После войны. Красный город 2031 [Радим Калинин] (fb2) читать онлайн

- После войны. Красный город 2031 1.43 Мб, 27с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Радим Владимирович Калинин

Настройки текста:



Радим Калинин После войны. Красный город 2031

2031 год


1.Оборонительный рубеж

– Папа, папа, расскажи нам ещё раз про тот день. Пожалуйста.

– Опять? Эх, ну ладно.

"Я помню тот день, как сейчас, это был чудесный день из немногих в то время. Мы с родителями пошли в город за продуктами. Нам было хорошо вместе, мы шли по бульвару. На клумбах цвели яркие разноцветные цветы, освещённые солнцем, на небе не было ни облака, что редко в наших краях. Мы решили немного перекусить, и купить пирожки…" 

За домом начались выстрелы, крики приказов и рычание зверей.

Радим, пригнувшись, схватил детей:

–Вова, Рома, спрячьтесь в подвал! Живо!

Мальчики забежали в подвал и заперлись изнутри. Радим схватил АК-74М и выбежал на улицу, крепко закрыв дверь дома.

Снаружи вокруг двух одноэтажных деревенских домов стоял крепкий забор и несколько вышек для обороны, на двух из них уже оборонялись два товарища и друга Радима, Миша по прозвищу Бурый и Илья по прозвищу Грут, у Радима прозвища не было.

Радим начал залазить на пустую вышку, но стрельба прекратилась. Миша, выдохнув, сказал:

– Хух, отбились…

– Вот твари, с каждым разом их всё больше и больше. Радим, твои в порядке?

– Да, в подвал залезли. Ладно, пойдёмте, надо после атаки ловушки восстановить.

Они спустились с вышек и подошли к крепким, сделанных из металлолома воротам. Михаил аккуратно начал тянуть трос, и ворота постепенно начали подниматься, Радим и Илья стали нацеливаться на возможно ещё живых мутантов. Ворота полностью открылись, и Радим медленно снимая палец с курка сказал:

– Походу, всех уложили.

Миша привязал трос к дереву и ринулся к товарищам, чтобы активировать ловушки.

Их два дома, первый – Радима и детей, второй – Миши и Ильи, находились в самом конце разрушенной от бомбы деревни на небольшой возвышенности, поэтому обзор оттуда был хороший и врагов было удобно поразить. Ловушки находились вокруг забора в пределах от 5 до 7 метров. Они представляли собой капканы, растяжки с гранатами и коктейлями Молотова. С сзади домов было обгорелое, с маленькими участками травы, поле, метров 20, и дальше шёл пустой хвойный лес. Мутанты всегда нападали с передней стороны, не считая нескольких исключений, поэтому большинство ловушек были у ворот.

Радим восстановил ещё одну ловушку, подошёл к Бурому и сказал:

– Ну, вот и всё, вроде, все доделали.

– Все, все. Грут всё, пошлите на базу.

– Да иду я, иду.


2.Разговорчики

Посреди двора, с почти одинаковым расстоянием до вышки и домов, из кирпичей было выложено место для костра. И когда начинало темнеть и слышался стрёкот сверчков, костёр разжигали, садились по кругу, брали стаканы с горячим чаем и начинали разговор, как и сегодня.

– Илья, я вот сейчас вспомнил, а помнишь у нас во дворе раньше с нами ещё какой-то мальчуган играл, имя вспомнить не могу…

– Да-да. Вроде тоже Илья, или Иван, да точно, Иван его звали! Вспомнил!

– Так вот парни, ты же, Илья, перестал с ним общаться потом, а я продолжил, но ненадолго, поскольку он в Америку жить переехал…

Радим удивился и перебил:

– В Америку?

– Да, в США, вроде. Как думаете, как у них там после всего этого?

– А нам откуда знать, всё так же как и у нас, что ещё может быть? Кто-то выжил, кто-то нет, кому-то мало досталось…

– Понял я, понял. Просто вдруг Ваня выжил, и сейчас там…

– И что ты предлагаешь? Ехать к нему в США? Да мы там враги, да и вообще, где ты его там искать собрался? Всё, не неси чушь!

Илья:

– Да ладно, Радим, успокойся, чай попей, мы же просто разговариваем.

– Вот-вот.

– Ладно, уже поздно, я пошёл детей проверю и сразу на пост. Смените меня в два часа.

Бурый и Грут кивнули и стали допивать чай, а Радим встал и пошёл к своим детям, которые должны уже были спать.

Дом был поднят на метр от земли, поэтому к двери в дом вела пятиступенчатая, деревянная лестница. Радим медленно начал подниматься по лестнице, чтобы не разбудить детей громким скрипом, но лестница всё равно заскрипела. Радим тихо и медленно положил руку на ручку двери, опустил её вниз и дверь открылась без скрипа, хотя её уже лет 5 не смазывали. Мальчики всё же проснулись и посмотрели на папу.

– Спите, спите, я за вещами зашёл.

Сонным голосом младший сын Рома напомнил:

– Пап, ты про тот день не до рассказал.

– В следующий раз, парни, а сейчас всё, спать!

Радим взял тёплую накидку, и перед выходом посмотрел на своих детей, которых он очень любил, дверь крепко и тихо закрылась.

Он спустился по лестнице, товарищей уже не было, лишь только было видно их тени от свечки, горевшей за окном их дома. Радим, идя к сторожевой вышке, проверил автомат на работоспособность, вставил новый магазин с патронами, и поднялся на вышку. Небо было чистое, поэтому было видно луну и звёздное небо. Он посмотрел на звёзды и ушёл во вспоминание:

– Любимая, иди сюда, посмотри на это! 

– Ничего себе! Небо чистое, луна! Звёзды! 

– Да, красота, с того дня неба чистого не видел. 

Он быстро поцеловал её в губы, она хотела продолжить поцелуй, но Радим, оторвавшись, прервал её: 

– Ты оставайся с детьми, а я до Мишки с Грутом сбегаю, надо о такой красоте сказать, вот они в шоке будут! 

Он счастливый выбежал на улицу, добежав до их дома, он начал быстро и сильно стучать, ведь очень хотел их обрадовать. Они, ничего не понимая, испугавшись, соскочили с кровати и открыли дверь: 

– Что, что случилось? 

– Посмотрите (показал им головой на небо). 

Миша и Илья удивлённо смотрели на чистое, звёздное небо, ведь они уже почти забыли, как оно выглядит. 

Радим оторвавшись от зрелища: 

– Я побежал, ещё Карину позову, а то, что она там дома, такую ночь пропускает! 

Они продолжили смотреть на небо, не подавая признаков ответа на сказанное, как заколдованные смотрели на звёзды. 

Радим уже подбежал к двери, и только сейчас заметил, что он её плохо закрыл, когда выбегал из дома и сразу почувствовал что-то неладное…" 

Кто-то начал стучать по вышке автоматом, голос был похож на Мишкин.

