зря же здесь булыжники укладывали. Каменные берега придают прогулке романтическое настроение, жаль, Дианы нет рядом. Но раз не время ей с нами гулять, значит, так надо. Каменный мостик с ограждением из потемневших от сырости и времени брёвен, за ним - следующий пруд, почти высохший за зиму. Ничего, скоро пойдут дожди, наполнится. Здесь приходится быть осторожным: вроде бы тропинка ровная, но чуть не споткнулся о камень и не полетел кубарем.

Повернули направо, следующий пруд совсем маленький и круглый. Здесь ветра вообще нет, смотришься в тёмную воду, как в зеркало. Подумал, если что-то положить под камушек, то спустя много дет, уже в своём времени, смогу достать. Поделился этой мыслью спрофессором, но тот лишь улыбнулся:

- Не уверен, что получится. Задумают реконструкцию, и плакала Ваша «капсула времени»!

- Хорошо, что здесь так мало людей!

- Неподалёку пионерский лагерь, но до начала сезона долго, можно говорить совершенно спокойно.

Но пока не знаю, с чего начать, а ПИ не торопит. Задираю голову: сосны, словно вытерты ветром, запах смолы и хвои кружит голову. Начинаю понимать, почему профессор, как и многие творческие люди, предпочитает именно здесь отдыхать от городской суеты и набираться вдохновения: суровая, аскетичная красота очень настраивает на серьёзные мысли.

Наверное, прежде здесь было куда приятнее, всё же чувствуется запустение, хотя и чистенько. Не скажу, что вокруг нетронутая природа, но все же заметно - манеры всеобщего свинства сюда пока не пришли. Не видно ни следов кострищ, ни обилия весеннего мусора. Вот, ловлю себя на мысли: в чём же главное отличие нынешнего времени! Нет привычных разбросанных там и тут пластиковых бутылок, баночек и коробочек, нет застрявших цветными лоскутами на ветках разодранных полиэтиленовых пакетов; лишь время от времени попадаются в придорожных кустах окурки да смятые папиросные пачки, или летает вдоль тропинки одинокий выцветший конфетный фантик.

Следующий пруд самый солидный, с островком посередине. По берегам громадные камни: мрамор, гранит – так и не разбираюсь в них - серые, красные, бурые, в крапинку. Даже стоят аккуратные скамеечки, но присаживаться не стали. Не спеша, пошли по кругу, продолжив беседу.

- Рыба здесь есть?

- Видите, мелькает, но здесь не ловят, за рыбалкой - это на Щучье.

- А это что журчит?

- Родничок.

- Не ходите сюда за водой?

- Зачем? Она тут не очень хорошая и непонятно, откуда идёт.

Какое-то время снова шли молча, не решаясь перейти к главному.

- Мы так и будем просто гулять?

- Вам не терпится продолжить вчерашний разговор? Понимаю, Сергей Михайлович, Вы сейчас на стадии недоверия и удивления.

- Конечно, профессор, по Вашим словам всё так просто…

- Вас удивляет моя откровенность, но ведь ничего особенного от меня не услышали. Да, всё просто: государство за этим не стоит, переход никто не организовывал. И не я это придумал - всё получилось само собой. Сам до сих пор не разобрался во всех хитросплетениях. Знаю, как можно пройти через барьер, но не знаю, почему.

- Надолго ли это?

- Понятия не имею. Даже если очень захочу, не смогу рассказать больше. Сергей Михайлович, Вы наверняка думаете, почему не боюсь открываться? Во-первых, говорю далеко не всё: лишь то, что Вам необходимо знать для принятия решения. Во-вторых, если что, кто же Вам поверит?

- «Здесь» или «там»?

- Даже не знаю, где больше возникнет сомнений, потому как «здесь», максимум, могут принять за сумасшедшего, минимум - за шпиона. Впрочем, «шпионом» пробудете недолго. Последствия при этом вовсе не тяжкие, полечат, может, и отпустят куда-то под присмотр, станете жить тихо и спокойно. А там, в «вашем» времени, если вдруг не выдержите терзаний и решите поделиться, сами знаете, в покое не оставят.

Профессор остановился и кончиком зонта откинул камешек с тропинки. Тот подскочил и бултыхнулся в тёмную воду, распуская круги волн.

- Неужели поверят?

- Поверят не поверят, но «прогонят» через полиграф, сделают уйму анализов и поймут, что Вы не сумасшедший. Вот тогда станут стараться выяснить, откуда набрались такой дури, во всех смыслах. И жизнь испортят намного серьёзнее, чем здесь.

- Так что же, у меня нет будущего?

- Отнюдь. Вы можете просто вернуться и забыть про всё. В качестве компенсации получите эквивалент вашего камушка. Сами сказали, что его примут в любой «ювелирке» или ломбарде. Полагаю, так будет справедливо.

- Павел Иосифович, Вы ведь понимаете, что уже не смогу уйти. И не из-за Вашего предложения.

- Значит, предстоит вживаться и находить своё место. Не так просто научиться правдоподобно обманывать.

- Но у Вас получилось!

- У меня не было другого выхода. Просто не знал, что могу вернуться обратно.

Профессор грустно улыбнулся, и мы зашагали дальше.

- Пусть так, Павел Иосифович, наверное, Вам было проще - выбора не было. У меня есть варианты, но что это даёт? Да, я знаю, что всегда смогу вернуться, но знаю и то, что там уже не смогу ничего забыть. Но и оставаясь здесь, я всегда буду помнить, кто я и откуда.

- Идеального решения не найти, да и есть ли оно? Вы не виноваты, что таким родились и выросли, а потом пересеклись с «проходящим» на перекрёстке времён. Но оказались из тех, кто никогда не успокоится, пока не поверит в себя.

- Но я так и не верю… - наверное, моё лицо говорило сейчас больше любых слов.

- Ваши сомнения вполне естественны. Могли бы сразу продать камушек и жить спокойной жизнью, разом решив свои проблемы. Но Вы из той породы людей, что не сидят на месте.

- Почти всю жизнь провёл в Питере, самое большее, уезжал к дальней родне, не считая заграничного отдыха.

- Вы понимаете, что я не про географическую «тягу к перемене мест». Вам наверняка хотелось сделать что-то большее. И вот сейчас эта возможность появилась, пусть даже об этом никто не узнает.

ПИ смотрел прямо в глаза, словно надеялся прочесть ответ. Я не отводил взгляд: мне-то скрывать нечего, разве что мысли о Диане. Но пока и сам в них не разобрался, так что и бояться нечего.

- Самое главное, чтобы я сам знал!

- У Вас много поводов остаться: о чём-то знаю, о чём-то догадываюсь, что-то для меня секрет или знать не обязательно. Почему в этом уверен? Тому много причин. Уже упомянул: если готовились к переходу, значит, явно хотели его совершить. Во-вторых, Вам интересно, как же здесь живут люди? Хотите убедиться, насколько правы или не правы в своих представлениях, почерпнутых из книг или интернета. В-третьих, хотите выяснить, чем же всё-таки занимается Диана, проскакивая туда-сюда, ведь так?

Кивнул, тут не поспоришь.

- Вы ещё и просто любознательный человек, тем более, как сказали, Вас «там» ничто не держит. Если не это было так, то вы вряд ли бы сюда попали - это чисто технически.

- Вот как! - метнул взгляд на профессора, но он так и смотрел на дорожку.

- Об этом позже, если захотите вернуться к себе после оговоренного «испытательного срока». А так - это знать ни к чему, поверьте. Вы уже и так в курсе предназначения камней и их связи с метрополитеном. Ещё одна причина перехода – это то, что Вы оказались, как минимум, «проходящим». На первое время этого достаточно.

- А если бы не камушек?

- Всё равно что-то бы произошло, ведь и метро, и Вы остаётесь. К слову, в происходящем нет нарушения закона: никто не запрещал переходить людям из одного времени в другое. Мы не используем ничьи ресурсы, нас не контролирует государство.

- Неужели никто об этом так и не знает?

- Ничего сказать не могу. Может, кто-то и в курсе, но тогда это всех устраивает. Ведь за столько лет - ни единой попытки выйти на контакт.

- Ещё один вопрос: Диана не заманивала меня сюда специально?

Может, и зря спросил, шеф легко догадался, почему меня заинтересовало именно это. Очень не хочется, чтобы все эмоции его ученицы оказались всего лишь «служебным заданием»…

- О нет, не переживайте, насчёт «специально» даже и речи не может быть. Повторю: такие люди - один на плюс-минус полмиллиона. Наткнуться на человека с Вашими способностями можно только случайно.

- Как думаете, профессор, до осени что-то прояснится?

- До вашей или до нашей?

- Без разницы.

- Давайте начнём с первого шага.

- Разве я его не сделал?

- Это про переход? Там, можно сказать, просто оступились. Теперь придётся поступать осознанно.

- Хорошо, пусть будет так.

- Задание несложное, завтра проинструктирую вас обоих. Пожалуй, первый раз буду спокоен за Диану.

- Но ведь я ничего не знаю!

- Это здесь Вы новичок, зато у себя не ошибётесь.

- Но ведь Диана пойдёт не только ради меня?

- Верно, чтобы не тратить время. Если перейдёте несинхронно, даже с разницей в минуту, то более ранний канал перекроется.

- Как говорится, время – деньги?

- Проще, это наше личное время, не стоит его тратить зря. Может, пойдём дальше, а то второй круг завершаем?

Не то чтобы разговор напряг, но продолжил маленькое путешествие с удовольствием. За прудом протоптанная тропа кончилась, началась нерасхоженая. Здесь приходится быть ещё осторожнее, но профессор знает, куда ведёт. Уж точно никто не услышит, но и не до разговора. Опа, вот это муравейник! Здоровенный, под ёлками целая рыжая гора из хвои! Похоже, тут много таких, не зря надел сапоги.

Ручей, похоже, питается из этих прудов. Осторожно спускается вдоль заросшего русла. Неожиданно послышался шум машины, это что такое? Да просто Приморское шоссе! Правда, тогдашнее, довольно скромное, но это оно и есть, с асфальтом, разметкой и даже дорожными знаками!

Берег уже рядом, слышен слабый шелест волн за густыми зарослями. Снова пошли по тропе, и вот мы на песчаной дюне, местами покрытой прошлогодней белёсой травой.

Вышли как раз около ручейка, прорывшего себе дорожку в песчаном пляже, прямо к полосе выброшенного волнами на берег плавника и раскиданного топляка. Вот такое же чёрное бревно и потопило первый Мишкин катер!

Пляж не такой открытый, каким его помню, деревья закрывают от шоссе и подходят чуть ли не к самой воде. Сюрприз! Между деревьями затерялась кафешка, на удивление модерновая, на фундаменте из булыжников со стильными перилами. Похоже, само здание - «стекляшка», но точно не сказать, на зиму зашито посеревшими от непогоды фанерными щитами. Рядом пара дощатых павильонов - вот и всё благоустройство.

Судя по вывеске, это буфет «Курортторга» с модным названием «Спутник». Крыша четырёхскатная, а сверху пристроилась какая-то странная вышка, словно для прыжков в воду. Только вот вода далековато, и как забраться – непонятно. Может, для спасателей? Столб с проводами намекал, что здесь уже есть цивилизация и, может быть, даже телефон. Сейчас народу вокруг – никого, поэтому можно гулять спокойно.

- Скажите, насколько могу судить о переходе, то вернусь буквально в то же мгновение, как перешёл сюда?

- Какое-то время для синхронизации потребуется, но это не принципиально. Сколько бы ни пробыл «там», время «здесь» не движется.

- Почему же?

- Представьте себе два поезда, синхронно идущих по параллельным путям. Вы идёте в одном из них, из хвоста вагона в голову и вздумали открыть дверь и перейти в тот состав, что движется напротив. Переноситесь из своего вагона в другой, но там тоже можете пойти только вперёд. А если решите вернуться в первый состав, то, сколько бы не прошли вагонов во втором, перед Вами всё равно окажется дверь того самого вагона, из которого перешли.

Пока ни черта не понял, но что-то в голове начало укладываться. Не то чтобы не верил, просто привык работать с техническими материалами, а там всегда всё логично и обоснованно. Почему-то логика меня всегда успокаивала, даже по самым невероятным фактам.

- А если, вернувшись в свой поезд, пройду несколько вагонов вперёд, и захочу перейти обратно, то попаду в тот же вагон, из которого перескочил?

- Верно! Перед Вами будет двигаться тот самый вагон, до которого дошли в первый раз.

- Теперь понятно, почему во вчерашний день не попадёшь!

- Вот именно, а в один и тот же - без проблем, если не задерживаться. Потому как, пока не произойдёт повторного перехода, «вагоны стоят напротив друг друга».

