Жажда приключения, или Все девчонки любят парашютистов [Александр Козлов] (fb2) читать постранично

В шестнадцать лет меня вдруг охватила непреодолимая жажда приключения. Не просто какого-нибудь выпендрежа с друзьями на мотоциклах по Волоколамскому шоссе, подальше от Красногорска, а именно приключения — большого, сильного, по-настоящему мужского. Словом, такого, чтобы от одного воспоминания о нем дух захватывало.

На ум чего-нибудь интересного, оригинального не приходило. А обращаться за советом или предложением на этот счет к друзьям — дело заведомо проигрышное: ни Андрюха, ни Леха особым воображением похвастать не могли; для них любое мероприятие — от прогула уроков до тумака от парня покруче — уже являлось не иначе как приключением.

— Давай сарайчик подожжем! — осенило скуластого и узкоплечего Леху. — Во бабка Надька позлится! — И разразился таким гаркающим смехом, будто уже задыхался от дыма пожарища.

— Дурак, — как обычно, словно самому себе, поощрительно улыбнулся остриженный налысо щекастый Андрюха.

— Да чо ты, чо, здорово ведь! — загоготал в ответ тот.

Лехе всегда было свойственно говорить такие глупости — сколько знаю и помню его (все мы с одного двора, пошли в один детский садик, а оттуда с почти одинаковыми рюкзаками двинули в школу). Благо, что завсегда большинство из его глупостей оставались на языке. Более собранный в мыслях и поступках Андрюха тоже не выходил за рамки обычных земных мечтаний. Для него пределом удовольствия оставалось стремление по максимуму оградить себя от ученья, по минимуму — не попасть под горячую руку батяни, а для золотой середины — пофлиртовать с незнакомой девчонкой, коих в нашей округе хоть пруд пруди (рядом стоял кинотеатр, к нему молодежь по пятницам и субботам сплывалась, как рыба на нерест).

Девчонок постоянных ни у Лехи, ни у Андрюхи на то время не было (да вообще никаких!), а у меня завязывались отношения с однокашницей Аленкой Устиновой. Училась она классом младше, любила биологию, домашние цветы и соседских кошек.

— Представь, какая она будет хорошенькая, если ее расчесать, правда ведь? — смеялась девушка, держа в руках очередную свою фаворитку из семейства дворовых кошачьих. При этом ее васильковые глаза смотрели на меня прямо и совсем не весело (видимо, она понимала, что говорит не по делу, и чувствовала себя от этого глупой).

Что же по мне, то, глядя на нее, я вовсе не хотел думать о прихорашивании кошары, беспричинно таращившейся на меня с тигриной злобой. Аленка всегда представлялась мне какой-то светящейся, легкой как облачко: ее пшеничного цвета волосы, вьющиеся от природы, развевались даже при легком ветерке, а фигурка выглядела настолько субтильной, что казалось, будто этот ветерок вот-вот сорвет ее с поверхности земли и унесет как пушинку вдаль.

На «приключение» с ней мне намекали друзья, но от одной только мысли, что девушка неправильно растолкует даже невинное предложение сходить в кино, у меня внутри все съеживалось от стыда и… страха.

— А в кино не хочешь сходить? — ее вопрос застал меня врасплох, губы девушки напряглись в полуулыбке, а глаза сделались сосредоточенными, будто она сама испугалась, что я неверно растолкую ее предложение.

— Конечно! — воскликнул я в тот момент то ли от радости, то ли от чувства избавления. — А какой фильм?

— Узнаешь — скажешь, — она сбросила наземь мяукнувшую кошку, отвела взгляд, делая вид, что о чем-то задумалась, а на самом деле стараясь утаить волнение…

Друзьям о своем первом свидании не обмолвился ни словом, а то засмеяли бы от зависти. Чувствовал себя очень взволнованно, по сто раз придумывал реплики, которыми в ходе общения хотел сразить наповал воображение девушки, но назвать это свидание приключением не мог: что-то внутри меня взывало к ответственности перед этой кудряшкой, пришедшей на помощь в тот момент, когда я вконец растерялся и не знал, что предпринять дальше.

С первой минуты встречи с Аленкой вечером волновался так, что вспотели ладошки, в которых держал плитку шоколада. Ее разломили и поделили поровну (по настоянию Аленки) уже в полупустом (или полуполном) кинотеатре и молча жевали полфильма.

Крутили американский триллер девяностых «Зона высадки» с чернокожим Уэсли Снайпсом в главной роли (узнал для себя потом, пару лет спустя, когда пересматривал фильм). Все шло спокойно, обычно до зевоты: неотрывно глядели на экран и жевали шоколадку. Как вдруг там, в кино, в ходе фильма случился эпизод, взорвавший меня каскадом эмоций и впечатлений. Это фрагмент виртуозного, головокружительного прыжка с парашютом!

В одно мгновение мне стало ясно все: вот оно, мое приключение, вот то, к чему я стремился изнутри, не понимая до сих пор, чего желая, то, о чем я мог только мечтать! Жажда приключения нашла свое удовлетворение, а я теперь загорелся четко сформулированной целью: уподобиться парашютисту — совершить прыжок