Провидец судеб [Casperdog] (fb2) читать онлайн

casperdog Провидец судеб

От автора и Пролог

От автора.

Большинстов авторов в предисловии к своим книгам пишут, что имена героев романов вымышлены и не имеют ничего общего с реальными людьми. Здесь всё иначе. Почти все персонажи имеют реальных прототипов. В повествовании, конечно же, они под другими именами, но образы, характеры, манера поведения не выдуманы. Как не являются выдумкой автора и многие примеры из жизни, о которых вспоминает главный герой.

Вместе с тем не стоит забывать, что это выдуманная история.

Пролог.

До берега осталось совсем немного, но сил уже нет. В голове звенящая пустота и руки сводит от усталости. До берега чуть больше двадцати метров воды и столько до спасения, но тело тянет ко дну. Страха нет, как нет вообще никаких чувств кроме обиды и несправедливости на весь мир. Камни на дне приближаются и сознание меркнет…

* * *

Вскочил с постели и с жадностью втянул воздух. Я жив. ЖИВ. Этот сон мне снится уже тридцать лет. Когда раз в месяц, а когда несколько ночей подряд. Знаю, в ближайшее время меня ждут испытания и что-то очень плохое. Этот сон, даже не сон, воспоминания детства, предвестник изменений в моей жизни. То, что не смог забыть спустя много лет, когда пытался выжить. Последний из большой семьи. Мои близкие сделали всё, чтобы я остался жив. И сейчас, глядя на четыре фотографии в рамке, образующие между собой крест, вновь заныло сердце.

Встал с кровати и настежь распахнул окно в комнате. Средина лета, тринадцатое июля. Через день мне исполнится ровно сорок лет. И тридцать, как погибла вся моя семья. К сожалению, так бывает в жизни, что радость и горе, светлые и чёрные дни неразделимы… Так уж сложилось, что всегда пробегаю взглядом верхние две фотографии, где мои родители держат на руках двух маленьких детей. Совсем маленьких — нам с сестрой исполнился год. Правая фотография — моя большая семья. Папа с двумя братьями и их жёнами и моя мама с двумя пятилетними сорванцами. Нижнее левое фото, где мы четверо сидим на веранде своего дома, было сделано за месяц, как всех нас арестовали, даже десятилетних детей, и поместили не в камеры предварительного содержания, а в глубокий подвал, стены которого не только изнури были обиты железными полосами, но и усеяны острыми длинными шипами — чтобы к стенам нельзя было дотронуться. Четвёртая фотография, добытая мной с невероятным трудом, за которую было заплачены огромные деньги — номерная могила без указания фамилий и кто там похоронен. Одна могила на восемь человек. Крест, на котором восемь номеров. Там похоронен и я. Фиктивно, потому что мой труп так и не был найден, но государство вело строгую отчётность, поэтому после недели поисков было принято решение считать умершим и меня, а по факту убитым.

- -

Три часа ночи, но спать не хотелось. Прошёл в другую комнату, которую оборудовал под кабинет и просмотрел список клиентов на сегодняшний день. Трое. Две женщины и мужчина. Меня интересовал именно он. Сын бывшего сотрудника совершенно секретного отдела КГБ, который и отдал приказ на арест нашей семьи и дальнейший перевод в один из секретных отделов НИИ, где изучали людей, обладающих, как сейчас принято говорить, экстрасенсорными данными. Папа от знакомых знал, что это путь в один конец и кто попадал в лапы «учёных», назад не возвращался.

Прошло тридцать лет, а тот, кто фактически обрёк на смерть мою семью, до сих пор жив. Только так не должно быть и я ничего не забыл и никому ничего не простил. Из шестерых работников того самого Второго отдела, кто проводил первоначальные опросы моей семьи и проводил нечеловеческие эксперименты, в настоящее время в живых сталось двое. Остальные, как и их семьи, в полной мере испытали на себе моё возмездие. Я не жалел никого — ни женщин, ни мужчин, ни детей, потому что и к нам никто не проявил сочувствия. Жизнь за жизнь и смерть за смерть. Я никого не убивал лично, но немного подправлял их судьбы, убирая безопасные варианты, оставляя лишь один, тот, что приводил к нужному мне результату — все они попали в сплетение трагических событий. Пожар от непотушенной сигареты и ночью сгорел дом со всеми домочадцами. Машина, на большой скорости, колесом попавшая на мосту в глубокую выбоину на дороге, пробив ограждение, упала с высоты в реку. Катер, на котором была большая семья отправилась на прогулку по Финскому заливу, внезапно налетел на скорости на топляк и затонул до прибытия спасателей. Отравление собственноручно собранными грибами, когда тоже никто не выжил. Я не повторялся, потому что это было законом ведовства — жизнь сама по себе уникальна и каждый день, каждый час и даже каждую секунду любому человеку предоставляет выбор множества дорог, по которым можно следовать дальше. Одни короткие, другие длинною в жизнь. Человек может сделать выбор сам, а могут сделать за него — здесь воля случая или, как люди говорят, «как распорядится судьба». Мало кто из людей догадывается, что судьбой можно управлять самому, не полагаясь на случай. Единицы на земле обладают знаниями и умением выбрать правильный путь и всего пара человек из ныне живущих обладают возможностью по собственному желанию изменять жизненный путь любого человека. Я один из них. Единственный в России. Обо мне знают как об уникальном экстрасенсе, дипломированном психотерапевте, кто без лишнего антуража в виде свечей и стеклянных шаров может безошибочно увидеть судьбу человека и вовремя дать верный совет как избежать неприятностей, но… никто на свете не знает, что я последний из Рода истинных русских волхвов, кого называли Повелители Судеб…

Глава 1

Сегодня появился в офисе в десять утра, потому что первая встреча была назначена на одиннадцать. Поздоровался со своей помощницей-секретарём Настей, которая догнала меня у входной двери. Без боевой раскраски — самая заурядная с виду девушка, каких много. Но это, пока не посмотрит на тебя зелёными с поволокой глазищами и не начнёт говорить… Человечек огромной души, которую три года назад остановил за полшага до совершения необдуманного поступка. Взял девчушку под негласную опеку и с тех пор она моя опора. Не в жизни, по работе. В жизни никого к себе близко не допускаю, хотя знаю, Настёна влюблена в меня без памяти и скажи слово — сделает что скажу. Только забыть, что мне сорок, сложно, а девчушке в этом году исполнилось всего восемнадцать. Старый я для неё.

— Ты торопишься, словно у нас пропускной режим. Скажи честно — позавтракать успела?

Девушка смутилась, но как мы с ней с самого начала договорились говорить друг другу только правду, отрицательно помотала головой.

— Ясно, — улыбнулся и открыл своим ключом наружную дверь, пропуская вперёд девушку. — Я, если честно, тоже не завтракал, поэтому выбери на свой вкус, чем можно перекусить и закажи доставку. На двоих, Настя. Мне и себе поровну. Оплати с моего счёта.

— Сделаю, Вячеслав Викторович. Спасибо.

Через несколько минут в дверь кабинета постучали и когда ответил, Настя зашла и положила на стол три папки.

— Эти трое записаны на сегодня. По двум посетителям поступила новая информация от Олега Павловича. Я уже просмотрела — принципиальных дополнений нет, как и изменений, но по Торжкову заметила нестыковки по документам.

— Что именно? — я сидел спиной к девушке у камина и разводил огонь — при наличии рядом живого огня мне всегда работалось легче. Точнее определялись пути, давая клиенту возможность не совершать роковые ошибки.

— Отличие в годе рождения. По справке ФСБ, что прислали вчера вечером, Торжков на год старше. Может быть это ошибка, но сверив другие записи, вероятнее всего, что ошибка сделана преднамеренно — год окончания школы и поступления в институт в таком случае не могут быть отнесены к фактической дате.

— Что ещё?

— У него внезапно появилась родственница, старшая сестра сорока лет, о которой ранее нигде ни разу не было упомянуто. Живёт в Москве. Не работает, служит.

Я обернулся и посмотрел на помощницу.

— Дай угадаю. Или служба внешней разведки, или отдел ФСБ, о котором никто никогда не слышал. Даже руководство.

— Вы правы, Вячеслав Викторович. Второе. По всем косвенным данным отдел «Н».

— Инопланетяне и снежные человечки? Ладно, это второстепенно, год рождения важнее. Спасибо, Настя.

Девушка вышла, плотно закрыв за собой дверь. Меня с первых дней совместной работы поражала помощница — у неё в голове был не мозг, а суперкомпьютер, который ещё ни разу не дал сбоя. Стоило девочке просмотреть стопку документов, через пару минут была готова выдать итоговый результат максимум на четверть страницы. Самое важное и сжатое до невозможности. За что ещё ценил Настю — она никогда не влезала в мои дела и интересовалась чем, в принципе, занимаюсь. Нет, знала, конечно, что я консультирую по бизнесу и личным делам, но всё это всегда происходит за закрытой дверью — девушкана встречах никогда не присутствовала. Мне кажется, до сих пор считает, что мы работаем на государство, являясь малой частью чего-то бо́льшего, а всё потому, что и приёмная и кабинет, где проходят встречи с людьми, совершенно безликие, как и принято в служебных помещениях. Из особенностей в кабинете лишь камин, тяжёлые бархатные чёрные шторы, которыми всегда закрываю окно и отсутствие люстр и светильников на потолке. Четыре торшера, что стоят по углам, дают вполне достаточно света, чтобы можно без ущерба для глаз прочесть самый мелкий текст.

Задумался, уйдя в себя, но стук в дверь и Настя, появившаяся на пороге, вернули меня к действительности.

— Посетитель, Вячеслав Викторович, Марина Фёдоровна Портнова.

Настя исчезла, а в дверях появилась эффектная дама моего возраста.

— Проходите, садитесь у огня, — показал на мягкое глубокое кресло и сел напротив в точно такое же. — Поскольку Вы у меня впервые, напомню границы, которые не будем нарушать. — На секунду отвлёкся — на столе нажал кнопку, которая блокировала дверь, заодно включала подавитель радиосигналов. Разговор, который пойдёт в этом кабинете, никто не сможет услышать, как и любая техника, что находится в сумочке моей гостьи, не сработает. Глянул на экран ноутбука — на улице, недалеко от входных дверей в офис, стояли два чёрных джипа — охрана моей гостьи. Опустил крышку компьютера и привычно натянул на руки тонкие замшевые печатки, которые не давали возможности прикоснуться к посетителю. — Надеюсь, Вы не забыли основное правило — заранее отключить телефон и не производить запись разговора?

Женщина покачала головой.

— Те, кто мне Вас рекомендовал, об этом говорил много раз.

— Хорошо. В таком случае продолжу о границах допустимого. Тема бизнеса, как и любовные истории, поднимаются лишь в случае, когда они являются краеугольными камнями, определяющими дальнейшую судьбу клиента. Я никого не привораживаю и не даю советы как можно легко заработать деньги. В принципе, мне не надо слышать от вас историю жизни и стенания как всё плохо. Вкратце расскажу, что Вас может ждать в ближайшем году и предложу пути возможного развития событий. На частные и личные вопросы говорить не будем, если, конечно, это не является маркерами, определяющими изменения Вашего жизненного пути.

— Спасибо за разъяснение, но и об этом меня проинформировали, хотя, займись Вы консультированием бизнеса, могли бы заработать огромные деньги.

Улыбнулся, но ничего не сказал. Эту банальность слышу практически от каждого посетителя. У всех, кому за тридцать, бизнес стоит на первом месте. Глупые… но у каждого свой путь.

— Раз Вы всё знаете, не будем попусту терять время. Сумочку свою, пожалуйста, уберите с колен. Можете положить на пол или на столик, что стоит справа от вас. Расслабьтесь и прикройте глаза. На меня смотреть не нужно, ничего особенного не увидите. Ни спецэффектов, ни потусторонних воплей. С прикрытыми или закрытыми глазами сможете лучше сконцентрировать внимание на том, что буду говорить. Готовы? В таком случае начнём.

Поворошил поленья в камине и прикрыл глаза. Мне не надо было настраиваться на женщину, да и данные, что ранее были собраны на неё, являлись не подспорьем в моей практике. Скорее якорем. Информация на посетителя, что сейчас лежала в папке на столе, определяла лишь статус в обществе, не более. И вероятную опасность для меня самого, если через время клиент придёт выяснять отношения почему я сам не вмешался в реальность и не оградил клиента от неприятностей.

Пауза длилась не меньше пятнадцати минут, пока «разгребал» завалы на жизненном пути клиентки, что успела наворотить за ближайшие полгода.

— Что ж, я готов. Три пути, которые являются самыми безопасными для Вас в дальнейшем. Первый — в ближайшее время надо продать восточные филиалы фирмы Вашего мужа. Те уже начали работать не на холдинг, а на конкурентов, отчасти с помощью сотрудников Вашей службы безопасности. Причина — несогласие Вашего мужа принять соглашение о взаимных инвестициях и разграничении зон влияния. Вариант убыточен, но наименее болезнен для Вашей семьи. Второй путь. В сентябре Вы овдовеете, но сохраните влияние в бизнесе, а вот дальше вам самой с проблемами справиться будет сложно. Те два предложения, что поступили на сегодняшний день от Ваших партнёров и, простите, любовников, являются ложными. Вы лично никому не нужны и не интересны. Люди заинтересованы лишь в деньгах, поскольку они не действуют по собственной инициативе, за ними стоят ваши недоброжелатели. Третий вариант. Если Ваша единственная дочь и наследница не выйдёт замуж, как Вы запланировали, надеясь, что это укрепит Ваши позиции на рынке, через короткое время встретит человека, который благоприятно воздействует не только на её судьбу, но и на ваш семейный бизнес. Это, как сказал, три основных пути, но дополнительно озвучу ещё два. Вы не позднее месяца разводитесь с супругом и вместе с дочерью надолго уезжаете из страны. Желательно в Италию, так как этот путь пересекается с озвученным ранее третьим вариантом. Потеряв малое, сможете приобрести намного больше. И последний путь. Если не предпримите никаких шагов, осенью, скорее всего в конце октября, улетев в отпуск всей семьёй, назад не вернётесь. Окажетесь случайными жертвами нападения террористов. В принципе, у меня всё. Прошу об одном — не спрашивайте как Вам лучше поступить. Скажи я даже одно слово, Ваш жизненный путь может измениться кардинально. Что ещё добавлю. С мужем можете поделиться информацией, но дочь пожалейте — пусть останется в неведении. Для её же спокойствия.

Моя клиентка ещё несколько минут сидела с закрытыми глазами, но на щеках проступил румянец. Она была готова сделать ещё одну ошибку на своём пути, какую, я уже видел, но здесь могу помешать, мне не трудно.

— Мне сказали, что при близком контакте с человеком, можете раскрыть более полную информацию? Я готова. Мне следует полностью раздеться?

— Простите, но, во-первых, Вас, мягко скажем, ввели в заблуждение и интимные контакты с клиентками не практикую. Во-вторых, я и так сказал Вам больше, чем было нужно.

Поджатые губы и на лице мелькнула тень разочарования.

— Я поняла. Спасибо. Всего доброго.

Женщина поднялась и вышла, благо я успел подняться из кресла и снять блокировку двери.

Проводив посетительницу, в кабинет заглянула Настя.

— Хотите кофе?

— Нет, спасибо. Настя. Папку с этой дамой, Портновой, отметь ярлыком «Проверить». В архив, но в секцию «Ожидание». Срок поставь конец октября. Даже не по работе, интересно стало, что она предпримет после визита ко мне.

— Сделаю.

— Очередной посетитель к скольки?

Задал вопрос скорее для проформы, как повелось. Знал, что дама явится к половине первого дня.

— Двенадцать тридцать.

— В таком случае тебе пора заняться основным делом — как институт? «Хвостов» много?

Девушка улыбнулась.

— Ни одного за весеннюю сессию. Вячеслав Викторович, забыли, что сейчас лето? Я не учусь, каникулы. Завтрак доставили.

— Вот видишь, что с человеком делает возраст? — Я невесело рассмеялся, хотя, если признать, сморозил глупость, задавая вопрос по поводу учёбы. С кем не бывает. — В таком случае у тебя отдых до двенадцати.

Настя занесла в кабинет коробки с завтраком, зная, что её шеф любит есть в одиночестве и тихо вышла, а я, сев кресло, мыслями вернулся к недавно состоявшемуся разговору. Не стал рассказывать клиентке страшилки, умолчал, как погибнет её муж, но, упомянув о службе безопасности, снизил вероятность трагической развязки. Также посчитал правильным умолчать и о дочери, которая в неполные девятнадцать лет была пустышкой, прожигая жизнь с такими же, как и она, недорослями, в ночных клубах. Лёгкие наркотики и беспорядочные связи — зачем об этом слышать матери? Увидел, если девушка выйдет замуж за того, кого планировали родители, жизнь девчонки закончится через пару месяцев после свадьбы от передозировки наркотиков.

Я старался не затрагивать основные пути судьбы, тем самым не влиять на ход дальнейших событий. Эта клиентка была одной из многих. Далеко не первая и не последняя и была мне совсем не интересна — не стал бы изменять пути судьбы. Каждый раз за малейшее вмешательство получал ответку и потом долго приходил в себя. Вспоминать, что со мной было после четырёх серьёзных вмешательств, не хочется — за это сполна расплатился собственным здоровьем, но на последних двух должников сил должно хватить.

- -

Вторая клиентка тоже не представляла из себя ничего интересного. Очередная супруга известного банкира, выслушав мои слова, закусив губы в обиде на несправедливость судьбы, умчалась, а я смог расслабиться и даже на короткое время отключиться от действительности, вновь уйти в воспоминания.

* * *

Дедушка, как я всегда называл человека, который спас меня тридцать лет назад, не только заменил мне семью, но стал близким человеком. Настолько близким, что я через пару лет рассказал ему о себе и о родителях, что являлось тайной за семью печатями. Мои слова дед воспринял серьёзно, без насмешек и недоверия, потому что и сам замечал во мне много того, что не может быть у двенадцатилетнего пацана. Военный пенсионер, который прошёл за годы службы через множество военных конфликтов, жил один, на отшибе, занимая должность сторожа-смотрителя заброшенной военной части на одном из островов Ладоги. Большую часть времени проводил за рыбалкой, как и в тот день, когда сначала увидел, как в Ладогу упал военный вертолёт, а потом среди волн меня, и, не задумываясь о последствиях, бросился в ледяную воду, что бы вытащить маленькое тело. Смог за год, что я молчал, потеряв способность говорить, отогреть мою душу своим теплом и вернуть к жизни. Сначала прятал от тех, кто искал выживших после крушения вертолёта, потом учил всему — не только школьной программе, но и обучал, когда я стал постарше, военному ремеслу. Не ходить строем по плацу, а умению выживать в самых сложных условиях. О себе мой спаситель мало рассказывал, больше отшучивался или неожиданно замолкал, когда я надоедал вопросами, но много позже, когда однажды остался один на острове, нашёл коробочку с его наградами и документами. Полковник. Почти тридцать медалей и орденов, а в графе, за что награждён, были лишь номера указов.

Дедушка сделал для меня более чем невозможное — договорился со школой, где я сдавал экзамены экстерном и позже получил аттестат. Если бы учился очно, мог бы закончить с золотой медалью, но таковы были правила. Потом вдвоём долго решали, куда мне пойти учиться, что бы получить высшее образование. Странно, но бывший офицер ни разу не предложил военные училища. Хлебнув за свою жизнь больше, чем мог выдержать обычный человек, мой мудрый наставник знал, что это не мой путь в жизни. В итоге Алексей Алексеевич согласился со мной, что времена впереди сложные и мне надо знать иностранный язык, а лучше несколько. Сам он свободно владел английским и арабским и, естественно, поделился своими знаниями со мной. Поступая в университет на филфак, экзамены сдал настолько легко, что далеко не сразу в голове осознал, что я уже студент. Проучившись год, взял академический отпуск — деда тяжело заболел. Пришлось чуть ли не силой везти в Питер, где у него была квартира. Был со своим родным человеком до последнего и через полгода случилось то, что я видел во снах и наяву, стараясь отодвинуть этот страшный день как можно дальше. Увы, сердце старого солдата не выдержало, и я остался один. Каждый раз, воспоминая деда, удивлялся — как мы с ним сроднились за десять лет, став по-настоящему близкими. Понимали друг друга без слов, думали даже одинаково. Только когда деда умер, я окончательно почувствовал, что остался один. Ни одного родного человека. Дедушка дал мне всё — усыновил, дав свою фамилию, оставив мне трёхкомнатную квартиру в центре города и огромную сумму денег. За месяц до смерти открыл мне маленькую тайну, показав тайник в полу, где лежали два пистолета и кофр с разобранной импортной снайперской винтовкой. Алексей Алексеевич знал, если я и воспользуйся этим, то только тогда, когда другого выхода не останется, поэтому с малых лет учил меня правилам обращения с оружием. Патронов не жалел, но добился того, что я научился чувствовать оружие словно свои руки. Немногословный, порой ворчун, но я видел, как он радовался моим успехам, словно всё это было его заслугой. Да по факту так и было — всё, чего я добился, было заслугой моего учителя, моего наставника и моего самого близкого человека. Деда-деда… Сколько уже лет прошло с тех пор, как ты меня оставил одного, а кроме огромного тепла, благодарности и любви к тебе в душе ничего нет…

Университет я закончил с отличием, а вот с армией не получилось — меня так и не забрали, но тут я сам постарался, создав, кроме действующих, более короткий путь своей судьбы. Убрал острые углы и развилки, где стояли люди в форме, и вышло так, что обо мне в военкомате попросту забыли. Думал, подобное вмешательство отзовётся, но, к удивлению, ничего не произошло и именно тогда я понял, что для себя могу менять судьбу, создавать короткую дорогу взамен петляющего пути, тем самым немного сокращая срок своей жизни, но делая её более яркой и насыщенной…

* * *

Вновь мои воспоминания прервала Настя, после стука зайдя в кабинет.

— Вячеслав Викторович, до встречи с последним на сегодня клиентом осталось полчаса, но мне не нравится, что творится на улице. Из трёх машин с людьми, что встали неподалёку от здания, за полчаса никто так и не вышел. Пробила номера — приписаны к местному управлению Федеральной службе охраны. Созвонилась с Олегом Павловичем. Тот ничего вразумительного сказать не смог, но обещал в ближайшее время выяснить что происходит. Сказал, Вам позвонит напрямую.

На мгновение закрыл глаза и сознанием, пробив реальность, нырнул за грань, в плетение собственной жизни. Два острых выступа на дороге, на которых стояли мужчина, с кем должен вскоре встретиться, и незнакомая женщина. Дальше путь был прямым, но вот через полтора месяца реальной жизни появился тупик. Широкая дорога исчезала, разбегаясь на множество тропинок. Странно. Ещё утром ничего подобного не было. В ближайший год не ждал потрясений, а сейчас всё внезапно изменилось.

Почувствовав, что Настя так и стоит возле меня, поднял глаза и увидел испуганное личико. Понял — девочка боится не за себя, за меня, и испуг искренний.

— Малыш, давай сейчас так. Собираешь свои вещи и переходишь в основное здание. Там посидишь с полчаса в кафе, а потом, не торопясь, едешь домой. Даже лучше не домой, а кому-нибудь из подруг. Уверен, у тебя есть такие. Если получится, там и переночуй, домой вернись утром. Опять же, если есть возможность, одна не иди — найти попутчика. Хотя нет, подожди. Сделаем проще.

Набрал номер приятеля, однокурсника по универу, с кем поддерживал добрые тёплые отношения.

— Привет, Миш. Вячеслав беспокоит. Узнал? Как у тебя сейчас со временем, очень занят? Не мог бы подъехать к моей работе? Точнее не к ней, а к центральному входу в НИИ, что рядом. Настёну мою помнишь? Замечательно. Сделай так, чтобы она пару дней и ночей была под присмотром, в безопасности. Если звонка от меня не будет, завтра вечером или послезавтра утром отвези её туда, куда скажет. И проконтролируй, чтобы там не было чужих. Договорились? Спасибо. Нет, ничего такого, но лучше подстраховаться. Всё, отбой.

Поднял глаза на девчушку. Та стояла и смотрела на меня со слезами на глазах.

— Настён, всё в порядке, не трясись. Слышала разговор? За тобой приедет знакомый, тот самый медведь, которого ты испугалась перед Новым годом.

Приятно видеть, когда на нежном лице вместо слёз появляется улыбка. Видимо вспомнила, как от испуга чуть на шкаф не залезла. Ну, так любой такое сделает, когда вместо человека в приёмной появляется самый настоящий медведь огромных размеров. Бывает, у некоторых моих знакомых детство начинает играть в одном месте и от дурости взрослых людей тянет на всякие приключения. Вот и Мишка, мой однокашник по универу, двухметровый здоровяк, добыв где-то шкуру настоящего медведя, напялил на себя и решил в таком виде поздравить знакомых. Половину, в том числе и меня, вместе со своей женой, которая нарядилась в костюм Снегурочки и была за рулём, объехали, но ведь в каждом приличном доме угощали и наливали, как же без этого. На Невском Мишка дважды спалился, детство вновь прорвалось к голове — сначала, увидев рядом остановившуюся машину с экипажем вневедомственной охраны, опустил окно и через него попытался достать лапой дверь соседней машины. Не знаю, правда это или нет, но дошли слухи, что парни обгадились от страха в полном смысле слова, начисто забыв, что у них имеется оружие. Чуть позже, как позже рассказал сам Миша, они, когда загорелся зелёный, поехали дальше, но на очередном светофоре рядом остановилась машина, набитая кавказцами. Маша, жена Мишки, очень красивая женщина и выглядит на много лет моложе, тем более в тот день была накрашена и принаряжена. Естественно, деятели из другой машины такое пропустить не могли. Открыли окна и оттуда стали звучать недвусмысленные предложения как провести совместный вечер дальше. Машка сидела, долго терпела, потом не выдержала. Крикнула «фас» и из машины на улицу, открыв дверь, вылез огромный медведь, который сходу попытался залезть через открытое окно в соседнюю машину. Познакомиться поближе с горячими парнями. Крики, вопли. Кто смог вырвался, открыв двери с другой стороны, помчались, куда глаза глядят, а вот водителю не повезло. Тот сидел бледный, ожидая жуткой кончины, когда медведь лапой сначала нажал на клаксон, и, дав другой лапой подзатыльник, спросил человеческим голосом — «Пошто зазнобу мою обижаете?» и… зарычал. Итог подобной дурости — у парня обширный инфаркт, а Машу и медведя отвезли в ближайшее отделение милиции, где до утра продержали за решёткой. Хорошо дело не закончилось более серьёзным наказанием, обошлось приличным штрафом за нарушение общественного порядка.

Промелькнула в памяти смешная история, но, как видел, Настя тоже вспомнила моих знакомых, которые после праздников приехали ко мне на работу и с хохотом рассказали, чем всё закончилось.

— Всё поняла? Вопросов нет? Тогда вперёд. Вечером позвоню. Нос кверху, малыш!

Девушка, быстро собравшись, юркнула в незаметную дверь, что имелась у меня в кабинете. До визита клиента оставалось всего ничего, но человека, который должен был меня посетить, так и не было, зато вместо него из подъехавшего Мерседеса вышла женщина и направилась к дверям моего офиса. Не она одна. Из машин, что уже стояли, вышло несколько мужчин и направились вслед за женщиной.

Пока смотрел на экране ноутбука, что происходит на улице, зазвонил телефон. Вторая симка, номер которой знали всего несколько человек. Не глядя на телефон, знал, кто мне сейчас звонит.

— Привет, Олег. Что скажешь?

— Слава, это Москва, не наши. Мне только что позвонил генерал и в приказном тоне приказал сидеть на заднице ровно и не дёргаться. Судя по всему, тому довели информацию о наших отношений. К сожалению, ничем помочь не могу. Извини.

— Спасибо и на этом. Отбой.

Убрав телефон в карман, закрыл ноут и пошёл встречать гостей, потому что в звонок уже позвонили не раз и не два.

Открыл наружную дверь, одновременно нажав на брелоке кнопку блокировки замков кабинета и крохотной комнатки, где Настя хранила архив и дела наших клиентов.

Первым внутрь попытался войти мужчина, но меня, человека немалого роста, почти метр девяносто, да и весом под сотню килограмм легко отодвинуть в сторону не удалось.

— Отойдите в сторону и не пытайтесь оказать сопротивление, — негромко сказал мужчина и удивлённо посмотрел вверх, когда понял, что я буду стоять там, где стоял, скрестив руки на груди.

— Представьтесь для начала, — мой холодный тон не предвещал визитёрам ничего хорошего. — Вы пытаетесь силой попасть на частную территорию.

У меня перед глазами махнули корочками, даже не потрудившись их открыть.

— Ничего не увидел и не понял. Ещё раз медленно и так, как Вы обязаны это делать. Представьтесь и покажите документы в раскрытом виде, чтобы я мог прочесть с кем имею дело.

В очередной раз, словно издеваясь, удостоверение мелькнуло у меня перед глазами и я не стерпел — сделав полшага вперёд, грудью выдавил мужчину из дверей и, оказавшись на улице, закрыл, а затем и заблокировал наружную дверь. Улыбнулся, увидев разъярённое лицо, но продолжил говорить спокойным тоном.

— И так, начнём всё сначала. Назовитесь и озвучьте цель своего прихода.

— Федеральная служба охраны, — не сказал, прорычал мужчина. — Обязаны обеспечить безопасность охраняемому лицу.

— Я разве Вам мешаю? Обеспечивайте, но внутри помещения человека, которого можно охранять, увы, нет. Считаю, обратились не по адресу.

— Вы издеваетесь? — прошипел незнакомец, а его рука потянулась под расстегнутый пиджак.

— Ни в коем случае. С Вашей службой бодаться не желаю, к тому же не вижу ни одной причины, чтобы ваша служба могла находиться фактически у меня дома. Повторяю — это частная территория, не арендуемая. Моя собственность, поэтому внутрь без моего личного приглашения никто из Вас попасть не сможет. И не попадёт. По большому секрету скажу, нас сейчас снимает три видеокамеры с разного ракурса. Со звуком, отмечу, и запись ваших неправомерных действий в скором времени смогут увидеть некие лица, которые стоят на страже закона. И так, в очередной раз спрашиваю — что вам здесь нужно? Надеюсь, с третьей попытки сможете сформулировать ответ?

— Они сопровождают меня, — голос принадлежал женщине, которая с насмешкой, но и с нескрываемым удивлением наблюдала за происходящим. — Я могу поговорить с тобой в кабинете, не на улице?

— Сразу на ты? — улыбнулся, хотя в груди стало холодно как никогда. Смотрел в лицо женщине и видел самого себя, только в более жёстком варианте. — Вы не являетесь моим клиентом, поэтому не считаю нужным идти навстречу хотелкам незнакомых лиц. Кабинет предназначен для серьёзных разговоров с воспитанными людьми, а не с теми, кто сходу тыкает.

— Александра Владиславовна Ланская. Полковник федеральной службы безопасности.

— И что дальше? Хорошо, представлюсь сам. Вячеслав Викторович Бутурлин. Частное лицо.

— Бутурлин, да ещё и Вячеслав Викторович? — усмехнулась женщина. — Может Алексей? Так, кажется, родители тебя назвали при рождении?

— Вы ошиблись, полковник, — вновь улыбка на моём лице. — Ничего не имею общего с человеком, которого Вы сейчас упомянули. Уверен, направляясь сюда, провели долгую и кропотливую работу. Убедились, что по всем документам я это я, не другой человек.

Женщина повернулась к мужчине, которого я вытолкал из дверей.

— Капитан, дайте возможность поговорить наедине.

— Не имею права. Вы, госпожа полковник, выполняете свою работу, мы свою. Напрямую Вам не подчиняемся.

— Я прошу, капитан. Отойдите хотя бы на десяток шагов. Разве это трудно сделать? Прошу, не приказываю.

Краем глаза видел, что к четверым мужчинам, что стояли вокруг полковника, добавились ещё трое, а ещё через полминуты, словно кто невидимый отдал приказ и мужчины разом отошли в сторону, создавая вид приватной беды, хотя, уверен, слышали каждое слово.

— Брат, ты меня не узнаёшь? Это же я, Саша. Санька, как ты меня называл в детстве.

— У меня никогда не было сестры. Если бы была, помнил.

Женщина закаменела лицом.

— Ты сейчас отказываешься от своей родни? От сестры, отца с матерью, от родственников? Для тебя что, чужой человек ближе родной крови?

— Не знаю, для чего Вы сейчас с таким ослиным упорством повторяете одно и то же. Повторю, если не услышали с первого раза — у меня никогда не было сестры, а воспитал меня дедушка, потому что родители трагически погибли, когда я был ещё совсем маленьким.

— Тебе было десять лет. В таком возрасте должен помнить что было. Наши родители не погибли, остались живы. К сожалению, до сегодняшнего дня не дожили.

— Полковник, не находите, что наш разговор напоминает беседу немого с глухим? Я Вам говорю одно, Вы мне твердите другое. Может пора закончить балаган?

— Другое? Тесты ДНК, которые были сделаны совсем недавно, показали степень близкого родства между нами. Близкого родства, брат. Что ж, раз не хочешь меня признавать, дело твоё, навязываться не буду, но хотя бы посмотри на меня. Мы с тобой похожи как две капли воды.

— Любое лицо путём несложных манипуляций можно превратить в совершенно другое. И всё же, полковник, зачем Вы сюда прибыли, тем более с такой охраной?

— Охрана мне полагается по должности. Я руководитель секретного института, изучающего… то, что выходит за рамки обыденного. Почему об этом говорю? Предлагаю тебе присоединиться к нашей работе. Пока предлагаю сделать это добровольно.

— А дальше что? Под дулом пистолета повезёте?

— Можем и так, способов много, но тебе в итоге не останется ничего, как самому приползти ко мне на коленях. Только тогда условия будут совсем другие.

— Меня Ваши секретные игры не интересуют. Я живу и работаю в своё удовольствие. Вешать себе ярмо на шею? Боже упаси.

— Так ты можешь остаться без работы, не думал об этом? Как у тебя написано? Оказываешь услуги развития личности? Проводишь психотренинги? Ты что, психотерапевт? Психиатр? Ты филолог по основному образованию, к медицине никакого отношения не имеешь. Даже на этом основании тебя прикроют на счёт раз.

Не выдержал, рассмеялся, глядя в холодные, почти не мигающие глаза.

— Если бы мадам полковник была бы чуть более внимательна и аккуратна в обработке поступившей ей информации, могла бы знать, что я закончил не только университет, а и медицинский институт как раз по специальности, по которой ныне работаю. Так что с этой стороны, увы, не подкопаться.

— В смысле? Когда?

Тут уже не выдержал, рассмеялся в голос и женщина не выдержала.

— Я даю тебе месяц на добровольное согласие. Потом пеняй на себя. Через указанное время к тебе придёт мой человек.

— Могу сразу сказать — не надо никого никуда гнать. Сберегите государственные деньги. Я говорю нет. Что касается моей работы, то могу закрыть приём хоть завтра и стать самозанятым, принимая клиентов дома. Сможете запретить такое? Нет. И не только потому, что руки коротки, а ещё и потому, что я не даю объявлений в газетах, привлекая к себе внимание. Люди сами ищут меня. Знаете, полковник, сколько человек стоит в очереди на приём? Очень много. К тому же имею возможность выбирать, кого принять, а кому отказать. И последнее. Я никому не даю пустых советов и люди об этом знают.

— Я тоже знаю. Знаю о тебе больше, чем ты сам, Повелитель Судеб. Знаю твой уровень возможности влияния на реальность. Не буду скрывать, ты сильный, но до моего уровня тебе ещё расти и расти. Если хочешь, можешь себя испытать. Прямо здесь и сейчас. Или привык всегда работать в белых перчатках, чистюля? — женщина кивнула на мои руки. — Ненавижу таких, кто привык, что грязную работу за них выполняет кто-то другой.

— Поэтому я и сказал нет. Валяйтесь в грязи сами, мадам. Видимо для Вас подобное привычнее, чем жизнь нормального человека.

Женщина не удержалась и ударила меня по лицу открытой рукой. Точнее, хотела ударить, я легко ушёл в сторону и даже не протянул руку, когда полковник потеряла равновесие и чудом не упав, встала на колено. Почти сразу протянула в мою сторону руку. — Помоги подняться.

— Мадам. Вокруг Вас стоит семь мужчин. Не находите глупым просить помощи у того, кого только что хотели унизить? Идите с богом, полковник Ланская. Очень надеюсь, что больше никогда Вас не увижу.

Женщина легко поднялась сама, без посторонней помощи. Я видел, что она всё время играет.

— Тогда скажу вот ещё что. Мы знаем точно, что за гибелью четырёх сотрудников отдела вместе с семьями стоишь именно ты. Как это провернул, пока не понятно, но мы работаем, чтобы выяснить все обстоятельства. Ты уничтожил не только лучших людей Управления, а и из семьи. Знаешь, сколько погибло детей и невинных людей из-за твоей мести? Идиот. Какой мести, когда тридцать лет назад погиб только экипаж вертолёта, потому что два дебила, наши дядюшки, напали на пилотов и охрану, решив, что их везут на убой. Какой убой, когда им за добросовестную работу на благо страны были обещаны фантастически комфортные условия для жизни и отдыха?

— Мадам, придите в себя. Вы уже стали заговариваться, а мне совершенно не интересно слушать откровенный бред. Как специалист, могу порекомендовать обратиться к психиатру. У вас, на мой взгляд, очень плачевное состояние. Заговариваетесь, видения наяву, раздвоение личности, внезапные смены настроения. Это ещё не шизофрения, но Вы на верном пути, поверьте.

— Ненавижу… — женщина что-то ещё добавила, но что она сказала, не расслышал, и пошла к машине, а следом и охрана. Пара минут и в пределах прямой видимости не осталось никого, кто мог представлять опасность.

* * *

Вернулся в кабинет, предварительно блокировав входную дверь. Варить вкуснейший кофе как Настя, так и не научился, поэтому пошёл простым путём — четыре ложки растворимого кофе, банка которого на всякий случай стояла у меня в столе, ложка сахара и тёплой воды на две трети кружки.

Зашёл в кабинет и погасил свет — остались лишь отблески догоравших в камине поленьев. Плеснул в стакан коньяк и сел в кресло.

Явившаяся спустя тридцать лет из ниоткуда сестра, а это была без сомнений она, немного выбила меня из привычного состояния. Именно что немного. Я чувствовал, она большей частью откровенно врала. Что все спаслись и родители остались живы. Какой же надо быть дрянью, чтобы мне в глаза говорить неправду. О ком? О моих родителях…

Я помню всё, словно это не случилось много лет назад, а было вчера. Как два дядьки, Василий и Пётр, переглянувшись, напали на автоматчика, который сидел у двери. Видел обезумевшие от страха и боли глаза военного, когда тот нажал на спусковой крючок и весь магазин из автомата ушёл в сторону кабины и моих родителей. Помню маму, её грудь, на которой красными пятнами распустились несколько кровавых цветов. Окровавленного папу, кто в нечеловеческом рывке смог вырвать наручники из стойки вертолёта и подхватить маму. Разве можно забыть, как упали в узкий проход две женщины, мои тётки, жёны папиных братьев? Они выжили? Как такое можно было сказать? Как? Она совсем сумасшедшая? Если бы я это не помнил, если бы мог забыть… Да, я не видел, где тогда была сестра, но на всю жизнь запомнил хрип дяди Васи, который, весь в крови, собрав последние силы ранее могучего тела, всё-таки смог открыть дверь и вытолкнуть меня из уже тонувшего вертолёта. Помню его последние слова — ВЫЖИВИ МАЛЫШ! ВСЕМ НАЗЛО ВЫЖИВИ!!!

Мне тогда было страшно, потому что остался один. В огромном озере, не зная куда плыть. Начинался шторм и, подпрыгнув на одной из волн, приблизительно в километре смог увидеть берег. Мне было всего десять лет, но я плыл, стараясь беречь утекающие с каждой секундой силы, а в голове набатом гремели слова — ВЫЖИВИ!!!

Сейчас, словно прокручивая в голове старую чёрно-белую плёнку, я прекрасно понимал, что никто не выжил. Тогда как смогла спастись сестра? Поисковые вертолёты начали летать рядом с островом спустя несколько часов, ближе к вечеру. Первые люди появились на следующее утро, раз за разом, не слушая слов деда, переворачивая вверх дном все, что только было можно. Забирались в каждую щель, пускали собак, но так ничего и не нашли. Не нашли, потому что спустя годы понял — они искали именно меня, маленького мальчишку, потому что остальных нашли. Деда позже рассказал, что вертолёт упал на отмели, но почти весь ушёл под воду. Спустя месяц его подняли из воды и увезли. Это видел сам. Специально пригнали тяжёлый плавучий кран. Деда… Он сердцем понял, что меня нельзя выдавать и спрятал в укромном месте — в развалинах часовни, построенной неизвестно кем и когда, где под одной из каменных плит был проложен длинный узкий лаз, ведущий к самому берегу. В этой норе я провёл почти неделю, выходя на улицу лишь по ночам, когда дедушка приходил меня кормить.

Все выжили… Стерва. Ни один человек, имеющий способный переживать и сочувствовать, такое сказать не посмел. Лгать в лицо и одновременно звать на работу туда, где всё напоминало о людях, убивших мою семью? Как она могла? Неужели в сестре ничего человеческого не осталось?

Открыв глаза, зло рассмеялся. Как она сказала? Сильнее меня? Снова ложь, потому что Повелителем Судеб, волхвом, изначально мог стать только мужчина. Женское тело не способно выдержать напряжение энергетических потоков призываемых богов природы, которые проходят через человеческую плоть во время обряда-призыва… Хотела дать мне пощёчину? Нет. У неё была другая цель — коснуться меня и оставить на теле своеобразный маркер, отметку для слежения, по которому меня можно отыскать где угодно. Не получилось. Поэтому сразу попросила подать руку. Снова не вышло. В итоге психанула, прекрасно понимая, что ей со мной не справиться. Ни физически, ни морально. Не заставить, как телка следовать за собой. Просить или приказать охране меня задержать? Уверен, её слова остались бы без внимания, потому что люди из ФСО знают пределы своих обязанностей. Да и камеры, о которых я сказал, заметно поубавили прыти у мужчин. Одно дело творить беззаконие в укромном тёмном месте и другое, когда не знаешь, на стол кому из руководства попадёт такой пикантный материал. Попытайся они меня задержать, при выяснении обстоятельств могли запросто лишиться работы, а они ей, как знаю, все без исключения дорожат.

Посидев и подумав в тишине, перебрав в голове возможные варианты, решил до поры не светить записями с камер. Если и дальше начнут прессовать, есть пара человек, бывших и нынешних клиентов, к кому могуобратиться не за поддержкой, а за оценкой деятельности тех или иных сотрудников спецслужб. Знаю, в тамошнем руководстве клубок змей — все против всех и дай в руки одному основание для проверки действий подчинённых — перекусают друг друга до смерти. Другой вариант — пара вполне солидных изданий, которые с руками оторвут подобный материал. Но… пока это делать не буду, а что сделаю, позвоню однокашнику, работающему в ФСБ, с которым сложились вполне деловые отношения — он подкидывает материалы по работе, а я помогаю ему выйти из передряг. Скажем так, направляю на путь истинный.

— Олег Павлович, минута есть?

— Что, всё закончилось нормально? — в вопросе почувствовал некое удивление, что я звоню. Не задержан, на свободе. Забавно.

— Как понял, ты уже не рассчитывал, что вновь услышишь мой голос?

— Ты не прав, я…

— Олег, тормозни. Не стоит врать или юлить. Ты же знаешь, кто тебе звонит, поэтому лучше промолчи. О чём хочу тебя попросить, только не пугайся, это не касается твоих обязанностей по службе и наших взаимоотношений. Ты сам мне сказал, что тебе звонил генерал. Вот и передай ему от моего имени, чтобы ту бешеную собаку, что на меня сегодня натравили, придержали. Если вновь ко мне явится, не факт что выживет. Дословно передай. Это первое. Второе. Если пересечёшься с парнями из ФСО, что сегодня заявились в виде свиты придурковатой бабы, пусть будут аккуратными — их откровенно подставляют. Ясно?

— Понял. Эта дама сейчас как раз у генерала. О чём идёт разговор не знаю, но полковник в самом деле неуравновешенная. Говорят, начала орать на всех, как только зашла в Управление.

— Мне, знаешь, как-то все, что у Вас творится, до лампочки, пока самого дело не коснётся. Я с Конторой никак не пересекаюсь, поэтому и делить нечего. Всё, пока!

Сбросил звонок и выдохнул. Порадовался, что сдержался и ничего лишнего не наговорил. Прекрасно знаю, что все рабочие звонки ТАМ пишутся, а я специально позвонил на городской. Что ж, Олег Павлович, на этом, думаю, наши взаимоотношения закончились. Мы обойдёмся без твоих справочных материалов, а вот обойдёшься ли без нас? Вряд ли, но если возникнет нужда — будешь как все, в порядке очереди и оплату с тебя возьму полную.

Вроде на сегодня всё. То, что мой последний клиент не явится, понятно. Вместо него и заявилась Ланская. Странно другое — не я искал сына полковника Торжкова. Он сам, по рекомендации и предварительному звонку моего постоянного клиента вышел на связь, записавшись на приём три месяца назад. Непонятная ситуация. Складывается впечатление, что какая-то неизвестная фигура в последний момент передумала отдавать на расправу семью полковника Торжкова из пяти человек, заменив на последнюю в моём списке семью из четырёх человек отставного майора Сергиенко. Думают, от перемены мест изменится итоговая сумма?

Снова закрыл глаза и заглянул за грань. Странно — моя дорога вновь прямая как шоссе. Как было утром. Исчезло распутье, что видел совсем недавно. Исчезли углы и фигуры. Выходит, всё сделал правильно? А теперь затушить камин и домой. Вечером надо не забыть позвонить Мише, а то знаю его — напугает Настеньку до смерти страшными рассказами. Он мастер перевоплощений…

— Стоп!!! — меня словно ошпарило кипятком. Схватил единственную папку со стола, раскрыл и нашёл документ, о котором утром говорила Настя, мол, у Торжкова-младшего внезапно появилась старшая сестра, о которой никто до этого не знал. Полковник ФСБ из подразделения «Н»… Не Ланская ли это, представившаяся мне сестрой, по совместительству является и сестрой сына моей цели? С виду полный бред, а если подумать? Мог Торжков-старший усыновить выжившую десятилетнюю девочку? Мог, зная, что ребёнок из семьи одарённых. В таком случае пазл сложился. Теперь ясно кто вмешался в мои планы…

…Начальник отдела, полковник Торжков, который издевался над моими родителями, родственниками и надо мной почти месяц. Каждый день проводил «исследования» как реагирует мой организм на разряды тока, колол какую-то химию, после которой я не мог понять, где низ, а где верх, теряя равновесие. Помню его издевательский смех, в котором не было ничего человеческого… Оказывается, он мне задолжал даже больше, чем можно было представить. Усыновил ребёнка, родителей которого фактически убил, а потом из одарённой девочки год за годом лепил монстра по своему подобию. Сломал ей психику, внушил то, чего не было, стерев из памяти реальные события. Что же это за чудовище?

Что ж, я научился терпеливо ждать. Дни и даже годы не играет роли для достижения цели. Думаю, вскоре вся шумиха вокруг меня сойдёт на нет, а не пора ли плотно заняться другим фигурантом, раз есть вариант замены? Почему двух последних в списке не поменять местами?

Глава 2

На работе просидел до позднего вечера и только когда окончательно успокоился, вернулся домой. Осмотрев входную дверь, убедился что ни один из «сторожков» не нарушен. Деда мне многое рассказал и научил контролировать жизнь вокруг себя, не плыть по волнам и не расслабляться, даже когда вокруг ничего не предвещает беды. Открыл дверь, снял с вневедомственной охраны и с наслаждением содрал с себя всю одежду. Душ и крепкий чай. Поужинал по пути, зайдя в кафе. Готовить для себя одного ленился, хотя умел и любил это делать, но когда было для кого. Женщины в моей жизни надолго не задерживались по простой причине — я ЗНАЛ, что им от меня нужно, а вот большой любви, о которой поют песни и слагаю стихи, ни у кого из них не было. Может симпатии, порой страсть, но три-четыре встречи максимум и мы разбегались. Лишь раз у меня был продолжительный роман — длился аж два месяца, но и в том случае сделал так, что бы остались не врагами, а хорошими знакомыми. В последнее время не раз себя ловил, представляя Настю хозяйкой в своём доме. С одной стороны тепло, уют и красивое женское тело постоянно рядом. С другой отрицание — я ведь не смогу, например, как сейчас, ходить по СВОЕЙ квартире в костюме Адама. Настя хороший человечек и у меня к ней имеются чувства, но совсем не такие, какие нужны. Воспринимаю девушку скорее как младшую сестрёнку. Забочусь о ней, радую подарками и вниманием. Когда у Насти после тяжёлой болезни умерла мама, взял все заботы на себя. Финансовые и юридические. Зная, что Настёна девочка очень умная, только по непонятным причинам не верит в себя, буквально заставил поступить в институт, потратив на это кучу нервов и времени. Занимался с ней по вечерам, чтобы не растерялась на экзаменах. Зато сколько радости получил, когда увидел её счастливые глаза после информации о зачислении на бюджет. Вела себя как ребёнок — с разбега запрыгнула мне на руки и целовала куда попадала. Правда, спустя пару месяцев, когда начались занятия, со смехом рассказала что некоторые её однокурсницы интересовались кто я такой и чем занимаюсь. Настя всем отвечала одно — это мой папа и вопрос снимался на корню, за исключением особо настырных особ, кто продолжал спрашивать, а есть ли у неё мама. Узнав, что я «вдовец», искали подходы уже напрямую ко мне. Но и тут Настя большинство интересующихся останавливала на дальних рубежах, заговорчески шепча на ухо, что я занимаюсь чёрной магией, потому что вся её семья потомственные колдуны. Большинство первокурсников подобную информацию не восприняли всерьёз, пока какой-то дальний знакомый одного из студентов не пришёл ко мне на приём. Вот тогда уже все восприняли информацию всерьёз и девушку стали сторониться, оставив в покое. Меня это устраивало, а Настёну тем более. Она пыталась успеть везде — в институте и у меня на работе, навёрстывая упущенное время, задерживаясь в офисе до поздней ночи, пока однажды не повысил голос и не установил предельное время пребывания до семи часов вечера.

Настя, жила одна в двухкомнатной квартире в Купчино. Заплаты, что получала у меня, ей с лихвой могло хватить на гулянки, вечеринки и клубы, но девушка была из ряда тех, к кому грязь не липла и, пару раз ради интереса посетив элитные ночные заведения, позже, рассказывая мне что там творится, чуть ли не плевалась. Пары одноклассниц со школы, с кем поддерживала добрые отношения, ей хватало с избытком, поэтому однокурсницы, что пытались навязать свою дружбу с целью попасть к ней, то есть ко мне домой, были глубоко разочарованы нежеланием девушки сближаться.

Сидел в тишине и улыбался, думая о своей помощнице, но время шло, и надо было позвонить Мише, успокоить его и девушку.

Переговорив с товарищем, попросил его завтра утром проводить девушку до метро. А на конечной остановке решил сам её встретить. В конце телефон передали Насте и пришлось повторять, чтобы сама от метро не делала ни шагу, дождалась меня.

Что порадовало, девочка не стала задавать лишних вопросов, но понял по голосу как в конце разговора её настроение поднялось.

Уже лёжа в постели, вспомнил слова сестры о сделанном недавно тесте ДНК. Странно — за последний год ни разу не обращался к врачам и кровь не сдавал. Волосы? Вряд ли. Во время встреч с клиентами никогда не здороваюсь за руку, заранее одевая перчатки, да и близко не подхожу. Общаемся на расстоянии пары метров — мне близкий контакт не нужен. Касаюсь лишь тогда, когда надо узнать о человеке на более длительный срок или же чтобы проникнуть в ауру, оставив там маркер, по которому можно в дальнейшем воздействовать на человека. Подобное происходит чрезвычайно редко, но когда надо, приходилось делать, ощущая себя мерзко — как будто погрузился с головой в чан с помоями. Но на что не пойдёшь, что бы осуществить месть…

Тест… Сейчас не понять — говорила сестра правду или врала, но что это меняет? Ничего.

Уже проваливаясь в сон, слышал, как на кухне пару раз долго звонил мой телефон, но вставать и перебивать сон не хотелось…

* * *

Утром посмотрел кто звонил — один номер соответствовал телефону моего знакомого ФСБ-шника, Олега, другой был неизвестным. Перезванивать не стал и, сделав кофе, выпил в два глотка, затем сел в машину и отправился на работу. Сегодня по плану было четыре клиентам. В принципе, должен был освободиться около четырёх часов. Привык к такому графику. Меньше людей, это было нормально, а вот больше…. Каждый выход за грань, когда рассматривал судьбу клиента, требовал огромного количества внутренних сил. Каждый такой выход подразумевал ущерб для собственного здоровья, потому что я не проводил полноценного ритуала, как было заведено испокон веков. Не призывал в помощь силы природы, а действовал только за счёт внутренней энергетики. В детстве папа учил, как надо делать по давно отлаженному ритуалу, но возьмись за такое в центре Питера, проведи ритуал по всем правилам, вокруг, в радиусе ста метров, люди могут сойти с ума, да и строениям нанесу существенный урон. Полный ритуал призыва мог провести, но не делал, даже когда оказывался глубоко в лесу или там, где до ближайшего жилья было огромное расстояние. Хотя раз, лет десять назад, уехав в Новгородскую область, провёл ритуал от и до на древнем капище. Долго искал по старым записям и картам подобное место, но когда уже возвращался домой, услышал в машине по радио, что местное отделение уфологов обнаружило в лесу место приземления НЛО. Посмеялся про себя, но не буду же звонить и говорить, что пару десятков деревьев случайно я свалил? Что там ещё было? Небольшое озерцо осушил, да траву на поляне примял так, что уже в этом году не поднимется. После того случая окончательно решил для себя, что лишний раз взывать к силам природы не стоит — прорыв в нынешнюю реальность ушедших богов не принесло бы этому миру ничего хорошего…

Приехал к метро за полчаса до появления Насти. Припарковал машину недалеко, благо нашёл свободное место и пошёл не торопясь к вестибюлю станции. Странно — чем ближе подходил, тем на душе становилось тревожнее. Остановился, прислонившись к стене дома и нырнул сознанием за грань. Жирная клякса на моей дороге жизни и ответвление, которого утром ещё не было. Вспомнил ауру Насти и заглянул в её жизненный путь. То же самое. Клякса и тропинка, отходящая от основной дороги. Судя по временному интервалу — полчаса максимум. Что ж, кто предупреждён, тот вооружён.

Вынул из кармана перчатки, натянул и уже ускоренным шагом направился к метро. На улице девушку ждать не стал. Пропустив выходящих людей, вошёл в вестибюль. Прислонился к стене и провёл взглядом по встречающим кого-то людям. Восемь человек. Шесть женщин и девушек и двое мужчин. Старик, лет за восемьдесят, работал — раздавал бесплатную газету. Второй — парнишка, уткнувшийся в смартфон и, кажется, ни на кого не обращающий внимания, хотя нет, иногда посматривает на поднимающихся на эскалаторе людей. Женщины. Три девочки лет по пятнадцать, вставшие в круг и постоянно хохочущие. Бабушка с сумкой на колёсах. Согнулась и что-то ищет в сумке. Две женщины, которые стоят с разных сторон эскалатора и внимательно смотрят вниз. Вновь лёгкое головокружение и я за гранью. Оценка уже с этой позиции всех, кто находится рядом. Мужчины — нет. Девушки — нет. Женщина, что стоит слева, вероятней всего ждёт мужа. У той, что стоит справа в душе боль от разлуки с близким человеком. Нет. Бабуля? А вот тут по спине словно провели куском льда. Чёрные всполохи в ауре. Не бабушка это вовсе, женщина средних лет, нацепившая на себя лохмотья. Артистка, бл… Сдвиг сознания и возвращение в реальность.

Четыре шага в сторону и оказываюсь в шаге от «старушки», буквально нависая над ней.

— Шли бы вы отсюда, женщина, — говорю негромко, но так, чтобы меня слышала только та, к которой обращаюсь. — Тряпки зачётные, но номер не пройдёт. Даю минуту, после чего приглашу сотрудников полиции. Кто знает, может у Вас в сумке бомба. Или пистолет с глушителем.

— Какая бомба, милок? Какой пистолет? — женщина прекрасно подражала слегка надтреснутому голосу пожилого человека. — У меня, вон, резинка с тележки соскочила, я её и поправляю. Сейчас пойду. Понапридумывал себе чёрт знает что.

И в самом деле, согнувшись в пояснице, мнимая старушка пошла к выходу, без особых усилий катя за собой тележку. Подождала, когда для неё придержат дверь и вышла на улицу. Не стал стоять на месте, прошёл до дверей и увидел, как к «бабуле» с двух сторон подошли двое мужчин и один, взяв тележку, отправился по своим делам, а другой подхватил женщину под локоть и они, отойдя метров тридцать от метро, остановились и стали разговаривать. Женщина уже перестала играть прежнюю себя — выпрямилась, забыв, что ещё пять минут назад кряхтела при каждом шаге.

— Вячеслав Викторович, я тут, — к локтю прикоснулись и, не глядя, обнял Настю, прижав к себе. Почувствовав, что Миша выполнил мою просьбу и напялил на девушку бронежилет. Я очень просил об этом, зная, что такой у него есть. Что Настя, что Маша, жена моего приятеля, были одного роста, только вот комплектации не совпадали.

— Устала ходить с тяжестью на плечах? — усмехнулся и так, обнявшись, вышли на улицу, сразу свернув в сторону, где стояла машина.

— Тяжело с непривычки. Скажите, это оправдано?

— Ещё утром признал бы, что великий фантазёр и перестраховщик, паникёр, каких свет не видел, а сейчас скажу да, оправдано.

— Это после вчерашнего визита? Что-то изменилось?

— Да, малыш. Жизнь не стоит на месте, всё непрерывно движется и меняется.

Усадил девушку в машину и прыгнул за руль. Когда отъехали, заметил, что за мной едет машина, что стояла неподалеку, но отрываться, петляя и нарушая правила, не стал — место, где я работаю, ни для кого не было секретом.

На светофоре набрал по громкой связи руководителя и хозяина частного охранного предприятия, с которым связывали не только деловые отношения.

— Володя, Бутурлин беспокоит. Ну да, сколько лет сколько зим. Слушай, вокруг меня непонятки образовались. Не могу понять, кому дорогу перешёл или перейду. Вопрос — есть свободные ребята? Не мог бы на день или хотя бы на полдня поставить рядом с моим офисом машину группы быстрого реагирования? Да, с оружием и не помешает, если парни оденут защиту. По деньгам, сколько скажешь, столько будет. И вот что ещё. Главное, Володь. Выбери парней опытных, потому что, чувствую, это не шпана, казённые люди. Ну да, угадал. Из той обоймы, что и тебя прессовали. Всё, жду, а мы уже подъезжаем.

— Всё настолько серьёзно? — девушка смотрела на меня с каким-то странным интересом. Ни капли испуга в глазах. Разве я мог подставить эту кроху? Нет. Даже не подумав, ляпнул.

— Настя. Сегодня после работы заберу тебя к себе. Пока всё не утрясётся, будет лучше, если будешь рядом. Только проблема — в домашнем холодильнике шаром покати. Скажи, готовить умеешь? Хотя бы яичницу сделать утром сможешь?

Не ожидал, что девчушка умеет так хохотать. Оглушила.

— Умею готовить, Вячеслав Викторович. Не скажу, что всё получается, но Вы же должны были сообразить — последние три года я была фактически одна. Сначала для себя и мамы готовила, потом, — девушка замолчала и отвернулась, глядя в окно.

— Прости, не хотел задевать прошлое.

— Всё нормально. Только мне бы во что-то переодеться. Домой, как понимаю, возвращаться нельзя?

— Именно. Боюсь, малыш, через тебя попытаются достать меня. Ты сейчас моё уязвимое место.

— Так я ничего не знаю! Пытай меня, режь на кусочки, что могу рассказать? Ничего.

— Настён, а если подумать? Ты потрясающий аналитик.

Девушка замолчала на минуту, потом с удивлением задала вопрос, который и был на поверхности.

— Убрав меня или изолировав, Вам предложат в обмен на меня или мою жизнь пойти на какие-то серьёзные уступки?

— Вот видишь? Самостоятельно ответила на свой вопрос. Только не на уступки, а обменяв одну жизнь на другую. Сейчас не тот уровень игры, чтобы размениваться по мелочам. Ну всё, приехали. Сегодня работаем как обычно, только после того, как в приёмную зайдёт очередной клиент, блокируешь входную дверь. Если будут стучать, звонить, ломать — заходишь ко мне и докладываешь, ясно?

— Более чем.

Разговаривая, дошли до офиса. Открыл дверь и, как обычно, пропустил вперёд девушку, которая, сделав шаг, остановилась.

Почему, увидел сам. Посреди приёмной, вытащив на средину кресло Насти, сидела моя сестра. Не в гражданке, как вчера, а в форме. Как полагается, даже с наградной планкой на груди.

Мелькнула мысль нажать тревожную кнопку, чтобы сюда явилась вневедомственная охрана и забрала эту придурошную, но сразу же отмёл как несостоятельную — раз она сюда попала, значит, с полицией есть договорённость.

— Сообразил, братик, не стал дёргаться? Молодец.

— И Вас совсем не смутило, что проникновение на территорию частной собственности преследуется по закону?

— Оставь эти глупости. По большей части законы действуют на моей стороне. Если станешь упрямиться, через полчаса сюда привезут официальное постановление об обыске. Всяко рабочий день пойдёт коту под хвост.

— Что Вы хотите?

— Может хватит выкать, братик? Достал уже своим официозом. Мы, как ни как, родные люди. Что хочу? Поговорить в спокойной обстановке. Хотела вечером к тебе домой приехать, но передумала в последний момент. Не ради тебя, себе не захотела портить настроение. Побеседовала с твоим информатором. Забавный человечек. Много чего рассказал. Его после такого, скорее всего, выгонят с работы. Знаешь, не все любят стукачей.

— Олег никогда не был стукачём и я не интересовался его работой.

— Данные о персонах высшего уровня находятся под грифом «для служебного пользования» или «секретно». Передав тебе даже безобидную информацию из этих документов, он нарушил внутренне правила и служебные обязанности.

— В принципе, Вы правы, полковник, но не буду страдать о дальнейшей судьбе Олега Павловича — в последнее время он мне гнал откровенную «пургу». Скорее всего, минимум полгода работал под контролем.

— Молодец, сообразил. Не полгода, год как он ничего тебе не передавал без согласования с моими людьми.

— Только работаете тупо. Изменить год рождения фигуранта, не соотнеся с дальнейшими датами — это надо быть умственно отсталыми. Такие ляпы может увидеть любой мало-мальски грамотный человек, умеющий считать и писать, не говоря о человеке, обладающим аналитическим умом.

— Ты сейчас о ней? — женщина головой показала на Настю. — Кто она такая и что умеет делать? Перебирать бумажки, да ублажать своего шефа по первому требованию? Как долго обучал? Если она насколько хороша, пожалуй, заберу её с со…

Александра не договорила — мой хорошо поставленный удар смёл её вместе с креслом в мгновение ока. Та улетела в угол приёмной, но, на удивление, почти сразу поднялась, глядя на меня с удивлением и восхищением.

— Настя, забери кресло и, пожалуйста, протри его тщательно прежде, чем сядешь. Кто знает, чем эта сумасшедшая болеет.

Моя помощница, бледная, с поджатыми губами, подняла и укатила кресло и, как я и сказал, достав пачку влажных салфеток, стала демонстративно чистить обивку. Увидев первые салфетки, которые были чёрными от пыли и грязи, рассмеялся.

— Вот видишь? Я был прав.

Наверное, только заметив расшившиеся глаза девушки, понял, что за спиной что-то происходит… Нагнуться с уходом влево. Налетевшая на меня Александра держала в руке предмет, похожий на пистолет, но, споткнувшись о вытянутую ногу, вновь свалилась и, проехав по полу с метр, с шумом ударилась головой о стенку ресепшина. Подскочил и ногой выбил из рук… инъектор. Тварь. Хотела меня отключить и увезти? Не получится. Подхватил незнакомый агрегат и, прижав к шее сестры, дважды нажал на спусковой крючок. Шипение и сестра в моих руках обмякла.

Глянул на Настю. Вышла из-за стойки и с ужасом смотрит на пистолет в моих руках.

— Это механизм для впрыскивание в человека лекарственных препаратов. Можно и не лекарственных. Не знаю что внутри, но двух доз вполне хватило, чтобы сбить с ног эту кобылу. У неё как понял, болевой порог занижен. Настя, звони в неотложку. Скажи им, и сама запомни. Эта женщина вошла к нам в офис и упала без чувств. Более ничего не было.

Покрутив в руках странное приспособление, засунул туда, где оно и было — под мундиром у женщины имелась подмышечная кобура, которая приняла в себя инъектор как родной. Застегнул мундир и, с минуту подумав, посмотрел на ошарашенную помощницу. Ну да, не каждый день она видит подобное.

— Настён, сядь в кресло и закрой глаза. Тебе, что буду делать, видеть не надо. Будешь подсматривать, накажу так, что запомнишь до конца жизни. Игры закончились, малыш, началась борьба за выживание — кто кого.

Увидев, как голова девушки исчезла за стойкой, закрыл глаза и, на ощупь, сняв с левой руки перчатку, опустил руку на лоб сестры. Тошнота, короткая дрожь, что прошла по всему телу и я за гранью. Сейчас всё не так как привык. Трудно. Если честно, легко вообще никогда не бывает, но сейчас, чтобы увидеть жизненный путь сестры, буквально продираюсь сквозь множественные преграды, искусно созданные не природой, человеком. Вот я в точке реального времени. Впереди извилистый путь, конца края которому не видно. Понятно, что она не умрёт от инъекций. Длинный путь? Нет, у этого человека не должно быть такого жизненного пути. Изменим. Прочертив, спустя пару месяцев, поперечную линию и из одной дороги сделал две, расходящиеся в разные стороны. Внешне одинаковы, но там и там поставил блок воспоминаний. Реальных, а не тех, что искусственно внушили сестре. Трёх минут должно хватить. Вспомнил всё, что творилось в вертолёте тридцать лет назад и эти воспоминания оставил на жизненном пути сестры. Она их в любом случае не сможет обойти. Увидит всё моими глазами и воспримет как свои воспоминания. Поставить цель уничтожить приёмного отца? Нет, на него у меня иные планы. Что по поводу сестры? Сколько ей оставить? Превозмогая нестерпимую боль в груди и голове поставил предел — год. Как на одном пути, так и на другом. Знаю, если она сможет внутренне измениться, придёт ко мне и всё исправлю, а если не придёт… Таким как она нельзя долго жить. Год — это слишком много для неё, но так устроен Закон, который изменить не в силах. Один год — минимум для тех, кто ещё может исправиться и начать иную жизнь…

Меня вернули в действительность, резко оторвав руку от головы женщины.

Посмотрел не до конца сфокусированным взглядом — бригада «Неотложки». Пять минут предварительного обследования и водитель прикатил носилки, на которые погрузили женщину и после короткого опроса как всё произошло, нас оставили в покое. Что осталось в памяти — на лбу сестры осталось красное пятно как от ожога — след моей ладони. Лихорадочно натянул перчатку, посмотрел по сторонам — в приёмной не осталось следов короткой спонтанной схватки.

Поднялся на ноги и увидел, как Настя с невозмутимым лицом стоит у кофейного автомата и наблюдает, как варится кофе.

— Вячеслав Викторович, я сделала кофе. Вам в первую очередь. Выпейте и успокойтесь. Через полчаса у Вас первый клиент. Его должны принять, будучи в нормальном состоянии.

Не выдержал, заржал так, что слёзы полились из глаз. Подошёл к девушке и, подхватив под мышки, поднял, чтобы наши глаза были на одной линии.

— Меня успокаивает моя помощница? Говорит, как я должен себя вести и чувствовать? Настён, тебе говорили, что ты чудо из чудес? Нет? Тогда тебе говорю это я. Спасибо, девочка, за твои слова. Спасибо за выдержку и стойкость. — Не выдержал, нежно поцеловал красивый носик. Опустил смутившуюся Настю на пол и, подхватив чашку, пошёл в кабинет, где сразу занялся камином.

Через четверть часа после стука в кабинете появилась помощница. Положила на стол четыре папки по числу клиентов на сегодня, но я попросил с сегодняшнего дня подавать перед очередным посещением одну, чтобы на столе не было ничего лишнего и не отвлекало внимание.

Открыл, посмотрел данные. Манжин Антон Георгиевич. Пятьдесят два года. Банкир. В список Форбс не входит, но через пару лет может там оказаться. Молодая жена, на тридцать лет моложе. От предыдущих браков двое детей. Своих бывших не обидел — выделяет на содержание крупные суммы денег. В принципе, остальное меня не интересует. Захлопнул папку и бросил на стол. Манжин… Где-то эту фамилию уже встречал. К сожалению, сколько ни напрягал память, с чем или с кем связан этот человек так и не вспомнил, а вскоре тот появился на пороге моего кабинета. Традиционно посадил в кресло и нырнул за грань…

— Меня удивило Ваше посещение, — после возвращения в реальность увидел на лице у клиента улыбку. Такое редко когда можно было наблюдать. Обычно испуг или настороженность, а тут… улыбка. — Вы знаете, что дальше, чем на год, прогнозы не даю. У Вас до следующего лета всё будет идти без особых потрясений.

Забавно видеть, как лицо за секунду меняет выражение. Только что улыбался, а сейчас лицо настороженное.

— Вы сказали без особых потрясений. Можно конкретнее?

— Не по работе, в личном плане.

— А именно?

— Одну из Ваших прежних жён звали, если не ошибаюсь, Алина?

— Арина.

— Вероятно, я ошибся. Блондинка высокого роста, у которой от Вас сын. Верно?

— Ну…. Да… — банкир напрягся. О его сыне от этой женщины мало кто знал. — Что с ней не так?

— Пока всё так, но к лету следующего года она выйдет замуж за Вашего коллегу. Простите, могу снова ошибиться, видел лишь лицо в очках. Старомодная чёрная оправа и имя — Арсений. Знаком такой человек?

— Может быть, — мужчина дёрнулся в кресле, но сразу взял себя в руки. — Эта… свадьба может как-то повлиять на мои дела?

— Помните, уважаемый, условия, которые ставлю сразу — прогноз на год. Дальше никаких пояснений. Вы должны понимать, что всё зависит только от Вас. Например, Вы сегодня возьмёте и закроете своё дело. Поменяется жизненный путь? Естественно. И завтра, приди Вы ко мне, озвучу не то, что прозвучало десять минут назад. Жизненный путь меняется каждую секунду. Незначительный поступок означает небольшое изменение, и, соответственно, критически важные изменения в бизнесе, жизни, семье, полностью меняют всю дальнейшую жизнь человека.

— Я помню, всё Вы мне говорил и в прошлые годы. Всё совпадало даже в мелочах. И всё же. Вижу, у Вас есть некая недосказанность.

— Недосказанность? Нет, скорее сомнения. Могу добавить, что после события, о котором я упомянул, Ваш жизненный путь может измениться. Там уже нет прямого как стрела пути. Дорога раздваивается, а это значит, что Вам предстоит сделать важный выбор. Как жить и как работать дальше. Более подробно могу сказать лишь через год, но Вы человек умный, сможете сами сделать верный выбор. Без моих подсказок.

Мужчина поднялся и на какую-то секунду застыл, потом вновь на его лице появилась «фирменная» улыбка.

— Спасибо, Вячеслав Викторович. Как говорят старики, «поживем, увидим». Надеюсь, увидимся через год.

— Всё зависит только от Вашего желания, Антон Георгиевич. Всего доброго.

* * *

Второй клиент, дама почтенного возраста, терпеливо ждала, когда от меня выйдет первый посетитель. Приехала на час раньше, но не стала ничего спрашивать и нагнетать обстановку. Села в уголке и, как краем глаза заметила Настя, проходя мимо ней, смотрела мультики. Это был мой постоянный клиент. Ну как постоянный, раз в полгода, а то и чаще интересовалась, что её ждёт дальше. Человек фактически не работал, хотя раз в неделю появлялась на совещаниях совета директоров корпорации, связанной с машиностроением и тихонько сидела в уголке, стараясь не привлекать внимание. Всё бы ничего, но после её визитов многие сотрудники внезапно теряли работу. Я был в курсе, что она начинала бухгалтером, чуть позже занялась аудитом. Как о ней отзывались, женщина обладала звериным чутьём на различные махинации и легко могла увидеть то, что было тщательно скрыто. Всё бы ничего, но её муж, который скончался, когда не исполнилось и пятидесяти лет, оставил жене не только огромное состояние, но и выстроенную вертикаль производства, ту самую корпорацию, хозяйкой которой она и стала.

— Здравствуйте, Вячеслав Викторович. Вы сегодня какой-то взъерошенный. Случилось что?

— Всё нормально, Ядвига Константиновна. Как всегда или есть пожелания?

— Мои пожелания, к сожалению, неосуществимы. Знаете, отдала бы все деньги, чтобы сбросить половину лет. Но, знаю, Вы на подобное не способны.

— Такое никто из живущих сделать не может, а вот раньше могли. Помните сказки о молодильных яблоках и мёртвой и живой вожде? Не всё это сказки — отголоски того, что могли наши предки. И всё же, вернусь к своему вопросу.

— Как Вы говорили? О бизнесе и о любви вспоминаем, когда они являются препятствием в жизни? Вот я и чувствую, что у меня в жизни назревает то-то нехорошее.

— Что ж, посмотрим…

Через десять минут поднял глаза на сжавшуюся в кресле женщину. Красивую раньше, но и сейчас привлекательную пожилую даму.

— Простите за вопрос. С памятью сейчас всё хорошо? Буду называть имена, которые если не запомните, лучше записать.

— Запомню, — дама поджала губы.

— Алекандр Н, Олег Д, Виктор Степанович, Сергей С, Дмитрий Н. Начальник службы безопасности и его заместитель. Главный бухгалтер, если не ошибаюсь, Лариса В. Все они подписали соглашение с неким Русланом. Какое соглашение не понял, но, думаю, Вы разберётесь. Итог…

— Не надо, — прервала меня дама. — Знаю, что грозит. Дальше.

— А дальше ничего нет, понимаете? Не увидел ни Вас, ничего. Конец дороги. Тупик.

— Срок?

— По ощущениям не более трёх месяцев. Простите, Ядвига Константиновна, что говорю правду, но иначе не могу.

— За что я Вас и ценю, Вячеслав. За что и плачу огромные деньги. Вы мне уже трижды помогли. Если успею разобраться, это будет четвёртый раз. Получится, поверьте, отблагодарю от всей души. Всего доброго.

Дама легко подхватилась и выскочила из кабинета, словно ей было лет двадцать.

Оставшись один, задумался — правильно я сделал, что не всё сказал. После тупика я увидел маленькую тропинку. Еле видимую, но она была очень короткой. По длительности жизни максимум полгода. Что ждало женщину в дальнейшем, когда её фактически все предали, придумывать необходимости не было. Скорее всего, тяжёлая болезнь и смерть. Я назвал имена тех, кого видел и кто стоял во главе своеобразного заговора против хозяйки. Только вот они не догадывались, что их всех в итоге кинут. Руслан, и тот был подставным лицом, за ним стоял зарубежный капитал, который много лет пытался завладеть эффективно работающей корпорацией. Дай бог, чтобы у них ничего не вышло. Я и сам в этом немного помог, дав не описание людей как обычно, а конкретные имена и должности. Почему? Всё просто. Эта женщина мне была симпатична своей прямотой и искренностью.

Предварительно постучав, в кабинет зашла Настя.

— Только что прошла в новостях информация о нашей гостье. Сказали, что сотруднику силовых органов от жары стало плохо и та потеряла сознание. Инфаркт, но в больнице состояние стабилизировали и сейчас её здоровью уже ничто не угрожает. Поблагодарили случайных людей, кто вовремя помог и вызвал «Скорую помощь». Так что вы герой, Вячеслав Викторович.

— Ты герой, Настя. Кто вызвал машину? То-то же. Ладно, двое прошли. Кто и когда дальше?

— Один на час, другой на два тридцать. Кто на час — у нас первый раз. Второй повторно. Постоянный клиент. Анастас Ариджев.

— Помню такого. Принеси папку с информацией на первого, да обед не забудь заказать. И ещё, Настя. Подумай, что купить домой, а то я до сих пор в полном раздрае, работаю на автомате.

— Обед уже заказала, продукты тоже. Привезут к восьми вечера, когда Вы будете уже дома.

— Мы будем, не забыла? — увидев вспыхнувшее лицо, улыбнулся. — Настя. Помнишь разговор двухлетней давности?

Девушка кивнула.

— С тех пор ничего не изменилось. НИЧЕГО! Мы с тобой близкие люди, но не настолько, чтобы спать в одной кровати. Если думаешь, что могу с тобой поступить бесчестно, ошибаешься. Не волнуйся и не бойся — пальцем не притронусь.

— Я знаю, — тихо проговорила девушка и выскочила из кабинета как после оплеухи. Маленький дурачок. Вот не могу сказать дурочка, язык произнести такое не сможет. Вошла в мою душу и поселилась там, а выгнать не могу, как ни старайся. Было бы мне хотя бы лет на десять меньше, вот тогда можно было думать о совместном будущем, а сейчас… поздно. Разница в двадцать два года это непреодолимая пропасть сейчас, а что будет через десять лет, двадцать? Сколько ни смотрел свой жизненный путь, не видел пересечения с Настей. Как и у неё не было ничего похожего. Но ведь это сейчас, а если кто из нас не выдержит? Может всё-таки отказаться от приглашения? Хотя такое делать нельзя — боюсь за малышку. Она ведь совсем девчонка, верит только в хорошее. Правда, я сам к этому приложил руку, но не жалею — Настёна достойна счастья. Уверен, когда-нибудь встретит в жизни парня и потеряет голову. Только хочется, чтобы тот человек был достойным, не прохиндеем, как большинство её сверстников.

Рассмеялся от своих мыслей. Желаю счастья девушке, а сам готов её заточить в башню замка с непреодолимыми стенами. Эгоист чёртов…

- -

После обеда новый посетитель. До последнего был уверен, что передо мной мужчина, но когда сел, точнее села, понял, что ошибся. Женщина. Мужской костюм, галстук. Да уж, такое я встречаю впервые. И, чёрт побери, папку до этого не открыл, та лежит на столе перед глазами, но теперь поздно дёргаться. И всё же протянул руку, открыл, прочёл — Тяглова Ольга Сергеевна, врач-педиатр. Закрыл и отбросил папку в сторону. Чертовщина. Врач-педиатр может выложить за свой визит полугодовую зарплату? Хренотень.

— У Вас на лице удивление, что врач может оплатить Ваши услуги? — раздался низкий голос, и я непроизвольно вздрогнул. — На свете всё бывает. Особенно, если этот врач имеет собственную клинку и обширную базу клиентов. Разрешите взглянуть? — папка со стола оказалась в руках клиентки быстрее, чем я успел открыть рот. Это уже нонсенс. Удивило, что через десяток секунд документы вновь оказались на столе.

— Простите за бесцеремонность, но я была уверена, что у Вас настоящее досье, а здесь лишь то, что известно всем. Как с таким можно работать?

Рассмеялся, глядя на удивлённое лицо женщины, что сидела напротив меня.

— Вы думали, на меня работает отдел ФСБ, который за полгода до визита за каждым клиентом устраивает слежку? Или, как вариант, сейчас напущу туман в комнате, зажгу свечи и достану из-под стола хрустальный шар, вцепившись в который начну пудрить Вам мозги?

— Меня удивляет другое — Вы не похожи на шарлатана. Я многих видела, а Вас оставила так сказать на закуску. Стало интересно — Вы в самом деле настолько уникальный специалист, как о Вас говорят в узких кругах или как все остальные. Исходя из стоимости приёма, самом деле должны что-то уметь. Иначе Вас уже давно где-нибудь закопали.

— То есть Вы пришли ко мне с поверкой? Забавно. И кто Вас направил? Хотя можете не отвечать, Вы подписали согласие, что выключите телефон и все записывающие устройства. Сделали так?

— Да.

— В таком случае, дважды соврав, вряд ли мне предъявите претензии за уничтоженную аппаратуру. — Встал и не только включил блокировку двери в кабинет и систему помех, но и, что делал в исключительных случаях, включил радиочастотный активный подавитель сигнала, выдающий серию коротких импульсов, сжигающих процессор в телефонном аппарате.

Женщина дёрнулась, когда из внутреннего кармана курточки пошёл лёгкий дымок.

— Выключите немедленно свою технику. Знаете, сколько стоит этот диктофон? Почти сто тысяч.

Выключил подавитель и сел в кресло, наблюдая за дальнейшими действиями женщины, но передумал играть в непонятные игры.

— Вы не только согласились выключить аппаратуру, но и на вопрос, есть ли при себе работающая, ответили «нет».

— Я не так сказала.

— Согласен, не так, но суть ответа не изменилась. Вы солгали. Теперь вопрос — вы сейчас покинете мой кабинет? Вам вернут стоимость в полном объёме, хотя и потеряю деньги.

— Я останусь.

— Хорошо. Вас уже ознакомили с тем, что я скажу. Бизнес и любовные дела не затрагиваю, если они не играют существенной роли в Вашей жизни. Все вопросы потом. Теперь прикройте глаза и расслабьтесь.

Сегодня мне тяжело переходить за грань. Каждый раз ощущаю тяжесть и сопротивление. А вот это совсем не смешно. Дорога жизни, каких я ещё никогда не видел. Да и не дорога это вовсе, а какой-то раздолбанный танками тракт. Ямы и горки. Сплошные препятствия и над всем висит беспросветная тоска. Мысленно оглянулся назад — с чего всё началось. Понятно, со школы, когда сверстники издевались над девушкой, которая была похожа на парня внешне и внутренне. Когда были маленькими, дружили, а вот когда подросли… Человечек медленно, но верно превращался в зверёныша, полагаясь больше на свою физическую силу и злобу и чем дальше, тем всё усугублялось. Институт — ссоры и драки. Не с девчонками, с парнями. Выпуск и неожиданное решение — контракт с армией. Вначале искренняя радость, что попала туда, где ценят за знания и прилежность в работе, но… не сложилось. Не стала покрывать проворовавшееся начальство и чудом избежала суда, ведь всё показывало, что именно она была нечистой на руку. Перевод в другое подразделение и вновь борьба за выживание. Домогательства и когда непосредственный начальник оказался в больнице после того, как Ольга приложила руки, увольнение. Переезд в маленький провинциальный городок, где катастрофически не хватало врачей. Бессонные ночи. Работа за трёх, а порой и четверых коллег, которые имелись лишь на бумаге и вновь разборки за правду. Очередное увольнение и вновь переезд, на этот раз в Москву. Случайная встреча с однокурсником по институту, который до этого никогда не обращал внимания на своеобразную девушку. Красивые ухаживания после работы и незапланированный ребёнок. Любовник растворился в большом городе, а Ольга, собрав все силы в кулак, смогла выстоять против несправедливости жизни. Скопив денег и взяв кредит, сначала купила квартиру, а через пять лет, вместе с коллегой вложились в создание собственной клиники. На удивление, попали в точку, заняв свободную нишу. Потихоньку потянулись люди, за ними ещё и ещё и вскоре появился филиал в Питере. Ольга, поскольку была местной, решили разделить степень ответственности и москвичке отдала на откуп московскую клинику, а себе забрала питерскую. Продав в Москве квартиру, обменяв то, что у неё было здесь, выбрала не центр, а новостройку на окраине города, где был свежий воздух, да и работа находилась близко. Всё развивалось гармонично, но с полгода назад на врачей частной клиники посыпались жалобы, зачастили проверяющие не только из Минздрава, но и пожарной инспекции, санэпидемстанции. С каждым днём из-за очередных штрафов деньги стали утекать не ручейком, широкой рекой. Возникли сомнения — стоит ли продолжать бороться или закрыть своё дело, но каждый день, приходя на работу, Ольга видела детей и их родителей. Глаза коллег, которые у неё стали получать меньше, чем в городских поликлиниках. Между тем никто из них не уволился. Почему?

Долго рассматривал дальнейшие пути, ни один из которых не был решением её проблем. Даже если бы закрыла свою организацию, её словно преследовал некий рок. И лишь погрузившись в причины прошлого, смог найти точку, после которой всё пошло наперекосяк. Её бывший возлюбленный, отец ребёнка, который волей судьбы тоже оказался здесь, в одном городе с Ольгой. И не просто в одном городе, в городском управлении Министерства здравоохранения. Он, узнав, что у него есть сын, захотел его увидеть. Ольга отказала, причём продемонстрировала свидетельство, где в графе отец стоял прочерк. М-да…

А если сделать так? Зная, что мне такой поступок вернётся с лихвой, всё равно стал выпрямлять дорогу жизни. Убрал все отнорки и убегающие в сторону тропинки. Прямой чистый путь, где нет ничего лишнего.

Когда вернулся в реальность, почувствовал как мне дурно. Видимо это увидела и женщина, что сидела напротив. Подхватилась, желая помочь, но я остановил вытянутой рукой, показывая, чтобы ко мне не прикасалась.

— Оля, на столе нажмите левую клавишу вниз, позовите Настю.

Моя девочка влетела мгновенно. Увидев, в каком нахожусь состоянии, пискнула от гнева и снова умчалась, но через несколько секунд принесла лекарства от головой боли, понижающие давление и сердечные.

— Вячеслав Викторович, Вы опять полезли куда не надо? Обещали ведь не вмешиваться.

Мне было очень плохо, но ни секунды не жалел что сделал. Глянул на встревоженную клиентку. Та была готова в мгновение ока оказаться рядом и оказать профессиональную медпомощь. Тем более было обидно, что какая-то пигалица выполняет её работу.

— Оля, Ольга Сергеевна. Что Вам скажу… простите, но прошёл всю Вашу жизнь. Думаю, сами сообразили, что Ваш несостоявшийся муж и есть та причина, что мешает жить и работать. Все проверки, всежалобы — его инициатива. Месть жалкого человечка, который так и не нашёл себя в жизни. К тому же огромная зависть, чего Вы смогли добиться. В принципе, забудьте о нём.

— Вячеслав Викторович, ну скажите ей, что Вы сделали! Скажите! Она должна знать, что из-за неё Вы пострадали, — моя помощница чуть не подпрыгивала на месте.

— Настя. Ты говоришь слишком громко и не к месту. К тому же о том, о чём тебе вообще надо молчать. Могу и рассердиться.

— И пусть. Выживу, — девушка намочила полотенце и аккуратно промокнула моё лицо. Раз, другой и мне стало легче. Посмотрел в зелёные глаза и увидел в них бескрайнее море любви и заботы…

— Может моя помощница и права. Ольга Сергеевна, как уже сказал, видел всю Вашу жизнь. Институт, армию. Предательство близких и суды чести. Может потому, что не сломались, и сделал то, что не должен был делать — немного изменил Вашу судьбу. Не пугайтесь, в лучшую сторону. Думаю, в ближайшее время сами заметите изменения. В принципе, добавить больше нечего. Нет, всё же скажу. Простите, если случаем обижу. Смените свой нелепый наряд. У Вас красивая фигура. Зачем её скрывать? Боитесь, что на Вас не так посмотрят мужчины? А знаете ли Вы, что некоторые в Вас влюблены? Да, это правда. Зачем бояться своего счастья? Вы за свою жизнь слишком много страдали. Может поверите, что с сегодняшнего дня в вашей судьбе наступит светлая полоса?

Посмотрел на Ольгу, что сейчас сидела, замерев в кресле. Испугалась того, что я сделал?

— Что попрошу. Если не будет сложно — где-нибудь через полгода наберите наш номер и расскажите Насте, моей помощнице, как у Вас идут дела.

— Если всё так, приеду и при всех поклонюсь Вам в ноги. Спасибо, Вячеслав Викторович, — Ольга встала и, уже пройдя до дверей, внезапно остановилась. Повернулась ко мне лицом. — Можно задать ещё вопрос? Почему Вы в перчатках и не позволили мне прикоснуться, чтобы оказать помощь? Я ведь врач.

— Ответ в моём вопросе — почему врачи одевают перчатки при осмотре больных?

Женщина, подумав, кивнула и вышла, закрыв дверь.

— Настя, проводи гостью. Некрасиво получается.

Девушка выскочила из кабинета, но вскоре вернулась, сев на подлокотник кресла, мягкими движениями протирая мне лицо.

— Настя, зачем ты со мной так? Тем более при посторонних.

— Зачем? — девушка не выдержала, зашипела как рассерженная кошка на того, кто обижает её котят. — Да они все кончика пальца Вашего не стоят. Зачем с чужими людьми делиться своим здоровьем? Зачем? Они за приём платят деньги и этого более чем достаточно.

— Ты же знаешь, подобное делаю крайне редко, только когда вижу насколько судьба несправедливо отнеслась к достойным людям. Давай так. Вечером расскажу, что происходило с этой женщиной на протяжении жизни, а ты скажешь — если бы у тебя была подобная возможность, помогла бы ей или нет? Договорились?

— Договорились. — И вновь красивые глазки на мокром месте. — А как Вы будете принимать последнего клиента? Как сядете за руль? Вы сейчас вообще не в состоянии что-либо делать.

Улыбнулся и прикоснулся к тонкой руке, что сейчас приносила облегчение.

— У меня на работе поселилась добрая фея, которая мне всегда незаметно помогает. Надеюсь, и сегодня не оставит в беде. Нужно её только тихонько позвать. Так, чтобы никто не слышал.

Удивлённые, а через мгновение смеющиеся глаза.

— Вот смотрю на Вас и думаю, а кто из нас двоих старше и мудрее? Мальчишка. Самый настоящий. Фею вспомнил. — Не выдержала, захохотала в голос.

— Хорошо, не добавила «вспомнил на старости лет».

