Там, где изба на курьих ножках... [Ария Блэт] (fb2) читать постранично, страница - 2

хотелось. Да и дня после не пройдет, в избушке ее снова беспорядок будет, а Мирослава снова будет переживать за подругу давнюю. Они уже это проходили и далеко не один раз. А ежели раба завести? Он и убираться, и готовить, и прочие дела хозяйские делать будет. Навка волноваться перестанет, а Ягда вздохнуть спокойно сможет. Единственная запара — дух человечишки перенести…Ох, как ведьма их не жаловала…

Ягда на клетку глядела и думу думала — а ведь в случае чего, можно и не терпеть. Сразу от раба избавиться, да все. А если вновь уборка потребуется, то и нового завести… Делов совсем ничего…

Направилась ведьма к купцу, который возле клетки стоял, да напрягся, как старуху страшную увидел. Не только он, молодцы в клетке томившиеся еще пуще него напряглись, побелели бедные.

— Сынок, по чем мяско человеческое? — проскрипела Ягда.

— 50 золотых, — коротко ответил купец.

— Может я и стара, но слух у меня хороший. Тому мужику ты рабов по 10 золотых продавал.

— Ведьма, так тот мужик раба себе в услужение брал, а ты для закуски, — с презрением сказал купец, а молодцы в клетке на него даже с уважением посмотрели, — Хоть и ироды последние, да даже этих жалко.

— Товар есть товар, — фыркнула ведьма.

— Цена есть цена, — стоял он на своем.

Они помолчали, друг на друга посмотрели. Купец с омерзением, ведьма со злостью.

— Есть кого за золотой отдашь?

— Шутишь ты что-ли, корга старая?!… — осекся купец, да призадумался, — а вообще есть один, но не в этой клетке он…

— Покажи, может и возьму, — заинтересовалась ведьма.

Купец подозвал мальчонку, наказал тому за рабами посмотреть, а сам повел ведьму.

— Тут совсем недалеко. Этого раба я даже на продажу выставлять не стал. Плох он… Болен и характер скверный. Судя по всему на днях уже помрет. Так что его даже для тебя не жалко.

Они подошли к землянке, на которой красовался внушительный замок. Купец связку ключей достал и отворил замок, а затем на руке браслет металлический обнажил.

Дверь открыл, и спустились они внутрь. Там ничего не было — пол из земли, стены с кольцами для цепей и раб.

Кузнец руку цепи снял, с помощью браслета зачарованного приказал рабу к ведьме подойти. Он ступал медленно, покачиваясь, будто еще вот-вот и рухнет наземь.

Ягда внимательно посмотрела на него — парень на вид моложе 30, черные растрепанные волосы почти до плеч, борода неопрятная (оно и неудивительно, вряд ли рабам давали бритву), глаза серые, а сам он отощавший, на скелета похож. На теле его скелетообразном живого места не было, весь в увечьях. Его явно пытали, плетью хлестали, да и в бою он был, раны от которого до сих пор не зажили.

Ведьма руку на браслет купца положила, дабы он его не использовал, а того аж передернуло. И было с чего — рука у ведьмы костлявая, зеленоватая с бородавками и желтыми длинными ногтями.

— Говоришь по нашему? — спросила Ягда.

Раб на старуху посмотрел. В его взгляде не было страха или отвращение, даже не было отчаяния — только смирение с безысходностью. Он сам понимал, что умирает.

— Говорю, — сипло прохрипел раб.

Ягда внимательно его осмотрела ведьмином зрением. С ног начала, одна вроде почти здоровая, если не считать многочисленные синяки и следы от плети, а вот вторую ногу ломал он неоднократно. Даже не дважды и не трижды, причем довольно недавно. Все туловище покрывали раны. Некоторые из них были свежими, некоторые уже немного зажили, некоторые глубокие, а некоторые оставят за собой шрамы.

Ведьма на руки его посмотрела. Левая в более-менее нормальном состоянии была, а вот правая…

Ягда его руки взяла и подняла. Левая осталась поднятой, а правая безвольно упала и шататься как плеть начала, туда-сюда. Вздохнула ведьма и выразительно на купца посмотрела, а тот лишь взгляд отвел.

— Милок скелетообразный, у тебя какая рука рабочая? — мерзким старческим голосом проскрипела она.

— Правая, — грустно усмехнулся раб.

— Ведьма, ты же его съешь, не все ли равно?

— Я за мясом человеческим пришла, а ты мне кости предлагаешь, — зло зыркнула на него старуха. А вот у раба брови медленно вверх подниматься стали, — Я может быть борщ наваристый сварить хотела, а из этого только похлебка выйдет.

— За 5 серебряных отдам, — сглотнул купец.

— За три, — уж больно жалко Ягде было тратиться на человечишку.

— Это грабеж среди бела дня. Так дела не делаются… — запричитал купец.

— Он у тебя все равно завтра подохнет и останешься ты даже без трех серебряников.

Купец вздохнул. Понимал он, что права ведьма, так что махнул рукой.

— За серебряный отдам, ежели меня от недуга одного избавишь.

— Что за недуг?

Купец снял шапку.

— Лысеть я начал. Какие снадобья, да масла не пробовал — все бестолку, — он показал свою сверкающую залысину, — Сможешь сделать --">

Пожертвовать