Четверг без дождя [Мира Айрон] (fb2) читать онлайн

Мира Айрон Четверг без дождя

Глава первая

Время приближалось к обеденному, и Никита (мой компаньон и по совместительству старший брат) ушёл в забегаловку, недавно открывшуюся рядом. Братан решил отведать новую шаурму.

Я осталась в мастерской одна, поскольку третий наш сотрудник, двоюродный брат Василий, находится в отпуске. Вася недавно женился, и сейчас они с молодой женой загорают на южном побережье.

Я бы тоже всё бросила и махнула к морю, но увы, работа сама себя не сделает. Мастерская — наше с Никитой детище. Четыре года назад мы вдвоём начали поднимать её с нуля. Ник тогда только-только демобилизовался, а я окончила второй курс университета. Ещё через год к нам присоединился Василий, который тогда тоже вернулся из армии.

Сейчас мы уже не арендуем большой павильон, а выкупили его, поскольку договором была предусмотрена такая возможность. В сезон у нас работают прокат и ремонт велосипедов, самокатов, скейтов и детских колясок, а зимой мы ещё и торгуем различной пиротехникой.

Меня зовут Вера Тихорецкая, мне недавно исполнилось двадцать три года. Родилась, выросла, получила образование и живу в одном и том же городе, — крупном промышленном краевом центре. Точнее, мы с Ником живём вдвоём с тех пор, как мама перебралась за город к мужу.

Отца у нас с Никитой нет. Точнее, где-то он, вроде как, есть, однако в нашей жизни данный персонаж никогда не присутствовал. Скрылся в закате вскоре после моего рождения. Мама тянула нас одна и замуж вышла уже тогда, когда мой брат отслужил в армии, а я вовсю училась в университете.

Муж мамы, дядя Гера, старше её на пятнадцать лет. Он отставной военный. Отчим был вдовцом в течение семи лет, в одиночку вёл дом, а потом они случайно познакомились с мамой, и у обоих появился шанс на личное счастье. Мне кажется, они этот шанс реализуют по полной, чему мы с Ником очень рады. Мама заслужила своё счастье как никто другой, да и дядя Гера тоже.

Мы с братом живём в той самой двушке, в которой выросли, и пока нам хватает места. Никите скоро исполнится двадцать пять лет, и жениться он не спешит. Я замуж тоже не собираюсь.

У меня был парень. Мы встречались с ним в течение нескольких лет, со школьных времён, и всё у нас происходило будто бы всерьёз. Но потом Максим встретил другую девушку, и оказалось, что прошедшие годы ничего не значали, а полюбил он по-настоящему вот только что — здесь и сейчас.

С тех пор прошло полтора года, а я до сих пор ни с кем не встречаюсь и не планирую. Нет желания пережить всё это заново и вновь разочароваться. А главное, нет доверия к противоположному полу. Для меня в этом мире существуют теперь только трое мужчин, и все они родственники: Никита, Вася и дядя Гера. Да, отчима я тоже причисляю к родственникам.

Клиентов пока не было. В ожидании Никиты я регулировала один из горных велосипедов. Рядом в углу негромко играло радио. Слушая ретро-канал, я размышляла о том, что и мне неплохо было бы поесть. Но шаурма из забегаловки меня точно не интересует. Куда сходить? В пекарню или в супермаркет? Или вообще в сетевое кафе?

Звук дверного колокольчика вломился прямиком в мои гастрономические мечты. Я выглянула из-за велосипеда в надежде, что вернулся Ник, но не тут-то было. У двери стояли и озирались двое — девушка и парень. Оба высокие и стройные, с одинаковыми выражениями на породистых лицах. Одеты по-летнему, в соответствии с погодой, но шмотки у обоих мегабрендовые, купленные точно не на распродаже в маркетплейсе.

«Явно гости из столицы, — мысленно определила я намётанным глазом и выключила радио. — Или жили тут когда-то, а теперь учатся там. Приехали на каникулы. Сейчас будут выбирать велики напрокат и вынесут мне весь мозг. Повезло так повезло».

— Тут никого нет, — капризно протянула девушка и заправила за изящное ушко длинную русую прядь. — Куда ты меня привёл, Игнат?

Кажется, я угадала: говорила девушка точно не так, как разговариваем мы, местные. Интонации совсем другие. Надежда на то, что сейчас в дверях появится Ник и возьмёт этих клиентов на себя, не оправдалась, и мне пришлось встать из-за велосипеда.

— Здравствуйте, — вежливо заговорила я. — Чем могу вам помочь?

— А кто-то из взрослых есть? — девица, которая явно была моложе меня года на три, скептически обвела взглядом мою скромную фигуру.

Роста во мне сто пятьдесят шесть сантиметров, да ещё и волосы крашу в синий цвет, потому меня часто принимают за подростка.

Я подобралась. Не люблю людей, которые считают, что если отправились из столиц в провинцию, то вежливость и тактичность можно с собой не брать.

— Есть. Это я, — кивнула девице и с нажимом повторила: — Здравствуйте!

— Здравствуйте! — ответил спутник высокомерной молодой дамы. — Мы бы хотели взять два велосипеда на пять часов.

Парень, в отличие от своей спутницы, оказался довольно приятным: лет двадцати, темноволосый, смуглый, с тёмными глазами, во взгляде которых явно прослеживался интеллект.

Я вежливо улыбнулась ему (в основном чтобы позлить девицу, которая тут же скривилась).

— Какие конкретно велосипеды вас интересуют?

— А что, тут есть разные? — девушка ответила вместо парня и нарочито удивлённым взглядом пробежалась по помещению.

— Даша! — тихо и укоризненно произнёс парень, а потом снова посмотрел на меня: — Нас интересуют обычные многоскоростные.

Он назвал несколько популярных марок, и я кивнула, указав рукой на противоположную стену.

— Разрешите предложить вам ряд вариантов на выбор.

Игнат с готовностью шагнул следом за мной, и Даше, которая опять скривилась и закатила глаза, ничего не оставалось, кроме как последовать за нами.

В это время вернулся Никита и, увидев, что я уже работаю с клиентами, занялся своими делами.

— Игнат, ты уверен, что всё же следует ехать на эту прогулку? — с сомнением спросила девушка, брезгливо рассматривая велосипеды.

— Мне очень хочется показать тебе окрестности, Даша! Там столько красивого и интересного! — настаивал парень.

Мне даже жаль его стало. Кажется, он ещё слишком молод для того, чтобы понять: практически невозможно заинтересовать человека, который с предубеждением относится к ситуации. Столичная фифа раздражала меня всё сильнее, и я держалась из последних сил.

— Красивое можно посмотреть где угодно, — опять высокомерно заблеяла «белая кость». — А интересное... Что тут может быть такого уж интересного?

Ну всё, она меня выбесила.

— Ну не скажите! — честно глядя в большие синие глаза девушки, заговорила я. — Здесь очень много интересного. Поезжайте, не пожалеете!

— Вы просто напрямую заинтересованы в том, чтобы мы взяли у вас велосипеды, — нашлась Даша, и глаза её сердито сверкнули. — И что там такого интересного, если не секрет?

Я заметила, как Никита выпрямился, глядя в нашу сторону и пытаясь остановить меня различными мимическими ухищрениями. Он хорошо знает меня, потому уже всё понял.

— Сегодня за городом проходит ежегодный чемпионат по метанию коровьих лепёшек, — спокойно сообщила я. — Эпичное зрелище. Но можно и поучаствовать. Уверена, у вас получится.

Моя собеседница начала ловить ртом воздух, но так и не смогла мне достойно ответить. Никита закрыл лицо ладонью, а спутник Даши Игнат кусал губу, пытаясь сдержать смех.

— Ну а если вы не очень любите поездки за город, — невозмутимо продолжала я, не отводя взгляда от побагровевшего лица девушки, — можете сегодня посетить наш районный парк. Он находится тут рядом, совсем поблизости, и там прямо сейчас проходит фестиваль.

— Какой ещё фестиваль?! — голос Даши изрядно подсел, но зато вернулся к ней.

— Фестиваль отрыжки, — кивнула я.

В течение нескольких секунд в павильоне стояла звенящая тишина, а потом девушка сорвалась с места и выскочила вон, хлопнув дверью. Её спутник кинулся следом. Никита наконец-то захохотал.

— Ты так всех клиентов распугаешь, — беззлобно выдохнул брат, когда ему с трудом удалось успокоиться.

— Почему нормальные парни выбирают таких вот дур, ты мне можешь объяснить? — развела руками я. — Она ведь всерьёз уверена, что жизнь есть только в столицах, а мы здесь так... При этом наверняка считает себя возвышенной и образованной.

— Плевать, забудь, — махнул рукой Никита.

Мы вернулись к работе. К вечеру начался большой наплыв клиентов, потому вспоминать о досадном инциденте было некогда. А потом я и вовсе забыла о нём. Однако в пятницу утром, едва наш павильон начал работать, в дверях вновь появился тот самый Игнат. На этот раз он был один.

— Здравствуйте! Я к вам, — сообщил он, глядя прямо на меня. — По важному делу.