— Вячеслав Викторович, я ни разу не сказала что Вы дурак, потому что Вы не дурак. Но порой говорите и ведёте себя именно так. Мы ведь договорились говорить только правду? Вот и слушайте. В сорок лет мужчина совсем не старик. Это полнейшая глупость. Вообщем, сейчас сидите тихо и не вставайте. У Вас есть ещё полчаса, даже чуть больше. Я сейчас ненадолго уйду из кабинета, надо закончить работу на послезавтра, но дверь оставлю открытой. Если что — зовите.

— Иди, Настя. Ты мне очень помогла, спасибо. Только полотенце оставь. Положу на голову и постараюсь отключиться.

- -

— Анастас, если не будете предпринимать действий по захвату доли своего брата, дела будут идти ровно, без проблем. В ином случае не только не выиграете, своё потеряете. Шансов на успех немного. Лучше уделите внимание старшему сыну. Парнишка горячий и попал не в ту компанию. Не успеете образумить, попадётся на криминале. Остальное не вызывает тревог.

— Вячеслав. Говоришь, нет шансов? Ты ещё посмотри. Хочешь, дополнительно заплачу?

— Анастас. Я должен сказать прямо в лоб, что тебя на встрече могут убить? Не брат и не люди из твоей семьи. Чужие, но тебе хорошо знакомые. Уберут Вас и станут полноправными хозяевами отстроенного годами дела. Только без вопросов кто они и как зовут. Знаете ведь, личности никогда не называю.

— Даже так? — южанин задумался, но уже через пару минут на его лице сияла улыбка. — Разберусь, кто хочет подмять мою семью. И за сына возьмусь. Говорили мне, что он от рук отбился, но ничего, завтра же отправлю на родину предков. Пусть там по горам побегает, да деду Анзо поможет стадо пасти. Свежий воздух и физические нагрузки всегда помогают найти равновесие в душе. Я прав?

— В этом прав. Вы философ, Анастас. Мыслите в правильном направлении.

— Я не философ, а человек, выросший по закону предков. Знаю что такое хорошо и что такое плохо. Может это и крайности, но полутона не признаю. Спасибо, дорогой Слава. Буду думать, как дальше жить.

Мужчина чуть склонил голову и вышел из кабинета. С виду торгаш с рынка. Классический образец, только не для тех, кто знает, что Анастас закончил с отличием МГИМО и почти пятнадцать лет отработал в посольствах за границей, а в один прекрасный день оставил службу и занялся сельским хозяйством. Выкупил два еле живых совхоза и за десяток лет его предприятия стали образцовыми в стране. Сам не светился, директором был знающий человек, но всё было завязано именно на этом «торгаше».

* * *

— Вячеслав Викторович, закончили? — в кабинете словно привидение появилась Настя. — Как себя чувствуете? Может не сразу домой, немного отдохнёте?

— Спасибо, малыш, но, побеседовав с Анастасом, почувствовал, как силы прибывают. Всё в порядке, не беспокойся. Сколько у нас завтра?

— Завтра внеплановый выходной. Двоих, что были записаны, перенесла на послезавтра. Два дня по два человека неразумно, особенно после сегодняшнего. Так что отдохнёте.

— Лисичка, а почему ты без согласования со мной решаешь подобные вопросы? — увидел, что Настя старается отвести взгляд. — Что-то придумала? Рассказывай.

— Список клиентов и график работы веду я. Разве не так? Вы сами повесили на меня эту обязанность, куда входит определение времени приёма, количество клиентов. Их обзвон и составление краткой выдержки по каждому из доступных источников также моя работа. Поэтому Вы не правы — я ни на капельку не превысила свои служебные обязанности. Два человека в день, а Вы сами мне об этом неоднократно говорили, зря потраченное время. Если не хотите, чтобы занималась этим, скажите прямо. Буду каждый день по нескольку раз Вас дёргать, уточняя кого, сколько, на какое время, звонить или нет, согласовывать…

— Настя, остановись, прошу. Я прекрасно знаю, сколько времени и труда тратишь, выполняя свою работу. Хочешь вновь услышать, что мне очень повезло, что ты очень ответственная и твоя помощь неоценима?

— Хочу! — девушка дерзко посмотрела мне в глаза и, кажется, вся напряглась, ожидая ответа.

— Мне не сложно повторить. Повезло, что ты рядом и огромный пласт работы взяла на себя, только, малыш, согласись, всё это делаешь не бесплатно, получая зарплату, о которой многие могут только мечтать. Я не прав? Если да, скажи в чём не прав?

— Вы правы, — тяжёлый расстроенный вздох Насти, словно из неё разом выпустил воздух. — Только не надо меня попрекать зарплатой. Вы сами её установили, не слушая моих возражений. Я была готова и тогда, когда только начала Вам помогать, и сейчас работать бесплатно, потому что помню сколько сделали для меня и для… мамы. Если считаете, что переплачиваете за мою работу, могу вернуть деньги — не все, извините, но большую часть. Я Вам сразу сказала, что мне столько не надо. Если скажете, закрою счёт и верну.

Смотрел на вздрагивающее тельце и понял одно — бываю полным идиотом и сейчас глубоко обидел девочку. Ударил, не подумав, в самое больное место, в память о маме, которая для Насти была лучиком света. Подхватился и, сделав пару шагов, схватил девчушку, прижал к себе. Это, наверное, было спусковым крючком, потому что девочка через мгновение зарыдала и, как ни пытался, успокоить не мог. Наверное, все обиды на меня, все невысказанные слова сейчас сыграли свою роль.

— Настён, ну всё. Прошу тебя, успокойся. Извини меня. Сказал, не подумав. Глупыш ты самый настоящий. Зачем деньги складываешь в кубышку? Ты за последний год себе ничего не купила из одежды и косметики. Почему? У тебя фигура на загляденье. Сама красивая, глаз не оторвать, а ходишь в одном и том же.

— Вы сами… сказали, что… надо соблюдать… деловой … стиль, — через всхлипы и дёрганье, прошептала девушка. — Вы… это купили… сами. Я искала… подобное, но…. ничего не… нашла…

— Чудо ты моё в перьях. Зеленоглазка ты моя…

— Ваша? — из- под копны волос на меня уставились два огромных глаза. Недоверчивых, в тоже время в них было столько надежды, что скажу «да».

— А чья ещё? У меня ведь кроме тебя и нет никого. Даже не знаю, что со мной было бы сейчас, если тебя не встретил. Помнишь разговор на мосту, когда ты хотела сигануть в воду? Помнишь, что тебе сказал?

— Я всё помню. Вы мне сказали, что никогда нельзя отчаиваться. Вы мне тогда помогли совершенно бескорыстно. Просто так дали огромные деньги, чтобы могла купить лекарство для мамы и она… благодаря Вам, прожила не месяц, а почти полтора года… Потом пригласили к себе работать, чтобы в первую очередь поверила в себя. Занимались со мной вечерами, чтобы поступила в институт. Я… не знаю, как отблагодарить Вас за всё, что сделали для меня. Для нас… Не знаю. Мне становится страшно, когда думаю, что вновь могу остаться одна. Вы мой ангел-хранитель во плоти. Вы запретил говорить, но я люблю Вас. Сказала это два года назад и говорю сейчас.

— Малыш, — чуть отодвинул от себя девушку, чтобы видеть её глаза. — Ты удивительный человек, я сразу это понял. Сразу, как только увидел тебя на мосту. С разбитым сердцем, но с непреклонной решимостью довести дело до конца. Мне удалось тебя отговорить от необдуманного поступка, но не стоит благодарность трансформировать в чувства.

— Ты… Вы… Ты ничего так и не понял, — мне в грудь стукнули кулаком, и девушка вновь прижалась к груди. Тоненькая, хрупкая и очень уязвимая.

— Всё, хватит плакать. Приводи в себя в порядок и поехали домой.

— Хорошо. Через пять минут буду готова, — чуть сгорбившись, Настя отпрянула от меня и вышла из кабинета.

Глава 3

Настя оказалась великолепной хозяйкой. Когда доставили продукты, приняла, всё пересмотрела и, словно жила в моём доме долгие годы, безошибочно положила всё туда, куда сам кладу. Самое странное, увидев на кресле мой старый вытянутый свитер, схватила его в охапку и умчалась в комнату, которую отвёл ей на время пребывания. И через пару минут она уже в моём свитере, что ей был как платье, заканчивался чуть выше колен, металась по кухне, готовя ужин. Не стал акцентировать внимание, что брать чужие вещи без спроса нехорошо, но увидев её в свитере, понял насколько она домашняя и уютная. Женщина есть женщина и у неё в подсознании имеется своё понятие как выглядеть, чтобы и не спровоцировать мужчину, в тоже время и понравиться.

Ужин вышел на славу. Давно дома не ел приготовленную другим человеком еду, притом настолько вкусную. Не знал бы, что такого быть не может, мог подозревать Настю, что она долгое время подглядывала за мной. Что люблю есть, мои предпочтения. Какой прожарки мясо и картошка. Как мне нравится, чтобы был нарезан салат. Каким полит маслом. Я сидел и в голове панически метались мысли — ну не может быть такого, что меня настолько легко можно было «прочитать». А всё, что сейчас стояло передо мной на столе — было приготовлено так, словно сам это делал в минуты вдохновения. И девушка, что сидела рядом, ела мало, больше молчала, ожидая моего вердикта.

— Настён, — отложив приборы, дунул в сторону лица этого милого создания. — Посмотри на меня. — Увидев настороженный взгляд, как у дикого зверька, улыбнулся. — Ты превзошла все мои ожидания. Честно говорю. Всё сделано так, как сам делаю. Даже в деталях, в мелочах. Умничка. Порадовала. Только скажи, почему сама почти ничего не съела? Воспитание или контролируешь фигуру?

— Нет, точнее, да. Мама всегда сначала кормила отца, а сама ела позже, со мной.

— Подожди, — я совершенно случайно увидел её голые ноги. Блин, старый дурак, тапки не предложил. Хотя… — Подожди, я сейчас. — Ушёл в комнату и вскоре принёс и подал девушки длинные толстенные носки. Мне их подарили много лет назад, но размер был скорее на ребёнка, чем мой. Выкидывать такие вещи рука не поднялась, и вот пригодилось. — Одевай. Холодно босыми ногами по полу бегать. Теперь это твоё.

Если бы я сейчас вручил обручальное кольцо, думаю, Настя отреагировала более спокойно. Не знаю, что у неё было в голове, но глаза полыхнули и она, тихо поблагодарив, погладила шесть, втянула запах, а потом натянула на ноги. Улыбнулся — ей получились почти до колена, но размер стопы, удивительно, совпал на все сто.

Видя невысказанный вопрос в глазах, поспешил успокоить.

— Это не другой женщины. Такое бы никогда не предложил. Парни знакомые привезли с Севера. Только не знаю — случайно ошиблись с размером или специально подкололи, но на мой сорок четвёртый эти крохи никогда не натянуть. Вот и положил до лучших времён. Тёплые?

— Очень. И удобные. На ступне вязка в три ряда. Сложная работа.

— Ты и вязать умеешь?

— Да. Мама научила. Когда было плохо с деньгами, мы варежки и носки вязали на продажу. Ничего, прорвались.

Вот, оказывается, откуда бережливость и нежелание разбрасываться деньгами. Что ж, сделаем отметку на будущее.

— Прости, сразу не сообразил дать тебе тапки, хотя, честно говоря, у меня женских и нет, а в моих ты была бы как на лыжах.

Увидел улыбку, которую девушка пыталась тщательно спрятать.

— Настён. Ты уже напрыгалась и приготовила потрясающе вкусный ужин. Мытьё посуды за мной и не спорь, — протянул руки и аккуратно прижал палец к мягким губам. — Раз нас сейчас двое, то и работу надо делить пополам. Так будет правильно. К тому же хочу, чтобы и ты отдыхала. Девушка по имени Настя здесь не приглашённая домработница и не кухарка, а гостья, которую, честно скажу, в иное время не пригласил бы к себе в холостяцкую нору. Почему — сама знаешь. Смотри — можешь здесь посидеть, а можешь идти к себе и поваляться в кровати. Наверняка устала за день.

— Я с Вами… Если можно.

Чёрт!!! Когда взялся за посуду, увидел, что почти все кастрюли и сковородки, что использовала девушка для приготовления еды, она уже перемыла. Вдобавок вытерла насухо и убрала туда же, откуда брала.

— Ты это специально? — закончив с тарелками, обернулся к столу, где моя гостья на стуле словно свернулась в клубок. Сидела, пождав ноги, и казалась вообще крохой.

— Я сделала что-то не так?

— Настён. Кто тебя просил перемывать сковородки и кастрюли? Специально оставила одни тарелки?

— Простите, я так привыкла. Чего стоять без дела рядом с плитой, когда время можно использовать более целесообразно?

— Однако… И второе. Коль мы вынуждены некоторое время быть вместе, прошу тебя дома не называть меня по имени отчеству. Коробит, если честно. По имени, но без Стасиков и котиков, хорошо? На работе всё по-прежнему.

Видел, что девушка беззвучно хохочет. Подошёл ближе и сграбастал руками клубок, во что свернулась девушка, и отнёс в «её» комнату. Положил на кровать и прикрыл толстым тёплым покрывалом. Лёг рядом сбоку и обнял.

— Ты спрашивала, почему я сегодня нарушил свои правила и вмешался в реальность, помогая совершенно незнакомому человеку? Я обещал, что расскажу, поэтому лежи спокойно и слушай…

Рассказывал долго, почти час. Это за гранью события проносятся вихрем, а в реальности пришлось затратить много времени. Когда закончил, взглянул на лицо девушки. Кажется, все, что я говорил, она пропустила через себя. Встревоженная, взволнованная и напряжённая.

— Как спросил и на работе — что бы ты сделала на моём месте?

Не думал, что Настя ответит не сразу, а потом сообразил — в её голове эмоции ушли на второй план. Сейчас работал аналитический ум.

— Логичнее было бы нейтрализовать саму причину, после которой жизнь Ольги сменила вектор движения. Создать условия, при которых любовник женщины потерял власть в городском управлении, а лучше, чтобы вообще уехал отсюда навсегда. Меньше энергетических затрат, а вся неразбериха вокруг клиники Ольги через некоторое время сошла бы на нет сама собой. Приблизительно через полгода. Второй вариант, если брать за основу, что человек доведён до отчаяния, можно было бы надавить на того мужчину, чтобы дал признательные показания в своих поступках — отозвал претензии и остановил проверки. Что в одном, что в другом случае результат был бы приблизительно одинаков.

— Может ты и права, — после раздумий, прокрутив варианты, предложенные Настей, даже немного расстроился. Я сделал, что, на мой взгляд, было нужно, но чего можно было избежать и буду за это расплачиваться. То, что было в офисе, ещё цветочки. Основное получу, зная по прошлому опыту, сегодня ночью. К тому же девчонка будет рядом. Надо ей видеть, как меня будет выворачивать наизнанку несколько часов подряд, когда хочется не выть, орать что есть сил от боли во всём теле? И сейчас ничего не остаётся делать, как предупредить малышку. Испугается до смерти, когда увидит меня такого.

Рука, на которую опирался, давно затекла, уже не чувствовал, лёг на спину.

— Настя. Прости, что втянул тебя в свои проблемы, но это даже не самое страшное. То, что со мной было в офисе, это лишь слабая первая волна отката за вмешательство в реальность. Сегодня ночью, может и завтра утром мне будет очень плохо. Прошу об одном — не пугайся, если я буду стонать или выть. Понимаю, дурацкие слова, но это лишь внешние признаки. Прошу — не входи в мою комнату. Не хочу, чтобы видела меня настолько беспомощным и больным. Помочь ничем не сможешь, а вот я, от сознания, что ты рядом, буду сдерживаться и мои мучения лишь продлятся.

— И так каждый раз? — краем глаза увидел, что девушка, скинув одеяло, повернулась на бок, лицом ко мне. — И всё равно вмешиваешься, когда можно этого избежать? Хотя чего спрашиваю, когда знаю тебя, наверное, уже лучше, чем ты. Удивлён? Слава, вспомни, ты ко мне прикасаешься в перчатках или нет? Без них. Удивишься, но и я тебя научилась чувствовать. Ты ещё не вошёл в приёмную, а я знаю какое у тебя настроение и даже слова, которые приготовил для меня. Наверное, твой дар действует в обе стороны с человеком, с которым рядом проводишь долгое время. Кроме того, я… нет, рано об этом говорить. У тебя дома есть снотворное и обезболивающее? Если да, прими перед тем, как ляжешь в постель. Если нет — сбегаю в аптеку и куплю что надо.

— Всё есть. Думаешь, поможет? — спросил, внезапно понимая, что рядом не наивная девочка, а умудрённая жизненным опытом женщина.

— Всяко легче будет перенести первые приступы. Слава, время позднее. Пора тебе принять душ и ложиться. Или я буду первой?

— Давай ты. Пойдём, у меня есть запас новых зубных щёток и дам банное полотенце. Не волнуйся. Совершенно новое.

— Ты так говоришь каждой своей женщине? — за моей спиной раздался совершенно спокойный голос, в котором не было ни капли ревности.

— Ошибаешься. Я никогда в этой квартире не оставлял женщину на ночь. Это моё правило, которое с твоим приходом было нарушено. Но ты — это совсем другое дело. Ты даже не… Прости, не туда завернул.

Настя приняла душ, вслед за ней пошёл и я. Удивительно, запах девичьего тела словно впитался в стены ванной. Волнительный тонкий запах, который совсем не был духами — девушка очень редко пользовалась парфюмерией. Почему, не знаю.

Перед сном выпил таблетки и почти мгновенно выключился.

Проснулся, почувствовав, как на грудь словно положили камень. Тяжело, не вздохнуть, но через секунду осознал, что это Настя. Открыл глаза и увидел два зелёных глаза. В полной темноте они, казалось, светились изнутри.

— Настя, мы же договорились, что…

На мои губы легла лёгкая нежная рука.

— Мы оба любим друг друга. Не спорь, что это не так. Ты сильный красивый мужчина, в которого молодая девчонка влюбилась сразу. Я хотела тебя давно, но знала, что девчонка в пятнадцать-шестнадцать лет для тебя табу, но я дождалась — мне восемнадцать. Совершеннолетняя. Имею полное право распоряжаться свое судьбой и телом. Хочу, чтобы ты был тем мужчиной, кто меня инициирует, кто сделает женщиной. Я люблю тебя, мой избранник. Думаешь, забыла, что у тебя сегодня день рождения? Прими меня как подарок. Закрой глаза и молчи. Я всё сделаю сама. Если бы знал, как я мечтала об этой ночи…

Так и не понял что было — сон или реальность, но если не сон, я, кажется, сошёл с ума. Бедная девочка, что мы с ней только не вытворяли. Ночь, полная безумства и страсти…

- -

Когда проснулся, в кровати был один. Только встав, понял, что мне это не снилось. Я, старый идиот, сделал то, чего боялся последние годы. Умом понимал, что инициатором был не я, но сейчас чего говорить, когда всё случилось и… остановился как вкопанный. Откат. Его не было. Я вообще ничего не почувствовал кроме… Вот, опять мысли совсем не те.

Снял испачканное бельё, заменил новым и застелил постель. Прошёл на кухню и сделал кофе. Себе и моей женщине. Наделал бутербродов и пошёл в комнату, где спала девушка. Её там не было. Услышал шум и зашёл в кабинет. Я туда никогда не пускал посторонних, потому что книги, что стояли на стеллажах, могли вызвать вопросы у обычных людей.

— Доброе утро, любимый. Проснулся? Как себя чувствуешь?

Настя стояла посреди кабинета совершенно голая, спиной ко мне, но её это совсем смущало. Впервые увидел её такой, в первозданной красоте. Эта чертовка притом встала так, что посмотрев в большое зеркало, видел её и спереди. Юное создание, но потрясающей красоты. С такой можно писать картины.

— Нравлюсь? — девушка так и не обернулась.

— Безумно.

— А такой?

Не понял что произошло. Показалось, что Настя крутанулась вокруг себя, но сейчас на полу у своих ног увидел трёхцветную кошечку. Совсем молодую, но пушистую и безумно милую. Я не особый любитель животных, но эту кроху подхватил на руки и поднёс к лицу. Захотелось потискать и прижать к себе. Почувствовать маленькое тельце. Глаза. Зелёные глаза, в глубине которых сверкали искорки. Кошечка лизнула меня в нос и жалобно мяукнула. Догадался, что надо опустить на пол. И почти мгновенно вместо кошки вновь передо мной стояла Настя.

— И кто из нас лучше?

— Ты в обеих ипостасях прекрасна, малышка. Только может, оденешься? Хоть и лето, в квартире прохладно.

— Успею, но прежде ты ответишь на вопрос, а потом сам согреешь. Скажи, откуда у тебя эти книги?

Девушка, пройдя вдоль шкафа с древними фолиантами и рукописями, рукой провела по корешкам и те книги, которых она касалась, на мгновение вспыхивали разными цветами.

— Кто ты, Настя? Ведьма или оборотень?

— Ведьма в последнем поколении. Моя мама была лишь сосудом знаний, которые ей передала бабушка. Ту живой не застала, а вот дар её передали. Слабый, тем не менее. Я пока ничего не умею и не знаю с чего начать обучение, но, думаю, ты мне поможешь. И так. Кто ты? Что не шарлатан и не экстрасенс, давно знаю, иначе ты не имел такую энергетику. Колдун? Белый колдун? Ведьмак?

Мне не нравилось, как девушка со мной разговаривала. Чуть ли не в приказном тоне. Куда девалась её застенчивость и та милота, которая меня подкупала? Сейчас передо мной стояла хоть и юная, но женщина с жёстким характером.

— К чему вопросы?

— К чему? — Настя подошла ко мне вплотную. — Ты, мой избранник, не только лишил меня девственности, но и инициировал. Я знала, что так произойдёт. Ты, естественно, знать этого не мог. Вопрос не праздный. Я прежняя, но и новая и только узнав, кто ты есть, решу нашу дальнейшую судьбу. Я могу остаться лишь с одним. Если другой — уйду из твоей жизни навсегда. Прости, физически не смогу быть с тобой рядом. Это не моя прихоть — так заложено в генах.

— А сама что чувствуешь? Можешь остаться или нет?

— Сейчас, как и ещё приблизительно сутки, моя нервная система перестраивается, не могу её полностью контролировать. Сегодня ночью для меня многое изменилось. Скажи, Вячеслав, к какому клану ты принадлежишь?

— Клану? — я рассмеялся. — Знаешь, создаётся полное впечатление, что попал в параллельную Вселенную, населённую колдунами и ведьмами. Боюсь теперь обернуться и посмотреть что за спиной — вдруг в доме есть домовой, а мою постель поправляют феи, одна другой краше, но не особо расстроюсь, если ко мне никогда не прилетит дракон и не отложит в кабинете яйца, за которыми придётся ухаживать пару сотен лет.

— Прошу тебя ответить на заданный вопрос, а не превращать всё в балаган.

— Тогда позволь и мне задать вопрос. Ты всё подводишь так, что я напал на тебя, бедную и несчастную и лишил невинности. Ответь честно. Кто был инициатором? Насколько понимаю, не я. Просто одна красивая девочка воспользовалась моментом и залезла в кровать к мужчине, который вообще-то был под действием сильной дозы снотворного. Сама всё сделала и сейчас меня обвиняешь?

— Я тебя ни в чём не обвиняю. Да, я была инициатором, потому что то, что было предначертано судьбой и Богами, должно было осуществиться. Только намного раньше, Вячеслав. Ещё два или три года назад, если бы не твои устаревшие моральные устои. Кто ты?

— Ладно, скажу, а то не отстанешь. Я последний из рода Велесов, волхв, хотя и не полноценный, потому что меня, в отличие от тебя, не инициировали. Некому это сделать, увы. Кроме меня и сестры, которую ты видела, другой родни не осталось, как и не осталось больше на русской земле Повелителей судеб. Извини, большего о себя рассказать не могу.

— Этого достаточно. Я чувствую, что ты сказал правду. Прости, последняя проверка.

Из сложенных вместе ладоней вылетала крохотна искорка, которая, немного не долетев до моей груди, беззвучно взорвалась целым фонтаном разноцветных огней.

Настя сначала медленно опустилась на одно колено, потом на оба, а через мгновение опустила голову, уткнувшись в пол и в позе мольбы протянула ко мне руки.

— Ты тот, с кем я могу быть рядом. Быть опорой и защитником. Скажи, какой ты хочешь меня видеть?

— Во-первых, поднимись с пола. Холодно. Что кается вопроса — хочу видеть прежнюю Настю. Девушку, с которой меня связывает очень многое.

— Хорошо, это сделать нетрудно, но тебе придётся общаться и со мной. Хотя бы раз в неделю. Моё второе имя Мурана. Позови и я стану ей.

— Я запомнил. Заключён договор. А теперь, коль всё решили, может пойдём на кухню и позавтракаем? Только придётся сварить новый кофе — тот, что сделал, уже давно остыл.

Говорил, а всё это время не сводил глаз от Насти и заметил, что та на какую-то долю секунды вздрогнула всем телом. Поднялась с пола и её плечи безвольно опустились. Ещё секунда и она бы упала, но успел, сделав шаг, подхватить на руки. Отнёс девушку и положил на кровать в гостевой комнате.

— Прости меня, Слава. Не думала, что выпущу на свободу то, что было во мне с рождения. Я мечтала быть с тобой, но не могла даже подумать, что ночь моего счастья обернётся и таким кошмаром. Честно скажу — не думала, что инициация пройдёт вместе с… Прости.

Смотрел на вздрагивающую от молчаливых рыданий девушку, но как ей помочь, увы, не знал. Не знал или не знаю?

— Настя. Скажи, где сейчас твоя вторая половина?

— Рядом. Теперь мы всё время будем одним целым. Если бы можно было всего этого избежать.

— А ты хотела бы этого?

— Она этого не хочет.

Настин голос, но совсем другие интонации.

— Мы, кажется, договорились, что пока тебя не позову, будешь сидеть в самом дальнем и тёмном углу? Хочешь ритуал изгнания?

— Ты не способен провести этот ритуал в одиночку без риска убить носителя тела. Попробуй, если отважишься, а я посмотрю.

— Не только попробую, а и проведу, если ты не заткнёшься. Мурана, ты уже нарушила договор. Ещё появишься дважды без разрешения, тебе ничего не останется, как навсегда покинуть это тело, да и мир, в котором находишься. Я Закон Равновесия знаю, а ты? Три предупреждения и мне не придётся проводить какие-либо ритуалы. Мы заключили договор, помнишь? Сама не уйдёшь, призову Велеса. Замолчи и уйди.

— Ты мне угрожаешь? ТЫ? Недоучка. Знаешь, что могу с тобой сделать? Ты, мелочь, даже не спросил кто я такая. Я…

— Заткнись, убогая. Это второе нарушение закона. Я, следуя положениям Закона, предупредил, чтобы ушла. Ты ослушалась. Приказываю — замолчи до поры, пока не вынужден буду призвать Высшего.

— УБОГАЯ? Как ты смеешь со мной так разговаривать? Ты, ничтожество? Призывай, — раздался истерический хохот, и девушка затряслась словно в припадке. Настя, вывернувшись из моих рук, соскочила с кровати, встав с другой стороны. Абсолютно чёрные глаза, в которых плескался мрак. Девушка стала меняться и меня это, если честно, напугало. Тоненькая девчушка на глазах превращалась в женщину с рельефной мускулатурой. Кажется, даже стала выше ростом, но я знал, что у меня ещё есть в запасе минимум пять минут. Когда был маленьким, присутствовал на ритуале изгнания ведьмы, который проводил папа. Тогда, восьмилетним мальчишкой очень испугался, но дядька Пётр, который был рядом, погладил меня по голове, успокаивая, сказав самое сокровенное, что я запомнил на всю жизнь — Наш прародитель и учитель, наш кровный родственник, Велес, всегда рядом с каждым из своих детей. Призови его всем сердцем, и он не откажет, поможет в борьбе с тёмными силами.

— Ты нарушила правила Договора третий раз, пошла против своего владетеля. Именем Закона приказываю тебе покинуть не только временное пристанище, а и этот мир.

Закрыл глаза и ушёл за грань. Осталось одно — звать на помощь своего прародителя, но чем это могло закончиться, совершенно не представлял. Настя… могла не выжить, но то, что сейчас видел перед собой — это было абсолютное зло и даже появилась догадка, что это и не ведьма вовсе, а нечто бо́льшее. То, что давным-давно ушло за пороги нашего мира. Уже множество веков её не призывали и те места силы, где она могла появиться в истинном виде, забыты людьми…

Меня вернули в реальность совершенно бесцеремонно — схватив за воротник и оттянув подальше от кровати. И кто? Древний стрик во вполне стильном современном костюме.

— Малыш, не мешайся под ногами. Иди к себе… на кухню, да свари новый кофе. Кажется это ты хотел сделать? И про меня не забудь.

Хотел открыть рот, чтобы попросить заступиться за девушку, но не смог издать ни звука. Губы было не разжать, не то, что языком провернуть.

— О девчушке не беспокойся. Она хорошая, светлая душа. Будет тебе добрым союзником по жизни. Иди, — и меня непонятной силой вынесло в коридор, а дверь закрылась сама собой.

Постоял около закрытой двери пару секунд, попытался прислушаться, что творилось внутри, но в гостевой царила тишина. Смешно — помимо воли ноги сами понесли тело на кухню и только там, у плиты, вновь обрёл способность чувствовать себя полноценным человеком.

Сварил кофе, но по чашкам разливать не спешил — откуда знал, сколько времени продлятся разборки между высшими силами. Ошибся — ожидание не затянулось надолго. Минут через пять старик вышел на кухню и, предварительно аккуратно выдвинув стул из-за стола сел, откинувшись на спинку.

— Давай уж наливай. Притомился я сегодня. Давненько не прыгал на дальние расстояния.

— Простите, что и угостить особо нечем. Вот, бутерброды хотите? — поставил тарелку на стол и налил в чашку кофе. — Сахар по вкусу.

— Белая смерть, как говорят твои соплеменники, — хихикнул дед и положил в чашку пять или шесть ложек сахара. — Кому смерть, а кому радость. Ты вот что, милый. По работе особо не усердствуй. Прошу как своего дальнего родственника. Знаешь ведь как бывает — одни строят, другие разбирают. Ты тоже не городи что попало, а то, порой, устают за тобой поспевать, приводя в порядок судьбы людей. Мне нравится, что помогаешь людям, продолжай это делать, но не усердствуй с вмешательством. Там поправил, там добавил, сделав одному хорошо, а что сотне-другой из-за этого плохо станет, не думал?

— Почему не думал, думал, — я сел напротив и охреневал от того, что вот так, дома, могу за чашкой кофе пообщаться с божеством. Понятно, давно ушедшим из нашего мира, но от этого не потерявшего могущества и сил. Кажется, сейчас вокруг всё скрипело и дрожало — такие здесь были энергопотоки. — Только я не в силах обозреть широкий радиус своего влияния. Одному могу помочь, но сил не хватает, да и опыта, можно сказать, нет.

— Книжки умные читай, да перечитывай — вон их сколько стоит у тебя в шкафу, а что практики не хватает… подумаю над этим. И ещё, малыш, уж прости, что так тебя называю, но для меня ты именно малыш… Ты бы с местью своей заканчивал. Понятно, русичи испокон веков кровную обиду не прощали, но ты уже далеко зашёл. Понимаю твою боль от потери близких, но прошу, остановись. Или хотя бы сделай перерыв. Ты ведь сам призываешь на свою голову проклятия тех, кто потерял своих родственников. Знаешь сколько их? Очень много. Да и казённые люди не дураки — поняли, что четыре случая это уже система. Копают, ищут зацепки, но порадую тебя — ничего не найдут. Что касается сестры твоей, тут совета не дам. Знаешь почему? Она столько всего перенесла в жизни и столько людей погубила своими руками, что её и за человека считать нельзя. Она и не умертвие ещё, но и души человеческой в ней давно нет. Видел я, что ты поставил ей напоминания, но поверит не тебе, а тому, кто ей жизнь испортил. Она боготворит своего названного отца, своего любовника с молодых лет, кто испортил её физически и морально. Ты для неё лишь ступенька, которую надо перешагнуть, чтобы стать сильнее. Уберёшь сестру с жизненного пути, как это не ужасно звучит, слова плохого не скажу, а вот за других прошу — пока не трогай. Ты сполна расплатился за свою родню.

Старик замолчал и сделал паузу, чтобы выпить кофе и съесть бутерброд.

— Да… — он неодобрительно покачал головой, — плохие у Вас продукты, не то что были раньше, но не принимай обидные слова к себе лично. Знаю, даёшь лучшее. — Улыбнулся, видя мой взгляд. — Вижу, о чём хочешь спросить, но боишься. Девонька твоя жива и здорова. В душе тьмы от второй половины не осталось, не беспокойся, только прости, в изначальное состояние привести её не могу. Раз обернувшись, тело человека и душа помнит другую ипостась. Так что не удивляйся, ежели утром вместо своей красавицы увидишь рядом кошечку. Хотя она тебе и в таком виде понравилась. Повезло тебе, сынок — доброе сердце у твоей избранницы. Она даже за ту, кто исковеркать её хотела, вступилась. Что ещё скажу, не теряй девочку. Поверь, лучше не найдёшь, а коли обидишь, будешь долго мучиться, но не вернёшь. Она не богами тебе дана, а приведена судьбой. Не спрашивай как, со временем догадаешься. Сейчас спит, скоро очнётся, вот и закрепи с ней союз. Накорми, напои, к сердцу прижми и скажи слова заветные. Сердце женское на такое быстрее откликается, нежели на подарки и деньги. Что ж, малыш. Спасибо за угощение, а мне пора. Запомни, мой далёкий родственник, последний из нашего великого Рода. Сделай так, чтобы он не прервался, а я… всегда буду оберегать тебя. Не бойся, когда будет трудно, призвать. Мне это не в тягость, в радость. Будь счастлив, малыш.

Старик поднялся и, протянув руки над столом, положил на мою голову, а через мгновение исчез.

- -

Зашёл в комнату к Насте. Спит под одеялом, свернувшись в клубок. Милая до невозможности. Хотел уже выйти, как девушка проснулась и без слов протянула ко мне руки. Подошёл ближе и сел на край кровати.

— И снова доброе утро, милая. Всё плохое закончилось?

— Да. — Настя, не отрываясь, смотрела мне в глаза. — Всё, что было утром, это была не я.

— Я знаю. Мурана. Ведьма, кто в тебя подселился.

— Нет, ты не прав. Это была сама Морена. Богиня, которая покровительствует ведьмам. Я почувствовала, какая она сильная и могущественная. Это сейчас, а представляешь, какими были боги, когда здесь имели силу? Когда им поклонялись люди? Сейчас они далеко, но всё равно стараются не терять связь с нашим миром. Пока о них помнят, они всегда будут с нами.

— Настён, с этим понятно и хорошо, что я больше не вижу вместо тебя, милой нежной девчушки, грозную ведьму. Ещё что скажешь?

— Скажу, что ни о чём не жалею. Ты меня сделал счастливой, потому что оказался именно таким, каким представляла тебя в самых смелых снах и фантазиях. Слава, я ни на что не претендую, это главное, что хочу тебе сказать. Не знаю, но мне кажется, если будем продолжать жить как раньше, для нас это будет лучше. Если найдёшь себе другую женщину, слова не скажу. Ты свободный человек и я хочу, чтобы и дальше чувствовал себя также.

— Странно слышать подобные слова от девочки, только-только перешагнувшей порог совершеннолетия.

— Я повзрослела за последние сутки и увидела столько, что даже не укладывается в голове. Словно в сказке побывала.

— Только о таком, сама понимаешь, рассказывать никому нельзя. Не потому, что на нас обидятся Высшие, а потому, что решат, что ты врунишка. Я, между прочим, сегодня тоже в первый раз встретился с тем существом, которому служу всю свою жизнь. Велес, если верить родственникам, мой далёкий прародитель.

— Можно спросить? — Настя вся сжалась под одеялом и даже натянула его по самые глаза. — Тебе правда понравилась… кошка? Мне сказали, что иногда буду оборачиваться и не по своему желанию. По крайней мере, пока не научусь себя контролировать.

— Очень понравилась. Маленькая, трёхцветная, очень милая. С такими же красивыми глазами как у тебя. Главное, чтобы в лоток приучилась ходить, а не назло хозяину писала в его обувь.

— Кошки всегда чувствуют настроение людей и отношение к себе. Поэтому если не будешь обижать, писать не будет.

— А я тебя когда-то обижал? Хоть раз?

Настя, совершенно не стесняясь наготы, скинула одеяло и, обняв за шею, прижалась, сев мне на колени.

— Ты добрый и заботливый. Разве могла бы полюбить другого? Нет, никогда. Скажи, я… привлекательна как женщина? Знаю, что худая и грудь у меня маленькая.

— Настён. Ты сейчас это специально? Я же мужчина. Думаешь, могу быть равнодушным, когда у меня на коленях сидит само совершенство? Ты в самом деле ведьма.

Вообщем, понял, что кофе надо будет варить снова…

- -

День пролетел совсем незаметно. Даже не думал, что Настя такая… ненасытная. И только к шести вечера, когда и было надо, взял эмоции под контроль и прошёл в кабинет, чтобы помянуть моих родных. Девушка была рядом, но когда поняла что происходит, вся её весёлость исчезла. Стояла рядом и молчала. Только когда потушил свечи по количеству погибших, робко спросила.

— Они погибли в день твоего рождения?

— К сожалению, получилась именно так. Поэтому никогда не праздную эту дату. Для меня это день скорби и памяти. Радоваться тут нечему. Тридцать лет назад, в шесть вечера, мои родители вместе с папиными братьями и их жёнами ушли из жизни.

— Расскажешь, как это произошло?

— Нет! — Грубо отрезал, но сразу понял, что девочка не виновата. Она подумала, что, рассказывая, мне станет легче. — Прости за резкость. Не хочу, чтобы ты знала то, из-за чего можешь пострадать в дальнейшем. Мои близкие не умерли своей смертью. Их убили.

— Это твоя сестра? — Настя поднесла палец, но не коснулась фотографии. — Вы очень похожи. Я на это обратила внимание ещё в офисе. Только ты более мягкий, а она… жестокая. Словно в ней нет души. И она… словно неживая.

С удивлением обернулся и посмотрел на девчонку. Это ж каким надо обладать чутьём, чтобы повторить слова Велеса. Странно. А может она прогностик? То, что из неё удалили ядро ведьмы, не означает, что в душе ничего не осталось? Провести эксперимент? Тогда придётся приоткрыть часть правды.

— Родители у тебя красивые, особенно папа. Ты на него похож, — и через мгновение вопрос, который меня поставил в тупик. — Слава, а могила? Кресты с номерами, если не ошибаюсь, ставят на могилы заключённых? Восемь номеров… Получается, шесть взрослых и двое детей… Но… ты жив и сестра твоя тоже. Почему так?

— Долгая история. Мой папа и два дяди — это были последние волхвы на Руси, умеющие влиять на судьбы людей. Их жёны были Служительницами, тоже обладали даром, но не были такими сильными как их мужья. Сама понимаешь, оставлять таких людей без внимания руководство страны не могло. Хотя не само руководство, а те, кто обеспечивает безопасность. Вот некие люди и решили, что будет лучше, если особенных людей изолировать и заставить выполнять те задачи, которые нужны для страны.

— Убивать неугодных? — с испугом прошептала Настя и закрыла рот рукой.

— Не обязательно убивать. Можно изменить судьбу человека настолько, что он из ярого врага станет преданным соратником. Мои, после месяца предварительно заключения, отказались. Их не отпустили, а силой повезли туда, где надеялись, что смогут заставить делать то, что прикажут. И были на то веские основания. Двое детей, через которых можно сломать родственников, разве мало?

— Тебе удалось вырвать? Сбежал?

— В общих чертах так, но при этом все остальные погибли. Думал, и сестра тоже, но, как оказалось, судьба её уберегла. Только не знаю, повезло ли. Её усыновил человек, который и отдал приказ на арест моей семьи. Как совсем недавно выяснилось, растлил её в раннем возрасте и сделал своей душой и телом. Сломал психику и вместо реальных воспоминаний вложил в голову ложную информацию. Сейчас моя сестра является продолжателем дела так называемого «отца». Недавно, узнав, что я выжил, решила меня, так сказать, приобщить к великому делу борьбы с врагами России. Первый раз, когда тебя отослал с Михаилом, явилась в офис с поддержкой сотрудников службы охраны, ФСО. Почему не со своими волкодавами, не знаю. Может, хотела покрасоваться перед коллегами, что способна в одиночку провернуть большое дело. Я ее, грубо говоря, послал, сделав вид, что не знаю и никогда не встречал. Вторая встреча была вчера. Что произошло — видела сама. Она не хотела меня убить, поскольку воспользовалась, точнее, пыталась воспользоваться инъектором. Думаю,где-то неподалеку были её люди. Не она сама бы меня тащила до машины. Теперь вопрос к тебе. Каковы будут её дальнейшие планы? Как будет действовать? Одно радует — я подстраховался и свою маленькую помощницу смог обезопасить, а это была единственная уязвимая точка, через какую могли воздействовать на меня. Вполне вероятно, что они знают, где я живу и что ты рядом со мной. Забыл уточнить. Меня воспитал и усыновил совершенно чужой для всех человек. Дал мне свою фамилию. Имя и отчество тоже не те, что были даны родителями, но к ним привык и давно считаю своими. Сестра носит фамилию родителей. Между прочим, узнав об этом, был удивлён. Сможешь выдать прогноз? На ближайшее время и на более длительный период времени?

— Сразу нет, хотя базовая информация есть. У тебя найдётся лист бумаги и карандаш?

— Конечно.

Через несколько минут Настя ушла к себе в комнату, попросив её не дёргать, и появилась на кухне, когда я уже готовил обед.

— Справилась? — улыбнулся, взлохматив проходящую мимо девушку.

— Очень много неизвестных, которые могут повлиять на результат.

— Всё правильно. Мы каждую секунду, не то, что минуту меняемся, поэтому планировать будущее даже на месяц вперёд гиблое дело. И всё же. Прости, но интересно чем ты занималась столько времени.

— Высчитывала вероятность тех или иных событий.

— В смысле высчитывала? Ты увлекаешься астрологией?

— Нет. Гороскопы не составляла. Здесь совсем другой принцип. Слышали о математическом вычислении для прогнозирования будущего? Экстраполяция, модели временных рядов, причинно-следственные модели? Три года этим увлекалась, а потом забросила. Возможный вариант расчётов часто не совпадал с реальностью на величину до десяти процентов, а это очень много. Хотя некоторые расчёты оправдались на сто процентов. Только не спрашивайте какие, это очень личное.

— Ты опять со мной на Вы? Хорошо, что три часа назад не называла по имени отчеству. Для меня подобное было бы сродни шоку.

Настя оторвала глаза от записей и посмотрела на меня ТАК, что сердце застучало чаще.

— Могла бы и сказать. Трудно переключиться и всё до конца осознать. Голова и так кругом идёт, мысли скачут как сумасшедшие. Столько лет мечтала о несбыточном, а оно раз, и осуществилось. До сих пор поверить не могу, что я… мы…

— Малыш. Успокойся, не заводись. Так что с твоим прогнозом?

— Может мне чем помочь? Неловко сидеть и ждать когда накормит мой начальник.

— Настя, ошибка. Здесь я тебе не начальник, а в первую очередь близкий друг и твой мужчина. Отмечу, не равнодушный к тебе.

— Мог бы и не добавлять, — девушка тихо рассмеялась и лицо её посветлело. — Не знаю как другие женщины, я чувствую тебя очень хорошо и внутренне состояние приносит двойную радость. Ладно, что могу сказать по делу. С вероятностью в семьдесят два процента Ольга, когда выйдет из больницы, покинет наш город и уедет в Москву, но девяноста шесть процентов, что от идеи привлечь тебя к своему делу не откажется. Следующий заход сделает весной, но подкрепив слова уже чем-то веским. Не смогла понять, что у неё будет — документы или что-то другое. Тогда же, ориентировочно конец марта и до начала мая, тебя попытается подчинить один из её коллег. Или подручных, не знаю. Женщина. Старше тебя. Вероятность благополучного исхода равняется семидесяти девяти процентам. Я говорю о том, что у визитёра ничего не получится. Но двадцать один процент отрицательного — это очень много. Командировки и выезды в другие города после Нового года делать нельзя — отрицательная планка выше девяносто семи процентов. Покушение, захват — может быть что угодно. За тобой следят, и наблюдение ещё долго не снимут. Будут провокации. Первая — конец сентября, начало октября. Вторая — перед Новогодними праздниками. Дальше просчитать не успела, но вероятность такого резко увеличивается. Весной — снова женщина. Обвинит в сексуальном насилии. Ближе к лету расчёты показали сразу двоих, хотя знаю, что ты приём ведёшь строго индивидуально. Всё будет организовано твоей сестрой. Сейчас её мысли направлены на одно — не отомстить, а любым путём привлечь тебя к своей работе, потому что следующим летом у них запланирована серьёзная акция, в которой ты должен сыграть главную роль. Там вообще планы под тебя рассчитаны на много лет вперёд.

— Прости что перебиваю. Скажи, ты в самом деле это смогла высчитать математически? Ничего от себя не придумала?

— Не видела смысла. Вокруг тебя и так неспокойно. Знаешь, сколько недоброжелателей, кто желает, чтобы ты навсегда исчез? Сколько тщательно отрежессированных планов рухнуло, когда люди, что посетили тебя, изменили ход событий? Это как с костяшками домино — урони одну, повалятся остальные. Ты, Слава, даже не меняя ход судьбы одного человека, просто подсказывая ему варианты, как мне кажется, не задумываешься насколько много людей потом оказываются вовлечены в эту лавину. Касаешься критических точек, рассказываешь, что может произойти, а дальше уже ничего от тебя не зависит — что-то выстраивается и работает лучше, чем было, но чаще идёт поток, смывающий всё на своём пути.

— У тебя хорошо развито образное воображение. Лавина, поток. Настенька, я помогаю конкретным людям, это так, но приди ко мне бандит или наёмный убийца, я точно также подскажу им, как прожить дальше. Не буду учить жизни и морали, а подскажу, где их поджидает беда. Что будет дальше — здесь всё зависит от конкретного человека. Кто послушает совета, изменит себя, проживёт дальше, а кто будет уверен в своей правоте, считая себя самым умным, что же, вольному воля…

— Ты сказал Настенька таким тоном, невольно вспомнила фильм о Снегурочке. Настенька… — девушка рассмеялась. — Ты… в самом деле как тот Дед мороз.

— Ну, не Дед Мороз, у меня не такой красный нос, но маленьким девочкам стараюсь в меру своих сил помогать. Чтобы не попали в беду. Прости, снова глупость сказал. Лучше скажи, как себя чувствуешь?

— Малолитражкой, которую несколько раз переехал танк. Ой, прости, я совсем не то хотела сказать. Слава, прости-прости-прости…

— За что тебя прощать, малыш? Это я, старый дурак, совсем голову потерял. Всё, к этому вопросу больше не возвращаемся.

— Слава, можно тебе задать нескромный вопрос?

— Если о женщинах, скажу как есть. Я люблю свободу. Привык к ней за много лет и не мыслю, чтобы меня в чём-то ограничивали. Что касается просто… встреч, я со своей работой выматываюсь так, что о другом забываю. Спросишь когда? Не поверишь, не помню. Давно. Точно не в этом и не в прошлом и даже не в позапрошлом году. Может тебе это и покажется странным, но каждый мой уход за грань требует полной отдачи. Считай это своего рода искусственным заменителем секса. Слушай, давай уйдём от той темы. Неловко себя чувствую.

— Ты даже покраснел. Хорошо, не будем. Спасибо, ты ответил на все мои вопросы. Теперь понятно, почему ты такой неисто… ой, прости. Всё, продолжать не буду. Давай чем-нибудь помогу. Слава, мне в самом деле неудобно, что крутишься у плиты, а я сижу как королева.

— Сиди, королевна, точнее принцесса, я почти закончил. Ещё пять минут, и будем обедать. Да, малыш, что попрошу. Напиши, пожалуйста, на бумаге всё то, о чём говорила. По пунктам и временными отрезками. Про сказанные проценты тоже не забудь. Если понадобится бумага — на столе в кабинете целая пачка. Если хочешь, можешь набить текст на ноутбуке.

— А можно в твоём присутствии посмотреть твои книги? Я буду очень аккуратна. Я сейчас вспоминаю, что Морена очень удивилась, увидев некоторые древние рукописи. Она была уверена, что те давно утеряны и забыты.

— В моём присутствии можно, а без меня, прости, нельзя. Не из-за того, что уронишь или разорвёшь. Даже читая про себя текст некоторых книг, можно привлечь на себя большие неприятности. Есть такие книги, которые сам беру в руки с большой осторожностью. К тому же много рукописей не написаны привычным или старославянским текстом. Ты всё равно ничего не поймёшь. Хорошо. Знаю, не успокоишься, пока сама не увидишь. После обеда небольшой перерыв, а потом покажу тебе самое ценное и интересное. Это ведь не я собирал, осталось по наследству от родителей. Там ещё та история была. Будет интересно, расскажу.

— Конечно интересно.

— Другого ответа и не ожидал, — и рассмеялись оба. — Так, лапки помыла? Я буду подавать, а ты расставляй тарелки.

* * *

— Пузик у котёнка крошечный, а сил для игр требуется много… — сказал и улыбнулся, глядя как Настя, словно не ела месяц, сметает всё с тарелок. Некоторые, увидев, что не смотрю, украдкой облизала.

Увидев мою улыбку, стушевалась и немного покраснела.

— Малыш, не стесняйся. Я не рад, счастлив видеть, что ешь с аппетитом и тебе нравится моя готовка. Старался угодить, чего уж там скрывать. Твоя оценка?

Девушка посмотрела на меня осоловевшими глазами и, кажется, не сразу поняла, о чём её спросил.

— Безумно вкусно. Знаешь, мне даже не по себе стало, когда поняла, что мы готовим одинаково. Словно и тебя и меня учила моя мама. Так не бывает, но сегодня я вообще уже ничего не понимаю и перестала удивляться. Кто тебя учил готовить?

— Не поверишь, больше сам учился, но у плиты стою очень редко. Наверное знаешь, что когда живёшь один, тратить время на готовку не хочется. Чаще по пути домой заезжаю в кафе. Иногда пельмени или пиццу заказываю, причём сразу три-четыре штуки. Что же касается одинаковой манеры готовить, я вчера после ужина, который ты готовила, сам был в растерянности. Про себя сказал всё то самое, что ты сейчас озвучила. Так, вот что не сделал… Прости. Минуту не отвлекай меня разговорами.

Сосредоточился и нырнул за грань. Дорога. Прямая и чистая. Никаких препятствий. Оглянулся и ахнул. Чего и боялся много лет, но сейчас делать что-то уже поздно. Две дороги — широкая и средняя слились в одну, образуя единое целое. Так, это у меня. Вспомнил Настю и оказался в центре её жизненного пути. Обернулся и снова посмотрел вперёд. Да, всё, что произошло, не могло быть случайностью — наши дороги уже давно шли по направлению друг к другу. Без зигзагов, без резких поворотов. Две стрелы, которые вчера встретились и образовали одно целое. Само по себе такое не случается. За двадцать лет практики ничего подобного не видел. Свадьбы, совместная жизнь у людей всегда отображалась совсем иначе. Зигзаги, небольшие дороги, даже тропинки исчезали в более широком пути без следа. А Настя не потерлась на моём фоне. После ночи ширина совместного пути стала такой, словно наши дороги склеили, сделав шире. И что дальше? Заглянул чуть вперёд, сжимая жизненный путь. Препятствие в виде кляксы на обочине. Стоп. Я же в жизни Насти. Вернулся к себе и снова взгляд вперёд. Да. Есть препятствие. Только не в конце сентября, а примерно в средине. Пока не сформировавшееся препятствие, которое трогать по Закону нельзя. Вот за неделю до встречи можно убрать. Взгляд дальше. Снова сжимаю пространство. Приблизительно пять месяцев и другая клякса, но уже более серьёзная. Не на обочине, прямо посреди дороги. Ничего, запомню и буду наблюдать. Сейчас они безвредные, слишком далеко от сегодняшнего дня. Что Велес сказал? Быть аккуратным и не городить лишнего? Не буду. Между прочим, Настя повторила его слова по поводу Ольги. Чуть ли не слово в слово об отсутствии души. Девочка, как мне кажется, за своим расчётами пытается спрятать то, что сама одарённая. И это не ведьмин след. Скорее всего, в её семье по женской линии были знахарки и провидицы. Это выяснить легко и если она из тех… мне её нельзя отпускать, а для этого нужно сделать шаг, которого боялся все последние годы. И, опять же, слова Велеса. Ладно, что сделано, то сделано. Я ведь мужчина и кому как не мне сделать шаг вперёд.

Усилие и я вновь в реальности. Вижу испуганные глаза Насти.

— Что-то не так?

— Не знаю, Слава. Ты сейчас смотрел ТАМ? Я ведь ни разу не видела как ты проводишь сеансы. Скажу, если и другие подобное видят, это совсем невесело. Пугает, когда глаза за закрытыми веками носятся по кругу как сумасшедшие. Губы то сжимаются, то расслабляются. Что-то говоришь беззвучно.

Ну да, так и есть. Настя ни разу не видела, как я ухожу за границы мира.

Встал и достал из холодильника бутылку шампанского, но, подумав, убрал. Позже, когда проведу тест. Тогда и сделаю подарок.

— Иди, полежи, отдохни, а я пока вымою посуду. — Повернулся к столешнице, складывая в мойку две тарелки, когда за спиной раздался невообразимый писк и… жалобное мяуканье.

— Вот это номер, — нагнулся и подхватил кошечку рукой. — Как понял, писк, что раздался за спиной, был протестом? — Снова мяуканье. — Котёнок ты мой красивый и любимый. Скажи, ты в таком виде сможешь помыть посуду? Нет. Только облизать тарелки, а это недостаточно. Так что сиди и не мешай, хорошо? Кстати, вот в чём вопрос. Настя вроде бы наелась, а тебя дополнительно надо кормить? Ты же такая маленькая и худенькая. Хочешь, налью молока? Могу сметаны положить? Рыбы нет, извини, да она тебе в таком возрасте не особо нужна.

Внутренне хохотал, когда котёнок на вопрос о молоке и сметане отрицательно помотал головой, а вот когда заикнулся по поводу рыбы, кажется, задумался, но я сам обломал мечты пушистой кошки. Начал мыть посуду и увидел, как котёнок вначале внимательно посмотрел на струю воды, потом вновь жалобно замяукал.

— Хочешь, чтобы опустил на пол? Давай, — аккуратно подхватил кроху под пузик и поставил на пол. Повернулся, чтобы продолжить мыть посуду дальше, как в меня вцепились. Думал, кошка на спину прыгнула. Не, это уже Настя попыталась меня оттащить от раковины.

Блин, не говорила ничего, шипела как кошка. Всё же через несколько секунд смогла произнести вполне внятно.

— Ты сам вчера сказал — кто готовит, посуду не моет. Почему сейчас всё изменилось? Слава, уйди, обижусь.

— И снова станешь маленькой красивой кошечкой? Я не против. Она, как и ты, очаровательна. Так и хочется прижать к себе и всю расцеловать. Погладить пузик.

— Ты… — возмущение из девушки просто выплёскивало, но увидев, что я откровенно потешаюсь, успокоилась, хотя вроде случайно стукнула мне в живот локтём. Не больно, но дала понять, что унижения не потерпит.

— Всё, ухожу и не мешаю, — но прежде прижался к спине девушке и зарылся носом в гриву пушистых волос. Запах…

— Слав, не мешай, не отвлекай и не провоцируй.

Чмокнул в темечко и ушёл с кухни. Сам знаю, как в такие моменты раздражают посторонние. Особенно, когда начинают давать советы.

Глава 4

В кабинете подвёл Настю к шкафу с древними книгами.

— Сейчас ни до чего не дотрагивайся. Есть у меня идея и её надо обязательно проверить. Глазки закрой, а я тебе дополнительно глаза закрою полотенцем. Не жмёт? Теперь слушай внимательно и постарайся дословно выполнить, что буду говорить. Я не знаю, что в тебе осталось от ведьмы, но постарайся к этим чувствам не прибегать. Сосредоточься. Выкинуть всё из головы. Чувства, мысли, желания — подави в себе всё на пару минут. Верю, ты это сможешь сделать. Ладони прижми друг к другу. Не прижимай руки к груди. Умница. Дальше. Большой, средний и мизинцы одной руки остаются прижатыми с теми же пальцами другой руки. Указательный и безымянный находятся напротив друг друга, но не касаются. Три глубоких вдоха и медленных выдоха. Старайся набрать воздуха лёгкие как можно больше. Снова три вдоха. Ещё раз. Может закружиться голова, это нормально. Освободи голову от мыслей. Постарайся там создать пустоту, вакуум. Тебе ничего не должно мешать. Идём дальше. Ладошки вместе. Прижми их одна к другой что есть силы. Теперь большие пальцы касаются друг друга, руки вытяни перед собой вперёд. Ладони параллельно шкафу, пальцы месте. Не растопыривай. Не переставай дышать. Три глубоких вдоха и выдоха и дальше задерживаешь дыхание, мысленно пропуская два цикла. Умница. Аккуратно, слева направо и сверху вниз веди руками перед собой. Представь, что проводишь ладонями перед книгами. Если почувствуешь в кончиках пальцах тепло, останови движение, скажи «да».

Стоял позади девушки и чувствовал, что она сообразила что я хочу выяснить. Не до конца поняла, но уловил в её эмоциях некое волнение. Верхние две полки проскользнула без остановки, но там и не было ничего интересного — записи и пометки давно ушедших людей. Третья мимо, а на четвёртой полке ладони задержались на несколько секунд, и Настя прошептала «да».

— Не останавливайся. Дальше.

Вторая остановка, затем почти сразу третья.

— Умничка. Руки прижми к груди. Пусть отдохнут, но не расслабляйся. Сейчас пройдём ещё раз, чтобы не было ошибок.

Вынул книги, на которые показали руки девушки и положил их позади себя, на стол.

— Давай сначала. Дыхание ровное три через два. Ладони вместе, теперь большие, средние и мизинцы касаются тех же пальцев на другой руке. Руки вперёд. Только теперь справа налево и сверху вниз. В голове сохраняй отрешённость. Гони все мысли долой. Начали, малыш.

Проход и руки Насти ни разу не остановились, ни на мгновение, дойдя до самого пола.

— Умничка. Руки прижми к груди. Теперь аккуратно повернись ко мне лицом. Шаг вперёд. Ещё шаг. Всё, остановись. Перед тобой лежат три книги. Сначала левой рукой проводишь над ними, прижимаешь к груди. Затем то же самое делаешь правой рукой. Снова к груди. Третий проход как при первом проходе вдоль шкафа — большие пальцы вместе, касаются друг друга, ладошки над книгами. Вслух ничего не говоришь, но запомни, при каком проходе над кокой книгой почувствовала тепло в руках. Это может быть и лёгкое жжение или ощущение покалывания в пальцах. Фиксируй любой отклонение. Давай, девочка…

Настя закончила и вновь прижала ладошки к груди. Я видел, где она тормозила и порадовало, что не ошибся, только вот что она отметила, не знаю. Все книги лежали названиями к столу, хотя чего врать? Как какая книга выглядит, о чём повествует, знал уже много лет.

— Всё, моя хорошая, — снял с головы полотенце и придержал рукой, зная заранее, что сейчас произойдёт.

— Аккуратно открывай глаза, не сразу. Во-от. О чём тебя и предупреждал. — Настю повело в сторону словно пьяную. Не удержи, точно бы упала. — Устала?

— Немного, — девушка застенчиво улыбнулась и посмотрела на книги, что лежали перед ней. — Это те, из шкафа, на которые показала?

— Именно. А теперь скажи, что ощутила, когда пыталась их почувствовать уже на столе? Я видел твою реакцию, но ЭТО ты должна сказать сама. Таковы правила.

— Самый яркий отклик от левой. Все три раза. Сначала тепло, потом холод, а когда вела руки в третий раз, они у меня сами собой пошли вниз. Еле удержала.

— Снова умничка. Остальные?

— Крайняя справа нейтральна. Был отклик все три раза, но едва ощутимый. Средняя. Не знаю, Слава, но мне к ней прикасаться не хочется. Все три раза чувствовала тошноту. Ну не прямо так откровенно, но очень неприятно.

— Давай тогда смотреть, что они из себя представляют. Крайняя справа, — я перевернул книгу вверх обложкой, остановив руки девушки, которая хотела сама её взять. — Не надо, милая. Ты же видишь, я опять одел перчатки? А у тебя руки не защищены. Можешь прочесть название?

— «Проведение обрядов с домовыми и домовицами на услужение хозяевам».

Удивило, что малышка разобрала старорусскую вязь. Вопрос, откуда она научилась читать подобные тексты? Ладно, выясним со временем.

— Вполне, хоть и удивило, что ты так лихо прочла текст, который большинство людей и в глаза ни разу не видели.

Сморщила носик, но промолчала. Ладно, идём дальше.

— Вторая, которая тебя испугала. Сможешь прочесть?

— Эту нет. Хотя последнее слово знакомо. Если не ошибаюсь, по-русски это будет дьявол?

— Верно. Текст на латыни. Книге почти четыреста лет. Название длинное, как видишь, но если коротко… Нет, нельзя сокращать. Если дословно, на нашем языке это будет звучать так — «Постулаты по действенному проведению обряда. Книга первая. Призыв слугами своего отца и вседержителя, повелителя мира, дьявола».

— Боже, — Настя отшатнулась от стола, да и выражение ужаса на её лице было искреннее. Скорее всего, всё же в девочке осталось что-то от ведьмы, вряд ли от белой, и на подсознании чужая сущность выбрала то, что ей было чуждо, но заинтересовало.

Улыбнулся, догадываясь, что сейчас творится в голове Насти.

— И вот подошли к той, к которой тебя тянуло. Если честно, немного удивлён, думал, ты выберешь другое, более простое, но по этой же теме.

Перевернул книгу названием вверх и протянул Насте.

— Возьми, это неопасно. Тем более, мне кажется, не так ты, как она тебя выбрала. Только сначала прочти название, положив на обложку правую руку.

— «Запасник знахаря. Помощь, травы, наговоры». — Девушка совсем не удивилась тому, что держала в руках. Забавно, сейчас свершено неосознанно прижала её к груди обеими руками.

— Настён. Ответь на вопрос, только честно. Ты говорила, что твоя бабушка была ведьмой и передала тебе дар через маму. Знаю, такое бывает, когда прямая наследница не имеет призвания продолжать дело, что введемся по женской линии. Уверен, мама тебе рассказывала о своих предках. Не поверю, чтобы она промолчала, зная заранее, что тебе передала. Чем занимались твои предки по женской линии?

Настя протянула мне книгу и на глазах появились слёзы, но я не взял, отрицательно покачав головой.

— Вот этим, — еле слышно прошептала девушка. Как показалось, её маленькое тело окончательно покинули силы. Тем не менее, прислонившись к столу, продолжила. — Только не по маминой линии, по папиной. Они были ведунами и знахарями. Странно об этом говорить, но я слушала рассказы мамы и никогда этому не верила. Считала всё это… не сказками, нет… Мне казалось, мама восхваляет свой род, гордится им и в то же время стыдится. Бабушка тоже не была белой ведьмой, серой, но когда моего папу… как мама говорила «извели», приняла тёмную сторону. Чтобы отомстить, а вот вернуться к прошлому не смогла. Когда свершила месть, сама себя свела в могилу. От безысходности и тоски. Ей было всего сорок лет. И дар свой не передала специально. Мама сглупила. Вопреки запретам бабули не уничтожила, не сожгла книги, а оставила их дома, а однажды, когда я была маленькой и заболела, решила их прочесть, думая, что там найдёт подсказки как меня вылечить. Вот со словами мамы мы всё и… А знаешь, она тёплая, — Настя погладила книгу, которую вновь прижала к груди. — Словно живая.

— Неудивительно, когда почувствовала в тебе родственную душу, свою хозяйку. Так, давай на этом сегодня и закончим. Время позднее. Завтра вечером привяжем книгу к тебе, иначе долго будешь разбираться что там написано. И не спорь. Завтра. Сейчас в ванну. Чистить зубки и спать. В своей кроватке. Завтра у нас работа, не забыла? То-то и оно. Книгу можешь взять, только прошу — из дома не выноси.

— А её можно переснять? Сделать фото страниц? Или отсканировать?

— На это тебе отвечу так — попытайся. Сканера у меня дома нет, но смартфон у тебя при себе. О результатах расскажешь.

— Ты так говоришь, зная, что у меня ничего не получится? — Девушка удивлённо посмотрела сначала на меня, потом на книгу.

— Милая. Лучше попробуй сама. Да, вот что ещё. Не уделишь мне пару минут? У меня в комнате?

Когда Настя зашла, увидела на столике два бокала с шампанским. И меня, немного растерянного от того, что собирался сделать.

— Подойди ближе, прошу. — Когда девушка встала в метре от меня, достал из-за спины коробочку.

— Настенька… — не выдержал, заржал как конь, вспомнив, что недавно вспоминали о Деде Морозе. Увидел, что и девчушка улыбнулась. — Прости, сказал это с теми же интонациями, вот и не сдержался. Настя, милая, добрая, нежная заботливая и красивая. Я счастлив, что встретил тебя в жизни. Думал, смогу себя удержать в узде, но не вышло. Хочу, чтобы это с виду простенькое кольцо ты носила, никогда не снимая. Ты ещё не моя жена, но уже не любовница. Выше всего этого. Это кольцо носили моя мама и бабушка и её далекие предки. По словам мамы, оно оберегает женщину от неприятностей и хранит здоровье. Носят его до поры, пока одно кольцо не сменит другое. Хотя можно носить и два сразу.

Взял правую руку девушки и надел ей кольцо на безымянный палец. Видел, что оно большое и моя избранница уже открыла рот, чтобы сказать об этом же, как кольцо сжалось точно по тоненькому пальчику.

— Слава, ты хорошо подумал, что сейчас сделал? Мы ведь… Я тебе уже говорила, что мы… Зачем? Я чувствую, это кольцо совсем непростое. Оно…

— Сделал потому что сделал. Ты, лисёнок, уже давно пробралась в мою душу и сердце. Стала там полноправной хозяйкой. Честно скажу — не соверши ты безумство, может быть… да, скорее всего, так и держал бы себя под контролем, но что сейчас говорить. Сейчас давай выпьем шампанское, чтобы отпраздновать нашу помолвку, как говорили раньше.

— Ты хочешь, чтобы я…

— Видишь сама как всё получилось. Скажешь, нет?

— Не скажу. Никогда не скажу. Я об этом столько времени мечтала. Как ты вообще можешь такое говорить?

— Вот и хорошо, моя девочка, моя избранница и моя невеста. Раз все вопросы решили, тогда спать. На часах уже одиннадцать и маленьким девочкам пора в кроватку. Беги в ванну, следом я.

Уже засыпал, когда почувствовал, как ко мне под одеяло скользнула Настя. Прижалась к спине и замерла.

— Котёнок, мы же договорились, или я что-то сказал непонятное?

— Слав, мне хотелось просто побыть с тобой. Почувствовать твоё тепло. Не гони, прошу.

— Кажется, ты совсем недавно назвала себя малолитражкой? Что, уже отреставрировали? Тебе надо прийти в себя, отдохнуть. Наверняка чувствуешь себя неважно? Пойми, надо сделать паузу.

— Я не буду приставать, честное слово. Просто немного полежу, а потом пойду к себе.

— Тогда любознательные ручки возьми под контроль. А лучше, повернись ко мне спиной.

Настя беспрекословно повернулась. Обнял её, чувствуя, как бешено стучит девичье сердечко, но уже через пару минут девочка уснула, задышала ровно и тихо, а вскоре уснул и сам.

* * *

Утро. Взгляд на часы и ощущение полного нежелания ехать на работу. Улыбнулся про себя — моей гостьи рядом не было — наверное ушла в другую комнату, я ведь когда сплю, всё время кручусь, сплю совсем неспокойно. Кому такое понравится.

Закинул руки за голову и на лицо непроизвольно залезла блаженная улыбка. Неужели я нашёл то, что так долго искал? Как не подумаю о девочке — в сердце становится тепло и радостно. Она смогла растопить лёд, которым была скована моя душа на протяжении всей жизни. Тихая, нежная, юная, но сколько в ней экспрессии. Недаром говорят «в тихом омуте черти водятся». Как раз это о моём «приобретении». Шаги. Надо закрыть глаза и притвориться что сплю. Что предпримет?

— Слава, пора вставать. Я уже завтрак сделала. Поднимайся, а то остынет. И глаза открой — вижу, что не спишь, ресницы дёргаются.

Внимательная. Завтрак? Офигеть. Пожалуй, первый раз в жизни меня кормят завтраком в собственном доме.

— Сейчас, малыш, ещё две минутки и буду на кухне.

Не ушла. Наоборот подошла и присела на краешек кровати.

— Отдохнул?

— Более чем. А ты?

— Я, наверное, спала как никогда. Прости, обещала уйти к себе, но до утра, кажется, даже не пошевелилась. Зато снов столько приснилось… как никогда.

— Так, а куда это твоя ручка направилась? Настён, нарываешься.

— Так это… выбирать придётся — или завтракать или…

Повалил эту хитрюгу на себя, расцеловал и набросил на неё одеяло. Пока выкарабкивалась, уже оделся и умчался в ванную.

Вот не знаю, откуда она чувствует что мне нравится, но сделала то, что я буквально проглотил за один присест.

— Спасибо, хозяюшка, а теперь слушай. Я быстро мою посуду, а потом у меня полчаса займёт тренировка. Не только физическая, но и духовная. С завтрашнего дня будем заниматься вместе — тебе это тоже надо, поэтому скажи — дома есть тренировочный костюм?

— Есть. Я с девчонками ходила на пилатес, специально купила. А что, заедем ко мне домой?

— Ну не будешь же ты всё время ходить в моём старом свитере? Бельё надо взять, что там тебе ещё надо. Завтра после работы поедем по магазинам. Мне надо свою невестушку одеть и обуть.

— Слав, почему ты всё время говоришь невестушку, а не невесту? Словно надсмехаешься?

— Настён. Ты как-нибудь посмотри на себя в зеркало. Представь, что твоими глазами смотрит мужчина, а не ты сама. Тоненькая как тростинка, глаза огромные и красивые и смотрят они на мир настолько наивно и доверчиво. Подстриги тебя покороче и будет совсем ребёнок. Только не вздумай стричься — твои волосы — это нечто волшебное. К тому же не забывай — тебе, по статусу, стричься нельзя. Можно равнять кончики волос, но и волосы из парикмахерской надо забирать. Хотя… Если доверишься, сам могу такое сделать. Уверен, у меня всё получится, не обкорнаю.

— Давай, мне будет приятно, — у девчушки на лице расцвела улыбка. — Тогда, в свою очередь, сама буду следить за твоей причёской. Не бойся. Весной закончила полугодовые курсы парикмахеров. Меня даже приглашали работать в элитный салон. Только пришлось бы у тебя работу бросить, а я на такое пойти не могу. Ушла бы… и не было такого сказочного утра.

— Утро как утро, только в моём доме внезапно появилась крохотная фея. Вся из себя такая домовитая, заботливая и очень-очень милая.

— Слав…

Давно удивляюсь, как Настёна умеет так красиво краснеть. Смутилась.

— Всё, милая, беги к себе и потихоньку собирайся. Меня не дёргать.

Через час уже подъезжали к работе. Хорошо, когда офис от дома недалеко.

— Кто у нас первый на сегодня? Не помнишь? К скольки?

— Десять тридцать. Мануилов Виктор. Он уже у нас раз был.

— Тогда, если не сложно, сделай, пожалуйста, кофе, а я пойду настраиваться на работу.

— Как скажете, Вячеслав Викторович, — и сказано это было с таким спокойствием, что не посмел прикоснуться к своей помощнице. Умничка, всё помнит…

- -

День прошёл на удивление почти легко. Почему почти, так последней клиентке пришлось уделить время в два раза больше запланированного. Выдал ей полную раскладку на год, а когда подумал, что сейчас расстанемся, вцепилась в меня как клещ. Предложила перейти к ней на работу и бросить частную практику, обещая зарплату… даже похихикал про себя, совсем немного выше, чем получаю сейчас за вычетом всех налогов. Дама — супруга крутого бизнесмена, который, судя по собранной информации, не чурался и нелегального ведения бизнеса. Под стать ему была и жена — такая же беспринципная и высокомерная. Непонятно почему, считала, что все ей должны и щёлкни пальцем, к ней побегут, теряя на ходу тапки. Даже мои предостережения, что у их семейства впереди неприятности, причём крупные, не остановило. Наоборот, дама посчитала, что если я буду рядом, сможет планировать бизнес и свою жизнь, дёргая меня каждый день. Раз отказал, второй, третий. Бесполезно. Как глухарь на токовище — я ей одно, она мне в ответ своё. Забавно, что с каждым новым заходом поднимала мне зарплату всё выше и выше. Когда дошли уже до астрономических сумм, я совершенно спокойным тоном спросил — а как её муж отнесётся к подобным тратам. Небольшая заминка и… хохот. Сказала, что по факту все фирмы, которыми руководит её муж, являются её собственностью, а если надо сменить мужа, это несложно сделать. И взгляд при этом был такой откровенный…

Смотрел на эту отрыжку девяностых годов и понимал, что прожженная дама моего возраста не так интересовалась своей дальнейшей судьбой, как своей частной жизнью, которая, как понял, у неё складывалась не так как хотелось. Встречи в бизнесс-кругах, элитные тусовки, маскарады, балы… да, такое до сих пор проводится и её муж, который везде привлекал к себе внимание не только отталкивающей внешностью, невоспитанностью и своеобразной манерой разговора… Прикинул наряд дамы и осознал насколько я нищий по сравнению с ней — мои брюки, обувь и пиджак не стоили столько, сколько одна её сумка, что была небрежно брошена на пол. Плохо разбираюсь в элитных шмутках, но даже незнающему человеку понятно, что на себе сейчас носит тряпья и драгоценностей стоимостью импортного внедорожника. Да Боги с ней. К сожалению, ни деньги, ни одежда не смогли спрятать что находится внутри человека, а там было что прятать.

Закончилось тем, что не выдержал столь яростного напора — поднялся, сказав, что отведённое время на приём одного человека превышено в два раза. Сказал с намёком, желая посмотреть на дальнейшие действия. Я бы, случись такое, сразу внёс в кассу доплату. Здесь же о подобном даже не подумали. Что и выдала напоследок обиженная моим невниманием дама, что через пару месяцев снова появится. Как мне показалось, мадам обиделась не столько на мой тон, как на нежелание мужчины отреагировать на красоту и привлекательность женщины. Судя по всему себя оценивала очень высоко. Может быть, в её жизни подобное вообще случается в первый раз, но после такого в голове нормального человека должны появиться сомнения в своей неотразимости и что не всё желаемое можно купить?

- -

Проводив гостью, задержался в приёмной — Настя работала на компьютере, не поднимая головы.

— У тебя ещё много работы?

— Извините, Вячеслав Викторович, ещё минимум двадцать минут. Свожу данные на клиентов. Потратила много времени на Саперского Николая, что завтра явится к двенадцати, так ничего толкового в интернете на него не нашла. Ни в одной из соцсетей не зарегистрирован. По образованию — школа — десятилетка и всё. Понимаю, что человек не может жить в вакууме, но он в анкете написал, что является заместителем главного инженера Питерского отделения Россетей. Зашла к ним на сайт — нет такой фамилии. Ни в Москве, ни у нас.

— Не парься. Придёт, посмотрим кто это такой. Визит оплатил?

— Нет, хотя все знают, что стопроцентная оплата должна быть произведена за трое суток до визита.

— Раз так, напиши отказное письмо и отправь ему на почтовый ящик. Сообщи, что основанием отказа является нарушение сроков платежа. Если не отреагирует в течение пяти минут — в бан. Да, добавь, что согласно предварительному договору, пункт двенадцать, наличный расчёт не принимается. Мне ещё налоговой для полного счастья не хватает.

— Написала и отправила.

— Тогда заканчивай. Мы и так задержались почти на час из-за этой дамы

— Пришёл ответ. Зачитать?

— Давай.

— «Я слишком занятый человек чтобы бегать по банкам, соблюдая дебильный лимит времени. Не хотите как хотите. Вам же будет хуже».

— Своеобразно. Очередной «наполеон»? В бан его, Настя. С психами и душевнобольными общаться желания нет. Я пошёл тушить камин и закрывать кабинет. Когда закончишь, скажи.

— Через десять минут закончу, Вячеслав Викторович.

* * *

Через полчаса подъехали к дому Насти.

— Может я одна? — девушка засмущалась, что придётся вести меня в свой дом.

— Милая, не забывай, что я у тебя, хоть и давно, был много раз. Мне будет спокойнее, если ты не станешься одна. И давай не спорить. Мешать не буду, посижу на кухне.

Лифт не работал, но подняться на третий этаж не такая уж проблема. Четыре квартиры на площадке и не успела Настя отомкнуть второй замок, как на лестницу вышла соседка.

— Привет, Настён. Смотрю, дома не ночевала? А это кто? — дама лет пятидесяти кивнула на меня.

— Добрый вечер, Екатерина Юрьевна. На работе завал. Когда освободилась, уже метро не работало. Пришлось там спать.

— Ты бы поберегла себя. Понятно, пока молодость, на здоровье внимания не обращаешь, а как потом всё выльется? Слушай, Настя, тут позавчера вечером к тебе двое мужиков в дверь звонили. Рожи бандитские. Ей Богу. Самые настоящие. Потом мне в дверь звонили, да и всем на площадке. Я не открыла, а Никитична с четырёхкомнатной с ними разговаривала. Те спрашивали, когда ты придёшь. Говорили, что мебель тебе привезли. Заказывала? Они-то привезли, а тебя не застали.

— Мебель? — девушка удивилась и обернулась на меня. — Я ничего не заказывала.

— Вот и я так подумала, что это настоящие бандиты. Хотела в милицию звонить, но они не на лифте поехали, по лестнице сбежали. Я и в окно посмотрела — никакого там фургона не было — сели в большую машину и уехали.

— А вчера не беспокоили? — Настя меня опередила на доли секунды. Я хотел задать точно такой же вопрос.

— Не, вчера никого не было. Хотя вру. Вчера по дому газовщики ходили — звонили во все двери. Кто был дома, к тому заходили. А я побоялась. Не понравились они мне — те, что с Ленгаза, ходят в форме, а эти двое в каких-то комбинезонах, что грузчикам выдают.

— Спасибо, Екатерина Юрьевн, выручили. — Настя улыбнулась и толкнула внутреннюю дверь. — Я попрошу, присматривайте за моей квартирой. Некоторое время буду или поздно приходить или вообще отсутствовать пока завал на работе не разгребём. Номер моего телефона у Вас есть. Наберите и сбросьте — сама перезвоню, чтобы Вам не тратиться. Вячеслав Викторович, заходите.

— И то правильно. Договорились. Если что будут подозрительного, позвоню. — Увидев, что хозяйка уже прошла в квартиру, и соседка нырнула в свою норку, тихо притворив дверь. Поняла, что я не ухажёр девушки, раз та назвала меня по имени отчеству.

Закрыл за собой наружную дверь и придержал Настю за руку.

— Дай мне, пожалуйста, тапки, не хочу пачкать твой дом.

— Идите так, не наследите. На улице сухо.

— Настён. Ты не права.

— Простите, Вячеслав Викторович, но у меня нет сменной обуви для… больших размеров. — Кажется, моя просьба ввела хозяйку дома в ступор.

Скинул обувь и прошёл по комнатам — к счастью, мои предчувствия не оправдались — везде царил идеальный порядок. Почему-то ещё пять минут назад казалось, что здесь всё будет перевёрнуто кверху дном.

— Тебе есть куда сложить вещи? Сумки или чемоданы?

— Где-то были две сумки. Попробую найти. Вячеслав Викторо… — я прижал палец к губам девушки.

— Кроме нас здесь никого нет. По имени.

— Трудно перестроиться, простите, — вновь лицо порозовело. — Вя… Слава, давай тебе кофе сделаю, или чай, пока собираюсь. Только собирать на какое… — Настя подняла на меня глазища, в которых был немой вопрос, который я был уверен, что прозвучит.

— Хочешь спросить на какое время? Навсегда, милая. Сюда ты будешь приезжать только в моём присутствии. Боюсь тебя отпускать одну, котёнок, вот и всё. Боюсь за тебя. Забери, что очень дорого тебе. Плюс самое необходимое на пару дней. В средине недели устроим шопинг — купим тебе всё что надо. Не только для дома, но и для работы и выхода в свет. Не удивляйся. Раз в месяц, может в два придёт посещать тусовки высшего света, на которых надо выглядеть очень прилично. — Кажется, фразой о тусовках ввёл девушку в шоковое состояние. Она не была готова к столь резкой перемене в своей жизни, но что поделать — имея рядом такую красоту, неужели бы оставил её дома одну? Никогда. Пусть все смотрят и завидуют. — Всё, милая, оттай, — прикоснулся ко лбу девушки губами. — Обо всём поговорим в своё время. Ничего не пугайся, а сейчас не стой сусликом, собирайся.

Сборы заняли час, но что мне понравилось — девочка не набила сумки с верхом, а взяла самое необходимое. Как видел, в первую очередь фотографии и документы. Стопку каких-то писем и немного одежды. Хотя, пару раз, когда были открыты шкафы, видел, что девочка не тратила деньги на одежду. Странно, даже горло перехватило — она вообще какой-то пережиток былого. Понимаю, жили не богато, но за год, что работала у меня и получала приличную зарплату, неужели не хотела купить что-нибудь красивое? Даже украшения в старинной шкатулке, что положила на дно сумки, как понял, были даже не ёё собственными, а мамиными, может даже бабушкиными.

— Я собралась, — вытащив сумки в прихожую, Настя зашла на кухню.

— Милая моя девочка, — показал, чтобы она села рядом. — Прости, что задам тебе вопрос, который уже звучал раньше. Но сейчас он для меня имеет большое значение. Прости, но я видел, что за год, как ушла твоя мама, ты себе ничего не купила. Ни одежды, ни обуви, ни украшений. ПОЧЕМУ? Для чего ты копишь деньги? На чёрный день? Ты ведь умница, знаешь, что деньги обесцениваются, даже если положишь в банк под проценты. Всё равно инфляция выше. Было бы понятно, если бы ты была некрасивой, уродливой или ещё какой, но ты… таких как ты надо ещё поискать.

— Слава, — кажется, слова Насте давались с трудом. — Я тебе говорила, что мне, сколько ты платишь, не надо. Что одеть — у меня всё есть, а на тусовки, в клубы и по ресторанам не хожу. Зачем покупать то, что будет висеть в шкафу ни разу не одетое? У меня недавно развалились туфли, так пошла и купила новые. Такие, какие хотела. Но не каждый же месяц покупать новую обувь? Я не сороконожка.

— Понятно… Ты на море когда-нибудь была? В бассейн ходила? В солярий?

— В бассейн нет. Дорого, да и некогда. Солярий… вредно для здоровья — у меня кожа быстро обгорает, а на море дважды ездила с родителями. Давно, правда. В детстве…

— Ясно. Мне в жизни повезло встретить живого динозаврика. Очаровательного, красивого, но отсталого от жизни лет этак на сто, если не больше. Значит так… Задание по работе — эту и следующую неделю работаем по графику, а дальше сделай недельный перерыв. Всех перенеси на неделю позже или уплотни мой график, это ты сможешь сделать легко. Второе задание. Посмотри, какие надо собрать документы на получение зарубежного паспорта. Уже завтра. Так… Ладно, остальное по ходу событий. Спасибо за чай. Сейчас вымою посуду и поедем домой. Да, знаешь где краны с водой? Надо перекрыть, как и вырубить электроэнергию. Для чего понятно?

Кивок и растерянное выражение на лице.

— НАСТЕНЬКА… — сказал, изменив голос, и сразу увидел на лице улыбку. — Твоя улыбка это как солнышко. Не хочешь покидать свой дом? — Тяжёлый вздох. — Но ты ведь уже не одна, малыш. Неужели хочешь жить здесь и встречаться со мной только на работе? Знаешь, твоё предложение мне не по душе. Тем более, ты не отказалась стать моей невестой. Или уже передумала?

— Нет, не передумала. Я ни о чём не жалею. Просто всё так неожиданно случилось в моей жизни. Жила мечтой и она осуществилась, а что дальше… не знаю даже. Слав, что с нами будем?

Улыбнулся, глядя на растерянную девушку, но что говорить сейчас, когда она в таком состоянии? Встал, подхватил малышку на руки и нежно поцеловал.

— Будем учиться жить по-новому. Надо привыкнуть друг к другу. Привыкнуть, что в твоей жизни появился человек, которому ты нужен. Кто тебя любит. А дальше… Наверное, как у всех — крепкая любящая семья, в которой появляются дети.

— Ты хочешь ребёнка? — Настя, кажется, подобного вообще не ожидала. — Ты сейчас искренне говоришь?

— Хочу девочку, которая будет похожа на мою жену. Потом можно и парня. Или даже лучше наоборот. Сначала парня. Что бы стал защитником сестре. Только всё чуть позже. Мне надо, чтобы ты сама почувствовала вкус жизни. Хотя бы закончила институт. Ты ведь кроме школы и работыу меня ничего вы жизни не видела.

— Слава, ты… хочешь детей? Ты же всё время говорил, что дети — это не твоё. Тогда почему?

— Потому, что у меня не было в планах заводить семью. К женщинам я относился, скажем так, с настороженностью. Я ведь никогда в жизни не любил и не испытывал в своём сердце то, что сейчас. Настюш, поедем домой, иначе…

Поедем, — прозвучал тихий голос и опустил девушку на пол, но та в меня вцепилась, словно боялась отпустить даже на секунду. — Знаешь, у тебя дома чувствую себя спокойнее, чем здесь, хоть и прожила в этой квартире всю жизнь. Может потому, что поняла, что любимый мужчина означает нечто большее, чем любовник. Когда ты берёшь меня на руки, ощущаю себя маленькой и мне очень спокойно. Ты очень ласковый и заботливый.

* * *

Два рабочих дня не отличались от тысяч таких же, пока я не сдержал слово, и мы после работы не поехали в торговый центр.

— Первым делом бельё и купальник. Второе — рабочая одежда. Ну, не совсем рабочая, а та, которой сможешь заменить свой серый костюм. Настён, он мне уже порядком надоел. Третье — выберем тебе для начала пару вечерних платьев. Если ничего не понравится, закажем по каталогу. И на закуску — обувь.

— Слава, может не надо? — испуганный взгляд на лице девочки. — Зачем мне столько всего? Давай обойдёмся малым, самым необходимым.

Мы как раз находились у магазина, торгующим женским бельём и я остановился у входа, приложив к щекам Насти ладони.

— У меня никогда не было терпения ходить по магазинам, поэтому предлагаю тебе два варианта — или ты сама выбираешь, что тебе нравится или я сам.

— В смысле сам? — большие глаза стали ещё больше от удивления.

— Размеры твои приблизительно знаю, поэтому выберу то, что МНЕ нравится.

— Нет, ни в коем случае. Можно я сама?

— Хорошо. Сама так сама, только об одном прошу — не смотри на цены, выбери то, что тебе хочется, иначе в силу вступит второй вариант. — Настя покраснела и с трудом заставила себя войти в магазин, ну а я сел в кафе неподалёку, чтобы не смущать свою избранницу своим присутствием. Думал, выбор составит час или больше, но увидел, как Настя проходит к кассе с крохотной стопкой белья в руках. Понял, пора вмешаться.

— Девушка, можно Вас отвлечь? — позвал миловидную девушку- консультанта, которая слонялась по залу без дела — магазин был не из дешевых, поэтому кроме Насти внутри была всего одна покупательница.

— Да, — на меня посмотрели с таким обожанием, что скажи, помчится хоть на край света.

— Возьмите у девушки, что стоит перед кассой всё бельё и доложите по количеству точно такого же, чтобы равнялось десяти.

Консультант умчалась и через пару минут притащила к кассе столько, сколько я и сказал.

Ой, — Настя отшатнулась от кассы, когда стали пробивать её покупки. — Девушка, я столько не набирала.

— Это моё решение, — тихо сказал на ухо невесте, отчего та чуть не подскочила от неожиданности. — Ты взяла, если не ошибаюсь, двое-трое трусиков, лифчиков. Что, через день всё будешь стирать?

— Слав, я… — кажется, у девушки снова что-то сломалось в голове, она даже дёрнулась, когда я всё оплатил и, подхватив пакет, вышел из магазина чуть ли не на руках вынеся Настю.

— Сумасшедшие деньги, Слав. Тебе их некуда девать?

— Я хочу, чтобы моя любимая девушка носила на себе то, что красиво и удобно. Не злись и не пыхти. Вот скажи мне, — сам хихикнул. — Как бы ты восприняла меня, если бы по утру увидела на мне старые семейные трусы? Как что-то естественное или бы в голове что-то щёлкнуло?

— Семейники сейчас, между прочим, снова в моде. Особенно на пляже. В некоторых странах, к твоему сведению, те плавки и боксёрки, что ты любишь, запрещены. Оштрафовать могут за… нескромное выпячивание гендерного превосходства.

— Болтушка ты самая настоящая. Так, юбки, блузы. Заходим.

— НЕТ!!!

- -

Вышли из торгового комплекса только через три часа. Я уже пару раз бегал, относил в багажник покупки и каждый раз видел в зелёных глазах надежду, что это всё, но…

Настя держалась до дома, но была какой-то потерянной. Отвечала порой невпопад на мои вопросы. И когда зашли в квартиру, умчалась к себе в комнату. Зашёл туда через десяток минут, принеся из машины последние упаковки с одеждой и застал свою ненаглядную в слезах. Ещё ни разу не видел девушку столь зарёванной. Она мне казалось всегда выдержанной, а тут…

— Что на этот раз не так? — сел рядом с кроватью, на которой, свернувшись в клубок, лежала вздрагивающая девушка.

— Зачем ты столько денег выкинул просто так? Мне не нужно столько одежды! Понимаешь, не нужно!!!

