Сожги моё солнце [ms_collins] (fb2) читать онлайн

========== Не малфоевское имя. Вместо пролога ==========

Дверной звонок противно запищал, действуя на нервы. Он был до мерзости громким. Лили просила отца сменить его, но у того так и не дошли руки.

Она подошла к двери и посмотрела в глазок. Девушка совсем не ожидала увидеть того, кто сейчас стоял на пороге и не отпускал звонок. Она поспешила открыть дверь.

— Ты что здесь делаешь? — набросилась Поттер на парня, стоящего напротив.

— В дверь звоню, — немного пьяно ответил тот.

— Это я заметила. Кстати, можешь уже отпустить звонок. Все спят.

— Чёрт, прости.

— Зачем ты пришёл?

— Я и сам не знаю, просто захотелось.

Лили наливала чай в расписные разноцветные чашки. Руки мелко дрожали, и капли горячей воды проливались на стол. Наконец, налив чёртов чай, Поттер поставила одну из чашек перед гостем. Взяла вторую, села напротив него.

— Всё так же пьёшь только чёрный чай? — спросил он, сделав глоток.

— Всё так же пьёшь в одиночестве? — язвительно парировала Лили.

— Ну, как дела? — задал вопрос парень после продолжительного молчания.

— Всё нормально.

— А как… он? — оба прекрасно поняли, о ком был этот вопрос.

— Растёт. Скоро уже будет три месяца, — закивала головой Поттер, рассеянно улыбаясь.

Вспоминая об этом ребёнке, она не могла не вспомнить его отца. Сердце заныло от тупой боли, старой, почти забытой. Воспоминания лезли в голову с идиотским упорством. Лили до сих пор не могла простить его за молчание, которое принесло ей столько боли.

— Почему ты не сказал мне правду? Тогда сейчас всё было бы по-другому… — она сказала это без злости, скорее, с сожалением и лёгким оттенком печали.

— Не было бы по-другому, Лили, — устало ответил он.

— Да как ты не понимаешь! Я… Когда я смотрю на Лукаса, всё время вижу его… Почему ты солгал? Зачем отпустил меня тогда?

Гость не выдержал и стукнул ладонью по столу:

— Да потому, что ты дура, Поттер! Я же говорил тебе, просил! Но ты же никогда не слушаешь!

Как ему было тяжело. После стольких лет. Делать вид, что ничего не чувствуешь, что вы лишь старые знакомые. Она была такой несчастной, такой потерянной. За что судьба так жестока с ней? За что это всё выпало на её долю? Но ведь эта… эта Поттер сама виновата! Почему она его не послушала?! Почему не слушала тысячи его доводов? Потому что он не сказал самого главного…

Мысли прервал глухой удар чашки об стол. Горячий чай коричневым пятном растекался по бледно-голубой скатерти.

— Да как ты смеешь?! Убирайся отсюда!

В этот момент в гостиной послышался детский плач, и Лили, вскочив, убежала в комнату. Она подбежала к сыну и, взяв на руки, стала укачивать плачущего ребёнка. Сзади послышались шаги, девушка обернулась и тихо сказала:

— Я прошу тебя, уходи. Лукас проснулся.

— Лили, — сказал он, делая шаг к ней. — Не надо. Можно посмотреть на него?

Лили повернула головку мальчика так, чтобы было видно его лицо. Парень увидел светлые волосики и грустно усмехнулся.

— А глаза у него какие?

— Серые, — смущённо сказала девушка. — Послушай, тебе правда пора. Мне надо уложить его спать.

Лили попыталась пройти мимо, но парень схватил её за руку.

— Можно я отнесу его?

Поттер молча передала ему сына, следя за каждым неосторожным движением. Но он был болезненно осторожен. Уложив мальчика в кроватку в комнате Лили, гость посмотрел на него долгим взглядом.

— Лукас. Имя какое-то не малфоевское.

Комментарий к Не малфоевское имя. Вместо пролога

Жду Ваших отзывов.

http://ask.fm/ms_collins вот, завела аск, если есть вопросы, пишите:3

========== Глава 1. Борьба за солнце ==========

Лили вернулась домой в третьем часу ночи. Домой? А было ли это место её домом? Нет, не было, хотя она жила здесь уже несколько месяцев. Поттер переехала в Малфой-мэнор, когда родители Скорпиуса уехали, оставив поместье им.

Первый месяц совместной жизни был чем-то потрясающим. Всё было будто в фильме, который кончается свадьбой и медовым месяцем в Ницце. Но потом всё пошло под откос. Бытовые ссоры, глупая ревность. Вот и позавчера они снова поругались, и Малфой сейчас чёрт знает где. Раньше он не ночевал дома из-за навалившейся работы, теперь – потому что не хотел здесь находиться.

Лили вспомнила одну из первых ссор. Скорпиус пришёл посреди ночи с каких-то переговоров очень злой и очень пьяный. Они разругались вдрызг так, что она закрылась в одной из комнат и открыла дверь только днём, и то, только чтобы вернуться к родителям. Он вернул её. Он всегда возвращал её, а она – его.

Когда однажды Лили в очередной раз сбежала из мэнора, мама сказала: либо она остаётся там навсегда, либо пусть живёт с ней и отцом и не лезет в дом Малфоев. Теперь уже девушка не знала, правильный ли выбор сделала. Тогда она подумала, что в девятнадцать лет совсем не хочется жить с родителями, и вернулась к Малфою. Но теперь… Она тысячу раз пожалела об этом.

Лили сбросила туфли в прихожей и вошла на кухню. Включив свет, девушка завизжала. У камина спиной к ней сидел блондин. Но это был явно не Скорпиус. И даже не его отец. Парень обернулся на крик и ухмыльнулся:

– Не голоси, умоляю. Кто ты, прекрасное создание?

– Я кто?! Это ты кто? И какого чёрта ты тут делаешь? И как ты вошёл? – выкрикнула Лили испуганно.

Парень вальяжно поднялся с кресла и медленно направился к ней. Он не был похож на любого из знакомых ей Малфоев, но было в нём что-то характерное для них. В первую очередь это были волосы, гораздо темнее, чем у Скорпиуса, но всё равно блондинистые. Парень был одет в джинсы, белую рубашку с закатанными по локоть рукавами и чёрную жилетку. Н-да, это, конечно, не один из смокингов Скорпиуса, но сидело всё идеально. Очнувшись, Лили закричала, делая шаг назад:

– Не подходи! – предупредила девушка.

– Стоп, стоп, стоп! Леди, я Малфой. Эридан Малфой, – заверил её блондин.

– Я уже поняла. Но это не отменяет того, что ты без разрешения проник в чужой дом.

– Ок. Может, всё же назовешь своё имя? — спросил Малфой.

– Лили, – недоверчиво ответила девушка.

– Отлично, Лили. А фамилия у тебя есть?

– Поттер, – тихо проговорила она, опасливо глядя на незваного гостя.

– Поттер?! — Малфой рассмеялся. – И как это моего братца угораздило связаться с Поттерами?

– Твой брат? Скорпиус?

– Ну, кузен, если быть точнее, – Лили кивнула, показывая, что услышала его. – Можешь звать меня Дэн.

– Меня не интересует, как тебя звать. Меня интересует, что тебе нужно.

– Я приехал сюда на работу в компанию Драко. Забыл послать письмо, наверно. А где Скорп?

– Я не знаю, – пожала плечами Поттер.

– Как это?

– Ну, вот так. Не знаю и всё.

– Слушай, а где ты была?

– Это допрос?

– Это вопрос. Ты не знаешь, где Скорпиус, и возвращаешься домой в полчетвёртого. Хм, да вы идеальная пара. – Он насмешливо покачал головой.

Н-да-а. Тут всё совсем не так, как он предполагал.

– Пошёл ты. Не твоё дело, – буркнула Поттер.

– Моё, раз я буду тут жить. Не хватало мне ещё скандалов, я, знаешь ли, очень чувствительный, – с сарказмом протянул гость.

Лили рассмеялась и сложила руки на груди, прислонившись спиной к стене.

– Жить будешь? Ну, ладно, можешь пожить, пока Скорп тебя не вышвырнет.

– А всё-таки, почему ты не знаешь, где он?

Что за допрос, блин?!

– Потому что уже давно не спрашиваю об этом, – глядя куда-то сквозь Малфоя, ответила Лили.

Это всё было так сложно, так неприятно, что говорить тем более не хотелось. Да и вообще, какое ему-то дело?!

Блин, где Малфой? Когда он объявится? Этот родственничек уже допекает своими дурацкими, мать его, вопросами.

– Оу, да у голубков не всё в порядке? – ухмыльнулся Малфой.

– Не суй свой нос! – вскипела Лили.

– Ну что же ты кричишь, Лили? – Эридан сделал шаг к ней и дотронулся кончиками пальцев до её щеки, Поттер резко отвернулась. – Какая у тебя нежная кожа.

– Отойди, Малфой.

– А что, тебе не нравится?

– Не нравится! – Пожалуй, слишком громко для того, чтобы это было правдой.

Дэн провел невидимую линию от скулы Лили вниз, по шее и ключице. Когда его рука была почти около груди, Поттер резко оттолкнула его.

– Отстань, я сказала! – воскликнула она громко.

Ага, как будто кто-то тебе поможет.

Она попыталась отойти в сторону, но рука парня с силой впечаталась в стену на уровне её глаз. Он неприятно ухмыльнулся. Лили сделала шаг в другую сторону, но вторая рука легла на стену с другой стороны от её головы. Девушка заметила, что Малфой неотрывно смотрит на её губы. Он мимолетно ухмыльнулся и потянулся к ней. Лили закрыла глаза и быстро отвернула голову, его поцелуй пришелся в скулу. Парень оторвался от неё, собираясь снова попытаться поцеловать девушку, когда откуда-то сзади Лили послышался раздражённый голос:

– Два шага назад.

Лили с облегчением выдохнула. Но потом испуганно открыла глаза, потому что Эридан недовольно ответил:

– Вечно ты мне мешаешь.

– Потому что не надо лезть к моим девушкам. – Голос был ледяным, как воды горной реки.

Дэн медленно отодвинулся от Лили и убрал руки от стены, выпуская её из ловушки. Девушка сразу же отбежала на середину комнаты. Тогда она и увидела Скорпиуса. Чёрный костюм, чёрный галстук, сейчас свободно болтавшийся на шее, и белая рубашка. Лили в очередной раз подумала, что костюм — лучшее украшение мужчины, но вот его лицо… На нём были написаны раздражение и чуть ли не отвращение. Её это удивило. Видимо, она не просто так ничего не слышала об Эридане.

В это время Скорпиус медленно надвигался на кузена, сверля его взглядом.

– Ты какого чёрта тут забыл? – спросил он нетерпеливо.

– Да так, жить тут буду. Ты ведь не против? – с гадкой улыбочкой спросил тот.

– Против! – воскликнул Скорпиус.

– Жаль, но придётся тебе смириться.

Петухи, блин.

– С чего это? Ты пристаёшь к моей девушке и собираешься тут жить? Серьёзно?

– Ну, я же не виноват, что твоя девушка даже не знает, где ты. Вот я и подумал, что она свободна.

Лучше бы тебе заткнуться, парень.

– Я последний раз тебя спрашиваю: зачем приехал?

Дэн ответил, что приехал на практику в компанию Драко Малфоя, на что Скорпиус очень недовольно отозвался.

– Скорп, ну зачем так грубо? – нерешительно спросила Лили.

– Грубо? Правда? Слушай, а, может, я вам помешал?

– Да.

– Нет.

Лили и Эридан ответили одновременно. Девушка недовольно зыркнула на Малфоя и, повернувшись к Скорпиусу, сказала:

– Нельзя его выгонять.

– Почему нельзя? Можно, – искренне не понял Скорп.

– Но я не… – Лили хотела сказать, что не думает, что стоит выгонять Дэна, но Скорп грубо перебил её.

– А ты вообще не лезь не в своё дело.

– Что ты сказал?

– Что слышала. А ты, – он перевел взгляд на Эридана. – Собирай монатки и проваливай.

Как будто сдаваясь, Дэн поднял руки.

– Ладно-ладно. Сайонара, братец. Лили, – он учтиво кивнул ей, – до скорой встречи.

Когда один Малфой ушел, Лили повернулась к другому.

– Ничего не хочешь мне рассказать? – спросила она, уперев руки в бока.

– Познакомься, Лили, это мой недоразвитый кузен. Довольна?

– Хм, ну знаешь, манеры у него получше, чем у тебя. А ты говоришь «недоразвитый», – с ноткой презрения сказала Лили.

– Что, прости?

– Что слышал, – грубо ответила Лили, недовольно глядя на парня.

Лили уже надоела эта дискуссия, и она отправилась наверх. Глаза слипались, и вообще она валилась с ног от усталости. Сбросив с себя платье, девушка встала под горячий душ. И угораздило же этого Малфоя свалиться на её голову! Ещё двух Малфоев ей не хватало для полного счастья! Поттер не знала, что между ними произошло, но было очевидно, что они похожи. Очень даже похожи. Хотя наверняка оба не признают этого.

Она уже полчаса не могла уснуть. Сквозь стены проникали звуки жизнедеятельности Скорпиуса. Вот он вошёл в кабинет, потом вышел оттуда, хлопнул дверцей шкафчика мистера Малфоя с огневиски. Лили расстроенно прикрыла глаза. Значит, он скоро заявится.

Он и правда заявился, но гораздо быстрее, чем предполагала Поттер. Думая, что девушка спит, парень, не включая свет, стянул с себя пиджак и стал расстёгивать рубашку. Лили включила ночник над головой и приподнялась, глядя на него.

– А, ты не спишь. Почему?

– Не спится.

Скорпиус лёг в кровать. Это была словно традиция — спать вместе. Даже после ссор они ложились в одну кровать. Скорпиус редко спал в кабинете, только когда они физически не могли находиться в одном помещении.

– Ты пил, – без эмоций сказала Поттер.

– И что? – так же безэмоционально ответил Малфой.

– Зачем ты выгнал Эридана? – с недоумением спросила Лили, глядя на Скорпиуса исподлобья.

– Поттер, что именно тебе не было понятно, когда я сказал, что он не будет здесь жить?

– Это не ответ, – покачала головой девушка, явно не довольная его поведением.

– Это ответ, и это будет ответом на любой твой вопрос об Эридане. Это не твоё дело, ясно? – грубо сказал Скорпиус.

Как же это всё достало. Постоянные препирательства с Лили… Ещё и этот придурок на голову свалился.

– Какого чёрта, Малфой? Тебе сложно сказать, за что ты его так не любишь? – злясь, спросила девушка, сверля Скорпа зелеными глазами.

– А ответ «просто» тебя устроит?

– Нет.

Малфой отвернулся от Лили и сказал:

– Сочувствую.

Лили, недовольно фыркнув, выключила лампу и отвернулась от Малфоя. Он был невыносим! Почему нельзя просто сказать, как есть?! Почему из него каждое слово надо вытягивать щипцами? А грубость Малфоя раздражала Лили ещё больше. Он не имел права так с ней разговаривать. Девушка сама не знала, как долго это всё будет продолжаться и сколько ей ещё придётся терпеть.

========== Глава 2. Разбитые надежды ==========

Сонная Лили спустилась на кухню и замерла, увидев Асторию Малфой. Женщина пила кофе и сидела, увлечённая “Ежедневным пророком”, не замечая вошедшую девушку.

– Миссис Малфой? Доброе утро.

– Доброе, Лили. Ты, наверное, хочешь знать, зачем мы приехали?

– Ну да, – немного смущённо сказала Поттер.

Всё же она довольно редко пересекалась с родителями Скорпиуса, а после того, как они уехали, уже несколько месяцев вообще не видела их.

– Драко решил завтра устроить званый ужин.

– Мистер Малфой тоже здесь?

– Да, он в саду.

– А в честь чего ужин?

– Завтра узнаешь, – улыбнулась женщина. – Будешь кофе?

Лили села напротив Астории и приняла чашку.

– Как у вас со Скорпиусом?

Лили смутилась ещё больше, услышав вопрос. Не могла же она сказать правду, что после того, как они стали жить вместе, их отношения стали находиться на грани разрыва. И да, она снова не знала, где он сейчас.

– Эм, да всё нормально, – ответила она.

Они ещё говорили о каких-то пустяках, планировали завтрашний вечер и обсуждали приглашённых гостей. Лили нравилась Астория, с ней было легко общаться, в отличие от мистера Малфоя, при котором Поттер забывала все умные слова и чаще всего выглядела идиоткой.

***

Лили смотрела на себя в зеркале. На ней было короткое черное платье с юбкой-балоном, полностью закрытое спереди, что окупалось глубоким вырезом на спине. Волосы были забраны в высокий пучок. Наконец, решившись, она вышла в шум гостиной.

Внизу суетились домовики, стояли шум, говор и смех. Мужчины в костюмах, женщины в платьях. От разнообразия красок рябило в глазах. Девушка заметила Скорпиуса и направилась к нему сквозь толпу. Он выглядел поразительно: костюм-тройка сидел идеально. Увидев её, Малфой улыбнулся. Пожалуй, сегодня они смогут оставить все свои проблемы позади.

– Прелестно выглядишь, – сказал Скорпиус, целуя её руку.

– Ты тоже, – улыбнулась Лили.

Когда все гости собрались, мистер Малфой привлёк всеобщее внимание и сказал длинную речь, сведённую к тому, что он больше не собирается управлять своей фирмой. Скорпиус уже ухмылялся, ожидая, что отец назовёт его преемником, но его улыбка погасла, когда Драко сказал:

– И потому я оставляю свою компанию Скорпиусу и Эридану Малфоям!

Помещение наполнилось гомоном, вызванным неожиданной новостью. Казалось, все были рады. Все, кроме Скорпа. Лили в знак поддержки легонько пожала его руку. Ей было жаль его, действительно жаль, потому что Скорпиус измучился, ведя дела компании и пытаясь доказать отцу, что он может ей управлять. К тому же, Малфой и так недолюбливал Эридана, а тут ему ещё и половину компании отдали.

Скорпиус продирался сквозь толпу к бару, злой и расстроенный. Когда кладёшь все свои силы на что-то, это лишь высасывает твою жизненную энергию и крадёт твоё время. Его надежды не оправдались. Мало того, что он не получил то, чего хотел больше всего в последние месяцы, он ещё испортил отношения с Поттер и так и не добился признания отца. Шикарно!

Лили спешила за ним, врезаясь в людей и чуть ли не падая из-за того, что была на каблуках. Но Скорп её не видел, казалось, он вообще ничего не замечал. Сейчас его мир наполнили злость, обида и разочарование, закрывающие собой все остальные чувства. Девушка заметила парня у барной стойки. Он залпом опрокинул в себя виски.

– Скорпиус… – Лили дотронулась до его плеча.

Малфой положил свою ладонь на её руку, лежащую на его плече. В этот момент к паре подошел Эридан.

– Скорп, поздравляю! – наигранно воскликнул он.

– Не с чем, – сдержанно ответил Скорпиус.

– Как это не с чем? Это же наша общая победа.

В это время Лили заметила Альбуса с Джимом и, извинившись, поспешила к ним.

– Не всё моё – твоё, Дэн, и не всё твоё – моё. Понимаешь, да?

Эридан обернулся и посмотрел на Лили, разговаривавшую с братьями.

– Но всё твоё постепенно становится моим, понимаешь, да? – ухмыльнулся он и оставил разозленного Скорпа в одиночестве.

К уже изрядно выпившему Скорпу подошел Драко.

– Может, уже прекратишь напиваться? Это тебе не “Дырявый котёл”, – недовольно сказал он.

– Почему? – Малфой будто находился в прострации.

– Что “почему”? – нетерпеливо спросил Малфой-старший.

– Почему ты дал ему управлять своей компанией?

– А ты хотел управлять один, так, что ли?

– Просто ответь, почему с ним! – Скорпиус начинал заводиться.

– Решил дать ему шанс.

– А мне ты его не дал, – раздосадованно сказал Малфой.

– Прекрати истерику, Скорпиус.

– Истерику?! Этот… Этот подонок… А ты… Ты! – фразы уже плохо формулировались, а язык заплетался.

– Сделал так, как посчитал нужным, и ты не смеешь это оспаривать.

В это время к ним подошла Лили. Она напряжённо смотрела на ссорящихся Малфоев.

– Не смею? Правда? Может, тогда Дэну всю фирму отдашь?

Поттер заметила, что мистер Малфой начинает злиться, и сказала:

– Скорп, Скорп, ты перебрал. Перестань.

– Да, Скорпиус, Лили права. Лучше помолчи, а то я могу и передумать.

– Да пожалуйста, – сказал Малфой, вставая.

– Куда ты? – воскликнула девушка.

– На воздух.

Лили догнала его. В лёгком платье было прохладно, всё же уже был вечер. Скорпиус прислонился к перилам. Девушка подошла к нему и взяла его лицо в свои руки.

– Ты ещё можешь всё изменить. Просто прекрати так себя вести.

Скорп наклонил голову и прислонился лбом ко лбу Лили, а потом медленно поцеловал её.

– Вы такие милые, – услышали они.

Малфой чуть слышно зарычал.

– Сгинь.

– Фу, какой ты грубый. И как эта милая девушка только тебя терпит? – ухмыльнулся Эридан.

Малфой отошёл от Лили и сделал шаг в направлении Дэна.

– Ты тупой или глухой?

– Ну вот, я же говорю, грубиян. Правда, Лили?

Малфой подошёл ближе к кузену и несильно толкнул его.

– Ты начинаешь меня бесить.

Дэн толкнул его в ответ, и Малфой споткнулся, чуть не упав. Лили подбежала к нему и попыталась удержать за руку.

– Прекрати! Прекратите оба! Ведёте себя как одиннадцатилетние!

Скорпиус попытался вырвать руку, но Лили буквально повисла на нём.

– Не мешай, Поттер! – воскликнул Скорпиус, с силой вырывая руку так, что девушка чуть не упала.

– Что, папочка не оценил, и теперь руки чешутся?

Тогда Скорп со всей силы ударил Дэна, тот покачнулся, но не упал. А потом ударил в ответ. Малфой рванул кузена за ворот рубашки и порвал его. Дэн толкнул его в грудь, а потом врезал по лицу.

Лили побоялась лезть в драку и побежала в дом за кем-нибудь из братьев.

Когда она и Альбус прибежали на место драки, борьба всё ещё продолжалась. Малфои рвали друг другу пиджаки, рубашки, били по лицу и всем доступным частям тела.

Альбус потянул Дэна за плечи, отрывая его от Скорпиуса, который хотел было ещё раз врезать Эридану, но был остановлен вставшей перед ним Лили. Наконец, они успокоились и лишь иногда переругивались. До того момента, пока Дэн снова не полез к Скорпу. Лили была шокирована взаимной неприязнью, переходящей в ненависть. Слово за слово, и Скорпиус снова бросился к кузену, стирая ухмылку с его лица сильным ударом в челюсть. Эридан упал, Скорп уже хотел начать бить его, когда Лили бросилась к нему, пытаясь остановить. Не контролируя свои мысли и действия, пьяный Малфой сильно оттолкнул девушку так, что Лили, не удержавшись на каблуках, упала на спину, ударившись спиной о камень и вдобавок разбив локоть. Из раны тотчас начала сочиться кровь.

Увидев, что он наделал, Малфой, забыв о кузене, бросился к Лили, протягивая к ней руки и пытаясь помочь подняться. В его глазах помимо остывающей злобы показались страх и беспокойство. Но Лили не выдержала. Слёзы потекли из глаз помимо воли. Она оттолкнула протянутые руки Скорпиуса, вскричав:

– Да пошел ты к чёрту! С меня хватит!

Альбус помог девушке подняться, со злостью смотря на Малфоев, в особенности на Скорпа. После этого он осторожно повёл Лили ко входу в дом, она хромала из-за того, что нога была подвёрнута.

– Лили, – но девушка даже не обернулась. – Ал.

Альбус озлобленно посмотрел на лучшего друга, но ничего не сказал. Сказать было и вправду нечего. Малфой вытягивал из Лили жизненные силы, в последний раз Ал видел сестру действительно счастливой несколько месяцев назад. А ведь когда-то они казались идеальной парой. Поттер вообще не думал, что такое возможно, пока не женился. Он вспомнил о жене и улыбнулся, несмотря на то, что отношения его сестры рушились как карточный домик.

========== Глава 3. Пустая пустота ==========

– Поттер, я знаю, что ты здесь! – громко сказал Малфой, продолжая молотить в дверь.

Ночь без Лили была странной, одинокой, Мэнор опустел без неё. Он обязан её вернуть. Снова. Он сделает всё для этого. Он не хотел терять Лили и не мог допустить того, что она больше не вернётся.

Наконец, дверь открылась, и в проёме показалась жена Альбуса. И как только Поттер заполучил такую девушку? Миниатюрная зеленоглазая брюнетка с милыми чертами лица, да ещё и может терпеть Поттера, удивительно. Она была в рубашке мужа и сейчас терпеливо улыбалась Скорпу.

– Ден, впусти меня. Я знаю, что она тут.

– Я-то тебя впущу, Скорпиус, но Альбус будет недоволен, и Лили, кстати, тоже.

– Ну Дени. Я ненадолго. Пожалуйста. Мне нужно её увидеть.

– Она спит, Малфой, – кажется, он начал ей надоедать, хоть девушка этого не показывала, продолжая мило улыбаться.

Скорпиус, потеряв терпение, неожиданно схватил Арден за талию и просто-напросто переставил, убирая её с дороги. После этого он вошёл в дом и прошёл на кухню. Там орудовал Поттер. На сковородке жарилась яичница, вызывая ужасное чувство голода у ничего не евшего со вчерашнего дня Малфоя.

– Ну что? Он ушёл? – спросил Альбус, не отрывая взгляда от плиты.

– Нет, – ответил Скорп, садясь на один из стульев.

Альбус обернулся, нахмурившись.

– Шёл бы ты отсюда, Малфой, – недовольно сказал он.

– Поттер… – начал Скорпиус.

– Я тебя предупреждал, – перебил его Ал.

– Ну можно я хоть попробую? – нерешительно спросил Малфой.

– Попробуй.

В этот момент на кухню вошла Арден. Она уже переоделась и была в лёгком разноцветном сарафане. Она по-прежнему улыбалась, с опаской поглядывая на парней. Всё же неизвестно, как Ал воспримет приход Скорпиуса.

Они уже успели позавтракать, когда на лестнице послышались легкие шаги. Малфой напрягся. Все напряглись. Лили вошла на кухню, но, увидев Скорпа, развернулась и вылетела из комнаты, как ужаленная. Малфой бросился за ней. Он догнал девушку уже на втором этаже.

– Лили, подожди! – воскликнул Скорп, схватив её за руку.

Но Поттер вывернулась из его хватки и вбежала в первую попавшуюся комнату, пытаясь захлопнуть за собой дверь. Скорпиус со всей силы рванул дверь на себя. Лили глядела на него и отступала в глубь комнаты, как загнанное в угол животное.

– Убирайся, – дрожащим голосом попросила она.

– Нам надо поговорить, – Малфой попытался взять её руку в свои, но Поттер снова выдернула ладонь.

– Не трогай меня.

– ОК, просто давай поговорим, хорошо? – Скорп примирительно поднял руки вверх.

– Просто давай ты уйдешь, хорошо? – нетерпеливо ответила девушка.

– И что? Где ты будешь жить? Здесь, что ли?

– Да где угодно. Лишь бы не с тобой, – зло сказала Лили.

Она была зла. Зла на него, на Дэна, на себя. Зачем он пришёл? Зачем снова возвращает её? Она больше так не может. Нужно заканчивать со всем этим, двигаться дальше. Она больше не может с ним жить, и сейчас Лили осознала это.

– Лилс, – Скорпиус судорожно вдохнул. – Ты нужна мне.

– Знаешь, по-моему, тебе больше нужна компания твоего отца, – раздражённо ответила девушка.

– Прости. Я знаю, что всё было ужасно в последнее время. Но…

– Всё кончено, – перебила Лили.

Малфой неверяще на неё посмотрел. Два слова. Всего лишь два. Но они резанули по ушам наточенным лезвием. Как будто что-то оборвалось, когда они прозвучали. И у Лили, и у Скорпиуса. Два слова были сказаны. Пропасть между ними стала непреодолимой.

– Лилс, – ни на что не надеясь, прошептал Малфой, будто пытаясь перепрыгнуть через эту пропасть и ожидая, что Поттер подаст ему руку.

– Всё кончено, Скорпиус. – Лили не подала ему руки, она столкнула его в бездну.

Он сошёл с ума. В этот миг его крышу снесло ко всем чертям. Он вылетел из комнаты, захлопнув за собой дверь так, что свадебная фотография Арден и Ала, висящая на стене, покосилась. Он вылетел из дома Поттеров, оставив дверь нараспашку, и трансгрессировал чёрт знает куда.

Лили слышала его громкие шаги по лестнице, потом – как входная дверь ударилась о стену. Поттер прислонилась спиной к двери и сползла вниз. Слёзы застилали глаза. Всё кончено. Говоря это, она не осознавала. Понимание пришло лишь сейчас, когда он ушёл, хлопнув дверью. Теперь она одна. Лили почему-то подумала о том, как будет забирать вещи из Мэнора. Чертовски неудобно. Как она будет смотреть на него? Как посмотрит в его глаза?

В этот момент раздался стук.

– Лили, это я, – донеслось из-за двери. Девушка отодвинулась, и вошла Арден.

– Как ты? – с участием спросила Дени.

– Никак, – отворачиваясь, ответила Поттер.

Арден закрыла дверь и села рядом с Лили, положив руку ей на колено.

– Тебе нужно двигаться дальше.

– Я знаю, – голос Поттер был хриплым, безжизненным.

– Может, спустишься? Выпьешь чаю. Тебе бы и поесть не помешало, – заботливо предложила Ден.

– Нет. Не хочу, чтобы…

– Чтобы Альбус увидел. Я понимаю. Принести тебе чего-нибудь?

Лили тяжело вздохнула. Ей не нужна забота, не нужна жалость. Ей надо побыть одной, чтобы её оставили в покое. Не хотелось никого видеть, ни с кем говорить. Было желание пережевать все воспоминания и выплюнуть. Хотелось забыть всё, что связано со Скорпиусом. Но как выкинуть из головы последние несколько лет? Как выкинуть из жизни человека, который всё для тебя?

Лили поднялась и медленно подошла к окну.

– Лили? – настороженно позвала её Арден.

– Как я буду жить без него, Ден? Как забыть его?

– Тебе придётся, – Арден тоже встала и подошла к Лили, кладя руки ей на плечи. – Так больше нельзя. Тебе с ним хуже, Лилс.

Арден ушла, а Лили легла в холодную кровать. Было тихо. Тихо и холодно. Дом. У неё больше нет дома. Каждый вздох давался тяжело, казалось, будто лёгкие наполнены водой, и она сейчас захлебнётся.

Её мечты загнивали в пустоте и одиночестве, а сердце как будто медленно истекало кровью. Малфой был частью её души, а теперь эту часть просто вырвали. Отношения были словно злокачественной опухолью, убивавшей Лили, поглощавшей её жизнь. Хотя легче не стало даже после удаления. Зараза будто проникла в кровь и медленно вытягивала её жизненные силы.

***

– Лили, гиппогриф тебя затопчи, угадай, что уже успело испортить это чудесное утро? – Арден почти накинулась на сестру мужа.

– Э-э-эм, что? – непонимающе спросила Поттер.

– Малфой снова цветы прислал. Поттер, это мой дом, а не палисадник, я хочу жить нормально! Прекрати это. Весь дом завален твоими чёртовыми цветами.

– Ну, он… пытается извиниться… – виновато протянула Лили.

– Пусть шлёт свои извинения в дом твоих родителей или Джеймсу, – проворчала Арден.

– Ну, выкинь всё, если хочешь.

– Поттер, а у тебя кишка тонка, что ли? Сама прощайся со своим прошлым, мы не будем делать это за тебя, – Ден ткнула наманикюренным пальчиком в грудь Лили.

Когда, наконец, Лили левитировала все цветы в ближайшую мусорку, в окно клювом постучался филин. Малфоевский филин. Арден открыла окно, и наглая птица прошмыгнула в проём. Дени неверяще посмотрела на птицу, у которой в лапе был маленький, но элегантный букет кустовых роз.

Девушка выхватила букет у совы и побежала наверх. Она ворвалась в комнату Лили с криком:

– Ты что, издеваешься?!

Лили в это время красила губы и от неожиданности повернула голову, в зеркало смотря на подругу. Она даже забыла убрать помаду от лица, поэтому на щеке осталась толстая красная линия. Увидев её, девушки рассмеялись.

– Поттер, ты меня бесишь, – сказала Ден, давясь от смеха.

– Ладно, ладно. Я съезжаю, – улыбаясь, ответила Лили.

Она действительно съехала и теперь вновь жила с родителями. Они, казалось, не удивились, увидев её на пороге, лишь напряженно наблюдали, ожидая взрыва. Но его не было. Наверное, Лили ещё не поняла, что больше не будет со Скорпиусом никогда. Тоска ещё не взяла верх над разумом, и девушка попыталась забыться в приятной атмосфере родного дома.

Но это было ненадолго. На следующий же день на пороге появился незваный гость. Незваный и неожиданный. Лили открыла входную дверь, услышав звонок. На пороге стоял Эридан Малфой собственной персоной. Лили автоматически опустилась взглядом вниз вдоль его тела. Тёмно-фиолетовое поло, простые зауженные джинсы и конверсы. Обычный вид обычного маггла. Значит, не трансгрессировал.

Малфой вытащил руку из-за спины. В ней был букет, такой же, какой Лили получила пару дней назад. Девушка выгнула бровь и оперлась о косяк, сложив руки на груди.

– Привет, – поздоровался парень, ослепительно улыбаясь.

– И тебе, – задумчиво ответила Поттер. Она не понимала, что ему нужно.

– Может, чаем угостишь? – попробовал напроситься он.

– А свой тебе уже не нравится? – неприветливо протянула девушка.

– Не-а, мерзость в пакетиках больше похожа на мочу молодого осла, ну, хотя, откуда тебе знать, – Малфой всё же протиснулся внутрь и прошёл на кухню. – Как дела?

– Амбивалентно*, – хмуро ответила Поттер.

– Это ты пытаешься клеить меня с помощью эрудиции? – подмигнул Дэн.

– Нет, это я пытаюсь тебя отшить. Говори, зачем пришёл, и проваливай.

– Да вот, букет занести, – пожал он плечами.

– М-м-м, спасибо. Проваливай.

– Поттер, Поттер, Поттер. Что это мы такие злые? – спросил Дэн, постепенно приближаясь к ней.

– Ну, просто кое-кто не понимает с первого раза, – Лили уже хотела выпроводить его, когда услышала, как открылась входная дверь.

На кухню вошла миссис Поттер. Она непонимающе посмотрела на дочь и поздоровалась. После того, как Малфой представился, она из вежливости улыбнулась, хотя была потрясена, и предложила ему выпить чая. Но Малфой, увидев взгляд Поттер, говорящий “только согласись, и я тебя кастрирую”, отказался и, наспех попрощавшись, ушёл. Что-то тянуло его к Поттер, и он сам не мог понять, что именно. Он знал, что чужое брать нехорошо, но, с другой стороны, Лили уже не принадлежит Скорпиусу.

Джинни, хмуря брови, посмотрела на дочь и спросила:

– Что серьёзно? Ещё один Малфой?

Комментарий к Глава 3. Пустая пустота

* Амбивалентность = двойственность.

Ben Cocks - So Cold

========== Глава 4. Сбежать ==========

Комментарий к Глава 4. Сбежать

Yeah Yeah Yeahs - Runaway

Девушка открыла глаза и перевернулась на другой бок. Увидев спящего мужа, она тепло улыбнулась и аккуратно дотронулась до растрёпанных волос, а потом провела кончиками пальцев по его щеке. Альбус сначала недовольно нахмурился, а потом открыл один глаз и улыбнулся в ответ.

– Вставай, соня, – сказала Арден, поднимаясь с кровати.

Они поженились почти полтора года назад, а Альбус ещё ни разу не пожалел об этом. Он сам не понимал, чем заслужил это счастье, и каждый раз радовался, просыпаясь в одной кровати с женой. Он до сих пор не мог привыкнуть к этому. Не мог привыкнуть к тому, что это чудесное создание в тот волшебный день согласилось выйти за него.

Альбус так и лежал задумавшись. Наконец-то суббота, и не нужно торопливо собираться на работу, а вечером приходить уставшим и сонным.

Арден заглянула в комнату, прерывая поток его мыслей.

– Ал, я в душ.

– Я ещё поваляюсь. Не хочу вставать, – довольно пробормотал парень, потянувшись.

– Ну, как хочешь, – ему показалось или она сказала это кокетливо? Девушка сбросила с себя тонкий халатик, оставшись лишь в кружевном пеньюаре, и вышла из комнаты, а вещь так и осталась лежать на полу.

Поттер нахмурился и, собравшись, поднялся с постели, попутно подбирая халат жены. Он проследовал по коридорчику и заметил ещё одну вещь, валявшуюся на полу недалеко от ванной.

– Коул, я твой муж, а не домовик. Хватит вещи разбрасывать, – сказал он громко, поднимая и верхнюю часть пеньюара.

– Я Поттер! – засмеявшись, ответила Дени.

– Это не дает тебе права… – Альбус замер, войдя в ванную, дверь которой Арден «забыла» закрыть.

Продолжать фразу он не стал, увидев стоящую под душем жену. Вещи выпали из его рук то ли от неожиданности, то ли от впечатления от увиденного.

Арден приоткрыла дверцу. По её лицу и волосам стекали капли воды, бесшумно падая на пол. Парень, завороженный и удивлённый, стоял не двигаясь.

– Присоединишься? – ухмыляясь, спросила девушка, открывая дверку пошире и давая Альбусу возможность насладиться видом своего тела.

Алу казалось, что он засмущался, как пятикурсник, впервые увидевший голую девушку. Он наклонился, чтобы поднять вещи, а потом довольно усмехнулся и рывком стянул с себя футболку.

На кухне громко играла музыка. Арден стояла у плиты и покачивала бёдрами в такт известной латиноамериканской мелодии. Альбус, сидя за столом, любовался этим действом, задумчиво улыбаясь.

– Подай тарелки, – сказала Ден, не отрываясь от своего занятия.

Альбус лениво поднялся и взял из шкафчика тарелки. Подойдя к жене, он поставил их на стол, а потом обнял её, кладя голову на плечо девушки. Она улыбнулась и выключила плиту, а потом повернулась к мужу.

– Мы так никогда не позавтракаем, – промурлыкала она.

– Ну и ладно, – довольно сказал Поттер.

– Я, конечно, была бы рада, но, если ты забыл, нам ещё идти к твоим родителям знакомиться с девушкой Джима.

– Чёрт… – зажмурился Альбус.

– Ты забыл, – подтвердила свою мысль Дени.

– Может, не пойдём?

Альбус сейчас был похож на большого ребёнка. Его живые зелёные глаза ярким пятном выделялись на лице. Арден счастливо улыбнулась и взъерошила его волосы.

— Мы обещали, Ал.

Вдруг Поттер сделал шаг назад и за руку потянул девушку за собой. Потом парень положил руки ей на талию и задвигался в такт играющей музыке.

– Ты же ненавидишь танцевать? – прищурилась Ден.

– С тобой — нет, – он улыбнулся и закружил её.

Когда песня закончилась, Арден, остановившись, строго сказала:

– Ал, мы не можем не пойти. Нас ждут.

***

Что за идиотская традиция: знакомиться с родителями за ужином? Да кому это нужно вообще? Лили задумчиво рассматривала содержимое своего шкафа, пытаясь решить, что надеть. Девушка уже битый час не могла выбрать, и ей порядком надоело это занятие. Наконец в её комнату, постучавшись, вошла Арден. Её темные волосы были накручены, а сама Ден была в коротком чёрном платье, которое выгодно подчёркивало её красивые ноги.

– Ден, – протянула Поттер, – я не могу решить, что надеть.

Арден улыбнулась и встала рядом с Лили, глядя на вещи в шкафу. Потом она начала перебирать руками и, заметив что-то подходящее, вытащила. Это было лёгкое летнее платье цвета кофе с молоком. Оно нравилось Лили, но была одна проблема.

– Мне его Скорп подарил, – с деланным спокойствием сказала она.

– Лилс, ну и что? Оно так и будет висеть? Либо надевай, либо выбрасывай.

Поттер не могла выбросить это платье. Оно было слишком дорого для неё, олицетворяя в памяти Малфоя. Нельзя ведь выбросить свои воспоминания. Подумав, девушка взяла его из рук подруги и сказала:

– Ладно, его надену.

Арден видела, что Лили тяжело далось это решение, но она должна уже выбрать, как жить дальше. Она ободряюще улыбнулась Поттер, и, когда та надела платье, они спустились вниз.

Уже все собрались в ожидании Джеймса с его девушкой. Наконец дверной звонок запищал, извещая собравшихся о том, что они пришли. Гарри и Джинни пошли открывать дверь, а Альбус с участием спросил у Лили:

– Ты как?

– Нормально, – отчуждённо ответила та.

Ала волновало состояние сестры. Всегда грустная, с синяками под глазами, депрессия, бессонница, пожирающие душу воспоминания. Ему больно было смотреть на Лили.

В гостиную вошли родители, а за ними – Джим под руку с подругой. Это была миловидная шатенка с карими глазами и бледной кожей.

Альбус встал, пожимая руку брату, потом поцеловал руку Кэтрин. Оказалось, она подрабатывает колдмедиком в Мунго этим летом и собирается остаться работать там на постоянной основе.

Девушка Джима понравилась всем. Милая, приветливая и, кажется, без памяти влюблена в него. Ещё и квиддич любит. Чем не идеальная девушка для Джеймса Поттера? За разговорами прошло несколько часов, и никто не заметил, как на Лондон опустились сумерки.

Джинни вышла на кухню за тортом — очередным её произведением искусства. От Молли ей достался не только нрав, но и пристрастие к приготовлению еды.

Вдруг звонок снова запищал. Поттеры больше никого не ждали, поэтому все в удивлении гадали, кто же это мог быть. Воцарилась тишина. Послышались торопливые шаги миссис Поттер, дверь открылась. Раздался голос Джинни и ещё чей-то мужской. Слышно было смутно, но Лили узнала бы этот голос из миллиона других. Она вжалась в стул и больше не двигалась, испуганно смотря на дверной проём, каждую секунду ожидая увидеть в нём Малфоя.

Разговор Джинни и Скорпиуса затянулся, а голоса стали громче. Мистер Поттер, кашлянув, поднялся и вышел к жене. Послышался спор, какая-то возня, а потом в дверях гостиной появился запыхавшийся Малфой. Лили вжалась встул ещё сильнее, неотрывно смотря на неё. Сердце не билось, будто боясь, что Малфой услышит его.

– Лилс, – прохрипел он, делая шаг в её направлении.

Им обоим казалось, что в комнате больше нет никого, кроме них, Малфой, кажется, даже не замечал присутствующих. Увидев его состояние, Арден остановила Альбуса, почти ринувшегося к сестре, взяв мужа за руку. Джим и Кэтрин ничего не понимали, но девушка, сообразив, что происходит нечто, не предназначенное их взору, потянула Джима на кухню, откуда так и не появились старшие Поттеры.

Альбус и Арден последовали их примеру и вышли, оставив Лили и Скорпиуса в одиночестве. Девушка так и сидела, молча и подавленно. Скорп сделал ещё шаг, нависая над ней и пытаясь посмотреть в её лицо, но голова Поттер была опущена, тогда Малфой резко опустился на корточки и посмотрел ей в глаза.

Это не было унижением, это было молчаливой просьбой. Но Лили отвела взгляд.

– Вернись, – было видно, что Малфою тяжело далось это слово, но сейчас он был готов на всё.

– Мы уже говорили об этом, Скорпиус. Я не могу. Пора двигаться дальше, – немного заторможенно сказала девушка.

– И поэтому ты в платье, которое я тебе подарил? – поднимаясь, спросил Малфой.

– Это просто вещь, – помотала головой девушка.

Она сама не знала, как ей удавалось сохранять спокойствие, ведь на душе не просто скребли кошки, они будто живьём сдирали с неё кожу. Каждый раз, смотря в эти серые глаза, она умирала.

Малфой молчал, думая о чём-то. Его взгляд бегал по комнате, а сам он будто искал какой-то выход. Потом взор Скорпиуса остановился на лице Лили, парень прищурился и решительно сказал:

– Выходи за меня.

Не было романтики, колец, он не вставал на одно колено, как это делают в книгах о любви. Это было последнее, что он мог сделать, единственный выход, то, что могло помочь вернуть Поттер. Если и это не сработает, то всё действительно кончено и уже нет возврата.

Глаза Лили расширились, она приложила руку ко рту в удивлении, нерешительно глядя на Скорпиуса. Он же смотрел на неё с ожиданием и со страхом, не решаясь больше ничего сказать, да и слова тут не были нужны.

Он чуть не потерял самообладание, когда Лили просто спросила:

– Ч-что?

Её голос был неуверенным, хриплым, но таким родным.

– Я сделал тебе предложение, Поттер, что непонятного? – резко спросил он.

Девушка, взъерошив волосы рукой, встала и подошла к нему. Малфой с сомнением рассматривал её, он боялся услышать отказ.

– Скорп… Это ничего не изменит, – сказала Лили неуверенно и тихо. – Я прошу тебя, уходи.

– Лилс, я знаю, что причинял тебе боль, но…

Лили взяла его за руки, что заставило Малфоя умолкнуть на полуслове.

– Это уже неважно. Это в прошлом, – заглядывая ему в глаза, сказала девушка.

– Поттер!.. – воскликнул Малфой, выдёргивая руки из её хватки. – Мне просто нужен шанс.

– Лимит исчерпан, – пожав плечами, ответила она.

– Для меня это ничего не меняет, – твёрдо сказал Скорпиус, медленно ступая в сторону выхода.

Лили слышала его медленные шаги, потом – звук хлопнувшей двери. Возможно, когда-то она хотела выйти замуж за Малфоя, но сейчас это казалось неправильным. Слишком много всего произошло, и будто пропасть была между ними.

Она судорожно вздохнула и вытерла слёзы, катившиеся по щекам, а потом быстрым шагом пошла на второй этаж. Лили приняла очень важное для себя решение. Девушка взбежала по лестнице и, войдя в свою комнату, открыла шкаф. Достав из него чемодан, она принялась бросать туда вещи. Вдруг дверь комнаты открылась, и вошёл Джим.

– Что ты делаешь?! – воскликнул он.

– Я уезжаю, – не глядя на брата, ответила Лили.

– Погоди. Из-за Малфоя?

– Нет. То есть да! Неважно, – торопливо ответила девушка, бросая джинсы в чемодан.

Она застегнула его и схватила, не глядя на Джеймса, но тот выхватил чемодан из рук сестры и поставил его на пол.

– Какого чёрта?! – возмущённо воскликнула Поттер. – Я уезжаю и это не обсуждается!

– Куда?! – выкрикнул Джим в ответ. Поведение Лили пугало его.

– В «Ракушку».

– Нельзя так без предупреждения врываться в чужой дом, – нахмурившись, сказал Джеймс.

– Можно при чрезвычайных ситуациях! А у меня абсолютная катастрофа!

Джим закатил глаза к потолку и, подняв чемодан при помощи палочки, отправил его вниз, а сам вышел за ним вслед. На первом этаже в гостиной собрались все. Заметив Лили, они замолчали, а, увидев чемодан, Гарри и Джинни вскочили с мест и подошли к дочери.

– Что происходит, Лили? – спросил мистер Поттер, положив руку на плечо девушки.

***

Распрощавшись, наконец, с родственниками, Лили трансгрессировала. Она смогла почувствовать себя лучше, лишь оказавшись на берегу. Морские волны ласково накрывали песок, словно одеяло, шум моря успокаивал. Идти в дом не хотелось, и девушка, сняв балетки, подошла к воде. Она грустно улыбнулась, когда волны коснулись её босых ног. Лили правда стало легче, все проблемы отходили на второй план, когда тёплые волны обнимали ноги, а перед глазами были удивительно красивый закат и бесконечное море.

Ей наконец-то становилось легче, как будто вместе с солёными каплями из её души уходила опустошающая боль, оставляя после себя медленно затягивающиеся шрамы.

========== Глава 5. Маленькая смерть ==========

Расставание - маленькая смерть. (С) Ж. Агузарова

Волны шумно катились к берегу и разбивались о него с громким рёвом. Лили, разувшись, вошла в тёплую воду, ласкавшую ноги. Закатное солнце окрашивало небо в розово-оранжевые цвета и оставляло на воде дорожку. Лили, щурясь, смотрела на небо. Лёгкое платье развевалось от ветра, но девушка не обращала на это внимания. Она неотрывно смотрела вперёд, рыжие волосы разлетелись в стороны, иногда ударяя её по лицу.

Но сейчас шторм уже кончался, скоро море станет тихим, словно озеро. Лили улыбалась, непонятно чему и почему. Возможно, она улыбалась морю, небу и самой атмосфере, возможно, одиночеству. Её никто не беспокоил здесь, никто не пытался выжать из неё все силы. Кажется, именно в “Ракушке” её ждет жизнь, а не существование.

Здесь все мысли отступали на второй план, думать не хотелось, хотелось жить сегодняшним днём. Она пыталась не вспоминать о Скорпиусе и не думать о том, как скучает по нему. На самом же деле непомерная тоска рвала её на части, разрывала сердце в ошмётки, но Лили знала, что не может вернуться.

Уходя - уходи.

Уже поздно пытаться вернуть былое, нельзя жить прошлым. Нельзя.

И Лили сходила с ума от этого “нельзя”, от тоски и от осознания, что скоро это пройдёт. Время лечит? Враньё. Время просто всё меняет, меняет людей, но не может излечить их избитые души.

Возможно, сейчас она наконец была свободна. От родителей, от Малфоя, от своей привычной жизни. Но свобода никому не даётся просто так. Свобода – это ловушка, и свободным быть нельзя. Можно стать другим, можно сбежать, но это не освободит тебя от самого себя.

Тяжёлая рука, лёгшая на её плечо, вырвала Лили из омута невесёлых мыслей. Девушка испуганно развернулась, но это был всего лишь дядя Билл. Поттер улыбнулась ему и дала увести себя в дом.

***

Жизнь. Что это? Когда именно ты чувствуешь себя живым? Явно не тогда, когда тебя раздавил двоюродный брат, или собственный отец наплевал на тебя. Но это всё было ничтожным по сравнению с уходом Лили. Он просто не знал, как жить без неё, не представлял. Скорпиус чувствовал себя так, будто его сердце разорвали, бросили на пол и наступили на него несколько раз. Скорее всего, нельзя вылечить сердце, просто зашив раны, да и он сам не знал, что бы выбрал: яд или лекарство. Тупая боль вгрызалась в грудь, а дом опустел. Он всё-таки вышвырнул Дэна из мэнора, не собираясь жить рядом с ним, он и так много чего испортил в последнее время.

Скорп знал, что сдаваться нельзя, но это не остановило его, когда он открывал новую бутылку огневиски. А почему, собственно, это должно его останавливать?

После подобных мыслей Скорпиус, уже порядочно пьяный, трансгрессировал к Альбусу. Он нажал дверной звонок и долго не отпускал его. Наконец, дверь открылась, и в проёме показалась Арден. Она была в коротких тёмно-синих шортиках и чёрной майке, идеально сочетающейся с её бледной кожей. Она удивлённо улыбнулась Скорпу и спросила:

– Привет, ты к Алу?

Впускать парня она не торопилась из-за запаха алкоголя, исходившего от него. Подумав, Скорпиус ответил заплетающимся языком:

– Да. То есть нет. Где он?

– Он на работе. Ты что-то хотел? – тихо ответила Дени, всё ещё не впуская его.

– Да, – входя внутрь, ответил Скорп.

Но Арден преградила Малфою путь, сложив руки на груди и смотря на него, как на нашкодившего ребенка.

– Скорп, уходи, – убедительно проговорила девушка.

– Где Лили, Ден? – перешёл ближе к делу Малфой.

– Не знаю. Я уже говорила тебе об этом, – её тон был уверенным, но Скорпиус понимал, что Арден лжёт. Похоже, все, кроме него, знают, где Поттер.

Малфой приблизился к Дени, девушка сделала шаг назад, немного испуганно глядя на него. Видок у Скорпиуса был потрёпанным: бледный, с синяками под глазами и растрёпанными волосами. На впалых щеках пробивалась светлая щетина. Но не это особенно выделялось на его лице. Глаза. Дикие, необузданные и в то же время холодные, как льды Арктики.

И сейчас его замёрзший взгляд впился в зелёные глаза девушки, жавшейся к стене и глядевшей на него со скрываемым испугом.

– Где Лили, Поттер? – прорычал Скорпиус, нависая над Арден. Его длинные пальцы впивались в бледную кожу девушки до боли так, что завтра наверняка будут синяки.

Девушка помотала головой и хрипло ответила:

– Я не знаю.

Он резко отпустил руку Арден и кулаком ударил в стену недалеко от неё. Девушка вздрогнула и попыталась вырваться, но у неё не вышло.

Малфой был настолько близко, что запах огневиски просто сносил крышу. Было непонятно, как он вообще на ногах стоял. Выпустив гнев наружу, Скорпиус опустил голову на плечо Поттер, а она не решалась даже пошевелиться.

Секунды ползли чертовски медленно, Арден отважилась погладить Малфоя по волосам, успокаивая его, словно ребенка. Он шумно втянул воздух носом.

– Тебе нужно жить дальше, – прошептала Дени, продолжая гладить Скорпиуса по голове.

– Я знаю… – сказал он ей, дыша в плечо. – Но не могу. Не получается.

– Ты должен, Малфой, – уже громче сказала Поттер, пытаясь его убедить.

Он ничего не ответил, только поднял голову и внимательно посмотрел на неё. Задумчиво, спокойно, давяще. Под его взглядом она задыхалась. Он топил её в своей боли и безысходности.

В следующее мгновение Малфой совершил один из самых необдуманных поступков в своей жизни. Он прижал Арден к стене ещё сильнее и припал к её губам. Девушка вздрогнула, сдавленно вскрикнула и стала вырываться, но Скорпиус крепко вжимал её в стену своим телом. Девушка даже и не думала о том, чтобы ответить ему. Наконец она смогла отвернуться. Реакция Малфоя была заторможена знатной долей алкоголя, и Ден смогла его оттолкнуть. Кажется, до него наконец дошло, что он натворил, потому что серые глаза расширились. Но Малфой не успел ничего сказать или сделать. Только оттолкнув его, Поттер со всей силы влепила ему пощечину. Голова Скорпа дёрнулась в сторону, он дотронулся пальцами до покрасневшей щеки и сделал несколько шагов назад. В его глазах отразилось осознание. Арден глубоко и часто дышала, всё ещё с опаской глядя на него. Малфой отступил ещё дальше и упал на диван, стоявший недалеко от входа в гостиную. Он обессиленно опустил голову на руки и сидел, не шевелясь.

Вина поглощала его без остатка. Он и так достаточно людей обидел в своей жизни, а теперь ещё и Арден. Надо быть беспросветным идиотом или моральным уродом, чтобы поцеловать жену лучшего друга после того, как его родная сестра бросила тебя. Чёрт бы его побрал.

Малфой проклинал себя чуть ли не вслух, не поднимая головы и не желая смотреть в глаза девушке, стоящей недалеко от него. Сейчас Арден Поттер была его совестью, от которой он знатно получил, да так, что скула до сих пор болела. Малфой отнял руки от лица и уставился в пол, не поднимая головы. Тогда Арден медленно приблизилась и села рядом.

Она была зла, просто чертовски зла на Малфоя. Что он себе только позволяет? Не будь он её неплохим другом, да и в целом неплохим человеком, Ден обязательно бы сказала Алу о том, что он сделал. Было до жути неприятно. Для неё существовал только Поттер. Она уже несколько лет не целовала другого мужчину, да и не хотела этого. Тем более, это причинило бы боль не только Альбусу, но и Лили, которая непременно узнала бы обо всём. Но о несостоявшемся поцелуе никто не будет знать, потому что ни она, ни Малфой не думали об этом как о чём-то, заслуживающем внимания.

Малфой же откинулся на спинку дивана и неуверенно посмотрел на девушку.

– Прости. Я не знаю, что на меня нашло, – начал оправдываться он, впиваясь глазами в лицо Арден. – Я… Чёрт, – он нервно взъерошил волосы рукой, напоминая этим Альбуса.

Поттер неуверенно улыбнулась и дотронулась до плеча Малфоя.

– Всё в порядке. Просто… Больше никогда так не делай, – немного зло сказала она.

Арден до сих пор была в шоке от его поведения, да и вообще всё это обострило их отношения и саму ситуацию.

– Хороший удар, кстати, – усмехнулся Скорпиус, дотрагиваясь до щеки.

Арден виновато потупилась и сказала:

– Извини.

– Да ладно, заслужил, – махнув рукой, ответил Скорп. – Ладно, я пойду, ещё раз прости, – сказал он, вставая.

Прощаться больше было незачем. Трансгрессировать не хотелось, и Скорпиус решил пройтись.

Он шёл по темной улице, освещённой фонарями. Мимо туда-сюда торопливо сновали магглы. Скорпиус как будто не замечал их и продолжал идти, погрузившись в свои мысли. Вспомнив, что в Мэноре больше нет огневиски, он трансгрессировал к “Дырявому котлу”, из которого как раз выходила рыженькая миловидная девушка. Скорп, не заметив её, сбил девушку так, что она упала.