Глава вторая

Я до последнего не теряла надежду на то, что визитёр просто смотрит на меня, а важное дело у него возникло к нам обоим. Ну вы понимаете, о чём я? Очень хотелось перевести стрелки на брата. Мне и в прошлый раз выше крыши хватило общения с гостями города.

Игнат продолжал смотреть на меня, потому я решила изобразить дурочку. Подняв брови, сделала невинные глаза и затараторила:

— Ну вы тут пока общайтесь, а я пойду...

— Куда это? — вскинулся Никита, удивлённо глядя на меня. — Рабочий день только начался!

Ну спасибо, братик! Удружил так удружил. Я буквально кожей чувствовала, что визит Игната не сулит ничего хорошего именно мне.

— Как раз собиралась позавтракать, — выпалила я, осторожно отступая к двери. — Дома не успела.

Обалдевший Ник не нашёл слов, поражённый моей наглостью, только открывал и закрывал рот. Воспользовавшись его временным онемением (потом-то братик непременно выскажет мне всё, не стесняясь в выражениях, но сейчас мне нужно было выиграть время), я рванула к двери во весь опор, но дорогу мне преградил Игнат. Я едва успела затормозить и чудом не влетела носом прямо в него.

— Разрешите угостить вас... завтраком? — невозмутимо сказал он. — Видите ли, у меня дело именно к вам.

— На работе я не общаюсь с посетителями по личным вопросам, — сделала я последнюю попытку.

— Ты же пошла завтракать, — мстительно вставил Ник, который вновь обрёл голос. — Надо выслушать человека.

— Да, да, — радостно закивал Игнат.

Мужская солидарность во всей красе!

— Хорошо, — сдалась я, и мы с Игнатом вышли из мастерской.

Я затылком чувствовала ехидный взгляд брата, потому заложила руку за спину и согнула все пальцы, кроме среднего. Вслед раздался отчётливый смешок.

На больничный уйти, что ли? Пусть Ник попрыгает в сезон один в мастерской. Вася-то в отпуске. Так братишка, умник этот, и с больничного меня выдернет, помереть спокойно не даст.

Задумавшись, я прослушала вопрос, который мне задал Игнат.

— Извините, пожалуйста, — мне стало по-настоящему неудобно перед ним, но продолжалось данное ощущение недолго.

В конце концов, что может быть нужно от меня этому мажору?

— Ничего страшного. Я спросил: где вы обычно завтракаете?

Я поперхнулась. Хотела ответить, что в специальной чебупельной, где подают чебупели из мраморной говядины с соусом на основе оливкового масла холодного отжима, но решила, что достаточно кривляться.

К счастью, вспомнила о расположенной неподалёку классической столовой, сохранившейся ещё с советских времён.

— Я редко завтракаю, но если хожу, то в столовую. Там в это время можно купить и кашу, и омлет, и творожную запеканку.

— Ого! Классно! Тем более с удовольствием составлю вам компанию.

Я пожала плечами, стараясь не обнаруживать своего удивления. Чему он так обрадовался? Каше или запеканке?

Однако вскоре я поняла, что удивляться было пока рано. Вот когда Игнат поставил на поднос две тарелки с кашей и двойную порцию запеканки...

— А омлет почему не взяли? — спросила я, когда мы сели за стол.

— Омлет у меня дома каждое утро, — улыбнулся Игнат. — Это то немногое, что я умею готовить сам, и батя мой умеет.

Я вдруг поняла, что улыбка у парня очень приятная, располагающая и вызывающая доверие. Теперь я искренне надеялась, что он не обладает гипнозом и не обнесёт меня.

Ковыряя запеканку, я исподтишка наблюдала, как мой спутник с аппетитом поглощает всё, что купил. Решила не торопить его, пусть поест спокойно. Он ведь наверняка ещё растёт.

— Простите, — немного утолив голод, Игнат наконец-то вспомнил обо мне. — Дело в том, что я сейчас в гостях у отца, и мы с ним питаемся по-холостяцки. Это он так говорит. Он не любит в доме чужих людей, потому у него нет ни повара, ни помощника по хозяйству. А ходить постоянно по ресторанам и кафе или заказывать доставку... Я не очень люблю казённую пищу. Но здесь, в этой столовой, она такая простая и почти домашняя!

После объяснений Игната всё стало ещё запутанней, но я решила не торопить события, дождаться продолжения. И оно последовало.

— Мои родители развелись, когда мне было четыре года, — продолжил рассказ парень. — Когда мне исполнилось пять, мама повторно вышла замуж, и вскоре её мужа перевели в Москву. С тех пор я живу там, вот уже шестнадцать лет. А отец по-прежнему живёт тут, на родине. Я прилетаю сюда на две недели зимой и на месяц летом. Папа так и живёт один, хотя построил довольно большой дом. У бати здесь бизнес — сеть магазинов стройматериалов. Лихачёв. Может, слышали?

— Если честно, Игнат, я очень далека от мира деловых людей нашего города. Но приятно познакомиться. Вы, стало быть, Игнат Лихачёв? А я Вера Тихорецкая.

— Мне тоже очень приятно, Вера. Хотя, если честно, я знаю, потому что немного... навёл справки о вас.

Я даже чаем поперхнулась от такого заявления, и моему спутнику пришлось похлопать меня по спине.

— Опасный вы человек, Игнат! С одной стороны — едите кашу и запеканку в обычной столовой, а с другой — можете взять и «немного навести справки». Очень интересно, что за дело вас ко мне привело, но теперь уже немного страшно.

— Может, перейдём на «ты», Вера? Мы ведь практически ровесники.

— Сначала расскажите мне о вашем важном деле, — покачала головой я. — А там видно будет.

Игнат задумчиво вздохнул, а потом заговорил — решительно и твёрдо.

— Вы же наверняка помните Дашу? Она тоже из Москвы, моя невеста. Дочь делового партнёра моего отчима. Мы с Дарьей знакомы с детства и встречаемся уже довольно давно. Месяц назад состоялась наша помолвка, но отца на ней по понятным причинам не было. Если с мама с отцом наладили из-за меня более-менее цивилизованные отношения, то батя и отчим... не ладят никак. Потому я уговорил Дашу в этот раз лететь сюда со мной, чтобы познакомить её с отцом. А он решил устроить тоже что-то вроде помолвки. Назначил дату, пригласил всех своих родственников, друзей и деловых партнёров. Но мы с Дашей поссорились, и она улетела в Москву.

— Надеюсь, вы поссорились не из-за велосипедной прогулки? — испугалась я.

— Нет, что вы! Позже поссорились, по другим причинам.

Лицо парня напряглось, и я не стала больше задавать вопросов.

— Так вот, — взяв себя в руки, продолжил Игнат. — Мероприятие состоится завтра вечером, и отец сказал, что отменять его не станет. Сказал, сделать подобное можно только по очень уважительной причине. В ином случае его сочтут ненадёжным и несерьёзным человеком. Я не могу так подставить своего отца. Потому мне нужно очень срочно найти девушку, которая сыграет роль моей невесты.

— Но у меня нет таких знакомых, Игнат! Ни родственниц, ни подруг... Я не смогу ничем вам помочь.

— Сможете, — уверенно ответил парень. — Я ведь говорю о вас. Вы как раз подходите на эту роль.

Глава третья

М-да, опрометчиво я начала пить чай из стакана, поскольку мне стоило огромных трудов не повторить мем с Дэниэлом Рэдклиффом...

— Что? — отдышавшись и проморгавшись, еле выдавила я.

— Я знаю, что ты начнёшь возражать, потому подготовил развёрнутый ответ.

Этот паршивец всё же перешёл на «ты». Как пить дать уже репетирует роль моего жениха!

— Тебе сколько лет, Макиавелли? — прохрипела я, поскольку горло до сих пор саднило.

Два раза подавиться чаем! Третий может стать роковым. Я отставила стакан подальше, дабы не было соблазна отпить пару глотков. Ясно, что мой собеседник не так уж прост, и с ним нужно держать ухо востро.

— Двадцать один, — улыбнулся Игнат. — Я окончил третий курс, перешёл на четвёртый.

— А мне уже двадцать три, и я окончила университет год назад. Ты не смотри на то, что я мелкая, а волосы у меня синие. Наверняка решил, что я сейчас всё брошу и кинусь изображать твою невесту в попытке поймать за хвост птицу цвета моих волос! Только ты не угадал, мальчик! Подобной хренью заниматься я не буду!

— Вера, я же сказал, что навёл справки, потому прекрасно знаю, сколько тебе лет. И о том, что ты окончила экономический факультет университета, тоже знаю. И о том, что ты свободна. В данный момент ни с кем не встречаешься.

— Послушай, ты... А ты наверняка учишься на специальность, связанную с информационными технологиями? Айтишник?

— В точку! Как догадалась?

— Я же не идиотка, чтобы поверить, будто ты «навёл справки» обо мне в справочном бюро! Мне очень не нравится вся эта история, Игнат!

— А может, ты уже позволишь мне озвучить развёрнутый ответ, который я приготовил, и выдвинуть аргументы в поддержку моего предложения?

— Валяй, — выдохлась я.

Малец оказался на редкость упёртым.