Не нужно — выкинь, — внезапно разозлился. Сам даже не понял причину. — Я хочу видеть рядом с собой прилично одетую девушку. Во-первых, не забывай, где работаешь и что туда приходят очень состоятельные люди. Что будут думать обо мне постоянные клиенты, когда видят на тебе один и тот же костюм. Что я жмот, жалею деньги на единственного сотрудника? Во-вторых, я тебе уже сказал — нам предстоят выходы в свет. Да, я ненавижу подобные мероприятия, но там надо появляться. Почему — сама сообразишь. В третьих. Если не поняла — через пару-полторы недели мы улетим на юг, к морю. Там ты тоже будешь ходить в рабочем костюме? Плавать в море, загорать тоже в нём? Далее по списку. Через месяц с небольшим, тебе вновь придётся идти в институт. Оденешь своё платье в горошек и светлую блузку? Что на меня так смотришь? Думаешь, не знаю, что ты носишь не снимая? Ты за прошедший год хоть раз была на тусовках или вечеринках своих однокурсников? Уверен, что нет. И почему? Потому, что, не смотря на твою привлекательную внешность, тебя твои сверстники обходят десятой дорогой. Ответ на вопрос почему, тоже лежит на поверхности. Тебе не хочется понравиться какому-нибудь парню? Молодому и красивому? Не поверю, что нет. Я же был на твоей первой линейке, видел, сколько там симпатичных парней.

Зря я это сказал, потому что на меня через мгновение налетел маленький вихрь. Сначала попытался поколотить. Потом, поняв, что силы не равны, обняла меня и вновь залилась слезами.

— Славка, как тебе не стыдно такое говорить? Рядом со мной мужчина, которого я люблю больше жизни, а ты мне о парнях. Разве кто может сравниться с тобой? Или хочешь от меня избавиться? Я тебе уже надоела?

— Дурилка картонная, — обнял и прижал к себе девушку. Узнаю, что где-то крутишь шашни, задушу. Нет, душить не буду, сделаю проще.

— Изменишь мою судьбу? Не получится. Я тебя в таком случае приворожу. Никуда никогда не отпущу, понял? Ты мой и только мой. Ты умный, в тоже время глупый. Я другого боюсь… — Настя говорила чуть слышно. — Увидят на мне новое, да ещё и брендовых марок, будут говорить, что нашла себе папика.

— А ответить, что сама зарабатываешь очень даже прилично, язык не повернётся? Чего ты стесняешься? Знаешь, не всегда надо быть скромной и застенчивой. Я вот уверен, что никто из твоих однокурсников столько, сколько ты, не зарабатывает. Этим гордиться надо, а не стыдиться.

— У меня на потоке половина девиц не постесняется сказать «подари» или «дай поносить» что им понравится. Я лично побрезговала бы одевать чужое, а те нет, у них подобное в порядке вещей. Или станут деньги клянчить. Сначала в долг, а потом просто так.

— В таком случае надо уметь отстаивать себя, своё положение. Зная, сколько стоит та или иная вещь, которую купила за счёт своего труда, почему должна дарить или давать носить? Извини, мне подобное вообще в голову никогда бы не пришло. Аналогично просить поносить нижнее бельё.

Настя засмеялась, уткнувшись мне в подмышку.

— У нас и такое бывает. Особенно, когда идут на свиданку. И это не с периферии, местные девицы.

— И что, делятся?

— Не поверишь, бывает.

— Тогда вот что тебе скажу, малыш. Начнут деньги просить или что-нибудь подобное — отправляй их ко мне. Даром деньги не дам, но работу, что дам, оплачу, не обижу.

— Например? Какую? — красивое личико появилось перед моим и увидел любопытные глаза.

— Сколько ты тратишь времени на поиск информации на клиентов? На обработку данных? По полдня минимум. Вот я и подумал, что этим делом могут заняться другие люди, а на тебе останется главное — вычленить из вороха информации самое главное. Пусть сидят дома перед компьютерами или планшетами — у всех сейчас есть выход в интернет и не по тусовкам ходят, а займутся делом. По крайней мере, это будет полезнее, не говоря уже о случайных связях.

— Слав, а ты прав. Есть у меня на примете две хорошие девочки. Правда, обе иногородние, да и не из богатых семей. Думаю, согласятся на подобное предложение.

— В таком случае сама с ними договоришься. В офис к нам приезжать не надо, пусть работают на удалёнке. Будешь принимать от них работу и оценивать, что они приготовили. Только сразу скажу — за пустышку деньги не получат. Я тебе выделю фонд зарплаты, а дальше сама. Есть, правда, и условие — заплатишь им деньги за не сделанную работу, вычту эту сумму из твоей зарплаты. Говорю заранее, потом не обижайся. Я хочу, чтобы ты со временем стала моим компаньоном, не только женой. Изучай материалы, что у тебя оказалось в руках. Читай, учись, запоминай. Настоящих, да и потомственных знахарей осталось совсем немного. Я знаю от силы человек пять, да и те уже в возрасте. Войдёшь в силу, и я тебе стану не нужен — появится своя клиентура. Ведь в первую очередь думаю о тебе, а потом уже о нас.

Настя затихла. Задумалась над моими словами. Знаю, что она и с деньгами и с привлечёнными людьми никогда не поступит опрометчиво. Вот её и первое задание на пути становления к взрослой жизни. Девчушке пора становиться взрослой.

* * *

Пять дней у моря пролетели как один волшебный сон. Смотрел на невесту и удивлялся, как быстро она становится взрослой. Научилась твёрдо говорить нет подкатывающим ухажёрам, взяла в свои руки расходы на отпуск (естественно с моего разрешения). Что порадовало, ни в чём не ущемляя наши хотелки, умудрилась сэкономить приличную сумму. Один раз, когда не понравился завтрак, устроила показательную порку обслуживающему персоналу, вызвав в ресторан управляющего отелем. Спокойным тоном доказала свою правоту и вернулась к столику с ослепительной улыбкой на лице. И ещё поразило, с какой лёгкостью Настя воспринимала чужие языки. Пять дней в Турции и она уже не на пальцах, вполне сносно могла общаться с местными. Английский знала неплохо и мы иногда целыми днями разговаривали только на нём. Были некоторые ошибки, да и произношение выдавало выходца и России, но я старался, поправлял и радовало, что девушка всё воспринимала как следовало — не обижалась и запоминала что говорю. В этом был ещё один плюс — уже не первый год старался расширить круг клиентов, не ограничиваясь соотечественниками. Меня знали за рубежом и три-четрые человека в месяц были именно иностранцами, но, сколько времени у меня занимали их встреча, бронирование гостиниц и организация не самой беседы тет-а-тет, а культурной программы. Практически всегда приходилось самому с ними ездить, но подобное времяпровождение у меня отнимало драгоценное рабочее время. Когда в голову пришла мысль скинуть это на однокурсников Насти, воспринял с воодушевлением. Переговорил с девушкой и она согласилась с моим предложением, правда, сразу выдав список того, что я не предусмотрел — знание города, истории, владения хотя бы английским разговорным. Не в рамках школьной программы, а чтобы человек мог свободно общаться с иностранцем. И ещё много более мелких деталей, как, например, внешний вид сопровождающего. Вдогонку сразу возник вопрос о транспортном средстве — нанимать на целый день, а то и на два дня водителя с машиной выливалось в приличные деньги, а значит, нужны были люди с собственным транспортом, в который не стыдно было бы посадить иностранца, привыкшего к определённому комфорту. Вообщем, предложения со стороны девочки были приняты с радостью, но возник ТАКОЙ дополнительный ворох вопросов, о которых даже прежде и не задумывался. Приятно было, что Настёна взяла на себя обязанность их решить. Посмотрим, что из этого выйдет. Но, пожалуй, самым важным и волнительным был момент, когда, спасаясь от проливного дождя, заскочили в бутик и девушка ради интереса прошла по магазину, а вышла, надев в примерочной бежевый брючный костюм.

— Нравится? — покрутилась передо мной, а я увидел в глазах блеск, который очень редко появлялся.

— Нравится. Тебе идёт, берём. Только в институт не одевай, прошу, а то, чувствую, останусь холостяком.

Сверкание глаз, широкая улыбка и задорный смех — что ещё могло согреть мою душу.

— Не одену, не беспокойся. — Настя улыбнулась и склонилась, шепнув на ухо. — Это костюм носят на голове тело. Даже без белья, представляешь? Мне об этом хозяйка магазина шепнула. Это для, скажем так, неформальных встреч.

— На работу в таком тебя точно не повезу — оставлю дома. — Улыбнулся. — Самой-то нравится?

— Очень, — Настя смутилась. — Только он дорогой. Это с последней модельной выставки во Франции. Думала, что подделка, но к костюму прилагается сертификат соответствия. Я проверила — реальный. Даже фирменные «контрольки» вшиты где надо.

— Ну раз даже контрольки на местах, тогда берём. Вечером в отеле покажешь как на тебе?

— Я бы и здесь показала, но людей много. Не поймут. — Мы, обменявшись понимающими взглядами, рассмеялись.

* * *

Короткий отпуск, который меня ещё больше сблизил с Настей и вновь рабочие будни.

— Настенька, выглядишь прекрасно. Ты как роза расцвела после зимней спячки. Какая же ты стала красивая! Появился ухажёр? Наверняка. Обычно только любовь так влияет на женщину. На юг ездила? Загар тебе к лицу. Твои колдовские глаза сверкают как два изумруда.

Дверь была приоткрыта, поэтому слышал, что говорят моей помощнице и знал кто конкретно говорит. Не мужчина, женщина сорока лет, сама красотой не обделенная. Как говорил мой знакомый, влиятельная дама, причём не отсвечивающая в обществе ни богемы, ни влиятельных «тузов».

— Спасибо за комплименты, Марина Геннадьевна. Вы тоже отлично выглядите. Проходите, Вячеслав Викторович Вас уже ждёт.

— Настенька. Я тебе говорила и снова повторю. Если твой начальник, старый занудный хрыч тебе надоест, приму к себе в любое время. Обещаю, устрою так, что ни в чём не будешь знать проблем.

— Спасибо, но меня здесь не обижают.

В кабинет, наконец, зашла ожидаемая клиентка, последняя на сегодня. Задержалась по времени, но уже не раз позвонила с извинениями. Зашла и улыбка с лица мгновенно исчезла.

— Здравствуй…те, Вячеслав… Викторович.

— Здравствуйте, Марина… — я тоже выдержал паузу. — Геннадьевна.

Посмотрели друг на друга и улыбнулись, понимая, что в отношениях между нами ничего не изменилось. Нет, она никогда не была моей любовницей, но как-то так получилось, что стали хорошими приятелями.

— Красивая у тебя помощница. Воспитанная, скромная, в тоже время знает себе цену. Не отдашь? Мне нужна помощница, а Настя как раз соответствует моему идеалу.

— Ни за какие деньги. Марин. Я её долгое время обучал, готовил, а ты вдруг заявляешь "отдай".

— Я с ней ещё в прошлый раз поговорила. Специально пораньше приехала. Умница, прекрасный аналитик. Слушай, а если я её у тебя арендую? На пару дней? У меня собирается… скажем так, группа очень интересных людей. Будут переговоры, неформальные беседы. Не о политике, хотя, может и о ней. Сейчас все стали политологами и любят высказать свой прогноз что будет в ближайшее время. Хорошо, если бы она послушала и потом выдала вердикт — кто чего стоит. Понимаешь, будут новые люди, с которыми мало знакома.

— Твой клуб по интересам? Уровень? Время встречи? Прости, что спрошу, но для меня также очень важна национальность тех, кто будет присутствовать.

Женщина улыбнулась.

— Как всегда евреев и русских поровну. Но ожидаю и двух, может трёх южан. Не чеченцы. Турки. Говорят на русском свободно — в России давно живут и работают.

— Марин, одну Настю не отправлю.

— А если с тобой? Тройная ставка устроит? Насте тоже достойно оплачу потраченное время.

— Сколько продлится встреча?

— Пару часов, не больше. Если, конечно, не возникнет форс-мажор.

— А он может возникнуть? Знаешь, твои слова меня уже напрягли. Слушать разговоры о бизнесе ещё то удовольствие, а если на этой почве возникнут разногласия? Начнут письками меряться, у кого крыше выше и круче. Марин, на кой мне это надо? Деньги, какими бы они не были большими, с собой в могилу не заберёшь.

— На подобных встречах эксцессов не бывает. Все знают, что у меня нейтральная территория и раз проштрафившись, более не позовут, а это в дальнейшем повлечёт огромный ущерб бизнесу.

— У тебя может и нейтральная территория. А если что случится, как повлияет на меня с Настей? Если, к примеру, люди захотят, чтобы исчезли с лица земли уши тех, кто слышал много из того, что не надо было слышать? Ответь честно — можешь гарантировать, что нас потом не будут преследовать? Можешь дать гарантию за всех своих гостей?

— Такое гарантировать не могу. Я же сказала, будут новые люди. Хотя есть вариант. Представлю Вас как своих консультантов. Правда, тебя некоторые из моих постоянных гостей знают. Настю тоже видели.

— Мои клиенты?

— Угу. Вообщем, если согласишься и приедешь, спрошу у присутствующих — согласны они на Ваше присутствие или нет. Если нет, поедете домой и двойная оплата за мной.

— Когда у тебя намечена встреча?

— Через пару дней, в четверг, на семь вечера. Адрес пока неизвестен — мои люди подбирают подходящее здание. Охраны будет очень много, но у Вас будут пригласительные, по которым пропустят без вопросов и досмотра.

— Прости за бестактный вопрос. А твоих гостей досматривают?

— Нет. Есть правила, с которыми все ознакомлены. Если будет малейшее нарушение — огромный штраф и удаление пожизненно за нарушение… этикета. Пока не забыла — форма одежды — вечерние костюмы. Не фрак, конечно, но правила есть правила.

Я задумался. Соблазнительное приглашение, но есть в нём что-то отталкивающее. Немного напрягает. Показав рукой, чтобы собеседница меня не тревожила, нырнул за грань. Чем меньше сморишь временной отрезок, тем в нём больше деталей. Три дня… Небольшой отрицательный всплеск, не более. Черноты нет, клякс тоже. Наша совместная с Настей дорога прямая, без отклонений и ответвлений. До средины сентября. Дальше. Странно. Чёрная жирная клякса на обочине стала переползать на саму дорогу. И срок не средина октября, начало. Неожиданные и неприятные для меня изменения во времени. Прошло чуть больше трёх недель, как последний раз смотрел на свой жизненный путь. Что, сестрица решила форсировать события? Если так, надо быть более внимательным.

Лёгкое головокружение и снова в реальности.

— Смотрел что будет? И как там? — на лице женщины появилась едва видимая улыбка.

— Гладко встреча не пройдёт. Это предупреждение тебе. Лиц не видел, но конфликт будет.

— Даже так? — клиентка задумалась. — Что ж, спасибо за предупреждение. Тогда у меня всё. Вообще-то за этой информацией и пришла. Когда сможешь дать ответ?

— Завтра вечером меня набери, скажу точно. Если отвечу отказом, не обижайся. Сама знаешь — я очень редко занимаюсь своим ремеслом вне привычных стен.

— Знаю, поэтому сама сегодня пришла, а не позвонила. Да, можно задать пару вопросов? Может не совсем уместных. Ты же знаешь, у меня чутьё на таких как ты. И тут почувствовала некое раздвоение. Настя ведь тоже непростая девушка?

Удивился таким словам, но и сам, когда ко мне на приём впервые пришла МарГен, ощутил в ней природную силу. Она оказалась хоть и слабым, но чувствующим. Как принято говорить, эмпатом. Человеком, который может почувствовать эмоции других людей.

— Отчасти да, но о ней пока говорить рано. Вполне вероятно, что вскоре «проснётся». Второй вопрос.

— Ты с ней спишь?

— Марина, ты вышла за рамки дозволенного, не находишь?

— И всё же?

— Почему тебя это так интересует? Мы с тобой никогда не были любовниками. Ревнуешь?

— А если и так? Ладно, не парься, можешь не отвечать, потому что чувствую, что права. В её красивой и умной головке мысли только о тебе. Не мысли, эмоции, но они настолько сильные, — женщина потёрла руки. — Ощутимы…

Я встал, не желая продолжать разговор и Марина поняла. Тоже встала и направилась к выходу.

— Как твой муж? Какие вести?

Женщину словно по голове ударили. Знаю, не любит, когда вспоминают её личную жизнь, но сейчас я ответил ударом на удар и Марина это поняла.

— Как может себя чувствовать человек, который осуждён фактически на пожизненное? Сколько ему будет, когда… точнее, если выйдет на свободу? Семьдесят? Пишет, что всё у него нормально, но я-то знаю, что это не так. В октябре поеду на свидание, сама посмотрю.

— А почему у меня ни разу не попросила посмотреть его жизненный путь? Боишься узнать правду?

— А если и так? — вскинулась женщина. — Не всегда надо знать правду. Иногда ложь бывает честнее. Всего тебе, — и дама вышла из кабинета, едва я разблокировал дверь. Слышал, как моя гостья что-то негромко сказала Насте и вскоре девушка, заблокировав входную дверь, заглянула в кабинет.

— Что-то произошло? Вы поругались? Впервые Марину Геннадьевну увидела такой раздражённой. Скорее даже злой.

— Она мне задала нетактичный вопрос, и я ответил тем же. Как говорят, обменялись ударами.

— Ниже пояса? — улыбнулась девушка и когда я ответил, улыбка на её лице мгновенно пропала.

— Именно. Где её муж, знаешь. И Марина не любит, это мягко сказано, когда спрашивают о его судьбе. Всегда сдерживался, а тут не выдержал.

— Она спросила о наших отношениях? — Настя смутилась.

— Да, но я не собираюсь ни с кем обсуждать наши с тобой отношения. Тем более всем рассказывать, что мы близки. Знаешь, скажи, что ты моя невеста, мои слова её бы развеселили, не больше.

— В смысле?

— Давай обо всём дома поговорим. МарГен меня выбила из привычного рабочего состояния. Приехала не просто так — сделала деловое предложение. Не мне одному. Нам. Вечером поговорим предметно и вместе решим — соглашаться на него или нет. Договорились?

— Как скажешь. Я тогда пошла собираться?

— Давай. Минут через десять выходим…

Глава 5

После ужина долго разговаривал с Настей по поводу приглашения. Разбирали спорные моменты и пришли к выводу, что надо оставаться как можно дальше от возможных конфликтов между людьми, что входят в элиту страны. Не политиков, кого видим каждый день по телевизору, а тех, кто владеют реальными рычагами управления страной. Зачем на ровном месте призывать на свою шею неприятности, когда этого можно легко избежать? К тому же оплата в размере тройной ставки меня напрягла. Это были очень приличные деньги. По факту мой дневной заработок, но, проведя час в обсуждении, пришли к выводу, что всех денег всё равно не заработать.

И следующим вечером, когда Марина Геннадьевна позвонила, сказал, что не приедем. Чтобы не возникло обиды и непонимания, объяснил, что именно наше присутствие может спровоцировать конфликт. Как понял, МарГен такой вариант даже не рассматривала, поэтому приняла мой отказ с пониманием. Расстались как старые добрые знакомые без обиды друг на друга, к чему и стремился.

* * *

И снова привычная работа. Лица клиентов, которые со временем забываются, сливаясь в одну бесконечную ленту. Правда, бывает, что отдельных людей вспомнишь долгие годы. Неординарные как люди, так и их жизни. Стараюсь как можно реже вмешиваться в судьбы людей, менять дальнейший вектор движения, но иногда, когда вижу, что человек достоин, вмешиваюсь, несмотря на то, что получаю потом жестокие откаты, которые заметно влияют на моё самочувствие, а если говорить прямо — не знаю, смогу такое пережить или это последний раз.

Приятный звонок поступил от Ольги, что чуть больше месяца назад приходила ко мне на приём. Накануне прислала огромный букет цветов и благодарственную записку, в которой упомянула, что у неё всё наладилось, а главная причина неприятностей покинула город с большим скандалом

— Вот видишь, Настён. Не зря я вмешался, — прочитав записку, попросил помощницу подколоть к личным документам Ольги. — Вроде ерунда, один человек, а если подумать? Врач, который собственным трудом создала клинику, где лечат детей. Вот, как ты мне раз сказала, и пошла «волна» добрых дел.

— С этим я согласна, Вячеслав Викторович, но Вы же вмешиваетесь в судьбы и других, кто не отличается добродетельностью. Взять, к примеру, ту же Марину Геннадьевну или Вашего вчерашнего визитёра, Руслана… Ивлева. Тёмные лошадки. Это ещё мягко сказано. Взрослые состоявшиеся люди. Их на светлый путь уже поздно перенаправить.

— Настя, так я это и не делаю. — Улыбнулся, глядя на встревоженное лицо любимого человечка. — С МарГен у меня давнее знакомство. Лет этак десять минимум. Думаешь, она просила меня что-то поменять в её судьбе? Нет. Когда её муж был ещё на свободе, она чувствовала себя чуть ли не царицей в городе. А что? Жена одного из заправил «ночного Питера». Позже, когда осталась одна, и пришлось поумерить аппетит, нашла себя новую «игру» — создала с нуля своего рода клуб по интересам, куда вхожи исключительно богатые и влиятельные люди. Как понимаю, там они в расслабленном состоянии могут обсудить такие темы, что нельзя ни по телефону, ни в коридорах власти. Не только о политике говорят. Скорее всего, заключатся предварительные договора, создаются коалиции, вообщем, время зря не теряют. Плюс к этому члены клуба по интересам могут расслабиться, не боясь последствий. Что касается Руслана, это очень умный и хитрый человек, который за всю жизнь ещё ни разу ни с кем серьёзно не воевал. Образно говорю «воевал». Сама понимаешь, между конкурентами всегда возникает некое напряжение. Рынки сбыта, ассортимент товара. Лет тридцать назад случись такое, началась бы стрельба. А Руслан ни тогда, ни сейчас, ни в какой грязи не испачкался. Умеет лавировать как уж. Иногда что-то теряет, а позже восполняет в утроенном количестве. Знаешь, как его называют в бизнесс-среде? Каа. Так звали питона из Маугли Киплинга. Здесь также. Все побаиваются Руслана, держатся от него на расстоянии, потому что не знают, что тот выкинет через минуту. Вместе с тем его уважают за сдержанность и не конфликтность, хотя и те и другие ошибаются. Руслан умный и не стремится к обострению обстановки, но тех, кто слабее сжирает мгновенно. Начал с хозяина пары рынков в Подмосковье, а через двадцать лет — руководитель строительного холдинга, одного из ведущих в стране. Представляешь, какие там обороты? Но он лишь уточняет у меня некоторые моменты, но никогда не просит вмешаться и что-то подправить в судьбе. Почему? Как думаешь?

— Не хочет остаться должником? Боится, что изменения в его судьбе сдвинут с места массу других проблем? — Настя чуть улыбнулась.

— Умничка. И первое, и второе. Попадание в десятку. Он хочет стать лучше, чтобы спать спокойно по ночам и чтобы все его конкуренты исчезли с лица земли, но страшно боится последствий. Пару лет назад я его предостерёг от слияния с другим холдингом. Случись такое, они бы через месяц устроили кровавые разборки между собой, а потом оба обанкротились. Дал ему ориентировки на плюсы и минусы и что ты думаешь? Отказался, а через месяц его так называемый партнёр попала за решётку, а фирма, одна из самых крупных, едва не прекратила своё существование. Еле-еле выплыла, но до сих пор прежних оборотов так и не достигла. К тому же Руслан помог в кавычках — за дешево перекупил участки для строительства и на этом заработал очень большие деньги. Как итог, скажу тебе, не каждому стану помогать. Информация — да, пожалуйста. Надо отрабатывать то, за что платят, но не больше. Выкладки помимо информации даю далеко не всем. Вспомнился сейчас человек, что пришёл на приём лет пять назад. Невзрачный человечек. Одет как бомж. Пахнет соответственно, но меня не проведёшь. Раньше я работал вслепую, не имея предварительной информации, что ты сейчас готовишь. И выяснилось, что этот человек специально так оделся. Смешно, хотел проверить — шарлатан я или нет. По факту выяснилось, что работник уголовного розыска. Пришёл ко мне, скажем так, по «наводке» от влиятельно лица, который остался недоволен тем, что я ему сказал после встречи. Не буду рассказывать, как оперативник отреагировал, когда и ему расписал судьбу на ближайший год, но тот через пару месяцев ко мне вновь заглянул. Уже нормально одетый с бутылкой элитного коньяка, который в магазине не купить. От сотрудника полиции и узнал, что его бывший наниматель попал в аварию, оставшись в итоге без жены и дочери. Бизнесмен прилично выпил и сел за руль, надеясь, что за городом, где находится его особняк, с ним ничего не случится. С ним да, не случилось, успел выбраться из утонувшей машины, а своих женщин спасти не смог, испугался и растерялся. Представляешь, не вписался в мост и съехал в крохотную речку, шириной-то всего метров в пять. А я ему говорил, предупреждал, что бы сам за руль в течение года не садился. Два личных сменных водителя, на кой эксперименты? Нет, решил жить своим умом и результат не заставил себя ждать. Самое обидное и дурное — тот до сих пор считает именно меня виновным в гибели своих близких. Знаешь почему? Как мне сказал его знакомый, я палец о палец не ударил, чтобы изменить его судьбу. Бред. Сама знаешь, Настя, за подобное беру отдельную плату и совсем не такую, как за обычный приём, но тот говнюк даже не поинтересовался можно это сделать или нет. Час приёма просидел и ушёл. Как мне кажется, напрочь забыв о моих предостережениях и вспомнил о них лишь когда трагедия уже произошла. Ладно, закругляемся. Кто на очереди?

— Остались двое. Сотрудник газеты, но по личному вопросу и… — Настя заглянула в записи, — Рапторов… ну и имя, не выговорить… Муаммарбарак.

— Знакомый кадр, — рассмеялся, увидев удивление на лице девушки. — Постарайся с ним построже, а то украдёт тебя и глазом не успеешь моргнуть. Любвеобильный восточный мужчина сорока лет, но во всём остальном довольно приличный. Так что держись за кресло крепче. Если будет откровенно приставать, на провокации не поддавайся, сразу блокируй входную дверь и дай мне знать. Не забыла где кнопка вызова?

— Не забыла, — рассмеялась Настя. — Будет приставать, ему же и хуже. Я же должна на ком-то отрабатывать то, чему учусь? Вот и будет подопытный образец.

— Только не увлекайся, ладно? — улыбнулся и ушёл к себе, потому что оставалось десять минут до появления очередного клиента, да и видел через окно, как невдалеке остановилась машина, и оттуда вышел мужчина и направился прямиком к нашему офису.

- -

— Вячеслав Викторович, что можете посоветовать? Я ведь не могу отказаться от командировки. У нас раз откажешься, второй, потом станешь вообще невыездным.

— Алексей Михайлович, — я смотрел прямо в глаза уже немолодому мужчине, который за свою жизнь объехал весь мир. Он был фанатиком своего дела. Именно фанатиком, иначе не сказать. И эта командировка, в которую собирался, могла стать последней не только в его карьере, но и в жизни. Две недели и дальше его жизненный путь обрывается. Я увидел, как неширокая дорога просто упирается в невысокий холм, где растут деревья и кусты. Красиво, да, но для живых людей, а не для тех, на чьих заброшенных могилах растёт лес.

— Вы замолчали, так и не начав говорить, — меня вернули к действительности.

— Вам нельзя ехать. Вообще никому нельзя туда ехать. Неужели не понимаете? Страна охвачена волнениям. В любой момент может начаться гражданская война. Понимаю, Вы журналист. Опытный, бывалый, но неужели непонятно почему не могу Вам сказать открыто что Вас там ждёт?

— Догадываюсь, — мужчина опустил глаза и его взгляд в раздумьях остановился на горящих в камине дровах. — А если поехать туда позже?

— Нет. По крайней мере, Вам в этом году никуда ехать нельзя. Поймите и примите — работа и слава, удовлетворение от выполненной работы ещё это далеко не всё, что составляет нашу жизнь. Вы человек не семейный, но у Вас, к счастью, до сих пор жива мама. Как она будет без Вас? Об этом подумали?

— Откуда Вы?… — мужчина вздрогнул, но почти сразу обмяк. — Простите, глупость сказал.

— Не Вы один не верите в то, что другие люди могу заглянуть за грань бытия. Туда, где жизни людей представляют паутину дорог и тропок. Одни широкие, другие узкие. Есть прямые, а есть настолько извилистые, что, иногда кажется, человек не идёт по жизни, а плутает, накручивая круги вокруг одной точки. Да, он движется, только куда? Иногда хочется подойти сзади и дать пинок, чтобы человек вышел из этой петли, но не могу, не имею права. Лишь в исключительных случаях иду на такое и только тогда, когда есть понимание, что человек, даже если приложит все усилия, не сможет сам ничего изменить в своей судьбе. В Вашем случае могу лишь предупредить. Сейчас, точнее сегодня, Вы стоите на развилке. Одна дорога длинная, а вторая, увы, совсем короткая, продолжительностью в полторы-две недели. Скажите, стоит минутная слава репортёра избрать короткий путь?

— Я Вас понял. Спасибо. Говорите, никому туда ехать не надо?

— Полтора месяца точно.

— Ясно. Спасибо, Вячеслав Викторович, буду думать и… огромное спасибо за человеческое отношение.

— Не за что. Помните одно — мы сами выбираем дорогу, по которой идём. И Вы ведь не просто так ко мне пришли. Почувствовали что-то в душе. Сомнения, может страх перед неизбежным. Если так, почаще слушайте себя. Бывает, что интуиция, а мы так называем свои предчувствия, заранее предупреждает о фатальных событиях.

Мужчина кивнул, соглашаясь, и вышел из кабинета. Настя выскочила из-за стойки и проводила гостя. Всё как всегда. Нет… не всё как всегда. В углу приёмной сидел последний посетитель, который словно озлобленный зверёк смотрел на мою помощницу.

— Муаммар, добрый день. Рад видеть в здравии. Проходите. — Сократил имя. Вспомнил, как этот южанин сам предложил так его называть.

Когда мужчина занял место посетителя, понял, что Настя всё же не сдержалась, выплеснула на назойливого гостя что-то из того арсенала ведунов, что уже освоила.

— Расслабьтесь. Что-то случилось?

— Вячеслав. Когда у тебя появилась помощница-ведьма? Самая настоящая. Я ей комплименты, а она смотрит мне в глаза как змея и что-то шепчет себе под нос. И чем больше говорил хорошего, тем больше она улыбалась, а мне вот стало совсем грустно. Понимаешь, тоска ТАКАЯ навалилась, даже плакать захотелось. Родителей вспомнил, сестру. Я, конечно, плохой сын и брат, раз уже пять лет не ездил на Родину. Думал, деньги высылаю, дом им новый построил, так и всё. Нет. Завтра поеду. Хоть на неделю, но надо. Порадую близких и сам отдохну душой.

— Родителей, пока живы, надо навещать. Тут ты прав. Скажи, что привело ко мне на этот раз?

— Да ничего страшного нет. Просто ощущение, что я достиг своего предела. Бьюсь как в стену лбом, а дальше никак. Деньги есть, люди есть, всё есть, а топчусь на месте. Подскажи, что делать дальше?

— Ты же у меня не в первый раз и, наверное, помнишь, что я не даю советов. Говорю что есть, а человек сам решает как и куда ему идти. Прикрой глаза, давай посмотрим что у тебя впереди…

- -

Через час проводил мужчину. К сожалению, ничем его не обрадовал. Тот сейчас в самом деле стоял на перепутье и перед ним было множество уже не дорог, тропинок. Удивительно, клиент сам почувствовал, что дальше прогресса у него не будет. В лучшем случае поддержание бизнеса на прежнем уровне, но нового… Единственный вариант, так это был отъезд к родителям. Там оживёт, наберётся сил и через какое-то время, вернувшись, сможет раздвинуть существующие рамки. По крайней мере, такой вариант я увидел. Конечно, трудно сделать выбор, когда перед тобой восемь тропинок, большинство из которых никуда не ведут, начинают петлять, а потом закольцовываются. И лишь две отличались от остальных. Одна, как я порекомендовал, в самом деле сделать перерыв, а вторая заканчивалась плохо. И в конце я увидел человека и его имя. Когда назвал, Муаммар аж вскинулся и его тёмные глаза блеснули гневом. Кто был этот незнакомец, не спросил, но, как мне показалось, какой-то родственник.

* * *

— Настён, у тебя как? Ещё много работы? — вышел и увидел задумчивую девушку, которая на меня даже не посмотрела. — Малыш. АУ!

— Всё в порядке, Вячеслав Викторович, просто наговор, как поняла, не так сработал. Сейчас сижу и разбираюсь, что не так сказала. Прокрутила в голове, сверила с записями, всё так.

— Давай подробнее, — зашёл за стойку и сел на тумбочку. — Расскажи с самого начала что произошло.

— Как Вы и предупредили, этот мужчина, как только меня увидел, чуть сюда, за стойку не полез. Глаза сальные, противные. Мне показалось, что он меня уже раздел и пару раз изнасиловал. Ощущения ещё те. И при всём при этом разливался соловьём, как мне будет хорошо, если уеду с ним. Я и не выдержала. Вспомнила, что выучила наизусть — наговор на воссоединение семьи. Глупо, конечно, совсем не к месту, но у меня в голове, сколько ни пыталась вспомнить другие, стоял только этот текст. И что? Вижу, как этот мужчина сел у окна и отвернулся от меня. По-моему даже слезу пустил. Замолчал и полчаса сидел, словно его заморозили, ни слова больше не произнёс. Вот и не могу понять, почему так всё сработало. Что получилось, я поняла, но ведь не так как я хотела!

Не выдержал. Не засмеялся, захохотал, видя, как Настя смотрит на меня огромными от удивления глазами. Наверное, подумала, что и у меня нервы окончательно сдали.

— Малыш, ты ударила его в самое больное. — Рассказал, как и на что жаловался Муаммар. Когда закончил, заметил, что и девушка уже улыбается. — Понимаешь, ты неосознанно, как истинная ведунья, смогла задеть его тайные струнки. Вот он и забыл напрочь, что ты существуешь. Все его мысли направились в другую сторону — туда, где живут его родители и близкие. Только… Сколько это будет действовать?

— Пока семья не воссоединится. Других сроков нет, — девушка усмехнулась. — Вернётся домой, обнимет родных, и все мои слова уйдут из его головы. А вообще, здорово получилось. Мне понравилось.

— Только не злоупотребляй своим Даром. Никогда не забывай, что добро можно нести людям бесконечно, а вот зло…. За подобное могут и наказать.

— Так с какой стороны на это посмотреть. — Настя рассмеялась. — Я ведь не причинила этому человеку зла. Пожелала, чтобы увидел семью. Разве это плохо? Ведь он сам осознал, что много лет не приезжал к родителям. Так что, считаю, я сделала добро для многих людей.

— Только о другом не подумала, — я прикрыл глаза. — Помнишь, что я тебе о нём говорил? Он ведь не сам по себе, руководитель огромного коллектива. Что будет с людьми в его отсутствие? Как пойдут дела? Справятся его подчинённые без начальника? Сама знаешь, бывает так, что на одного завязано слишком много и убери фундамент — дом не устроит, рассыплется. Хотя, думаю, если он неделю проведёт с семьёй, ничего плохого не случится. Не успеет случиться… Так что, милая, всегда держи в голове множество факторов, даже второстепенных. Милая, нам пора. Закругляемся.

— На завтра всё сделала. Сейчас комп выключу и всё.

— И мне надо минут пять от силы…

- -

Уже дома, после ужина, традиционно сидя в обнимку в кабинете на диване, вспомнил, что хотел спросить ещё днём.

— Котёнок, ты не забыла, что через пару недель надо будет появиться в институте? Соскучилась по однокашникам?

— Совсем нет. — Настя, словно кошка, жмурилась, когда я гладил её по спине. — Ты же знаешь, у меня там друзей-подруг нет, так что скучать не приходится. Я вот думаю, как ты справишься без меня?

— Ну… последний год ведь справлялся? Конечно, без тебя будет намного сложнее, да и думать буду постоянно о тебе, переживать, но даже не открывай рот, чтобы предложить перевестись на заочное. Ты учишься не ради корочек, ради знаний, а на заочном всё превратится в фикцию.

— Ты словно мои мысли читаешь, — девушка расстроилась. — Понимаешь Слав, сейчас наверняка и расписание поменяется. Будет больше нагрузка, и я не буду везде успевать.

— Для меня главное — это твоя учёба и здоровье. Будешь уставать, значит, оставишь работу.

— Нет, — отрезала Настя. — Мы с тобой договорились, что будем помогать друг другу. Ведь так?

— Так. Только, повторяю, не за счёт твоего здоровья. Хотя… за неполный месяц, что ты со мной по утрам занимаешься, немного окрепла. Даже что-то вроде мышц на руках появилось, — пощупал бицепс на руке девушки и невольно улыбнулся. — Ты такая тоненькая. Хрупкая как статуэтка, но ничего, наши занятия тебя укрепят. Не сразу, но через полгода увидишь изменения.

* * *

Рутина днём за днём, хотя всегда получаю удовольствие от встреч с новыми людьми, да и последствия таких встреч зачастую бывают непредсказуемы. Например, то, что мы отказались от приглашения посетить клуб избранных, вышло для нас большим плюсом. Позвонившая через пару дней Марина Геннадьевна сообщила, что в тот раз новые гости повели себя вульгарно и по-хамски. Во время разговоров с постоянными членами этих «посиделок» не могли сдержать эмоций, срывались на крик и через полчаса их вежливо попросили на выход, наказав забыть всех, с кем они успели встретиться и переговорить, но люди, которых оскорбили горячие турки, использовали все рычаги влияния, чтобы турецкие компании как можно быстрее покинули российский рынок.

В конце августа в офис приехал Муаммарбарак. Посвежевший, отдохнувший. Поставил в приёмной две необъятных корзины с фруктами, что привёз с родины, а Насте вручил огромный букет роз.

У меня как раз вышло небольшое окно между визитами, поэтому принял мужчину, который даже отказался садиться.

— Вячеслав, как же я тебе благодарен, — улыбка у южанина заканчивалась где-то на затылке. — Ты бы знал, как меня встретили дома. Провёл десять дней как в раю, в сказке. Даже уезжать не хотел, но дал себе слово, что каждые полгода буду ездить домой. Минимум на неделю.

— Рад за тебя, Муаммар. Как родители, живы-здоровы?

— Хвала Аллаху всё хорошо. Мама… Полдня сидел рядом с ней и боялся, что это сон. Не хотел просыпаться. Спасибо тебе, дорогой. Но, Слава, пришёл к тебе не просто так. Слушай, могу твою ведьму пригласить к себе? Не, не домой и не на свидание, на работу? Я ведь узнал, что именно она на меня так воздействовала. Не спорь и не говори что не она. Не только Вы двое можете предсказать будущее. У нас тоже есть подобные люди, хоть их и мало и слабее, признаюсь. Именно твоя… ну не хочется мне её называть ведьмой, а на языке всё время это слово крутится… Старик, что меня принял, сказал, что она женщина-табиб, знахарка, но по-русски это не совсем так.

— У нас таких называют ведунья или травница, но чаще именно ведьма. Есть белые, серые и чёрные.Белые несут добро, чёрные — зло, а серые — нейтральны. И последних большинство, кто не чурается от незнания или непонимания что делают, творить и зло и добро.

— Слава, зачем мне столько информации? Будь проще. Мне нужна твоя зеленоглазая помощница на пару дней, хоть её и стал бояться. Скажи, она может провести ритуал призыва удачи? Мне это очень нужно. Заплачу, сколько скажет. Клянусь Аллахом и мамой.

— Одну не отпущу, если только сам буду рядом.

— Боишься? — мужчина сверкнул глазами. — Хотя и я бы побоялся отпускать без охраны такую красавицу. Слав, ты ей кто?

— Близкий друг семьи.

— Да… Э… Это меняет дело. И всё равно — поговори с ней, может согласится?

— Вряд ли. Мы не практикуем работу на выезде, хотя обещаю, поговорю. Может она предложит иной вариант. Муаммар, что сам не спросишь у девушки?

— Боюсь её, — мужчина оглянулся на закрытую дверь, — Честно скажу, очень боюсь. У неё ТАКИЕ глаза, что страшно посмотреть. Не хочу в следующий раз поехать не к родителям, а намного дальше.

— Настя добрая, не бойся. Ладно, поговорю, обещаю. Только предупреждаю — её работа будет тебе стоить очень дорого.

— Пусть скажет сколько. Не обижу и не обману. Всё, спасибо, дорогой, но мне надо ехать. День как в городе, а нерешённых вопросов гора…

Выглянул в приёмную через пару минут, увидел улыбающуюся мордашку девушки.

— Как, проводила?

— Еле успела снять блокировку двери, иначе бы вынес её напрочь. Пронёсся мимо меня как бешеный носорог, не попрощался. Даже не посмотрел в мою сторону.

— А это он принёс? — головой кивнул в сторону корзин.

— Да. Сказал, с его родины. Я попробовала персик — сказка. Никогда таких не ела. Словно мёд.

— Вот и ешь сколько хочешь. Не забывай, это тебе не из магазина, ничем не опрыскивают — фрукты быстро портятся. Пару дней и всё.

— Я это всё сама не съем. — Сказала и глаза испуганные.

— Как в том анекдоте? Если не съем, хотя бы покусаю, да? Настён, когда ты ещё сможешь такое попробовать? Прошу, не стесняйся.

— А ты?

— И я, но только после работы. — Подхватил корзины и занёс за стойку. — Пусть рядом с тобой полежат, а то у нас ещё будут люди. Здесь запах стоит такой, что начинается непроизвольное слюноотделение. Найди чем прикрыть корзины или, может, унесём в подсобку или архив?

— Лучше унести, а то я сама не своя — руки так и тянутся, чтобы взять ещё.

— Человека встретишь, оформишь, а когда он ко мне пройдёт, тебе все карты в руки — наслаждайся дарами солнечного Юга. Да, пока не забыл. Тебя захотели у меня арендовать на пару дней. Скажи, сталкивалась с обрядом на удачу или привлечением богатства?

— На удачу есть. Несложный ритуал, уже изучила. Только провести не так просто — нужны определённые травы. Надо делать отвар. В принципе на рынке можно всё купить, хотя, по правилам, надо самой собирать. В определённое время и час.

— С этим не заморачивайся. Сейчас никто голым о лесу и лугам не бегает, собирая нужные травы. Всё можно купить. Только не в магазине, а именно на рынке.

— Этот мухомор, тьфу, мухабой. Да что за чертовщина такая. Муххабад.

— Муаммар, Настя, — еле сдержался, чтобы не засмеяться. — Нужно запоминать имена постоянных клиентов. Назови его так в глаза, человек обидится и больше сюда не придёт.

— Простите, Вячеслав Викторович, я же не специально. Язык заплетается.

— Муаммар имя не редкое. Ливийского лидера так же звали, Муаммар Каддафи. Ты ещё молодая, не помнишь. Арабское имя. В переводе на русский означает долгожитель. Есть и другие смысловые значения — оберегающий, хранитель, известный. Мне лично всегда интересно — совпадает имя с характером носителя или нет, поэтому, когда натыкаюсь на такое, смотрю в интернете смысловое значение.

— Так у него вроде и вторая половина имени есть. Сейчас, — девушка заглянула в записи. — Вот, нашла. Муаммарбарак.

— Там несколько значений, но вторая часть составного имени это скорее прилагательное. Благодатный или благословенный. Так что в целом имя можно перевести как благословенный долгожитель.

— Интересно, — Настя сдвинула брови домиком. — Запомню. Честное слово запомню. Этот мужчина хоть и болтун, но внутри очень добрый человек. Как мне показалось и очень несчастный. Почувствовала в его эмоциях затаённую тоску.

— Умничка. Развивай это чувство. Тебе пригодится в жизни. Так, давай уберу корзины в подсобку и дверь немного придержу — надо чтобы проветрилось в приёмной. Сколько времени у нас до следующего?

— Минут десять от силы. Подержите входную дверь, остальное я сама. — Девушка открыла кладовку и затащила туда корзины. — В самом деле, пахнет как на рынке.

- -

Третий посетитель ничего интересного из себя не представлял, обычные волнения по поводу дальнейшего, а вот последнего, точнее последнюю, ожидал с нетерпением.

— Добрый день, Арина Сергеевна. — специально вышел в приёмную, чтобы лично засвидетельствовать почтение. — Добрались нормально?

— Нормально Вячеслав. Спасибо, что сбросили подробный план, а то искать Вас…

— Вы же местная, разве для Вас это составит затруднение? Название улицы уже как с полсотни лет не менялось.

На меня посмотрели с интересом, не более.

— Старая я стала, чего говорить, чтобы бегать по району и у всех спрашивать где находится нужный дом.

— Сейчас попрошу Вас расписаться в журнале у моей помощницы и прошу в кабинет.

Дверь специально не стал закрывать, чтобы слышать, что говорят в приёмной, да и Настя проявила уважение перед заслуженным человеком, поднялась с кресла.

— Красивая ты, девочка. Учишься? Глаза твои просто необыкновенные, — женщина, расписываясь в документах, заинтересовалась Настей.

— Да, на втором курсе института.

— Дай угадаю, — пожилая женщина задумалась. — Наверное, в экономическом? Подожди, не закончила. На международника?

— Да-а… — протянула Настя. — Откуда Вы… Не, не может быть. Стоп. День посвящения в студенты в прошлом году. Точно. Вы у нас выступали.

Женщина вновь внимательно посмотрела на девушку и улыбнулась своей «фирменной» улыбкой, поправив очки.

— Память отличная, хвалю. Ну да, была там, поэтому тебя и запомнила. Таких как ты, милочка, мало осталось. Как раньше говорили, «породу» не спрячешь. А в театральный не пробовала поступать? Хочешь, устрою протекцию? Речь у тебя правильная. Внешность на высоте. Уверена, захочешь, много сможешь добиться.

— Спасибо, Арина Сергеевна, за добрые слова, но я никогда не стремилась попасть в кино или работать на сцене театра. Не моё это. Попробовать можно, конечно, но посвящать свою жизнь служению Мельпомене не готова. Мне ближе другая муза, Полигимния, которая помогает смертным понять силу слова, которое может вылечить и настроить на подвиги, а может и убить.

Женщина пару раз хлопнула ладошками.

— Не думала, что встречу столь юное создание, у которого в голове кроме танцев и шмоток есть знания. Ты ведь, малышка, здесь не просто так проводишь время? Набираешься опыта у своего Наставника?

— Не совсем так. Вячеслав Викторович уже много времени и сил потратил, чтобы я стала такой, какая сейчас.

— И снова ответ прекрасный. Сказала много, но по факту ничего. Жаль, у меня мало времени, а то наша беседа мне очень понравилась. Зеленоглазая… ведьмочка. Ну надо же такую повстречать. Вообщем, милая, не откажи, если тебя приглашу на пробы. Хорошо? Вскоре будет сниматься настоящий фильм, не то, что идёт по телеящику. Думаю, ты там придёшься к месту.

— У меня скоро начинается учёба, Арина Сергеевна. К тому же шефа не хочу подводить. Ему без меня трудно будет.

— Договоримся. Ладно, не стоит дальше задерживать человека. Увидимся.

Пожилая дама зашла ко мне, намеренно плотно закрыв за собой дверь.

— Присаживайтесь — показал на кресло напротив себя. — И что такое могло случиться, чтобы Вы, известный человек, любимая миллионами людей актриса пришли ко мне на приём?

— Вячеслав Викторович… Можно буду называть Вас только по имени? — и на лице вновь любимая миллионами людей улыбка.

— Как будет удобнее.

— Вы так сказали «ко мне на приём», словно я пришла в районную поликлинику к участковому врачу просить больничный. Вячеслав, чтобы попасть к Вам на прием, мне не только понадобилось собрать немалую сумму денег, но и найти Ваши координаты, что было гораздо труднее. Знаете, забавно получается — о Вас ходят восторженные слухи среди непростых людей, но где Вы находитесь, почему-то все молчат. Боятся?

— Почему боятся? Ни в коем случае. Просто в Соглашении, которое Вы сейчас подписали и, скорее всего, не прочли, есть пункт, где говорится, что не будете сообщать другим людям о местонахождении консультационного психологического кабинета и результат нашего разговора.

— Да, Вы правы. Расписалась, но не прочла. Надеюсь, в других пунктах нет криминала?

— Нет. Вы позже сможете прочесть содержание Соглашения. Я Вам дам пустой бланк. И всё же назовите причину, что Вас сподвигла обратиться именно ко мне?

— Только сразу скажу, пришла не к психологу, а к провидцу.

— Не совсем точное определение моей деятельности, но пусть будут так.

— Два вопроса. Сколько мне осталось, и второй… Что творится с внучкой? Последнее время мы потеряли взаимопонимание, а для меня это очень важно.

— Сроки сказать не смогу. Точнее могу, но не имею права это озвучивать. Обычный сеанс, на который Вы пришли, подразумевает прогноз не более чем на год. Второе. Не обижайтесь, но по поводу второго вопроса ничего сказать не смогу — Вашей внучки здесь нет, а на расстоянии я не могу определить дальнейший жизненный путь. Если только косвенно.

— Жаль, но пусть будет хотя бы косвенно, — женщина улыбнулась.

— Глаза прикройте, а лучше вообще закройте. Расслабьтесь и думайте только о хорошем.

— Не могу думать о хорошем, когда постоянно болит колено и копчик, — рассмеялась дама.

— Раз болит, значит, Вы живы, а это уже немало. Ну что ж, начнём?

Я потерял счёт времени, рассматривая сплетение огромного количества тропинок, дорожек и дорог, что представляла собой судьба Арина. Пожилая дама в душе осталась совсем юной девочкой и чтобы понять будущее, пришлось возвращаться и разбираться с прошлым. Увлечения мужчинами, но так, лёгкий флирт и только одна настоящая любовь, которая прошла светлой полосой по жизни. ТОГО человека уже давно нет в живых, но чувства к нему ничуть не утихли. Что будет дальше? Этот год ничего плохого не принесёт. Как мне показалось, наоборот, вдохнёт новую свежую струю эмоций и позитива. Дальше… Что ж, заглянем чуть дальше. Три года, четыре. Пятого не будет. Дорога внезапно заканчивалась. Такое я видел впервые за все годы практики — яркий светлый путь переходил в дымку, поднимался миражом вверх и там таял. Странное ощущение ухода из жизни. Лица. Множество лиц известных людей, но они не смотрят вниз или наверх. Все взоры обращены вдаль, туда, где могла продолжаться дорога жизни моей… не хочется говорить клиентки. Гостьи. Это будет правильнее. Уже хотел вернуться, когда заметил на периферии зрения девушку. Волнение. Неразделённая влюблённость и жестокое разочарование. Что ж, такое часто бывает.

Головокружение, переходящее в тошноту. Да… Зря я снова полез туда, куда мне нельзя. Но ничего, недолгая слабость это совсем не те ощущения, которые следуют, когда вторгаешься в чужую жизнь. Вынырнул из-за грани и открыл глаза. Рука сама собой полезла в стол. Достал бутылку с лимонным соком и сделал большой глоток. Вроде стало легче, но вестибулярка продолжала крутить пируэты. Привычно и очень неприятно хоть и не смертельно. Ещё один глоток сока и бутылка вновь стоит на прежнем месте.

— Тяжело, как вижу, даются деньги, — негромко произнесла Арина Сергеевна. — Бледный, осунувшийся за каких-то полчаса. Даже щёки ввалились. Прости, Вячеслав, за мои дурные мысли. Ты ведь не первый, к кому пришла на приём, но только ты один работаешь с полной отдачей. Подобное искусственно не изобразить.

— Ничего, минут через десять приду в себя. Что могу сказать. Начнём со второго вопроса. Так получилось, что краем задел Вашу заботу и волнения. Там влюблённость, как понял, в одного из коллег. Продлится недолго, потому что нет взаимности. Продлится месяц, не больше. Потом всё вернётся к обычной жизни. Что касается Вас, год будет вполне нормальным при условии, что в декабре откажетесь от работы в театре. В этом декабре. Два варианта — общее переутомление или падение на сцене. Итог один — больница. Вторая преграда, на мой взгляд, более существенная — съёмки в сериале, что начнётся весной. Откажитесь, потому что в ином случае дальнейшего пути не вижу. На съёмках что-то произойдёт. Конкретно что, не понял, не увидел, но Вас это затронет в первую очередь. После несчастного случая Вы опять же попадёте в больницу, из которой вряд ли выйдете.

— Понятно, — протянула женщина, с силой сжав пальцы рук. Декабрь… что ж, там спектаклей всего ничего, обойдутся без меня, а весной… — Арина Сергеевна подняла голову. — На весну запланировано начало съёмок сериала, где у меня хоть и не главная роль, но одна из значимых. Обидно получится, если не смогу принять участие. Что ж, спасибо за предупреждение, буду думать.

— Поймите правильно. Я не даю советов как Вам жить дальше. Моё дело предупредить об основных точках, после которых жизнь человека может пойти в другом направлении. Каждый человек творец своей судьбы.

— Красиво изрёк. Спасибо, Вячеслав, за информацию. Как и сказала, буду думать. — Женщина поднялась с кресла и замолчала, глядя в огонь камина. — Что хотела попросить. Именно попросить, не предложить. Если у меня всё сложится нормально, отпусти свою девочку на съёмки. Скоро будет сниматься фильм, где она сможет показать себя во всём блеске. Поверь, это не блажь. Я отлично научилась видеть в людях талант, а он у твоей зеленоглазки есть. Не понравится дальше сниматься, её дело, но такой шанс выпадает далеко не каждому и бывает раз в жизни.

— Заставить её не могу, решать самой Насте. Для меня главное, чтобы её учёба не пострадала, а сам как-нибудь справлюсь. Хотя, если честно, не вижу девушку в качестве актрисы. У неё другое предназначение.

— Догадываюсь какое, но промолчу. Между прочим, роль, что будет предложена, точно совпадает с её внутренней силой. Ещё раз спасибо и я поковыляла.

Подхватился и помог выйти сначала в приёмную, а потом, вместе с Настей, проводили женщину на улицу. Оглянулся и увидел, как от недалеко стоящей машины к нам направился молодой мужчина. Не шёл, почти бежал и, встретив пожилую женщину, подхватил под руку.

— Внук? По возрасту подходит, — Настя смотрела, как парень с нескрываемым уважением помог устроиться женщине на переднее сиденье в машине, а затем аккуратно захлопнул дверь.

— Пойдём, милая. Рабочий день окончен. У тебя с документами всё? Закончила?

— Да, — девушка с улыбкой посмотрела мне в глаза. — Помнишь, что предложил мне по поводу моих однокурсников?

— Конечно, помню.

— Две девочки из трёх, кого бы хотела занять делом, согласились сразу. Третья взяла паузу на размышление, но я её уже вычеркнула из списка. Раз сомневается, значит, есть варианты, а меня подобное не устраивает.

— Как сама считаешь, двух человек хватит?

— Попробую сначала с двумя, а если не будут справляться, или поменяю их на других или возьму ещё одного, максимум двух.

Мне очень понравилось, с каким настроем Настя взялась за свой фронт работы. Ответственно и даже жёстко, но это намного лучше, чем оставаться мягкой и женственной. В рабочем процессе такое недопустимо.

* * *

Традиционно после ужина вспомнили Арина Сергеевну, точнее, её предложение.

— Малыш, и каков твой вердикт? — я был счастлив, когда Настя была рядом. Домашняя, тёплая, ласковая. Сейчас лежала, положив мне на колени красивую голову.

— Не знаю, Слав. Если по уму, мне это даром не надо. С другой стороны интересно попробовать себя в качестве артистки, когда на тебя направлен свет софитов. Боюсь одного — возникнут сложности с институтом.

— Насколько знаю, в таких случаях из Министерства Культуры на имя ректора приходит письмо с просьбой на какое-то время для студента предоставить свободное расписание. Это плюс, но есть и минус — на экзаменах никто тебе поблажки не сделает. Наоборот, будут гонять по всей программе. Сама понимаешь, в каждом человеке живёт чувство зависти к тем, кого видят на экранах телевизоров или кинотеатров. Кто-то может совладать со своим чувствами, но большинство, увы, нет, с полной уверенностью считая, что они сами легко могли бы заменить любого артиста. Что надо учиться актёрскому мастерству не один год, об этом мало кто вспоминает.

— Понимаю, что потом мне проходу не дадут как однокурсники, так и преподаватели, хотя не это пугает, совсем другое — как ты будешь без меня? Если честно, сердце сжимается.

— Ты ещё не представила, сколько у тебя появится поклонников и воздыхателей. В актёрской среде всё проще — люди раскрепощённые и завязать интрижку — раз плюнуть. Не успеешь оглянуться, как со всех сторон посыпятся предложении руки и сердца. Глядишь, найдёшь более достойную пару. Ровесника или чуть старше себя, но не такую развалину как я.

— Опять начинаешь? — девушка посмотрела на меня с болью в глазах. — Зачем ты так? Знаешь, как тебя люблю Ты для меня всё на этом свете. Какие артисты, когда рядом со мной ты. Даже сравнивать нельзя. Прошу, не обижай меня своим недоверием.

— Это не недоверие, трезвый взгляд на жизнь прости, уже более чем взрослого человека. Ты слишком юна и не опытна, моя девочка, чтобы противостоять умелому соблазнению.

— Тогда я или откажусь или поставлю условие, что без твоего присутствия на съёмочной площадке не появлюсь. Есть, правда, и третий вариант, но к нему не хочу прибегать.

— Создать вокруг себя такую ауру, чтобы тебя все обходили десятой дорогой? Или внушить чувство страха при тесном контакте? Ты это имела в виду? Тогда на второй или третий день тебя перестанут снимать. Что же касается моего присутствия, не получится. Сама знаешь, прекратить практику не могу. Тем более на длительный срок.

— Можем поставить условие, чтобы съёмки проводились в выходные. Это как вариант. И ещё… Боюсь, что если начнутся приставания, не смогу удержать себя в руках — нашлю какую-нибудь болячку, недомогание или что похуже.

— Солнышко ты моё. Давай на эту тему поставим на паузу. Тебе пока никто ничего не предложил, да и предложат ли, ещё вопрос. Артисток, кто желает сниматься в кино или работать в театре, огромное количество, но ведь сама видишь — на экранах одни и те же лица, новых почти нет. Там, за кулисами, за каждую роль такая идёт война, мама не горюй. Легко только именитым, да и между ними тоже есть соперничество. Сняться в фильме это не только приличный заработок, но и задел на будущее. Раз засветился на экране, автоматически попал в лист ожидания на всех студиях страны, а если сыграла удачно, то резко поднимаешься в рейтинге.

— Откуда ты всё это знаешь? — Настя не больно меня ущипнула за бок. — Знакомые артистки?

— Бери выше, режиссёры, которые побывали у меня в гостях. Не дома, в офисе. Большинство из них чересчур разговорчивые и порой рассказывают то, о чём бы стоило промолчать. А вообще с людьми из богемы стараюсь не пересекаться. В большинстве своём совсем не интересны ни как люди, ни как объекты для работы. Арина, что сегодня нас посетила, это представитель другой эпохи и другого мира, да и сама она очень приличный человек.

— Мне она очень понравилась. Умная и скромная, несмотря на то, что её знает всё население страны. Слав, милый, пойдём отдыхать. Я сегодня немного устала.

— Тебя отнести в ванну или сама дойдёшь?

— Ты меня до ванной не донесёшь, раньше свернёшь. Славка, неужели я тебя не знаю? Всё на лице написано. Я первая мыться. — И девушка, с хохотом спрыгнув с дивана, умчалась.

Глава 6

Первое сентября для меня стал тяжёлым днём. Нет, не из-за работы, что сдвинул визит клиентов на час. Отвёз невесту в институт и хотел уже ехать в офис, как Настя позвонила по телефону и попросила меня задержаться на десять минут. Сказала, хочет показать девушек, что подобрала к себе в помощницы. Я вначале возразил, мол, зачем надо знакомиться, а потом решил уступить — ну хочется невесте показать, что не на неё будут работать девчонки, а на взрослого человека, пусть приводит. От меня не убудет.

Минут через пять встали так, чтобы никому не мешать, и я более внимательно рассмотрел будущих внештатных сотрудниц. Одеты не вызывающе, скорее скромно, но стильно. Без пирсинга и татух, кои органически не переношу.

— Вячеслав Викторович, психолог, о ком Вам говорила, а это Наташа и Вика. Виктория.

— Я понял. Приятно познакомиться. — Кивнул и улыбнулся. — Только вопрос. Вы в курсе, что со мной будете общаться очень редко? Все вопросы будете решать с Настей?

— Да, нам всё подобно рассказали. — Виктория, как представили девушку, настороженно на меня посмотрела. — Простите, а фамилия Ваша… Бутурлин?

— Верно. Что, я настолько страшный, что красивая девушка сразу испугалась?

— Нет, — ещё больше смутилась рыженькая. — Просто один папин знакомый… о Вас рассказывал. Настя говорила, для кого будем собирать информацию, поэтому свести информацию к логическому выводу было несложно. Не ожидала, что смогу познакомиться со столь известным человеком.

— Вика, надо обязательно добавить — в узких кругах. Я не киноактёр, лицо которого известно людям. И откуда Вы, позвольте поинтересоваться, столь быстро соотнесли имя отчество и фамилию? Уверен, Настя обо мне мало что рассказала, как и о своей работе.

— Настя о Вас вообще ничего не рассказывает. О работе… Говорит, работает администратором в частной консультации. Отделывается общими фразами, всё время возвращаясь к тому, чем нам предстоит заниматься. Просто… наша подруга очень изменилась за лето. Стала… более раскрепощённой что ли. Ну, не знаю…

— Не, Вик. Настя стала взрослой и научилась отвечать на колкие замечания, а не глотать насмешки молча, как мы, — вступила в разговор вторая девушка, Наташа. Симпатичная «кнопка» с живыми глазами и постоянно падающей на лицо чёлкой, которую сдувала каждую минуту. — Вячеслав Викторович, тут Настю девки пытались поддеть за её модный наряд, так она отшила, сказав, что надо было работать летом, а не сидеть на шее у родителей. Тогда можно самой купить любые понравившиеся брендовые шмутки, а не клянчить деньги у предков. Заткнула всех разом.

Посмотрел на Настёну. Стоит чуть в сторонке. Смущённая, чуть покрасневшая от неловкости, что её хвалят, а вот раскаяния за сказанные слова никакого не увидел. Умничка. Значит, вечерние беседы даром не пропали, сделала вывод.

— Да, девушки, Настя всё лето работала, правду сказала, поэтому на заработанные деньги и смогла купить, что ей захотелось. Она вообщем молодец. Ко мне лично вопросы есть? Извините, тороплюсь.

— Нет, — в унисон ответили девушки и, переглянувшись, улыбнулись.

— Тогда всем удачного учебного года. Повторю от себя — все вопросы решает мой помощник, Настя. Она зарекомендовала себя ответственным работником и порядочным человеком. Рассчитываю, что не только в дружбе, но и в работе с ней найдёте общий язык.

Ещё раз кивнул, прощаясь, и сел в машину. Покрутил головой, разминая шею. Девчонки были крохами по сравнению с моим ростом, поэтому приходилось не только смотреть сверху вниз, а и сгибаться, чтобы расслышать, что они говорят. Вспомнил Викторию. Настя упоминала, что её подруги приезжие, живут в съёмной квартире, не в общаге. Значит, родители могут содержать своих детей. Обе одеты очень прилично. Другое интересно — что разговор был такой обо мне, раз девушка смотрела с настороженностью, граничащей со страхом?

Только-только ознакомился с делами клиентов, что оставила Настя, развёл огонь в камине, как завибрировал телефон. Глянул сначала на часы, затем кто звонит. Время есть, приехал с большим запасом, поговорю.

— Что, котёнок, тебя ещё не растерзали на кусочки?

Счастливый смех и до меня не сразу дошёл смысл слов Насти.

— Слав, мне кажется, ты плохо о себе думаешь. Что ты приехал, знает уже весь курс. И это не мои однокурсницы поделились. Они как раз молчали. Так что вопросов ко мне будет раз в сто больше, чем в прошлом году. Я говорю о женской части.

— Мне-то что. Тебе отдуваться. Лучше играй в партизана. Больше молчи, меньше рассказывай.

— Так знают, что я у тебя работаю администратором. Опять же, не девчонки проговорились. Кто-то донёс. Хочешь, поделюсь тайной? — И, даже не сделав паузу, выпалила. — По-моему Вика с Наткой сходу в тебя влюбились. Ходят как пришибленные. Пытаюсь растормошить, куда там. Ловлю на себе их косые взгляды, мол, вот повезло…

— Да, но как по мне, это совсем не смешно. Малыш, объясни девочкам, что я старый для них, в отцы гожусь.

— Уверен? — зазвенел голос. — Они смотрят чисто внешне. Красивый, высокий, статный. Спортивная фигура, к тому же одет прилично и ездит на большой дорогой машине. Что касается старости, ты это кому-нибудь другому говори, не мне. Ладно, моё счастье, больше дёргать не буду. Как освобожусь, сразу приеду.

— Буду ждать. Только прошу — не забывай, что надо смотреть по сторонам. Уровень опасности снизился, но она никуда не делась.

— К сожалению, это сложно забыть. Всё, мне пора. Целую. Вечером расскажу подробности.

Поговорили всего ничего, а на душе стало тепло. Малышка. Сколько ты приносишь счастья.

- -

Да… Забыл, что значит остаться одному. Кроме всего прочего, если бы не моя девочка, остался без обеда — начисто вылетело из головы и был крайне удивлен, когда позвонили в дверь и доставили обед на две персоны. Хотел было отказаться, ссылаясь, что лишнее мне не надо, а не сразу пришло в голову, что вообще-то сам и не делал заказ. Кроме того наверняка Настя примчится голодной. Хотел уже позвонить девушке, сказать спасибо, но положил телефон на место — подумал, вдруг идёт лекция, буду мешать… Вообщем, сделал себе заметку, что надо заказывать самому. Разленился. Да и не только в обеде дело. Сегодня понял, как много делала Настёна, оберегая меня от второстепенных хлопот.

После второго клиента зашёл в кладовку, где обычно лежали тряпки, чтобы одну взять и вытереть со стола пролитый кофе. Давно сюда не заглядывал… Разглядывая аккуратные стопки нужных в рабочей жизни мелочей, поразился порядку. Сам педант, но Настя была круче — везде ярлычки с пометками и напоминалками — когда и где надо заказать и что подходит к концу. Точно такой же идеальный порядок был и в архиве. Удивился — когда малышка успела всё сделать? Папки с личными делами разложены по годам, в алфавитном порядке. На корешках год, дата визита и фамилия клиента. Ничего не надо искать и терять время — всё видно и понятно. Вновь на душе благодарность маленькому, но такому любимому человечку. Наверное, последнюю фразу сказал вслух, потому что из-за спины раздался голос той, о ком в данный момент думал.

— Приятно, когда слышишь, что о тебе отзываются с такой теплотой. Слава, ты сказал «любимому человеку» Это так, к слову, или на самом деле?

Обернулся и обнял шагнувшую ко мне Настю. Зарылся в её волосы, вдыхая столь родной запах.

— Мне кажется, иногда и не надо слов, верно? — не мог оторвать взгляда от зелёных глаз. — Можно по делам судить о чувствах человека.

— Я и сужу. Знаю, что тебе не чужая. Сначала ты меня воспринимал как девочку-несмышлёныша, которая была не способна отвечать за свои эмоции и поступки. Чуть позже, когда ещё была жива мама — скорее за младшую сестру, чем за дочку. Только год назад, тоже на первое сентября, ты посмотрел на меня уже как на взрослую, хотя и тогда в твоих глазах плескалось чувство беспокойства за меня, чем… И только в мае, когда опоздала на работу и пришла с запахом спиртного после дня рождения однокурсницы, ты на меня посмотрел совсем другим взглядом. Как на несмышлёныша, но уже взрослого человека. Я видела, как ты разозлился, как беспокоился, что не отвечала на телефонные звонки. Даже не дал мне объяснить, что телефон забыла в гостях, хотел выгнать. Чувствовала, ты был в ярости, даже хотел меня выпороть, ремень уже вынул и на кулак уже намотал, но вовремя остановился, когда осознал, что поздно воспитывать, я уже выросла. Помню твой взгляд. Не оценивающий, совсем нет. Восхищённый и… потерянный. Наверное, тогда расстроился, что маленькая девочка так быстро выросла и тебе уже не придётся о ней беспокоиться. Скажи честно. Неужели ты, человек, способный чувствовать, не ощущал мои чувства к тебе?

Настя говорила, спрашивала, а я был в шоке. Да, я тогда расстроился, девочка правильно сказала. И не из-за того, что она выросла, а потому, что последние годы жил, зная, что есть на свете человечек, кому нужен. Кто всегда меня встречает с улыбкой и, как и я, ждёт наших встреч. И с ремнём… Да, это правда, тогда начисто сорвало башку. Забыл напрочь, что это не мой родной ребёнок, а чужой, к тому же девочка, не парень. Не остановись я тогда, точно по попе бы получила. Она ведь пришла не просто с запахом, была пьяной. Много ли надо хрупкой девочке, которая до этого дня вина в рот ни разу не брала. Конечно, я бы её не выгнал, уложил спать здесь, в архиве, благо в уголке стоит крохотный диванчик. И сейчас уже сформировавшийся человек спрашивает, чувствовал ли я её чувства? Глупыш. Какой же ты глупыш…

— Я до последнего был уверен, что у тебя возрастная влюблённость к человеку, который тебе по годам годится в отцы. Да, помог тебе и твоей маме в трудную минуту, но это Вас ни к чему не обязывало. Помогал от чистого сердца, зная, что Вы не сможете меня отблагодарить. Да мне это было и не нужно. Куда мне девать деньги? Солить? Всё, что мне надо, у меня было, кроме одного, что за деньги не купить. Настоящее чувство, не покупное. Знаешь, как я радовался, глядя на тебя и твою маму, когда ей стало лучше и в первый день после больницы Вы сидели за столом на кухне и пили чай с пирожными, не отрывая глаз друг от друга?

— И ты, поганка, тогда тихонько ушёл. Даже не попрощался. Привёз нас домой, накупил продуктов на месяц и удрал… Мама тогда очень расстроилась, а я… я была готова тебя ударить, что ты такой… слепой.

— Малыш, а мама знала, что ты влюблена?

— Да. Сначала, как и ты, говорила, что влюблённость — это свойство молодости, что всё пройдёт со временем, но позже и она поняла, как много значишь для нас. Для неё и для меня. Как мне уже тогда хотелось, чтобы ты был с нами постоянно, никуда не уходил.

— Настён. Твоя мама была старше меня на пятнадцать лет, а ты… была ещё несовершеннолетней. Подумай сама, разве на подобное мог пойти? Нет. Никогда. Даже то, что случилось, до сих пор не укладывается у меня в голове. Не верю, понимаешь, что рядом со мной юная девочка, почти ребёнок.

— И этот ребёнок сумел совратить взрослого мужчину. Это хочешь сказать? — у Насти только молнии из глаз не вылетали, настолько она взволнована. — Скорее не я так поступила, мы вдвоём. Морена, что была во мне и я. У меня одной, наверное, не хватило бы смелости пойти на такой шаг. Сидела бы до сих пор и ждала момента, когда ты на меня посмотришь. Плакала бы по вечерам, фантазируя, что ты рядом. Поэтому ни капельки не жалею что сделала. Просыпаюсь каждое утро и…

— Сначала несколько минут смотришь на меня, потом нежно целуешь и, стараясь не потревожить, убегаешь готовить завтрак. Ничего не пропустил?

— Потому что каждое утро посылаю слова благодарности Морене, что мне помогла. Я счастлива, понимаешь? СЧАСТЛИВА видеть, чувствовать тебя. Думаешь, спустя полтора месяца хоть раз пожалела? Ни разу. С каждым прожитым днём понимаю, осознаю, что сделала правильный выбор ещё тогда, уже почти четыре года назад, доверившись тебе, незнакомому человеку, который фактически спас две жизни. Когда же узнала тебя чуть лучше, поняла, что ты для меня…

Зазвенел звонок на входной двери. По времени должен был прийти очередной клиент.

Не отрываюсь, смотрел на девушку, и было одно единственное желание — схватить эту кроху и прижать к себе. Целовать, пока не покинут силы. Это у меня, а вот в Насте словно переключился внутренний тумблер. Ещё секунду назад растерянная и взволнованная девочка превратилась в невозмутимого сотрудника моей фирмы.

— Вячеслав Викторович, идите в кабинет. Я встречу посетителя.

— Настя, обед поставил в холодильник. Без тебя не кушал.

— Спасибо, — в глазах мелькнуло чувство огромной благодарности и теплоты, но они сразу же стали обычными — внимательными и, даже сказал бы, настороженными. — Я смотрела, после третьего у нас будет перерыв почти в сорок минут. Разогрею еду и принесу.

— Спасибо.

- -

И снова погружение в пустоту, а потом за грань. Люди, чувства, дороги. Детали, о которых можно сказать клиенту, предостеречь от необдуманных поступков. Как сказал один мой хороший приятель, «рутина, заставляющая своим однообразием человека работать, отключая мозг». Именно этим и занимался, стараясь не реагировать на чужие радости и печали. Передо мной один из тысяч точно таких людей, а сопереживать и принимать участие в чужой жизни, нет уж, извольте. Да, стал ремесленником, но не потому, что моя работа была не интересной. Совсем нет. Причина в другом — люди, что составляли мой контингент, чрезвычайно редко были яркими личностями. В большинстве своём те, кто волей Судьбы пробились наверх в иерархии человеческой массы. Кого вынесло наверх после девяностых, кого родители, а кого вообще случайно, как морскую пену, которая, полежав на берегу, исчезает через пару часов. И этот, третий клиент за сегодняшний день, ничем не отличался о своих предшественников. Те же вопросы, те же тщательно спрятанные мысли о будущем и тот же страх потерять всё, что было заработано и накоплено. Никого из этой когорты не интересовали люди, что трудятся на их кошелёк. Пару лет назад, увидев в ближайшем будущем крах вполне солидной компании, дал рекомендацию — чтобы сохранить известную в городе и стране фирму, надо повысить людям зарплату. И что ответила мне супруга одного из двух владельцев, которая, собственно, и пришла ко мне на приём? Сказала то, что не сразу уложилось в моей голове, а позже неизбежно трансформировало отношение к тем, кто гордо себя называет бизнесменами. Если дословно, оно прозвучало так — «Люди, кто работает в компании, меня интересуют во вторую очередь. Важнее, что бы мой личный уровень жизни не пострадал». Тогда подавил в себе раздражение, сделал обычную раскладку на ближайшее время. Чуть позже, приблизительно через год, поинтересовался, как там обстоят дела. Мои слова и предостережения всерьёз не приняли или не захотели прислушаться. Могло быть и такое, что дама не поделилась информацией с мужем. Итог предсказуемый. Сначала разлад в руководстве компании — два совладельца, словно бойцовые псы на ринге, раздербанили компанию. Один из них продал активы и уехал за границу на постоянное место жительства, а тот, что остался, не смог удержать работу компании на прежнем уровне — снизили оборот почти в десять раз. Половина сотрудников кто уволилась, кого уволили, потому что всем не повысили, понизили зарплату. На место ушедших пришли новые люди, но наладить, а порой и восстановить связи с зарубежными компаниями не смогли. Когда же на страну ввели санкции, оборот в фирме вообще упал до минимального уровня. Большинство иностранных фирм покинули рынок, а новые, с которыми наладили контакты и стали работать, были не столь известны в России, чтобы на них делать ставку, да и качество товара, что поставляли, заметно отличалось от всемирно известных брендов.

Отпустил визитёра и впал в какое-то вялое полусонное состояние. Ни думать, ни говорить не хотелось. Было одно желание — оказаться сейчас дома в постели и уснуть. И только через время понял — безумно устал. От постоянного напряжения и переходов из этого мира за грань бытия, где всё одновременно статично и движется. И пребывание там здорово вытягивает жизненные силы. Когда там недолго — последствия мало ощущаются, а когда задержишься на полчаса — чувствуешь себя так, словно пробежал довольно длинную дистанцию. Сейчас появилось желание бросить всё и устроить себе отдых. Маленький отпуск, как совсем недавно с Настей. За не полную неделю отдохнул и зарядился позитивом, да и рядом была красотка, глядя на которую душа радовалась. С тех пор прошло всего ничего, а ощущение, что работаю без выходных уже не один год. СТОП… Что, уходя, сказал этот человек? «Вряд ли мы ещё когда увидимся». Тогда…

— Настя, — позвал девушку, и та почти сразу зашла в кабинет.

— Что случилось? Почему ты такой бледный? — Настя хотела подойти, когда я остановил её жестом руки.

— Не подходи. В кладовке есть толстые резиновые перчатки. Одень две пары, одни на другие. Поторопись, малыш.

Девушка рванула и, уже вернувшись в кабинет, на ходу натягивала на руки вторую пару печаток.

— Вытащи гостевое кресло в прихожую, потом на улицу. Берись только за спинку. Подожди… Сначала осмотри его — есть там что-нибудь инородное? Булавка, иголка? Может быть живой или искусственный паук? Нет, погоди… В рабочем столе в правом верхнем ящике мощный магнит. Может помочь, оттопырит кожу, если туда засунули иглу.

— Это что, был колдун? — вскинулась девушка. Даже оглянулась — дверь в кабинет была открыта. Хотела найти взглядом того, кто только что ушёл?

— Нет, — почему-то был уверен, что последний посетитель был без способностей, иначе я бы почувствовал, но что его могли попросить перед уходом воткнуть в кресло какую-нибудь гадость, было похоже. Могли за такую услугу и оплатить приём. — Не бойся, милая. Тебе ничего не грозит. Если там что-нибудь есть, на тебя не отреагирует. Здесь явно направленное воздействие…

— Есть, Слав. — Настя медленно водила магнитом вдоль спинки и потом его подняла, продемонстрировав довольно длинную и толстую иглу. Похожую на те, что используют сапожники. — Даже не прикасаясь, чувствую на ней наговор. Страшный, — девушка побледнела. — Это не любитель делал, тот, кто всю жизнь занимается чёрным колдовством.

— Я и сам догадался. Вынеси на улицу и положи магнит так, чтобы игла касалась земли. Именно земли, не асфальта. Слева от входа есть место, где недавно ремонтировали трубы. Метров сорок от входа. Только посмотри сначала — есть в припаркованных машинах кто-нибудь. Если есть, никуда не ходи. Просто положи магнит у входа и возвращайся.

Как только Настя вышла из кабинета, мне сразу стало легче дышать, словно с груди сняли тяжёлый груз. Какая сволочь решила меня извести? Кому помешал? Тот, кто из-за меня потерял клиентов? Не похоже. Встречался со многими из «коллег», кто «работает» в городе. В большинстве своём шарлатаны, но гонору выше крыши. Хотя не буду отрицать, двое имели дар. Слабенький совсем, но без хлеба не останутся. У них своя клиентура, не моего уровня. Тогда кто? Здесь поработал человек если не выше меня по знаниям, то на должном уровне точно. И тот, кто до сегодняшнего дня не попадал в поле моего внимания. Пришлый? Варяг? Вполне может быть. Хотя есть вариант, что проклятие делали специально под меня совсем в другом месте, а уже потом привезли и, подобрав нейтрального человека, доставили по назначению.

Вошла Настя, но остановилась у дверей, с испугом смотря на меня.

— Чувствую себя уже намного лучше, малыш. По ощущению, та гадость была одной, хотя надо ещё раз проверить. Не волнуйся, всё в норме.

— Сейчас и сама вижу — у тебя лицо порозовело, а в первую минуту моё сердце, кажется, остановилось — был просто белый, не бледный. Слав, это что, в порядке вещей изводить конкурентов?

— Нет, не угадала. Здесь задействованы другие люди. Не нашего профиля. Кто-то захотел от меня избавиться. Даже не так — захотели, чтобы я навсегда замолчал. Скажи, милая, сможешь определить адресата? Или хотя бы где это сделали? Знаю, твои коллеги по ремеслу такое могут определить.

— Я уже попробовала, Слав, у меня ничего не получилось, прости. Для точного определения надо коснуться иглы голой рукой, а я не могу себя перебороть, боюсь. Там не просто наговор, всё гораздо хуже.

— И правильно сделала, что не трогала. Тебя потерять для меня равняется самому принять смерть. Что ж, попробуем иначе.

Думал, подняться с кресла будет трудно. Нет, встал довольно шустро. Если судить по оставшимся силам — не успел принять полное воздействие наговора на смерть.

Открыл стол. Свинцовый цилиндр, пинцет из серебра. Для начала хватит и этого.

Сунул в карманы что приготовил, пошёл к выходу.

— Пойдём, милая, надо эту заразу изолировать. Разбираться с ней буду позже. Покажи, где положила магнит.

Отодрать иглу от мощного поискового магнита, что купил пару лет назад у знакомого, кто бросил престижную работу и стал заниматься кладоискательством, было ещё той проблемой, но помогла смекалка Насти — подложить между иглой и магнитом лист бумаги, а потом сдёрнуть, было её идеей. Сунул иглу в цилиндр из свинца и плотно закрутил крышку. Половина дела сделана. Хотя, пока сидел рядом и занимался этим неприятным делом, вновь ощутил дурноту. Полное ощущение, что ко мне кто-то присосался, вытягивая жизненные силы. Вернулись с Настей в офис и сам медленно с помощью магнита ощупал кресло, куда усаживаю гостей. Нет, ничего больше не нашёл. Как понял, угроза была одна, да и времени на то, чтобы устраивать из кресла подушку для иголок, у последнего гостя не было времени. Боялся, что я замечу его телодвижения. Осталось сделать ещё кое-что для полного успокоения, да и времени у меня уже не оставалось — с минуту на минуту должен был прибыть последний на сегодня клиент.

Открыл тубус и к находящейся там игле закинул крестик с цепочкой. Из чистого серебра, не из сплава. Тубус поставил в дальний угол кабинета, в тумбочку, предварительно обернув тонкой серебряной сеточкой. Впервые использовал то, что для меня по спецзаказу сделали ещё лет десять назад. Помнится, прочёл тогда воспоминания одного из моих далёких предков и там был описан метод изоляции подобных вещей, с которыми столкнулся сегодня впервые за всю свою жизнь.

Закончив, вымыл в маленьком техническом коридорчике руки и, вернувшись в кабинет, открыл окна, желая проветрить тяжёлый застоявшийся воздух. Именно такой и почувствовал, когда вернулся с улицы. Даже вытяжка над камином не смогла освежить кабинет. И напоследок сделал то, что вообще не сочеталось с моей профессией. Увиди сейчас меня кто из коллег по ремеслу, покрутили бы пальцем у виска, но я ЗНАЛ, что подобное помогает. Перелив в распылитель небольшую бутылочку, опрыскал оба кресла, да и весь кабинет святой водой. Не покупной местного церковного разлива. Пару таких флаконов мне привезли из Иерусалима. Не знаю, может это было самовнушение, но по кабинету словнопрошёл лёгкий сквозняк — дышать стало легче. И на душе стало спокойнее. Я ведь не занимался колдовством и призывами потусторонней нечисти — мои методы были совсем иными и они не входил в конфронтацию с церковью.

Настя, что стояла в дверях и наблюдала за моими действиями, услышав звонок по телефону вышла, но вскоре принесла и протянула трубку мне, шепнув. — Это представитель клиента, что опаздывает.

Отвлекаться не хотелось, но раз трубку передали, значит того пожелал заказчик.

— Слушаю.

— Вячеслав Викторович, Вас беспокоит помощник Алексея Горского. Он, к сожалению, не смог сегодня вовремя прибыть на встречу с Вами. Его срочно вызвали в Москву.

— Что, прямо таки ехал ко мне, а по пути передумал, развернулся и уехал в аэропорт?

Человек, что со мной говорил, поперхнулся.

— Нет, конечно. Он улетел утром. Моя оплошность, замотался и вовремя не сообщил. Господин Горский просил перенести встречу на более позднее время, когда вернётся.

— Вы в курсе, что я принимаю в день максимум четырёх человек и время у меня расписана на полгода вперёд?

— Да, но…

— Никаких но. Вы видели предварительное соглашение, где прописаны различные формы форс-мажора? В данном случае ничего не остаётся, как вернуть оплату за вычетом двадцати пяти процентов неустойки, как и указано в документе, который был подписан самим господином Горским. Принять его смогу или в порядке очерёдности или же если у меня появится окно. В таком случае оплатить придётся семьдесят пять процентов от общей суммы, хотя всё, что сейчас говорю, прописано в документе.

— Но мне было сказано перенести встречу, а не отложить её на неопределённый срок.

— Могу лишь посоветовать более внимательно читать документы, прежде чем их подписывать. В данном случае, если бы я заранее знал о неявке Вашего начальника, мог бы принять другого человека и господину Горскому не пришлось бы терять деньги из-за забывчивости своего подчинённого. В данном случае виноваты Вы, не я. Или я в чём-то не прав?

Молчание, а потом был вопрос, который слышал уже не раз.

— Может пойдёте мне навстречу? Как-то сможем договориться? Ведь Алексей Николаевич не станет разбираться, снимет недостающую сумму с моей зарплаты.

— А… Вы хотите, что бы я оказался крайним? Все белые и пушистые, один я плохой, кого можно сделать крайним? Простите, не вижу смысла вести дальнейшую беседу. Всего доброго, — и прервал связь.

— Держи, — протянул девушке трубку, которая стояла рядом и слышала разговор. — Как видишь, бывают на свете люди, которые свои промахи пытаются решить за счёт других. Настя, сейчас займись возвратом денег Горскому. Ты подобное не раз делала, знаешь как, а я займусь делом. Не тревожь меня с полчаса, коль выдалась возможность поработать здесь, а не тратить на это время дома.

— Вячеслав Викторович, хотите посмотреть кто Ваш враг?

— Малыш, рабочий день окончен, переключайся, ты умеешь. Что касается вопроса, вряд ли увижу или пойму кто на меня охотится. Знаю точно одно — это не сестра. Той я нужен живым и здоровым, иначе смысла никакого нет. Всё, иди, время не ждёт.

Откинулся в кресле, расслабился и закрыл глаза. Холод материала под рукой, я его раздвигаю и оказываюсь за дальней гранью. За чертой бытия. Там, где нет людей, но нет и умерших. Это промежуток между действительностью и тем, что мои предки называли Серью. Сначала надо посмотреть, что у меня в судьбе. Впереди чисто — широкая дорога, где треть судьбы занимает искрящаяся судьба Насти. Всё в порядке. Смотрим назад. Да… Почему я ленюсь смотреть каждый день, что мне уготовано? Не клякса, чёрная жирная полоса через дорогу судьбы, которая уже начинает исчезать. Кто? На обочине мелькнул силуэт человека. Полупрозрачный, без имени и фамилии, но я почувствовал запах гнили, что в безвременье бывает чрезвычайно редко. Обычно здесь нет ни запаха, ни солнца. Свет исходит со всех сторон, даже дорога судьбы подсвечивается. Не ярко, но так, что можно заметить детали даже на большом расстоянии. Полупрозрачный человек зол. Разгневан, что его затея не удалась. Оп-па. Есть понимание кто устроил на меня покушение. Что ж. Помню просьбу Велеса и вопреки своим желаниям отложил месть, но раз один из двух, кто остался в живых, решил первым ударить, я лишь защищаюсь.

— Прародитель, ты свидетель, я следовал твоему совету, но из-за этого сегодня чуть не погиб. Дай знак, что не против моих действий. Сам же сказал, если будет трудно, обращаться.

Стоял в ожидании несколько минут, смотря вдаль, и когда моя дорога на мгновение вспыхнула ярким светом, понял, что меня услышали и согласились.

У меня уже всё было приготовлено. Осталось лишь начать отсчёт, изменив путь одного из семьи полковника Торжкова, бывшего начальника секретного отдела, кто лично отдал приказ на захват и возможное устранение моей семьи. Только, чтобы быть уверенным на сто процентов, задействовал не только супругу полковника, а и его приёмную дочь, мою сестру. По очереди вспомнил их ауры, да и нетрудно было вспомнить — обеих женщин касался голой рукой, поэтому их отпечаток судеб мне не надо было вспоминать. Перед мысленным взором дорога, которую заваливаю какими-то бесформенными бетонными кусками. Срок — пять дней. Слегка изменил и дороги судеб женщин, которые сейчас ведут в лес. Я долго настаивал ловушку, не один и не два дня, чтобы гибель полудесятка человек ни у кого из правоохранителей и спецслужб не вызвала подозрения. Ещё раз проверил и вернулся в действительность.

Грудь сдавило тисками. Возможно даже микроинфаркт. Жжение и тупая боль, но время идёт и всё понемногу стихает. Колет, но уже не так сильно как в первую секунду после возвращения. Аккуратно, очень плавно потянулся к столу. Знаю, что можно было бы воздержаться, но не хочу, чтобы Настя видела меня в таком жутком состоянии. Большая зелёная таблетка под язык, которую вынужден медленно рассасывать, несмотря на отвратительный вкус. Горечь и кислота. Язык немеет. Не валидол, специальный выпаренный отвар сбора трав, к которому прибегаю в экстренных случаях. Своего рода наркотик, только основанный на тонизирующем эффекте, не одурманивающем. В организме происходит взрыв. Через несколько минут хочется бегать, смеяться в голос, хохотать. Все мышцы наливаются силой, но я знаю — ещё пять минут покоя и побочные явления уйдут, а организм полностью восполнит затраченные силы. Жаль, эти таблетки нельзя принимать каждый день, да и каждую неделю. Нет, организм не привыкает и не потребует очередной дозы. Минус один — во много раз снижается эффект. Минимум времени, который надо выдерживать между приёмами — месяц…

Когда почувствовал, что вернулся к нормальному состоянию, вышел из кабинета и сразу поймал внимательный взгляд зелёных глаз.

— Слав, ты в порядке? Только честно. — Моя маленькая лисичка смотрит жалобно, с тщательно спрятанным испугом…

— Всё нормально, моя хорошая. Всё сделала?