- А если останусь там, а Диана возвратится и потом снова перейдёт?

- Вот тогда «на той стороне» не сможете встретиться.

- Как же так?

- Придётся ждать, пока оба вернётесь. Или кататься на метро чуть ли не каждый день, а то и устроиться на работу машинистом.

Профессор улыбнулся, а мне почему-то стало зябко.

- Надеюсь, до этого не дойдёт. Можно Вас и одного отправить, проинструктировав по обратному возвращению, но лучше подстраховаться.

- Есть особенности?

- Ещё один секрет перехода. Может, уже догадались?

- «Дверка» не всегда открыта?

- Точно! Есть своеобразное «расписание», его надо придерживаться. Но давайте поговорим об этом позже.

Профессор не стал продолжать, я тоже замолчал. Тучи опять сгустились, закрыв солнце, но дождём пока не грозят. Ветерок так и гонит мелкую волну, даже пенные гривы не видать. С удовольствием вдыхаю свежую прохладу залива. Наверное, хорошо под плеск воды слушать шум ветра и смотреть на далёкий город. Его совсем не видно, только парящая полоса берега. В наше время наверняка уже всё небоскрёбами заставлено, про «Лахту» и не говорю! А вот знакомые силуэты Кронштадта чётко видны на горизонте, только купол Морского собора тёмный и мрачный и вовсе не от погоды.

Со стороны буфета подбежала собака овчарка, а может и не овчарка - в породах не очень разбираюсь. Облизываясь, посмотрела на нас, склонив ушастую голову и поводя мокрым носом.

- Найда, привет! А где хозяин? Или опять отпустил подкормиться?

- Вы её знаете?

- Да её тут все знают. На вид грозная, но безобидная. Хозяин у неё беспутный. Шалопай, хотя довольно известный деятель искусств.

- Забавное имя.

- Это дети её так прозвали, она их не обижает. Подкармливают, особенно летом, балуют котлетами. Вот теперь и ждёт.

- Летом, наверное, много народу бывает?

- В основном детишки, кругом дачи и пионерлагеря. Даже буфет в прошлом году открыли, мороженое и лимонад привозят, правда, разбирают быстро.

- Диана любит здесь загорать?

- Конечно, можно и в Озерках, но здесь она свободнее. Тут и одна может сходить, никто не пристанет.

- А в Озерках с Валентиной ходят?

- Да, но у неё не так часто получается.

- Диана хорошо плавает?

- Пожалуй, если бы серьёзно занималась, могла бы попасть в сборную СССР.

- Какая она талантливая, ещё и рисует, и поёт.

- Довелось услышать её голос?

- Да, они с Валентиной пели для меня.

- Может, познакомься с Валей раньше, помог бы и ей развить талант. Сейчас и поздно, и сама не решится.

- Но Вы ей с работой поспособствовали?

- Это всё Семён. Сам разве что жениха помогу найти.

- Пожалуй, это сложнее, чем сделать из неё певицу, - невольно улыбнулся.

- В чем-то Вы правы, Сергей Михайлович. Скажите, она Вам приглянулась?

- Очень хорошая женщина, насколько успел узнать. Даже обидно, что она одна.

- Послевоенное поколение, увы, обычное дело. Не пора ли обратно, а то далеко зашли?

Глава 38. Чем дальше в лес...

Разговор точно зашёл не туда: вдруг представил себе Валентину в купальнике на комаровском пляже… С чего бы это, не после же слов о возможном замужестве??? Надо бы думать, о чём говорю - как быстро забыл, где нахожусь! Профессор, будто и не заметив моего смущения, ждал ответа, повернувшись навстречу пробивающемуся сквозь облака солнцу.

- А не рано ли мне обратно?

- Похоже, Вам у нас понравилось? Не станем спешить, побеседуем прямо здесь, только присядем вот на эти брёвна! – мой спутник показал на груду топляка.

Расположились даже с комфортом: здесь почти безветренно. Вроде бы дело к полудню, но ни на берегу, ни на воде никого не видать. Понятно, что в такую пору в заливе делать? Для рыбаков ещё рано или, наоборот, поздно. Не видно ни одного кораблика или даже катера, только на песке поодаль тёмные тушки лодки кверху брюхом. Полюбопытствовав о рыбалке, получил неожиданный ответ, напомнивший, где нахожусь.

- Зимний сезон закончился: корюшка и салака ушли. А корабли этим фарватером вообще не ходят, только летом мелкие «пассажиры» до Зеленогорска. К слову, прошлым летом здесь две мины взорвали, это не считая, сколько без шума обезвредили.

- С войны остались?

- Финский залив моряки называли «суп с клёцками», так густо насыпано. Но сейчас уже почти всё расчистили. Как потеплеет, и парусные яхты появятся, и рыбацкие лодки выйдут в залив. На днях здешние рыбаки свои посудины смолили, ох, и аромат по берегу стоял!

- Надолго такое затишье?

- Через неделю будет не повернуться.

- Почему же?

- Так ведь Первое мая впереди, ещё и воскресенье выпадает на тридцатое. Нечасто получается выходной и два праздничных дня: гуляй – не хочу! Народ сюда и потянется: кто уже летний сезон начнёт, кто просто праздники провести.

- С шашлыком и музыкой?

- Здесь пока так широко гулять не принято. Выпивать на пляже не возбраняется: и пивко, и портвейн, и водочку. Но вокруг обычно много детей, поэтому стараются по-тихому. Костры в общественном месте разводить не положено, да и шашлык не так популярен. Вот самовары на природу ещё берут, как до войны, но уже чаще обходятся термосами. И патефоны редко сейчас увидишь, самый писк моды - транзисторные приёмники.

- Как Ваша «Спидола»?

- Она из опытной партии, но и других хватает. Правда, на нашем пляже относительно тихо, не считая детского гомона. Комарово - вообще место спокойное, ещё и поэтому сюда забрался.

- Уже заметил, никакой суеты.

- Так здесь «академический городок», плюс ленинградская элита во всех смыслах, ну, и остальные, вроде меня.

- Поэтому кругом милиция?

- У нас даже участкового нет, ближайший - в Зеленогорске. Здесь тихо и без «органов», может, всякое жульё как раз считает, что тут за каждым углом милицейский или, вообще, «гэбэшный» агент сидит.

- Разве не так?

- Да кто такие здешние обитатели, чтобы слежку устраивать? Нужное и так по телефону услышат, остальное - добрые люди нашепчут из их же окружения. Но чаще и вовсе сами коллеги доносят друг на друга, но сейчас про это не будем. Хотя, если бы остались на праздник, смогли бы заметить, что Первомай в посёлке празднуют иначе.

- Как это, по-антисоветски?

- Отнюдь, внешне всё благопристойно. Просто в городах и даже в посёлках ходят на демонстрации, а наша «интеллигенция» показывает, что она сама по себе, выше прочих, у них словно отдельный праздник. Кто-то намекает на большевистские маёвки: мол, по-настоящему празднуем, как предки. Кто-то фрондирует, но, конечно же, ни там, ни там не услышишь партийных лозунгов и здравиц во славу Никиты Сергеевича.

Здесь Павел Иосифович широко улыбнулся - понимай, как хочешь.

- Среди партийных давно бытует шутка: прежде большевики маскировали нелегальные партийные сходки под пьянки, а нынешние коммунисты маскируют пьянки под партсобрания.

- Интересно!

- Вот Вам уже смешно, Сергей Михайлович!

- Немного. В моё время на работе уже давно не пьянствуют.

- Наслышан. И ведь справились без дебильных антиалкогольных кампаний и запретов.

- Так некогда, времени жаль! А на демонстрации и правда добровольно ходят?

- Желаете поучаствовать?

- Разве можно?

- Препятствий никаких не вижу.

- Разве что «поездка обратно»…

- Не забывайте, всё зависит от точки перехода. Пока она не закрыта, можете провести «там» хоть всё лето, а потом вернётесь обратно «сюда», в апрель.

- И смогу здесь повторно прожить это время?

- Если сказать просто, то почти так, но связь событий сложнее.

- Поверю Вам. Расскажите ещё о Первомае.

- При всей обязаловке это настоящий праздник. Народ готовится: столы собирают, наряжаются. Особенно женщины стараются, будто к весеннему показу мод.

- А на Седьмое ноября – осенние модели?

- Скорее, зимние. Сейчас у простых людей не так много радостей, это элита избалована, впрочем, как и во все времена.

- А Вы сами?

- Стараюсь жить в достатке, но без шика, вполне хватает того, что есть. Поверьте, не рисуюсь, поэтому и особо не общаюсь в творческих кругах.

- Но встречные с Вами очень тепло здороваются.

- И я с ними, почему бы и нет, они неплохие люди. Главное, что не пересекаемся по работе, поэтому с ними никаких проблем.

- Логично.

- Тем более, редко кто из художников пробивается в Комарово.

- Вот упомянули довоенные времена, Вы их застали?

- Разумеется, попал сюда в середине тридцатых.

- Как же пережили репрессии?

- Сергей Михайлович, надеюсь, ещё будет время об этом поговорить подробнее, но одно сразу скажу: не суйся туда, куда не надо, и тебя не увидят. Или наоборот, будь там, где тебя видно насквозь. Ещё лучше стать нужным, тогда, тем более, нечего бояться. Не хочется, чтобы лично убеждались, но поверьте, чтобы попасть под внимание «органов», надо очень сильно постараться.

- То есть?

- Например, попытаться проникнуть туда, куда не положено, либо вести себя так, чтобы вызвать пристальное внимание: пьянствовать, буянить, либо тратить очень большие деньги, причём регулярно. Но это правило, наверное, актуально во все времена.

- Даже в СССР, где всё под контролем?

- Забудьте либеральные бредни, сочинённые для развала страны. А уж про тотальный контроль - это вообще голливудские сказки.

Профессор говорил спокойно, и у меня не было оснований не верить его словам. В конце концов, ведь он прожил те годы и не пропал.

- Я тоже когда-то так думал, но поверьте, мой друг... Разрешите Вас так называть?

- Конечно, с радостью!

- Самое отвратительное, что этому поверили дети тех, кто жил в те времена. А бардака и при советской власти хватает. Конечно, в определённых отраслях порядка больше. Есть сферы, куда соваться с сомнительными документами либо без них не рекомендуется, но миллионы людей живут без паспортов и при этом даже перемещаются по стране.

- Это как я с Дианиной справкой?

- Абсолютно верно! Паспорта имеются, дай бог, если у половины жителей СССР. Остальные живут по метрике и со справкой из колхоза или артели.

- Сам убедился, свидетельство о рождении сделать совсем несложно!

- Для этого даже не надо ничего подделывать, просто иметь бланки и печати.

- Откуда они, ведь не ЗАГСы же грабите?

- Ценю Ваш юмор. Но и связываться с местными делягами - не лучший вариант.

- Тогда как же?

- А для чего «калитка во времени»? В Ваше время ностальгия весьма популярна, и не только по «хрусту французской булки». Есть довольно много людей, не принимающих порядки своего времени. Поэтому если не отрасль сложилась, то, по крайней мере, творческое направление. Существует спрос на изготовление исторических документов, почти как для кино или реконструкции, поэтому есть и предложение: документы на настоящих бланках, даже с настоящими печатями. Главное, знать, что записать.

- Значит, у Вас есть план по моей легализации?

Павел Иосифович снова улыбнулся, снял берет, подставив голову проклюнувшемуся солнцу.

- А метрика и справка из артели? Процесс уже пошёл! План действий такой: в первую очередь делаем на «той» стороне достоверные копии основных документов, остальные дооформим здесь. Самое сложное - трудовая книжка.

- Но как же паспорт?

- Всё начинается с первого шага. Чтобы не возникало вопросов, у Вас в «новом прошлом» должны быть идеальные документы. Сам паспорт вторичен, он нужен больше для прописки и трудоустройства. Вот по трудовой книжке пенсию оформляют, поэтому с ней здесь всё строго.

- Мне придётся жить под чужим именем?

- Зачем же? Останетесь Сергеем Михайловичем Митриным. Если откроете справочник «Весь Ленинград», даже найдёте абсолютных тёзок. А учитывая, сколько людей погибло в блокаду, сколько не вернулось из эвакуации… Вам ведь тридцать три?

- Диана записала в метрике двадцать седьмой год рождения.

- То есть подлежали эвакуации, а родители могли погибнуть, как это и произошло в жизни. По-настоящему жаль, но всё выглядит логично и вполне объясняет отсутствие ленинградской прописки. Получается, «здешнего Вас» вывезли из города в четырнадцать лет. Для детского дома, пожалуй, поздновато… Может, со школой или ФЗУ? Так и остались доучиваться где-то в Вологде или Костроме.