– Э, ты что там, заснул что ли?

– Всё, спускаюсь.

Радим, не спускаясь с последних ступенек, легко спрыгнул:

– Просто задумался…

Миша добрыми, понимающими глазами посмотрел на Радима, дружески похлопал его по плечу и начал лезть на вышку.

Радим дошёл до дома, открыл дверь, убедившись, что дети спят, сам лёг спать.


3.Утро

Солнце начало подниматься над горизонтом, его слегка было видно из-за серых туч, птички, мутировавшие от радиации, уже давно перестали чирикать, где-то вдалеке начали кричать только что пробудившиеся сильные мутанты.

Радим проснулся от разговоров во дворе Миши и Ильи. Встал с кровати и пошёл будить детей, с лёгкой улыбкой на лице и громким строгим голосом проговорил:

– Рота, подъём!

Дети выспались и встали с кровати бодро. Вове было одиннадцать лет, а Роме девять. Вместе с папой начали делать зарядку, выпили немного воды, потом пошли в ванную и протёрли лицо влажным полотенцем, затем пошли во двор на общий завтрак.

– Пап, мы пошли, ты идёшь?

– Да, вы идите, скоро приду.

Оба покивали головой и захлопнули дверь. Радим остался в ванной, смотрел на себя в зеркало и видел в отражении виновника смерти своей любимой жены и матери двух его детей. Так каждый день он смотрит в это зеркало и напоминает себе о том, кто он есть.

Во дворе Миша и Илья уже почти приготовили завтрак. Вова сидел на скамейке рядом с костром и поинтересовался:

– Дядь Миш, что сегодня на завтрак?

– Деликатес: вареные крысы в бульоне по рецепту Михаила Алексеевича!

Посмеявшись, два сына хором ответили:

– Круто!

Илья всё ещё не привыкший к такой еде, сморщился от этого разговора.

Открылась дверь из дома и Радим, наконец, вышел, подойдя к костру и увидев, что там варится, сказал:

– Сегодня, Миш, по твоему рецепту, как я понял?

– Да, классика! Ну всё, готово, думаю, доставайте тарелки!

Все протянули свои алюминиевые тарелки, и Михаил осторожно начал накладывать свой деликатес!

Все ели молча, детям очень нравилось, но взрослые ели только потому, что надо!

Рома доел первый, и, убирая тарелку сказал:

– Спасибо, очень вкусно!

– Согласен с братом, спасибо!

Илья косо посмотрел на мальчиков, не понимая, как это может быть вкусным.

Почти все доели, кроме Ильи, но Миша не стал ждать:

– Сегодня дел много, кто куда?

– Мы с Ильёй до города сходим, разведаем, может, найдём, что интересное.

Илья посмотрел на Мишу и покивал головой, подтверждая слова Радима.

– А мы в лагере останемся надо вышки подлатать, и дом наш слегка покосился, поднимем,– сказал Миша.

Илья, наконец-то доел крыску:

– Идём, Радим, собираться, до города и так топать и топать.

– Пошли.

Миша с мальчиками остались у костра.

Радим всегда надевал на вылазки крепкую, толстую, химзащиту -тяжёлую броню, ходить в ней было очень неудобно, но безопасно, и брал с собой АК-12 с большим магазином патронов. Илья надевал не такую крепкую броню, но лёгкую и очень удобную, но тоже химзащиту, на неё можно было навесить много разного снаряжения, и брал с собой АК-74М с подствольным гранатомётом.

Радим полностью оделся и снарядился:

– Помнишь, что было в прошлый раз?

– Помню-помню. И что делать предлагаешь?

– Можно попробовать пойти с ними на контакт.

– Можно, если осторожно.

– Ладно, пошли.

Они вдвоём вышли из второго дома и направились к Михаилу, который вместе с мальчиками уже начинали ремонтировать вышку.

Радим подошёл к сидящему Мише со спины и похлопал ему рукой по плечу:

– Мы пошли…

Миша встал, посмотрел Радиму в глаза:

– Аккуратней там, парни, (Миша перешёл на шёпот, чтобы дети не услышали) сами знаете что там творится.

– Да знаем-знаем.

– Ну ладно, удачи! Возвращайтесь!

Дети подбежали к отцу и обняли его:

– Пока, пап!

– Пап, возвращайся скорее!

– Обязательно вернусь! Обязательно.

Они пошли к воротам. Илья потянул за трос и ворота открылись. Радим вышел первый и Илья за ним. Пройдя линию ловушек, они обернулись. Ворота автоматически закрылись.


4.Дорога в Город

Они прошли деревню и вышли на разрушенную и заросшую разными мхами дорогу, по которой они обычно добираются до пригорода. На дороге местами остались заржавевшие и пустые машины, которые люди бросили при взрыве.

Дорога была безопасной, только лишь иногда здесь встречались дикие животные.

– Да уж, не зря эту дорогу мы назвали "тихое место", спокойно тут, хорошо.

Радим не стал отвечать, лишь повернувшись головой в сторону Ильи, пошёл дальше. Он часто думал о своих родителях, и вспоминал последние с ними дни.

– Два пирожка с капустой и один с картошкой. 

– Мам, можно мне лучше с творогом. 

– Нет, нет, стойте, один с капустой, один с картошкой и один с творогом. 

Продавец положил пирожки в пакет и продал семье. 

- Спасибо! 

Они продолжили идти по бульвару. Наслаждаясь вкусным пирожком, двенадцати летний Радим посмотрел любящим, добрым взглядом на своих родителей, и прикрыл глаза. 

Атомный взрыв. 

Это был последний раз, когда он видел своих родителей.


Радим и Илья, молча, прошли уже полпути по этой дороге.

Стал слышен какой-то звук сзади:

– Ты слышишь это?

– Да, вроде, сзади…

Они быстро повернулись назад и увидели, как ездят машины, новые, почти чистые, прям, как до войны, но без людей.

– Твою м**ь, что это?

– Ты тоже это видишь?

Сзади начал гудеть КамАЗ, и проехал сквозь них. У обоих начала сильно кружиться голова, и оба по очереди без сознания упали на асфальт.


Радим очнулся первым, но была уже ночь, у него очень сильно болела голова и дрожащим от боли голосом он начал звать Илью:

– Илья! Ты где? Илья!

Никто не откликался. Радим осмотрелся вокруг, но кроме своего автомата на дороге ничего не увидел.

Подняв автомат с дороги, он достал флягу с водой и сделал пару глотков, ему стало немного полегче. Головная боль постепенно спадала. Радим достал модернизированный фонарик для автомата и, включив, прикрепил его. Он ещё раз осмотрелся, но никаких следов Ильи не обнаружил.

– Чёрт, что теперь делать то?

Раздался шорох из кустов, в двух метрах от дороги и в пяти метрах от Радима.

Он сразу же направил в ту сторону фонарь:

– Выходи! Иначе стрелять буду! Считаю до пяти!