— Да. Деньги перевела, подтверждение получила и распечатала. Комп уже выключила. Домой?

— Не сразу. Давай поужинаем в кафе или ресторане? Не хочу, чтобы сегодня кто-то из нас стоял у плиты.

— Тогда туда, где были в последний раз. Рядом с домом и мне понравилось как там готовят. Машину поставишь во дворе, а сами пройдём пешком. Согласен?

— Раз моя половинка предлагает, почему должен возражать? Поехали.

- -

Почти три часа просидели в кафе. Вкусно поужинали, и даже символически выпили. Тем самым отметили начало второго курса обучения. Я больше молчал, а Настя рассказывала что творилось, когда меня заметили недалеко от входа. Она это ещё мне по телефону сказала, но было и продолжение, когда студенты выяснили из-за кого, собственно, я там появился. Моя девочка еле сдерживалась, чтобы не хохотать в голос, рассказывая, как к ней волнами подкатывали однокурсники, а потом и более старшие студенты. Слушал, глядя на её светлое улыбающееся лицо и сам улыбался.

— Есть у нас такой мажор по фамилии Бойко. Сынок известного банкира. Для него, за исключением приближённых, все остальные студенты стадо, серая масса. Ничего плохого не могу сказать о внешности — симпатичный парень, но его вечная снисходительная улыбка на лице просто бесит. Так вот. На перемене подловил меня, когда с девчонками шли в другую аудиторию и чуть ли не силой прижал к стене. Спрашивает, откуда я знаю Бутурлина. Не успела сама ответить, девчонки выручили. Вика спокойно так, отвернувшись в сторону, говорит, мол, Настя уже не первый год работает у Вячеслава Викторовича. Администратором, а вообще господин Бутурлин друг семьи Насти. Слав, ты бы видел, как морда этого мажора исказилась. Сначала непонимание как такое может быть, а потом взгляд как на равную. Так если бы всё закончилось, нет. Вика решила добить — сказала, что господин Батурлин решил увеличить штат сотрудников и сделал дополнительный набор, куда попали она с Наташей. Сначала на испытательный срок, а потом, возможно, будут работать в штате. Девки, конечно, наврали с три короба, но я поняла, что это было сделано специально — дабы обезопасить их от ненужного внимания. Вообщем, Игнат отвалил от нас с открытой «варежкой». Как мне показалось, ему предстоит многое переосмыслить, да и дома, когда вернётся, будут разговоры.

— А остальные как отреагировали?

— Знаешь, большинство о тебе и не слышали никогда, но те, у кого родичи на самом верху пищевой цепочки, стали меня не уважать, не поверишь, сторониться. Наверное, боятся, что я нажалуюсь, и ты на них нашлёшь проклятие. Если честно, мне такое в радость, а то в конце первого курса некоторые из парней обнаглели, начали руки распускать.

— В кафе на свидание приглашать, или в кино?

— Слав. — Настя рассмеялась. — Иногда в самом деле вижу рядом с собой динозаврика. Какие на фиг кафе или кино? Сейчас клубы и тусовки у кого-нибудь дома или на даче. Знаешь, что там творится? Материться и пошлости говорить не хочу. Один раз была в подобном месте, так потом еле отмылась в ванной, чуть не содрав всю кожу — столь яростно тёрла себя щёткой. Для меня, с чем столкнулась, омерзительно. Парни, понятно, знают для чего туда идут, а девчонки… Прости за откровенность, туда ходят, чтобы нюхнуть и потрахаться. Мне лично на подобные подвиги не тянет.

— Настён, ну не все же такие? Наверняка большинство студентов хорошие парни и девчонки?

— Не все, это так, но половина точно. Знаешь, сколько раз меня туда пытались затащить? Говорила, что мне это не надо и через неделю снова подкат — пойдём, а? Там будет хорошо. Наверное, только через полгода оставили в покое и навесили на меня ярлык «домашней» девочки, притом с таким подтекстом, словно я прокажённая.

— Если бы я не знал тебя хорошо, услышав эти слова, мог бы и удивиться. В тебе столько внутренней энергии, задора. Ты, когда смеёшься, невольно у других вызываешь улыбку.

— Это у тебя, мой хороший. Именно потому, что близкий человек и я рядом с тобой настоящая. Такая, как есть. И ещё потому, что сама люблю видеть улыбку на твоём лице. Немного стеснительную, но очень милую. Знаю, на тебя отложила отпечаток работа, где для улыбки нет места и я чувствую себя счастливой и нужной, когда дома ты становишься совсем другим. Тёплым, мягким и заботливым. Боже, как же я люблю тебя таким.

— А я просто люблю тебя, милая. Мы вместе всего ничего, а я уже не представляю жизни без тебя.

Девушка внимательно посмотрела на мои губы, кажется, до конца не веря, что сейчас услышала.

— Ты сейчас признался в любви? Это не оговорка?

— Я не раз тебе это говорил. Ты не внимательна.

— Говорил в моменты близости, а вот так… первый раз. Только не повторяй мантру, что наши дела значат больше слов.

— Милая, не буду повторяться, но это на самом деле так. Говорить красиво можно бесконечно, а если нет подтверждения делами, это пустое сотрясание воздуха. Знаешь, чем ты меня окончательно подкупила? В тот первый вечер, когда мы были вдвоём, ты встала к плите приготовила потрясающе вкусный ужин. И сделала точно так, как делаю я сам. Видел — ты, не задумываясь, доставала посуду оттуда, словно жила в моей квартире годы, а не оказалась впервые.

— А на следующий день ты меня удивил тем же самым. Я это помню. — Настя улыбнулась и положила свои тонкие руки на мою. — Наверное, всё потому, что мы и есть половинки одного целого? Слав… пойдём домой. Хочется обнять тебя и прижаться, а здесь много людей…

— Пойдём, мой красивый котёнок. Кстати, ты давно…

На мои губы легла ладошка девушки.

— Не всё зависит от меня, пойми. Пока по собственному желанию менять форму не научилась. Для этого нужно стечение обстоятельств.

— Помню тогда, на кухне, когда стал мыть посуду, как ты жалобно мяукала.

— Укушу. Больно укушу. Слав, не надо вспоминать, прошу…

— Почему? — я искренне удивился. — Думаешь, ты мне не понравилась? Ошибаешься. Ты была очаровательна. Трёхцветная с тёмным пятнышком на розовом носике. И лапки — три белых, а одна рыжая. Пушистая, но тоненькая, словно тебя несколько дней не кормили.

— Слав, — Настя стала совсем пунцовой, — не надо, прошу.

— Хорошо, буду про себя вспоминать маленькую кошечку. Слушай, малыш, а на кольцо однокурсники обратили внимание? Как отреагировали твои подруги?

— Знаешь, я их подругами называю с большой натяжкой, но, по сравнению с другими, да, мы в неплохих отношениях. Что касается кольца, сама удивилась. Понимаешь, сначала его прятала, закрывала другой рукой, чтобы не рассказывать лишнего, а когда поняла, что его попросту никто не видят, даже специально демонстрировала руку. Нет, никакой реакции.

— Я тебе говорил, кольцо непростое.

— Я и не сомневалась после того, как оно на пальце сжалось до нужного размера. Выходит, оно к тому же невидимое?

— Видимо так. Для посторонних людей оно невидимо, так как это кольцо не столь украшение как женский оберег. Снять его можно будет только после того, как на твоём пальчике появится совсем другое колечко. Хотя мама говорила, что до рождения первого ребёнка лучше не снимать.

— Знаешь, до сих пор не верю, что со мной творятся такие чудеса. — Настя вновь схватила мою руку и с силой сжала. — Сама стала ворожеей, мой любимый человек волхв. Своими глазами видела двух богов, которые давно забыты людьми, но ведь они существуют!!! Кошка, в которую превращаюсь, и кольцо на пальце, которое по нескольку раз в день меняет цвет. И это в реальности, не как в сказке, провалившись на тысячу лет назад. Иногда даже не понимаю — всё это действительно происходит или я нахожусь в летаргическом сне.

— Даже когда мы наедине? — улыбнулся, наблюдая, как лицо девочки вновь покрывается алой краской.

— Когда мы… — девушка замолчала… — Ты подарил мне то, о чём и мечтать не могла. Никогда не думала, даже в самых смелых фантазиях, что смогу… Я ведь растворяюсь в тебе полностью… Слав, пойдём домой. Кафе не то место, где можно спокойно говорить о самом сокровенном.

- -

Дома, после того как попили чаю, Настя, пождав ноги, свернулась у меня на коленях словно маленький котёнок. Прижалась головой к животу и затихла.

— Знаешь, как мне сейчас хорошо? Так бы и сидела, чувствую твоё тепло.

— Мне тоже хорошо. Ты удивительная девочка. Честное слово.

— Можно тебя спросить?

— Попробуй.

— Ты ведь понял, кто сегодня хотел тебя убить. Я это почувствовала, когда ты вышел в приёмную. Глаза были совсем другими. Холодными как лёд. Разговаривал со мной ласково, а внутри у тебя всё замёрзло.

— Ведьмочка ты моя родная. Да, узнал. Это один из тех, кто уничтожил мою семью. Приёмной отец сестры.

— Всё возвращается? Думала, что у нас ещё есть время. Ты же говорил, что средина октября?

— Судя по всему, когда сестра вернулась в Москву, они между собой переговорили и полковник сделал шаг, не поставив в известность даже приёмную дочь. Они же не дураки, сообразили, откуда грозит опасность. Сейчас времена другие. Уже нельзя просто так приехать домой или на работу и под надуманным предлогом арестовать и увезти людей в неизвестность. ТОГДА тоже подобным не баловались, боялись огласки, но по отношению к моей семье решили пренебречь нормами закона. Жили бы мы в городе, такого бы не произошло, но мы ведь жили автономно от всех. Проведение обрядов накладывает на волхва определённый порядок жизни. Рядом должен быть лес, озеро или река и до ближайших людей максимум расстояния, чтобы случайно никому не навредить.

— А ты тогда почему остался в городе? Помню, рассказывал, что несколько раз проводил обряды, уезжая далеко отсюда.

— Всё просто, малыш. Меня отец не успел посвятить во все тонкости нашего дела. Я по факту неуч. Да, много читал, изучал книги, рукописи, но это всё не то. Искусство волхва передаётся от отца к сыну в процессе совместного служения богам, а я лишь присутствовал, но сам в призывах и обрядах не участвовал. Первый раз, когда спустя пятнадцать лет нашёл наше родовое капище, думал, смогу сам всё сделать. Только… едва не погиб. Там ведь такие энергии через человека проходят, сравнимы с молниями. Сутки пролежал без сознания и только когда пошёл дождь, пришёл в себя. Второй раз делал уже с осторожностью, да и сокращённо. И только на пятый или шестой вновь попробовал провести обряд от и до, как и полагается. Знаешь, каким себя ощущаешь в такие моменты? Всемогущим. Кажется, захоти и можно сделать что угодно. Город сравнять с землёй? Без проблем. Испарить озеро — было бы желание. И только когда вновь становишься тем, кем являешься по сути, хочется плакать от собственной беспомощности. Вот я и решил, что в очередной раз сделаю что-нибудь не то. Использую природную силу против убийц моей семьи. Шарахну, не подумав не по конкретным людям, а по городу, где они живут. Меня не то, что люди, боги проклянут за такое. Не знаю кто из Высших, но дали подсказку, что лучше всё делать самому. Медленно, аккуратно, невзирая на бегущие годы. Невинные жертвы никому не нужны.

— Ты уже решил кому и когда? — Настя внимательно посмотрела в мои глаза и кивнула своим мыслям. — Не отвечай. Чувствую, ты уже сделал свой выбор, вмешался в чужие жизни. Скажи, не пожалеешь о сделанном?

— Когда у меня в доме появился Велес и встал на твою защиту, он попросил меня отсрочить месть. Я с ним нехотя, но согласился, но сегодня на меня напал один из них. Главный виновник в гибели семьи. Я не посмел пойти против воли Велеса. Задал ему вопрос — будет он меня осуждать, если я отвечу ударом на удар. И мне дали понять, что я в своём праве.

— Ты говорил, тех осталось двое. Последнего тоже приговорил?

— Пока нет, хотя хочется как можно скорее закончить тот отрезок своей жизни. Тридцать лет. Тридцать лет, Настя, я живу местью. Меня самого такое тяготит, но в правилах моего рода гибель невинных должна быть отомщена. Даже не говорю, что это были последние волхвы из Рода Повелителей Судеб.

— Не последние, — Настя слетела с колен и села рядом, взяв моё лицо в ладони. — Есть ещё ты. Надеюсь, на тебе Род не прервётся.

— Не всё зависит от меня, малыш.

— Знаю, но ты не один. Не забывай, нас двое…

Глава 7

Летели дни, один за другим, и я радовался, наблюдая, как Настя по вечерам занимается по старинным книгам. Уже не одной, тремя, что ей посоветовал. Её сила возрастала вместе со знаниями и девочка к концу сентября уже обладала минимумом знаний, чтобы обеспечить личную безопасность.

Иногда по вечерам со смехом рассказывала как вовремя семинаров или коллоквиумов набрасывала на себя полог незаметности. Одно из самых безобидных умений ворожей, когда один человек видит, что рядом есть другой, а вот сфокусировать на нём взгляд не может. В итоге преподаватели спрашивали кого угодно, только не её. Чуть позже стала расширять изолируемое пространство и её подружек тоже перестали беспокоить, но лишь тогда, когда можно было получить неуд за незнание материала. Настя клялась, навыки применять редко, лишь в редких случаях, и я верил. Что хуже, девушка пожаловалась, что к ней стал проявлять интерес тот самый мажор, Игнат Бойко, сын банкира. С утра до вечера следовал по пятам. Во время занятий садился рядом и не давал нормально слушать лекции. Преподаватели, как ни странно, ни разу не сделали замечание парню, кто откровенно мешал окружающим. В итоге моя невеста не выдержала и наложила на Игната «печать внимания», когда человек активно притягивает внимание окружающих. Тот и так не страдал — девицы за ним ходили толпами, да и парни стремились попасть в окружение сына известной личности. Бесплатные походы по клубам, другие, даже небезобидные забавы, всегда оплачивались лидером, а что для студента может быть лучше, чем жить на халяву? Только появился и отрицательный момент — преподаватели, кто ранее никогда не обращали внимания на красавчика, внезапно проявили к нему повышенный интерес. Что ни занятия, даже на лекции первого, кого поднимали с места и задавали вопрос, был именно Бойко. Но что мог ответить парень, который хоть и посещал занятия, не слушал преподавателей, считая, что он всё знает и без них. Ну да, два года проучился в Оксфорде, покуда папан в спешном порядке с трудом не вывел активы из Англии, заодно забрав оттуда и сынка. Для Игната факт учёбы в элитном учебном заведении был настолько значимым, что ВУЗ в родной стране, куда его засунул отец, принимался за нелепую обузу. В итоге что ни вопрос от преподавателя, вместо ответа невнятнее мычание. И за полмесяца Бойко так себя зарекомендовал, что встал вопрос об отчислении за неуспеваемость и нарушение дисциплины, потому что и как на виновника нарушения тишины во время лекций внезапно стали обращать пристальное внимание.

Настя ни с кем кроме меня не делилась своими секретами, но в начале октября пришла на работу с воспалёнными глазами. Заметил, что с девушкой творится что-то неладное, но отвечать на вопросы не захотела и лишь когда проводили последнего клиента, усадил в кабинете к себе на колени, обнял, и малышка сначала разрыдалась, а потом рассказала что произошло.

— Сегодня Бойко пришёл на лекцию чуть ли не первым. Всё высматривал меня и когда увидел, подскочил и, распахнув ворот, показал кулон. Усмехнулся и, глядя прямо мне в глаза, сказал, что знает кто во всём виноват. При всех заявил, что я ведьма. С его слов поняла, что отец Игната нашёл колдунью, которая после обряда и указала на виновную, то есть меня… Я не стала отрицать, но и не призналась. Сказала, что он сам виноват — не надо трогать и обижать девочек в институте. Тот рассмеялся и со смехом заявил, что будет делать то, что считает нужным, а я лично, за принесённые неприятности, обязана буду с ним переспать. Слав, я не выдержала и дала ему пощёчину, а этот гад разорвал у меня на груди блузку. Понимаешь, при всех. Хотел меня унизить.

Я медленно закипал, слушая, что говорит Настя.

— Но и это ещё не всё, — продолжила девушка. — После лекции меня, понимаешь, меня одну вызвали к декану и тот в присутствии других людей обвинил именно меня в непристойном поведении в стенах учебного заведения. Как будто я была инициатором конфликта. Сволочи… И никто из студентов и преподавателей за меня не заступись. Даже мои так называемые подруги. Стыдливо отвели в сторону глаза и промолчали. Продажные твари.

— Ругаться не надо, милая. Я, между прочим, тебя предупреждал, что лучше воздержаться в учебном заведении от применения своих знаний и умений. Видишь, был прав.

— Слав, но что мне теперь делать? — Настя вновь расплакалась. — Я знаю точно — Бойко не из тех, кто даст мне спокойно жить и учиться. Даже не удивлюсь, если он на меня нападёт прямо время лекции. И во всём случившемся вновь обвинят именно меня. Завтра не пойду в институт. Просто не смогу, зная, что там может произойти.

— Успокойся, это всего лишь угрозы.

— Нет, Слав, не угрозы. Знаю девчонок, кого Бойко с компанией напоили, подсыпав наркоту, и изнасиловал и тем скотам ничего не сделали. Поданные заявления в милиции проигнорировали и даже дел не завели. Папаша всё уладил.

— Ну, папаша не всесилен. Он по факту ходячий мешок с деньгами… Так, подай, пожалуйста, телефон. Мне не дотянуться.

Набрал номер знакомой, кто мог повлиять на ситуацию.

— Здравствуй, Марина Геннадьевна. Бутурлинбеспокоит. Есть пара минут для разговора?

Женщина сразу уловила мой тон и, естественно, напряглась.

— Да, Вячеслав Викторович. Что-то случилось?

— Случилось пока незначительное, но может перерасти в большие неприятности. Тебе знаком человек по фамилии Бойко?

— Да, конечно.

— И телефон его у тебя, думаю, есть.

— Да.

— В таком случае после нашего разговора позвони ему и предупреди, чтобы или приструнил своего сына или вообще забрал его из института. Его отпрыск, подонок, угрожает изнасиловать девочку, которая находится под моим опекунством. Ты не ослышалась, да, я опекун очень красивой девушки по достижению ей двадцати одного года. Сейчас ей всего лишь восемнадцать. Как думаешь, смогу такое стерпеть? Нет. Воспринимаю случившееся как личное оскорбление.

Женщина притихла. Задала вопрос, который, надеялась, нивелирует ситуацию.

— Вячеслав Викторович, ошибки быть не может? Может твоя подопечная не так всё поняла? Если девочка красивая, может это были элементы ухаживания?

— Марина. Ты понимаешь что говоришь? Настя не так поняла, когда на ней при всех студентах рвут блузку, чтобы продемонстрировать грудь? Ты называешь это элементом ухаживания? Что за пургу несёшь? И угрозу дальнейших действий он говорил не на ушко моей подопечной. Эти слова слышали многие… В полицию обращаться не буду. Срок принятия решения даю до утра, потом займусь этой семейкой сам.

— Вячеслав, но это выходит за рамки…

— Именно что выходит. Уже вышло. Если мне сегодня не позвонят с извинениями, завтрашний день для многих станет чёрным в жизни. Всё, давай.

Настя слушала мой разговор затаив дыхание. Как показалось, девочка была до смерти напугана. Была бы у неё возможность, стала бы невидимой, потому что она ещё ни разу не видела меня столь выведенным из себя. Да и я сам с каждой минутой заводился всё больше и больше. Какой-то недоумок решил посягнуть на самое близкое для меня? Попытался успокоиться, взять себя в руки, но не мог. Второй раз в жизни мной полностью руководила тьма, которую всегда держал взаперти.

Уже поздно вечером до меня дозвонилась МарГен. Сообщила, что связалась с банкиром и передала ему мои слова, но тот не воспринял всерьёз претензии и повёл не корректно даже в отношении самой женщины. Повторный телефонный разговор закончился тем, что Марина Геннадьевна, не стерпев хамства, объявила Бойко, что ранее обзвонила членов руководящего совета и все голоса были отданы за исключение банкира из членов клуба. Итог для банкира — своего рода чёрная метка, которая действовала не только в бизнес делах, но и среди коллег. Бойко сообразил, чем всё грозит, и было хотел сдать назад, но никто из руководства, к кому пытался дозвониться, с ним разговаривать не захотел.

Я ждал до последнего, хотел решить всё малой кровью, но звонка с извинениями так и не дождался. Тогда сделал сам пару звонков…

* * *

— Настя. Сегодня остаёшься дома. Я вчера вечером обзвонил клиентов и сдвинул встречи на более позднее время. На работе ты тоже не понадобишься. Учись ремеслу и прошу — держи себя в руках. Да, пока не забыл. Если будут поступать телефонные звонки от твоих так называемых подруг — не отвечай. Ни на звонки, ни на сообщения. Имей выдержку — тебя сегодня ни для кого нет. Ясно?

— Хорошо, Слава.

Настя сегодня, кажется, вообще не спала. Напереживалась вчера, вот и результат — бледная, с синяками под глазами. Измученная страхом и неизвестностью.

— Успокойся, малыш, всё будет хорошо. Если сможешь сейчас уснуть — поспи, тебе это надо.

— А ты сейчас на работу? Почему тогда без меня?

— Не сразу на работу. Надо кое с кем пообщаться. Всё, родная, я ушёл. — Поцеловал девочку и заметил, как она меня украдкой перекрестила. Чудо в перьях. Меня и крестить…

В институт приехал чуть позже начала занятий. Посидел немного в машине и когда вновь почувствовал, как сознание заливает чернотой, понял что пора.

На проходной меня никто не остановил — даже не спросив к кому, разблокировали турникет. Где находится кабинет ректора, я знал, Настя рассказала, поэтому прямым ходом направился туда.

Краем сознания отметил, что все, кто встретился на пути, неосознанно старались обойти меня с большим запасом, а кто не мог — останавливались и, вжимаясь в стены, стараясь, чтобы на них не обратили внимания.

Вот и кабинет. Секретарша протестующее вскочила, но, не издав ни звука, замерла, и без сил тяжело опустилась обратно в кресло.

Одна дверь. Распахнул внутреннюю и понял, что попал на совещание. Человек пять сидело вдоль стола и во главе, судя по всему, сам ректор.

— Кто Вы и почему… — начал было и внезапно затих сидевший представительный мужчина.

— Кто я? — сам удивился, как звучал мой голос. Совсем не как у обычного человека. Скорее как у робота — полностью отсутствовали эмоции, да и металл в голосе зашкаливал.

— Я опекун студентки второго курса, что учится в этом институте. Хочу поинтересоваться, у Вас в заведении считается нормой угрозы насилия? Обычное явление, что молоденьких студенток насилуют и всё это сходит с рук небольшой группе студентов, о которой знают все преподаватели, в том числе и сам ректор? Декан, кто вызвал вчера мою подопечную, может пояснить, почему именно мою подопечную сделал виновной в постыдном факте. Не разобравшись, не поинтересовавшись что произошло на самом деле? Кто моей воспитаннице возместит моральный и материальный ущерб? Жду ответа. За ложь в ответах буду наказывать.

— Позвольте возразить, — с места поднялся неприятный даже внешне человек. — Именно студентка Бажова была зачинщицей… — мужчина схватился за горло и судорожно попытался расслабить узел галстука, так как внезапно не мог ни вдохнуть и не выдохнуть. Грохнулся без сознания на стул. Судя по всему, потерял сознание. Я никого не хотел убивать, но вот наказать — моё нынешнее состояние давало такие возможности.

— Как понял, это декан факультета, где учится моя подопечная? Вопрос к ректору — знает ли он, что человек, который сейчас при всех вновь солгал, получает ежемесячные взятки от господина Бойко-старшего, чтобы его отпрыска не выгнали с института? Если скажете нет, это будет ложью, потому что и Вам, ректор, достаются немалые суммы в виде взяток от того же банкира.

— Это не взятки, а спонсорская помощь нашему учебному заведению. — Ректор смотрел на меня с ухмылкой, ещё не зная, какие у меня козыри.

— Спонсорская помощь, говорите? Сколько Вы оформили по документам, а сколько положили себе в карман? Хотите точные цифры? Могу озвучить до копейки. Не верите? Информация для присутствующих — два миллиона официально проведены по бухгалтерии и пять в кармане. Вы, господин ректор, для меня сейчас настольная книга. Пытаетесь меня запутать? Не получится. Моя фамилия Бутурлин. Уверен, некоторые из Вас обо мне слышали.

Заметил, как пара лиц из числа сидевших за столом побледнела, продолжил.

— Вызовите сюда младшего Бойко. СЕЙЧАС.

Ректор, судя по всему, после озвученной мной информации был неспособен что-либо делать. За него кнопку селектора нажал сидевший рядом мужчина, видимо заместитель и что-то тихо проговорил в микрофон…

— Минут через пять будет здесь. — Эти слова были адресованы мне.

— Спасибо за любезность. Подожду. — Сел на стул и откинулся на спинку, разглядывая ошеломлённых людей. Ни один из них до конца не понимал что происходит, за исключением тех, кто имел представление кто я такой.

Прождал не пять минут, гораздо больше, но когда в кабинет, даже не постучав, с ухмылкой на лице зашёл высокий парень, не сразу понял для чего его вызвали, но, растерянно оглянувшись, увидел меня и тут же попытался выскочить обратно, только не удалось — я уже поднялся и успел ногой удержать дверь.

— Что, страшно отвечать за свои слова и поступки? — подошёл ближе и заглянул в глаза, наполненные ужасом. Парнишка ничего не ответил — сообразил, что одно не так сказанное слово и его жизнь может оборваться прямо здесь.

— Как мне сказала девочка, ты хотел её изнасиловать? Унизил перед всем курсом, продемонстрировав силу и безнаказанность? Думаешь то, что висит у тебя на шее, поможет? Мальчик, ты обратился не к тем людям, а за подобные ошибки надо платить и первый урок преподам прямо сейчас.

В кабинете раздался крик боли и парень схватился за грудь, где вспыхнул тот самый медальон, который получил от ведьмы. Через пару секунд от высокой температуры горения расплавилась цепочка, и огненный комок упал на пол, почти сразу превратившись в бесформенный комок расползающейся слизи. Увидев на груди парня широкую кровоточащую рану, не пожалел его, зло усмехнулся.

— Помни всю жизнь, что я сейчас сделал — не дал оберегу ведьмы прожечь твою грудь до сердца, остановил пламя. Хотя ты не понимаешь что такое добро… Ты, как и твой отец, слишком большого мнения о своих возможностях, считая себя всесильными. Ошибаетесь оба, но пусть тебе докажут это на деле. И не я. Теперь задам пару вопросов. Первый — ты на самом деле намеривался испоганить своим телом Настю? Отвечай правду, иначе накажу ещё сильнее.

— Да. Я договорился с приятелями. Мы бы её вместе…

— Достаточно. Следующий вопрос. Сколько девушек пострадало от тебя и твоих приближённых? По именам можешь назвать?

— Да. Они у меня записаны в телефоне. Мы ещё и видео снимали. Ну, чтобы потом…

— Замолчи и отойди от двери.

Парень сделал два шага и остановился, а я приоткрыл дверь и выглянул в приёмную. Что ж, подмога прибыла.

— Майор, всё слышали? Запись есть?

— Да, Вячеслав Викторович, спасибо. Всё на высшем уровне. Мы не только звук записали, у ректора в кабинете, оказывается, давным-давно поставлены две видеокамеры. Наши парни вовремя подсуетились и сняли запись. Между прочим, и вчерашний случай с Вашей подопечной попал в фокус одной из камер. Вы закончили с присутствующими?

— Да, но позвольте сказать ещё пару слов.

Вернулся в кабинет и обвёл взором сидящих.

— Сейчас Вами займутся сотрудники правоохранительных органов. Кто не замешан во взятках и покрывательстве, могут не беспокоиться, им ничего не грозит. Остальным советую отвечать на заданные вопросы правдиво. Это в Ваших интересах. Почему? Если возникнут сомнения в Вашей искренности, сотрудники следственных органов могут попросить помочь меня, и я не откажу. Счастливо оставаться.

Вышел в приёмную, а в кабинет ректора сразу же зашли человек пять в гражданской одежде, но кто они, я знал. Ещё вчера позвонил своему старому знакомому по универу, кто в данный момент занимал высокий пост в полиции города. Узнав тему разговора, тот сразу дал добро на работу и уже через несколько минут мне позвонил тот самый майор, кто сейчас стоял рядом.

— Я Вам больше не нужен, Алексей Михайлович? — просил мужчину моего возраста.

— Нет. Спасибо огромное за помощь. Мы одним махом сразу несколько дел сможем закрыть. Редко такое бывает, когда все доказательства у тебя в руках.

— Главное, чтобы Бойко-старший своего сынка не отмазал.

Майор хмыкнул.

— Ему саму сейчас не до нас. Туда поехали люди из смежной конторы. У них тоже много вопросов накопилось. Ещё раз спасибо за помощь, а мне пора работать.

Обменялись рукопожатиями и я покинул сначала ректорат, а чуть позже и институт. Видимо попал на перемену и вокруг была толпа студентов, но меня, как и прежде, люди обтекали стороной, не приближаясь ближе пары метров. Хотелось увидеть лица тех двух девушек, кто оказались слишком слабы духом и не поддержали Настю в трудную минуту, но, наверное, им повезло, не встретил.

Сел в машину и закрыл глаза. Надо было расслабиться и загнать гнев и тёмную часть себя туда, где они всегда были. С трудом, потратив на это много времени, справился. Когда ощутил в себе лёгкость, потянулся, чтобы завести машину, но почувствовал, что сзади меня кто-то сидит. Хотя трудно было не догадаться кто именно.

— Не могу согласиться с тем, что ты сегодня сделал. Вышел за рамки своего служения, нарушив много заповедей. Вместе с тем, не могу тебя осудить — ты смог восстановить равновесие, а это дорогого стоит. К тому же вступился за свою судьбу. Что ж, ты не будешь наказан, но и похвалы не жди. Малыш, будь аккуратен и осторожен, когда отдаёшься злу. Именно злу, не гневу. Они идут рядом по жизни, но между ними огромная разница. Лучше живи и радуйся, что рядом с тобой девушка, которая любит тебя всей душой.

— Спасибо за наставления, Велес. За доброе слово тоже спасибо.

Оглянулся, но сзади никого уже не было. Только пахнуло запахом летнего луга. Цветов и травы. Такое сочетание трудно подделать.

Удивительно, но сердце словно прохладной водой омыло — исчезли все тревоги и печали. Надо же, уже второй раз встречаюсь с Высшим, кого раньше люди называли Богами. Хотя чему удивляться? Я ведь его волхв. Последний на земле, кто помнит и прославляет его власть и силу. Не зря говорили древние — Боги существуют до тех пор, пока хоть в одном сердце из ныне живущих сохраняется память о них…

Выдохнул с радостью и облегчением и поехал на работу. Время я сдвинул, но клиентов от этого меньше не стало. Придётся сегодня задержаться, но прежде…

Набрал номер и включил в машине громкую связь.

Телефон отозвался после первого же гудка.

— Котёнок родной, ты как там? Поспала хоть немного?

— Нет, любимый. Тревожилась сильно. Как у тебя? Всё нормально?

— С твоим институтом вопрос решил. Завтра идёшь на занятия, нечего прогуливать. Не бойся, твоего придурка увидишь не скоро. Да, подумай ещё вот над каким вопросом. Поищи других сотрудников себе в помощь. Которых нашла, тебе не подходят.

— Слав. Обещаю подумать, но работа и личная жизнь — разные вещи. Наташа, по крайней мере, показала себя с хорошей стороны. Меня её работа вполне устраивает. Другой вопрос, что буду теперь с ним совсем на другой волне. Предательство простить не смогу.

— Ты взрослеешь, малыш, коль способна настоять на своём. Да, работа и личные взаимоотношения не одно и то же, но тебе будет трудно нормально разговаривать с человеком, кто допустил слабину. Не буду настаивать на своём, решать тебе, как и сказал вначале. Всё, милая, отдыхай и учись. Люблю тебя, мой трёхцветный котёнок и до встречи вечером.

— И я тебя люблю, родной. Спасибо за всё.

Поговорил и словно крылья за спиной выросли. Много ли надо? Услышать голос девочки, да представить перед глазами её красивое лицо с бездонными зелёными ведьмовскими глазищами…

* * *

Закончив приём, закрыл за последним посетителем дверь и, вернувшись в кабинет, расслабился. Даже не заметил, как сознанием вновь нырнул за грань. И тут сразу же пришёл в себя. Та клякса, которую видел на своём пути пару месяцев назад, исчезла. Получается, это не сестра мне готовила неприятности? Обернулся и посмотрел на короткий отрезок жизни, что уже был пройден. Да, ещё не полностью рассеявшаяся дымка на дороге, которая ранее была чёрным пятном. Странно и непонятно. Ведь черноту в октябре я увидел ещё до того, как мой жизненный путь соединился с дорогой Насти. Неужели всё определено заранее? Если так, почему сам могу изменить будущее? Не только своё, но и других людей? По логике, мне бы такое было недоступно. Ладно бы, мог увидеть и приготовиться к неприятностям, которые нельзя избежать, но ведь возможность изменить, эту способность у меня не отняли. Может потому, что занимаюсь, скажем так, косметическими операциями, а не хирургией? Но ведь для четырёх семей, а теперь и для пятой я уже кардинально изменил жизненный путь. Вынес приговор и люди ушли из жизни. Погибли почти двадцать человек, хотя никого не убил собственными руками и у приговорённых имелся шанс выжить, но ни один из них им не воспользовался, не смог избежать наказания. Страшно от понимания, что ты убийца, но все чувства сожаления и раскаяния исчезают, когда вспоминаю родных. Родителей и дядек с жёнами. Людей с чистыми сердцами, которые жили не для себя, для других людей. Помню вечер, когда папа, сидя у костра на берегу озера, погладил меня по голове и прижал к себе. Он говорил не столь мне, как всей огромной семье, что собралась тем вечером. «Мы живём не для себя, для людей и пока в нас есть нужда, поддерживаем связь между небом и землёй. Когда люди озлобятся, перестанут думать, превратятся в неразумную толпу, порвётся последняя нить между прошлым и настоящим. Мы, волхвы, станем лишними на Земле и многовековые знания, что храним, уйдут в небытие вместе с нами. Для нас, нашего Рода, это станет трагедией, а для большинства людей всё пройдёт незаметно. Никто не обратит внимания, что нас уже нет рядом. Может так и должно быть, ведь жизнь не стоит на месте, постоянно меняет важность ценностей в каждом из живущих».

Папа- папа, как же ты был тогда прав. Да, жизнь меняет людей и то, что ценили ещё десять лет назад, сейчас превратилось в ненужное. Совесть, долг, честь и честность стали пережитками прошлого. Стали тем, о чём люди забыли. Не все, но большинство….

Короткое тошнотворное состояние и я вновь в реальности. Посмотрел на часы — почти восемь вечера. Настя ни разу не позвонила. Скорее всего, не хотела мешать.

Набрал номер и сразу услышал тревогу в голосе.

— Ты ещё на работе? Всё нормально?

— Да, малыш. Сейчас закрою и поеду домой. Минут через сорок буду. Пойдём ужинать в кафе?

— Нет, никуда не пойдём. Я приготовила ужин. Приезжай скорее.

Вот в этом вся моя девочка. Не сказала что соскучилась, что хочет увидеть, а ведь это было в каждом её слове. Что ж. В самом деле, пора домой.

- -

Поздно вечером, обняв, точнее вцепившись в меня словно в спасительный круг, Настя прошептала. — Слав, я очень испугалась вчера. И сегодня утром ты был таким же — внутри тебя словно клубилась тьма. Жуткое ощущение, когда вместо родного человека видишь совсем другого. Даже не человека, а что-то жуткое… Прошу тебя, умоляю, не делай такого больше. Мне хотелось забиться самый в дальний угол, чтобы ты меня не видел. Ушёл утром, а я легла под одеяло и сжалась в комок от страха. Знаешь, даже не сердцем, всем телом чувствовала давление невообразимого ужаса. Даже неосознанно обернулась. Почему-то показалось, что котёнку ты не причинишь зла.

Отодвинулся от пушистой головки и посмотрел в красивые глаза, наполненные до сих пор страхом.

— Я никогда не смогу ни маленькому котёнку, ни большому причинить боли или зла. Если даже решишь от меня уйти, отпущу без обиды и злости. Не буду преследовать и делать гадости, потому что ты УЖЕ сделала меня мягче и терпимее. Скажи, мы хоть раз ругались за всё время нашего знакомства? Только не вспоминай случай, когда хотел тебя наказать по делу. Но ведь так и ненаказал.

— Потому что… — Настя, кажется, изо всех сил прижалась ко мне. — Потому что ты для меня стал всем. Заменил маму… Слав, а ты, правда, мой опекун?

Попытался заглянуть в глаза девочки, но та спрятала голову у меня на груди и вновь в страхе сжалась в комок.

— Как понял, ты не послушала моего совета и отвечала на звонки однокурсников?

— Нет. Говорю честно — не отвечала, но пару раз заглядывала в чат курса. У нас есть такой. Там кто-то выложил информацию, что причиной появления в институте полиции был опекун Бажовой. Именно он, мол, и разнёс ректорат на куски. Сегодня задержали двух деканов и ректора. Последнего, правда, к вечеру отпустили под подписку, но для нашего болота это нечто небывалое.

— Да. Это правда. Мы с твоей мамой оформили в органах соцопеки и у нотариуса опекунство по достижению тобой двадцати одного года. Твоя мама хотела, чтобы до двадцати трёх, но ей отказали. Мне кажется, Людмила Алексеевна мне доверяла, а я, вот, на деле оказался полным дерьмом, уж прости за грубое, но правдивое слово.

— Опять начинаешь? Ну сколько можно об одном и том же? Зачем терзаешь себя и меня? — Девушка стукнула кулачком по моей груди. — Если два человека любят друг друга, разве это плохо? Только если снова будешь говорить о разнице в годах, точно тебя побью, уже всерьёз… Именно побью, потому что ты на меня руку не поднимешь, знаю точно.

— Шантажируешь? Пользуешься моим отношением? НАСТЕНЬКА, хорошо ли ты себя чувствуешь? — имя, произнёс на распев голосом Деда Мороза. Реакция? Как всегда — у обоих улыбки до ушей. К счастью, наша первая семейная фишка всегда приводит к положительным эмоциям.

Как обычно, стоило мне погладить девушку по спине, она спокойно и быстро засыпала. И сегодня после разговора отключилась мгновенно, а я ещё долго не мог уснуть. И думал не о работе и не о том, что произошло в институте. Меня заинтересовало другое — кто в городе появился столь смелый и наглый, что решил, не таясь, заняться даже не ведовством, а именно колдовством. Ведь оберег, что висел у парня на груди, был совсем не рядовой игрушкой. Такие вещи делаются под конкретного человека, привязываются на кровь носителя и стоят очень дорого. Одно можно сказать точно — когда я сжёг оберег, ведьма, точнее колдунья, это сразу почувствовала. Её должно было шандарахнуть очень даже прилично, потому что при проведении ритуала по активации медальона та влила в своё изделие много своих сил. Завтра надо будет обзвонить знакомых — пусть начнут поиски нового «коллеги». Что это не новичок, я понял по тройной степени защиты парня, но в городе с появлением подобной колдуньи равновесие будет нарушено, а это недопустимо.

* * *

В последующие дни выяснилось, что Настю однокурсники стали сторониться. Её саму это совершенно не задевало и не волновало. Наоборот, помогло в учёбе — многие преподаватели специально по делу и без дела её поднимали на лекциях, стараясь подловить на незнании материала, но тут все просчитались — девочка не привыкла прятаться за спины других, да и поставила перед собой цель закончить институт как минимум без троек, а лучше с красным дипломом. Свои умения в институте она больше не использовала, чем заслужила от меня похвалу. И через неделю волна подозрения и претензий к Насте стихла — всё стало, как и до этого. Из двух помощниц Настя оставила одну — Наташу, кто действительно работала и могла отыскать в интернете интересную информацию на конкретных людей. Так же трансформировались и отношения между девушками — из дружеских стали чисто деловые.

Что касается руководящего состава института, тут пошли волна за волной. Двух деканов сняли с занимаемых должностей, а потом они вовсе исчезли из института. Ходили слухи, что пока шло расследование, те были по подписке о невыезде. Ректор вроде бы подал прошение об отставке, но пока оставался на месте. Бойко-младшего арестовали, как и пару его приближённых. Что творилось с его отцом, банкиром, не знал, мне это было не столь интересно, как визит через пару дней в офис прилично одетой дамы лет сорока, которая подгадала к концу рабочего дня и попросила уделить пару минут. Кто это, сразу понял, почувствовал. «Коллеги» по ремеслу, которых обзвонил утром следующего дня, подтвердили появление в городе неизвестной колдуньи, но кто она и где практикует, не знали. Пообещали выяснить и вот, сама явилась.

Когда остались вдвоём, женщина упала мне в ноги с просьбой о прощении. Клялась, что вскоре покинет город и уедет за границу. Выслушав её рассказа, понял, что здесь она оказалась случайно, ждала, когда знакомые приготовят место в Латвии, где родилась и провела юность. Сама была не чёрной, скорее серой, но чаще обращалась к тёмной стороне, потому что это было проще и менее затратно по силам.

Поговорили вполне дружелюбно, хотя, по правилам, я её не должен был отпускать. Волхвы с колдуньями никогда не жили мирно, изгоняли из мест, где были источники силы. Мне не хотелось обрекать ещё одного человека на гибель, хоть и такую, кто мог полностью перейти на чёрную сторону. Поговорили и попрощались, но уходя из офиса, женщина споткнулась, едва устояв на ногах. Медленно повернулась к Насте и глубоко поклонилась, попросив прощения, а потом выскочила из дверей, как будто ей обожгли одно место.

— Настён, хулиганишь? — с улыбкой взглянул на улыбающуюся девушку, из глаз которой только искры не сыпались.

— Если только чуть-чуть. Тётка, уходя, гадость хотела сделать, ну я её и предупредила, что всё ей самой вернётся во стократ. И не с запозданием, а прямо сейчас. Пакостить передумала сразу.

— Насть, оставайся ворожеей, не надо превращаться в худшее. Понимаешь, раз, второй почувствовав собственную силу, от этого будет трудно отказаться. Это как наркотик — захочется большего. Ты светлая, но как говорили в старину, «береста тоже имеет тёмные пятна». Вот и сохраняй в себе чистоту. Кроме того, повторю, что сказал тебе пару месяцев назад — рядом с волхвом может быть только светлая ведунья, ворожея, но никак не серая и тем более не тёмная ведьма. Как бы к тебе не относился, но если почувствую в тебе черноту, мы сразу распрощаемся. А если примешь чёрную сторону, станем непримиримыми врагами.

— Но ты же эту… отпустил? — Настя не скрывала удивление.

— Я ей дал месяц, после чего должна будет уехать или я на неё устрою охоту. Хотя какая там охота. Я с ней сегодня поздоровался голой рукой, и отпечаток ауры человека у меня остался навсегда. Её не надо будет искать. Просто ограничу срок жизни и всё. И Элеонора, как назвалась дама, это поняла. Не отдёрнула руку, увидев, как я снимаю перчатку, осознанно вручила мне свою судьбу.

— А ты, оказывается, не только бываешь страшным для людей, но хитрым, Вячеслав Викторович?

— Почему? — не понял подначки от Насти.

— Так этой тётке ты настолько понравился, что хотела на дверях оставить приворот. Каким бы ты сильным не был, а против любовной магии не устоял бы. Она ведь на других принципах устроена. Нейтральна по сути и ты мог ничего не почувствовать, а через пару дней принял бы её в гостях со всем гостеприимством, а вот чем бы всё закончилось… Бо-о-ольшой такой вопрос.

— Настён, ты преувеличиваешь. На волхва привороты не действуют. Так было, есть и будет. Мы ведь не занимаемся колдовством, а…

— Неверный ответ. — Настя внезапно перестала улыбаться, став серьёзной. — Слав, просто ты был прав, говоря, что так и не стал настоящим волхвом. Да, в тебе заложен огромный потенциал, но до конца так и не стал тем, кем себя называешь. Что могу посоветовать — проведи обряд и призови Велеса. Пусть он сам начатое доведёт до конца. Других наставников у тебя нет и никогда не будет. Когда всё закончится, сам поймёшь что я была права.

— Настя, ты в самом деле всё это чувствуешь? Не выдумываешь?

— Зачем мне тебя обманывать? Да, чувствую в тебе огромную силу, но ты… как бы это сказать, чтобы не обидеть… — Девушка замолчала, закрыв глаза. — В твоей ауре много незащищённых тонких мест. Силу свою используешь лишь на половину, если не меньше, а это говорит об одном — ты ремесленник, не мастер. Как тебе и сказала, призови меня или Велеса для окончательной шлифовки твоего таланта.

— Твою ж… — Как сразу не обратил внимание, что Настёна никогда не говорила со мной настолько вызывающим тоном. Что, снова её телом воспользовались как проводником?

— Морена, рад тебя приветствовать, но ты снова без разрешения воспользовалась человеческим телом?

— Узнал? Почувствовал? — хрипло рассмеялась девушка. — Что ж, приятно, когда тебя не забывают, но почему думаешь, что использую тело этой прелестной девочки без её разрешения? Когда уйду, сможешь спросить — добровольно она согласилась или я её принуждала. Уверен, твоя половинка скажет правду. Ладно, верный слуга Велеса, мне пора, а ты задумайся над моими словами. Если призовёшь нас двоих, меня и старого, сможешь за раз войти в полную силу. Только и от тебя потребуется услуга. Какая, потом скажу. Не бойся, ничего страшного и кровожадного. Обо мне больше гадостей говорят, чем заслуживаю. Вот и убедишься. Для тебя услуга будет очень даже приятной. До встречи, милый…

Не отрываясь, смотрел, как Настя вздрогнула и… стыдливо опустила глаза.

— И часто ты отдаёшь своё тело во власть Морене? — я не злился, потому что… просто не мог злиться на тоненькую девочку, которая стала мне бесконечно близким человеком.

— Прости, Слав. Отвечу на твой вопрос, который так мне и не задал. Да, я добровольно согласилась, что бы Старшая сестра могла сейчас с тобой поговорить.

— Даже сестра? Забавно называть богиню сестрой, но ты ведь… Подожди. Хочешь сказать, она помогает тебе в учении? В овладении ремеслом?

— Да, — уже чуть не шептала девушка. — Я всё учу сама, но она мне лишь разъясняет непонятные моменты. Знаешь, без неё было бы намного труднее освоить всё, что написано, и что мне необходимо знать.

— Час от часу. Малыш, а не боишься, что в один прекрасный момент твоим телом завладеет Старшая сестра и выгонит тебя нахрен, как ставшую ненужной.

— Нет, Слав. Ты удивишься, но как ты для Велеса последний, так и я для Морены. Так уж сложилось. И не ругай Морену. Она, когда не злится, очень добрая и отзывчивая. Никогда не отказывает в трудную минуту.

— Настя, а у тебя были эти трудные минуты? Я говорю за последние три месяца. Ну, не считая неприятного эпизода с Бойко?

— Ты не так понял. Я говорю о трудных моментах в учёбе. Мне не у кого спросить правильно я делаю те или иные вещи или нет. Тебя просить? Так не знаешь тонкостей. А Морена не отказывает в совете. Её часть ведь всё равно осталась в моей душе, как Велес не старался. А может он специально так сделал, кто знает? Нам не понять мысли Высших.

— Тогда ты наверняка знаешь и об одолжении, о котором говорила твоя так называемая сестра? Что это значит?

— Я не знаю точно, но догадываюсь. Прости, не скажу. Это чисто наше, женское.

— Так. Получается, против меня возник женский заговор? Настя, не скажешь, спать сегодня не дам.

— А кто был бы против? — захохотала девушка, уже ставшая сама собой. — Я только за.

— Дурилка, я не о том, о чём ты подумала! — рассмеялся, видя, как моя красавица краснеет на глазах. — Я о том, что отлучу от тела. Будешь спать в своей кровати. Она у тебя ничуть не хуже моей. Ладно, так и быть, для обнимашек выделю запасную подушку. Есть у меня такая, размером как две обычных.

— Ты не посмеешь, — глазища стали в два раза больше и стали наливаться слезами. — Слав, я тогда не смогу уснуть. Без тебя не смогу. Зачем ты так?

— Тогда признавайся. О чём сговорилась с Мореной?

— Не скажу, хоть режь. Слав, ну пойми же ты. Не всем можно делиться даже с самым близким человеком. Есть такое, что надо держать в себе.

— Ладно, партизанка, поехали домой, а то застряли на работе. Хоть здесь и хорошо, дома всяко лучше…

Глава 8

После долгих препирательств договорились уехать в выходные за город и совместить приятное с полезным — не только для отвода глаз провести пару дней в загородном доме в Новгородской глуши, но основной задачей было провести обряд, о котором говорила Морена. Было страшно осознавать, что спустя много лет придётся вновь призывать в мир сразу двух богов, а их присутствие почувствуют все, кто к этому имеют предрасположенность, как принято говорить, к паранормальным эффектам. Тянул сколько можно, но вместе с тем имелось понимание, что надо закончить начатое и, в конце концов, стать полноценным волхвом. Выдержал натиск девушки, которая твёрдо решила быть со мной. Всячески её кормил страшилками и отговаривал, но довод, что привела, был убийственным — без неё не смогу призвать Морену, я же не её почитатель. Тут возразить было нечего, и сообща наметили выезд на средину октября. Договорился через знакомых с арендой дома. Оплатил пребывание с пятницы до воскресенья. Сейчас на моём Тахо туда можно ещё добраться, но со дня на день пойдут дожди и дорога станет проходимой разве что на танке. И то под вопросом. Почему именно туда? Потому что был там однажды. Наткнулся в старинных записях на ссылки о старое капище и после долгих поисков его отыскал. Там и устроил полноценный призыв сил природы, после чего оставил после себя поломанный подлесок, да сухую яму вместо лесного озера. Хотя это и было много-много лет тому назад, остальные места силы, о которых знал, были расположены вблизи населённых пунктов, а отвечать за возможные последствия, которые могут быть непредсказуемы, совсем не хотелось.

Отработав неделю, уже из дома отнесли в машину купленные ранее продукты и вернулись вновь в квартиру, чтобы ещё раз подумать, что может пригодиться, а не взяли. И тут зазвучала музыка на телефоне. Посмотрев на номер, понял, что звонили на номер, о котором мало кто знал, да и случайные звонки туда поступали чрезвычайно редко. Номер абонента определился, но кто это? Не было желания разговаривать с неизвестным, сбросил звонок. Через пару секунд снова телефон напомнил о себе. Сброс и снова мелодия-звонок. Судя по всему — звонил тот, кто точно хотел меня услышать. Нажал кнопку и сердце обдало холодом. Скорее почувствовал, а не узнал, что хриплый свистящий голос, искажённый до неузнаваемости, принадлежит сестре.

— Ты всё же посмел продолжить свою месть? Я тебя ненавижу, тварь. Ненавижу и проклинаю, что осмелился на подобное. Ты уничтожил самое главное в моей жизни — мою семью. Будь проклят, мразь, со всеми своими богами. Я умру, но отмщу. Ударю по тому, что тебе дорого. Чтобы жил, но страдал. Чтобы гнила твоя душа от невозможности всё вернуть назад. Ты уже мёртв, хотя ещё не чувствуешь. И те воспоминания, что вложил в мою голову — всё это ложь. Думал, я стану другой? Что пойду против своего отца? Ты ничего не знаешь обо мне и о папе. Он был для меня….

Не выдержал, перебил.

— Он был животным, скотом. Другого слова не подобрать. Усыновил десятилетнюю девочку, родителей которой убил, а через два года изнасиловал ребёнка и сделал постельной игрушкой. Ты его любила? За что? За все те издевательства и извращения, которые испытала? За оргии, в которых участвовала вместе отцом? Этим гордишься? Что ж, если твой так называемый отец из ребёнка сотворил чудовище, наверное, и тебе пора последовать за ним. Таким как вы нет места на земле. Гори в аду вместе со своим извращенцем и его друзьями-палачами.

Тишина и после паузы раздался хриплый голос, в котором услышал даже насмешку.

— Я умираю и знаю точно, это сделал ты. Что ж, одно хорошо — признался, что никакой ты не Бутурлин, а Алексей Ланской. Меня это радует.

— Ошибаешься. Я тот, кто есть, Вячеслав Бутурлин. Алёша Ланской, которого ты упомянула, погиб вместе с сестрой, родителями и родственниками. Их убили при попытке бегства, расстреляли в вертолёте. И все они… Вся эта большая дружная семья похоронена на территории тюремного кладбища. Все восемь человек. Восемь номеров на одном кресте, где нет ни фамилий, ни имён, лишь дата смерти… и номера… Как у пожизненно осуждённых преступников. Не удосужились даже написать даты рождения. Хотя о чём я? Ведь тогда надо было бы признать, что в могиле лежат двое детей… Десятилетние преступники, которых казнили за то, что они пошли против власти?… Ненавижу тех, кто это сделал и кто причастен к расправе. Ненавижу тех, кто наслаждался жизнью многие годы, зная, что их никогда не настигнет кара за содеянное. Скольких ещё эти нелюди замучили своими экспериментами? Чего добивались? Чего хотели? Стать при жизни богами? Властителями если не мира, страны? Идиоты. Они без одарённых как были ничтожествами, так ими и остались. Гореть им всем в аду за совершённые злодеяния… Как и тебе, их пособнице и последователю грязных дел. Забудь мой номер и никогда больше не звони. В живых остался ещё один. Последний. Никто его не тронет до тех пор, пока меня не трогают. Пусть живёт и трясётся от страха как сам, так и его семья, что придёт день, когда надо будет ответить за всё…

У меня вырвали телефон, и Настя сначала прервала разговор, а потом вообще отключила аппарат.

Меня трясло от гнева и в первые минуты даже не мог сообразить, где нахожусь, пока не приложили к лицу мокрое полотенце.

— Славушка, любимый, успокойся, прошу. Ты убиваешь себя, родной. — Настя прижалась к спине и гладила моё лицо, шею, плечи, руки. — Успокойся. Гневом и словами ничего никому не докажешь, да тебя и не будут слушать. С другой стороны своя правда. Искажённая, извращённая, но какая есть. Думаешь, эта женщина хоть одно твоё слова приняла? Нет. Для неё была песня радости как ты убиваешься о родных. Слава. Пойми, твои родные и та, кто была тебе сестрой — они разные. Все твои близкие погибли, а та, что называет себя родственницей, она чужая. Стала такой, когда приняла чужого человека, вошла в чужую семью. Уже не говорю о дальнейшем. Она не боролась за правду все эти годы как ты. Не сопротивлялась чужому влиянию. Наоборот, впитывала в себя как губка всю грязь и ложь с одним желанием — выжить и стать на сторону тех, кто, по её мнению, сильнее. Прости за мои слова, но тех, кто погиб, она считает слабыми. Это не та жизнь, к которой мы привыкли. Это настоящая борьба за выживание. За существование, где побеждает наиболее сильный. Твоя сестра пошла, уничтожив свою гордость и личность по наиболее лёгкому и простому пути. Ты, выстрадав и став человеком, прошёл более трудный путь. Хотя… Не думаю, что ей было легко и хорошо.

Повернулся к девушке и прижал к себе.

— Мудрый ты мой котёнок. Знаешь, даже улыбка появилась, слушая твои слова. Маленькая ты моя глупышка. Моей сестре настолько промыли мозги, полностью заменив память и, наверное, даже личность, что она всё до сих пор воспринимает как истину. Она испорченный человек не только телом, но и душой, каких свет не видел. Пойми, родная. Если тебе с ранних лет говорят, что чёрное это хорошо, что извращения — это норма жизни, то приходит момент, когда ты на других, нормальных людей, смотришь как на ненормальных. Всё меняется. Чувства, понимание, восприятие. О чувстве любви и жалости вообще разговора нет — это начисто отсутствуют. Мне обидно, что моя закладка не сработала как надо. Все воспоминания детства, всё, что я помнил о родителях и как они погибли — всё это не сработало. Было отринуто совершенно чужим сознанием. Для себя вижу плюс в том, если можно так назвать то, что окончательно осознал и принял — Александра Ланская является таковой лишь по документам, а на деле — дочь полковника Торжкова. Садиста-врача и убийцы.

— Да ну их к лешему. Слав, мы тогда остаёмся. Ты всё равно не сможешь сесть за руль.

— А ты на что? — улыбнулся, глядя в испуганные глаза. — Права у тебя есть? Есть. За рулём моей машины сидела? Управляла? Да. Дважды домой отвозила своего шефа. В чём вопрос?

— Я боюсь. Правда, боюсь. От работы до дома выучила маршрут, а тут… Нет, Слав, я не сяду за руль.

— Тогда на кой страховку на тебя оформлял? И кто хвалился, что экзамен по вождению сдала одна из трёх из всей группы, где были, кроме тебя, одни мужики? Всё, поехали. За городом всегда проще, сама знаешь.

— Так сегодня за городом сплошная толчея — в городе машин меньше чем там.

— Котёнок, не заставляй на тебя рычать. Поехали. Не бойся — если что, вину возьму на себя, да и машина у нас такая, что остальные водители всегда настороже. Если что, сигналь. Сама увидишь какой лёгкой будет дорога. Потом тебя сменю. Договорились?

- -

Каждый раз, когда Настя садилась за руль моей машины, еле сдерживался, чтобы не заржать. Она, тоненькая веточка, сливалась с сиденьем и со стороны казалось, что за рулём шкафа на колёсах никого нет. Хотя, удивился, когда в первый раз через десять минут малышка вполне освоилась с немалыми габаритами машины, а во второй раз так чуть ли не матом покрыла мужика, что притёрся слишком близко. Наверное, лишь одно моё присутствие рядом сдержало её порыв. Промолчать промолчала, но когда нажала на клаксон, а у меня гудок сравним с паровозным, приятели ради хохмы поставили, сосед по дороге ТАК шарахнулся в сторону, что я даже глаза закрыл — думал, тот в ограждение впилится. К счастью нет, увернулся. И когда полчаса назад сказал, что можно использовать звуковой сигнал, на лице девочки появилась улыбка, которую принял скорее за оскал. Думал, что Настёна всех будет пугать, но нет. Выехали из города вполне нормально и по трассе шли на «грани фола» — выше положенной, но ниже той скорости, за которую штрафуют. Искоса бросал взгляды на свою водительницу и внутри даже гордость появилась — никакого напряжения. Девочка была расслаблена, но глазки внимательны, головой крутит, на знаки смотрит и уже дважды заранее сбрасывала скорость в тех местах, где можно было бы даже увеличить, но… в первом случае миновали гаишников, которые с сожалением поводили нашу машину взглядами, а во втором стояла машина с камерой на крыше.

— Ты что, их чувствуешь? — спросил, думая, что всё это случайность.

— Настроилась на каверзы, вот и чувствую, где они могут проявиться. Впереди ещё одна. Скорее всего, опять машина с радаром.

— Настён, а меня такому научить можешь? А то, как ни поеду за город, обязательно штраф привожу за превышение.

Посмеялись, но ответ девочки меня удивил.

— Если захочешь, научу. Не сложно. Надо настроиться на определённый уровень восприятия и всё будет работать помимо тебя самого. Я вот ощущаю лёгкий укол, прости, в попу, когда надо сбросить скорость. У тебя может быть совсем другой сигнал.

— То есть туда, где самое нежное и красивое.

— Комплимент приятен, но я сама определила место. Не отвлекает от вождения и не так неприятно, если бы кольнуло губу или нос. Могу подсказать тебе такое место, но обидишься, — девчонка, поросёнок, чуть покраснела и звонко захохотала.

— Понятно… — протянул, скосив глаза на улыбающуюся девушку. — Так прямо и скажи, что надоел со своими приставаниями. Устала?

— Нет, я сама это каждый раз жду, а ты чаще игнорируешь мои желания.

— Настя, а о дороге спросил. Устала за рулём? Не о том, о чём ты подумала.

Не была бы девушка за рулём, точно меня стукнула. Сейчас даже дёрнулась, но руль не отпустила, но лицо вновь полыхнуло краской.

— Какой ты… Нравится меня подначивать? Вот возьму и обижусь.

— Так. Давай ищи место, где остановишься, поменяемся местами. Сядешь на пассажирское место и обижайся. Можешь даже вообразить из себя бурундучком с надутыми щёками и поспасть. Нам ещё ехать и ехать.

Это моё чудо через пару минут чмокнуло меня в щёку и закрыло глаза…

* * *

— Как здесь красиво, — прошептала девушка, открыв глаза после сна и выскочив из машины.

— А что ты шепчешь? — удивился, хотя и сам никогда в лесу не орал. Крики — это неуместно там, где надо слушать природу.

— Не могу. Мы ведь здесь гости, не хозяева, — и девушка аккуратно меня взяла за руку. — А это наш дом, где будем жить?

— Да. Между прочим, присмотрись. Недавно узнал, что хозяева его продают. Сумма большая, но я потяну, если понравится. Один минус — отсюда до ближайшего жилья более пяти километров, а до нормальной дороги почти восемь. Здесь надо жить или оставлять нанятых людей, иначе дом сожгут или обнесут. Люди вокруг бесхитростные — раз никто не гонит, значит можно поживиться. Тем более, видишь, и забора как такового нет — ограда чисто условная. А сейчас давай помогай — надо из машины перенести в дом всё, что захватили из города. Да, милая, пока не забыл. Если у моих знакомых всё сложится, завтра к вечеру или в воскресенье утром заглянут гости, мои хорошие знакомые.

— Миша с Машей? — улыбнулась Настя.

— Нет. Эти мультяшная пара, как их называю, не любители природы, хотя по молодости с ними ездил с палаткой. Было весело. Маша заводная, а вот медведь сразу начинает ныть — то ему жёстко, то холодно, то комары, то унитаза на острове нет.

Девушка засмеялась. — Не знаю. Мне он показался вполне… Автономным. Неуклюжий немного, так рост какой? Говорил, больше двух метров.

— Два метра и один сантиметр, если быть точным, — рассмеялся от слов Насти. — Мы его между собой называем от горшка два вершка. И добавляем — плюс сантиметр. Всё, котёнок, пошли в дом. Скоро станет темнеть, а мне ещё надо включить генератор, да и полностью осмотреть дом, чтобы от хозяев не было претензий.

После ужина сели на веранде. Закутал Настёнку в тёплый плед — уже октябрь и по вечерам зябко, а в некоторые ночи температура опускается до нуля, хотя заморозков в этом году ещё не было. Сели в кресла, в руках у каждого кружка с тёплым чаем, а говорить не хотелось. Лес вокруг нас шумел, разговаривал на множестве языков. Надо было только уметь понять, что он говорит.

— Слав, а здесь есть поблизости озеро или река? — минут через десять тишины негромко спросила Настя.

— Река далеко, а озёра близко. Одно, среднее, минутах в десяти ходьбы отсюда, чуть побольше размером — минут двадцать. На большом даже когда-то пляж люди оборудовали. Хотели там строить базу отдыха или пионерлагерь, точно не знаю, но что-то не сошлось между звёздами и природу, к счастью, не тронули. Что сделали, дорогу туда пробили, но она уже заросла. С тех пор уже лет как тридцать прошло. Сейчас, сама понимаешь, пионерлагеря для детей, да и базы отдыха никто не строит. Не то место, что может привлечь людей. Для рыбаков — мало интересно, а желающих уехать из города и жить в лесу найти очень сложно.

— Но здесь наверняка ягод и грибов много.

— Много — не то слово. Любишь ходить за грибами? — спросил и сразу же прикусил язык, увидев, как девушка сразу загрустила. — Прости, милая, ляпнул, не подумав.

— Ничего, ты не виноват. Знаешь, мама ушла уже больше двух лет назад, а до сих пор боль в душе от потери не утихла. Мы ведь очень были близки.

— Я видел, чувствовал это. Настя, чтобы больше к этому не возвращаться, скажу тебе правду. Знаю, до сих пор думаешь, что её можно было спасти. Я сделал всё, что было возможно, поверь, но просто было слишком поздно. Если бы даже мы повстречались на год раньше… Я пытался, поверь…

Даже не увидел, как девушка встала. Какое-то мгновение и она уже сидит у меня на коленях. Прижалась, обняла.

— Я тебя ни в чём не виню. Я видела, чувствовала, понимала, что ты старался помочь. Делал для неё и для меня все, что только можно было сделать. Знаю, ты даже мамины анализы и снимки посылал за границу в надежде, что там смогут помочь. Спасибо тебе за всё. Знаешь, а ведь мама к тебе относилась не только как к другу. Ты её очень нравился как мужчина. Такой большой, твёрдый как скала и уверенный в себе. Смешно сказать, мы каждый раз обе ждали твоего прихода, словно ты не человек, а какой-то Дед Мороз. И когда приходил, словно делился с нами радостью жизни. Да, Слава, мы буквально оживали. Мама начинала улыбаться. Даже говорила, что в те моменты, когда ты был с нами, у неё ничего не болело.

И девушка не выдержала — вновь заплакала. Как мог успокоить? Прижал к себе и гладил словно крохотного ребёнка, да для меня она такой и была — маленькой, нежной и беззащитной. Была бы возможность — засунул бы её куда-нибудь вглубь себя, оберегая от всех невзгод этого несправедливого мира, чтобы малышу всегда было тепло и уютно.

— Не замёрзла? Может пойдём в дом?

— Нет, мне здесь очень хорошо, — девушка уже немного успокоилась и, перехватив мой взгляд, улыбнулась. — Мне хорошо, когда ты рядом. Скажи, я ненормальная, чтобы вот так влюбиться в человека с первого взгляда? Помню, как ты меня на мосту взял за руку. Почувствовала не твоё тепло, а меня пронзило всю — от кончиков волос до ног. Странно, да? Поверить словам человека, которого увидела впервые. Не знаю, может почувствовала в тебе родную душу? Ведь та уверенность, что в меня вселил, помогла пережить самое страшное. И ты как батарейка всё время меня подпитывал, давая силы и внушая, чтобы я не сломалась, боролась до последнего.

— Ты умный человечек, раз это поняла и почувствовала. Сложить руки и смириться — самое простое, что можно сделать, но своей заботой, вниманием, любовью смогла продлить жизнь мамы фактически на полтора года. Вопреки прогнозам врачей… У тебя огромная добрая душа, девочка.

— Не я одна. — Настя потянулась ко мне губами. — Без тебя бы я не справилась. Спасибо тебе за маму и за себя. Никогда не знала, думала, книжки врут, что можно чувствовать в себе такое счастье, когда тебе есть кого любить и чувствуешь, что и тебя любят. Ощущать что ты нужна.

— Ну, всё, давай заканчивать меланхолию. Идём в дом. Уже одиннадцать часов и становится холодно. Смотрел по прогнозам — по ночам будет чуть выше нуля. Кстати, ты сегодня наверняка впервые в жизни будешь спать на перине. Самой настоящей, как в старину. И завтра нам, точнее мне, придётся уйти в то место, где я нашёл древнее капище.

— Я с тобой, — Настя отпрянула в сторону, уперевшись мне в грудь руками. — Не забывай, если останусь, Морена тебе помочь не сможет. Да и два Высших это не один.

— Пусть будет так, но тогда идём спать. Встать надо будет до захода солнца, и идти не близко.

* * *

Проснулся в пять и, как не хотелось нарушать сон Насти, разбудил и её. Открыл сумку, к которой запретил прикасаться и вручил девушке домотканое платье, а потом к её ужасу и самые настоящие лапти. Видя непонимание в глазах, усмехнулся.

— Милая. Никакого белья. Нижнюю рубаху, а сверху платье. С обувью помогу — завязать правильно сам долго не мог. Для современного человека это настоящее испытание. Малыш, в места силы надо идти в том, что естественно, никакой синтетики. Почему, поймёшь чуть позже сама. И не бойся, не замёрзнешь.

Натянул на себя штаны и нижнюю, а потом и верхнюю рубаху, одел лапти, затем подогнал по ноге и обувь Насте. В конце не выдержал, достал смартфон и сделал несколько снимков девушки — настолько она была красива в такой одежде. Длинные распущенные русые волосы, зелёные глаза в пол лица. Самая настоящая ведьма. Жаль венка из цветов не сделать — забыл накануне нарвать цветов, да и не видел их в осеннем лесу. Под конец из сумки достал два плаща, сделанные из шкур волков — неказистые с виду, но очень тёплые. И снова сделал несколько кадров.

— Время поджимает, идём.

До места добрались через час с лишним. Удивился — прошло много лет, а сегодня шёл словно по ниточке, не иначе меня вели к цели. Несколько раз спрашивал, не замёрзла ли моя спутница, но девчушка улыбалась, говоря, что не то, что не холодно — жарко. И удивлялась, что поддетые носочки из ондатры греют ноги как печка.

Капище не изменилось за много лет, разве что трава разрослась, да крохотное озерцо вновь было полным воды. Лес разросся, стал густым, фактически непроходимым, если не знать тайных тропок. Как не смотрел по сторонам, следов моего прошлого вмешательства не заметил.

— Милый мой человек, — поцеловав девушку, отвёл её за круг святилища. — Будь рядом, но чтобы ни произошло, за границу круга не вступай. Это опасно, милая. Даже если упаду без сознания, стой на месте. Знаешь, мне и самому немного страшно, но надо сделать то, ради чего сюда приехали. Если будешь призывать Морену, делай не раньше, как здесь появится мой предок, Велес. И молчи, ни звука, даже если вокруг тебя будут стоять дикие звери. Со мной такого не было, но в старых записях о подобном есть упоминания — Велес ведь покровитель всего живого, поэтому если невдалеке будет кто-то, могут прийти на призыв.

— Я выдержу, Слав, — девушка обвила руками мою шею и крепко поцеловала. — Иди. Я верю, что у нас всё получится…

После первого призыва, после того, как разжёг огонь недалеко от древнего, почерневшего столба с уже непонятно какими вырезанными на нём фигурами, верхушки деревьев качнулись так, словно их кто пригладил невидимой рукой. Ветер, ранее чуть ощутимый, с каждым ударом моего сердца стал крепчать. Поднял глаза — да, так и должно быть, поток воздуха кружил вокруг этой крохотной поляны, забирая отсюда упавшие листву, упавшие ветки деревьев, другой мусор и унося куда-то далеко за пределы леса.

Второй призыв и ритуальным клинком рассёк левую ладонь, прижав руку к древнему столбу. Третий призыв, когда встал на колени и стал на забытом ныне распеве призывать покровителей и через мгновение впал в непонятное состояние. Моё тело перестало меня слушаться, но мозг продолжал воспринимать всё, что творилось вокруг. Сначала на границе капища увидел появившуюся Морену. Ослепительную красавицу с волосами, заплетёнными в несколько густых кос и сверкающими синими глазами. Её одежда, похожая на ту, во что была одета Настя, вся сверкала из-за украшений так, что, казалось, одета была только в бриллианты. А через мгновение появился и Велес. Не старик. Огромный мужчина возрастом не старше меня. Белые волосы до пояса, расшитая рубаха до колен и улыбающийся взгляд. Не на меня, на Морену. Они встретились на средине площадки и протянули друг другу, словно не виделись много-много лет. Замерли, смотря в глаза, казалось, забыв обо всё на свете. Я чувствовал, что они разговаривали. Не вслух, мысленно, но вибрация от их эмоций была настолько сильной, что ощутил как дрожит подо мной земля.

Я то забывался, то снова приходил в себя. Даже не знаю, сколько времени прошло, когда меня неожиданно подняли на ноги.

— Спасибо, сынок, за доброе дело. Не думал, что вновь смогу стоять в своём настоящем обличии на этой земле. К тому же привёл ко мне мою любовь. От этого тебе двойная благодарность. Ты молодец, что слушаешься старших и делаешь так, как подобает настоящему служителю. Хотя ты не из тех, кто ранее мне служил жизнью и шёл с моим именем на смерть. Понимаю, на этой Земле времена совсем не те, что были много веков назад и сейчас меня с Мореной вспоминают лишь единицы русов. Тем более радостно становится внутри, что мой далёкий потомок старается жить по заветам предков. Ты достоин стать верховным волхвом, но, к сожалению, ты не один из многих достойных, а последний… Малыш, лучшее моё семя, я поделюсь с тобой знаниями и силой, но и спрошу с тебя во много крат больше. Не боишься ответственности?

— Не боюсь, Велес. Хоть я и остался один из нашего Рода, рядом со мной девочка, которая близка мне по духу. Не обидь и её.

Велес засмеялся. Зарокотал так, что со всех сторон послышались раскаты грома.

— Её не обижу, она ведь такая как ты — последняя из рода хранителей наследия Морены. Удивлён? Понимаю. Твоя девушка не ведьма и не ведунья в полном понимании, хотя в её наследии есть и это. Она, как и ты, далёкий потомок нас, прародителей этой земли. Не бойся, с твоей избранницей всё будет хорошо. Хочу задать вопрос, который может показаться здесь неуместным. Ты с Настей думали о потомстве?

— Думали, но сейчас девочке рожать рано. Я хочу, чтобы она закончила обучение, да и окрепла. Сам видишь, какая она хрупкая. Боюсь за её здоровье.

— Добрый ответ. Сейчас услышал то, что меня радует — заботишься об избраннице в первую очередь, а не о самом себе. Пусть будет так. Даю добро, но есть просьба. Когда решитесь, день и ночь проведите здесь, на капище, призвав нас двоих, как сейчас. Поверь, мы поможем вдохнуть жизнь и силу в наших с вами наследников. А сейчас вам пора возвращаться к тому, что ты начал. И вот ещё. Твоя сестра сегодня ночью умерла, но напоследок сделала последний мерзкий ход — отправила сюда двух убийц. Не волнуйся, мы их заранее обнаружили и сделали так, что эти поганые люди никогда никому не смогут больше принести вреда. Вижу, что хочешь спросить — убили мы их или нет? Отвечу, нет. Они остались живы, но стали другими людьми. С тобой сейчас попрощаюсь, потом не будет времени для слов. Пройдёт пара дней и поймёшь что изменился. Развивай умения и знания, что сейчас получишь. Увеличивай внутреннюю силу. Если возникнет нужда — зови и я приду. Буду рад помочь тому, кто помнит о своём прародителе. Не говорю прощай. Говорю — до встречи, а теперь приготовься. Будет очень больно, но только так можно стать сильнее телом и духом.

Меня слегка обняли, а уже через мгновение тело пронзила молния. Вторая, третья, четв1ртая… Они били в меня, возникая в чистом безоблачном небе одна за другой. Не знаю, сколько подлилась нестерпимая боль, когда каждую секунду я умирал, но снова и снова воскресал, а через некоторое время почувствовал, что мне это даже нравится. Через тело проходили немыслимые разряды энергии, стало лёгким, даже невесомым и, подняв руки вверх, словно стоя под душем, улыбнулся небу и… всё внезапно прекратилось. Исчезла эйфория и вновь вернулась привычная тяжесть тела вместе с осознанием какие же мы, люди, не совершенные… Обернулся и, увидев Настю, стоящую на коленях с прижатыми к ушам ладошками, поспешил к ней.

Ещё не прикоснулся к тонким красивым рукам, как девочка в испуге подняла голову и, увидев меня живого и здорового… завалилась без сознания на траву. Блин, только этого не хватало. Подхватил лёгкое, почти невесомое тело на руки. Заметив невдалеке поваленное дерево, направился к нему. Сел и стал целовать девочку. В закрытые глазки, в лобик, в нос, в губы — никакой реакции, но сердечко под моей рукой билось нормально. Ровно, без перебоев.

— Котёнок, ты где? Вернись. Маленькая моя, любимая. Солнышко моё ненаглядное.

Прижал к себе любимого человечка и замер, ощущая, как бьётся сердце в груди девочки. Кажется, даже отключился на какое-то время, потому что не уловил момента, когда Настя очнулась. Только когда меня обхватили руками за шею и ткнулись губами в район шеи, опустил глаза и увидел робкую улыбку до сих пор испуганной девушки.

— Ты живой, — не спросила, утвердительно прошептала Настя. — Если бы знал, как я испугалась, когда… Даже просила Морену, чтобы все испытания выпали на меня, не на тебя, но Сестра лишь рассмеялась, а потом крепко меня поцеловала. Сказала, что я храбрая, но глупая, потому что чувства затмевают разум. И после этого Морена исчезла, напоследок шепнув, что ты должен выстоять, иначе всё что делал, будет напрасно.

— А Велес когда исчез? Ты видела?

— Когда в тебя стали бить молнии, он закружился вокруг тебя как веретено. Даже не поняла, как так быстро можно двигаться — вокруг тебя появилась полупрозрачная стена. Мне кажется, он помогал тебе выстоять, не давая упасть, а потом смерчем поднялся вверх и исчез. Морена исчезла вместе с ним.

— Очень испугалась?

— Да. Особенно, когда ОНИ нас покинули, а ты стоял с улыбкой, запрокинув к небу голову, и светился весь изнутри. Закрыла глаза руками, чтобы не видеть чем всё закончится. Хотелось плакать от ужаса, а ни одной слезинки, представляешь?

— Котёнок, а ты, кроме того, что смотрела на меня, чем-то ещё занималась?

— Да. Морена и я… Прости, не могу рассказать. Не имею права. Я обещала.

— Женские секреты? Понятно. Не буду спрашивать. Захочешь, сама расскажешь.

— Не обижайся, Слав, это не столько тайна, как знание. Морена со мной поделилась умением, силой и… — Настя продолжала говорить ещё пару секунд, но ни единого звука я не слышал. Поняв в чём дело, приложил ко рту Насти ладонь.

— Я всё понял, родная. Сама видишь, не столь ты, как тебе запретили говорить. Что ж, вполне объяснимо. Только одновременно и смешно — два служителя древним богам в одной семье. Если включить здравую логику, такого просто не может быть. Это против всех правил. Во всех рукописях, что читал, во всех трактатах как наших, так и зарубежных написано, что два служителя разных богов не могут быть вместе. Они как разные полюса магнита должны отталкивать друг друга.

— А на нашем магните притягивают. И чем дальше, тем сильнее. Разве я не права? — Настя вновь посмотрела на меня и робко рассмеялась. — Или мы ненормальные или те, кому служим. Когда с тобой разговаривал Велес, а почувствовала, прости за откровенность, безумное желание быть с тобой вместе. Ну… быть близки. Даже испугалась, что это всё не к месту и не ко времени, а потом поняла, что это не столь моё чувство, как Морены. Она любит Велеса, и её желание передалось мне.

— Даже так? — улыбнулся и положил головку Насти так, чтобы она не смогла отвернуться. — Смотри мне в глаза и ответить честно, а если не сможешь сказать, покажи головой. Тебе Морена предложила в день, когда мы решим завести детей, приехать сюда и быть под их присмотром?

Огромные зелёные ведьмовские глаза и беззвучно распахнутый рот, а затем, словно через силу, сделанный кивок.

Не удержался. Рассмеялся вслух.

— Это не боги, а сводники какие-то. Ладно, ты девочка умная, поймешь что к чему… Ты как, родная, в силах идти? Если нет, могу понести, мне не трудно.

— Я сама, — Настя соскочила с колен, но, сделав пару шагов, оступившись, охнула. — Кажется, ногу подвернула.

Вновь подхватил малышку на руки. Посмотрел её ногу — всё нормально, вывиха нет, но растяжение связок вполне может быть.

— В таком случае устраивайся поудобнее. Поехали?

Думал, устану нести девушку на руках. Нет, ошибся. Даже показалось, чем дальше уходили от капища, тем Настя становилась легче. В ней и было-то килограмм сорок от силы, а ощущал, словно весила килограмм десять. Пару раз останавливались и то лишь по просьбе девушки. Ей казалось, что мне надо отдохнуть.

Часа через полтора вернулись к дому. Первым делом включил нагрев воды и набрал для Насти полную ванну тёплой воды. Ещё раз осмотрел её ножку. К счастью, и с растяжением обошлось, повезло. Ступала по ровному полу с осторожностью, но не кривилась как там, в лесу. После ванны замотал девушку в пару тёплых халатов и уложил в постель. Как не сопротивлялась, но, зайдя в спальню через пару минут, увидел, как Настёна тихонько сопит, улыбаясь во сне. Глянул на часы — три дня. Даже не думал, что мы столько времени провели в лесу. Убрал в сумку плащи и одежду, в которой были и сам, приняв душ, переоделся в привычную одежду. Только стоя у зеркала, бреясь, заметил в себе изменения. Нет, фигура не стала другой, но на висках появилась седина. Вот так… Настя не могла не заметить, но промолчала. Теперь дошло, почему она, глядя мне в лицо, сдерживала слёзы. Кнопка родная…

- -

Приготовил обед и, выждав время, с трудом, но разбудил девушку. Помог ей одеться и, чтобы не напрягала ногу, отнёс на кухню, усадив за стол. Взял ложку, зачерпнул суп и поднёс к губам девушки. Удивился, что та сжала зубы и стала дрожать. Когда осознал до конца что делаю, еле вернул ложку на место и кухню оглушил дружный хохот.

— Слав, всё понимаю, но я ведь не настолько маленькая, чтобы кормить с ложечки. Ты бы ещё соску с молочной смесью приготовил. — С придыханиями, хохоча, схватившись за живот, всхлипывала Настя. — Безумно приятно, что ты настолько заботлив, но я уже взрослая, сама могу в руке держать ложку.

— Какая ты взрослая, тебе всего-то… — остановился, с удивлением поймав себя, что, в самом деле делаю что-то не то и не так. Совершенно неосознанно. Это продолжаются проделки Высших? НЕТ!!! Велесу сказал твёрдо, что дети у нас появятся не раньше, чем Настя закончит институт и станет взрослее. Чтобы её организм без ущерба для здоровья мог справиться с беременностью. И если подобные игры с живыми людьми будут продолжаться, мы воздержимся от пожелания Высших, не придём в назначенное время на капище.

И… всё как обрезало. Увидел и у девушки странное выражение на лице, словно и она осознала, что вместе с нами, точнее, в нас самих, до сих пор были шкодливые Высшие.

Переглянулись и, не сговариваясь, кивнули. Уже научились чувствовать и понимать друг друга.

— Кушай, милая, а то остынет. Надеюсь, мои мысли дошли до адресатов и нам не станут докучать и принуждать к тому, чего пока не хотим.

— Меня отпустило, а то всё время хотела броситься на тебя, — Настя с удивлением вслушивалась в свой организм. — Не думала, что они настолько легко могут управлять людьми.

— Не всеми, солнышко. Только теми, кто им верен и помнит о их существовании. Тем более нам, их потомкам и служителям. А вообще хотел спросить тебя совсем о другом. Анастасия Николаевна Бажова, примешь предложение Вячеслава Бутурлина о создании семьи? Тьфу, наплёл. Настя, выходи за меня замуж.

Кот из мультика про Шрека наверняка умер бы от зависти, если бы сейчас увидел глаза Насти. Я даже испугался на секунду, потому что не представлял, что они могут стать такими огромными.

— Слав, — голосок Насти задрожал, и из её рук вывалилась ложка. — Ты сейчас серьёзно?

— Повторяется сцена из недавнего прошлого. Как считаешь, не пришло время добавить на твой пальчик ещё колечко?

Вот чего не ожидал, то задумчивого взгляда. Думал, слёзы польются или ещё что, но не такого.

Настя молчала долго, опустив голову, и когда я уже окончательно потерял терпение, посмотрела мне в глаза.

— Если честно, не ожидала от тебя такого… скоропалительного предложения. Слава, я с радостью его приму, но давай отложим свадьбу хотя бы на пару лет, а лучше, когда закончу обучение. Мы ведь об этом уже говорили.

— Причины?

Девушка была настолько серьёзной, что и меня заставила убрать улыбку с лица.

— Их очень много. Первая и основная — мне не дадут нормально учиться в институте. Ты громогласно объявил, что мой опекун, а тут… Сам понимаешь, на таком наши недоброжелатели могут сыграть. Второе — мне кажется, ты сейчас говоришь на эмоциях, не продумав до конца что делаешь. Третье. Пока не закончу обучение, менять фамилию на твою не буду. Как говорят, смотри пункт один. Четвёртое — я боюсь такой ответственности. Быть невестой, обручённой, это уже налагает определённые ограничения и обязательства, а жена… И, пожалуй, последнее — ты САМ до конца уверен, что видишь меня своей женой?

Вот… Не рассчитывал, что в такой момент в голове Насти вновь заработает вычислительная машина. Почему-то был уверен, всё сложится иначе, даже кольца уже купил, а тут… Настя, похоже, поменяла нас местами, словно не я мужчина, а она. Одного для полного счастья не хватает — чтобы сейчас предложила брачный контракт. Тогда вообще можно вешаться.

— И прежде чем зарегистрировать брак, хочу предложить заключить брачный контракт.

Чуть не взвыл, когда услышал слова девушки.

— Ты что, мои мысли читаешь? — задал вопрос и объяснил гримасу на лице. — Как раз подумал, чтобы полностью опустить меня с небес на землю, стоит упомянуть брачный контакт. И тут же слышу это от тебя. Как это понимать?

— Это нормально и современно. Не хочу, чтобы когда-нибудь в дальнейшем мог подумать, что я на что-то претендую. Со своей стороны, например, не хочу лишиться родительской квартиры. Если у нас не сложится, у меня всегда будет вариант где жить. До тех пор её, например, можно будет сдавать, а это деньги…

— На которые не претендую. Настя, ты знаешь, я обеспеченный человек и мне деньги, что получишь за аренду, не нужны. Давай откровенно — это в лучшем случае одна пятая стоимости приёма одного клиента… Распоряжайся своими деньгами по собственному желанию. Можешь в банк отнести, можешь в дело вложить. В акции какие-нибудь, но тут тебе посоветовать ничего не могу — плохо в этом разбираюсь. Единственное, что могу сказать, насколько долго протянет так или другая компания, не более. Так что считаю этот вопрос закрытым. Ты, как моя невеста и потенциальная жена, будешь иметь свой счёт и карточку, куда буду переводить деньги, чтобы без всяких согласований могла купить что хочешь. Это помимо твоей зарплаты. Одно другого не касается. Желаемую сумму на расходы продумай и озвучь. Ограничение по сроку не ставлю. Продукты, другие расходы на семью оплачиваются с моей карты и этот вопрос обсуждению не подлежит. Надеюсь, по финансам вопросы больше не возникнут?

— Ты хочешь взять меня на содержание?

Не понравилась эта фраза. Прозвучала неприятно.

— Я уже сказал. Мне хочется, чтобы ты имела возможность купить себе то, что захочется, а не копить месяцами, откладывая зарплату.

— Слав, мне ничего не надо, тем более не надо ничего сверхдорого. Косметикой я почти не пользуюсь. По клубам не хожу, так куда тратить деньги? Мне даже зарплату полностью не потратить.

— Хорошо, тогда вопрос. Носишь вещи, что купили во время отпуска? Носишь и, как я заметил, с удовольствием. Но рано или поздно они станут немодными и превратятся в хлам. Неужели не появится желание зайти в модный бутик и купить себе что-то красивое? То, что будет радовать глаза?

— Ты мне накупил вещей не на год, на годы вперёд. Ещё пара таких поездок и шкаф, что в моей комнате, лопнет от шмоток.

— Хорошо. Зайдём с тузов. Не хочешь машину? Свою личную?

— Машину? — девушка задумалась, а потом улыбнулась. — Скажу так — хочу, но куплю ту, что мне понравится. Без навязывания мнения что для меня лучше, а что хуже.

— Слава богам. У моей невесты наконец-то появилось первое желание. Второе желание, которое, думаю, тоже примешь — не хочется поехать в отпуск, скажем, на Сейшелы? Зимой, когда в городе холодрыга, а там тёплый океан и пальмы?

— Одна всё равно не поеду, сам знаешь, если только с тобой. А раз с тобой, значит… — зеленоглазка посмотрела на меня с хитринкой.

— Понятно. За всё платит мужчина. Так?

— Ели он приглашает, то так. Слав, ты на самом деле думаешь, что могу туда поехать одна? Я не искательница приключений на свои мягкие места, да и ты весь изведёшься от ревности. Знаю, не спорь. Если не от ревности, так из-за волнений что там и как со мной. Я тебя хорошо чувствую, поэтому не спорь. Что кусается, с чего начали… Пойди мне навстречу и пусть всё случится тогда, когда к этому будем готовы оба. Без спешки и гонки.

— Хорошо. Хоть это и невыносимо долго, буду ждать твоего слова. Столько, сколько надо и когда скажешь «я согласна выйти за тебя замуж», тогда всё и случится. Верно тебя понял?

— Верно. И спасибо, что не настаиваешь на своём. Мне хорошо с тобой и я очень тебя люблю, но, вместе с тем, нам надо ещё больше притереться друг к другу и, не забывай, есть ещё один аспект, который до этой минуты не назвала — я ведь ведунья Морены и мне надо ещё многому обучиться, чтобы соответствовать тому статусу, что от меня ждут.

- -

Вечером гости к нам так и не приехали, зато ранним утром во двор закатились аж две машины. В одной была семья, которую знал много лет — муж с женой и сыном двадцати лет, а в другой, к немалому моему изумления, Медведь и Маша. Когда они успели связаться и заключить заговор против меня, не знаю, но прибытие этих двух шумных семейств означало одно — последний наш с Настей выходной точно превратится в балаган.

С ходу подколы, хохот, шум, гам, пока на сцену, точнее в дверях, гости не увидели Настю. Мишка с Машей с Настёной уже были знакомы, и медведь как свою собственность сграбастал девушку и как ребёнка пару раз подкинул от радости метра на два в высоту. Облизал всю и передал под крыло супруге. А вот семейство Ростовых слегка прибалдело, особенно Олег, сын, парень не то, что видный, просто красавец. Здоровый, выше меня ростом, накачанный, с тату по рукам и плечам, сразу сделал стойку, но его стремления обломала сама Настя, подойдя ближе к незнакомым гостям и представившись не только по имени, а и сказав, что невеста Вячеслава Бутурлина. Именно так, официально, с имением и фамилией.