— Мероприятие должно непременно состояться, Вера, как я уже сказал. Даша успокоится и отойдёт, и свадьба всё равно состоится. Но организовать здесь всё второй раз? Снова ехать сюда с Дашей? Сейчас сказать: «Ладно, ребята, расходимся», в потом снова всех собирать? Я не могу так поступить с отцом. Никто из его друзей и дальних родственников к нам в Москву точно не приедет. Папу вырастила его бабушка, и её давно нет в живых. Остальные постольку поскольку. Но это провинция. Тут не принято игнорировать родственные и дружеские связи. Да и в столице такое не принято.

— Допустим, — кивнула я. — Эта часть истории мне понятна. Я не имею права осуждать тебя и твоего отца. Но почему нельзя найти на роль невесты кого-то другого?

— Кого? — развёл руками Игнат. — У меня здесь нет ни друзей, ни знакомых. Нанимать? Чревато, да и может возникнуть недоразумение. Кто-то кого-то знает, кто-то с кем-то где-то пересекался. Эскорт и тому подобное — вообще не вариант, сама понимаешь.

— А с чего вдруг ты решил довериться именно мне?

— Сам не знаю. Ты вызываешь доверие и симпатию. Сразу чувствуется, что ты добрый и порядочный человек. Что ты точно не подведёшь.

— Угу, — задумчиво протянула я.

Разумеется, ни в чём таком я не признаюсь, но этот парень тоже сразу вызвал у меня чувство симпатии (в отличие от его невесты). Я в принципе человек общительный, люди меня не раздражают. Но с Игнатом мне и вправду было очень легко общаться и находить общий язык.

— К тому же, ты сможешь неплохо заработать, Вера.

— В смысле?

— Ты выступишь в качестве актрисы, и твой труд будет оплачен.

Он назвал сумму, и мне стоило огромного труда скрыть удивление. Упрямство и сомнения сразу куда-то улетучились. Отчего бы не заработать в самом-то деле? У богатых свои причуды. Тем более, я никому не сделаю ничего плохого.

— Плюс сумма на одежду и обувь для вечера, а также для посещения салона, — добавил мой наниматель.

— Салона?

— Да. Извини, Вера, это, конечно, сугубо моё мнение, но цвет твоих волос ужасен. Нужно перекраситься.

Я и сама подумывала об этом, но не рассказывать же ему всё как на духу? Решила пойти ва-банк.

— А мне очень нравится синий, — заявила я. — Потому если хочешь, чтобы я перекрасилась, компенсируй мне моральный ущерб.

— В каком размере?

Вот что значит разговор двух деловых людей! Вот это я понимаю!

— Плюс пятнадцать процентов от суммы гонорара сверху.

— По рукам! — кивнул Игнат.

Глава четвёртая

Выходя из салона в субботу днём, я размышляла о том, что запросила у Игната непростительно маленькую компенсацию. Даже с учётом того, что приобретение одежды и приведение меня в надлежащий вид оплачиваются отдельно, пятнадцать процентов — это просто «тьфу»! Хорошо хоть салон нашёл Игнат по каким-то своим каналам, иначе попасть в приличное место без записи не получилось бы.

Я провела у парикмахера пять часов. Пять, Карл! С восьми часов утра там сидела. На смену так рано не выхожу! Сначала с моих волос смывали синюю краску, а потом придавали им оттенок «тёмный шоколад» и выпрямляли мои непослушные пряди. И там же наложили макияж.

А потом ещё два с половиной часа я посвятила походу к мастеру по маникюру для того, чтобы мои руки выглядели обманчиво естественно, но зато по-настоящему прилично. Глядя на свои пальцы, я размышляла о том, что теперь никто не смог бы догадаться о моей истинной профессиональной деятельности. А ещё уже заранее жалела о том, что нынешней красоты явно не хватит надолго.

Помимо всего вышеперечисленного мне пришлось взять два выходных в мастерской, а это значит, что два дня пройдут порожняком. Конечно, мой актёрский труд будет оплачен... Но денег много не бывает, особенно когда откладываешь их, мечтая о собственном жилье.

Далее мой путь лежал в торговый центр, где располагались отделы с платьями, в которых не стыдно появиться на собственной помолвке, хоть и ненастоящей. Я представляла себя актрисой из какого-нибудь сказочного фильма, снятого по беспроигрышному и вечному сюжету «Золушки». Бродила между рядами дорогих шмоток и выбирала то, что подойдёт к случаю и одновременно понравится мне.

Тем более, мне и изображать-то ничего особо не придётся. Игнат сказал, что я просто должна красиво ходить с ним под руку, а он всё скажет сам. На случай, если кто-то из гостей всё же изъявит желание пообщаться лично со мной, мы с моим «женихом» отрепетировали возможные и подходящие ответы.

Ситуацию упрощал тот факт, что семьи Игната и Дарьи ведут достаточно закрытый образ жизни, и информация о них практически не мелькает в медийном пространстве. Ну даже если спустя время кто-то из сегодняшних гостей случайно увидит фотографию молодожёнов, вряд ли станет разбираться и вникать.

Я выбрала классическое чёрное платье, которое ещё называют «маленьким», лодочки и сумочку и наконец-то отправилась домой. У меня осталось всего полтора часа для того, чтобы перекусить и привести себя в порядок. В половине восьмого вечера за мной приедет мой «жених».

Никита сгорал от любопытства, но я пообещала ему рассказать все подробности после, когда всё останется позади, и миссия будет выполнена. И поделюсь информацией только в том случае, если он поклянётся ни одной живой душе не рассказывать о моих приключениях.

Глядя в зеркало, я не узнавала себя. Никогда не была красавицей и не загонялась по этому поводу, но сейчас признавала, что в своём актёрском образе вполне сойду за настоящую красотку. Что интересно, даже взгляд моих бойких зелёных глаз изменился, — стал глубоким и загадочным.

От созерцания собственной персоны в зеркале меня оторвал Игнат, который появился на пять минут раньше срока и позвонил мне.

— Ого! — воскликнул он, как только я вышла из дверей подъезда, и распахнул передо мной двери своей тачки. — Может, мне и вправду лучше на тебе жениться?

— Приму это как комплимент и как одобрение выбранного мной образа, — усмехнулась я. — А вообще при встрече принято говорить «здравствуйте».

— Так мы сегодня с тобой уже раз пять общались по телефону, — пожал плечами Игнат, и его машина начала выезжать со двора, провожаемая взглядам соседей.

Ну ещё бы, подобные тачки у нас тут редко появляются. Я бы даже сказала — никогда прежде.

Сначала мы ехали по центральной улице, потом свернули к реке. Оказалось, что коттедж, в котором живёт отец Игната, находится в нашем же районе. Хотя я могла бы и сама догадаться, ведь почему-то Игнат с Дашей появились именно в нашей мастерской.

Пара поворотов — и автомобиль остановился перед высоким забором с крепкими коваными воротами. Я выдохнула и подобралась, словно перед прыжком с парашютом или с вышки в воду. Ну всё, Вера, не подведи!

Глава пятая

На другие автомобили, стоявшие рядком вдоль ворот, я старалась не обращать внимания. К слову сказать, их было не так уж много; видимо, большинство гостей приехали на такси.

Игнат загнал свою машину в гараж, но пообещал, что непременно доставит меня обратно к моему дому.

— Я буду пить безалкогольное вино, — сообщил он. — А ты?

— Я тоже безалкогольное, — быстро ответила я.

Не то что бы я когда-либо во взрослой жизни являлась убеждённой трезвенницей, но сегодня выпивать точно не собиралась. Во-первых, очень волновалась, а алкоголь на фоне подобных эмоций может сослужить дурную службу. А во-вторых, я не могла себе позволить расслабиться ни на минуту. Да, признаю, мне было по-настоящему страшно.

— Понял, — кивнул Игнат. — Тогда пойдём, я сразу покажу тебе специальный столик, на котором ты сможешь брать бокалы с вином. Он тут недалеко, как раз по пути.

Я слышала множество голосов, а ещё где-то играли музыканты, но мы оказались на какой-то уединённой аллейке. Игнат провел меня к столику, который был тщательно скрыт от посторонних глаз, и ознакомил с ассортиментом безалкогольных напитков.

После мы вывернули на более широкую аллею, а потом оказались на приличных размеров поляне, украшенной гирляндами и фонариками. Почти в центре красовалась небольшая сцена, на которой расположились музыканты с инструментами.

В углу сада работали приглашённые повара. Я почувствовала божественный аромат мяса, готовящегося на гриле, и резко вспомнила о том, что за весь день выпила только стакан чая и съела один бутерброд с маслом и вареньем.

Ноги сами понесли меня к длинным столам, на которых стояли различные напитки и закуски, но мой «жених» мягко удержал меня за локоть.

— Пойдём, нужно показаться моему бате. Ведь по легенде вы с ним хорошо знакомы. Я ему позвонил, попросил нас встретить здесь.

Вскоре рядом с нами возник мужчина лет сорока с небольшим, чуть выше среднего роста, русоволосый.

— Пап, познакомься, это Дарья, моя невеста, — с нажимом сказал Игнат.

— Очень приятно, — кивнул мне Лихачёв-старший и улыбнулся, но глаза его смотрели настороженно.

— Даша, — подмигнул мне Игнат, — это Евгений Викторович Лихачёв, мой отец.

Я тоже вежливо улыбнулась и кивнула, сказав пару общепринятых фраз.