Шорох в кустах раздался теперь сзади. Радим испуганно отошёл на середину дороги и стал оглядываться на два куста.

– Раз!

Шорох теперь произошёл одновременно из двух кустов.

– Два! Три!

Теперь из куста справа кто-то очень громко зарычал, Радим сразу же повернул туда автомат, нажал на курок, но выстрел не произошёл. Он нервно начал нажимать на курок, но не помогало. Из кустов прямо на Радима выпрыгнул страшный мутант и повалил его на землю…

Радим испуганно открыл глаза и встал. Было утро. Он увидел рядом лежавшего Илью и похлопал его по щекам:

– Эй, очнись! Илья!

Илья медленно открыл глаза. И Радим, успокоившись, сел на асфальт рядом:

– Хух, живой.

– Что всё это было?

– Не знаю, но надо валить отсюда!

Радим помог встать Илье, они подняли свои автоматы с дороги. Илья отряхнулся от пыли и спросил:

– И куда теперь идти?

– Я думаю надо связаться с домом и предупредить, что мы задержимся, а потом дальше пойдём.

Илья снял с ремня маленькую самодельную рацию:

– Приём, это Грут, как слышно?

Ответа не последовало, только помехи.

– Приём, это Грут! Как слышно?

Никто так и не отвечал. Радим, испугавшись, выхватил у Ильи рацию:

– Приём, это Радим! Приём! Это Радим! Приём…

Илья забрал рацию.

– Успокойся, может, у них рация сломалась! Всё, возвращаемся тогда домой!

Илья похлопал Радима по плечу, и они сразу же отправились в путь.


5.Домой

Радим и Илья шли очень быстро и очень боялись опоздать. Радим в тяжёлой броне шёл быстрее Ильи, и Илье, удивлённым таким силам, приходилось его догонять.

Радим чуть ли не бежал, он шёл не домой, он шёл к своим детям, которых очень боялся потерять. У него начала кружиться голова, он начал шататься.

– Эй, братец, отдохни, а то не дойдём ведь!

Радим остановился, достал флягу с водой и выпил половину, снял шлем и остальное вылил на голову.

– Ты что? У нас и так воды мало!

– Прости, не знаю, что делаю. Мне стало полегче, идём!

Илья, ещё не отдохнувший, отчаянно пошёл дальше.

Илье казалось, что время длится словно вечность, он шёл и чувствовал это. Дорога как будто не кончалась.

– Радим! Стой!

Радим остановился:

– Что?

– Тебе не кажется, что мы слишком долго идём? Как будто дорога не заканчивается…

– Что? Мы идём около десяти минут!

– Сколько? Ты что с ума сошёл? Мы идём минимум пять часов!

– Да, что с тобой? Тебе плохо? Не время болеть, нам домой надо! На, вот, смотри на часы…

У Радима на руке были механические часы, с серебряными стрелками, и крепкой металлической оправой:

– Вышли в шесть сорок примерно, сейчас семь доходит!

– А ведь точно. Что-то мне нехорошо…

Илья, чуть ли не падая, сел на асфальт. Радим подбежал к нему и начал его поддерживать, чтобы тот полностью не лёг.

– Что с тобой?

Радим взял флягу с водой с ремня Ильи и хотел дать ему попить, но он уже был без сознания.

– Нет, нет! Очнись! Илья!

Радим слегка потряс Илью, но Илью было не разбудить.

– Этого ещё не хватало…

Радим думал, что делать:

Илью я не могу нести на себе, на мне и так тяжёлая броня, оставлять его здесь не безопасно. Надо попробовать ещё раз связаться с Домом!

Радим снял рацию с ремня Ильи:

– Приём! Это Радим! Приём!

Ответа не следовало.

Радим повторил ещё несколько раз, но без результата.

– Что же мне делать…

Радим стоял и решил осмотреться вокруг, в надежде что-то увидеть. Вокруг дороги было немного леса, а дальше большое поле. Сквозь все деревья и длинное поле, Радим смог разглядеть огонёк. Он подумал, что ему показалось. Сняв шлем, чтобы было лучше видно, он и вправду увидел маленький огонёк в метрах шестистах. Радим взял на плечо автомат Ильи, Илью за его костюм и начал его тащить.

Радим безостановочно тащил Илью уже полпути до того огня, лишь иногда поворачивался посмотреть сколько осталось идти. С каждым метром было всё лучше и лучше видно огонь, а рядом дом.

Осталось около 200 метров, и Радим опять повернулся посмотреть, сколько осталось, огонь уже не горел. Радим опустил Илья, схватил автомат и прицелился в сторону дома. Надо идти на разведку, но Илью тут не бросить.

Между шлемом и бронёй на груди у Радима была слабая зона, совершенно без защиты, только майка; именно туда со свистом прилетел дротик, со стороны дома. Радим не успел ничего сделать, только вытянуть дротик; в глазах потемнело и сильно потянуло в сон; он обездвижено упал на землю, рядом с Ильёй.


6. Женщина

Радим очнулся на матрасе, без брони, только верхняя одежда. Он осмотрелся: деревянные старые стены, и в одной из них дверь, но уже железная, помещение довольно маленькое, и только сейчас Радим заметил рядом ещё один матрас, но там никто не лежал. Радим сразу вспомнил про своего друга:

– Где Илья?

Он соскочил с матраса, лежавшего на деревянном полу, и придумал план.

– Помогите! Мне плохо! Помогите!

Вдруг начали раздаваться звуки шагов за дверью, и Радим лёг на матрас. Кто-то снаружи начал открывать дверь, но открывающего кто-то остановил.

– Вы что, женщина?

Очень плохо и тихо было слышно, но Радим смог распознать в голосе Илью.

– Я вам помогла! И сейчас твой друг звал на помощь! Дай дверь открою!

Радим встал, и прошло около двадцати секунд в тишине. Дверь начала со скрипом и очень медленно открываться, как будто она очень тяжёлая.

Перед Радимом стояла женщина лет шестидесяти, худая, ростом маленькая, на лице морщины, с рыжими волосами и очень добрыми глазами.

За ней стоял Илья с широко открытыми глазами.

– Радим! Живой!

Он подбежал к нему и крепко обнял.

Они поднялись наверх из подвала. Изнутри дом выглядел как обычный деревенский. Посередине стоял стол со стульями, на котором уже стояли три кружки с какой-то жидкостью. Справа была печка, а слева окно, в котором было видно знакомое поле.

Женщина показала на стулья:

– Садитесь!

Радиму стало любопытно, что в кружках:

– А что тут налито?

– Чай, самый обычный, сама выращиваю. Пейте не бойтесь, не отравленный.

Радим и Илья переглянулись, очень хотели пить и есть. Не выдержали. За несколько секунд выпили полулитровую кружку чая.

Женщина села рядом и тоже начала пить.

Радим, обеспокоившись, вскочил из-за стола:

– Нам идти надо! Где мои вещи?