Ростовы, не понимая, переводили взгляды, словно ходики на часах то на меня, то на девушку, но молчали, словно воды в рот набрали. Выручила Маша, представив кого как зовут. И только через пару минут Дима с трудом открыл рот.

— Слав. Ты же говорил, что никогда не женишься? Что все бабы дуры и стяжательницы, разве что за редким исключением. Подожди… Тебе сорок, а девочка ведь совсем молоденькая. Сколько тебе лет, малышка? — он перевёл взгляд на Настю, которая к моему удивлению совсем не смутилась от подобных слов.

— Много и все они мои. — Тут же укололов мужчину в больное место. — Мужчины бывают разными. Одни подбирают в пару женщину старше себя, другие моложе. Возраст и разница в годах отходят на второй план, когда между ними появляется чувство, которое называют любовь. Я не права?

К немалому удивлению заметил, как жена Димы, старше мужа почти на шесть лет, с благодарностью на лице улыбнулась. Мало кто знал, сколько Димке пришлось пережить, пока он завоёвывал сердце этой красавицы, но ведь почти за четверть века они ни разу не поцапалась серьёзно. Живут так, хоть романы о них пиши.

— Настя умная девушка, — Мишка, слыша разговор, отвлёкся от разгрузки своей машины и подошёл ближе. — Даже, сказал бы, не только умная, а и мудрая. Рассудительная, спокойная и очень вежливая. Вместе с тем девушка по имени Настя совсем непростая, да и зная Славу, разве бы он мог взять себе в помощницы ту, кто не достойна его самого? Кроме того обратите внимание на пальчик девушки. На нём красуется колечко, означающее далеко идущие планы на будущее.

Я офигел. Миша, кажется, впервые в жизни произнёс столь длинную фразу, да ещё и такую умную. И колечко. Мишка смог его увидеть? Хотя почему только он. Вон, все обратили внимание на руку Насти. Как? Ведь мне было сказано, что кольцо чужие люди не видят!

К счастью, первый ступор у прибывших прошёл и из машин стали доставать кучу пакетов с едой.

— Ребята, Вы что, совсем охренели? Зачем столько привезли еды?

Дима рассмеялся.

— Так мы не только тебя кормить приехали, самим надо. Слав, не один ты такой умный. С вечера сегодняшнего дня этот дом наш. На неделю. И Миша с тобой в город не вернётся. Они здесь с нами до вторника. Так что поедим и собирайтесь потихоньку. Нечего тут засиживаться.

— Ты не нахал, нет, просто наглец, — дал подзатыльник приятелю. — У нас аренда оплачена до двадцати часов. Ради принципа раньше с места не сдвинусь. Так, стоп. Где Настя и Олег? Кабы чего плохого не вышло.

— Уже… — тихо прокомментировала появление своего сына Лена, увидев как из дома, прихрамывая на одну ногу и держась за пунцовую щёку, выползает парень. Вслед за ним, с улыбкой на лице, вышла Настя. Совершенно спокойная и невозмутимая. Подошла ко мне ближе и обняла.

— Что случилось? — задала вопрос взволнованная Елена, заметив, что её сыну прилично досталось.

— Ничего такого. Неудачный подкат парня к девушке, которая уже несвободна. Поговорили и пришли к общему пониманию сложившейся обстановки.

Позади нас раздался оглушительный хохот сначала Мишки, потом и Маши.

— Я же говорил, что Настенька девочка с характером и слишком правильная, а мне не поверили, — медведь, хохоча, вновь сграбастал Настю. Схватив её за поясницу, поднял к своим глазам и «прошептал» настолько громко, что, кажется, было слышно за пару километров. — Деточка. Если кто тебя будет обижать, шепни. Накажу любого, кто на тебя даже косо посмотрит. Даже твоего Славу. Знаю, он не обидится, если пострадает за дело.

— Спасибо, Миша. Обязательно воспользуюсь твоим предложением.

И моя нахалка, никого не стесняясь, чмокнула огромного мужчину в щёчку, да с таким оглушительным звуком, словно дала пощёчину.

— Так, поставил девочку туда, откуда взял. Кому сказала? — Маша не выдержала подобной вольности. — Настя, а тебе по секрету скажу, — женщину обняла виновницу конфликта. — Медведи, они ещё те создания. Вроде милые с виду, добрые, а если что им понравится — утащат в своё логово и там сожрут. Даже косточек не останется. Ты бы поосторожнее с ними была.

— Маша, так Вас же не съели? — Настёна еле сдерживалась, чтобы не захохотать.

— Так я особенная. Других таких нет. Секрет простой — снаружи словно мёдом намазана, а внутри — отрава, которую ещё надо поискать. Поэтому и мой, — она кивнула на Михаила, который стоял рядом с поникшей физиономией. — Его на сладкое тянет, ну как мух на это самое, а когда пытается забраться чуть глубже, получает отлуп. Да, Михаил?

— Да, Машенька, — с готовностью ответил здоровенный мужик, в два раза выше своей жены. — Только ведь не я виноват, что меня поцеловали, Настя.

— Во-первых, не ябедничай, а, во-вторых, некого хрена чужую зазнобу тискать. Мы с тобой на эту тему ещё поговорим.

— Маша, не надо его ругать. Мишка хороший. Правда, — жалобно протянула Настя.

— Ну, если за тебя, верзилу просят, так и быть, живи. — Маша сама тряслась от смеха, но не выдержала, прыснула, а вслед захохотали и остальные.

— Слушайте, может всё-таки начнём готовить обед, а то мы ничего не ели с раннего утра, — послышался голос Миши, который поинтересовался где можно поставить мангал. — Мы мясо ещё дома замариновали.

Рассказал, показал, где находятся стационарный мангал и бункер с углём.

И ещё через час веранда, где все свободно разместились, наполнилась смехом и улыбками. Даже Олег, вначале с опаской глядя то на меня, то на Настю, через время пришёл в нормальное состояние и оказался вполне адекватным парнем.

* * *

Поздно вечером, попрощавшись с приятелями, сели в машину и поехали домой. Прикинули, что вернёмся не раньше часа ночи, а то и позже, поэтому сначала за руль посадил Настю, а уже на полпути поменялись местами. Девушка спать не захотела, больше молчала и слушала музыку. Уже въехав в город, услышал вопрос.

— Слава, а почему ты так и на спросил, что произошло в доме?

— Если есть желание рассказать, можешь это сделать в любое время, а заставлять и настаивать нет желания.

— Наверное, ты прав, — задумчиво проговорила девушка. — Заставлять против воли это сродни насилию. Если в двух словах, Олег сходу предложил выйти за него замуж. Сказал, подобной мне красавицы никогда не видел и что сразу же, если скажу да, объявит о своём решении родителям. На мои слова, что я люблю другого, сказал гадость, а потом попытался меня зажать под лестницей. Естественно, поплатился — съездила ему по морде, а потом с разворота вмазала ногой по бедру, вот он и поплыл. Не ожидал, парнишка, что хрупкая девушка может оказать сопротивление. Думал, его перекаченный торс для девушек убийственный довод. Ошибся, действует не на всех. У меня подобное уродство вызывает отвращение. Как и любые татуировки. Пачкают своё тело те, кто не уверен в себе, за ними прячут свои физические и моральные уродства.

— Настя. По-моему, не я, ты динозавр, пережиток прошлого. Хотя твоя позиция импонирует. Согласен со всем, что сказала.

— Я знаю. — Девушка вновь замолчала, глядя вперёд, на сверкающий огнями уже ночной город.

Даже не удивился, когда девушка зашла в спальню и, целомудренно поцеловав меня в лоб, пожелала спокойной ночи, объяснив, что сегодня не в форме и будет спать в своей комнате. Лежал и думал — чем провинился, ведь раньше никогда ничего подобного не было. Обиделась, что не набил морду мальчишке в присутствии его родителей? Глупо. Ладно, разберёмся, а сейчас на часах почти два ночи. Завтра мне к деся

Глава 9

Утром отвёз Настю в институт и настроение девушки было обычным, без бзиков. Поцеловав меня в щёку, встретила своих однокурсников и пошла ко входу, а я, дождавшись, когда девушка войдёт в двери здания, поехал на работу. До первого клиента оставалось полчаса. Успел разжечь камин и сделать себе кофе.

Только когда сел в кресло и сделал глоток кофе, вспомнил, что вчера совсем выпустил из внимания. Велес упомянул, что сестра скончалась. Тогда воспринял всё как что-то лишнее, второстепенное, а сейчас задумался над вопросом — почему она смогла выпутаться из ловушки, что я приготовил для семьи Торжковых. План был простой — семья отправляется на рыбалку и разводит костёр, но что под тонким слоем земли находится авиабомба времён второй мировой, никто не знал. В те места ездило много людей и никогда ничего трагического не случалось, но ведь железо, тем более крупных объёмов, постепенно земля из себя выдавливает и этот год был решающим. Видел и другие варианты, но этот был наиболее удачным. В реальности через неделю на этом бы снаряде подорвалась компания молодых людей, поэтому пришлось форсировать события. Не случись трагедии, в следующем году бомбу заметили и дали сигнал властям. Жаль, не мог увидеть что произошло — с умершими контакт наладить невозможно. Мог бы ещё в пятницу после звонка сестры сообразить и посмотреть что произошло, но сейчас чего себя корить.

Велес сказал, что сестра умерла, а в моей душе ничего не колыхнулось. Не возникло ни жалости, ни сожаления. Скорее удивился, что смерть семьи Торжковых не принесла ожидаемого удовлетворения. В моём списке остался один, Сергиенко. Самый безобидный из всех. Технарь, который во время экспериментов над моей семьёй сидел в стороне и не смотрел что происходит. Его внимание было устремлено на циферблаты измерительных приборов. Мне пару раз показалось, что его лицо кривится от криков истязаемых. Он нас жалел или стоны и вопли, что пробивались до его ушей через наушники, просто мешали работать? Может быть и то, и другое, но звонить и спрашивать, что он чувствовал тридцать лет назад, было бы смешно. Да и вряд ли бы он сказал правду, зная, что он и его семья уже приговорены, разве что срок казни откладывается на неопределённый срок. У меня для семейства Сергиенко давно была приготовлена ловушка, но такая, что могла ждать сколько угодно, а сработать по моему желанию в любое время. Даже никуда отправлять никого не надо — в доме, где они жили, потихоньку травила газовая труба. Нужно было только наступить в подвале на землю в определённом месте, чтобы окончательно доломать неглубоко зарытую трубу и через пару часов это был бы не дом, а подготовленный к взрыву объект. Сергиенко курил и именно он подорвал бы всю свою семью.

Мог бы пойти против просьбы Велеса, ведь он не приказал мне отступить, именно попросил отложить месть. И что дальше? Получил бы удовлетворение, что полностью отомстил за семью? Сейчас появилось сомнение. Не в том, что уже сделал, а что, может, пора заканчивать? И так за одного из своих взял по три жизни. Иного это ли мало? На мой взгляд, несоразмерно мало, ведь все мои близкие были одарёнными, а эти… никчемные люди, которые наплодят ещё таких же, как и они сами. Безликих и никому не нужных.

СТОП!!! Поймал себя, что рассуждаю не как человек, а как Высший, для кого личностями являются лишь одарённые. Те, кто в сердцах ещё несёт память об ушедших Богах. Неужели во мне после обряда осталась частичка Велеса? Нельзя такое исключать, но думать о всех живущих как он недопустимо. Я не Высший, не божество, не бессмертный, в конце концов, и когда умру, не смогу возродиться. Было бы иначе, рядом со мной была бы вся моя семья, но их нет, а это значит, что и Боги не всесильны… Пусть Сергиенко пока живёт. Он знает, не глупый, что не умрёт своей смертью в окружении близких и родных. Понимает, что его ждёт иная участь и пусть мучается ожиданием — это гораздо страшнее самой смерти…

* * *

— Ирина Владимировна, больше мне нечего добавить. Я обрисовал Ваше ближайшее будущее. Рассказал о возможных путях. Где когда и что сделать, чтобы миновать угрозы. Что Вы ещё от меня хотите?

— Что хочу? Знаю, что Вы, Вячеслав Викторович, способны изменить судьбу моего мужа. Озвучьте цену и я оплачу Ваши услуги прямо сейчас.

— Забавно слышать подобное, — посмотрел на приготовившуюся к броску, словно кобру, женщину лет шестидесяти. Эта дама даже была внешне похожа на кобру — два принта в виде спиралей на идиотской бесформенной кофточке, очки с толстыми стёклами на лице и совершенно холодными глазами, в которых не видел абсолютно ничего — словно те принадлежали мёртвому человеку. К тому же за час нашей беседы дама моргнула, кажется, от силы один или два раз. Неприятный человек, как и её муж, высокопоставленный чиновник из Москвы. — Ирина Владимировна, позвольте поинтересоваться, от кого Вы слышали подобную чушь?

— Это не секрет. Информация хоть и закрытая для посторонних, но не под грифом. О Вас моему мужу рассказала полковник ФСБ Ланская, Александра Владиславовна. Сказала, что только её родной брат может изменить судьбу человека.

— А… тогда понятно. Встречался с этой больной на голову дамой, но я не её брат, это она себе вбила в голову. Так что информация, которая у Вас имеется, является враньём от и до. Можете дословно передать мои слова полковнику Ланской.

— Увы, это невозможно. Полковник позавчера умерла в военном госпитале от полученных ранений.

— В смысле от ранений? На неё покушались? Бомба?

— Странно, что Вы упомянули именно бомбу, а не другой взрывоопасный предмет. Снаряд, например или гранату. Да, это была именно бомба, но не подложенная террористом, а… произошла нелепая трагическая случайность. Полковник вместе с семьёй поехали на природу и там решили сварить уху из пойманной рыбы. Развели костёр, а под ним, как выяснили следователи, находилась авиабомба времён Второй мировой. Все, кто был рядом, погибли сразу, а Александра Владиславовна в это время спустилась к воде вымыть руки. Получила тяжелейшие ранения, но её успели доставить в госпиталь. Провели несколько операций, и появилась надежда на выздоровление, но опять трагическая случайность. Медсестра, которая протянула руку, чтобы забрать телефон, по которому говорила пришедшая после операции полковник, случайно наступила на провода аппаратуры, что поддерживала жизнь пациентки. Немолодая женщина оступилась, потом упала. Короткое замыкание и всё вышло из строя. Вызванная бригада уже через пару минут приступила к реанимации, но их усилия оказались напрасны.

— Простите за любопытство, — я был шокирован осведомлённостью клиентки. — Откуда у Вас подобная информация? Насколько мне известно, у сотрудников ФСБ есть свои ведомственные больницы, откуда добыть данные представляется чрезвычайно трудно, если невозможно.

— Ответ на поверхности, если бы Вы полюбопытствовали, когда смотрели мою судьбу. Ирина была помолвлена с моим сыном. Они долгое время работали в одном подразделении, и дело шло к свадьбе, а тут…

— Могу лишь выразить сожаление о столь трагической гибели женщины, но, повторю, что от меня хотите, сделать физически не могу. Я способен лишь понять, что приготовлено человеку, разораться с хитросплетениями его судьбы, но не могу заглянуть даже дальше, чем на год вперёд, а Вы хотите, что бы я там что-то поменял? Как? Если знаете что нужно сделать, скажите, я попробую. Насколько знаю, подобное сделать невозможно. Если бы кто такое мог — мы бы уже жили в коммунизме и все имели свой кусочек персонального счастья. Маленький, но свой. Но, увы, живых подобий богов среди нас нет. Только они были властны над судьбами людей.

— Странно, Вы всё время говорили правду. Ни разу не солгали. Теперь уж не знаю, кому и верить. Вам или покойной Александре.

— Наверное, всё же стоить верить мне, хотя и о покойниках нельзя говорить плохо. Пусть будет так — каждый из нас имеет свою правду, которая может отличаться от другой.

— Философствуете? Неплохо в оригинале, но Вами передано в искажённом виде. В оригинале это звучит совсем иначе. Почитайте на досуге Ницше. Именно ему принадлежит фраза, которую Вы исковеркали до неузнаваемости. Всего доброго.

Проводив даму, вернулся в кабинет, опустился в кресло и впал в недоумение. Напротив меня сидел что, живой детектор лжи? Разве бывают подобные люди? Хотя если есть я, наверное, есть и такие, как эта дама. Записалась на приём два месяца назад вместо выбывшего человека, который уехал из страны. По времени совпадает, если сестрица подсуетилась. И теперь устроила мне своего рода экзамен? Тогда почему не уловила явную ложь, когда говорил о невозможности изменения будущего? Или я говорил с такой уверенностью, что смог обмануть ходячий детектор лжи? Или всё же не обманул и та уловила некие сомнения, но свой вердикт не озвучила, оставила для начальства? Блин, и что ждать дальше? Новых нежданчиков или силовую операцию по моему захвату? Хотя если ли в этом смысл? Силой заставить работать не смогут. Надавят, угрожая, что нанесут вред Насте? Они ведь не знают, что девушка в любой момент может призвать Морену и та без особого труда превратит их любую тюрьму в пыль, не оставив никого в живых. Это Велес поклонник жизни и процветания, а Морена, Богиня Зимы, если верить старинным описаниям, несёт гибель и опустошение.

Взял в руки телефон и вместо звонка направил Насте сообщение.

— «Будь аккуратна и внимательна. Игра на выживание продолжается. Если случится непредвиденное, сразу зови Старшую сестру».

И через пару секунд пришёл ответ.

— «Спасибо, милый. Она всегда рядом».

Вот так. Рядом, значит. Ну, засранка, ты у меня дождёшься благодарности. Как понимаю, вчера не Настя, Морена долбанула парня от души. Той силы не занимать. Это ведь не тоненькая Настя. Видел в субботу как богиня выглядела — крепкая воительница. Той бы в фильмах сниматься типа «Зены королева воинов». Фильмы с её участием собирали бы полные залы. Кстати, не подкинуть ли идею нашей покровительнице? Неужели не тщеславна? Вот бы и делом занялась. Так, стоп, опять мысли идут не в ту сторону.

Закрыл глаза и нырнул за грань. Сестра… Да. Вот сейчас окончательно убедился, что всё это не постановка и не обман. Ланской нет среди живых. Возврат и откат, которого не ожидал. Непонятно только почему последовала подобная реакция, я ведь не заглядывал за пределы допустимого, а сразу появилась изжога, стало тошнить. Или запрос на жизненный путь тех, кого уже нет, является нарушением Закона? Но я ведь не видел ничего, что было связано с Александрой, моей сестрой. НИЧЕГО! Перед внутренним взором было бескрайнее поле, без дорог и тропинок. Видимо это и есть то, что называется небытиём…

- -

— Александр Павлович. Поймите, я не в силах сделать, что вы просите. Как я могу вернуть Вам дочь? Простите за прямоту, Вы сами нашли ей пару и выдали замуж. Ваша дочь не желала подобного брака, сопротивлялась до последнего, но Вы же сами настояли. О ком думали в тот момент? О дочери? Нет, о своём бизнесе, рассчитывая, что другая семья Вам окажет помощь. И что получилось? Вас раздели до нитки Ваши же новоиспечённые родственники. Потеряли больше половины активов, потеряв и дочь. От Вас сбежала и младшая дочка, не желая повторить судьбу сестры. Нашла себе парня и назло Вам вышла за него замуж. И сейчас Вы просите, чтобы я каким-то образом разрушил её брак и вернул девушку в семью? Простите, но я не занимаюсь приворотами-отворотами и магией в любом виде. Вам нужно обращаться к колдуньям, хотя, по правде, настоящих сильных чародеев в городе нет, можете не искать. Просто обманут, обещая нужный результат. Я Вам обрисовал всю картину дальнейших действий. Где и что можно исправить, а что просто необходимо сделать.

Грузный мужчина, что сидел напротив меня, был в отчаянии, но помочь ему был не в силах. Хотя, если говорить откровенно, помочь мог, но только не ему. Разве может нормальный человек, отец, распоряжаться жизнями своих детей по собственному разумению? Появился шанс поправить бизнес — не задумываясь, отдал замуж дочь, которая сейчас на грани, настолько её довели в чужой семье. Возник второй аналогичный вариант, не вспомнив, чем закончилась прошлая история, решил буквально обменять младшую дочь на финансовую помощь. И ладно бы то были соотечественники, нет. Нашёл каких-то чучмеков из Средней Азии. Не отец, а работорговец. И жена его не выдержала — подала на развод и на раздел имущества. Не удивился бы, если бы и эту женщину придурошный бизнесмен продал кому-то за вознаграждение.

— Вячеслав Викторович, — пробубнил мужчина. — Я всё понял. Но как мужчина мужчине, что можете посоветовать?

— Как мужчина? — еле сдержался, чтобы не сказать прямо в лицо, что первым желанием у меня было набить ему морду и вытолкать из кабинета пинками… — Как мужчина я не помел бы насильно выдать дочь за нелюбимого человека. Ладно, сделали, но сейчас, именно как мужчина, сделайте то, что Вам посоветовал — заберите старшую дочь из семьи, в которой она терпит унижения и издевательства. Хотите её смерти? Я сказал — месяц и будет поздно. В возможной трагедии будете виноваты именно Вы, никто другой. Начните хотя бы с этого. Может быть и младшая, увидев сестру в безопасности, поймёт, что Вы изменились. Тоже самое касается и супруги. Всё зависит только от Вас. Уверен, наладите личную жизнь, и дела у Вас пойдут в лучшую сторону. Не надейтесь на других, не помогут, да я Вам об этом уже сказал, чего повторяться. Извините, время закончилось. Я и так проговорил с Вами полчаса сверх отведённого лимита. Через пятнадцать минут у меня назначена встреча с другим человеком.

— Ясно… Что ж, благодарю за советы. Буду думать.

Услышав традиционную фразу, которая звучала если не от каждого, то через одного точно, проводил посетителя и с наслаждением вымыл с мылом руки и умыл лицо. Не хочется говорить с кем, скорее, с чем только не приходится общаться. Очень мерзко на душе. Хочется надеяться, что третий на сегодня клиент будет нормальным.

Услышав шум в холле, выглянул. Понятно, Настя примчалась. Увидел на лице девушки улыбку и немного расслабился.

— Как у тебя, нормально? Никому из преподавателей лицо не испортила?

— Как можно, Вячеслав Викторович, — девушка выпрямилась и села в кресле словно первоклассница, сложив руки на коленках. — Я девушка воспитанная, понимаю, что в учебных заведениях себя следует вести правильно. Нельзя никого бить и грубить старшим.

— Молодец. Хорошо, что в голове есть понимание. Обедала?

— Да, перекусила в кафе, а Вы?

— А я вот не удосужился. Заказал обед на двоих, но всё ждал, когда ты придёшь, чтобы вместе пообедать. Ладно, раз не хочешь, сам себе подогрею в микроволновке.

— А я не сказала, что есть не хочу. Перекус — это не обед. Вы отдохните, я сама всё сделаю.

— Как скажете, Анастасия Николаевна, буду безмерно благодарен.

Увидел в глазах непонимание происходящего, но раз начали с вечера играть в странные игры, пусть так и продолжается. Интересно, кто из нас первый не выдержит? Уверен, это буду не я.

- -

Через несколько минут Настя принесла сначала обед, затем и папку очередного клиента. Посмотрел — мужчина моих лет. Инженер-компьютерщик. Много путешествует, занимается фотографией, спортом. Не женат. По крайней мере, нигде с одной и той же девушкой не засвечен. Рядом всегда новые лица. Симпатичный, но в лице есть что-то отталкивающее. Что ж, через полчаса увижу что это фрукт и с чем его едят.

Разговор не задался сразу, точнее, я сделал раскладку на год, но мужчина явно ничего не понял из того, что ему сказал. Смотрел в мои глаза как годовалый ребёнок, которому надо всё разжевать и потом положить в рот. Как он работает, вот это совсем не понятно.

— Ростислав Игоревич. Скажите, что Вы не поняли?

— Если честно, то ничего.

Твою ж Богу мать… Так и хотелось стукнуть придурка по голове, что бы найти тот спрятанный выключатель мозгов, которым он пользуется. Если таковой есть, конечно.

— Хорошо, я выделю Вам ещё пятнадцать минут. То, что не рекомендовал Вам в ближайшие полгода прыгать с парашютом, понятно?

— Да. Понятно. А на Бали этот запрет распространяется?

Хотелось взвыть.

— Он распространяется на все уголки мира, как и всё остальное. В море с аквалангом следующим летом плавать нельзя. ВЕЗДЕ нельзя, не только в Питере.

— Что Вы разговариваете со мной как с дебилом? Я всё прекрасно понимаю. Летом нельзя, а в августе?

У-у-у-у…

— Август входит в три летних месяца. Запомнили? Июнь, июль и август. На протяжении этих месяцев на глубину опускаться нельзя.

— А если просто нырять? Без акваланга? С маской?

— Нельзя. Дальше. Декабрь. Не затягивайте проект, который начнёте разрабатывать на днях. Если с ним справитесь вовремя, получите повышение и приличную премию. Если затяните, можете лишиться работы. Без вариантов, Ростислав Игоревич. Даже опоздание на день позже установленного срока станет для Вас проблемой. Остальное Вы вроде поняли. И последнее, личное, но очень важное. С января по март не меняйте партнёра. У Вас есть девушка, вот и наберитесь терпения, дотяните с ней до апреля.

— С какой из двух?

— С блондинкой.

— Они обе блондинки.

— С той, что моложе.

— Я не интересовался сколько им лет.

— Так узнайте, чёрт возьми. Неужели это так сложно? Просто спросите, а если не ответят, посмотрите их документы. Чтобы не забыть, сравнивая, запишите на бумаге кто когда родился и имя напишите рядом с датой, а то перепутаете.

Мужчина неожиданно побледнел.

— И что, она станет моей женой?

— Ростислав, а я хоть словом обмолвился, что Вы весной должны жениться?

— Нет, Вы не сказали, но мне гадалка нагадала, что весной женюсь.

— Не женитесь, успокойтесь. В течение года, до октября следующего года, будете свободны. Хотя, познакомившись с Вами, знаете, гарантий дать не могу. Что скажу, заканчивая разговор. Если хотите прожить долго и счастливо, придёте сегодня домой, постарайтесь вспомнить всё, что я говорил. Запишите подробно на бумаге, потом прикрепите этот лист над кроватью, чтобы хотя бы утром и вечером вспоминать, что сами там написали. Всего доброго.

Клиент ушёл, а я сидел и всего трясло мелкой дрожью. То ли от смеха, то ли от раздражения. Вот уж поистине человек не от мира сего. Сорок два года, а в голове непонятно что. Может он и прекрасный специалист, но похож на комнатный цветок, который надо ставить под колпак и ни в коем случае не прикасаться.

- -

— Вячеслав Викторович, ну у Вас и терпение. Как у ангела, — в кабинет зашла женщина, с которой я встречался уже не раз. — Простите, дверь была приоткрыта, так я с Вашей помощницей чуть не по полу катались от смеха.

— Добрый день, присаживайтесь, Роза Васильевна, — улыбнулся, глядя как женщина в самом деле вытирает появившиеся слёзы. — Мужчина, что у меня был, совершенно оторванный от жизни. Одним словом программист. Неплохой в душе, безобидный, но совершенно не приспособлен к жизни. Его тянет к женщинам. Неосознанно ищет замену своей матери, которая умерла около пяти лет назад, но сами понимаете, кто сможет долго вытерпеть его присутствие? Хотя, если голову вовремя включит, всё будет нормально. А Вы, если память не изменяет, у меня были весной? Кажется… в апреле?

— Именно так, но времени с весны прошло много, да и жизнь моя хоть и устаканилась, чувствую, ненадолго. Посмотрите?

— Раз пришли, посмотрю. Только сначала в двух словах что тревожит? Спрашиваю, чтобы потом не отвлекаться.

— С детьми всё нормально. Внуки, слава Богу, тоже в порядке. Муж… тот живёт больше работой, чем вспоминает, что у него есть дом и семья. Здоровье мне моё не нравится. Все анализы сдала — никакого криминала, а чувствую, что коптить небо осталось совсем недолго.

— Знаете, что плохие мысли на организм действуют намного хуже, чем яд? Прикройте глаза и расслабьтесь.

Уход за грань и… а вот нет дороги. От слова совсем. Три-четыре дня и всё. По спине прошло холодом. Стал разбираться, поднимая пласты жизни. Дети и внуки да, в норме, здоровье… для пятидесяти пяти лет, можно сказать, человек относительно здоров. Сердце только больное. ВОТ! Сердце. Сильный стресс, а причина?…

Ещё минут десять в полном смысле слова вгрызался в пласты жизни женщины, но так ничего и не нашёл, а стоило посмотреть её мужа, всё стало понятно. Другая семья, в которой проводит времени больше, чем в старой. Двое совместных детей. Удивило, что так продолжается уже не один десяток лет и ни одна из женщин не знает о существовании другой семьи. И этот деятель каким-то образом сочетался со второй женщиной официальным браком. Соответственно, и дети записаны на его фамилию. Что-то из нового, но пусть это будет на совести любвеобильного мужчины. Больше волнует причина сердечного приступа. Вот, кажется, зацепил. Выставка через два дня, где моя клиентка столкнётся с мужем и его второй женой. Конфликт и инфаркт, который она не переживёт. Дальше смотреть смысла нет. Возвращаемся…

Реальность снова ознаменовала себя горьким привкусом во рту. Достал из стола бутылку с лимонным соком и сделал крохотный глоток, прочищая мозги. Увидел напряжённый взгляд женщины, а вот сказать ей, как обстоят дела на самом деле, язык не поворачивается. Скажу, а её здесь и прихватит. Хотя… придумал выход. Если получится, неизбежное можно отложить на неопределённый срок, ведь жили же две семьи параллельно почти пятнадцать лет.

— Ваш вердикт? — женщина напряжённо задала вопрос, на который смог ответить коротко.

— Сердце, Роза Васильевна. Вас осматривали невнимательно и пропустили главное — у Вас очень больное сердце. На грани. Можно задать нескромный вопрос? Потяните платную клинику, скажем, на неделю? Не дневной стационар, а именно лечение с проживанием?

— Деньги есть, не проблема. Вопрос — где найти специалистов, кто действительно сможет помочь?

— Медицинскому исследовательскому центру имени Алмазова доверяете?

— Им да, но туда попасть большая проблема.

— Если даёте добро, созвонюсь, и прямо отсюда сможете туда уехать. Или заберут из Вашего дома.

— Даю согласие, звоните. Только пусть из дома. Надо же взять вещи на сменку, что-то почитать.

— А дети привезти не смогут? Мне бы не хотелось, чтобы Вы ехали сейчас на машине через весь город.

— Какой там город? Я живу в пятнадцати минутах пешком отсюда.

Набрал номер знакомого кардиолога из Алмазова. Взывал к Богам, чтобы тот сейчас был на работе, а не дома.

— Привет, великий провидец, — в трубке загремел голос однокурсника по мединституту.

— Привет и тебе, великий доктор Айуженеболит. Антон, слушай, у тебя найдётся отдельная палата для очень хорошего человека? Женщина пятидесяти пяти лет. Сердце на грани. Поверь, говорю, что видел и в чём уверен.

— Что, совсем плохо?

— Скажем так, нужно подлечить, а в случае чего и стенты поставить. Я по сердечным делам не такой специалист как ты.

— Так и ходишь холостяком? Слушай, приходи ко мне на приём. Здесь столько хорошеньких и голодных молоденьких врачей и сестёр… Гарантирую — домой вернёшься не один.

— У тебя до скольки смена?

— Сутки дежурства. Ты удачно попал.

— Тогда можешь отправить машину? Пациентка живёт недалеко от моего офиса.

— Диктуй адрес и телефон.

Повернулся к Розе Васильевне, — скажите точный адрес и телефон.

Передал, что мне сказали и вызвал Настю, чтобы проводила женщину, а сам продолжил говорить.

— Антош. Во-первых, дама обеспеченная и идёт по платной схеме.

— Это понятно. К тебе другие и не ходят, — рассмеялся однокашник.

— Теперь главное. Говорю тебе, но чтобы ни одна живая собака не узнала. Я сейчас её смотрел и увидел жизненный финал через три дня. Подожди, не перебивай. Сам сейчас всё поймёшь. То, что у неё больное сердце, это факт, но через эти три долбанных дня она на выставке встретила бы своего мужа с другой женщиной. Второй женой. Официальной, отмечу. И эта вторая семья уже существует этак лет пятнадцать минимум. Там и дети есть. Так что встреча неизбежна и смерть, скорее всего, от инфаркта после выяснения обстоятельств. Вот и обратился к тебе, чтобы спрятать женщину минимум на неделю. Поверь, она умная, доброжелательная и спокойная. Проблем не создаст.

— М-да… — протянул Антон. — Ситуация, прямо скажем, неприятная. Ладно, что смогу, сделаю. Продержим столько, сколько надо, но если подтвердится диагноз с сердцем, здесь уже будет другой подход.

— А я в первую очередь о сердце и сказал. Женщина держится, но видно, что с ней не всё в порядке.

— Разберёмся. Сегодня прямо и начнём. Да, я посмотрел, машина за ней уже ушла. С клиентом по телефону связались и адрес подтверждён.

— Спасибо, Антош. Выручил. Ты же знаешь, мне всегда жалко людей, кто страдает за зря.

— Да знаю я всё. Слушай, не поверишь, к тебе тут наш главный захотел записаться. Сунулся, а очередь у тебя расписана на четыре месяца вперёд. Ты бы его видел. Охренел наш светило, но, надо отдать должное, не разозлился. Наоборот, проникся уважением.

— Так прогнись. Скажи, мол, могу помочь по блату найти более близкий день.

— Ты серьёзно? Сможешь помочь?

— Антон. Ты прям как не родной. Почему я тебе откажу в такой малости? Ты же мне помогаешь, верно?

— Но платно?

— Как и ты. Платно.

Заржали в унисон, но с этим человеком приятно общаться. Хирург отличный, да и человек хороший.

— Настя, сможешь зайти? — крикнул, и девушка через мгновение появилась в дверях. — Посмотри, пожалуйста, пару ближайших недель. Есть дырки в расписании?

Девушка кивнула и исчезла.

— Настя? — Антон хихикнул. — Что, каменная глыба сдвинулась с места? Ручеёк подточил?

— Настя очень добросовестный сотрудник. Мои левая и правая руки. К тому же, если ответит «да», станет моей законной супругой. Пока взяла паузу на размышление.

— Если так, я её уже уважаю. Не всякая девушка выдержит паузу. Говорит о её твёрдом характере и уме, что сейчас трудно встретить. Уверен, она не тебя испытывает, себя. Не хочет совершить ошибку. Скажи, красивая?

— Очень. Для меня идеал. Тоненькая, но женственная да невозможности. Копна русых волос до пояса и огромные зелёные глаза, которые по ночам иногда светятся.

— Офигеть. — Антон аж поперхнулся. — Она что,ведьма?

— Вроде того. Ведунья.

— Хорошо вовремя сказал, а то я уже хотел напроситься в гости. Не, боюсь таких… — была выдержана длительная пауза. — Там как обстоят дела с твоим графиком?

Обернулся и увидел рядом с собой улыбающуюся девушку. Чертовка, наверняка всё слышала. Взял из протянутой руки график.

— Есть чем записать? На этой неделе под вопрос пятница. Время с часу до половины третьего. На следующей всё занято. Через неделю понедельник. Или десять утра, клиент пока не оплатил, или после трёх. Ждём подтверждения. Дальше всё забито.

— Спасибо, Слав. Шеф сейчас на месте. Пойду тебя продавать.

— Удачи. И ещё, Антон. Не сочти за труд. Позвони через пару дней, скажи, как моя Роза себя чувствует. Всё же чувствую за собой ответственность. И огради её от лишних звонков и посещений, хорошо?

— Тебя понял. Созвонимся. Пока.

Положил трубку на стол и повернулся, чтобы через мгновения ко мне на грудь не запрыгнуло моё счастье. Обнял, прижал к себе, погладил по голове и спинке.

— Отпустило?

— Ага. Прости меня. Сама не знаю, что вчера на меня нашло. Вроде и не было причин, а показалось, что ты от меня отдалился.

— Как по мне, всё было с точностью наоборот. Что, заканчиваем?

— Да. Туши огонь, а я пошла выключать комп. Слав, а кто такой Антон?

— Врач-кардиолог в центре имени Алмазова. Хирург. Кандидат наук. Красивый, статный. Познакомить? Есть, правда, минус. Даже два. Женат и моложе меня, если не ошибаюсь, всего года на два. Или на три…

— Не-а. Мне одного хватает. — Настя показала язык и умчалась в соседнее помещение. Через мгновение в дверях появилось смеющееся лицо. — А вообще, Вячеслав Викторович, я свой выбор в жизни сделала. Другие мужчины мне не интересны. Они намного хуже.

— И я тебя люблю, — сказал уже в пустую дверь.

* * *

После ужина Настя пошла в комнату заниматься, а я сел в кабинете и задумался. Было что-то в сегодняшней посетительнице, которая чуть не стала тёщей для сестры. То, что визит ко мне состоялся на предмет дальнейшей судьбы её мужа, не был сомнительным. Отставной генерал вовремя сменил кабинет в Генштабе на более уютное кресло депутата, но вот до конца понять, что на гражданке взаимоотношения с людьми не строятся лишь на одних приказах, так и не удосужился. Его жена Ирина Владимировна Микоян, не сменившая при браке фамилию, долгое время и сама, хоть и не носила погоны, была на госслужбе. Знаменитая фамилия. Я бы тоже не захотел менять на Рылову. Эта дама оставила в памяти неприятное чувство. Даже удивился, представив ряд с ней себя — ужас! Но кто знает, может там всё было по расчёту, о любви никто и не думал. Хотя сын, которому, как понял, не меньше сорока лет… Но не это меня задело, другое. Связанное с Настей. Та змея и Настя? Какая между ними может быть связь?

И тут случайно взгляд упал на лист бумаги под стеклом, что девочка написала ещё три месяца назад. Свою математическую выкладку, прогноз на год, связанный с сестрой. Прочёл до средины и откинулся на спинку кресла. Охренеть. Не думал, что хоть одна из строк в этом листке совпадёт с реальной жизнью. И снова взгляд упал на текст, что был написан аккуратным подчерком.

«Конец марта и до начала мая. Попытка подчинить коллегой сестры. Может быть сослуживец или специалист, привлечённый со стороны. Женщина. Старше тебя. Вероятность благополучного исхода равняется семидесяти девяти процентам. У визитёра ничего не получится, но следует быть внимательным — вероятность отрицательного итого встречи — двадцать один процент».

Ошибка по дате на полгода, но всё остальное — попадание в точку. Хотя и ошибкой срок прогноза назвать нельзя — гибель сестры не была изначально внесена в исходные данные. Мы тогда не предполагали чем всё закончится. Получается, всё сдвинулось по срокам? Или всё, что Настя написала, можно выкинуть в корзину и попросить сделать новый прогноз? Меня зацепило слово «подчинить». Выходит, Александра знала кто эта дама, точнее какими особенностями та обладала и хотела задействовать её в своей работе? Вполне вероятно. Вместе с тем, как женщина сказала, её сын и моя сестра долго работали в одном… вспомнил, подразделении. Не исключено, что и мама и сынок обладают некими нехарактерными для людей возможностями. Та, что сидела напротив меня, как сейчас понимаю, не столько слушала, о чём говорю, как пыталась подловить на нестыковках и вранье. Или же у неё было задание убедиться — в самом деле я имею возможность изменить судьбу человека или всё это выдумки Александры, моей сестры? И каков, интересно, будет её окончательный вердикт? То, что она казала мне, может не соответствовать реальным выводам. Да, я большой лопух, что сконцентрировал внимание не на ней, а на её муже и их семье. Почувствовал ведь сразу, что женщина не простая, но вглубь не полез, а сейчас, даже если уйду за грань, ничего нового не увижу. Для меня важен контакт, когда человек находится рядом, и я смогу его ощутить, почувствовать его энергетику или, как говорят, «ауру». Вот если бы прикоснулся к ней, было бы всё намного проще.

Не выдержал, ушёл за грань. Сначала Настя. Занимался девушкой, по моим ощущениям, долго, но кроме января, ничего такого, что могло вызвать тревогу, не заметил. Да и то, как понял, будут шероховатости во время сессии. «Пробежал» до апреля — ничего плохого не увидел. Переключился на себя. Сначала смотрим назад. ВОТ! Как обычно, лёгкий туман или дымок над уже испаряющейся кляксой. Небольшой, но точно посреди моей дороги. Выходит, прогноз моего котёнка оправдался полностью. Смотрим вперёд. Декабрь. Снова изменения. То жирное пятно посреди дороги, которое грозило перерасти в большие неприятности, стало значительно меньше и ушло на край, а это означает, что гадостей можно избежать, не вмешиваясь в реальность. Просто надо вовремя найти более удачный вариант выхода из складывающейся обстановки. Смотрим дальше. Всё нормально до начала марта. Силуэт женщины. Без имени и даже первой буквы имени, что почти всегда можно увидеть. Нет, не женщина, девушка. Молодая совсем, но черноты в её образе просто море. Запомню. Май. Двое с противоположных сторон моего жизненного пути. Видно плохо, ещё далеко по времени, но, скорее всего, мужчина и женщина. Всё… Устал от напряжения, да и выталкивает меня в реальность. Ощущение, что кто-то пытается помешать там быть. И по тому, как быстро уходят силы, это явно не человек. Всё, зачем сопротивляться, когда основное и так увидел.

Вернулся в реальность и почувствовал, как меня всего трясёт. От нервного истощения и усталости. Вытянул руки вперёд — тремоляция как у алкаша. Глянул на настенные часы и удивился — за полчаса реального времени, там пробыл, по ощущению, больше часа, но это далеко не самый мой продолжительный уход из реальности. Был там и намного дольше, но никогда не чувствовал себя так погано как сейчас.

Снова взгляд на записи Насти и новый шок.

«Весной неприятности от молодой женщины. Скорее девушки. Обвинит в сексуальном насилии… В конце мая провокация со стороны двух человек. Действия скоординированы, но может показаться, что одно не связано с другим… Всё организовано твоей сестрой».

Закрыл глаза и попытался понять несоответствие тому, что увидел, и что прочёл. Что молодая женщина, что те двое по срокам совпали точно. И гибель сестры на сроки и людей не повлияла. Или это долгоиграющие планы или… здесь сестра вообще ни при чём. Случайное совпадение? С моей работой, и что произошло совсем недавно, случайности как-то не вяжутся. Ладно, пора прийти в себя. Чаю крепкого заварить, чтобы мозги прочистить?

Не успел встать, как, постучавшись, в кабинет зашла Настя.

— Устала и голова уже совсем не варит. Слав, может чаю попьём?

Улыбнулся и поманил к себе девушку. Усадил к себе на колени, обнял.

— Малыш. Хочу тебя попросить выполнить для меня большую работу, — увидев непонимание на лице, объяснил. — Ты в июле сделала выкладку по своим математическим раскладам. Хочу попросить сделать новую. Сегодня, признаюсь, впервые столкнулся с тем, что твой прогноз сработал. Не во всём, но по некоторым фигурантам попадание в точку.

— Не поняла, поясни что к чему.

Пришлось рассказывать с кем сегодня беседовал, ведь Настя пришла только после второго клиента. И потом дал ей расклад на то, что видел в своей судьбе. О девушке и тех двоих, что в Настиных прогнозах точно совпали с реальностью.

Увидел, как девочке было приятно, что её труд не пропал даром. Была горда, да и причина этому имелась.

— Кстати говоря, у тебя в январе будут трудности. Как понял, со сдачей сессии. Январь. Средина месяца.

— Догадываюсь даже от кого ждать пакостей, — Настя скривила мордашку. — У нас новый преподаватель по международной финансовой аналитике. Молодой, около тридцати лет, но омерзительный человек. Маленький, неопрятный, с сальными волосами, но почему-то считающий себя писаным красавцем. По слухам, его перевели к нам из универа. Говорят, за недостойное поведение. Могли бы и выгнать, но, опять же по слухам, у него крутые родичи. Видать кому-то дали на лапу и скандал потушили.

— И что за слухи?

— Падок на молоденьких симпатичных девочек. У нас зимой зачёт, а весной экзамен. Вот и дошли слухи, что даже зачёт ему сдать на общих основаниях нереально. Прости за откровенность, там всё зависит от согласия девушки. Хочешь сдать, тем более получить хорошую оценку, запишись к нему на дополнительную консультацию, которую он проводит исключительно у себя дома. Дальше рассказывать?

— Не надо, понятно. Только ведь девушки есть и те, кто имеет парней и кто вообще замужем.

— Для этого скота кольцо на пальце словно красная тряпка для быка. Не останавливает, наоборот, возбуждает. Только прошу, Слав, не надо больше устраивать в институте разгром. И так спустя два месяца преподы на меня смотрят с опаской. О студентах, особенно парнях, вообще молчу.

— На тусовки, в клубы перестали приглашать? Да?

— Ага, — Настя улыбнулась. — У нас на потоке вообще сложились какие-то клубы по интересам, куда чужих уже не берут. Там все проверенные временем.

— А тебе бы хотелось вырваться из темницы злобного древнего дракона? Вздохнуть полной грудью ветер свободы? Когда вольна делать всё что захочешь?

— Слушай, дракон… Древний… Ты умный человек и я никакие ограничения в своей свободе не чувствую. Знаю, захотела бы пойти куда-то с подругами, пошла без проблем. Естественно, сказала бы тебе об этом заранее. Знаю, что волновался бы за меня, но даже не показал бы, что это так. Уверена, приехал бы за мной, куда сказала, если бы позвонила и попросила забрать. НО… Я тебе не раз говорила, что мне всё это неинтересно, а, во-вторых, ты мне заменяешь всё, о чём могу только мечтать. И друг, и подруга, и муж, и любовник в одном лице. Кстати, тут снова интересовались — могу ли познакомить со своим опекуном? Красивые девочки. Отмечу — не испорченные. Как, познакомить?

— Отвечу тебе твоими же словами, чуть добавив от себя. Работа для меня если не главное в жизни, то основное, чему отдаю много сил и здоровья, но рядом со мной подруга и помощник, которой могу смело доверить свои дела и даже жизнь. Прекрасная жена и страстная любовница. Удивительная хозяйка в доме и всё это в одном лице. О лучшем в своей жизни даже не мог и мечтать. Скажи, твои подруги могут тебя полностью заменить? Я не о постели, а о полноценной совместной жизни. Только честно?

— Не знаю. — Настя задумалась. — Может со временем, когда поймут кто рядом с ними. Хотя вряд ли. Они ведь не я, не та девочка, у которой кроме юности и привлекательности ещё есть кое-что за душой. Я вот совсем недавно поняла, что, наверное, никогда не приблизил меня, если бы не мой дар. Скажи, я не права?

— Малыш. Права, но и не права. Ты мне всегда навилась. Как человек и как девочка, девушка. Твоя искренность и непосредственность, как ум и серьёзность меня искренне подкупали. Таких как ты очень мало на белом свете, поверь. Что у тебя есть дар, сама знаешь, когда узнал, но ведь и до этого, согласись, оказывал тебе признаки внимания. Была идея-фикс помочь не словами, а на деле хоть одному человеку, который нуждался в этой самой помощи. Хотел, чтобы ты выросла и стала независима… от меня. Чтобы могла сама распоряжаться собственной жизнью. И совсем упустил момент, когда маленький котёнок забрался ко мне в душу и стал там своим. Близким и родным.

— Получается, ты меня всё это время обманывал, говоря, что проявляешь ко мне лишь отеческие чувства? — Настя отодвинулась и посмотрела мне прямо в глаза. — Значит, ты меня давно полюбил?

— Милая моя девочка. Вспомни, когда ты стала самостоятельной? Когда тебе исполнилось восемнадцать или намного раньше? Честно скажу — я даже не мог представить, что мы будем вместе. Наверное, моя любовь была намного больше, чем мужчины к женщине. Я желал одного, да и до сих пор это чувство не исчезло — чтобы ты был счастлива, понимаешь? За те невзгоды и мучения в своей короткой жизни, что перенесла на своих хрупких плечиках, ты должна стать счастливой. И я бы сделал всё от меня зависящее, чтобы это стало реальностью.

— Какой ты всё-таки глупый со своими старомодными понятиями. Славка, любимый, я счастлива, неужели ты так этого и не понял? Каждую минутку, что ты рядом, я летаю. Именно так, летаю, словно мне приделали крылья. В институте сижу и считаю каждую секунду до окончания занятий, чтобы примчаться и увидеть тебя — уставшего, но до боли родного человека. Я уже не говорю о том, когда мы близки. Когда угадываешь все мои желания и… Дракоша ты мой древний. Красивый, добрый, ласковый и нежный. Знаю твёрдо — ты меня никогда не оставишь, чтобы не случилось, а я со своей стороны никогда не дам повода усомниться в моей любви и преданности. Ведь клятву подчинения в день скорби и твоего дня рождения давала не только Морана, но и я. Скорее даже я, не она.

— Настён. Мне не надо подчинение. Даже от одного этого слова коробит внутри. Мне надо взаимопонимание, больше ничего. Будет это, всё остальное приложится.

— Ты прав, дракоша.

— Котёнок, может хватит дразниться?

— Не-а. Сам себя так назвал, а мне безумно нравится. Ты ведь в самом деле такой — мудрый, кто может исправить несправедливость и защитить свои… богатства, что лежат в тайной пещере.

— У меня уже много лет одно богатство — то, что сейчас сидит на коленях и смотрит на меня колдовскими глазами. Сам по собственному желанию никогда с ним не расстанусь.

— Даже если встретишь сказочную принцессу?

— Богатство дороже.

— А если звёздную королеву?

— Хоть десять тех и других вместе. Маленький трёхцветный котёнок внутри души дороже всего на свете. Кстати, а почему именно такой? Прости, всё время хотел спросить. Ведь должен быть чёрным?

— Слав. Как тебе не стыдно обломать такую красивую тему? Вредина ты… любопытная. Откуда я знаю? Какая есть. Гены, наверное, повлияли.

— Крокодилы?

— Причём здесь крокодилы? Слав, укушу. Или защекочу до бессознательного состояния.

— Пойдём лучше попьём чаю, да ляжем спать. Посмотри на часы — двенадцатый полным ходом.

— Может тогда вычеркнем из списка лишнее? Чай?

— Малыш, ты…

— Дракоша должен каждый день беспокоиться о состоянии своего богатства. Перечитывать, перекладывать, пересчитывать, проверять — вдруг что-то спёрли в его отсутствие.

— Ну, кошка, и лексикон у тебя. «Спёрли». Так говорят в ВУЗе?

— Если бы ты слышал, как у нас говорят, вообще бы… ничего не понял. Слав, пойдём пить чай, коль спать не хочешь.

— Чай уже не хочу. Лучше посчитаю богатства. Вдруг, в самом деле, у меня там что-то спи…

— Вячеслав. Как ты…

— Я тогда первым в ванную.

— Фиг тебе, — Настя рывком слетела с колен и умчалась.

Чудо не человек. Рассуждает как взрослая, а в душе до сих пор ребёнок…

Глава 10

— Вячеслав Викторович, пришла почта. — Настя подала стопку уже открытых писем. — Я просмотрела. Те, что были с анкетами, оставила себе.

— Посмотрю. — Буркнул, заходя в кабинет. Не знаю почему, с утра было плохое настроение. Хотя почему не знаю, знаю прекрасно — вчера вечер и ночь Настя провела у себя дома, пригласив школьных подруг. И, кажется, они расслабились — выпили. Немного, но даже на следующий день после института учуял запах. Прекрасно понимал, что ущемлять свободу девушки не имею права. Даже посмеялся над самим собой — появилась своего рода ревность… Привык, что малыш рядом, а эту ночь провёл почти без сна — крутился, вертелся, а поспать толком так и не удалось. Даже звонки каждый час с заверениями, что всё нормально, меня не успокаивали. Волновался старый хрыч. Эгоист чёртов…

Пока было время, просмотрел с десяток писем. Три анкеты из-за границы — в ноябре приедут люди, вот и посмотрим, как парни из института справятся с возложенной на них обязанностью по сопровождению чужаков. Несмотря на санкции, желающих посетить меня было много. Даже поступило предложение поработать пару месяцев по ту сторону границы, но я знал все минусы, к тому же оформлять рабочую визу желания не было. Открыть счёт в банке для представителя России сейчас настолько трудно, практически невозможно, что потерял бы на этом не один день. Потом налоги, вычеты. Как возможный итог — вернулся бы домой, оставаясь ещё и должником. Предложил принимающей стороне взять хлопоты на себя, но через время получил ответ, мол, посчитав, такое решение не принесёт ожидаемых доходов. Вот на этом и остановились. Кому надо — приедут сюда.

Последнее письмо позабавило — МарГен от лица правления закрытого клуба меценатов приглашала меня с подругой на Хэллоуин. Улыбнулся, вспоминая, как в средине сентября впервые вывел невесту в свет…

* * *

То, что Настя произвела фурор, можно сказать с большой скромностью. Люди, состояние каждого из которых точно оценить просто нереально, в вечерних костюмах, с жёнами и молодыми подругами, которые мечтали стать членами этой богемы… Сверкание драгоценностей, наряды за десятки миллионов и среди них единственное хрупкое создание в строгом вечернем платье с минимумом украшений, зато каких… Я впервые тогда увидел, что Настя скромно хранила в старой деревянной шкатулке. Старинные украшения, которым и цену-то назначить трудно. Не бабушкины. Скорее прабабушкины. Одела небольшие серьги в уши и колье. МарГен, которая нас встретила, глаз не могла отвести от Насти. Женщина опытная, сразу сообразила что на девушке.

— Настя, не боишься ТАКОЕ носить на себе? — сглотнув, спросила женщина.

— Не боюсь, ведь рядом со мной шеф. Он слово дал — кто позарится, долго не проживёт.

На том разговор и закончился, но к моей невесте весь вечер было приковано общее внимание. Казалось, абсолютно все её хотели рассмотреть поближе, а то и пригласить на танец. Порадовало, что Настёна вела себя не как королева, но и не как Золушка — достойно своей красоты и с пониманием, что ничем не хуже всех присутствующих здесь дам, чем заслужила ещё большее уважение у мужчин и злость пополам с яростью со стороны женщин.

Девочка, в отличие от меня, танцевала хорошо, поэтому дал ей возможность почувствовать праздник, позволяя самой выбирать кавалеров. Всё закончилось после пятого или шестого танца, который едва не перерос в конфликт. Очередной кавалер стал слишком уж откровенно тискать партнёршу, но что Настя сначала тихо сделала замечание, а когда её слова остались без внимания, туфелькой на шпильке наступила на ботинок мужчины и встала всем весом на одну ногу. Тихий вой, и моя невеста вернулась ко мне с победной улыбкой на лице. На вопрос что произошло, ответила, всё так же улыбаясь.

— Этот кадр не понимает русского языка. Его жена с дочерью находятся в зале, а он не только стал меня ощупывать как лошадь, так уговаривал на свидание в гостинице. Раз ему ответила отказом, второй, а он словно глухой — заладил, как меня хочет…

— А вообще, успехи у мужчин есть? — не расстроился, наоборот, порадовался за невесту, что научилась говорить твёрдое «нет».

— Успехи? — недоумённый взгляд, потом сообразила, что я имел в виду. Рассмеялась. — Шесть танцев и только один мужчина поблагодарил меня именно за танец. Три предложения выйти замуж и два стать любовницей. Особенно был активен тот, что сейчас стоит у дверей и до сих пор не сводит с меня глаз. Обещал озолотить, если соглашусь, но уже через секунду сказал, что женат и у него трое детей. Странное непонятное создание.

Не стал рассказывать, что пока девушка танцевала, у меня самого дважды интересовались, что это за воздушное создание, кто её сюда привёл и можно ли познакомиться. Слово «познакомиться» несло под собой совсем иной смысл. Всем отвечал, что девушка под моей защитой и возможные действия буду воспринимать как личное оскорбление.

После получаса танцев гости разбились на группы по интересам и меня вместе с Настей пригласили в одну из комнат, где обсуждались не столь финансовые дела, как жизнь в городе и стране. Мужчины с интересом разглядывали Настю, которая больше молчала и слушала, что говорят другие. Да и я не старался лезть со своим словом и мнением — остальные разбирались в реалиях намного лучше. Всё это продолжалось до тех пор, пока к беседе не подключилась Марина Геннадьевна. Минут через двадцать остановила беседу, посмотрев с улыбкой в нашу сторону.

— Наш гость сегодня отдыхает, и не будем ему мучить, задавая вопросы на тему что каждого из нас ждёт, а вот его спутницу… Настя, сможешь сделать прогноз?

Девушка сначала посмотрела на меня и, увидев кивок, расслабилась.

— Прогноз сделать несложно, но пока ничего толкового из тех разговоров, что сейчас шли, не услышала. Нужны факты, не домыслы.

— Забавное суждение, — с улыбкой на лице проговорил один из мужчин. — А что Вам надо, Анастасия, чтобы сделать анализ ситуации?

— Минимум десять основополагающих фактов, от которых можно отталкиваться. Чем больше, тем нужно. И лист бумаги, чтобы всё записать.

— Держите, — тот же мужчина вынул из кармана пиджака блокнот и вместе с ручкой передал девушке. — Записывайте. — И начал перечислять законы, что недавно были приняты, различные факты, порой между собой никак не связанные одной темой, о которых мало кто слышал. Следом в эту своеобразную игру включились и другие, порой репликами перебивая друг друга.

— Стоп. Достаточно. — Настя с улыбкой подняла руки вверх. — Информации более чем достаточно. Вопрос. Нужен финансовый или политический вывод?

— Лучше финансовый, — с нами вёл беседу всё тот же черноволосый мужчина с явной примесью южных кровей. Он мне понравился, хотя лично с ним до этого дня не был знаком. Выдержанный, безукоризненно одетый.

— Пару минут. — Настя стала что-то писать на втором листке бумаги. Закончив, вернула хозяину блокнот и ручку. — Ваше право как оставить информацию себя, так и огласить её публично. Простите, господа, но мне задал вопрос конкретно этот человек, а вы все лишь ввязались в эту своеобразную игру.

Мужчина прочёл написанное и с удивлением посмотрел на девушку.

— Однако. Не ожидал, — и демонстративно убрал блокнот в карман, разведя руками. — Простите, господа, это конфиденциальная информация, которая оглашению не подлежит. Одно могу сказать с уверенностью — девушка отлично знает своё дело. Подобные аналитики мне ранее не встречались. Анастасия, — он вновь остановил взгляд на моей невесте. — Хотите сменить работу? Оклад сами себе назначите. Поверьте, такое предложение делаю впервые.

— Спасибо за доверие и лестные слова, но меня вполне устраивает нынешнее положение, хотя… если мой непосредственный начальник позволит, во внеслужебное время могу помочь с Вашими проблемами.

— Вы думает, они у меня есть? — с вызовом спросил мужчина.

— Они есть у всех присутствующих. Различаются лишь величиной и отношением к ним людей, которых касаются.

— Ничего не добавишь… Хороший ответ, — пробормотал ещё один из сидящих за круглым столом. — Далеко пойдёте, Настя. Простите, Вы учитесь? Где?

— Студентка второго курса. Международная экономика. Аналитик от Бога. И не только, — я вступил в разговор, поскольку увидел, что Настя устала и уже смотрит на меня с просьбой покинуть эту комнату.

— Иностранными языками владеете? — очередной вопрос задал неизвестный господин с проседью в висках.

— Английским свободно, разве что акцент пока не можем убрать. Турецким разговорным на тройку. Итальянский — не скажу, что свободный разговорный, но объясниться может без проблем. Пишет и читает лучше, чем говорит. Я ничего не забыл? — посмотрел на Настю.

— Забыли, Вячеслав Викторович. Старославянский свободно. После итальянского в планах изучить французский. Мелодичный язык, нравится, как на нём говорят.

— И сколько же Вам лет, Анастасия? Вы ведь такая юная.

— Восемнадцать. Поэтому надеюсь, что смогу многое успеть постичь в жизни.

— У Вас есть семья? — послышался голос другого человека, а вот кто спросил, не заметил.

— Как у любого нормального человека семья у меня есть и, пожалуй, пока не последовали более интимные вопросы, давайте на этом и остановимся.

— И всё же, Анастасия, сможете одним словом охарактеризовать то, что Вы написали уважаемому Арсению Багировичу.

— Одним словом? — задумалась девушка, а потом словно вспыхнула изнутри от смеха. — Могу, но в столь уважающем собрании его трудно произнести. Уж простите за непочтительность. Бардак. А если расширенно, то бардак во всём.

Не думал, что будет подобная реакция. Мужчины, а их было больше десяти человек, захохотали как сумасшедшие.

— Устами младенца… — услышал от кого-то, а мы поднялись и, откланявшись, вышли из комнаты.

— Устала… Забавные люди, — Настя двумя руками схватилась за мой локоть, — но, к моему удивлению, не ожесточённые на всех и на вся. С ними можно говорить нормально, поймут правильно. Другое дело, что приятной внешностью и почтительностью скрывается нечто неприятное. Как Слав, может быть домой?

— Если не хочешь продолжения разговоров, можно и домой. Как правило, после танцев и разговоров состоится фуршет. Изысканные блюда и напитки, ведь каждый из постоянных членов этого неофициального клуба заранее вносит немалую сумму. Так сказать членские взносы.

— Ты за нас тоже заплатил?

— Мы с тобой гости. С таких денег не берут. Можно приравнять к артистам, кто будет развлекать публику на фуршете, но и здесь мы не вписываемся в стандартные рамки — нам не платят за выступление.

Из комнаты вышла Мрина Геннадьевна, а вслед за ней и тот мужчина, кто вёл основной диалог с Настей. Они догнали нас уже в гардеробе. Тепло попрощались с МарГен, а вот мужчина нас немного притормозил. Вручил Насте визитку. Пришлось и мне поделиться своей. Не глядя, Арсений Багирович убрал её в карман и впервые на его лице увидел искреннюю улыбку.

— В курсе кто Вы и чем занимаетесь, хотя до сегодняшнего вечера мы не были знакомы. Думаю, пора и мне Вас навестить, а вот к Анастасии есть вопрос. Разрешите?

— Пожалуйста, — девушка с интересом посмотрела на мужчину моего возраста, может чуть моложе. — Если только это не будет продолжением Вашего приглашения на работу.

— Не совсем, хотя в некотором виде и оно. Скажите, Настя, уж позвольте Вас так называть, если предоставлю некоторые материалы, сможете написать аналитическую справку?

— Если по финансам, с одними лишь цифрами, то нет. Я не бухгалтер и не аудитор. Если общего плана, то могу. Только сразу скажу — смогу этим заниматься исключительно по вечерам, не в ущерб учёбе и основной работе. И, пожалуйста, без ограничений по времени. Сама не люблю затягивать, но рамки меня напрягают. Два-три дня и получите ответ.

Мужчина вновь улыбнулся. Сдержанно и довольно.

— Был бы признателен. Меня всё устраивает. Об оплате Вашего труда не беспокойтесь — не обижу. Когда можно будет доставить материалы и куда?

— Давайте ко мне в офис, — я предложил свои услуги. Не ко мне же домой приносить чужие бумажки. — В визитке есть адрес. Как правило, я там с десяти. Настя приходит позже, около часа. И безвылазно до четырёх-пяти вечера.

— Устраивает, — мужчина вновь стал серьёзным. — Если первая работа будет на том же уровне, как и справка в блокноте, надеюсь на дальнейшее долговременное и плодотворное сотрудничество.

— Не будем бежать впереди паровоза, — Настя уже не улыбалась. — Я не знаю, что за материалы получу от Вас, поэтому планировать, как сложится в дальнейшем, не хочу. Могу лишь гарантировать, что Ваши документы кроме меня никто не прочтёт. Даже мой непосредственный начальник, хотя ему и бесконечно доверяю. — Не удержалась, рассмеялась.

— Главное, чтобы левая работа не мешала основной. Иначе будешь оштрафована. — Предупредил одновременно и заказчика и исполнителя.

— Вот видите, Арсений Багирович, как у нас всё строго. Не забалуешь. Всего доброго!

Попрощались с мужчиной и вышли из здания, но видел, пока не сели в машину, как нас провожают внимательным взглядом.

* * *

Через день в офис принесли довольно толстую папку с документами. У меня сложилось впечатление, что специально поджидали момент, когда Настя появится на работе, не раньше. Через три дня она позвонила заказчику, чтобы материалы забрали, хотя по факту сделала всё за один вечер, больше времени читая материалы, чем составляя отчёт-справку.

Я не интересовался, что было в тех бумагах, но девочка сама сказала — у мужчины, кто руководил крупной компанией, возникли проблемы в управлении и развитии. Постоянный рост внезапно остановился, и понять причину никто не мог.

— И ты поняла?

— Так там всё просто. Три двоюродных брата из одной большой семьи, кто ревнуют успешности четвёртого, основателя и директора. Сделала анализ и всё, как оказалось, лежит на поверхности. Понятно, что у Багировича, как у восточного человека, семья стоит на первом месте и в ту сторону он даже не думал смотреть. Может теперь, прочитав мои выкладки, поймёт, что надо будет или делить компанию на четыре части или брать всё в свои руки. Он не глупый, сообразит, хотя дополнительно дала раскладку и по этим вариантам. В первом случае — сам потеряет интерес к работе и возьмётся за что-то другое. Во втором будет скандал, но сохранит за собой право единоличного владельца.

— Тебе хоть заплатили за работу?

— Да, Слав. Столько, что сейчас сижу и думаю, может зря отказалась на него работать?

— Так право решения у тебя не отнимал. Делай, как считаешь нужно. Только найди себе замену и обучи. Как там тёмненькую девушку звали? С непослушной чёлкой? Вроде Наташа? Ты говорила, именно она осталась и зарекомендовала себя с самой лучшей стороны.

— Слав. Ты сейчас договоришься, — мне на колени плюхнулась Настя и схватила мои уши. — Вот как вот заговорил? Наташу ему подавай! Фиг тебе огромный и без масла. Никому тебя не отдам, понял? И работу не собираюсь менять, не надейся, или ты сейчас говорил серьёзно?

— Настён, я не раз говорил — твоя жизнь в твоих руках. Поступай, как считаешь нужным. Работа — это не семья, умей различать, только… я видел, как Арсений смотрел на тебя. Не как на разового наёмного работника. У него был взгляд голодного мужчины.

— Удивил. Сама такое научилась различать. Знаешь, — Настя задумалась. — Мне он, как и большинство тех мужчин, что были на встрече, не понравились. Как я тебе ещё тогда сказала, не внешним видом, совсем другим. Как бы сказать… Никто из них не видел во мне человека. Одни смотрели как на пустое место, другие — как на… мясо. Это было омерзительно. Я ведь ощущала их эмоции, что они хотели, и вообще, — девушка вновь посмотрела мне в глаза. — Ты надеешься, что я уйду, и на моё место сможешь взять кого-то другого? Зря. Никуда не собираюсь уходить и всё что сказала, было лишь провокацией с целью тебя позлить.

— И я сделал то же самое. Думаешь, тебя отпущу? Никогда. Только одно прошу, малыш. Давай не играть словами, ведь они, бывает, очень ранят. Даже сказанные в шутку.

— Прости, я опять превратилась в глупую девчонку. Мне ведь хочется, чтобы ты ревновал. Чуть-чуть.

— Я не ревную, бешусь от этого чувства, и зеленоглазая девчонка об этом прекрасно знает, но продолжает издеваться, изводя своими словами.

— Прости, родной. Была не права. Ты для меня всё в этой жизни. Неужели не чувствуешь?

— А ты ВСЁ чувствуешь? Например, что у меня сейчас творится на душе?

— Ага, — девушка улыбнулась, и её рука скользнула под мою рубашку, остановившись на сердце. — Только говорить вслух об этом не буду.

* * *

Вышел из кабинета и положил на стойку перед девушкой пригласительный.

— Видела?

— Да.

— Поёдём?

— Как скажете, Вячеслав Викторович. Это будет костюмированный бал?

— Если судить по прошлому году, да, но основное действо продлится минут сорок от силы. Потом все напьются и начнут прыгать как умалишённые.

— На сорок минут меня хватит, — Настя посмотрела на меня с удивлением. — А что, богатые всегда так развлекаются? Или ещё хуже?

— Я не вхож на все мероприятия, но наслышан, что там происходит. Всё же, учитывая статус большинства членов клуба, откровенных непристойностей избегают, потому что сейчас видеотехника столь миниатюрна, а бывает ТАКОЕ, что люди всё же контролируют себя. Понимают, чем грозит обнародование подобных материалов, но иные всё же попадают впросак. Особенно новички. Например, на вечере, что проводится весной, под названием «Капуста». Безобидное название, но со смыслом…

— На раздевание? Угадала? — рассмеялась Настя. — Это старо как мир. В стройотряде, рассказывали девчонки, такое бывало.

— На раздевание, да, но так называемая «королева» бала тянет жребий, на котором есть число. И все присутствующие снимают с себя столько вещей, я имею в виду одежды, сколько сказано. В перечень не входят драгоценности, кольца и всякие мелочи. Только носимые вещи. И в конце случается, что одетый мужчина танцует с обнажённой супругой. Или наоборот. Как правило, опозорившиеся люди больше на мероприятиях клуба не появляются. Мне подобные вечеринки не по душе и стараюсь такие мероприятия не посещать, но некоторые приглашения игнорировать не имею права. Как, например, на котором мы присутствовали. Да, забыл сказать. Марина звонила спустя неделю после того бала. Просила передать, что ты произвела неизгладимое впечатление почти на всех. Не только мужчин. Просила взять тебя с собой и на декабрьский вечер. С тобой хотят поближе познакомиться две дамы. Приблизительно догадываюсь о ком идёт речь.

— И…

— Одна из журнала «Максим». Другая из «Вог». Уверен, тебе предложат студийную фотосессию. Не обязательно соглашаться на фотографии в стиле ню. Тебя никто не заставит поступать против своей воли. Всё на твоё усмотрение.

— Одна туда не пойду. Ели только с Вами, хотя… знаете, пожалуй, откажусь. Мне подобное не интересно. Считаю, женская красота предназначена лишь для одного человека, для избранника женщины.

— Настя, спасибо. Я в тебе ни чуть не сомневался, — перегнулся через стойку и чмокнул губами девушку в лоб. — Тогда на сборище жутиков даю согласие?

— До первого инцидента, Вячеслав Викторович, договорились? Можете предупредить Марину Геннадьевну, что если меня начнут лапать, призову ведьмину сущность. Никому из обидчиков мало не покажется.

— В таком случае лучше остаться дома. И на тебя не посягнут, и мне не придётся ни перед кем извиняться.

— А зачем извиняться, когда люди не правы, нарушая нормы порядочности? Или считают, что денежным мешкам всё позволено? А если, например, неделю с унитаза встать не смогут? Или, как вариант, смогут двигаться только на четырёх конечностях? Такое запрещено?

— Знаешь, а мне было бы интересно как ты всё это обставишь. Только надо костюм ответственный.

— Сделаю, можете не волноваться. Всё, время, Вячеслав Викторович, перерыв окончен. Вскоре явится очередной клиент.

— Понял, не дурак. Кстати, не забыла, что на следующей неделе у нас два зарубежных гостя. Твои готовы?

— Ждут, не дождутся. Всё уже подготовлено. Номера в гостиницах забронированы. С экскурсиями вопрос решён. Машины представительского класса с опытными водителями ждут отмашки.

— Это всё твои однокашники?

— Ага. У нас, знаете, разные люди учатся. Например, Паша Свиридовский, узнав, кем и где работает господин Митчелл, решил подключить отца. Как раз по профилю его работы. Там вообще всё будет на высшем уровне. С нас даже денег не возьмут, но Пашке я обещала заплатить за работу.

— И заплати, это правильно. Что касается мероприятий вне стен моего, прости, нашего офиса, меня не волнует. Пусть хоть в Кремль едут или по публичным домам. Я отработал, и на этом всё. Знаешь, сколько раз меня кидали эти визитёры? Личную встречу оплачивают заранее, а всё остальное, считают, для них должны делать бесплатно. Фиг. Поумнел и теперь высылаю приблизительный прайс-лист на дополнительные услуги. Кто согласен — платит, а кто жмотится — после сеанса свободен как птица. Лети куда хочешь. В этот раз все оплатили дополнительные услуги, поэтому сумму, что положена, передай своему партнёру в полном объёме.

— Спасибо, будет рад… Поэтому, наверное, Свализон и отказался от визита? Написал письмо, что, мол, рассчитывал на более тёплый приём. С оплатой гостиницы и недельным пребыванием за наш счёт.

— Читал это письмо, Настя. Слишком наглый кадр. Не приедет и хрен с ним. Нам будет спокойней. Всё, я ушёл.

* * *

— Виктор Фёдорович, вот и всё, что могу рассказать о возможных неприятностях и преградах на Вашем жизненном пути в ближайшее время.

— Говорите, в Новый Год меня догонит прошлое? Вы так и не сказали, что это будет. Люди, последствия ошибок, или что-то более существенное?

— Почему не сказал? Сказал. Вы, видимо, не запомнили. Я говорил о Вашем здоровье, а что конкретно, это, уж извините, не смог разобрать. Вы мне предварительно столько вопросов задали, что я не знал на чём акцентировать внимание. Как врач, могу посоветовать не налегать на спиртное и на жирное. Вы человек немолодой и злоупотребление выше названным ничего хорошего Вашему здоровью не принесёт.

— Это понятно. А что за препятствие в мае? Сказали, возникнут серьёзные разногласия с женой. На какую тему?

— Но откуда мне знать за полгода до события, сами подумайте. Из-за чего угодно. Люди, прожившие вместе много лет, начинают уставать друг от друга и причиной конфликта, который может перерасти в скандал, а потом и в разрыв в отношениях, может стать любая мелочь. Например, ключи, оставленные не там, где всегда лежат, или рубашка, вовремя не убранная в шкаф. Мне ли Вам говорить, что женщина может прицепиться к чему угодно. Вы лучше знаете свою супругу, вот и будьте предельно собраны и аккуратны в начале мая. Хотя, должен предупредить, названный срок является лишь ориентиром. Он может сдвинуться по времени как на ближайшее время, так и на более отдалённое. Всё зависит от внутрисемейной атмосферы. Храните её и всё обойдётся.

— Я и так делаю всё, чтобы жена была спокойна. Уже забыл, когда последний раз ездил с приятелями на рыбалку и охоту. Они меня зовут, а я как гляну на жену — та словно палку проглотила. Когда отказываюсь ехать, моя становится кошкой — ласковой и доброй.

— Бывает и так. Вроде вопросов больше нет? Тогда позвольте закончить нашу встречу. Мы и так задержались сверх положенного времени. У меня скоро очередная встреча.

— Спасибо. Есть причина поразмышлять. Всего доброго. — Мужчина, отставной генерал, покинул кабинет, а через минуту после стука ко мне заглянула Настя.

— Юрий Алексеевич на связи. Уже дважды звонил. Извинялся. Говорит, везде пробки, не успевает вовремя добраться.

— Гагарин что ли? Инопланетяне мешают? Ладно, это я так, глупости говорю. За полчаса успеет?

— Обещал минут через пятнадцать быть на месте.

— Если ещё позвонит, скажи, что подождём, а то начнёт дёргаться, ещё в аварию попадёт.

Настя исчезла, а я мыслями вернулся к предыдущему посетителю. Май… Генералу уже за семьдесят, а его жене, как понял, и пятидесяти нет. Вот и завела любовника своих лет. И там, кажется, всё движется к совместной жизни. Детей генералу Бог не дал, воспитал приёмного сына, который уже встал на ноги и завёл свою семью. Служит в другом конце страны и с отцом если и созванивается, то великим праздникам… Рассказать генералу всё без прикрас не посмел, да и какие у меня были основания для этой убийственной правды? Видел в будущем, если в мае всё всплывёт наружу, мой визитёр долго не протянет — максимум месяц — сердце на пределе. Исходя из реалий и преподнёс страшилку про Новый год. Жалко человека. Не из тех, кто на чужом горбу выезжал. Реально боевой генерал. Повоевал, да и тело у него не осталось без отметок прошлого. Сейчас надо бы выкинуть всё из головы, настроиться на следующего, а не могу. Наверное, не правильно что-то умалчивать, но я сделан не из дерева, живой человек, не потерявший способности сочувствовать.

Вышел в приёмную и по-быстрому сделал себе чашку кофе. Болтушку из растворимого, к удивлению Насти. Та смотрела на меня, не понимая, но зачем объяснять всё то, что сейчас чувствую. Это моё и только моё.

Вернулся в кабинет и даже не допил кофе, как ко мне чуть ли не ворвался последний на сегодня визитёр. Пятый. Редко бывает, что превышаю норму, но этому человеку пошёл навстречу.

— Вячеслав Викторович, простите ради Бога. Выехал заранее на полчаса, а тут аварии чуть ли не на каждом перекрёстке. За опоздание оплачу сколько скажете.

— Захотите оплатить моё время, Ваше право, не настаиваю, вопрос решите с моим администратором, Анастасией. А теперь, чтобы не терять ещё больше времени, успокойтесь, садитесь напротив меня и расскажите, что за спешка такая, что пошли на всё, лишь бы я принял Вас на этой неделе?

— Командировка, будь она неладная. — Мужчина сел и разом обмяк — осознал, что наконец-то добрался до намеченной цели. — Обычно с проверками в филиалы едут из контрольного отдела. Есть у нас такой. Спецы по выяснению всяких гадостей. А тут генеральный упёрся, чтобы ехал именно я. Несмотря на то, что через пару дней мне надо быть в городе, заключать крупный контракт с китайцами. Все предварительные переговоры вёл я, да и никто не попросил передать эту информацию в другие руки. Знаете, все, что происходит, очень настораживает.

— Далеко пункт назначения?

— Будете смеяться, Владивосток. Другой конец страны. Я, если только самолётом туда и обратно, на переговоры не успеваю, а ведь в филиале работы не на один день.

— А если схитрить? — посмотрел в приятное лицо мужчины. — Если созвониться с китайцами и перенести место встречи именно во Владивосток? Им же самим ближе добираться.

— Они на такое вряд ли пойдут, хотя… — Мужчина задумался и через минуту поднял на меня улыбающееся лицо. — Знаете, а это вариант. Тем самым убью даже не двух, трёх зайцев. Спасибоза совет. Я как-то о таком варианте и не подумал.

— Пожалуйста. А теперь, раз пришли, давайте посмотрим что Вас ожидает впереди. Глаза прикроёте и постарайтесь выкинуть все заботы из головы. Смотрите на огонь — это гораздо приятнее, чем думать о своём генеральном и уж тем более о китайцах.

Мужчина улыбнулся и, как заметил, стал смотреть на языки живого огня. Это ведь не искусственный камин, здесь всё по-настоящему. Запах, лёгкий дымок, огонь…

Вот я и за гранью. Впитав в себя эмоции человека и его энергетический отпечаток, оказался сразу там, где надо. Грустно на первый взгляд, но если посмотреть с другой стороны, особого криминала нет. Генеральный, он же и владелец предприятия, чистит вокруг себя места, чтобы туда посадить родственников новой жены. Юрия, как ни странно, не тронет — на нём завязано слишком многое и если тот уйдёт или его уйдут, фирма просядет с заказами, а главный не дурак, это понимает. Тогда почему ссылает на другой конец страны? Долго не мог разобраться и лишь когда копнул глубже, выяснил — на тёзке Гагарина держится не только отдел продаж, но и закупок — там работает его сестра. Хотя, скорее, числится. Образ человека нечёткий, а это значит, что не играет особой роли ни в работе, ни в жизни моего клиента. Бедный мужчина пашет как каторжник не только за себя, но и за сестру. Её уволят однозначно, уже есть кандидатура на замену. Так… Дальше. Командировка. Возникнет конфликт, который закончится увольнением пары человек. Китайцы. А вот тут совсем грустно. Предстоящая встреча назначена исключительно не в пользу России. Наши узкоглазые друзья как всегда работают издалека и с двойным дном. Семья… А нет у Юры семьи. Женщина, что с ним живёт, совершенно не любит гражданского мужа. Вместе с тем любит его деньги, а получает мой клиент весьма и весьма неплохо. Зовут её… Пожалуй, нет смысла копать дальше… Вроде всё, хотя нет, ещё один отнорок. Совсем незаметный. Женя. Жена или Женя? Евгения. Одинокая женщина, которая… Даже стало смешно. Всё, домой.

Вернулся в реальность и первым делом кинул взгляд на часы. Офигеть. Полчаса там провозился.

Увидел, что и мой клиент очнулся, внимательно посмотрел мне в глаза.

— Начнём с работы, хоть я никогда не ставлю задачу смотреть именно её. В курсе, что хозяин Вашего предприятия хочет реформировать руководящий состав?

— Да. Все об этом говорят, но…

— Увы, уже не но. Всё произойдёт в те дни, когда Вас не будет на месте. Не волнуйтесь, Вас оставят в любом случае, поскольку хоть и говорят, что незаменимых людей нет, на предприятии, где работает, таковым являетесь именно Вы. Только есть и минус. Один из замов, кому предложат уволиться, согласится перейти на должность руководителя отдела закупок, а там, как понял, работает Ваша сестра. Верно?

— Да-а, — потрясённо протянул мужчина. — И как с ней?

— Никак. Уволят, да и, наверное, по делу, ведь именно Вы работали вместо неё. Только не надо выгораживать родственников. Это Ваше личное дело, которое меня совсем не интересует. Захоти она, могла бы включиться в работу, а так… С этим всё. Следующий пункт. Командировка. Найдёте много чего неприятного. Скорее всего, будет уволено пара человек из руководящего состава. Кто — даже не смотрел, это второстепенно. По китайцам. Результаты переговоров будут нулевыми. Они лишь присматриваются к российскому рынку и отдают предпочтение москвичам, Вашим конкурентам. Приблизительно девяносто процентов, что Вас продинамят, выражаясь языком молодёжи. Возьмут документацию, прайсы, наобещают гору плюшек, а на москвичей выйдут уже с такими ценами, что те ухватятся обеими руками. Это обычная тактика наших соседей. Идти Вам на переговоры или нет, не стану советовать — последнее слово за Вами. Хотя, зная заранее результат, можете изменить условия, предложив что-нибудь оригинальное, чего нет у конкурентов. И последнее. Ваша… Ирина. Она совсем не Ваша, Юрий. Вы и сами не горите к ней страстью, а она уж тем более. Привычка быть вместе, которую оба терпите как неизбежное зло. Дело в Ваших руках, но я уже сказал, что Вы по сути чужие. И напоследок. Знакомо имя Женя? Евгения?

Мужчина смутился, кажется, даже слегка покраснел.

— Да, известно. Мы долгое время встречались, а расстались из-за какой-то ерунды.

— Она до сих пор Вас любит и ждёт, когда именно Вы придёте и первым сделаете шаг навстречу. Вот с ней у Вас всё сложится. По крайней мере, будущее не обманывает. Пожалуй, на этом и закончу.

Мужчина вновь уставился на огонь и словно заторможенный медленно заговорил.

— Мне говорили, что Вы необыкновенный человек и можете увидеть то, что находится за гранью пониманию. Если честно, как и большинство людей, в такое не верил, пока Вы не назвали имя моей девушки. Любимого человека. Узнать заранее его никак не могли. Что же… есть куда двигаться и над чем работать. — Мужчина посмотрел мне в глаза и печально улыбнулся. — Вы абсолютно правы и по поводу того человека, с кем живу. Мы оба понимаем, что не любим друг друга и вроде нас ничего не держит вместе, а вот расстаться боимся. Наверное, страх перед тем, что останемся одни, но Женя… Если так, как Вы казали, я готов ползти к ней на коленях, не то, что сделать шаг навстречу. Спасибо Вам за добрые слова. Что касается сестры, пусть теперь живёт своим умом. Пять лет тянул её за уши, не видя ни малейшего желания работать… Хватит. По Владику и по китаёзам тоже понятно. Я такое предполагал, не первый раз с ними встречаюсь. Спасибо, Вячеслав Викторович, за время, что мне уделили и ещё раз простите, что Вас задержал.

Я встал и следом поднялся мужчина. Тот автоматически подал руку, но я отрицательно качнул головой, показав на перчатки. Отвечая на невысказанный вопрос, пояснил.

— Мои руки всегда защищены от случайных касаний с клиентами. Это не защита от Вас, Вы находитесь в более защищённом состоянии. При касании могу повлиять на Вашу энергетику, на здоровье, а ничем хорошим такое не закончится. Всего доброго и пусть Вам сопутствует удача.

Мужчина церемонно поклонился и вышел за дверь. Тихо и аккуратно. Минут через десять зашла Настя.

— Последний клиент за опоздание перевёл на счёт пятьдесят тысяч. Я ему распечатала приходник. Приятно, когда люди ценят не только своё, но и чужое время. Он был каким-то задумчивым, но внутри почувствовала и чувство радости. Слав, ты опять залез не туда?

— На этот раз никуда не лазал. Просто увидел, что его ждёт любимый человек. Много лет ждёт и верит в своё счастье. Оказалось, что и мой клиент до сих пор любит ту женщину. Что оставалось? Лишь слегка подтолкнуть две судьбы в правильном направлении. Словами, Настя, не делами.

— Ты, оказывается, ещё и сводником подрабатываешь? Надо об этом пустить слух и увеличить стоимость приёма.

Посмотрел уставшими глазами на девушку, понимая прекрасно, что она шутит и пытается меня хоть немного взбодрить.

— Настя-Настя. Знаешь, сегодня вымотался как не знаю кто. Нет, пятеро в день — это явный перебор, работа на износ. Я ведь с каждым днём старею, не молодею, и то, что ещё лет пять назад мог выдержать легко, теперь даётся на пределе сил.

— Так я сразу сказала, что не нужно брать на себя лишнее, а ты упёрся как этот самый… — девушка мгновенно стала раздражённой. — Прошу, слушай меня хоть иногда. Люди приходят и уходят. Платят деньги, получая от тебя информацию. Думаешь, хоть один из них задумался что тебе это стоит? Сколько своего здоровья тратишь на них? Сомневаюсь. И деньги, что получаешь, совсем не компенсируют то, что теряешь каждый день с очередным клиентом.

Всё это было сказано на таком запале, что невольно улыбнулся.

— Если продолжить твои слова, мне надо бросить работу? И что дальше? Моя кроха, невеста, которая только-только стала взрослой, станет главным добытчиком в семье?

— А хоть бы и так. — Девушка села на край стола, провоцируя, специально нарушая мои запреты. — Не злись и не пыхти. Ты из-за своего… благородства даже ни разу не спросил, сколько мне платят за работу. За аналитические справки и рекомендации. Я посчитала, и только не злись, ладно? За вечер, не напрягаясь, получаю столько, сколько ты за день напряжённой работы. Да, приходится напрягать мозги, но ведь три часа это не шесть часов изматывающей пытки. Думаешь, не вижу, как тебе всё даётся? Плакать хочется после очередного твоего ухода за грань. Возвращаешься и выглядишь как живой мертвец.

— Устаю, не спорю, но, повторюсь, за мои слова и дела люди платят деньги. Большие деньги по нынешним временам. Я только одно не понял. Что, тебя уже полностью ангажировал… как его. Забыл. Что-то связано с Маугли. О, вспомнил. Багирович?

— Не только он. Я работаю на пять человек, но заказы мне поставляет именно Арсений Багирович. Сразу перед ним поставила условие — не желаю расширять круг общения и он с радостью согласился.

— Понятно почему. Владеет единолично, можно сказать, таким уникальным источником. Наверняка ещё и зарабатывает на тебе. Не деньги, ему и своих хватает. Почёт и уважение. А главное знаешь что? Люди ему остаются должны, а в той среде должники имеют особый вес.

— Меня это мало интересует. Пусть там у себя хоть попы лижут друг другу. Платят за хорошо сделанную работу и меня это более чем устраивает.

— Настён. Так я не понял. Что ты хочешь от меня услышать? Работу не брошу, это исключено. Я ей живу и если прекращу заниматься, сойду с ума от безделья и своей ненужности.

— Надо сократить или количество дней в неделю, или количество клиентов. Три в день, не больше.

— Не получится по одной простой причине — я привык к определённому уровню жизни и у меня есть на кого тратить деньги. Только не вздумай сейчас сказать, что твои заработанные деньги пустишь на общее благо, в один котёл.

— Опять двадцать пять. Сколько можно говорить об одном и том же? На одну и ту же тему? Надоело, Слава. Честное слово надоело. Устала с тобой бороться. С твоим замшелым упрямством. Мы работаем на благо семьи. Понимаешь, НАШЕЙ СЕМЬИ, где не ты один, а нас двое. И давай эту тему закроем раз и навсегда. В конце концов, я администратор, не ты, и именно мне устанавливать порядок и расписание твоей работы. Не спорь. Это записано в моих должностных обязанностях, которые ты так любезно повесил над моим рабочим местом без малого два года назад. За это время выучила всё наизусть.

— Котёнок. Ты хочешь стать во главе нашей семьи? Не рановато ли?

— В самый раз. Даже поздно, если подумать. Всё, туши свой костёр и собирайся. Ключи от машины где? Давай. Я поведу — ты в таком состоянии, что нас угробишь, а я ещё хочу пожить и понянчить не только наших детей, а и внуков.

Настя вышла из кабинета, а я… почувствовал навалившуюся усталость. Может девочка и права в рассуждениях? Сейчас мне сорок, а что будет, когда исполнится пятьдесят? Страшно подумать, если что-то не поменять в ближайшее время, а главное… Главное и самое важное — увидел в зелёных глазах искреннюю тревогу за себя.

Глава 11

Через пару дней после состоявшего разговора мы едва не поругались. Впервые. Причиной послужил запрос в банк и сумма, которую увидел на балансе. Сначала удивился, а потом дошло, что деньги, заработанные Настей, она сбрасывала на мою карту, с которой покупали продукты и тратили на покупку одежды для девушки. Не сдержался, взбесился, понимая, что так неправильно, но когда заскочил в комнату к девушке и увидел её глаза, сдулся как проколотый воздушный шарик.

Настя мгновенно поняла, почему у меня такой вид, но промолчала, выдерживая паузу.

— Зачем? — только и смог спросить.