По правде говоря, отец Игната меня немного удивил. А может, это я себе нафантазировала что-то, потому действительность превратилась для меня в неожиданность. Почему-то предполагала, что отец Игната предстанет либо в образе этакого эффектного усиленно молодящегося мачо, либо окажется лысоватым дядькой с обязательным пузиком.

Не угадала в обоих случаях: передо мной стоял обыкновенный, но очень приятный мужчина. Голос у Евгения Викторовича был глуховатый, довольно низкий, но не бас. Черты лица правильные, хотя чуть-чуть резковатые.

Видимо, Игнат походил в равной степени и на мать, и на отца. У них с Лихачёвым-старшим были одинаковые не очень большие карие глаза, в меру высокий лоб и упрямый подбородок.

А вот ростом сын отца обошёл, и волосы у него были темнее, длиннее, чуть-чуть вились. Мой «будущий свёкор» был коротко подстрижен, да и выглядел менее стильно. Зато оказался шире в плечах и крепче. Впрочем, Игнат ещё очень молод, успеет заматереть.

— Что ж, прошу к гостям, — вновь улыбнулся хозяин дома. — Продвигайтесь ближе к центру. Всё же именно вы являетесь виновниками торжества.

Он подставил мне согнутую в локте руку, и я появилась перед гостями под руки с двумя мужчинами, — «женихом» и его отцом.

Вскоре нас окружила толпа, и я начала беспрестанно кланяться, улыбаться и говорить о том, как мне приятно. Евгений Викторович официально представил нас с Игнатом всем гостям, однако почти каждый из присутствующих считал нужным подойти к нам и пообщаться лично.

Мне казалось, что улыбка приросла к моей физиономии, и я ещё дня три как минимум буду улыбаться даже во сне. Пока я беседовала с какой-то пожилой женщиной и выдавала ей сведения, которые мы заучивали вместе с Игнатом, «жених» принёс мне бокал с безалкогольным вином. Точнее, он принёс два бокала и предложил мне выбрать самой, а второй бокал сразу пригубил: показал мне, что я могу ему доверять.

Я с наслаждением сделала пару глотков, поскольку от разговоров в горле у меня пересохло, когда перед нами остановилась следующая «партия» гостей. Тут я замерла с бокалом у рта, поскольку на меня во все глаза смотрели мои мама и отчим.

Глава шестая

От неожиданности я зависла и даже не могла представить, как выйти из сложившейся ситуации. Будто в замедленной видеосъёмке наблюдала, как мама открывает рот и готовится словесно выразить своё изумление.

Выручил Евгений Викторович.

— Знакомьтесь, — энергично заговорил он. — Татьяна, Гера, это Дарья, невеста Игната. Даша, познакомься, это мой троюродный брат Герман Владимирович и его супруга Татьяна Ивановна.

Вмешательство «будущего свёкра» позволило мне выиграть время, и я успела остановить взглядом маму и дядю Геру. Это оказалось очень кстати, поскольку рядом появились ещё какие-то гости, и завязалась общая беседа.

Я выразительно посмотрела на маму и едва заметно кивнула в сторону оранжереи. Разумеется, в самой оранжерее постоянно кто-то прогуливался, а вот ненадолго скрыться за ней казалось вполне реальной задачей.

Я предупредила Игната, что отлучусь на несколько минут, и вскоре мы стояли лицом к лицу с мамой и отчимом.

— Я вам всё объясню потом, — быстро заговорила я, оглядываясь по сторонам.

— Скажи только: у тебя всё хорошо? Ты не влипла ни в какие неприятности? — с тревогой спросила мама.

— Танюша, ну какие неприятности? — с укоризной спросил дядя Гера. — Женя точно не может представлять для Веры никакой угрозы. Раз всё происходит так, как происходит, значит, так нужно. Надеюсь, Вера нам позже всё объяснит.

— Спасибо, дядя Гера! Ты абсолютно прав, — обрадованно закивала я.

Обожаю своих родителей! И как замечательно, что дядя Гера появился в нашей жизни!

— Только вы никому здесь не должны рассказывать о том, что знали меня раньше, и тем более, о том, кто я в самом деле.

— Совсем никому? — удивился отчим. — Но ведь Игнат наверняка знает, что ты не Дарья и не его невеста?

— Я вам больше скажу, Евгений Викторович тоже знает об этом. Но больше точно никто не в курсе.

— Доченька, ты такая красивая! Почему ты никогда не наряжаешься так и не красишься? — мама внимательно рассматривала меня. — Вечно выглядишь как пацанка. И волосы эти синие... Посмотри, как тебе идёт вот такой тёмный оттенок!

— Мам, в синий я вряд ли ещё решусь покраситься, — успокоила я маму. — Его очень сложно поддерживать именно синим. А в остальном... Обычно выгляжу соответственно своей работе.

Мама покачала головой, и я быстро чмокнула её в щеку.

— Ладно, ребята, мне пора, — я подмигнула отчиму. — А то жених (я изобразила пальцами кавычки) заждался.

— И мы, пожалуй, вернёмся на праздник, — дядя Гера взял маму за локоть, но она вдруг умоляюще посмотрела на меня.

— Вера, пожалуйста, задержись ещё на пару минут. Может, Игнат не объявит тебя в розыск? Давай быстренько посмотрим оранжерею, пока там нет никого? А то Гере неинтересно бродить среди цветов.

— Хорошо, только недолго, — согласилась я.

Отчим махнул нам рукой и сказал, что будет ждать нас в саду, а мы вошли в оранжерею. Мама ахала и восторгалась, и даже я, хоть и не являюсь поклонницей разведения различных растений, невольно заразилась её энтузиазмом.

В этой оранжерее и вправду было волшебно. Кажется, садовника (или как называется специальный человек, ухаживающий за цветами?) в дом всё же допускают, хоть Игнат и утверждает, будто его отец «не любит и избегает присутствия чужих людей в доме».

Мы так увлеклись, что не услышали шаги, потому вздрогнули от звука голоса, неожиданно раздавшегося совсем рядом.

— Нравится?

Евгений Викторович стоял, сунув руки в карманы брюк своего явно баснословно дорогого костюма, и улыбался.

— Да, здесь замечательно! — с восторгом воскликнула мама. — Если вам не сложно, Женя, передайте моё восхищение человеку, который занимается вашим садом и конкретно оранжереей.

— Хорошо, передам, — слегка поклонился хозяин дома. — Уверен, что ему будет очень приятно.

— Что ж, мне пора, — улыбнулась мама. — Гера ждёт.

Она посмотрела на меня и кашлянула:

— Э-м-м... Дарья, вы тоже идёте?

— Я ещё полюбуюсь цветами, — не моргнув глазом выдала я.

Если честно, мне просто не хотелось идти с мамой и Евгением Викторовичем. Со мной редко такое бывает, меня весьма трудно смутить, но в его присутствии я почему-то слегка робела.

Однако мама кивнула и вышла из оранжереи одна, а «будущий свёкор» остался! Да ещё и хитро посмотрел на меня.

— Как я понял, вы были знакомы с Татьяной и Германом до сегодняшнего вечера?

— Вообще да, — с серьёзным видом кивнула я. — Это мои мама и отчим. Но они обещали никому ничего не рассказывать. Вы можете не волноваться.

Кажется, я его по-настоящему удивила.

— Вот как? Получается, мы с вами в какой-то мере родственники, хоть и дальние? Как тесен мир! Погодите... Значит, вы Вера? Я помню, Герман рассказывал о детях своей супруги. У меня хорошая память на имена. У вас ещё есть старший брат Никита. А у Геры и Татьяны не было официальной свадьбы, потому мы с вами и не познакомились раньше.

— Ну да, — смущённо пожала плечами я, от всей души мечтая поскорее свалить, но мой собеседник, кажется, не намерен был завершать разговор так быстро.

— А вы похожи на свою мать, теперь я это понимаю.

— Кх-кх... Замечательная оранжерея, — я всё же решила соскочить с темы нашего «родства». — Кто ей занимается?

— Я, — скромно ответил Евгений Викторович, и я вытаращила глаза, забыв о приличиях.

— Вы?! Вы сами?

— Да. А что особенного? Должно же быть у человека какое-либо увлечение? У меня оно вот такое.

— Извините, пожалуйста, я ничего дурного не имела в виду, — совсем смешалась я. — Просто это не похоже на обычное увлечение. Здесь чувствуется рука профессионала.

— Благодарю вас, Вера. То есть, Даша.

— Думаю, мне тоже пора вернуться в сад, а то моё отсутствие наверняка скоро начнёт выглядеть странно. Хотя я бы ещё здесь погуляла. Успокаивает как-то.

— А вы приезжайте к нам в гости, когда вся эта официальная лабуда закончится, — предложил вдруг он, пристально глядя на меня, но тут же добавил: — С Германом, Татьяной и Никитой. Посидим спокойно, по-семейному. Приедете?

«Ага! Обязательно приедем. После дождичка в четверг!» — промелькнуло в моей голове.

Нашёлся тоже родственник! Если я считаю родным человеком дядю Геру, это вовсе не означает, что буду считать таковым его троюродного брата.

— Ну... если мама и дядя Гера согласятся...