– Чёрт! – выругался Малфой и, извинившись, подал пострадавшей руку, чтобы помочь ей встать.

Она, бросив ему: “Да ничего”, приняла протянутую руку и улыбнулась. Оказалось, что у незнакомки были удивительные голубые глаза, сейчас оценивающе рассматривавшие Скорпиуса.

Малфой, ещё раз извинившись, хотел уже войти в бар, но девушка хитро спросила:

– Вы даже не угостите меня?

– То есть? – не понял Скорпиус.

– Ну, скажем, в качестве компенсации за нанесённый ущерб, – ухмыльнулась пострадавшая.

Скорпиус хотел уже вежливо отказаться, но, ещё раз взглянув на девушку, улыбнулся и открыл перед ней дверь, сопроводив своё действие пригласительным жестом.

Оказалось, что девушку зовут Саманта, ей двадцать лет, а работает она в Министерстве Магии. Скорпиусу уже давно не было так весело, это был один из самых беззаботных вечеров в последнее время. Он старался поменьше говорить о себе и больше слушать Сэм. Рассказывать о своей жизни не хотелось, и Малфой всё время старался обходить эту тему.

Он вызвался проводить девушку до дома.

– Заходи, если будешь недалеко, – улыбнулась ему Сэм.

– Непременно, – серьёзно сказал Малфой, хотя знал, что вряд ли когда-нибудь сделает это.

Посчитав, что Скорпиус действительно намеревается еще к ней зайти, если будет в этих краях, девушка, к его удивлению, поцеловала его прямо в губы. Было непривычно. Своим поведением Саманта отчасти напоминала Малфою Лили, но он не мог представить, чтобы Поттер сама его поцеловала прямо на первом свидании. Он усмехнулся и, махнув Сэм на прощание, растворился в воздухе.

***

Лили задумчиво и тоскливо ковыряла еду в тарелке. Аппетита не было. За окном было темно, а вечером ей всегда становилось хуже. Тьма как будто притягивает магнитом воспоминания, душащие и утапливающие в океане памяти. Она не слышала, как тётя Флер спросила, налить ли ей чая, не откликнулась, когда дядя Билл позвал её, чтобы задать какой-то вопрос. Ей нужно было одиночество. Изоляция от людей, возможно, помогла бы ей, но сложно было скрыться от кого-либо в этом крошечном домике. Да она и не пыталась. Ей было плевать. Она просто оградила себя от этого. Никого вокруг будто не существовало. Никого и ничего. Пустыня памяти, мраморный бюст тоски…

Она выронила вилку, когда раздался звонок в дверь. Только чужие звонили, Лили знала. Она ждала этого звонка. Ждала и боялась. Девушка знала, что это он, что Малфой пришёл за ней. Она смотрела в дверной проём с ужасом, исказившим бледное осунувшееся лицо. Дядя Билл поздоровался с кем-то и, по всей видимости, пригласил войти.

Поттер вздрогнула, увидев незваного гостя, а он, тряхнув светлыми волосами, сказал:

– Ну здравствуй, Поттер.

Комментарий к Глава 5. Маленькая смерть

Жду отзывов.

Всех с Рождеством Христовым!

Сделала себе группу, буду вам рада)

http://vk.com/clubcollins

========== Глава 6. Свобода или одиночество? ==========

– Ну здравствуй, Поттер, – ухмыляясь, протянул блондин, стоявший в дверном проёме.

Лили удивило не только то, что это был Эридан Малфой, но и то, как он её нашёл. Интересно, кто её сдал? Девушка, всё ещё удивлённо косясь на него, неуверенно улыбнулась и сказала:

– Привет.

Голос был непривычно хриплым. Лили не знала, как реагировать на его появление. С одной стороны, он не Скорпиус, это уже радует. С другой, вдруг он притащил Малфоя с собой?

– Ты, я смотрю, решила залечь на дно? – Малфой прислонился плечом к косяку. Лили поморщилась. Любимая поза Скорпиуса.

– Но от тебя нигде не скроешься, так ведь? – медленно начала она. – Ты один?

– А что? Боишься, что я Скорпа прихватил? – Лили кивнула, глядя на него во все глаза. – Нет, я один.

Девушка облегчённо выдохнула.

– Зачем ты здесь?

Взглядом она проследила за тётей Флёр, которая тихо вышла из кухни. Потом глаза Лили вернулись к лицу Эридана.

– Ты должна вернуться в Лондон, – без обиняков ответил он.

Лили сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Было больно, но это чувство отрезвляло. Хотелось убежать. Убежать туда, где никто не найдёт её. Никогда. Она даже не могла представить себе возвращение домой, даже думать об этом не хотелось! А Малфой пришёл именно за этим.

Если она вернётся, то не сможет избегать Скорпиуса. Он неизбежен. Как ураган. И он не оставит её в покое, пока от её сердца не останутся одни руины. Лили слишком любила его, чтобы позволить себе вернуться. Она ведь снова не сдержится, снова вернётся.

Идиотизм.

Нужно быть идиоткой, чтобы полагать, что Малфой изменится. Нужно быть мазохисткой, чтобы возвращаться к нему снова и снова. Не зря говорят, что любят не за что-то, а несмотря на что-то. А она любит. На самом деле, сейчас её жизнь была всего лишь существованием. Но, с другой стороны, разве не этого она хотела? Разве не освободиться? Любовь бывает милой, иначе не назовёшь. Прямо как в мелодрамах. А бывает разрывающей тебя изнутри.

Лили до сих пор не может забыть, да и никогда не забудет это чувство… когда Скорпиус прикасался к ней. Её мир будто разрывался на тысячи разноцветных осколков, а потом собирался вновь, прямо как мозаика. Только Малфой мог творить с ней такое. Разве хотела она освободиться от этого? Разве так не должно быть? Эти мысли сжигали её изнутри, а от тоски хотелось рвать на себе волосы. Одиночество вгрызалось в мозг.

Быть может, её мысли неразумны, а поступки нелогичны, но ей казалось, будто сковывающие её цепи скоро сломаются…

Но что это тогда: свобода или одиночество?

– Ау, Поттер, ты что, оглохла? Вернись в пределы разумного!

Именно этот возглас поспособствовал возвращению Лили к реальности. Оказалось, Эридан стоял уже прямо перед ней и щёлкал пальцами недалеко от лица девушки. Она нахмурилась, подняла на него глаза и встала, подходя к окну.

Лили задумчиво проследила за какой-то птицей, сначала спикировавшей к воде, а потом поднявшейся в голубую высь.

– Я не хочу, – еле слышно пробормотала она, не поворачиваясь к парню.

Он подошёл ближе и сказал:

– Ты должна. Ты не можешь прятаться вечно. Ни от него, ни от всего мира.

Лили повернулась к Эридану. Хм, он не был похож на человека, умеющего сочувствовать, но, похоже, сейчас он именно это и делал. Малфой ободряюще улыбнулся ей и дотронулся рукой до её плеча.

– Я не могу больше возвращаться, – проговорила она, глядя на него своими огромными зелёными глазами. Сейчас она была похожа на ребёнка, которого родитель заставляет что-то делать. Доверчивого и немного обиженного ребёнка.

– Ты не можешь идти против самой себя. Выбор за тобой, но ты должна слушать сердце.

Удивительно, но Малфой успокоил её. Теперь у Лили не было такого панического страха возвращения. Возможно, он прав.

Собрав свои скромные пожитки и распрощавшись с дядей Биллом и тетей Флёр, Лили вместе с Эриданом трансгрессировала в Лондон. Она решила сделать это сразу, чтобы не передумать. А ещё лучше было тотчас прихватить свои вещи из Мэнора, поэтому они перенеслись сразу туда. Мрачный особняк казался на удивление пустым. Домовики не сновали туда-сюда, да и людей тоже не наблюдалось. Лили казалось, что у неё сейчас коленки затрясутся от ужаса и перенапряжения. Да-да, это посещение Малфой-Мэнора вызывало в ней именно ужас. Она никак не могла решиться позвонить в дверь, поэтому это сделал Малфой. Дверь долго не открывали, и Лили уж понадеялась, что никого нет. Но вот послышались шаги и дверь отворилась. Перед Лили и Эриданом предстала стройная рыжая девушка с небесно-голубыми глазами. Лили нахмурилась. Спустившись взглядом, она прищурилась, возмущенно глядя на длинную футболку, в которой была незнакомка. Это была её футболка. Они с Малфоем как-то бродили по улочкам Римини и купили её.

Недоверие. Обида. Бешенство.

Эти чувства посетили Лили, когда она увидела эту девушку, да ещё и в собственной футболке.

Какого чёрта он себе позволяет?!

В игру вступил Малфой. Заметив, что Лили от чего-то в шоке, он сказал:

– Привет, а где Скорпиус? Мы за вещами, – он ослепительно улыбнулся рыжей, но та лишь смерила его оценивающим взглядом без каких-либо признаков заинтересованности.

– Привет. Э-э, кажется, они в кладовой. Вас проводить? – спросила Саманта.

Она сначала недоверчиво отнеслась к двум пришедшим, да еще и рыжая девчонка смотрела на неё так, будто её сейчас стошнит. Но потом она поняла, что это тот парень, про которого говорил Скорпиус. Его брат Эридан. Она улыбнулась и отодвинулась, чтобы Лили и Дэн не стояли на пороге.

– Вас проводить? – спросила Сэм.

За несколько дней она уже успела изучить дом сверху донизу и готова была показать кладовку.

– Сама найду, – наконец выдавила Лили.

Она была в шоке от того, что Малфой так с ней поступил. Всего пара недель прошла с их расставания, а у него в доме уже какая-то девка.

Поттер бесцеремонно прошла мимо Саманты, задев её плечом. Эридан улыбнулся и пошёл вслед за Лили. Злость одолевала её, и чёткий стук каблуков о мраморный пол выдавал торопливость и некоторую сердитость.

Взяв вещи, Лили и Дэн попрощались с Сэм и трансгрессировали в дом Лили. Удивительно, но он оказался пустым. Девушка устало опустила сумку с вещами прямо у порога и прошла на кухню. Эридан задержался, рассматривая прихожую. На стенах висело с десяток колдографий: Золотая Троица курсе эдак на первом, совсем молодые мистер и миссис Поттер, колдо со свадьбы. Маленький Джеймс, бегающий за снитчем, карапуз Альбус Поттер, такой черноволосый и зеленоглазый. Он чертовски напоминает Поттера-старшего. Разве что взгляд более живой… Маленькая Лили тоже была на колдографиях. Она мало изменилась, разве что стала более… грустной. Серьёзной. Он наконец оторвался от изучения стен в прихожей и прошел на кухню. На пороге он замер. Поттер трясущейся рукой пыталась налить себе воды. Он не видел её лица, но по всхлипам понял, что девушка плачет.

Дэн подошел к ней и коснулся руки, державшей кувшин с водой. Лили вздрогнула и, по видимости, постаралась успокоиться, но это вышло откровенно плохо. Парень мягко надавил на её руку, чтобы Лили поставила кувшин, что она и сделала.

Дрожащей рукой девушка поднесла стакан к губам и сделала маленький глоток. Потом поставила его и оперлась рукой и стол, закрывая глаза и пытаясь подавить вырывающиеся наружу рыдания. Скорпиус предал её.

Предал.

Это слово отдавалось в ушах, как будто разрывая барабанные перепонки. Жгучая обида наполнила её, обида и злость. Она мучила себя, боялась встречи с ним. Боялась, что Скорпиус не отпустит её, когда она захочет уйти. Но, похоже, он не просто отпустил её, а оттолкнул. Со всей силы. Какой смысл был тогда бороться?

Слёзы катились по щекам. Поттер пыталась успокоиться, но не получалось. Из неё будто выходила вся накопленная за эти дни и недели усталость.

Разочарование.

Вот что было ужаснее всего. Она разочаровалась в человеке, которому верила больше, чем кому-либо, чем самой себе…

Из груди непроизвольно вырвалось рыдание, хоть Лили и пыталась заглушить его. На ее удивление, Малфой, который всё ещё стоял сзади, осторожно повернул её лицом к себе и обнял.

Было приятно вдыхать запах её волос, хотя Дэн понимал, что Лили сейчас плачет из-за его брата. Такая беззащитная, слабая… Скорпиус сломал её. Ужасно было осознавать.

– Всё изменится, – хрипло сказал он, обжигая дыханием ее висок.

Лили слегка отстранилась и подняла глаза, вглядываясь в его лицо. Холод с лёгкой долей сочувствия. Малфой в ответ впился серыми глазами в её глаза, а потом, поддавшись внезапному порыву, коснулся губ Лили своими, нежно и медленно. Эридан чувствовал солёный вкус её слёз и вишнёвый блеск на своих губах. Лили ответила, отдавшись этому поцелую так, будто прыгнула в пропасть. Кажется, ей было все равно. Ей нужно было утешение. А Малфой был её спасательным кругом.

***

Саманта бегала взглядом по десяткам колдографий, лежавших в столе Скорпиуса. Там был он и та девушка, что приходила сегодня. Сэм прижала руку к губам, с ужасом глядя в лицо рыжей незнакомки. Малфой убьет её к чертям собачьим.

Девушка услышала, как хлопнула входная дверь. Она торопливо бросила колдо в ящик и закрыла его. После этого обошла стол и прислонилась к нему, ожидая Скорпиуса.

– Ну что, Сэм, тут-то тебе не слишком тесно? – улыбаясь, спросил вошедший Скорп.

Уильямс неуверенно улыбнулась и ничего не ответила, ожидая, когда он пройдет в кабинет. Малфой как всегда был неотразим. Тёмно-синий костюм, галстук такого же цвета и кипельно-белая рубашка.

Идеально.

– Ну так что, долго ты ещё тут будешь? Сколько уже можно тебя терпеть? – насмешливо спросил он, но, заметив лицо Сэм, приостановился. – В чём дело?

– Твоя девушка. Она была здесь. Лили, – выдавила из себя Саманта и испуганно посмотрела на Скорпа. Его лицо на секунду вытянулось, потом стало расстроенным, а потом приобрело обычное отрешенно-холодное выражение.

– Она тебя видела? – прищурившись, спросил он. Уильямс кивнула, ожидая его реакции.

Малфой был на удивление спокоен. Он медленно обошёл стол и устало опустился в кресло, в котором пару минут назад сидела она сама. Оперевшись на стол локтями, Скорпиус закрыл глаза ладонями. В этом были такие бессилье и… безысходность, что Сэм невольно прижала руку к губам, с удивлением и участием глядя на него. Кажется, она невольно стала очередной малфоевской проблемой. Чёрт, не вовремя она решила из дома уйти.

Комментарий к Глава 6. Свобода или одиночество?

У меня появилась группа. Вступайте)

http://vk.com/club85238189

========== Глава 7. Данность ==========

– Ты чего такой молчаливый? – спросил Альбус у Скорпиуса, заинтересованно глядя на друга.

Они сидели в каком-то баре в центре Лондона. Предложение Ала выпить было неожиданным, и Малфой сначала вообще хотел отказаться, но потом, передумав, всё же согласился, ведь после женитьбы Поттера они довольно-таки редко устраивали такие вылазки.

Парни взяли бутылку “Огдена” и неторопливо распивали её. Атмосфера была приятной, бар чистым и на удивление светлым, хоть и находился в подвале. Но обстановка не расслабляла Скорпиуса из-за всего произошедшего в последнее время. Сначала появление кузена, фиаско в попытке заполучить руководство над компанией отца, потом уход Лили… Это было самым ужасным, что Скорпиус переживал когда-либо. Будто часть его души выдрали, бросили на пол и растоптали. Но самое ужасное, что он сам сделал это. Никто не виноват, кроме него. Лили были нужны забота, любовь и внимание. А он не давал ей этого, воспринимая девушку как данность. Он не мог представить, что когда-нибудь она сможет уйти. А она ушла.

Пуф, и её уже нет.

Лили Поттер, его маленькое рыжее солнце… Она покинула его. Наверное, она сильнее его, раз смогла. Такая маленькая и такая сильная…

Сильная.

Да, Лили была именно такой. Иногда она просто поражала его выдержкой и силой духа. Она справится, конечно, справится.

А он?

Сможет ли Малфой пережить её уход? Он столько глупостей натворил… Чёрт бы его побрал!

Неужели нельзя контролировать себя? Отец с детства учил Скорпиуса самоконтролю, но в последнее время на него столько всего обрушилось, что это стало почти невозможным.

Как жить без неё?

Он отвык. Отвык от одиночества. Теперь это было странно, но Малфой не мог вспомнить жизнь до Лили. У него ведь даже серьёзных отношений не было, так, перепихоны в Хогвартсе да и после. А с Лили было всё по-другому. Он даже притронуться к ней боялся, она была такой чистой, слишком идеальной для него.

Он никогда, никогда не был её достоин.

Наверное, судьба правильно распорядилась, и даже лучше, что Поттер бросила его. Он не способен нести на себе бремя отношений, кажется, он разучился уважать её и ценить достаточно для того, чтобы она это чувствовала. Он полный идиот, раз позволил ей уйти, отпустил. Но как её не отпустить, если она этого хочет?

Она больше не хочет его. Не хочет быть с ним.

Он ей не нужен.

А Малфою нужна Лили. До дрожи в коленях, до трясущихся рук и путающихся мыслей. Он просто не представлял жизни без своего рыжего чуда. Малфой-Мэнор опустел и обезлюдел без Лили Поттер. Она делала его живым. Она делала Скорпиуса живым.

– Ма-а-алфой, – протянул Альбус, щёлкая пальцами перед глазами Скорпиуса, – вернись в пределы разумного.

– А? Что? – блондин вздрогнул и ошалело посмотрел на лучшего друга.

Лучшего друга, которого он предал. Картинки из той сцены с Арден врезались в голову и сводили с ума.

– Я говорю, ты чего такой задумчивый? Случилось что? – спросил ещё раз Альбус, пододвинувшись ближе к Малфою.

Пробормотав что-то невнятное, Скорпиус потом сказал, что ему нужно в уборную. На самом деле он вышел наружу. Прохладный ночной воздух ударил в голову, хоть немного проясняя мысли. Скорпиус не мог так спокойно врать Альбусу. Поттер никогда не лгал ему, никогда. И он не должен. Но это же бред, да и Ден его ударила. Да это вообще не считается! Проще сделать вид, что того поцелуя в прихожей вообще не было.

Но как это можно забыть?

Он подставил Арден и предал Альбуса. Как он может молчать о таком? Это будет ещё худшим предательством.

Малфой прислонился затылком к прохладной стене и закрыл глаза, пытаясь собрать мысли в одну кучу.

Погружённый в свои мысли, Скорпиус не заметил, как к нему кто-то подошёл, он понял это только когда почувствовал руку на своей груди и приторный запах женских духов.

Малфой резко распахнул глаза и увидел перед собой женщину лет тридцати пяти, накрашенную как дешёвая проститутка, коей она, скорее всего, и являлась. Красные губы были всего в нескольких сантиметрах от его лица.

– Как поживаешь, малыш? – спросила она, приближаясь к нему.

Малфой сглотнул, не ожидая такого напора. К нему впервые так откровенно приставали. Он очнулся от оцепенения, когда почувствовал горячую ладонь на своих штанах.

Твою-то мать!

Он резко оттолкнул руки незнакомки и поспешил отойти от стены, чтобы не быть снова зажатым.

– Что такое, милый? Тебе не понравилось? – спросила она, призывно глядя на него.

Скорпиус поморщился и, послав её ко всем чертям, вошёл обратно в бар.

– Малфой, ты чего такой нервный? – спросил Поттер, внимательно глядя на друга, который то и дело оглядывался на дверь. – Ты в порядке?

– Э-э, да. Нет, – наконец ответил Скорп, сдаваясь. – Нам надо поговорить.

Сказав это, блондин одним глотком осушил остаток огневиски в бокале. Альбус смотрел на друга с плохо скрываемым удивлением. На его памяти Малфой впервые вёл себя так. Подозрительно.

Малфой выдохнул и выпалил:

– Я поцеловал Арден, – он настороженно смотрел на Поттера, но до того, кажется, не дошёл смысл его слов.

– Кого? – нахмурился Ал.

– Я поцеловал… твою жену. – Чёрт, как же это мерзко звучит!

– Ты… что? – недоверчиво спросил Ал.

Но потихоньку смысл слов Малфоя начал доходить до него. Альбус сначала уставился на друга в полном недоумении, но постепенно удивление на его лице сменялось злостью. И… тишина. Он молчал, видимо, переваривая информацию, пытаясь успокоиться. Но это, скорее всего, не получилось, потому что Поттер поставил стакан с огневиски на стол с таким звуком, что было удивительно, как он не раскололся. “Огден” расплескался по столу и оказался на руке Альбуса. Пытаясь успокоиться, Поттер взял салфетку и начал с остервенением стирать виски с кожи.

Закончив с этим, Альбус наконец посмотрел на лучшего друга. Возможно, бывшего. Лицо Малфоя было непроницаемым, и это, блин, выводило из себя.

Скорпиус старался сохранять спокойствие и надеялся, что Альбус последует его примеру. Но Поттер смотрел на него взглядом а-ля я-тебя-убью-к-чёртовой-матери.

Вдруг ни с того ни с сего Поттер вскочил с места и начал выворачивать карманы кожаной куртки, вываливая их содержимое на стол. Галлеоны со звоном покатились по деревянной поверхности. Там явно было слишком много, но Альбус даже не стал считать. Оставив в покое карманы, он наконец повернулся к Скорпиусу.

– Пойдём, – пытаясь совладать с собой, хрипло сказал он.

– Поттер…

– Встань, я сказал! – выкрикнул Ал, ударив кулаком по столу.

Люди, сидевшие за соседними столами, недоуменно обернулись на шум.

Малфой поднял руки вверх, будто сдаваясь, и встал, последовав за Альбусом, который пошёл к выходу не оглядываясь. Знал, что Скорпиус выйдет. Не мог не выйти.

Стоило им только выйти, Альбус резко развернулся и ударил Малфоя со всей силы так, что он впечатался затылком в стену, у которой недавно столкнулся с той шлюхой.

Скорпиус почувствовал, как из носа потекла тёплая кровь. Она попала на губы и стала течь ниже по подбородку. Он резким движением руки вытер её и поднял взгляд на Альбуса. Видимо, делать этого не стоило, потому что он следом получил ещё один точный удар. На этот раз была разбита губа. Скорпиус почувствовал вкус крови во рту и сплюнул на землю.

– Всё? – спросил он, спокойно глядя на Ала.

Но Ал ничего не ответил и сделал то, чего Скорп никак не ожидал. Он подошел почти вплотную, схватив Малфоя за грудки и вжимая в стену.

– Малфой, если ты ещё раз… – прошипел Поттер прямо ему в ухо, – приблизишься к ней, я на тебе живого места не оставлю. Я знаю, что это случайно и вряд ли повторится, но мне просто хочется выбить из тебя всю дурь.

Напоследок встряхнув Скорпа, ударяя его затылком об холодную стену, Поттер отпустил его и трансгрессировал. Похоже, по его милости Арден ждут разборки. Но на самом деле у него на душе стало легче. Пусть Поттер злится, пусть ненавидит его, но зато Скорпиусу нечего от него скрывать. Это лучше, чем ложь. Разбитое лицо лучше, чем ложь.

***

Альбус прислонился лбом к деревянной двери, пытаясь успокоиться. Он не ожидал, что посиделки в баре обернутся таким.

Малфой предал его, и Арден предала. Как она могла умолчать об этом? Почему не сказала ему? Внутри Альбуса бушевал ураган, и он не знал, как его успокоить. Что он сейчас скажет ей?

Наконец, он вошёл. Было темно, Ден уже, наверное, спала. Войдя в гостиную, Поттер увидел жену, свернувшуюся калачиком на диване. Она ждала его, как и всегда. Он не хотел на неё злиться, но алкоголь в крови перебил здравый смысл. Альбус подошел к шкафу и, открыв его, достал бутылку огневиски, подаренную ему Джимом на свадьбу. А он тогда ведь думал, что жизнь будет чуть ли не идеальной и его ждет счастье и только счастье.

Альбус откупорил бутылку и сделал большой глоток обжигающей жидкости прямо из горла. Поставив огневиски на шкафчик, он случайно сделал это слишком громко, тем самым разбудив спавшую девушку.

– Альбус? Ты уже вернулся? – Арден приподнялась на диване и села.

Поттер не отвечал, и девушка щурясь встала и подошла к нему, положив руку на его плечо, но Ал дернул им, отталкивая её руку.

– Что?.. – ничего не понимая, начала Арден.

– Ты меня обманула, – сказал Альбус, так и не поворачиваясь к ней.

Сначала Ден не поняла, о чём он. Но потом догадка озарила её лицо. Он был с Малфоем, и тот, наверное, не удержался и рассказал ему о случившемся в их прихожей. Арден снова попыталась положить руку на плечо Ала, но он резко развернулся, схватив её ладонь и с силой сжимая.

– Не надо. Меня. Трогать, – выдохнул он, чётко разделяя каждое слово и снова отталкивая её руку.

Девушка вздохнула и сделала шаг назад.

– Давай поговорим, Альбус, – предложила она, сдаваясь.

– А есть о чём? Я уже с Малфоем обо всем поговорил, – выплюнул он.

Арден и так уже заметила это по его рукам. На костяшках правой руки виднелись ссадины, как после драки. Малфою не повезло. Ну и пусть. Надо было держать язык за зубами. А теперь он и сам получил, и её подставил.

– Альбус, это была случайность, – устало выдохнула Арден.

– Знаю, – процедил Поттер, сделав ещё один глоток из бутылки.

– А почему ты тогда злишься?

– Потому что ты мне солгала. Я тебе не врал никогда! – с горечью и злостью сказал Ал.

– Я не лгала, я просто не сказала. Думала, так будет лучше, – тихо попыталась оправдаться девушка.

– Кому лучше? Ещё скажи, что не сказала, потому что я не спрашивал, ага!

Арден впервые видела мужа в таком состоянии. Альбус был так зол и расстроен. Его глаза обиженно блестели, прямо как у ребенка. Было больно и неприятно видеть его таким. Пьяным и злым.

Чертов Малфой!

Вдруг Альбус взял бутылку и, шатаясь, направился к выходу. Неужели он уходит? Арден и подумать не могла, что такое может случиться. Это ужасно. Она отвыкла от ночей без Ала. Они ведь даже не поговорили нормально!

Ден не стала догонять мужа, хотя знала, что зря. Но он всё равно сейчас не будет её слушать. Лучше завтра. Но девушка волновалась о том, куда он пойдет. Главное, чтобы не болтался по улице. Она так волновалась за него…

Девушка пошла в их комнату на втором этаже и легла на половину Альбуса, обняв его подушку. Она пахла им, и это было лучшее, что сейчас Дени могла себе позволить. Этой ночью её ждали холод и одиночество, не свойственные этому светлому родному дому.

Арден проснулась от звонка в дверь. Сначала она стала испуганно озираться в поисках мужа, но, вспомнив то, что произошло вчера, грустно вздохнула. В дверь снова позвонили и, рассчитывая, что это Альбус, девушка бегом отправилась вниз. Она открыла, даже не посмотрев в глазок. Улыбка на её лице растворилась, как только девушка увидела раннего гостя.

Малфой.

На её пороге стоял усталый и потрепанный Скорпиус Малфой. Его губа была разбита, на носу виднелись царапины. Следы их ночной потасовки с Альбусом. Хотя, скорее всего, Малфой просто не сопротивлялся, зная, что получает по заслугам.

– Убирайся! – прошипела Арден, пытаясь закрыть перед ним дверь.

Но Малфой подставил ногу, и как девушка не пыталась, всё равно не смогла закрыть грёбаную дверь.

– Чего ты хочешь? – воскликнула Поттер, сдаваясь.

Скорпиус виновато посмотрел на неё исподлобья и сказал:

– Извиниться.

Девушка сложила руки на груди. Неужели он думает, что ему достаточно просто прийти? Теперь неизвестно, что думает Альбус об этом всём, он вообще будет жутко злиться, если узнает, что Малфой снова к ней заявлялся.

– Что, серьёзно? Тыдумаешь, этого достаточно после твоего чистосердечного признания?! – воскликнула она, наступая на Скорпа.

Малфой устало потёр переносицу тремя пальцами, как делают люди, у которых болит голова, и ответил:

– Я не знаю. – Он попытался заглянуть в дом. – А где Поттер?

И тогда Арден не выдержала. Она сама понятия не имеет, где он. Где? Что с ним? Злится ли он? Вернется ли? Эти вопросы разрывали её голову изнутри. Она почувствовала ком в горле и слёзы на глазах. Паника. Паника в связи с уходом Альбуса настигла её. Вдруг с ним что-то случилось, а она об этом даже не узнает?

Но вдруг девушка почувствовала что-то другое, вытеснившее головную боль и мучения по поводу ухода мужа.

Тошнота.

Отвратительное, тянущее чувство. Желание выблевать все мучения последних суток. Поняв, что её действительно сейчас стошнит, девушка посмотрела на Малфоя, выпучив глаза, и, развернувшись, бегом отправилась в туалет.

Арден полоскало минут пятнадцать, а от ужина в желудке не осталось и следа. Она стыдливо вышла из ванной и направилась на кухню, где её, судя по всему, ждал Скорпиус.

Чёрт, почему же её тошнит? Она ведь даже не завтракала ещё. Малфой задумчиво оглядел её и спросил:

– Что такое?

– Я не знаю, может, заболела или перенервничала, – пожала плечами девушка.

Скорее всего, второе. Поттер не могла найти себе места из-за отсутствия Альбуса. Это было ужасно. Дом опустел, а колдографии на стенах лишь вселяли тоску по былым временам и вызывали воспоминания о времени абсолютного безмятежного счастья.

– Тебе надо ко врачу, – тоном, не терпящим возражений, сказал Малфой.

– Без тебя разберусь, – грубовато ответила девушка. Ну а что? Она всё еще была зла на него.

– Поттер, это не нормально. И, если ты сейчас же не сделаешь, как я сказал, я тебя свяжу и силком потащу в больницу, – с нотками железа в голосе процедил Скорпиус.

Дени нетерпеливо и раздражённо взмахнула руками и пошла на второй этаж, чтобы собраться.

***

Альбус тихо вошел в собственный дом, озираясь, будто преступник. Похоже, Арден не было дома. Странно, где она может быть?

Он не хотел видеть Дени сейчас, слишком тяжело. Он сожалел о произошедшем, но в то же время еще не совсем был готов к примирению. Идиотское чувство, но почему-то ему было сложно признать, что это случайность и Дени абсолютно не виновата.

Долбаный дебилизм.

Почему он такой идиот? Зачем накричал вчера на неё, ударил Малфоя?

Нет, ну этот придурок, конечно, заслужил, а вот Арден, по идее, наоборот. Отшила его, а Альбус ей за это вон как отплатил. Велика благодарность.

Иногда он чувствовал себя подростком, не способным рассуждать здраво. Порой чувства мешали думать головой, и он творил глупости, о которых потом чертовски жалел.

Войдя в их комнату на втором этаже, парень увидел несколько колдо, висящих на стене. Совесть неприятно кольнула, но Альбус постарался не обращать внимания. Он был рад, что уезжает сейчас, так они смогут несколько дней отдохнуть друг от друга, а в его голове перестанут всплывать картинки поцелуя Малфоя и Арден. И того, что могло бы быть, если бы они не остановились.

Чёрт, снова.

Поттер поморщился и начал поскорее собирать вещи. Он стал ненавидеть командировки после того, как они с Ден съехались. Ему не нравилось уезжать от неё. Но сейчас он был рад этой передышке. Всё-таки много всего произошло в последнее время, да и глупостей он достаточно наделал.

Осталось только написать Арден записку, что он уезжает в командировку. Его ждала солнечная Италия, день переговоров, пара контрактов, а потом пляж. Жаль, Арден не будет, но так даже лучше.

Собрав все вещи в чемодан, Альбус стал писать записку. Слова было трудно подобрать, не хотелось, чтобы послание было холодным, но в то же время он был зол, и “сюсю-мусю” не выходило. Ладно, Дени поймет.

“Меня отправили в Италию на три дня, надо заключить контракт. Приеду – поговорим.

Альбус”.

Получилось немногословно и прохладно, но вряд ли она обидится сильнее, чем сейчас.

Парень уже хотел спуститься и трансгрессировать в Рим, но вдруг услышал, как входная дверь распахнулась. Он решил посмотреть, Арден ли это, хотя не собирался с ней видеться, только посмотреть.

Альбус замер, увидев в дверях свою расстроенную жену и… Скорпиуса Малфоя. Он с остервенением сжал зубы и, не медля более ни минуты, трансгрессировал.

***

Озорной лучик солнца разбудил рыжеволосую девушку, и она неохотно разлепила глаза. Она была дома, но вот что странно, рядом с ней лежал… Эридан Малфой.

Лили сразу всё вспомнила. Ту девушку в Мэноре, футболку на ней, то, как Дэн её пожалел, поцелуй… Больше у них, конечно же, ничего не было. Поттер ещё не чувствовала, что готова к чему-то серьёзному, к тому же она прекрасно помнила, что Эридан – Малфой и что он может быть даже хуже Скорпиуса.

При воспоминании о Малфое обида больно кольнула, но Лили постаралась отвлечься и посмотрела на Дэна. Он спал и во сне казался на пару лет младше, чем на самом деле. Его рука сжимала кисть Лили, а сам он лежал на спине. Веки Эридана иногда подрагивали во сне. Он был таким милым. Сама не зная почему, Поттер пальчиком аккуратно дотронулась до его скулы, проводя невидимую линию. Она надеялась, что Дэн не проснётся, но он, не открывая глаз, свободной рукой поймал ладонь Лили и ухмыльнулся, легонько сжимая её.

Потом Малфой перевернулся на бок, глядя на Лили. Она смущённо улыбнулась и легонько выдернула руку из его хватки.

Что делать дальше?

Не слишком ли много Малфоев для неё?

Может, вообще не стоит даже думать об Эридане. Но он был так мил и обходителен, и, похоже, она ему правда нравится. Почему всё так сложно? Почему жизнь настолько несправедлива? И как понять, что будет для неё лучше?

Все эти вопросы выворачивали наизнанку и сводили с ума. Да и как найти на них ответы? Только в своём сердце, наверное. Но оно упрямо молчало, продолжая тупо отбивать ритм её жизни. Существования, в которое превратилась эта жизнь после разрыва со Скорпиусом. А может, Эридан поможет вернуть то, что давно утрачено, вспомнить забытое? Она уже забыла, что такое тепло, любовь и чувство, когда тебя действительно ценят. Скорпиус любил её, но не ценил, вот в чём проблема.

Видимо, угадав её мысли Дэн сказал, серьезно глядя на Лили:

– Я не заменю тебе Скорпа, я могу только помочь научиться жить без него.

Лили всмотрелась в его лицо, округлив глаза. Неужели у неё на лбу написано, о чём она думает?

========== Глава 8. Изумрудный мир ==========

Услышав звонок, Саманта сразу же побежала открывать дверь. Малфоя не было вечером, всю ночь и уже почти полдня. Где же он был? Вдруг что-то случилось и вдруг это он?

Это был действительно он, потрёпанный, уставший, с разбитой губой. Девушка прищурилась и, сложив руки на груди, оперлась плечом о косяк.

– Ты где был? – медленно спросила она. В голосе слышалась угроза.

Она прямо как злая мать. Или Лили. Такая же поза, такая же интонация. В точности.

– Не твоё дело, – буркнул Скорп и прошел внутрь мимо неё.

Девушка оттолкнулась от косяка и повернулась к нему, возмущённо взмахнув руками.

– Какого беса, Малфой?! – воскликнула она. – Тебя не было почти сутки, а ты даже не хочешь сказать, где шлялся! – бросила она ему.

Чёрт, как же она напоминала Лили. Маленькая, взъерошенная и злая на него. Скорпиус устало потёр глаза и сказал:

– Ты мне не жена, Уильямс.

Но тут взгляд Сэм зацепился за лицо Скорпа. Губа была разбита, на что она сначала не обратила должного внимания. Это разозлило её ещё больше. Идиот.

– Что с губой? – она с ожиданием посмотрела на него, но Малфой упрямо молчал. – Ты что, подрался?

– Мерлин, Сэм, это не твоё дело, – ответил Малфой, взъерошив волосы рукой. Ему начинало надоедать её излишнее внимание к своей персоне.

– Скорпиус, если я здесь живу, это моё дело. То, где ты ходишь, то, что с тобой происходит. Я волновалась. – Она упрямо следовала за ним, даже когда он вошёл в комнату.

Малфой, не обращая на неё внимания, снял куртку, потом футболку. Вид его торса смутил девушку, и она опустила глаза.

– Ты так и будешь мне надоедать? – спросил он, начиная расстегивать ремень джинсов. – Можно я приму душ, а потом ты снова будешь меня доставать, если тебе это так нравится. Или ты со мной хочешь?

Саманта вспыхнула и вылетела из комнаты, как ошпаренная.

Да, может, она и перегнула палку, но он не имеет права так поступать и так разговаривать с ней. И где его черти носили, блин?

Наконец, Малфой появился в гостиной, посвежевший. Серая майка ему очень шла, да, гардероб он всё-таки умел подбирать.

Нет, даже не думай.

– Сядь, – сказала Саманта, указывая на кресло. Рядом на полу лежали какие-то тюбики и склянки.

После душа его губа снова кровоточила, а залечить полностью времени не было, поэтому Скорпиус понял, что его ждёт лечение от Сэм. Она, конечно, не колдомедик, но всё-таки Скорпиус надеялся, что его здоровью ничто не угрожает.

Он послушно сел в кресло. Сэм наклонилась и поставила ему на колени аптечку со всякими зельями, мазями и снадобьями.

– Ты где её взяла? – спросил Скорпиус неуверенно.

– В кухне, – деловито ответила девушка и, взяв ватку, смочила её какой-то жидкостью.

Саманта уже собиралась дотронуться до губы Малфоя, когда он поймал её руку.

– Э-э, ты уверена? – спросил он, неуверенно глядя на неё.

– Малфой, не дергайся и через двадцать минут всё пройдет, – тоном ну-что-за-идиот сказала Сэм.

Вдруг они услышали, как открылась и тут же закрылась входная дверь. Раздались шаги. Чем ближе они были, тем больше напрягался Скорпиус. Он не мог их не узнать. Ну конечно же, это его отец.

Малфой-старший быстро вошёл в гостиную и остановился у входа.

– Надеюсь, я не помешал, – холодно сказал он, оглядывая сначала сына, потом склонившуюся над ним рыжеволосую девушку.

– Здрасьте, – немного испуганно пробормотала Сэм и отошла от Скорпа.

– Хай, пап, – махнул он рукой.

Мистер Малфой, не ответив на приветствие, сказал:

– Я жду тебя в кабинете.

Кажется, ему было вообще неинтересно, что тут делает Саманта, кто она такая. Ну и ладно. Малфой, ободряюще улыбнувшись девушке, направился вслед за отцом.

Интересно, зачем он пришёл? Что ему нужно? Он был каким-то злым.

Скорпиус вошёл в кабинет. Отец привычно расположился в своем кресле. Он сделал приглашающий жест, и парень сел напротив.

– Кто эта девушка? – спросил Драко сразу.

– Саманта, – пожав плечами, ответил Скорп.

– Нет, ты не понял. Мне плевать, как её зовут. Меня больше интересует, что тебя с ней связывает, – покачал головой Малфой-старший.

– Ничего, она просто здесь живёт, – Скорпиус исподлобья смотрел на отца.

– Хм, как интересно, – хмыкнул Драко, – то есть, она платит за своё проживание?

– Эм, нет, – Скорпиус нахмурился. Почему он так спрашивает? Что в этом такого?

– А вот скоро ей придется платить, потому что у тебя не будет денег даже на то, чтобы обеспечивать самого себя, – он зло сверкнул глазами.

– То есть? – не понял Малфой.

Что он говорит? Что ему нужно вообще?

– Какое сегодня число, Скорпиус? – как-то слишком ласково спросил отец.

– Не помню, а что? – нахмурился Скорп.

– А то, что сегодня у тебя должна была быть встреча с инвесторами, но ты её пропустил.

– Чёрт! – воскликнул Скорпиус, округлив глаза.

Как он мог забыть про эту встречу?! Она была чуть ли не решающей в его карьере.

– Ты отстранён, – ледяным тоном оповестил его Малфой-старший.

– Что?!

– Теперь компанией будет руководить Эридан. За что боролись, на то и напоролись, а, Скорпиус? – насмехаясь проговорил он.

Отец втоптал его в землю. Отомстил за всё его поведение, непослушание, упорство. И просто за то, что он такой идиот.

– Нет, отец, нет, – помотал головой Скорп, – только не он.

Только не Дэн, пожалуйста!

– Уже поздно. В отличие от тебя, он там присутствовал и произвёл на всех хорошее впечатление. А тебе удачи. Хорошего дня, Скорпиус, – сказал отец, выходя из кабинета.

Только не это. Он окончательно лишился всего. Абсолютно, чёрт возьми, всего! Скорпиус устало потёр глаза. Он знал, что отца невозможно остановить, если он решил что-то. Его признание теперь можно только вновь заслужить. Его жизнь рушилась, как карточный домик, и это было последней каплей. Кузен превратил его жизнь в Ад.

Или он сам, собственноручно, сделал это?

***

Он не видел Лили всего лишь несколько часов, а уже соскучился. Сам от себя не ожидал такого. Странное чувство, забавное.

Кто же мог подумать, что Лили Поттер займет такое важное место в его жизни. Хотя она вообще бывшая девушка кузена. Интересно, как он, кстати? Судя по той голубоглазой красотке, он не особо страдает по Лили. Ну вот, а казалось, любовь до гроба. Только вот странно, что он сегодня не явился на собрание…

На самом деле можно понять, почему Скорп любит Поттер. Она необычная, живая, а главное, очень добрая. Ну да, логично. Если она столько терпела Скорпиуса с его тараканами, то кто-то другой проблем не вызовет. Да и почему бы ему не стать этим кем-то?

Только как дать ей об этом понять? Лили ведь не замечает ничего и никого, кроме его кузена. Вряд ли можно вернуть их прежние отношения. Почему бы не попытаться построить новые?

Все эти мысли роились в голове Эридана, пока он собирался навестить Поттер.

Но нужно ли ей это?

Может, не стоит всё усложнять? Им со Скорпом ещё компанией руководить… Но Лили тянула его, прямо как магнит. Удивительная, особенная девушка. Когда смотришь на таких, хочется заполучить. Хочется, чтобы она была твоей, и кажется, что никакая другая тебе не нужна.

Он последний раз посмотрел в зеркало и, прихватив кожанку, трансгрессировал к дому Поттеров. Дверь ему открыл сам Гарри Поттер. Эридан улыбнулся ему и попросил позвать Лили.

– Эм, она сейчас собирается куда-то, так что ты сам к ней зайди, – сказал Поттер-старший, с подозрением оглядывая его.

Эридан неуверенно поднимался по лестнице на второй этаж, провожаемый внимательным взглядом Гарри Поттера. А он совсем не такой, как на колдо, в газетах, или в старых выпусках новостей, которые Дэн когда-то смотрел.

Наконец он подошёл к комнате Лили и постучал. Девушка открыла, смотря куда-то назад, и, когда повернула голову и наткнулась взглядом на Малфоя, вздрогнула.

– У тебя входит в привычку меня пугать, – чуть удивлённо улыбнулась Поттер.

– А то, – улыбнулся в ответ Дэн, – хорошо выглядишь.

– Спасибо. Ты что-то хотел? – спросила девушка, надевая в ухо серёжку и глядя на него в зеркало.

– Ну да, вытащить тебя куда-нибудь, – задумчиво сказал Эридан, оглядывая её. – Но тебя, видимо, уже вытащил кто-то другой.

Неужели она собирается на свидание?

– А, да мы с Анной идём в клуб. Хочешь с нами? – спросила Лили, поворачиваясь к нему.

– Э, ну да, но я не буду лишним? – нахмурился Дэн.

Поттер рассмеялась и сказала, что нет. После того, как она закончила собираться, они вышли из дома и трансгрессировали к одному из самых знаменитых магических клубов Лондона. Отстояв очередь и войдя внутрь, они погрузились в атмосферу алкоголя и музыки, растворяющей в себе.

Когда Эридан и Лили наконец нашли Анну среди кучи людей в помещении, можно было расслабиться. Они сели за столик, вокруг которого были расставлены красные кожаные диванчики, Лили познакомила их.

Подруга Лили оказалась миловидной блондинкой, они вместе работали в больнице Св. Мунго. Дэн наслушался разных историй из их дружбы, смеялся над Лили. Почему-то он её себе такой и представлял, когда увидел впервые, ворвавшись в Мэнор. Только тогда она была девушкой Скорпиуса. А теперь… После того поцелуя Лили не подавала никаких признаков того, что он ей нравится, а может, так оно и было. Может, он вообще зря это сделал? Перед ним стояла трудная задача: понять Лили Поттер.

Вдруг Малфой заметил, что Лили напряглась. Он внимательно посмотрел ей в глаза и кивнул, как бы спрашивая, что случилось. Она глазами показала куда-то вбок. Дэн повернул голову и замер.

За угловой столик, недалеко от них, сели Скорпиус и та девушка, которую они застали в Малфой-Мэноре, когда Лили забирала вещи. Парочка пока их не заметила, но Поттер не отводила от них взгляда.

Рыжеволосая девушка явно была смущена нахождением в данном заведении, Скорпиус был расслаблен и, кажется, пьян.

Снова.

Видимо, расставание с Лили ему тяжело далось, хоть он уже и нашёл себе новую пассию.

Эридан посмотрел на Лили. Девушка не моргая смотрела на них, на её лице одновременно отражались испуг, разочарование и какой-то странный проблеск надежды.

На что?

На что она надеется? На то, что их не заметят? На то, что Малфой переключится с неё?

Вдруг Лили поднялась с места и торопливо, стараясь не привлекать к себе внимания, направилась, кажется, к туалету. На её лице была целая буря эмоций.

Эридан решил её догнать и отправился за Поттер. Он обнаружил Лили недалеко от уборной. Девушка стояла, прислонившись спиной к холодной стене. Её глаза были закрыты, видимо, она пыталась успокоиться.

– Зачем ты ушла? – спросил Дэн, подходя к ней и вставая напротив.

– Я… Он не должен нас увидеть, – хрипло сказала девушка, открывая глаза и глядя на него снизу вверх.

– А какая разница? Лили, ты не можешь прятаться от него всю жизнь! – Эридан возмущённо взмахнул руками.

Вдруг Лили перевела глаза куда-то вбок. Малфой тоже хотел посмотреть, но она внезапно притянула его к себе и резко прижалась к его губам. Да это был даже не поцелуй, а что-то непонятное. Просто прикосновение.

Когда Лили отпустила его, Дэн посмотрел туда, куда она глядела до этого. Он успел заметить удаляющуюся белобрысую макушку.

– Поттер! – злясь, воскликнул он. – Не смей меня подставлять! Ты меня месяц динамила! Даже не думай меня использовать! Это, блин… – он не договорил, потому что Лили снова притянула его к себе и поцеловала. Но теперь это уже был настоящий поцелуй. Малфой сначала растерялся, но потом всё-таки ответил.

Скорпиус, подойдя к столику, за которым сидела Саманта, бросил несколько галлеонов и сказал:

– Пойдём.

Он был зол. Его голос был холоден, как льды Арктики, но в то же время дрожал от бешенства. Сэм удивленно и испуганно посмотрела на парня и медленно поднялась.

– Пойдём, я сказал! – Почему она такая медленная?! – Быстрее, Уильямс.

– Скорпиус, что случилось? Ты в порядке? – обеспокоенно спросила Саманта.

Он её пугал. Малфой делал это постоянно, конечно, но сейчас в особенности. Его просто трясло от злости и от чего-то ещё. На самом деле на нём буквально лица не было.

Что с тобой, блин, происходит?

– Нет, я ни черта не в порядке! Заткнись и иди за мной, – прошипел он злобно.

Да что, блин, случилось?

Сэм вышла за ним из клуба. Малфой подошел к стене и сильно ударил в нее кулаком. Кажется, костяшки были разбиты.

Он встряхнул рукой и прислонился спиной к стене. Уильямс же напряжённо за ним наблюдала.

– Она здесь. С этим придурком, – сказал Скорп, сжав зубы.

– Кто? С кем? Лили?

– Да, блин! Что непонятного?! – возмущённо спросил Малфой.

– Слушай, хватит истязать свои руки и печень. Ты её этим не вернёшь. Пойдем домой? – попыталась Сэм его успокоить.

– Не лезь не в своё дело, – зло сказал Скорпиус, хватая её за локоть и разворачивая к себе.

Что-то промелькнуло в его глазах. Злость, смешанная с… желанием? Точно. Тогда, чтобы не было сюрпризов, да и чтобы подбодрить Малфоя, Сэм ударила его. Ну, не получилось ничего получше придумать. Голова Скорпиуса дернулась, он, не ожидая удара, не успел его остановить. Сэм, тяжело дыша, смотрела на него исподлобья. Она боялась, что ошиблась и что он вообще может разозлиться, но Малфой только усмехнулся.

– Ну прости, Уильямс. Уж больно ты хороша сегодня, – сказал он и засмеялся, а потом притянул её к себе, кладя руки ей на плечи, – пойдём, поздно уже.

Он был ей благодарен.

За эти долгие недели Саманта стала ему близким другом, и каждый раз, когда он мог испортить это, она спасала их дружбу. А главное, всегда помогала ему преодолеть препятствия, да и самого себя. Хотя и проблем от неё была куча. Вот как объяснить отцу, что Сэм просто живёт с ним, а не спит? Малфой усмехнулся и улыбнулся подруге, позволяя вести себя по мостовой.

***

Альбус проснулся от того, что его кто-то тряс и звал по имени. Он, подумав, что это Арден, счастливо улыбнулся и открыл глаза. Но его улыбка медленно сползла с лица, превратившись в кривую ухмылку ничего не понимающего человека.

Над ним с обеспокоенным лицом cклонилась его полуголая помощница. Голова раскалывалась, а в глазах двоилось. И да, он ничего не помнил. Что она вообще делает в его номере?

– Что ты..? – поворачивая голову туда-сюда, спросил Поттер.

Не договорив, он оглядел Эмили. Она была только в нижнем белье. Тогда Альбус резко приподнялся на локтях и посмотрел на себя.

Твою мать!..

– Мы что?..

Мерлин…

– Да, блин, да! – испуганно прощебетала Джонсон.

Кажется, она была в ужасе ничуть не меньшем, чем Ал. Точнее, он просто ещё не понял. Но тогда Эмили разрушила баррикаду похмелья всего парой слов:

– Альбус, твоя жена. Арден… – она обречённо спрятала лицо в руках. – Что мы натворили?

Альбус откинулся на подушку и, вздыхая, закрыл лицо руками. Как он мог напиться до такого состояния, что, во-первых, не помнил, что вчера было, а во-вторых, переспал с собственной помощницей. Чёрт.

Что же делать?

Как он мог так поступить? И с Арден, и с Эмили. Это было неприкрытое скотство. Он чёртов подонок!

Как он будет смотреть в глаза Дени? Да и вообще всей семье… Что он натворил? Как мог предать её доверие?

Как он мог променять любовь Арден на одноразовый секс? Кааак?! Да, он был зол. Да, Малфой – грёбаная тварь. Но чем он теперь лучше?! Малфой хотя бы никогда не изменял Лили…

Твою мааать.

Альбус испуганно посмотрел на Эмили. Она сидела, глядя в одно место и чуть ли не плача. Она постаралась успокоить Альбуса, дотронувшись до его плеча, но его будто током шибануло от чужого прикосновения. Поттер оттолкнул руку Эмили, но потом судорожно вздохнул.

Она. Не. Виновата.

Виноват он, виноваты оба, но никак не она одна. Ему было так стыдно, чёрт возьми, так стыдно. Он никогда ещё не чувствовал себя так погано.

Долбаный ублюдок.

Альбус чувствовал, как его изумрудный мир разбивается на осколки, которые впиваются ему в грудь и прокладывают путь к сердечному клапану. Он. Изменил. Арден. Он предатель, сволочь. Он разрушил то, что должен был ценить и беречь больше всего на свете – свою семью.

Are you thinking of me,

When you f*ck her?

Комментарий к Глава 8. Изумрудный мир

Feder - Googbye

========== Глава 9. За правду надо платить ==========

– Миссис Поттер? – раздался голос откуда-то сбоку.

Девушка сидела за одним из столиков в кафе “Танцующий гиппогриф”, когда её кто-то окликнул. Арден сама не знала, что делает здесь, просто ей не хотелось находиться в пустом беззвучном доме.

– Э-э, мы знакомы? – спросила девушка, увидев перед собой сероглазую брюнетку в очках и с ярко-красными губами.

Девушка, не церемонясь, села за столик напротив Арден.

– Нет, но, когда вы жена мистера Поттера, большинство журналистов узнают вас, – деловым тоном проговорила брюнетка, а потом представилась: – Элизабет Райт, “Ежедневный пророк”.

Дени удивилась. Что этой журналистке может быть нужно от неё?

Неужели они как-то узнали..?

– Что вам нужно? – спросила Арден, насторожившись.

– Мне – деньги, – кивнула Элизабет, – но вас должно больше интересовать то, что есть у меня.

Райт доверительно наклонилась к ней. Арден нахмурилась. Какие, к чёрту, деньги? И что у неё может быть?

Увидев недоверие на лице Поттер, брюнетка полезла в сумочку, достала какой-то конверт, а потом передала его Арден. Та нахмурилась, но конверт взяла, с подозрением поглядывая на девушку, сидящую напротив.

Элизабет кивнула, показывая этим, что Арден нужно открыть конверт, что та и сделала. Она медленно распечатала его, ожидая увидеть там какое-то письмо или что-то вроде этого.

Дени наконец вытащила содержимое. Там были колдографии, около пяти снимков, на которых были…

Руки Арден затряслись, её глаза бегали по людям на колдо. Она бросила шокированный взгляд на журналистку.

– Откуда это у вас? – тоном, не терпящим возражений, спросила Поттер.

– Сама сколдографировала, – ответила Элизабет, поправляя на носу фирменные очки.

– Почему вы принесли это мне, а не в редакцию? – тон Арден был таким, словно они на допросе. Не хватало только лампы, бьющей в глаза Элизабет.

– Миссис Поттер, вы представляете, что сделает пресса с вашей семьёй, если получит такую информацию? – тоном ну-сама-подумай сказала Райт. - Я на вашей стороне, поверьте.

– И поэтому вы требуете деньги за колдо личного характера, мисс Райт? – ледяным тоном спросила Поттер.

Внутри она умерла тысячу раз, а перед глазами так и стоял Альбус, жадно и пьяно целующий свою помощницу. Но она не покажет своих чувств чёртовой журналистке, не зря ведь училась на Рейвенкло. Она узнает всё.

– Миссис Поттер, вам нужны колдографии, мне – деньги. Это не преступление. Я даже в каком-то смысле защищаю вас.

Арден устало потёрла глаза. В последние дни она плохо спала, ещё и все эти навалившиеся проблемы. Как будто всё сразу, в один момент обрушилось на неё.

– Ладно, сколько вы хотите? Но мне нужны гарантии, что это никогда не будет использовано против Поттеров, – сказала она, вздыхая.

Арден еле смогла получить деньги в Гринготтсе, гоблины – уж очень недоверчивый народ. Она вернулась в кафе, где её ждала Элизабет, и прошла к столику, за которым та сидела. Не садясь, Дени вывалила на стол мешок с галлеонами и с ожиданием посмотрела на журналистку. Та передала ей конверт и встала, собираясь уходить, но Арден схватила её за локоть. Элизабет вопросительно на неё посмотрела:

– Мне нужны гарантии, – с нотками железа в голосе проговорила Арден.

Тогда мисс Райт написала на салфетке свои данные и передала её Арден. Та постаралась улыбнуться в ответ на улыбку Элизабет. Всё же она не виновата в том, что Альбус – сволочь.

Когда Райт наконец ушла, Арден смогла погрузиться в бездну боли и отчаяния. Как единственный человек, которому она безоговорочно верила, мог предать её?

Как?

Слезы помимо воли покатились по щекам, застилая глаза. Ведь она не то, что не рассматривала других мужчин, она просто не видела никого, кроме Альбуса. Ей был нужен только он.

Дышать было нечем, хотелось разорвать свою грудь руками, чтобы можно было вздохнуть. Так больно. Почему ей так больно? Она никогда не думала, что Поттер может ей изменить, даже в мыслях не допускала.

Видимо, она просто очень наивная. Как он мог так поступить? За что? Арден почти своими глазами видела, как Альбус трахает Эмили. Эта картинка не пропадала, как бы девушка не старалась.

Боль почти ослепляла. Дени больше ничего не чувствовала. Только обиду и разгоравшуюся ненависть. Если бы она сейчас увидела эту гадину, голыми руками бы придушила. Как она могла спать с женатым человеком?

Арден не помнила, как вышла из кафе, не знала, куда шла. Не чувствовала бьющий в лицо и глаза дождь, хотя была мокрой насквозь и дрожала так, что зуб на зуб не попадал.