— Затем, Слава. Иначе нельзя и ты должен это понять. Не могу и не хочу быть обузой, а получается что-то совсем не то. Получаю за работу деньги и что, предлагаешь их прятать от НАШЕЙ семьи? Это неправильно. Я пошла тебе навстречу и зарплату держу на своей карте, но и ты перестань жить старыми понятиями, когда только мужчина содержал семью. Сейчас совсем другое время и другие люди, Слава. Пойми, мы — семья, одно целое.

Сел на край кровати, на которой Настя изучала старинную книгу, а слов возразить не нашлось. Открыл-закрыл беззвучно рот и всё… Наверное, именно сейчас до меня дошло насколько Настя изменилась за последнее время. Не только внешне, из угловатого подростка превратившись в удивительно женственную девушку, но и внутреннее, когда наивность детства ушла, а появилось взрослое восприятие мира, и моя бывшая подопечная, оказывается, давным-давно стала взрослой.

— Настя, а может твои деньги…

— Не может, — меня перебили, а потом и вообще накрыли рот ладошкой. — Ничего не может, сколько не придумывай. Ты не так давно говорил, что хочешь купить тот дом в Новгородской области? Вот и займись. Мне место понравилось тем, что нет случайных людей, можем делать что хотим. К тому же капище недалеко. Залезать в кредит не придётся. Знаю, деньги у тебя есть, но и мой скромный вклад в общее дело лишним не будет. Так что отложи на время идею покупки для меня машины. Дом нужнее. Даже если будем его сдавать в аренду, не самое плохое дело. Я смотрю немного вперёд, мой любимый человек. Когда появятся дети, им будет лучше там, а не здесь, в городе. Не постоянно, конечно, но большее время пусть живут на природе.

— Я только за, завтра же узнаю, — примирительно поцеловал руку, что закрывала мне рот, и прижал её к своей щеке. — Можно тогда предложить свой вариант? Давай откроем дополнительный счёт, куда будем вносить поровну. Ты своё заработанное и я такую же сумму. Чтобы никогда ни у одного из нас не возникло вопросов и деньги будем тратить на то, что потребуется нашей семье.

Девушка ненадолго замолчала, а потом, соглашаясь, тряхнула гривой волос.

— Пусть будет так, не против. Да, пока не забыла. Помнишь, твой Барак Обама просил провести «призыв удачи»? Я готова это сделать, только надо предварительно, за сутки, съездить на рынок и купить трав для отвара. Времени займёт немного, но раз тебя просили, почему не помочь человеку?

— Настя, его зовут…

— Да помню, как его зовут. Муаммарбарак. Фамилия Рапторов. Верно? Просто в голову приходят забавные ассоциации. Барак Обама. Раптор — хищник из «Парка Юрского Периода». Вот и думаю, может не зря Обаму подозревают, что он рептилоид?

Смотрел на девушку с серьёзным лицом и не понимал — шутит она и серьёзна.

— Прости, не понял ход твоих мыслей. Да и ладно.

— Именно. Так что завтра и сегодня позвони своему рептилоиду и договорись, когда он сможет нас принять. Или меня одну, если будешь занят. Не бойся, ко мне никто не сунется. Будут бежать как от огня. Я недавно изучила самый простой наговор для лечения простуды. Заменяет горчичники, которые раньше накладывали на спину, грудь и на стопы. Вроде всё безопасно и в самом деле помогает, уже попробовала на себе. Сам видел, пару дней назад простыла, нос потёк, а за ночь всё прошло и от простуды не осталось и следа. Но если добавить ещё пару с виду безобидных слов, наговор превращается уже в нечто другое — человек ощущает неимоверное жжение в теле. Реально могут появиться волдыри от ожогов.

— Настён, не увлекайся. Мне кажется, ты и десятой доли того, что надо изучить, толком не усвоила, а уже берёшься за более сложные вещи.

— Немного ошибаешься с прогнозом и моими способностями. Две трети, что написано в Справочнике знахаря или Запаснике, как звучит в оригинале, изучила. Параллельно изучаю основы ведовства. Сам же дал эту книгу. Знаешь, они друг друга дополняют. Читая «Основы ведовства», приходит осознание, что настоящая ворожея должна знать травничество и знахарство. Это основы основ.

Понял, что девочку лучше не трогать. Целее будешь. Когда она настроена на учёбу, это совершенно непонятное существо. Тем более, когда говорит на такие темы, в которых вообще ничего не понимаю.

— Извини, мешать не буду. Прости что отвлёк.

— Ничего страшного. Самой надо было сделать перерыв, а то мозги вскипели. Сейчас тема «мозговая лихорадка» и методы лечения. Признаки — страх, недосыпание, умственное перенапряжение, утомляемость. Блин, чувствую, эта болезнь не только у тебя, но и у меня. Не путать с менингитом. То совсем другое.

— И каковы методы лечения? — еле сдерживал рвущийся наружу смех.

— Кроме наговоров и погружения больного в состояние глубоко сна, рекомендуется сделать отвар из настойки боярышника, столистника, репе…

Боги меня простят за святотатство, не выдержал. Заржал в полный голос и увидел хмурое выражение на лице Насти. Но, видимо, так хохотал, что и у неё лицо разгладилась и вскоре появилась улыбка.

— Слав, ты как ребёнок. Я серьёзно, а ты…

— Котён. Настойка боярышника меня особо вдохновила. Читала книгу «Трое в лодке не считая собаки?» Вспомнился момент, когда главные герои изучали медицинский справочник и поняли, что симптомы всех перечисленных болезней у них присутствуют. По-моему, кроме одной единственной.

— Читала. Только там был описан… Слав, иди отсюда, не отвлекай. Ладно? У меня осталось мало времени.

— Последний вопрос. Можно?

— Давай.

— Осталось десять дней до Хэллоуина. Думаю, наша знакомая на нас надеется. Ты продумала свой костюм?

— Не только свой, но и твой. Будем зелёной ведьмой и Конаном-варваром. Не волнуйся, все выпадут в осадок, увидев нас, а сейчас не мешай. Иди.

* * *

У нашего, теперь уже общего знакомого, с кем созвонился и заранее договорился, Настя провела обряд по высшему уровню, как сама мне сказала. Никого завываниями и криками не пугала, да и не была одета в рваньё с метлой в обнимку, но когда поднимались в офис на двенадцатый этаж, обратил внимание, что люди нас сторонятся. Не походят ближе пары метров и больше смотрят настороженно не на меня, на девушку, не переставала что-то бормотать себе под нос с момента, как зашли в здание. Вдобавок ещё в машине натянула на голову огромный платок, который на ней стал вторым платьем. И откуда его только взяла?

Работала моя ведьмочка меньше часа, потому что всех сотрудников административного этажа Муаммар согнал на нижние этажи и девушке никто не мешал и не приставал с вопросами, почему она первым делом посетила все туалеты на этаже и заглядывала чуть ли не в каждый горшок. Мой знакомый был предельно напряжён, даже лоб покрылся испариной от напряжения, а я вот, гад такой, то и дело бегал на лестницу, где, закрывая рот руками, беззвучно хохотал от увиденного.

Девушка украсила кабинеты Генерального и его замов пучками сушёных трав и цветов, в приказном порядке приказав в течение месяца ничего не трогать. Всё на полном серьёзе. И только когда наш наниматель с испугом на лице поинтересовался, можно в этот самый месяц пользоваться туалетами, я не выдержал — не помню, когда последний раз так хохотал. До боли в боку. Настя тоже изобразила улыбку, посмотрев сначала на бледное лицо Муаммара, потом на меня, сидящего на полу и трясущегося от смеха.

— Можно. — И было это сказано таким царственным тоном, что я опять согнулся от очередного приступа хохота. Прозвучало не меньше как «всемилостиво позволяю»…

— Муаммарбарак, — Настя, сделав вид, что меня вообще не существует на свете, взяла под локоть мужчину и отвела на пару метров в сторону. — Требование одно — те травы с наговором, что оставила в кабинетах у руководства, нельзя трогать руками месяц. Потом они потеряют силу и можно будет выкинуть. Повторю — не трогать руками никому. Предупредите об этом и уборщиц. Что кается оплаты. Пусть пройдёт время и до тех пор, пока сами не поймёте, что всё сработало как надо, оплаты от Вас не жду. Что касается суммы — я не определяю размер Вашей благодарности. И, пожалуй, совет лично Вам, уважаемый. В тех местах, где перестанет пахнуть травами, а начнёт вон… скажем, появляться неприятный запах, присмотритесь — вероятно там находятся люди, кто не заинтересован в процветании Вашего предприятия. Надеюсь, вопросов у Вас не возникло, а мы, пожалуй, отправимся дальше… по нашим делам. Да, Вячеслав Викторович?

— Как прикажете, Анастасия Николаевна.

Мужчина, у которого были можно сказать в гостях, с изумлением посмотрел сначала на девушку, потом на меня и не нашёл ничего лучшего, как облобызать руки моей невесты. Проводил нас до выхода и чуть ли не перекрестил в спину.

Сев в машину, не удержался, снова заржал.

— И чего смешного? — Настя повернулась и смотрела сейчас в мою сторону не столько с вызовом, как искренне не понимая причин веселья.

— Настён. Всё понимаю и смеялся не над тем, ЧТО ты делаешь, а над тем, КАК и с каким видом ты начала работать, первым делом посетив ВСЕ туалеты на этаже, особенно мужские. Заходила туда не как ревизор, а как английская королева. Что там делала, не видел, но, знаешь, первое, что пришло в голову, у тебя было жуткое расстройство желудка, а куда не заходила, все кабинки были заняты.

— Дурашка ты, ничего не понимающая, — девушка посмотрела на меня вновь с сожалением, а через пару секунд взорвалась от хохота. Кажется, поняла, как её действия выглядели со стороны…

* * *

— Думаешь, с грязными волосами, куда ты втёрла тальк и ещё какую-то гадость, к тому же с обнажённым торсом и в дырявых штанах буду выглядеть настоящим Конаном? Настя. Я сейчас похож на бомжа, у которого друзья по несчастью спёрли и пропили последнюю рубаху. А эти сапоги? Из какой помойки их достала?

— Одевай что доставили. Это называется реквизит. Театральный, между прочим. Знаешь, сколько мне стоило трудов договориться, чтобы всё это раздобыть?

Моя милая отчитывала меня, а я не мог не видеть, что она сама еле сдерживается от хохота. Закончилось тем, что какой-то вонючей массой, похожей на гуталин, разрисовала мне лицо и торс, нанеся странные узоры. Между прочим, когда пригляделся, смех-то сразу и пропал — это были символы мужества и смерти, что на себя наносили русские витязи, шедшие в смертельный бой, зная, что он станет последним в их жизни.

— Ты не перебарщиваешь? — уже без смеха поинтересовался у Насти.

— Если ты о символике, то нет, — девушка была серьёзной. — Хорошо, что знаешь, что означают эти знаки. Мне сегодня приснился очень плохой сон. Морена хмуро смотрела на меня и её взгляд не предвещал ничего хорошего. Что-то сегодня должно случиться, Слава. Не со мной, с тобой, поэтому эти символы не шутовские, реальные, к тому же наполненные силой.

— Давай тогда откажемся? На кой нам ехать туда, где нас жду неприятности.

— Сама вначале так думала, а потом… нам надо через это пройти. Своего рода испытание. И моя Сестра одобрила это решение.

— Может тогда стоить взять оружие? Не этот шутовской меч, а…

— Нет. Деревяшка как раз будет к месту. Она тяжёлая, да и сил у тебя порядком. К тому же поедем через центр города. Хочешь, чтобы тебя полиция арестовала? Твоё ожерелье с имитацией когтей и клыков диких животных оденешь уже внутри помещения. Плащ накинь сверху — закроет все художества на теле, — девушка подала довольно тяжёлый свёрток. — С тобой вроде как закончили. Теперь сама буду приводить себя в должный вид. Только не пугайся, прошу, когда увидишь…

Не пугайся. Легко сказать. Я чуть не… вообщем, еле сдержался, чтобы не заорать от страха, когда из комнаты девушки вышло НЕЧТО. Зелёное, какое-то шишкообразное существо с седыми волосами, торчащими в разные стороны. И ладно бы глаза оставались теми же. Фиг. Они стали красными. Понятно, что линзы, но осознание пришло с большим опозданием.

— Готов поводить свою спутницу на бал?

Чёрт побери, голос тоже стал низким и хриплым. Одежда — какие-то лохмотья, грязные, с потёками непонятного цвета. Апофеозом стала корявая изогнутая палка, непонятно как оказавшаяся в руке, уже трудно сказать, что моей невесты.

Судорожно сглотнул комок в горле и посмотрел на входную дверь. Умом понимал, что всё это игра, маскарад, но животное чувство бежать отсюда как можно быстрее было намного сильнее.

К счастью, Настя тоже накинула на себя плащ с глубоким капюшоном, поэтому со стороны трудно было понять кто или что там под ним.

— Идём спокойно, не привлекая к себе внимания. Слава, нам не нужны инфаркты и инсульты у случайно встреченных по дороге людей. И прошу, когда будешь вести машину, старайся не смотреть на других водителей…

- -

Не думал, что сможем проехать через весь город без происшествий, но нам несказанно повезло. Проехали и никто нас не остановил и даже не обратили внимание кто сидит в машине. В резиденции, где проводился этот чудовищный праздник, нас встретили наёмные работники, у которых на лицах были маски и провели в зал ожидания, куда понемногу набирались приглашённые. Сколько раз выматерился про себя, поминая недобрым словом Настю. Почти все мужчины были одеты в нормальную одежду. Лишь наличие масок и лёгких накидок, имитирующие плащи, должно было изображать, что они пришли на костюмированный бал, а не на деловую встречу. Женщины… Здесь всё несколько иначе. Тем, кому было за сорок и выше, оделись, словно все в один миг стали принцессами, а вот молодёжь… Увидел пару таких, кто явно готовился к празднику со всей ответственностью. Одна изображала пантеру с окровавленным ртом и хвостом, росшим, прошу прощения, откуда-то из промежности и вторая девица, надо полагать что девица, изображала что-то среднее между Пожирателем смерти из книг о Гарри Поттере и вампиршей с расколотой пополам головой. Причём настолько искусно изображённой, что хотелось подойти и, засунув внутрь руку, проверить — имитация это или реальность. Остальные оделись кто во что горазд. Большей частью совсем не затрудняя себя подбором костюмов. Скорее всего, часть гостей, как и Настя, воспользовались тем реквизитом из театров, что могли достать…

— Праздник начинается!!! — какая-то полуголая разукрашенная женщина заорала истошным голосом, словно её прямо здесь и сейчас насилуют, и толкнула внутрь тяжёлые створки дверей.

Всё бы ничего, но видя, с каким азартом внутрь ломанулись люди, к которым в жизни на приём хрен попадёшь, меня снова затрясло от хохота. Увидел на полу разорванные мужские штаны, обувь и даже носки. Дальше лежало платье. Ещё чуть далее комок, который, скорее всего, был зимними колготками с начёсом, правда, с рисунком под змею… Мужская рубашка без рукавов.

— Они что, на ходу с себя всё срывали? — Услышал искажённый голос Насти. — Так, пора и нам закончить прятаться. Плащ снимай, давай сюда.

Снял плащ и отдал Насте, сразу почувствовав, что бегать с голым торсом будет довольно прохладно. Мне на шею повесили ожерелье из каких-то пластиковых клыков и зубов и сунули в руки деревяшку, изображающую меч, которую девушка вынула из чехла, в котором, как заметил, была и её клюка.

— Слав. Очень прошу, не уходи далеко от меня. Ладно? Держись, — и мне в руку сунули палку, за другой конец которой держалась Настя. И тут…

Даже не сразу понял, что оказался за гранью. Без напряжения, без ухода из себя. Раз… и там. Сначала подумал, что это не мой путь, но через мгновение ощутил, что сморю именно свою жизнь. Чистая, сверкающая по краям, как будто там есть подсветка. Никаких пятен или преград. Всё чисто до декабря. Через мгновение переместился в жизненный поток Насти. Без изменений. Так, как и у меня, разве что изображение зеркальное. Тогда почему девочка сказала, что будут неприятности? Возврат и снова разглядываю что у меня под ногами. НИЧЕГО, что могло бы вызвать волнение. Снова рывок, словно меня выдернули за шиворот из воды. Действительность и красные глаза недалеко от моих.

— Ты чего? Сделал шаг, покачнулся и встал как вкопанный. Говорю с тобой, а ты на мои слова ноль внимания.

— Настён. Меня сейчас кто-то силой выдернул за грань и точно также вернул обратно. Я не сам, понимаешь?

— И что там увидел? — интонации спрашивающего голоса стали чуть напряжёнными.

— А ничего. Как было, что видел утром, так всё и осталось. Без изменений. И у тебя, и у меня. Может ты что-то не поняла, говоря о своём сне?

— Может быть, но… Слав, у меня с каждой секундой нарастает желание вернуться домой.

— В смысле?

— Ты наверное не чувствуешь, а я ощутила среди гостей, а может обслуживающего персонала такую же как и я. Ведьму. Не новичка в ремесле, но сила у неё так себе. Она серая, не чёрная.

— Настя. Ты же не ведьма, ведунья. Это совсем разные…

Меня прервали и довольно нервно. Можно сказать с раздражением.

— Нас по-разному называют, но ведьма всегда остаётся ведьмой. Даже добрые волшебницы, по сути, являются ведьмами. Как колдунами называют всех мужчин. Знахарь он, ведун или… Мы идём или возвращаемся?

— Раз пришли, идём. Как и договорились, тридцать-сорок минут и домой…

Казалось, с каждым шагом до следующего зала идти становилось всё труднее и труднее. Внутренне самовнушение, ощущение реальности или здесь постаралась приглашённая ведьма? По ощущению, именно последнее. По пути хотелось снять с себя что-то и отбросить как ненужное в сторону, но я держался стойко до момента, когда перед нами открылись беззвучно очередные двери, а внутри увидели гостей, рассевшихся прямо на паркетном полу вокруг полыхающего костра. КОСТРА? В арендованном особняке семнадцатого века? Бред.

— Вот и наши долгожданные гости, которые не спешили, как все остальные, на праздник.

Сбоку появились два лакея, которые на подносах держали по бокалу шампанского. Или вина, какая разница. Взяв бокал за ножку, шепнул девушке — Не пей. Даже не прикасайся губами.

— Варвар и болотная ведьма? Молодцы. Вы единственные, кто выбрали наряды, показывающие внутреннюю суть. — Говоря, к нам подошла женщина, которую ранее никогда не видел. Меня удивили обрядовые знаки, что были нанесены на вполне миловидное лицо, а не само присутствие нового лица.

— Господин Б, не будем называть фамилию гостя полностью, кажется, сейчас до конца осознал, что его приглашение на праздник было совсем неслучайным. Как и спутницы, несмышлёной девочки. Что же Вы не пьёте шампанское? Пейте! Насладитесь до конца вкусом праздника. Что Вы медлите? Хотите, что бы я вас собственноручно напоила? Мне не трудно, но это будет нарушением правил, которые господин Б старается соблюдать! Не так ли? Я тоже приверженца старой школы, но в этот день пойду на маленькое отступление…

Я стоял и чувствовал, что не могу сделать ни малейшего движения, словно руки и ноги превратились в камень. Попали в ловушку, однозначно, но кто её устроил? На нас обоих или только на меня? Только бы прикоснуться к этой женщине. Краем руки или тела. Тогда посмотрим кто кого.

Внутренне дёргался, а пальцы, сколько ими не пробовал пошевелить, оставались сжатыми в кулак. Даже повернуть голову и посмотреть в сторону не мог, и сердце сжалось от страха за Настю.

Незнакомка, глаза которой были обведены чёрным, одной рукой взяв бокал, другой потянулась разжать мои пальцы и… есть касание. Мгновенный уход за грань. Над моей дорогой жизни клубится туман, а я стою и держу за горло совсем маленькую девочку. Она извивается, пытается вырваться, но нет опоры — её ноги не достигают земли. Глаза наполнены страхом и отчаянием.

— …Я не знала, кто ты есть. Прости, ошиблась. Мне о тебе говорили совсем другое. Повелитель, я ошиблась, прости, — девочка хрипела, но из стиснутого моими пальцами горла вырывалось одно и то же — прости, прости, прости…

Самое странное, что никогда до этого не задумывался как выгляжу, когда нахожусь в другом мире. Точнее, в безвременье. Есть у меня тело или нет, не знал, но увидел сейчас обнажённую руку и понял что она моя.

— Два вопроса, которые определят твой жизненный путь. Кто тебя нанял?

— Повелитель судеб, я не могу ответить на твой вопрос. Это равносильно смерти, ведь заключён договор.

— Спрашивая второй и последний раз. Кто тебя нанял, и что хотела сделать?

— Вы должны были полностью раздеться и обслуживать в таком виде гостей. Никому ни в чём не отказывать. — Я чуть сильнее сдавил горло и увидел, что девочка, которой на вид было максимум лет десять, стала задыхаться.

— Ты не ответила на мой основной вопрос, но пусть его не услышу. Тогда задам главный вопрос. Сколько тебе оставить жизни? Год, месяц или день? Ты наверняка понимаешь, что ЗДЕСЬ я могу ограничить твоё пребывание даже несколькими секундами и в реальности умрёшь сразу же и никогда не сможешь уйти на перерождение. Уйдя из жизни ТАМ, у тебя будут шансы. Здесь — никогда. — Чуть расслабил пальцы, давая возможность женщине в образе ребёнка вздохнуть.

— Ты не посмеешь, — скорее хрип, чем голос. — Ты не бог, хоть и Повелитель судьбы. Призови Морену. Я ей всё объясню. Она меня поймёт и простит.

— Я не она, неужели не поняла? Морена не моя Богиня, хоть с ней и знаком, и приказать мне не может. Могу призвать Велеса, но не думаю, что тебя это порадует.

— Его не надо, умоляю. Он меня развеет.

— Вот как? А я его волхв. Думаешь, у меня к тебе есть жалость? Ответь на вопрос и может быть дам тебе возможность ещё пожить. Молчишь? Что ж. Ты сделала свой выбор. Час. Это максимум, что тебе будет отведено прожить в реальности. Смотри, как сейчас прерву твой жизненный путь.

Чуть в стороне от меня появилась тонкая линия, которую и дорогой-то назвать можно было с большим трудом. Мысленно подтянул её ближе, чтобы рассмотреть внимательней, а потом и сам переместился чуть в сторону. Грязная, вся в камнях и ямах.

— Тебе отмерено ещё лет сорок. Не жаль уходить раньше времени?

— Не надо, прошу. Умоляю, — девочка вновь дёрнулась, пытаясь освободиться, но у неё ничего не получилось, и я снова сжал хватку.

— Извини, ты сама выбрала срок жизни. Прощай, — уже не обращал внимание на дёрганье ребёнка, стал готовиться к тому, что бы перечеркнуть дорогу глубоким рвом. Даже зная, что мне потом предстоит выдержать, этого человека простить не мог. Он посягнул на самое святое в моей жизни, на мою радость и любовь. Единственное, что у меня есть.

Дорога оторвалась от основания, стала подниматься, изгибаться бугром, когда почувствовал, как меня бьют по руке.

— Что?

— Руднев и Максаков. Они хотели убрать тебя из-за твоей девки. Она им нужна.

Услышав грубость, непроизвольно сжал руку и, кажется, даже услышал как хрустят шейные позвонки. Через силу заставил расслабить руку.

— Это ты продажная девка, которая ради денег готова на всё. Моя девушка приняла венчальное кольцо. Это ты понимаешь? Теперь она не сама по себе, до конца жизни спутница и если бы знала Закон, понимала, что на ворожею, подругу волхва Велеса, ни одна ведьма руку поднять не может. Это грозит вечному проклятию и изгнанию.

— Я не знала. Не видела кольца. Не посмела бы. Прости, волхв. Я приму наказание, но оставь мне жизнь. Умоляю.

Вспышка перед глазами и два огненных бесформенных силуэта на расстоянии вытянутой руки.

— Отпусти её, сынок. Она ответил на твои вопросы. Следуй своду Закона.

Следом за мужским голосом раздался и женский.

— Отпусти её, волхв. Она услышала твои слова и готова принять изгнание. Не нарушай Закон.

Внезапно разозлился, поняв, кто сейчас сверкает перед глазами.

— Могли бы появиться и в человеческом облике. Вспомнили и оба твердите о Законе? Что ж раньше не остановили того, кто нарушает Закон? Не успели или не захотели связываться? Или нет желания самим пачкать руки, когда есть человек, на которого можно надавить и усовестить. Раньше думал, что закон Равновесия работает более… корректно. И для всех одинаково.

— Спросил, почему мы в таком виде? — мужской гневный голос порывом ураганного ветра больно ударил в грудь. — Потому что мы ДОМА, а не у тебя в гостях.

— Что ж, ответ принят. Прощайте, — закрыл глаза и почти мгновенно почувствовал, что стою на полу. Вернулся в реальность. Не знаю, сколько прошло здесь времени, но когда открыл глаза, все гости стояли вокруг, с испугом глядя что я делаю. А что делал? Держал за горло бледную женщину с закатившимися глазами, которая, кажется, уже начала синеть.

— Вячеслав, отпусти. Ты же её задушишь! — Марина Геннадьевна повисла на моей руке, пытаясь разжать пальцы, но ей это никак не удавалось — они стали подобие стали и куда там женским слабым рукам.

— Слав, отпусти. Она исполнит своё наказание, — донёсся тихий голос и я, с трудом, превозмогая боль, повернул голову и увидел бледную Настю уже без дурацкого грима. Стояла совсем близко в тоненькой футболке и коротких штанишках, смотря на меня просящими глазами. — Я видела, что ТАМ происходило. Морена всё показала.

Разжал руку и женщина упала на пол бесформенной кучей. Не обращая внимания на остальных людей, схватил МарГен за кофту и подтянул вплотную к себе.

— Кто такие Руднев и Максаков? Покажи их.

— Они ушли минут десть назад, — донёсся голос кого-то из мужчин. — Наверное, не желали участвовать в дальнейших разборках.

— Ушли? — Рассмеялся и неосознанно о штаны вытер руку, которой держал женщину. — Думаете, я псих? Решил напасть на беззащитную женщину? Крыша поехала? Что ж. Раз те двое меня выставили меня перед всеми в неприглядном виде, позвольте также всем присутствующим объяснить. Руднев и Максаков наняли эту женщину, — я кивком головы показал на приходящую в себя особу, — чтобы она подала мне и моей подопечной отраву в бокалах с вином. Догадываюсь, у моей спутницы был наркотик, а меня что похуже. Смысл всей этой затеи — сначала унизить, а потом… Я им был не нужен, а вот Настя понадобилась. Для чего? Не знаю, но узнаю, обещаю… Так что совету Клуба и Вам, Марина Геннадьевна, следует задуматься как над тем, что произошло, так и как из этой неприятной ситуации выпутаться. Сразу скажу — мне Ваши извинения не нужны. Что касается доказательств — эта дама, когда придёт в себя, сможет всё рассказать, но прошу её надолго не задерживать — в течение суток она должна покинуть город. Таковы условия. Настён, мы, пожалуй, пойдём. Этот праздник запомнится надолго.

Взяв девушку за руку, прихватил другой гору её реквизита и уже в первом зале кинул на руку два плаща. Не наше, надо будет сдавать обратно. И только выйдя на улицу, сначала накинул плащ на девушку, а потом и сам замотался — холодно было, простыть раз плюнуть…

* * *

Уже дома, через силу заставив себя поесть, залез в душ и мылся, наверное, больше часа, смывая с себя краску, грим — всё, что было на теле. Только когда понял, что силы на исходе, вышел из ванны и раздетым прошлёпав до кровати, забрался под одеяло. Почему-то рассчитывал, что мгновенно отключусь, но уснуть не удалось.

— Не спишь? — дверь приоткрылась и в комнату заглянула Настя. Увидев мои раскрытые глаза, поникла. — Можно к тебе?

Приглашая, откинул край одеяла, куда сразу же юркнуло тонкое создание. Прижалась, обняла.

— Прости меня, Славушка. Знаю, что виновна.

— Ты? Не говори глупости. Ты здесь ни при чём.

— При чём. Я смогла выдержать атаку ведьмы, а вот тебя освободить от оцепенения не смогла. Ты её минимум полчаса держал за горло. То сжимая руку так, что она хрипела, то давая слабину. Все люди к тому времени очнулись и хотели вызывать полицию, но Марина запретила это делать. И Багирович, он там тоже был, встал в дверях стеной. Только вот тех двух скотов выпустил. Что-то ему долго говорили и он уступил. Когда ты объяснял всем что случилось, видела, как он побледнел и его лицо превратилось в маску. Слав, люди тебя услышали, поверь. Они на твоей стороне. К тому же не только мы двое были в оцепенении — все гости наглотались какой-то дряни, что была в напитках. Думаю, Марина проведёт разбирательство и мало никому не покажется. Слышала, пара человек вызвали людей из своих служб безопасности. Бокалы, что нам поднесли, Марина сразу куда-то унесла.

— Настя. Ты меня успокаиваешь или просто информируешь?

— Не надо на меня злиться.

— Я на тебя не злюсь. Скорее на себя самого. Понимаешь, не могу понять что произошло. В фойе ведь я заглянул в будущее, тебе говорил. ТАМ ничего плохого не увидел, но вот сам переход за грань… У меня он обычно происходит в течение полуминуты как минимум, а тут раз… и я уже там. Как и возвращение. Сложилось впечатление, это было сделано кем-то из Высших. И мне показали то, что я ДОЛЖЕН был увидеть, а не реальную обстановку. Говоришь, и ты видела, что происходило за гранью?

— Да. Глазами Морены. Впервые увидела тебя там. Огромного, метров в пять высотой, похожего на атланта. Держал женщину за горло, ко…

— Не женщину, ребёнка лет десяти.

— Слава. Женщину. Это тебе с твоими габаритами она казалась ребёнком, — Настя на мгновение замолчала… — Знаешь, а ты ведь прав. Она переродилась в третий раз. Не так давно. Ты, наверное, видел её суть. Не внешний облик, а что находится внутри. Помнишь, что я сказала ещё на входе? Ведьма не сильная. Видимо я тоже ошиблась. Она просто не успела войти в полную силу, а я восприняла её как слабую или начинающую.

— Да… Нас обыграли как детей. Подобрали персонал, нашли и притащили ведьму, которая смогла всех ввести в транс.

— Но ты обратил внимание, что обслуга двигалась нормально? Скорее всего, кроме лёгкого наркотика в напитках добавилось ментальное воздействие. Думаешь, ведьма сказала правду? Всё из-за меня?

— Она не посмела бы врать. Могла умолчать, но врать, когда я стал ломать её жизнь…

— Я видела, Слав. Это было страшно. Хотелось орать, просить тебя это не делать, но не могла. Я только видела.

— Скажи, а как тебе понравились поступки и слова наших… вот не хочется сейчас их называть Богами. Останавливали меня, чтобы не прервал чужую жизнь. И кого? Той, кто сама меня хотела убить? А что было бы потом с тобой? Об этом страшно подумать.

— Выкрали и спрятали бы где-нибудь, заставив работать на них бесплатно.

Даже подскочил на кровати от такой наивности. Повернулся к девушке лицом.

— Работать? Настя? О какой работе ты говоришь? Об аналитике? Да эти двое о твоих умственных талантах наверняка и не знали. Им нужно было твое тело, не голова. Насиловали бы тебя с утра до вечера по очереди, а может и вместе… Работала бы на них… Как скажешь…

Впервые увидел в зелёных любимых глазах не испуг, неимоверный ужас.

— Неужели они бы на такое пошли? А полиция? Если бы я…

— Тебя бы потом, когда надоела, или тронулась умом, где-нибудь закопали по-тихому и на этом всё закончилось. Родни нет, близких тоже. Кто бы о тебе вспомнил и подал в розыск? Твои институтские подруги, которые спрятали глазки и закрыли рот в страхе за самих себя? Полиция… Вспомнила. Тебя бы держали на цепи и никому бы ты не смогла сообщить ни где находишься, ни что с тобой делают. Мы живём в жестоком мире, малыш, где по факту нет друзей и приятелей. В мире, где каждый готов другому подставить ногу, чтобы самому лучше жить. Ты ежедневно видишь людей, кто ко мне приходит на приём. Сколько из них вступились бы за тебя? Представь, что у каждого из них был бы такой шанс. Отвечу — один из ста, и то вряд ли. В году около двухсот пятидесяти рабочих дней. Умножь на четыре человека в день. Получается около тысячи, верно? Забыл выкинуть отпуск, но это не играетсущественной роли. Так вот, родная. Я сейчас говорил и вспоминал, сколько у меня было тех, кому я помог, изменив судьбу или тех, кто был близок по духу. Насчитал всего восемь человек. Из тысячи всего восемь. Поверь, светлые люди остаются в памяти, их трудно забыть, но не факт, что и те встали бы грудью на твою защиту, зная, что могут пострадать. Трое, Настя. Всего трое таких, кто, не думая о последствиях, тебя бы защитили.

— Грустно и страшно, — раздался тихий голос и меня обняли изо всех сил. — Только не трое. Четверо. Ты о себе не сказал.

— Малыш, о себе и не говорю. Ты для меня всё в этой жизни и пока жив…

На мои губы легла нежная тёплая ладошка.

— Не надо продолжать. Знаю, что скажешь. И не только скажешь, но и сделаешь. Мне, в отличие от большинства людей повезло, что встретила в жизни такого как ты. Не буду продолжать, сам всё знаешь. Можно задать вопрос?

— Хочешь спросить, буду ли я мстить тем двоим? Буду. Сделаю все, чтобы испортить им жизнь. Подобное прощать нельзя, иначе себя перестану уважать. К тому же мои слова слышали люди и если ничего не сделаю, обо мне будут говорить как о пустослове. Не забывай, они покусились на самое светлое в моей жизни, на мою невесту, фактически жену. Разве можно подобное простить? Деньгами тоже не откупятся.

— Я помогу, Слав.

— Тебе надо не помогать, а держать ушки на макушке — чтобы не напали по пути на работу или ещё чего. Я подстрахуюсь, конечно, но и сама будь настороже. Разрешаю в случае опасности применять всё из своего арсенала. Вплоть до…

— Я поняла. Спасибо. Только защита мне не нужна. Буду отвлекаться, если наймёшь кого-то, да и чужой человек этот всегда чужой, которого можно перекупить.

— Вот эти слова мне нравятся… Что попрошу… С завтрашнего дня будешь носить с собой диктофон. Маленький, но с большой памятью. Если что не понравится в окружающем, сразу нажимай кнопку записи. И решу вопрос с миниатюрным видеорегистратором. Есть знакомые, которые торгуют столь специфическим товаром. С виду — кнопка или пуговица на блузке, хрен кто обратит внимание. Законом использовать такое запрещено, но раз нас этот самый закон защитить не может, будем исходить из своих возможностей.

Глава 12

Не думал, что дальнейшие события будут развиваться столь стремительно. В понедельник, спустя три дня после неудачной вечеринки, ко мне на работу приехали сразу трое — Марина с незабвенным Арсением Багировичем и известный человек, которого прежде на тусовках толстосумов не встречал, Илья Крабатов. Бывший политик, ныне вполне успешный бизнесмен. Хотя, думаю, бизнес он никогда не ставил на второе место.

Подгадали к перерыву, который у меня был почти час.

Марина больше молчала, говорил Багирович. Жёстко и по делу. Во-первых, принёс извинения за случившееся, а главное для меня и самое ценное — положил на стол две флешки. Одна с записью, как он объяснил, камер видеонаблюдения, где была хроника с первой минуты нашего посещения и до момента, как мы покинули резиденцию. Вторая, где зафиксирован допрос женщины, что подписалась на моё устранение. Так же присутствовало видео опроса обслуживающего персонала, который на этот вечер по непонятным причинам был набран в малоизвестном агентстве.

— Та дама жива? — поинтересовался у мужчины и мне кивнули, но ни одного слова вслух произнесено не было. — Почему интересуюсь. Она должна была покинуть пределы города в течение суток. После трёх дней, если останется здесь, умрёт. Таковы правила профессии, которой она занимается. Своего рода Кодекс поведения. Она провинилась и за это следует изгнание.

Увидел, как Арсений быстро переглянулся с Крабатовым, но о чём они, меня мало интересовало.

— Сами фигуранты на следующее утро улетели в Дубай. Мы наводили справки о сроке их пребывания и возвращения домой. Ответ никто дать не мог. Подчинённые не в курсе. Мало того. В стране пребывания они чуть ли не каждый день меняют гостинцы. С ним четверо охранников, но всё это решаемо. Наши люди ведут наблюдение.

Удивился такому повороту дел. Слышал, что у Багировича обширные связи, да и он хозяин немалого числа предприятий по всей стране, но вот так, что бы вступились за меня. Даже смешно стало от такой мысли. Не за меня заступиться, за Настю. Я тут сбоку припёку.

— И что Вы хотите от меня услышать? — задал вопрос в лоб всем троим. — Если думаете, что желаю им смерти, ошибаетесь. Хочу, чтобы они испытали на себе, что я мог потерять. То, что на меня покушались, хотели убить, оставим за рамками.

— Вопрос стоит в другой плоскости. — Арсений Багирович посмотрел на меня совершенно невыразительным взглядом. — Будем исходить из реалий — кем Вам приходится Анастасия?

— Вопрос ставится даже так? — усмехнулся, увидев, как Марина опустила глаза. — Хорошо. Понимаю, рано или поздно эта информация станет известной. Настя моя невеста. Я сделал предложение, и она ответила согласием. Чтобы окончательно закрыть дальнейшие вопросы, отвечу. Я её наставник по ремеслу и мы живём вместе.

Не ожидал, что на лице Багировича впервые увижу улыбку. Да, этот человек, сделанный из камня, впервые проявил чувства.

— Спасибо за честный ответ, Вячеслав Викторович, это многое объясняет, но ведь у меня есть информация, что Вы опекун девушки. Это так?

— Абсолютно точно. До двадцати одного года, поэтому официальный брак отложили до окончания этого срока.

— Теперь могу понять смысл Ваших слов, что смерти виновных не желаете, а хотите, что бы они испытали на себе, что могли потерять.

— Хорошая память. Повторили мои слова почти дословно. Настя для меня намного больше чем любимый человек. Она для меня всё в этой жизни.

— Вы ведь её практически воспитали, верно? Хотя не правильно сказал. Помогли ей пережить сложные годы в жизни. Помогали её матери. Платили за больницу, за лекарства, потом взяли на себя все хлопоты по похоронам, не оставив девушку в беде. Помогли поступить в престижный институт, хотя слово «помогли» неуместно — девушка сама блестяще сдала все экзамены. Без малейшей протекции с Вашей стороны. Чуть раньше предложили работу, чтобы отвлечь от мыслей о маме, которую она очень любила. У себя, с достойным окладом.

Арсений Багирович замолчал, не отрывая глаз от моего лица.

— Хорошая работа. На твёрдую четвёрку, — рассмеялся, понимая, что и на меня у этого человека есть пухлое досье.

— Знаю, что хорошая. Деньги плачу только за добросовестно выполненную работу. Вы должны понимать, что материалы, которые передаю Насте, зачастую проходят под грифом секретно. Мне импонирует, что ни она Вам ничего не говорит, ни Вы не интересуетесь тем, что у неё в руках. Поэтому должен знать, кто на меня работает и кто находится рядом.

— Мне совершенно не интересно чем Вы занимаетесь, тем более девушка Вам прилюдно сказала, что информация дальше неё никуда не уйдёт.

— Я помню сказанное и ценю её обязательность и высоко оцениваю, что она для меня делает. Поэтому прошу не мешать ей работать.

— Я не мешаю, и не буду мешать, но заранее предупреждаю, что не буду настаивать на продолжении сотрудничества, если она по каким-либо причинам однажды Вам ответит отказом.

— Есть на то веские причины? — у мужчины от удивления поднялись брови.

— Могу назвать много, но основных две — она учится, и институт мы ставим на первое место. Второе — Настя девушка необычная и у неё много времени занимает самообразование. И через какое-то время, не такое и далёкое, на остальное у неё просто не останется времени.

— И чем конкретно она занимается?

Этот вопрос, заданный на автомате, выбил Багировича из уже сложившегося у меня образа каменной статуи.

— Вообще-то Вы вышли за рамки приличий, но я отвечу. Если внимательно слушали, я упоминал, что не только близкий человек, ещё и наставник.

Арсений кинул взгляд на Марину и та медленно опустила голову.

— Да… Этот факт как-то упустил из поля зрения. Продолжит Вашу работу?

— Нет. У неё свой путь, но потенциал огромный, а главное есть стремление учиться. Надеюсь, допрос закончен? У меня осталось не так много времени до следующего клиента.

— Вы ошибаетесь, у нас не было цели устраивать Вам допрос. Мы хотели лишь прояснить некоторые моменты, которые касаются всех присутствующих. Спасибо за уделённое время. Всего доброго. — Мужчина, даже не пожав руку, вышел на улицу.

Крабатов тоже лишь кивнул на прощание. Он вообще, кажется, работал здесь в качестве массовки, а вот Марина Геннадьевна, сделав шаг к двери, остановилась.

— Прости меня, Вячеслав, но это было надо всем нам. Ты должен понять, Арсения, что произошло, коснулось напрямую. Настя для него выполняет конфиденциальную работу и тот решил, что может произойти утечка данных. Вначале предложил помощь, а потом вообще взял всё в свои руки.

— Ладно, проехали. Иди, а то тебя уже заждались.

— Не держи на меня зла. Не знала, что всё так обернётся.

— Если сказать честно, в случившемся виновата именно ты, раз взяла на себя роль организатора, но пустила всё на самотёк. Привыкла, что помощники работают по давно отлаженной схеме, а тут… Хотя есть и положительная сторона — когда случаются неприятности, аварии, дерьмо всегда всплывает на поверхность. Вот и тебе пришла пора осознать, что можно не только снимать сливки, а и работать ассенизатором.

Женщина кивнула и, больше ничего не сказав, вышла на улицу.

Вернулся в кабине и задумался — смысл визита этой троицы так и остался до конца непонятным. Разве что Багирович уточнил для себя, что девушка моя невеста, а всё остальное было больше болтовнёй. Продемонстрировал, что у него хорошо работает служба безопасности? И что? Мне от этого ни холодно, ни жарко. Если только… Ну, может, услышали, что я не желаю смерти тем уродам. А если по совести, мне на них было наплевать. Уберут их или нет, всё равно, но если вернутся в город, и всё будет по-прежнему, тогда у меня появятся ещё двое должников.

- -

Через пару дней, когда был на кухне, услышал крик Насти — звала меня в кабинет.

— Слав, иди сюда. Быстрее!

Пришёл и не стал садиться, встал так, чтобы только был виден экран. Хоть и пропустил начало репортажа, смысл был понятен. Тех двоих, что удрали в Эмираты, местная полиция арестовала по подозрению в торговле наркотиками. Более того, нашлись и вещественные доказательства. Как объяснил ведущий новостей, это одно из самых тяжёлых преступлений и виновным грозит длительное заключение.

Переглянулись с девушкой.

— Багира сделала свой ход. Верно?

Настя промолчала, но стала задумчивой.

— Настён, Арсений человек в себе, сложный и с тяжёлым характером. Сама видишь, как он не так заступился за тебя, как убрал препятствие на своём пути. Хотя, по факту, они и не были препятствием. Так, мелким недоразумением.

— Ты сказал вскользь, что он с Мариной приходили, но не рассказал о чём шла речь.

— О тебе. У Багировича на тебя, да наверняка и на меня, имеются толстенькие такие досье. На вопрос кто ты мне, сказал правду. Обманывать не имело смысла. Сказал, что моя невеста и живём вместе. Поженимся, как только тебе исполнится двадцать один год. — Видя, что девушка ещё больше сникла, даже не понял причину. — Прости, не надо было такое говорить? Я тебя этим расстроил?

— Не по этому поводу. Что сказал — даже хорошо. Избавит меня от ненужных мыслей и разговоров.

Меня слова девушки напрягли.

— Он что, сам интересовался степенью твоей… свободы?

— Нет. Прямого вопроса не задал, но, знаешь, можно и не спросить в лоб, а собеседник тебе всё расскажет. Дважды такое было, но я уходила от ответа. Хотя он мне очень редко звонит. Только когда интересуется — могу ли выполнить работу.

— Не буду спрашивать, что ты для него делаешь, задам вопрос иначе — это, в самом деле, столь сложная работа, если платит очень большие деньги?

— Я сама вначале удивлялась, а потом поняла — наверное, у меня так устроены мозги, что по косвенным признакам могу вычленить проблему или то, о чём в документах вообще не упоминается. Не обижайся, но даже ты с твоим развитым мозгом и обострённым чутьём такую работу не выполнил бы. Не потому, что не смог бы, а потому, что… Слав, ну не могу объяснить, прости. Ну… чтобы объяснить, возьмём, например, реальный пример из жизни. Даю перечень фактов на первый взгляд никак не связанный между собой. Муж с женой ругаются, потому что мужчина, не удивляйся, получил повышение по службе. Из пятёрки замов генерального стал вице-президентом компании. Он рад, она расстроена. Спустя месяц происходит наезд машины на молодую женщину с ребёнком на пешеходном переходе. Те гибнут, виновник аварии скрылся. Через пару дней происходит самоубийство следователя по особо важным делам, где он признаётся, что совершил убийство и описывает место преступления. Через неделю в средствах массовой информации проходит репортаж о жестоком убийстве большой семьи. Ещё через пару дней гибнут ещё люди. Судя по признакам, преступления совершил один и тот же человек. Как эти факты связаны между собой и что стало той, первой костяшкой домино, которая упала и потянула всё за собой?

— Первого фигуранта подставят и посадят? — я попытался по улыбке на лице девушки догадаться о правильном ответе. — Хотя нет. Скорее всего, ответ нужно искать вне работы. У него есть любовница, которой сможет уделять больше времени? Муж женщины с ребёнком, которые погибнут, скорее всего, найдёт виновника аварии и его убьет и сам от осознания что сделал, не выдержит и кончит с собой.

— Определил лишь явное — следователя и его семью, а так же, что убьёт виновника аварии. Но что явилось триггером? Что связывает все эти действующие лица?

— Можно долго фантазировать, но, признаюсь, вариантов много.

— Ошибаешься. Вариантов всего два, из которых верный один — мужчина, который получил повышение, в скором времени вообще потеряет работу, а всё потому, что у него по статусу появится служебная машина с личным водителем и он, однажды приехав домой в неурочное время, застанет жену с любовником. И не кем-нибудь, а генеральным, хозяином фирмы. Это, конечно, самый простой пример, но я на примере показала, что самая маленькая деталь, например, возможность без согласования с руководством в рабочее время заехать домой, разрушит жизни многих людей. Ведь на той семье всё не заканчивается. Что будет дальше? Обманутый муж не выдержит и сообщит жене руководителя, что её супруг не соблюдает верность. Далее начинаются разлады во второй семье. Ссора и может последовать развод. Это тоже ещё не окончание. У большого босса двое детей и, к примеру, сын, озлобившись на отца, пьяным сядет за руль машину и на пешеходном переходе собьёт молодую женщину с ребенком в коляске. Мама и ребёнок погибнут, а их муж и отец не сможет пережить такое горе и, забросив все дела, найдёт убийцу и жестоко с ним расправится, а затем пустит себе в лоб пулю из служебного оружия, тем самым заметно затормозив розыск опасного преступника, который успеет совершить ещё не одно злодеяние. Много исходных данных, много людей, много трагических происшествий, а не назначь генеральный мужа своей любовницы своим замом и ничего бы не случилось.

— И сколько тебе понадобилось бы времени на такую аналитическую справку? Хотя здесь не аналитика, а прям детективный сюжет.

— Примерно полчаса. И это с запасом. То, что мне подкидывает Багирович, намного интереснее. Там загадка на загадке.

— Настён. Может тебе, пока не поздно, следует сменить учебное заведение? Скажем, пойти на юридический?

— Нет, мне там будет не интересно. Слав, я ведь привела тебе пример из жизни, а сама не хочу работать ни следователем, ни прокурором, ни судьёй. Не выдержу психологически.

— И правильно, а то как подумаю, что жена, сняв дома форму, будет под подушку класть пистолет и в случае домогательств с моей стороны….

— Слава… — Настя странно посмотрела на меня, но ничего не сказала, а я ведь почувствовал, что она хотела сказать.

— Ты о том, что страшнее полицейского и твой арсенал намного весомее и убийственнее пистолета?

— Об этом тоже.

— Ой, блин… Совсем забыл, — и побежал на кухню, когда до меня донесся запах уже горевшей на сковороде картошки, о которой напрочь забыл…

* * *

— Анатолий, информация, что мне предоставил, не даёт полного представления о Бутурлине. Что есть ещё?

Человека, что сейчас сидел в кресле и смотрел немигающими глазами на начальника своей службы безопасности, боялись фактически все окружающие. Не только люди, кто каждый день сталкивался с ним по работе, но и те, кто общался вне служебных обязанностей. И лишь немногие знали, что за внешним обликом этого грозного человека скрывался совсем другой человек.… И одним из таких был нынешний собеседник, полковник в отставке, Анатолий Григорьевич Ремесов, который Арсения Багировича Давота знал почти четверть века.

— Арсений. В справке, что тебе предоставил, лишь факты, которые подтверждены на все сто процентов. Ты, как и я, не полагаемся на слухи и домыслы.

— Слухи? — мужчина лишь изобразил улыбку. — Хорошо, огласи слухи или, как ты говоришь, непроверенную информацию. Слушаю.

— Хорошо. Начнём с самого начала. Вячеслав Викторович Бутурлин как живой человек не существует, — увидев вздёрнутые в удивлении брови собеседника, пояснил. — Если мои источники правдивы, его настоящее имя — Алексей Владиславович Ланской. Так его назвала его сестра, недавно трагически скончавшийся полковник ФСБ Александра Ланская. Даже мне со своими связями эту цепочку до конца не размотать — всё наглухо закрыто и находится под двумя грифами. Мальчишку вырастил и воспитал мой коллега — отставник ГРУ. Усыновил и даже дал свою фамилию. По имеющейся информации, подготовил парня настолько хорошо, что он в одиночку способен выстоять против группы спецов. Умеет вычислять слежку, уходить от неё. В свои сорок лет имеет отличную физическую форму — постоянно её поддерживает. Владеет навыками ножевого боя. Об огневой подготовке сведения отсутствуют, но, по моему твёрдому убеждению, наставник натаскал парня до самого высокого уровня. Что дальше? Закончил с отличием университет как филолог. Спустя три года поступил в медицинский. Закончив, получил специальность психотерапевт. Отмечу, сократил срок обучения в ВУЗЕ на два года, сдав экзамены и практику досрочно. Работает по специальности, хотя трудно назвать, что он делает, психологическими консультациями, долгое время, начав деятельность в двадцать шесть лет. Сначала занимался частной практикой, а после получения диплома, организовал всё официально. За всё время не допустил ни одной ошибки в прогнозах. С людьми сходится тяжело, но поддерживает связь с бывшими сокурсниками по университету и меду. Выдержан и вывести его из себя задача чрезвычайно сложная. Отмечу — не конфликтен, пока дело не касается его невесты. Тут он уже прёт буром, ломая всех, кто стоит на его пути.

— Да, помню, как поставил на уши институт, где учится Анастасия. Многим поломал жизнь.

— Поломал? — зло усмехнулся мужчина. — А бы на его месте вообще бы поубивал с десяток человек. Те ещё легко отделались.

— Ладно, опустим. Что там с его так называемой сестрой? Ты сказал, она полковник ФСБ?

— Есть информация, что Бутурлина по решению родной сестры хотели привлечь к работе на государство. Есть в структуре несколько отделов, о которых мало кто знает. Вот туда и хотели… Наш фигурант категорически отказался. В первом случае выставил полковника Ланскую полоумной дурой, а во втором… не знаем, что произошло, но к офису Бутурлина была вызвана скорая, которая зафиксировала у женщины обширный инфаркт. Каким образом возник, осталось неизвестным.

— В смысле, каким образом? Инфаркт он и есть инфаркт.

— Только он может быть естественным, по состоянию здоровья или искусственным. Арсений, есть много вариантов. От химии или… иного воздействия. Не исключаю возможности, что причиной был Бутурлин. Забыл добавить. Группа из Москвы, которая была направлена, чтобы захватить Анастасию, и тем самым заставить нашего фигуранта пойти на некий компромисс с сестрой, потерпела полный крах. Опытного оперативника Бутурлин вскрыл как ребёнка, и им ничего не оставалось, как свернуть операцию. На обострение не пошли.

— Похитить девушку, чтобы потом шантажировать Вячеслава?

— Именно так. Случайность или нет, но совсем недавно полковник Ланская вместе с семьёй, где она была приёмной дочерью, организовали на природе костёр, чтобы приготовить выловленную рыбу. И совпадение, что как раз под тем костром оказалась авиабомба времён Великой Отечественной. Вся семья погибла на месте, а Александра Ланская чудом выжила — в момент взрыва спустилась с пригорка, где были остальные, к воде. Её, полуживую, усели довезти до госпиталя. Сделали несколько операций и даже появилась надежда на благоприятный результат, но, как это бывает, неаккуратная медсестра оступилась и, запуталась в куче проводов аппаратуры, что поддерживала жизнедеятельность больной. В итоге — досадная случайная смерть.

— Случайная ли, Анатолий? — Арсений Багирович с недоумением посмотрел на безопасника. — Я вот так не думаю. То, чем занимается Бутурлин, вообще выходит за рамки понимания. Я, например, знаю несколько коллег, которые после посещения Вячеслава поступили, как он советовал, и смогли избежать очень серьёзных потрясений. Не только в бизнесе, но и в личной жизни. Поделились со мной такой информацией, что невольно заставляет на этого человека смотреть с большой осторожностью. Кстати, к нему можно попасть на приём?

— До конца года записи нет, — усмехнулся безопасник. — Да, так бывает. Как вариант — или договариваться лично, или перекупить место и время у кого-то, кто записался ранее. У него лимит — максимум четыре человека в сутки. Исходя из этого, можно судить, что человек работает на максимуме своих возможностей. Что, появилось желание узнать будущее?

— Почему бы и нет? У меня есть вопросы, которые ему можно задать, потому что никто другой на них ответить не сможет.

— Начать работать по этому вопросу?

— Давай.

— Арсений, ты так и не успокоился по поводу Насти? Было же сказано в лоб, что она невеста Бутурлина.

— Невеста, жена… Какая разница. Эта девчонка запала мне в душу. Ложусь спать, просыпаюсь — стоит перед глазами. К тому же голова у девочки… Не могу поверить, что за каких-то пару дней Настя способна сделать долгосрочный анализ. Не верю, понимаешь? А она делает. Проверяли все её отчёты, прогоняли на вычислительных комплексах и те давали совсем иной прогноз, а в итоге единственным правильным был анализ Насти. Не человек, а супермашина. Гений в юбке.

— И при всём притом, Арсений, я против Бутурлина не пойду. Говорю заранее, чтобы не рассчитывал, — безопасник говорил совершенно серьёзно. — Знаешь ведь мою чуйку. Она никогда меня не подводила, а тут орёт истошным голосом, чтобы держался от этих двух как можно дальше. Я уже говорил — и сама Настя непростая девушка. В институте, где она учится, пошёл слух, что Анастасия умеет отводить взгляды, влиять на людей. Думаю, Бутурлин не просто так сошёлся с Анастасией. Тем более, не скрывая, сказал, что он её наставник. Вспомни запись, когда ведьма, что попыталась взять под контроль двоих, не смогла повлиять на девушку. Та лишь вздрогнула и сделала шаг назад. А реакция Вячеслава? Две секунды замешательства и он, закрыв глаза, схватил за горло и без напряга одной рукой вздёрнул над полом взрослую женщину, когда все остальные гости, впав в оцепенение, замерли без движения. Пересматривал эту запись много раз, и стало жутко, честно скажу. Эти двое отличаются от обычных людей. Подумай, надо ли тебе ссориться с ними? Положительного результата, уверен, не будет, а что для тебя обернётся реальной катастрофой, сомнений нет…

— Анатолий, так я даю Насте такие документы, что воспользуйся она ими по злому умыслу, разорит меня к чёртовой матери. Что, советуешь прекратить сотрудничество?

— Я не о том. Давай говорить честно, коль знаем друг друга много лет. Ты живёшь надеждой, которая никогда не сбудется. Я наблюдал за девушкой, поэтому могу сказать с уверенностью — она своего Бутурлина боготворит, не то, что любит. Он для неё всё. Отмечу, что и у мужчины чувства такие же. Сунешься между ними — уничтожат. Что касается сотрудничества… Трудно что-либо посоветовать, но всё же снизить активность. Тем более не следует отдавать в чужие руки важные документы. На тебя выходят люди, которые просят аналогичную услугу, вот и стань прокладкой между заказчиками и исполнителем. Тебе это ничего не будет стоить, а плюсов много. Информация в наше время бесценна. Ты бы лучше Мадине цветы послал. Влюблена в тебя девочка, а ты её в упор не замечаешь.

— Я Мадину никогда не любил и не смогу полюбить. Понимаешь, это на уровне подсознания. Мне неприятно её видеть, не говоря уже прикасаться. Истинная мусульманка, а я? Сам знаешь, живу на свете без веры. Не буду спорить, красивая девушка, и женитьба на ней принесёт много плюсов, но минусов намного больше. Всё, Анатолий Григорьевич, иди, работай. У меня, да и у тебя всегда есть дела. Что замер? Вспомнил ещё что-нибудь?

Мужчина, что уже успел подняться, скривился как зубной боли.

— Есть, да. Не хотел говорить, но пусть это будет для тебя размышлением. Не так давно, в средине месяца, Бутурлин с девушкой на выходные уезжали в Новгородскую область. Как раз в тот район, где мы купили землю и планируем построить с полдесятка домов. Сняли на пару дней некотируемый коттедж в глухом месте, практически в лесу и вернулись в город только в воскресенье ночью. В воскресенье к ним приехали приятели, которые там остались отдыхать ещё на неделю.

— И что в этом интересного? В том, что купленный нами участок земли совпал с местом отдыха Бутурлина? Вячеслав обеспеченный человек, может себе позволить улететь на пару дней даже в Монако или в Ниццу.

— Дело в том, что в субботу, сравнительно недалеко от места, где они остановились на отдых, произошла так называемая «сухая гроза». Это редкое природное явление, когда из чистого неба в землю начинают бить молнии. Одна за другой словно из пулемёта. Без грома. Только ветер усиливается. А здесь ветер был просто ураганный и кружил именно над тем местом, куда и били молнии. Интересно, правда? А самое загадочное, что по рассказам местных, в тех местах было древнее капище. Не правда ли любопытное совпадение? И ещё…

— Думаешь, Бутурлин колдун? — Арсений Багирович усмехнулся.

— Колдунам капище для работы не требуется. В таких местах проводят обряды волхвы. Знаешь кто это? Если Вячеслав с Настей приехали туда с целью проведения обряда, всё остальное складывается как пазлы в мозаике. Опять же, по рассказам местных, последнее такое светопреставление было в тех местах лет десять назад. Не удивлюсь, что и тогда Бутурлин был на капище. К чему рассказываю. Можешь представить его силу и возможности? И ещё… — Мужчина передёрнул плечами. — Совсем недавно Бутурлин ездил к одному из своих постоянных клиентов. Не один, с Настей и та, отмечу особо, не Вячеслав, провела какой-то обряд на этаже, где сидит руководство. Что там было, узнать трудно — всех сотрудников на час убрали из кабинетов. Забавно, да? Мне кажется, тема для размышлений огромная.

Начальник службы безопасности тряхнул пару раз головой, словно приводя себя в чувство, и мягкой кошачьей походкой вышел из кабинета, беззвучно открыв и закрыв за собой дверь.

— Волхв? — губы хозяина кабинета поползли в сторону, образуя улыбку. — Насколько знаю, последние из них давным-давно умерли, не оставив после себя последователей и учеников, да и Боги, которым они поклонялись, сами ушли в небытие. О них разве что в интернете можно прочесть, а люди напрочь забыли.

Но что-то свербело в сознании, не давая успокоиться. Своего старого товарища не хотел вновь озадачивать, поэтому, найдя в записной книжке фамилию, набрал на телефоне номер человека, к которому давно не обращался.

— Профессор, добрый день. Беспокоит Давота Арсений… Как Ваше самочувствие? Как супруга?.. У меня всё нормально, спасибо… Николай Михайлович, ещё раз простите за беспокойство, но кроме Вас мне не к кому обратиться… Именно как к знатоку русской истории. Вопрос на первый взгляд может оказаться забавным. Можете сказать, кто-нибудь из истинных волхвов, не ряженых, остался на Руси? Или хотя бы кто были последние? Как их звали не надо. Хотя бы фамилии… Что, вот так сразу? Хорошо, слушаю. Кто, говорите? Прокловы и Ланские? И когда? Тридцать лет назад последнее упоминание? А что случилось с семьёй Ланских?

— Последнее упоминание было тридцать лет назад, после чего большая семья внезапно исчезла без следа. Прямо мистика какая, Арсений. Когда туда приехала милиция, в трёх домах, что стояли рядом, все вещи оставались на своих местах. Ничего не исчезло, даже деньги не пропали. Один из жителей, кто был знаком с главой этой семьёй, пройдя по дому, заявил, что ничего не похищено, разве что вместо старинных книг и древних рукописей, которыми был заполнен один из двух книжных шкафов, стояли совсем другие книги. Советских авторов… Больше о них никто ничего не слышал.

— Спасибо огромное, профессор. Если бы не Вы, мучился бы от неразрешимого вопроса… Пока не точно, но есть подозрение, что такие уникумы остались… Да, если подтвердится, обязательно сообщу… Спасибо Вам. Привет супруге.

Положив телефон на стол, Арсений Багирович встал и подошёл к огромному панорамному окну, бездумно смотря на Неву, говоря сам с собой.

— Профессор сказал, что вместе жили три семьи. Близкие родственники и только в одной семье были дети. Мальчик и девочка. Похожие как две капли воды. Двойняшки. Последние волхвы. Куда делись люди, так и осталось неизвестно. Следствие было, но потом дело закрыли и сдали в архив.

И что произошло на самом деле, когда спустя тридцать лет два уже взрослых человека отыскали друг друга и один демонстративно отказался признавать другого? Странная история, но браться за её распутывание смысла нет, да и пахнет она… совсем погано. Значит Ланской, который теперь Бутурлин, волхв? И что мне от этого? Ничего. Разве что следует быть более аккуратным и осторожным, а не то новоявленный волшебник разозлится, да как вмажет молнией по темечку.

Арсений улыбнулся, прыснул со смеху, представив, как один мужчина бьёт молнией, словно дубиной, схватив за один конец, по голове другого человека… выпустив из себя на короткое время того ранимого, смешливого и наивного человека, которого с раннего детства тщательно прятал от всех на самом дне своей души.

— Настя… Зеленоглазая заноза в сердце, но я мужчина, должен справиться со своей слабостью, заставить себя не думать о девушке. Увы, прекрасно понимаю, что никогда не смогу полноценно заменить Вячеслава, чтобы она на меня ТАК смотрела и ТАК любила… Увы, я не такой. Не хуже и не лучше. Просто совсем другой…

Вздрогнул от минутной слабости и снова наглухо закрылся, став самим собой. Подошёл к столу и нажал кнопку селектора.

— Виктория. Начальники отделов собрались? Хорошо, спасибо. Передайте, сейчас буду.

И уже через десять минут привычная жизнь делового человека начисто вымыла из головы все посторонние мысли, оставив лишь те, что были нужны для дела сейчас и в ближайшем будущем…

* * *

Прошло всего пара месяцев, ну, может чуть больше с момента, как меня посетил известный журналист и сегодня, словно выждав, когда у меня появится небольшое «окно» между клиентами, заскочил в гости. Зашёл в двери, пропустив вперёд Настю, вручил девушке огромный букет цветов, а мне в руки сунул пакет.

— Не взятка, — рассмеялся мужчина. — Благодарность. Не только от меня, от всего нашего коллектива. Знаете, меня чуть с работы не турнули, когда объявил во всеуслышание, что в стране, куда надо ехать, чрезвычайно опасно. И что бы вы думали? Две недели не прошло, как там случился госпереворот. Волнения, стрельба на улицах. Может редакция и прошляпила актуальную информацию, но, по крайней мере, никто из наших не пострадал. Сейчас там всё стихает и через пару недель съемочная бригада во главе со мной поедет снимать последствия случившегося. Помню всё, что Вы сказали, Вячеслав Викторович, но отмеченный срок в полтора месяца уже давно прошёл. Огромное Вам спасибо. Я побегу?

— Минуту.

Не стал приглашать приятного человека в кабинет и прямо в холле нырнул за грань. Дорога журналиста была чистой до конца марта, а дальше было что-то нехорошее. Обернулся назад. Молодец, что меня послушал. За спиной его жизненный путь был покрыт густым туманом. Настолько резко вернулся в реальность, что не удержался на ногах, качнуло в сторону. Хорошо, мужчина подхватил под руку.

— Алексей Михайлович. В ближайшее время проблем не будет, но в марте Вам следует поберечься. Во второй половине месяца. Будет что-то очень нехорошее. Если намечаются командировки — отказывайтесь сразу. Кончится плохо.

Журналист смотрел на меня, медленно бледнея.

— Ну вот… От одного уберёгся, второе накатывает. Говорите, конец марта? Что ж, время пожить ещё есть, как и есть и догадка что может случиться. Спасибо Вам за информацию. Сколько должен?

— Нисколько. Если найдёте время, в конце февраля выделите время, приходите. Приму вне очереди. Посмотрю внимательнее что там такое. Так, навскидку, было не определить.

— Спасибо ещё раз и до встречи. Приду обязательно. — И, явно через силу заставив себя улыбнуться, мужчина вышел на улицу.

Повернулся к Насте, и та словно ждала, с разбегу запрыгнула на меня. Обняла, поцеловала.

— Я соскучилась.

— Я тоже, милая. Как у тебя? Всё в порядке?

— Да. Слав, а что ждёт этого человека? Он ведь журналист, верно?

— Да. Очень именитый и известный. Хотел ехать в командировку, но я ему не посоветовал. Сказал, что любой, кто туда поедет, может назад не вернуться. Решили не рисковать, сама слышала. Я видел по телевизору, что там творилось. Масса убитых на улицах. Погибла в полном составе съёмочная группа из Франции… Африка есть Африка. Там никогда не бывает стабильности. Сейчас заглянул в его жизнь — в конце марта дорога судьбы клубится тьмой. Что там, не понял, ведь толком даже и не смотрел. Видел однажды подобное — это похоже на тяжёлую неизлечимую болезнь.

— Поможешь?

— Я за ПОДОБНОЕ никогда ещё не брался. Не Кашпировский и не Чумак, чтобы лечить на расстоянии. У меня другой профиль, а если берусь, довожу дело до конца, но тут даже не знаю. Говорю, надо смотреть внимательно. Может не всё так плохо, как показалось… Минут через десять придёт очередной клиент. Обед я заказал — контейнеры поставил в холодильнике. Ты разогрей, покушай, меня не жди. Я если честно, совсем есть не хочу.

— Расстроился? — девушка слезла с меня, но до сих пор продолжала обнимать.

— Есть такое. Пойду, пожалуй, в кабинет. Надо взять себя в руки и успокоиться…

* * *

Через два дня новое воспоминание о прошлом. Настя, разбирая почту, наткнулась на конверт, который был адресован именно ей. Открыла и я даже через закрытую дверь услышал непонятный писк. В тот момент у меня никого не было, поэтому вышел в приёмную и увидел на лице девушки неподдельное изумление. Настя ничего не сказала, протянула лист бумаги. Прочёл и хмыкнул. Ну да, слова не остались словами — пришло приглашение на кинопробы. В конверте были два листа с текстом, который надо было выучить наизусть и короткое примечание для понимания кто это говорит и при каких условиях.

— Что, Настён, Арина Сергеевна про тебя не забыла?

— Я, думала, это были просто любезности, не больше, — девушка, как мне показалось, была расстроена.

— И твои действия? Попробуешь?

— А почему и нет? — внезапно в глазах Насти сверкнула решимость. — Арина ведь сказала, что подобный шанс может выпасть раз в жизни, хотя не уверена, что даже пройду пробы. Буду среди профессиональных артистов выглядеть белой вороной. Шансов мало, но всё равно попробую. Что бы потом не жалеть.

— Согласен. Сколько осталось? Два дня? Успеешь выучить текст?

— Успею. Только одна просьба, Слав. Туда поеду одна, ладно? Без тебя буду чувствовать себя увереннее и не стану отвлекаться.

— Дело твоё. Хотя в выходной день мог бы тебя и довезти.

— Нет. Сама…

- -

Не стал настаивать, но в субботу сначала проводил Настю, а спустя полчаса поехали сам. Не из-за боязни за девушку, хотя и беспокоился, чего скрывать, но больше хотелось посмотреть со стороны как Настя будет себя держать среди незнакомых людей в стрессовой ситуации. Накануне связался по телефону с Ариной Сергеевной и когда попросил её содействия, та, хохоча, решила по мере сил мне помочь. Спрятать так, чтобы я всё видел, а вот сам остался незамеченным. На студию приехал чуть позже Насти. Меня встретили и провели в смотровую, где переодели в другую одежду и в гримёрке нанесли грим. После всех манипуляций посмотрелна себя в зеркало и удивился — передо мной стоял совсем другой человек, совсем на меня непохожий. Более того, меня словно нарочно посадили меня среди людей, кто отсматривали претендентов, а в зале таких сидело человек пятнадцать. Это первый этап. Второй должен был пройти тоже сегодня, чуть позже, когда всех переодевали в костюмы и делали пробную съёмку. Всё бы ничего, но режиссёр, которому было поручено снимать современную сказку с элементами мистики, зацепившись за меня взглядом, пошептался с Ариной Сергеевной, а потом ещё с двумя мужчинами, которые на протяжении пары часов продолжали на меня бросать непонятные взгляды.

Настя была где-то во втором десятке претендентов и, на мой взгляд, прочла текст лучше большинства профессиональных артисток. Не кричала, без нервов, но вкладывая в текст необходимые чувства. И совсем не удивился, когда через час невеста оказалась в числе трёх претенденток, что были приглашены на кинопробы. И ещё через час, когда девушек переодели, нанесли грим и сначала стали фотографировать, я обомлел. Настя вроде бы и полностью преобразилась, а с другой стороны её трудно было спутать с другими девушками. Может только мне такое показалось, скорее это было чисто субъективное суждение, но для роли юной лесной ведьмы Настёна подходила просто идеально.

Два подхода под объективы камер, где девушки отыграли, прочитав текст на белом заднем фоне, и объявили перерыв. Тут-то я и попал…

Ко мне подошли Арина Сергеевна и Никита Корчалов, режиссёр. Пришлось поднятья. Знаменитая актриса, как всегда с юмором и лёгкой хрипотцой в голосе показала на режиссёра.

— Вячеслав Викторович. Тут у меня поинтересовались, кто такой фактурный сидит в зале, — женщина еле сдерживала смех, кидая поверх очков насмешливые взгляды в сторону коллеги по ремеслу. — Объяснила в двух словах, что Вы к кинематографу не имеете никакого отношения. Точнее, имеете, но косвенное. — Не удержалась, прыснула от смеха. — Но Никита Александрович прям извертелся на месте, увидев Вас. Представляете, даже на девушек перестал обращать внимание. Вопрос. Не хотите сами попробовать?

Я, естественно, понял, о чём идёт речь, но «включил дурака».

— Не понял о чём идёт речь. Если о кино, я даже не являюсь любителем ходить в кинотеатры, не говоря о большем. Хотите меня увидеть в качестве актёра? Знаете, если Вас устрою, а это вряд ли, вряд ли смогу сняться даже в эпизодической роли. У меня есть работа и клиенты, приём которых отложить не могу.

— А если пойдём навстречу и, если всё сложится, будем снимать в выходные и по вечерам? — Не выдержал режиссёр. — Увидев Вас, понял, что на роль героя, для которого никого так и не смог найти, Вы подходите просто идеально.

— Хотите сказать, среди тысяч профессиональных актёров не смогли найти подходящего?

— Именно. Есть двое близких по типажу, но те не будут восприниматься зрителями в должном виде. Понимаете, они несколько заклишированы, что… а у меня есть чёткое понимание видения героя. Хотя, чего мусолить? Я прошу подарить десять минут мне и искусству кино. Если у Вас не получится, значит, так тому и быть. Мы ж не заставляем Вас сделать пробу под угрозой смерти. Всего десять минут.

— Вячеслав Викторович, соглашайтесь, — с другого бока послышался женский голос. — Никита — человек, который видит потенциал. К тому же он как клещ. Прицепится, хрен оторвёшь.

Рассмеялся, видя на себе сосредоточенные взгляды двух известных людей. К тому же и помощники режиссёра подошли ближе и рассматривали меня как муху под микроскопом. Снова заметил на себе непонятные взгляды.

— Хорошо, согласен, хотя десять минут понятие абстрактное. Полчаса хватит? Что нужно делать?

— Есть! — Корчалов дёрнул от восторга рукой и вскочил, словно получил в мягкую точку разряд тока. — Миша, готовь третью студию. Камеры, свет, вентиляторы. Дима, нашего гостя срочно в гримёрку. Переодеть, загримировать для роли Вещего Олега. Только не увлекайтесь. Сейчас пробы. Найдите текст и пока с ним будут заниматься, пусть заучит наизусть.

Вот так. Обо мне в моём присутствии говорят уже в третьем лице. Вещий Олег? Подобное у меня кроме смеха ничего не вызвало, но раз дал согласие, надо соответствовать. Тем более мой отказ может отрицательно повлиять и на судьбу Насти.

Приятно, что Арина Сергеевна меня не оставила в беде, присутствуя неизменно рядом. После того, как переодели в имитацию старинной одежды, мной занялись гримёры. Хотели волосы сразу перекрасить в белые, но я запретил, чтобы потом не выглядеть чучелом. Пока сидел в кресле, Арина со мной учила текст. Не скажу, что лёгкий по содержанию, но тот был настолько трудно воспринимаемым, исковеркан стилизацией под старину, что не выдержал, сказал, что всё это бред, что раньше так не говорили.

— Вы знаете, как говорили в старину? — Арина открыла рот, чтобы возразить, но вовремя спохватилась. — Хорошо. Отойдём от правил. Смысл того, что надо сказать, понятен? Сможете сымпровизировать?

— Вполне. Могу текст растянуть по времени, а могу уложиться и в пару минут. Сколько надо?

— Давайте среднее — на три минуты. Теперь содержание. Вещий Олег в картине совсем не тот, что описан в Сказании. Он волшебник. Волхв. Не добрый и не злой. Нейтральный. Его задача — смотреть за порядком в царстве.

Остановил руку девушки-гримёра, которая занималась моим лицом, и пристально посмотрел на Арину Сергеевну.

— Вы осознаёте до конца, что предлагаете? Знаете ведь, чем занимаюсь, хотя не в курсе кто я такой.

Женщина впервые посмотрела на меня без улыбки, став серьёзной.

— А я и не предлагаю играть, Вячеслав. Станьте тем, кем Вы есть. Сбросьте маску цивилизованности, напускного безразличия и воспитанности.

— Считаете, что «прочли» меня до конца? Арина Сергеевна, не боитесь, что добрая сказка может превратиться в Фильм ужасов? Как мне кажется, к такому не готовы даже Вы, не говоря о режиссёре и съёмочнойгруппы.

— Попробуйте. Вас никто не ограничивает. Это ведь лишь кинопробы…

— Хорошо. Только давайте так. Съёмка будет не в павильоне, а на улице. Найдите закуток, где не будет лишних глаз. Вы сами предложили выпустить из себя то, что внутри. Не думаю, что на киностудии есть лишние деньги для ремонта павильонов.

— Вы сейчас серьёзно? — глаза женщины стали напоминали блюдца, да и гримёрша, как понял, слушая наш разговор, зациклилась на одной щеке, уже с полминуты как нанося тональный крем раз за разом на одно место.

— Если хотите увидеть плохого актёришку, можно в павильоне. Если волхва — только на улице. Выбор за Вами.

— Хорошо. Сейчас решу вопрос с режиссером, а Вас через пару минут проведут куда надо, — и Арина выскочила из комнаты.

Вскоре с моим лицом закончили и я, пока было время, закрыл глаза, задался вопросом — а на хрена мне всё это надо? Зачем закусил удила и пошёл против правил? Хотел сам себе или кому-то что-то доказать? ЧТО? Что волхвы, по сути, совсем не добрые волшебники? Что были одними из самых образованных людей на Руси? Показать, на что способен настоящий волхв? Ведь после обряда я осознал насколько во мне увеличилась сила, и по утрам, когда в офисе не было Насти, экспериментировал с новыми навыками. В таком случае нужно сменить всю одежду, избавившись от синтетики. Даже удивил возникший в душе детский порыв показать себя во всей красе…

Встал и подошёл к столику, рядом с которым в креслах сидели и пили чай две женщины — костюмер и гримёр. Обратился к той, что меня одевала.

— Раиса Григорьева. Сможете найти в своих запасниках то, что сейчас перечислю? Поверьте, это не прихоть избалованного человека, а вынужденная необходимость.

Мне на удивление пошли навстречу и через пять минут стоял одетый в более подходящий наряд — чистую рубаху длиной до колен, а вместо ремня верёвка. Самые простые широкие штаны и… лапти. Удивительно, но где-то отыскали. Ношенные, разваливающиеся, но ещё одно испытание должны выдержать…

- -

— Стоп. Снято. — До меня издали донёсся голос режиссера и к трём камерам подсочили люди, унося их из крохотного садика, где до этого был в гордом одиночестве. По моей просьбе аппаратура работала дистанционно — боялся за людей.

Продемонстрировал из возможностей только то, что было в сценарии. Никакой самодеятельности. Создал вокруг себя ветер, закольцевав его внутри дворика и продекламировал текст, как он бы звучал этак лет сто назад, а под конец из рук в небо выпустил разряд, похожий на молнию, только фиолетового цвета, сбросив отрицательную энергию, что накопилась во мне за последнее время. Так, на мой взгляд, было более впечатляюще. А что? Волосы развеваются под порывами ветра, руки немного светятся. Слова призыва к Богам, но без ключевых моментов и имён, а в заключении грохот и молния, устремлённая в небо. Красота!!! Никаких спецэффектов дополнительно не надо рисовать на компьютере. Всё вживую… Кстати, за спецэффекты надо будет потребовать доплату. Это, конечно, если устрою режиссёра. Хотя… вряд ли.

— Оху… хренеть. — Корчалов единственный, кто подошёл ближе, но не остановился, обошёл меня вокруг. — Вы… не понимаю, как такое может быть. Подождите, но это совсем нереально. Вы и… Нет, невозможно… Подождите, — мужчина растерянно посмотрел на стоявшую вдалеке Арину и как ребёнок неосознанно почесал в затылке. — Мне Ариша сказала, что Вы провидец, а, получается, это не так?

— Почему не так? Так. Только и не совсем так. Я служитель старых богов и тем, чем занимаюсь, лишь прикладное умение. Одно из многих. — Радовало, что мои слова больше никто не слышит — остальные люди стояли не ближе десяти метров. — Вы хотели увидеть настоящего волхва и его возможности? Я продемонстрировал лишь малую часть того, что умели ТЕ, древние волхвы. Город, это совсем не то место, где можно выпустить на свободу силы природы. Если бы такое сделал древний волхв — от квартала, где располагается студия, мало что осталось.

— А если это снять там, где не будет никаких препятствий? Сможете? — открыл от удивления рот, но не спросил, прошептал режиссёр.

— Не знаю. Может и смог бы, но не везде. Нужны места силы, где много столетий подряд проводились обряды. В городе подобных не осталось, да и поблизости нет. Хотя вру. Есть одно, но рядом построены жилые дома. Я не циркач, поэтому лишние глаза мне не нужны и как человек, который с уважением относится к Вашей работе, посоветую — не стоит затрагивать темы, о которых ничего не знаете. Тем более принижать реальные возможности волхвов, ведьм и ворожей, выдавая на экране карикатурно их образы. Подобные личности ещё остались среди живущих и могут Вас наказать за издевательство и насмешку. Не стоит об этом забывать.

— Я понял. — Режиссёр совсем сник, но я почувствовал, что в его голове заработал «моторчик», трансформируя услышанные слова в уже написанный сценарий. — И последнее. Вячеслав Викторович. Девушка, которую посоветовала Ариша… Она не профессиональная артистка, сразу это понял, но в ней, кроме неординарной внешности, есть и то, что мне нужно. Я прав?

— Не понял, что Вы сказали, но Настя не просто красивая девочка. Она потомственная ворожея. Если остановитесь на её кандидатуре, никогда не забывайте кто она такая. Кто её обидит или, тем паче, начнут приставать, руки распускать, ответит так, мало не покажется.

— То есть она будет играть саму себя? — рассмеялся уже пришедший в себя режиссёр. — Круто. Такого у меня за сорок лет работы ещё не было.

— В жизни всегда что-то случается впервые. Я свободен?

— Да. Спасибо. Я обязательно свяжусь и сообщу о результатах проб. Сегодня ведь только первый день, а их впереди ещё четыре. Сами съёмки начнутся в конце января.

— Тогда спасибо за интересно поведённое время и всего доброго. Просьба. Найдите мне человека, который сможет провести обратно в гримёрную. Здесь всё настолько запутано, что, боюсь, сутки буду искать нужную комнату.

— Сейчас организую.

Так и случилось. Через полчаса, с чистым лицом и в своей одежде меня довели до проходной и там, попрощавшись, выпустили на свободу. Настю ждать не стал и поехал домой. Она вернулась только к ужину. Уставшая до невозможности, но довольная и счастливая. Ещё с час рассказывала, что происходило в студии.

— Как считаешь, пройдёшь этот кастинг? — улыбался, наслаждаясь тем, что, как и обычно, девчонка лежала, свернувшись у меня на коленях.

— Не знаю, Слав. Там были ТАКИЕ профи, а я… ощущала среди них не в своей тарелке. Вроде отыграла роль нормально, с нужными чувствами. Текст не путала, но… Сам ведь понимаешь, с людьми искусства режиссёру всегда легче работать, чем с пришлыми, кто к актёрской профессии не имеет отношения. Видела, как Марина Исхакова, которой было сказано стать нежнее и соответствовать возрасту героини, словно по мановению волшебной палочки прямо на глазах стала девчонкой лет пятнадцати, а ей за тридцать! Даже визуально рост уменьшился. Я так никогда не смогу.

— А ни тебе, ни мне не надо всю жизнь изображать других людей. Проживать чужие жизни и заниматься лицедейством. Мы сами другие, не такие как все. Разве я не прав?

— Так. И мне это нравится. Даже в какой-то момент поняла, что смешно играть саму себя.

— Котёнок. Не надо играть, воплощаясь в другого человека. Всегда будь сама собой…

Глава 13

Нет худа без добра, это точно. В знак примирения, как было написано в сопроводительном письме, и в виде компенсации за моральный ущерб нам прислали годовой абонемент, «Бриллиантовую карту зрителя» на любые спектакли, концерты и выставки, что будут проходить в городе. Чтобы попасть туда, куда желаем, надо только набрать номер телефона оператора и сообщить время посещения и те места, которые хотели бы занять.

Настя была ошеломлена подарком, да и я немало удивился щедрости Совета клуба меценатов, понимая, что подобная карта должна стоить огромных денег. Прогнулись толстосумы. Им было не так важно, как выглядят в наших глазах, это мелочь они, не скупясь, оплатили наше молчание.

— И куда пойдём? — Настя крутила в руках сверкающий прямоугольник.

— На твой вкус. Только не на балет. С детства не перевариваю подобное искусство. Всё это красиво, но раз в детстве попал в Мариинку на второй ряд. Еле выдержал до антракта, ушли со смеющимся дедом оттуда. Ты бы слышала, как артисты стонут и кряхтят во время прыжков и всех этих выкрутасов. Какой грохот доносится со сцены, когда они танцуют. Стадо прыгающих оленей, честное слово.

Девушка хохотала, слыша мои слова.

— Ага, тебе смешно, — я продолжил, вспоминая пикантные моменты. — Аналогично отношусь и к опере. Мне было, если память не подводит, двенадцать лет, когда деда повел в Малый оперный на Евгения Онегина. Содержание тебе напоминать не надо, как и возраст главных действующих лиц. Представь моё чувство, удар по юношескому восприятию, когда в роли Татьяны на сцену вышла мадам лет за пятьдесят и весом этак килограммов за сто, если не больше. Когда легла на кровать, чтобы прочесть письмо, по залу разнёсся жалобный скрип кровати. Не я один такое услышал — многие зрители улыбнулись. Всё понимаю, голос должен быть соответственным, но возраст и комплекция… Это ведь просто идиотизм. Неужели нельзя было найти более подходящую певицу? Уверен, такие были, есть и будут, но правда неприятно, когда жирная бабища, пусть и прима с необыкновенным голосом, в необъятной сорочке, под которой просвечивалось платье, ложится на кровать перед зрителями. Не поверишь, мне ещё не одну ночь снилась та сцена, только в более жёстком виде. Как та мадам ложится, и кровать не выдерживает, ломается. Хотелось бы посмотреть — чтобы она бы делала? Наверняка застряла бы там и её пришлось вместе с кроватью уносить за сцену.

Настя уже плакала, схватившись за живот.

— Слав, прекрати смешить. Дедушка с детства тебя пытался приобщить к прекрасному, а ты…

— А я ещё ребёнком понимал, что во всём должна быть разумная мера. Если балет, то, блин, оборудуйте сцену так, чтобы не закрывать глаза от страха — провалится под прыгнувшим мужиком пол или нет. Они ведь, заразы, высоко прыгают.

Настя уже всхлипывала, тряслась, жалобно смотря на меня.

— Слав… Всё… Больше не могу… Пожалуйста….

— Это ещё не все впечатления, хотя, знаешь, апофеозом был праздник народного творчества. Где проходил, убей, не помню. Скорее всего, в каком-нибудь Дворце культуры. Русские народные танцы, хороводы и тому подобное. Песни, частушки. Всё было здорово, пока не устроили кольцо-вертушку. Может по-другому называется, не суть. Это когда мужчины в центре кружатся почти на месте, раскручивая девушек, держа их за руки, что те буквально горизонтально висят над полом. И вот одна из таких, то ли сама не удержалась, то ли у партнёра выскользнул из рук, но факт остается фактом — улетела со сцены в оркестровую яму. Думал всё, хана, убилась насмерть. Нет, выскочила на сцену и, словно ничего не случилось, снова включилась в танец. Минуту спустя снова полёт. Туда же. Вначале показалось, улетела другая. Нет, та же самая. Знаешь, что меня рассмешило? Реакция дирижёра — тот на пару секунд исчез из поля зрения, согнулся, чтобы в него не попали… Удивило, что и на этот раз мадам выскочила на сцену, словно всё это было запланировано заранее. В тот раз дождался окончания концерта и потащил деда к оркестровой яме. Хотелось собственными глазами убедиться, что там есть какое-то определённое место. С мягкими матами или матрасами. Фиг. Ничего такого не было, но заметил два развитых в хлам пюпитра, подставки под ноты.

— Слав, прекращай. Хочешь, чтобы у меня живот целый день болел? — Настя потихоньку приходила в себя. — Поняла, что на балет, в оперу и на народные танцы ты не пойдёшь. В театр имени Ленсовета как? Или в БДТ?

— Соглашусь. Малыш, выбери сама. Если доверишь это дело мне, буду придираться к мелочам и в итоге вообще никуда не пойдём.

— Я это уже поняла. Всё, настраивайся на серьёзный лад. Скоро третий посетитель. Вячеслав Викторович, шли бы Вы вообще в свой кабинет, а то трудно вернуть деловой настрой, видя Ваше задумчивое лицо. Знаю, через секунду услышу очередной казус.

— Пожалуй, в самом деле пойду, а то хочется рассказать, как в фойе во время антракта случайно наступил на трен, шлейф платья одной известной певицы, оставив ту в одном белье перед взорами почитателей её таланта.

* * *

Работа продолжилась и сейчас передо мной сидел очередной человек, пришедший за советом как избежать неприятностей в жизни.

— Александр Григорьевич. Не всё так плохо складывается, как рассказали. Проявите более мягкое отношение к подчинённым. Вы ведь часто срываетесь, особенно на тех, кто с Вами с самого начала. Они в Вас верят, а зачастую получают незаслуженные оплеухи. Например, бухгалтер. Могу лишь предупредить, что её нервы на пределе. Возможно, скоро напишет заявление и уйдёт. Будет первой ласточкой. За ней потянутся и остальные.

— Вы прям тираном меня выставили. — Мужчина пенсионного возраста посмотрел на меня с вызовом. — Я никого не притесняю, но если в работе нахожу грубые ошибки, указываю на них прилюдно. Все без исключения должны относиться к работе с полной ответственность.

— Дело, конечно, Ваше, но разве нельзя поговорить с подчинёнными наедине? Люди и так переживают, что допускают ошибки. Это люди, не машины, хотя и машины ломаются и допускают брак.

— Если ломаются, их надо чинить или заменять, вот и всё.

— Если бы в жизни всё было так просто. Мне кажется, я ответил на все заданные вопросы. Пожалуй, закончу тем, что повторю главное — Ваш сын не сможет Вас заменить на руководящей должности. Не потянет груз ответственности и если его всё же назначите, будьте готовы, что предприятие, которым руководите более тридцати лет, через полгода прекратит своё существование.

— И вновь позвольте с Вами не согласиться, — мужчина пошёл пятнами, стараясь сдержаться, не хамить. — Я прекрасно знаю как недостатки сына, так и его достоинства. Он жёсткий человек, согласен, и будет руководить коллективом железной рукой. Он уже имеет опыт подобной работы и показал себя с положительной стороны.