— Они согласятся, — улыбнулся Лихачёв, и мне почему-то стало не по себе.

Не то что бы волнение и смущение были тревожными и неприятными, но я остро ощутила приближение каких-то судьбоносных событий и перемен.

Глава седьмая

Свой «гонорар» я получила своевременно: деньги были зачислены на счёт ещё в разгар вечера. Даже не ожидала, что всё будет сделано настолько оперативно. Я старалась не думать о том, что перевод был осуществлён не Лихачёвым И.Е., а Лихачёвым Е.В.

Старалась не думать, но всё равно думала. И несмотря на то, что кругленькая сумма очень грела душу, я почему-то жалела о своём согласии на участие в этой авантюре.

Меня не покидала уверенность в том, что сегодняшний вечер — это лишь начало, и впереди меня ждёт целый ряд различных событий. Может ли кто-то дать мне гарантию, что все эти события окажутся приятными? Вот это вызывало огромные сомнения.

На празднике я от волнения практически ничего не съела, и теперь голод категорично заявлял о себе. Я очень надеюсь, что Игнат не слышал урчания в моём животе, когда подвозил меня до дома.

К счастью, некоторые доставки до сих пор работали, и я заказала домой роллы. И пофиг, что на ночь! Если Никита дома, он точно не откажется составить мне компанию.

И ещё я приняла решение рассказать брату о своей сегодняшней «работе», а то получается как-то нехорошо: я, мама и дядя Гера знаем обо всём и будто скрываем от Ника. А ведь ему наверняка можно доверять, он никогда не подставит меня в чём-либо серьёзном. Да, он тот ещё тролль, но только тогда, когда ситуация к этому располагает.

Братан оказался дома, рубился в онлайн-игру, но как только привезли роллы, быстренько попрощался со своими «коллегами» и как фокусник достал откуда-то бутылку вина.

— По какому поводу банкет? — поинтересовался, разливая по бокалам золотистую искрящуюся жидкость.

И я рассказала ему обо всём. По мере того, как я накидывала всё больше информации, тёмные брови Ника поднимались всё выше.

— У тебя скоро лба не хватит, — не выдержала я. — Куда дальше будешь брови поднимать? И что тебя так удивило?

— А разве нечему удивляться? — ничуть не обиделся брат. — Твои приключения лишь подтверждают тот факт, что жизнь — это цепочка совпадений, в которой нет ничего лишнего. Казалось бы — зашла к нам в мастерскую парочка, и вот мы уже находим родственников.

— Ник, не смеши! Каких родственников? Троюродного брата нашего отчима? Не подскажешь, кем он нам приходится?

— Согласен, пока никем. Но похоже, этот чел не хило запал на тебя.

— Ещё что придумаешь?!

— Но даже не это самое интересное, — Никита хитро посмотрел на меня.

— Ну давай, удиви меня, братишка! — отложив палочки для суши, я сложила руки на груди и уставилась на самонадеянного «провидца».

— Ты сама запала на него. В смысле, на батю этого Игната.

— Да иди ты лесом со своими фантазиями! — я махнула рукой и вернулась к поглощению роллов. — Думала, что-то интересное скажешь, а не эту ерунду

— Ну-ну, — усмехнулся Ник и тоже вернулся к позднему ужину.

Я прекрасно понимала, что должна всё отрицать и всячески доказывать, что Никита неправ, но у меня не было сил. Помимо того, что устала, я находилась ещё и в какой-то растерянности. Постоянно вспоминала наш разговор с Лихачёвым-старшим, голос Евгения Викторовича, его взгляд.

Почему так бывает? Большинство людей проходят по нашей жизни будто по касательной, а иногда встречаешь человека и вдруг понимаешь, что жизнь изменилась, она больше не будет прежней?

Ответов на свои вопросы я так и не нашла. Выводы решила не делать, особенно поспешные, и к ночи мне удалось убедить саму себя, что ничего особенного не случилось.

Однако на следующий день мне позвонила мама и поинтересовалась моими планами. Я ещё толком не проснулась, потому пробормотала что-то невнятное по поводу выходного: мастерская в этот день не работала.

— Про выходной Никита мне уже сказал, — энергично ответила мама. — Я ему тоже звонила. Дело в том, что сегодня Женя и Игнат ждут нас в гости.

— И что на это ответил Ник? — осторожно поинтересовалась я, стараясь не выдавать своего волнения.

— Что он совершенно свободен сегодня. Никита едет с нами. Точнее, мы едем на его машине, вы нас заберёте.

Пока я мучительно соображала, как отмазаться от поездки, в мою комнату кто-то постучал.

— Открыто, — мрачно отозвалась я и почти тут же увидела расплывшуюся в улыбке физиономию братца.

— У тебя максимум час на сборы. Как только будешь готова, так сразу выезжаем за мамой и дядей Герой.

Я картинно закатила глаза. Блин, ну обложили буквально со всех сторон!

Глава восьмая

— Неужели они не устали от гостей? — возмущалась я, пока мы с Ником ехали за город, чтобы забрать родителей.

— Двадцать восемь, — спокойно сказал брат, который внимательно следил за ухабистой дорогой.

Мама и дядя Гера живут далеко не в элитном коттеджном посёлке, а в обычном частном секторе.

— Что «двадцать восемь»? — вскинулась я.

— Ты двадцать восьмой раз за прошедшие полчаса повторила одну и ту же фразу. Как-то слишком тебя напрягает эта поездка, ты не находишь? Обычно ты легка на подъём.

— Меня не поездка напрягает, а настойчивость этих Лихачёвых. И ещё тот факт, что кто-то со стороны распоряжается моим личным временем.

— Сделаем завтра ещё один выходной, и ты наверстаешь своё личное время.

— Оу, — я удивлённо вскинула брови, — даже так? Думаешь сегодня набраться?

— Ну а что? — пожал плечами Ник. — Не каждый день мы знакомимся с новыми родственниками.

— А домой как поедем?

— Вызовем такси. А тачку потом заберу.

Я решила не продолжать спор. Если брат хочет расслабиться, пусть расслабляется. Он и так всю дорогу пашет, выходные почти не берёт. В самом деле, что я разнылась-то? Будто меня пригласили не отдыхать, а прополоть поле картошки!

Приказала себе стать вежливой, кроткой и терпеливой, и была вознаграждена: мы прекрасно провели этот день! Особенно мы с мамой, поскольку мужчин было вдвое больше, и они почти полностью взяли на себя организацию барбекю. Мы, девочки (как сказала мама), были только на подхвате.

Общий язык между участниками семейного мероприятия был найден довольно быстро, беседа не буксовала и не прерывалась паузами. Я в основном отмалчивалась, что в принципе для меня не очень характерно. Но несмотря на то, что обстановка была непринуждённой, я по-прежнему очень стеснялась Евгения Викторовича.

Почему-то с Игнатом, который по сути является представителем золотой молодёжи из столицы, мне сразу стало легко общаться, а с его отцом — нет. При этом я то и дело ловила на себе задумчивые взгляды хозяина дома. А поскольку родилась я далеко не вчера и наивной простушкой давно не являюсь, поняла: Ник был не так уж далёк от истины, когда говорил, что Лихачёв-старший запал на меня.

Что ж, бывает. Ложной скромностью я тоже не грешу, потому в курсе, что мужчины периодически обращают на меня внимание, пытаются приударить и надеются завязать со мной отношения. Не то что бы на каждом шагу, и отбоя от кавалеров у меня нет, но всё же некоторый опыт имеется. Потому если Евгений Викторович начнёт вести себя слишком активно, я смогу охладить его пыл.

К счастью, сначала Лихачёв только присматривался ко мне. Однако когда компания немного разгорячилась от выпитого и увлеклась общим разговором ещё сильнее, хозяин дома вдруг оказался рядом со мной.

Несмотря на шум, я услышала тихий голос:

— Вера, вчера ты говорила, что хотела бы ещё погулять по оранжерее. Разрешишь мне стать твоим гидом?

Да, мы все тут перешли на «ты» — по-родственному. А по поводу оранжереи он был прав, потому я согласно кивнула. Тем более, чем раньше начнётся важный разговор, тем быстрее мы расставим точкинад «i».

Евгений Викторович сообщил всем, что поведёт меня на экскурсию в оранжерею, и я послушно поднялась следом за ним, стараясь ни на кого не смотреть (особенно на Никиту).

Сначала и вправду было нечто вроде экскурсии. Оказавшись в оранжерее, я испытала уже ставший знакомым восторг и почти забыла о своих тревогах. Стало даже весело, потому что Лихачёв, как выяснилось, являлся прекрасным рассказчиком, остроумным и эрудированным.

Я слушала истории различных растений, чуть ли не разинув рот от удивления и восторга. Со мной такое происходит крайне редко. Обычно я сама могу заговорить кого угодно.

— Уверена, что ты учился на биологическом факультете!

— Ты почти правда, Вера, — моя рука вдруг оказалась в тёплых и крепких тисках его ладони. — На химико-биологическом.

— Но жизнь заставила перевести основную профессию в разряд хобби?

— Как-то так, — кивнул Евгений Викторович. — То есть, почти так. Работаю там, где получается максимально проявить деловые качества. Но что касается вот этого всего... Я бы не стал называть это просто хобби. Это огромная часть моей жизни, очень важная.