Но самым отвратительным было то, что внутри неё уже три недели был маленький Поттер. Как она будет жить одна, беременная? Как сможет вырастить этого ребенка без отца? Или, может, вообще не стоит продолжать беременность?

Но ведь она не сможет убить этого ребенка. Всё равно она любит и его, и Альбуса и не сможет так поступить.

Девушка очнулась, когда её чуть не сбил какой-то парень на велосипеде. Она огляделась и поняла, что находится недалеко от дома Джеймса Поттера и что она очень сильно продрогла.

Подойдя к двери, Арден позвонила. Джим открыл почти сразу же. Его глаза округлились, когда он увидел на пороге мокрую и плачущую жену брата. Джеймс поздоровался и впустил девушку. Она пошла в гостиную, а Джеймс отправился за пледом и чаем.

Что произошло?

Он начал волноваться. Что случилось с Арден? А вдруг что-то с Алом? Джеймс торопливо накрыл девушку пледом, дал ей горячий травяной чай и сел рядом.

– Что случилось, Дени? – спросил он, наклоняясь к ней.

После его вопроса девушка лишь сильнее разрыдалась и помотала головой, как бы говоря, что не станет отвечать.

Джим не стал её мучить и решил, что узнает всё потом. Он сказал девушке, что ей нужно поспать и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.

Арден думала, что не сможет заснуть, но так вымоталась, что провалилась в вязкий сон, как только её голова коснулась подушки.

***

Лили с Анной сидели в кафе недалеко от больницы Святого Мунго, разговаривая о работе и обо всём остальном.

Вдруг Кэмпбелл подняла глаза, глядя куда-то за спину Лили, и удивлённо округлила их.

– Что? – спросила Поттер, вглядываясь в лицо подруги.

Не вытерпев, она сама обернулась и увидела приближающегося Эридана Малфоя.

Черт!

Девушка резво вскочила и направилась в сторону женского туалета. Эридан не заметил её и, увидев Анну, подошёл к ней и спросил:

– Привет, ты не с Лили случайно?

Девушка помотала головой, но Малфой, видимо, как-то понял, что она лжёт и, оперевшись о стол, задал новый вопрос:

– А ты мне не врёшь?

Кэмпбелл снова помотала головой, и Эридан, усмехнувшись, направился в сторону уборных. Ничего и никого не стесняясь, он вошёл в дамскую комнату, где заметил Лили, прислонившуюся к стене. Её глаза были закрыты.

– Это глупо, Поттер, – сказал он, складывая руки на груди со скучающим видом.

– Блин, Малфой, это женский туалет! – громким шёпотом оповестила Лили.

– Правда? Ой, Акелла промахнулся, – сказал Эридан, делая вид, что глубоко разочарован такой непростительной ошибкой.

– Уйди отсюда! – зашипела Поттер.

– Не-а, пока мы не поговорим.

Ну что за упёртый осёл!

– Ладно, только давай не здесь, – пробормотала девушка, проходя к выходу.

Они прошли в кафе и сели за свободный столик. Лили с ожиданием посмотрела на Малфоя, опираясь на руки, сложенные на столе.

– Почему ты вчера ушла?

– Ну… э-э, так получилось, – протянула девушка, смущаясь.

– Слушай, Поттер. Я тебе не красная тряпка для Скорпа. Не смей меня использовать, чтобы злить его, поняла? – разъярённо сказал Дэн.

– Да, извини, я не хотела, – пробормотала Лили, стыдливо опустив глаза.

Эридану нужно было знать, что между ними происходит. Нужно. Чувствует ли она к нему что-то, хоть на грамм похожее на её чувства к Скорпиусу?

– Может, объяснишь мне, что происходит? – спросил он строго.

– Малфой, ты совсем? Кто притащил меня обратно в Лондон? Это мне у тебя нужно спрашивать!

Понятно, значит сама ещё не разобралась. Но что делать? Оставить её в покое или сделать своей?

Дальше они говорили о каких-то мелочах, избегая темы, интересовавшей обоих. Им просто нужно время. И только.

***

– Скорпиус, – Мерлин, как же она достала! – Ты должен взять себя в руки.

Сэм битый час пыталась промыть ему мозги, что уже конкретно достало. Ну ей-то что?

– Уильямс, я тебя сейчас выгоню к чёртовой матери, и будешь ночевать в “Дырявом котле”. Остань, – разозлённо сказал блондин.

– Не выгонишь, – настойчиво ответила девушка.

Ну за что она на меня свалилась?

– Уильямс.

– Нет, Малфой, послушай. Ты должен вернуть и Лили, и компанию, но если ты будешь дальше так пить, потеряешь всё. Твой отец зол, – она наклонилась к нему, пытаясь убедить, – очень зол. А Лили уже почти вместе с твоим кузеном, который единолично владеет компанией твоего отца!

Как же надоело каждый день вдалбливать ему одно и то же. После того, как Скорпиус тогда в клубе увидел Лили с Эриданом, ему снова стало хуже. Плюс ещё чувство вины по отношению к Арден и Алу.

Неужели он не понимает, что нужно сменить тактику, начать делать что-то для того, чтобы его жизнь окончательно не скатилась в бездну пьянства и одиночества?

– Ладно, ОК, но как? Лили не хочет меня видеть, говорить со мной? Я не могу силой заставить её быть со мной, – обречённо пробормотал Скорпиус.

– Если ты изменишься, тебе это не понадобится, – деловито сказала Саманта.

О да, Уильямс, ты прямо-таки светишься от радости. Менять кого-то, это же так здорово!

Скорпиус нахмурился и поднял руки, сдаваясь. Сэм прёт как танк, её нельзя остановить, если она решила для себя что-то.

========== Глава 10. Разлом ==========

Дни тянулись как будто бесконечно долго, проходя в унынии от осознания собственной вины, что тяжким грузом давила на Альбуса, нависая дамокловым мечом над головой.

Омерзительный. Вот слово, которое полностью характеризовало его поступок. Он ведь любит жену, но почему тогда так поступил? Почему изменил ей с девушкой, к которой его даже не тянет. Нет. Воротит. Эмили не виновата в этом. Альбус старался избегать её остаток командировки. Ей, конечно, было обидно. Всё выглядело так, будто он переспал с ней и бросил, добившись желаемого. Но это не так, совсем не так. Но Альбус совсем не хотел объяснять это Джонсон. Только не сейчас.

Но не только это мучило его. Точнее, совсем не это. Как быть с Арден? Солгать ей? Врать до конца жизни об измене и тонуть в куче этого дерьма из боли, недоговорок и вранья?

Или разбить её хрупкое сердце ужасной правдой? Это всё так давило на него.

Альбуса мучила бессонница, вызванная обилием мыслей, а когда он всё-таки погружался в тягучий липкий сон, ему снились наполненные болью глаза Арден и смеющаяся Эмили. Поттер просыпался в холодном поту, мечтая никогда не видеть в её глазах эту боль и не слышать сумасшедший заливистый смех Джонсон.

Меееерлин. Почему он такой придурок?

Альбус продумал тысячу разных разговоров с женой при их встрече, но, открыв дверь, понял, что никого нет. Что ж, это оттянет срок их встречи, можно перевести дух. Но перед смертью ведь не надышишься. Пройдясь по дому, Ал понял, что Арден уже пару дней не ночевала тут. Странно, где она может быть? Подруга? Лили? Малфой?

Может, просто не захотела оставаться в пустом доме? Арден, вернись. Это так нужно. Чертовски необходимо.

Альбусу казалось, что он, увидев жену, сразу же всё выдаст. Ну не мог он скрывать от неё что-то. Да и она его слишком хорошо знает. Сразу поймёт, что что-то не так. Чёрт. Хочется убиться об стену, чтобы не чувствовать себя таким придурком.

Дом казался таким пустым, безлюдным. Было неприятно чувствовать себя здесь как будто лишним. Он нарушал тишину и одиночество этих стен, и это было противно. Ему сейчас всё было противно, особенно он сам.

Без жены дом казался неприветливым, неправильным. Не хотелось быть тут одному.

Дени, где же ты?

***

Арден проснулась от какого-то шума. Девушка, открыв глаза, сначала даже не поняла, где находится. Белые шторы с крупными оранжевыми маками не давали солнцу проникнуть в незнакомую комнату. Поттер посмотрела вокруг: голубой потолок, бело-синие обои и эти шторы, которые были ярким пятном в этом многообразии холодных цветов.

Девушка прислушалась и уловила звук, исходящий откуда-то снизу. Потом её взгляд наткнулся на фото, стоящее на комоде. На нем были Альбус, Джим и Лили, в обнимку стоящие на фоне “Норы”.

Тогда Арден вспомнила, где она и почему. Девушка устало провела рукой по лицу. Из-за переутомления она заснула, как только её голова коснулась подушки. Она дома у Джеймса. Интересно, а где его девушка? К несчастью, Поттер забыла её имя.

Но был ещё и другой вопрос, мучивший её со вчерашнего дня. Стоит ли говорить что-то Джиму? И что именно? Он видел её вчерашнее состояние, так что расспросы наверняка будут.

Наконец, решившись, брюнетка поднялась с кровати и вышла из комнаты. Спускаясь по лестнице, она почувствовала запах блинчиков и вспомнила, что не ела ничего со вчерашнего утра. Вряд ли это пойдёт на пользу ребёнку, но вчера ей было явно не до еды.

На кухне Арден увидела Джеймса, стоящего у плиты. Ого, Поттер умеет готовить? И, кажется, у него даже получается, причем неплохо.

– Доброе утро, – поприветствовал её Джим, повернувшись, чтобы взять масло.

– Привет, – натянуто улыбнулась Арден. – А где твоя девушка? – спросила она, вспомнив про первый вопрос, мучивший её.

– Эм, ну, мы расстались. Примерно неделю назад, – немного смущённо сказал Поттер.

Арден, заметив тарелки в шкафчике, решила достать их.

– Спасибо, что пустил переночевать, – сказала она, не глядя на Джеймса.

– Ден, я понимаю, что лезу не в своё дело, но почему ты была такой расстроенной? – спросил он, выключая плиту и поворачиваясь к Арден.

Брюнетка, поставив тарелки на стол, оперлась на него руками, не поднимая взгляд на Джеймса.

Как сказать ему? Может, солгать? Но есть ли смысл? Всё равно скоро Альбус приедет, и всё раскроется. Конечно, не хотелось говорить об этом, даже думать, но нельзя лгать человеку, который помог ей в трудную минуту.

– Давай сначала поедим? – предложила Дени. Она и правда чувствовала себя так, будто сможет съесть целого гиппогрифа.

На вкус блинчики оказались такими же замечательными, как и на вид. Наконец, утолив голод, Арден откинулась на спинку стула. Джим выжидающе на неё смотрел, попивая крепкий чёрный чай.

Вдруг девушка почувствовала внезапный приступ тошноты. Чёрт, только не сейчас. Но поняв, что терпеть нет мочи, Арден вскочила и сказала Джеймсу:

– Я сейчас. Мне надо… – не договорив, Поттер побежала в сторону ванной комнаты.

Лишь девушка успела добежать до ванной, её вырвало. Арден боялась, что Джим войдёт, а рвотные спазмы всё продолжались. Отвратительное чувство. Как будто сейчас желудок выблюешь.

Джеймс, удивившись поведению Дени, пошёл за ней. Дверь в ванную была прикрыта, но так, что было видно, что творится внутри. Парень увидел Арден, обнимавшуюся с “белым другом”. Интересно, это она заболела или он в блины что-то не то добавил? Чёрт. А вдруг она отравилась его стряпнёй?

Наконец Арден отпустило, и она медленно поднялась и подошла к раковине, чтобы умыться. Сделав это и прополоскав рот, девушка подняла голову и заметила отражение Поттера в зеркале.

– Слушай, Ден, если это мои блины… Я нечаянно. Я просто хотел…

Джим не успел договорить. Арден его перебила:

– Я беременна, – сказала она, решительно глядя на брата мужа.

– Ты… Что? – озадаченно спросил Поттер. – Ну так это же круто! – воскликнул он чуть погодя. На его лице появилась широкая добродушная улыбка. Но она тут же погасла, когда Джим заметил, что у Арден эта новость не вызывает такой радости. – Что? С ребёнком что-то не так? – спросил он, предположив худшее.

– Нет-нет, – Арден покачала головой, – с ним всё хорошо.

– А что тогда? – стал допытываться Джим.

Что же произошло? Ведь вчера она пришла такая расстроенная. Неужели они с Алом поссорились? А вдруг они не хотели ребёнка?

В голову Джима сразу пролезли десятки мыслей одна хуже другой. Он просто не знал, что предположить. По идее, беременность – хорошая новость доя семьи, но тут что-то не так.

– Арден? – Джим вопросительно наклонил голову вбок.

Девушка решила ему рассказать. Всё равно скоро всё раскроется.

***

Лили с Эриданом валялись на диване и смотрели какую-то глупую комедию по маггловскому телевизору. Поттер совсем не думала о фильме, мысли были заняты другим.

Как всё изменилось за последние месяцы. Так странно. Всё было по-другому, иначе. С Дэном так легко. Он ничего не требует от неё, не торопит. Он заботлив, трепетно относится к ней. А главное, не напоминает ей о Скорпиусе. Только с ним оначувствовала себя вне клетки своего прошлого.

Малфой нравился ей, правда нравился. С ним было просто. Лили чувствовала себя счастливой. Возможно, она даже полюбит его когда-нибудь. Чувства к Дэну не тяготили, в отличие от чувств по отношению к Скорпиусу.

С Эриданом всё было понятно, даже предсказуемо, а отношения со Скорпиусом были похожи на американские горки или на хождение по краю пропасти. Вот-вот ты упадёшь, но не падаешь, спасаясь неизвестно как.

Любовь к Скорпиусу Малфою уничтожала её, разрывая на части, но потом собирала вновь, будто даря вторую жизнь, делая целой. Без него она чувствовала себя разбитой, а с ним… Малфой – лучшее, что было в её жизни. Возможно, до Эридана. Он не настойчиво и осторожно излечивал раны, нанесенные Скорпиусом, собирал её разбитое сердце по кускам. Это казалось таким… естественным. Правильным. Лили ни на секунду не усомнилась в своем выборе. Она будет жить дальше, пусть даже с Эриданом. Она достойна счастья.

Поттер почувствовала, как Малфой коснулся её волос, и улыбнулась. Наконец ей спокойно, а на душе полное умиротворение.

Лили посмотрела на экран и обнаружила, что фильм кончился и уже идут субтитры. Эх, а она даже не уловила смысл комедии. Нельзя залипать постоянно, иначе полжизни так пройдет. Лили усмехнулась своим мыслям и потянулась к Дэну, чтобы поцеловать его. Он с готовностью ответил, и Лили губами ощутила его улыбку.

– Понравился фильм? – спросил он, улыбаясь.

– Ага, забавный, – соврала девушка.

Эридан, нахмурившись, посмотрел на неё недоверчивым взглядом. Она шутит.

– Ты серьёзно? – Он выгнул бровь.

– Эм, ну да.

– Чёрт, Поттер, хватит молоть чепуху. Это самый идиотский фильм, какой я только видел! – поражённо воскликнул Малфой.

Чёрт, ошибочка вышла. Лили виновато улыбнулась и сказала:

– Прости, я задумалась…

Тогда Дэн засмеялся и шутливо сказал:

– Ну всё, не буду больше с тобой ничего смотреть.

– Эй, это нечестно! – Лили ткнула парня в бок, и тот немного подскочил от неожиданности.

– Ах, так! – воскликнул он, видимо, готовясь мстить. – Ну держись, Поттер.

Малфой перевернулся на бок и стал щекотать Лили, а та извивалась, смеялась и повизгивала.

Всё так… нормально. Наверное, так и должно быть.

Комментарий к Глава 10. Разлом

Простите за такое долгое отсутствие глав. Постараюсь писать в более привычном режиме.

========== Глава 11. Вопросы без ответов ==========

Альбус чувствовал себя потерянным, брошенным и просто жутко уставшим. От Арден не было вестей целый день. Парень боялся, что с ней что-то случилось, а он даже не узнает об этом. Он только сейчас понял, насколько боится её потерять. Лучше пусть ему отрежут правую руку, да что угодно, но только главное, чтобы жена была цела и невредима.

Альбус извел себя догадками и размышлениями, отец не знал, где девушка. Осталось два варианта: Малфой и… её родители. Мерлин, мистер Коул оторвет ему всё, что можно, если с его дочерью что-то случится.

У Альбуса и отца Арден Растина Коула и так были достаточно напряжённые отношения, плюс ко всему тот был магглом и не доверял волшебникам в целом, а, узнав, что его дочь выходит замуж за одного из них, чуть с ума не сошёл. Его можно понять: этот мир так и остался для него чужим, хотя к нему принадлежали его жена и дочь.

Именно поэтому Альбус решил сначала навестить Скорпиуса Малфоя. Мэнор казался опустевшим, неживым. Альбус резко постучал и отвернулся поглядеть на сад, пока ждал, когда ему откроют. Он, задумавшись, не услышал, как дверь отворилась, и обернулся только когда женский голос произнёс:

– Эм, сэр?

Перед взором Альбуса предстала рыжеволосая голубоглазая девушка, несмело ему улыбающаяся. Она оценивающе спустилась по нему взглядом и, заметив на безымянном пальце кольцо, кажется, потеряла к Поттеру всякий интерес. Странно.

Альбус растерялся и не нашёл ничего лучше, чем спросить:

– А вы тут живете?

– Ну, можно и так сказать, – смущённо пробормотала рыжеволосая. – А вы к Скорпиусу? Сейчас я его позову, проходите, – сказала она, пропуская Альбуса внутрь.

Альбус сел на диван в гостиной и почувствовал, как в нём просыпается злоба. Мало того, что Малфой лез к его жене, так он ещё и по-быстренькому нашёл замену Лили, его родной сестре.

Альбус был удивлен тем, насколько Малфой способен быть подлым. Как так можно, вообще?

Он знал, что чувствовал. Обиду. И разочарование. В друге, в жизни. Одно радовало и расстраивало одновременно. Арден тут не было.

– Поттер? Ты вернулся? – послышалось от двери.

Альбус обернулся и увидел друга, замершего в дверях с видимым удивлением на лице.

– Представь себе, – неприветливо ответил он.

– Поттер, прекрати дырку во мне сверлить. Если ещё злишься – так и скажи, но не устраивай концерт, – вздохнув, сказал Малфой.

Блин, как выводит. Ему как будто плевать на всех, кроме себя.

Альбус вдохнул поглубже, чтобы успокоиться. Концерты сейчас и правда ни к чему.

– Где Арден?

Малфой удивлённо взглянул на него.

– А мне откуда знать? Я её с начала твоей командировки не видел, – честно сказал он.

Стоит, конечно, опустить подробности насчет беременности. Лучше она сама ему скажет, когда будет готова.

– Кто эта девушка? – всё так же недовольно спросил Поттер.

– Саманта, – нехотя ответил Скорпиус.

– Быстро же ты Лили замену нашёл, – зло сказал Ал, вставая.

– Что? – видимо, не поняв его, спросил Малфой. Или это было возмущение. Чёрт его знает.

– Что слышал. Ты даже не пытался, – обвиняющим тоном ответил Ал.

– А смысл? Ей это не нужно, – тихо сказал Скорпиус.

– И поэтому ты нашёл себе подстилку.

Скорпиус возмущённо подскочил к Поттеру и тихо сказал ему:

– Во-первых, не смей так говорить о Сэм. Во-вторых, я с ней не сплю.

Мерлин, Малфой, хоть себя не обманывай.

Увидев скептический взгляд Альбуса, Скорпиус взмахнул руками.

– Знаешь что? Разберись сначала со своими отношениями, а потом лезь в мои.

Да, грубо. Но правда. Арден тогда получила ни за что, да и Поттер так злится, будто сам святоша.

Удар ниже пояса, Малфой.

Альбус ведь и пришёл в поисках Арден. Но почему-то перекинулся на отношения Лили и Скорпиуса. Это неправильно.

– Ну да, ты ведь не только свои, но и мои испортил.

Да, Поттер, нашёл кого во всем обвинить.

Альбус, не став ждать ответа, вышел, хлопнув дверью и ни разу не обернувшись. Остался один вариант – дом её родителей.

***

Лили уже неделю жила у Эридана и чувствовала себя абсолютно довольной жизнью и даже счастливой. Наконец она нашла того, кто понимает её, не торопит и каждый раз даёт новый шанс, когда девушка в очередной раз вспоминает Скорпиуса.

Чувства к нему никуда не делись, просто утихли и отошли на второй план. Эридан был вторым шансом для неё и её сердца, лекарством от болезни по имени “Скорпиус”.

Теперь у него своя жизнь, у неё – своя. Это хорошо для них обоих. С Дэном всё было намного проще и спокойнее. Она и не притворялась, что забыла Скорпиуса и любит его, нет, но Эридан учил её жить заново каждый день, каждую минуту. И он нравился ей всё больше. Возможно, она даже полюбит его. Не так сильно, как Скорпа, но всё же.

В это утро Лили собиралась на работу. У Дэна была какая-то встреча в обед, поэтому он лежал в кровати и с улыбкой смотрел на Поттер.

– Ты всегда так долго собираешься? – спросил он, приподнимаясь на подушке.

Девушка подошла к прикроватной тумбочке за косметичкой, и парень схватил её за руку, притягивая к себе и пытаясь поцеловать. Лили позволила сделать это, а потом сказала:

– Нет, только когда кое-кто постоянно меня отвлекает.

Девушка улыбнулась и легонько оттолкнула Малфоя. Тот упал на подушку, продолжая с интересом за ней наблюдать.

Лили стала красить губы, не обращая внимания на пялящегося на неё Дэна, хотя улыбка так и не сходила с её лица. Ох, так и на работу можно опоздать.

– У кое-кого, между прочим, для тебя есть новость, – довольно сказал Эридан.

– Какая же? – замерев, спросила Лили, так и не докрасив губы. Заинтриговал.

– Вечером расскажу, – хитро проговорил Дэн, вставая и собираясь уйти от беседы.

– Малфой! – возмущённо воскликнула Поттер, поворачиваясь к нему.

– Ну ла-а-адно, – сжалился Эридан. – Мы едем в Рим.

– Что? Как? Нет, – выдала сразу несколько несвязных слов ошарашенная Лили.

Он что, спланировал это без неё?

– Да, – довольно ответил Дэн, наслаждаясь произведённым эффектом.

– Но у меня работа! – воскликнула Лили.

– Я договорился с Анной. Она тебя подменит.

Неужто она согласилась?

Лили с сомнением поглядела на парня. Нет, она бы точно не согласилась.

– Лилс, ты уже опаздываешь, – ухмыльнулся парень и проскользнул мимо неё.

Поттер хотела было догнать его и выпытать подробности, но, посмотрев на часы, поняла, что действительно опаздывает.

Лили, конечно, удивило то, что он прежде не поговорил с ней, но, с другой стороны, это был жутко приятный сюрприз. Только он и она, никаких родственников, никакого Скорпиуса, лишь Лили, Эридан и Италия. Что может быть лучше? Да ничего!

***

Арден понимала, что не может долго жить у брата своего мужа, поэтому на следующий день перебралась к школьной подруге Элизабет. Они редко общались из-за того, что у каждой появились свои заботы, семьи. Ну, у Лиз не было мужа, но она уже около года жила с парнем, который на тот момент как раз был в командировке.

Райт, конечно, удивилась внезапному появлению подруги, но была рада тому, что та скрасит её одиночество.

Больше всего в Лиз Арден любила то, что она никогда не лезет в чужие дела, если видит, что человек этого не хочет. Она пыталась как-то отвлечь Поттер от происходящего, что получалось с трудом. Дени не могла выбросить из головы то, что случилось недавно.

Интересно, как там Альбус? Он ведь уже должен был вернуться из своей командировки. А может, это вообще была не командировка, а запланированный отдых от семейной жизни? Интересно, его хоть волнует, где она? С кем она?.. Ищет ли он её? Волнуется ли?

Было так много вопросов, на которые она хотела бы знать ответ. Но сказать ей это мог только Альбус, видеть которого она совсем не хотела.

Как простить предательство?

Оно ведь как точка невозврата. Можно простить, можно пережить, но забыть – никогда.

Почему он сделал это? Возможно, Поттер больше не любит её, а может, ему были нужны новые ощущения…

Умом девушка понимала, что рано или поздно ей придётся вернуться домой и поговорить с Алом, но так хотелось отсрочить этот момент. Жаль, нельзя сбежать от проблем, а они сами бы решились, будто по мановению волшебной палочки.

Но это реальность. Она сурова, жестока. Ты быстрее сдохнешь, чем найдёшь ответы на все свои вопросы или сумеешь понять поступки другого человека без его помощи.

Самым ужасным в данной ситуации был ребёнок, который с каждым днём давал о себе знать всё больше и больше. А времени было всё меньше и меньше…

Времени на то, чтобы избавиться от него.

========== Глава 12. Второй шанс ==========

Солнце, мороженое и Рим. Что может быть лучше? Да ничего! Лили и Эридан уже почти неделю жили в доме его родителей, и с каждым днём Лили всё больше влюблялась в эту чудесную страну.

Родители Дэна были не такими, как Драко и Астория, но малфоевская властность в них чувствовалась безошибочно.

Они хорошо отнеслись к Лили, да и сами понравились девушке.

Поттер чувствовала, что хотела бы остаться здесь навсегда. Дождливая Англия и солнечная Италия в отношении климата были как небо и земля. Лили любила солнце и тепло, и ей здесь нравилось.

Ночной Рим, фонтан Треви, Испанская лестница, яркие, не закрытые облаками, звёзды и такой привычный и почти родной Малфой. Италия была будто бальзамом для израненной души Поттер, эта чудесная страна, наверное, никого не может оставить равнодушным.

Можно видеть грязь узких улочек и шум итальянцев, а можно интересоваться историей Колизея и красотой Помпей. Конечно, каждый по-разному воспринимает эту страну, но Лили она определенно нравилась, причём с каждым днём всё больше.

Наверное, Италия – лучшее, что было в жизни Лили, и ей совсем не хотелось расставаться с этой чудной страной.

Поттер нравилось сидеть вот так на испанской лестнице и наблюдать за толпами жителей и иностранцев. Это успокаивало. Давало себя почувствовать частью чего-то большего.

– Нравится? – спросил сидящий рядом Дэн.

– Да, Италия – красивая страна. Спасибо, что привёз меня сюда, – улыбнулась Лили, потянувшись к губам Малфоя.

– Если хочешь, можем бывать здесь чаще, – сказал он, прерывая поцелуй.

Было так хорошо, когда Лили рядом. Так привычно и… удивительно правильно. Как будто так и должно быть. Он давно уже такого не чувствовал и не думал, что это произойдёт, но Лили Поттер была как будто его вторым шансом. На любовь, на новую жизнь. Шансом расквитаться с прошлым и постараться забыть старые ошибки…

***

– То есть, ты хочешь сказать, что не знаешь, где моя дочь? – И снова этот тон.

– Да, – тихо ответил Альбус, испепеляемый взглядом Коула. Он чувствовал, что как будто сжимается под ним, словно он маленький мальчик.

Он всё же отважился прийти в родительский дом жены в её поисках. К сожалению, Арден там не оказалось, и теперь её отец устроил Поттеру допрос. Он был зол. Альбус видел это. Ещё чуть-чуть — и Коул проломит ему голову чем-то очень тяжёлым.

Больше этого его волновало только одно: где всё-таки Арден? Не могла же она сквозь землю провалиться.

И сейчас её папаша уже на протяжении получаса продолжает сверлить его своим тяжелым взглядом почти чёрных глаз.

– Мистер Коул, если вы знаете, где она может быть, — просто скажите, – устало сказал Альбус, пряча лицо в ладонях.

Или убей меня без мучений.

Парень бы, наверное, не удивился, если бы Раст достал откуда-нибудь охотничье ружье и засадил ему пару патронов прямо в лицо.

Но тот лишь продолжал невозмутимо разглядывать Поттера. Орлиный нос, волосы, падавшие на лицо, и сигарета в зубах придавали его виду ещё большую брутальность, а взгляд как будто говорил: “лучше не рыпайся”.

Ну Альбус и не рыпался, хотя это всё уже бесило. Он ищет дочь Коула, а тот как будто вообще плевать хотел, просто был недоволен. Как будто у него, блин, яичница на завтрак подогрела, а не дочь пропала.

Вдруг Растин встал с кресла, в котором до этого сидел, и подошёл к шкафу, на котором стояли какие-то альбомы и книги. Поискав немного, он достал альбом и открыл его примерно на середине.

Он подошёл к зятю и, ткнув пальцем в фото, сказал:

– Вот, Элизабет, её школьная подруга. Не знаешь, где она живёт?

Альбус хлопнул себя по лбу. Ну конечно! Они с Райт в Хогвартсе были не разлей вода, вечно таскались вместе, да и потом вроде тоже общались.

– Да, знаю, мистер Коул. Спасибо вам. Я пойду, – вздохнув с облегчением, сказал Ал, вставая, чтобы уйти.

– Не так быстро, Поттер, – донеслось до него.

Альбус замер, не поворачиваясь к Растину, чтобы тот не увидел выражение его лица.

– Я пойду с тобой. А то мало ли опять дочь просрёшь.

***

До Арден уже дошли слухи, что Альбус ищет её. Почему-то она стремилась оттянуть момент их встречи. С одной стороны, ей хотелось посмотреть ему в глаза, увидеть раскаяние… А с другой — ей было так больно, и так не хотелось видеть его. Желательно никогда. Хотелось сбежать на другую планету, чтобы он не смог её найти, чтобы не увидел её разбитое на осколки сердце.

Но её мечты были разрушены виноватым взглядом Элизабет. Она пришла в комнату Арден и сказала, что Альбус пришёл, и не один.

Девушка удивилась. Кого он мог с собой притащить?

Но увиденное поразило Арден настолько, что она стояла перед незваными гостями с открытым ртом, наверное, с полминуты.

В гостиной её ждал Альбус с отцом. Неужели он привел её собственного отца? Или просто не смог найти сам?

Очнувшись и оторвав взгляд от папы, девушка взглянула в глаза мужа. Он выглядел вполне себе невозмутимо, во взоре виднелось лишь беспокойство, смешанное с ещё чем-то, чего она разобрать не смогла.

При отце Арден не стала показывать свои истинные чувства, а лишь холодно пригласила их к столу, предложив чай.

– Что случилось, Ден? – спросил отец, внимательно вглядываясь в её лицо.

Арден постаралась изобразить невозмутимый вид и ответила:

– Да ничего. Мы с Альбусом немного поссорились, и я решила взять паузу.

– И ты поэтому бегала от него по всему Лондону? – проницательно спросил мистер Коул.

Нет. Прекрати. Не докапывайся до правды.

Не в этот раз, пап.

Постаравшись перевести беседу в более безопасное русло, Арден продолжала думать об Альбусе и о том, как поговорить с ним обо всём.

Войдя в дом Райт, Альбус в очередной раз удивился, как он не додумался, что жена может быть здесь. Увидев её, он снова проклял себя в сотый, нет, в тысячный раз. Она была в полном порядке, только явно расстроена. Когда Раст уйдет, они наконец обо всём поговорят. Альбус так хотел остаться с ней наедине и сделать всё возможное, чтобы она его простила.

Он до сих пор не мог решить, говорить Арден правду или нет. Это всё так сложно. Он наконец нашёл её. Разве стоит портить момент этим?

Но теперь он ясно понял. Понял, что ни в коем случае не может её потерять.

Когда мистер Коул наконец попросил трансгрессировать его обратно, Альбус сделал это, надеясь сразу же вернуться в дом Элизабет и поговорить с Арден.

– Не обижай мою дочку, Поттер, – сказал ему Коул напоследок, удалившись затем в свой дом.

Альбус же отправился к Райт. Оказалось, что Арден уже в своей комнате, тогда он поднялся на второй этаж и, постучавшись, вошёл.

Арден стояла спиной к двери, глядя в окно, из которого открывался вид на тёмный ночной город. Подойдя, Альбус встал за ней и, наклонившись, поцеловал жену в плечо. Та вздрогнула, а может, её передёрнуло. А он тихо сказал:

– Прости меня.

– За что?

Альбус не понял, каким тоном она это сказала, но, кажется, Арден… злилась?

– За то, что так уехал, – для начала сказал Ал.

Потрясающе.

– Значит, это всё, за что ты хочешь извиниться? – расстроенно спросила Дени.

Она все-таки думала, что Альбус окажется честнее.

– Прости за то, что накричал, – осторожно сказал Поттер.

Значит, всё.

Альбус всё ещё стоял почти вплотную к ней, и, не выдержав, Арден резко повернулась и оттолкнула его от себя.

– Что не так? – спросил он, взмахнув руками.

– Что не так?! – яростно воскликнула Арден. – Да ты просто урод, Поттер!

Как он мог?! Пусть ещё притворится, будто она чокнутая и всё себе напридумывала.

– Прости? – спросил совсем запутавшийся Альбус.

Он ведь и подумать не мог, что Арден знает.

– Да, Поттер, будь ты актером, непременно получил бы Оскар!

Арден чувствовала, как её просто накрывало бешенство. И обида. Она сводила с ума, не давая дышать.

Видимо, мысли отразились на её лице, потому что, всмотревшись, Альбус понял: она знает. Знает о его измене.

Тогда Поттер сделал шаг к жене, пытаясь подобрать слова. Но можно ли словами исправить то, что натворил?

Арден отступила, глядя на него исподлобья. Со злостью и неприкрытой болью. С разочарованием и обидой.

– Послушай… – начал Альбус, надеясь на разговор.

Мерлин, только выслушай.

– Как ты мог, Альбус? Почему?

В этот момент она показалась себе такой слабой. Будто маленькая испуганная девочка, потерявшаяся в супермаркете.

– Как ты узнала? – наконец решил спросить Альбус.

Тогда брюнетка отошла от окна и достала из сумки конверт с колдографиями.

– Не поверишь, я даже за них заплатила. За колдо, на которых мой муж мне изменяет! Ты это вообще понимаешь?

Альбус тяжело опустился на кровать, не глядя на Дени. Он собственными руками разрушил свою семью и продолжает делать это и сейчас. Он хотел сказать что-нибудь в своё оправдание, но сам не мог его найти. Поэтому просто тихо сидел, глядя в пол и надеясь, что Арден успокоится.

Но её бесило это молчание. Он даже не оправдывался. Она чувствовала себя грёбаной истеричкой, тогда как он тихо сидел и ждал, пока она заткнётся.

– Ну что ты молчишь? – громко воскликнула девушка, подходя чуть ближе.

Скажи, блин, хоть что-нибудь.

Но Альбус молчал, уныло опустив голову на руки. Неужели он даже не будет ничего делать? Пытаться как-то вернуть её? Почему он так спокоен в то время, как её душат обида и ненависть?

– Арден, – тихо сказал Альбус, – послушай. Я увидел, как ты с Малфоем входила в дом, и трансгрессировал. Был зол, напился. Я знаю, это не то, что ты хочешь услышать…

– А ты знаешь, что я хочу услышать? – Арден чувствовала прилив злости.

Как будто это вообще её вина.

Неужели так сложно сказать, что тебе жаль? Просто заставить поверить, что ты раскаиваешься?

– Знаешь что, Альбус? Уходи. Пожалуйста.

Она и не собиралась говорить о том, что беременна. Не сейчас. А может, вообще никогда. Сейчас она отправится к родителям. Туда он вряд ли заявится.

– Дени… – тихо сказал Поттер, надеясь, что она выслушает.

Но девушка помотала головой и вышла из комнаты, больше не смотря на мужа. Наверное, это всё.

========== Глава 13. Мгновения ==========

Это было так странно – после солнечной жаркой Италии погрузиться в прохладу Лондона. Лили не хотелось возвращаться домой, но, конечно, она должна будет это сделать.

Поттер бесило, что за её с Эриданом спинами будто до сих пор стоит тень Малфоя. Дэна воспринимали, как его часть, какое-то подобие.

Поэтому сейчас они валялись на кровати в съемной квартире Малфоя, не желая вставать и куда-либо идти. Всё равно ещё никто не знает, что они уже в Англии.

Поттер задумчиво смотрела в потолок, лёжа на груди Эридана. Через час она снова погрузится в суету родного дома, должна будет по сто одному разу рассказывать про поездку и слушать совсем неважные новости всех её многочисленных родственников.

Как же не хотелось уходить из этого пристанища тишины и покоя. Пожалуй, сейчас, вот именно сейчас, она могла бы сказать, что счастлива.

Глянув на часы, девушка со вздохом поднялась с груди парня, расстроенно посмотрев на него. Дэн грустно улыбнулся и тоже поднялся.

Лили заметила, что сегодня он был каким-то чересчур задумчивым, но ничего не сказала. Возможно, Англия тоже внезапно навалилась на него.

Девушка пошла к выходу и, открыв дверь, повернулась к Малфою, чтобы попрощаться.

– Пока, – сказала она тихо, потянувшись за поцелуем.

Дэн ничего не ответил, лишь откликнулся на её движение. Как не хотелось её отпускать. Он впервые чувствовал такую нужду в человеке. От этого просто сойти с ума можно. От чувств, переполнявших его грудь. Так и хотелось заорать, чтобы они не так сильно давили на грудную клетку.

Лили не хотела прощаться, но Дэн почему-то не спрашивал, когда они увидятся вновь.

Вдруг он разорвал поцелуй и задумался, видимо, пытаясь что-то сказать.

– Лили, – начал он медленно, – я знаю, что ты, наверное, не готова, но не могу не спросить, – он помолчал, будто собираясь. – Ты не хочешь переехать ко мне?

Поттер удивлённо уставилась на него. Она даже не ожидала, что Малфой предложит ей жить вместе.

Она не знала, что ответить. Одно дело, встречаться, ездить вместе в отпуск, но совсем другое – жить в одной квартире.

Картинки из их жизни со Скорпиусом невольно представали перед глазами. Лили просто не знала, что сказать.

– Я… Можно я подумаю? – хрипло спросила она, заглядывая Дэну в глаза.

Он сначала замер, а потом улыбнулся:

– Ну конечно! Но я очень хочу, чтобы ты согласилась!

Да, он хочет. Не просто хочет, ему это нужно. Лили нужна ему. Как лекарство от всех болезней, как начало новой жизни. Как та, кто поможет ему распрощаться с прошлым и больше не вспоминать, а возможно, и измениться.

***

Если бы у Альбуса спросили, что хуже: осознание своей ничтожности или презрение дорогого человека, – он не знал бы, что ответить.

Глаза Арден. Они излучали жгучую боль и разочарование. И Альбус снова и снова тонул во всем этом дерьме.

Час за часом.

Минута за минутой.

Он ненавидел себя, презирал. Едва ли чувства Арден к нему были хуже его собственных.

Мерлин, если бы он мог вернуть время назад. Но он до сих пор не мог понять. Может, он злится на жену за то, что та не хотела его выслушать, понять? А может, он просто прямо сейчас бы трансгрессировал из этого грёбаного дома, свалился перед ней прямо на колени и валялся на полу, как избитая собака, у её ног, пытаясь хоть как-то вымолить прощение.

Он так мечтал снова увидеть её глаза, светящиеся от счастья, улыбку. Почувствовать вкус губ, ставших настолько родными, что кажется, будто он не может без них жить. Её маленькую ручку в своей ладони…

Но сейчас в его руке был лишь бокал с огневиски, а дом был отвратительно пуст и оглушительно тих.

Тишина буквально звенела, взрывая мозг. Кажется, ещё чуть-чуть и– его грёбаные мозги вытекут из ушей, носа и рта.

Чтобы не слышать эту тишину, Альбус с силой бросил бокал в стену. Тот ударился об неё и разлетелся на сотню осколков, со звоном посыпавшихся на деревянный пол.

В доме было так тихо, что звон разбивающегося стекла еще несколько секунд висел в воздухе.

Осточертело.

Он вскочил и ринулся в их с Арден комнату. Туда, где всё пропитано ей.

Он медленно ввалился в спальню. Чёрт, тут даже воздух был другим. Над кроватью на стене висели их совместные колдо.

Бесит.

Не разуваясь, Поттер залез на кровать и лихорадочно стал сдирать колдографии со стены. Не хотелось видеть эти чертовы счастливые лица, потому что он нихера не счастлив. Он просто готов удавиться.

Потом его взгляд упал на шкаф. Там наверняка полно её одежды. Он почему-то решил, что должен избавиться от этих тряпок, чтобы стало хоть немного легче. Хоть на чём-то выпустить свою злобу и ненависть.

Альбус открыл дверцы шкафа и заглянул в него. Первое, на что наткнулся взгляд, – свадебное платье. Она была такой красивой…

Блядь.

Не получится. Он даже дотронуться не смог до этих вещей. Казалось, если он к чему-нибудь прикоснётся – его шибанет Круциатусом.

Бесит.

Злость рвалась наружу, царапая грудь изнутри, как недовольная кошка. Ему просто необходимо…

Он должен как-то, хоть как-то, выплеснуть из себя всё это дерьмо.

Поттер закрыл шкаф, с силой хлопнув дверкой, а потом ударил её кулаком. Костяшки пронзила тупая боль, но кошка в груди, мяукнув, замерла, ожидая, что Альбус сделает дальше.

Когда боль в одной руке утихла, он заехал по шкафу второй. Костяшки и пальцы взвыли от боли, а кошка как будто подавилась его ебаными эмоциями.

Мгновение – удар.

Потом ещё один. Кожа была содрана, и раны начали кровоточить.

Удар.

Жгучая боль пронзила руку. Альбус прислонился лбом к шкафу, тяжело дыша. Это помогло. Он избил чёртов шкаф, как психованный школьник, но это, блин, облегчило боль.

Хотелось завыть от боли и отчаяния, но он почему-то рассмеялся. Надо же, может, он и вовсе больной мазохист?

От этой мысли стало не по себе. Альбус ещё раз ударил по шкафу, но совсем слабо, как бьют старого друга по плечу.

Но кое-что он все-таки понял. Физическая боль может облегчить духовную, но она никогда не выбьет из твоей головы все эти ублюдочные мысли.

Кажется, сейчас ему остается только одно: пойти к Малфою.

Друг всё еще раздражал его, но Альбусу казалось, что он может простить Скорпиусу все, что угодно. Если тот избавит его от этих мыслей, намертво засевших в голове.

***

– Нет, Малфой, подожди! – Саманта вновь догнала его и схватила за руку. – Неужели ты так просто сдашься?

Казалось, её возмущению нет предела. Блядь, Уильямс, отвали по-хорошему.

Скорпиус промолчал, хотя мысленно уже обматерил её, придушил и закопал в саду.

Как же бесит. Почему каждый, кто хоть как-то имеет к нему отношение, считает, что может совать свой нос в его дела?!

Он бы всенепременно сказал Сэм, как она его задолбала, если бы воздух не прорезал почти оглушительный звонок в дверь.

Кто бы там ни притащился, Малфой был ему крайне благодарен, ведь гость спас его от нравоучений Уильямс.

Скорпиус вырвал из ладоней девушки свою руку и с напускным спокойствием сказал:

– Лучше дверь открой.

Сказав это, блондин развернулся и пошёл в гостиную. Его не интересовало то, кто сейчас находится за дверью. Абсолютно. Ему похер, лишь бы Сэм оставила его в покое хоть на десять грёбаных минут, иначе он боялся свернуть ей шею.

Интересно, на сколько сажают в Азкабан за убийство в состоянии аффекта. Хотя… В данном случае его бы точно оправдали. Уильямс кого угодно достанет, мать её.

– Э-эм, Скорпиус. Это, кажется, к тебе, – раздался неуверенный голос девушки.

Ну, кто там притащился?

Скорпиус вышел в коридор и замер, удивлённо вскинув брови. На его пороге, спиной к двери, сидел Альбус Поттер собственной персоной. Причем, кажется, он был пьян вдрызг. Видимо, они с Арден так и не помирились.

Малфой сел перед другом на корточки и пощёлкал пальцами перед его лицом. Поттер нахмурился, но глаза так и не открыл.

Тогда Скорпиус позвал его и несильно ударил по щеке. Это, кажется, подействовало.

Альбус посмотрел на Малфоя затуманенным взглядом, но ничего не сказал. Скорпиус же спустился взглядом по телу того. Все костяшки пальцев были разбиты и ободраны. Неужели он с кем-то сцепился? Но других повреждений блондин не заметил.

– Надо отвести его в дом, – вдруг сказала Сэм, до этого молчавшая.

Скорпиус поднялся и пристроился так, чтобы рука Поттера оказалась на его плече. Сам же он приобнял друга за талию и после этого осторожно поднялся.

Когда Альбус был успешно втащен вовнутрь и водружён на кожаный диван, Малфой пошёл за отрезвляющим зельем, а Сэм – за аптечкой.

Ей казалось, что обработка ран скоро станет её повседневным занятием. Интересно, из-за чего этот, судя по всему, порядочный семьянин так накидался, а потом ещё и подрался?

Малфой влил в рот друга зелье. Альбус закашлялся, но проглотил смесь. Потом посмотрел на Скорпиуса и Саманту одуревшими глазами.

Тогда Скорп обрызгал его водой из палочки. Поттер этого совсем не ожидал, но был крайне возмущён таким поведением.

– Чёрт, блядь, Малфой! – выругался Альбус.

Малфой довольно усмехнулся и дал дорогу Сэм, чтобы та могла обработать раны Ала.

Она неуверенно улыбнулась брюнету и, взяв его руку в свою, принялась смывать запёкшуюся кровь, а потом смазывать раны какой-то странной жидкостью.

Альбус зашипел от боли, но не дергался, понимая, что девушка ему очень помогает. Он виновато глянул на Малфоя, но того это, кажется, не тронуло.

Закончив, Саманта пошла относить всякие эти банки и склянки, а Скорпиус устроился напротив Альбуса, немного взволнованно глядя на него.

Что такого могло произойти?

Ал сначала не хотел ничего рассказывать Скорпу, но потом всё вышло как-то само, и буквально через десять минут Малфой уже знал обо всём, что натворил его друг.

Он обалдело смотрел на Поттера, не веря своим ушам. Надо же, до чего Альбус докатился. Скорпиус мог представить его ненависть и презрение к себе, потому чувствовал это каждый раз, обижая Лили. Только у них с Арден всё гораздо хуже. Ведь Скорпиус знал кое-что, неведомое Альбусу. Ден беременна, а Поттер не в курсе, значит, он не имеет права рассказать тому, если Арден не захотела сделать это сама. Всё очень плохо.

Похоже, Альбус за последний месяц побил все рекорды ебанутости и дебилизма, кажется, превзойдя даже самого Малфоя. Удивительно.

Комментарий к Глава 13. Мгновения

Я сейчас страдаю крайним недостатком времени, так что следующая глава будет, скорее всего, только в июне. Не знаю, когда именно, в начале или во второй половине.

========== Глава 14. Безупречность ==========

Комментарий к Глава 14. Безупречность

* Flawless - Neighbourhood (Безупречная)

Она не хотела, чтобы он убежал, он не хотел, чтобы она боялась.

Простите за задержку, я уже почти закрылась:)

Жду Ваших мнений.

She didn’t want him to run, he didn’t want her to fear.

Арден, услышав будильник, сонно разлепила глаза, потом выключила его. Вставать было неохота.

Она всё ещё жила у Лиз, ведь домой возвращаться совсем не хотелось. Ден знала, что Альбус пока живет то ли у Джеймса, то ли у родителей, а собственный дом казался как никогда пустым и одиноким. Да и всё там напоминало о муже и о том, что случилось.

Забавно, Арден ведь никогда не могла подумать, что Альбус ей изменит. Наверное, в этом и есть её проблема: она всегда думает о людях немного лучше, чем есть на самом деле. Но разве так не должно быть, когда ты живешь с человеком столько лет? Разве ты не должен доверять ему полностью?

Многие разочаровывали её, но Альбус – никогда. Кроме этого раза. Как после этого вообще доверять людям?

Девушка потёрла глаза и решила, что нужно перестать жалеть себя и подняться с кровати. Они с Лиз договорились пойти в Мунго, чтобы записаться к врачу. Арден не знала, правильно ли поступает, но ей казалось, что так нужно. Ей не хотелось ни видеть Ала, ни говорить с ним, ни, тем более, вынашивать его ребенка. Быть может, он и совершил ошибку, но почему-то некоторые вещи гораздо проще простить чужим людям, чем родным. Она пыталась заставить себя его простить, но это было как никогда сложно. А ещё он не приходил. После того раза он уже почти две недели даже не пытался снова просить прощения.

И это бесило.

Поттер ни разу не пришёл, даже зная, где она. Может, боялся, может, не хотел – как знать, но это всё равно раздражало. И обижало.

Девушка всё-таки заставила себя встать с кровати и спуститься на первый этаж к Элизабет, которая уже что-то делала на кухне.

Есть совсем не хотелось, и Арден отказалась от предложенных тостов с маслом и джемом, лишь попила чай. На самом деле, почему-то девушке уже около недели совсем не хотелось есть, не то чтобы кусок в горло не лез, просто не хотелось. Не было желания. И она ела максимум один-два раза в сутки.

Арден знала, что должна была набрать вес во время беременности, но заметила, что, наоборот, потеряла несколько килограммов. Даже скулы казались острее, руки немного тоньше и как будто бледнее.

Собравшись, они с Элизабет трансгрессировали в Мунго. Найдя женскую консультацию, девушки вошли через большую стеклянную дверь. Тут все как будто светилось и казалось стерильно-чистым. Вокруг ходили санитары, медсёстры, врачи в белых халатах и, конечно же, толпы беременных женщин, глядя на которых, Арден думала о том, что, возможно, ей не придётся это переживать. Было обидно, на самом деле, даже чуть ли не до слёз.

Проследив глазами коридор, она увидела стойку регистрации и тихо выругалась. За ней стояла Лили Поттер.

Элизабет потянула Арден к стойке, и Лили их заметила и удивленно вскинула брови:

– Арден?

– Привет, Лили, – брюнетка натянуто улыбнулась.

Как ей хотелось испариться отсюда, да хоть под землю провалиться. Как она скажет Лили, что хочет избавиться от ребенка её брата?

Лили с ожиданием смотрела на Арден, и та наконец решилась сказать хотя бы что-то:

– Мне нужно записаться к врачу.

– А на что? – спросила Поттер, глядя в книгу записей и делая там какие-то пометки.

Чёрт, чёрт, чёрт.

Арден вздохнула и, сглотнув, сказала:

– На аборт.

Рука Лили замерла над страницей, потом девушка медленно подняла глаза на брюнетку и недоверчиво поглядела на неё исподлобья.

– Что? – тихо спросила она.

– Ты слышала, Лили, – устало сказала Дени, с ожиданием глядя на Поттер.

– Какого чёрта?

Арден тяжело вздохнула, но отвечать не стала.

– Ты что, залетела не от Ала? – выдала своё гениальное предположение Поттер.

– Нет, Лили! – возмущённо воскликнула брюнетка. – Да и вообще, это не твоё дело.

– Нет уж, подожди. Это ребенок моего брата, а ты просишь меня записать тебя на аборт? Ты поехавшая, что ли? – Арден нетерпеливо взмахнула рукой и уже собралась уходить, когда Лили её окликнула: – Погоди.

– Что? Хочешь мне ещё что-то сказать по этому поводу?

– Слушай, я не собираюсь говорить ничего такого. Ты знаешь, что не нравилась мне в школе.

Арден закатила глаза:

– Ещё бы. Кем ты меня там считала? Принцесской, которой не терпелось поиздеваться над твоим братом?

Лили нахмурилась. Примерно так она и считала, но суть не в этом.

– Ну, в общем, да. И знаешь, я скажу тебе это только один раз: ты хороший человек. А вы с Алом, может, и поссорились, но, я думаю, скоро это изменится. И ты будешь жалеть. Вы захотите детей, а это опасная процедура, и у тебя их может после этого вообще не быть. Не торопись, пожалуйста, – попросила Лили.

И вдруг Арден поняла, что ей этого хватило. Всего пары предложений хватило для того, чтобы она уже не хотела это сделать. Неужели она настолько безвольная? Или просто Поттер права?

Забавно. Она была так уверена в своём решении, что даже не подумала о последствиях.

Ну и кто тут идиотка?

– Ладно, – почти шёпотом согласилась Арден.

– Что-что? – спросила Лили, хотя Дени на сто процентов была уверена, что та её слышала.

Арден закатила глаза. Несносная Поттер. Всегда такой была.

– Ты права, довольна?

Лили довольно улыбнулась, а Арден, кивнув ей на прощание, уже решила удалиться, когда услышала:

– Альбус ведь не знает, так? Хм.

Брюнетка не стала ничего отвечать и, не поворачиваясь к Лили, вышла из консультации.

***

Лили задумчиво смотрела вслед удаляющейся Арден. Удивительно. Эти двое всегда казались ей идеальной парой. Просто два абсолютно совместимых и беззаветно любящих друг друга человека. А сейчас их брак на грани распада из-за какой-то глупой ссоры. Девушка знала, что не может допустить разрушения семьи брата.

Поттер вставила ключ в замок и обнаружила, что дверь открыта. Она вошла и заметила в гостиной Эридана, лежащего на диване и читающего книжку. Поцеловав парня в лоб, Поттер спросила:

– Почему не закрываешься?

Улыбнувшись, Дэн оглядел её и поздоровался, потом снова уставившись в книгу.

Перед ужином Лили решила переодеться в нечто более подходящее для предстоящего визита. Она надела чёрную юбку, на которой была сотня разных крупных цветов, а сверху обычную тёмную футболку.

Она раскладывала по тарелкам брокколи с индейкой, когда Дэн вошёл на кухню и сел за стол.

Поглядев на Лили, он спросил:

– Ты куда-то собралась?

Лили, ставя тарелки на стол, кивнула, а потом села напротив. Она думала, как сказать ему о том, что сегодня произошло.

– Знаешь, сегодня ко мне в больницу приходила Арден, – начала она.

– И что она хотела? – спросил Дэн, кладя в рот брокколи.

– Она беременна. – Дэн удивлённо вскинул бровь. – И намеревалась сделать аборт. Я хочу рассказать Альбусу.

Дэн удивлённо на неё покосился:

– А врачебная тайна?

– Да к чёрту тайну, он мой брат! – воскликнула Лили.

Она со стуком положила вилку на тарелку и схватила зелёную бумажную салфетку, начав задумчиво её мять, а потом расправлять обратно.

Как сказать Дэну, что Ал в Малфой-Мэноре?

“Кхм, дорогой, прикинь, мой брат сейчас живёт у моего бывшего, но мне жуть как надо его его увидеть. Ты же не против?”

Или, например:

“Знаешь, мой брат живёт сейчас у твоего брата, который, к тому же, мой бывший парень,но это же ничего?”

Зашибись.

Отлично звучит.

– Он живет у Малфоя.

На лице Дэна заходили желваки. Он сжал вилку, которую держал в руке, так, что костяшки его пальцев побелели. С уверенностью можно было сказать, что он в бешенстве. Да Эридан сейчас просто лопнет от злости!

Лили испуганно уставилась на него, но буквально через несколько секунд его ярость прошла. Её будто и не было. Пуф! И она исчезла, растворилась, как вода в спирте.

Хм, ну да, на то он и Малфой, чтобы контролировать гнев, ярость, ненависть. Не показывать это.

Он казался ей ледяным принцем, холодным и беспощадным. Но в то же время таял от одного её прикосновения.

– Я пойду с тобой, – объявил объект её размышлений.

Ну, что ж, в Мэнор так в Мэнор.

Лили улыбнулась Эридану, в то же время думая о том, как это будет ужасно. Просто полный провал. Полнейший.

========== Глава 15. Последний шанс ==========

Держи лицо.

Лили повторяла это себе снова и снова, ожидая встречи со Скорпиусом, которого не видела уже несколько месяцев. Она так боялась встречи с ним. Изменился ли он? Или её реакция на него? Девушка не знала. Но точно понимала, что не сможет без некоторого шока смотреть ему в глаза.

Она нервно переминалась с ноги на ногу, ожидая, пока Малфой подойдет. С ней был Эридан. С одной стороны, это успокаивало, с другой — мало ли что могло произойти во время этой короткой встречи.

Малфой шёл слишком долго. Так долго, что Лили готова была потерять всякую решительность и убраться отсюда к чертям собачьим. Но осознание того, что Дэн крепко держит её за руку, немного подбадривало её, давало хоть какую-то уверенность. Крохотную.

Послышались тяжёлые шаги Скорпиуса.

Держи лицо.

Лили заторможенно наблюдала за тем, как ручка медленно поворачивается и дверь начинает открываться. Сейчас.

На пороге показался недовольный Скорпиус. Ну да, Лили как-то не учла, что сейчас время совсем не для визитов, но, когда на кону стояла семья её брата, девушку совсем не заботила вежливость.

Лили сначала заметила чёрные лакированные ботинки, а потом, постепенно поднимая глаза, наткнулась на вопросительный холодный взгляд серых малфоевских глаз. Её передёрнуло, но, кажется, больше Лили ничем не выдала своих чувств.

Нежность. Тоска. Отчаяние. Боль. Обида.

Это всё пожирало её изнутри, разрывало внутренности.

Но самым ужасным было то, что во взгляде Скорпиуса она видела то же самое, только приправленное холодом и злостью. А ещё ненавистью к Эридану. Лили почти физически ощущала напряжение, исходившее от них обоих.

Держи лицо.