– Что случилось?– испугавшись, спросила женщина.

Илья встал из-за стола, медленно, был всё ещё болен чем-то.

– Нет времени объяснять! Вещи, где мои?

Женщина показала на ящик, который стоял у входной двери. Радим подбежал к нему, и начал быстро снаряжаться:

– Илья! Давай собирайся! Нам ещё идти и идти.

– Я не могу!– бес сил, проговорил Илья,– я заразился чем -то, я и метра в броне не пройду.

Радим слушал его, расстроился, но продолжал нацеплять на себя снаряжение.

Готов. Полностью в снаряжении.

– Ладно, Илья, я один дойду! Будь на связи! А главное не умри тут! Выздоравливай!

Женщина хотела что-то сказать, но Радим перебил:

– Сколько дней я лежал?

– День.

Радим проверил автомат на исправность и открыл дверь.

– Стой, на вот воды возьми!– женщина протянула ему флягу.

Радим взял, поблагодарил кивком головы, посмотрел на Илью, попрощался с ним мысленно и вышел в открытую дверь.


7. Сигнал

Радим прошёл поле и маленький лес у дороги и вышел на неё. Идя по ней, достал свою рацию, включил:

– Это Радим, приём! Вышел на дорогу. Как слышно?

Шипение рации.

– Приём, слышно нормально. Понял, – ответил Илья.

Радим повесил рацию на пояс и продолжил быстро идти, думал о многом:

Сколько же времени я потерял, за это время, что только не могло произойти…

Как же там мои сыновья, как Миша? Мне надо идти ещё быстрее, ещё быстрее.

Радим перешёл на медленный бег, броня играла свою роль, и быстрее бежать было невозможно.

Прошло около двух часов. За это время Радим ещё раз связался с Ильёй и продолжал бежать, не останавливаясь. Скоро должен был быть уже поворот к деревне, к дому. Радим решил попробовать ещё раз связаться с Домом, включил рацию:

– Приём, это Радим! Как слышно!?

Шипение рации. Никто так и не отвечал.

Радим повторил сигнал, но продолжалось шипение. Вдруг издались какие-то помехи. Радим резко остановился и ещё раз подал сигнал:

– Это Радим! Дом, как слышно? Дом, как слышно?

Шипение рации. Вдруг кто-то ответил.

– Слышим хорошо, ждём тебя!

Радим не узнал голос. Это был не Миша и точно не один из сыновей. Голос был похож на пьющего мужчину лет сорока пяти.

Радиму ничего не оставалось, как продолжить идти туда. Он подумал связаться с Ильёй, но рация резко перестала работать, просто выключилась.

– Твою ж мать…


 *****

Вот, этот поворот. Поворот к деревне, к дому. Радим решил обойти деревню сзади и подойти к Дому исподтишка.

Он шёл туда и боялся, боялся не за себя, не смерти, а за сыновей. Он почти обошёл Дом сзади. Осталось 6 метров. Ловушки. Хотя Радим их сам и ставил, но не помнил наизусть, где и какая стоит. Радим шагнул, прошёл несколько ловушек, ещё 5 метров. Ещё один аккуратный шаг, оставалось 4 метра.

Становилось опаснее, ловушки стали стоять ближе друг к другу, но теперь их было лучше видно, и Радим смог пройти до забора.

За забором был шум, тихо играла непонятная музыка, и кто-то пьяный разговаривал.

У Радима возник главный вопрос: как бесшумно попасть внутрь? Забор два метра и вход только один, центральный. Он хотел обойти весь забор, и проверить на наличие пролазки, но в такой броне, его бы явно услышали.

– Есть единственный способ пройти,– подумал Радим.


Он очень рисковал, но всё же достал из кармана единственную самодельную гранату, снял чеку, и кинул в сторону от дома, что есть силы. Прошло несколько секунд, и прогремел громкий, страшный взрыв. Грязь разлетелась на десятки метров. Шум за забором прекратился. И по звукам шагов было понятно, что многие рванули на взрыв. Радим оббежал забор с правой стороны (взрыв произошёл с левой). Вот он, вход, открытый. Во дворе никого, скорее всего все ушли на взрыв. Радим забежал во двор, приготовил автомат и сдёрнул предохранитель. У костра стояли бутылки, похоже, с самогоном. Радим оглянулся назад и услышал, как кто-то возвращается. Он побежал к своему дому, и надеялся, что его дети там. Дверь была заперта снаружи на замок, он не медлил и выбил его прикладом. Те, кто был во дворе, это услышали.

Радим открыл дверь, забежал внутрь и захлопнул её. Сзади раздались выстрелы, и одна из пуль явно угадила в крепкую дверь.

– Папа! Папа…-закричали избитые, подбегающие Вова и Рома.

Они хотели его обнять, но он толкнул их на пол:

– Лежать, не вставайте, пока не прикажу…

Прогремело ещё несколько выстрелов, теперь с разных сторон, стекло разбилось в дребезги.

– Ползите в подвал и запритесь, быстрее!

Вова и Рома ползком рванули к двери в подвал. Они спрятались.

Радим доверял своей броне, и слегка выглянул в окно одним глазом:

– Один, четыре… Лишь бы у них гранат не было.

Он встал, и смело открыл входную дверь.

Вышел, и начал стрелять из своего многопатронного автомата, в кого только видел. Их было уже девять. Он стрелял и видел в них одержимость убийства, они были уже не люди, это даже не психи, это война сделала их такими. Они бежали к нему с жаждой смерти. По броне прилетело несколько крупнокалиберных патронов, которые почти её пробили и возможно сломали несколько костей, но ярость мщения гнала Радима дальше, и он продолжал идти и стрелять. Осталось только двое, остальных он смог положить. Они сидели в доме Ильи и Миши. Радим шёл напролом, словно забыл, что в подвале соседнего дома его ждут дети.

Пока он подходил к двери, по нему пустили очередь из какого-то ПП, поэтому броня выдержала. Радим распахнул дверь и на встречу вылетел один из них, с ножом. Наивный. Радим вырубил его прикладом. Зашёл в дом и справа сидел тот самый с ПП, а в руках его он увидел что-то механическое.

Радима отбросило на метр, почти в противоположную стену дома. Стену, около которой сидел камикадзе, почти всю разнесло в дребезги, от самого самоубийцы осталась только кровь, растекавшаяся по оставшимся стенам.

Радим лежал неподвижно, лицом вверх, броня сильно обгорела от взрыва, и взяла весь удар на себя.


8.Рация

– Папа, очнись! Папа!

Дети из-за всех сил трясли Радима, но он лишь медленно шатался. Рома постарался аккуратно снять шлем, но не смог:

– Вова, помоги мне!

Вова подбежал, и оба медленно потянули. Хорошо сидящий шлем начал сползать. Сняли.

Вова посмотрел на лицо папы, и решил проверить пульс. По венам Радима всё ещё шла кровь.

– Он живой, Рома! Просто без сознания.

