Северные крестоносцы. Том 1 [Денис Григорьевич Хрусталёв] (fb2) читать постранично, страница - 3

Летописный сборник, именуемый Летописью Авраамки, в начальной части которого представлен краткий новгородский летописец, составленный в конце 60-х гг. XV в., озаглавил статью 6748 (1240) г. с описанием Невской битвы и противостояния с крестоносцами князя Александра Ярославича Невского:

«А се побытье Раковорьское»^[1].

Именно Раковорскую битву 1268 г. новгородцы считали кульминационным сражением за Прибалтику, за власть в регионе, за родовую честь и славу. И Невская битва, и Ледовое побоище считались предвестниками Раковора — главного боя эпохи крупнейшей баталии Северной Европы XIII, да и позднейших веков. Примечательным выглядит набор фактов, зафиксированных в пасхальных таблицах одного из рукописных сборников XIV в. От того времени сохранилось не так много письменных источников — почти все летописи представлены позднейшими списками. И этот архаичный сборник описывает XIII столетие, которое лишь недавно закончилось, следующими происшествиями:

— 6723 г. — «Юрьева рать» — Липицкая битва, 1216 г.;

— 6738 г. — «Дороговь» — голод 1230 г.;

— 6745 г. — «Тотарьско» — монгольское нашествие, 1237–1238 гг.;

— 6760 г. — «Неврюево» — Неврюева рать, 1252 г.;

— 6771 г. — «Одександръ князь прес[тавился]» — смерть Александра Невского, 1263 г.;

— 6772 г. — «Андреи Cуздалс[кий]» — смерть великого князя Андрея Ярославича, 1264 г.;

— 6775 г. — «Дмитр немц[ы] взя» — Раковорский поход, 1268 г.

И еще рядом позднейших событий^[2]. Ни битва на Калке, ни войны за Киев, ни борьба за Галич, ни Невская битва, ни Ледовое побоище — ничего не упомянуто в этой подборке. Таков взгляд ближайшего потомка. И такие необычные выкладки можно встретить в источниках позднее. Так, в Волынской краткой летописи из Супрасльского монастыря (начало XVI в.) XIII в. представлен шестью событиями:

— 1204 — «Езяша латыня Царьград», захват крестоносцами Константинополя;

— 1224 — битва на Калке;

— 1230 — голод в Смоленске;

— 1237 — Батыево нашествие;

— 1240 — «Взятие Киевьское от царя Батыя. [Т]ого же дета повоище Дедове», то есть захват монголами Киева (1240) и Ледовое побоище (1242);

— 1268 — «Раковьское повоище»^[3].

Такая разметка позволяет охарактеризовать взгляд людей Средневековья на свою историю. На расстоянии, конечно, видно лучше, но и эта позиция преподносит неожиданности.

Особенно показательными можно признать наблюдения над трактовкой в исследованиях значения для современников и потомков Ледового побоища. Традиционной, закрепившейся в советской послевоенной историографии, точкой зрения на события 1242 г. было признание их сверхрешающего значения. Пашуто писал про Ледовое побоище:

«Этой крупнейшей битвой раннего европейского средневековья впервые в истории был положен предел грабительскому продвижению на восток, которое немецкие правители непрерывно осуществляли в течение нескольких столетий»^[4].

Ледовое побоище выступает сыгравшим «решающую роль в борьбе литовского народа за независимость». Считалось и считается, что западные крестоносцы, «памятуя о разгроме на льду Чудского озера», впоследствии «редко решались на новые военные акции против русских земель»^[5]. Академик Тихомиров называл 5 апреля 1242 г. «величайшей датой», а Ледовое побоище — «знаменательной битвой», сопоставимой лишь с Грюнвальдским сражением 1410 г.^[6] Однако, в ходе Грюнвальдского сражения было полностью уничтожено чуть ли не все войско Тевтонского ордена включая магистра, а в Ледовом побоище погибло только 20 рыцарей.

Зарубежные исследователи пытались противопоставить этому пропагандистскому задору холод скептицизма, который порой так же переходил за грани научной компетенции. Так, Феннел считал, что Невская битва и Ледовое побоище — это «относительно мелкие победы»^[7]. С этим продолжают соглашаться многие исследователи, желающие подчеркнуть прогрессивность своих взглядов.

Для трезвой оценки произошедшего мы постараемся размещать свои взгляды в нескольких хронологических и географических точках. Даже для Руси Ледовое побоище не может считаться «относительно мелким». Превосходящим по количеству участников выступают только бои с монголами. Но здесь ли расположен смысловой ориентир для событий прибалтийской колонизации? Не секрет, что после Ледового побоища (1242 г.) уже в 1253 г. немцы опять пытались захватить Псков, а после Невской битвы (1240 г.) шведы уже в 1256 г. высадились на Нарве. Что же произошло? 10-летний перерыв в войне? Или перелом мировой истории?

Так, исследователи чаще всего период активной борьбы и смелой экспансии, а также формирования утвердившихся границ ограничивают вовсе не 1242 г. И Пашуто, и Тихомиров доводили свои исследования до 1270 г., завершая рассказ описанием последствий Раковорской битвы --">

Пожертвовать