Поттер неуверенно кивнула Скорпиусу, и тот разорвал молчание в своей привычной манере:

— Ты мне её возвращаешь? — Скорпиус кивнул на Лили, глядя на брата. — Или вы решили связать себя узами брака и хотите знать моё мнение? Благословляю вас, дети мои! — воскликнул он, театрально взмахнув руками.

Да ты просто актёр! Или придурок.

Лили недовольно зыркнула на Малфоя, и тот прекратил паясничать. Но посмотрел на неё так, будто говорил: “Неужели ты думаешь, что тебе здесь рады?”

Она не думает. Она уверена. Ей здесь совсем не рады. И Малфой показывал это всем своим видом.

— Мне надо поговорить с Алом. Я знаю, что он здесь, — проговорила Лили, сделав вид, что поведение Скорпиуса её вовсе не задело.

Придурок.

Держи лицо.

Наконец-таки Малфой соизволил позвать Альбуса. Лили не смогла сдержать удивление, когда увидела брата. Побитая собака и та выглядит получше. Бледный, потрёпанный, с мешками под глазами и опухшим от пьянства лицом. Мерлин, любовь не приводит ни к чему хорошему.

— Есть разговор, — сказала Поттер, недовольно и обеспокоенно глядя на брата.

Тот кивнул и вошёл в гостиную следом за ней.

Лили не знала, как начать. Как сказать Альбусу, что Арден носит его ребенка, а сегодня пыталась сделать аборт? Девушка села на кожаный диван и похлопала по нему, приглашая Альбуса сесть рядом.

— Сядь, — убедительно сказала она, глядя на брата исподлобья.

Он послушался и присел рядом. Лили начала перебирать складки на юбке, не зная, как начать разговор.

— Лилс, если разговор был предлогом прийти в Мэнор — подмигни, — попытался пошутить Ал.

Девушка печально усмехнулась и попыталась начать:

— Сегодня я видела Арден.

Альбус сразу помрачнел и опустил взгляд на свои руки, будто увидел там что-то очень интересное.

— Как она? — наконец, справившись с собой, спросил он.

— Ал… — Лили помолчала, пытаясь подобрать слова. — Она беременна.

Юноша удивлённо встрепенулся и посмотрел на сестру во все глаза.

— Она приходила в больницу, чтобы сделать аборт. — Не выдержав, Альбус опустил голову на руки, а потом резко вскочил и заходил по комнате. — Я отговорила её. Но надолго ли?

Лили тоже встала и подошла к Альбусу, замершему у окна. Он думал о том, что натворил, и о том, что может натворить Ден, пока они в ссоре. Брюнет чуть не взвыл от отчаяния и схватился за волосы, но это не помогло.

— Я не знаю, что у вас произошло, но ты должен поговорить с ней, — Лили положила руку на плечо брату, стараясь убедить того в своих словах.

— Я… Я так виноват, — горько прошептал Поттер, проводя ладонями по лицу.

Лили знала, как ему тяжело. Догадывалась, по крайней мере. Но он должен пытаться, ведь они с Арден — муж и жена, семья. И их должно было стать на одного больше. Ведь внутри Дени живет маленький человек, и они обязаны сделать всё, чтобы спасти его.

За стеной Эридан и Скорпиус пытались сохранить хоть какой-то нейтралитет. Хотя бы видимость.

Скорпиус рассматривал кузена исключительно как человека, разрушившего его жизнь. Ведь именно этот мудак забрал у него Лили, забрал компанию. Он и никто другой.

Эридан же чувствовал всё то же самое, только с другой стороны. И ещё он чувствовал своё превосходство. Что может быть лучше осознания того, что ты собственноручно втоптал своего ублюдочного братца в дерьмо?

Но Скорпиус знал Дэна слишком хорошо. И знал Поттер. Долго они не протянут. Тогда какой смысл бороться за призрачную надежду на отношения, если можно бороться за нечто более материальное?

— Слушай, Дэн, — начал Скорпиус, — у тебя есть Лили. На кой чёрт тебе целая компания?

Эридан понял, к чему клонит кузен. Видимо, тот решил больше не бороться за любовь всей своей жизни и поменять её на компанию. Что ж, почему бы и да? Эридан пообещал Скорпиусу поговорить с Драко, и буквально через пару минут из гостиной вышли печальные Лили и Альбус.

***

Альбус бродил по улицам, думая о том, как он ненавидит дождь. Сырость, грязь и холодные капли, стекающие с волос за шиворот. А ещё он думал о том, какой он идиот.

Что ж, раз такая погода, почему бы не заняться самобичеванием?

Действительно.

Почему люди не ценят то, что у них есть? Почему мы не замечаем лучшее в своей жизни и тянемся куда-то выше, хотя где-то в глубине души осознаем, что не получим большего?

Почему мы готовы променять старого друга, который никогда тебя не предаст, на малознакомого человека, который поначалу кажется жутко интересным? Кажется, что этот человек — тот, кого ты искал всю жизнь.

Все люди — идиоты. И он идиот. Или сволочь. Альбус ещё не придумал эпитета, достаточно ясно характеризующего его дурные поступки и гнилую личность.

Кому-то плевать на чувства других, кто-то готов отгрызть себе локти за одну ошибку.

Все люди разные, но все идиоты.

Он не заметил, как вымок до нитки, не заметил, что уже прошёл дом, в который хотел попасть. Ему нужно было поговорить с Арден. Но о чём? Об их разваливающейся семье? О ребёнке, который ей нахер не нужен? Или, может, о том, какой он придурок?

Разве можно убедить в чём-то человека, которого ты предал?

Разве можно слушать человека, который растоптал твоё доверие?

Альбус, наверное, очень наивный, если так думает. Но Арден… Она всегда доверяла ему. Даже слишком сильно.

Он поплёлся обратно к дому Элизабет, у которой Арден до сих пор жила. Постучав, Альбус прислонился лбом к двери, ожидая, когда ему откроют. Он был удивлён, что открывают так долго. Хотя что удивительного, если сейчас уже за полночь?

Услышав за дверью шаги, Поттер отошёл от двери и громко сказал:

— Откройте.

Человек за дверью, видимо, замялся, сомневаясь, стоит ли открывать. Альбус снова постучал и, наконец, услышал, как замок открывается. Перед его взором предстала Элизабет в белой ночной рубашке. Она сонно и удивлённо смотрела на него, ожидая, что он скажет.

— Ммм, мне надо… — Альбус рукой показал внутрь.

Лиз сложила руки на груди и прислонилась плечом к косяку, не пуская Поттера вовнутрь. Но он не хотел тратить ни силы, ни время на уговоры, поэтому просто немного оттолкнул девушку рукой, входя в дом.

— Стой, Поттер! — зло воскликнула она.

Но Альбус будто и не слышал. Он торопливо взбежал по лестнице и стал заглядывать в комнаты на втором этаже, пытаясь найти ту, в которой была Арден.

Одна комната оказалась заперта, всего лишь одна. Остальные были пусты. Альбус прислонился грудью к двери и попытался нажать, чтобы открыть, но та не поддалась.

— Открой, — негромко сказал он, зная, что Арден слышит. — Открой дверь.

Из комнаты раздался какой-то шорох, но дверь осталась запертой. Он не уйдёт. Не уйдет просто так. Сейчас, возможно, его последний шанс вернуть былое. Альбус не может его упустить.

— Открой дверь, Арден, — громко повторил он, ударив по двери кулаком.

Я не могу без тебя.

========== Глава 16. Маска ==========

— Открой дверь, Арден.

Девушка прижалась спиной к двери, не зная, как поступить. Стоит ли открывать? Или не сделать этого будет огромной ошибкой?

Арден много думала, очень много. Она знала, что Альбус совершил ошибку, но от этого легче не становилось.

Как любить людей, если они только и могут разочаровывать?

И с каждым днём простить Альбуса не становилось легче. Сложнее. Время лечит? Чушь. Время ни черта не помогает, особенно в подобных случаях. Время всё меняет местами. Сначала Дени считала себя виноватой перед мужем, а теперь что? Теперь она не может простить ему поступок, совершенный в порыве ревности и гнева. Он идиот. А она дура. И что с этим сделаешь? Ни-че-го. Можно вообще обвинить во всём долбаного Малфоя. Но какой в этом смысл?

Вздохнув, девушка повернулась к двери лицом. Она знала, что Поттер не ушёл. Будто чувствовала его присутствие там, за дверью.

Осторожно повернув ключ, Арден отошла от двери, ожидая, когда муж войдёт.

Ручка медленно начала опускаться. Девушка следила за этим, будто в замедленной съемке. Она ждала встречи с Альбусом и боялась. Боялась потому, что знала, что сможет простить ему всё, что он может сделать. И это бесило, это так раздражало, что она была готова удавиться.

Наконец дверь начала открываться. Арден уже могла видеть кроссовки Альбуса, джинсы. Поднимая взгляд, она следила за тем, как дверь открывается шире и в проёме появляется чёрное поло, а потом и лицо мужа.

Такое родное и в то же время такое далёкое.

Альбус был весь мокрый. С волос на лоб и щёки падали крупные капли воды, стекая по шее за шиворот и на грудь. Его лицо было очень бледным и уставшим.

Наконец Поттер поднял глаза, и Арден даже отступила под напором тяжёлого, измученного взгляда. Хотелось простить ему всё.

Альбус молчал, то ли не зная, что сказать, то ли просто потому, что устал.

— Скажи что-нибудь, — наконец проговорил он.

Голос был хриплым, а его хозяин казался вымотанным. Эти слова были вымученными.

Альбусу хотелось просто свалиться здесь и никуда не идти, ничего не говорить. Он не был готов слушать то, что скажет Арден, не был готов отвечать за свои поступки. Не сейчас. Он чувствовал себя подростком, не способным на серьёзные действия, но просто не мог.

Как он тогда сможет растить ребёнка? Если сам ещё не вырос достаточно.

И-ди-от.

А Арден всё молчала. И это действовало на нервы. Хотелось выместить злость и усталость на чём-то.

Но Альбус терпеливо ждал того, что скажет жена. Он должен ждать, терпеть мучения за то, что натворил.

Режим самобичевания снова включён.

Но кому это нужно? Кому это поможет? Никому и ничем.

Поэтому Альбус постарался успокоиться и снова с ожиданием посмотрел на Арден.

— Может, тебе уже стоит что-нибудь сказать? Извиниться, например, — сказала наконец девушка, сложив руки на груди и глядя на молчавшего Поттера. — Ты трус, Альбус, — прервала она длительное молчание. — Ты даже не можешь признаться себе в этом. И в том, что ты придурок. Я такая идиотка… — при этом она взъерошила волосы, глядя куда-то мимо мужа, будто обращаясь к самой себе.

— Прости меня, — тихо сказал Ал. — Я мудак, я знаю, но я не хотел причинить тебе боль. Ты — самое дорогое, что у меня есть.

Арден горько усмехнулась и сказала:

— Да? Не похоже.

Тогда Альбус продолжил:

— Я не могу без тебя жить, не потому, что это, мол, невозможно, как говорят. Я, наверное, смогу. Просто такое ощущение, как будто я разучился это делать. Знаешь, как когда лет десять не катался на велосипеде, тебе кажется, что, сев на него, ты не справишься с управлением и расшибёшь колени? Вот и я так. Разобью колени, пытаясь вновь научиться жить без тебя.

Арден зачарованно слушала Ала, глядя на него во все глаза. Конечно, её ещё никогда не сравнивали с велосипедом, но то, что он сказал, было особенным. Ей никогда никто такого не говорил.

Она просто не знала, что на это ответить, поэтому просто тихо сказала:

— Ты весь продрог. Я сделаю тебе чай. — И выскользнула из комнаты.

***

Он снова был не прав, собственно, как и всегда. Скорпиус убедился в этом, когда Сэм назвала его придурком и удалилась, при этом эффектно хлопнув дверью.

Я женщина, значит, я актриса. Конечно.

Какое ей вообще дело?

Юноша сидел на пороге Малфой-Мэнора и задумчиво глядел на серое сентябрьское небо. С одной стороны, он понимал, что это жутко лицемерно — клясться Поттер в любви, а потом будто променять её на отцовскую компанию, с другой — знал, что это ложь и он никогда не смог бы по-настоящему отказаться от Лили. Только не в этой жизни. И не в следующей.

Он знал, что вёл себя, как ублюдок. Иногда ему становилось от этого плохо, но в остальное время так было гораздо легче.

Маска холодности и лицемерия уже давно приросла к его лицу, как вторая кожа, и только Лили Поттер могла отодрать её своими хрупкими руками. А теперь маска прилипла к его коже с новой силой. И пусть Сэм это бесило, раздражало, но так Малфой чувствовал себя под защитой. Он с детства защищался от внешнего мира таким образом, потому что знал, что всем на всё насрать. Никого не интересуют чужие проблемы.

Когда у вас спрашивают “как дела?”, ждут, что вы ответите “всё отлично, спасибо”, а не станете рассказывать, что вас кто-то бросил, умерла бабушка, да и вообще “голова на погоду что-то болит”. Это никому не нужно. Все это прекрасно понимают, но почему-то не торопятся признать. И почему-то не говорят, что это лицемерие, а лицемерами считают тех, кто скрывается за своими защищёнными стенами, которые возводили всю жизнь в попытке защититься от внешнего воздействия.

Скорпиус настолько глубоко погрузился в свои мысли, что не услышал, как за спиной хлопнула дверь. Он обнаружил появление Уильямс только тогда, когда она шмякнулась на ступеньку рядом с ним.

Малфой вздрогнул, но не посмотрел на девушку. Саманта, видимо, хотела что-то сказать ему, но не решалась, поэтому Скорпиус нарушил молчание:

— У меня приёмный день по четвергам, Уильямс.

Девушка недовольно на него покосилась, а потом усмехнулась:

— Ты, когда обижаешься, так похож на пятилетнего. — Её голос был обманчиво заботливым.

Малфой, буравя девушку взглядом, притворно ласково сказал:

— Почему бы тебе не отправиться в увлекательное путешествие в зад соплохвоста, Сэм?

Почему каждый считает себя обязанным влезть в его жизнь?

— Ну, не дуйся, сладкий, — приторно проговорила Саманта. — Кто же виноват, что у тебя в голове вместо мозгов опилки и ты решил получить обратно свою компанию, раз с Лили не срослось?

Каждым словом она будто ножом била его в грудь.

Класс, Уильямс, ты, как всегда, умеешь поддержать и подставить плечо.

Ему и так херовее некуда, ещё и она тут со своими нравоучениями.

— Отвали по-хорошему, а? Я, конечно, понимаю, что совокуплять мне мозг — твое любимое занятие, но это не повод делать так постоянно.

Он начинал злиться и видел, что Сэм тоже бесится. Того и гляди сейчас вскочит, наорёт на него, а потом обратно влетит в дом, как ужаленная.

— Знаешь что, Малфой, гиппогриф тебя затопчи?! — Сэм и правда вскочила и воскликнула, сверля Малфоя взглядом. — Ты идиот! А Поттер, узнав, что ты сделал — а она обязательно узнает, — никогда к тебе не вернётся, придурок ты белобрысый!

Кажется, кто-то в бешенстве.

Малфой уже хотел было разозлиться, но потом понял, что в чём-то Сэм права, и поэтому просто встал со ступеньки и трансгрессировал. Какой смысл спорить с кем-то, считающим, что он безоговорочно прав?

Заебало.

========== Глава 17. Мука ==========

Комментарий к Глава 17. Мука

Очень классные песни к главе:

Citizen Cope - son’s gonna ride

Jets Overhead - where did you go?

Сентябрь уже полностью вступил в свои права. Облака загораживали солнце, и казалось, что вот-вот пойдёт дождь.

Это лето было для них тяжёлым, и Арден была даже рада, что оно кончилось. Она ещё раз поглядела в окно, убеждаясь, что погода безвозвратно испортилась.

Они с Альбусом прошлым вечером вернулись домой. Девушка больше не хотела напрягать Лиз и понимала, что без неё муж домой не вернётся, а это означает для него новые мытарства в попытке найти ночлег у родственников или друзей.

Арден было как-то неловко ложиться с ним в постель, но Альбус, кажется, понял это без слов и тактично ушёл спать в гостиную.

За это время она уже и забыла о том, кто он и как хорошо иногда её понимает.

Дени вошла в спальню и ужаснулась. Он был здесь. Когда её не было. Покрывало было почти сорвано с кровати, угол его лежал на полу.

По постели и паркету были разбросаны колдографии и осколки от рамок, в которых они были. Девушка принялась аккуратно собирать колдо, но вдруг случайно порезала руку.

— Чёрт! — воскликнула Арден, вскакивая с корточек и зажимая порез другой рукой.

Она почти бегом отправилась в ванную, чтобы промыть рану от возможных осколков.

Девушка не услышала, как Альбус вошёл в помещение, и обратила на него внимание только тогда, когда заметила отражение мужа в зеркале.

Он, ничего не говоря, открыл шкафчик и достал заживляющее зелье. Арден всё это время следила за ним, не отводя глаз от зеркала. Но потом, будто очнувшись, выключила воду и развернулась к Альбусу. Как-то неловко и немного вымученно улыбнулась, а он ободряюще кивнул в ответ.

Его лицо казалось непроницаемым, но вот глаза улыбались. Она видела это. И стало как-то легче, даже порез будто болел не так сильно.

Арден ждала того, что сделает Ал, что он скажет. Но он молчал. Просто подошёл, взял её руку в свою и стал аккуратно, стараясь не сделать ей больно, смазывать рану. Один раз он случайно надавил слишком сильно, и девушка тихо зашипела от боли.

— Прости, — глухо сказал Поттер, не поднимая глаз на жену.

Закончив смазывать рану, Альбус перевязал её руку бинтом. Арден благодарно улыбнулась и хотела уже уйти, но юноша сжал её кисть, не давая сделать это. Арден не понимала, зачем, чего он хочет.

Тогда Альбус сделал шаг вперед, становясь почти вплотную к ней. Инстинктивно Ден сделала шаг назад, почувствовав поясницей холод раковины.

Она поняла это. Поттер терял контроль на её глазах, хотя и пытался его удержать.

Он был настолько близко, что Арден чувствовала горячее дыхание на своей щеке. Отступать было некуда, но девушка не была готова. Только не сейчас.

Остановись, Поттер.

Но, конечно же, он не мог слышать её мысли, то, о чём буквально кричало её нутро. Она не могла его оттолкнуть, но не могла и чувствовать эту близость. Это казалось неправильным.

Девушка так и чувствовала, что Джонсон стоит между ними и ещё долго будет стоять. Это было сложно. На ум сразу приходили те колдо, а в голове возникали картинки того, как Поттер ей изменяет. Арден нахмурилась и немного отвернула голову, когда почувствовала, что Поттер готов поцеловать её. Его губы коснулись её скулы.

Альбус изумлённо вздохнул и очень-очень тихо сказал:

— Я…

Он не закончил говорить, почувствовав на груди свободную руку жены, ведь другую он всё ещё держал в захвате.

Это не было проявлением нежности, это было громким сигналом “СТОП!”.

На скулах Альбуса заиграли желваки, но он ничего не сказал, молча отпустил её руку и дал пройти.

Арден могла поклясться, что через минуту слышала какой-то звон из ванной.

Даже при воспоминании об этом моменте руки почему-то начинали трястись. Они уже давно не были так близко и одновременно недостижимо далеко. Арден вынырнула из воспоминаний и потёрла шрам, который остался на месте зажившего пореза воспоминанием о прошлом вечере.

С вечера она ещё не видела Альбуса, точнее, не выходила из спальни, а он не заходил. Видимо, ему тоже было неловко после произошедшего.

Ей не хотелось оставаться в комнате весь день, но и трансгрессировать, как последняя трусиха, Арден бы не стала. Хотя жутко хотелось испариться. Исчезнуть. Никогда не видеть его лица, глаз, не чувствовать прикосновений и не вспоминать их.

Мееерлин.

Она была готова сойти с ума. Сбежать на край света. На другую планету.

Но как сбежать от чувств, которые сдавливают горло ошейником, не давая дышать?

Вы когда-нибудь задыхались от переполнявшей вас любви?

Из раздумий её вывел какой-то грохот на кухне. Арден решила, что стоит посмотреть, что произошло.

Девушка вошла в кухню. Точнее, замерла на пороге.

Всё помещение было усыпано… мукой. Она была на полу, на столе, в раковине, витала в воздухе. Но бросив взгляд на Альбуса, девушка не могла не усмехнуться. Поттер был весь в муке, его волосы казались седыми, а лицо мертвенно-бледным. Он повернулся на смешок и недовольно воззрился на Арден.

— Очень смешно, — недовольно сказал парень, отворачиваясь от неё и пытаясь стряхнуть белую пыль с волос и футболки.

Арден, глядя на это, засмеялась уже вслух, не скрывая этого.

Альбус глянул на нее через плечо и воскликнул:

— Ах так?!

Он схватил со стола горсть муки и, резко подпрыгнув к девушке, обсыпал ей голову. Арден прекратила смеяться, а возмущённо и шокированно уставилась на Поттера. Он с ожиданием глядел на неё, а девушка, проскользнув мимо мужа в кухню, быстро схватила со стола горсть муки и бросила прямо в грудь подоспевшему Альбусу. Он остановился, чихнул и попытался схватить жену, чтобы не дать запустить в себя новой порцией белой пыли. Но не тут-то было. Девушка ловко вывернулась и, убежав, встала по другую сторону стола. Поттер, не став медлить, бросился за ней.

Арден быстро ринулась в противоположную сторону, но поскользнулась на плитке и упала прямо в крепкие объятия мужа.

— Ой, — вздохнула девушка, глядя на Поттера во все глаза.

Альбус, не отрывая напряжённого взгляда от Арден, поставил её на ноги, но не торопился убирать руки с талии девушки. Сама же она стояла, вцепившись руками ему в плечи, испугавшись внезапного падения.

— Ты в порядке? — наконец выдавил Альбус.

Дени часто закивала и убрала руки, но парень не сделал того же самого, и между ними повисло молчание. Оно не было неловким, просто как будто время остановилось. Ал понимал, что пора было бы уже отпустить её, но руки не слушались, да и он не хотел отпускать жену. Никогда.

Тогда девушка вцепилась в его руки, пытаясь убрать их со своей талии. Момент был нарушен, Альбус будто очнулся от транса. Но он сжал Арден сильнее, не желая отпускать, а потом наклонился к ней и поцеловал. Дени попыталась вывернуться, но он пригвоздил её к столу и сжал лицо.

Хватит.

Наконец девушка прекратила сопротивляться и ответила на поцелуй. Альбус улыбнулся и обнял её, а она обняла его в ответ.

Но вдруг мимолётное счастье Альбуса исказилось. Почему она до сих пор молчит?

Он прервал поцелуй и отошёл, повернувшись к жене спиной и думая, как начать разговор.

Арден нахмурилась и спросила, подойдя и дотронувшись до его плеча:

— Что?

— Ты беременна. — Нет, он не спрашивал, он утверждал. Лили не могла солгать.

Он почувствовал, как рука на его плече вздрогнула, повернулся, глядя на Арден.

***

Когда она это вспоминала, руки снова начинали трястись, а в глазах появлялись слёзы. Всегда печально смотреть на то, как люди угасают, а когда они, к тому же, молоды… Становится ещё и обидно. За что судьба настолько жестока, что не дает им пожить, увидеть своих детей, внуков?

На работе Лили много чего повидала, но за тот год, что она провела в Мунго, ещё ни разу не умирал никто такой молодой.

Ту девушку звали Рейчел. Рейчел Аддерли. И у неё нашли быстропрогрессирующую лимфому. Забавно, что ничего из специальных магических зелий не помогает от рака, ну, может, от пары видов.

Рейчел назначили химиотерапию, которая почему-то почти уничтожила печень.

Это было самое ужасное, что Лили видела в своей жизни. И вечером, придя домой, она сначала бессильно просидела на полу в коридоре, а потом прямо в одежде упала на кровать.

Уже скоро должен был прийти Дэн, и девушка не хотела, чтобы он видел её в таком состоянии. Она попыталась успокоиться и пошла на кухню налить себе воды.

Поднять графин получилось не с первого раза — руки тряслись. Лили вздрогнула, когда услышала, что входная дверь открылась, потом закрылась. Раздались тяжёлые шаги, и девушка почувствовала присутствие Малфоя.

Парень понял, что с Поттер не всё в порядке, и спросил:

— Что случилось?

Он подошел к ней и надавил ладонью на её руку с графином, чтобы Лили его поставила. Рвано вздохнув несколько раз, она сказала:

— Помнишь, я рассказывала про девушку, у которой нашли рак? Рейчел. — Она набрала в грудь побольше воздуха. — Она умерла сегодня. — Девушка всхлипнула и повернулась к парню.

Дэн не стал ничего говорить, а просто обнял её, пытаясь поддержать. В тот же момент его пронзило осознание.

Он не может видеть то, как она плачет. От этого как будто что-то сдавливало грудь и не давало дышать. Лили Поттер — самая необыкновенная девушка, которую он встречал, самое лучшее, что случилось в его жизни. И он не может позволить ей плакать.

— Эй, — тихо прошептал он, отстраняясь, — тебе нужно выспаться. Всё будет хорошо. Рейчел больше не больно.

Он верил в это. Верил в то, что та девушка попала в лучший мир.

Эридан аккуратно поднял Лили и положил её в кровать, словно маленького ребенка, и накрыл.

А ему ещё нужно было кое-что сделать.

========== Глава 18. Все лгут ==========

Может, это и есть конец,

избавленье от общих мук?*

До какого-то момента брак может казаться идеальным. Понимание, романтика, любовь до гроба, вера и так далее по списку. Всё, что нужно для счастья.

Но в какой-то момент пелена иллюзии спадает, и люди начинают видеть правду, скрытую за ней. Стёкла розовых очков бьются, а за ними их ждут кубометры лжи и галлоны разочарования.

Все лгут.

Это все знают, но почему-то никто не говорит. Кто-то для того, чтобы выгородить себя, а кто-то — чтобы сохранить брак, который без того будет держаться буквально на соплях.

Альбус усмехнулся. Слизеринский цинизм дал себе волю в очередной раз. Арден удавалось упрятать его куда подальше, но Альбус был и будет выпускником змеиного факультета.

Все лгут. Он лгал, и она солгала.

Всё было идеально, на самом деле, но в какой-то момент всё почему-то пошло не так. Видно, Мерлин не слишком доволен, когда кто-то счастлив.

Он повернулся к жене и удовлетворённо посмотрел на неё. Да, знание чего-то, что от тебя скрывают, приносит неподдельное удовлетворение. Вот оно.

Удивление. Страх. Принятие.

Три стадии осознания того, что тебя раскусили. И тогда человек либо пытается выкрутиться, либо начинает говорить правду.

Но Арден не обманщица, она не станет увиливать. Она расскажет ему всё, ну и, может, попытается свалить на него вину за своё молчание. И будет права.

Брюнет тяжело вздохнул и скрестил руки на груди.

— Ну давай, скажи это, — решил спровоцировать Арден он.

Девушка удивлённо посмотрела на него.

— Сказать что? — она выгнула бровь.

На её лице всё ещё был виден шок от того, что он знает. Видимо, Ден хотела повременить с данной информацией. Или всё-таки решилась на аборт.

От этой мысли его замутило. Хотелось выблевать внутренности от осознания, что из-за последних событий она решилась на такое.

— Ну, например: «Альбус, я беременна», — он притворно радостно заулыбался и замахал руками.

Арден усмехнулась, а потом замерла, сощурившись. Задумчиво кивнула своим мыслям и сказала:

— Да ты злишься.

Альбус чуть не засмеялся от гениальности сей догадки.

— Браво, Шерлок! — воскликнул он, хлопнув в ладони.

— Да, но из-за чего? Не от того, что я умолчала. — Её лицо омрачилось. — Ты знаешь. Знаешь, зачем я ходила в Мунго.

— Она — моя сестра, Коул! Неужели ты думала, что Лили промолчит?

Его челюсти нервно сжались, но в остальном Альбус казался спокойным.

Он был зол не на неё, а на себя. Это всё его вина.

— Нет, не думала, — Арден сникла. — Ты имеешь право злиться, — тихо добавила она.

— Вот именно, что не имею, — флегматично добавил он, отворачиваясь и отходя к окну.

Потом вдруг, заметив муку на своей футболке, Альбус нервно начал отряхиваться, пытаясь не обращать внимания на Арден, стоявшую за спиной. Он услышал, как она шумно вдохнула воздух, и ждал, что она скажет.

— А знаешь что? Ты прав, — зло бросила девушка. — Ты изменил мне, я узнала об этом почти в то же время, когда узнала о ребёнке. Со мной был Скорпиус, не ты. Ты в это время развлекался. — Она ткнула пальцем ему в спину, и от этого Альбус всё-таки повернулся, чтобы посмотреть на её лицо. — А знаешь, как я узнала? Я выкупала твои колдо с этой девкой у журналистки, которая решила не наживаться на чужих проблемах. Мне пришлось благодарить её за это. Благодарить за колдографии, на которых ты развлекаешься с этой… — Арден не договорила, не выдержав. Она зарыдала и отвернулась, чтобы не смотреть на Альбуса.

А он стоял, как пришибленный, не в силах ничего сказать. Это звучало ещё ужаснее, чем представлялось. Бедная, бедная Дени. Хотелось что-то сделать. Но как можно исправить то, что уже сделано? Если бы её обрадовала его смерть, он бы расшибся об стену от невозможности совершить что-то получше.

Альбус вздохнул и положил руки на плечи плакавшей Арден. Она никак не могла успокоиться и вывернулась, сделав шаг вперёд.

— Эй, — позвал он, касаясь её локтя.

Арден глухо зарычала от злости и безысходности. Рыдания продолжали душить её, а Альбус только усугублял. Пусть он уйдёт, пусть больше не показывается на глаза.

Как она сможет верить ему теперь?

— Ты изменил мне и молчал, — тихо сказала девушка.

— Ты тоже молчала. Все лгут, Арден! — он сделал особенный упор на её имени, чтобы наконец достучаться.

— Не смей сравнивать меня с собой, Поттер! — воскликнула Дени и, развернувшись, с силой оттолкнула Альбуса от себя.

Брюнетка хотела было выйти из комнаты, но Альбус схватил её за руку и рванул на себя.

— Я и не сравниваю, — сказал он.

— Правда? — Арден попыталась вырвать руку из его хватки, но Альбус вновь не дал ей уйти.

— Да, правда. Я не хочу, чтобы ты страдала.

Он сказал это, надеясь, что она поймёт, прислушается. Попытается простить.

— Я уже страдаю, Альбус. Надо было раньше думать.

От изумления он ослабил хватку, и Арден, воспользовавшись моментом, ушла.

Он остался один в пустой комнате, думая о том, что натворил. Альбус чувствовал себя запертым в четырёх стенах наедине со своей виной и одиночеством.

***

Лили проснулась и, поглядев на спящего рядом парня, улыбнулась и коснулась рукой его светлых волос, а потом провела пальцами по щеке.

От этого Эридан открыл глаза и, сонно улыбаясь, сказал:

— Привет.

— Доброе утро.

Улыбка Дэна была такой почти детской и беззаботной, что Лили от этого чувствовала странное, неподдельное счастье. Но вдруг он посерьёзнел.

— Ты собираешься сегодня куда-нибудь?

Поттер пожала плечами и ответила:

— Ну да, Анна звала меня погулять по магазинам. А что?

— Да нет, ничего, — он задумался. — А ты можешь отменить это?

Лили нахмурилась, не поняв, зачем ему это понадобилось.

— Эм, ну да, но зачем?

— Хочу показать тебе одно место, — Малфой хитро улыбнулся.

— Какое? — На лице девушки сразу показалось совсем детское любопытство. Он привстала на кровати и нависла над парнем. — Скажи мне.

Эридан ухмыльнулся и хитро ответил:

— Нет.

На лице Лили отразилось удивление, а за ним шуточное возмущение:

— Как это «нет», Малфой? — воскликнула она.

Потом вдруг наклонилась и быстро его поцеловала.

— А теперь?

— Всё ещё нет, — улыбнулся он, глядя на неё снизу вверх.

Тогда Лили снова наклонилась и оставила на его шее лёгкие поцелуи. Малфой глубоко вздохнул и хрипло сказал:

— Всё ещё нет, Поттер.

Девушка уже было потянулась к нему, но парень ловко подхватил её и перевернул, оказавшись сверху. Она довольно улыбнулась, а в следующий миг недовольно надула губы, потому что Дэн навис над ней, будто собирался поцеловать, а потом вдруг взял и ушёл.

— Это нечестно! — воскликнула Лили, бросив ему в спину подушку.

Он так же вернул её броском и со смехом ответил:

— Потерпи, скоро увидишь всё сама.

Он вышел из спальни, всё еще продолжая улыбаться. Да, он был прав вчера в том, что решил сделать. Лили — лучшая девушка в его жизни, и она это заслужила.

***

Скорпиус задумчиво ковырялся вилкой в тарелке. Нет, еда не была невкусной, просто аппетита у него совсем не было. Конечно, Уильямс, наверное, обидно, но он просто не мог впихнуть в себя целую тарелку.

Еще один плюс Саманты был в том, что она отменно готовила, и Скорпиусу не приходилось готовить самому или питаться фастфудом.

Он настолько привык к этому рыжему чуду, что она стала ему почти сестрой. Малфой уже не представлял Мэнор без Сэм. Он бы сильно опустел, если бы та всё-таки решилась переехать в собственное жилище.

Они с девушкой уже помирились после того разговора о Лили, но осадок всё равно остался. Скорпиус понимал, что она вроде права, но в то же время не мог, просто не мог отдать Дэну всё, что у него есть. Лили, уважение отца, компания. Хотя бы что-то он должен был отвоевать у ненасытного кузена. Казалось, Эридан не успокоится, пока не отберёт у него все. Как и обещал.

Скорпиус усмехнулся и, подцепив вилкой кусок лосося, отправил его в рот.

В этот момент вошла Сэм и сказала, прокашлявшись:

— Там… Там твой отец пришёл.

Парень слегка подавился от неожиданности и удивлённо спросил:

— Чего он хочет?

Уильямс пожала плечами и сказала:

— Он просто просил позвать тебя в твою комнату.

Скорпиус вскочил, чуть не уронив стул.

— Он в моей комнате?!

Саманта кивнула, но он этого уже не видел, быстро пойдя к лестнице.

Оказавшись в своей комнате, Скорпиус застыл на пороге:

— Что тебе нужно?

Отец повернулся к нему. Его лицо, как обычно, ничего не выражало.

— Не мне. Тебе. — Сын удивлённо посмотрел на Драко. — Я по поводу твоей работы.

Он показал рукой на диван, стоявший около окна, куда сел и сам. Скорпиус приземлился рядом с отцом, всё ещё удивляясь.

— У меня нет работы, — наконец недовольно вымолвил Скорп.

Присутствие отца заставляло его чувствовать себя неудобно, Скорпиус явно был не в своей тарелке. Он чувствовал, как внутри у него всё съёживается от этого холодного стального взгляда. Такого же, как у него самого. Он чувствовал себя нашкодившим котёнком под этим отцовским взглядом.

— Неправда, — наконец сказал Драко. — Ты возвращаешься в компанию. Но для этого нужно, чтобы ваши отношения с твоим кузеном наладились. — Он проницательно посмотрел на сына, но больше ничего говорить не стал, ожидая, что тот ответит.

Скорпиус изумлённо выгнул бровь. Он не ожидал, что отец всё-таки позволит ему вернуться к работе. Он знал, что хорошо справляется, но слишком много у них всё время было разногласий.

— Это проблематично. Ты знаешь, мы никогда не сможем общаться, как прежде. И не только из-за… Поттер. — её фамилия трудно далась, будто застревала поперёк горла, как кость.

— Люди меняются, Скорпиус. Тебе уже пора бы запомнить. И ты сделаешь это. Я не собираюсь оставлять тебя на грани нищеты из-за препирательств с кузеном. Уже много времени прошло. — Он задумчиво посмотрел на сына. — В понедельник жду тебя в офисе, — добавил Драко, когда тот встал, чтобы уйти.

Скорпиус обернулся у выхода из комнаты и сказал, глядя на отца через плечо:

— Я знаю, пап. Но только не он. Не Эридан.

Больше ничего не сказав и не смотря на отца, Скорпиус вышел из комнаты, думая над его словами. Через минуту из его комнаты раздался хлопок трансгрессии. Парень облегчённо вздохнул и сказал подошедшей к лестнице Сэм:

— Я был прав. Он хочет, чтобы я вышел на работу в понедельник. — Он довольно усмехнулся и, взяв кожаную куртку с крючка, вышел из дома.

Комментарий к Глава 18. Все лгут

Из моего стихотворения: https://ficbook.net/readfic/3275642

Оставляйте отзывы)

========== Глава 19. В ожидании любви ==========

Комментарий к Глава 19. В ожидании любви

avicii - waiting for love

Скорпиус тихо закрыл за собой дверь, надеясь не разбудить Сэм. Но стоило ему только подойти к лестнице, в гостиной включился свет.

Саманта сидела на диване и недовольно смотрела на него. Видимо, не спала, дожидаясь. Малфой вздохнул и прошёл в комнату.

— Где ты был? — спросила Сэм, смерив его гневным взглядом, показывавшим, что их прошлый разговор не окончен.

— Не думал, что должен перед тобой отчитываться, — холодно сказал он.

— А ты и не должен. Ты никому ничего не должен. Ты так считаешь. А теперь подумай, почему у тебя только один друг, который терпит тебя?

Хмыкнув, он сел на диван рядом с Сэм и спросил:

— То есть, себя ты моим другом не считаешь, да, Сэм?

Девушка ответила ему взглядом “Мерлин-я-тебя-сейчас-прикончу-нахер” и встала, собираясь уйти из гостиной.

— Неужели ты не рада за меня? Даже немного? — спросил он извиняющимся тоном.

Всё-таки Скорпиус не хотел обижать Сэм. В данный момент только ей было не наплевать на него. И он был рад этому. Он не может потерять ещё и её.

— О-да, Малфой. Да ты просто Властелин Вселенной! Посмотрим, как этому обрадуется твоя бывшая. Наверное, будет вне себя от радости: ты же за компанию боролся больше, чем за нёе! Эка радость! — гневно и в то же время будто издеваясь кричала она ему в лицо, тыкая пальцем в грудь.

Малфой пытался сохранить самообладание, но после её слов уже не мог сделать этого. Оттолкнув от себя руку Уильямс, Скорпиус толкнул её к стене так, что Саманта ударилась головой об стену и, вскрикнув, зажмурилась.

— Не смей. Попрекать меня. Этим, — прошипел он, наклоняясь к Сэм. — Только не ты. И только не этим.

— Скорп, неужели ты… — начала девушка, отходя от стены вслед за ним.

Скорпиус, не поворачиваясь, остановился и ответил:

— Иди спать,Уильямс.

После этого быстро поднялся по лестнице и вошёл в свою комнату, хлопнув дверью.

***

Альбус тихо постучал в дверь спальни, в которую ещё не заходил после того раза. Арден открыла не сразу. Потом она отошла с прохода, как бы приглашая его войти.

Здесь ничего не изменилось. Те же стены, та же кровать. Те же колдо над ней. Дени вернула всё на свои места, и от того беспорядка, что он устроил, не осталось и следа.

Девушка села на кровать, сложив руки на коленях, и стала смотреть на них так, будто там было что-то интересное, а Альбуса и вовсе не было в комнате.

Надеясь завоевать внимание жены, Альбус сел на корточки перед ней. Тогда Арден всё-таки посмотрела на него.

— Я был не прав, — сказал он, заглядывая ей в глаза. — Я не имел права сравнивать это, я знаю.

Арден продолжала молчать. Она просто не знала, что может сказать на это. Да, она была рада, что он признал свою неправоту, но, с другой стороны, это не меняло дела. Не отменяло его поступков. Почему-то тем, кому верил, сложнее простить предательство, чем кому-то чужому. А Альбуса простить вдвойне сложно.

Будучи не в силах вымолвить и слова, девушка тихо заплакала. От обиды и невозможности сделать что-то или хотя бы принять решение.

Альбус испуганно посмотрел на неё. На этот раз он не понимал, почему Арден плачет. Но это, конечно же, было из-за него.

И он ненавидел себя за это.

Тяжело вздохнув, Поттер поднялся с корточек и аккуратно сел рядом с Арден. Она отвернулась, пытаясь вытереть слёзы. Альбус аккуратно обнял её, прижимая к себе, и тихо спросил:

— Ну что ты? Всё в порядке. Я всё исправлю… Как-нибудь.

Он не знал, абсолютно не знал, что делать. Но должен был. Он не может смотреть на то, как Дени убивается из-за его идиотизма. Её слезы причиняли почти физическую боль.

— Я просто… — тихо сказала Арден, пытаясь унять слёзы.

— Что?

Альбус продолжал аккуратно гладить её по голове и плечам, пытаясь успокоить.

Девушка усмехнулась сквозь слёзы и сказала:

— Поняла, что не могу разрушить нашу семью только из-за того, что ты идиот. — Она тихо засмеялась.

Альбус улыбнулся и поцеловал девушку в висок. Наверно, об этом он и мечтал все последние дни. Он даже не мог вспомнить, сколько дней прошло с той чёртовой командировки. Все дни обесцветились, стали одинаково серыми, безликими. Ему было плевать, какой день недели или какое число. Но в этот момент всё изменилось. Жизнь снова обрела свои краски.

Он вынырнул из своей пучины отчаяния.

И, как всегда, это заслуга Арден.

***

— Открывай, — послышался голос Эридана откуда-то сзади.

Лили осторожно открыла глаза и замерла, завороженная красотой места, в котором оказалась.

Прямо перед ней было море. Спокойное, но грозное и очаровывавшее этим. Солнце садилось, небо было разукрашено оранжево-розовым закатом. Волны перекатывались, окутывая побережье тихим гулом. Прямо около моря росло огромное дерево, склонявшее свои ветви прямо к воде.

Лили удивлённо вздохнула и повернулась к Эридану. Её глаза по-детски блестели, а лицо озаряла широкая счастливая улыбка.

— Это… Это самое красивое место из всех, где я была! — воскликнула она, чуть ли не подпрыгнув.

Эридан улыбнулся, положив руки ей на плечи.

— В детстве я часто бывал здесь с моими родителями. Здесь очень красиво и совсем нет людей, — сказал он, оглядывая побережье.

Лили побежала к дереву и взобралась на одну из его ветвей, которая нависала над водой так, что можно было сесть, свесив ноги. Она снова улыбнулась, когда тёплая вода коснулась её босых пяток. Пожалуй, это был лучший день за весь этот год.

Эридан уселся рядом. Они молчали. Здесь тишина была чем-то самим собой разумеющимся, и никто не хотел нарушать её.

Это место было прекрасным. Удивительным. Почему-то именно в такие моменты, в таких местах чувствуешь, что действительно живёшь.

Казалось, они просидели так целую вечность, иногда говоря о чём-то несущественном, иногда внезапно замолкая, наслаждаясь тишиной и шумом моря. Уже стемнело и яркие звезды усыпали небосвод, луна освещала всё вокруг своим спокойным, еле заметным светом.

— Ты знала, что Блэки и Малфои называют своих детей в честь звёзд и созвездий? — внезапно спросил Дэн.

Лили отрицательно помотала головой.

— Вон, видишь ту яркую звезду? — Лили проследила за направлением его руки и кивнула. — Это звезда Ахернар. Одна из самых ярких звёзд созвездия, в честь которого назвали меня.

Лили с интересом проследила за направлением движения его пальцев, описывавших контуры созвездия. Она зачарованно улыбнулась. Это было по-настоящему волшебно. Вот оно, настоящее волшебство, а не то, что преподавали им в школе.

Когда уже начало светать и над горами поднялся розовый рассвет, а Лили встала, чтобы трансгрессировать домой, Эридан задержал её.

— Я позвал тебя не для того, чтобы посмотреть на звёзды, Лили. — Она непонимающе посмотрела на него. — Когда я увидел, как ты плачешь из-за той девушки. Из-за Рейчел… — начал он.

— Я… Всё нормально, правда, — сразу сказала Лили.

— Подожди, — он помолчал, собираясь с мыслями. — Я понял тогда, что не хочу, чтобы ты ещё когда-нибудь плакала. Мне от этого самому больно, Лилс. — Девушка благодарно улыбнулась, всё еще не понимая, к чему он ведёт. — Ты удивительная. И, наверное, ты — самое лучшее, что случалось в моей жизни. И поэтому я решил… — Он непослушными руками вытащил из камина брюк маленькую коробочку и очень быстро опустился на одно колено. — Выйдешь за меня? — спросил наконец Малфой, открыв её и глядя на Лили во все глаза.

========== Глава 20. Вот это новости! ==========

— Слушай, ну, может, не пойдём? — Альбус жалобно посмотрел на Арден, пытаясь завязать галстук.

Девушка развернула мужа к себе лицом, схватив его за плечи, и сказала, начав перевязывать галстук заново:

— Ал, ты же в курсе, что мы идём к твоим родителям?

Они оба рассмеялись: Дени — весело, а Альбус — напряжённо. Ему не особо хотелось прямо сегодня радовать родителей, да и Лили будет с Эриданом, которого Ал мечтал придушить, зарезать, закопать и… Ну, в общем, сделать всё, чтобы тот попал в преисподнюю, где ему, собственно, и место.

Но раз мама сказала прийти, значит, так и нужно сделать. Иначе пожалеют даже троюродные внуки, которых у неё, кстати, ещё нет.

Альбус возвёл глаза к небу, будто бы умоляя Мерлина как-нибудь избавить его от визита в дом родителей, но тот остался абсолютно равнодушен, поэтому трансгрессировать всё-таки пришлось.

Поттер ещё раз жалобно посмотрел на Арден, надеясь, что та не позвонит в дверь, но девушка усмехнулась и сделала это. Альбус старался не думать о том, какие адские муки ему сейчас придётся испытать, поэтому решил сосредоточить мысли на Арден, её потрясающем маленьком чёрном платье, так выгодно подчеркивавшем фигуру. Он, конечно, пытался не представлять, как снимает его с неё, но фантазия останавливаться явно не собиралась. От собственных мыслей Альбус чуть было не покраснел, но дверь вовремя открылась, и все пошлые фантазии выветрились из головы, как только он увидел улыбавшуюся маму.

Обняв миссис Поттер по очереди, молодые люди вошли в красиво обставленную прихожую, а оттуда — в гостиную, где уже стоял накрытый стол, за которым сидели мистер Поттер и Джеймс, такой загорелый, будто всё лето не уходил с пляжа. Они оба поднялись навстречу новоприбывшим.

Альбуса удивило то, что никто не стал задавать дурацких вопросов а-ля: «Ну что, вы уже помирились?», «И чего же ты там натворил?» и так далее. Значит, всё-таки стоит радоваться, что среди присутствующих нет Уизли.

Против оных Альбус ничего не имел, но некоторые из них иногда бывали чересчур беспардонными, и это надоедало.

В ожидании Лили и Дэна все говорили о каких-то мелочах. Джинни увела Арден куда-то, а Ал, Джим и Гарри обсуждали последние новости.

Наконец, послышался звонок в дверь, и все замерли в ожидании гостей.

Сначала в дверях появилась Арден; она, улыбаясь, сказала что-то вошедшей вслед за ней Лили. Девушка была в тёмно-красном платье, доходившем ей почти до колен. За ними появилась Джинни, за которой следовал Эридан.

Когда все уселись за стол, миссис Уизли стала суетиться с блюдами, которых было очень много. На столе были различные салаты, фетучини и сочная индейка, сладости и фрукты. На угощения миссис Поттер, по обыкновению, не скупилась.

Когда все насытились, на столом поднялись разговоры.

— Альбус, — тихо позвала Арден, пихнув его в бок, — мы скажем?

Парень хотел было воспротивиться, но, увидев почти детский взгляд Дени, кивнул ей, улыбнувшись, и, кашлянув, громко сказал:

— У нас с Арден есть новости.

Разговоры затихли, и пять пар глаз обратились на Альбуса. Арден же смотрела в свою тарелку так, будто совсем ничегошеньки не происходило.

Альбус не знал, как объявить о положении жены, и поэтому неуверенно начал:

— Эм, ну, я хотел сказать, что… — Он помолчал, пытаясь собраться с мыслями. — В общем…

Арден, поняв, что Альбус так и будет мямлить, воскликнула:

— Я беременна!

После таких новостей гомон возобновился. Все зашумели, стали поздравлять Альбуса и Дени с ожидаемым пополнением. Миссис Поттер просияла, мистер Поттер неуверенно улыбался сыну, Лили вскочила и стала обнимать Ала и Арден по очереди, потом обоих сразу. Лишь Джим и Эридан казались невозмутимыми: первый продолжал пить вино, как ни в чём не бывало, а Дэн задумчиво смотрел в тарелку. Он вспоминал то, как сделал Лили предложение, и то, как она сказала, что подумает. Его волновало то, что девушка до сих пор не ответила. Это мучило и изводило его. Хуже отрицательного ответа в данном случае может быть только ожидание отрицательного ответа. И поэтому он был не в лучшем расположении духа.

Пока Лили вдруг громко не воскликнула:

— А мы с Дэном решили пожениться!

Она радостно подпрыгнула, хлопнув в ладоши, и с ожиданием оглядела окружающих.

Дэн замер, опасливо поглядывая на Поттеров, Альбус и Джеймс одновременно подавились чем-то, что было в их глотках, и уставились на сестру, не веря в сказанные ей слова. Джинни и Гарри выглядели удивлёнными, но радостными.

Вечер с каждой минутой становился всё интереснее.

***

Джеймс потянулся и вывалился в дверь на террасу. Вздрогнул, наткнувшись на Альбуса, стоявшего опершись на перила и задумчиво глядевшего вдаль. Джим встал рядом с братом, а потом, помолчав немного, спросил:

— И ты это просто так оставишь?

Альбус поглядел на него.

И когда Джим успел стать таким качком? Даже немного завидно.

Но мысли о Лили и её грядущей свадьбе заслонили все остальные.

Как? Ка-а-а-ак она могла додуматься до того, чтобы выйти замуж за этого мудака?

Но что он может сделать, если сестра счастлива? Пусть это, возможно, лишь видимость, но оно так. И им остаётся только смириться с данной перспективой.

— Как будто мы можем как-то повлиять на это, — задумчиво сказал Альбус, отвечая то ли самому себе, то ли Джеймсу.

Но Джим — гриффиндорец. Он не мог с этим смириться, несмотря на то, что Скорпиус Малфой ему не друг. Далеко не друг. Парень вообще бы предпочёл, чтобы все его родственники держались подальше от любых белобрысых в магической Англии, но он знал, как Лили любила Скорпа, и смирился с этим. Но ещё один Малфой, причем явно худший, чем Скорпиус…

Он не понимал, почему и как все с этим смирились. Натравить на них, что ли, дядю Рона? О да, пожалуй, никто не ненавидел Малфоев так, как он. Наверно, поэтому Джеймс любил его больше других Уизли.

— Да, — протянул он. — Но неужели ничего нельзя..?

— Нет, — перебил Альбус, который явно был расстроен.

— Поздравляю, кстати, — внезапно вспомнил Джим, похлопав младшего брата по плечу.

Вот беременность Арден была действительно очень хорошей новостью, просто замечательной. В отличие от свадьбы Лили на очередном белобрысом ублюдке.

Парень чувствовал, что не может просто оставить это и даже не попытаться сделать что-нибудь.

Даже если это визит к Скорпиусу Малфою.

Он мгновенно решил всё и трансгрессировал, чуть не упав, споткнувшись о ступеньку на пороге Мэнора.

Джеймс постучал и стал ждать, когда его впустят внутрь.

Наконец послышался звук приближавшихся лёгких шагов. Потом дверь открылась, и на пороге показалась красивая рыжеволосая девушка с потрясающе голубыми глазами. Поттер был бы готов тонуть в этом море каждую ночь, если бы не осознавал чётко, что это очередная малфоевская подстилка.

Поэтому он пробубнил: «Здрасьте», — и прошёл мимо неё вовнутрь.

— Эй, мистер, вас не приглашали, — крикнула девчонка ему в спину.

— Не сегодня, деточка, — торопливо бросил Джим и проследовал в гостиную.

Чутьё его не подвело.

Ну, конечно же.

В камине горел огонь, а напротив него на диване развалился сам Малфой собственной персоной. Он читал какую-то книгу, которую сразу же отложил, как только Джеймс вошёл в помещение.

— Не обижай Саманту, Поттер, — укоризненно сказал он.

Джим ничего не ответил, только подошёл к шкафу, в котором углядел множество бутылок с чем-то, явно подходившим для этого разговора. Он взял два стакана и наполнил их янтарной жидкостью. Бутылка была первой попавшейся, но Джим подозревал, что в малфоевском баре не может быть плохого алкоголя.

Да, и правда отличная штуковина.

Малфой скептично посмотрел на него и спросил:

— Ты припёрся, чтобы пить мой виски? Совсем оборзел?

— Да сдался мне твой… — Джим не стал заканчивать фразу, только протянул Малфою второй стакан. — Пей.

Скорпиус послушно выпил, всё ещё не понимая, что нужно этому идиоту.

— У тебя фетиш на рыжих? — внезапно спросил Поттер, усмехнувшись.

Малфой тоже усмехнулся и ответил:

— Мы с Сэм не спим. Я, если честно, буду даже рад, если ты заберешь её к себе. Могу заплатить. — Он доверительно посмотрел на Джима с шутливой просьбой в глазах.

— Я всё слышу, — раздалось из кухни.

— И слух, как у летучей мыши, — притворно плаксивым голосом возопил Скорп. — А может, меня тогда заберёшь? Я могу готовить яичницу и мыть посуду!

Предложение, конечно, было отпадное, но с кухни вновь донёсся недовольный голос:

— И это тоже.

— Ну вот, кажется, у меня проблемы, — пробормотал блондин и выпил виски залпом.

Джеймс было засмеялся, глядя на него, но потом стал серьёзным, вспомнив цель своего визита.

— Малфой, — позвал он. — Твой кузен сделал Лили предложение.

Вот так рушатся чужие миры. В глазах Скорпиуса он видел последнюю надежду, но тот не был наивен. Он знал, что Джеймс не пришёл бы, если бы не…

— И она согласилась.

========== Глава 21. Искусственное дыхание ==========

Ему внезапно захотелось ударить что-нибудь. Или кого-нибудь.

Или убить.

Или сдохнуть самому.

Малфой стоял, тупо уставившись на Поттера, а тот в ответ не отводил взгляда, ожидая взрыва. Атомного взрыва, на пути которого он окажется. Ну ладно, хоть падёт смертью храбрых.

Никто не любит гонцов, приносящих плохие вести. Именно поэтому хотелось ударить именно Джеймса. За эту идиотскую новость. Или за то, что его сестра такая дура. Как знать? Но ему непременно хотелось как-то подать Поттеру знак, что он всё ещё жив.

Да нет, вообще-то, ему хотелось выдворить лохматого идиота. Хотя Поттер уже не был лохматым — сейчас его причёска была аккуратно уложенной. Но для Скорпиуса он оставался всё тем же лохматым засранцем и любимчиком всех профессоров, несмотря на проблемы, которые приносил.

Он сам не заметил, как стакан в его руках разлетелся вдребезги. Он понял это только по офигевшему лицу Поттера и по странному хрусту, который отдалённо услышал сквозь глухую пелену.

Джеймс сглотнул и снова перевёл взгляд на то, что было пять секунд назад рукой Малфоя. Нет, это не было кровавое месиво. Всего лишь несколько десятков осколков, впившихся в его ладонь. И кровь. Много крови. Которая стекала по пальцам и запястьям и капала на дорогой ковёр.

Малфой, видимо, тоже наконец заметил, что с его рукой что-то не так, и заторможенно смотрел на капли крови, падавшие на пол.

Джеймс подумал, что Скорпиус слишком сильно сжал стакан, и поэтому тот разбился, но, услышав звук ещё чего-то разбивавшегося, он понял, что это всё творила магия. Древняя магия, жившая в Малфое, сейчас бушевала внутри него, выходя наружу смертоносным ураганом, сметавшим всё на своем пути.

Это только начало.

Похоже, кто-то может отбросить коньки.

Малфой сейчас был не просто опасен, а особо опасен. Он не понимал, что творил, но, определённо, ничего хорошего.

Скорпиус стряхнул осколки, которые всё ещё сжимал в руке, и осмотрелся. Поттер наблюдал за ним, боялся сказать или сделать что-нибудь, страшась, что это приведет к неминуемому.

Внезапно раздались быстрые шаги. Это Сэм спешила, услышав звук бьющегося стекла. Девушка замерла в дверях, смотря на них двоих расширенными от удивления глазами.

— Что здесь? ..

Саманта не успела договорить, Джеймс перебил её:

— Уйди. — Он убедительно посмотрел на неё, но когда Сэм не сдвинулась с места, добавил: — Пожалуйста.

Малфой наконец перевёл взгляд на неё, и Саманта обнаружила его руку, истекавшую кровью. Она было ринулась к Скорпиусу, чтобы сделать хотя бы что-то, ведь эти двое стояли как истуканы; когда девушка подбежала к Малфою, тот сделал шаг от неё, отдёрнув руку и поморщившись при этом.

— Уйди, блядь, — хрипло крикнул он.

Сэм замерла, недоверчиво глядя на него, ведь она совершенно не понимала, что же произошло.

— Эй, Скорп, в чём дело? — спросила девушка, замерев на месте.