- А можно в Ярославле? Там бабушка жила, правда, в области. Город Тутаев знаете? Я там и на стажировке был, помню, многое в нём оставалось почти таким же, как в этом времени.

- Замечательный городок, проплывал мимо в круизе. То есть, допускаем, что Вы так и проживали там после детского дома или училища. Метрику потеряли ещё в сорок первом, в дороге, потом восстановили - частая история. Если что-то не так пойдёт, на это можно всегда сослаться: и в войну, и после неё у людей часто появлялись новые имена и фамилии.

- А когда паспорт получать?

- В армии служили?

- Нет, сначала учился, потом отсрочка по медицине.

- Сочувствую. Гипертония, невралгия, желудочное?

- Банальный аппендицит.

- Давно?

- Да уж лет десять назад, наверное.

- Это хорошо, сейчас уже точно не определить, когда резали, плюс-минус пяток лет не принципиальны.

- Это почему же?

- Допустим, операция была не в двадцать три, а лет в девятнадцать. В сорок седьмом Ваш возраст не призывался, а потом не попали после хирургии с наркозом. Вот и получили справку об освобождении от воинской службы.

- А военный билет?

- Их только сейчас начинают выдавать всем категориям, а не только отслужившим. Сами понимаете, что справку «нарисовать» гораздо проще. В комсомоле могли и не состоять, хотя это как раз не проблема. Главное - определиться, где Вы работали, чтобы выписать профсоюзный билет.

- А потом и трудовую книжку?

- Это потом. Допустим, Вы работали заготовителем в Тутаевском районе, можно сделать справку оттуда. Со временем решили перебраться поближе к «родным местам», но, поскольку сразу не получается, для начала осели в нашей «подшефной» артели.

- Понимаю, как «лисичка со скалочкой»!

- Сергей Михайлович, мне нравится, что не унываете. Но процесс легализации нескорый, часть документов придётся оформлять законным путём, то есть - неспешно.

- Почти как в том анекдоте?

- Что за анекдот?

- Да про смену фамилии. Там спросили человека одной национальности, зачем тот меняет фамилию на Сидоров, если уже один раз менял, став Ивановым. «Вот тебя спросят, как твоя прежняя фамилия? Ты ответишь, что Губерман, а я скажу - Иванов!»

- У вас в ходу такие истории?

- Но это ещё со студенческих времён! Скажите, а почему меня сделали именно артельщиком, если точнее, участником потребительской кооперации?

- Дело в том, что в прошлом году разогнали промысловую кооперацию.

- А при чём тут охотники?

- Нет, что Вы! Русское слово «промысел» означает производство чего-то, обычно в частном порядке. Так вот, всю систему промышленных артелей Никита Сергеевич ликвидировал, передав государству.

- А чем же они занимались?

- О, всем тем, чем в ваше время занимается частный бизнес: сфера услуг, мелкое производство, лёгкая промышленность, даже радиотехника. Но не будем о грустном - потребительская кооперация, наоборот, усилилась. В феврале даже вышло правительственное постановление об улучшении сбыта излишков сельхозпродукции от колхозников и колхозов.

- То есть, чем и я занимаюсь по легенде Дианы? Произвожу закупки для артели, чтобы потом куда-то передавать?

- Для реализации, чтобы людям на селе самим не возиться с перевозкой. С транспортом пока здесь неважно, в этом сами убедитесь. Да тот же сосед по квартире, Семён! К нему брат приезжает, только если удаётся договориться с машиной в колхозе.

- А разве он не может приехать на автобусе или электричке?

- Сам-то он приедет, а как мешки с овощами повезёшь?

Сразу вспомнил Дианкину улыбку при упоминании деревенского сала. А по ней и не скажешь, что любительница жирного!

- Можете представить мою радость, когда по случаю предложили не просто машину, а «универсал».

- Разве такие сейчас выпускают?

- Есть, но очень мало! Так что у меня не совсем «Москвич-407»: по бумагам называется «423-я модель». Очень удобно: можно перевести всё что угодно, хоть картошку! Не улыбайтесь, бензин-то дешёвый, сгонять в деревню несложно. Да и хорошему человеку помочь приятно: у Матвея покупаю по самой хорошей цене.

- Он не смущается?

- С чего вдруг? Когда-то он был подполковником МГБ, гонял «лесных братьев» в Прибалтике.

- А потом стал фермером?

- Не фермером, единоличником! Ему в этом плане проще - военный пенсионер. Но вернёмся к Вашей работе. Вчера перед сном набросал план действий. Придётся отыскать, не обязательно в самом Тутаеве, подходящую промысловую артель конца пятидесятых. Поскольку их давно закрыли, то все документы, как полагалось в СССР, передали в архив, а не просто списали и выкинули.

- А Вы на основании старых документов сделаете мне здесь новые?

- Нет, Вы сами сделаете их «там».

- Но как же мне найти эти бумаги, как искать себя «нового» на той стороне?

- А на что архивы, музеи, в конце концов? Вы когда-нибудь общались неформально с чиновниками или работниками государственных организаций?

- Сам нет, вот директор на прошлой работе умел находить контакты. Не зря заказы получали!

- Вот именно, есть много способов: с мужиком выпить или найти общую тему, женщине подарить безделушку или отпустить комплимент. Или ещё один неплохой вариант вызвать к себе интерес.

- Как же это сделать? – даже пододвинулся поближе к профессору.

- В ваше время стал популярным поиск корней, составление родословных, любительские историография и краеведение. Вы можете представиться фанатиком истории родного края или, наоборот, искать следы предков. И не забывайте, что архивы есть и областные, и городские, а доступ туда несложный.

- А ведь точно! Помню, ещё во время практики бабушка Лиза говорила, что потеряли документы на дом в деревне. Она называла его смешно: «усадьбой», а дядя Лёня, её сын, говорил: «Не волнуйся, в архиве поднимем!»

- Отрадно видеть, что Вы сразу взяли правильный курс.

Профессор говорил по-доброму, но серьёзно. По нему видно, что доволен моей сообразительностью. Да и мне стало легче от того, что вместо гаданий получаю чёткую последовательность действий.

- Потом, мой друг, Вам не нужно строгое соответствие в мелочах, хотя и фантазировать не стоит. Не старайтесь найти своего полного аналога, требуется более или менее подходящий по возрасту и образованию. Фамилию и имя в это время поменять несложно, и оснований для этого может быть очень много. Ведь кто знает, почему погибли вымышленные родители? Причиной могла стать война, а отец вполне мог попасть под репрессии. Вот мать и сменила фамилию, такое тоже случалось. А ещё Вас могли усыновить.

- Для этого тоже должны быть документы!

- Не обязательно. Восстанавливая метрику, могли написать так, как сказал мальчик.

- Похоже, придётся потрудиться.

- Поэтому и предлагаю вернуться не надолго обратно, здесь ещё успеете устроится.

- Ну да, не сидеть же безвылазно в квартире или на даче.

- Вы правы, время зря терять не стоит.

- Но всё равно не представляю, как Вы здесь прижились.

- Чему удивляться? Ведь попал сюда не из рая, на рубеже веков лихие времена не завершились: стояли на грани, непонятно, куда страна пойдёт. Сейчас-то понимаю, что оказался прав, но не стану навязывать свою точку зрения. Ведь у Вас «там» тоже начинается новый этап жизни.

- Вот именно, что новый и непонятный.

- Не видите себя там?

- Сразу не сказать, ведь даже голову не поднимал, чтобы осмотреться. Как-то не до того было, и если бы не этот камушек, долго не видел бы окружающего. Да и себя бы не видел!

Оба замолчали, слушая слабый шелест прибоя. Пригревшись на бревне, размышлял, что же меня заставляет слушать рассказы профессора о здешней жизни, и при этом абсолютно не задумываться о последствиях своего поступка. Неужели так сжился с ролью «путешественника во времени»? Не только сегодняшняя морская безмятежность - всё происходящее словно убаюкивало меня. Конечно, ещё и девчонка тому виной, но почему-то не хотелось прерывать профессора, просто плыл по течению, и неважно, куда вынесет, главное - само путешествие. А может, так оно и есть?

Ведь мне и правда нечего делать на «той» стороне. На Светлане всё равно не женюсь, это уже понимал. И дело не во мне, и, может быть, даже не в ней. Пусть окунуться в реку минувшего так приятно, но каждое следующее разочарование, будь то пятое или десятое, станет лишь болезненнее… И в чём тогда смысл моих тамошних терзаний?

- Вы так задумались, Сергей Михайлович, не продрогнете? А то солнце, того гляди, скоро тучами закроется.

- Нет, Вы же меня тепло одели.

- Но всё же берег, ветер - не хотите погреться?

Уж не фляжечку ли с коньяком припрятал ПИ в бездонных карманах своей куртки? Но это оказался всего лишь маленький термос, и явно не китайский.

- Диана позаботилась!

Отвинтил крышечку, под которой оказалась ещё одна. Очень удобная штука, и выглядит солидно, несмотря на миниатюрность.

- В это время ещё умеют не просто работать с металлом и стеклом, но и делать это красиво. Знакомый моряк привёз из Канады, он же и кофейными зёрнами порой балует, но уже из Гамбурга.

- Здесь редко бывает хороший кофе?

- Когда как, а запас долго хранить не получается, ещё нет вакуумных упаковок. Анатолий, правда, сообразил использовать школьный вакуумный насос, вот только с плёнкой напряжёнка. Но времена меняются, скоро она и тут повсюду появится.

Запах берега отступил перед ароматом кофе. До чего же приятно сделать глоток изумительного напитка на берегу залива! Настроение, и так неплохое, а теперь становилось совсем безмятежным.

Горячая крышечка в руке снова навела на мысли об оставшихся «там». А ведь на прошлой работе и не с кем было общаться по-настоящему. Зря, что ли, с Мишкой так скорешился, что порой поддавался его «пиратским» уговорам? Мы с ним, случалось, хорошенько набирались, не хотелось терять друга! С другой стороны, не будь меня рядом, может, товарищ и совсем взял бы «лишка на грудь». Или, как он говорил в таких случаях, «вязал шкоты»! А так он всегда помнил: если что, то ему меня домой тащить!

Вообще, конечно, со здешним временем в части выпивки не сравнить. Не так много ещё повидал, но краем глаза замечал подгулявших людей даже днём. А сколько здесь всего нахожусь-то? В Комарово, правда, пьяных не видел, но мы и приехали достаточно рано, и гуляем сейчас по академической части. Хотя тут обычных людей хватает, та же «обслуга», в конце концов.

Надо обязательно про все бытовые и прочие тонкости выяснить и у профессора, и у Дианы, чтобы не попасть по глупости или неведению в неприятности. Пока же продолжили прежний разговор.

- Ещё чашечку? Как раз и допьём.

- Не откажусь. А Вы все тонкости про документы не от Валентины узнали?

- А как Вы думаете? Она и здесь бывала, и домой на праздники приглашал. Они с Диночкой не только пели, но, само собой, обо всём разговаривали. Люди сейчас более открытые, особенно оставшиеся без родственников. Ведь у Вали тоже никого из родных нет.

- Совсем-совсем?

- Да, так война по ней прошлась. Поскольку семьи нет, она, порой, рассказывает забавные случаи со своей новой работы. О старой-то особенно не поговоришь.

- Она, действительно, работала чертёжницей?

- Да, в одном из закрытых институтов, который, между прочим, сыграл не последнюю роль в этой истории.

- Снова секрет?

- Нет, просто там этой темой уже не занимаются, да и узнал об этом поздно. Но Валентину к нашим делам и не думал привлекать. Спасибо и за то, что рассказывает, без этого было бы сложнее. А ещё Семён иногда советом поможет.

- Вы с ним дружите?

- Можно сказать и так, не мог же не познакомиться с соседом Дианы? Тем более, он беспокоится о девушке, всё-таки дочка погибшего друга. Вы ведь с ним ещё не виделись?

- Нет, он сейчас в порту пропадает.

- Семён только на вид такой суровый, на самом деле глубоко ранимый человек. Тоже потерял семью, но так и не женился.

- Не стану спрашивать, почему.

- У него есть знакомая женщина, но не спрашивал об отношениях. И к Валентине по-доброму относится. Может, будь та постарше, и предложил бы ей руку и сердце, но в «этом» времени разница в возрасте - существенный момент. Хотя мужчины после войны привередливы, могут выбирать любую партию! Но что-то мы отвлеклись! Не пора ли идти обратно, заодно и поговорим об оставшихся деталях, а то берег оживает.

- Не против, и правда, засиделись!