Он вдруг остановился и повернул меня к себе. Я опустила глаза и отступила на шаг. Несмотря на то, что волнение мешало мне связно думать и ясно соображать, я не собиралась сдаваться. Ишь ты, быстрый какой!

— Вера, — вздохнул Лихачёв и попытался снова взять меня за руку, но не тут-то было. — Ты ещё очень молода, но в то же время ты взрослый, состоявшийся человек, потому не буду ходить вокруг да около. Ты мне очень нравишься. Я сразу оказался под большим впечатлением, как только мы познакомились вчера. Честно, сам удивлён, поскольку раньше не был замечен ни за чем подобным: мне всегда нравились мои ровесницы или женщины чуть моложе меня. А тут такая разница...

Он помолчал, будто решаясь на что-то. Казалось, он не играет, — признание давалось ему в самом деле нелегко.

— Потому всё решать будешь ты, Вера. Как скажешь, так и будет. Я не юнец с затуманенным разумом, смогу справиться с собой и взять себя в руки.

— А что я должна... решить? — не в силах поднять глаза, драматически прошептала я, осознавая всю эмоциональную остроту момента.

— Останемся мы просто родственниками и друзьями... Это важно, поскольку я хочу в любом случае сохранить с тобой хорошие отношения. Так вот, останемся мы просто друзьями, или ты тоже видишь шанс для нас двоих? Разрешишь мне начать ухаживать за тобой?

Глава девятая

— Но ты совсем не похож на мужчину, обделённого женским вниманием, — пробормотала я, поняв, что пауза затягивается и становится неприличной.

— А я и не жалуюсь, — пожал плечами Евгений. — Не обделён. Я не жил прошедшие после развода пятнадцать лет на необитаемом острове. Также никогда не был монахом. Но... Хочу, чтобы ты поняла: до сих пор у меня не возникало желания снова связать с кем-то свою жизнь, и я не верил в новый шанс, не верил в «навсегда». Ещё я никогда не верил в любовь с первого взгляда и в возможность безошибочно определить «своего» человека, различить в толпе. Однако вчерашний день всё перевернул. Моя категоричность, мой цинизм и мой скептицизм исчезли без следа.

Я тяжело вздохнула. Конечно, никогда не стала бы наступать себе на горло и принуждать себя к чему-либо в угоду другим людям, особенно во всём, что касается чувств, но... Сказать, что я обожаю ставить людей на место и разочаровывать их, тоже не могу.

Смотрела в грустные тёмные глаза Лихачёва, и на душе становилось всё паршивее.

— Не говори сразу «нет», — просто и спокойно произнёс мужчина. — Обещай подумать. А я обещаю, что не буду докучать, давить и поторапливать. Если примешь конкретное решение, в котором будешь уверена, можешь сообщить мне о нём даже в мессенджере. Я не испытываю в этом плане абсолютно никаких комплексов. Если скажешь твёрдое «нет», будем общаться как друзья и как родственники. Договорились?

— Договорились, Евгений...

— Лучше «Женя».

— Хорошо. Договорились, Женя! Но ведь ты понимаешь... не хочу обманывать тебя. Даже если я не скажу сейчас «нет», то это вовсе не означает, что сейчас или в будущем скажу «да».

— Конечно, я это прекрасно понимаю, — кивнул он.

Мы вернулись обратно в нашу весёлую компанию, и остаток вечера прошёл замечательно. Хозяин дома был активен и весел, и если бы я не была наверняка уверена в своей полной адекватности, решила бы, что наш с Евгением разговор мне приснился или померещился.

В конце концов мужчины наши прилично набрались, и Лихачёв настоял на том, чтобы мы все остались ночевать в его доме. Вот тебе и нелюбовь к посторонним людям в его хоромах! Или мы не посторонние?

К тому же, в доме всё же обнаружились две гостевые комнаты. Значит, Евгений не такой уж мизантроп и социофоб?

Загадочный тип. Живёт уединённо, разводит цветы, но при этом успешно занимается бизнесом, а друзей и родственников у него сегодня был полный дом.

В одной из гостевых комнат разместились мама и дядя Гера, во второй — Ник. Мне даже как-то обидно стало в глубине души, ведь для меня, получается, места не нашлось... Но тут Игнат показал мне свою бывшую комнату, детскую.

— Батя грезит о внуках, — тихо сообщил парень мне на ухо. — Потому и не переделывает эту комнату. А поскольку ты из нас самая миниатюрная, сможешь уместиться на подростковой кровати.

К слову сказать, кровать оказалась не такой уж маленькой.

— Сейчас застелю тут всё, — Игнат кинулся к шкафу, в котором, видимо, лежало постельное бельё.

— Я и сама справлюсь, Игнат! Просто расскажи мне, где и что я могу найти.

Через пять минут я осталась в комнате одна. Приготовила постель, сходила в душ и устроилась, чтобы отойти ко сну. Меня словно окутали спокойствие и уют. Это было странно, если учесть, что я терпеть не могу ночевать в чужих, незнакомых местах.

Здесь мне нравилось буквально всё: и светильник в виде мультяшного лягушонка, и пёстрые обои, и синее с яркими рисунками постельное бельё.

Я начала погружаться в сон, когда почувствовала, как мой телефон слегка завибрировал: пришло сообщение. Номер не был мне знаком, но я сразу поняла, от кого оно.

«Как ты устроилась?»

Я сфотографировала утёнка, изображённого на пододеяльнике, и отправила хозяину дома фотографию с припиской: «Замечательно. Спасибо за заботу! Спокойной ночи!»

«И тебе!»

Мечтательно улыбнувшись, я снова начала засыпать, но успела подумать, что сегодня был прекрасный день, какой-то волшебный. Да и вообще жизнь хороша.

Когда я проснулась утром в понедельник, Евгений Викторович уже уехал на работу, и завтраком нас кормил Игнат. Точнее, он пытался всё организовать, но мы с мамой пришли ему на помощь.

Вечером посыльный привёз мне домой шикарный букет, и я вынуждена была весь вечер выслушивать намёки и домыслы братца.

К счастью, на следующий день моя жизнь вернулась в нормальное русло. После нескольких выходных в мастерской было очень много работы, и перекусить получилось только в пятом часу пополудни.

Мы с Ником (усталые, но довольные) сидели на скамейке в углу и за обе щеки поглощали бутерброды, запивая их кофе из термоса, когда вновь прозвенел дверной колокольчик. Кажется, уже в миллионный раз за сегодня.

Когда я увидела посетителя, наконец-то поняла, зачем в нашем обычном, хоть и крупном, но провинциальном городе построили пятизвёздочный отель, принадлежащий известной сети.

Господин явно не из местных. Я была уверена в этом настолько, что с лёгкостью побилась бы об заклад и поклялась бы в случае проигрыша съесть свою шляпу (если бы она у меня была).

— Здравствуйте, — в голос сказали мы с Никитой, и брат поднялся навстречу вошедшему.

— Здравствуйте, — голос у незнакомца оказался низкий и звучный. — Меня зовут Станислав Сергеевич Шабалин. Я ищу Веру Александровну Тихорецкую, она мне срочно нужна.

Глава десятая

Ник посмотрел на меня так, будто хотел сказать: «Я думал, сеструха, что ты уже максимально удивила меня и не сможешь удивить сильнее, ан нет!»

Хотя я и сама, если честно, была в шоке. Что от меня может быть нужно, да ещё срочно, такому человеку, как Станислав Сергеевич?

— Вера Александровна — это я, — откашлявшись, возвестила я, и холодные светлые глаза визитёра на пару мгновений стали больше дорогих очков. — Чем обязана?

Шабалин с сомнением обвёл взглядом моё чумазое лицо, видавшую виды кепку, перевёрнутую козырьком назад, пыльные джинсы и всю в масляных пятнах футболку.

— Э-э-э... — Станислав Сергеевич спешно и усиленно пытался взять себя в руки, и это ему удалось. — Мне необходимо поговорить с вами... Вера Александровна.

Я уже хотела предложить ему посмотреть мои документы, а потом подумала: с чего вдруг? Я его сюда не приглашала. Это он жаждет общения со мной, пусть он и подтверждает свою личность.

Кажется, брат прочитал мои мысли, поскольку шагнул вперёд, задвинул меня за свою внушительную спину и с вызовом заговорил:

— Меня зовут Никита Александрович Тихорецкий, я брат Веры Александровны. А вот вы кто такой? И почему моя сестра должна с вами говорить? Может, вы представляете для неё опасность?

Дверной колокольчик снова прозвенел, и в мастерской материализовался двухметровый человек-шкаф.

— Всё в порядке, Станислав Сергеевич? — пророкотала громадина.

— Да, Лёня, всё нормально, — махнул рукой Шабалин.

Точнее, господин Шабалин. А как иначе обращаться (пусть даже мысленно) к человеку, путешествующему в сопровождении личной охраны?

— Не беспокойтесь, ждите в машине, — распорядился «господин», и скалоподобный Лёня исчез за дверью.

Шабалин достал из поясной сумки права и приблизился к нам с Ником.

— Допустим, — мрачно пробормотал Ник, внимательно изучив карточку. — Так что вы хотели?