Он чувствовал это, но ничего не мог сделать. Он заметил, как в шкафу позади Сэм разлетелась бутылка с отцовским огневиски. Уильямс вздрогнула и отскочила, как ужаленная.

То-то же.

Но она не уходила. Её настойчивости могли бы позавидовать даже самые надоедливые существа на этой планете.

Неужели она не видела? Он себя не контролировал. Он не хотел быть виновным в чём-то ещё. Сейчас он был виноват только в том, что упустил лучшее, что было в его жизни и что не убил Эридана до того, как это произошло. Интересно, сколько дают за убийство в состоянии аффекта? Он не хотел в Азкабан. Но что сбережет Сэм, если она не уйдёт?

Съебись отсюда.

Пожалуйста.

Саманта, видимо, всё-таки поняла значение взгляда и вылетела из комнаты. Поттер всё ещё стоял неподвижно, оглядывая его. Потом сказал:

— Надо вылечить твою руку.

Малфой ответил холодным взглядом серых, как осенние тучи, глаз и сказал:

— Обойдусь.

Ему было плевать. Ему это не нужно.

Может, он пытался почувствовать что-то, кроме здоровенной дыры в груди? Казалось, что-то разъедало его внутренности.

Он всегда подозревал, что такое может произойти. Что Лили когда-нибудь выйдет замуж, обзаведётся маленькими копиями её самой и её мужа. Но он не думал, что так скоро.

И уж точно не подозревал, что это будет его собственный брат.

Это идиотизм. Но надежда ведь умирает последней. В жизни часто происходят ситуации, похожие на попытки оживить мёртвого.

Ему стоило сделать искусственное дыхание своей вере во второй шанс?

Ему стоило попытаться оживить надежду на то, что Лили всё равно выберет его?

Ему стоило попытаться всё исправить? И зачем на прошлый день рождения ему подарили швейцарские часы? Маховик времени был бы уместнее. Может быть, тогда он бы смог изменить прошлое.

Проблема людей в том, что они не ценят того, что у них есть. И хотят больше и больше. А больше уже некуда. Они гребут под себя кучи денег и дорогих безделушек, не понимая, что самое главное прячется глубже. Иногда приходится вывернуться наизнанку, чтобы понять это.

Малфой снова взглянул на лицо Поттера, следившего за каждым его движением, и молча вышел, захватив с собой куртку. Ему было плевать на то, что шёл мерзкий ливень. Ему было плевать, что рука разрывалась от колющей боли и что из неё торчали чёртовы осколки. Было только одно, на что ему не было плевать.

И оно находилось явно за пределами этого дома.

***

— А страшно выходить замуж? — любопытно спросила Лили, наклонившись в сторону Арден.

Они лежали на кровати Лили и смотрели фильм. После ужина все разбрелись по дому. Гарри и Дэн о чем-то говорили, Джинни пыталась расспросить сына о последних событиях, Джим бесследно исчез, а они с Дени решили поваляться и посмотреть что-нибудь. Нашлась какая-то комедия, которая пока не казалась смешной.

Арден задумалась, пытаясь вспомнить свои чувства в день свадьбы. Чёрт, да она же тогда умирала от волнения. Бессонница в ночь перед свадьбой, слишком смятая подготовка, вечная проблема с размещением гостей и это еще не считая тремора рук, сумасшедшей боязни не понравиться Альбусу и макияжа, растекшегося от постоянных слез мамы или бабушки, ведь ей от этого тоже становилось грустно. Мерлин, как будто она на Марс переезжала. Всего лишь в другой конец города.

Арден улыбнулась, погружаясь в воспоминания о дне, который с легкостью можно было назвать лучшим в её жизни. Наверное, уже тогда, увидев Альбуса таким красивым и счастливым, она поняла, что сможет простить ему всё на свете. Лишь бы он всегда был рядом. Лишь бы снова улыбался вот так.

— Ну, конечно, это волнительно. Ты обязательно захочешь кого-нибудь придушить. Но это всё равно будет лучший день в твоей жизни. — Арден улыбнулась, взглянув на задумчивое лицо Лили.

Они не были подругами, но Поттер знала, что всегда может обратиться за советом к жене брата. А Арден просто была благодарна за то, что Лили тогда рассказала Алу о её визите в Мунго.

— Ты же уверена в своём выборе? — спросила Дени.

Лили задумчиво посмотрела в окно. Уверена ли? Нет. Сложно быть уверенным в том, что ты готов провести с человеком остаток жизни. Она часто задавалась этим вопросом с того момента, как Эридан сделал ей предложение. Да, она была счастлива с ним, но настолько ли, чтобы любить его до конца дней?

Сейчас в брак не вкладывается понятие того, что это любовь до гроба. Но от этого выбор легче не становился.

Он был таким счастливым, и Лили знала, что не может лишить его этого. Она была однозначно влюблена в Дэна и благодарна за то, что тот показал ей, что можно быть счастливой и без Скорпиуса. Он не был заменой, но был вторым шансом для неё.

Так не проще ли начать новую жизнь без жалости к себе и попыток вернуть прошлое? Проще. Гораздо проще жить, не оглядываясь. И к этому она была готова.

И Эридан каждый день дарил ей новый шанс на новую жизнь. А это главное.

========== Глава 22. Незаживающие раны ==========

Погода была до отвратительного хорошей. Как будто небо радовалось его боли. От этого становилось ещё хуже. Иногда понимание того, что кому-то приходится хуже тебя, делает жизнь немного лучше. Но голодные африканские дети и бездомные животные его сейчас как-то не волновали. Поэтому Скорпиус брёл, не разбирая дороги. Рука саднила, а из-за осколков было такое чувство, что в неё каждую секунду вонзаются сотни горячих игл. Душевная боль, по подсчетам маггловских ученых, длится две секунды. Он даже не мог предположить, каким раком они это сосчитали, но был согласен. Сейчас боли не осталось, разве что рука не давала покоя. Он просто был… Зол. И всё. Больше не чувствовал почти ничего: ни голода, ни жажды, ни палящего солнца.

Осень была непривычно тёплой. Лучше бы сейчас шёл дождь. Он был бы не против промокнуть до нитки, дабы остудить жар, который шёл то ли изнутри, то ли из-за непривычно жаркой погоды.

Малфой осмотрелся. На улице ранним утром почти не было народа. Редкие мамаши с детьми да чопорные старушки. Потом он осознал, что где-то здесь находится больница Святого Мунго. То ли сам Мерлин привел его сюда, то ли отупевшее сознание — одно из двух. Но какая разница? Всё равно ему суждено было сюда попасть. Хотя бы для того, чтобы избавиться от чёртовой боли в руке. Оставалось лишь надеяться, что смена Поттер не сегодня, иначе он нарвётся на ненужный разговор.

Или нужный?

Он сам не знал, чего хотел. И это мешало. Но сейчас не было никакой разницы. Ему всё равно нужно было в больницу. И какая, к чёрту, разница, будет там Лили или нет? Он и так уже руки не чувствовал.

Внезапно перед ним предстало мрачное здание Мунго. Потоптавшись на пороге, Скорпиус медленно вошёл. Тут ничего не изменилось со времени его последнего визита. Всё те же неприятные голубые стены, белые потолки с обваливавшейся штукатуркой, те же врачи в белых халатах и медсёстры в форме цвета стен. Его передёрнуло.

— Молодой человек, вам помочь? — неожиданно послышалось откуда-то сзади.

Малфой развернулся лицом к источнику голоса. Перед ним была симпатичная медсестра с волосами пшеничного цвета. Миленько.

— Эм, да, — он поднял руку, — у меня тут небольшая проблемка.

Девушка удивлённо посмотрела на израненную руку.

— Как же это вас угораздило? — с искренним удивлением, почти ужасом, спросила она.

Новенькая.

— Слишком сильно сжал бокал, — Скорпиус притворно рассмеялся.

— Ну, сейчас мы это исправим, — обнадёживающе улыбнулась сестра.

Парень хотел уже сесть на скамейку, чтобы подождать медсестру, которая развернулась, чтобы уйти за аптечкой, но внезапно услышал знакомый до боли голос:

— Малфой?!

Поттер. Ну конечно. Ожидаемо.

— Лилс, я сейчас всё объясню.

Какого чёрта он оправдывается?!

Скорпиус повернулся к Лили и слегка вздрогнул, увидев её спустя столько месяцев.

Кольцо на её безымянном пальце подмигнуло ему своим бриллиантом, а Лили возмущённо всплеснула руками. Видимо, подумала, что он пришёл ругаться.

Потом заметила его руку. Сникла. Готова извиниться? Нет, не готова.

— Что с рукой?

— Да ничего, — он как можно незаметнее убрал руку за спину.

Лили подошла.

— Я же вижу, что она в крови. Дай посмотреть, — сказала она командным тоном.

Откуда ни возьмись появилась та медсестра, которая ходила за аптечкой, и сказала:

— Сейчас я…

— Я сама справлюсь, Люси. Спасибо, — перебила её Лили.

— Поттер-Поттер, нехорошо давить новичков, — усмехнулся блондин, провожая взглядом удалявшуюся Люси.

— Правда? — девушка скептично посмотрела на него. — Пойдем в приёмную. Там сейчас всё равно никого нет. Я тебя подлатаю.

Он, ничего не сказав, последовал за Лили.

***

Услышав звук захлопнувшейся двери, Джеймс задумчиво провел рукой по волосам и устало опустился на кожаный диван. В комнату торопливо вошла Саманта.

— Он просто взял и ушёл? — спросила она почти испуганно.

Сэм хоть и привыкла к малфоевским закидонам, всё равно волновалась за него. К тому же, Джеймс наверняка сообщил ему что-то из ряда вон выходящее, если Скорпиус так вёл себя. Он был не зол, нет. Скорее, раздражён или напуган. Точно. Он был чертовски напуган. Страх сидел в его глазах животным, загнанным в угол. А что делают испуганные животные? Калечат других. Или себя. Это всё явно не очень хорошо.

— Кажется, я совершил сейчас большую ошибку, — хрипло пробормотал Джим.

— Что произошло? — спросила Уильямс, присаживаясь рядом с ним. — Что такого ты мог сказать Скорпиусу, что у него произошёл неконтролируемый выброс магии?

— Лили выходит замуж.

Сэм прикрыла глаза руками.

— Он пошёл к ней. Наверно, хочет вернуть. — Девушка встала и нервно заходила по комнате. — Но он не сможет, так?

Джеймс потянулся и взял со столика стакан и бутылку «Огдена». Ему определенно нужно было выпить. Чертов Малфой, все нервы так попортит.

— Нет, не сможет, — ответил он, пригубив огневиски. — Да оно и к лучшему.

Саманта на мгновение остановилась прямо перед ним.

— Да, определённо к лучшему! Твоя сестра просто недостойна такого, как он! — сказав это, девушка вырвала из рук Поттера стакан и одним махом опрокинула в себя всё его содержимое.

Джим же возмущённо вскочил.

— Не смей так говорить о моей сестре, поняла?! — он встряхнул Сэм за плечи.

— Какого чёрта, Поттер?! Она поигралась с ним и бросила! А он теперь сохнет по ней, как тринадцатилетняя девчонка!

— Ой, а ты, видно, именно так сохнешь по нему, раз так возмущена! — воскликнул Поттер.

Как же. Бесит. Эта. Дура.

— Скорпиус помог мне тогда, когда другие не хотели. Так что не смей говорить то, о чём ни черта не знаешь! — Сэм буквально взорвалась.

Казалось, ещё секунда, и она съездит ему по лицу.

— Ладно, успокойся. Извини. Я не должен был… — сказал Джеймс примирительно.

— Да, не должен, — пробормотала Саманта, успокаиваясь, но всё ещё немного возмущённо.

— Просто я волнуюсь за Лили. Да и за Малфоя, чего уж там. Наломали дров…

Он обессиленно рухнул на диван. Эти Малфои его с ума сведут. И Лили тоже. Чёрт её дернул связаться с ещё одним представителем белобрысого и жутко зловредного семейства.

— Теперь им придется разбираться самим. — Сэм села рядом. — Чаю? — спросила она, неловко улыбнувшись.

— Виски, — на выдохе ответил Джим.

Он устал. От всего и от всех. Виски в таком случае помогает лучше других средств.

— Ну да, у меня нет предложений получше, — согласилась Саманта, наливая себе и ему.

Сегодня они уже не будут ни о ком волноваться.

========== Глава 23. Стойкость ==========

Арден в очередной раз порадовалась тому, что они с Альбусом решили, что она пока не будет работать, потому как полчаса назад её тошнило так, что девушка думала: её вывернет наизнанку. Потом ей захотелось есть. Очень сильно захотелось есть. И если бы домовик не принёс ей столько всего, то, наверное, пришлось бы съесть его.

Фу, как ей это в голову вообще пришло? Какая гадость.

Девушка снова почувствовала приступ тошноты и скривилась.

Сидевший рядом Альбус, заметив это, спросил, в чём дело.

— Я подумала о том, что хотела съесть домовика. А потом меня затошнило.

Альбус усмехнулся и, приобняв её, спросил:

— Надеюсь, меня ты не планировала съесть?

— Что? Нет. Поттер! — воскликнула девушка, отпихнув мужа в сторону.

Тот лишь заливисто рассмеялся и сказал:

— Пойдём спать, мне вставать рано.

Подав руку жене, он помог ей подняться, и они проследовали в спальню.

Войдя в комнату, Арден остановилась у зеркала, задрала майку и положила руку на живот, критично себя оглядывая.

— Мне кажется, я поправилась, — сказала она недовольно. — Альбус, я буду толстая!

Девушка недовольно плюхнулась на кровать и посмотрела на улыбавшегося мужа.

— Ну и что?

— Как это что? Кому нравятся толстые? — она расстроенно посмотрела на него так, будто он уже собирал чемоданы и уходил к хорошенькой-не-беременной-девушке.

— Толстые — никому, а беременные — всем. Особенно мне. Особенно ты.

Он сел рядом и обнял жену.

Альбус чувствовал себя идиотом. Он влюблялся в жену все сильнее и сильнее. Каждый новый день он любил её ещё больше. Такой вот растрёпанной, недовольной, но такой красивой. Просто удивительно, что через каких-то восемь месяцев у них будет ребёнок. Он не мог поверить в это, но был безмерно счастлив. Кажется, ему даже не нужны крылья, чтобы полететь. Он мог бы полететь на одном своём энтузиазме.

— Да и пусть ты поправишься. Наш боец должен быть крепким, — он усмехнулся, погладив её по животу.

— В смысле? Может, у нас будет девочка? — Арден напряглась.

А что если Альбус не хочет девочку?

Кажется, за эти месяцы у неё точно поедет крыша с какой-нибудь ерунды.

— Мерлин, Ден, да какая разница? Главное, что у нас будет ребёнок.

— Вот только не надо на меня смотреть, как на идиотку, — насупившись, сказала Арден. — А то…

— Что? — перебил её Ал. — Съешь меня?

Он засмеялся и вскочил с кровати, пытаясь избежать последствий своих слов в виде ловко брошенной подушки. Похоже, эти месяцы будут весёлыми.

***

Лили строго посмотрела на сидевшего напротив неё Малфоя и сказала:

— Будет больно.

Тот усмехнулся в своей обычной манере, выгнул бровь, вздохнул и… Ничего не сказал. Девушка приняла это за согласие и, взяв палочку, стала медленно водить ей над малфоевской рукой. Сначала ничего не происходило. Потом Малфой нахмурился, после — зашипел. Окровавленные осколки неторопливо начали вылезать из его руки и падать на стол. Он поморщился, но всё же ничего не сказал.

Он же Малфой. Он может стойко перенести боль и не ныть, как девчонка. Он может.

Осколки всё ещё вылезали из его повреждённой конечности, словно зверьки из своих норок. Медленно, будто с опаской. Он усмехнулся и взглянул на Лили. Она выглядела сосредоточенной, но не взволнованной. Её правая рука держала палочку, а левая то и дело нежно касалась его ладони. Брови были упрямо сведены, а губы сжаты в тонкую линию. Как когда она злилась или нервничала. Скорпиус спустился взглядом сначала на её шею, потом на тело, скрытое халатом, и на коленки, выглядывавшие из-под платья.

Малфой снова посмотрел в лицо Лили. А она посмотрела на него. Их глаза встретились буквально на мгновение, а потом девушка отвела взгляд. Вздохнула и отложила палочку.

Встав, она подошла к шкафчику с различными зельями. Ей было это почти необходимо.

Чёрт подери тебя, Малфой!

С какого он припёрся в её смену?!

Девушка вздохнула, постаравшись успокоиться. Он вроде не заметил её волнения. И не должен заметить. Сейчас она наложит бинты и отправит его восвояси.

Найдя нужную баночку с заживляющим снадобьем, Лили взяла её и села обратно на свой стул.

Почему он молчит? Почему ничего не спрашивает? Наверняка, если ему ещё никто не проболтался, то он видел кольцо.

— Будет щипать.

Голос был непривычно хриплым и каким-то чужим.

Малфой кивнул, но всё ещё продолжал молчать, как будто ожидая, когда она психанёт.

Лили зачерпнула немного мази пальцем и аккуратно стала размазывать её по повреждённой ладони Скорпиуса. Он поморщился, но терпеливо смолчал.

Девушка, закончив перевязывать руку Скорпиуса, легонько пожала её, сказав:

— Вот и всё.

Натянуто улыбнувшись, она хотела встать, но Малфой поймал её кисть и дёрнул. От неожиданности Поттер осела на стул, не устояв. Она напряжённо молчала, следя за каждым движением Скорпиуса. Вот он берет её руку в свои ладони. Вот аккуратно наклоняется и приближает её к губам. Миг — и его поцелуй отпечатался на её ладони горячим клеймом. Резко выдернув руку и вскочив, Лили спросила:

— Чего ты хочешь?!

Скорпиус не стал вставать.

— Того же, чего хотел всегда. Чтобы ты была счастлива, — ответил он, смотря на неё исподлобья.

Поттер нервно сглотнула и сказала:

— С тобой этого не вышло. Но я старалась.

Она бы усмехнулась, если бы могла сделать это.

Она бы сбежала из этого помещения, если бы могла пошевелиться.

Малфой медленно встал и направился к ней. Его глаза будто сверлили в ней дыру. Прямо в её сердце, которое то стучало, как сумасшедшее, то замирало, поддаваясь этому взгляду.

Почему, почему она не может провалиться прямо на этом месте?

— И ты думаешь, что будешь счастливее с ним? Не обманывай себя, Лили! Ты не можешь выйти за него замуж, — он сказал это, растягивая слова и продолжая неторопливо наступать на неё, загоняя в угол, как хищник свою жертву.

— Я сама в состоянии решить, как мне жить, Малфой.

Собственная фамилия, произнесённая таким тоном, резала слух. Голос Лили звенел.

Тишина вокруг них звенела.

— Даже если ты всё ещё любишь меня? — тихо спросил он, и не надеясь на положительный ответ, но зная, что это правда.

Лили Поттер всегда была его. Его и только его. Она не может принадлежать никому, кроме него.

— Ты так в этом уверен?

Лили усмехнулась ему в лицо. Внутри она страдала от этого, но он никогда этого не узнает. Он недостоин знать.

— Да, — просто ответил он, — потому что я тебя люблю.

Скорпиус сделал ещё шаг вперед, оказавшись совсем рядом с Лили. Он знал, как следует действовать, и не мог не сделать этого.

Может, это было ошибкой, может — самым верным поступком в его жизни. Он не знал. Но этот поцелуй, нет, это прикосновение подарило ему столько и боли, и радости, сколько он давно не чувствовал. Сначала Поттер пыталась его оттолкнуть и отвернуться, но потом он всё же почувствовал ответ, которого так ждал. Так долго ждал.

Он так долго её ждал.

========== Глава 24. Любой каприз ==========

Это ожидание обратилось в ничто, когда его губы коснулись её. Казалось, что время замерло. Казалось, что и не было тех месяцев, дней и часов, в которые он не видел Лили. Его Лили. Она не может быть больше ничьей.

Скорпиус старался доказать себе это, но не получалось. Он старался не думать о том, что Поттер скорее ненавидит его, чем любит, что девушка не скучает по нему, а на её безымянном пальце кольцо с долбаным бриллиантом. Но всё это пустяки по сравнению с тем, что происходило в тот момент, с теми чувствами, что обуревали его. И, возможно, её. Почему читать мысли можно только с помощью окклюменции? Почему он не владеет ей?

Малфою было страшно открыть глаза. Это мгновение длилось часы и годы, это мгновение было чертовски коротким. В тот момент, когда Скорпиус всё же решился открыть глаза, он увидел удивлённо-недовольное лицо Лили, её испуганный взгляд, который обжёг его калёным железом, и почувствовал на груди её руки. Сначала он подумал о том, что, должно быть, Поттер заметит, как бешено бьётся его сердце, и только потом — что она хочет его оттолкнуть.

— Какого чёрта, Малфой?! — задыхаясь от возмущения, воскликнула девушка.

Она отскочила в другой конец приёмной и уставилась на него, как на дегенерата.

Лили не была готова к такому развитию событий. Она вообще не была готова видеться с Малфоем в ближайшее время. Каким бы придурком он ни был, у него была чудесная способность: всегда появляться в самый неподходящий момент. И всегда всё портить. Это вторая способность. Не менее раздражающая. Он сам раздражающий.

Его лицо, глаза, одеколон, руки… Всё это было невыносимо. И не потому, что она скучала, нет. Эридан был её избавлением. Скорпиус был её проклятием. Это было невыносимо, потому что она чувствовала его досаду, боль и злость. И ничего не могла с этим сделать. Проблемы Малфоя — это только его проблемы, больше Лили не обязана была их решать. Пусть даже она сама и есть проблема.

Лили могла жить дальше, знала, что сможет, а Скорпиус, похоже, нет. И ведь странно. Малфой — самый сильный человек, которого она когда-либо знала. За исключением отца. Но, чёрт возьми, чувства ломают всех. Неужели и Скорпиус сломается под натиском эмоций, которые он препарировал снова и снова?

Ты сможешь. Ты должен.

Мгновения могут длиться пару секунд или пару лет. Это мгновение было бесконечным. Она оттолкнула Малфоя и, отойдя в противоположный конец помещения, посмотрела на него, ожидая хоть каких-то разъяснений.

Его тщетные попытки вернуть её были похожи на надежду оживить мертвеца, делая ему искусственное дыхание «рот в рот». Есть вещи, которые нельзя вернуть. Есть люди, которые не возвращаются.

— Я… — Слов не нашлось. Он не мог объяснить свой поступок и не смог бы, даже если бы захотел. Поттер явно ждала от него хотя бы извинений. Но за что ему извиняться? Он привык делать то, что ему хотелось, и не спрашивать разрешения, если желал поцеловать девушку. И уж тем более — не извиняться за свои поступки. Она никто. Уже никто. И теперь он не должен отчитываться. Тем более — оправдываться.

Эти мысли заставили Скорпиуса улыбнуться. Малфоевская сущность взяла своё, и он снова надел маску ледяного безразличия. Он знал, каково это. Когда кому-то на тебя плевать.

Пусть это была всего лишь его новая роль — играть эдакого безразличного ублюдка, но Малфой знал, что прекрасно с ней справится. Как и всегда. Эта роль была его любимой. Поттер не заметит расширенных зрачков,сбитого дыхания и легкой дрожи. Нет. Потому что он не позволит ей.

— Ты что делаешь, Малфой? — возмущенно спросила Лили. Голос был недовольным и дрожал от возмущения.

— А ты как думаешь? — спросил он, опираясь на шкафчик с медикаментами.

— Думаю, ты нарываешься.

Он бы поаплодировал, если бы это было уместно. Он бы засмеялся, если бы в горле не стоял чёртов ком.

— ОК, знаешь, что я делаю? — спросил он, делая шаг вперед. — Пытаюсь всё вернуть. Ведь, похоже, я единственный, кого заботит то, что между нами было.

Поттер нервно рассмеялась.

— Ты просто грёбаный эгоист. Знаешь, что? К чёрту тебя и твои грёбаные перемены в настроении! Задолбало.

Он не ожидал такого напора от Лили. Может, она права? Может, он просто глупый ребенок, у которого отобрали любимую игрушку?

Нет.

— Да как ты не поймешь? — устало воскликнул Скорпиус. Похоже, что все его лимиты исчерпаны. — Не выходи замуж за Дэна. Просто, блин, послушай хоть раз в жизни. Лучше выходи за меня. Лилс, я не могу больше так, я не могу жить с этим. Я просто не могу.

Поттер взмахнула руками и отвернулась.

Серьезно?!

— Мееерлин, ты такой придурок. — Скорпиус озадаченно посмотрел на Лили, он ожидал всего, что угодно, но не этого. — Я ждала так долго, и теперь, когда я почти замужем, ты кидаешь мне в лицо это идиотское предложение.

— Лили, я…

— Просто не можешь вынести того, что я люблю кого-то ещё.

Она сказала это спокойно. Так, будто всегда знала. Лили давно смирилась с тем, что Малфой — собственник, это не было новостью.

— При чём здесь это? Неужели ты совсем меня не слышишь? — Он сделал ещё шаг, чтобы лучше видеть её лицо.

Лили нервно сглотнула, но осталась стоять на прежнем месте. Малфой должен уяснить раз и навсегда, что всё в прошлом. Они в прошлом.

Она понимала его боль и усталость, но не могла ничего с этим поделать. Скорпиус сам виноват во всех своих бедах, прошлое уже не вернуть, а их отношения давно исчерпали себя. Прежние чувства угасли. Когда-то Малфой был единственным человеком, которого она могла любить, с которым могла бы быть вместе, но теперь это не так. Скорпиус — лишь пройденный этап, оставивший в её памяти незабываемые, прекрасные моменты, но не более. Лили знала, что они больше не смогут быть вместе.

— Забудь, Скорпиус. Забудь всё, что здесь произошло, понял? — сказала она, решительно сделав шаг вперед.

Как можно это забыть?

Он самому себе казался похожим на побитого щенка. Он ёбаный слабак, который всё потерял. Ему хотелось сбежать. От Поттер, отсюда, от самого себя. Он — загнанное в угол животное.

Ему хотелось кричать, но какой смысл, если этого никто не услышит? Ему было душно в этом узком запертом помещении.

Он не смог бы передать всё, что чувствовал, словами, да и не хотел.

Так рушатся надежды. Так не сбываются мечты. Так падают и не поднимаются.

Он не чувствовал боли, разочарования или ненависти. Он не чувствовал ничего. Ни-че-го. Гребаная пустота. Пустая пустота.

Не хотелось больше говорить с Лили или видеть её. Скорпиус отвернулся, чтобы уйти, но остановился, услышав, как девушка его окликнула.

— Малфой, — она сделала паузу, ожидая, когда тот на неё посмотрит, — даже не думай заявиться на мою свадьбу. Я тебя прикончу. Не смей больше ничего портить.

Он бросил на неё ледяной взгляд и медленно проговорил:

— Любой каприз, Поттер. Любой каприз.

***

— Где ты была? — спросил Скорпиус у только что вошедшей Сэм.

— Дома. Родители хотят, чтобы я вернулась. — Она грустно улыбнулась.

— Что-то случилось? — пробормотал он, не отрываясь от книги.

Саманта села рядом с ним на диван и задумчиво поглядела в огонь.

— Бабушку выписали из больницы, нужно, чтобы постоянно кто-то находился рядом с ней.

Малфой отложил книгу и поглядел на подругу. Вот почему она в последнее время была такой загруженной. И даже не задавала вопросов, когда он вернулся из Мунго после разговора с Лили. Скорпиус так привык, что в Мэноре его всегда ждала Уильямс, что расставаться с ней было почти больно.

Будто прочитав его мысли, девушка поинтересовалась:

— Нашел Лили в тот день?

Он молча кивнул. Не хотелось обсуждать это сейчас, точнее, никогда. Ни сейчас, ни завтра, ни через неделю. Он хотел просто забыть Поттер и всё, что с ней связано. И особенно тот «прощальный» поцелуй. Собственно, как она и посоветовала.

На самом деле, ничего не изменилось. Он начал работать, заключать договоры, проводить собрания для отца, времени на так называемые страдания не оставалось. По утрам его обуревало лишь желание спать, по вечерам — добраться до кровати. Он думал, что жить без Лили будет сложно. Точнее, жить с осознанием, что она выходит замуж, а он ей не нужен. Но это оказалось не так уж и сложно.

Главное в жизни — это умение справляться с эмоциями.

Сначала кажется, что ты утонешь в них. Ты страдаешь, борешься, и постепенно ненависть и боль становятся лишь воспоминаниями, которые сменяются грустью, а потом и вовсе безразличием.

Главное в жизни — не плыть по течению. Иначе ты пойдешь ко дну, захлебнувшись всем тем дерьмом, которое творится вокруг.

========== Глава 25. Мерлин всё видит ==========

Он чувствовал себя, как наркоман, которого лишили дозы. Он долбаный торчок, а Поттер — чёртов наркотик. И теперь, после стольких лет, осознать, что её уже не будет рядом, — это словно упасть с лестницы, разбивая локти, колени и ломая рёбра.

Вы когда-нибудь пытались оборвать чувства, которые душат, не дают дышать, ломают изнутри? Он рассыпался, как карточный домик.

Скорпиус повторял про себя снова и снова, что он сильнее этого, что это ничего не меняет, но какой смысл, если теперь всё иначе? Видимо, именно в тот момент ему нужно было расстаться с воспоминаниями о прошлой жизни.

Всё было по-прежнему. Он работал, улыбался отцу, кивал Эридану, когда это от него требовалось, несмотря на то, что хотел выпустить ему кишки. Мэнор снова опустел. Сэм пришлось переехать домой, чтобы ухаживать за больной бабушкой. И он снова был один. Но Скорпиус был рад не видеть людей, их лица, не слышать их смех и идиотские разговоры. Не пытаться выдавливать из себя улыбку. Нет, он не чувствовал боли и горя, только пустоту. Ему было всё равно. Слишком всё равно, чтобы притворяться. Кому нужна напускная весёлость? Никому. Достаточно вежливо кивать и поменьше открывать рот — и тогда к вам никто не полезет. Всем плевать, что у вас на душе, главное, чтобы это не имело к ним никакого отношения.

Можно жалеть себя сколько угодно, а можно идти вперёд. Хотя бы пытаться. Или делать вид. Когда долго носишь маску, она становится твоим настоящим лицом.

Единственное, о чём Скорпиус жалел, — это о том, что именно он стал причиной ссоры Альбуса и Арден. Можно было назвать его как угодно, но только не предателем. Малфой не хотел предать лучшего друга, к тому же единственного. Хоть Ал явно был виноват в чём-то, но всё началось с того нелепого поцелуя с Дени. Кажется, извинение — неплохое начало для новой жизни.

Кажется, когда тебя бросают и ты пытаешься хоть как-то справиться, ты должен начать новую жизнь?

Скорпиус негромко постучал. Он решил заявиться к Поттерам без предупреждения, благо время было не позднее.

Дверь открылась почти сразу же. На пороге показался улыбавшийся Поттер. Увидев перед собой Малфоя, он стал серьёзным.

— Ты ко мне? Или, может, к Арден? — это было сказано с издёвкой, но, кажется, Поттер не злился.

— К обоим, — сухо сказал Скорпиус. — Я войду?

Поттер молча освободил другу путь и проследовал за ним в гостиную.

— И всё-таки, зачем ты пришёл, Малфой? Ты, конечно, всё ещё мой друг, но я не рад тебя видеть, — хмуро произнёс Альбус.

Как будто Скорпиус и без него не знал, что не самый желанный гость в этом доме. Но раз Поттер сказал, что они друзья, значит, всё было не так уж погано.

Малфой сел на диван и устало откинулся на спинку, а Альбус подошёл к шкафчику, в котором хранился огневиски. Достал бутылку «Огдена» и стакан, а потом повернулся к Скорпиусу и кивнул головой на виски. Блондин согласно кивнул, и Альбус достал ещё один стакан.

— Я пришёл, чтобы извиниться, — ответил Малфой на заданный другом несколько минут назад вопрос.

Как интересно, подумал Ал.

— Ты? Извиниться? — спросил он недоверчиво.

Скорпиус кивнул, а Альбус поставил на журнальный столик стаканы и наполнил их. Поставив бутылку, он сел на диван рядом со Скорпиусом и спросил с напускным участием:

— Малфой, ты не заболел?

Тот усмехнулся и собрался было что-то сказать, но в комнату вошла Арден. Было заметно, что она немного поправилась, но это было ей лишь к лицу.

— Надо же. Малфой, — удивлённо сказала она.

— Он как раз сказал, что пришёл извиниться, — ехидно доложил ей Альбус.

Малфой ухмыльнулся и начал:

— Вы знаете, я много чего сделал неправильно, — он сделал паузу, — но я не хочу быть виновным в вашей ссоре. Думаю, сейчас уже всё в порядке, но просто это было нужно мне. Чтобы начать всё сначала. Так будет проще.

Альбус усмехнулся и хотел что-то сказать, но Арден перебила его:

— Спасибо, конечно, Скорпиус, но твоей вины тут нет, — она повернулась к мужу. — Чего не скажешь о тебе.

— О чём ты? .. — начал Малфой, но Альбус перебил его:

— Арден, зачем? — он устало потёр глаза руками.

Но, казалось, Арден не собиралась останавливаться.

— Так ты ему не рассказал, как всё было на самом деле? — обвиняющим тоном спросила она.

Да, Поттер — действительно актёр, у которого не было Оскара. Забавно, Малфой, кажется, решил взять на себя все грехи человечества. Но он не должен. Совсем не должен брать на себя ещё и это.

Мерлин всё видит.

Альбус не обманет его своим молчанием.

Но это не её дело. Абсолютно. Она не собирается лезть в их дружбу. Захочет — скажет, а на нет и суда нет.

— Скажи ему, Альбус.

Бросив это напоследок, она удалилась.

Поттер неуверенно посмотрел на друга. Может, так хоть кому-то из них станет легче?

***

Лили чувствовала себя так, будто в ней скоро должна была взорваться бомба замедленного действия. Будто бурная река её невыраженных эмоций должна была прорвать плотину и затопить всё вокруг. Её до сих пор трясло, хотя Скорпиус ушёл некоторое время назад. Девушка не знала, сколько минут или часов прошло, потому что в тот момент, когда она увидела его, оно как будто остановилось.

Лили сидела за столом в приёмной, тупо уставившись на свои руки и не в силах пошевелиться. Чувства давили её. Она захлёбывалась ими. Она не знала, что делать.

А что тут сделаешь?

Она чуть не сдалась в очередной раз. Малфой всегда действовал на неё разрушительно. Слишком разрушительно. Так, что после каждого такого момента девушка не могла собрать себя из кусков, на которые он её разрывал.

Лили любила Эридана. Он дарил ей счастье, радость и покой. Ей больше ничего не нужно. Ни-че-го. Она счастлива.

Она счастлива?

Что для Лили счастье?

Быть любимой? Наверное. Знать, что она кому-то нужна? Возможно.

Почему это тогда не спасает Поттер от мыслей о другом человеке? Кто спасёт её от него, от мыслей о нём? От неё самой…

Лили чувствовала, что больше не может так жить, с этими мыслями, с этими эмоциями. Препарировать их вновь и вновь. Прокручивать в голове, переживать заново. Она слишком слабая для этого всего.

Поттер не услышала, как отворилась дверь приёмной.

— Лили, мы же… Эй, что случилось? — это был Эридан.

Он подскочил к ней и сел на корточки рядом со столом. Они собирались сегодня пойти обедать вместе, но Лили не пришла, поэтому Эридан решил проведать её, чтобы убедиться, что всё в порядке. Но всё не в порядке.

Лили нашла в себе силы поднять голову и посмотреть на него.

Не спрашивай. Пожалуйста, не спрашивай ничего.

Она не сможет ответить.

Волнение в его глазах сводило её с ума, сопереживание — убивало.

Почему он так добр к Поттер? Слишком добр. Она чувствовала себя ужасным человеком.

— Лилс, в чём дело? — Малфой аккуратно коснулся её щеки.

Его напугала бледность девушки. Как и то, что на её лице не отражалось ни единой эмоции.

Она посмотрела на Эридана и сказала:

— Давай уедем отсюда. Пожалуйста. В Испанию, в Италию. Куда хочешь. Только давай уедем, Дэн, — она встала и нервно заходила по комнате.

— Лили, — позвал он, вставая. — Лили, — схватив девушку за руку, Эридан развернул её к себе. — Да что, чёрт возьми, происходит?!

«Ничего. Я просто идиотка, которая не может держать себя в руках».

Девушка попыталась вырвать руку из цепкой хватки, но у неё ничего не получилось, всё же она была слабее Эридана.

Слабачка.

Где её долбаный гриффиндорский героизм?

Похоже, он испарился вместе с запахом одеколона Малфоя. Кажется, Мерлин издевается над ней. Над всеми ними.

Эридан схватил её за плечи и встряхнул.

— Лили, что ты несёшь? У нас свадьба через месяц.

— Через три недели, — уточнила девушка. – Дэн, свадьба — глупая формальность. Да кому она нужна вообще?

— Тебе. Тебе нужна, — он отпустил её. — У тебя всё должно быть идеально, понимаешь?

Снова. Снова это дурацкое желание сбежать от всего и от всех. Прежде всего — от себя.

— Мне не нужно это. Серьёзно.

Дэн обречённо посмотрел на Лили, а потом аккуратно взял её лицо в руки.

— Скажи мне.

Ты знаешь, что.

— Он был здесь.

Лили сжала запястья Эридана.

— Кто? — непонимающе спросил он. — Скорпиус?

Девушка кивнула.

Как объяснить ему?

— Он обидел тебя? — тон Эридана был таким ледяным, что Лили показалось, будто в приёмной похолодало.

— Нет. Конечно, нет. Что ты, — бессвязно пробормотала она.

— Зачем?

Он был зол. Лили чувствовала это под слоем напускного безразличия. Но именно в этот момент она поняла, что не может ранить его. Только не этим. Только не Эридана, который дал ей второй шанс, подарил надежду на обычную жизнь. Спас от горя и одиночества. Или от Скорпиуса. Или от неё самой.

— Эм, он был ранен. Порезал руку. А когда я лечила её, заметил кольцо и… расстроился. Сильно расстроился.

Дэн понимающе кивнул. Ещё бы. Уже даже до такого дегенерата, как его братец, должно было дойти, какую девушку он потерял. Он усмехнулся. Кому-то всё, а кому-то ничего. Такова жизнь, неудачник.

— И что сказал? — спросил он уже спокойно. Просто из любопытства.

— Просил выйти за него замуж, — флегматично ответила девушка.

Это какой-то сложный прикол? Она проверяет его?

Прищурившись, Эридан начал наступать на Лили, а она — отходить от него. В конце концов, когда девушка упёрлась стеной в шкафчик с медикаментами, Дэн остановился. Совсем близко к ней. Буквально в нескольких дюймах. Девушка взволнованно сглотнула, не спуская с него глаз.

Эридан опёрся о шкафчик руками по бокам от её головы и наклонился ближе.

— И что же ты ответила, Лили? — спросил он вкрадчиво прямо ей на ухо.

Девушка вздрогнула и тихо ответила:

— Ты так плохо обо мне думаешь? Послала его подальше, конечно.

— И у тебя не было мысли? .. — Он медленно провёл рукой по её бедру, приподнимая и сминая платье и больничный халат, оставляя белые следы на коже.

Лили тяжело вздохнула.

Да, наверное, это и привлекает девушек в парнях. Чувство опасности. Чувство, что ещё секунда — и ты упадёшь в бездну, оступившись на краю обрыва. Чувство, что не стоит шутить с ним. И эта властность, которая в Малфоях била просто изо всех щелей.

Опасность — это сексуально, кто будет спорить?

И сейчас она чувствовала это, задыхалась от внезапно ударившего в голову адреналина.

— Не было, — чуть слышно пролепетала Лили перед тем, как губы Малфоя накрыли её собственные.

Комментарий к Глава 25. Мерлин всё видит

https://vk.com/interparities

========== Глава 26. Закономерности ==========

Это случилось снова. Испуг, адреналин, боль в груди. И вот он уже на пороге неизвестного ему дома на окраине Лондона. Он — Малфой. Его с детства учили самоконтролю.

«Малфой?»

«Малфой, что с тобой?»

Он еле слышал Альбуса, будто они были далеко друг от друга. Плотная пелена окутала Скорпиуса, а голос друга пытался прорваться сквозь неё.

«Ты в порядке?»

Нет. Нет, он не в порядке. Он совсем не в порядке.

Его всегда учили контролировать себя, держать лицо. А теперь это была уже вторая паническая атака за неделю.

И сейчас он стоял перед дверью мозгоправа, к которому его притащил Ал. Малфой бы никогда в жизни сам сюда не пришёл, но Поттер настоял. Кто бы мог подумать, что он, Скорпиус Малфой, до такого докатится?

Постучать пришлось снова, потому что ответа не последовало. Услышав шаги, Скорпиус приготовился увидеть какую-нибудь стервозную мадам лет этак пятидесяти с неудачно выщипанными бровями. Но когда дверь открылась, он понял, насколько ошибался.

Перед ним предстала молодая загорелая брюнетка, которая была весьма хороша собой.

— Мисс Олдридж? — хмуро осведомился он.

Девушка улыбнулась и освободила ему путь, сделав приглашающий жест рукой и сказав при этом:

— Я так понимаю, вы — мистер Малфой? Меня предупреждали о вас, — она немного помолчала, закрывая дверь. — Прямо и налево, пожалуйста. Там мой кабинет.

Он неспешно проследовал в дом, оглядываясь по сторонам. Обстановка была располагающей. Прихожая была выполнена в пастельных тонах, а стены и потолок кабинета были белыми. Прямо напротив входа в комнату стоял письменный стол, за которым располагалось большое окно, в котором виднелся пригород Лондона. Сбоку, у стены стояло тёмно-коричневое кресло, а рядом — диван, на котором, по всей видимости, и должен был расположиться Скорпиус. Он аккуратно присел на край и поглядел на девушку.

— Откуда вы знаете Поттера? — поинтересовался Малфой, пока та перебирала какие-то бумаги на столе.

— Сотрудники фирмы, в которой он работает, проходят у меня обследование раз в год. Иногда они и сами обращаются ко мне за помощью, — коротко ответила она, не отрывая взгляда от документов.

Скорпиус промычал в ответ нечто нечленораздельное и принялся рассматривать различные дипломы и грамоты доктора Олдридж, висевшие на стене напротив. Надо же, сколько. Она казалась молодой, лет двадцати семи, но, судя по дипломам, была неплохим специалистом.

— Чай, кофе? — спросила девушка, становясь около кресла.

Виски, подумал Скорпиус, но вслух сказал:

— Нет, спасибо, мне ничего не нужно.

Доктор улыбнулась, пожала плечами и села в кресло напротив него, сделав приглашающий жест, чтобы он лёг. Скорпиус нахмурился, но сделал то, что она хотела.

— Расскажите мне, — попросила она.

— Рассказать что?

— О том дне, когда это случилось с вами в последний раз. — Он знал, что она имела в виду. — Что вы чувствовали?

Скорпиус погрузился в мысли, стараясь вспомнить, как всё было. Вспомнить тот день.

Он пришёл в дом Поттеров, чтобы извиниться. Потом Альбус рассказал ему о настоящей причине их ссоры с Арден. Потом сказал, что Лили уже будет замужем, когда Арден родит маленького Поттера.

Его будто ударили в печень. Выбили из лёгких весь воздух. Скорпиус попытался втянуть его в себя, но кислорода всё равно не хватало.

Вздохи выходили короткими, рваными, и это не помогало: он лишь набирал в грудь кислород, но не мог выдохнуть его.

Сердце колотилось так, будто прямо сейчас готово было проломить грудную клетку. Будто кто-то засел там, внутри, и пытался вырваться на свободу.

Удар. Снова удар. И ещё один.

Выпусти меня отсюда. Выпустименяотсюда.

Руки дрожали так, что он не мог просунуть пальцы под ворот рубашки, чтобы хоть немного освободить дорогу спасительному воздуху.

Над ним возвышался Альбус. Он что-то говорил. И говорил, и говорил. Кажется, он был взволнован. О да, он был очень взволнован. И всё повторял: «Дыши, Малфой. Просто дыши, блядь».

Время тянулось так долго… будто в замедленной съемке. Казалось, что прошёл час, а может, два, а он всё делал безуспешные попытки выровнять дыхание.

— Это… это как будто ты тонешь. Воздуха катастрофически не хватает. Лёгкие горят, но ты ничего не можешь с этим сделать, — он помолчал. — И эта агония длится почти бесконечно. В твоей голове.

Скорпиус оторвал взгляд от своих рук и посмотрел на доктора. Та внимательно следила за его движениями.

— Вы… вы не будете ничего записывать? — спросил парень, заметив, что в её руках не было ни ручки, ни блокнота, ни даже Прытко-пишущего пера.

— Нет, мне это не нужно, — улыбнулась девушка. — Я провожу сеансы в форме беседы.

— Интересная беседа. Вы знаете о пациенте всё, а он о вас ничего, — заметил Малфой.

— А ещё я получаю деньги за эту беседу. Се ля ви*, мистер Малфой, — рассмеялась доктор Олдридж.

— Скорпиус. Вы можете звать меня Скорпиус, — сказал он, поморщившись, а потом, помолчав немного, он спросил: — А я могу звать вас Мэри Джейн?

— Конечно, но вернёмся к вам, Скорпиус, — тон её снова стал деловым, а глаза — заинтересованными.

Он будто её подопытный кролик. Любопытный экземпляр.

Ох, да, панические атаки — это так интригующе.

Ведь это так интересно — наблюдать за тем, до чего он дойдёт в следующий раз.

Но ему всё равно. Может быть, это того стоит? Стоит быть подопытным, стоит открыть хотя бы форточку в свою душу? Если слишком долго молчать — эмоции пожрут тебя заживо.

Но, с другой стороны, молчанием можно обезопасить себя.

— Когда в первый раз у вас случился приступ панической атаки? — прервала молчание Мэри Джейн.

— На прошлой неделе, — глухо ответил Скорпиус.

В тот день, когда он был в Мунго. В тот день, когда он снова увидел её. Лили. Почему от её образа и имени в груди разрастается огромная дыра?

В тот день, когда она отказала ему. И в этот раз окончательно.

— В тот день, когда я предложил девушке выйти за меня замуж, а она отказала. Это было не так давно.

Он не мог сказать, когда точно. Он просто… не помнил. Он настолько ушёл в себя и в работу, что потерял счёт времени. Он не знал, сколько прошло дней.

— Почему она отказала вам, Скорпиус? — нахмурившись, спросила доктор.

— Потому что она выходит замуж за моего брата, — это было сказано флегматично, но внутри него что-то ёкнуло.

И так было каждый ёбаный раз. Что-то ломалось в нём всякий раз, когда он вспоминал о Лили, о них, об Эридане, о моменте в Мунго.

Обо всех моментах. Обо всех.

Хогвартс-экспресс. Выручай-комната. Его выпускной. Выпускной Лили. Неловкие знакомства с родителями. Попытка жить вместе, обернувшаяся коллапсом для их отношений. Катастрофой.

И просто полным пиздецом для его печени.

Идиотские картинки проносились в голове.

Лили. Ли-ли. Л и л и.

— Скорпиус? — позвала девушка.

Она взволнованно следила за ним взглядом.

Услышав её голос, Малфой вынырнул из воспоминаний. Реальность окатила его ледяной волной. Он мог бы остаться там… в воспоминаниях. Хотя бы там он мог бы быть с Лили. Но он был здесь. На приёме у психотерапевта. И у него снова начиналась паническая атака. Он понял, что не дышал, и постарался глубоко вдохнуть воздух. Полной грудью. Столько, чтобы лёгкие наполнились им до отказа. Чтобы внутри всё жгло от необходимости выдохнуть.

Так, будто ты тонешь.

Так, будто не можешь позволить себе утонуть. Сжимаешь зубы из последних сил. Хотя голова и лёгкие сейчас взорвутся.

Так, будто это твоя агония, твои последние минуты на этой грёбаной планете. И, в конце концов, ты открываешь рот, и вода заполняет твои внутренние органы. Ты больше не чувствуешь боли. Не чувствуешь страха.

Вообще ничего не чувствуешь. Только покой и умиротворение.

— Скорпиус? — снова позвала Мэри Джейн.

— Я в порядке. В порядке, — очнувшись, хрипло сказал Малфой.

Он помотал головой, чтобы сбросить оцепенение, и обратил взгляд на доктора Олдридж, которая в свою очередь сказала:

— Я думаю, нам стоит продолжить в следующий раз, — и улыбнулась. Приятно так, по-доброму. Как мать ему улыбалась, когда Скорпиус был чем-то расстроен.

— В смысле? Но я ведь тут совсем недавно, — удивлённо проговорил блондин.

— Наш сеанс длился полтора часа, Скорпиус, — снова улыбнулась Мэри Джейн.

Малфой бросил взгляд на часы, висевшие на стене напротив. Действительно, он тут уже полтора с лишним часа, а показалось, будто прошло минут тридцать.

Что с ним не так?

С ним всё не так.

Он продолжает медленно терять почву под ногами? Возможно. Он устал от этого всего. Ему хотелось не сожалеть ни о чём, не думать. Может, хотя бы психиатр поможет ему в этом? Может, он перестанет терять контроль над собой при любом воспоминании о Поттер?

Он ненавидел её за то, что она заставляла его чувствовать всё это, а себя за слабость. Это отвратительно. Хотелось проблеваться этими эмоциями и забыть.

Просто забыть.

Малфой ненавидел весь грёбаный мир за это. За то, что готов был положить его к её ногам, но как всегда слишком поздно. Он просто в очередной раз не успел. Опоздал. И Поттер исчезла из его жизни так, будто её и не было, оставив после себя его, разорванного в клочья и разбитого вдребезги. Это закономерно.

И теперь Лили выходит замуж уже через восемнадцать дней.

А он выходит из дома своего психотерапевта. «Своего». Звучит так, будто он поехавший. Эмоционально и психически неуравновешенный. Псих.

Это закономерно.

Комментарий к Глава 26. Закономерности

* Такова жизнь (франц.)

========== Глава 27. Очищение ==========

— А может, тебе не очень нужно идти? — спросила Лили, с кровати глядя на Дэна, поправлявшего галстук-бабочку.

Казалось, он нервничал, хоть и скрывал это.

— Ты хочешь, чтобы я не дожил до нашей свадьбы? — спросил он, усмехнувшись.

Лили в ответ надула губы и протянула:

— Ну, подумаешь, не придёшь один раз на эту дурацкую встречу. Ничего ведь не случится.

— Ну да, — пробормотал Эридан, глядя на девушку в зеркало.

Он бы и сам никуда не пошёл, а с удовольствием остался бы с Лили. В мягкой, тёплой кровати со своей будущей женой. Это так странно звучало… Дэн не собирался жениться раньше тридцати, но, видимо, судьба распорядилась по-другому. Он недовольно поморщился, пытаясь завязать бабочку, но сегодня явно был не его день, и это не получалось. В зеркале он увидел, как Лили тихо встала с кровати и мягкими шагами направилась к нему. Взяв Малфоя за плечи, девушка развернула его лицом к себе и взяла бабочку в руки. Когда дело было сделано, она потянулась и поцеловала Эридана в щёку, а потом сказала:

— Удачи сегодня, — поправила ворот рубашки и уже хотела отойти, когда поняла, что её заключили в сильные объятия.

— Может, всё-таки не идти? — хитро спросил Эридан, притягивая Лили к себе.

— Всё-таки идти, — сказала она, зная, что он точно должен быть на этой встрече. Эридан действительно получит от Драко Малфоя по полной, если не явится.

Эридан нежно поцеловал девушку, проведя рукой по щеке, а потом по длинным рыжим волосам, улыбнулся и сказал:

— Не забудь, что мы с тобой сегодня обедаем. В три, не опаздывай.

Лили кивнула и направилась за Малфоем к двери, чтобы проводить его.

Выйдя из дома, Эридан трансгрессировал и уже через несколько секунд был на пороге нужного ему здания, где должна была состояться встреча с их новыми партнёрами. Если, конечно, они смогут договориться. В жизни часто всё очень сильно зависело от этого слова.

Он вошёл и уже через пять минут был в зале заседаний. Мистер Малфой и Скорпиус к тому времени заняли свои места. Рядом с ними было его пустое сидение, а дальше расположились ещё несколько директоров и членов совета. Эридан поздоровался с теми, с кем был знаком, улыбнулся паре незнакомых мужчин, пожал руку Драко и кивнул Скорпиусу. Ему бы он с удовольствием пожал… только горло. Дэна всё ещё выводила мысль, что этот мудак посмел внаглую заявиться в Мунго и о чём-то там говорить с Лили.

Эридан глубоко вздохнул, стараясь подавить злость. С кузеном он разберётся потом. Сначала надо подписать долбаный контракт. Слава Мерлину, он будет сидеть боком к Скорпиусу. Не придётся смотреть на его идиотскую рожу. Тупой кретин.

Парень сел на стул, и, когда подошли ещё несколько человек, собрание началось. Оно было довольно-таки коротким. Сначала обсуждались условия, которые должны были стать взаимовыгодными, потом затраты, а потом, конечно же, выручка. Любимая тема всех и каждого в данной комнате. Обсудив все пункты договора, генеральные директора подписали его. Народ начал расходиться. Драко пожимал руки новым партнёрам, улыбался им и благодарил за сотрудничество, выражал радость по поводу заключения удачной сделки.

Эридан сидел за столом и, медленно попивая воду из пластмассовой бутылки, следил за тем, что происходило. Рядом развалился Скорпиус. Он тоже наблюдал за отцом и другими.

Дэн позвал кузена и, когда тот обернулся, сказал:

— Когда все разойдутся, не уходи. Есть разговор.

Скорпиус ухмыльнулся, давая знать ему, что понял.

Ме-е-ерлин. Дэн такой предсказуемый. О чём же будет разговор? Наверное, не о Лили. И не о Мунго. О чём-то, совсем не касающемся того, что он там был и лез к ней. Интересно, у Поттер хоть хватило ума не говорить дорогому жениху, что именно сделал Скорпиус?

С одной стороны, Эридан всё-таки Малфой, и если знал что-то, то мог просто ждать удобного момента, с другой — скорее всего, он бы уже попытался придушить Скорпиуса, если бы был осведомлён о произошедшем.

Все наконец-таки вышли, Драко отправился на ланч с какой-то-важной-шишкой, а Эридан и Скорпиус остались одни. В зале повисло молчание, оно было тяжёлым, но их обоих это не напрягало. В принципе. О чём им было говорить? О погоде? Об изменениях на валютном рынке? О предстоявшей свадьбе Эридана и Лили?

Дэн молчал, и Скорпиус решил, что ему надоело слушать тишину и недовольное сопение этого идиота, потому встал, чтобы выйти. Но его остановил кузен, который-таки решил подать голос:

— Зачем ты ходил туда?

В зале было очень душно, несмотря на то, что должен был работать кондиционер, и Эридан ослабил бабочку, а потом и вовсе развязал её. Расстегнув верхнюю пуговицу на рубашке, он поглядел на парня, стоявшего у двери.

— Куда? Выражайся яснее, я много куда хожу, — недовольно ответил Скорпиус, не поворачиваясь.

— Не еби мне мозг, Скорп. Ты знаешь, о чём я, — нетерпеливо сказал Дэн.

Скорпиус развернулся к кузену и посмотрел на него, как на идиота, как бы спрашивая: «Да что ты?». Он не собирался играть в эту игру с Эриданом. Пусть помучается, если хочет выйти на разговор.

Что за тупые уловки с увиливанием и началом издалека? Спрашивай прямо — и будет тебе ответ.

Кто ещё тут кому мозг ебёт.

Эридан не вставал со стула и не шевелился, просто продолжал разглядывать Скорпиуса, словно тот был любопытным экспонатом в музее.

Вечно ждать, что ли?

Скорпиус посмотрел на кузена с ожиданием, и тот наконец выдал:

— Зачем?

— Блядь, просто, — раздражённо бросил Малфой.

Не трясти же ему рукой перед лицом любимого братца, дабы доказать, что он пришёл в Мунго не Поттер повидать.

Он — Малфой. Он не должен ничего доказывать. Только не этому куску говна.

В это время Эридан медленно поднялся со своего стула и направился в его сторону. Скорпиус молчаливо наблюдал за тем, как кузен подошёл к нему и положил руку на его плечо. Тяжёлая ладонь всё ещё оставалась на месте — Дэн, по всей видимости, не собирался отвалить, — поэтому Скорпиус спросил:

— Может, руку свою уберёшь?

— А то что? — прищурившись, спросил Эридан; его рука стала сильнее давить на плечо Скорпиуса, который незаметно достал палочку из внутреннего кармана пиджака и направил её на грудь двоюродному брату.

Другой рукой он поправил светлые волосы и жёстко сказал:

— А то отправишься в Мунго к своей ненаглядной прямо отсюда.

Эридан ухмыльнулся и сделал шаг назад, но потом, когда Скорпиус начал опускать руку, резко выбил у него палочку и схватил кузена за грудки, вбивая того в стену. Парень поморщился от удара затылком, но сказал:

— И что? Всё?

Тогда последовал ещё один сильный удар о стену. Зашипев от боли, Малфой попытался оттолкнуть брата, но тот держал его крепко и не двинулся с места.