Действительно, на берегу, рядом с кафе, появились люди. Один - с портфелем, другой - с непонятной конструкцией в руках. Подойдя поближе, я разглядел раскладной деревянный метр. Они что-то замеряли и записывали, видимо, прикидывали, что нужно сделать для подготовки к летнему сезону.

- Забавная спасательная вышка, - я кивнул на конструкцию на крыше кафе.

- А это не вышка, а триангуляционный знак для навигации.

- Вот как!

- Так ведь ни лестницы, ни даже скоб на трубах - ничего не видно.

- Вы хорошо знаете окрестности!

- Уже привык к этому месту, много здесь гуляю. Одиночество способствует творчеству.

Обратно поднимались по Морской, такой же пустынной, как и всё весеннее Комарово. Разве что на полпути нас обогнала голубая легковая машина, свернувшая с Приморского шоссе. Прогулка здорово проветрила голову, не хуже, чем сам разговор. Но не обо всём на ходу поговоришь, тем более, что ситуацию в общих чертах уже понял, а по деталям придётся не раз обстоятельно советоваться. Пока шли обратно, успели затронуть ещё одну тему.

- Скажите, к чему такая тщательность с документами, если собираюсь пробыть здесь максимум до осени?

- А вдруг захотите остаться подольше? К тому же, усилий потребуется не намного больше, зато волноваться не придётся.

- Получается, планируете меня продвигать дальше?

- В том случае, если у Вас появится такое желание: не век же в заготовителях толкаться с такими способностями? Но только Вы сами сможете распорядиться своей судьбой. Любое давление приведёт к неверному решению, как следствие, к большим потерям для нас.

- Хорошо, но ведь тогда потребуется диплом, придётся тоже фальшивый делать?

- С дипломом сложнее, так что пока подумаю над этим, но никто не мешает Вашему герою самому выучить немецкий язык.

- Неужели в нынешних школах так хорошо преподают?

- Преподавательские кадры неплохие, но давайте продумаем другой вариант, где документ ВУЗа не нужен. Поступить на работу учителем немецкого языка или штатным переводчиком в «Интурист» не получится по многим причинам. Тем более, постоянная нагрузка не позволит нормально работать на нас.

- Сам не хочу, я же технический переводчик, даже художественную литературу не смогу прилично перевести.

- Добро! Ищем вариант без диплома. Определим легенду: откуда так хорошо язык знаете? Вы, вообще, почему решили учиться на лингвиста?

- Да так, случайности… В школе преподаватель немецкого оказался из из военных, служил в штабе группы войск в Германии. Поэтому поначалу язык у меня был «ГДРовский», это и настоящие немцы отмечали. А отчим в с начала девяностых попал в совместную с австрийцами компанию. Как мамы не стало, часто с собой брал, и в универе подрабатывал, после выпуска работал какое-то время. Поэтому разговорный - больше австрийский.

- Подходящий вариант, можно представить дело так: в школе преподаватель тоже из военных, у него и научились. А он служил, к примеру, переводчиков в оккупационных войсках в Австрии. Кто поедет в Ярославль проверять?

На этом деловой разговор завершился, тем более, снова шли по историческим местам. Наверное, когда-то здесь было красиво и ухожено, сейчас лишь местами проглядывают следы прежнего благоустройства. Хорошо, что беседка-ротонда на откосе устояла, пусть и довольно облезлая на вид. Миновали красивый литой забор той самой виллы Рено: позеленевшие бетонные столбы с завитушками на воротах – то ли цветы, то ли змеи!

За воротами неожиданно показался мужик средних лет, в хромовых сапогах, синих галифе и накинутой на плечи такой же куртке военного вида, как у меня. Дальше милитаризма ему не хватило, поскольку под бушлатом защитного цвета виднелся пиджак и вышитая рубаха – ну прямо «дорогой Никита Сергеевич!». На меня глянул без интереса, зато Павлу Иосифовичу приветливо улыбнулся.

- Добрый день, Павел Иосифович! Снова гости?

- Привет, Петро! Да, скучать не дают! А как у тебя, начальство приезжало?

- Так открытие в конце мая, разве что на праздники нагрянут. Пока даже бригаду не наняли. Мне самому, что ли, красить?

- А что, солдат больше не присылают?

- Так толку с них, одна морока, с гражданскими сподручнее. На Первомай-то будете?

- Не получается, в городе дела.

- Тогда так заходите, чайку попьём!

- Обязательно.

Мужик махнул и скрылся в глубине виллы, а я сделал два вывода из той вывески, что разглядел на деревянной стене: детский сад принадлежит военному министерству, а перед нами был, скорее всего, его завхоз. И второе, судя по разговору, понятно, откуда у ПИ в кладовке этот военный казакин.

- Признаюсь, Сергей Михайлович, такие обитатели Комарово мне гораздо ближе.

- Получается, после войны здесь началась совсем новая жизнь?

- По сути, так и есть. Не знаю, как раньше у здешних обитателей складывались отношения между собой. Старожилов не осталось, спросить не у кого. Кто и оставался после революции, так война раскидала, ещё и не одна. Особо спросить не у кого. А вот на соседней вилле, между прочим, частенько отдыхал академик Павлов.

- Как это, он же, помнится, до войны умер, а здесь ещё Финляндия была?

- Не всё так однозначно было и в те года, как кажется сейчас. Жизнь есть жизнь: и за границу ездили, и учились, и выступали. Не все, конечно.

- А Вы откуда это знаете?

- Так же, как Вы познаёте действительность шестидесятых. Поначалу всё в диковинку, даже не сравнить с нынешними временами. Но и тогда люди жили обычной жизнью, разве что труднее. Другого времени у них не было, в нём рождались, жили, растили детей и умирали.

- Как серьёзно…

- К сожалению, Комарово со временем пришло в запустение. В войну многое взорвали, что смогли, восстановили, что-то новое построили. Но получился не уголок науки, а заповедник времени. Действительно, оно здесь словно остановилось, но не то, прежнее, а как бы само по себе. Жизнь здесь идёт тихо, спокойно, и почти не советская. Это Вы и сами, наверное, заметили. Единственное, что не даёт совсем застыть, - детские сады и дачи в летнее время на каждом шагу.

Не мог не поразиться бодрости профессора. Сам уже, пожалуй, начинал уставать, особенно на подъёме в горку. Не зря шеф начинает утро с зарядки, и мне она не помешает. Тем более, ещё свежи в памяти ощущения после перехода. Так что ещё зарок - держаться в форме. Потом, не зря же ПИ, хоть и мельком упомянул, что Диана любит ходить на местный пляж.

Глава 39. Маленькие радости

Постарался переключиться на другое, не хватало ещё снова о Диане грезить.

- В Комарово настолько безопасно?

- Абсолютно! И не только потому, что здесь академики и писатели, - сама обстановка способствует. За машину больше в Ленинграде боюсь: утром можно на кирпичах обнаружить или без стёкол. Поэтому «Москвич» Анатоль ставит в гараж рядом с домом, получилось договориться.

- А здесь прямо так оставляете, на улице?

Видел по пути сюда на дорожке одной из улиц, если не путаю,огуречно-вытянутую «Победу».

- Случается, если ненадолго. Но по проекту и здесь гаражик предусмотрен - в домике, что во дворе, за беседкой. Хозяйственный блок на одно «машиноместо», там же и летние апартаменты Анатолия. Ему там больше нравится, но зимой поневоле наверху спит, хотя чаще старается уехать домой.

- Вы меня с ним познакомите?

- Обязательно! Он очень интересный человек, мне будет любопытно узнать Ваше мнение о нём. Но продолжу о безопасности. В солидных домах есть что взять, но куда потом денешь? Это у меня на даче всего лишь старый «Телефункен», да и тот с номером: через комиссионку не продашь. А сломается - где лампы найдёшь, не из Гамбурга же заказывать?

- А серебро, мебель, холодильник?

- Честно говоря, невелика потеря, хотя приятного мало, конечно. Но подумайте: прежде чем сбывать ворованное, его увезти, а на чём? Здесь на круг только Приморское шоссе и железная дорога, куда ещё поедешь? Конечно, видеокамер нет, но осведомителей у уголовного розыска хватает. Да и посты ОРУДа на трассах стоят.

- Это ГАИ нынешнее?

- Не совсем, инспекция тоже есть, там машину регистрировал. А ОРУД - это регулировщики. Так что за угон не опасаюсь, да и машина приметная. А с Зеленогорской милицией по телефону быстро свяжут, хотя их не так давно и посокращали. За остальное и вовсе не переживаю: металлолом в этом времени сдавать некуда.

- А похулиганить?

- Здесь Вы правы, бывает. Но у дачного посёлка, и не только этого, репутация соответствующая. Тот же детский сад военный… Или вот как-то рассказывали: покусились воришки то ли на «минобороновский» санаторий, то ли на генеральскую дачу. Может, потерпевшие точно и не вычислили, кто такое натворил, но особо гадать не стали. Привезли взвод старослужащих моряков или лётчиков, те просто-напросто прошлись по известным воровским «малинам» и начистили рожи всем подряд, пояснив напоследок, что впредь не стоит туда ходить. Так жулики сами быстро в милицию с повинной пришли: там безопаснее показалось.

- Серьёзные ребята!

- Впрочем, это на грани местных легенд и юмора. Но к этому ещё вернёмся, не хочу, чтобы Вы попали в неприятную ситуацию из-за незнания. Тот же транспорт до Ленинграда - вечерами лучше одному не ездить. Вот и завтра поедете на дневной электричке: так и вам свободнее, и мне спокойнее.

- Не хватает вагонов?

- Тут много чего не хватает, а преступность - отражение общественных отношений. Как говорил Остап Бендер, кстати, ещё нереабилитированный: «Если в стране есть деньги, то найдутся люди, у которых их много». И таких людей обычно хорошо знают, разумеется, те, кому положено.

- А как же Вы?

- Как таковых денег у меня много не бывает. Стараюсь пускать их в дело: так спокойнее. Иначе для чего же ещё-то они нужны? Рассчитываюсь с людьми, оплачиваю текущие расходы, налоги и, само собой, определённый «страховой фонд» имеется. Но стараюсь держать его в таком состоянии, что трудно найти, изъять и, самое главное - узнать о нём. Если известно о том, что у тебя есть что-то ценное, рано или поздно до тебя доберутся, и ты отдашь добровольно или не очень.

- Понятно – «Не запостил, значит, не было!»

- Не знаю точно, откуда, это, но верно.

Прогулка сама по себе способна вызвать аппетит, а уж такая - тем более! Как бы ни был занят размышлениями о будущем и прошлом и их переплетении, но при виде профессорской дачи почувствовал, что уже подсасывает под ложечкой. Даже показалось, что ощутил ароматы кухни, хотя ветер дул с залива. Шеф улыбался, наверняка понимал моё состояние.

- Похоже, мы вовремя! – произнёс он, для порядка посмотрев на часы.

Особо испачкаться не получилось, поэтому со спокойной совестью оставил сапоги в прихожей. Из столовой доносились слабые, но весьма возбуждающие запахи:- понятно, главное колдовство на кухне! В приоткрытую дверь с вороватым видом юркнула кошка, запросилась на улицу. По её виду - не успела ничего стащить, поэтому не стали удерживать.

Заслышав нас, в столовую заглянула Диана в фартучке с оборками:

- Ой, а у нас ещё не всё готово! Вы располагайтесь в кабинете, сейчас поставлю закуску!

- Не переживай, Диночка, мы хоть и проголодались, но немножко потерпим.

- Да не нужно, сейчас-сейчас!

Мы прошли через столовую, и тут впервые увидел Полину Владимировну, почему-то сразу поздоровавшись с ней по имени-отчеству. Она ответила, словно давнему знакомому, и тут же вернулась к плите. Особо не разглядывал, но как-то сразу понял, что здешняя кухарка - не моя современница. Не то чтобы лицо или манеры, похоже, уже начинал чувствовать «ауру», тем более, в облике «тёти Полли» уловил что-то северное: карельское, финское или, может, эстонское.

Но особо раздумывать не пришлось: умывшись, мы разошлись с Павлом Иосифовичем привести себя в порядок и переодеться к столу. Мне выбирать особо не из чего, поэтому управился первым. Теперь стоял в столовой, поглядывая через окно во двор, где кошка кого-то высматривала на дорожке, хотя для птичек, тем более бабочек и стрекоз, ещё рано.

Профессор вышел в рубашке с галстуком, домашней куртке и уже знакомых туфлях. Пока Диана что-то собирала на подносе, шеф поманил меня в кабинет. И верно, что мешаться? Последовал за ним, но не стал усаживаться в кресло, а, наконец, разглядел приёмник под накидушкой. Да, солидный аппарат, умели немцы хорошие вещи делать, не то что нынче.