А я уже начинала понимать, что нужно этому типу в обманчиво демократичных джинсах и нарочито простой, но мегабрендовой хлопчатобумажной футболке.

И моя догадка оказалась верной.

— Я отец Дарьи Шабалиной, будущий тесть Игната Лихачёва. Не знаю, что вы себе напридумывали, уважаемая, — пристальный и холодный взгляд светлых глаз сверлил меня насквозь даже через стёкла очков.

В голове промелькнула абсолютно ненужная мысль о том, что Даша, видимо, похожа на мать, а не на отца.

— Ничего я не придумывала, — пожала плечами, пытаясь сохранить независимый вид. — Раз уж вы сами начали этот разговор, то послушайте! Ваша дочь сбежала, бросив своего жениха накануне отвественного мероприятия. Что должен был делать Игнат?

— В общем, так, — ледяным тоном прервал мою пламенную речь Станислав Сергеевич. — Если сегодня вечером я и моя дочь не получим от вас официального опровержения того, что вы якобы являетесь невестой Игната, а также извинений, то можете попрощаться со своим бизнесом. Через пару дней здесь не будет не только вашего павильона, но и всего мини-рынка.

— Я не обязана ничего вам доказывать и тем более, извиняться!

Кажется, в отличие от внешности, характер Дарья унаследовала от папаши! Также упивается собственными высокомерием и гордыней.

— У вас есть время до конца сегодняшнего дня, — процедил Шабалин.

Я демонстративно отвернулась, ушла в угол, села на скамейку и продолжила трапезу, всем видом давая понять, куда Станислав Сергеевич может засунуть свои угрозы.

Никита последовал за мной, но как только Шабалин, неопределённо хмыкнув, покинул мастерскую, брат подскочил к окну.

— Вот это тачка! — выдохнул он. — Там толпа зевак собралась посмотреть.

— Надо позвонить Игнату, — я начала вытирать руки большой бумажной салфеткой. — Пусть как-то решает проблему, разруливает, это ведь он всё затеял.

Глава одиннадцатая

Игнат примчался через час, — испуганный, взъерошенный, бледный. Хорошо, что клиентов уже не было, и мы готовились закрывать мастерскую.

— Вера, прошу, только не сердись и не обижайся! Иначе батя меня прибьёт! — с порога затараторил Лихачёв-младший.

Ник злорадно хмыкнул и покосился на меня.

— Во-первых, добрый вечер, — назидательно сказала я беспокойному посетителю.

— Добрый вечер! — обрадовался Игнат, поскольку понял, что я вовсе не сержусь и не обижаюсь.

— Во-вторых, присядь и успокойся.

— Ага, — кивнул парень и послушно устроился на скамейке рядом со мной.

Никита доводил до ума один из прокатных велосипедов и всем своим видом давал понять, что намерен участвовать в разговоре. Да никто и не был против.

— Я связался с дядей Стасом, — выдохнул Игнат. — Сегодня вечером он приедет к нам домой, заодно и познакомится с моим отцом. Они же до сих пор не общались лично. Ума не приложу, почему дядя Стас решил приехать именно к тебе и разбираться с тобой!

— Зато я уверена, что знаю, — пожала плечами я. — Господин Шабалин очень любит свою дочь? Души в ней не чает?

— Д-да, — Игнат так смутился, что вспыхнул, начал заикаться и сбиваться. — Даша — единственный ребёнок в семье, и родители обожают её.

— Потому заботливый папенька и кинулся в провинцию сломя голову, — кивнул Никита. — Не для того, чтобы призвать тебя к порядку, Игнат, а для того, чтобы размазать Верку. Такова была воля твоей невесты.

— Возможно, — сник Игнат и виновато посмотрел на меня. — Вера, ты прости, пожалуйста, за то, что втянул тебя в эту историю. Признаюсь честно, одним из мотивов было желание досадить Даше за её бегство. Если бы я знал, во что это выльется...

— Ты знаешь свою невесту как никто другой, — сурово возразил Ник. — Потому должен был предвидеть подобное развитие событий.

А мне почему-то стало жаль Игната, первоначальное возмущение отступило. Я и вправду не имела претензий к моему мнимому жениху. Во-первых, мне ли обижаться? Я неплохо заработала на нашей авантюре. А во-вторых...

Тут мои мысли забуксовали, поскольку даже самой себе я ещё не готова была признаться в том, чем мне особенно дорог тот странный вечер.

Осталось только урегулировать ситуацию с угрозами Шабалина. Словно услышав мои мысли, Игнат заверил нас с Никитой:

— Поверьте, ребята, всё будет в порядке! Дядя Стас ничего против вас не предпримет.

— А что нам остаётся? — усмехнулся Ник. — Поверим.

— Игнат... — я уже начала фразу, хотя до сих пор сомневалась, имею ли право задавать подобные вопросы. — Ты очень любишь Дашу? Мне почему-то кажется, что на человеке с таким характером можно жениться только по большой любви. Никакие деньги и никакие связи тут не имеют значения.

— Люблю, — просто ответил парень. — Как я говорил раньше, мы уже очень давно вместе, и я не представляю себя с кем-то другим.

Что ж, любовь, как говорится, зла. Разумеется, вслух я этого не сказала.

Игнат немного успокоился и уехал домой, — встречать столичного гостя. Мы закрыли мастерскую и тоже отправились домой, решив заказать пиццу. У брата сегодня не было запланировано никаких свиданий, а у меня их никогда и не бывает.

Было уже около десяти часов вечера, когда в мессенджере появилось сообщение от Игната: «Вера, всё в порядке! Встреча проходит в тёплой и дружественной обстановке. Мой батя и дядя Стас пьют вискарь. Уже побратались».

Рассмеявшись, я пожелала Игнату спокойной ночи. На душе стало немного легче, и чувство вины перед Никитой немного отпустило. Конечно, брат ни в чём меня не обвинял, наоборот, заступался. Но мне от этого было ничуть не меньше стыдно перед ним. Это ведь из-за моих приключений наше дело оказалось под угрозой. И если бы только наше! На мини-рынке почти два десятка павильонов...

...Следующим утром, часов около десяти, в мастерской появился посыльный и вручил мне роскошный букетище в корзине. Я не знала, что и думать. Растерялась так, что не заметила в букете карточку, — её, смеясь, достал и протянул мне Никита.

«Вера Александровна, пожалуйста, примите вместе с этим букетом мои искренние извинения. С уважением и глубоким раскаянием Шабалин С.С.»

— М-да-а-а, — задумчиво протянул Ник. — Чувствуется, что Женя с ним неплохо побеседовал.

Как выяснилось позже, этого извинения «дяде Стасу» показалось мало. Не успела я отойти от удивления, как Шабалин С.С. появился в мастерской собственной персоной.

Глава двенадцатая

У нас как раз было двое клиентов, и мы с Ником оба были заняты. Станислав Сергеевич терпеливо ждал в сторонке, ничем не выражая недовольства или нетерпения. Зато тот самый двухметровый громила из охраны Шабалина весь испереживался, заглянул в мастерскую три раза.

Наконец я освободилась, и Станислав Сергеевич сразу подошёл ко мне. В это время клиенты, с которыми работал Никита, тоже ушли. Брат встал рядом со мной, сложив руки на груди и выжидательно глядя на посетителя.

— Добрый день, — Шабалин по очереди посмотрел на нас. — Я приехал, чтобы лично принести вам свои извинения. Ситуация... была принята и истолкована мной неправильно. Заверяю вас, что даже пытаться не буду создавать вам какие-либо помехи или проблемы. Возможно... вам нужна какая-нибудь помощь? Вы только скажите. Сделаю всё возможное.

— Спасибо, — спокойно кивнул Ник. — Нам вполне достаточно извинений. Хорошо, что всё выяснилось, мы очень рады.

Я с уважением глянула на брата. Молодец Никита, повёл себя достойно, по-мужски. Не стал ни злорадствовать, ни напускать на себя лишней важности, ни изображать оскорблённую невинность.

— Да, согласна с братом, — подтвердила я. — Не беспокойтесь, Станислав Сергеевич, всё нормально.

Поняв, что гость в этот раз настроен доброжелательно, Ник вернулся к работе, а Шабалин так и продолжал топтаться возле меня.

— Спасибо огромное за цветы! — спохватилась я, решив, что он ждёт выражений благодарности.

— Рад, что букет вам понравился, — слегка поклонился гость, но увы, так и не начал зафиналивать встречу.

Неужели мне самой придётся попрощаться, первой? Но ведь тогда всё будет выглядеть так, будто я его выгоняю!

— Вера Александровна, — откашлявшись, серьёзно и немного торжественно продолжил Шабалин. — Я был бы счастлив, если бы вы позволили мне пригласить вас сегодня на ужин.

Ник нахмурился и пристально посмотрел на Станислава Сергеевича.

— Всё пристойно, никакой подоплёки, — пояснил столичный гость, явно почувствовав угрожающее настроение моего брата. — Рано утром у меня самолёт, а вечер мне бы очень хотелось провести в приятном обществе. Тем более, как мне объяснили Игнат и Евгений, мы с вами почти родственники.

Ну и ну! Ещё один родственник, куда деваться! За прошедшие несколько дней наш семейный круг значительно расширился!