— Почему, — спросил Эридан, приближаясь к лицу Скорпиуса, — ты всегда думаешь, что тебе всё сойдёт с рук?

Он резко опустил руки, и Скорпиус немного съехал по стене. Схватив рукой его за воротник, Эридан сильно ударил брата по лицу. Тот ухмыльнулся, хоть и почувствовал, как из носа пошла кровь.

Плевать.

Ему даже нравилось. Казалось, что он получает за всё, что делал неправильно. И пусть. Пусть Дэн выбьет из него всё дерьмо. Насрать.

Скорпиус почувствовал, как снова бьётся головой о стену, а потом — как пятки отрываются от пола, и тогда сказал:

— Не держи Поттер за идиотку. Она всё равно всё узнает. Через год, через пять — какая разница? Она узнает и возненавидит тебя. Представляешь, что с тобой сделает её отец? — он довольно ухмыльнулся, предвкушая этот момент.

Ещё один удар о стену.

— Ну, главное, что не от тебя. Тебя-то она даже слушать не станет, — зло выплюнул Эридан ему в лицо.

Скорпиус хрипло засмеялся, глядя на Эридана сверху вниз и чувствуя, как сползает по стене. Наконец он твёрдо стоял на ногах, хоть и Дэн продолжал держать его за грудки.

— Ты же понимаешь, что испортишь ей жизнь? — спросил Скорпиус уже серьёзно, наступая на брата.

— Не больше, чем ты, — сказал в ответ Дэн и, не выдержав его спокойствия, толкнул кузена к стене и сказал: — Не смей, блядь, даже приближаться к ней.

Ещё чего. Да Эридан, как оказалось, сама святая наивность.

Почти каждое своё слово он сопровождал ударом кулака в живот двоюродного брата.

Тогда Скорпиус не выдержал. Видимо, Дэну он казался не только идиотом, но и слабаком. Резким движением он оттолкнул кузена и тут же с силой ударил его в челюсть. Мудак.

Он вместил в удар всю злость и усталость, боль и ненависть к Эридану. Никто не может безнаказанно втаптывать его в грязь. Может, сейчас был единственный шанс заставить Дэна сожалеть о том, что он такой говнюк, но Скорпиусу от этого хуже не будет.

На самом деле это всегда приятно. Чувствовать, как кулак врезается в кость, как она трещит под силой удара, иногда — как ломается. Боль в руке была лишь приятным дополнением. Вместе с этой болью из тебя выходит ненависть, злость, всё остальное кажется таким… несущественным. Ничего не существует, кроме тебя, твоего кулака и места, куда он направлен. Забавно, но такая вот боль дарит какое-то спокойствие и… очищение, что ли. Какой-то слишком неправильный катарсис, но зато по-идиотски нужный. Ты высвобождаешь зверя, чтобы он потом сидел внутри смирно.

***

Скорпиус торопливо пересёк дорогу и направился к дому своего психотерапевта. Он всё ещё не мог привыкнуть к тому, как это звучит. Малфой бы предпочёл отлежаться дома, но Поттеры следили за его «посещаемостью», поэтому ему пришлось после заседания и разборок трансгрессировать на улицу доктора Олдридж. Конечно, перед этим он зашёл в туалет и избавился от следов потасовки с Дэном, но она, наверное, всё равно поймёт, если начнёт спрашивать.

Он позвонил в дверь, и через минуту на пороге возникла приветливо улыбавшаяся Мэри Джейн. На девушке было тёмно-серое платье и кардиган. Строго, но симпатично, заметил Малфой. Она отошла, пропуская Скорпиуса вовнутрь, а сама, закрыв за ним дверь, прошла следом.

— Я почему-то думала, что вы не захотите прийти, — сказала она, подходя к столу, над которым висел шкафчик. Открыв его, девушка достала бутылку «Огдена» и развернулась к Малфою.

— Вы же на работе, — проговорил Скорпиус, удивлённо глядя на девушку.

— У меня до вас была семейная пара, — ответила она, округлив глаза и давая ему понять, что это было нечто ужасное.

Парень принял стаканы и бутылку и разлил им огневиски.

Сделав глоток и поморщившись, доктор Олдридж сказала, глядя на Скорпиуса:

— Ну что, начнём?

Парень лёг на диван, а девушка села напротив.

========== Глава 28. Причины и последствия ==========

— Зачем вы спрашиваете? — Скорпиус поморщился.

Ему не хотелось отвечать, не хотелось вспоминать прошлое и думать о Лили. Слишком уж неприятно это было, да и тема, казалось, исчерпала себя. Наверное.

— Потому что вам нужно об этом говорить, — твёрдо ответила мисс Олдридж.

Девушка спрашивала о том, как они с Поттер познакомились, о том, как начались их отношения, когда всё испортилось и когда он видел Лили в последний раз. А Малфой не хотел отвечать на вопросы, он хотел, чтобы Мэри Джейн выписала ему какие-нибудь зелья и выпустила отсюда.

— Скорпиус, вы должны рассказать. Чтобы освободиться от этого. Я спрашиваю не потому, что мне очень интересно или я хочу надавить на больное. Я спрашиваю потому, что хочу, чтобы вам стало легче.

— Как мне может стать легче от того, что я снова буду об этом вспоминать? — раздражённо спросил Малфой, глядя на Мэри Джейн исподлобья.

— Вы будете отпускать своё прошлое с помощью рассказа, сможете разделить с кем-то свои эмоции, — устало ответила девушка, потерев глаза пальцами.

— По-моему, мне лучше поможет зелье, — упрямо проговорил Скорпиус, вставая.

Что, если он не хотел «делить эмоции»? Что, если ему просто нужно забыть и не вспоминать?

— Как вы думаете, почему всё-таки произошёл разрыв?

Вообще-то вопросы доктора часто ставили его в тупик, и это был тот самый случай, когда Малфой не знал, как сформулировать ответ, хотя мысли роились в голове, не давая выцепить что-то, что могло бы с точностью описать его ощущения.

Скорпиус задумался, хотя знал, что нужно ответить.

Потому что у него долбаные малфоевские гены, дурной характер и алкоголизм второй степени. Потому что он не умеет ценить то, что у него есть. Потому что…

— Потому что я вёл себя, как мудак.

Доктор Олдридж как-то невесело усмехнулась и покачала головой.

— Знаете, в чём ваша первая проблема? Вы во всём вините себя. Так, будто во всём плохом, что случается, виноваты вы. Всё имеет свойство заканчиваться. Я думаю, вы знаете, что такое «жизненный цикл товара»?

Отец давал ему какие-то книги по маггловским экономике и маркетингу. Суть была в том, что у всего есть свой срок. Продукт появляется на рынке, потом объёмы его продажи растут, в фазе зрелости они стабильны, не падают и не увеличиваются. Четвертая фаза — фаза упадка, в которой спрос на продукт падает.

Мэри Джейн привела неплохую метафору человеческой жизни.

У всего есть свой срок.

Теперь уже Скорпиус усмехнулся. Они понимал, что отчасти она была права, но у всех событий есть причины и последствия.

Спрос на товар падает тогда, когда на рынке появляется новый.

***

Иногда в жизни наступают моменты, когда ты понимаешь, что тебя всё достало настолько, что буквально ещё пара минут — и ты нахрен слетишь с катушек. Ты можешь долго терпеть, стараться удержать шаткое равновесие, а потом тебя выводит какая-то мелочь. Сущий пустяк, который оказывается той последней каплей, из-за которой чаша терпения переполняется. Пуф — и твоя выдержка оказывается лопнувшим шариком.

Иногда в жизни наступают моменты, когда ты понимаешь, что сойдёшь с ума. Если сейчас же, в эту же минуту не изменишь что-нибудь в ней. Тебе хочется сорваться и уехать куда-нибудь, увидеть что-то, что ты мечтал увидеть, или сделать то, чего не решался делать.

Чаще всего подобные мысли бывают погребены под будничной рутиной, но иногда невозможно их подавить.

Скорпиус понимал, что этот раз не выйдет. У него не получится избавиться от желания послать всё к чертям исвалить куда-нибудь подальше.

Ему было плевать на то, что завтра подписание какого-то дохера важного договора, что отец будет искать его и сдерёт три шкуры.

Иногда желание начать всё с чистого листа становится настолько непреодолимым, что ты бездумно подчиняешься ему. В голове нет абсолютно никакого плана, только жажда срочно поменять всё.

Малфой знал, что нужно начинать всякое изменение с себя. Он трезво понимал это. А ещё то, что ничто не изменит его лучше, чем обстановка. Смена деятельности и отвлечение прямо-таки созданы для того, чтобы забыть что-то, что помнить не хочется.

Он, конечно, не хотел избавляться от воспоминаний, просто хотел избавиться от Поттер, как от навязчивой мысли, засевшей в голове и не дававшей думать ни о чём другом.

Скорпиус бездумно шёл по тротуару вдоль какого-то шоссе, не обращая внимания на проезжавшие мимо машины. Неприятный, пронизывающий ветер бил в лицо и забирался под тонкую кожанку, заставляя мурашки пробегаться по коже там, докуда он добирался своими ледяными пальцами.

Скорпиус размышлял о том, что говорили Мэри Джейн и Альбус: ему нужно двигаться дальше. Забыть. По крайней мере, постараться. Перестать раз за разом всё больше пускать свою жизнь по пизде, взяться за голову и перестать тешить себя иллюзиями.

Хотя он и не тешил. Скорее, он просто знал, что Лили и Эридан не подходили друг другу. Возможно, он точно так же не подходил ей, но это уже не было столь важным, потому что явно всё в прошлом.

Наверное, ему действительно стоило смириться с тем, что всё в этой жизни заканчивается, что бывшие девушки влюбляются не в тех парней (хотя, по его мнению, никто не заслуживал быть с Лили). Ему стоило смириться с тем, что Поттер может любить кого-то другого.

На самом деле, от мыслей об этом к горлу подступала тошнота, а воздух в лёгких казался отравленным. Но да, наверное, ему и правда просто пора повзрослеть. Как всегда говорил отец.

Поттер перешла на новый уровень, так, может, и ему стоило?

***

Джеймс Поттер по выходным никогда не просыпался раньше обеда, если того не требовали обстоятельства. Такие, например, как неожиданный звонок в дверь.

Парень очнулся от вязкого сна и сразу же забыл, что ему снилось. Постарался разлепить глаза. Это получилось совсем не с первого раза, но незваный гость был крайне настойчив, поэтому Джиму пришлось откинуть одеяло, и, стараясь побороть сонливость, он сел на кровати.

Противный звук дверного звонка резал слух и заставлял в голове взрываться тысячи осколков, больно впивавшихся в черепную коробку.

Поднявшись, Поттер торопливо направился к двери. Проходя по коридору, он бросил взгляд на настенные часы и отметил, чтобы всего около девяти утра. Джеймс недовольно пробормотал: «Чёрт бы побрал идиота, заявившегося в такую рань» — и принялся открывать злосчастную дверь. Он думал, что это родители решили неожиданно нанести визит или Лили было что-нибудь нужно, но, увидев, кто стоит на пороге, Поттер удивлённо хмыкнул и спросил, чем обязан.

— Малфой пропал, — глядя на него глазами, полными надежды, сказала Сэм.

Она даже сначала не обратила внимания на то, что Джеймс Поттер стоял перед ней в одних спортивных штанах, потому что мысли были заняты совершенно другим.

— И ты решила, что он здесь? — саркастично спросил Джим, улыбаясь и глядя на неё, как на глупую.

Ясно давая понять, что Малфоя там не было и быть не могло. Саманта почувствовала себя полной идиоткой, натыкаясь на почти издевательский поттеровский взгляд и стараясь не опускать взгляд ниже его лица, потому как пялиться было бы неприлично, да и она тут была действительно по делу.

Он не поможет.

Саманта пришла сюда именно за помощью, потому что Джеймс Поттер, хоть и не был другом Малфою, как-никак заботился о нём, если можно так назвать то, что делал для Скорпиуса Джим. К тому же адреса Аьбуса Поттера она не помнила, поэтому решила сначала зайти к Джеймсу.

Она пришла за помощью, которой он не мог дать.

Видя, что девушка была серьёзно расстроена и переживала, Джеймс пригласил её войти и спросил, в чём всё-таки дело.

Уильямс рассказала, что они с Малфоем договорились встретиться вчера, девушка прождала его в кафе целый час, но тот не объявился. Тогда она решила трансгрессировать в Малфой-Мэнор, но там не было никого, кроме эльфов-домовиков, которые сказали, что хозяина не было в поместье с самого утра. Сэм знала, что сначала у него должно было быть какое-то заседание, а потом визит к доктору Олдридж, которая сказала, что он был у неё, но ушёл давно, когда Саманта связалась с ней.

— Ты пыталась отследить его с помощью заклинаний? — спросил Джеймс задумчиво.

Уильямс утвердительно кивнула:

— Не работают. Он будто сквозь землю провалился.

========== Глава 29. Сорок восемь часов неизвестности ==========

От Малфоя не было ничего слышно уже двое суток. Ровно сорок часов неизвестности.

Альбус сидел на диване в гостиной Джима и задумчиво смотрел на стену перед собой. Вообще-то, на ней не было нарисовано ничего, заслуживавшего внимания: просто обои в сине-белую полоску. Узнав о том, что Скорпиус якобы пропал, Поттер сразу же трансгрессировал к Джеймсу, где уже была Саманта, которая и начала бить тревогу.

Забавно, что Малфою-старшему, по всей видимости, было плевать на то, что с его сыном. Почему тот не заявился на очередную встречу. Наверное, он думал, что Скорпиус просто бесится в очередной раз.

Но сейчас всё было иначе. Альбус всегда знал, где Малфой, даже если не видел его несколько недель. И так было с третьего курса Хогвартса: они знали друг о друге всё.

А в этот раз от Скорпиуса не было вестей уже два дня, и Альбус понятия не имел, где тот. Он услышал, как раздался звонок в дверь. Слышал, как кто-то пошёл открывать, но всё равно не пошевелился и не отвёл взгляда от стены. Просто не мог. Потому что чувствовал, что что-то не так, и с трудом сохранял спокойствие. Потому что с Малфоем могло случиться буквально всё, что угодно, а Альбус не мог ничего с этим сделать.

Он не мог сидеть дома, потому что там начинал сходить с ума от ожидания, но не хотел нервировать Арден, которая волновалась за Малфоя не меньше. Но ей нельзя было волноваться. А ещё нельзя было трансгрессировать. Поэтому она осталась в их квартире, а он утром снова вернулся к Джиму.

Они пробовали письма и звонки знакомым, отсылали патронусов, пробовали поисковые заклинания, но всё было бесполезно.

И это нервировало.

Потому что поисковые заклинания не работали в двух случаях: когда кто-то ставил сильную защиту, не желая быть найденным, или когда этот кто-то был мёртв.

От мрачных мыслей его отвлекли чьи-то шаги и последовавшее аккуратное прикосновение к волосам.

— Я говорил тебе остаться дома, — устало сказал Альбус, не поднимая взгляда на жену.

Девушка наклонилась и медленно поцеловала его в макушку. От Поттера пахло травяным шампунем и огневиски, а ещё усталостью. Она знала, что он устал. Что он не выдержит, если Малфой не найдётся. Арден не могла сидеть дома в окружении одних лишь стен, пока Альбуса что-то мучило здесь. Она не могла оставить его на съедение переживаниям за друга.

Альбус подвинулся на край дивана, давая жене сесть рядом.

Она села и спросила:

— Ты же знаешь, что с ним всё будет в порядке?

Альбус обернулся и посмотрел на Арден, а потом, не выдержав взволнованного взгляда, отвернулся и ответил:

— А если нет? Он всегда предупреждает.

Он снова вперил взгляд в стену, не желая больше говорить об этом. Но Арден, казалось, не собиралась оставлять это так.

— Ал, — начала она, разворачивая его лицо к себе, — с ним всё будет нормально…

Она хотела сказать что-то ещё, но в комнату вошёл Джим, и Альбус вскочил навстречу ему.

Последней надеждой разузнать, где Скорпиус, было заклинание, которое знала Гермиона. Джеймс был в квартире семейства Уизли и просил тётю помочь, но оно молчало.

Теперь они окончательно не знали, где Малфой.

— Твою мать, — почти простонал Альбус и упал на диван, где сидела Арден. Он закрыл лицо руками и сидел, не двигаясь, наверное, с минуту.

В помещении были слышны только вздохи присутствовавших и тиканье часов, висевших на стене в коридоре.

— В любом случае, ещё рано бить тревогу, — сказал Джеймс, не обращаясь ни к кому конкретно.

— И что, мы будем просто сидеть и ждать? — возмущённо спросила Сэм.

— Нет, мы пойдём к отцу, — сказал Альбус, вставая.

Он был прав. Вряд ли кто-то бы справился с задачей найти человека лучше, чем Гарри Поттер.

— Тогда нужно трансгрессировать, — сказала Сэм, а потом с сомнением посмотрела на Арден, понимая, что той не стоило этого делать.

Альбус сделал несколько шагов по комнате, задумавшись. Он всё ещё надеялся, что это была всего лишь какая-то затянувшаяся пьянка и Малфой очнулся совсем недавно в каком-нибудь подозрительном баре, не понимая, что он там делал, как оказался и где все его деньги.

Но первым делом он бы отправился в Мэнор.

Осознав это, Поттер резко остановился и сказал:

— Джим, у тебя же работает камин?

Тот удивлённо выгнул бровь и ответил, усмехнувшись:

— Конечно. Без камина живёте только вы.

Альбус смерил старшего брата недовольным взглядом и сказал:

— Тогда мы с Дени можем отправиться в Мэнор. Вдруг Малфой будет там.

Все посчитали, что это неплохая идея, и тогда Джеймс с Самантой трангрессировали в дом Поттеров, а Альбус с Арден — в Мэнор.

Арден не была здесь уже очень давно. Полгода или даже целый год. Малфой не слишком-то жаловал гостей, а она никогда не хотела навязываться, понимая, что в их дружбе она лишняя.

Что было для неё удивительно, так это то, что на стенах и полках не было ни одной колдографии. Только холодные, неприятные картины. Если бы её спросили, на что они похожи, она бы ответила: на Ад. Изображённое на них было действительно похоже на преисподнюю.

Арден видела картины впервые и не могла бы сказать название или имя художника, но он манерой письма напоминал маггловского Босха. Казалось бы, такие небольшие полотна, и такое извращённое безумие на них.

Но самым ужасным было не то, что эти картины были явно написаны шизофреником, и даже не то, что люди на них двигались так же, как и на других магических изображениях. Больше всего пугали лица. Полные страха и боли, мучительной агонии, пожиравшей их заживо.

Девушку передёрнуло от увиденного, и она поспешила отвернуться. Кто вообще может повесить такое в гостиной?

— А мне нравятся, — сказал подошедший сзади Альбус. — Вполне в духе Скорпиуса.

Он легонько пожал руку Арден и направился к шкафчику, стоявшему в углу комнаты.

Достав бутылку огневиски и стакан, Альбус налил себе, отпил немного и, взяв бутылку со стаканом, сел рядом с женой на диван.

— Только двенадцать, Альбус, — недовольно проговорила она.

Арден зря напомнила. Если уже было двенадцать, то это значило, что Скорпиуса нет целых сорок три часа. Сорок три часа неизвестности, которые тянулись то ли бесконечно долго, то ли слишком быстро. Слишком долго для того, чтобы перестать изводить себя и окружающих. Слишком быстро для того, чтобы найти хоть что-то.

Они час провели в ожидании. Джим и Саманта сказали, что дадут знать, когда будут новости, но ничего не было.

Сначала они пытались разговаривать на отвлечённые темы, потом Арден вызвала домовиков, которые принесли обед, и они поели. Утомившись, девушка уснула на диване, положив голову на колени Альбуса, который взял с полки первую попавшуюся книгу и постарался отвлечься от происходящего.

Он бездумно бегал глазами по строкам, потом понимал, что не запомнил ничего из прочитанного, и перечитывал снова. И так по несколько раз. И так целый час. Или, может, полтора. Он бы отложил книгу и пошёл бы прогуляться или умылся бы, но не хотел будить Арден. Она была такой беззащитной, когда спала. Её лицо было безмятежным, но иногда девушка хмурилась, когда видела во сне что-то неприятное.

Пожалуй, сейчас в их отношениях всё было хорошо. На удивление. Не идеально, но хорошо. Он и не думал, что она сможет простить его до конца и к тому же скоро, но Арден простила, по крайней мере, старалась.

Иногда Альбус видел в глазах Арден запрятанную глубоко обиду, но, слава Мерлину, она вырывалась наружу очень редко.

От размышлений его отвлёк звонок в дверь, раздавшийся набатом по всему дому. Дени неохотно открыла глаза и приподнялась. Тогда Альбус ринулся открывать дверь.

Сначала в голове мелькнула мысль, что это мог быть Скорпиус, но потом парень понял весь идиотизм своего предположения: с какого чёрта Малфою звонить в дверь своего дома? К несчастью, это было полным бредом. К несчастью, это значило, что пришли Джеймс и Сэм.

Это значило, что Малфоя всё ещё не было в поле зрения.

Это также могло значить, что они нашли его или хотя бы какой-то след, но Альбус знал, что не стоит тешить себя надеждами.

Нечего было тешить себя надеждами, потому что если неприятность может случиться, то она случится, и ты ничего с этим не сможешь сделать.

Потому что люди всё время пытаются надеяться до последнего, а потом жизнь доказывает, что закон Мёрфи не пустой звук, а долбаная правда.

Выходя из гостиной, Альбус бросил взгляд на часы. Было уже три часа дня, а это значило, что от Малфоя ничего не слышно целых сорок шесть часов. Сорок шесть часов неизвестности, дебильных догадок, предположений и поисков.

На пороге стояли уставшие Джеймс и Сэм.

— Его нет в Лондоне и вообще в Англии, — сказал Джим, входя в прихожую. — Отец сказал перенестись в Аврорат через камин. Он будет ждать нас там и уже должен был заняться поисками по своим каналам.

Арден и Саманта решили остаться в Мэноре: от них всё равно не будет никакой пользы.

Оказавшись в здании, Аврората Джеймс и Альбус нашли отца. Он снова сказал ждать.

Весь день превратился в бесконечное ожидание, которое невозможно было выдержать.

Весь день перевернулся с ног на голову, потому что он, чёрт возьми, должен был пройти совсем не так.

Потому что Малфой не должен был никуда деваться, Малфой всегда был и должен быть в долбаном Лондоне.

Они не разговаривали ни о чём, сидя на стульях в приёмной, только смотрели на десятки людей, проходивших мимо.

А ещё они смотрели на часы. Потому что сидели в участке уже два часа. А это значило, что от Малфоя не было ничего слышно уже сорок восемь часов.

Сорок восемь часов неизвестности, литры кофе и урчащий желудок — всё, что представляла собой жизнь Альбуса эти два дня.

Ровно до того момента, когда дверь отворилась и в проёме появился отец.

— Кажется, мы нашли его, поднимайтесь!

========== Глава 30. Условные рефлексы ==========

Он любил магический мир и абсолютно всё, что в нём было. Магия — это чудо, это что-то, настолько прекрасное, что нельзя описать словами. Но иногда больше всего люди устают именно от того, что любят.

Скорпиусу необходимо было полностью сменить окружавшую его обстановку. Людей, стены, улицы, дома… Он стоял на крохотном балкончике, с которого были видны вены венецианских каналов и узкие улочки по их краям, освещённые тусклыми огнями фонарей. Венеция была волшебным, хоть и крайне дождливым местом. Венеция — город чарующей романтики, но для Скорпиуса она стала приютом, где просто можно было наслаждаться видами готических соборов, следить за гондолами и речными трамваями, сновавшими туда-сюда. Местом, освобождавшим разум и душу.

Венеция — это место, побывав в котором, ты хочешь поменять себя и свою жизнь. Не то, чтобы город был настолько волшебным, просто он почему-то располагал к переменам.

За эти два дня Малфой многое сумел обдумать в тишине и спокойствии. Он и сам не понимал, как так получилось, что он оказался здесь, но был рад, потому что многое осознал. Скорпиус понял, что жизнь, как оказалось, не остановилась и что она двигалась дальше. А ещё — что не обязательно каждый день начинать с огневиски, чтобы существование не казалось таким отстойным. Может, этот принцип действовал только в Италии, а может, эта страна — это то, что могло излечить любую душевную болезнь.

Скорпиус вообще-то не собирался внезапно исчезать из Магической Англии, но, пожалуй, возвращаться ему не хотелось. Стоило ему подумать об этом, как Малфой услышал приглушённый хлопок трансгрессии откуда-то сзади. И усмехнулся.

Он и так знал, кто это. Ему не нужно было оборачиваться, чтобы знать.

— Серьёзно? Венеция? — раздался насмешливый голос.

Парень улыбнулся одним уголком губ и развернулся, упёршись поясницей в перила балкончика.

— Что-то ты долго, — спокойно ответил он.

Альбус сжал губы в упрямую полоску и недовольно произнёс:

— Блядь, я два дня носился, чтобы тебя найти.

Он недовольно поморщился, просверливая друга взглядом.

После того, как отец объявил, что нашёл Скорпиуса в Италии, Альбус сразу же трансгрессировал, чтобы убедиться, что с тем всё было в прядке. Поттер, по крайней мере, надеялся, что не найдёт друга в отключке в номере какого-нибудь дешёвого мотеля. Но вид Малфоя его приятно удивил: тот был трезвым как стекло, спокойным как удав и даже каким-то на удивление собранным. Полноценным.

Вообще-то, он выглядел просто живым.

Альбуса, конечно, это радовало, но в то же время настораживало.

— Пойдём, расскажу всё внутри, — сказал Скорпиус, поёжившись от холода.

Он оттолкнулся от перил и проследовал в номер мимо друга. Альбус пошёл вслед за ним, всё ещё думая о внезапных переменах в Малфое.

Скорпиус не знал, как объяснить Поттеру свои чувства. Внезапное озарение. Понимание того, что жизнь не зациклена на одном человеке?

— Знаешь, что Лили сказала мне в нашу последнюю встречу? — спросил он, наливая чай в большие расписные кружки.

Альбус отрицательно помотал головой и спросил:

— Что?

Воспоминания пронеслись в голове с бешеной скоростью. Слова Лили, её лицо…

«Ты просто грёбаный эгоист».

«К чёрту тебя и твои перемены в настроении!»

Тогда они были для него словно пощёчины, но теперь Скорпиус понимал: Лили была права. Тогда ему казалось, что Поттер не слышит его, но на самом деле это Малфой не слышал её.

Скорпиус пододвинул одну из кружек к Альбусу и, отхлебнув горячего чая, ответил:

— Что я просто не могу смириться с тем, что она любит кого-то другого. — Он поставил кружку на стол и отбросил светлые волосы со лба. — Она была права.

Поттер нахмурился, но ничего не сказал. А Скорпиус понимал, что ему стало намного легче после того, как он признал, что Лили может быть счастлива и не с ним, раз с ним не может. Ему стоило признать это гораздо раньше.

Альбус задумчиво разглядывал друга. Что значили его слова? То, что он сдался, или то, что он наконец-таки понял безнадёжность своих попыток? А так ли уж они были безнадёжны?

— И что, ты просто смиришься с тем, что Лили выйдет замуж за Дэна? — спросил он, прищурившись.

Конечно, по его мнению, Лили не подходил никто. Тем более кто-то из Малфоев. Ни один парень не был достоин такой девушки. Но Малфой хотя бы был его другом…

— Это её дело и её проблемы, если это ошибка. Не мои. — Скорпиус пожал плечами.

— Не забывай, что мы говорим о моей сестре, — возмущённо проговорил Поттер.

Скорпиус усмехнулся и сказал:

— Твоя сестра сделала свой выбор.

Может, Эридан в действительности был тем, кто нужен Лили? Вероятно, он сможет сделать её счастливой.

Малфой не притворялся, будто ему всё равно, потому что это было не так. Просто теперь Скорпиус осознавал, что личная жизнь Лили — больше не его дело, что она вольна сама выбирать, как жить и кого любить. За кого выходить замуж, в конце концов.

Наконец-таки Скорпиус чувствовал, что он честен сам с собой.

***

Джеймс устало ввалился в пустую квартиру. Точнее, ему казалось, что та была пустой. Увидев на кухне свет, он удивлённо нахмурился и вошёл. Удивился он потому, что думал, будто Арден и Сэм уже давно отправились по домам, только получив весточку; будто Малфой найден в целости и сохранности и скоро будет возвращён на территорию Великобритании.

Пройдя на кухню, Джим увидел чудесную картину: рыжеволосая девушка стояла спиной к дверному проёму у плиты и готовила что-то. От запаха еды в животе громко заурчало: всё-таки Джим с утра ничего не ел, потому он был очень рад, что Саманта была здесь и решила приготовить что-нибудь.

Вообще-то Джеймс сам любил готовить (хоть это не всегда получалось, точнее даже очень редко) и нечасто подпускал девушек к своей плите, но был совсем не против того, что Сэм готовила что-то. Это даже льстило.

Решив, что уже насмотрелся, Поттер громко кашлянул, привлекая внимание Уильямс. Девушка вздрогнула, чуть не выронив нож из рук, и обернулась.

— Мерлин, это ты, — проговорила она с заметным облегчением в голосе.

— Почти угадала, — усмехнулся Джеймс и, подойдя к Саманте, заглянул ей через плечо.

В небольшой плошке был салат, а на сковороде — два сочных стейка. От столь аппетитной еды у него буквально потекли слюни. Всё-таки условные рефлексы были не только у собак*.

Джим потянулся, чтобы вытащить из плошки с салатом помидор, однако немедленно получил лёгкий, но чувствительный удар по руке. Возмущённо вскрикнув, парень ткнул Сэм в бок, но девушка строго посмотрела на него, прямо как мама смотрела в детстве, когда он пытался стянуть со стола конфету перед обедом, и сказала:

— Потерпи десять минут, Поттер. Не умрёшь с голода. — Перевернув один из стейков, она проговорила: — Я посадила Арден в такси, она решила ждать Альбуса дома.

Поттер кивнул:

— Хорошо.

— Он говорил тебе что-нибудь насчёт Скорпа? — спросила девушка погодя.

После того, как отец сказал, что Скорпиус в Венеции, и дал точную наводку для трансгрессии, Альбус сразу же решил перенестись туда, отправив жене патронус, а Джиму сказал идти домой, мол, его дела закончились, а дальше Ал разберётся сам.

Джеймсу, конечно, было любопытно, что Малфой забыл в Италии и каково его самочувствие, но перечить брату не стал — всё-таки Скорпиус был его другом. Никто так, как Ал, не знает его и не сможет помочь, если у того очередные приступы самокопания, алкоголизма и всего прочего, чем тот страдал в последнее время.

— С ним всё нормально, — ответил парень, стараясь поддержать этим Уильямс — всё-таки та больше всего нервничала из-за Малфоя; похоже, у неё не было друзей, кроме него.

Выключив плиту, Сэм поставила на стол плошку с салатом и спросила:

— Где у тебя посуда?

Джеймс достал тарелки и подал их ей.

Когда они наконец-таки сели есть, он потёр руки и сказал:

— Слава Мерлину, я ужасно голоден.

Ужин прошёл за лёгким разговором. Сэм рассказала о своей семье, работе и увлечениях. Джеймс почти что засыпал, но старался слушать внимательно, изредка вставляя фразы или рассказывая что-то о себе. На самом деле он давно уже не ужинал в такой… семейной обстановке, поэтому, когда Сэм собралась трансгрессировать домой, Джеймс сказал:

— Уже поздно, оставайся.

***

Услышав звонок в дверь, девушка нахмурилась: она не ждала никого так рано. Взяв с прикроватной тумбочки волшебную палочку, она пошла открывать дверь, взглянув при этом на часы. Было всего девять утра, поэтому было даже интересно, кто такой умный, что решил заявиться в такую рань.

Недовольно нахмурившись и потирая глаза, Мэри Джейн открыла дверь, собираясь накричать на незваного гостя или, не дай Мерлин, незаписанного клиента. Психиатрам вообще-то нужен здоровый десятичасовой сон, чтобы нормально работать. Ну, ещё иногда свои психиатры, но всё-таки сон был важнее.

Увидев того, кто стоял на пороге, девушка удивлённо вздрогнула.

— Скорпиус? — спросила она, глядя на него во все глаза.

Он в свою очередь внимательно рассматривал её, как будто решаясь на что-то.

— Что-то случилось? — Молчание Малфоя удивляло её не меньше, чем неожиданный утренний визит, но тот почему-то продолжал упорно молчать.

Когда они с Альбусом трансгрессировали из Венеции, Скорпиус думал сразу же лечь спать, потому что они проговорили всю ночь, но потом Малфой понял, что ему нужно увидеть доктора Олдридж, поговорить с ней, вывалить кучу мыслей, которая скопилась в голове за последние дни, не давая полностью освободиться от прошлого. Девушка была права, ему нужно было говорить об этом. Но то позже. Сейчас ему было нужно другое.

— Извините за ранний визит, доктор, — сказал он притворно извиняющимся голосом.

Малфои не извиняются за то, что делают.

На Мэри Джейн была светло-голубая короткая сорочка, а волосы растрёпаны после сна. Скорпиус спустился взглядом с лица на грудь, а потом на худые смуглые ноги, которые она стеснительно прижимала одну к другой.

Мэри Джейн была красивой и милой после сна. Мэри Джейн будет против. Сначала.

Шагнув к девушке, он взял её лицо в руки и резко поцеловал. Так, будто говорил то, чего не мог сказать вслух. Так, будто это всё, что ему было сейчас нужно.

По сути, это было логичным, ведь психологи и должны помогать людям с их проблемами… различного характера. Он ни в коем случае не хотел воспользоваться девушкой, нет. Хотя, наверное, так и было. Вообще-то, Скорпиус просто не до конца осознавал, что делает.

Девушка замерла, но не стала отталкивать его. Лишь раз оторвалась от его губ, непонимающе глядя в глаза, прежде чем Малфой снова поцеловал её. На этот раз мягче, нежнее. Так, как она того заслуживала.

Почувствовав руки Мэри Джейн под своей футболкой, Скорпиус легонько подтолкнул её к лестнице наверх. Похоже, что он пришёл куда нужно.

Комментарий к Глава 30. Условные рефлексы

* речь о собаке Павлова.

========== Глава 31. Дом ==========

Скорпиус проснулся с тяжёлой головой и давящим чувством вины. Если бы его спросили, зачем он это сделал, Малфой не смог бы ответить.

Если бы Скорпиуса спросили, понравилось ли ему то, что произошло с Мэри Джейн, он бы не смог солгать и ответить: «нет». Потому что ему определённо понравилось. Но если бы Малфоя спросили, хотел бы он повторить, то нет, не хотел. Это было нечестно по отношению к девушке, по отношению к его чувствам к Лили.

Малфой чувствовал себя безвольным, он бы запросто мог наплевать на все причины и последствия, как делал это часто, но сейчас он не был способен на это.

Сев на кровати, Скорпиус огляделся и обнаружил, что совершенно не представляет, где может быть его одежда. Тогда он обратил внимание на обстановку вокруг себя. Спальня была отделана в пастельных тонах, достаточно просто, но со вкусом. Стены, как и потолок, были цвета топлёного молока. На одной из них, над изголовьем кровати висел натюрморт, Скорпиус подумал, что он лучше бы смотрелся на кухне.

Он снова огляделся в поисках хотя бы штанов, но, так ничего и не обнаружив, встал с кровати и подошёл к большому деревянному шкафу. Немного постояв около него и решив, что не станет трогать вещи Мэри Джейн в её отсутствие, Малфой собирался уже выйти из комнаты, когда услышал голоса снизу. Один из них принадлежал хозяйке дома, а другой, мужской, был незнакомым. Видимо, это был пациент.

Потом хлопнула входная дверь, голоса затихли, и на лестнице раздались приближавшиеся шаги. Поняв, что всё ещё держится за ручку, Малфой отпустил её и сделал шаг назад. Это было как раз вовремя, потому что тут же дверь открылась, и на пороге возникла Мэри Джейн. Она вздрогнула от неожиданности, потом её взгляд прошёлся по Скорпиусу, и девушка сказала:

— Твоя одежда в шкафу. — Обогнув застывшего Малфоя, она открыла шкаф, взяла оттуда его вещи и дала их Скорпиусу. — Кофе будешь?

— Да, — кивнул Малфой, наблюдая за тем, как девушка уходит.

Он сам не знал, чего ожидал: то ли мгновенного выпроваживания за дверь, то ли поцелуев и объятий, но никак не повседневного предложения кофе. Так, будто между ними совершенно ничего не изменилось. Это настораживало, но радовало.

Он надел брюки и вышел из комнаты в поисках ванной. Найдя её, Скорпиус умылся и потом, надев рубашку и захватив с собой пиджак, спустился вниз, где царил запах свежесваренного кофе. Мэри Джейн стояла спиной к входу в кухню, разливая напиток по небольшим чёрным чашкам. Малфой молча прошёл вовнутрь и сел на один из стульев, стоявших у стола. Повернувшись, девушка обнаружила его разглядывающим кружевные салфетки.

— Сахар, сливки? — спросила она, ставя чашки с кофе на стол.

— Ничего не нужно, спасибо, — ответил Скорпиус, отхлёбывая кофе.

После того, как Мэри Джейн села напротив, воцарилось неловкое молчание. Малфой чувствовал, что должен что-то сказать, но это казалось жутко сложным. Наконец, решив, что пора начать, а это было для него подобно прыжку в ледяную воду, он проговорил:

— То, что случилось… это было…

Не дав ему договорить, девушка сказала:

— Излишним.

Малфой удивлённо уставился на неё. Внезапно вода, в которую он прыгнул с разбега, оказалась тёплой как парное молоко, а ситуация не такой уж и безвыходной.

— Вообще-то, я приходил поговорить, — сказал он серьёзно.

— Тогда мы можем переместиться в мой кабинет, — просто ответила Мэри Джейн, вставая.

Он последовал за ней, прихватив с собой кофе.

***

Смяв записку, девушка бросила её на стол и сожгла с помощью заклинания. Только что она в очередной раз убедилась в том, что ненавидит наглых и самоуверенных. Что ж, у неё был целый час на то, чтобы подготовиться к встрече, поэтому Саманта не стала торопиться. Налив себе в кружку крепкого чая, она снова взяла со стола газету, которую читала до того, как прилетела неуклюжая сова, которая чуть не разбила сахарницу, приземлившись в опасной близости от неё.

Сэм, дочитав статью о магических изобретениях последнего десятилетия, решила, что всё-таки стоит начать собираться на так называемое свидание, которое ей назначили посредством идиотской записки.

Быстро переодевшись из домашней одежды в обычное платье и накрасив ресницы, она вышла из дома и трансгрессировала в неизвестное ей заведение под названием «Лавка древностей».

Оказалось, что это было кафе, простенькое, но красивое. Внутри всё было деревянным. На одной из стен висели старинные часы с кукушкой. Уильямс рассчитывала увидеть парня за одним из столиков, но того не было. Тогда она заняла один из свободных и села так, чтобы был виден вход в кафе.

Она пришла с опозданием, но не ожидала, что незадачливый ухажёр опоздает ещё больше. Недовольно вздохнув, Саманта принялась ждать, отказавшись от предложенного официантом меню.

Время тянулось крайне долго, и эти семь минут и примерно тридцать восемь секунд были больше похожи на вечность. Сэм ненавидела сюрпризы, Сэм ненавидела ждать. Все, кто знал её достаточно хорошо, были осведомлены об этом, чтобы не опаздывать, как наглый Поттер, который ни черта о ней не знал, но почему-то решил, что может звать её куда-то. Причём посредством записки. Да ещё и опаздывать.

Девушка очнулась от размышлений, услышав, как зазвенел колокольчик, висевший над дверью. Переведя взгляд, она увидела Джеймса Поттера собственной персоной, который не спеша направился к Сэм, увидев её.

— Я бы бросила твои писульки тебе в лицо, если бы не сожгла их, — сказала она вместо приветствия.

Поттер явно не ожидал такого напора, поэтому сначала помолчал, потом беззаботно улыбнулся и спросил:

— Попросим меню?

Сэм показалось, что она услышала звук, с которым закатила глаза, умоляя Мерлина дать ей терпение и спокойствие. Пожалуй, постижение дзэна — самое главное в общении с людьми.

Когда темноволосая официантка принесла меню, при этом улыбаясь Поттеру так, будто он был шоколадным тортом, а потом всё-таки убралась, Сэм спросила:

— Я, конечно, безумно счастлива тебя лицезреть, но зачем это всё?

Она действительно не понимала. Вообще-то, она окончательно перестала понимать, что творится в её жизни. Извечные проблемы с родителями, болезнь бабушки… Внезапная пропажа Малфоя и такое же внезапное появление. А теперь о нём снова ничего не было слышно. Этого было слишком много, слишком много для неё одной.

Поттер, заметив её напряжённое состояние, сказал:

— Расслабься.

Наверное, ей и правда пора было просто расслабиться, плыть по течению.

Есть такие люди, которые производят неправильное впечатление о себе. Сэм поняла, что ошибалась насчёт Джеймса. Он казался легкомысленным и несерьёзным, но на деле это было не так. Буквально получаса разговора хватило, чтобы понять это.

Обстановка в кафе была очень уютной, почти домашней. Почему она сейчас чувствовала то, чего так давно не ощущала в родном доме?

Это, наверное, навсегда останется загадкой.

В этот вечер она поняла, что дом — это не место, дом — это люди, которые дарят тебе ощущение покоя и умиротворения. Может быть, она наконец-таки была дома?

***

— Ну, я уже уста-ала, — тоскливо протянула Лили, глядя на очередное свадебное платье.

Она попросила Арден сходить с ней на примерку, но за два часа они так и не смогли найти то, которое понравилось бы Поттер. То ей казалось, что платье её полнило, то было слишком пышным, то недостаточно пышным…

— Лили, тебе нужно платье. И вообще, я же не жалуюсь. Это не ты тут беременная и толстая, — недовольно ответила Дени, разглядывая Лили в очередном платье. Ей все варианты казались симпатичными, но рыжей Поттер вечно что-то не нравилось. — Ну, а это как?

Лили всё это время стояла, критически оглядывая себя в зеркале и периодически переводя взгляд на жену брата.

— В следующий раз не возьму тебя за… — девушка осеклась, поняв, что сморозила глупость.

— И такое бывает, — со скучающим видом ответила Арден. — Я тоже хотела с Альбусом развестись. Раз пять. Или больше. — Она пожала плечами.

Лили повернулась к ней, возмущённо взмахнув руками:

— Эй, он же мой брат! — воскликнула она полушутливо-полусерьёзно.

Иногда Ал бывал той ещё задницей, ей ли того не знать. Но её задевало, когда так говорила Арден. Лили не знала почему, может, это было что-то вроде уколов сестринской ревности, которая осталась ещё с детства. Лили никогда не нравились подружки братьев. Арден в школе не была исключением, но потом как-то вышло так, что у них с Альбусом вышла неплохая семья. Может, и у них с Дэном всё будет хорошо?

— Ну, так что? — спросила Арден, изучая Лили взглядом. — Мне кажется, хорошо.

Поттер покачала головой и снова юркнула в примерочную, где висело ещё как минимум пять платьев.

Через минут пять девушка вышла в белоснежном приталенном платье в пол с пышным низом. Заскучавшая было Арден удивлённо поглядела на довольную Лили, поняв, что платье село идеально и что сама Поттер это тоже знает.

— Что ж, — сказала Дени, — по-моему, мы его берём. — Она улыбнулась и встала с диванчика, на котором сидела.

Лили вернулась в примерочную, чтобы переодеться. Она уже почти надела футболку, когда вдруг услышала вскрик Арден. Выглянув, девушка вздрогнула: Дени стояла, держась за живот, почти согнувшись пополам от боли.

Лили натянула футболку и подбежала к ней, спрашивая:

— Чт… Что случилось?! — Она слышала свой голос как будто со стороны.

Потому что почувствовала себя ребёнком. Она никогда не могла видеть, как страдают близкие.

Это было слишком.

Арден качала головой и медленно сползала по стене на пол.

Лили знала, что вряд ли кто-то сможет помочь ей здесь, и тогда она закричала:

— Вызовите колдомедиков!

Она знала заклинания, которые могли зашить порез, вытащить осколки из тела или вправить какую-либо часть тела, но не могла остановить боль. Могла лишь приглушить.

Достав палочку, девушка взмахнула ей, лишь надеясь, что оно подействует. Глубокие морщины, пролёгшие на лбу Арден от боли, немного разгладились — подействовало. Поттер вздохнула, а потом ещё раз — от облегчения. Потому что прибыли колдомедики.

Потому что теперь с Арден всё должно быть в порядке.

========== Глава 32. Харматан ==========

Комментарий к Глава 32. Харматан

Харматан (Harmattan) — очень сухой восточный ветер, который дует из Сахары по направлению к Гвинейскому заливу в период с конца ноября по начало марта. В некоторых странах Западной Африки мгла, вызванная харматаном, часто значительно снижает видимость и может заслонять Солнце на несколько дней, подобно туману.

Рекомендую включать песни, указанные в главе, при прочтении.

И с наступающим днём рождения, Splendora__666!

Ludovico Einaudi – In Un’Altra Vita

Альбус удивился, когда увидел в своём кабинете патронуса Лили. Подумав, что это по поводу свадьбы, он не слишком-то обратил на него внимание. Но когда послание сестры прозвучало… Сердце Альбуса как будто ухнуло в бездонную пропасть, замирая от страха, а потом забилось так часто, что казалось, будто оно сейчас вырвется из груди, ломая грудную клетку и разрывая плоть.

Поттер вышел из кабинета, перед этим отправив записку Малфою, — могли понадобиться его связи — зная, что оттуда нельзя трансгрессировать. Его лицо ничего не выражало, хотя внутри бушевала буря, и по органам разливался жидкий страх, заполняя их, не давая дышать и мыслить трезво.

Альбус ничего не видел перед собой, будучи будто в тумане, он не различал дороги перед собой и лиц людей, встречавшихся ему на пути.

Альбус старался не торопиться, шёл, пытаясь не сорваться на бег. Навстречу бросилась какая-то девушка, он не помнил её имени, знал лишь, что она из другого отдела. Кажется, она просила о встрече с ним. Крикнув: «Мистер Поттер!», девушка бросилась к нему, не понимая, почему он не остановился, чтобы поприветствовать её.

— Не сейчас! — почти прорычал Альбус, даже не глядя на неё.

Девушка ошеломлённо уставилась на него. Она не думала, что у человека, с которым её попросили встретиться, такой суровый нрав. Ей это не понравилось.

Сам же Поттер забыл о ней в ту же секунду, как она скрылась из виду.

Его волновало только одно: главное, чтобы жизни Арден ничего не угрожало. Он никогда не простит себе, если с ней что-то случится. С ней или с ребёнком.

Забавно, он ведь даже так и не знал пол собственного ребёнка. Со всем этим дерьмом было сложно налаживать семью, очень сложно. Сначала их с Арден ссора, потом пропажа Малфоя…

Альбус вспомнил их разговор о том, из-за чего случилась ссора с Арден. Реальная причина. Он ожидал осуждения, но его не последовало. Наверное, за этим и нужны родные и близкие люди.

И Дени была ему родной. Ему самому как будто физически было больно оттого, что она страдала.

Он не заметил, как вылетел из здания, и тут же трансгрессировал в больницу святого Мунго, в которой сейчас были Лили и Арден.

В больнице, как всегда, было полно народа, и Альбус, пробившись к стойке регистрации, спросил у девушки, стоявшей за ней:

— К вам должна была поступить Арден Поттер. Где её можно найти?

Девушка посмотрела записи и ответила:

— Да, совсем недавно. Вам в двести шестую. Второй этаж, от лестницы направо.

Поблагодарив её, Поттер бегом отправился на второй этаж. Поднявшись и повернув направо, как сказала медсестра, он сразу же увидел Лили, нарезавшую круги по коридору.

Подлетев к сестре, он спросил:

— Что с ней?

— Я… мы пошли в бутик за платьем… — начала рассказ девушка, но Альбус грубо прервал её.

Схватив сестру за плечи и несильно встряхнув её, он спросил снова, уже настойчивей, чётко отделяя каждое слово:

— Что с Арден, Лилс?

Лили моргнула и ответила:

— Резкая боль в животе. Мне так и не сообщили, что именно. Просто сказали ждать здесь.

— А туда что, нельзя? — нахмурившись, спросил Ал, просверливая дверь взглядом так, будто надеялся увидеть то, что было за ней. — Ты же медработник.

Девушка отрицательно помотала головой. Сейчас она была лишь обеспокоенным родственником.

Помолчав, она спросила:

— Вы же помирились?

Лили испытующе посмотрела на брата, а он, опустив взгляд, ответил:

— Да. Думаю, да.

Он отошёл от сестры и устало прислонился спиной к стене. Для него всегда самым худшим было ожидание. Это нахождение в подвешенном состоянии, внеизвестности, оно будто методично надавливало на лёгкие, так, что дышать становилось трудно.

Он вздохнул и спросил:

— А ты не передумала ещё выходить за, — он запнулся, — Эридана?

— Нет, — ответила Лили, покачав головой. — Не дождёшься, — улыбаясь, добавила она, прекрасно зная, как Альбус не любит её будущего мужа.

Поттер закатил глаза и ответил:

— Да я и не жду…

— Ждёшь, — перебила его Лили.

— Ну, может быть, немного.

Альбус не мог сказать, что они с Лили были близки, что она доверяла ему все свои секреты, а он ей — свои, такого не было никогда, потому что сам он был довольно-таки замкнут, а Лили не надоедала с расспросами; но Малфой — его друг, и, конечно, Альбуса заботили их отношения, хоть он и не лез в это дело. Он никогда не надоедал Лили какими-либо советами и поучениями.

— Не жди, что я вернусь к Скорпиусу, — сказала она тихо.

А Альбус и не ждал. Он прекрасно знал, что Скорп — прекрасный друг, но ужасен при этом, как парень. Поттер вообще был шокирован тем, что у Малфоя с Лили были такие долгие отношения. Но он не был уверен в том, что Эридан лучше.

Но, как и всегда, парень решил промолчать и просто улыбнулся сестре, смотревшей на него с видимым напряжением.

Он не знал, чем себя занять, и поэтому принялся читать текст на плакате, который висел на противоположной стене. Но это не особо получилось, потому что Лили снова нарушила тишину:

— Ал. — Поттер посмотрел на неё. — Что у вас произошло? — спросила она. — С Арден.

Альбус устало вздохнул и провёл ладонью по лицу. Он знал, что Лили не отстанет, пока он не скажет ей, но ворошить прошлое совсем не хотелось.

— Это уже неважно, — проговорил он, не глядя на сестру.

— Знаешь, — сказала девушка, — Арден — само терпение. Ты должен был окончательно довести её, раз она уходила от тебя.

— Я бы и сам от себя ушёл, — еле слышно пробормотал он, а потом сказал уже чуть громче: — Я… у меня была интрижка на работе, — наконец выдавил он.

Альбус даже не думал, что сознаться в этом Лили будет так сложно. Но ещё сложнее было смотреть в глаза сестры и видеть в них это.

Разочарование.

— М-м, — протянула девушка. — Долго? — спросила она через некоторое время.

— Да нет, ты что, — быстро ответил Альбус. — Всего один раз.

Девушка выгнула бровь.

Малфоевская привычка, заметил про себя Ал.

— Одна журналистка… Она увидела и требовала с Арден деньги за то, что не будет огласки.

Лили хмыкнула.

— Ну ты и кретин, — сказала она, нахмурившись. — Но вы же всё уладили?

Альбус пожал плечами:

— Я не знаю.

Лили хотела спросить что-то ещё, но в этот момент в коридоре появился тот, кого она совершенно не ожидала тут увидеть.

Малфой.

Внутренне Лили сжалась, глядя то на Альбуса, то на Скорпиуса. Она бы могла спросить, зачем Ал позвал Малфоя, но ответ был очевиден: они были друзьями. Никто не сможет поддержать Альбуса так, как это сделает Скорпиус. Поэтому в целом Лили была рада, что он здесь.

Поттер, заметив друга, торопливо направился к нему.

— Что с ней? — спросил Малфой без приветствия.

— Не знаю, ничего толком не говорят.

Потом Скорпиус тихо что-то спросил, но Лили не могла расслышать, а Альбус так же тихо ему ответил. Они остановились в нескольких метрах от Лили и перебросились парой фраз, а потом всё же подошли.

— Лили, — кивнул ей Скорпиус.

Девушка даже не ожидала такого ледяного спокойствия в его глазах. Точнее… это было обычное малфоевское лицо, но раньше рядом с ней оно приобретало другое, более мягкое выражение, от которого теперь не осталось и следа.

— Привет, — тихо поздоровалась она.

Бросив на неё ещё один быстрый взгляд, Малфой повернулся к другу.

— Ты уверен? — спросил он о чём-то, чего Лили не знала.

Альбус кивнул, ничего не говоря, а потом отскочил от двери, у которой стоял, потому как она начала открываться. Колдомедик, выглянувший из палаты, сначала чуть вздрогнул, а потом сказал:

— Всё в порядке. Вы можете войти. — Он улыбнулся уголком губ и вышел.

За ним следом из дверного проёма показалась медсестра. Она сказала:

— Мисс Поттер…

— Миссис, — перебил её Альбус, которому не терпелось увидеть жену.

— Миссис Поттер в полном порядке. Мы подержим её здесь ещё денёк, чтобы удостовериться, а потом выпишем, — проговорила медсестра, глядя на Альбуса.

Поттера, который, было, успокоился, внезапно прошиб озноб: она ничего не сказала о…

— А ребёнок? Что с ним? — напряжённо спросил он.

— Ваш мальчик здоров, — улыбнулась женщина. — Вы уже можете войти.

Сказав это, медсестра ушла по своим делам.

Лили и Скорпиус стояли позади Альбуса, не вмешиваясь и внимательно следя за разговором. Малфой видел, как расслабились плечи Лили, когда было сказано, что и Арден, и малыш в порядке. Он и сам почувствовал небывалое облегчение.

Поттер, когда колдомедики вышли из палаты, тут же направился внутрь. Лили уже рванула за ним, но Скорпиус вцепился в её плечо, не давая двинуться. Он сказал:

— Им нужно побыть наедине.

Он заметил, что Поттер осталась всё такой же бесцеремонной, когда её волновало здоровье близких. Сердце на мгновение сжалось, но Малфой тут же отбросил ненужные мысли.

— Пойдём, — проговорил он, беря Поттер за руку, — тебе нужен кофе.

Fabrizio Paterlini — Harmattan

Альбус тихо вошёл в палату. Он хотел броситься к жене, но увидел, что та спала, поэтому стал потихоньку шагать в её сторону, не желая разбудить. Она много всего перенесла в последние месяцы, а тем более — сегодня.

Её тёмные волосы разметались по подушке, а тонкие руки лежали вдоль туловища на одеяле. Она была прекрасна, как спящая красавица.

Почему именно в такие моменты ты понимаешь, как тебе дорог человек? Когда чуть не теряешь его…

— Я не сплю, можешь не красться, — сказала она, приоткрывая один глаз.

От неожиданности Поттер вздрогнул, а потом улыбнулся, но вновь посерьёзнел. Он подошёл к кровати, на которой лежала Дени, глядя на неё во все глаза. Так, будто не мог насмотреться. В этот момент он понимал, что ему всегда будет мало.

— Альбус? — позвала его девушка, вопросительно глядя снизу вверх.

Он опустился на кресло, стоявшее у кровати. Он чувствовал себя на грани. Все последние переживания скопились в тугой ком в горле. И вот этот взгляд Арден готов был стать последней каплей, которая переполнит стакан. И всё это выльется наружу. Всё, что он чувствовал, всё, что испытал, всё, что сейчас так настойчиво душил в себе. Альбус не хотел пугать жену своим внезапным почти-что-срывом.

Поэтому он вцепился в подлокотники и закрыл глаза.

Всё ведь в порядке. У них будет сын. Это прекрасно. Так чего ему, спрашивается, психовать?

Поттер вздрогнул, почувствовав нежное прикосновение холодной руки Арден к собственной, и открыл глаза. Девушка, привстав, обеспокоенно смотрела на него. Её взгляд бегал по его лицу, пытаясь уловить то, что не было доступно взору.

— Я нормально, нормально, — проговорил Альбус, улыбаясь, хотя знал, что улыбка, наверное, больше была похожа на гримасу. Просто, — сказал он, помолчав, — я волновался. У меня столько жутких картинок успело пронестись в голове, что я чуть с ума не сошёл, серьёзно. — Арден опустилась обратно на подушку, продолжая его слушать, не отрывая взгляда от зелёных глаз, сейчас таких обеспокоенных и тревожных. — Я боялся, что с тобой что-то случится или уже случилось, а они всё молчали и не пускали нас.

— Альбус… — тихо сказала Арден.

Он взял её руку в свою и, наклонившись, стал покрывать поцелуями бледную кожу, а потом устало прислонился лбом к постели. Дени провела кончиками пальцев по его щеке и слегка взъерошила волосы.

— Я не смог бы жить без тебя… Без вас, — тихо прошептал Альбус, не поднимая головы, наслаждаясь желанными прикосновениями и буквально утопая в океане не сравнимых ни с какими другими эмоций.

========== Глава 33. А что теперь? ==========

Всё, что я хотел узнать, я вызнал из книг,

Всё, что я хотел сказать, — не передать словами.*

— Пойдём, — проговорил он, беря Поттер за руку, — тебе нужен кофе.

