Рассказ о том, как замечательный Молон-тойн стал буддой [Автор неизвестен - Древневосточная литература] (fb2) читать постранично

[Рассказ] о том, как замечательный Молон-тойн стал буддой, освободив из ада свою драгоценную благодетельную матушку

ВВЕДЕНИЕ

Описания хождений в ад издавна входят в литературу многих народов мира. Посещали ад уже герои гомеровской «Одиссеи» и «Энеиды» Вергилия. Ещё более богата сочинениями на сюжет хождений в ад или «видений ада», средневековая европейская литература, в составе которой самым известным описанием путешествия в мир иной стала «Божественная комедия» Данте.

На протяжении многих столетий этот сюжет бытовал также в письменной традиции народов Востока, в том числе арабской, персидской, китайской, индийской. Известен он был и литературе стран Юго-Восточной Азии. Не стала исключением монгольская старописьменная литература, в составе которой существует несколько произведений, включающих истории о путешествиях в буддийский ад.

Старейшей среди них является индийская легенда об одном из ближайших учеников Будды Шакьямуни по имени Маудгальяяна, посетившем в поисках своей умершей матери все области буддийского мира, в том числе и ад. История странствий Маудгальяяны (кит. Му-лянь) уже в III в. н. э. была переведена с санскритского языка на китайский. Впоследствии этот трогательный рассказ о сыновней любви стал очень популярен в Китае, поскольку как нельзя лучше соответствовал одному из важнейших положений учения Конфуция о почитании родителей, свято выполнявшемуся китайцами.

Не позднее IX в. появился тибетский перевод сочинения. Именно с тибетского языка впоследствии были выполнены монгольские переводы повести. Самым ранним среди них можно признать перевод Ши-регету-гуши-цорджи, появившийся в начале XVII в. В этом переводе содержится и самая пространная монгольская версия истории о Маудгальяяне (монг. Молон-тойн^[1]). Объясняется это в первую очередь тем, что вся повесть буквально насыщена изложением важнейших положений буддийской морали, что в полной мере отвечало основной задаче литературы такого рода, создававшейся исключительно ради возможно более широкой и доступной пропаганды буддийских идей о нравственности.

Перевод Ширегету-гуши-цорджи получил наибольшее распространение среди монгольских народов, поскольку дважды издавался в Пекине ксилографическим способом. Первое издание появилось в 1686 г. Единственный обнаруженный к настоящему времени экземпляр этого издания хранится в библиотеке университета г. Хухэ-Хото (Внутренняя Монголия). Второй раз этот же перевод был ксилографирован в Пекине в 1708 г. Именно благодаря этому позднему пекинскому изданию, востоковеды имеют возможность ознакомиться с монгольской версией легенды о Молон-тойне, поскольку экземпляры его представлены во многих зарубежных коллекциях монгольских рукописей и ксилографов. Есть они, разумеется, и в собраниях Санкт-Петербургского филиала Института востоковедения Российской Академии наук (далее. СПбФ ИВ РАН), и в фондах библиотеки Восточного факультета Санкт-Петербургского государственного университета.

[Рассказ] о том, как замечательный Молон-тойн стал буддой, освободив из ада свою драгоценную благодетельную матушку Пусть [он] явится гэлуном^[2] ради пользы живых существ.

Спустившись с горы, под названием «Крутая», [Молон-тойн], сложив ладони, поклонился Победоносно прошедшему Будде и спросил у него:

— Пребывая в долгом созерцании, я видел, что мой отец, переродившись среди тэнгриев, [стал ханом] тридцати трёх тэнгриев и наслаждается блаженством тэнгриев. А где обрела [новое] рождение моя матушка, не делавшая подношений духовенству и не совершавшая каких-либо добрых дел?

Победоносно прошедший Будда ответил:

— Твоя матушка при жизни не почитала три драгоценности. Бездумно лишала жизни живых существ. Была скупа и похотлива. Постоянно совершала дурные поступки. Поэтому, скончавшись, в силу своей греховности она переродилась в великом злом и грозном аду.

Выслушав слова Победоносно прошедшего Будды, Молон-тойн упал без чувств. Придя в себя, [он] поднялся и, вспомнив о своей матушке, заплакал. Сложив ладони, испросил предсказание судьбы, поклонился и отправился на поиски своей родимой матушки в восемнадцать адов.

Когда пришёл в мир ада, то там не было ни солнца, ни луны, ни звёзд — была кромешная тьма, и только слышался звук рыданий множества страдающих живых существ. Молон-тойн, услышав эти звуки, опечалился и, тяжело вздохнув, произнёс:

— Если живые существа не совершают благих деяний, то, умерев, как смогут обрести успокоение?

Сказав это, отправился расспрашивать других в поисках своей родимой матушки. Пройдя далее, достиг какого-то города и там увидел свирепых псов, глаза которых были подобны светильникам, головы, как у львов, когти на четырёх лапах, как железные крюки, хвосты подобны хвостам драконов. Когда все живые существа подходили к ним, то страдали от душевных мук, и от --">

Пожертвовать