— Ликвидировав половину филиалов фирмы, где работал исполнительным директором? Это Вы считаете его достоинством? Успехом в работе? Давайте на этом закончим. Я дал исчерпывающие ответы на все заданные вопросы, а прислушаетесь к моим рекомендациям или нет — Ваше право. Каждый человек творец своей судьбы. Всего Вам доброго…

- -

— Вероника Николаевна. Повторяю, я не в силах повлиять на Вашего мужа, чтобы тот бросил любовницу и вернулся в семью. Позвольте задать вопрос. Вы, прожив с ним двадцать лет, интересовались, как у него идут дела? Почему по нескольку дней подряд остаётся ночевать в офисе? Приносили ему еду? Домашнюю, сделанную именно Вами? Никогда не задумывались на тему, почему он предпочёл Вас, красивую женщину, другой? Внешне проигрывающей со всех сторон, но, согласитесь, одной красотой мужчину не удержать. Любовь — чувство, которое, как и страсть, со временем перерастает, трансформируется в нечто другое. В первую очередь в заботу о партнёре. Видимо Ваш супруг нашёл в той, другой женщине то, чего так и не смог дождаться от Вас. Вы последние годы нигде не работали, верно? Все дни проводя исключительно с пользой для себя. Косметологи, фитнес, бассейн. А чем поделились с мужем?

— Считаете, мужчине рядом не нужна красивая женщина? — дама сказала это с вызовом, как неразумному ребёнку. — Сколько ни была на приёмах с мужем, все его коллеги и партнёры завидовали Алексу, что рядом с ним такая шикарная женщина.

— Простите, если скажу чуть более откровенно. Это ведь чисто внешнее суждение. Красивая женщина, как сказал один мудрец, сродни конфете. Только, когда развернёшь обёртку, начинка не всё оказывается сладкой.

— Вы переходите грань дозволенного, — лицо клиентки пошло красными пятнами.

— Я заранее извинился, а кроме того изначально говорил, что не станем акцентировать внимание на любовных делах и бизнесе. Будем говорить о жизни и тех преградах, которые ждут своего часа на Вашем жизненном пути. Но Вы каждый раз любыми способами возвращаетесь кому, что волнует в первую очередь — как вернуть мужа. Я уже, наверное, раз пять сказал — уже поздно, не вернете, потому что сами не готовы измениться внутренне, а без этого ничего не получится. В заключение нашего разговора могу посоветовать два основных факта, с которыми столкнётесь в дальнейшей жизни. Первое — если начнёте судиться с бывшим мужем, останетесь без всего. Потеряете даже то, что он Вам обещал. Второе. Не торопитесь с выбором нового спутника жизни. Не знаю как дальше, но в течение ближайшего года Вы никого из тех, с кем сможете создать семью, не найдёте. И Ваш нынешний партнёр, если не ошибаюсь, тренер из фитнес-зала, что моложе Вас на много лет, совсем не тот, что Вам нужен. Понимаю, льстит, что молодой красивый мужчина оказывает столь явные признаки внимания, но подумайте сами — что будет через пять, семь, десять лет.

— Конечно, Ваши слова меня удивили, особенно, что касается Миши, тренера, но я за него и не собираюсь выходить замуж. Красивый, сильный, неутомимый, страстный, но внутри ничего нет, да и за душой ни гроша. Что касается развода, смириться не смогу. Этой сучке что, должно достаться всё, а я пойду по миру? Нет, не бывать такому.

— Вероника Николаевна, давайте на этом и закончим. Уже, кажется, пошли на шестой или седьмой круг. Извините, но время, отведённое для встречи, давно вышло. Всего Вам доброго…

Дама ушла, у меня во рту привкус уксуса. Кисло и противно. Жила за счёт мужа столько лет, меняла любовников как перчатки, а тут оскорбилась, что супруг нашёл женщину, с которой ему стало спокойно. Кто заботится о нём не на словах, на деле. Кому не надо его деньги, а нужен именно он сам, со всеми рабочими проблемами и болячками. А эта оскорбилась. Ну как же потерять такую золотую кормушку. И ведь изначально все вопросы были поставлены неправильно. Не как самой измениться, чтобы вернуть мужа, а как не потерять прежний образ жизни. Страшно стало, что все походы в ресторан с подругами и иные развлечения придётся забыть. Если не навсегда, то надолго. Возможно, и подруг потеряет и очередного любовника, когда не будет хватать денег… Сколько же на свете безмозглых эгоистов? Диву даёшься.

- -

В кабинет, постучав, зашла Настя. Увидев выражение моего лица, покачала головой.

— Опять что-то не то? Устал?

— Всё не то, малыш. Знаешь, когда напротив тебя сидит личность, интересно работать. Можно поговорить на разные темы. Получаю от общения удовольствие. Эти люди понимают зачем сюда пришли и задают конкретные вопросы. Я в свою очередь порой забываю о времени, если возникает серьёзная проблема в жизни или бизнесе… А сейчас понял, что уже пару недель с утра до вечера происходит одно и то же, и люди, с которыми общаюсь, не остаются в памяти — словно все сделаны под копирку. Одни и те же вопросы — деньги, женщины, измены и только на последнем месте, и то редко, вопрос о здоровье. Понимаешь? Их собственное здоровье их самих мало волнует. И так будет продолжаться до тех пор, пока серьёзно не прижмёт. Тогда деньги уйдут на второй план, женщины на третий, а об изменах вообще никто и не вспомнит. Не до того уже будет. Меня задолбала рутина. Не работа, которую люблю, а контингент посетителей. Понимаю, ворчу как старпёр, жалуюсь на неизбежное, но, чёрт побери, хотя бы один нормальный человек за день, тогда бы выдержал.

— Слав, а может тебе не стоит залезать глубоко в души этих людей? Зачем разбираться в деталях, когда можно сделать более обширный вывод. Твоя же любимая фраза — «Каждый человек творец свой судьбы». Может быть следует дать им возможность самим творить, а не использовать твои раскладки с указаниями что надо сделать, а чего следует избежать?

— Думал на эту тему, но не хочу и не могу халтурить. Люди, приходя ко мне, верят, что за те немалые деньги, которые платят за приём, я им могу помочь. Я и помогаю, а если буду следовать твоему совету, у меня не будет клиентуры. Стану одним из многих, кто в темноте вещает загробным голосом, утверждая, что с клиентом говорит дух его пра-пра-прабабушки. Улыбаешься? А вот мне совсем не смешно. Сегодня просто какое-то скопище моральных уродов. У первого — как занять место генерального и обогнать в очерёдности двух других замов. Второй не может разобраться между тремя любовницами и женой. Понимаешь, ему в этом мешает бизнес. Каково, а? Так и хотелось сказать — закрывай нахрен фирму и люби всех женщин города, покуда хватает здоровья. Третий хочет официально уйти с поста генерального, поставив вместо себя сына. Бездарного отпрыска, который кроме как орать на других людей, ничего в направлении и специфике работы предприятия не понимает. Для отца же он светоч, каких поискать. И последняя на сегодня. Мадам, от которой ушёл муж. Тот нашёл женщину, которая его устраивает в жизни именно как друг, а не выставочная картинка. Так прежняя до сих пор не смогла понять причину, по которой её бросили. Считает, одной красивой морды лица должно хватать для жизни. А сама, прости, проматывает деньги мужа, меняя любовников как перчатки. Знаешь причину? Её муж перестал интересоваться дамой как женщиной. А как можно интересоваться той, у кого в месяц двое, а то и трое любовников? Муж об этом знает, просто он неконфликтный мягкий человек, хочет разойтись без скандала. И всё это дерьмо приходится разгребать какой день подряд. Чего улыбаешься? Смешно?

— Совершенно не смешно. Ладно, обрадую. Через три дня к тебе придёт человек, с которым будет интересно пообщаться. Давота.

— Что это такое? Не понял.

— Давота, — Настя улыбнулась, — это не что, а кто. Фамилия Арсения Багировича. Сейчас пришла заполненная анкета. Перекупили место. Такое, кажется, случается впервые.

— Нет. Раньше пару раз такое было. Хотя… Не, тогда не перекупали, клиенты меняли между собой день посещения и время. Забавно… Хочет тебя перекупить?

— В смысле перекупить? — С лица девушки медленно сползла улыбка.

— Он ведь влюбился в тебя, малыш. Неужели ты так это и не поняла? Работу тебе подкидывает с целью не потерять нить общения.

— Я думала, что он… — Настя замолчала на полуслове.

— Твои способности его тоже поражают, но не столь сильно как ты сама. Какая же ты маленькая, Настён. Помнишь, что сказал о нём после первой встречи? На балу? Он смотрел на тебя голодными глазами. Как хищник. Тем более узнал кое-что о нём. Жестокий человек, с которым окружающие с трудом уживаются, но вместе с тем никто о нём ничего плохого не говорит. Своих людей ценит и оберегает. Национальность… Тут чёрт ногу сломит. Есть и русская кровь, и чеченская, и молдавская. Ядерная смесь. Не входит ни в какие кланы. Сам по себе, но что большего всего удивило — он должен придерживаться мусульманской веры, а по факту ни в Христа, ни в Аллаха не верует. Мечети, если и посещает, лишь с целью меценатства. Очень богатый человек, но не кичится состоянием, хотя в Дубае есть своя вилла. Если информация верна, и в Италии имеет огромный особняк. Свой самолёт, огромная квартира в городе и вилла в Зеленогорске. Руководитель охраны — отставник, полковник разведки Генштаба. Его подчинённые тоже все оттуда, профи высокого класса. К слову сказать, имеется отдельно выделенный отдел аналитики, что в бизнес-кругах явление достаточно редкое.

— Даже так? — Настя села напротив меня и слушала очень внимательно. — Тогда непонятен интерес ко мне как к специалисту.

— Вполне понятен. Неизвестно сколько у него в этом отделе работает людей, но твои выкладки ни разу не дали осечек. Почему, думаешь, и коллеги Багировича обратились с просьбой выйти на тебя? Вот то-то же. Достоверно известно, что твою работу не раз проверяли, прогоняя в самых мощных вычислительных центрах. Результат — машины ошибались, ты ни разу.

— Слав, а чем он вообще занимается? Направление деятельности?

— А вот здесь самое интересное. Официально, да и подтверждено документами — внешнеэкономические связи. Грубо говоря, занимается поставкой оборудования в другие страны. Торгует станками и сельхозоборудованием. Достаёт и привозит в страну то, что запрещено санкциями и находится под строгим контролем. Тем не менее — для его фирмы ничего недостижимого не существует. Если, например, будет заказ на ракету Илона Маска и заплатят нужную сумму, Багирович эту ракету привезёт. Если не целую, то разобранную на детали и её соберут уже тут. Не наши специалисты, ТЕ. Что касается неофициальной деятельности — торгует оружием, причём по согласованию с властями. Своего рода теневой Рособоронэкспорт. Доставляет нужное туда, куда официально государственные структуры поставить не могут. Поэтому его и не трогают. Как мне сказали, выдав короткую справку, «это наш человек».

— Как поняла, ты давно навёл о нём справки?

— Естественно. Должен же я знать с кем общается моя невеста? Подожди. Раз пошёл такой деликатный разговор, включу глушилку.

Потянувшись к столу, нажал кнопку и увидел, как на маленьком табло мигнули и загорелись постоянным светом два индикатора, а вот третий продолжал мигать.

— Интересно. Нас сейчас слушают и это не внутренняя прослушка, та сразу бы сгорела. Кто-то сидит с направленным микрофоном недалеко от офиса. Наверное, готовятся к появлению хозяина. Сегодня, как всегда, в присутствии клиента включаю аппаратуру — даже после четвёртого, последнего на сегодня клиента, всё работало как обычно. Видно недавно приехали. Ладно, это всё мелочи. Закончу краткой информацией. Ему тридцать семь лет. Родился в Грозном, но почти сразу его семья переехала в Москву. Родители погибли — взорвали машину, когда парню исполнилось двенадцать лет. Кто совершил теракт, официальный розыск так и не нашёл, а вот сам Багирович лет пять назад нашёл не только исполнителей, но и заказчиков. Из небольшого тейпа никто в живых не остался. Вырезали всех подчистую. Это была кровная месть и власти, несмотря на большое количество жертв, розыск спустили на тормозах, а потом и вовсе выкинули из памяти, что ранее существовала огромная семья в пару сотен человек. Всё организовали так, что их жизни унесла природная катастрофа, что в тех местах не редкость — оползень и наводнение из-за разлившейся речки.

— Страшно. Ты сказал, меня можно перекупить? Как машину или дом? Я что, вещь?

— Менталитет, Настён. Для наших так называемых южных друзей абсолютно всё является объектом торга и продажи. Женщины, дома, машины — не имеет разницы. Главное — цена. И Давота, не смотря на высшее юридическое образованность и долгое время проживание в Питере, внутри остался таким же дикарём, как и его родственники с Кавказа. Среди них до сих пор в цене только культ силы, оружия и денег. Всё остальное не имеет значения. Понимаешь, там несколько иначе устроены мозги и что для цивилизованного человека издавна является строгим табу, для них пустой шум. Что касается меня, у тебя появились сомнения? Во мне, в моих чувствах?

— Нет. Знаю, что ты никогда на подобное не пойдёшь, да и я сама не смогу быть рядом с неприятным мне человеком, а он вызывает отвращение на физиологическом уровне. Работа — это работа, с ним напрямую не сталкиваюсь, поэтому и отказалась от предложения перейти к нему. Деньги никогда не заменят свободу и за них не купить уважение и уж тем более любовь.

— Правильные и умные слова. Что ж, пообщаюсь с этим человеком. Если пойму, что пришёл с определённой целью, за тобой — сломаю ему жизнь, но если разговор будет нейтральным — встречу приветливо, как и всех остальных. А сейчас давай собираться. Пора и домой, не находишь?

* * *

Анатолий Григорьевич Ремесов остановил запись разговора, когда вместо слов из динамика стал раздаваться заунывный вой помех.

— И как впечатление, Арсений? Уел тебя волхв? Оказывается, его источники более информированы, чем вся моя служба. Ты его поддел словами при посторонних, показав осведомлённость, вот он и ответил.

— Странно, что на меня у постороннего человека имеется столь деликатная информация, но, знаешь, меня это ничуть не задело. Если бы в разговоре прозвучало ДРУГОЕ, вот это бы было неприятно, хотя тоже не смертельно. Меня интересует другое — почему нет записи всего разговора. То, что Бутурлин включил глушилку, понятно, а твои люди, что, не были к такому готовы?

— Почему не были? Были, только аппаратура, которой пользуется клиент, не из простых. Из трёх узконаправленных микрофонов «живым» остался лишь один. Два сгорели. Понимаешь, что это значит? Бутурлин не сам по себе. Его кабинет снабдили аппаратурой, которая стоит у высших должностных лиц страны. Она не только глушит прослушку, «гасит» то, что считает таковой. Мне, например, подобная техника недостижима. Её нельзя купить ни за какие деньги. Бутурлин по собственному желанию её в магазине тоже приобрести не мог. Между прочим, в анкете, что сегодня заполнял, обратил внимание, что телефоны, диктофоны или иные средства связи должны быть не просто отключены из сети, а выключены? И дополнение-пояснение, что в случае выхода из строя аппаратуры, претензии не принимаются. Своеобразное предупреждение, что если твой Верту за полтора лимона сгорит синим пламенем, хозяин кабинета за это отвечать не будет. Скажет, всё было напечатано, и не мелким шрифтом, а обычным, и под всем этим стоит твоя личная подпись.

Арсений неожиданно улыбнулся.

— Чем больше узнаю о Бутурлине, тем больше к нему появляется уважение. Достойный человек.

— Хотел сказать противник? — начальник службы безопасности усмехнулся, полагая, что его шеф оценит поправку.

— Он мне не противник, но и не друг. Не соперник, не враг, но и не товарищ и не коллега по работе. Один из многих людей, с кем приходится общаться вне сферы деловых отношений. Скажу, понравился выдержкой и даже, не удивляйся, чувством собственного достоинства. А больше, что не заискивал и говорил со мной на равных. Не часто такое встречаю.

— И что, визит не отменишь? Может усилить охрану?

— Анатолий, ты меня упрекнул в том, что невнимательно читал анкету. А сам что, не обратил внимание на раздел, где оговаривается, что сотрудники личной охраны в помещение консультационного пункта не допускаются? Как ты любишь говорить, от слова «вообще». Я прекрасно понимаю, что если разговор сложится не так, и я сорвусь, меня там просто-напросто уничтожат. Легко и без напряга. После нашего с тобой последнего разговора, имел пару бесед, где мне рассказали как проходит встреча. Тихо и спокойно. Сначала я задаю основные вопросы и лишь через некоторое время следуют развёрнутые ответы, порой удивляя деталями, именами людей, которые Бутурлин до встречи знать попросту не мог. Например, как звали младшую сестру одного из клиентов, которая погибла в трёхлетнем возрасте. Скажи, если бы тебе дали такое задание, смог бы выяснить подобные детали? Добавлю, человек вообще жил многие годы в другой стране.

— При желании можно узнать многое, если не всё. Были бы время и деньги.

— Вот сам себе и ответил. У Вячеслава не было времени подготовиться столь тщательно, а что касается денег, он их мало тратит и уж тем более не на сбор материалов по делу. Больше бы тратил, чем зарабатывал. Вот и думаю, может тебя, службу безопасности и группу аналитиков заменить Бутурлиным и Настей? Переманить их, скажем, двойной сумой, что получают за месяц? Всяко потрачу меньше чем на Вас. Ладно, не пугайся. Не стану такое делать. Хотя, знаешь почему? Не Вас жалко, Бутурлин не пойдёт на подобную сделку. Даже если ему заплачу в три и четыре раза больше, не согласится. Есть мысли на этот счёт?

— Он не любит таких как ты. Я имею в виду людей с Кавказа. Для него подобные — если не враги, то чужие, которые своими никогда не станут. Хотя ни с кем не сорится, а со многими даже в неплохих отношениях.

— Ты прав. Всё потому, что он настоящий русский. Славы или Русичи, как их называли раньше. Этот человек никогда не унизится, работая на таких как я. Отмечу, исключение из правил, но тем и вызывает у меня искреннее уважение. Сильный и стойкий. Равный среди равных. Я скорее желал иметь его среди друзей, нежели среди врагов. Один такой враг равен целой армии… Долго думал и решил — Настя для меня более неприкасаема и на конфликт с Бутурлиным из-за неё не пойду. Что касается твоей службы — останови все розыскные мероприятия. Вячеслав с сегодняшнего дня вне поля внимания твоей службы. Все материалы по нему уничтожить. Не сдать в архив, а сделать, как я сказал. Ясно?

— Более чем. Как скажешь, Арсений, твоё право. Позволишь сказать слово?

— Говори.

— Этим решением ты снова вызвал у меня уважение. Я могу идти?

— Иди, полковник.

* * *

— Слава, через два дня идём в БДТ. Партер, десятый ряд. Готовься морально. Спектакль называется «Холопы». У нас с курса несколько ребят ходили, хвалили. Или думал, что так и будем жить одним маршрутом дом — работа — дом? Из этого порочного круга пора выползать. Мир гораздо интереснее, чем кажется на первый взгляд…

Ну вот, первая ласточка, когда сложившийся порядок в моей жизни дал трещину. Усмехнулся по себя, но, подумав, согласился с Настей. Нельзя жить по старинке, тем более что я не один.

— Принимается, — буркнул, давя в себе улыбку, видя с каким нетерпением девушка ждала моей реакции. — Тогда и у меня есть информация для семейного обсуждения. В выходные поеду заключать договор о купле-продаже домика в деревне.

— Того самого? — Настя аж подпрыгнула в кресле.

— Того самого. Только договорился, что договор, как и право владения к нам перейдёт весной. В мае. Раньше туда соваться глупо — не проехать. Хотя есть информация, что вроде как по весне должны дорогу отремонтировать. Помнишь, говорил о несостоявшемся строительстве базы отдыха? Сейчас там решили строить несколько коттеджей. Как мне шепнули, для питерских. Наш дом будет внутри локации, закрытой территории с круглосуточной охраной и тому подобным сервисом. Хотя рядом с нами никаких домов строить не планируют — те будут на берегу озера.

— То есть мимо нас будут ездить машины? Грузовики? Туда-сюда?

— Нет. Старая дорога застройщиков не устраивает. Будут пробивать к трассе новую, более короткую.

— Даже не знаю, что и сказать. — Настя погрустнела. — Когда там были одни мы, я радовалась. А если вокруг будут шастать чужие люди?

— Настён. Всё пока вилами по воде. На уровне разговоров, а как там сложится дальше, неизвестно. К чему вспомнил. Как смотришь, если встретим там Новый Год? Мне вчера Мишка утром позвонил по поводу праздника. У меня не так много хороших приятелей и иногда введусь на приглашения и встречаю праздник не в гордом одиночестве. Две семьи ты уже видела, познакомилась. Есть ещё одна пара, знаю их ещё с университета. Хорошие ребята. Прошлый год я был один, а в этот… Сама понимаешь, без тебя этот вопрос решать не могу.

— Те, с кем я познакомилась, хорошие люди. Олег ведь тогда почти сразу извинился и мы с ним нормально общались.

— Олег, скорее всего, будет с друзьями. Меня вот что волнует. Не скучно тебе будет со стариками? Я ведь знаю, что происходит каждый праздник. Начинается всё, не удивляйся, с бани. Этот многолетняя традиция. Как в известном фильме. Потом застолье. Позже, вместо традиционной встречи вместе с президентом за столом и боем курантов, все идут на улицу и пьют шампанское из горла. Салют на полчаса, потом танцы до упаду, а под занавес, когда уже голова не соображает, начинаются викторины и потешные игры.

Настя слушала, что я говорю и, кажется, в её голове в очередной раз ломался стереотип о моих приятелях.

— Думаешь, на этом всё? — я продолжил. — Как бы не так. Несколько часов сна и после завтрака все идут гулять. Прятки, снежки, вообщем, на пару дней взрослые люди возвращаются в детство. Я к чему веду. Может захочешь встретить праздник со своими школьными подругами? В таком случае я останусь дома, мне не привыкать. Поверь, мне это будет даже в радость.

— Я с тобой. Куда ты туда и я. Неужели должна повторять это каждый раз? Мы семья, Слав, а не два случайных человека, живущих под одной крышей.

— Извини, что заставил тебя повторять, но мне надо было услышать твоё согласие. Хотя есть ещё вариант — остаться дома.

— Меня устраивают и первый и второй варианты, но, если честно, первое интереснее. Твои знакомые хорошие люди. Даже Дима с Леной, когда немного свыклись с моим присутствием и раскрепостились, удивили теплотой и искренностью. А кем они работают?

— Дима врач-травматолог. Лена — преподаватель в университете. Двое тех, с кем незнакома — Саша и Женя, Евгения. Сашка учитель физики школе, а Женя — художник-мультипликатор. Мишка инженер-конструктор на оборонном заводе, может знаешь, а Маша — директор детсада.

— То есть все совершенно разные? Удивительно, как люди, со своими интересами и непохожими профессиями, могут найти общие интересы.

— Так мы знаем друг друга много лет, но больше дружим по телефону, нежели встречаясь, но на Новый год и, как правило, летом пару дней стараемся провести вместе. Своего рода отдых души от опостылевшей повседневной жизни. Только есть ограничение — за время совместного пребывания о работе никто не вспоминает ни при каких условиях и телефоном не пользуется.

— Я за обеими руками. Надеюсь, не буду среди Вас белой вороной.

— Не будешь. Миша с Машей к тебе относятся очень хорошо. Я бы даже сказал, с любовью. Дима, как мне показалось, так до конца и не отошёл от шока, узнав, что ты моя невеста, а вот Лена тебя приняла тепло, как свою. А она, хочу сказать, очень тяжело сходится с людьми.

— Наверное, потому, что я не её студентка, — рассмеялась девушка. — Представляю, как все, подобные мне, ей надоели.

— Не потому. Она в жизни перенесла тяжёлую утрату — потеряла дочь в первом браке, вот на многие годы и замкнулась в себе. Только Дима смог вернуть её к жизни, настояв, чтобы она вновь родила. Поэтому Олег для мамы желанное дитя, хоть и ругаются между собой постоянно.

— Слав, а у Миши с Машей нет детей?

— Почему нет, есть. Двое парней, которым уже по двадцать лет. Близнецы. Решили посвятить себя военному делу. Учатся в военно-морском институте. Будущие моряки. С детства морем грезят. Хорошие ребята, с детства их знаю. Ладно, малыш, перерыв вроде как заканчивается. Сегодня у нас последним Багирович?

— Да. Сейчас будет дама, Скворцова Светлана Петровна, а последним Давота. Только прошу, Вячеслав Викторович, соблюдать регламент и не выходить за установленные ограничения по времени.

— Спасибо за напоминание, Анастасия Николаевна. Постараюсь учесть Ваше замечание…

* * *

Вот только на днях куксился, что меня редко посещают яркие личности. С другой стороны, не ожидал увидеть столько много энергии в одном человеке. Её, этой самой энергии, хватило бы минимум на трёх нормальных людей. Зажигалка один словом. Зашла в кабинет с улыбкой и таким внутренним настроем, какой трудно было не почувствовать, словно здесь и сейчас будет проводить детский праздник. С танцами и хороводами. Плюхнулась в кресло без приглашения и молчит, зараза, продолжая улыбаться.

— Здравствуйте, Светлана Петровна. Что Вас ко мне привело? Напомню, о личном и о бизнесе вспоминаем только в случае, когда они непосредственно влияют на судьбу.

— Здравствуйте. Странно от Вас слышать подобные ограничения. Вы в самом деле думаете, что о жизни можно говорить, не учитывая личную жизнь и источник дохода?

— Я учитываю все аспекты, но это, по опыту, не самое важное в жизни… Хорошо. Какие у Вас возникли проблемы и затруднения? Спрашиваю заранее, чтобы на это обратить особое внимание.

— Вячеслав Викторович, я наконец-то забеременела.

Твою ж… Хорошо, не сказала что от меня.

— Поздравляю, но, надеюсь, не станете утверждать, что в этом я принимал активное участие?

Оглушительный хохот, да такой, что в кабинет заглянула Настя. Увидев её, махнул рукой, мол, всё нормально.

— Что Вы такое говорите. Даже немного засмущалась. Нет, знаю точно, что от мужа. Два месяца уже как.

— Хорошо, что не стали предъявлять претензии, а то бы подумал, что по ночам гуляю по городу и пристаю к красивым женщинам.

— Спасибо за комплимент, но Вы хоть и не прямо так, ну, напрямую, — женщина скорчила смущённую рожицу, — но всё же поучаствовали. — И снова хохот. — Ладно, не пугайтесь, на отцовство подавать не буду. Дело в том, что к Вам в марте приходил мой муж. Вы ему дали рекомендации как можно укрепить в семье отношения. Заодно, и как следует вести себя на работе. Саша, мой муж, в отпуске меня уже и за границу свозил и приодел. Представляете, впервые за пять лет вновь стал таким, каким был до свадьбы — внимательным и заботливым. На работе у него дела пошли хорошо, а тут такое неожиданное событие. Знаете, бывает так, что один из супругов не может иметь детей. И, к сожалению, такие проблемы возникли у меня. По врачам долго ходили, лечилась, но вердикт был вынесен словно приговор — своих малышей у нас не будет с вероятностью в девяносто девять и девять процентов. И тут такое… Скажите честно — Вы к этому приложили руку?

Не выдержал, улыбнулся, потом и рассмеялся.

— Если честно, к Вам лично ни руку и ничего другое не прикладывал. — Женщина лет тридцати вновь захохотала. — Больше скажу. Не помню Вашего мужа. Прошло полгода, если Вы точно назвали время его визита. У меня уже столько людей за это время побывало, что вспомнить, как он выглядел и о чём говорили, точно не могу. Хотя, минуту. — Поднялся и, открыв дверь, попросил Настю найти в архиве за март этого года карточку посетителя по фамилии Скворцов.

Не успел вернуться на место, как девушка принесла тонкую папку и положила передо мной на стол.

Поблагодарил девушку и открыл папку, а увидев фото клиента, неожиданно вспомнил не только его, но и о чём шёл разговор. Прочитав короткий отчёт о встрече, лишь убедился, что да, немного помог человеку, вышел за рамки обычной встречи. Закрыл папку и положил на стол.

— И что, я всё-таки оказалась права? — поймал на себе взгляд, каким обычно смотрят фанаты на кумиров.

— Даже удивился, что сразу вспомнил Вашего супруга. У нас с ним состоялся тяжёлый разговор, но поскольку он человек адекватный, выслушал меня с вниманием и, видимо, прислушался к советам. Только одно не могу понять. Светлана Петровна, Вам не обязательно было высказывать благодарность, оплачивая приём. Могли бы просто дождаться перерыва и сказать всё то же самое совершенно бесплатно. Мне приятно, что у Вас в семье всё наладилось и в этом есть крупинка моего труда.

— Нет. Я пришла, чтобы сегодня Вы меня посмотрели. И, если возможно, моего малыша. Как у нас всё будет.

— По поводу ребёнка, тем более в таком… малом возрасте, ничего сказать не смогу. Он за эти два месяца ещё не сформировался как отдельнаяличность. Растёт, питается за счёт мамы. В тепле и уюте. Что касается Вас. Что ж, раз пришли, посмотрим. Откиньтесь на спинку и прикройте глаза. Или смотрите на живой огонь. Такое зрелище успокаивает…

За гранью был недолго, минут десять. Жизнь женщины в ближайшее время была на удивление хорошей. Спокойной и полной радости. Краем задел и жизнь её супруга. Их дороги, как у большинства супружеских пар шли параллельно, но небыли объединены в одну, как у меня с Настей. Вообще, такого как у нас, я больше ни у кого не видел. У всех жизненные пути шли рядом, но между ними был просвет. Большой или маленький, это зависело от сложившихся в браке отношений. У Александра, супруга этой женщины, дела шли нормально. Были шероховатости, которые я заметил, но почти у всех такое… Посмотрел до конца стандартного срока и засомневался — озвучивать, что увидел или нет? Не знал, какой будет реакция женщины… Возврат в реальность и снова, как в последние полмесяца, слегка закружилась голова. Посидел пару минут с закрытыми глазами, не понимая, почему выходы за грань стали отнимать столько сил. Раньше ведь такого не было, а после обряда, когда мне были обещаны знания и многократное увеличение энергетики, всё пошло как-то однобоко. Да, понял, как можно сбрасывать отрицательные эмоции, что и продемонстрировал на Ленфильме, но до сих пор не почувствовал увеличения резерва сил. На мой взгляд, стал быстрее уставать, а это значило, что жизненных сил, энергии в организме, стало заметно меньше. Ладно, будет время, попробую найти ответ в литературе, а нет, призову того, кому служу…

— Светлана Петровна, расстрою, у Вас всё будет хорошо.

— Почему расстроите? Обрадуете.

— У Вашего супруга в конце февраля возникнут некоторые шероховатости на работе. Передайте ему, чтобы не ссорился с руководством. Иногда следует промолчать, чем… вообщем, сообразит. По поводу Вас. Здоровье не подкачает, беременность пройдёт нормально, но при условии строго соблюдения рекомендаций врача. Вас будет вести… Арина или Алина, простите, не понял. Прислушивайтесь к её словам. Да. Не советую приглашать на роды мужа. Он с трудом это выдержит.

— Но Вы же не всё сказали, верно? — женщина прищурила один глаз, словно прицеливалась. — Давайте колитесь до конца.

— Главное, что всё будет хорошо.

— Не, мне и детали хочется узнать. Чувствую, у Вас есть чем меня удивить. Ну, пожалуйста. Ну, я Вас очень прошу. Вячеслав Викторович, миленький, ну что мне сделать, чтобы Вы всё рассказали?

— Без обид?

— Конечно, о чём разговор.

— Двойня Вас устроит?

— В смысле? — оторопела женщина, а через мгновение запрыгнула на меня и стала целовать. — Двое малышей?!! Ура!!!

И вновь в кабинет заглянула Настя. Чёрт!!! Увидев, как на мне сидит женщина и осыпает поцелуями, от удивления вытаращила глаза. Что мог сказать? Ничего. Пытался удержать на расстоянии от себя неудержимую, но куда там. Правда, через несколько секунд, женщина почувствовала, что в кабинете появилось новоедействующее лицо и вскочила, крутанувшись вокруг себя пару раз. И крикнула радостно уже Насте.

— Представляете, у меня будет двое детей. ДВОЕ, не один, когда врачи в один голос утверждали, что я бесплодна. УРА!!!

Смотрел на личико невесты и наконец-то увидел в её эмоциях понимание тому, что здесь происходит. От злости и полного шока от увиденного, на лице появилась улыбка. Моя умничка сообразила как выпроводить радостную клиентку, да и время на приём подошло к концу.

— Я извиняюсь, но у Вас, Вячеслав Викторович, через десять минут новая встреча.

— Спасибо, Анатасия, — и уже женщине. — Светлана Петровна. Мне приятно видеть Вашу искреннюю радость, но помните — излишние эмоции не всегда полезны беременным.

— Спасибо ещё много-много раз, Вячеслав Викторович, — женщина вновь поцеловала меня и, схватив сумочку, направилась на выход, но в дверях остановилась и выдала фразу, после которой вообще не знал куда деваться.

— Когда задумаюсь о пополнении в семье, обязательно к Вам приду.

Кажется, сама поняла насколько двусмысленно это прозвучало, но не смутилась, вновь расхохоталась.

Слава Богам, ушла, но до этого обслюнявила всего и выдала напоследок фразу, от которой хотелось залезть под стол, только б не видеть насмешливое лицо Насти. И уже тем более не участвовать в блиц-допросе.

— Вячеслав Викторович, не подскажете, какой у женщины срок?

— Сказала. Вроде бы уже два месяца.

— Странно. Я её здесь прежде не видела. И когда только успели? Только не надо оправдываться, ладно?

— Настя, я не…

— Слав, — теперь уже девушка хохотала. — Слушай, ну какой же ты смешной и как тебя легко разыграть. Думаешь, я хоть на мгновение поверила в то, что ты в этом поучаствовал?

Ах ты ж поганка мелкая… Надсмехаешься надо мной? Получай.

— Понимаешь, Настён. В тот-то и дело, что я, даже не знаю, как сказать… именно что поучаствовал.

— В смысле? — улыбка с лица слетела мгновенно и девчушка вся напряглась. — Поясни.

— Ну, ведь знаешь, наверное, что женщины, которые не могу забеременеть естественным путём от мужа, обращаются к разным знахаркам, колдунам. Вот и я… Извини, но так получилось.

— Ты что… ёё?

— Не её. Его.

— Кого такого его?

— Его — это её мужа.

— Славка. Хватит мне мозги дурить. Опять издеваешься, да? — девушка раскраснелась, и её глаза разве что молнии не метали.

— Ты посчитала вправе устроить мне допрос, вот и отомстил. А если серьёзно — прочти, что написано в его карточке, — и подал папку, где было кратко описаны мои действия и результат встреч.

Настя пробежала глазами короткую запись и остановилась на последней строчке.

— «Проведена коррекция семейных отношений». — Понятно. Значит, тогда не сдержался, полез изменять реальность?

— Наверное, так. Человек порядочный, а пришёл ко мне доведённый до отчаяния. Когда понял, что как раньше, больше продолжаться не может. На работе неприятности, дома полное непонимание. К тому же проблема с наследниками. Захотелось помочь. Сама видишь, мои усилия не пропали даром. Настён. Ради вот таких эмоций я и работаю. Если честно, с хорошими людьми вообще бы работал бесплатно.

— Потому что их раз-два и обчёлся? Шучу. Кофе сделать?

— Буду благодарен. Хочется сделать пару глотков и вновь настроиться на серьёзный лад…

- -

Мужчина, с кем я был фактически незнаком, не считая, что уже дважды встречались, но так и не были представлены друг другу, молчал и смотрел мне в глаза, словно хотел заглянуть в душу. Немного моложе меня, но взгляд… Не страшный. Скорее неприятный.

— Арсений Багирович. После моего вопроса о трудностях, проблемах и теме, которая Вас волнует, Вы замерли и замолчали. Знаете, что удивляет? Что человек, умеющий и зарабатывающий деньги своим трудом, сейчас их бездумно бросает на ветер, потому что знает — время, отведённое на одного человека, строго регламентировано. Всего час, а из них прошло уже десять минут, как Вы сидите и молчите.

— Иногда стоит помолчать, чтобы понять, что за человек находится перед тобой.

— Соглашусь, иногда лучше промолчать, но не тогда, когда время в полном смысле стоит денег.

— Забавно. Вы беспокоитесь о моих деньгах? Поверьте, не надо это делать. Я, заплатив деньги, купил час Вашей жизни. Или считаете что это не так?

— Не так. Час рабочего времени, не жизни. Разница для умного человека существенна.

— Достойный ответ. Принимаю. Хорошо, не будем играть словами. Вопросы задавать о будущем не буду. Если обнаружите что-то интересное, скажете сами. Я готов.

— Хорошо. Расслабьтесь и прикройте глаза. Или, если хотите, смотрите на огонь. Меня, например, это успокаивает. Только об одном прошу — не вставайте и ничего не говорите. Надеюсь, что соблюдаете оговорённые условия, и Ваш телефон выключен.

— Я умею читать.

Что ж, раз нет вопросов, посмотрю сам. Рывок за грань и снова делаю это с усилием, не так легко как привык за прошлые годы.

Дорога жизни… Был уверен, что у этого человека всё под контролем и его судьба расписана на много лет вперёд. Как бы ни так. Это не автобан, а второстепенная дорога в центре города со сплошными перекрёстками и светофорами. Как он вообще до сих пор жив? Что сзади, что спереди сплошные преграды, ямы, ухабы, кляксы. Что удивило, он проживёт ещё не один год, а вот сколько? Посмотрим. Два, три. Пять. Дальше меня не пускают. Чувствую, идёт активное сопротивление и меня выталкивает в реальность. Рано возвращаться. А если попробовать так? Собрав в себе силы, представил огненную волну и пустил впереди себя, стараясь сломать сопротивление. Не по дороге судьбы клиента, над ней. И увидел как в огне, вспыхивая, гаснут полупрозрачные человеческие силуэты. Насчитал три. Нет, четыре. Пять! И сразу стало легче. Исчезли тяжесть, гнетущее состояние безысходности, хотя понял, что мои силы на исходе. Ещё десять минут максимум, потом смогу остаться здесь навсегда…

Менять судьбу Арсения не стал, не тот человек, ради которого стоит тратить здоровье, но основные этапы в этом году зафиксировал, как и те места, где ему придётся делать выбор…

Выход и сразу же жесточайший откат. Помутнело в глазах. Кажется, на несколько секунд вообще отключился. Три глотка лимонного сока и, не выдержал, сунул под язык тонизирующую таблетку.

— Плохо себя чувствуете? — неожиданно в тишине прозвучал голос, в котором услышал… сочувствие. — Может вызвать врача?

— Спасибо за беспокойство, не надо, — с трудом выговорил слова окаменевшими губами и появились первые признаки, что меня стало отпускать. — Простите, ещё пара минут, и приду в норму.

Таблетка да, подействовала, но на этот раз эйфории не было. Появились силы, а может это было обманчивое впечатление? Посмотрел на часы и обалдел — ТАМ был больше получаса. Наверное, поэтому и такая реакция. Ещё хорошо, что не полез ничего исправлять.

— Арсений Багирович. Не буду касаться Вашего прошлого. Мне оно не интересно, а Вам знакомо. Надеюсь, память у Вас хорошая, потому что повторить в деталях, что сейчас скажу, не смогу. Так уж я устроен. Если есть желание, можете записать. Поверьте, не проявите слабость.

— У меня очень хорошая память. Спасибо.

— Тогда ближайший год. Назову основные узлы и срок, когда Вам придётся сделать выбор. Какой, знаете сами. Средина декабря. Контракт, который решите подписать, окажется поддельным. Большие расходы. Вторая половина месяца. Конфликт с девушкой, которую Вам прочат в жёны. Она Вас не любит, как и Вы её. Со стороны девушки показные чувства, так ей велел себя вести отец. Родственники девушки… её зовут Марина или Мадина, могу ошибаться, хотят Вас привлечь к своим делам. Не соглашайтесь. Это криминал. Конец декабря. Последние числа. Откажитесь от контракта. Груз, что отправите, до места назначения не дойдёт. Январь. Месяц тяжёлый, но без острых углов. Февраль. Новый подход со стороны родственников. Новая невеста. Могу назвать только первую букву имени. Л. Здесь решать Вам. Положительный результат или нет? Половина на половину. Дальше. Март — норма. Хотя нет. Вариант подставы на каком-то семейном празднике, куда Вас попытаются затащить. Апрель. Самый плохой месяц. Вас будут подводить поставщики и покупатели. Вероятность успеха в сделках и контрактах не выше десяти процентов. В этот месяц не заключайте контрактов с Африкой. Май и июнь более-менее спокойные, без эксцессов. Июль-август — на протяжении двух месяцев Вас будут пытаться подставить. Внутри Вашего коллектива возникнет группа единомышленников, которые решат создать свою фирму и попытаются перехватить часть уже налаженных связей, переманив и других сотрудников. Персоны не из среднего звена, но и не из Ваших замов. Дальше не смог разобраться, потому что всё зависит от решений и поступков с Вашей стороны. Начиная со второй половины августа Ваш путь распадается на две дороги…

— Вячеслав Викторович, не скрою, меня не удивила предоставленная информация. Вы странным образом лишь подтвердили мои предположения и выводы. Скажу, что сейчас уже не жалею о потраченных деньгах. Спасибо, что уделили время и всего доброго…

Арсений Багирович встал и, коротко склонив голову, вышел из кабинета, чем вверг меня в полное недоумение. Я ждал, что засыплет вопросами, уточнениями, а он молча выслушал и ушёл. Странное поведение странного человека, хотя, по-своему, он мне был даже чем-то симпатичен. Своей замкнутостью, неразговорчивостью был похож на меня самого. До момента, как встретил Настю. Эта кроха меня незаметно изменила. Если говорить честно, вернула к нормальному образу жизни, выдернув из затворничества и глухой непролазной тоски…

Глава 14

Не стал вскакивать и лично провожать Багировича — у меня для этого есть помощница. Выключил глушилку и стал тушить камин, дрова там уже прогорели — остались лишь мерцающие угли.

Постучавшись, в кабинет зашла Настя.

— Плохо выглядишь, — с тоской в голосе прозвучал тихий голос. — Ты ему не помогал?

— Нет. Не тот человек, кто нуждается в моих услугах. Как мне показалось, сегодня пришёл с целью познакомиться и убедиться что я не шарлатан.

— Убедился?

— Думаю, да. Раза три или четыре через его непроницаемую железную маску пробивались эмоции — непроизвольно кривились губы. А раз так появился даже намёк на улыбку, когда услышал мои слова, что девушка, которую прочат ему в жёны, его не любит. Хотя можно было добавить, что она долгое время увлечена совсем другим человеком и это не секрет для семьи невесты. А вообще мне его стало немного жаль. Не жизнь, а сплошная война. Каждую секунду. С другой стороны можно понять — его место хотят занять многие, только полноценной заменой не станут — не хватит ума и выдержки. Что ж, хотя бы поговорили. Подобным человеком, если он друг, надо дорожить, а если враг — стараться таковым не стать или спрятаться куда подальше. Мне же он как был чужим, таковым и останется. Настя, он один приехал?

— Как же. Две машины охраны. Два человека так вообще встали перед входом в офис, изображая из себя гвардейцев кардинала. Знаешь, не тупоголовые шкафы из прошлого. Видно, люди бывалые. Скорее всего, отставники. Серьёзные люди.

— Так ему спортсмены и не нужны. У достойного человека должна быть соответствующая охрана. Ты с ним успела пообщаться?

— Нет. Зашёл, кивнул, протянул букет цветов и сразу взглядом показал на дверь, куда я его незамедлительно и провела. Уходя, удостоил лишь лёгким кивком. Всё молча.

— Тогда иди, выключай компьютер, и поехали домой.

— Может, сейчас я сяду за руль?

— Скажу честно — было бы неплохо…

* * *

Просидев в машине некоторое время и послушав, что о нём говорят в кабинете, Давота снял с головы наушники и протянул технику, что сидел рядом с направленным микрофоном.

— Спасибо. Свободны.

Мужчина в темпе сложил аппаратуру и выскочил из машины, оставив Арсения Багировича одного. Тот закрыл глаза и тихо заговорил, потому что в машине он был один.

— Не разочаровал. Удивительно, его слова оказались абсолютно точны в деталях и по срокам. Угадать не мог, это невозможно. Хотя бы с Мадиной. Узнать заранее и назвать имя той, о ком в городе никто знает, нереально… Странный и опасный человек… для врагов, но мне ты, Вячеслав, как и я тебе, по твоему определению, остался «чужим». Надо сказать, точная формулировка для сложившихся отношений… И всё же тебя нельзя выпускать из вида. Такими знакомствами нельзя пренебрегать.

Постучал по окну и через пару мгновений в машину сели водитель и два телохранителя.

— На работу…

Через час, вызвав к себе начальника службы безопасности, положил перед ним исписанный лист бумаги и второй документ, доработанный отделом аналитики на основе релиза, составленного Настей.

— Прочти сначала тот, что напечатан, потом рукописный. Накидал по памяти, пока ехал на работу.

Через несколько минут Анатолий Ремесов отодвинул в сторону оба листа.

— Не понимаю как… Пусть не совпадают детали, но критически важные даты и содержание написаны словно под копирку.

— Теперь ещё один документ. То, что сейчас прочтёшь, совершенно закрытая информация. Если где-то всплывут перечисленные здесь факты, буду знать, что ты работаешь на сторону.

Давота отомкнул сейф и, достав оттуда тонкую папку, положил перед безопасником.

— Этот черновой план накидал примерно неделю назад после встречи с руководством в Москве. Прочти и вторую страницу. Справка, которую составили в аналитическом центре службы внешней разведки для Рособоронэкспорта.

Снова небольшая пауза и ещё большее недоумение в глазах отставного полковника.

— Я тоже удивился, как человек, впервые меня увидевший, смог выделить главные минусы в планах, которые ещё не отражены на бумаге. — Арсений Багирович встал и подошёл к окну, но не переставал говорить, зная, что его старый товарищ внимательно слушает. — Что Бутурлин не читал справку Анастасии, уверен на сто процентов, да она и не давала прогноз по срокам. Как, отмечу, и разведка. Там тоже всё расплывчато, с указанием лишь стран и компаний, на которые следует обратить особое внимание и вести дела с осторожностью. Вячеслав же всё расписал по полочкам. Нереально такое или всё же реально? Второе, как ни парадоксально, подтверждено моей собственной рукой. Знаешь, пока ехал сюда, решил, что он прочитал мои мысли, но это всё равно не дало бы такой картины.

— Гипноз?

— Нет, исключено. Я смотрел на огонь в камине и в памяти крутились воспоминания из детства. Когда я с родителями ездил на море… нет, всё это сейчас не важно… Кстати, прозондируй почву, где можно купить небольшой камин. Не с искусственным огнём, с настоящим. Мне подобное очень понравилось. Мысли и эмоции, глядя на живое пламя, становятся более упорядочными. Не знаю, но показалось, что, сидя у огня, я успокоился, расслабился от напряжения последних дней.

— У него там наверняка вытяжка стоит и место приспособлено.

— Да, всё так, но заходишь в кабинет, и сразу чувствуешь ароматный запах горящих дров. Это непередаваемо. Никакой химией не заменить.

— Узнаю и предоставлю варианты. Главное, чтобы пожарники разрешили.

— Насколько помню, не зам по хозяйству, ты сам взял на себя общение со всеми службами. Вот и сделай так, чтобы никто не пикнул. Теперь более важное. Установи с кем общается Мадина. Что за мужчина, куда они вместе ходят, что делают. Если встречаются на квартире, мне нужны снимки и видеозаписи. Всё то, что смогу положить на стол перед Рустамом Магометовичем. Обещай своим парням премию, если достанут неопровержимые доказательства, что Мадина ведёт образ жизни, не соответствующий статусу невесты. Тем самым смогу разрубить узел, что сжимается на моей шее. Нет желания стать одним из родственников семьи Радаевых и уж тем более не хочу, чтобы они лезли в моё дело, а такое произойдёт. Попытаются меня подмять. Их клан занимается делами, нарушая законы, и мне пока удаётся держать эту семейку на расстоянии, но страшно подумать что произойдёт, если станем родственниками.

— Сделаю, Арсений.

— Хорошо. И последнее. Ты обратил внимание, что спрогнозировано на лето следующего года? Делай что хочешь, Анатолий, но я не хочу, что бы шакалы изнутри разорвали на куски моё предприятие. Те, самое обидное, кто уже сейчас работает здесь, причём не на рядовых должностях. Займись этим делом лично. Установи наблюдение хоть за каждым из сотрудников, но я должен знать поимённо всех, кто намерен сломать давно отстроенный мною механизм. Думаю, таких в реальности два-три человека от силы.

— Арсений, а Бутурлин не мог напустил тумана? Так, для вида, чтобы ты испугался?

— Нет. Эти слова были произнесены с уверенностью. Более того, мне показалось, что Вячеслав, спроси его, мог назвать и конкретные имена, но я не стал уточнять детали. Не хотелось выглядеть слабым в его глазах.

— Будет сделано. Теперь новости. Есть информация по тем двум, в Дубае.

— А именно? — мужчина презрительно кривил губы. — Выяснили, кто приложил руку, и хотят выкупить этих двух мерзавцев? Посылай их…

— Не угадал, — безопасник усмехнулся. — Семейства тех дебилов почему-то решили, что к аресту их отпрысков приложил руку сам Бутурлин. По поступившей информации, в ближайшее время захотят откупиться, а если не получится, нажать на Вячеслава через Анастасию. Не трудно догадаться что предпримут. Девчонку жалко, может пострадать.

— Вот и сделай так, чтобы с её головы не упало ни одного волоска. Забыл, что Анастасия существует не сама по себе, а работает на нас? Выполняет задачи, которые проходят под грифом совершенно секретно? Я вообще удивлён, как до сих пор ни у кого из власть имущих, банкиров и успешных предпринимателей города не щёлкнуло в голове что из себя представляет девушка. Только четверо кроме меня осознали её ценность. И то, кажется, не до конца.

— Можно подкинуть информацию, что Бутурлин ни при делах, но те не упокоятся, станут искать виновных. Может и найдут. Нам нужна война? Мне кажется, нет.

— Высказывая выводы, понимаю, у тебя есть и предложение?

— Да. Два варианта. Можно ту парочку сделать невиновными, объявить арест так называемой «вынужденной ошибкой» с последующей высылкой и переездом на постоянное место жительства, скажем, в Канаду или Австралию. Намекнув, что если решат вернуться, пусть заранее готовят места на кладбище. Второй вариант озвучил Анатолий, мой зам. У него есть связи в Штатах. Оттуда может прийти официальный запрос к властям Эмиратов о передаче задержанных под юрисдикцию американцев. Причин можно найти миллион. От отмывания денег, а это попадание в десятку, до махинаций на крипто биржах. С этой стороны у тех двоих тоже не всё чисто. Можем даже представить документальные основания. Есть такой задел на чёрный день. Твоё мнение?

— Второй вариант. И чем раньше, тем лучше. Давай закроем эту тему если не навсегда, то надолго.

— Лет на десять? Хватит?

Мужчины рассмеялись, прекрасно понимая друг друга.

— Всё, Толя, иди, работай. Мне надо подумать, как лучше распорядиться полученной сегодня информацией.

— Только не забывай, Арсений, что ты не сделан из камня. Даже железные станки периодически выключают.

— Иди уж, заботливая мамочка…

* * *

Ещё долгое время по вечерам, оставаясь один, пытался разобраться, кого я за гранью спалил эфемерным огнём. Или это было не игрой воображения, а реальностью. Не той, в которой живу, а той, что существует ТАМ, ведь число сгорающих в огне фигур было пять, как раз столько, кому не только вынес приговор, но и уничтожил? Уже не раз призывал Велеса, чтобы задать несколько важных для меня вопросов, но тот так и не отозвался. Возник вопрос — зачем было предлагать свою помощь, когда её не получить в необходимое время. Вспомнились слова отца — «Боги заняты своими делами и им нет дела до людей до тех пор, пока у самих не возникнет нужда в этих самых людях». Надеюсь, придёт час, когда Велес обратит внимание, что у него с десяток «пропущенных вызовов».

- -

Не то, что дни, недели летели одна за другой, приближая Новый Год. У всех нормальных людей уже насупило предпраздничное настроение, а у меня что ни день, то уходил с работы не раньше восьми вечера. Пять, шесть, а то и семь человек в день. Домой не приезжал, приползал. Хватало сил только поужинать и завалиться спать. Бедная Настёна. На неё выпала основная работа по дому, потому что я физически ей помочь не мог, засыпал на ходу. Разве что вставал рано, готовил завтрак и завозил девочку в институт, а уже потом ехал на работу. Каждый вечер слышал недовольное ворчание, но что делать, когда из года в год происходило одно и то же — все хотели заглянуть вперёд, узнать что их ждёт…

Что говорить, когда даже Давота попросил Настю найти для него окошко и записался на повторный приём, правда, на вторую неделю января. Раньше ну никак не получалось. К тому же восемь дней после праздника я решил сделать выходными. Перегореть — это просто, а вот восстановиться после такого, сколько ни читал литературы и записей, фактически невозможно. После кризиса если человек и восстанавливается, полную силу не вернуть…Тут ещё принесли приглашения на Новогодний бал, что проводил клуб меценатов. Понимал, что надо туда сходить. Показаться и отметиться, что ещё жив. Даже Настёнка устала — всё время посвящала институтским занятиям, а не потомственному умению…

Сели вечером, посмотрели друг на друга и улыбнулись.

— Туда идти обязательно? — девушка смотрела на меня с тоской в глазах, хотя давно знала ответ. Не раз говорили на эту тему.

— Надо, милая. Хоть на полчаса, но показаться необходимо. Ты немного развеешься, потанцуешь. Как правило, на Новогодний бал приходит много молодёжи. Устраивают своего рода смотрины.

— И что? Мне это неинтересно. Люди старшего поколения ещё могут танцевать, а молодые? Трясутся как в лихорадке. Противно смотреть.

Не выдержал, хихикнул.

— Девочка моя. Кажется, такая болезнь как старость передаётся воздушно-капельным путём. Чего ворчишь? Тебе самой сколько лет? Между прочим, в некоторых семьях уделяют внимание бальным танцам как необходимой подготовке для будущей жизни. В Европе ведь тоже такие балы проводятся, куда могут попасть далеко не все. И там не трясутся, а именно танцуют.

— Слав. Уже рассказывала, мне самой понравилось и ходила с подружкой, занимались три года подряд. Даже в соревнованиях выступала. Призовых мест, правда, не занимала, но сам факт…

— Видел, что умеешь. Жаль я тебе не пара. Не скажу, что совсем не умею, но рядом с тобой буду выглядеть полным тюфяком.

— Ладно, договорились, только давай недолго? У меня сейчас проблема номер один — чтобы хвостов не было и зачёты получить автоматом, а не тратить на это время после праздников.

— Как, кстати, дела у твоего преподавателя? На кого ты жаловалась?

Настя скривила моську.

— Решил неделю назад на семинаре провести блиц-опрос. Ни один ответ его не устроил — валил всех подряд. И парней, и девчонок. Обещал, никому за такие знания зачёт не поставит, но посреди занятий умчался из аудитории, ничего никому не сказав. Следующее занятие проводил уже другой преподаватель. Тот, который и должен был вести курс. На наши вопросы с улыбкой ответил, что доцент Касимов занемог и вряд ли сможет закончить семестр. Вообщем, вчера я зачёт получила. Осталось ещё два и три экзамена после десятого января.

— Расправилась, значит? Только не обманывай, хорошо? Ты сейчас рассказывала, и всё время смотрела в окно, не на меня. Котёнок, я уже неоднократно говорил — не надо использовать свои умения в повседневной жизни.

— Я бы и не использовала, если бы этот му… придурок не назначил дополнительные индивидуальные занятия. Мне и ещё четырём девчонкам. Я тебе уже рассказывала, чем всё заканчивалось. Он в каждой группе нашёл для себя жертвы, человека по два-три, вот на протяжения полугода и издевался, поднимая вопросами одних и тех же чуть ли не на каждом занятии.

— И тебя?

— И меня. Только я отличалась от других тем, что все конспекты и лекции имелись в наличие и когда пару раз меня дёрнул, понял, что прицепиться не к чему. Стал уже придираться к поведению на занятиях. И тут решила вопрос — села прямо перед ним в первый ряд, преданно глядя в глаза. Стал уже цепляться, что я улыбаюсь и тем самым сбиваю его с мысли. Перестала улыбаться. Сидела с мрачным лицом. Вновь не понравилось — сказал, я его слушаю невнимательно, поскольку не видит на моём лице должной реакции. Вообщем, Слав, у нас все на курсе знают, что со мной пошёл принцип — кто кого.

— Малыш, ты молодец, что смогла выстоять, но я ведь говорил совсем о другом. Что ты на него наслала?

— Ерунду. Прости Слав, да, признаюсь, не выдержала. Тут уже было дело принципа.

— Настя. ЧТО?

— Недержание. Через пару месяцев всё пройдёт само собой, а если попьёт отвары травяных сборов, что продают в аптеках, то и быстрее. Там ведь не воспаление, раздражение, ничего серьёзного. Сама понимаю, что наносить другому человеку вред недопустимо, а это так, мелочи.

— Эти мелочи и называются нанесением вреда организму. Зря ты нарушаешь Правила.

— Так если бы я не сделала, пришлось бы идти к нему домой. Этого хотел?

— Именно этого, потому что пошёл бы вместе с тобой. Неужели думала, оставил бы тебя одну, зная, чем всё может закончиться?

— Этого говнюка вообще к студентам допускать нельзя. Отвратная дрянь.

— Ну, разошлась… Успокойся, моя хорошая. Давай договоримся так. Увидишь его, сними заклятие. Я тебя настоятельно прошу. Напомню главное для ведуньи — любое отрицательное действие всегда накладывает на неё саму грязное пятно. Именно из-за таких необдуманных и неоправданных поступков светлые становятся серыми, а те, в свою очередь, тёмными.

Настя погрустнела и через некоторое время подошла, прижалась со спины.

— Слав, но ведь ты совершил поступки намного хуже. Значит и на тебе есть такие отпечатки?

— Удивишься, но нет. Я расплачиваюсь за свои деяния собственным здоровьем. Один единственный раз, когда не было отката, это в сентябре. Но тогда я был вправе ответить — на меня покушались, пытались извести, а не просто угрожали. Сама помнишь случаи с сестрой и иглой. До этого они хотели захватить тебя. Остальные четыре раза я буквально подыхал. Не часы, сутками испытывал невыносимую боль. Догадываюсь, что это съело немало лет жизни, но что сейчас вспоминать и жалеть. Да и не жалею ни о чём. Поступил так, как велело моё сердце. Давай эту тему закроем. Не буду тебя заставлять давать обещание, что больше не будешь использовать свои знания и навыки. Знаю, можешь не сдержаться. Просто прошу — думай прежде, чем в дело пускать магию. А твои знания это и есть самая настоящая магия, воздействие на человека.

— Постараюсь себя лучше контролировать, — задумчиво проговорила девушка.

— И уж тем более не вздумай применять способности, когда мы посещаем балы и приёмы. Там ведь не дураки, да и о тебе, догадываюсь, уже ходят определённые слухи. Вспомни, как в сентябре своему навязчивому ухажёру наступила на ногу. Прямое действие без последствий. Как Вам двоим это было понятно, так и остальным, кто видел и понял что произошло. А теперь представь, если бы ты наложила на него заклятие того же недержания. Повторю — люди не дураки, сообразили кто это сделал. И что дальше? Какие ответные действия бы последовали, тут огромное поле для раздумий и предположений. Так что лучше ударь по лицу, а не действуй исподтишка. Люди поймут прямое действие и не осудят тебя за такое.

— Уговорил, — девушка зловеще улыбнулась. — Теперь, как услышу гадостное слово в свой адрес, сразу оплеуху по мордам.

— Настён, да что ты сегодня такая злая? Что ни слово, то грубость.

— Довели и устала я, Слав. Очень устала. Физически и морально.

— Багирович нагружает?

— Сегодня составила для него расширенную справку. Завтра заберут, и до средины января попросила сделать перерыв. Объяснила, что меня некоторое время не будет в городе, а потом время экзаменов — отвлекаться не смогу.

— Его реакция?

— С пониманием. Попросил ещё одну услугу и потом на полмесяца перерыв.

— Говоришь, завтра заберут? — Долго размышлял, дать дополнительную информацию по его визиту или нет, а потом всё же решил — пусть человек будет предупреждён. — У меня просьба, малыш. К своему отчёту приложи лист бумаги, на котором напиши слово «мрак», только после каждой буквы поставь точку. Хотя нет, не поймёт. Напиши фразу «Имя ему мрак».

— Думаешь, могу прочесть те, кому не следует? — Девушка рассмеялась. — Слав, из тебя шпион не получится. Не надо особого труда понять, что буквы в слове «мрак» являются первыми буквами имён неких людей. Ведь так?

— Снимаю шляпу. Может, посоветуешь что-то более подходящее?

— Без вопросов. Сделаю так, что Арсений сообразит, почему некоторые слова в первом или последнем предложении текста начинаются с больших букв. Он обычно отзванивается после получения, вот ему и намекну. Только скажи кто эти люди?

— Работники его конторы, кто захочет развалить фирму изнутри, создав своё предприятие.

— А сами имена знаешь? Полные?

— Увы. Срок до наступления момента начала их действий очень большой. Увидел только четыре неясных фигуры с еле видимыми начальными буквами имён.

— Хорошо. Сейчас пойду, подумаю, как всё это внести в текст. Всё равно у меня в готовности только черновик. Надо будет всё переписать начисто, убрав «воду».

— Спасибо, милая. Знаешь, мне понравилось, что Арсений взял свои хотелки под контроль, оставив только деловую часть. Раз он поступил правильно, ему отвечу тем же…

* * *

Этот праздник был именно праздником. Не сборищем толстосумов, а всё напоминало о скором Новом Годе. Много юных лицу, не всегда, правда, сверкающих свежестью и наивностью. Настя обратила внимание и на наряды гостей — люди явно постарались одеть самое дорогое, но не сказать, что самое лучшее. Многие платья на женщинах выглядели просто вульгарно. Не по покрою и стилю, а по месту назначения. То, что можно одеть на показ мод или семейную вечеринку, здесь казались верхом безвкусицы. Хотя все понимали, что отдельные наряды стоили столько, сколько двухкомнатная квартира далеко не на окраинах города…

Шампанское лилось рекой, но для молодёжи были и отдельные столы — без спиртного. Хотя, как заметил, многие молодые люди приехали, заранее приняв для смелости далеко не бокал шампанского. Кто себя успел «проявить», родственники и охрана вежливо, но настойчиво выпроваживали за пределы зала, но были и такие, кто успевал вырваться из рук контроля. И один такой парнишка кружил вокруг Насти, не спуская с неё глаз. Что сказать, девушка сегодня выглядела удивительно гармонично — вечернее кремовое платье с глубоким вырезом до средины бедра и минимум украшений — кольцо с бриллиантами на безымянном пальце правой руки и неброское колье. Серьги девушка оставила дома, да и колье не хотела одевать — это уже я настоял и, видимо, оказался прав, потому что с платьем оно смотрелось органично. Я бы сказал, оттеняя природную красоту девушки, а не то что, на ней было надето.

С Настей многие дамы и мужчины уже здоровались как с равной, приняв в свой круг и она совсем не тушевалась, когда имела возможность выбрать в партнёры того, кто ей нравился, а не кто подходил первым. Сегодня и я, можно сказать, тряхнул стариной — первый танец невеста танцевала со мной и чуть ли не всё время шипела в ухо, говоря какой я врун, утверждающий, что не умею танцевать бальные танцы. Не отвечал. Наслаждался, что рядом со мной красивая девушка, с которой не сводят глаз большинство мужчин. А она моя!!! От подобных мыслей радовался как ребёнок, но вида не подавал.

— Анастасия. Можно тебя ангажировать на следующий танец? — перед глазами вновь возник подвыпивший парнишка, который, судя по всему, успел где-то ещё добавить, явно уже не осознавая, где находится. Глаза на выкате, лицо красное, одежда растрёпанная.

— Вячеслав Викторович, позвольте пригласить на танец Вашу спутницу?

Совсем не ожидал увидеть на празднике Арсения Багировича и уж тем более не думал, что он пригласит Настю на танец. Как правило, ни один из выходцев с Кавказа и юга не демонстрировал умение танцевать классические танцы.

— Если Анастасия не против, не возражаю.

— Я первый подошёл к девушке, — мне показалось, что подвыпивший юнец захотел толкнуть мужчину. Что меня удивило, Арсений сдержал эмоции и, повернувшись вполоборота, сказал совершенно спокойным голосом.

— Молодой человек. Вам в первую очередь надо привести себя в надлежащее состояние, прежде чем приглашать на танец девушку. Мне кажется, Вы с трудом держите равновесие, стоя на одном месте, о каких танцах идёт разговор? Это первое. Второе. Если обратили внимание, Анастасия здесь не одна и прежде чем просить девушку о танце, прежде следует получить позволение у её спутника. Вам известно такое понятия как вежливость и воспитанность?

— Слушай, может харэ в уши лить всякую туфту? — парень, кажется, вообще перестал понимать где находится. — Я подошёл первым, поэтому Настя моя. Чего тут не ясно?

Дальнейшее развеселило не только меня, Настю, а и человек пять, кто находился рядом. Арсений трагично покачал головой, но ничего больше не сказал, потому что словно из воздуха рядом возникли четверо молодых мужчин, которые, подхватив нахала под руки, можно сказать, вынесли его из зала.

— Спасибо за любезность, — не выдержал, поблагодарил Давоту за столь оперативное улаживание конфликта.

— Не стоит. Парнишка, к сожалению, совсем от рук отбился. Дошло до того, что весной отправится в армию. Выгнали с университета за прогулы и неуспеваемость, а голова у мальчика хорошая, жаль, если пропадёт. Один из числа так называемой «золотой молодёжи», хотя почти все отпрыски достойных людей на деле чем никчемные люди. Живут за счёт родителей. Трутни.

— Не все такие, Арсений Багирович, — Настя разом вспыхнула и было понятно, сказанные слова задели за живое. — У меня на потоке учится много детей из известных семей и из них только двое, кого можно причислить к тем, кого Вы назвали трутнями. Остальные нормальные ребята. Занимаются, учатся, не бегают по клубам и тусовкам.

— Анастасия. Так я не сказал, что Ваше поколение пропащее. Не стоит обижаться на мои слова, потому что не в моих правилах говорить обо всех кряду. Соглашусь с Вами — есть среди молодёжи много порядочных людей, но те в силу занятости не входят в статус «золотых мальчиков и девочек». Как Вы сами сказали, для пустого времяпровождения у них попросту нет времени. Например, как у Вас. Работа и учёба занимает полный день. Идти ночью в клуб? Это значит на следующий день прийти в учебное заведение невыспавшейся и неподготовленной. А на работу? Уверен, Вячеслав Викторович, Ваш непосредственный начальник, после двух-трёх замечаний найдёт на место своего помощника более подходящую кандидатуру. Вы со мной не согласны?

— Я… — Настя, кинув на меня быстрый взгляд, сначала смутилась, а потом рассмеялась. — Я с Вами полностью согласна, Арсений Багирович. У меня есть планы на дальнейшую жизнь, в которые не входит отчисление из института за неуспеваемость, и уж тем более не могу подвести своего шефа.

— Умница. Вот Вас я бы причислил к числу «Золотой молодёжи». К тем, кем стоит гордиться, а не стыдиться. Извините. Музыка звучит, а мы стоим, разговариваем, теряем бесценное время. Позвольте руку, Анастасия Николаевна.

- -

Смотрел, как танцует Давота и понял, мужчина не один год серьёзно занимался бальными танцами. Чёткие движение ног, положение рук, чувство партнёрши — мне понравилось. Да и Насте, как понял, тоже. Когда она вернулась и села рядом, некоторое время молчала, а потом выдала.

— Арсений не любитель. Он профессионально занимался танцами, а может и до сих пор занимается. Знаешь, у него получается всё легко, естественно, но не так как у тебя. Ты танцуешь прекрасно и вообще я обиделась на то, что долгое время меня обманывал. Но разница между Вами огромная — он ведёт меня именно как партнёршу по танцам, а ты, прости Слав, как любимую женщину. И мне с тобой танцевать нравится больше. Не обижайся.

— За что, малыш? За то, что сказала мне сейчас приятные слова? Я ведь говорил, что некоторое время ходил и занимался, но это была так давно, что сейчас легче сказать, что этого не было вовсе.

— И снова соврёшь. Вообщем, я устала, натанцевалась и хочу домой. Планировали здесь провести полчаса, а прошло уже полтора.

— Тогда предлагаю перекусить, немного пообщаться с людьми и незаметно улизнуть.

— Коварный соблазнитель. Ладно, веди. Хотя нет, стоп. Давота к нам направляется. Я сама с ним переговорю, ладно?

Мужчина, который вновь подошёл, почувствовал, что Настя больше не хочет танцевать. Как он это определил, не знаю. Вместо этого, словно подслушав наш разговор, предложил пройти в зал, где были накрыты столы и перекусить. Уже там, уловив момент, когда мы остались вдвоём, а Настя разговорилась с ранее незнакомой женщиной, коснулся пальцами руки моего предплечья, привлекая внимание.

— Вячеслав. Хочу поблагодарить за подарок, что Вы сделали. Настя, конечно, всё запутала, как только можно было, но ей скорее благодарен, чем расстроился. Без её пояснений по телефону не понял бы закодированной фразы. Если позволите, хотел бы спросить, а почему сразу не сказали?

— Наверное, потому, что в ТОТ момент не посчитал нужным. И позже, когда меня слушали Ваши люди. Только через некоторое время пришёл к выводу, что могу облегчить Вашу работу. Хотя, сами понимаете, первая буква имени совсем не означает конкретного человека. Много совпадений.

— Я понял. Что касается совпадений, тут вариантов как раз оказалось чересчур мало. Благодаря Вашей подсказке я предпринял некие меры. Позвольте ещё вопрос. Понятно, что с каждым прожитым днём длительный прогноз теряет актуальность. Какое время оптимально, чтобы иметь действительную картину?

— Если скажу что каждый день, Вы поверите? А это действительно так, потому что буквально каждый поступок меняет реальность. Не к месту сказанное слово может вызвать лавину событий, которые в течение пары месяцев могут кардинально всё изменить. Я ведь не зря заранее вех предупреждаю, что бизнес и любовные дела вторичны, они, как ни что другое не поддаются стабильности на протяжении даже короткого времени. Надо быть истинным стоиком с холодными сердцем и головой, чтобы на него не влияли обстоятельства. Не верите? Один взгляд на красивую женщину, желание ей завладеть и всё вокруг может разрушиться. Семья, карьера, а если есть и бизнес. В итоге человек, погнавшись за эфемерным счастьём, должен осознавать, что может остаться вообще без всего. Это так, пример из жизни.

— Хороший пример, — мужчина улыбнулся краешком губ. — Именно из жизни… Скажите, если буду посещать Вас, скажем, раз в три месяца, прогноз будет более устойчив?

— Не устойчив. Более конкретным, детальным, не удивляйтесь, на ближайшие три месяца. Опять же, всё спланировать невозможно. Я не могу видеть мельчайшие детали, это физически не реально.

— Понимаю, что Вы хотите сказать. Вячеслав, могу ли предложить такой вариант? Скажем, заранее оплачиваю двенадцать посещений в год, раз в месяц? Понятно, что каждый месяц к Вам приезжать не буду, но если потребуется срочная информация, позвонив накануне, сможете меня принять?

— Давайте не усложнять и не завлекать материальной зависимостью. Понимаю, чего Вы хотите добиться, но мне это неинтересно. Если Вы внимательно прочли анкету, там, на второй странице, есть упоминание о срочных и внеплановых контактах. Да, повышенная стоимость, но, если подумать, Вы существенно сократите свои расходы. К тому же у постоянных клиентов, кто ко мне обращается более двух раз в год, естьскидка. Небольшая, скорее условная, тем не менее. Понимаю, у Вас подобное вызовет улыбку, но люди этим активно пользуются, а, как понимаете, ко мне обращаются люди определенного уровня благосостояния.

— Я помню, что было написано в анкете. Хорошо, давайте остановимся на том, что Вас устраивает. Пожалуй, у меня больше нет вопросов. Вы, как понимаю, скоро покинете праздник?

— Да. Настя устала. Я очень рад, что она хоть ненадолго, но отвлеклась от учёбы и работы. Потанцевала, пообщалась. Сейчас сама попросила вернуться домой. Ей ещё готовиться к зачётам. Остались два, но, с её слов, самые трудные.

— Она мне сообщила. Да, совсем забыл. Вячеслав, могу поздравить с приобретением недвижимости? Я о доме в Новгородской области.

Вот чудом удержался, чтобы не выматериться вслух. Он что, вообще за нами установил тотальный контроль и слежку? С чего такая ехидная улыбка на лице?

— Не думайте, что я за Вами установил слежку. — Он что, мысли мои читает? — Совсем нет. Мы ещё год назад решили для семей руководства фирмы построить такой мини посёлок. Домов пять — шесть от силы. Долго искали место, где поблизости не будет людей и наконец-то нашли. Стали готовить проектную документацию и тут выясняется, что невдалеке стоит дом, который буквально на днях купил небезызвестный мне человек. Не находите это странным?

— Я слышал, что некие люди решили на малом озере построить себе дома, огородив кусок леса высоким забором и колючей проволокой в три ряда. Откровенно скажу — меня это не обрадовало, потому что в том доме я не первый раз и не первый год. Много лет знаком с хозяином, у которого купил дом. Теперь вот не знаю, может отказаться и поискать другое место? Подальше и более спокойное? Я ведь отсрочил сделку, хотя все документы подписаны.

— А прежний хозяин… Он там постоянно сам жил?

— Раньше да, а последние лет пять сдавал дом.

— Ясно. Могу успокоить, что докучать не будем. Дорога, по которой будем добираться, станет совсем не той, что проходит рядом с Вашим домом, да и дорогой той будем пользоваться редко. У нас есть два вертолёта, чаще будем добираться воздухом. Намного быстрее и без пробок. Что касается забора и проволоки, тут ошибаетесь. Я сам не люблю портить природу. Вместе с тем отмечу, что круглосуточная охрана будет. Без этого никак.

— То есть местные, кто там живёт, свободно к озеру подойти уже не смогут? Не боитесь за последствия? Могут и осерчать, а в глухих местах все разногласия решаются несколько на ином уровне.

— Мои люди уже разговаривали с местным населением. Мы займём где-то одну пятую берега вдоль озера, а всё остальное будет свободно для доступа. Даже было решено организовать для местных благоустроенный пляж. Так что всё под контролем.

— Как говорят, дай то Боги, — увидев, что Настя закончила разговор с уже двумя дамами, и направляется ко мне, пожелал Арсению доброго вечера и всего хорошего, а через час мы были уже дома.

* * *

— Кушать будешь? — спросил уставшую девушку, которая отрицательно помотала головой.

— Спасибо, Слав, не хочу. Я перекусила, пока ты с Давотой разговаривал. Отмечу, долгое время. Не ожидала. Нашли общие темы?

— К сожалению, да.

— Почему к сожалению?

— Помнишь, рассказывал, что у озера будут строить дома? Вот и выяснилось, что там будут отдыхать Давота с приближёнными. Сказал, построят домов пять, не больше.

— Час от часу, — Насте не понравилась информация. — Сейчас дома строят быстро, особенно при наличие большого количества денег. Полгода и всё закончится. Поживут день, другой, потом припрутся в гости.

— Так мы там не будем жить постоянно. Как припрутся, так и упрутся. Думаешь, будут выслеживать? Вряд ли. К тому же сомневаюсь, что Багирович будет туда летать каждые выходные.

— Летать?

— Именно. Так, между делом упомянул, что владеет двумя вертолётами. Не сам, конечно, предприятие, которым руководит.

— Ну да. У богатых свои привычки. Скорее всего, туда отвезут семьи, а сами будут посещать от случая к случаю. Слав, да и хрен с ним и остальными. Я сейчас попью чаю и заниматься. Ты меня не жди, лягу поздно и скорее всего у себя, чтобы ты смог отдохнуть. Завтра у меня ещё тот денёк…

Девушка, чмокнув, убежала с чашкой к себе, а я как в добрые времена сварил пельмени и наелся перед сном до отвала. Лёг и мгновенно отключился. Последней осознанной мыслью было, что Настёна правильно казала — хрен с ними со всеми…

Глава 15

— Слав, как ты смотришь, если я возьму день за свой счёт? Очень надо, честно. — Увидев, как у меня от удивления вытягивается лицо, Настя подскочила и чмокнула в нос. — Ты сейчас такой смешной. Слав, я обещала Лидии, что послезавтра с трёх до семи буду у неё.

— Настя, во-первых, кто такая Лидия?

— Представитель журнала «Вог». Она предложила профессиональную фотосессию. В студии будет костюмер и визажист. Только я сразу поставила условие — без раздеваний.

— Тебе так хочется попасть на обложку глянцевого журнала?

— Как и любой девчонке. Только далеко не всем такое предлагают. Слав, ну скажи что можно.

— Я тебя не ограничиваю. Если считаешь, что тебе это надо, не против.

— Ты расстроился, да? — девушка меня обняла и заглянула в глаза. — Беспокоишься? Не надо. Лидия обещала, что меня от института заберёт служебная машина и потом на ней же доставят домой.

— Настя. Повторю — поступай, как считаешь нужным. Ты уже давно выросла и стала самостоятельной, вправе самой принимать решения.

— Зачем ты так? — девушка поникла и, как мне показалось, расстроилась. — Я думала с тобой посоветоваться.

— Ты поставила меня перед случившемся. Это не подразумевает советов. Одно попрошу — приготовь заранее материалы по посетителям на два дня вперёд.

— Сделаю. — Девушка вышла из кабинета, плотно закрыв за собой дверь, а я почувствовал, как во мне вскипает бешенство и злость… на самого себя. Стал ревновать как подросток. Фактически на пустом месте, не имея никаких оснований. Хотя, наверное, не это задело, совсем другое — то, что Настя впервые со мной не посоветовалась, а поставила перед свершившимся фактом… Девушка за эти полгода очень изменилась. Стала по-настоящему взрослой. Не только в суждениях, а и в поступках. Что ж, наверное, для неё это и хорошо.

* * *

— Вячеслав Викторович. Что скажете?

Передо мной сидела симпатичная особа, которая была постоянной клиенткой. Минимум два раза в год, а то и чаще приходила на приём. Однажды с собой притащила и дочь — свою копию, разве что юную. Как мне показалось, это было сделано не просто так, с намёком, но её поползновения так и остались не реализованы. Ядвига Юрьевна. Основатель и владелица сети салонов красоты. Начала свой бизнес лет двадцать назад, когда её мужа расстреляли прямо у неё на глазах. Бандитские разборки… Не упала духом, а всю себя отдала воспитанию дочери и работе, но так и осталась одинокой. Наверное, только рядом со мной, когда могла полностью расслабиться, была той, настоящей женщиной, кому нужно было мужское плечо.

— Не скажу, что всё гладко, но и не так критично. Здоровье не покачает. Бизнес… хуже не будет, но расширяться в следующем году не советую. У Вас есть планы на Москву, ведь так? Ограничьтесь тем, что есть. Стоит выдержать паузу. Не потому, что что-то не сложится — Вы живой человек, работаете на износ, не доверяя дела даже своим проверенным помощникам. Не потянете дополнительную нагрузку, Ядвига Юрьевна. Или здоровье подведёт или загубите начинание. Что касается личной жизни, простите, ничего нового не вижу. Разве что Ваша дочь найдёт себе близкого друга. Вполне вероятно, в дальнейшем выйдет замуж, но в наступающем году бабушкой Вас не сделает точно. Кто он, что из себя представляет, увы, не скажу. Не вижу.

- -

— Александр Олегович. Не всё так плохо и не стоит бояться своих компаньонов. Они ведь беспокоятся о совместном бизнесе ничуть не меньше чем Вы сами. Перестаньте каждый тянуть одеяло на себя и через короткое время сами сможете убедиться, что дела пойдут в гору. Соберитесь все вместе, сядьте за стол и поговорите начистоту. Выскажетесь честно, кого что волнует и найдите компромисс. Вы все умные зрелые люди и никто не желает краха компании, потому что она Вас всех кормит. Неужели трём взрослым мужчинам не понять друг друга? Тем более что знаете каждого чуть ли не с детства. Подумайте над моими словами. Что касается семьи — она у Вас надёжная. Можно только порадоваться за такие отношения. С детьми… всё в порядке. Одно пожелание — дайте им немного свободы, а то сыну уже шестнадцать, если не ошибаюсь, а Вы к нему относитесь как к дошкольнику. Ещё пара лет и разовьётся комплекс неполноценности. Он ведь кроме общения в школе ничего не видит. Вы даже запретили ему посещать занятия по волейболу. Зачем, когда парня всегда к этому тянуло? Пусть он не достигнет вершин в спорте, но общение и чувство единения в команде выработать очень сложно. Дочь… Отдайте её в школу бальных танцев. Девочка хочет научиться танцевать. Она это любит и танцует перед зеркалом, когда остаётся дома одна. Плачет, когда осознаёт, что все её мечты так и останутся лишь мечтами. Поверьте, Александр Олегович, дети, которым дают свободу, пусть даже ограниченную, к родителям относятся лучше, чем те, кто находится взаперти…

- -

Вот и последний на сегодня клиент покинул кабинет. Радует, что день прошёл в рабочем режиме и люди, кто у меня побывали, оказались адекватными. Без эмоциональных всплесков. Трудно, когда бывает другое — впадают в панику или истерику и начинают вести себя непредсказуемо, панически боясь того, что их ожидает в дальнейшем. Не все, к сожалению, могут взять себя в руки и спокойно, вдумчиво, проанализировать мои слова.

Стал тушить камин, когда вспомнил, что телефон так и не включил, да и защиту с кабинета не снял. Поклацал кнопками и, подойдя к окну, приоткрыл створку, чтобы впустить в кабинет морозный воздух. Тут же зазвонил телефон. Глянул — мой товарищ по мединституту.

— Привет, Антош! — Был рад услышать хирурга-кардиолога из центра имени Алмазова.

— И тебе привет, Слав. Что звоню. Сегодня выписываем твою подопечную, Розу Васильевну. Я тебе уже звонил, говорил, что ты вовремя обратил внимание на её моторчик.

— Помню. Говорил, что поставили стенты, и она уже чувствует себя лучше. Или нет?

— Как бы тебе сказать, — голос мужчины еле заметно дрогнул. — То, что сделали, было своевременно, но, понимаешь, почти за месяц её пребывания в больнице, муж к ней так ни разу не приехал. Только дети посещали. Страшно видеть, как человек начинает осознавать, что в семье не всё так хорошо как казалось раньше. Только здесь её дальше держать не имеет смысла, а что будет, когда она вернётся домой и всё узнает… Я говорил с дочерью и, как мне показалось, та в курсе, что у отца есть другая семья. Маму жалеет, не говори.

— Ясно. Антон, но ты ведь и сам понимаешь, я со своей стороны тоже не смогу уберечь семью. Её ведь фактически много лет нет.

— А если ты… — мужчина вновь споткнулся на полуслове. — Ты ведь можешь?

— Могу, но в таком случае пострадают другие. Те, кто совсем не виноваты, что их муж и отец полтора десятка лет обманывал. Здесь проблема нерешаема. Я не имею права ради блага одного человека рушить жизнь другой семьи. Тем более там дети.

— Понимаю. Жаль. Роза Васильевна чудесный человек. Очаровала всех врачей и сестёр. Умная, образованная, воспитанная. Никаких проблем с ней не было. Но вчера заявила, что хватит лежать, ей пора домой. Мне кажется, она даже настраивает себя на предстоящий разговор с мужем.

— Антош. Мы как медики сделали всё возможное. Теперь от нас ничего не зависит.

— Я и сам это понимаю. Ладно. Закончили. Что ещё хочу тебе сказать. Наш главный, после того как вернулся от тебя, пару дней ходил как в воду опущенный. Обычно всегда шумный, а тут… Что ты ему наговорил такого, а?

— Прости, сказать не могу. Это не столь врачебная тайна, как человеческое отношение к пациенту. Что было между нами двоими так и останется между нами. Хотя чуть раскрою тайну — у него накопилось много проблем. И на работе, и дома.

— То-то он уже на третий день начал тасовать штаты. Двух врачей и трёх медсестёр уволил, а на их место до сих пор так никого и не взял. На работу приходил поначалу с воспалёнными глазами, а в последнее время, знаешь, изменился. Не внешне, внутреннее. Стал более человечным, что ли. Не так как раньше.

— Вот видишь? Человек немного изменил свою жизнь, свою судьбу. Прислушался к советам и выбрал тот путь, который для него более предпочтителен.

— Слав, при встрече укушу. Ничего конкретного не сказал, только тумана напустил. Ладно, бывай. Не забыл о традиционной встрече курса в феврале? Придёшь?

— Приду. Спасибо, что напомнил. Привет Иришке. Как она, защитилась?

— Скоро. Не думал, что двум кандидатам наук в одной семье будет настолько сложно. Цапаемся постоянно, но ещё не гавкаемся.

— Как начнёте, приводи её ко мне. Раскрою её глазки на то, что в первую очередь надо любить мужа, и не всю жизнь посвящать науке.

— Слав, а давай я её к тебе уже завтра пришлю? Хоть отдохну немного.

— А я тебе ещё много лет назад говорил, что два врача в семье это через чур много. Тем более специалистов одного направления. Не послушался, вот и получай.

— Так я… вредина ты самый настоящий. Ладно, всё, бывай. Мне чрез полчаса на обход. Сегодня дежурный.

— Удачи, Антош. Спасибо, что не забываешь…

- -

Только положил телефон на стол, как он снова зазвенел. Номер абонента высветился, но был незнаком.

— Слушаю.

— Вячеслав Викторович, Никита Сергеевич беспокоит, который Корчалов. Он же и режиссёр. Минутку найдёте?

— Найду, Никита Сергеевич.

— Что хотел сказать. Если в глобальном понимании, Вы мне нужны весь, со всеми Вашими потрохами и заморочками.

— Что, прямо таки весь? — не сдержался, засмеялся. Пожалуй, за весь день этот человек был первым, кто мне поднял настроение.

— Именно. Тут отсмотрели снятый материал, сделали монтаж с камер и оху… охренели, уж простите за мой хреновый французский. Эмоции зашкаливают. Послушали, что Вы наговорили в кадре. Мне текст от балды понравился больше, чем был написан сценаристом. Более живой, что ли. Натуральной стариной, былиной пахнуло.

— От балды был написан текст, который мне дали в руки. Ваш человек явно не понимает за что взялся. Попахивает примитивом, а не реальностью. Даже сказочной.

— Вот и я о том же. Не возьмётесь посмотреть и отредактировать текст? Ну, по своему разумению? Мне Аришка все уши прожужжала, что Вы чуть ли не единственный на свете кто может помочь.

— Я, может быть, и взялся, но времени катастрофически не хватает. Я вот только недавно освободился, проводил последнего клиента на сегодня. Уставший, вымотанный. Думаете, сейчас способен взять в руки текст и его внимательно прочесть?

— Так, повторюсь, кроме Вас это сделать никто не может. Даже Вадик, кто адаптировал текст, услышав Ваши слова, сказал, что он на такое не способен. А Вадик есть Вадик.

Мелькнула мысль пойти навстречу, но возиться уж очень не хотелось. Надо было взять на себя ответственность, стать обязанным, а этого всю сознательную жизнь избегал как огня.

— Давайте так, — решил предложить свой вариант, а если не согласятся, дальше будут без меня. — Вы снимаете современную сказку, так? Так. Её будут смотреть семьями и, возможно, что не всё из того, что я напишу, просто не поймут. Предлагаю так. Вы предоставляете текст и я наговариваю на диктофон адаптированные монологи тех лиц, кто является сказочными персонажами. Текст от ведьмы и волхва. Потом можете и над ними поработать, только не критично. Писать времени у меня нет — найдите девочку-студентку, кто Вам перенесёт запись на бумагу.

— Согласен. Тогда послезавтра Вам подвезут сценарий, договорились?

— Хорошо. Только если попадут на время, когда буду занят, пусть ждут. Моя помощница будет отсутствовать, поэтому наружные двери будут блокированы.

— Понял, предупрежу.

— А что с моей протеже? Анастасией Бажовой?

— Честно скажу, думаем. Единого мнения нет. Она из двух претенденток на роль. Мне Анастасия понравилась больше, но кроме моего слова есть и другие. Продюсерский центр настаивает на другой кандидатуре, только убедить, что юную ведьмочку не может играть женщина сорока с лишним лет, не могу.

— Ваше право выбирать ту, что сыграет лучше. Напомню, что уже говорил — Насте и не надо играть, она сама такая. Улавливаете разницу?

— Помню я всё. Просматриваю отснятый материал чуть ли не каждый день, сравниваю. Буду думать.

— Думайте. Тогда всего доброго?

— Да, до свидания…

Положил телефон на стол и улыбнулся. Вот уж точно клещ, как о нём отозвалась Арина Сергеевна. Забавно, что даже не упомянул об оплате за работу. Думает, что делаю это ради высокого искусства? Или просто решил проехать на халяву? В принципе, если текста немного, сделаю ради собственного удовольствия, но если там длинные монологи, придётся поднимать старые записи, читать, проникаться духов ТЕХ времён. Мелькнула мысль подсунуть женские роли Насте, но тут же отмёл как несостоятельную. Настя это сделать на должном уровне не сможет — не настолько прониклась своим предназначением за прошедшие месяцы. Ей ближе современный язык, а я помню, как долго пришлось возвращаться к нормальному языку после того как неделю читал записи волхва начала семнадцатого века. Пошёл в магазин и на кассе слова нормально сказать не мог — люди в очереди думали, что я просто издеваюсь над молоденькой кассиршей, общаясь на древнерусском.

Поднялся из-за стола и тут через приоткрытую дверь в кабинет просунулось испуганное лицо Насти.

— Вячеслав Викторович, к Вам посетитель. Из органов.

— Анастасия, а почему Вы не постучали, прежде чем зайти? Что, у нас пожар или наводнение? Не надо нарушать заведённый порядок, — выговорил девушки не со зла, а потому что увидел за её спиной мужчину, которому, дай волю, откинул бы сейчас девушку в сторону и вошёл сюда хозяином. — Пусть войдёт.