Всё время, пока Скорпиус тащил Лили по коридорам сквозь скопившихся людей, она с удивлением думала о том, что он ведёт себя как обычно. То есть, нет. Совсем не как обычно, а просто так, будто ничего не произошло.

Поттер всегда завидовала малфоевской способности контролировать себя почти в любой ситуации. Его лицо было абсолютно непроницаемым, тогда как она чувствовала себя так, будто сердце сейчас выпрыгнет из груди.

Интересно, как там Арден? Как Альбус?

Но Малфой не отпускал её запястье, поэтому Лили, даже если бы захотела, не смогла бы пойти в палату и посмотреть.

Они подошли к автомату, и, нажав на кнопку «Эспрессо», Малфой отправил пару монеток в специальное отверстие. Получив свой кофе и сделав глоток, он повернулся к Лили.

— Тебе что? — спросил Скорпиус, глядя на перечень названий на автомате.

— Горячий шоколад. Я сама… — начала Поттер, но Малфой перебил:

— Я могу позволить себе заплатить за твой шоколад, Поттер, — сказал он, усмехаясь.

Лили отвела глаза и сделала шаг назад от автомата, соглашаясь с ним, и сказала:

— Просто я слышала, что…

— Я вернулся в компанию, — ответил Малфой, подавая ей пластиковый стаканчик, поняв, о чём она хочет сказать.

Лили поднесла его к губам и вдохнула сладкий аромат шоколада. Это был её самый любимый напиток. Что может помочь лучше забыть о трудностях тяжёлого дня? Абсолютно ни-че-го. Сделав несколько маленьких глотков, девушка буквально почувствовала, как в мозгу вырабатываются эндорфины и день почти что на глазах становится не таким кошмарным.

— Это правильно, — сказала девушка, обхватив стаканчик обеими ладонями, будто грея руки, — там тебя ждёт хорошее будущее.

Малфой отпил кофе и спросил:

— А тебя какое будущее ждёт?

Лили усмехнулась, поглядела по сторонам, будто задумавшись над ответом. Она ведь сама не знала.

Если бы год назад её спросили, кем она видит себя через десять лет, она ответила бы, она бы ответила (со стопроцентной уверенностью), что она, мол, замужем за Малфоем, дети, работа в Мунго, может, она даже всё-таки доучилась на врача и стала колдомедиком.

А что теперь?

Теперь она бы не смогла ответить. Лили даже не знала, что будет через месяц. После свадьбы какой-то определённый отрезок жизни будто бы кончается. В принципе, ничего особо и не изменилось. Но они решили переехать во Францию. А это другая страна, другие люди вокруг, другая работа, в конце концов…

В какой-то момент жизнь как будто бы сильно осложнилась и стала абсолютно неопределённой, при том, что в Эридане она как раз была уверена.

— Это… сложно. Через две недели свадьба, а дальше, — Лили помолчала, — потом мы переедем в Париж.

Скорпиус с точностью не смог бы описать свои ощущения. Даже примерно не смог бы, наверное. Слишком уж ядрёная смесь, а состояние — среднее между Большим взрывом, змеиным спокойствием и желанием самовыпилиться от неимения смысла жизни.

Но Малфой всегда успокаивал себя тем, что в жизни смысла вообще-то и нет, и сам процесс существования как раз и состоит в поисках оного.

В общем, действительно слишком сложные ощущения для попытки их описания.

Но он просто сглотнул и сказал:

— Оу, Франция — excellent choix**.

— Даже не станешь отговаривать? — спросила Поттер, испытующе глядя на Скорпиуса, стоявшего напротив, прислонившись к стене.

— Ну а зачем? Париж — прекрасный город. Атмосфера извечной экзальтации и романтики. Что может быть лучше? — пожал плечами Скорпиус.

Действительно. Что может быть лучше?

Говорят, что дом — это не квартира или любое географическое место, говорят, что дом — это там, где твои родные. Там, где твоё сердце.

К сожалению, Лили слишком хорошо знала, что её сердце всегда будет принадлежать дождливому Лондону. Она бы хотела остаться, но умом понимала, что во Франции будет лучше. Новая жизнь, новый город, новые впечатления.

Что может быть лучше?

— Скорпиус, — обвиняюще сказала она, при этом улыбаясь.

Даже не будешь отговаривать?

— Хочешь, чтобы я тебя отговаривал? — Он прищурился. — А что, нужно?

Девушка усмехнулась и, бросив пластмассовый стакан в урну, двинулась в сторону палаты, в которой были Арден и Альбус.

Сделав несколько шагов, она обернулась и сказала:

— Идёшь?

Малфой оттолкнулся от стены и, смяв стаканчик в руке и бросив его в мусор, пошёл вслед за Лили.

Постучав, девушка толкнула дверь и заглянула внутрь, а потом, обернувшись назад, поманила Скорпиуса рукой.

Арден полусидела на постели, опершись спиной на подушки, а Ал сидел рядом на стуле, держа её за руку. Лили немного смутилась. В этой обстановке было что-то настолько интимное, что сразу казалось, будто они с Малфоем тут лишние и сюда абсолютно не вписываются.

Дени улыбнулась им и сказала, обращаясь к Лили:

— Спасибо, что вовремя среагировала. — Она тепло улыбнулась, и Поттер стало стыдно за то, что она долгие годы недолюбливала девушку, а потом и жену брата. Наверное, это было несправедливо к Арден.

— Я решила не звонить твоим родителям, Ден. Если захочешь — сама расскажешь обо всём.

Арден усмехнулась, глядя на всех по очереди.

— Это было мудрое решение, Поттер.

***

Лили вошла в квартиру и устало села на тумбочку, стоявшую в коридоре. Стянув с ног туфли на высоком каблуке (почувствовав при этом ошеломляющее облегчение и желанную свободу — это было прекрасно), она прислонилась спиной к стене. Был уже поздний вечер, и Эридан, наверное, давно спал.

Девушка, не желая его разбудить, не стала включать свет в спальне, куда тихо пробралась. Она увидела мирно спящего парня, который через пару недель будет её мужем. Лили не могла поверить, что выходит замуж, потому что сама себе казалась ещё совсем маленькой девочкой.

Вроде бы совсем недавно она училась в Хогвартсе. Как всё изменилось с тех пор…

Её жизнь перевернулась с ног на голову, но казалось, что эти перемены к лучшему.

Не удержавшись, Лили подошла к изголовью кровати и аккуратно провела рукой по светлым малфоевским волосам. Дэн поморщился, потом поймал её руку и поднёс к губам. А после сказал хриплым ото сна голосом:

— Ты поздно, Поттер.

Лили присела на край кровати, когда Малфой подвинулся, и ответила:

— Арден попала в больницу…

Эридан приподнялся, опершись на локоть.

— Она в порядке? — спросил он, нахмурившись. — А что случилось?

Тогда девушка вкратце пересказала всё, что произошло.

— В общем, идиотский день. Хорошо, что он скоро кончится, — завершила она свой рассказ.

Тогда Дэн опустился на подушку и проговорил:

— Прими душ, расслабься и приходи. Чем скорее ты ляжешь, тем скорее это произойдёт.

Лили улыбнулась, вставая. Так она и сделает.

***

Альбусу разрешили остаться на ночь в палате вместе с Арден. Ночью он почему-то долго не мог заснуть, поэтому утром еле разлепил глаза. И тут же вскочил, когда понял, что опаздывает на работу. Он думал о том, чтобы сменить рубашку, да и в целом привести себя в порядок, но, взглянув на часы, осознал, что времени на это нет. Поэтому он по-быстрому умылся (прямо в палате была раковина), бросил последний взгляд на крепко спавшую Арден и, выйдя из палаты, немедленно трансгрессировал в офис.

У двери его кабинета уже ожидала Эмили Джонсон, его секретарь. После истории в командировке, из-за которой они поссорились с Арден, Альбус хотел уволить Эмили и нанять другого помощника, но потом передумал. Нет, не потому что Джонсон была незаменима. Вполне. Заменить её было ещё проще, чем окна в этом долбаном здании. Просто Альбус и так считал себя виноватым, да ещё и избавляться от неё таким вот способом. Это же низко. Поэтому предпочитал делать вид, что всё так, как было раньше, будто ничего не произошло. А со временем ему действительно начало казаться, что ничего и не было.

Ал торопливо прошёл мимо Эмили, кивнув ей и приняв из рук папку.

— Что там? — спросил он, открывая дверь в кабинет и пропуская Джонсон вперёд.

— Новый договор со шведами и отчёты по поставкам в Германию. Не ночевали дома, босс? — выгнув бровь, спросила девушка, заметив щетину и мятую рубашку.

— В больнице был, — ответил Альбус, торопливо разыскивая на столе чистый кусок пергамента.

Написав на нём несколько строчек, Поттер свернул письмо и подал его Эмили.

— Отправь сову Эдвардсу и… что? — он запнулся, наткнувшись на вопросительный взгляд помощницы.

— Что-то с Арден? — спросила Эмили.

— Уже всё нормально. — Ал выжидающе посмотрел на неё. — Сова.

— Альбус, если я могу чем-то… — начала девушка, но тот перебил её.

— Да, можешь. — Эмили вопросительно уставилась на Альбуса.

Как и всегда — в ожидании распоряжения и в желании одобрения.

— Иди работать. — Поттер устало откинулся на спинку стула, ожидая, когда Джонсон покинет кабинет. — А, и занеси это в отдел кадров, пожалуйста, — добавил он, взяв со стола файл и протягивая его девушке.

Эмили приняла бумаги и прижала их к груди. Она хотела поговорить с Альбусом, но не знала, как начать, поэтому всё время откладывала. Да и сейчас ему было явно не до этого. Поэтому девушка просто кивнула, сжав губы, и вышла.

Когда дверь за Эмили закрылась, Альбус взял зеркало из ящика в столе и одним движением палочки убрал щетину, а потом встал и подошёл к шкафу, в котором, по его представлениям, должна была остаться пара чистых рубашек. Ведь не мог же он появиться на совещании в таком виде. Хотя голова была забита совсем не этим.

Альбус постоянно думал об Арден и ребёнке и не знал, счастлив он или напуган. Или и то, и другое. Слишком сложно, чтобы объяснить свои чувства.

Вчера он действительно почувствовал, будто внутри что-то оборвалось, когда пришли новости о том, что Дени в больнице. Зато теперь всё было в порядке.

Но в то же время он думал о том, что подобное может повториться. И от этого страх лишь усиливался, ведь Альбус по-прежнему толком не знал, что делать.

Слишком сложно для того, чтобы выразить словами.

Комментарий к Глава 33. А что теперь?

* Сплин — Иди через лес

** Отличный выбор (франц.)

========== Глава 34. (Не)желание ==========

Альбус всегда ненавидел идиотские ситуации. Ну, например, как эта. Просто ему всегда казалось, что отношения между людьми должны быть понятными. Чтобы не было недомолвок и всяких вопросов в голове. Чтобы всё было как можно менее сложно — трудностей в этой жизни и так хватало. Но разговор, который произошёл у них с Эмили, буквально поставил его в тупик.

Поттер уже, наверное, раз сто прокрутил его в голове, но это не избавило от чувства недопонятости и незавершённости. При этом он помнил его до мелочей.

Джонсон вошла в кабинет занести какие-то бумаги, и Альбус попросил принести ему кофе. В тот день девушка казалась ему странной, и, когда он, наблюдая за тем, как она наливала в кофе сливки, спросил, не хочет ли Эмили ему что-то сказать, девушка нервно сглотнула и, пожав плечами, хотела было выйти, но он настойчиво окликнул её.

— Эмили. — Девушка обернулась, держась за ручку двери.

Альбус встал из-за стола и, прислонившись к нему, посмотрел на неё, ожидая ответа.

— Я пойду? — только предложила она.

— Я тебя не отпускал, — ответил Поттер, складывая руки на груди.

— А тогда ты не был таким, — произнесла она, опустив глаза.

Это был как раз-таки тот момент, когда оба понимают, о чём речь. Хоть и испытывают при этом разные чувства. Кто-то ощущает тоску и разочарование, кто-то — сожаление и стыд.

— Тогда — это когда? — всё-таки спросил Поттер. Потому что не ожидал, что

Джонсон решит заговорить об этом посреди рабочего дня.

— Ты сам знаешь. — Девушка потупилась.

— Мы обо всём уже говорили, Эмили. — Альбус устало потёр глаза.

Эмили досадно взмахнула рукой. Очень сложно забыть некоторые вещи, особенно когда не хочешь забывать, а хочешь помнить, хотя это неприятно, тяжело и бессмысленно. Сложно забыть что-то, если ты ждал этого больше года.

— Не обо всём, Альбус. — Эмили поставила поднос с молочником и сахаром на стол, а потом подошла к нему. — Помнишь, ты сказал, что это ошибка, что я должна забыть обо всём? И знаешь, если тебе это легко, то мне нет, и, чтобы я забыла, тебе придётся стереть мне память. — Говоря это, Джонсон придвинулась ближе и взяла лицо Альбуса в руки, пытаясь стать ближе к нему.

Она не могла сдаться сейчас, просто не могла.

Эмили понимала, что это неправильно, нечестно, по-идиотски, но, казалось, думать уже было поздно. Какая разница, что будет теперь?

Альбус покачал головой, пытаясь отодвинуться.

— Почему ты говоришь об этом теперь? — спросил он, убирая руки Эмили от своего лица.

— Просто… у тебя должен быть выбор, понимаешь? — спросила она, вглядываясь в его лицо.

Альбус оттолкнулся от стола и отошёл. Проведя рукой по волосам, не зная, как правильно сформулировать то, что он хотел сказать, Поттер ответил:

— Мерлин, неужели ты до сих пор не поняла? — Он взял Эмили за плечи, легонько встряхивая её. — Я уже давно сделал свой выбор. Я думал, что ты осознаёшь это и что для тебя это не было столь важным.

Он чувствовал себя идиотом и жутким лицемером. Неправильно было заставлять Джонсон думать иначе.

— Альбус… — тихо начала девушка.

— У меня дома беременная жена… Чёрт, чувствую себя по-идиотски. Я люблю Арден, это всё.

Кажется, дальше ей не нужно было ничего слышать. Хотя и до этого разговора Эмили всё понимала. Просто некоторые вещи сложно держать в себе двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю.

— Тогда, — сказала она, — я хочу уволиться.

Потом Альбус сказал, что не обязательно это делать, а Джонсон с ним не согласилась. Он хотел хотя бы дать ей время на поиск работы, но девушка не согласилась и написала заявление по собственному в тот же день. После этого она появлялась в фирме лишь однажды, когда забирала оставшиеся вещи.

Поттеру совершенно не хотелось думать об этом, но разговор прокручивался в голове, как заевшая пластинка. Он, хоть и не признавался, но чувствовал себя виноватым. Перед Арден, перед Эмили, перед самим собой, в конце концов.

Но, наверное, теперь-то уж всё кончено. Эта история и так давно была в прошлом, и Альбусу хотелось просто забыть об этом.

***

Лили открыла глаза и потянулась. Потом посмотрела направо и, не увидев Эридана рядом, приподнялась на кровати. В комнату с кухни проникал приятный аромат кофе. Когда девушка собиралась встать и узнать, что затеял её без пяти минут муж, раздались шаги и сам он появился на пороге спальни. В его руках был поднос.

Эридан улыбнулся и поставил поднос на тумбочку.

— Это тебе. — Он нагнулся и поцеловал Лили в лоб, проведя рукой по длинным рыжим волосам.

Поттер посмотрела на поднос, там стояли чашка с капучино и тарелка, на которой были два тоста с клубничным джемом.

— Помнишь, какой сегодня день? — спросил Малфой, и Лили застыла с чашкой в руке, так и не донесённой до рта.

Сначала она и не помнила, какой сегодня день. И день начинался чудесно. Но, к сожалению, Дэн помог ей освежить память.

— Уже да, — удручённо ответила Лили, всё-таки делая глоток обжигающего напитка.

— Что за настроение? — спросил парень, присаживаясь на краешек кровати и улыбаясь.

Лили взяла с тарелки тост и начала жевать его с отрешённым видом.

— Семейный ужин, — коротко бросила она.

Если Дэн считал, что её радует перспектива посиделок с родственниками, то он был не прав. Если же он считал, будто они обрадуются новости, что Лили и Эридан переедут во Францию после свадьбы, то это тоже можно привести примером неудачной попытки развеселить родственников, потому что новость им не понравится, отнюдь. Девушка высказала свои мысли вслух.

— Лилс, если ты не хочешь идти или не хочешь переезжать, то так и скажи. — Малфой раздражённо нахмурился, глядя на свои руки, сложенные на коленях.

Поттер отставила тарелку и потянулась к нему.

— Ну конечно, хочу, — сказала она, обнимая Эридана, — просто… напрягает то, как они могут отреагировать.

— Я понимаю, но это, в конце концов, твоя жизнь, и ты решаешь, что с ней делать. — Он взял её лицо в руки. — Только ты. Всё остальное неважно: чужая реакция, чьё-то там мнение. Главное то, что лучше для тебя. И я думаю, что они это поймут.

Он нежно поцеловал её, притягивая к себе.

Пора жить для себя, не оглядываясь на других и на прошлое, наверное, он это сказал. Лили благодарно улыбнулась и прильнула к нему.

***

— Не хочу я идти, — в очередной раз сказал Альбус.

Арден села рядом с ним на диван и ответила с укором:

— Ты говоришь это перед каждым семейным ужином, Ал.

Поттер встал и взмахнул руками, оборачиваясь к девушке.

— Тут другое! Неужели ты не понимаешь? Это ужин в честь Лили и Эридана и их расчудесной пары. Я не хочу радоваться этому. Я не рад этому.

Дени устало откинулась на спинку. Она прекрасно понимала, что Скорпиус — лучший друг Альбуса и к тому же бывший парень Лили, но всё-таки, почему он не может порадоваться за сестру?

— Ну, перестань, — сказала она, потянувшись, взяв его руку и притянув к себе. — Порадуйся за сестру.

— Может, мне ещё и за Малфоя порадоваться? — спросил он раздражённо.

— А ты попробуй. Он тебе ничего не сделал, — ответила Арден, вставая.

Альбус посмотрел на неё и притянул к себе за плечи. Сказал, что с гораздо большим удовольствием остался бы дома, на что Дени ответила, что это не обсуждается, и вообще, им пора идти выбирать платье, которое она наденет.

— На меня сейчас ничего не налезает, — вздохнула она.

Альбус взял жену за руку и проследовал за ней на второй этаж в спальню.

— Ещё не поздно ничего не надевать и остаться дома, — хитро сказал он, на что получил лишь скептический взгляд, полный укора.

Как же так? Он не рад свадьбе любимой младшей сестрички! Наверное, Ал должен был при этой мысли почувствовать укол совести, но, прислушавшись к своим ощущениям, он понял, что укола не последовало, и окончательно убедился, что ему ни капельки (ни капелюшечки) не стыдно.

Когда они всё-таки добрались до дома родителей, все уже были в сборе. Мама, как обычно, суетилась, бегая из кухни в гостиную и обратно, отец, сидя на диване, задумчиво читал газету, и ему, казалось, было абсолютно плевать на происходящее вокруг. Даже если бы Министерство Магии взорвалось, он бы, должно быть, не отвлёкся. Лили и Дэн мило ворковали, девушка периодически помогала матери со столовыми приборами и множеством самых разных блюд. А в другом конце комнаты сидел Джеймс с… Самантой Уильямс. Этого Альбус совсем не ожидал. Да, он знал, что они сблизились после истории с Малфоем, но не настолько.

Все принялись бурно приветствовать новоприбывших. После этого разговоры плавно перетекли в ужин. Было шумно, весело и уютно. Наверное, в такие моменты и чувствуется всё значение семьи. Но всё-таки шумные сборища Альбусу никогда не нравились, поэтому он вышел на террасу, чтобы охладиться и проветрить голову. Ну и, конечно, отдохнуть от гама.

Мыслей в голове, как всегда, было слишком много, но в тишине они не так перемешивались. Только Поттер порадовался тишине, сзади скрипнула дверь.

Раздались неторопливые шаги, и рядом очутился Эридан Малфой.

— Тоже решил отдохнуть от скопления людей? — спросил он, опираясь на перила и глядя на Ала.

Поттер вздохнул. Только этих тупых разговорчиков ему не хватало.

— Слушай, я понимаю, мама, папа, Лили, ты и я — теперь дружная семья, но не думай, что от этого моё отношение к тебе изменится. Мой друг Скорпиус. Не ты, — жёстко сказал он, отходя от Малфоя.

— Я понимаю. Наверное, поэтому Лили захотела переехать во Францию после свадьбы, — пожав плечами, ответил Эридан.

Малфой прекрасно знал, что, по крайней мере, половина клана Поттер-Уизли не принимала его, но, во-первых, его это не волновало, во-вторых, это абсолютно ничего не меняло в их с Лили отношениях, а в-третьих, он и так знал, что они с Альбусом не будут друзьями, он просто пытался пойти на контакт.

— Прекрасно, — сказал Альбус, поднимая бровь, — добро пожаловать в семью, Малфой.

Бросив на того последний взгляд, Альбус вернулся в дом. Как Лили могла не сказать ему о том, что уезжает из Англии? Это было обидно. Главное, что родители расстроятся. Тяжело, когда все птенцы окончательно разлетаются из гнезда.

========== Глава 35. Праздник жизни ==========

Гости толпились у входа в огромный белоснежный шатёр, пока миссис Поттер и домовики заканчивали разбираться с последними хлопотами внутри.

Альбус успел заметить торопящегося куда-то отца (поскольку, конечно же, они с Арден опоздали, потому что сначала она решила, что ей срочно нужно съесть банан с куриной ножкой, а потом, надевая платье, посчитала, что слишком сильно поправилась, и Алу пришлось полчаса убеждать её в том, что это совсем не так). Он хотел подойти к Поттеру-старшему, чтобы спросить, нужно ли что-нибудь, но не успел, потому через долю секунды тот скрылся в толпе.

Повернув голову, Поттер заметил брата, рядом с которым стояла… Саманта Уильямс? Что, и её пригласили? Он хмыкнул. Братец времени не терял. Заметив взгляд младшего брата, Джеймс кивнул тому, улыбаясь, и отвернулся к подруге, получив ответную ухмылку.

Похоже, на этом празднике жизни не нашлось места только Скорпиусу Малфою. У Альбуса было смутное ощущение, что Скорп и Лили всегда будут вместе, несмотря ни на что, а потом… Наверное, у всех в жизни бывают чёрные полосы, может, у Малфоя они слишком чёрные? Поттер успел привыкнуть к мрачности друга, когда в один момент обнаружил, что тучи над его головой будто рассеиваются. И это было благодаря его сестре, даже не верилось. А потом всё рухнуло в один момент. Слава Мерлину, Альбус не лез в отношения сестры и лучшего друга настолько, чтобы считать кого-то правым, а кого-то виноватым, и думать, кто кого больше обидел. Поттер постарался откинуть невесёлые мысли, но всё равно тут ему не хватало друга.

Вообще, очень часто в жизни Альбуса бывали моменты, когда он думал: «Эх, вот бы Малфоя сюда». Это: медовый месяц с Арден. Не вылезать из номера и изредка ходить на пляж — очень здорово, конечно, но каждый раз бар «Плавучий остров» так манил, что Альбусу хотелось буквально окунуться в него с головой. Если можно окунуться в бар…

Потом такое бывало в командировках, семейных отдыхах и ужинах. Особенно ужинах. Особенно зная, как дядя Рон любит Малфоев. Поттер усмехнулся этим мыслям.

Если бы его спросили, кого он любит больше: Арден или Малфоя, Ал ответил бы, что Арден. Во-первых, потому что в отличие от неё Малфой бы не обиделся, а во-вторых, потому что это было правдой: жену он любил куда больше. Просто Скорпиус был как будто какой-то его частью, без которой Ал чувствовал себя как минимум странно.

Наконец, гостей начали впускать в шатёр. Внутри буквой «П» стояли столы, на которых уже были расставлены тарелки с расположенными на них табличками с именами гостей, и были разложены приборы. Все дружно стали искать свои места, сталкиваясь, болтая о всякой ерунде и обмениваясь любезностями.

Когда гости расселись, пустовать остались лишь места жениха и невесты и нескольких опоздавших. Альбус сначала увидел Эридана в чёрном смокинге с блестящими шёлковыми лацканами, за Малфоем шли две маленьких девочки в белых пышных платьицах. Они разбрасывали повсюду лепестки белых роз. Альбус поморщился: слишком приторно — как раз, как Лили любит.

Все дамы были в восторге и умилялись, и, поглядев на жену, Ал убедился в том, что Арден сейчас начнёт лить слёзы умиления. Но девушка держалась. Она, поняв, что муж смотрит на неё и усмехается, недовольно насупилась и отвернулась, вновь глядя на пышную церемонию.

Но, не удержавшись, Арден вновь повернулась к Поттеру и сказала:

— Представляешь, скоро у нас будет такое же чудо. Какие красивые платья… — она снова с умилением воззрилась на девочек.

— Милая, у нас будет мальчик, а не девочка, — ответил Альбус, закатывая глаза.

Слишком много милоты на квадратный метр. Альбус буквально боялся, что жена вскочит и побежит к этим девочкам за обниманиями. Или украдёт их. Чёрт их знает, этих непредсказуемых беременных женщин.

Он тихо захихикал от своих мыслей. Проблемой Поттера всегда была хорошая фантазия. Он постоянно представлял то, о чём говорил, и представлял так натурально, что это казалось почти правдой.

— Поттер! — громко прошептала Арден. — Сейчас выйдет твоя сестра, а ты тут ржёшь, как идиот.

Он развёл руками и постарался сделаться серьёзным.

Наконец заиграла красивая мелодия, и все гости насторожились, глядя на вход в шатёр, потому что тут же должна была появиться Лили.

Наконец полы раскрылись, и появилась Лили Поттер, облачённая в длинное белое платье без бретелек с пышной юбкой. Тугой корсет подчёркивал талию, делая её тоньше.

Альбусу стало внезапно жаль сестру: как она вообще будет есть в этом?

Кажется, никто совсем не обратил внимания на ведущего её под руку отца, потому что все взгляды были прикованы к девушке.

***

Сталкиваясь с чем-то плохим, будь то смерть, боль, расставание или что-то ещё, мы все проходим одни и те же стадии.

Первая — отрицание.

«Ты не можешь бросить меня!»

Ведь чувства, они как наконечник стрелы, застревающий в теле, они не могут просто взять и пройти по щелчку. Выключиться. Кончиться.

Ты до последнего не можешь поверить, происходящее кажется полуночным бредом. Ты не веришь, не доверяешь людям и даже собственным ощущениям.

Вторая стадия — гнев.

«Какого чёрта?!»

Тут и обзывания, и громкие хлопки дверьми, и, в общем-то, просто испорченные нервы и отношения. Это всё было таким… сильным, а сейчас Скорпиус просто улыбался воспоминаниям.

Третья стадия — это так называемые торги.

Когда ты снова и снова просишь вернуться, хочешь сделать всё, как было, хочешь, чтобы было иначе.

Но иначе не становится.

«ОК, просто давай поговорим, хорошо?»

«Вернись».

«Мне лишь нужен шанс».

«Неужели ты так просто сдашься?»

Дальше начинается депрессия. Некоторые особо чувствительные на этой стадии страдают не только жалостью к себе, но и попытками самовыпиливания.

Пятая стадия — принятие. Нет, тебе не становится плевать, ты просто смиряешься, понимая, что уже поздно делать что-то и пытаться вернуть.

Ты смотришь со стороны на чужое счастье и как будто ничего не чувствуешь. Разве что пустоту и при этом какую-то странную лёгкость. Так, будто груз, давивший на твои плечи долгое время, упал. Ты даже улыбаешься этому чужому счастью. И, может быть, веришь, что когда-то тоже будешь счастлив.

Тебе просто… приходится. Потому что некоторые вещи в жизни ты не сможешь избежать, и расставание с Лили — одна из них. Какой смысл пытаться изменить неизбежное, остановить то, что уже вовсю происходит?

Тебе остаётся только смириться и ждать чего-то, что сделает твою жизнь лучше, чего-то, что начнёт белую полосу в жизни.

Скорпиус стоял, глядя внутрь шатра через «окошко» между полами шатра на церемонию. Кажется, на этой свадьбе были все. Ну, кроме него, конечно. Даже Сэм была здесь, чему Малфой удивился. Внимание, конечно, привлекала пара, стоявшая в центре, между столами, — Лили и Дэн. Поттер сегодня была очень красивой. Мистер Поттер, который проводил специальную (неофициальную) церемонию для гостей, читал свой давно заученный текст, а все улыбались и внимательно слушали. Кроме Альбуса. Этот придурок над чем-то смеялся, а сидящая рядом с ним Арден как всегда пыталась его утихомирить.

Скорпиус усмехнулся и перевёл взгляд обратно на молодожёнов. Они улыбались, слушая то, что говорил мистер Поттер. Наконец, он торжественно произнёс:

— Жених, можете поцеловать невесту.

Конечно, это всё было несерьёзно. Все старинные английские семьи знали, что настоящая церемония происходит в Отделе Тайн.

Вот как всё на самом деле: молодые посылают сову в Отдел Тайн с просьбой соединить их, Отдел назначает день, они приходят в назначенное время в показанную им комнату, в которой обитает Таинственная Сила. Никто, кроме уже брачующихся, не знает, что именно там происходит. И не узнает: ни один человек не имеет права говорить об этом!

Там с помощью сотрудника Отдела Тайн заключается Контракт.

В то время Малфой поцеловал Лили, которая с готовностью ответила.

Потом все начали кричать и шуметь, поздравлять их и произносить тосты. На это Малфой смотреть уже не хотел. Сейчас он, пожалуй, хотел только выпить. Но внезапно сзади раздались шаги.

— Что, нравится смотреть? — спросила Сэм, становясь рядом и тоже заглядывая вовнутрь.

— Ещё бы. С каких пор ты зависаешь с Поттерами? — Малфой повернулся к девушке, вопросительно глядя на неё.

— С тех пор, как они не приглашают тебя на семейные торжества.

Окончив обмен колкостями, они помолчали. Потом Саманта поинтересовалась:

— Пойдёшь туда?

Малфой знал, что она имеет в виду свадьбу, но желания идти туда совершенно не было.

— У меня нет подарка, — соврал он.

Ну, то есть подарка действительно не было, но не хотел он идти по другой причине.

Наткнувшись на укоризненный и уличающий взгляд, Скорпиус проговорил:

— Мне там не рады. Сама знаешь.

Уильямс кивнула. Она развернулась, чтобы вернуться к Джеймсу, который уже начал оглядываться в поисках неё.

— Ты теперь счастлива? — тихо спросил Скорпиус, обернувшись к ней.

Девушка только кивнула и уже собралась уходить, но в последний момент обернулась и, посмотрев на него, сказала:

— Ты тоже будешь.

Малфой на это только усмехнулся, отвернувшись. Бросив последний взгляд на Лили с её счастливой улыбкой и надеясь запомнить Поттер такой, Скорпиус трансгрессировал в Малфой-Мэнор.

Комментарий к Глава 35. Праздник жизни

Автор не силён в свадьбах, поэтому просто долго копал гугл и откопал сей сайтик. http://www.hp-ekb.ru/traditions.php#2

========== Глава 36. На пороге неведомого ==========

В одно утро ты просыпаешься и понимаешь, что жизнь навсегда изменилась, окончательно и бесповоротно. И понимаешь, что счастлив.

Лили повернулась на другой бок, глядя на лицо спавшего рядом Эридана, её мужа. Вроде бы в их отношениях ничего и не изменилось, но было приятно чувствовать себя женой любимого человека. Человека, который помог забыть прошлое, справиться с ним, отправить на задворки сознания лишние мысли и эмоции, оставив в тебе только лучшее.

Любовь может быть бронепоездом, мчащимся на скорости сто миль в час, и ты под него попадаешь. Это любовь, которая оставляет от тебя одни ошмётки, куски разорванного мяса вперемешку с кровью, обломками костей, ликвором и кашей, в которую превращаются мозги.

А ещё любовь может быть морской волной, накрывающей тебя с головой. Но не той, которая приносит с собой мусор и камни со дна, а мягкой и тёплой, с белыми барашками наверху. Спасительной, выбрасывающей тебя на берег из бурной стихии океана.

Лили улыбнулась и потянулась к Малфою. Всё-таки свадьба что-то да меняет. В мироощущении, в вас самих. Это до жути романтично. Почти настолько же, насколько бесполезно. Раньше в этом был какой-то смысл, а теперь супруги точно так же спят в одной кровати, но уже законно. Смысл в таинстве, поэтому магические браки ещё несут в себе какой-то сакральный смысл. В вашей жизни меняются только ваши ощущения. И всё. Святость брака, как и его смысл, уже давно устарела и потеряла свой смысл. Так вы просто можете выразить свои чувства, выставляя их на всеобщее обозрение.

Девушка провела рукой по бледной щеке, а потом по светлым волосам; Эридан нахмурился, потом вздохнул резко, как человек, которому не хватало воздуха, и проснулся. Повернулся к Лили и улыбнулся одним уголком губ.

— Поттер,ещё рань несусветная, а тебе уже не спится, — притворился недовольным он.

Лили одарила его возмущённым взглядом и попыталась отвернуться, но Малфой приподнялся и схватил Поттер за предплечье одной рукой, а потом, протянув вторую руку и взяв девушку за талию, резко, но аккуратно перевернул её через себя, затем нависнув сверху. Теперь Лили смотрела немного исподлобья, немного неуверенно и немного смущённо. Ему нравилось. Нравилось, что у Поттер всегда все эмоции тут же отражались на лице. А ещё нравилось вызывать эти эмоции.

А ещё — впитывать в себя эти взгляды, говорящие гораздо больше, чем то, что люди обычно произносят вслух.

Лили — жутко предсказуемая: вот сейчас она на миг закроет глаза, потом облизнёт пересохшие губы и поведёт плечами, не спуская взгляда с него, ожидая, что он сделает теперь.

Всё так и произошло, и Эридан наклонился и провёл носом по её скуле. Потом наклонился и коснулся губами уголка губ, чувствуя улыбку Лили, поцеловал уже по-настоящему, с нежностью и чувством, которые обычно вкладывают в поцелуи любящие люди.

Разорвав поцелуй, Малфой откинулся на спину и спросил:

— Кстати, надо решать с переездом. Ты уверена, что всё-таки хочешь поехать во Францию со мной?

Лили повернулась на бок и ответила:

— Конечно. Ты же мой муж, — потом помолчала и добавила: — Только уволюсь. И мы сможем переехать.

Эридан улыбнулся и сказал:

— Там ты всё сделаешь, как тебе нравится, обещаю. Дом уже готов, но ты сможешь переделать всё, как хочешь.

***

— Альбус, перестань мелькать перед глазами, у меня от тебя голова кружится, — пробормотала Арден, поднимая глаза от журнала, который листала.

Она лежала на заправленной кровати в одежде; на полу, рядом с тумбочкой, стоял чемодан, полный вещей, а перед кроватью туда-сюда сновал её муж.

— Но… это неправильно. Это не должно быть… так, — проговорил он, остановившись на секунду и глядя куда-то в стену позади Арден.

После он огляделся и снова заходил вдоль кровати.

Девушка отложила журнал, глядя на мужа не совсем понимающе и немного раздражённо.

— Поттер! — возмущённо воскликнула она.

Наконец, он остановился и присел на край кровати у её ног.

— Ал, ты же понимаешь, что в этом нет ничего плохого. Просто в целях безопасности я поеду в больницу.

— Мы можем нанять тебе сиделку, — предложил Альбус.

Арден фыркнула и откинулась на изголовье кровати, сложив руки на груди.

— Ты с ума сошёл? Я беременная, а не умирающая.

Альбус снова встал.

— И именно поэтому ты хочешь оставить меня на три недели одного, Ден. — Он насупился.

Поттер, конечно же, понимал, что это ради безопасности Арден и ребёнка, но ему не хотелось оставлять её в больнице одну так надолго. Но, зная, что жена права, он поднял руки, как будто сдаваясь, и сказал:

— Ладно. Хорошо.

Он совсем не был доволен и не хотел этого, но ставить под угрозу здоровье Арден из-за своего эгоизма и страхов — это низко даже для Альбуса.

— Ну, вот и славно, — Поттер поднялась, — тогда закажи мне магическое такси и иди на работу, ты опаздываешь. А вечером жду тебя в часы посещения.

— О нет, никакого такси, Ден. Я их знаю. Сам отвезу, — не согласился Альбус, принимаясь глазами искать ключи. — Да где же они? — спросил он вслух, ощупывая карманы пиджака и брюк.

Арден подтянулась к его прикроватной тумбочке и открыла верхний ящик. Достав ключи, она подняла их над головой. Заметив искомое, Поттер собирался уже выхватить из её рук ключи и пойти с чемоданом вниз, к машине, но Дени резко отдёрнула руку, сжимая в ней свою находку.

— Не-а, — хитро сказала она, заводя руку за спину.

Альбус недовольно нахмурился, но это было скорее притворно, чем по-настоящему. Он не мог злиться на Арден, особенно сейчас. Та, прекрасно зная это, улыбалась, даже и не думая возвращать ключи.

— Коул, я опаздываю! — возмущённо воскликнул Альбус, подходя ближе к ней. — Очень сильно опаздываю.

Он протянул руку за ключами, но девушка лишь отодвинулась, продолжая улыбаться, глядя на Альбуса снизу вверх. Тогда он наклонился к ней, упираясь руками в изголовье кровати по обеим сторонам от головы Арден, а одним коленом опираясь на кровать у её ног. После этого придвинулся ближе к её лицу, провёл большим пальцем по губам, несильно надавливая, и запечатлел на них быстрый поцелуй.

Альбус отодвинулся, а Арден потянулась за новым поцелуем. Он улыбнулся и положил руку на её талию, придвигая чуть ближе к себе. Было странно и неудобно, но никакой неловкости не чувствовалось, наоборот, даже казалось вполне себе естественным. Он поцеловал Дени, постепенно углубляя поцелуй, водя руками по спине и волосам, бёдрам и предплечьям. Наконец, добравшись на ощупь до зажатых в ладони ключей, Поттер легко забрал их и разорвал поцелуй.

— А теперь надевай куртку, Дени. Мы едем в Мунго.

Сказав это, Альбус ухмыльнулся и, обойдя кровать, взял чемодан, собираясь идти к машине.

— Поттер. Поттер! — воскликнула Арден возмущённо.

Но тот лишь обернулся и пожал плечами. А потом нагнулся, закрываясь свободной рукой от летящей в него подушки, и вышел из комнаты.

Арден возмущённо выдохнула и, встав с кровати, пошла за ним. Иногда Поттер был просто невозможным, не-вы-но-си-мым! Хотя она сама понимала, что тот опаздывает на работу, но мог бы быть чуть повежливей с матерью своего уже почти родившегося ребёнка.

Она усмехнулась сама себе и, достав куртку из шкафа, вышла из дома. Всё-таки глупо обижаться на Альбуса, он и так весь на нервах из-за того, что она решила лечь в больницу Святого Мунго.

***

The Servant — Cells

Скорпиус уже еле стоял на ногах, но продолжал свой путь. У него не было определённой цели или пункта назначения, он просто хотел запомнить Лондон как можно лучше, впитать в себя этот город целиком: со всеми его улицами, площадями, переулками, домами, парками и мостами. Запомнить так, чтобы он буквально отпечатался на сетчатке. Запомнить так, чтобы никогда не забыть. Он не был уверен в том, что когда-либо снова увидит эти места. Не знал, сможет ли вернуться сюда.

После свадьбы Лили он пил весь вечер, а на следующий день прямо с утра заявился на работу и дал согласие на командировку в Веллингтон.

Плевать, что это другой конец Земли, плевать, что он может просидеть там не месяц и не год, а все пять или десять лет или даже никогда не вернуться в Великобританию.

Он должен.

Иногда кажется, что выбора нет. Но выбор есть всегда, просто тебе не нравится какой-то из вариантов.

В данном случае вариант был один: уехать в Новую Зеландию и попытаться начать всё сначала.

Поняв, что бродит по Лондону и окрестностям уже полдня, и заметив, что начинает смеркаться, Скорпиус трансгрессировал в Малфой-Мэнор, чтобы собрать всё необходимое. Завтра он уже должен начать работу.

Завтра у него уже должна была начаться новая жизнь, а он всё никак не мог распрощаться с прошлой.

Возможно, это было неправильно — вот так бросать Англию, старые знакомства, семью и друзей, но Малфой чувствовал, что это ему буквально необходимо. Он должен сделать это хотя бы на время (на долгое время, по правде), чтобы привести себя и свои мозги в порядок. Он должен изменить, сломать что-то в себе, чтобы оставить позади пережитки прошлого и жить дальше, не оглядываясь назад.

Говорят, что каждый раз, когда ты падаешь, ты должен вставать и идти дальше, несмотря на то, что у тебя стёрты ноги и разбиты колени. Ты должен встать и идти.

Так, может, и ему пора подняться?

Вещи уже были собраны, дела сделаны, так что оставалось только в последний раз взглянуть назад и отправиться в неведомое будущее. Прямо сейчас он почти физически ощущал ждущие его перемены, стоя на этом пороге новой удивительной жизни.

========== Глава 37. Время ==========

Секунда, минута, час, день, неделя, месяц, год, десятилетие… Время летит так, что сложно за ним угнаться. Даже мысленно. Вот ты ходишь пешком под стол. Несколько лет, и ты поступаешь в Хогвартс. Место, где случаются самые прекрасные и волшебные вещи в твоей жизни: первая настоящая магия, первый урок, первый настоящий друг, первая любовь, первое разочарование, первый экзамен. Ты буквально лишь моргнул — а уже выпускной, поиски работы или дальнейшее обучение. Потом ты неожиданно замечаешь, что в определённом возрасте с родителями уживаться уже проблематично. Тогда наступает время поисков «своего угла». Ты обнимаешь родителей на прощание, забрав у отца огромный чемодан со своими вещами, а потом видишься с ними в свои редкие выходные и по праздникам. С каждым годом события проносятся всё быстрее: вроде бы только что они с Арден поженились, а сейчас он вечерами не вылазит из больницы, ожидая, когда жена родит сына.

Если бы кто-то сказал Альбусу, что он станет отцом, хотя бы год-полтора назад, тот покрутил бы пальцем у виска и рассмеялся бы этому человеку прямо в лицо, сказав при этом что-то типа:

— Тебе надо провериться, приятель.

Или:

— Что вы несёте?

Или, может, воскликнул бы, потрясая руками:

— Да я же сам ещё ребёнок!

Большой ребёнок в дорогом костюме и с большими зелёными глазами. Альбуса самого порой удивляло, как Арден умудрилась выйти за него замуж, да ещё и собирается родить ему ребёнка. С ума сошла, наверное.

Нет, всё-таки от тупого ожидания явно атрофируется мозг. Поттер нервно усмехнулся собственным мыслям и домыслам и резко опрокинул в себя остатки отвратительного кофе, который купил в автомате за неприличные для такого дерьма деньги.

После того, как Арден почти три недели пролежала в больнице, сегодня ему прислали сову с новостями о том, что у жены начались схватки. Конечно же, Альбус с работы сразу трансгрессировал в Мунго.

В палату его не пускали, но, Альбус признался себе в том, что и сам бы не слишком хотел там оказаться, не будучи готовым к данному зрелищу. Вообще-то, прямо сейчас он бы отдал пару тысяч галеонов просто за то, чтобы спокойно выпить с Малфоем, но вместо этого Поттер сидел здесь, нервничал, переживал, безуспешно пытался не считать минуты с того момента, как он оказался здесь, а Скорпиус уже почти месяц был в командировке на другом конце света. Тому, конечно, ничего не стоило перенестись сюда на пару часов, но, во-первых, Малфой наверняка был весь в работе, а во-вторых, он не изъявлял особого желания возвращаться в Великобританию. Альбус с удовольствием посмотрит на то, как Скорп будет объяснять, почему не был в больнице, когда Арден рожала, но, скорее всего, когда они с Малфоем увидятся, это уже будет неважно.

Альбус расстроенно вздохнул, бросил пластиковый стаканчик в стоявшую рядом урну, и, решив, что ему не помешает подышать свежим воздухом и размять ноги заодно, встал с неудобного стульчика и направился вниз, к выходу.

Поттер как раз считал пролетавших мимо него ворон, когда боковое зрение случайно зацепилось за какое-то ярко-красное пятно, приковавшее внимание.

Поглядев туда уже прямо, Альбус узнал свою сестру, спешащую к нему. Одета она явно была не по погоде: в Лондоне было промозгло, а на девушке было лишь алое платье длиной чуть выше колена с глубоким вырезом и рукавами-фонариками и лёгкие туфли на каблуке.

Альбус не стал дёргать Лили из Франции, но, видимо, мама написала ей сразу же после того, как получила патронуса от него. Сами они с отцом собирались трансгрессировать сюда сразу после его совещания, которое должно было закончиться через полчаса. Или уже кончилось. Альбус потерял счёт времени в больнице, уж очень было всё одинаково и однообразно: те же бледно-розовые стены в коридоре, те же жёсткие стулья, медсёстры, снующие туда-сюда, волнующиеся мужья с их беременными жёнами, торопливые врачи-акушеры и гинекологи. После почти трёх (или уже больше?) часов в Мунго они все были для Альбуса на одно лицо: одинаковые, мельтешащие, серые…

Поттер всегда был подвержен этому — коротким депрессиям во время длительных стрессов. Когда что-то шло не так, он чувствовал одолевающее его отчаяние напополам с безразличием ко всему окружающему.

Ожидая, пока сестра приблизится, Альбус продолжал смотреть вдаль, прямо перед собой, не меняя позы, засунув руки в карманы брюк. Было холодно, он не знал, как Лили ещё не промёрзла насквозь в лёгком платьице, но сам он не чувствовал прелестей лондонской погоды, хоть и стоял в одной рубашке.

— Депрессуешь? — спросила Лили, подойдя к нему и положив руку на плечо брата.

Он стоял, не отвечая, хоть и слышал вопрос где-то на задворках сознания, просто никак не мог вынырнуть из пучины мыслей.

— Тебе только сигареты не хватает, — усмехнулась она, мелькая перед лицом Альбуса, дабы отвлечь его.

Лили трансгрессировала, потому что знала о его состоянии, буквально чувствовала необходимость поддержки сейчас. Альбус всегда был таким, всю жизнь. Чуть что — и он уже думает о худшем, накручивая себя всё сильнее. Он не показывал, но она всегда знала. Видела по этому отсутствующему взгляду, в котором плескались все его потаённые страхи, по нервно сжимавшимся и разжимавшимся рукам.

Она всегда знала.

Будто очнувшись, Поттер спросил, глядя на сестру так, будто впервые увидел:

— А у тебя есть?

— Я не курю, Альбус, — почти рассмеялась Лили, — и ты тоже.

— Пойдём внутрь, а то холодно, — сказал Поттер, заметив, что сестра подрагивает при особо холодных порывах ветра.

Они вошли в больницу, Лили начала рассказывать о своей семейной жизни. Работу она пока что не нашла, поэтому сидела дома почти целыми днями и уже успела почувствовать себя домохозяйкой. Но это первые две недели, а недавно она записалась на курсы повышения волшебной квалификации для медперсонала и даже думала устроиться в местный Колдомедицинский.

Разговоры о жизни Лили отвлекали от ненужных мыслей, но Альбус задумался о другом. И как всегда сразу же озвучил, почти перебив сестру на полуслове:

— Скажи, ты счастлива? Не жалеешь?

— О том, что вышла за Дэна, или что уехала из Англии?

— И то, и другое, — сказал Ал, с ожиданием глядя на сестру.

Она ведь должна, просто должна быть счастлива.

— Я счастлива с Эриданом. Возможно, больше, чем когда-либо была и буду. И да, я скучаю по Англии, по вам всем, но я здесь, видишь? Это ничего не значит. — Она ободряюще улыбнулась, кладя руку ему на плечо и заглядывая в глаза.

— Это значит, Лили, — немного раздражённо проговорил Альбус, — что ты не будешь видеть моего сына чаще, чем раз в год. Не увидишь первые шаги, не услышишь первое слово. Будешь присылать ему открытки на день рождения и Рождество вместо того, чтобы играть с ним по выходным. Ты будешь далеко. Ты уже далеко.

Замолчав, Альбус сжал зубы, так, что на скулах заиграли желваки.

Лили была одновременно расстроена, разочарована и разозлена. Она не ожидала, что Альбус так поступит.

— Ты долбаный эгоист! — Альбус собирался что-то возразить, но девушка заткнула его движением руки. — Если у тебя проблемы, если ты нервничаешь так, что у тебя отключились самоконтроль и самосохранение, не надо сваливать это на меня, Альбус, пожалуйста, не смей вымещать на мне свои долбаные проблемы, иначе, клянусь Мерлином, я тебя прокляну! Пожалуйста.

Лили нервно провела языком по пересохшим губам. Брат её выбесил, разочаровал, хотя она и понимала его, понимала, почему он так сказал, да и отчасти он всё-таки был прав, но Лили не хотела такого будущего для них, не хотела, чтобы это стало правдой. Поэтому сегодня она и была здесь, с ним, и никакие самые важные дела не могли бы её остановить.

Поттер шумно втянул воздух носом и потёр лицо руками. Он устал, хотел спать и прекрасно при этом знал, что не заснёт. Он не хотел срываться на Лили, но это уже произошло.

Альбус примирительно улыбнулся и, взяв сестру за руку, притянул её к себе, заключив в тёплые объятия.

— Прости. Прости меня, правда. Я не знаю, почему так сказал, — тихо проговорил Ал, опустив подбородок на её макушку.

— Ну, ладно, если не я, то чувство вины тебя сожрёт, — усмехнулась Лили и обняла его в ответ.

Через полчаса в Мунго трансгрессировали родители и сразу же вслед за ними Гермиона, которая только узнала о родах. Стало шумно, но Альбус настолько привык к обстановке вечного гама в своём большом семействе, что ему стало даже как-то… спокойнее.

Лили рассказала им всем о своей Парижской жизни, показала колдографии из нового дома, потом говорила о чём-то с отцом, пока Джинни старалась успокоить то ли отошедшего в сторону Альбуса, то ли саму себя.

— Я в порядке, мам, — после очередной порции успокоительных речей сказал Альбус, — всё нормально.

— Я же вижу, что ты волнуешься, сынок. Ну, ничего, это нормально.

— Мам! — немного разозлённо оборвал её Ал. — Не хочу ничего слушать.

Джинни не сдавалась, несмотря на явно плохое настроение сына, и продолжила:

— Тогда расскажи мне, что тебя беспокоит.

— Ой, ну, я даже не знаю, — притворно задумчиво ответил Альбус, сводя брови, — может быть, то, что я тут торчу уже четыре часа, а новостей нет, и нового ничего не происходит. А может, статистика детской смертности или смертей во время родов. Или ещё какая-то из сотен причин для беспокойства, мам!

На Альбуса при этих словах обернулись две беременные волшебницы, медсестра и отец с Лили. Гермиона пошла говорить с кем-то из знакомых, чтобы узнать хоть какие-то новости об Арден. Лили посмотрела на него с жалостью, отец с упрёком (как можно — повысить голос на маму в их семье было смертным грехом), но Поттер лишь отмахнулся и собрался уйти на воздух, когда в конце коридора появилась Гермиона с сопровождавшим её немолодым врачом.

— Это доктор Хопкинс, — сказала миссис Уизли, — он узнает, что там происходит.

Поттер замер, следя взглядом за усатым колдомедиком. Тот, кивнув то ли воздуху, то ли им всем сразу, вошёл в палату. Пережить эти шесть минут и тридцать восемь секунд оказалось сложнее, чем предыдущие четыре часа.

Он вышел и осторожно закрыл за собой дверь палаты. Подойдя к семейству, ждавшему результатов его короткой разведки, колдомедик, глядя то ли сразу на всех, то ли сквозь них, сказал:

— Всё шло хорошо, но потом возникли некоторые… осложнения… — начал он, но Альбус перебил его:

— Какие ещё осложнения? — спросил он, подходя ближе к доктору Хопкинсу.

Джинни ударила его по руке, наградив недовольным взглядом, тогда колдомедик продолжил:

— Было кровотечение, но его удалось остановить, так что сейчас всё в полном порядке, — заверил он присутствующих.

— Нет, я так не могу, — резко сказал Альбус, обходя врача и собираясь войти в палату и самому всё узнать. Он должен был быть рядом с Ден. Всё. Это. Время. А он сидел тут, как идиот, и радовался, что его не пустили в палату.

Врач преградил ему путь, не давая подойти к двери.

— Пустите меня, — проговорил Поттер, подходя ближе, готовясь, если надо, войти туда силой.

— Извините, сэр, мистер Поттер, но сейчас там всё закрыто, чтобы не было заражения. Дверь, скорее всего, опечатали заклинанием.

— Да мне плевать, — сквозь зубы ответил Ал.

Он собирался уже оттолкнуть докучливого медика, когда почувствовал на плече лёгкую тёплую руку.

— Альбус, ты же не хочешь навредить никому. Подожди немного. — Она повернулась к доктору Хопкинсу. — Извините и… спасибо.

Поттер отвернулся, не глядя ни на кого. Ну и что, у всех периодически сдают нервы, он тоже имеет право психовать. Хотя бы иногда, хотя бы в такие моменты. Он молча пошёл к выходу, опустив голову.

— Ты куда? — спросила Джинни.

— Я… не могу уже тут. Мне надо проветриться.

Он даже не повернулся, просто хотелось сбежать отсюда, из душного, переполненного людьми помещения, от сочувствующих и сопереживающих взглядов. Или просто хотелось, чтобы всё это кончилось, иначе он действительно сойдёт с ума.

========== Глава 38. Праздник, который всегда с тобой ==========

Зря Лили сказала про сигареты, потому что теперь ему хотелось курить. Вообще, Альбусу не нравилась эта привычка, он считал её идиотской. Лекарства от рака ещё не нашли даже в колдомедицине, поэтому глупо убивать себя… так. Медленно и неприятно. Смерть со вкусом вечной горечи во рту.

Но сейчас ему до ужаса хотелось предаться этой вредной привычке. Альбус заметил какого-то врача, стоявшего прямо у выхода и затягивавшегося с таким видом, будто сигарета — это не орудие медленного самоубийства, а лекарство. То единственное, которое могло бы спасти его прямо здесь и прямо сейчас.

Поттер подошёл к мужчине и попросил закурить. Тот зачем-то спросил, что у него случилось, когда Ал, затянувшись, закашлялся. Неужели по нему так видно, как всё сейчас было дерьмово?

— Моя жена сейчас рожает, — ответил он.

— Странно, что вы не радуетесь, — проговорил мужчина, — это не ваш ребёнок? — предположил он.

Альбус от удивления подавился дымом.

— Что? Нет. Конечно, мой! — возмущённо сказал он.

— Тогда не понимаю, почему вы здесь изводите себя, вместо того, чтобы быть с ней, — искренне ответил доктор.

— Не пускают, — недовольно пробормотал Поттер.

— Такое часто случается, не стоит волноваться слишком сильно, — ободряюще проговорил его случайный собеседник и, потушив сигарету об урну, стоявшую рядом, пошёл внутрь.

Альбус сделал ещё пару затяжек и уже думал о том, чтобы вернуться внутрь больницы, когда сзади раздался голос Джеймса.

— Эта дрянь убивает, — сказал он, подходя и становясь рядом, потом забрал у Альбуса из руки сигарету и затянулся сам. — Ну и гадость, Ал, — Джим поморщился и выбросил её.

— Я думал, ты не придёшь, — сказал Альбус после полуминутного молчания.

— На работе задержали, а жена всё-таки не моя, чтобы отпустить по просьбе, — Джим усмехнулся и, повернувшись к брату, сказал: — Ты зря так волнуешься. А ещё мне кажется, что скоро всё закончится, так что пора подниматься.

Альбус посмотрел на наручные часы и кивнул. И правда, пора было двигаться наверх. Он потёр шею и открыл стеклянную дверь, вошёл и придержал её для брата.

— Сильно нервничаешь? — спросил тот, проходя в тёплое помещение.

— А? Да нет. Нормально, — ответил Ал, глядя вперёд.

Они поднялись наверх в молчании. Всё присутствовавшее здесь семейство было на своих местах. Лили сидела на жёстком сером стуле, глядя на свои руки, мать и отец тихо переговаривались о чём-то, она держалась за его рукав, а он то нервно поправлял очки, то ерошил волосы свободной рукой. Гермиона стояла напротив них, говоря о чём-то отвлечённом, улыбалась и периодически поглядывала по сторонам, как всегда собранная и внимательная, обращавшая внимание на все детали вокруг.

Альбус и Джеймс подошли к ним. Джим спросил:

— Новости?

Мама, глядя то на него, то на младшего сына, отрицательно покачала головой. Альбус с досадой сжал губы, так, что они побледнели, превратившись в тонкую полоску. Никто больше ничего не сказал, понимая, что успокаивать его сейчас бесполезно. Это смогут сделать только хорошие новости.

Которых не было. Слишком долго.

Внезапно дверь палаты, в которой была Арден, распахнулась с неприятным скрипом, на который, казалось, никто не обратил никакого внимания, потому что во все глаза уставились на вышедшего колдомедика. Выражение его лица говорило само за себя: всё было в порядке.