- Сергей Михайлович, полагаю, нам впору согреться после прогулки?

- Коньячок?

- Коньяк, в такой день? Нет, настоящая водочка, домашняя!

- Это как же, самогон?

- Отличный фабричный спирт на хорошей воде.

- Полина Владимировна делает?

- Ну уж нет, это никому не доверю! Конечно, найти неплохую «казёнку» несложно. Но раз уж научился в своё время, почему бы и не продолжать? Медицинский спирт найти - не проблема, тем более это один из компонентов очень интересного бальзама.

- Что за напиток? – насторожился, предполагая, что не зря профессор о нём упомянул.

- «Ладожский» бальзам, чудодейственное средство!

Чувствую долю юмора в его словах, ещё раз подтверждая догадку, что это не просто так. Тем временем появилась Диана с подносом, на котором несложно разглядеть стопочки, ледяной графинчик, наполовину наполненный кристально-чистой жидкостью, тарелочку с хлебными ломтиками и непонятные серебряные приборы под салфеткой.

- Вот, пожалуйста, перед застольем! А мы уже скоро!

«Так и спиться недолго», - вертится в голове. Хотя, почему бы нет: сегодня праздник, в город только завтра поедем, можно и расслабиться. После вчерашнего коньяка особых последствий не почувствовал, всё же проще воспринимать невероятное вот так, с лёгким хмельком в голове.

- Не подумайте, Сергей Михайлович, что это своеобразная агитация за нынешнее время. Во-первых, Вам надо согреться, во-вторых, считайте это аперитивом перед Полининым обедом. Впрочем, Вы заметили, я не шикую, а такие угощения могут себе позволить на праздники, пожалуй, все граждане страны Советов, ну или почти все. Тем более, здесь в цене чаще другие продукты. Не откажитесь, здесь и консервантов почти нет, и поставка всегда свежая, по крайней мере, в этой категории.

- Да, уже заметил, даже в обычном гастрономе, куда мы с Дианой заходили, на прилавке лежит - особо никто не берет.

- В рядовом и товар попроще. Здесь, конечно, отсутствует разделение на классы, но магазины подразделяются на категории. Это не значит, что в рабочем районе в продуктовых сплошная дрянь, нет, там спрос немного иной: печёночная колбаса пойдёт лучше копчёной. Но об этом можно говорить бесконечно, а пока, как говорил один из героев Булгакова, «вздрогнем»!

Профессор, ловко прихватив ледяной графинчик салфеткой, разлил водку по стопкам.

- Сергей Михайлович, предлагаю для начала «по маленькой» в честь праздника, но не станем углубляться в повод!

Мы соприкоснулись тонкими стенками, за которыми с ровным натягом колыхнулась водка. Всё же незаметно принюхался: пахнет обычно, не чувствуется ничего особенного. По примеру хозяина прильнул к стопке, но, вопреки обыкновению не опрокинул сразу, а задержал во рту. Водка хороша: мягкое тепло разошлось внутри, и ведь правда, слегка продрог.

- Не стесняйтесь, закусывайте! Как Вам удобнее, можете бутербродики сделать, но рекомендую прямо так, из креманки.

Вот это да! Под салфеткой, кроме маслёнки и двух чашечек в изящном серебряном обрамлении, – такая же хрустальная икорница под крышкой. Смотрю: профессор и правда берет ложечку и щедро накладывает маслянистые тёмно-серые шарики в чашечку.

Признаюсь, подобная закуска «у себя» нечасто встречалась, да и не скрою: не в особом восторге от неё: красная больше нравилась. Но не отступать же перед трудностями эпохи – что бы теперь и мне не пошутить?

Зачерпнул из креманки пол-ложечки матово-блестящих шариков и раздавил их во рту. Ожидал на языке взрыв привычной рыбьей солёности, но икра оказалась хоть и с морским оттенком (куда без него?), но больше отдавала орехом.

Ух ты, с моим временем не сравнить... Хотя, если честно, от обычной селёдки, особенно маринованной да с лучком, впечатления не хуже. Но тем не менее оценил деликатес. Добрал с ложечки остатки, ощущая языком податливые икринки, от избытка чувств не удержался и покачал головой.

- Надеюсь, понравилось?

- Ещё бы, в наше время такое удовольствие мало кто себе может позволить!

- Особо не обольщайтесь: и в это тоже.

- Но Вы сами сказали, что икра лежит в каждом магазине?

- Икра икре рознь, в том числе и по цене. Не скажу, что она ширпотреб, но ею кормят анемичных деток, а паюсную, порой, в школах на завтрак выдают. Впрочем, не всем нравится, дети есть дети. А вот такая белужья, она же и самая дорогая, есть не везде.

- Да, вкус бесподобный!

- Конечно, она лишь для гурманов, вроде нас с Вами, прочие граждане могут позволить себе баночку разве что на праздник. Сейчас зарплата в сто рублей считается вполне приличной, так что прикиньте, сколько деликатесов можно купить?

- Понимаю, по чеку получилось почти двадцать рублей за килограммовую банку.

- Вот так и постигаете здешнюю экономику! По второй, на ход ноги?

- Не против! – произнёс это вполне искренне.

Приятно сидеть в теплом кабинете и поддевать икорку из хрустальной креманки. Профессор не торопит и следующую стопку не предлагает, поглядывая на меня почти по-отечески.

- Перед обедом о деле говорить не принято, может, о чём-то нейтральном?

- Почему бы и нет? Хотя бы о Вашей технике.

- Заметил, как поглядываете на этого монстра.

- Не зря за мебель вчера принял!

- Вот сами и проверьте.

Откинул вязаную накидушку, воткнул шнур в розетку, пробежался взглядом по панели. Немного удивился немецким буквам, потом сообразил, что аппарат, возможно, ещё довоенный, а английский в радиотехнике стал международным гораздо позже. Нашёл нужный тумблер, щёлкнул клавишей - шкала приёмника засветилась, в углу заметил знакомые переливы индикатора. Похоже, радио настроено на нужную волну: зазвучала бодрая музыка, почему-то она мне понравилась, хотя раньше не слышал. Звук, конечно, впечатлял. Пусть о высоких частотах, говорить смешно, но звучало сочно и мощно, хотя и негромко. Может, я просто быстро привык к спокойным ритмам?

- Быстро разобрались!

- Так на нем всё написано: что и как. Солидная вещь!

- Согласен. Анатоль, как увидел, прямо задрожал от восхищения.

- Вот здесь я его понимаю, со «Спидолой» не сравнить.

- Диана успела похвастаться?

- Перед сном слушал, хорошая модель. Наверное, по здешним меркам, так просто суперская!

- Будет Диночке с чем летом на пляж ходить.

Опять о пляже, не на отношения ли с девушкой намекает?

– Не скрою, «Спидолу» по большому счету, для Диночки, как здесь говорят, «доставал». Прямо с завода, в Риге, специальная сборка! Один из учеников устроил по своим связям.

- Смотрю, уже хватает всякой техники для комфортной жизни! Совершенно не ожидал!

- Верно, много нового создаётся, порой на уровне зарубежного.

- Вот у Вас дома приёмник «Грюндиг», здесь «Телефункен», а телевизор отечественный?

- Импорт можно достать, но уж очень дорого, да и ненамного лучше наших, довелось посмотреть.

- Неужели?

- По конструктиву - точно, вот исполнение, да, хромает. Диана включала мой домашний телевизор, как он показался?

- Модель интересная, изображение яркое, чёткое. Мне понравилось.

- Ещё бы не нравилось! Наш Анатоль сразу после магазина разобрал и все контакты перепаял. Заодно половину ламп заменил и конденсаторы прозвонил. Так-то схема хорошая, и кинескоп нормальный. Конечно, обошлось несколько дороже, зато в ремонт не придётся возить.

- А как же гарантия?

- По этой гарантии прождёшь в очереди! Потом, я же художник: что мне стоит сделать гарантийный штампик для мастичной печати?

Вот как! А не промышлял ли любезный Павел Иосифович по первости чем-то интересным, ведь долго тут живёт? Но уточнять это не стал, как многое другое, тем более что ПИ продолжил техническую тему.

- Поскольку до цветного телевидения ещё долго, то торопиться некуда. Да и скажу Вам, что сам процесс выхода в кинотеатр намного приятнее, тем более с билетами нет проблем.

- И есть что посмотреть?

- Представьте себе, хватает! Порой едва на премьеры поспеваешь! Кинотеатров всё больше, правда, на Удельной с этим совсем неважно. Но центр Ленинграда никуда не делся, а художники-любители работают и в кинопрокате, и на «Ленфильме». Могу с одной познакомить, если не против!

Профессор улыбался, а меня насторожило слово «одной». Насколько успел понять, ПИ редко говорит не по делу.

- В Комарово телевещания нет: когда ещё в Зеленогорске вышку поставят. А зимой хватает этого трофея; – сами сказали, что звук божественный! К слову, музыка не мешает?

- Да пусть работает.

- Как водочка пошла?

- Полет нормальный!

- Всё же вернусь к тому, с чего начал. И впрямь, считайте мои квартиру и дачу «агитпунктом». В этом мире хватает сложностей и трудностей, но многое гораздо проще и яснее. А то, что видите - просто возможный образ жизни, по мне - так наиболее подходящий. Не знаю, как Вы, но сам в прошлой жизни, к сожалению, успел совершить много ошибок. Может, именно поэтому мне здесь гораздо лучше. Да и не уверен, что дожил бы до таких лет.

Так и захотелось уточнить: сколько же он прожил «там» и «здесь»? Но понимаю – всему своё время.

- Поэтому не ломайте голову, просто вкушайте, что возможно.

- А обычную еду употребляете?

- Разумеется, праздники не каждый же день, да и умеренность не только полезнее для здоровья, но и делает праздничное угощение более желанным и вкусным.

В этом я давным-давно убедился. Там, в «своём» времени, был избалован. Честно говоря, особо и не понимал не только, что ем, но и что делаю. Теперь поневоле придётся научиться разбираться во всём самому.

- Сергей Михайлович, мне многое пришлось переоценить и, к счастью, заплатить за это не так дорого. Впрочем, мы потихоньку перешли к деловой части разговора. Ещё по одной?

- Если только половинку.

- Не переживайте: «до дна» не настаиваю!

В этот раз пригубил только треть, но удовольствия получил ничуть не меньше. Всё же мысли занимало больше то, что ещё услышу от профессора. Хотя уже понимал, что ничего плохого он мне не скажет, и не потому, что завлекает или обманывает. Но если и так, то получается у него очень умело. Ощущение, что он пытается сделать из меня, если не друга, то искреннего союзника, только крепло. Да и моё внутреннее сопротивление уже совсем угасло, просто не хотел ничего испортить. А в гарантиях своей безопасности с его стороны уже не сомневался.

Между тем кухонные запахи всё настойчивее перебивали мысли, и тут нас очень вовремя позвали к столу. Полина Владимировна сменила фартук и раскладывала на столе салфетки и столовые приборы. Я ожидал, что она останется с нами, но кухарка и не подумала так поступить. Видимо, здесь принято: он - хозяин, мы - гости, она - прислуга, без всякого уничижительного смысла этого слова.

Мало того, что кухарке платят за работу, так ей, наверняка и неинтересно с нами за столом. Может, летом она и садится почаёвничать, но сейчас самой сподручнее на кухне. Всё же подумал, что профессор предложит Полине выпить, но нет, все роли расписаны без поблажек. Тем более, лишних приборов на столе не присутствует. Диана налила себе сегодня половинку красного и больше больше к вину не прикасалась. Похоже, и правда не любительница просто так употреблять алкоголь.

Крабовый салат, украшенный сверху красной икрой, удался. Где бы ещё отведал такой? Положил себе на тарелку совсем немного, хотя сейчас, пожалуй, умял бы тройную порцию - последствия утренней прогулки и «согрева». Но супница с первым блюдом руках «тёти Полли» распространяла не менее соблазнительный аромат.

С удовольствием пригубил ещё немного - да и кто бы отказался под наваристый рассольник? Классический «ленинградский», как же ему не быть таким изумительным – ведь в нём всё натуральное. Ел с удовольствием, припомнив, что давно не пробовал настоящего горячего. Конечно, лапша - это неплохо, но вот такой супец - просто наслаждение!

На второе оказались голубцы, не зря Диана про капусту упоминала. Хотя сметана у Полины Владимировны и «городская» - по мне здешняя не хуже «нашей» деревенской. Так и вспомнил бабушку Лизу! Конечно, голубцы у каждой хозяйки получаются по-своему, но искренне поблагодарил Полину Владимировну за такую вкуснятину.

- Это мне Диночка помогала.