– И что делать будем? А если он умрёт?

– Да, успокойся!

Вова начал что-то искать на теле отца.

– Что ты делаешь?

– Рацию ищу.

Ещё немного исследовав снаряжение, он нашёл рацию:

– Вот… Только она вся сломана…

Рома скривил лицо и хотел начать плакать, но Вова его остановил и порывисто, скорбя, вспомнил:

– Помнишь, когда они… убили дядю Мишу… забрали рацию себе…

Забыв про слёзы, Рома кивнул головой.

– Пошли, нужно её найти! Быстрее побежали.

Вова выбежал в разрушенную стену, а Рома в дверь.

Они стремительно искали рацию среди трупов мародёров-убийц.

– Рома, ты не нашёл?

– Нет, а ты?

Вова покачал головой.

Остался последний, Вова и Рома обыскали его, но тоже не нашли. Теперь придётся искать её по двору.

Они осматривали каждый метр очень внимательно.

– Нашёл! Нашёл!– закричал Рома!

Вова, обрадовавшись, подбежал к Роме, который стоял около их дома.

Вова выхватил рацию. Включил!

– Работает! Рома!

– Ура…

– Надо связаться с дядей Ильёй, он наверняка где-то неподалеку ждёт. – Приём, это Дом, как слышно?

Шипение рации, никто не отвечает.

Вова повторил сигнал. И вдруг этот сигнал издался откуда-то из деревни.

– Вова, ты тоже это слышал?

– Да, это… Может быть и Илья идёт. Странно, что не отвечает… Побежали, спрячемся за лестницей нашего дома, если это дядя Илья, то выйдем…

– А если нет? – испугавшись спросил Рома.

– Видно будет, главное, первый не вылезай!

Они спрятались, и стали ждать. Ждать пришельца.


 *****

Звуки шагов и прыжков издавались за открытыми воротами. Кто-то подходил к Дому. Вова и Рома, затаясь, ждали.

Вдруг кто-то вышел, полностью в лёгкой броне и шлеме, в руках настороженный автомат, похожий на Илью.

Шепотом Вова сказал:

–Вроде, это Илья. Давай подождём, пока шлем снимет.

Рома молча кивнул.

Этот пришелец, быстро осмотрелся вокруг, опустил автомат и пошёл в разрушенный дом.

Роме и Вове стало хуже видно из-за стены, но голову было видно.

Пришелец подошёл к Радиму и присел. И полностью пропал из виду мальчиков.

 *****

Радим продолжал бездвижно лежать. Пришелец сел на колено рядом. Снял шлем.

– Что же ты, Радим, в бойню-то полез, ещё и убил всех… Остался бы со мной, может, и выжил бы. Прости, Радим, у меня не было выбора.

Илья встал и забрал автомат Радима. Ещё раз, осмотревшись вокруг, вышел из двора.

Дети всё это время тихо наблюдали за всем происходящим.

В шоке, осмыслив происходящие, Вова сказал:

– Рома, жди тут, я сбегаю до ворот… посмотрю, ушёл ли этот предатель…

– Я жду.

Вова вылез из-за лестницы и тихо подбежал к воротам, посмотрел на деревню, вдаль, на поворот, поле. Никого.

Вова помахал рукой Роме, и тот вылез.

– Вова, и что теперь делать? Нам никто больше не поможет…

Вдруг начал очухиваться один из мародёров-убийц, которого вырубил Радим.

Вова не растерялся, пока тот соображал что произошло, он поднял ПП у одного из трупов, и прицелился в урода.

– Э, ты чё, парень!? Опусти ствол!

– Вова, это же тот… который всегда в стороне стоял…– шёпотом напомнил Рома.

– И что…?

– Парни, отпустите а, я тут случайно, заставили меня. Я же вас не трогал и дядю вашего не убивал…простите…они силом меня, силом заставили…

Обстановка накалялась. Вова держал палец на курке. Пистолет-пулемёт был лёгким, и поэтому держать его тоже было легко. Вова погряз в мыслях, он не знал что делать…

– Раз так, тогда помоги нам, если такой хороший.

Мародёр помешкался, думал попробовать убежать, но остался, в нём проявилось что-то доброе:

– Ладно, но чем…?


9. Помощник

– Как тебя звать, помощник?-спросил Вова у мародёра.

– Грек, все меня так зовут…

– А по имени? Имя то есть?

– Григорий…

Вова, продолжал держать ПП в руках, боясь предательства.

– Надо как-то папу на ноги поднять. Хотя бы, чтобы он очнулся, он бы сказал, что делать.

– А он меня, ну это, не убьёт?

– Не знаю…

Гриша удивлённо посмотрел на Вову.

Рома сидел рядом с папой. Вова с ПП в руках и Грек стояли тут же и думали что делать:

– Может у вас лекарства есть какие-то?

– Бинты, спирт.

– Давайте, надо поднять его на стол!

– Не сможем, наверное, броня, папа говорил, больше двадцати килограмм весит, и сам он много…

– Значит, сначала снимем броню.

Рома отошёл в сторону и не знал, что ему делать. Вова и Грек начали переворачивать на бок Радима, но он вдруг закашлялся и что-то возмутительно промычал.

Рома от удивления подбежал к папе и закричал:

– Папа, папа, ты в порядке?

Вова присоединился:

– Папа, где болит?

Радим лёг на спину, вдруг увидел Грека и сразу же руками задёргал по полу, ища свой автомат.

Грек испуганно отскочил в сторону.

Вова придержал руку папы:

– Он с нами, он должен помочь нам…

– С чего бы это ему нам помогать?

Вова не знал что ответить. И молча опустил взгляд.

Радим яростно смотрел на Грека, а тот от устрашающего взгляда потихоньку отходил назад. Глаза Радима остыли, он увидел в глазах Гриши человека, а не тех обезумевших убийц, тела которых лежали во дворе и, доверяя, посмотрел на сыновей.


Радим лежал на столе без брони. Рома стоял во дворе около двери. Грек и Вова собирались осмотреть Радима.

– Так, в меня, вроде, пули никуда попали, может только переломы. Нога болит правая, грудь и чуть ниже живота, в тазе где-то.

Вова поднял водолазку и сразу закрыл глаза.

– Что? Там всё так плохо?

Грек посмотрел на Радима и взглядом получил добро на осмотр.

– Ну, у бедра сильный ушиб, у ребра похоже тоже. Так, а нога где болит?

Радим показал рукой место. Грек руками разорвал штанину и посмотрел.

– Не могу поверить, опять же ушиб. Как же так? Очень, очень повезло. Не могу поверить…В вас стреляли не только ППшками, но и штурмовыми тоже. Броня, видимо, у вас, просто мощнейшая!

– Да, сами собирали,-Радим возмутительно посмотрел на Гришу и грозно продолжил,-а я смотрю, ты не очень рад, хотел, чтобы у меня все кости были раздроблены?