Зашёл. И первым делом цепким взглядом осмотрел кабинет. Оперативник, не следователь. Те смотрят на людей иначе.

Я вернулся за стол и сел в кресло, с интересом ожидая, что сейчас прозвучит. И не ошибся в своих предположениях.

— Капитан Федеральной службы безопасности Смирнов, — мне издали продемонстрировали удостоверение.

— Подойдите ближе и покажите документ как положено. Что бы мог нормально прочесть что там написано.

Надо отдать должное — всё было выполнено в соответствии с заведёнными порядками и я, не скрывая, записал на бумаге то, что только что прочёл. Отметил для себя, человечек-то прибыл из самой Первопрестольной, не местный.

— Возьмите крайнее правое кресло и присаживайтесь. Чем обязан? И давайте сразу оговорим порядок ведения разговора — это допрос или беседа?

— Пока беседа. Допрос производится на территории казённого учреждения, — мужчина раскрыл толстую папку и приготовил лист чистой бумаги. — Вы Алексей Владиславович Ланской? Всё верно?

— Нет, совсем не верно. Вячеслав Викторович Бутурлин. Вот мой паспорт, можете ознакомиться, — протянул документ капитану и тот, не беря его в руки, переписал все данные. — Позвольте поинтересоваться темой нашей беседы.

— Я веду предварительно расследование причин гибели полковника Ланской Александры Владиславовны. Вам знаком названный человек?

— Если скажу да, будет неправда. Если нет, то же самое. Та самая Ланская ни разу не предъявила документы, чтобы я имел возможность убедиться с кем общаюсь. Всё только на словах. Виделись дважды. Первый раз, когда она сюда заявилась в сопровождении почему-то сотрудников ФСО. Второй раз в гордом одиночестве. Правда во второй раз толком и не поговорили — ей на входе стало плохо и женщина просто свалилась в приёмной. Моей помощнице ничего не оставалось, как по моей просьбе вызвать Скорую.

— Хотите сказать, Вы смогли на глаз определить, что у неё инфаркт? — капитан задержал взгляд на моей улыбке.

— Думаю, у Вас уже имеется вся информация обо мне, поэтому стоит лишь подтвердить, что обладаю медицинским образованием, правда, не профильным, чтобы с ходу определить есть инфаркт у человека или нет. По косвенным данным, да, это было похоже на инфаркт. Приехала бригада Скорой и женщину увезли. Больше её не видел. Что касается первой встречи, тут полковник показала себя, уж простите, неуравновешенной дамой. Непонятно по какой причине называла меня родным братом, предлагала службу в ФСБ. В каком-то засекреченном отделе.

— К? М? Н? Д?

— Не помню, потому что всё сказанное выглядело бредом спятившей дамы. Это, как психиатр, могу заявить с полной ответственностью.

— Что было дальше?

— Несла какую-то ахинею, что я должен служить Родине, а не заниматься частной деятельностью. Вообщем, на том и попрощались.

— Больше контактов не было?

— Разве что по телефону. Она позвонила и опять стала нести чушь. Вновь назвала меня братом. Потом, когда не выдержал и ответил грубостью, стала меня проклинать. Не сдержался, повесил трубку. Всё, более сказать нечего.

— Вы знаете, что полковник Ланская погибла?

— Да.

— Откуда? — капитан чуть ли не подскочил с кресла.

— У меня на приёме была дама из Москвы, которая едва не стала тещёй Ланской. Фамилия той дамы Микоян. Если не ошибаюсь, зовут Ирина. Отчество не запомнил. Вот она и рассказала в подробностях как погибла целая семья Ланских. Трагический случай. Эхо войны.

— На первый взгляд да, всё так, — капитан пожал плечами, — но появились некоторые вопросы. Между прочим Ланская была приёмной дочерью в семье, которая погибла. И у них была другая фамилия. В курсе?

— Что-то подобное звучало в первую нашу встречу, но, повторю, дама несла откровенный бред и запоминать эту ахинею желания не было. Что касается бомбы, я тоже удивился столь изощрённому способу убийства. Это ведь надо было предварительно знать, что семья поедет за город, к тому же до сантиметра быть уверенным, что в конкретном месте будет разведён костёр. Откуда-то выкопать авиабомбу и накануне закопать в нужном месте. Явно работала группа профессиональных диверсантов.

— Вы сейчас всё это серьёзно? — капитан поднял на меня удивлённые глаза. — Или издеваетесь?

— Ну, судя по тому, что в случайность Ваша служба не поверила, и было начато дополнительное расследование, там был явный теракт.

Капитан двусмысленно хмыкнул. Кажется, если был один, покрутил пальцем у виска, но сейчас сдержался. Хотя нет, не до конца — непроизвольно потянулся рукой к голове.

— А почему Вы сказали, что бомбу нужно было закопать накануне?

Я посмотрел на ФСБ-шника как на идиота и он, кажется, это уловил.

— Так туда могли приехать другие люди. Не согласны? Погибли бы не те, которых хотели убрать. Это ж сколько напрасного труда.

— Ясно… Последний вопрос. Я заметил видеокамеры, что стоят у Вас в приёмной и на улице. Записи возможно посмотреть?

— В течение недели записи сохраняются на компьютере, потом стираются и на их место пишется другая информация. Могу посоветовать одно — найти сотрудников ФСО, которые присутствовали при нашей первой встрече. Они стояли неподалёку и, думаю, слышали весь наш разговор. Извините, к сказанному добавить нечего.

— Тогда прочтете и распишетесь, — мне подсунули лист бумаги, где мелким почерком вкратце были описаны мои слова.

— Это не форма протокола, поэтому напишу то, что считаю нужным. — И написал — «С моих слов записано верно». И, по привычке, чтобы ничего не дописали, ниже поставил большую букву «Z».

— А это ещё зачем? — раздражённо задал вопрос капитан.

— Привычка, знаете ли. У меня много знакомых юристов и адвокатов, которые не устают предупреждать, что после написанного нельзя оставлять свободное место. Туда могут дописать что угодно.

— Не доверяете, значит?

— Скажите, а почему я Вам должен доверять? Человеку, которого увидел сегодня первый раз в жизни?

— Ещё добавьте, что и в последний.

— Не буду врать, об этом подумал.

— Благодарю за уделённое мне время. Если возникнут дополнительные вопросы, Вас вызовут уже в отдел. Кстати, а где Вы были в день гибели семьи Лаской?

— Где и всегда. На работе. Можете, ходя, у моей помощницы посмотреть список клиентов того дня. Хотя не знаю, в какое конкретное число произошёл теракт. И попросите её, как Вы уйдёте, зайти сюда.

Капитан поднялся из кресла и, более не проронив ни слова, вышел из кабинета.

- -

Вот денёк так денёк. Сейчас для полного счастья не хватает, чтобы позвонил или сюда заявился Давота.

Через пару секунд на столе неожиданно зазвенел телефон. Дёрнулся от неожиданности. Глянул на экран — снова неизвестный номер.

— Слушаю.

— Добрый вечер, Вячеслав. Арсений Давота беспокоит.

Не сдержался, заржал в голос и долгое время не мог успокоиться. Когда вновь поднёс телефон к уху и сказал «да», услышал недоумённый голос.

— Знаете, впервые в жизни слышу столь необычную реакцию на свой звонок. С Вами всё в порядке?

— Хотите поинтересоваться, всё ли в порядке с моими мозгами? Отвечу утвердительно. Простите, просто за несколько секунд до Вашего звонка подумал, что для полного счастья не хватает услышать именно Ваш голос.

— Повторю, странная реакция. Могу ли задать несколько странный вопрос?

— Раз позвонили, давайте. Меня сегодня уже ничем не удивить.

— Хм-м… Недалеко от того места, где Вы купили дом и наша организация планирует строить коттеджи, по словам местных старожилов находится древнее языческое капище. Нам такое соседство не навредит? Только прошу не смеяться и ответить серьёзно.

— Боитесь, значит. — Решил с этим человеком не играть в прятки и говорить, что есть на самом деле. — Да, Арсений. Подтверждаю Ваши слова. Что касается дополнительного вопроса, отвечу как есть — если не сунетесь на заветное место и не учудите там безобразия, подобное соседство никому никогда не вредило. Скорее помогало. Тем, кто хочет заручиться помощью исконно русских богов, а не навязанных из вне.

— А если отвечу утвердительно? Что, как и Вы, сам хочу стать служителем древних богов на земле. Тогда что? Я ведь не принадлежу ни одной из религий.

— Варианта два. Если придёте с чистой душой и светлыми помыслами, станете послушником. Точнее, служкой, служителем Бога. Если в мыслях будет меркантильный интерес, с капища можете не вернуться. Нет полутонов. Это не игры, Арсений. Здесь всё серьёзно. Подумайте хорошо, торопиться не стоит. Даже одно скоропалительное решение, один необдуманный шаг может стать роковым.

— И кто меня возьмёт под свою опеку? Вы сами видели Богов?

— Кажется, кто-то просил задать один вопрос, а они следуют один за другим. Забавно, не находите? Давайте на этом закончим. Хотя… Два имени Велес и Морена. На последний вопрос отвечу утвердительно.

— Спасибо, Вячеслав. Всего доброго. Нет, ещё один. Настя и Морена. Они…

— Да. Всего доброго, — отключил телефон, потому что почувствовал, что стал медленно закипать. Устал. Начавшийся неплохо день закончился полным маразмом.

— Он ушёл, — в кабинет зашла Настя. — Показала журнал записей и регистрации посещений. Тот переписал несколько фамилий и спросил, была ли я тогда на работе. Ответила честно — утром на занятиях в институте, а после часа здесь. А ты что так здесь хохотал?

— Говорят, не поминай чёрта к ночи, а я подумал о нём. Через пару секунд тот сразу и позвонил.

— Чёрт? В смысле Арсений?

— Кто же ещё. Знаешь, что самое забавное — если его интерес искренний, у меня может появиться помощник. Только радоваться этому и огорчаться… пока не знаю. Ты всё выключила?

— Да.

— Тогда домой. Осталось два рабочих дня, и потом недельный отдых. Сегодня утром Мишка позвонил. Озадачил, что надо купить на компанию. Поедем на двух машинах, если ты, конечно, не передумала. Так что сейчас домой, а завтра после работы заедем в магазин. Позвоню заранее знакомому, он скомплектует заказ.

— Я поеду с тобой, говорила уже.

— Настя, если даже передумаешь, поеду с приятелями. Дома вряд ли останусь, потому что уверен — телефонные звонки будут с утра до вечера. У людей выходные и многие, проспавшись на второй-третий день после праздника, решат, что визит к Бутурлину просто жизненно необходим. В прошлые годы давали две, а то и три ставки для того, что бы с ними встретился.

— И ты ездил?

— Посмотри старые журналы регистрации. Нет, не делал исключение. Всех вежливо посылал встретить Рождество…

* * *

Сегодня у меня последний рабочий день в этом году. К тому же без помощницы. Дважды разговор заходил о съёмке, и каждый раз Настя замыкалась в себе, становясь упрямой как маленький козлёнок. Ладно, пусть попробует себя в качестве фотомодели. Она девушка эффектная, красивая, с идеальной фигурой. Есть чем похвастаться.

Первый клиент записан на десять. Второй на полдвенадцатого. Третий на половину второго, а вот последний на четыре. К тому же предупредил, что может чуть задержаться. Все новые, у меня до этого не были…

* * *

Марина Ивашкина. Всемирно известная фотомодель, по какой-то причине записавшись на приём под псевдонимом. Интересовалась длительным контрактом. Точнее, попросила помочь с выбором одного из двух, что ей предложили. Посмотрел и потом вместе смеялись — заказ шёл от одного и того же человека, только через разные агентства. Самое смешное, от мужчины, который последние годы оказывал Марине знаки повышенного внимания. Порадовало, что там не было криминала и грязи — в дальнейшем могла сложиться хорошая крепкая семья.

Второй клиент снова женщина. Коммерческий директор представительства крупной зарубежной фирмы. Интерес — стоит ли оставаться на прежней работе или пора искать новое, тем более что варианты есть. Заглянул за грань и посоветовал искать. В ближайшие пару месяцев забугорники убегут из России, оставив многотысячную команду работников без средств к существованию, выплатив отступные лишь за три месяца. Попросил, чтобы эта информация прошла по всем отделениям компании и люди заранее начали искать себе работу. Тоже расстались вполне довольные друг другом.

Третий клиент мужчина. Самодовольный болван-банкир, который, не смотря на мои предупреждения, заявился с целью проконсультироваться куда ему стоит вкладывать деньги, а куда не надо. После десятка минут препирательств посмотрел его жизненный путь и кроме грязи и ям на дороге ничего другого не увидел. Были два варианты, где он мог хотя бы не потерять большую сумму денег, о чём и рассказал, как и о том, куда вкладываться ни в коем случае нельзя. Человек ушёл даже не разочарованный, разозлённый. Судя по всему, сказанным нарушил все его планы на будущее. Ничего, месяц пройдёт и сам убедится в моей правоте.

- -

Пока было время, пообедал и, выйдя на улицу, выпил кофе. Мне нравился контраст — мороз минус десять, снег по щиколотку, а в руках чашка с горячим напитком. Когда немного промёрз, вернулся в кабинет к камину. Ощущение — мгновенное перемещение из зимы в лето…

Нагрянули воспоминания, как далёким летом тридцать лет назад я с дедом прятали родительские книги из библиотеки, заменяя их ширпотребом, купленным по дешевке в букинистическом магазине. Улыбнулся, когда вместо вынутого из шкафа толстенного тома «Основ ведовства», деда на полку поставил трёхтомник воспоминаний Брежнева. Я тогда почти не говорил, но переглянулись и оба улыбнулись, по достоинству оценив замену. Те книги сначала замотали в брезент и какую-то техническую ткань, что деда притащил с собой. Обильно пересыпали тальком, потому что им предстояло лежать в одном из схронов, что раньше показал папа, минимум два-три месяца, пока не стихнет шумиха с исчезновением семьи Ланских. Всё так и вышло. Деда даже опрыскал путь, по которому ночью носили книги, какой-то хитрой химией. Оказалось не зря — туда, как он рассказал позже, со слов людей, которых пригласили в качестве понятых, привезли розыскных собак. К счастью, мой бесценный груз не нашли, а осенью деда приехал на УАЗ-ике со своим знакомым и мы одной ездкой перевезли груз к деду на квартиру. Кроме книг прихватил с собой самое ценное для меня — родительские украшения, где большей частью было не золото и серебро, а уникальные вещицы, сделанные в глубокой старине, наполненные, как мне тогда казалось, волшебством. Набор колечек для женщин, предохраняющих от разных заболеваний. Деревянный ключик с непонятным камушком посредине, который светился ночью как светлячок. Мамины бусы, где все камни были разными. Древние чётки из, как сказал деда, кости древнего животного. Вроде бы ничего особого, а как-то раз, бегая по камням на берегу Ладоги, поскользнулся и повредил колено, да так, что пару дней ногой двинуть не мог, не то, что стоять. Было грустно лежать в постели в одиночестве и я перебирал шкатулку, рассматривая каждую вещь с помощью увеличительно стекла. Не помню что произошло, вроде хотел сесть поудобнее, и получилось так, что опрокинул шкатулку и все вывалилось мне на колени. Собрать собрал, и положил в шкатулку как было раньше, но вот чётки словно приклеились к колену. Пытался их отодрать, ничего не вышло. Деда, когда застал меня над этим занятием, тоже пытался оторвать от ноги, даже смог приподнять один край, но не удержал и отпустил. Получилось так, что моя коленка вообще была в две нитки оплетена чётками. Мне и деду в тот момент было совсем не смешно, но какое удивление было утром, когда, проснувшись, увидел, что опухоль с колена исчезла и нога перестала болеть. И, потянувшись к чёткам, легко их снял с ноги. Именно после того случая и деда, и я в полной мере осознали что лежит в старой ободранной временем шкатулке… Позже сам прикладывал к телу дедушки по очереди все родительские раритеты и некоторые помогали, уносили боль и восстанавливали организм. Когда стал старше и остался один, понял, что интуитивно используя уникальные вещи, смог продлить деду жизнь не на один год… Много лет изучал, что мне досталось от родителей, и каково было удивление, когда среди страниц рукописи старца Олесия нашёл листик тончайшей бумаги, на котором каллиграфическим почерком было перечислено всё, что находилось в шкатулке, для чего это предназначалось и как в дальнейшем, после использования, это следовало «заряжать». Переписал текст, а найденный листик вложил туда, где он и был…

Колечко, что одел на пальчик Насте, было не только венчальным. Оно защищало владелицу как от проклятий и тёмных чар, так и от простуд и нежелательной беременности. Когда кольцо переливалось разным цветом или светилось в темноте, о чём пару раз девушка говорила, оно работало в полную силу. Не стал рассказывать невесте о свойствах кольца, не желая, чтобы она надеялась только на него. Хотя, как мне кажется, когда ведьма попыталась взять нас двоих под полный контроль, Насте помогло именно оно, это невзрачное колечко…

- -

Четыре часа, но клиента нет. Половина пятого. Пять… Звонок в дверь. Выхожу из кабинета и вижу у дверей сгорбившуюся старушку. На консоли стойки администратора снимаю блокировку и открываю дверь.

— Вы ко мне?

Секундное замешательство и тихий голос, совсем не напоминающий старческий.

— Да, Вячеслав Викторович. Я к Вам по записи. Михайлова Светлана. Разрешите войти?

— Входите. — Посторонился, пропуская в тепло сгорбившееся непонятное до конца создание.

Закрыл дверь и, неосознанно сначала включил блокировку, а потом воспользовался защитой, которую опускал лишь пару раз — бронешторки на окнах и такая же, только рулонного типа, на дверь. В приёмной сразу стало темно, пришлось включать верхний свет.

— Спасибо, что сообразил, — прошелестел еле слышный голос и с моей посетительницей произошла метаморфоза — женщина выпрямилась, скинула прямо на пол какую-то страшную кофту и я увидел перед собой ту, которую не видел уже очень много лет. — Узнал, Слава?

— Светлана… Что за маскарад? — Не мог понять, как эта сохранившая немыслимую красоту женщина настолько смогла перевоплотиться.

— Когда есть риск потерять всё, что у меня есть, не старушку можно изображать, а какую-нибудь бездомную собаку. Слав, для начала сделай мне кофе. Очень прошу. Замерзла, как не знаю кто…

Через десяток минут, сунув в замёрзшие руки чашку с горячим кофе, усадил свою давнюю знакомую у камина и женщина стала оттаивать не только снаружи, но и внутри.

— Не бойся, чужих на тебя не наведу. Поверялась долгое время, поэтому так опоздала.

— Рассказывай, что случилось, мы ведь не виделись… больше двадцати лет. Когда стало припекать, вспомнила, что в юности был молчаливый парнишка, который в тебя был влюблён? Кто ради капельки твоего внимания был готов на всё? А ты не обращала на меня внимания, ведь тебе важнее всего были деньги и те, у кого их много.

— Наверное, ты прав. Я хотела вылезти из нищеты, в которой провела детство и юность. Хотела стать независимой, чтобы самой решать как жить дальше.

— И что, добилась своего? — усмехнулся, видя, во что одета моя гостья.

— Да, добилась. Стала богатой и успешной. Другой вопрос, каким путём, но тебе об этом знать не надо. Спросишь, почему я так оделась? Почему прячусь? Потому, что за мной устроили охоту те, кто считает, что деньги покойного мужа могут присвоить без особых проблем. Я для них досадная помеха, не больше. От меня нужна лишь одна подпись и фиксация на видео, что отказалась от наследства по собственному желанию и… всё, Светланы Николаевны по факту на этом свете больше нет. Кому она нужна? Нищая и никому не нужная. Из всех богатств — однокомнатная квартира на последнем этаже на окраине города. Ни пенсии, ни страховки, ни медполиса, ничего… Сразу скажу, чтобы не задавал глупых вопросов — менты, прокуратура, даже ФСБ-шники — все они не на моей стороне. Все богатства, предприятия, счета моего покойного мужа уже давно «распределены» по нужным людям. Каждый из них знает точно что и сколько получит, когда меня поймают.

— Грустно, но чем я могу тебе помочь? Если только деньгами. Прости, даже к себе в квартиру пригласить не могу — я меня есть любимая женщина.

— Помоги покинуть страну. Нужны деньги. Хотя бы пара миллионов. Не долларов, рублей. За границей у меня есть счета, связи, адвокаты, но пока я здесь, они мне недоступны. Нужна круглосуточная охрана из профессионалов. Из тех, кто не побоится схлеснуться с законом. С продажным законом, отмечу, потому что всё, что сейчас вокруг меня происходит, незаконно. Обещаю. Как только окажусь на другой стороне, компенсирую твои затраты. В евро и долларах. Один к одному, что потратишь на меня здесь.

— Светлана. Повторю. Деньги дам, остальное… извини, у меня нет подобных связей. Те два охранных агентства, с кем сотрудничаю, по сути вахтёры, не телохранители. Есть пара человек, но их подвергать риску не буду — у обоих семьи, где есть дети. Оставлять их без отцов — это вешать на свою голову проклятие до конца дней. Сам, прости, тобой тоже заниматься не буду — у меня есть семья, и рисковать своей жизнью ради тебя не стану.

— Что ж, наверное, зря пришла к тебе. Надеялась на последнюю соломинку.

Видел в потухших глазах неимоверную тоску и боль, но что мог поделать? Не хотел узнавать детали, потому что эта женщина была мне совсем чужая. Отвергнутое в молодости чувство, когда было сказано в лицо, что таких парней, как я, большинство и терять на них время глупо и бесполезно. Может посмотреть, что её ждёт? Ведь наверняка есть пути, как выпутаться из ловушки? Или… другой вариант, которым она может воспользоваться, но захочет ли?

— Светлана. Коль пришла, давай посмотрю твою жизнь. Может, увижу какой-то вариант?

— Смотри. Время для меня перестало играть важную роль.

Снял перчатку с руки и прикоснулся к щеке той, первой любви в своей жизни. Она, глупая, думала, что я полюбил её за внешность. Совсем нет. Меня привлекло, что было спрятано в ней самой — жесткий, почти мужской характер и невероятная целеустремлённость, что очень редко встречается в женщинах… Слепок энергетики ожёг руку и я вновь натянул перчатку. Рывок сознания и я за гранью.

Да… Ожидал увидеть нечто подобное, но не такое нагромождение препятствий на пути женщины. Здесь не единицы, десятки полуразмытых человеческих силуэтов стояли на каждом метре пути. До финала четыре дня и всё. Она не сможет увернуться, даже если я сейчас расчистил бы путь. Попробовал убрать с дороги первую преграду, как через мгновение заметил, что следующая за ней начала расти в высоту и ширину, уходя за пределы человеческой жизни. Понял, не получится. Тогда второй вариант, но не факт, что на мой призыв откликнутся.

— Морена, прошу о помощи. Только ты в силах заступиться за человека. Прошу не за себя и не за Настю. Помоги моей давней знакомой.

— ЦЕНА? — раздался оглушительный грохот, в котором смог лишь разобрать одно-единственное слово.

— Спроси сама у неё. По факту она мне никто, но не могу не оказать помощь.

— ВОЗВРАЩАЙСЯ. ПРИДУ. — Вновь раскаты грома, среди которых скорее угадал слова, нежели их услышал.

Рывок и я в реальности. Что заметил — ни малейшего отката.

Светлана как сидела, так и продолжала сидеть, с грустью смотря на языки пламени. Что же, придётся её растормошить и подготовить к появлению Морены.

— Свет, очнись. Есть пара вопросов, которые могут повлиять на твою дальнейшую судьбу.

— Слушаю, — женщина откинулась на спинку кресла.

— Ты веришь, что есть Боги? Не Христос, а те, кому испокон веков поклонялись на Руси? Те, кто был на нашей земле с момента её возникновения?

— Знаю, что такие были. Ярило, Велес, Чернобог. К чему вопрос?

— К тому, что они отсюда не ушли. Не удивляйся, это так. Теперь вопрос. Чем ты можешь заплатить за помощь? О деньгах забудь, они никому из Высших не нужны. Готова стать служительницей одной из богинь? Не на словах, на деле?

— Если это шутка, то неуместная, а если правда, я готова на всё.

— На всё ли, девочка? — из-за моей спины раздался хрипловатый голос и через мгновение Морана, не касаясь пола, приблизилась к креслу, в котором сидела Светлана. — Я не буду просить у тебя вечного служения. Не буду отнимать здоровье и годы жизни, хотя… отдай в моё владение своё тело на год, когда сможешь с моей помощью решить все свои затруднения. Я уже вижу, что вместе мы сможем справиться. Даже получим прибыль. Год жизни в твоём теле, девочка, и мы полностью квиты.

Светлана сидела бледная. Такое впечатление, вся жизнь ушла из её тела.

— Морена? Не ошиблась? — женщина улыбнулась. — Помню, какие о тебе остались воспоминания, но меня это не пугает. Раз это единственный выход, с благодарностью принимаю помощь. Пусть будет, как ты сказала — когда закончу борьбу за наследство и стануполноправной хозяйкой того, чем владела моя семья, отдам своё тело в полное владение ровно на год. Только небольшое условие — за этот год не пусти мои сбережения на ветер.

— Не пущу. Наоборот, преумножу. Договор, Светлана?

— Договор, Морена.

На моих глазах фигура богини превратилась в легкий туман, который впитался в Светлану. Та сидела с закрытыми глазами ещё несколько минут, а потом резко поднялась.

— Спасибо за помощь, мой так и несостоявшийся муж. Не зря обратилась к тебе. Слава, единственная просьба. Вызови сюда такси. То, в чём пришла, вновь на себя одевать не стану. Мы решили, что это ни к чему.

— А деньги?

— Спасибо, в них уже нет необходимости.

Вызвал такси и машина прибыла к месту назначения уже через несколько минут. Поднял бронезащиту, потом разблокировал дверь. Светлана смотрела на меня с благодарностью, но заметил в её глазах и тревогу.

— Ещё раз спасибо за помощь, Слава. Я этого никогда не забуду.

— Как всё наладится, дай знать. Хорошо?

— Придёт время, напомню о себе. Никогда не забуду, что ты был единственным из всех, кто мне помог.

Кивнул.

— И тебе спасибо, Морена, что отозвалась и помогла. Я, видимо, буду должен?

— Сочтёмся, милый, — неожиданно прозвучал хрипловатый голос и женщина, легко подхватив с пола сброшенные ранее тряпки, вышла на улицу, а ещё спустя минуту села в машину такси, которая сразу же уехала.

— Прям новогодние чудеса. Сам выступил в роли Деда Мороза, — хмыкнул, хотя сразу же посмурнел, когда пришло понимание что произошло. — Нет, не Деда Мороза, а самого настоящего Фауста, хотя у Светланы был выбор. Маленький, но был. Она осознанно выбрала свою судьбу. Как, наверное, и все люди в критические моменты жизни вынужденно делают выбор, а вот каким он получается, это узнают не сразу. Один минус — вернуться назад и что-либо изменить никто не может…

* * *

Затушил камин, огляделся в кабинете, чтобы ничего не забыть. Сунул в пакет текст, что сегодня принёс курьер с киностудии, и закрыл кабинет. Странное было чувство, словно прощался если не навсегда, то надолго с давно обжитым местом. Компьютер выключен, щелчок в электросчётчике и после звонка во вневедомственную, поставив офис на сигнализацию, закрыл наружную дверь. Постоял немного у входа и пошёл к машине.

Целый день шёл снег. Пришлось поработать щёткой прежде, чем залезть в уже тёплый салон автомобиля. Потянулся к привязному ремню, как внезапно для себя оказался за гранью. Меня туда просто утянуло. Такого ещё не было.

Дорога жизни. Покрытая густым туманом и… длинной всего в неделю. Дальше пустота. Не только прерывался мой путь, но и Насти.

— Удивлён таким переменам? Не ожидал?

Голос звучал из ниоткуда, но, казалось, со всех сторон. Сколько не оглядывался, никого рядом с собой так и не увидел.

— И кто меня приговорил?

— А ты до этого момента был уверен, что один такой на всём белом свете, кто имеет покровителя из Высших? Хочу сказать, когда один не может справиться с возникшей проблемой, ищет, и в итоге находит единомышленников, а бывает, что обращается за помощью к богам и те не отказывают.

— Люди. Боги. Кто ты, незримый, с кем сейчас разговариваю? Или настолько могущественный, что боишься назвать себя, опасаясь за мои нервы?

Смех со всех сторон и дальше тишина.

Почувствовал, что давление на меня исчезло и уже хотел вернуться в реальность, когда вновь скорее ощутил в себе, чем услышал очередные слова.

— Ты не на того поставил, человек. Надо уметь выбирать.

— Я не выбирал. Как мои многочисленные предки, так и я всегда служили одному — Велесу. У других были свои служители, а вот почему никто из тех не остался в живых и Вас стали забывать, наверное, сами виноваты. Вы только брали, ничего не давая взамен. Были бы умнее, сообразили, что люди изменились, стали другими и теперь легко могут обойтись без Вас.

Мне никто не ответил. Тот или те, кто был рядом, ушли…

Вновь посмотрел на то, что мне осталось. Нам осталось. Мало. Слишком мало, но понять, кто стоит за этим, не смог. Сколько ни пытался, вокруг меня образовалась некая невидимая преграда, которую пробить, сколько ни пытался, не мог. Рывок и не сразу понял, что сижу в машине. Короткий взгляд на часы — ТАМ был около часа, а казалось, прошло всего несколько минут.

Проехал несколько метров и вновь остановился. Закрыл глаза и стал звать Велеса, но и на этот раз отклика не получил. Сидел и лихорадочно прокручивал в голове все возможные варианты. Финал был назначен на седьмое января, но могло случиться и раньше. Даже первого января. Этот день был особенно мрачным. В тумане множество неясных фигур… Кто меня приговорил? Что не боги, понятно, люди. Как сказал неизвестный? Когда один человек справиться не может, ищет единомышленников?

Сколько не крутил вариантов, всё время возвращался к одному — тому странному отделу в недрах ФСБ, которому не только отказал, но и нанёс существенный вред. Могли ли ТЕ из сотрудников, кто был неординарными личностями, объединиться и, заключив договор с одним из ушедших Высших, меня остановить? Могло, только одно смущало — их конечная цель. Чего добивались? Что получат, если от меня избавятся? По факту — ничего, кроме удовлетворения собственных амбиций. Или могу помешать осуществлению ИХ целям? Ладно, с этим не всё, но что-то проясняется. Тогда вопрос КАК они это сделают? Подстроенная авария на обратном пути? Может быть и такое, но мы ведь поедем на двух машинах. Будут свидетели и их надо будет тоже убирать. Отпадает, на массовое убийство не пойдут. Могут предвидеть, что окажем отпор. Миша ведь военный пенсионер, списанный по ранению. Это сейчас он инженер, работает по специальности, а до этого… Второй вариант — дом в лесу. Точнее, когда мы решим ехать обратно. Лесная дорога? Вполне может быть. Вместе с тем, почему они уверены, что мы не уедем раньше на день — два или наоборот, не задержимся? Попытаются моих приятелей выманить в город раньше? Или вообще не станут тянуть и уберут в момент, когда мы будем расслаблены? Например, первого января? Ведь в другие дни я не видел в тумане фигур? Первого? Когда запланировал идти на капище? Пожалуй, это самое удачное время и место, где надеяться на помощь товарищей не смогу…

Достал из кармана телефон и набрал Мишу.

— Привет, как, собираетесь к нам?

— Да, Слав, — скорее всего, мой старинный приятель почувствовал что-то такое в голосе, что его тон мгновенно изменился. — Что-то случилось?

— Расскажу при встрече. Знаешь, не надеюсь на телефон. Миш, у тебя «глаза» ещё на месте? Не потерял?

— Всё есть. Взять?

— Да, возьми. И что-нибудь для себя и того парня захвати. Жене тёплые вещи не забудь. Обещают мороз. Не хочу, чтобы Маша замёрзла.

— Может и на Настю взять? Есть её размер.

— Буду благодарен. И давай не будем говорить нашим девочкам, что о них беспокоимся. Ты, когда подъедешь, набери меня, спущусь. Машу дома оставим, а сами что надо перегрузим из машины в машину. Заодно переговорим, может Вы решите остаться дома. Остальное при встрече. Я поехал домой.

— Мы тоже через полчасика выезжаем…

Глава 16

— Вот такой хреновый расклад, Миш, — рассказав приятелю, что сегодня со мной произошло, что видел за гранью, а так же все мысли, что у меня были, посмотрел в глаза хмурого мужчины. — Если Вы не поедете, буду чувствовать себя более свободным в поступках. Ребят отправлю домой пораньше. Постараюсь, чтобы они и Настю с собой забрали, хотя, уверен, трудно будет такое сделать.

Мы стояли у открытой дверцы багажника моей машины, куда я уже успел положить продукты, а чуть ранее, в сделанный специально для такого случая, винтовку и два пистолета. Миша привёз три бронежилета, коптер, посетовав, что его жена обратила внимание, что супруг слишком надолго задержался у оружейного сейфа.

— Я твой должник, не забыл, Слав? Не обижай недоверием. Хотя, сказать по правде, девчонок брать не хочется, вдруг попадут под раздачу. И ещё, дружище. Нашим надо всё рассказать. Нельзя их держать в неведении.

— Предлагаешь отправить всех дня через три-четыре? А если с ними что-то случится по дороге? Что сделают два мужика и четыре женщины? Растеряются. Сто процентов.

— Ну да, лучше быть всем вместе. — Михаил качнул головой. — Хотя в первой машине назад поедем вдвоём, а Маша с Настей пусть будут с ребятами. С двух сторон на задние двери накинут бронники. Какая-никакая, но защита. Машутка, кстати, с коптером управляется лучше, чем я. Буду с ней держать связь. Взял пару коротковолновых раций, так что если даже включат глушилку, останемся на связи. Слушай, а зачем ты взял снегоступы? Это ведь они? — мужчина показал на неплотно закрытый чехол, откуда выглядывала плетёнка основания.

— Первого хочу сходить на капище. Я тебе говорил, оно не так далеко от дома.

— С Настёной?

— Нет, один. Миш. Если со мной что-то случится и девочка останется одна, пригляди за ней. Обещай.

— Обещаю, но с таким унылым состоянием, как мне кажется, вообще лучше остаться дома.

— Нет. Ты знаешь, что я служу Велесу, а за последние два месяца он не откликнулся ни на один мой призыв. Вот и хочу понять, что происходит. Может мы, люди, случайно попали в жернова игр Высших? Такое может быть, Миш. Они как дети ссорятся, дерутся, воют между собой, а потом дружат и хохочут над тем, что произошло. Они же бессмертные, а все их выдумки, это какая-никакая развлекуха, уход от монотонности бытия. Думаешь, если по их вине гибнут люди, они расстраиваются? Нет! Сотней или тысячей больше или меньше — для них число не играет роли.

— Слав, но ты же последний. Сам это говорил. Или не так?

— Последний ЗДЕСЬ, Миш, а то, что у них миров, как наш, множество, это так. Ну, исчезну я, небольшая утрата, зато в другом месте таких волхвов как я у того же Велеса могут быть сотни. Будет он расстраиваться? Ну, может, мелькнёт досадная мысль, что я сам виноват, а уже через день забудет. Говорю утрированно, но факт остаётся фактом.

— Я хоть и не верю ни в каких богов, ты мне близкий человек и свой долг, повторюсь, перед тобой не закрыл. А сейчас пойдём домой. Маша, наверное, вся уже извелась. Настя звонила? Когда приедет?

— Звонила, когда я относил продукты в машину. Думаю, с минуту на минуту.

- -

А ещё через полчаса, наскоро перекусив, четыре человека сели в машину и поехали в сторону загородного дома. На выезде из города встретились с приятелями и, хотя дальше планировали ехать на двух, поехали на трёх машинах, одна из которых оказалась самым настоящим Хаммером, автомобилем повышенной проходимости…

Пока женщины общались и знакомились, трое мужчин пытали четвёртого.

— Сань. Ты откуда такого монстра раздобыл? — Миша постучал по двери и с удивлением посмотрел на приятеля. — Не понял…

— Ребят, не пытайте. Мне эту машину год собирали из двух. — Миша спец, сразу понял что к чему.

— Ты лучше скажи, как номера в ГАИ получил? Насколько знаю, армейские бронированные Хамви по дорогам Росси не ездят. Это самое бронирование тебе на кой? Лишний же вес.

— Так собирали, как сказал, из двух, что в утиль сдали — они уже не могли своим ходом передвигаться. Движок перебрали, сделали капиталку, где-то, что явное оказалось лишним, сняли, как защиту днища, а двери и стёкла трогать не стали.

— Саш, но ведь жрёт он как слон. Тут только на бензин вся зарплата уйдёт.

— У меня дизель. Жрёт, не спорю, много, но я ведь езжу редко, это раз. Второе и самое главное — купил через знакомых этот хлам за смешные деньги. Один был утопленником, второго, как понял, просто где-то забыли в лесу на пару лет. Больше потратился на ремонт и переоборудование салона, а теперь попривык, продавать нет желания. Когда едешь по трассе, ни один долбоящер к тебе не приближается ближе, чем на пару десятков метров. Боятся. Понимают, в случае чего они превратятся в хлам, а я только краску поцарапаю.

— Продал бы, да купил что-то новое, покрасивее и презентабельнее.

— Не, это же история, да и менять железо на жесть… Дим, ты бы на моём месте такую красотку продал?

Дмитрий рассмеялся.

— Покатался бы вдоволь, не буду врать, а потом продал. Сам понимаешь, как бы твои умельцы хорошо не сделали, собранная из двух машин, не то же самое, что сделанная на заводе.

— Посмотрим. Время покажет. Мне вот кажется, что эта машинка мне ещё послужит верой и правдой. Что, поехали?

— Поехали. — Миша посмотрел на меня и, поймав его взгляд, понимающе улыбнулся. Вполне вероятно, что сказанное Александром со смехом может превратиться в реальность уже через пару дней.

* * *

— Арсений, есть новая информация по Бутурлину.

— В смысле? — мужчина посмотрел на безопасника взглядом, не предвещающим тому ничего хорошего. — Я же приказал, что бы по нему больше не работали.

— Ты сказал дословно, что работу по нему прекратить и все собранные материалы уничтожить. О наблюдении не было сказано ни слова.

— Полковник, нарываешься. Хочешь, чтобы наши добрые отношения превратились исключительно в служебные?

— Арсений, а ты меня не пугай. Сам знаешь, я здесь исключительно из-за наших добрых отношений. Ничего другое меня не держит.

— И зарплата не держит? — усмехнулся Давота.

— А ты думал, это предел мечтаний? — Анатолий Ремесов усмехнулся. — Меня уже как год зовут в Москву. Говорил тебе об этом. Зарплата в два раза больше и трёхкомнатную квартиру сразу дают.

— Так чего тогда сидишь? Поезжай, раз там лучше.

— Дурак ты, Арсений, раз такое говоришь. Мне тебя жаль. Знаю, уеду, так на тебя со всех сторон накинутся все твои далёкие родственнички, они ведь только того и ждут. И ты один с ними не справишься. Разве не так? Ладно. Вообщем, послушай запись, что сделана всего час назад и скажи — прав я был или нет, что не снял наблюдение с Бутурлина. Я тебя оставлю одного, что бы сам сделал вывод. Дай знак, когда будешь готов к разговору.

Через час начальник службы безопасности вновь зашёл в кабинет Генерального. Заметил, что его друг и начальник взволнован.

— Что скажешь? — с порога спросил Ремесов.

— Ничего не понимаю. На первый взгляд — полный бред. Кому Бутурлин мог перейти дорогу, раз его захотели убрать? Приговорили сотрудники какого-то засекреченного отдела ФСБ? Смысла в акции не вижу. Уберут и что? Как говорят, ни себе ни людям? Или боятся возможного противостояния между ними и Вячеславом? Те захотят как-то повлиять на значимых людей, возможно из правительства страны, а Бутурлин им может помешать? Или на какого-нибудь политика из-за границы? Ведь к Вячеславу почти каждый месяц приезжают оттуда гости.

— Отмечу, не рядовые люди. Только о чём они говорят между собой, остаётся тайной абсолютно для всех. Может это молчание и стало причиной предстоящей расправы? Скажи, как видишь наши дальнейшие действия? Почему-то кажется, в сторону не отойдёшь.

— Мы с тобой слишком хорошо знаем друг друга, Толя. Хотел бы услышать твои соображения.

— Мои? Первое и основное, если ты вычленил главное из слов Вячеслава — он увидел САМ, что дорога жизни его самого и Насти обрывается седьмого или восьмого января, а может и раньше. Тот туман, в котором Бутурлин увидел тени, начинается с первого числа. Как бы он не был хорошо подготовлен, плюсом у него друг, Михаил, бывший спецназовец, вдвоём не смогут противопоставить против даже четвёрки или шестёрки спецов. Хотя, смотря от какого ведомства отправят людей. Мои люди заметили, что Бутурлин положил в машину какое-то оружие. Есть предположение, что винтовку. Наверняка у них будет и короткоствол. Плюсом имеется квадрокоптер, о чём упоминалось в разговоре. Очередной вопрос — «птичка», это хорошо, но какое на нём имеется оборудование? Простой «глаз» в зимнем лесу может увидеть разве что следы, но если туда отправят подготовленных людей, парни ничего не увидят. Второй вариант намного хуже. Я имею в виду, если нападение состоится не на лесной дороге или возле дома, а по пути домой. Остановят на трассе переодетые в форму гаишников, и расстрелять людей в машине — пара секунд. Не говоря уже, если внутрь забросить гранату. Тогда дело секунды.

— Я не об этом тебя спросил.

— Я понимаю. Просто даю возможный расклад. Если мы говорим об акции около дома или на лесной дороге, можем сегодня или завтра с утра отправить туда группу своих спецов. Пусть смотрят за окрестностями с помощью птичек. Хотя, если бы передо мной стояла задача по ликвидации, мои люди уже были бы там. Подготовили места для ночёвок, повесили следящую аппаратуру, чтобы лишний раз самим не вылезать на поверхность. Наткнуться на них можно разве что случайно. Или засечь работающую технику. С вариантом на трассе в город немного проще — можно пустить впереди и сзади машин Бутурлина и его друзей моих парней. Мы подобную ситуацию по сопровождению отрабатывали. Другое беспокоит — если Вячеслав отправится в одиночестве к капищу. Тут его не прикрыть. Ни по пути туда или обратно, ни в процессе совершения обряда, а он туда обязательно пойдёт, причем, не откладывая, первого числа. Знаешь, Арсений, легче всего было бы убрать Вячеслава именно там, на капище, а найти такое место, если среди ФСБ-шников есть люди с нужными способностями, не так и сложно. Пара человек, не обязательно даже снайперов, и вопрос решаем.

— Я тебя понял, Толя. Давай тогда так. Организуй к вечеру группу прикрытия. Найди тех, кто сможет быть с Вячеславом рядом, но не быть обнаруженными. Понимаю, ломаем планы, но я людей отблагодарю. На всякий случай позвоню Бутурлину и предупрежу, что рядом будут наши люди. Только надо передать ему связь, а то почувствует кого-либо, да начнут стрелять. Знаешь, как бывает в жизни — чужих не заденут, а своих положит.

Безопасник выслушал, помолчал, а потом задал вопрос, который его по-настоящему беспокоил.

— Арсений, а ты не думаешь, что если схлестнёмся со спецами, тебе придётся кардинально менять специфику работы фирмы? Нам ведь не просто перекроют все каналы, вообще вышибут с этого рынка. Не пожалеешь?

И вновь полковник Ремесов почувствовал на себе взгляд, после которого ему становилось неуютно.

— Если не допустим ошибок, о нашем вмешательстве никто не узнает. Что для этого надо сделать, ты прекрасно знаешь. Второй вопрос. Думаешь, если, к примеру, мне скажут, что для продолжения работы предприятия я должен тебя ликвидировать, я выберу работу? Не заставляй меня сомневаться в тебе, мой старый верный друг. Знаю сколько раз тебя пытались купить, но ты остался верен… Есть такое понятие как честь и она не продаётся и не покупается. Она или есть или её нет. Всё, работай. Да… Я, скорее всего, туда сам поеду.

— Боишься, что главное пройдёт без твоего присутствия?

— Именно. Стоит на деле применить все навыки и умения, чему ты меня учил столько лет. Или всё это было зря?

— В таком случае и учитель должен быть рядом с учеником. Оставлять сырого пацана одного не в правилах спецназа.

Мужчины понимающе рассмеялись и пожали друг другу руки…

* * *

Настя весь праздник провела в каком-то невменяемом состоянии. Так до конца и не смогла поверить, что взрослые люди, в два раза старше её, могут веселиться как самые настоящие дети. И она неосознанно поддалась этому настроению. Кусочек льда, засунутый за шиворот проходящим мимо человеком, было самой невинной проделкой. Восемь человек превратились в неуправляемую группу детей дошкольного возраста. Не прекращающийся ни на минуту хохот, мелкие шкодливые проделки, валяние в снегу, песни, точнее ор на свежем воздухе… Шампанское из горлышка, новогодний салют — сознание девушки словно разделилось пополам. Одной частью веселилась со всеми, а другой — не покидало сомнение, что присутствующие были нормальными людьми…

Под утро, вместо того, чтобы лечь спать, начались интеллектуальные викторины. Просто издевательство над организмом. Если бы не огромная кружка с крепчайшим кофе… Самое обидное для неё, но всеми воспринималось с энтузиазмом, проигравший должен был выйти на улицу, и пять минут кукарекать что было сил. Не одна она так делала, почти все оказывались на морозе, но Насте казалось, что она выходила чаще, была глупее всех…

Только к семи утра, когда все угомонились и легли спать, девушка узнала, что она, оказывается, удивила всех присутствующих своими знаниями и эрудицией, поэтому стала негласной победительницей…

- -

— Слав. Что с тобой происходит? Я чувствую, ты весь напряжён. — Настя прижалась к моей груди. Обнял её, спрятал в кольце рук.

— Всё нормально, малыш. Просто очень устал за последние дни.

— Не ври, прошу. Скажи, у нас впереди что-то плохое? ОЧЕНЬ плохое? Ответь честно. Таким, как сегодня, ты ещё никогда не был.

Что мог ответить маленькому родному человечку, который сейчас вырвался из объятий и навис надо мной, не сводит глаз? Волнуется, переживает, так это и понятно. Настёнка давно чувствует меня даже на расстоянии.

— Врать не хочу, а правду говорить ещё рано. Сегодня пойду на капище. Один, Настя, и не спорь. Я тебе рассказывал, что для этого надо одеться в одежду, где нет никакой химии. Одно неправильно сказанное слово, одно неточное движение и можно оказаться внутри скорлупы оплавленной одежды. Что случится с этим человеком, сама можешь догадаться.

— Тогда почему ты не взял то, что я одевала в прошлый раз?

— Милая. Я с Мореной виделся вчера, а вот Велес на призывы не отвечает уже второй месяц. К тому же есть вероятность, что… на пути в город с нами случится неприятность. Не со всеми, кто находится сейчас в этом доме, а именно с нами двоими.

— Нас убьют, да? Те, кому ты мстил?

— Кому я отомстил, нас уже не тронут. Это кто-то другой, а вот кто, понять не могу. Поэтому и хочу сходить на капище. Там у меня будет больше возможностей призвать покровителя.

Как Настя не напрашивалась, даже, обидевшись, поплакала немного, к моему счастью успокоилась и уснула, а сам так и не сомкнул глаз. Проваливался в какое-то пограничное состояние, но в одиннадцать встал, переоделся и, тихо прикрыв дверь в комнату, выскользнул в коридор.

— Уходишь? — вздрогнул, когда из-за спины раздался шепот. Обернулся, Миша. Одетый, собранный по-походному, с рюкзаком за спиной и охотничьими лыжами в руках.

— Ты куда собрался? — усмехнулся, задавая глупый вопрос.

— Туда же. Не волнуйся, отвлекать не буду, но одного тебя не отпущу. Сердце ноет, Слав… Я оставил нашим записку, чтоб не искали. Настя знает?

— Да. — Сделав шаг, обнял товарища. — Понимаю, спорить с тобой бесполезно. Тогда останешься там, где скажу, хорошо? И, пожалуй… пойдём, кое-что дам. Ты в броннике?

— Угу. С собой Стечкин с ПБС. Взял тепловизор, хотя днём он…

Достал из тайника, что был в машине, винтовку и протянул Михаилу.

— Знакомо? — Мужчина кивнул. — Здесь хорошая оптика. До двухсот метров можно работать без корректуры. Одно плохо — нет ни чехла, ни ремня. Придётся тебе её так нести.

Михаил улыбнулся. Сбросил с плеч рюкзак и достал оттуда длинный кусок белой ткани. Минута, и обёрнутое тканью оружие потеряло привычные очертания. Удивился, но не стал ничего говорить, лишь показал большой палец.

— Миш, время, — сказал, кидая ключи от машины на стол и захлопывая наружную дверь в дом. — Идём размеренным шагом. Постарайся следовать за мной метрах в пяти. Предупреждаю заранее — если вдруг увидишь поблизости волков, кабанов или лосей, не крути головой. Даже если будут идти в метре за твоей спиной, не нервничай. Пока ты со мной, они не нападут.

Прошли ещё метров пятьсот дальше по дороге, что недавно была расчищена грейдером, где я одел снегоступы, а Миша лыжи. Посмотрели друг на друга и двинулись через зимний лес.

* * *

Переговоры по закрытому каналу связи.

— Третий первому. Двое вышли из дома. Фигурант и Медведь. Без Кнопки. У Медведя с собой Болт. Прошли по дороге в сторону озера и зашли в лес.

— Первый третьему. Принял. Оставайтесь на месте. Контроль дома.

— Первый — пятому. Поднять «птичку». Беззвучный режим. Высота максимальная.

— Пятый первому. — Низкая облачность. Придётся работать на удалении.

— Первый пятому. Принял. На максималке.

— Первый четвёртому.

— Четвёртый в канале.

— Движение твоей группы слева параллельно движению фигурантов. В случае фиксации чужих, без маркеров, будьте готовы работать.

— Принял. Готовность к работе.

* * *

Переговоры по закрытому каналу связи. Другая частота.

— Вака Северу.

— Север в канале.

— Цель с соседом вышли из дома. Ушли в лес. Корректировка. Помимо нас здесь работает другая группа. Заметил двоих. Одного опознал. «Слип» из «Витязя». С ними есть связь?

— Здесь не должно быть никакой группы, тем более… Всем внимание, здесь Север. Своих здесь нет. Повторяю — своих здесь нет. При контакте работать на поражение. Включить опознавательные датчики.

* * *

В салоне кунга грузового Мерседеса, находящегося в паре километров от одиноко стоящего в лесу дома, молодой мужчина снял наушники и повернулся на стуле к двум руководителям, не отрывающим глаз от монитора.

— Полковник, есть контакт. Частота переговоров определена. Сейчас идёт работа по вскрытию канала. Минут через пять, надеюсь, будем их слышать. Ничего нового, линейка связи ФСБ.

— Принял. Смотри, малой, на тебе огромная ответственность.

— Понятно. Так, таймер начал отсчёт. Осталось пять, четыре, три, два… Есть. Программа закончила работу, мы их слышим.

— Сколько работающих точек?

— Шесть. Стандарт.

Полковник взял в руки рацию.

— Центр первому.

— Первый в канале.

— Шесть чужих точек. Предположительно группа ликвидаторов. — Параллельно слушая чужие переговоры, уловил последние слова старшего противоборствующей группы… — Первый, они заметили, что не одни в лесу. Был отдан приказ на ликвидацию. Разрешаю работать на опережение. Повторяю. Разрешаю работать на опережение.

— Принял. Работаем…

— Не понял. Здесь, что, Бродвей? Кто таки и что здесь забыли? — полковник на втором мониторе заметил, как по дороге, метрах в ста от замаскированной машины, не торопясь проехал китайский внедорожник с тонированными стёклами. — Алексей, запиши номер и пробей по базам, кому принадлежит. — Молодой спец записал продиктованный номер автомобиля и запустил программу поиска. Кому принадлежит китаец, он узнал уже через несколько секунд, но, работая под руководством полковника не первый год, понимал, что сразу же последует новые вводные, поэтому запустил пару специфических поисковых программ, использование которых гарантировало длительный тюремный срок. В то же время, если бы сейчас некие ответственные люди знали, по КАКИМ базам идёт поиск, в лучшем случае завтра положили бы заявление об увольнении, а в худшем — пустили бы себе пулю в лоб.

— Есть данные. Машина принадлежит сыну подполковнику ФСБ в отставке Сергиенко. Работал много лет в литерном отделе. Вышел в отставку около десяти лет назад. Один из сыновей, кому и принадлежит эта машина, капитан ФСБ, служит… там, где раньше его отец. Второй сын армеец. Старлей. В данное время находится в отпуске.

— Снова всплывает литерный отдел? — раздался напряжённый голос до сих пор молчавшего третьего мужчины. — Полковник, а покойная Ланская не имела отношение к этому кадру?

— Лёш, слышал вопрос? Попробуй выяснить. Полковник ФСБ Ланская Александра Владиславовна. Ныне покойная. Если будет закрытая база, подключай своих. Только пусть работают через удалённый север.

— Понятно, что не с рабочего или домашнего компа, — хмыкнул молодой человек. Повернулся к монитору и его пальцы залетали над клавиатурой. — Группа А. На входе восемь степеней защиты. Времени для мягкого проникновения нет. Ломаем. Лимит пять минут. Начали. Группа Б. Как дам сигнал о получении доступа, кидайте пакет и ломайте соседние сервера. Следов не оставляем. Чистим…

Через десять минут послышался облегчённый выдох. — Полковник. Мы вошли в базу, но очень грязно. Там сейчас все стоят на ушах. Зафиксировали взлом и проникновение, но получили в довесок с полсотни вирусов. Так, парни, есть пакет. Закрываем доступ. Входим и трём за собой. Группе А — молодцы. Группа Б… Парни, Вы лучшие. Всё, отбой.

— Что там нашли? — полковник обернулся и увидел согнутую спину оператора.

— Сейчас… Минуту. Идёт расшифровка и распаковывание архива. Надо подождать пару минут… Есть. Кидаю информацию на Ваш ноут. Только здесь… Упс… Товарищ полковник, Арсений Багирович, обратите внимание на второй список. Гриф три единицы. Это ж… Шесть человек, из которых в живых остался… Сергиенко. Тот самый, кто сейчас проехал миом нас. Если он сам, конечно, был в машине. Остальные все умерли… явно не своей смертью. Посмотрите на шестую страницу. Там перечень членов семей погибших. Охренеть. И кто ж так на них обиделся? Ни следов, ни повторений. Красивая работа.

— Алексей, удаляй всю информацию. У твоих есть копия?

— Нет, только у меня.

— Удаляй всё. Сейчас же, чтобы хвостов не осталось.

— Может инфу на флешку сбросить?

— Нет. Удаляй подчистую. Ты не понимаешь, куда влезли и что за информацию получили? Узнай кто, грозит ОЧЕНЬ большими неприятностями. Лёша, удаляй всё, не хапужничай. Достаточно, если на одном ноутбуке останется. Работай дальше и не отвлекай.

Пока полковник наставлял молодого гениального программиста, которого уже давно искали многие спецслужбы мира, Арсений Давота листал на экране ноутбука страницы документов под тремя грифами — «Особой важности», «Совершенно секретно» и «Государственной важности». Прекрасно знал, если кто узнает, что он просто ВИДЕЛ эти документы, его не спасут никакие связи и знакомства. Это была не бомба, гораздо хуже. Один список акций, которые провели сотрудники секретного отдела за последние десять лет с указанием мест и имён, уже тянул на пожизненное заключение, если не на ликвидацию. В итоге нашёл то, что так долго искал. Архивный список. Перечень данных по семье Ланских.

«32-1. Ланские. Потомственные медиумы и волхвы. Состав семьи — 3 мужчины. 3 женщины. 2 ребёнка 10 лет. Мальчик и девочка… 32-3. Предварительно проведённые эксперименты показали высокий потенциал у мужчины, Владислава Григорьевича и его сына, Алексея Владиславовича. Остальные не представляют интереса. Подлежат списанию… 32-6. Во время транспортировки в исследовательский центр произошла нештатная ситуация, в результате которой 7 из 8 человек семьи Ланских погибли. Шесть взрослых получили смертельные ранения, которые были нанесены сопровождающими лицами. Мальчик, после долгих поисков, найден не был и позже признан погибшим. Девочка после передержки в детском доме была усыновлена… 32- 8. Тела погибших кремированы и захоронены на территории Н-ской тюрьмы строгого режима».

Арсений не стал дальше читать. Мотнул головой и закрыл файл. Подумав, переместил его в папку, доступ к которой имел только он. Увидел внимательный взгляд начальника безопасности.

— Хочешь спросить, почему сам не удалил? Знаешь, ТАКОЙ информацией не разбрасываются. Будет время, придумаю как и где её использовать. А теперь… Что-то засиделись твои парни. Дай команду второй группе — пусть возьмут Сергиенко. Если смогут получить предварительную информацию сейчас, будет хорошо, а нет — пусть увезут на базу. Сам с ним позже переговорю.

— А его сопровождающих?

— Туда же. Если окажут сопротивление, знаешь что делать. Работай, полковник. Сейчас в этом районе если и есть нейтральные люди, они находятся в доме или на капище. Все остальные свои или враги. Последние этот лес покинуть не должны. Ясно?

* * *

Полтора часа ходьбы по заснеженному лесу — это ещё то испытание. Устал неимоверно, а вот Мишка пёр сзади, словно гулял по Невскому. Ни испарины, ни единого следа усталости… Когда подошли ближе, оставил своего друга-приятеля метрах в двухстах от капища.

— Миш. Найди какую-нибудь сосну потолще и заройся в снег рядом с ней. Что бы ни ветром не унесло, ни чужие не заметили. Знаешь, есть чувство, что мне смотрят в спину.

— У меня такое же чувство.

— Одно прошу — первым не стреляй. Не надо брать на себя ответственность за чужую жизнь, тем более рядом с родовым местом. Это ведь не просто капище, каких было много разбросано по округе. Здесь раньше жили люди, было поселение. Очень давно, тем не менее. А раз так, это место поклонение многих сотен, если не тысяч людей. Так что заройся в снег и не высовывайся. За мной тоже не подсматривай. Ничем хорошим это не закончится. Давай, мой старый верный друг. — Пожали руки и обнялись. — Если не вернусь, Настю не оставь. Помни что обещал.

И, более не оборачиваясь, пошёл на снегоступах дальше, привязав к поясу лыжи Миши, Так, чтобы создалось впечатление, что мы и дальше шли вдвоём…

Расчистил площадку, насобирал дров для костра и совершил первый призыв. Тихо. Только где-то вдали слышался шум винтов. Вертолёт? Вряд ли. Скорее где-то над лесом летает коптер. Явно по мою душу. Ищут.

Зажёг костёр и совершил второй призыв и, сразу же, полоснув по ладони, приложил окровавленную руку к тотемному столбу. Удивился, что с прошлого раза древнее дерево вроде стало чище — исчез налёт и лики славянских богов стали более видны… Третий призыв и на поляне зазвучала древняя песнь единения живых и тех, кто ушёл за грань бытия…

Удивительно, но, как и в прошлые разы, всё делал интуитивно, словно сам смотрел на себя со стороны. Ветер, которого совсем не было, внезапно закружил по поляне, с каждой секундой набирая силу. Весь снег, что висел толстыми охапками на ветвях деревьев, да и на поляне, стал медленно подниматься вверх, втягиваясь в воздушный смерч, что уже кружил вокруг. Несколько минут и я стоял на голой земле, но костёр, что горел у самых ног, продолжал гореть и язычки огня не метались со стороны в сторону, а тянулись к моим ногам, словно хотели согреть, поделиться теплом.

Закончив песнь, очередной, последний призыв, после которого услышал оглушительный треск в лесу, равномерно раздававшийся через короткие промежутки времени, словно ко мне спешил огромный великан…

— Здравствуй, малыш. Давно не виделись. Ты совсем забыл про меня. Чего не звал? Попытался повернуть голову в сторону, откуда раздался голос, но так и не смог её сдвинуть ни на миллиметр. Ощущение, что меня парализовало.

— Забыл? Звал тебя много раз, но ты откликнулся только сейчас. Скажи честно, во мне отпала нужда? Если да, больше звать и беспокоить не буду.

— С чего такие мысли? — Теперь голос, казалось, стал сердитым и звучал уже не с одной стороны, со всех, отдаваясь внутри тела болезненной вибрацией.

— Ты перестал мне помогать. Обряд, что провели осенью, сделал меня не сильнее, как обещал, а во много раз слабее. Когда был за гранью, ты ясно указал мне место не соратника, не своего волхва, а мелкой служки. А теперь решил, что мне и жить не нужно? Ладно меня приговорил, Настю за что? Она ещё и жить не жила.

— Я мало что понял из твоих обвинений, но ты, кажется, вообще во всех своих бедах решил обвинить меня. Ошибаешься.

— Я ошибаюсь? — рассмеялся, чувствуя, как с каждой секундой из организма вытекают силы. — Сейчас не ТЫ пользуешься мной? Тогда кто, словно вампир, высасывает меня? Ты же можешь увидеть всё, что Я ВИДЕЛ. Вот сам и посмотри.

Почувствовал, как рука отрывается от столба, и оседаю на промёрзшую землю… Наступило забытье…

* * *

Что-то падет на лицо. Холодное-холодное. Не сказать, что неприятно. Скорее непривычно и немного щекотно. Снег? Тогда почему он скатывается с лица словно слёзы? Тает? Значит, я жив? Надо открыть глаза, а сил нет. Даже для того, что бы посмотреть, где я и что со мной…

Не знаю, сколько прошло времени, когда смог приоткрыть один глаз. Надо мной уже тёмное небо, хотя ещё не наступила ночь. Скорее всего, часов пять, а может даже и меньше…

Уходящая в небо колонна. Что это такое? Где я оказался? И тут же мысленно улыбнулся — это не колонна, тотемный столб, который почему-то светится изнутри как светлячок.

— Арсений Багирович, полковник, он пришёл в себя. Глаза приоткрыл. — Послышался незнакомый голос и моей руки коснулась другая рука. Тёплая. Живая. — Пульс чуть выше сорока. Физическое и эмоциональное истощение.

— Приподнимите его или усадите так, чтобы мог видеть и говорить. Если сможет, конечно.

Этот голос знакомый. Обычно холодный и отстраненный, но сейчас в нём есть эмоции.

Когда меня приподняли и прислонили к столбу, обратил внимание, что сверху на мою тушку было навалено немало курток, пару одеял и, кажется, даже спальный мешок.

— Как себя чувствуешь, Вячеслав? — Рядом на корточки присел Арсений Багирович, которого в зимнем лесу, за многие сотни километров от его работы, совсем не ожидал увидеть. — Сможешь ответить?

— На букву Х, — не сказал, прошептал.

— А вторая буква какая? — прозвучал второй голос и рядом с Давотой сел на колени незнакомый мужчина с совершенной седой головой. Почему-то без шапки. — У, Р или О?

— Полиглот, мля, — зашипел в ответ. — Буква З.

— Не понял.

— Это не одно слово, два. ХЗ. Догадались? Нет? Подсказка из зала — Хрен знает.

— Шутит, значит, всё будет нормально.

— Арсений, — прошептал, глядя мужчине в глаза. — Недалеко был мой Миша. Он как?

— Когда в лесу началась стрельба, а потом разом стихла, и началось светопреставление, он рванул к тебе, но не добежал метров десять. Знаешь, такое впечатление, что его взяли за шкирку и дали хорошего пинка в направлении к дому. Видимо что-то и сказали вдобавок, потому что твой приятель довольно быстро добежал до дома и стал звать на помощь, только вот оттуда так никто и не вышел. Двери намертво закрыты. Изнутри и снаружи сколько не пытались, открыть не смогли. Мои люди рядом, уже пообщались с твоими приятелями. Они все в порядке. Настя только очень волнуется. Заявила, что их выпустить наружу можешь только ты.

— А ты как здесь оказался? Как понимаю, все эти люди твои?

Да, трудно было не заметить, что на поляне горят костры и вокруг снуют минимум два с половиной, а то и три десятка мужчин. Немолодых, в зимнем камуфляже и масхалатах, с военной выправкой, с оружием. Хотя, если судить по годам, явные отставники.

— Прости, Вячеслав, но тебя слушали и вели не только мы, но и другие. Мы-то практически не скрывались, да ты и сам это знал, а вот наши противники… Это тебе последний привет из прошлого. Так сказать прощальный подарок твоей сестры и людей, с кем она работала. Узнали, что ты будешь встречать праздник здесь, и отправили группу зачистки. Мы слышали, что ты рассказывал своему другу, поэтому решили тебя прикрыть. Прости, что не сообщил. Попытался дозвониться, но рядом с домом была глушилка.

— Зачем хотели прикрыть?

— Затем. Это исчерпывающий ответ и пояснений не будет.

— Вся кутерьма и риск подставить, а то и потерять людей… всё это ради Насти?

— Бутурлин, — Арсений посмотрел на меня как на идиота. Даже губы скривил. — Не пытайся показаться более глупым, чем ты есть на самом деле.

— И всё же. Пусть я в твоих глазах полный идиот, но мне нужен прямой ответ.

— Ответ? — Давота качнул головой, словно не веря, что слышит. — Ради Вас обоих. Неужели это трудно понять? Вы по отдельности неординарные люди, а вместе… Скажи, неужели тебе надо всё разжевывать? Ты вроде сам злишься, когда на работе тебя просят раскрыть все подробности.

— Я понял. Спасибо, Арсений. Своим передай мою искреннюю благодарность. Что не бросили и защитили.

— Мы тебя толком и не успели прикрыть. Дедок вмешался в разборки. Странный такой, в дырявом ватнике, перепоясанный верёвкой, в кирзовых сапогах и не завязанной шапке-ушанке. Одно ухо в сторону, другое вверх. Забавно… Что мы, что наши противники сделали по паре выстрелов, когда оружие перестало работать. Сплошные осечки. Не знаю, как он смог определить, где хорошие парни, а где плохие, но всех согнал на эту поляну. Даже мы с полковником и оператором, что сидели чуть ли не в трёх километрах отсюда, рванули бегом на поляну, словно кто приказал.

— И что дальше?

— Дальше? — прозвучал голос второго мужчины, который достал из внутреннего кармана металлическую плоскую фляжку и, открутив крышку, сделав глоток, показал мне. — Глотнёшь? Хороший коньячок.

Не отказался и мне, не пожалев, влили в рот приличную дозу алкоголя.

— Спасибо. Хороший. Даже жить захотелось.

Давота кивнул на мужчину.

— Начальник моей службы безопасности и мой старый друг, да, наверное, и единственный, Анатолий Григорьевич Ремесов, полковник в отставке.

— Рад знакомству, но ты не закончил.

— Так дальше все смотрели фантастический фильм. Как говорят, наяву, хотя сами были несколько в заторможенном состоянии. Сначала к этому столбику, у которого ты лежишь, проследовали шесть военных. С оружием и остальными прибамбасами. Потом ещё трое. Те, правда, из другой оперы.

— В смысле? — я мало что понимал, да и голова соображала плохо.

— Твоя последняя цель, Вячеслав, Сергиенко с обоими сыновьями. Они тоже прибыли сюда, чтобы не ждать своей участи, а закончить давно начатое дело. Не задавай сейчас лишних вопросов. Придёшь в себя, дам прочесть архивные документы. Я сегодня узнал историю маленького мальчика, который, вопреки всем, выжил и отомстил за смерть своих родных.

— Жаль, не я сам…

Вновь заговорил друг Давоты.

— Неизвестно что для них было лучше. Так вот. Каждый из бойцов и тех трёх, что приехали, подходил к столбу, у которого ты лежал, обнимал его руками и исчезал. Понимаешь? Раз и его нет. Когда все закончились, дедок подошёл сначала к Арсению, что-то ему прошептал, а потом присел около тебя. Подержал руку на твоей голове, дал звонкого щелбана и исчез. Тут с нас разом и спало оцепенение. Парни, словно по команде, стали костры зажигать, готовить перекус. Один минус — все какие-то подавленные, малоразговорчивые. То и дело подходят к столбу и прикасаются к нему то одной, а то и двумя руками. Бывает, что упрутся лбом в дерево и замирают надолго. Одно радует, коптер не потеряли — когда на поляне ветер закрутился смерчем, нашу машинку туда и затянуло. Потом нашли чуть ли не в километре отсюда и только благодаря тому, что продолжала работать электроника. Поломался знатно, но починим. Так что мы без убытков.

— Спасибо, Анатолий Григорьевич. Спасибо и теме, Багирович. Не люблю оставаться должником, но тут без вариантов.

— Ты нам ничего не задолжал, Вячеслав. — Давота поднялся на ноги и оглядел поляну. — НИЧЕГО! Так и запомни… Место это красивое нельзя поганить. Толя, подумай как оградить его не от людей, а от вандалов. Детей здесь будем воспитывать. Пусть не забывают историю и своих предков. И, пожалуй, давай команду собираться в обратный путь.

Полковник поднялся и через пару секунд люди забегали. Затушили костры, убрали весь мусор. Как мне показалось, даже не до конца сгоревшиедрова забрали с собой и стали потихоньку исчезать в лесу словно тени.

— Ты как, идти сможешь? — рядом вновь присел Давота. — Если нет, отнесём к дому.

— Помоги подняться, — протянул руку и меня с помощью нескольких рук подняли на ноги.

— Спасибо, парни, — поблагодарил бойцов, что молча стояли рядом, а теперь убирали по рюкзакам тёплые вещи, которыми раньше укрыли меня. В ответ увидел сдержанные улыбки и кивки.

Закрыл глаза и попробовал почувствовать свой организм. Слаб, конечно, чего говорить, но до дома, не торопясь, дойду с гарантией.

— Ты как, сможешь «посмотреть» себя самого? — раздался тихий голос Багировича. — Ведь именно с этого всё и началось.

— Уйти за грань смогу, а вот вернуться… Сил маловато.

— Скажи, а если не сможешь вернуться, что будет с твоим телом здесь? — Давота смотрел в глаза, кажется, вообще перестав моргать.

— Читал в воспоминаниях стариков, что это похоже на кому. Тело живёт, а разум отсутствует. Сколько тело не лечи, ОТТУДА возврата не будет. Сознание ослабленного человека превращается в призрак. Даже если умрёт тело, сознание будет вечно метаться между жизнью и смертью. Не дай Боги такого.

— Но ты всё же попытайся. Туда и сразу обратно. Если впереди всё также плохо, оставлю половину парней с тобой, чтобы прикрыли на обратном пути. Да, Слава. Полковник тебе не стал говорить, потому что пока это непроверенные данные, но есть информация, что под Москвой сначала загорелся, а потом взорвался научно-исследовательский центр Министерства Обороны. Мне кажется, лукавят. Там располагался НИИ ФСБ, откуда и все твои кровники. Будут точные данные, сообщу. Не сильно ошибусь в предположениях, что наш «дедок», подумал и отправил десяток людей именно туда, чтобы, так сказать, решить все проблемы одним махом.

— Всё возможно. Арсений, разве мы можем понять замыслы Высших? Нет, никогда.

— Согласен.

— И ты, конечно, не скажешь, что тебе сказал Велес?

Давота кинул на меня странный взгляд, но ничего не ответил, отрицательно покачав головой, но уже через мгновение, приобняв, потянул в сторону дома.

— Пойдём, а то скоро вообще стемнеет, а ночевать в лесу как-то не хочется… Могу, но надо ли это?

- -

Через час неспешной прогулки мы вышли прямо к дому. Ещё в пути заметил, что невдалеке шли бойцы, обеспечивая охрану.

Как Настя и говорила, стоило мне потянуть за ручку двери, как на улицу высыпали все мои приятели. Только моя малышка, прежде чем кинуться мне на шею, поклонилась Арсению в пояс. Тот скорее изобразил улыбку на лице и кивнул, но не спешил уходить.

— Вячеслав. Посмотри себя, чтобы я мог уехать со спокойной совестью.

— Если так настаиваешь, — сел на открытой веранде на стул и положил руки на стол, хотя чудом удержался, чтобы на них не положить и голову. — Ребята, минута полной тишины, прошу. — Настя встала рядом, приложив палец к губам.

Получился не рывок сознанием, а так, словно сделал полушаг. Легко и без малейших затруднений.

Дорога… Наша с Настей. Сияющая чистотой и прямая как стрела, уходящая за горизонт. Сил было мало, поэтому даже не стал смотреть, что будет дальше, через год или два. Одно удивило и даже насмешило — вскоре, через пару лет, может чуть позже, в НАШЕЙ жизни произойдёт что-то совсем необыкновенное. Салют в безвременье я ещё не видел. А это был именно салют.

Эпилог

Спустя два года.

Не знаю, кто из нас двоих сегодня больше волновался — Настя или я. Последний госэкзамен и через две недели выпускной. Не смог бы работать, поэтому заранее перенёс приём на другие дни, сделав себе выходной. К тому же хотел отпраздновать окончание учёбы вместе с любимым человеком.

Из здания повалила толпа парней и девушек. У кого-то на лице радость, у кого просто облегчение от того, что всё уже позади. И вот моя красавица. Видел, что впервые при посторонних вначале решила побежать и броситься мне на шею, но сдержала себя, а я вот не смог. Несколько шагов навстречу и под улюлюканье и смех молодёжи подхватил девочку и подбросил вверх, словно маленького ребёнка. Прижал к себе и на ушко спросил как результат.

— Слав. Понимаешь, какое дело, — Настя нашла мои глаза и… заплакала.

— Что случилось, малыш? Тебя кто-то обидел?

— Славка. Я беременна. Второй месяц уже. Думала, просто задержка, а сегодня сходила к врачу. Подтвердилось. Как такое могло произойти, просто не знаю. Мы ведь…

Настя сказала это совсем не шепотом мне на ушко и вокруг воцарилось молчание. Взгляды окружившей нас молодёжи почему-то были обращены не на девушку, а на меня.

— Настён, разве надо плакать? Надо радоваться, милая.

— Чему? — на меня уставились два огромных глаза. — Чему радоваться, скажи!

— Тому, что через восемь месяцев у меня появится ребёнок.

— Не поняла. У меня он появится. В крайнем случае, у нас. Почему это у тебя? — Глаза мгновенно стали сухими и Настя попыталась оттолкнуть меня, чтобы вновь увидеть лицо.

— Не-а. У меня. Потому что ждал этой новости много лет, а ты, Лесная Ведьмочка, узнав, расстраиваешься. Ничего, когда увидишь, какой у меня будет красивый ребёнок, станет завидно, но с тобой не поделюсь — сам буду растить и воспитывать.

Вокруг, кажется, уже не улыбались, откровенно потешались, но девушка, словно упёртая, стояла на своём.

— Обойдёшься без грудного молока? Как же.

— Есть молочная кухня.

— Пелёнки стирать?

— Давно существуют подгузники.

— Купать, пеленать?

— Приму с удовольствием и радостью.

Внезапно откуда-то сзади собравшейся толпы раздался мечтательный девичий голос.

— Вот бы мне такого мужчину. Я бы ему не одного, много детей родила. Красивый, статный, видно, что обеспеченный. Известный, в кино снимается. Вот что за проклятие — последний день в институте, а тут как назло, один красавчик за другим. Настя, Ведьмочка, может, поделишься счастьем?

— Моё. Никому не отдам. — Настя словно клещ впилась в меня и, кажется, даже ноги подняла.

— Люблю тебя, родную капризулю, — прижимая к себе тоненькое тело, погладил девушку по голове. — Сегодня у меня настоящий праздник. Лучшего подарка не ждал в своей жизни.

— Слав, ты, правда, рад? Не обманываешь? Честно-честно? — Вновь передо мной колдовские глаза и не успел ничего ответить, как сзади послышался многоголосый девичий вздох, а потом тихий шёпот.

— Это же Норман из Сказания. Точно он. Девчонки. Сразу трое из фильма. Офигеть. А какой он красивый. В жизни даже лучше… Настя точно самая вредная ведьма из всех существующих. Сначала появилась на обложке «ВОГ». Через два месяца в журнале «Максим». Потом «Элле» и «Базар»… И всё время поганка молчала, что рядом с ней такие мужчины!

— Нет, Вещий Олег, в смысле Бутурлин, её опекун. Настюха у него работает.

— Вот же повезло…

— Девчонки, не надо завидовать. Я знаю, через что Настя прошла. Не приведи Господь такое испытать… Она сама всего добилась.

— Конечно, добилась, когда такая поддержка…

— Эх, мне бы такого… опекуна…

Отступление. Полгода назад. Средина декабря. Премьерный показ нового фильма «Сказание о Вещем Олеге».

Настя пригласила меня и Арсения Давоту на премьерный показ фильма, где сыграла хоть и не главную, но вполне запоминающуюся роль юной Лесной Ведьмы. Съёмки для неё были трудными, но девочка справилась к нашей и режиссёра радости, который на Худсовете всё же отстоял своё мнение — Настя и только Настя. Мы, естественно, порадовались за девочку, к тому же её красивая мордашка уже давно была узнаваема — «Новое лицо России», как о ней высказались за рубежом. Не она туда ездила, здесь к ней уже выстроилась целая очередь представителей журналов мод и Настя в буквальном слове «пахала». Дошло до того, что мне намекнули по поводу академического отпуска, но тут уже я настоял на своём — если такое дело, то не откладываем и свадьбу, ведь был уговор — сначала учёба. Настя, тяжёло вздохнув, пару дней погрустив, стиснула зубы и решила ничего не менять…

О том, что я снимался в фильме, невеста так и не узнала. Был заключён негласный договор со съёмочной группой, что бы нас разводили по времени и месту съёмок. Более того. Как-то раз, когда понял, что не успею забрать девушку со студии, попросил сделать Арсения. Ему с работы было ехать намного ближе. И тут Багирович попал на глаза режиссёру. Узнав, что я с ним знаком, на протяжении недели следовали звонки один за другим, чтобы привёл своего «приятеля» на пробу. Роль небольшая, но запоминающаяся — руководитель ватаги Варягов, которые, напав на Русь, в итоге остаются здесь навсегда. Видно я тоже Давоту окончательно достал и тот приехал на пробы. Разделся в студии до пояса и взял предложенный ему меч. Покрутил вокруг себя и… единогласным решением был утверждён на роль Нормана, вожака Варягов. Его, как и меня, большое время снимали отдельно, но приходилось и выходить на массовые съёмки. К счастью, за город почти ездили, так, пару раз, больше времени проводили в павильонах … Арсения, в отличие от меня, почти не гримировали. Ему только «приклеили» шрам через всё лицо, а так… был похож сам на себя… Через месяц аналогичная история приключилась и с Мишей. Я тогда слегка приболел и решил в выходные отлежаться дома, а Арсений как назло умотал в Москву. Пришлось Мишку просить забрать Настю со съемок. Сам, паразит, ничего не сказал, только хитро усмехался. Только через пару недель столкнулся в коридоре Ленфильма с этой какашкой. Оказывается, его рост и фактура привлекался какого-то помощника режиссера и… Михаил в фильме стал Богатырём, кто сражается с нечестью… Больше удивило, что его загримировали так, что в совместных сценах Настя не узнала своего знакомого. Тот ведь больше молчал, размахивая топором, а «эх» да «ух»… поди, пойми, кто произносит. И в зале, перед началом показа, Миша с Машей сели как раз сзади нас…

… Просмотрели первые пятнадцать минут и далее шёл момент моего появления на экране. Договорились заранее с Арсением, что будем отвлекать Настю в моменты, когда сами будем появляться на экране, но не учли, что голоса-то наши никуда не денутся.

И… Настя замерла, увидев на экране сначала моё лицо, слегка состаренное с помощью грима, но понять кто это и чей голос…

— Слав, — голос девушки задрожал. — Ничего не понимаю. Это кто? — она показала на экран.

— Говори тише. Люди уже оборачиваются. Это, — прошептал и тоже ткнул пальцем на экран, где мой герой говорил на языке, стилизованным под старославянский, — Вещий Олег.

— Ты надо мной издеваешься? Знаю кто это. Скажи, Слава, как ты мог? Полгода полного молчания?

— Почему думаешь, что на экране именно я? Это…

— Замолчи! Голос твой. Мимика твоя. ТАК голову, когда смотришь наверх, поворачиваешь только ты.

— Ребята, давайте посмотрим молча. Хорошо? — Арсений вмешался и Настя, нахохлившись как воробушек, вновь замолчала, даже свою руку вырвала у меня из рук…

Ещё через двадцать минут показали ватагу викингов, где на носу кораблю стоял полураздетый Арсений. Краем глаза поглядывал на девушку, но та не сразу поняла, кто играет Нормана, но через мгновение, когда в кинотеатре раздался холодный безэмоциональный голос героя, который показывал на русский город, который должен был быть взят в осаду, Настя аж подпрыгнула на месте, с негодованием обернувшись уже в другую сторону.

— И ты туда же, да? Предатели Вы оба. Самые настоящие. Как Вы могли так меня провести? ГОД! Целый год съёмок и я ничего не знала.

— Меньше, Настя, — прошептал Арсений. — Я периодически приезжал на съёмки на протяжении двух месяцев и далеко не каждый день, а Вячеслав и того меньше. Он чаще выступал в роли исторического консультанта.

— Хочешь сказать, тот чудовищный текст, который мне пришлось учить и потом произносить, был написан моим… опекуном? Я на вас обоих обиделась. Очень обиделась, так и знайте… Разговаривать с Вами не хочу…

— Кнопка, не обижайся. Они ведь хотели как лучше. Что бы тебя не смущать и не отвлекать, — раздался шёпот сзади и, обернувшись, Настя увидела Михаила, а рядом улыбающуюся Машу.

— Миш. Один ты оказался настоящим другом, — девушка смущённо улыбнулась и пожала протянутую огромную лапищу. — Спасибо.

— Не за что. — И тут же, не сдержался, увидев, как я и Арсений еле сдерживаем хохот, продолжил, но уже киношным голосом. — Э-э-эх, зашибу…

— Ты… — в огромных глазах появилось понимание, что в метре от неё на съёмах был тот, кого знала как…

— Предатели Вы все. Обманщики. Знать Вас не хочу.

Однако отмечу, когда пришлось выходить на сцену и кланяться зрителям, Настя держала себя как истинная кинозвезда — улыбка до ушей и полное самообладание…

Фильм зрителями и критиками был принят на ура. И когда пошёл в прокат, на широкий экран, в полной мере осознал что такое известность. Как меня ни гримировали, все, кто позже приходил на приём, первое время смотрели на меня с подозрением, я это или подрабатывающий Вещий Олег. Арсений тоже со смехом жаловался, что его популярность вышла даже за пределы России. По секрету поделился, что со студией уже заключены контракты на дубляж и прокат за рубежом. Настю в институте больше никто не называл по имени. Ласкательно Лесной ведьмочкой, но чаще просто Ведьмой…

Забавно, но через пару месяцев независимо друг от друга всем четверым пришло приглашение сняться в историческом фильме, где у Насти была вторая главная роль… Пробы были назначены на первые числа июня… Поговорив, решили ради интереса попробовать… А вдруг…

Дома… После премьерного кинопоказа, Настя, сказав при всех, что решила пожить одна, умотала к себе домой и два дня выдерживала паузу. На мои звонки не отвечала. Когда ей позвонил Арсений, демонстративно сбросила звонок. Это ещё ничего, были выходные, а вот в понедельник, если бы она не пришла на работу, я бы продемонстрировать другой уровень взаимоотношений — «начальник-подчинённый». Пришла к моему удивлению. Что-то пробурчала при встрече и за половину рабочего дня с места если и вставала, то исключительно по необходимости. Знал, что девчонка злиться и обижаться совсем не умеет и сейчас её поведение было проявлением самовыражения и утверждением себя как личности. Надеялась, что я подойду первым и буду у неё просить прощения? За что? Кажется, этот вопрос пришёл в голову и девушке, потому что вечером, когда проводила последнего клиента, зашла в кабинет и, встав около стола, опустив глаза в пол, стала просить прощение за «своё гадкое поведение».

Простил, куда б я делся. Только потребовал, чтобы позвонила и извинилась перед Арсением и Мишей. Эта поганка с улыбкой на лице заявила, что и тому, и другому позвонила уже на следующее утро, а вот меня решила помучить. Первый раз появилось желание шлёпнуть эту малявку по попе…

Настоящее время.

…Обернулся вместе с повисшей на мне Настей и увидел перед собой Арсения с огромным букетом цветов.

— Слав, доброго дня. Как твоя выпускница? Итоговым результатом можно поинтересоваться? К чему спрашиваю — если девочка закончила на отлично, как и обещала, ей будет вручён подарок от фирмы, где с блеском прошла производственную практику и где для неё приготовлено рабочее место. Если нет, то и суда нет.

— А какой подарок? — девушка с меня слезла, но продолжала держать руку своими двумя.

— Сначала ответь на заданный вопрос, почемучка.

— Да всё сдала, как и обещала. Четвёрок нет. Арсик, ну что за подарок? Скажи!

Не выдержал, хмыкнул. Как, между прочим, и Багирович. Арсик. Прям Барсик…

После того случая на Новый год, мы неожиданно с Арсением сблизились. Отношения стали даже не товарищеским, нечто большим, что радовало и меня, и Давоту. Он вне работы оказался совсем другим человеком. Добрым, ласковым, нежным. Весной того же года, как я ему и сказал, встретил чудесную девушку, в которую влюбился без памяти. Одно настораживало поначалу — Лада внешне была очень похожа на Настю. Отличали глаза — вместо зелёных, у избранницы Давоты были голубые с синевой, но характерами девушки отличались кардинально, хотя разница в возрасте у них была всего в год. Лада была спокойна и уравновешенна, а вот о моей девчонке такого сказать было нельзя. Чертёнок, но дома — нежная, ласковая и заботливая… Подружились семьями и теперь Багирович меня постоянно подкалывал на счёт ребёнка. У него уже рос сын, и Лада, как шепнула Настя, вновь ходила в положении.

— Держи, красавица, — девушке передали букет и она внешне стала похожа на живую клумбу — снизу виднелись две красивых ножки.

— Спасибо, Арсений. Мне очень приятно.

— Подожди. Держи довесок. Кажется, о такой ты мечтала? — Давота сунул в руку девушки коробочку, в которой были ключи от машины. Мгновенное осознание, что держит в руках и глаза в недоверии и изумлении уставились на мужчину. Тот мотнул головой, показывая за плечо. — Стоит у ворот. Вторая слева. На пульте нажми верхнюю кнопку, отзовётся…

Девушка умчалась, благо идти было всего пару десятков метров и через несколько минут вернулась обратно, уже не спеша и со слезами на глазах. Печально прижалась к груди Арсения и протянула ему ключи.

— Да, это была моя мечта, спасибо тебе, но не могу принять подарок. Мне нельзя садиться за руль, Арси. Я БЕРЕМЕННАЯ. — И вновь рыдания и слёзы в три ручья. Увидел ошеломлённые глаза Давоты, а уже через мгновение мужчина подхватил девушку подмышки, поднял над землёй и заглянул в глаза.

— Маленькая. Надо не плакать, радоваться. Слава ведь не расстроился?

— Нет. Он сказал, что счастлив.

— Так чего плакать?

— Ты не понимаешь… Я ведь даже не замужем. Одна-одинёшенька. Теперь и с ребёнком…

Арсений выпучил в удивлении глаза, не понимая, что происходит, но, увидев на моём лице улыбку, расслабился.

— Подожди… Насколько знаю, Слава тебе чуть ли не каждые полгода предлагает руку и сердце, а ты сама тянешь, говоря, что всё потом. Находишь кучу отговорок. Прежде надо закончить институт, надо поработаешь, надо стать специалистом… Я не прав? С детьми аналогично. И теперь плачешь, что одна? Тебе не стыдно, Настя? Перед Вячеславом, перед твоими однокашниками? Знаешь, если бы со мной такое было, я бы очень обиделся. Ты фактически сейчас опозорила Славу.

— Думаешь? — девушка встала между нами, смотря то на Арсения, то на меня. Сделала пару шагов и, уцепившись за мой галстук, встав на носочки, носом ткнувшись в подбородок, с шумом выдохнув, произнесла.

— Сколько не оттягивала этот день, пришло время признаваться. Вячеслав Викторович, я согласна выйти за тебя замуж… Принимай какая есть. Со всеми недостатками, закидонами, психами, тараканами… вдобавок… беременную…

— Слав, — услышал голос Давоты. — Я б на твоём месте дома хорошенько отшлёпал эту девчонку за подобное поведение.

Настя, словно обезьянка, подпрыгнула и повисла на моей шее и, никого не стесняясь, обвила мою поясницу ногами. Повернула моську к Багировичу.

— Славочка добрый и меня любит. Очень-очень. Поэтому никогда не отшлёпает. Я это знаю. — И поганка показала язык Давоте. Только вот язык почему-то был ярко — зелёного цвета.

— Так… Настя. Ты опять колдовала? Мы ведь договорились, — зашипел зло на ухо и, поддавшись чувству, шлёпнул девчонку по попе. — Ты же дала слово.

— Слав, ну я… совсем немного. Ой, — получив второй шлепок, скорчила кислую моську. — Девочек нельзя бить по попе. Можно только целовать. Ой, — третий шлепок. — Слав, ну правда, я никому не сделала ничего плохого. — Ну, хватит. Попа будет красной. Слав. Всё. Больше не буду хулиганить. Честное слово.

— Потому, что институт уже закончила, да? — со смехом сказал Багирович. — А я вот только сейчас сообразил, почему во время практики, рядом с ней, не смотря на позднее время, оставались мои ведущие программисты, помогая ей делать дипломную работу. Добровольно, заметить, Слав. Их тоже приворожила?

— Не, там было совсем всё иначе. Я их… Ой, кажется что-то не то сказала. Арси, Слав, ну, правда, больше не буду!!! Я стала серьёзной и самостоятельной. Выросла. Скоро выйду замуж и… уже беременная-я-я-я-я…

Конец.

Оглавление

От автора и Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Эпилог

Пожертвовать