- Скажете тоже! Какая из меня помощница? – засмущалась девчонка.

- Ничего, учись, замуж выйдешь - пригодится.

- Да когда ещё?

Мне показалось, что при этом она постаралась не смотреть на меня.

- Что же, Полина Владимировна, обед вышел замечательный! Теперь-то не откажетесь, за праздник?

- Можно, - почти добродушно согласилась кухарка, и достала из буфета фужер для себя. Её «северная строгость» сразу куда-то делась, и она оказалась вовсе даже милая тётушка!

На сегодня это завершающий тост, но закусывать тётя Поля с нами не стала, ушла на кухню, прихватив попутно бутылку и графин. Теперь черёд десерта: такого вкусного персикового компота, пожалуй, не ел никогда. Предположил было, что подарок из Киргизии.

- Павел Иосифович, это наверняка гости привезли? - едва смог положить ложку.

- Не угадали, консервированные болгарские.

- Но от этого не менее вкусные!

- Что касается гостинцев, то солёного арбуза не хотите? Или вяленой дыни?

- С удовольствием, но, может, на вечер?

Смех смехом, но за столом просидели больше часа, даже и не заметил. Вроде бы и не говорили ни о чём серьёзном, сам больше слушал – самому рассказывать особо не о чем. Маленькая хозяйка не позволила ей помочь, и профессор снова увлёк меня в кабинет. Там, под приёмник, продолжили неторопливое общение.

Если бы мы курили, наверняка подымили бы сигарой: на меньшее шеф точно бы не согласился. Но поскольку к этому пороку мы оба не склонны, просто разговаривали. Беседа началась почти нейтрально, даже в академическом стиле. Вроде бы и не о делах, но в то же время речь пошла об очень серьёзных вещах. В очередной раз убедился, что шеф - тонкий психолог. Хотя чему удивляться: как иначе руководить столь разными людьми совершенно незаметно для них?

Разговор стал более конкретным и прямым. Всё же, насколько шеф - действительно солидный человек. Конечно, богатым быть хорошо в любое время, это даже нельзя назвать истиной, это аксиома, не требующая подтверждения. Но речь даже не о его финансовых возможностях, здесь, очевидно, совсем другие отношения.

То, что казалось естественным в моём мире - здесь не проходит. По его вопросам понятно - я не первый и, может быть, не последний. Он хорошо знает, что и от кого ему требуется. Но сейчас мне проще воспринимать его слова: раз он сказал, что с документами решит, значит, так и будет. Предстоящее возвращение беспокоило больше в том плане, как справлюсь с поручением А ещё - как встречусь со Светланой? То, что встречусь, это само собой. Но то, что пойду с Дианой, смущало больше всего.

Завершив разговор, Павел Иосифович предложил прогуляться перед вечерним чаем, теперь уже втроём. Полина Владимировна хлопотала над ужином. После такого обеда о еде совсем не думалось, поэтому легко согласились на финский творожный пирог.

Прошли до станции, заодно кое-что прикупили и так, почти по-семейному, вернулись обратно к дому. По дороге болтали обо всём, только не о деле. Ужин прошёл без вина, творожный пирог с ягодами оказался бесподобен! Чаёвничали допоздна, ПИ много рассказывал, только из рассказов профессора почти ничего не запомнил. Нет, вернее, общая канва осталась, но детали просто не воспринимались.

К ночи шеф снова оставил нас вдвоём, занявшись отходом ко сну. Не против, поскольку кухарка давным-давно ушла, хозяйство осталось на нас с Дианой.

Диану загнал в душ, пока она плескалась, сам взялся за посуду, перемыл чашки и блюдца. Не в последнюю очередь, чтобы отвлечься от мыслей. Кто-то юркнул на крыльцо чёрного хода - да это же Барся, прошла сквозь лаз и присела у приоткрытой двери кухни.

- Киса, ты чего тут делаешь?

Уже знал, что кошку на кухню не пускают. Да она и сама не стремилась.

- Дать тебе покушать?

На столе уже ничего не оставалось, может, холодильник открыть? Пока раздумывал, открылась дверь умывальной, показалась раскрасневшаяся девушка.

- Ой, Барся пришла!

- Может, её покормить?

- Да она уже ужинала, и потом, пусть мышей ловит.

- А она где спит? Разве её сюда пускают?

- Она здесь, на коврике перед кухней укладывается, а то на веранде.

- В дом её не пускают?

- Барся сама не хочет, может прийти, посидит, потом убегает гулять - ведь наполовину уличная. Мы её хотели домой взять, в Ленинград, но вначале не получилось, а теперь вряд ли привыкнет. Ей здесь хорошо, а в городе кошку во двор особо не выпустишь. Дворовых собак хватает, и всё больше овчарок и даже догов начинают держать, особенно у Павла Иосифовича во дворе.

Ну да, заметил ещё в первый день, когда Диану на Удельной выслеживал.

- А здесь она - хозяйка!

- Котят не приносит?

- Об этом позаботились.

- Жалко кису.

- Но топить ещё хуже, а раздавать котят в Комарово не получится. Тут не очень-то кошек любят, а кто не против, у тех свои есть.

Раз так, ладно. Кошка недоверчиво смотрела на меня, но и не убегала, как накануне.

- Киса, привыкнешь ко мне? Завтра колбаски дам, можно?

- Мы её не балуем, разве что от готовки остаётся. Но свинину и курицу не даём, баранину и обрезки говядины. А то рыбки мелкой.

- Им же вредно!

- Да все так кормят, не вырезку же давать.

- А птичек тоже хорошо ловит?

- Тут лис полно, по склонам шарят, даже ежей рвут. Кошку тем более, вот Барся и не рискует.

- На участок лиска не забежит?

- Они наверх забегать боятся, у нас ни разу не видели.

Перед сном ненароком оказался в Дианиной спальне, даже не думал. Просто вспомнил, что честно собирался улечься с приёмником в изголовье. Почему-то, увидев приоткрытую дверь спальни, постучался и спросил про эту «Спидолу».

Диана с дракончиком на спине сидела перед трюмо. Похоже, я её немножко смутил. Не видно, чтобы она смывала макияж, тем более уже искупалась на ночь. Не стал спрашивать, что девушка делает у зеркала, спросил про приёмник.

- Конечно, берите! Обычно быстро засыпаю, а радио слушаю только днём. У Вас сон так и не наладился? Сама первую неделю после переходов вообще не спала. Всё время думала, что да как, хотя ПИ подробно рассказал про стену времени. И плохо соображала, и не во всё верила, ещё и страшно, и непонятно. Вам-то хорошо, ко многому приучены, фантастику читали. А я же ничего не знала, даже не представляла, что такое может быть.

- Но теперь Вы уже опытный ас.

- Да, если бы звёздочки ставить, как войну на самолётах, у меня бы уже не осталось свободного места на боку!

Девушка засмеялась - и я поддержал её, хотя, честно говоря, мне было не до веселья. Ведь она действительно не понимает всю сложность ситуации, но не стал углубляться.

- Завтра после обеда домой, а в понедельник переходим.

У неё это прозвучало буднично, а у меня словно оборвалось внутри. Впереди ещё целый день, но безмятежным его не назовёшь, пусть даже почти всё время проведу с этой девчонкой. Думаю, как же она может так смотреть - ясно, открыто, без всякого кокетства? А вижу только то, что она хорошенькая молодая женщина. И очень, очень привлекательная! Даже временная спальня, казалось, пропитана нежным запахом её тела.

О чём я опять, о чём? Нет! Пора пожелать доброй ночи и идти истязать приёмник…

Диана проводила меня, дверь, разумеется, не заперла Понятно, ей бояться нечего, а вот мне есть кого! Только от этого врага не запереться ни в спальне, ни в самом глубоком подвале.

Вот и ещё одна ночь в чужом мире. Впрочем, нет, это я в нем чужой, а для всех-то он родной. Но как приятно засыпать в мансарде под первые робкие перепевы птиц! Как же отвык от такого воздуха! Пусть здесь порой и попахивает дымом, но это какое-то своё, домашнее.

Надо бы обдумать итоги «Ленинской субботы», а не юркать мыслями к укладывающейся в кровать в соседней комнате девчонке. Пока всё не так уж и плохо, особенно с учётом того, что скоро вернусь домой. Хочу ли я этого? Ничего почему-то больше в голову не приходит. Где там «Спидола» с наушником? Мятный чай, и правда, не только успокаивал, но усыплял. До приёмника так и не дотянулся.

Глава 40. На обратной дороге

Утром после завтрака сразу взялись за дело.

- Полагаю, сегодня не станем больше обсуждать лирику. Основная задача предстоящего перехода - обеспечить Вас документами. На это потребуются время и некоторые усилия. План несложный: пройти «за черту» и кое с кем встретиться. Заодно проведёте рутинную переброску, раз «экспресс-доставку» не получается. Сразу предупрежу, заработать на этот раз не получится - почти всё уйдёт на обеспечение нужных бумаг. Документов потребуется много - ведь сейчас у Вас только временные свидетельство о рождении и справка из колхоза.

- Да уж, не очень-то похож на колхозника, - даже засмеялся.

- Таких «неколхозников» в Ленинграде каждый день сотни, если не тысячи, ходят. Но легализоваться придётся по-хитрому, не пойдёте же сразу на завод? Разумеется, ничего плохого в этом нет, и зарабатывать станете прилично, с Вашими-то умениями. Но будете привязаны, так скажем, «к заводскому гудку», а мне необходимо, чтобы всегда оставались готовы приступить к работе.

- Переходы происходят по графику?

- Не совсем так, скорее, по закономерности. Детали в принципе не нужны, хотя со временем, может, и узнаете. Но, исходя из имеющихся задач, Вы должны иметь свободную профессию.

- Но как устроится на такую работу? Или такую же «липу» сделаете, как Диана?

- Поскольку являюсь творческим лицом - имею право найма работников. Как уже заметили, у меня есть домработница, натурщица и водитель на полставки.

- Пожалуй, смог бы водить Ваш «Москвич» на вторые полставки! – что это я, уже на работу напрашиваюсь?

- Но тогда потребуется получить и водительское удостоверение, это в придачу к паспорту, военному билету, трудовой книжке и профсоюзному билету.

- Настолько серьёзно!

- Не волнуйтесь, как уже говорили: будет книжка колхозника - профсоюзный билет и трудовая книжка уже не проблема. Вам повезло, молодой человек, с паспортами здесь пока ещё полный бардак, для знающего человека получить - не проблема. На права сдадите самостоятельно, полностью законно, особенно, если запишитесь на толковые курсы. С этого года новые правила, они уже не так сильно отличаются от ваших, так что будет проще.

- А паспорт получать неужели через Валентину?

- Нет что, Вы! То, что она работает в паспортном столе, простая случайность. Удобное место работы, недалеко от дома, не надо через город на трамвае ехать. Хотя в зарплате она несколько проиграла, но порой даю ей возможность иногда подработать по старой профессии - чертёжницей. Заодно убеждается, что я действительно художник, а не престарелый ловелас, польстившийся на её названую племянницу.

Здесь мой будущий шеф задорно улыбнулся, сейчас ему не дать не то, что реальный возраст, но даже паспортный. Но, всё же, рисовать девушек, и не обращать на них внимания?

- Максимум, что от неё получаю - некоторую информацию о новостях в паспортной системе. Кроме того, что Валентина самый близкий человек для Дианы, она ещё просто очень хорошая женщина. Искренне желаю, чтобы она нашла своё заслуженное счастье.

Художник посмотрел на меня так, словно именно я мог подсказать, как это сделать… Выдержал его взгляд, ничего не сказал. Валя действительно приятная женщина и не выглядит на свои года, но не могу воспринимать её иначе, чем так, как увидел в первый день…

- Разумеется, ленинградскую прописку сразу организовать не получится. Но это не такая проблема - поможем организовать «сельскую». А с регистрацией в Сестрорецком районе сможете у меня работать без вопросов. Будем считать - каждый день приезжаете и уезжаете на электричке.

- Думаю, до осени этого хватит! – всё же, уж очень серьёзно на полгода-то!

- Снова отмечу -очень вовремя попали к нам - не так давно прошла паспортная реформа и изменились правила военного учёта. Поэтому и тороплю с исходными документами, тем более, через пару недель должен выйти указ о борьбе тунеядцами.

- Поэтому у меня обязательно должна быть работа?

- Да. В ближайшее время многие люди начнут срочно искать хоть какое-то официальное место. И вот на этой волной можно найти вполне приличный вариант. Пока для Вас самое сложное здесь - трудоустройство. Жить, не работая невозможно, а работать без документов нельзя. Можно не иметь паспорта, но прописка должна быть обязательно. Так что без работы всё до поры до времени. Любая проверка и загремите, хорошо если за сотый километр.