– Да нет же, просто в шоке…


10. У костра

Ночь. Двор. Открытые ворота. У костра сидят сыновья Радима, и Грек; сам Радим лежит рядом, отдыхает.

– Пап, пап, смотри: первый снег!

Радим открыл глаза и спокойно посмотрел на небо, маленькие белые снежинки медленно падали ему на лицо и мгновенно таяли от горячей кожи, нагретой от костра.

– Да уж, теперь будет сложнее идти…

Гриша удивлённо посмотрел на Радима и хотел возразить, но сразу вспомнил, что он тут "на крючке" и спокойно ответил:

– Как же, куда идти?

Сыновья тоже, интересуясь, посмотрели на отца.

– Сначала к одной женщине, она тут недалеко живёт, она сможет нам помочь, потом видно будет…

Радим отлично знал, что будет потом, но решил пока не говорить весь план.

Гриша, успокоившись, и делая небольшие паузы между словами сказал:

– Только полдня назад в вас прилетело несколько пуль, сильные ушибы, а вы уже рвётесь дальше?!

Радим строго ответил:

– Не я такой, а жизнь такая. Сами не пойдём, так к нам кто-нибудь придёт. Всё решено! Завтра в путь, ночь отдыхаем.

Гриша, согласившись, покивал головой, сыновья обрадовавшись, о чём-то поговорили меж собой и легли спать у костра.

Радим еле встал с матраса, взбодрившись, похлопал себя по щекам и сказал:

– Гриша, пойдём, поможешь мне ворота закрыть.

Грек встал, кинул ветку в костёр, которую всё это время держал в руках, и начал догонять Радима.

Тот уже стоял у троса и ждал.

Гриша подошёл, начал затягивать трос:

– Вроде, правильно делаю?

– Да, да. Сильнее тяни.

Гриша почти закончил, и ворота закрылись.

– Ты сам-то откуда?

– Я из города, из Йошкар-Олы. Правда, когда война началась, в деревне у бабушки был, поэтому и выжил. Деревню вообще не задело. А ты откуда?

– Тоже из города. А деревня-то твоя далеко?

– Да, очень. В Кировской области. Жаль, её больше нет, но это очень долгая история.

Радим очень удивился и поперхнулся своей же слюной:

– Охренеть, как ты до сюда-то добрался живым?

– Ну, вот так, как-то. Хотел домой вернуться, посмотреть, как тут всё и по пути наткнулся на этих мародёров, а я жить хотел и до дома добраться, пришлось к ним примкнуть, а сам потом сбежать хотел, когда в город бы попали. Но ты их прикончил быстрее…

– Да, долгая, наверное история, надеюсь потом полностью расскажешь!

Радим похлопал по плечу Гришу и пошёл спать к костру:

– Ты до двух часов дежуришь, потом я.

Гриша покивал головой, но Радим уже этого не видел.


Гриша начинал получать доверие, о чём говорило то, что ему доверили дежурить ночью, хоть и оружия всё равно не дали.


Дежурство прошло спокойно, Радим по расписанию сменил Гришу и тоже спокойно отдежурил.

Начинался рассвет. Радим спустился с вышки и начал всех будить:

– Подъём, парни, подъём!

Никто не просыпался. Радим подошёл поближе и крикнул ещё раз, но все бездвижно продолжали лежать.

– Эй, вы чего?

Радим повернул Вову лицом к себе и увидел мёртвое лицо, без глаз и всё исцарапанное.


Радим от ужаса и от света всходящего солнца открыл глаза и огляделся: дети и Гриша спали у недавно потухшего костра, за оградой всё было тихо, мутантов не слышно.

Радим спустился с вышки, и не понял, то-ли это был сон или, может ,видение. Он дошёл до костра и посмотрел на детей и на Гришу, всё было в порядке.

– Подъём!


*****

Дети вместе с Гришей и Радимом стоят за открытыми воротами "Дома" и смотрят на него, скорее всего, в последний раз.

– Ну, вот и пришло время, прощаться с тобой, наш дом!

– Пап, а мы ещё вернёмся сюда?

– Надеюсь, нет, Рома… Надеюсь, нет.

Они уже снарядились, взяли каждый по рации, Радим взял в руки АК-74 у одного из убитых мародёров, а на плечо повесил АК-47; оделся в лёгкую броню, как и Гриша; Гриша был с известным нам ПП; дети без оружия.

Гриша стоял, молча, просто слушал и смотрел. Радим последний раз оглядел двор, похлопал детей по плечам и повернулся назад, с грустью сказав:

– Всё парни. Уходим.

Дети и Гриша тоже повернулись и пошли вслед за Радимом.


11. В путь по дороге.

– Пап, а сколько нам ещё идти?

– Недолго, дойдём до большого поля, с левой стороны, там и дом через него.

Гриша вступил в разговор:

– Так, а, что за женщина? Ты так и не рассказал.

– Да, спасла нас с Ильёй, Илье плохо стало, видимо, чем-то заразился, урод… Я его потащил, увидел огонёк за полем и туда его понёс. Потом, когда подошли ближе к дому, она нас усыпила, вроде дротиками со снотворным. И вот так познакомились… а она ведь и меня и Илью спасла, только вот, не понимаю…

Гриша и дети продолжали внимательно слушать.

– … если бы я тот дом не увидел, может, и успел бы во время до Дома добраться, и Миша жив был бы… Надо было бросить этого ублюдка и домой бежать…

– Да ты же, не знал тогда ещё ничего, он тогда был тебе другом!

– Был…

Радим задумался и продолжал идти, Гриша и дети шли за ним.

Парнишки уже начали уставать, поскольку никогда ещё не ходили на такие большие дистанции. Самый большой их поход был до озера, вместе с Мишей, но они так и не дошли, потому что радиационный фон начал постепенно увеличиваться, и Миша не смог позволить идти им дальше.

– Вот, дошли! Здесь налево поворачиваем…!

Дети очень обрадовались этой новости, но что-то говорить им не хотелось, они берегли силы.

Обрадовавшись и немного удившись, Гриша сказал:

– Ого! И в правду, вроде, дом какой-то стоит!

Радим строго посмотрел на Гришу и возмутительно проговорил:

– А ты, чё, мне не верил?

Гриша от неожиданности не знал, что сказать.

Радим засмеялся.

– Да, ладно, расслабься, я пошутил.

Гриша облегчённо улыбнулся и продолжил идти.

Прошли почти всё поле, приближаясь к дому…

Радим присмотрелся внимательнее и начал замечать что-то странное, дом был почти весь чёрный и с дырявой крышей… Но это была не краска и не ремонт крыши, это была сажа. Дом сгорел.

Радим громко проматирился про чью-то мать и побежал к сгоревшему дому. Гриша вместе с парнями тоже рванул за ним.