А с другой стороны, почему бы нет? Меня так давно никто никуда не приглашал... Работа на торжестве в доме Лихачёвых не в счёт, я там и не отдыхала. А сейчас... Это ведь всего лишь ужин. Тем более, Станислав Сергеевич, как я поняла, является хорошим семьянином и любящим отцом.

— Ну если по-родственному, то я согласна, — кивнула в ответ на ожидаюший взгляд Шабалина. — Только при условии, что ресторан выбираю я.

— Всё, как вы пожелаете, Вера Александровна, — улыбнулся Станислав Сергеевич, и улыбка его оказалась неожиданно искренней. — Куда и в какое время заехать за вами?

Никита, хоть и был не слишком доволен, пообещал отпустить меня из мастерской в шесть часов вечера, а с Шабалиным мы договорились на восемь.

Я выбрала ресторан коми-пермяцкой национальной кухни «Ош берлог»*, и мой спутник, который никогда раньше не пробовал ни одного блюда из предложенных, был в полном восторге.

И вообще вечер прошёл прекрасно. Шабалин был спокоен и расслаблен, и в подобном состоянии оказался весьма интересным собеседником, — эрудированным, предупредительным, с хорошим чувством юмора.

В двадцать три ноль-ноль я была уже дома, о чём сразу оповестила Никиту, который где-то гулял. А через полчаса в мессенджере появилось сообщение от Жени.

«Привет, Вера! Надеюсь, ты хорошо провела сегодняшний вечер?»

«Привет! Да, замечательно!»

Мои губы сами по себе сложились в глупую и радостную улыбку. Я решила не копаться в себе и не выяснять, почему так счастлива, и почему мне нравится то, что Лихачёв ревнует. Тем временем пришёл ответ:

«Рад за тебя».

«Женя, а помнишь, ты говорил, что я могу тебе сообщить о своём решении в мессенджере? Я хочу, чтобы ты начал ухаживать за мной», — написала я и снова прикрепила фото с утёнком, тем самым, с пододеяльника.

Пауза длиной в пять минут продолжалась вечность, и я уже начала не на шутку переживать... А вдруг он ничего не ответит? Что тогда? И когда на смену волнению готово было прийти отчаяние, раздался сигнал смартфона.

«Я думаю, что у тебя есть гораздо более интересные варианты на роль ухажёра».

Отложив телефон, я расхохоталась. Ну и денёк! Давно я не чувствовала себя настолько счастливой...

* Название ресторана вымышлено автором, любые совпадения случайны

Глава тринадцатая

Я ложилась спать в превосходном настроении. Душа по-прежнему пела, и каждая клеточка во мне, каждый атом были переполнены счастьем. Я боялась, что вряд ли смогу уснуть, находясь в подобной эйфории.

Но, как выяснилось, до сна ещё было как до Луны пешком. Стоило только моей голове коснуться подушки, раздался звонок в двери. Конечно, я давно не маленькая и вообще не из пугливых... К тому же, двери у нас надёжные, и запираются они на хорошие замки... Но согласитесь, не очень-то приятно и комфортно, когда ты находишься дома одна, и почти в полночь кто-то звонит в двери!

Была у меня, конечно, одна мысль... Точнее, это была надежда, и она вдруг оправдалась. Подкравшись к двери, я заглянула в глазок, но через мгновение уже отпирала замки. И ещё через несколько секунд оказалась в объятиях Жени, а между нами был зажат букет.

— Женя, цветы! — выдохнула я, как только моим губам удалось ненадолго освободиться из безумного и бесподобного плена его губ.

— Ах да! — Лихачёв блаженно улыбнулся. — Я же собирался ухаживать, а сам накинулся на тебя прямо в коридоре.

— Обещал ухаживать, значит, будешь, — отодвинувшись, заявила я. — Эти цветы для меня?

Если этот горячий парень думает, что я с разбегу запрыгну в его постель (или позволю ему запрыгнуть в мою), то мне придётся охладить его пыл. Я могу быть очень упрямой, если того требуют обстоятельства, а сейчас они определённо требуют.

Когда я ставила букет в вазу, почувствовала, как Женя подошёл ко мне вплотную и положил ладони на мою талию. Моей решимости сразу значительно поубавилось, но я взяла себя в руки.

— Женя, если ты рассчитываешь на то, что мы сегодня же... то нет, — предупредила я. — Мы слишком мало знаем друг друга.

— Да, я понимаю, — вздохнул поздний гость и коснулся губами моей макушки. — И хотя мой организм со мной категорически не согласен, умом я полностью признаю твою правоту. Обещаю вести себя пристойно и ухаживать, как обещал. Приютишь меня сегодня? Никита не придёт до утра, я звонил ему, чтобы спросить разрешения заявиться в кам в гости почти ночью. Нельзя же оставлять тебя одну. Буду тебя охранять.

— А Игнат... не потеряет тебя?

— Игнат принимает гостей. К нему сегодня прилетела Даша, буквально в ноги ему упала, вымолила прощение. Разумеется, и её папаша... сват мой будущий, чтоб ему, сразу нарисовался. Не выгонять же? А рожу его видеть я не могу, выдержки не хватает.

— Что так? — я повернулась и заглянула в немного растерянные, но счастливые тёмные глаза Жени. — Игнат говорил, что вчера вы со Станиславом Сергеевичем совместно распивали виски почти до утра и были чрезвычайно довольны друг другом.

— Это было вчера! — запальчиво ответил Лихачёв и по очереди поцеловал обе мои ладони. — А сегодня эта сволочь только и трындит о том, как «шикарно провёл вечер в компании Веры, в какое фантастическое место Вера его водила». Все уши прожужжал. Думаешь, мне легко это слушать? Я реально опасался, что не выдержу и кинусь на него с кулаками, и опять начнутся проблемы. Только-только у Игната и Даши всё начало налаживаться, а я снова всё испорчу.

— Зачем так реагировать, Женя?

— А как иначе? Пока я проявлял благородство, наступая на горло собственным мечтам, желаниям и порывам, какая-то наглая морда уволокла тебя в ресторан!

— Женя, — я положила ладони на его широкие плечи и почувствовала его тепло сквозь тонкую ткань лёгкой сорочки. — Я приглашаю тебя завтра на ужин. И сама всё организую.

— Это так я за тобой ухаживаю?

— Ничего страшного. В прошлую пятницу я неплохо заработала, могу себе позволить.

— А если... я приду на ужин с кольцом, Вера?

— Это уж тебе решать, — пожала плечами я.

— Ага, мне, — усмехнулся Женя и осторожно провёл пальцем по моей щеке, легко коснулся губ. — Решать как раз будешь ты, а я — с трепетом ожидать твоего решения. Как считаешь, я очень стар для тебя?

— Очень, но возраст тебе к лицу, — нахмурились я. — А если ещё раз задашь подобный глупый вопрос, то потом не обижайся, и не такое скажу!

Женя счастливо рассмеялся и прижал меня к себе.

— Всё, — распорядилась я, пока наши объятия не зашли слишком далеко. — Сейчас выпьешь чаю, а я пока постелю тебе на диване.

...Я уже почти начала погружаться в сон (впечатления этого длинного дня и усталость всё-таки меня доконали), когда почувствовала прикосновение тёплых губ к своей щеке.

— Я пришёл сказать, что люблю тебя, — донёсся до меня едва слышный шёпот. — Хочешь верь, хочешь не верь. Но глядя в глаза пока не могу сказать этого, боюсь.

Лихачёв испарился так же быстро, как до этого материализовался около моей кровати. Я выбралась из постели и на цыпочках пошла следом, в комнату Ника, где постелила для Жени на диване.

В общем, надоело мне играть в строгость и неприступность. Мы взрослые люди, и зачем отказывать себе и ему в том, чего мы оба так хотим?

Не успел Женя опомниться, как я оказалось у него под боком. Он удивлённо охнул, но не растерялся, и вскоре мы заблудились во времени и пространстве...

* * *

На свадьбу к Игнату и Даше я не поехала, наотрез отказалась. Женя не стал слишком уговаривать и давить на меня, он ведь и сам сначала сомневался, что поедет. Но Станислав Сергеевич очень настаивал, и Лихачёв уступил. Вместо меня отправился Ник, — этот парень всегда за любой кипиш, кроме голодовки. В мастерской работали мы с двоюродным братом Васей, а после возвращения Никиты и Жени из столицы я уволилась к огромной и искренней радости моего возлюбленного.

У меня была на то уважительная причина, но Лихачёв ещё не знал о ней, когда уезжал, а то бы точно остался. Узнав, трясся надо мной в течение всей моей беременности, а я от души наслаждалась счастьем и отношением ко мне отца моего будущего ребёнка.

Мы с Женей поженились в декабре, а наша дочка Машенька родилась следующей весной. Свадьба у нас с Лихачёвым была скромная, только для самых близких, потому узнавать во мне «ту самую невесту Игната с помолвки» было особо некому.

Зато мы с моим любимым очень часто вспоминаем тот чудесный летний вечер, который так странно, но так надолго свёл нас и связал. На всю жизнь...

Конец. Спасибо за внимание!

Оглавление

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая

Глава двенадцатая

Глава тринадцатая

Пожертвовать