- Читал про такое, и даже в кино видел.

- Не хоту, чтобы узнали на себе, хотя, по большому счёту, проживание по поддельному паспорту ничего особого за собой не повлечёт. Разумеется, если чего-то не натворить с его помощью.

- Понимаю, ведь огласка ни к чему!

- Профсоюзный, комсомольский или партийный билет - уже факультатив. Хотя человек вне профсоюза на предприятии, что белая ворона.

- И предстоит приступить к этому уже завтра?

- К чему тянуть? Перейдёте с Дианой обратно, она займётся своими делами, а Вы съездите на Вашу «новую родину» и постараетесь «найти себя».

- Да, профессор, покопаюсь в архивах, надеюсь, не напрасно.

- С этими материалами в Петербурге обратитесь по указанным мною адресам.

- Звонить с чужого номера? – вдруг вспомнил о конспирации.

- Раз закажете бумаги на своё имя, какой смысл «там» прятаться?

- Получатся, у меня документы будут почти настоящие?

- Стараюсь делать всё «как положено». Советская бюрократия не так страшна, как кажется на первый взгляд, просто надо знать правила. Тогда можно сделать всё, что угодно, главное - не торопиться. С Нового года аппарат станет работает с некоторым перегрузом и в это время можно сделать то, что раньше бы так просто не получилось .

- Если правильно понял, раз здесь только минута пройдёт, при неудаче смогу ещё раз «сбегать за черту»?

- Не хотелось бы лишний раз подвергать испытаниям, но лучше так, чем наломать дров.

- Буду предельно осторожен, уже кое чему научился.

- Сергей Михайлович, это и в моих интересах тоже.

- Считайте, что готов, когда отправка?

- Завтра после обеда, но с утра проедете с Дианой, сделаете несколько комплектов фотографий, «три на четыре, с уголком».

- Понимаю, ещё и в разных ателье?

- Желательно и с разной причёской, и костюм менять. Диночка в этом поможет, она всё знает.

- А не лучше мастеру «там» всё сделать?

- Он же не резидент ЦРУ, зачем ему лишнюю работу на себя брать? Поверьте, у него хватает заказов от помешанных на старых временах. Кто-то в дворянство играет, а кто-то в СССР, да хоть в индейцев! На этой волне несложно сделать бумаги с великолепным качеством, даже потёртости на печати изобразят.

- Представляю паспорт Чингачгука!

- Вы смеётесь, но случалось и не такое! Разумеется, стоит это не дёшево, поэтому на той стороне Диана выдаст командировочные.

- Даже так?

- Ведь это я Вас посылаю! Пусть «там» имеете средства - они могут пригодиться в личных целях. Да и невежливо заставлять работать за свои же деньги.

- А это уже работа?

- Разумеется. Подготовка документов - очень ответственное дело, торопиться не надо. Не забывайте, время - единственное, чего у нас здесь больше, чем у кого-либо.

- Понятно.

Эта обстоятельность не то что успокоила, но придала уверенности. И опять же, шеф намекает, что для меня это пока что только приключение. Пусть так и остаётся - чем меньше думаю о последствиях, тем меньше совершу ошибок. Это уже понял, ведь Диана порой кажется ветреной, словно придуривается или даже недалёкого ума, не в обиду девушке.

На самом деле это очень удобно и полезно - в невероятной ситуации жить так, как будто это обыденное дело, и так должно быть. Раз у девчонки получается - последую её примеру.

Обед прошёл уже привычно, бигус просто таял во рту. Да ещё и вчерашний рассольник – так в сон и потянула, хотя стопочки на стол уже не ставили. Но всего лишь посидели за чаем и вскоре принялись за сборы – пора на электричку. Портфель по совету ПИ прихватил обратно, оно и понятно – цельно-кожаная вещь без малейшего железа.

Кухарка ушла раньше, поэтому до калитки проводили только профессор и кошка. Словно и не было этих невероятных дней – снова вдвоём на дороге между соснами.

- Сергей, теперь понятно, что с Вами происходит?

- Если честно, Диана, не совсем, но приходится верить.

- Ещё бы, сама долго в себя приходила!

- Почему решили остаться с Павлом Иосифовичем?

- Как остаться - да он просто вернул меня обратно. Как не согласиться?

- Так сразу?

- Ой, вначале боялась: и самого перехода, и что так больно после, и, вообще, всего! А потом подумала – хоть Валечке помогу, не всё же на шее сидеть!

- Действительно хорошо зарабатываете?

- Да, здесь всё честно, будущее мне обеспечено. А ещё как художник помог.

- В этом уже убедился, но мне проще – талантов нет!

- Разве Вы ещё не решились?

- Вот и попробую - если совсем не оттолкнёт, может быть.

- А что не так?

- ПИ проговорился - я ему нужен, чтобы не подвергать Вас лишнему риску. Честно говоря, не очень порядочно с его стороны.

- Почему же, Сергей?

- Как джентльмен - поневоле подумаю, как выручить прекрасную незнакомку из потенциальной опасности.

- Как Вы завернули, неужели он так и сказал?

- Не прямым текстом, но смысл уловил

- Нет, дядя Паша не станет рисковать по многим причинам.

- Надеюсь.

Мы шли рядом по дороге, слушая шум ветра в верхушках сосен. Что мне оставалось делать - только верить этой наивной девчонке…

- Сергей, не стану уговаривать, просто помогу во всём, что в моих силах.

- Это уже понял, Диана. Но несколько неожиданно, что окажемся вдвоём на той стороне.

- Разве Вы такой страшный? – девушка даже улыбнулась.

- Просто не могу представить Вас там, у нас,

- Но ведь уже видели в транспорте.

- Проездом совсем не то.

- Это о «рабочем образе»? Но «там» хожу в другой одежде, приезжаю на «маяк» и переодеваюсь.

- Насколько понимаю, это про конспиративную квартиру?

- Можно и так назвать, теперь-то там просто жильё.

- А раньше не так?

- Прежде её использовали, как «перевалочный пункт». В ванной секретное место, можно положить посылку, затем «там» забрать. Потом что-то «сломалось», но «промежуточные хозяева» точно не находили – дядя Паша точно узнавал. Может, «временно́й сбой»? - старательно произнесла девушка.

- Как же вышли из ситуации?

- Так и вышли: стали возить, как сейчас - курьерами.

- А что за груз?

- Об этом позже.

- Ну, мне-то не обязательно!

- Если останетесь - должны знать всё, в пределах разумного. Как говорит дядя Паша: «Чтобы не бояться неожиданностей». Я и сама не знаю того, что самой не касается. Дядя Паша бережёт, как родную.

Только вздохнул, что тут сказать? Уж лучше о мелочах говорить! Диана поняла меня по-своему, что возьмёшь - девчонка:

- На короткие переходы одеться проще, на улицу из метро ведь не поднимаешься. Правда, красится так, как «ваши» девушки, не получается, да и одеваюсь не по последней моде.

- Не случалось эксцессов на «той» стороне?

- Скорее здесь бы возникли, у «вас» всем давным-давно плевать, кто как одет, поэтому больше стараюсь не привлекать внимания здесь - для дела это важно. Вот только в холода сложнее!

- Это как-то влияет на переход?

- Не всегда угадаешь с одеждой. Хотя Павел Иосифович и предупреждает какая погода на «той» стороне. Особенно зимой. У вас там девчонки в такой смешной одежде - здесь не покажешься! Так в колхоз на картошку одеваются, или в лес за грибами.

Да, мои молодые современницы носят балахоны, похожие на спальные мешки с рукавами и штаны, словно грубо выкроенные из картофельных мешков. Пожалуй, если бы здесь кто-то из этого что-то скроил, вышло бы намного симпатичнее.

- Вот несколько лет назад, когда первый раз за стену» попала, девочки не так одевались, симпатичнее, да ещё почти все маски носили, тут совсем просто. Вам, Сергей, всё же проще, взрослые мужчины в одежде не так оригинальны.

- Так Вы у шефа каждый раз переодеваетесь?

- Да, оставляю всё из будущего, домой иду уже в здешнем, - она немножко замялась, - Ой, лишнее болтаю!

- Не стесняйтесь, я человек не только современный, но и женатый.

- Здесь о таком не говорят, просто много из женской одежды нашего времени неудобно для путешествия. А дома ещё и Валя - не хочу лишних вопросов. Она и так не очень довольна, что работаю на Павла Иосифовича.

- А кем у него числитесь?

- В «ваше» время эту профессию называют «модель пластических форм», здесь проще – «натурщица».

- Но ведь Вы сами художник?

- Мне ещё учиться и учиться! Пусть что-то получается, но сам дядя Паша настоящий мастер - заслуженный деятель искусств, правда, Киргизской СССР. И в списках Союза художников, порой выставляется, пусть и не на главных площадках. А ещё работает с клубами и заводами, в Ленинграде его многие знают. Заказы хорошие получает, и не только портреты партийных деятелей. Если увидите спортивные плакаты в парках или стадионах, вполне возможно, меня узнаете.

- Не удивительно, у Вас хорошая фигура, не считайте комплиментом или назойливостью.

- А я знаю, шеф тоже говорил, что иначе подозрительно - заключать договор с некрасивой девушкой.

- Полностью с ним согласен! – щёчки Дианы всё же слегка порозовели.

- Хотя многие наверняка думают, что я просто его любовница. Извините, что прямо говорю.

- Что, здесь тоже так принято?

- Приходилось посещать мероприятиях, и в театре доводилось видеть солидных людей с молодыми женщинами, правда постарше меня. Но у «вас» знаю, тоже часто бывает.

- Ещё как!

- Вообще, кажется, жизнь не сильно отличается. Разве что у «вас» побогаче и всяких электронных штучек полно.

Время послеобеденное, похоже, в Комарово все соблюдают «тихий час», или, может «академический»? Меня это устраивает, можно потихоньку говорить обо всём. Тем более, одна из ночных мыслей всколыхнулась и пока не погасла, спросил девушку:

- В праздники тоже случается переходить?

- Что Вы, на праздники кто же работает?

- Мало ли, дело важное.

- Не припомню такого! Да и график никогда на выходной не попадает. Да, ни разу на праздники и на выходные не переходили.

- Может, просто не посылали?

- Не задумывалась, да и к чему?

Не стал продолжать тему, она и так сказала больше, чем знала. Девушка не работала в конторах, а я помню, что праздники и выходные - это святое. То есть, не исключено, что физический фактор, влияющий на переход, как-то связан с работой предприятия. И это точно не энергетики - те вкалывают, как здесь говорят, «на полную катушку» круглый год без выходных.

Кто же ещё остаётся с мощной энергетикой и не транспорт? То же метро работает постоянно. Кто тогда с такой энергией - военные и учёные, как ни странно. Хорошая зацепочка, надо подумать, но особо не заморачиваться, пока мне от этого никакой выгоды.

- Как Вам наше Комарово? – девушка не захотела продолжать о работе, да и станция уже рядом.

- В наше время сюда просто так не ездят.

- Что, не пускают?

- А что тут делать – всё вокруг загорожено, разве что экскурсанты по тропам пройдут. Вы «там» в Комарово заезжали?

- Нет, ни разу.

- А почему?

- Есть причины, это дядя Паша потом расскажет. Давайте, как потеплеет, снова на дачу приедем, здешние красоты покажу.

- Разве после вылазки за документами не сюда вернёмся?

- Дача – это не так часто, Павел Иосифович, хорошо, если раз в месяц приезжает.

Вот мы и на станции, до электрички минут двадцать.

- Сейчас спокойно доедем. В Ленинград к вечеру никто не спешит. Как раз к ужину, Татьяна Михайловна подождёт!

- А Валентина не обидится?

- На что? Ей самой перед понедельником хлопот поменьше.

В отличие от позавчерашней поездки, вагоны полупустые, время такое. И точно, весной по выходной днём особо не ездят, а просто так кататься - не то направление и не тот сезон.

На перроне почти никого, взяли билеты и дождались громыхающей электрички. Снова друг напротив друга, смотрю на девушку, словно не могу налюбоваться. Пусть кажется немножко странноватой, даже отстранённой, но все равно не скрыть ребячливую непосредственность. А ещё словно хранит тайну, которой не хочет касаться. Мало ли чем это вызвано, она же по-настоящему войну пережила, хоть и маленькая, потом родителей лишилась. С чего особо-то веселиться? Взрыв энтузиазма в первый вечер – может, бокал «Улыбки» тому причиной. Но не наливать же каждый раз, когда хочу увидеть её настоящие чувства?