Радим бежал, а в глазах у него была ярость, обида и надежда, что та женщина была жива…


                                    *****

Подбежав к дому, Радим начал осматривать всё вокруг. В дом было не зайти; внутри всё было сгоревшим, и обвалившиеся крыша не давала пройти внутрь. Гриша и парни помогали искать, но безуспешно. Вокруг были только разбитые стёкла и разлетевшийся шифер от крыши.

Прошло уже более пятнадцати минут.

– Командир, слышишь, может, она просто сбежала, вот её тут и нет?

– Не знаю, искать, похоже, нету смысла… Я уверен, это Илья тут побывал…

– Я всё, конечно, понимаю, но почему сразу он? В нашем мире и без Ильи дерьма всякого полно!

Радим промолчал. Сыновья и Гриша ждали решения. Радим думал, что же делать дальше. Гриша подумал, и предложил:

– Может быть…в город?

– Да, выбор небольшой. Но там опаснее, чем здесь, мы не можем пойти туда с пацанами, и их одних оставлять здесь нельзя.

– Одному идти ещё опаснее!

–Я понимаю. Ты думаешь, я на тебе детей оставлю?! Нет!

Гриша промолчал. Радим не знал, что делать, весь его план, который он проработал Дома, был уже неактуален.

– Ладно, у города есть место, где вы можете переждать. Дойдём до туда, дальше я сам. Рация у тебя есть, так что будем на связи…

– Хорошо, но, может, в этот раз расскажешь про свой план?

– Обойдёшься и без него! Я знаю, что делать!


Радим шёл на большой риск: во-первых, ему придётся оставить своих детей с Гришей, во- вторых, он решился пойти в город один, на контакт с «горожанами».



12. РУЭМ. У города.

Поздний вечер.

– Так, мы уже подходим… Надевайте противогазы с фильтрами!

Грек надел противогаз, закрутил фильтры. Мальчишки тоже нацепили свои противогазы, которые были им немного большие, но всё равно хорошо сидели. Радим взял в руки свой противогаз, который служил ему давно; потрёпанный, улучшенный в мастерской Дома, с хорошими фильтрами. Он смотрел в его стёклышки, задумавшись о том, что, может, больше из него и не вылезет, умрёт где-нибудь в городе, и никто его не достанет, будет лежать там и гнить от радиации… Надел.

– …Ещё немного, и мы дойдём до дома, где будете меня ждать.

Гриша ничего не ответил, просто молча, покачал головой, а, может, и вовсе ничего не услышал из-за противогаза.

Каждый шёл и думал о своём: мальчишки о том, как они хотят вернуться домой; Гриша о том, что будет дальше, сколько ему придётся сидеть с мальчиками и ждать Радима, и как вообще изменился этот город, после войны; Радим тщательней обдумывал план.


Вот и всё, они подходили к городу.

– Вот! Сворачиваем на эту улицу, тут дом есть, я там иногда от мутантов прятался, подвал там отменный!-Радим посмотрел на Гришу, как будто это была шутка, но он и сам не понял про что пошутил.

– Ты так и не ответил, долго нам тебя ждать?

– Как пойдёт, по обстановке… Рация у нас есть, будем на связи, сейчас до домика дойдём, там всё обсудим!

Они шли по улице, улица Лесная; раньше здесь был посёлок РУЭМ, но сейчас же здесь едва осталось, несколько домов, все остальные были разрушены от взрыва и времени.

– Вот он!-Радим показал рукой на каменный, кирпичный и крепкий дом, он один из немногих, которые не разрушились, но взрыв всё же его потрепал, весь он был обугленный и в трещинах, но смотря на него, нельзя было сказать, что он вот-вот упадёт, наоборот, что странно, с первого взгляда он вызывал доверие.

– Неудивительно, что не разрушился…

Заходя в дом, Гриша оглянулся назад, и мальчики от испуга тоже оглянулись.

Внутри дома было совершенно пусто: ни мебели, ничего, просто кирпичные стены. Радим вместе с остальными зашёл в одну комнату, где на полу был слой, заваленный досками; поставил автомат к стене и начал раскидывать доски:

– Поможешь, может? Чё, встал?

Гриша подошёл и тоже принялся за дело. Под слоем оставшихся досок начал виднеться люк.

– Это вход в подвал?

– Да.

Люк теперь можно было открыть. Радим, ухватившись за ручки с двух сторон крышки люка, поднял её и положил его в сторону.


– В общем, в подвале фон радиации очень слабый, можно сидеть без фильтров. Давайте залазим! Грек, давай первый!

Грек начал спускаться по лестнице, ступеньки были из прочного металла, крепкие даже после войны и спокойно могли выдержать любого человека. Гриша спустился, включил фонарь, снял противогаз.

Спустились и пацаны, за ними Радим, закрыв за собой люк.

– Вон керосиновые лампы, зажечь надо.

Радим зажёг сначала одну лампу, потом пройдя несколько метров в противоположную сторону, другую. Теперь здесь стало светло, подвал был не очень большой, примерно 4 на 4 метра. Стены были из бетона, но покрыты утеплителем, у противоположных стен стояли две кровати, рядом с одной из них был столик, на котором стояла одна из керосиновых ламп, другая весела на потолке.

– Тут тушёнки одна банка осталась, но у нас и собой еда есть, так что необязательно тратить, но дело ваше…

– Да у вас тут целая база!

– Да, мы тут иногда ночевали, вот и постарались на все случаи жизни…

Гриша от удивления покачал головой.

– Рация тут ловит хорошо, так что проблем со связью не будет.

– Понял.

Радим наклонился к Грише и сказал на ухо:

– Тут ещё пистолет есть под матрасом, но, надеюсь, не пригодится!

– Ладно…

Вова, потеребил свои волосы.

– Пап, может, поедим, всю дорогу почти ничего не ели, очень хочется.

– Да, конечно. Только снаряжение сниму, и все вместе поедим.

Рома тоже хотел есть, поэтому обрадовался и с нетерпением ждал.

Радим снял снаряжение, подошёл к столик и открыл ящичек, где лежала одна банка тушёнки.

– Ну, ладно, давайте откроем, попробуете хоть раз, что такое говяжье мясо!


Глаза Ромы и Вовы наполнились счастьем и ожиданием, они уже достали свои маленькие миски из рюкзаков и ждали.

Радим положил мальчикам понемногу в миски и оставил себе с Гришей. Гриша тоже достал свою самодельную тарелку.

Мальчики, не дождавшись остальных, начали уплетать тушёнку и издавать звуки наслаждения.

– Это самое вкусное, что я когда-либо ел в своей жизни!

– Да, пап, согласен с Ромой!

– Вот так, а мы такую до войны часто ели!

Гриша и Радим тоже начали есть.

Утро.

– Пап, ты надолго уходишь?

Радим не знал, насколько он уходит, и не знал, вернётся ли, вообще.

– Да нет, не надолго, скоро вернусь. День максимум…

Он уже стоял в снаряжении и был готов лезть наверх, из подвала.

– Гриша, сейчас со мной поднимешься, надо обсудить кое-что.