Обратная дорога показалась короче, по сторонам уже не смотрел. Народу в вагоне немного, но откровенно не поболтаешь, обменивались безобидными фразами. Хотелось больше узнать о профессоре, но по дороге на станцию не сообразил, сейчас ни к чему привлекать внимание. Но кое-что Диана поведала.

- До войны ПИ работал в художественном техникуме.

- Преподавал?

- Нет, то ли завхоз, то ли по хозяйственной части.

- Когда же он научился?

- Видимо, ещё раньше.

Вряд ли на войне рисованию учат, хотя - жить захочешь…

.

- Шеф на фронт не попал, служил на южной границе.

- В Киргизии?

- Точно! Он сам честно говорил, что медаль «За победу над Германией» - единственная боевая награда, а остальное - это «уже руками».

Ближе к Ленинграду перестали болтать, поскольку народ подсаживался, заполняя соседние реечные сиденья. Ну вот и Ланская, Электричка оставила нас на платформе, уже привычно зябко поёжился, даже в пальтопрохладно.

С трамвая сразу на квартиру шефа, никуда заходить не нужно. Лифтёрша кивнула нам обоим, не удивившись очередному гостю. Как ни уверял себя, что привык к улице, почувствовал себя спокойно только после замочного щелчка. Диана отзвонилась Валентине, дав понять, что мне предстоит здесь снова ночевать одному.

Поужинали вместе - домохозяйка позаботилась о вечерних гостях. Предварительно девушка пошарила в мастерской, в гардеробе нашёлся пиджак в пору, рубашка и пара галстуков на завтра. Убедившись, что не забыл, как обращаться с газовой колонкой, Диана попрощалась и её каблучки застучали по лестнице - лифта дожидаться не стала.

После душа включил телевизор, пощёлкал клавишами приёмника – ничего не шло в голову. Плюнул на всё, выключил свет, улёгся и уставился в потолок, по которому пробегали лучи автомобильных фар.

Итак, профессор действительно говорит мне не всё, что знает сам. На самом деле смешно: попал в прошлое на метро, а вместо секретной организации - кучка обывателей! Это если со стороны смотреть: самые простые люди, ничем не выдающиеся, разве что предводитель этой компании - художник. Да ещё трамваи, электрички, деревянный домик в лесу.

Как в дешёвом сериале! Да нет - в постановке школьного театра. И всё же понимаю - именно почти детская наивность меня и увлекла. Попади к серьёзным людям с жёстким порядком и масштабами, пожалуй, просто бы испугался. И подозреваю, что постарался бы поскорее отойти от дела, чтобы меня не зацепило.

Но сейчас меня всё больше затягивает, сам не скажу, почему. Не за полторы сотни рублей в месяц и даже не за триста? Пусть и советскими, и в шестьдесят первом году! Так с чего же? А разве не сам сказал профессору: «Не вижу себя в «том» времени»? И правда не вижу, что меня там держит по большому счету - только Светлана и Мишка?

Да, в такой последовательности… И былая возлюбленная не сильно перевешивает друга. В чем же дело, почему так? От того, что, по сути, давно одинок, и вовсе не из-за неудачной женитьбы?

Но как неудачная - Наташка хорошая девчонка, только становиться взрослой женщиной никак не хотела. Может, я её перерос, может, ещё что-то. Смешно говорить: получается, больше женился из-за её из-за родителей! Особенно отец - хороший человек, жалко его обижать, надо будет с ним поговорить. Да он и сам понимал, что пока воевал, что-то упустил с дочкой. Может, не его вина, ведь сам в мирной жизни сколько товарищей вычеркнул - не о чем с ними даже поговорить, не хотелось общаться. А теперь лучше не вспоминать, но остался, по сути, совсем один.

Пусть Диана сирота, но у неё хоть Валентина есть и профессор помогает. Но ведь и я сирота, причём круглая? И у ПИ тоже никого не осталось, да, девушка об этом обмолвилась. И что же это значит - может, переход пропускает только тех, у кого нет родных? Причём, ни «там», ни «тут». А если моя мама не погибла, а тоже проскочила в другое время? - сердце забилось.

Нет, ведь профессор сам говорил, что родных здесь у меня быть не может. Тогда и Диана точно не его дочь… Голова кругом идёт от этих мыслей, стараюсь свести догадки к одному знаменателю.

Теперь кое-что попробую сложить: чтобы пройти через «калитку», надо во-первых - быть круглым сиротой, во-вторых - иметь камушек, в третьих почему-то оказаться в рельсовом электротранспорте, в четвёртых – «попасть в график».

График чего? Неужели проход во времени работает, как будильник, и кто-то его заводит? Нет, это уж сверхъестественно, тем более, остаётся ещё какое-то условие, а то и не одно. Ведь сам профессор попал в эту систему случайно, но явно смог понять её особенности и применить на деле.

И почему не каждый может попасть, ведь сирот очень много, а проходящих не очень? А ещё ПИ ни разу не предупредил об опасности встречи с самим собой. Вдруг встречу своего деда, отца или даже маму? Нет, скорее всего, это невозможно. К тому же мама в это время в Ленинграде не жила, ещё и не родилась, отец тоже. Да и не помню, когда они переехали, но точно уже взрослыми?

А если останусь подольше - смогу ли их встретить? Столько вопросов, ответов пока не много. Но почему-то даже не хочется и думать о таком варианте. И не важно, из-за Дианы, либо из-за этой великой тайны, которая позволяет не бродить вслепую. Пусть такая нелепая, но цель в жизни.

Так что, значит, решил? А разве нет? И шёл к этому, вот и пришёл.

После разговора с Дианой понимаю - даже если там, в «моё» время, всё окончательно расстроится, оставшись «здесь», ни в чём нуждаться не буду. Разумеется, если стану вести себя по-умному, а не влезать в авантюры. Но, пожалуй, что может быть авантюрнее нынешнего состояния? Такое приключение спьяну не придумаешь.

А пока - завтра переходим обратно. Прав ПИ: первый переход как в тумане, второй уже осознанно. Вот возвращение после него всё покажет. Захочу ли этого? Но ведь шеф сказал: «Нет - так нет»! Об остальном в другой раз подумаю, глаза уже слипаются…

Наверное, поездки на электричках как-то взбудоражили, потому что полночи убегал от трамвая, заскакивал в тёмные подворотни, пролезал между проводами в электрощитовую, боясь, что меня ударит током. Какие-то люди искали меня, прятался за дверкой электрического шкафа и молился, чтобы меня не услышали. Потом снова бегал на ватных ногах, меня хватали, я вырывался и кого-то бил. Почему-то в ответ не доставалось ни разу, словно кулаки врагов из той же ваты! Но то, что это враги, точно понял.

Наконец выбежал в парк, дорожки сходили в центре, в огромном многогранном стеклянном куполе. Чем-то похож на тот камушек, что принёс меня в этот мир. Подбегал к нему, карабкался, скользил, сваливался и всё же забрался на вершину. Тут он провалился подо мной и я начал падать в бесконечность, почему-то опасаясь, что летящие осколки больно ранят.

Так и не упал, проснулся… Разумеется, разбудил прогрев самолётных моторов на Комендантском аэродроме. Но сегодня не кажется таким резким, как прежде. Может, погода, может, неделька-другая - и уже перестану обращать на него внимание?

Ждал телефонного звонка, но раньше загремел замок и Диана развеяла гнетущую тишину пустой квартиры. День сегодня хлопотный, не считая того, что он может продлиться неизвестно сколько. Тем более - утро понедельника не самое приятное время. Пришлось и походить, и поездить, снимаясь в фотоателье: и на и на Энгельса-38, и на Втором Муринском, даже до Невского добрались. Причём, в метро не спускались, видимо, на переход в трамвае Диана не рассчитывала.

Девушке хватало забот – меняла мой образ: где в рубашке, где в пиджаке, где в джемпере, меняя галстуки. Что значит художник – там пригладит, там взвихрит, и выгляжу не на свой возраст! Хотя профессор шутил – нынче срочные фото на документы так снимают, что дай Бог человека-то узнать. И фельетоны о фотосалонах популярны не менее, чем об остальной сфере обслуживания.

С этим переездами и прихорашиваниями как-то отошло главное событие этого дня. Но когда поехали по второму кругу, уже в «походной» одежде и с «багажом» забирать готовые фото, понял, что накрывает «нервяк». Самое нехорошее – Диана тоже это заметила! Уже на Невском, перед входом в метро посмотрела в глаза и сказал, улыбнувшись:

- Не бойтесь, Сергей! Сам по себе первый обратный переход проще.

- А я и не боюсь! - хотя чему это бравада…

- Ой, а как мне было страшно! Ведь не понимала, что это такое, даже не представляла. В «вашем» времени иначе ко всем этим техничным чудесам относятся. А у нас тут что - одно электричество да пар. Как с ума не сошла, не знаю.

- Представляю…

- А когда дядя Паша меня обратно перевёл – уже не так страшно, он меня за руку держал!

- Вы меня тоже возьмёте?

- Если захотите! Обычно садимся в противоположных местах, чтобы после перехода не натолкнуться. Конечно, всегда можно выскользнуть, но лучше, если просто будем видеть друг друга. Но это в следующий раз.

И она протянула тёплую ладошку…

Финал первой книги

И вот снова в вагоне метро в ожидании перехода, только теперь совсем иначе. Не то, чтобы уже ничего не боюсь, нет. Первый раз не испытываю мучительных сомнений - сейчас просто сделаю шаг в свою новую жизнь. Пусть для этого не нужно даже пошевелить пальцем, всё равно, как там: «Огромный шаг для всего человечества, но маленький шажок для одного человека»?

Нет, не для одного, для двоих - ощущаю на своей руке ладонь Дианы. Вроде бы мне и прежде доводилось касаться руки девушки. Но сейчас, наверное, первый раз она сама положила свою ладошку на мою. А я, вместо того, чтобы думать о том, как переживу возвращение, замер от ощущение нежного тепла. Каким же маленьким оно кажется!

Чуть повернулся к Динке, поймав её приветливый взгляд. Словно снова говорит: «Не бойтесь, Сергей, всё будет хорошо!» Да о переходе и не беспокоюсь, другое волнует. Не техническое, а человеческое - вернусь ли к себе? Не домой, а к тому, кем был ещё неделю назад? Не хочу гадать, сейчас главное - вперёд. Назад не смотреть во всех смыслах. Скорее же приходи, ледяная тьма!

Не важно, что будет дальше, думаю лишь о том, как долго рука пробудет в моей… Понимаю - хотел бы, чтобы это чувство никогда не кончалось. Не соображаю: от ладошки Дианы так тепло, или камушек уже «зацепил волну»? Неважно, главное – вперёд!

Послесловие

Что ждёт героя книги в прежнем мире? И вернётся ли он обратно в прошлое?

Об этом читатели узнают во второй книге романа.

Оглавление

Вступление

Часть первая. «На пороге неведомого»

  Глава 01. Трамвай в Завременье

  Глава 02. Атласные туфельки

  Глава 03. Необычный теплый питерский вечер

  Глава 04. Без вины виноватый

  Глава 05. «Ultima sententia»

  Глава 06. Один, совсем один

  Глава 07. «… Есть недообследованные!»

  Глава 08. Средство от бессонницы

  Глава 09. От полиции к нумизмату

  Глава 10. Большой аврал на Малой Неве

  Глава 11. «Поворот оверштаг!»

  Глава 12. На одной волне

  Глава 13. «Всё идет по плану»

  Глава 14. «Как хорошо быть казуалом…»

  Глава 15. Два раза в одну реку…

  Глава 16. «Будь готов – Всегда готов!»

  Глава 17. «Девушка без адреса»

  Глава 18. «А пока, пока, по камешку…»

  Глава 19. Экспедиция Х

  Глава 20. Шаг навстречу

Часть вторая. «Странники времени»

  Глава 21. За стеной

  Глава 22. Вкус прошлого

  Глава 23. Билетик до Ланской

  Глава 24. Кошки - мышки

  Глава 25. Чай вдвоём

  Глава 26. О серьёзном и не очень

  Глава 27. «Не волнуйтесь, тётя!»

  Глава 28. «Уж вечер…»

  Глава 29. Утро на Удельной

  Глава 30. «Хаза! Ксива! Клиент?»

  Глава 31. Постигая неведомое

  Глава 32. «Обратная сторона Луны»

  Глава 33. «Я уеду в Комарово!»

  Глава 34. Момент истины или новые страницы?

  Глава 35. Властелин времени

  Глава 36. «Китайский сюрприз» или ночные страдания

  Глава 37. Сосны, дюны и дела

  Глава 38. Чем дальше в лес...

  Глава 39. Маленькие радости

  Глава 40. На обратной дороге

  Финал первой книги

Послесловие

Пожертвовать