– Хорошо.

Радим подошёл к мальчикам обнял их крепко-крепко, как никогда не обнимал…

– Давайте, скоро увидимся, парни!

Он нацепил противогаз, затянул покрепче фильтр и полез вверх по лестнице. Открыл люк. Вылез. За ним поднялся и Гриша.

– Слушай! Чтобы берёг их, как своих понял! Чтобы когда я вернулся, всё было в порядке! Обещай!

– Обещаю-обещаю. Что ты так накинулся? Они за несколько дней мне как родные стали. Всё нормально будет!

Радим посмотрел Грише в глаза.

– Ну, ладно, береги их, пока меня нет! В общем всё, пошёл я. На связи.

– Удачи тебе…

Радим вышел из комнаты. Гриша залез обратно в подвал, закрыв за собой люк.



13. Красный город.

Радим уже подходил к городу. Он знал, что в туда без химзащиты нельзя, но выбора нет. В городе гигантский фон радиации, и какого только дерьма ещё нет. Радим даже не представлял, сколько он сможет там продержаться без химзы, день, полдня или даже час. Этот город во время войны не решились бить простыми ракетами, по нему били новыми разработками, химическими и биологическими.

Йошкар-Ола, в переводе с народного здесь языка-марийского, переводится как Красный город, только сейчас, после войны, этот город называют Красным не из-за этого. Город весь светится красным цветом, все дома в границах города, покрыты чем-то красным, непонятным, живой жижей.

Радим, зная всё это, не понимал, как кто-то может жить здесь в таких условиях? Это невозможно, думал он. Тут трудно в химзащите-то находится, а кто-то тут живёт. А что, если не живут? Что, если Радиму и Илье тогда на вылазке показалось, что они людей видели, а не мутантов, или это радиация там повлияла на них, или это люди были, но мимо прошли. Радим подумал об этом только сейчас. Его вера и надежда медленно начала погасать с каждым метром приближения к городу.

Он достал рацию.

– Приём, я на подходе к городу. Как у вас там, в порядке?

Несколько секунд была тишина.

– Да, приём. Всё отлично.

– Понял, до связи.

– До связи.

И вот он-Город.

Радим шёл по дороге вперёд, ближе к центру, по дороге, с двух сторон обустроенной разной высоты домами.

Он ускорил шаг и двигался к тому месту, где они с Ильёй тогда видели их. В голове что-то гудело, шумело и сбивало с мыслей.

Постепенно, заходя в город, начала появляться эта красная жижа на домах. Эта жижа было что-то непонятное, то ли живое, тол и нет, но она двигалась, бурлила и кипела.

Наступать в неё вовсе не хотелось, тем более без химзащиты. На дороге, на разваленном асфальте этой фигни почти не было, что казалось странным.

Вдруг что-то зашумело справа, где-то в девятиэтажных домах.

Радим сразу направил туда дуло своего АК-74. Никого, пусто. Может, показалось?

Снова шум, только уже с левой стороны, снова из домов.

Он оглянулся, там тоже никого нет. Не дожидаясь, ведь каждая секунда была на счету, он побежал дальше.

Они видели их тогда рядом с центром, около бывшего травм пункта. Радим знал, что в центр нельзя, даже в химзащите. Там было что-то страшное, фон радиации был настолько большим, что такие цифры даже дозиметр не знал. Там эта жижа сверкала и блестела так, что если посмотришь-ослепнешь сразу. Раньше там была набережная, её только построили, как через несколько лет началась война.

Радим был уже у цели, был близок к тому месту, где он видел Этих.

Дошёл, вот он – бывший травм пункт. Перед ним был небольшой парк, но деревьев здесь уже не было. Радиму нещадно повезло: не считая радиации, он по пути не встретил не одного мутанта, хотя, может, их тут больше уже и нет, сожрала вся эта жижа.

Радим снова достал рацию. Только хотел её включить, как она вся заискрила и начала вздуваться прямо в его руках. Радим сразу бросил её на землю. Как только рация упала, сразу же взорвалась.

Радим слегка был в шоке, но медлить было нельзя. Сменил фильтр. Решился зайти в здание травм пункта.

Здесь всё было разгромлено, стены чуть держались, крыша вот-вот была готова обвалиться. Тут было пусто, никого нет. Смысла терять здесь своё время, нет! Он хотел выйти, но выход затянуло красной дрянью. Стены задрожали, начали, как будто давить на него, и вот-вот были готовы вовсе обвалиться вместе со всем домом. Ничего не оставалось, как бежать к другому выходу, местоположение которого Радим не знал. Он побежал по коридорам и этажам наугад. Пробегая вдоль коридора, через кабинеты, он заметил проблеск света. Развернувшись, подбежал к кабинету, откуда был виден свет. Окно тоже уже затягивало жижей. Радим разбежался и прыгнул через окно третьего этажа.



14. Чистое небо.

Асфальт. Высохший куст. Радим лежит. Противогаз разбит. Дозиметр, надрываясь, трещит. Два его автомата АК лежат рядом.

Высохший куст, на который по везению упал Радим, немного смягчил удар.

Радим начал открывать глаза. Невыносимая боль плавно переходила от ног в правую руку, но его беспокоило не это. Воздуха нет, противогаз разбит, дышать нечем. Стекло было разбито, но не сильно. Времени нет, Радим, задыхаясь, начал искать свой рюкзак. Нашёл. Был под ним. Куст очень мешал и ограничивал движения, но выбирать не приходилось. В рюкзаке должна была быть изолента. Радиму казалось, что время длится вечно, шум в голове и голодание кислородом способствовали этому. Вот оно-спасение, нашёл изоленту. Лишь бы помогло. Дрожащими руками начал заклеивать трещины и пробоины стекла. Все заклеил. Дышать стало можно, но это было ненадолго. Хоть что-то.

Мозг почти не соображал, ноги, рука, шум- всё очень напрягало.

Наконец-то слез с куста, пополз до ближайшего автомата, взял его в руку. Через ужасную боль кое-как сел на задницу. Он попытался встать на ноги, но они явно были сломаны.

Радим упал на потрескавшийся асфальт, посмотрел в небо. Чистое небо, опять чистое.

И вот к чему это привело, шёл не знаю к кому, не зная куда. На что рассчитывал?

Дети… Что теперь будет с его мальчиками?

Фильтры уже были на исходе. Воздух заканчивался.

Радим, задыхаясь, вдохнул последние глотки воздуха, в последний раз оглянул город, дома, улицы, где он когда-то в детстве гулял с родителями. Посмотрел на небо, чистое синее небо. Прямо, как в тот день с его женой Кариной… Такое же чистое было небо тогда… Вот так совпадение.

Очень хриплым и слабеющим голосом, Радим произнёс:

– Я иду к тебе… моя… любимая, я уже… ид…

Силы закончились, как и воздух.


КОНЕЦ





Для обложки использовано фото из личного архива автора