***

Арден отправили в обычную палату. Она устало отключилась, не успев коснуться головой подушки, а по дороге успев выслушать шумные и бурные поздравления и проявления радости. Альбус был тихим. Он просто улыбался ей. И молчал. Она знала, что они поговорят потом, и он это знал.

Все уже разошлись, а Ал сидел в кресле, устало откинувшись на спинку и листая какой-то журнал. Список то ли первых богачей Магической Англии, то ли самых привлекательных холостяков. Он не читал и почти не смотрел на него, на самом деле ожидая только, когда Дени проснётся. Ещё Поттеру обещали, что он увидит своего ребёнка в ближайший час, чего пока что ещё не случилось. Поэтому он нервно ёрзал на кресле, бросая взгляд то на журнал, то на дверь, то на Арден.

Дверь. Журнал. Арден. Журнал Арден. Снова дверь.

Абсолютная и оглушительная тишина.

Неподвижные и блеклые стены. Бледное лицо Арден и помятый журнал.

Скрип двери и появившаяся в проёме медсестра.

— Вы можете посмотреть на ребёнка, — сказала она тихо, косясь на девушку, лежавшую на кровати: не разбудила ли её.

Альбус молча встал и вышел вслед за медсестрой.

Если бы его спросили, что он испытал в момент, когда увидел своего сына, Альбус сказал бы всего одно слово: удивление. Он ожидал, что испытает умиление и прилив любви, но этого не произошло. Это даже не было ещё похоже на человека — просто сморщенный комок. Он заворочался, когда медсестра аккуратно взяла его и передала в руки Альбусу, который до этого момента не имел никакого понятия, как обращаться с детьми.

— Главное, придерживайте голову, — сказала женщина, заметив его смятение.

Поттер сделал, как она сказала.

— Я же могу прийти сюда позже? — спросил он, вспомнив о том, что оставил жену.

Медсестра благосклонно кивнула и взяла ребёнка из его рук.

Альбус всё ещё чувствовал удивление. Теперь оно смешалось с какой-то непонятной нежностью.

Он вошёл в палату, тихо прикрыв за собой дверь, не желая разбудить Арден. Обернувшись, Ал заметил, что её глаза были полуоткрыты, а сама Дени слабо улыбалась.

— Я не сплю, — сказала она немного севшим голосом.

— Как ты? — спросил Поттер, подходя к кровати и садясь на край.

— В полном порядке, — усмехнувшись, протянула Арден. — Ты уже видел его? — спросила она внезапно серьёзно.

Альбус кивнул и взял её за руку, улыбаясь одним уголком губ и не понимая, почему Арден нервничает из-за этого.

— И как тебе? — Дени всмотрелась в его лицо.

— Да, ну, немного странно. Но он вполне симпатичный, правда. Я ещё не понял, как их там отличают друг от друга (наверное, по наклейкам на кроватях), но они все такие одинаковые. Лысые и маленькие.

Арден тихо рассмеялась и легко шлёпнула его по руке. Потом, посерьёзнев, сказала:

— У нас проблема.

Ал вопросительно посмотрел на жену. Он уже успел подумать обо всём, когда она сказала:

— Мы так и не выбрали имя.

— Чарли? — предложил Ал, немного подумав.

— Чарли в семье Поттер-Уизли уже есть, — скептично ответила Арден.

Она нахмурилась, задумавшись.

— Мне кажется, Аргус идеально подходит, — в то время сказал Альбус.

— Поттер, тебе наш ребёнок Филча напоминает?! — Арден даже попыталась привстать от возмущения, но, почувствовав боль, вернулась в обратное положение.

Альбус рассмеялся и сказал:

— Ну, тогда сама думай. Я умываю руки, Коул. Серьёзно. — Он поднял руки, как будто сдаваясь.

Арден снова ушла в себя. Помолчав, она сказала:

— Слушай, а что, если Бен? Звучит.

Альбус попытался представить своего сына Беном.

Бен Поттер. Ну, а что, вроде не так уж плохо. Только вот…

— А Бенедикт или Бенджамин?

Глаза Арден стали большими. Возможно, она просто забыла, что у «Бена» должно быть полное имя. Или…

— Что? Не-ет, у меня смутное ощущение, что Бенедикты рождаются тридцатилетними и в очках, — почти возмущённо воскликнула она.

— Ну, значит, Бенджамин.

Арден кивнула, а потом сказала чуть тише, чем ранее:

— А ты не можешь попросить его принести?

***

«Если тебе повезло и ты в молодости жил в Париже, то, где бы ты ни был потом,

он до конца дней твоих останется с тобой, потому что Париж — это праздник, который всегда с тобой».

Лили чувствовала себя странно.

Она была словно яркое огненное пятно на сером лице ветреного Лондона.

Лили ловила себя на мысли, что выделяется не только одеждой, но и общим настроем. Какой-то непонятно откуда взявшейся лёгкостью, которую ей подарил Париж.

Париж — это не город, это состояние души. Романтика, экзальтация, яркая одежда, яркие люди, все и каждый разные по своей сути и природе.

Трансгрессировав обратно во Францию, Лили решила прогуляться по городу, но через приблизительно сорок минут поняла, что прогулка на каблуках далеко не самая её гениальная идея.

Наконец, войдя домой, девушка скинула туфли и устало присела на небольшую тумбочку, стоявшую у входной двери. Эридана, конечно, не было — тот в последнюю неделю постоянно был поглощён работой, поэтому Лили могла спокойно посидеть тут пару минут, потом принять душ, почитать книгу и только после этого идти готовить ужин.

Она не могла не вспомнить сегодняшний день в деталях, ведь он на самом деле был чудесным. Чего только стоило усталое и счастливое лицо Арден, нервничавший Альбус и их забавные короткие перепалки с мамой.

Сама Лили даже никогда не задумывалась о детях, но это всё было довольно мило. Может быть, года через три-четыре…

Девушка тряхнула головой, отгоняя глупые мысли. Её мечтой было стать колдомедиком, поэтому она должна сначала подумать о себе. Поттер всегда искала какой-то самореализации в желании достичь большего, чем у неё есть (и кто она есть), исполнить свои желания, добиться успеха в чём-то, что нравилось ей самой.

В школе Лили нравилось рисовать, потом она видела себя кем-то вроде дизайнера. Но после курса этак шестого поняла, что хочет быть врачом. Настоящим, спасающим чужие жизни. И всё время она медленно, но верно шла к своей цели и не хотела бросать всё на полпути.

Внезапно девушка услышала шум, раздавшийся из гостиной, точнее, из камина. Вот и вернулось голодное напоминание о суровых трудовых буднях.

— Ты сегодня рано, милый, — сказала она, вставая и попутно наскоро размышляя, что же такого приготовить сегодня.

Из гостиной показался Малфой, уставший и сонный.

Лили подумала о том, что они сейчас безумно похожи на её собственных родителей: измотанный вечной работой отец и понимающая, улыбающаяся и терпеливая мама.

Лили ловила себя на мысли, что на самом деле Париж и Лондон не такие уж и разные, если присмотреться.

Комментарий к Глава 38. Праздник, который всегда с тобой

Э. Хемингуэй «Праздник, который всегда с тобой»

========== Глава 39. Приоденься, Поттер! ==========

Уже поздно ночью Альбуса отправили домой, потому что тот еле стоял на ногах. Он долго сопротивлялся, но, поняв, что действительно полностью обессилел от нервов, усталости и недосыпа, всё-таки трансгрессировал домой и, не раздеваясь, упал на кровать, сразу же заснув крепким сном.

Ал понятия не имел, сколько часов пробыл в тяжёлом и липком сне, который никак не хотел отпускать его, но, наверное, Поттер мог проспать ещё и час, и два, и три. Если бы не одно «но», завалившееся к нему в спальню с криком: «Проснись и пой, папаша!» и навалившееся всем своим немаленьким весом на спящего Альбуса.

Он застонал сквозь сон и разлепил глаза, перед которыми оказался малфоевский бок. Альбус незамедлительно ткнул Скорпиуса пальцем и почти согнулся, когда тот случайно двинул локтем ему в живот.

— Слезь с меня, хорёк, Мерлин, я так хорошо спал, чёрт, Малфой, — бессвязно бормотал Поттер, спихивая с себя друга и пытаясь встать.

Умывшись, чтобы почувствовать себя хотя бы наполовину живым, Ал вернулся в комнату, где его глазам предстал всё тот же Скорпиус Малфой, развалившийся на его, точнее, их с Арден, кровати. Оказалось, что он был не один. В руке у него был зажат небольшой коричневый медведь с голубым бантиком на почти отсутствовавшей шее.

— Как жизнь, Поттер? — спросил Скорпиус, приподнимаясь на локтях и бросая в Альбуса медведем.

— Была отлично, пока ты на меня не свалился, — недовольно проговорил Альбус, сведя брови, — чего хотел-то?

— Ну, как же это? Поздравить! Отметить. Вот что тебе сейчас нужно. А то через пару недель только и будешь видеть сплошные памперсы, сопли и пелёнки.

— Вот именно, Скорп, поэтому мне и надо поспать. — Альбус уже хотел лечь обратно, но Скорпиус не дал ему этого сделать.

— Нет-нет-нет. Ты мыслишь, как старпёр. А как же последнее веселье, а?

Альбус застонал.

— Мерлин, да когда ты уже женишься, дубина?

Малфой засмеялся и вскочил с помятой кровати.

— Приоденься, Поттер. Будем обмывать твоего сына.

После этого Малфой долго-долго-долго (как сам он утверждал) ждал, пока Альбус переоденется и приведёт себя в порядок.

— Тебя не смущает, что сейчас только час дня и большинство баров ещё просто закрыты? — спросил Ал, когда они вышли из дома.

— Поттер, ты недооцениваешь мою мощь. Я уже всё разузнал и везде договорился.

— Везде? — подозрительно переспросил Альбус.

— Ну, а то. Ты же не думал, что я притащу тебя почти на сутки в какую-то забегаловку?

— На сутки? — Брови Альбуса с каждой фразой Малфоя взлетали вверх всё сильнее, казалось, ещё чуть-чуть — и они запутаются в тёмных волосах.

Малфой не мог не представить Альбуса без бровей в этот самый момент, поэтому рассмеялся собственным мыслям и картинкам в голове и, схватив друга за рукав ветровки, сказал:

— Ну всё, пошли, мы и так отстаём от графика.

Они трансгрессировали в какой-то узкий переулок, что был шириной примерно в полтора Альбуса, и он раскрыл рот от удивления, когда увидел вывеску, светящуюся зелёным. Бар назывался «Слизеринец». Забавно, подумал Альбус.

Они спустились по лестнице на несколько метров под землю (Поттер хмыкнул, рассудив, что это довольно-таки аутентично) и оказались в широком помещении, смутно напоминавшем гостиную Слизерина: чёрные кожаные диванчики, окна, горящие зелёным, на стенах герб факультета: длинная серебряная змея на изумрудном фоне, высунувшая чёрный раздвоённый язык. Продолжая осматриваться, Ал следовал за Малфоем, который двигался в сторону углового столика.

Поттер бросил взгляд туда и выгнул бровь.

— Мне кажется, или это?..

— Да-да, — перебил его Скорпиус, — это наши однокурсники.

Конечно, это были совсем не те лица, которые Альбусу сейчас хотелось видеть, но он решил молчать и терпеть: всё-таки Малфой старался.

Все сразу зашумели, когда увидели их. Тут были и Амалия Бёрк, и Томми Крэбб вместе с Селестой Гойл, которые встречались ещё со школы и были для всех идеальной парочкой туповатых, но счастливых по жизни людей, и Саша Бэддок, с которой Малфой встречался курсе на пятом, просто потому что это было удобно, и Джо Дэвис, бывший охотник слизеринской команды по квиддичу, Элиза Флинт и даже Кларисса Забини, лучшая подруга Саши, Ледяная Принцесса Слизерина в те давние годы.

Внезапно Альбус понял, что рад видеть всех этих людей, которые так живо напоминали об ушедшем, об удивительных и неповторимых школьных годах. Все наперебой поздравляли его с рождением сына, что плавно перетекло в обмен последними новостями.

— А знаешь, что в этом баре делают лучше всего? — спросил Джо Дэвис, наклоняясь к Альбусу. — Бургеры. Ты нигде не найдёшь другого такого. Я уже заказал тебе, Поттер.

Альбус усмехнулся. Похоже, сегодня ему ничего не дадут решать самому.

Впрочем, бургер и правда был наивкуснейшим. Он сам не заметил, как заказал себе второй, и уже доедал его, когда Скорпиус громко сказал:

— Ну, что же. Леди и джентльмены, всем спасибо. Все свободны. Шутка, — хмыкнув он продолжил: — Прекрасные дамы теперь отправляются по своей программе, а всех господ жду у выхода через десять минут для продолжения банкета в другом месте.

Альбус ожидал возмущений или хотя бы расстроенных вздохов, но ничего подобного не последовало. Все быстро собрались и пошли к выходу, кроме Малфоя, который о чём-то говорил с официантом.

Если в «Слизеринце» они были практически одни, то в следующем баре «Хвосторога» народа было хоть отбавляй. Возможно, потому что вечер уже вступил в свои права, возможно, из-за популярности данного заведения. Альбус слышал о нём, но не знал, чем обусловлена такая массовая известность.

Внутри было темно. Только луч прожектора и разноцветные фонари освещали помещение. Когда луч светло-фиолетового цвета попадал на стену, на ней вырисовывались надписи и граффити разных цветов и размеров. Это были отрывки из песен, цитаты знаменитых людей и английских писателей, необычные слова и… ребусы. На стене, возле которой была небольшая сцена, была нарисована сама хвосторога.

Не успел Альбус подивиться видам данного заведения, как оказался у барной стойки. Он даже не помнил, сколько именно и чего он выпил, но голова кружилась, а игравший внутри клубняк уже не казался таким отвратительным, люди вокруг не вызывали раздражения, а старые слизеринские знакомые казались добрыми друзьями.

Наконец, взяв пару бутылок какого-то запредельно дорогого виски, они устроились на диване недалеко от сцены, на которой теперь выступала какая-то малоизвестная группа, открыв час живой музыки.

Альбус начал немного скучать и спросил у Малфоя, когда они будут двигаться дальше, мол, неужели это всё?

Тот лишь хитро сверкнул глазами и сказал: «жди».

Поттер сдался и устало обвёл глазами помещение, полное народа, который всё прибывал и прибывал. Внезапно весь свет погас. Но никто не удивился, казалось, все наоборот только этого и ждали. В зале поднялись аплодисменты, и зажглось одно единственное место на сцене, то, на котором стоял саксофонист, начавший играть в ту же секунду, как его «показали» залу. Через несколько мгновений к нему точно так же присоединился второй. После — появились гитарист и барабанщик.

Альбус не сводил взгляда со сцены, как и все присутствующие, замершие в ожидании, потому что почти каждый из них знал: шоу только начинается.

Он никогда не любил музыку, в особенности джаз, но сейчас явно был тот момент, когда Ал был готов утверждать: музыка может быть сексуальной. И это даже до того, когда на сцене появились три танцовщицы, такие яркие и красивые, что глаза разбегались, и он не знал, куда же ему смотреть, потому что не хотел упустить ничего и никого, ни одного плавного движения, ни одного шага и поворота головы, взмаха рукой или волосами.

— С рождением сына, Поттер. Когда ещё такое увидишь, — сказал Скорпиус, наклонившись к нему, и при этом не сводя взгляда с девушек на сцене.

Альбус кивнул и сказал:

— Действительно.

— Кстати, — протянул Скорп, вспомнив что-то. — У них ещё есть услуга приватных танцев. Вот это вот прекрасное создание, — он кивнул в сторону девушки справа, — ну, или это, — кивок влево, — будет извиваться у тебя на коленях, пока ты сам не станешь умолять её остановиться.

Альбус замотал головой, говоря при этом:

— Нет-нет-нет, ты меня не заставишь. И не уговаривай.

Малфой бросил на него взгляд «вызов принят» и сказал:

— Поглядим.

Ал нервно поёрзал на диване. Он вообще не то чтобы фанат приватных танцев в клубах, да и это как-то странно (таки у него есть жена, теперь ещё ребёнок), но, казалось, Малфой задался целью проводить его по полной в семейную жизнь.

— Это как второй мальчишник, — сказал Поттер, усмехнувшись.

— О нет, это лучше. — Малфой явно был в предвкушении.

Альбус бросил взгляд на бывших однокурсников, с которыми они сюда пришли, и улыбнулся: все заворожённо не спускали глаз со сцены.

Действительно, когда ещё такое увидишь?

Когда песня кончилась, группа, исполнявшая её, удалилась, а девушки стали спускаться со сцены на перерыв, когда к ним подошёл Малфой и сказал что-то, показав при этом рукой на своих спутников, оставшихся сидеть на занятом месте. Альбус нахмурился, но, в конце концов, сегодня же праздник. Пусть Малфой веселится. И остальные с ним заодно. Из трёх девушек одна направилась за Скорпиусом в их сторону. Он, подойдя, наклонился к Алу и спросил:

— Ну как?

Тот, бросив взгляд вверх на девушку, стоявшую рядом с другом, ответил:

— Прехорошенькая.

Он хотел попробовать отказаться от танца, но Малфой уже отошёл, а танцовщица наоборот приблизилась и протянула руку, зовя Поттера с собой.

Он податливо поднялся и позволил увести себя.

Это была обычная комната, в середине стоял небольшой кожаный диванчик иссиня-чёрного цвета, стены отливали сиреневым за счет лампочек, висевших по периметру чёрного потолка.

— Шантель, — представилась она, всё ещё ведя его за руку до дивана.

— А я… — Альбус осёкся. Наверное, ему не стоилоназываться настоящим именем.

Но Шантель, сказала:

— Я знаю, кто ты.

И, похоже, ты из тех редких девушек, которым на это плевать.

Сказав это, она развернула его спиной к дивану и легонько толкнула. Альбус приземлился на диван, а сама Шантель встала напротив него. В тот же момент начала играть музыка. Девушка медленно провела по плечам Альбуса сверху вниз, по груди, спустившись к ногам, затем сделала несколько плавных движений бёдрами и повернулась к нему спиной, встав почти вплотную между его ног. Так, что он чувствовал резкий кокосовый запах молочка для тела и видел блёстки, оставшиеся на её коже. Девушка резко повела головой, хлестнув его по лицу длинными волосами.

Поттер успел хорошо рассмотреть Шантель. Чёрные, как смоль, волосы, серые глаза, круглое лицо, пухлые губы и маленький носик. В таких случаях редко обращают внимание на лицо и на одежду, но он запомнил. Тёмно-зелёный лиф с кисточкой (пошло, но сойдёт) и почти ничего не прикрывающие трусы-шортики. Сначала Ал не разглядел цвет комплекта, но потом понял, почему Малфой выбрал именно эту девушку. Альбус любил все оттенки зелёного, о чём тот прекрасно знал.

Она продолжала извиваться перед ним, проводя ладонями то по его бёдрам, то по своему телу. Альбус не знал, куда девать руки, но Шантель сама взяла их в свои и провела по собственному животу и бёдрам, а потом сползла вниз, опустившись на колени и упершись руками в пол.

Она выгнула спину, словно кошка, потом перевернулась лицом к нему и, положив руки на колени Альбуса, плавно поднялась, скользя своим телом по его.

Он заворожённо следил за каждым жестом и движением, теперь, наконец, понимая мужчин, любящих проводить субботние вечера в стрип-клубах, а не в объятиях любимых жён.

Но всё кончилось так же внезапно, как и началось. Буквально пять минут ощущений, будто ты в раю, и жестокое разочарование, когда милая Шантель уходит, качнув бёдрами, оставляя тебя возбуждённым, очарованным и неудовлетворённым.

Потерев лицо руками, Поттер встал и направился к выходу, на ходу застегивая пуговицы поло. Ну, кто бы ещё ему устроил такой праздник жизни, как не Малфой.

Его, конечно, уже ждали и заставили рассказать всё в подробностях. Сделав это, Альбус понял, что хочет домой. Или в Мунго. Куда-нибудь, где не так шумно, нет полуголых девиц, и есть Арден.

Альбус понял, что он не один из тех мужчин.

***

— Поттер, ну мы просто обязаны зайти к Арден, — воскликнул Малфой, когда они пьяно вывалились из «Хвостороги», — я же так и не поздравил её.

— Сейчас шесть утра, она спит, — сказал Альбус, и сам зевая.

Поттер и сам не понял, как и почему, но через минуту они уже оказались на пороге больницы. Девушка у стойки регистрации подозрительно покосилась на двух плохо стоявших на ногах мужчин, но когда Альбус назвал номер палаты, улыбнулась.

Видимо, пьяные отцы в такое время не редкость.

Заглянув в палату, Малфой прыснул от смеха:

— Она спит.

— Ну, я же говорил. На кой-чёрт мы припёрлись? — возмущённо сказал Ал.

Из-за двери раздался оклик:

— Альбус? Это ты?

— Ну молодец. Разбудил её, придурок, — Поттер закатил глаза и ввалился в палату.

Скорпиус вразвалку вошёл вслед за ним и принялся поздравлять Арден с «очень-преочень важным событием в жизни, как так вышло, вообще, вы же только поженились, Мерлин, мы такие старые».

Дени, не удержавшись, засмеялась.

Минут через пятнадцать Малфою надоело ломать комедию, и он удалился в неизвестном направлении. А Альбус присел на кресло, когда Арден сказала:

— Мне не стоит спрашивать, где вы были и почему ты весь в блёстках, да?

Ал рассмеялся и кивнул, зная, что, скорее всего, в иной ситуации она бы его убила.

— Но мне же не о чем волноваться, правда? — снова задала она вопрос, пытаясь по лицу мужа понять ответ раньше, чем он что-то скажет.

— Абсолютно. — Он развёл руками, как будто доказывая свои слова.

— Тогда иди домой и проспись, — Дени усмехнулась. — И не смей будить Бена и сиделку, понял?

Альбус полусонно пробормотал что-то вроде «есть, мэм, как скажете, мэм» и трансгрессировал, свалившись на кровать в их доме и заснув, как только голова коснулась подушки.

========== Глава 40. Гриффиндорская сущность ==========

Наверно, это правда, что вначале было слово.

Но есть ли разница, когда в нём толку никакого?

Я повторяю тебе снова и снова:

Только не делай ничего плохого.

После курсов по колдомедицине Лили решила пешком пройтись до дома.

Погода стояла прекрасная: солнце ярко светило, нежно оглаживая тёплыми лучами лица прохожих, на голубом небе не было ни облачка. Девушка радостно улыбнулась, глядя вверх, и неторопливо двинулась в сторону дома, думая о том, как же это всё-таки прекрасно — жить в Париже летом. В Лондоне ведь не дождёшься такой погоды, а Лили любила тепло и солнце, в шутку всегда называя себя «теплолюбивым растением».

В Англии сейчас были дожди, она знала, потому что недавно к ней трансгрессировал Альбус, который и рассказал о последних новостях. Арден уже выписали из больницы вместе с малышом Беном, который из маленького сморщенного комочка на глазах превращался в маленькое зеленоглазое чудо. Дени чувствовала себя прекрасно, а ребёнок оказался удивительно тихим и спокойным: ел хорошо и спал тоже, только иногда просыпаясь с криками. Реже, наверное, чем обычные дети, но Лили была рада — Альбус не выглядел измотанным или недовольным, а наоборот стал типичным довольным папашей, души не чаявшим в своём дитяте.

Стоило вспомнить Альбуса лет пять назад, морщившегося от одного вида детей и недовольно закатывавшего глаза от любого шума, издаваемого ими. Лили усмехнулась своим мыслям и почувствовала, что буквально не может дождаться выходных, когда снова увидит чудесного малыша.

Лили проходила мимо какого-то магазина и остановилась напротив витрины, увидев красивую чёрную юбку с крупными цветами. Решив, что та ей срочно нужна, девушка собиралась открыть стеклянную дверь, когда увидела в отражении темноволосого мужчину, стоящего недалеко и следящего за ней внимательными маленькими глазками. Обернувшись, Лили никого не увидела и всё-таки вошла в магазин, решив, что ей всего лишь почудилось.

Купив юбку, она направилась дальше в сторону дома, в который не терпелось попасть. Всё-таки усталость от целого дня учёбы давала о себе знать, а рано утром ей вставать на суточное дежурство в местной колдоклинике Святой Анны.

Внезапно волосы на затылке зашевелились. Неужели какое-то идиотское предчувствие сейчас испортит её прекрасный день?

Это как раз тот момент, когда ты замираешь, время замедляется и на подкорке мозга начинает крутиться заевшей пластинкой:

«Сзади».

«Не смотри. Не оборачивайся».

«Сзади».

А Лили и не хотела оборачиваться. Но всё-таки сделала это, как всегда, упрямо не следуя указаниям внутреннего голоса. Обернулась и удивлённо вскинула брови: переулок был абсолютно пуст.

Абсолютно. Безлюден.

Солнечный день, отличная погода, закат и… пустые дворы. Это было слишком странно, чтобы не обратить внимания.

Но Лили не обратила, потому что уж слишком хорошим был этот день, чтобы портить его идиотскими предчувствиями и предвещаниями внутреннего голоса. Нет-нет-нет, только не сегодня. В другой раз.

Но голос не сдавался, царапая затылок упрямой кошкой. Поэтому Лили ускорила шаг, уже мечтая просто оказаться дома. Хорошо, что до него было буквально пару кварталов. Что может случиться за десять минут?

— Извините, мадам, — раздался грубый голос из-за её спины, когда девушка свернула на улицу, где они с Эриданом жили.

Серьёзно? Неужели сейчас?

Она надеялась, что пьяницы появляются на улицах либо рано утром, либо после десяти вечера, но никак не сейчас.

Лили по-быстрому прикинула, как долго она будет доставать палочку, но времени бы ей не хватило. Поэтому она просто изобразила извиняющуюся улыбку и обернулась.

— Это вы мне? — Перед ней оказался черноволосый мужчина с глубоко посаженными глазками, массивный и какой-то неопрятный.

На мгновение Лили показалось, что она где-то его уже видела, но она отбросила эту мысль, вопросительно посмотрев на мужчину.

— О, извините, я всего лишь хотел предложить вам помощь. Мне показалось, что ваши сумки весьма тяжелы. — Надо же, какой учтивый джентльмен.

Вот она, вот она прелесть Франции! Мужчины, предлагающие помощь дамам, и алкоголики, декламирующие шедевры мировой поэзии.

— Спасибо вам, — сказала Лили, — но мой дом буквально в нескольких метрах, так что не надо, но спасибо.

— А может, надо?

Внезапно Лили поняла. Поняла, где видела этого мужлана в потрёпанной кожанке: в отражении той витрины. И затылком чувствовала тоже его.

И голос кричал, нет, буквально ОРАЛ тоже про него. Это всё он.

Осознав это, Лили медленно отступила, спрашивая:

— Что вам нужно?

— Всего лишь, чтобы вы, мадам, передали послание, — учтиво ответил мужчина, делая несколько шагов навстречу.

— К-какое послание? — Лили внутренне сжалась.

А главное — кому?

Отцу? Малфою? Альбусу?

У обеих семей было полно врагов в магическом мире, поэтому девушка даже предположить не могла, чей именно отыскал её. И угрожал сейчас.

Абсолютно без опаски и стеснения. Без хотя бы толики страха разоблачения, а ведь отец из-под земли достал бы его, сделай этот потный мужик Лили хоть что-то. Пусть только волос с её головы упадёт.

Только одно неловкое движение, подумала Лили.

И что?

Ты в Париже.

Тут нет отца. Нет Малфоя. Ни одного из них, впрочем. Нет старших братьев, которые всегда и ото всех защищали её, словно нерушимая каменная стена.

— Вашему доброму мужу, мадам, — сказал наконец незнакомец.

— Я внимаю, — ответила Лили, кладя свободную руку на бедро.

Тогда мужчина подошёл к ней почти вплотную, обдавая запахом дешёвого парфюма, пота и табака, и, взяв её за плечи, глядя прямо в глаза, сказал:

— Скажите вашему мужу, что он плохо прячется.

Он замолчал и отошёл на почтительное расстояние.

И если этот идиот думал, что это произведёт впечатление, то он ошибался, потому что всё, что Лили смогла вымолвить, это:

— И что, всё?

Господи, да к ней репортёры в Англии изощрённее лезли, чем этот мужик. Он действительно думал, что она испугается. Лили бы усмехнулась ему в лицо, если бы не эти маленькие, отвратительные глазки, смотрящие с презрением и с уверенностью, что она сделает это.

Не на ту напал, старичок.

В ту же секунду он кивнул и растворился в воздухе так, будто его и не было.

Лили вышла подышать свежим воздухом на веранду с кружкой горячего шоколада в руке. То, что всегда поможет успокоиться и расслабленно уснуть.

— Мадам Малфой, какой приятный сюрприз, моншер! — Она бы узнала этот голос из сотни других похожих.

Он въелся в барабанные перепонки, как пятно от красного вина в белый ковёр: не растворишь ни одним отбеливателем, не сотрёшь спиртом или ацетоном.

— А я надеялась, мы больше не увидимся, — ответила она, поставив кружку на перила и складывая руки на груди.

Незваный гость никак не изменился внешне. Ни капельки.

— Ну, вы же не передали мой пламенный привет вашему супругу, — осклабился тот.

— А с чего вы взяли? — в тон ему спросила Лили.

Она была дома. Она была на своей территории, тут ему не удастся запугать её. К тому же буквально в пяти метрах за стеной был Эридан. Теперь она не боялась.

Теперь из неё буквально выпирала вся её непримиримая и несгибаемая, безрассудная до идиотизма гриффиндорская сущность.

— Если бы вы, моншер, передали, то, вероятно, ваш благоверный не мыл бы сейчас посуду, а собирал бы манатки и валил, извиняюсь, на другой континент.

Лили нахмурилась.

— С чего вы это взяли?

— Хотите проверить? Просто передайте послание. — Он сделал всего два шага, но уже стоял вплотную к Лили.

Втянув носом воздух, он почти коснулся небритой щекой её виска. Лили еле удержалась от того, чтобы поморщиться от отвращения. Редко люди в ней вызывали только лишь отрицательные эмоции, особенно настолько не перебиваемую ничем ледяную волну беспокойства, неприязни и смятения.

Она сделала шаг назад, почувствовав спиной деревянную стену. Чёрт. Похоже, бежать было некуда. Ну, она хотя бы всегда могла закричать, разбудив тем самым добрую половину улицы. Если «Петрификус» не прилетит ей раньше. А то и что похуже…

Тогда она попыталась снова набраться уверенности и сказала:

— Вы же сами знаете, что он дома. Почему бы самому не передать? Просто входите в дом и говорите, что хотели. Ничего сложного, правда?

— Не смеши меня, девочка, — хрипло сказал мужлан, — я дал тебе задание. А если не выполнишь мою скромную просьбу, то в следующий раз приду не один. Запомни это. Посмотри в мои глаза, моншер, и скажи, что я вру. — Он приблизил свои глаза к её.

Просто зияющая чёрная пустота в зрачках. И ничего кроме.

Лили выдавила из себя что-то нечленораздельное, и тогда он сказал:

— Я приду завтра. И послезавтра. Но только если ты не передашь. Запомни, моншер, я знаю, где ты живёшь, где работаешь. Знаю, где живут твои родители. Знаю, что совсем недавно у твоего братца родился сын. Забавный такой мальчуган, прямо так понравился мне. — В его глазах загорелся странный чёрный огонь.

Тогда Лили не выдержала, крепко, со всей силы ударив его по груди, она сказала громким шёпотом, переходящим в визг:

— Даже не смей, ты, понял меня?! Если хоть подойдёшь к ним на три метра, я тебя в порошок сотру и скормлю соплохвостам! — она нанесла ещё один удар — куда-то в печень — и с силой толкнула его. — Никто не смеет угрожать моей семье.

Она успокоилась, когда поняла: это бессмысленно. Он стоял, упершись руками в колени, и беззвучно смеялся.

— А послание ты всё-таки передай, моншер. И тогда мы больше не увидимся. — И исчез.

Растворился в прохладном ночном воздухе так, будто его и не было.

Лили взяла с перил кружку с горячим шоколадом. Напиток уже остыл. С кухни не доносилось ни звука.

***

Лили задумчиво присела на краешек кровати, думая о том, как спросить Эридана о незваном госте. Что-то типа:

«Эй, милый, а не знаешь, что это за потный мужик тебя искал и нашёл? Оу, откуда я знаю? Да потому что буквально пятнадцать минут он был здесь. Почему не сказала? Ой, ну извините, надо было сразу кричать, помогите, спасите, всё такое, а я что-то не подумала».

Или просто:

«Эй, Малфой, у тебя проблемы!»

Но она не сделала ни того, ни другого. Она повернулась к Дэну, который по напряжённому лицу заметил, что что-то не так, и привстал.

И тогда Лили выдавила из себя всего один вопрос:

— Почему тебя ищут в нашем доме? Почему тебя вообще ищут, а я ничего не знаю?

Малфой удивлённо сел на кровати, обернувшись на неё.

— Что такое, Лил? Кто ищет?

Девушка рассказала ему всё, выложила, как на духу. Доверчиво, задыхаясь. Не смогла держать в себе это напряжение, весь испуг, всю странность ситуации. Она ожидала, что Эридан сдвинет брови, как всегда, когда был недоволен, ожидала, что он встанет, подойдёт к ней и скажет:

«Детка, всё будет хорошо. Всё будет в порядке. И мы будем в порядке».

Но вместо этого она увидела самый банальный и самый настоящий испуг.

У Эридана было лицо человека, которого поймали на рынке стаскивающим яблоко с прилавка.

У Эридана было лицо человека, который собирается сбежать.

Похоже, что угрозы его испугали.

— Дэн, — сказала Лили, — этот сукин сын угрожал моей семье. Нашей семье. Разберись с этим, — попросила она, пододвигаясь к нему и кладя руки Малфою на плечи.

Он встал с кровати, перед этим наскоро чмокнув её в щёку.

— Я сейчас.

У Эридана было лицо человека, который что-то для себя решил.

Комментарий к Глава 40. Гриффиндорская сущность

АнимациЯ — Спички

========== Глава 41. (не)доверие ==========

Лили готова была молиться любым богам, чтобы узнать, о чём думал Эридан. Он молчал.

Эридан не обмолвился ни единым словом о том странном мужчине, наведавшемся в их дом. В тот вечер, когда Лили рассказала ему обо всём, Малфой ушёл в гостиную и вернулся через полчаса, недовольный и решительный. Но ничего не произошло.

В местных газетах не писали о странных исчезновениях здоровых мужиков прямо посреди улицы. Но и сам он больше не появлялся.

Лили не знала, что думать, но ничего не спрашивала, просто надеясь, что всё решилось. Что, в конце концов, Дэн просто сдал его мракоборцам.

А ещё она всё время пыталась вспомнить, где же уже видела этого мужчину, но не могла. Ломала голову, закрывала глаза, чтобы память сама выстроила образ и нужные ассоциации, но всё было бесполезно. Разум не хотел давать подсказок и отгадок.

Самым забавным в этом было то, что Лили даже спросить ни у кого не могла. Пугать отца или тем более кого-то из братьев — жуткий идиотизм, а спрашивать у Дэна не хотелось, потому что такая неизвестность давала шанс и надежду на то, что это какой-то бред или случайность. Лили знала человека, который смог бы решить эту проблему, точнее, смог бы решить абсолютно любую её проблему, но к нему она обратится только в крайнем случае.

В самом крайнем случае.

Когда другого выхода уже не будет.

Лили долго и упорно мыла руки с мылом после улицы. Жалко, что магия ещё не дошла до того уровня, чтобы руки не пачкались совсем. Сегодня было её третье дежурство в больнице Святой Анны, и Лили чувствовала себя выжатой, словно лимон.

Мальчик с магической ветрянкой, женщина, превратившаяся в огромное подобие чихуа-хуа, семь переломов, растяжение, два расщепа и одна драконья оспа. Что ни день — всё интересней. В Мунго, конечно, было не менее весело, но всё-таки практика в приёмном отделении — это сущий Ад.

Она услышала знакомые шаги по лестнице и улыбнулась: Эридан уже был дома. Сейчас у Лили было настроение поесть чего-то вредного и посмотреть глупую комедию в обнимку с мужем.

Шаги стали гораздо ближе, а потом большие тёплые руки легли на талию. Лили улыбнулась и, наскоро вытерев руки полотенцем, повернулась к нему.

— Ты сегодня рано. — Чмокнув Эридана в щёку, она освободилась от объятий и подошла к холодильнику. — Есть будешь?

— Я подписал договор и ушёл. Подумал, что и так много уже сделал сегодня. Работа не волк, так сказать. — Лили усмехнулась. — Да, я ещё не ужинал.

Достав еду, девушка поставила её на стол и «разогрела», поводив над ней палочкой. Когда они сели за стол и начали трапезу, Лили проговорила:

— Можно один вопрос?

Эридан выгнул бровь и ответил:

— Конечно, можно. Чего ты спрашиваешь?

Лили отложила вилку с ножом и спросила:

— Тот мужчина… помнишь? Его же больше здесь не будет?

Эридан повёл плечами и ответил:

— Лил, — он помолчал, — его не нашли. Скорее всего, он залёг на дно, зная, что его будут искать.

Девушка нервно сглотнула; ситуация начинала то ли раздражать, то ли пугать.

— То есть, — сказала она после паузы, — он знает, где мы живём, а ты понятия не имеешь о его местонахождении. Здорово.

— Лили.

— Что, Эридан? Он в любой момент может забраться к нам в дом. Разве нет? — Лили заметила, что против воли начала повышать голос, но, чёрт, её всё это так злило.

Лили хоть и чувствовала себя сейчас истеричкой, но понимала, что отчасти она права.

— На доме стоит защита. — Малфой был спокоен.

— Если он смог найти дом, то ему не составит труда войти в него, — парировала она, потому что уже давно обдумала все возможные варианты развития событий.

Лили встала, поняв, что больше есть ей совершенно не хочется. Тарелка Эридана уже была пуста, поэтому она забрала посуду со стола и подошла к раковине, чтобы позже помыть это всё. Точнее, чтобы оно само очистилось. С помощью магии. Хотя иногда её успокаивало мытьё посуды.

Но сейчас был явно не тот случай.

— Лилс, — позвал её Эридан. — Ну перестань. Всё нормально.

На самом деле ей уже просто хотелось стукнуть кого-нибудь.

На самом деле — Малфоя.

Девушка устало прислонилась к столешнице.

— Хорошо. Тогда другой вопрос. — Она сложила руки на груди. — Почему тебя ищут всякие тёмные личности? Что ты такого сделал, Малфой? М?

Эридан встал со стула, поднимая руки так, будто сдаётся.

— Лили, всё хорошо. Я не знаю, кто этот человек. Понятия не имею.

Он подошёл и притянул девушку к себе, успокаивающе поглаживая её по голове. И Лили сдалась, как всегда.

***

Потянувшись, Лили проснулась. Сегодня определённо был хороший день. На учёбу ей идти не требовалось, а следующее дежурство в больнице только на следующей неделе.

Невольно девушка стала прокручивать в голове вчерашний день. Утро, работу, вечер. Разговор с Малфоем. Она нахмурилась: всё было хорошо, он успокоил её, но что-то не сходилось. Она была хоть и гриффиндоркой (да, это правда, их несложно обвести вокруг пальца), но далеко не идиоткой.

Что нужно для того, чтобы потерять доверие?

Прошлое.

День — одна штука.

Неизвестный мужчина — одна штука.

Недомолвки — куча-куча-куча.

Складываем и получаем то, что имеем: НЕдоверие.

Лили сейчас понимала, что приняла бы вчера почти любую правду. Ну, или со временем. Но принимать-то было нечего. Эридан ведь молчал, как рыба.

И тогда девушка поняла, что именно не давало её покоя. То, как Эридан мог искать того мужчину, если не брал у неё воспоминания, а сам никогда его не видел, как утверждал вчера. Кажется, она знала, чем займётся сегодня.

В каждой стране есть такой Архив с лицами, которые когда-либо мелькали в новостях. Будь то известный аристократ или преступник. Система была проста донельзя: ты приходишь вместе со своими воспоминаниями, сдаёшь дежурному магу, который берёт лицо того, кого нужно найти, и, собственно, ищет.

Лили знала, чем займётся сегодня. Ходили слухи, что французский Архив Лиц был просто огромен.

Наскоро собравшись, девушка трансгрессировала к Архиву. Это было высокое серое здание с огромными деревянными дверями и большими окнами. Она вошла внутрь. Чем-то это было похоже на библиотеку. Рядами стояли Омуты памяти и шкафы с досье на разыскиваемых лиц. В противоположной стороне располагались высокие полки с воспоминаниями приходивших сюда когда-либо людей.

Лили бы так и стояла, оглядываясь, если бы к ней не подошла молодая женщина в тёмно-синей мантии.

— Могу я вам помочь, мадам? — спросила она, аккуратно касаясь плеча девушки.

Карие глаза внимательно осматривали новоприбывшую, хотя внешне женщина казалась спокойной и вполне себе приветливой.

— Ой, да. Здравствуйте, — поприветствовала её Лили. — Я бы хотела по воспоминаниям определить личность человека.

Тогда женщина, взмахнув широким рукавом, указала на Омуты памяти.

— Пройдёмте, — сказала она.

Лили никогда не любила эту процедуру. Ощущение было такое, будто ты окунаешься в холодную липкую воду. При этом ты остаёшься абсолютно сухим. Но чувство неприятное.

Она увидела себя со стороны идущей домой, когда внезапно столкнулась с тучным мужчиной с тёмными волосами и маленькими почти чёрными глазами.

Сделав необходимое, женщина окончила «сеанс» и поддержала Лили, вынырнувшую чересчур резко и чуть не упавшую назад.

— Вам нужен этот джентльмен? — спросила волшебница деловито, на что та только кивнула.

Ожидание могло показаться вечным, хотя прошло всего полчаса, когда дежурная волшебница снова появилась так же неожиданно, как и в прошлый раз. Лили успела удивиться тому, какая она бледная, хотя за окном вроде бы стояла прекрасная, тёплая погода, а в Париже было довольно солнечно в последнюю неделю. Видимо, она совсем не вылезает из этого Архива, подумала Лили.

— Мадам Малфой. — А ещё она периодически забывала про новую фамилию и поэтому иногда не отзывалась.

Тёплая ручка снова легла на плечо.

— Мадам? — повторила женщина.

Лили вздрогнула и посмотрела на неё снизу вверх. Всё это время она просидела за одним из столов, ожидая, когда будут совершены все необходимые действия, чтобы узнать личность неизвестного преследователя.

В левой руке волшебницы была зажата тонкая белая папка, которую она сразу же отдала Лили, но уходить не стала, ожидая, когда девушка посмотрит внутрь.

Первое, что подумала Лили: она никогда не слышала этого имени.

Второе, что подумала Лили: над ней, кажется, решили поиздеваться.

— Что это значит? — спросила она.

Женщина наклонилась к ней и спросила, что та имеет в виду.

— Тут пусто. Только имя. И больше ничего. Почему больше ничего нет? — она повысила голос, а потом стала перетрясать папку в надежде найти что-то ещё.

Женщина вздохнула и взяла папку, протянутую уже успокоившейся Лили.

— Понимаете, информацию по этому делу можно найти только в английском Министерстве Магии. — Лили всё ещё ожидающе смотрела на неё, и женщина продолжила: — Скорее всего, либо этот человек навредил очень большим людям, либо они его покрывают. Либо расследование заморожено.

— Ладно, спасибо, — согласилась Лили задумчиво.

— Похоже, чтобы что-то узнать, вам придётся отправиться в Великобританию, — женщина озвучила её мысли.

Попрощавшись, Лили вышла на свежий воздух, всё ещё раздумывая о том, что она обнаружила.

Абрахам «историк» Пейдж.

Во-первых, она должна найти всю доступную информацию о нём. А во-вторых — узнать, почему «историк».

Лили сделает это сама.

Потому что никто не поможет. Потому что игра стала серьёзной.

Лили готова была молиться любым богам, чтобы узнать, что связывает Эридана и этого Пейджа. И она сделает это по-своему.

Потому что Эридан молчал.

========== Глава 42. Проблемы в придачу ==========

Лили нахмурилась и провела рукой по влажному от пота лбу. Было душно, и она чувствовала легкую тошноту и головокружение. Поттер сначала подумала, что это из-за обезвоживания, а пить хотелось жутко, словно она дня три была в Сахаре, жажда её мучила с самого утра, не давая о себе забыть.

Она присела на скамейку, почувствовав особенно острый приступ головокружения. Лили не была подвержена панике или ипохондрии, но именно сейчас ей показалось, что со здоровьем действительно были какие-то проблемы, потому что вчера она чувствовала такое же точно недомогание, а свежий воздух не помог почувствовать себя лучше.

Увидев неподалёку киоск, Лили пошла купить себе воды. Она не считала обычную воду панацеей, но в данный момент почувствовала, как прохлада живительно разливается по пищеводу и желудку.

Поттер сейчас хотела только трансгрессировать домой и весь вечер потратить на просмотр глупого фильма или сериала, потому что постоянные проблемы или события, выходящие за грань её понимания, начинали утомлять, хотелось спокойствия и стабильности, она ведь для того и переехала во Францию — просто хотела покоя и счастливой семейной жизни.

Однако в нашей жизни часто присутствует то само «но», которое всё портит. Лили сама не знала, что именно было олицетворением её «но». Жара? Абрахам Пейдж? Чужое прошлое, за которое она сейчас отхватывает? Или просто… Эридан?

Правильно ли то, что, связывая свою жизнь с кем-то, ты получаешь ещё и половину его проблем в придачу?

Лили не знала, но могла точно утверждать, что её это напрягало, да, но не отталкивало от мужа, ведь она же обещала быть с ним, несмотря ни на что, и в горе, и в радости, и в болезни, и в здравии. Теперь нельзя было пугаться и сбегать из-за одной небольшой проблемы, вполне решаемой. Они с Дэном ведь так долго шли к тому, чтобы быть счастливыми, при этом иногда сворачивая не туда, делая ошибки…

Некоторые говорят, что, если это ВАШЕ, то должно быть просто.

Теперь Лили понимала, что это ложь. Если это ВАШЕ, то вы просто сможете всё преодолеть. У вас будет стимул и смысл, но, когда слишком просто… это даже подозрительно. Всё-таки в жизни очень редко всё бывает просто.

Может быть, брак — это и есть готовность пережить всё, что тебе подкинет жизнь?

Лили постаралась отогнать все эти размышления и, поняв, что тошнота не прошла, решила трансгрессировать в Мунго, чтобы по-быстрому там провериться и вскоре вернуться обратно.

— Подожди результатов, Лили, они должны быть минут через пятнадцать, — довольно сказала Анна, улыбаясь подруге, — не ожидала тебя увидеть здесь.

— Я сама не ожидала, просто плохо себя почувствовала и трансгрессировала. Я так рада тебя видеть! — радостно сказала Поттер, приобнимая подругу за плечи.

Они уже около полутора месяцев совсем не виделись, и Лили скучала по их встречам, болтовне и работе вместе.

— Подожди минутку, я к тебе сейчас выйду, и сходим в буфет, — сказала Анна, подходя к одной из палат.

Ждать пришлось недолго. Прошло лишь пару минут, и дверь открылась. В проёме показалась Анна, говорившая с кем-то.

Следующие двадцать минут они провели в буфете, стараясь наверстать то время, когда они мало общались, лишь обмениваясь короткими письмами. Анна рассказала о последних новостях, о том, что, похоже, у Джеймса всё серьёзно с Самантой, о парне с которым недавно ходила на второе свидание и прочих новостях из жизни лондонских друзей, знакомых и родственников.

— А Малфой, он?.. — спросила Лили.

— Он в Новой Зеландии, — ответила Анна.

— И не был здесь?

Лили была удивлена тому, что Малфой не приезжал в Лондон на рождение сына Альбуса, но не стала акцентировать на этом внимание подруги.

— Если и был, то я не в курсе, — ответила та. — Ну ладно, пойдём, наверное, твои анализы уже готовы. Но обещай, что навестишь меня в ближайшее время, я так скучала!

Лили кивнула, улыбаясь, и они пошли в сторону лаборатории.

— Оу, — произнесла Анна, когда через несколько минут, уже внимательно изучала результаты анализов Лили.

— Что там? — любопытно спросила пациентка, пытаясь заглянуть ей через плечо.

Кэмпбелл удивлённо обернулась и сказала:

— Ты беременна. Уже полтора месяца почти.

— Что? — Лили сначала даже не поверила, подумала, что это шутка такая.

— Ты не знала? — Анна повернулась к ней. — Смотри.

Поттер оглядела листок, пробежавшись по написанному. Так вот почему она плохо чувствовала себя последние дни. Странно, что она раньше не заметила.

— Ты что, не рада? — спросила Анна, касаясь её плеча.

— Да нет, — ответила Лили, — просто это неожиданно.

Она действительно просто не ожидала, но ей уже не терпелось кому-нибудь рассказать.

Конечно же, следовало первым делом обрадовать Эридана, что Лили и собиралась сделать, но потом ей в голову пришла другая мысль. Чем больше людей знает о беременности, тем больше людей знает о беременности, а это может быть небезопасно для неё. Здесь следовало всё обдумать. А когда ситуация требовала рационализма, она всегда знала, к кому надо было обращаться.

Трансгрессировав, Лили позвонила. Дверь открылась не сразу. На пороге стояла Арден с ребёнком на руках. Она удивлённо и обрадовано обняла сестру мужа. Лили протянула руки и тут же получила Бена, которого тут же начала тискать и целовать в пухлые щёчки.

— Альбус дома? — спросила она, возвращая племянника Арден.

— Да, он в кабинете. Просил не беспокоить, но, думаю, ради тебя соизволит отвлечься. Позвать?

— Нет, — ответила Лили, — я сама схожу к нему.

Пройдя по коридору, она вошла в кабинет Альбуса (Мерлин, у её брата уже есть собственный кабинет) и наткнулась на его удивлённый взгляд. До этого Ал говорил с кем-то через камин. Собеседник (незнакомый ей) замолчал и глядел на неё.

— Привет, Лилс, я немного занят. У тебя что-то срочное?

Она нашла в себе силы только на то, чтобы кивнуть в ответ, внезапно почувствовав жуткую усталость.

— Давай через пять минут я подойду. Мне надо закончить.

Лили снова удивилась. Её брат, который совсем недавно был молчаливым зеленоглазым мальчиком, теперь казался абсолютно взрослым, он был сейчас таким собранным и серьёзным, что она с трудом узнавала его.

Он, как и обещал, появился на кухне ровно через пять минут, словно по часам. Лили хотела обрадовать его, хотела, чтобы он стал чуть менее серьёзным и улыбнулся, но не смогла. Хотела сказать одно, но в итоге разболтала совсем другое. Сказала всё, что накопилось внутри. Наверное, старшие братья всегда будут для Лили теми, кто всегда может решить её проблемы.

Альбус нахмурился, а Арден перестала укачивать Бена, внимательно глядя на неё и слушая.

— Как, говоришь, его зовут? — переспросил Альбус, когда Лили закончила рассказ.

— Абрахам Пейдж.

— Знакомое имя, но никак не могу вспомнить, кто это. Мне надо в архив, Лили. Прямо сейчас я не смогу ничего тебе сказать. — Лили вздохнула и кивнула. — Я пришлю сову или по камину поговорим. Но не сейчас.

Видно было, что Альбус устал, и Лили не хотелось заставлять его работать ещё больше, поэтому, попрощавшись, она через камин ушла к себе. Да и Эридан скоро должен был прийти.

***

Следующим вечером Альбус, как только освободился, трансгрессировал домой. Арден и Бена видно не было, и он подумал, что, возможно, они уснули, поэтому у него было время разобраться с документами для Лили. Он успел взять их из архива, но посмотреть днём не получилось.

Открыв папку, он пробежался глазами по титульному листу.

— Чёрт, — сказал Альбус, быстро листая остальные страницы, — чёрт, чёрт, чёрт.

— Альбус? — раздалось из-за плеча. — У тебя всё нормально?

Он вздохнул и закрыл папку, а потом сказал:

— Мне надо срочно связаться с Лили.

— Подожди, — сказала Арден, — ты уверен, что тебе не стоит самому с этим разобраться? И не волновать её.

Она не хотела, чтобы Альбус был втянут в непонятные дела Малфоя, однако Лили — сестра, а сестра для Ала — святое. Но стоило Арден вспомнить о Малфое, как другая идея пришла ей в голову.

— Мне кажется, ты должен рассказать Скорпиусу, — сказала Арден. — В чём бы там ни было дело.

— Думаешь? — задумчиво протянул Ал.

Это, конечно, было правдой, что никто лучше не решал такого рода проблемы, чем Скорпиус Малфой, но захочет ли того Лили. Альбус озвучил свои сомнения.

— Совсем не обязательно говорить ей. — Дени пожала плечами.

========== Глава 43. Те, кто решает проблемы ==========

Альбус вдохнул и, пригнувшись, вошёл в камин. Бросив горсть летучего пороха и чётко произнеся нужный адрес, он почувствовал, как вихрь магического пламени захватывает, засасывает в себя и уносит прочь из родного дома. Он только надеялся, что скоро вернётся домой.

Альбусу было немного стыдно перекладывать проблемы Лили на Скорпиуса, но ему казалось, что так будет правильно. Этим он поможет сестре, да и Малфой вряд ли будет против, если он, конечно, не был завален работой в этой его Новой Зеландии.

Закашлявшись от пыли и золы, Поттер почти что вывалился на паркетный пол новой квартиры Малфоя, хозяин которой как раз удивлённо уставился на него, не ожидая визита. Это было видно по выражению лица, непричёсанным волосам и общему помятому виду. Скорпиус, видимо, недавно проснулся и собирался выпить чёрного кофе, которым как раз пахло. Прикинув разницу во времени, Альбус понял, что в Зеландии сейчас не больше десяти часов утра.

— Какие люди, Поттер, отлично выглядишь! — насмешливо сказал Скорпиус.

Ал и сам прекрасно знал, что наверняка был сейчас весь в золе, поэтому попытался отряхнуться, а потом плюнул и достал палочку.

— А сам-то, — пробормотал он, очищая себя с помощью заклинания.

— Ну, ты бы ещё раньше припёрся, — с притворным недовольством сказал Малфой, отхлёбывая кофе из большой чёрной кружки. — Будешь? — Он указал взглядом на кофе.

Альбус согласно кивнул и через пару минут уже сидел в кресле напротив Скорпиуса с кружкой горячего кофе. Хотя, вообще-то, в Англии сейчас было часов десять вечера, и ему будет сложно уснуть, но пока что ему бы не помешало взбодриться.

Когда он примерно обрисовал Скорпиусу проблему Лили и, наконец, назвал имя человека, который её преследовал, Малфой сначала внимательно слушал, а потом слегка подавился. Альбус посмотрел на него и спросил:

— Знаешь его? Я читал, что он был связан с какими-то махинациями в нескольких крупных корпорациях.

Скорпиус поставил кружку на журнальный столик.

— Я не уверен, — сказал он, — но мне кажется, что этот Пейдж… дай мне дело.

Когда Альбус сделал то, о чём он попросил, то Малфой открыл его и стал листать, внимательно разглядывая, останавливаясь на некоторых отрывках и хмуря брови.

На одной из страниц он задержался дольше других, потом поднял глаза на Альбуса и спросил:

— Ни о чем не говорит название «Мольто»?

— Нет, а должно? — пожал плечами Ал.

— Впрочем, как я и думал. «Мольто» — итальянская компания, занимающаяся всевозможным магическим транспортом. Пару лет назад их крупно обокрали, ну, знаешь, то ли технологию какую-то рассекретили конкурентам, то ли ещё что, в общем, они тогда чуть не развалились. Когда итальянские магические власти завели дело, Пейдж был главным подозреваемым. Он отсидел в Азкабане (как гражданин Магической Англии) полгода или больше и недавно сбежал.

— Давай к конкретике, — попросил Поттер.

— А суть, Поттер, в том, что Пейджа попросту сдали.

— И-и? — вопросительно протянул Альбус, всё ещё не понимая, к чему клонит Скорпиус.

— Мерлин, Поттер, сложи уже два плюс два. Кто из членов твоей прекрасной семейки жил и работал в Риме?

Подумав, Альбус наконец-то понял. Он понял всё.

— Ты же не думаешь, что твой кузен — его подельник?

— А почему тогда он постоянно переезжает, по-твоему? Тут в голову приходит только один вывод.

Поттер напряжённо потёр шею и сказал:

— Я даже не знаю, что делать теперь.

— Ну, для начала, — ответил Скорпиус, — грустно заявить, что твоя сестра никогда не умела выбирать парней.

Альбус бы усмехнулся, точнее, он даже постарался это сделать, но усмешка выглядела вымученной и жалкой.

— А если серьёзно? И что Лили говорить? Она сама уже начала копать, а она не идиотка, ты знаешь. Да и, может, Дэн не виноват на самом деле.

— Надеюсь, — сказал Скорпиус, — что ты сам в это веришь. А с Историком я разберусь.

— Почему он вообще Историк? Что за прозвище такое?

— Любитель травить байки, а заболтать может так, что ты не заметишь, как окажешься в стороне, противоположной той, куда шёл.

Альбус помрачнел.

— Просто прекрасно, Малфой!

Скорпиус встал и ответил, забирая у него кружку:

— Я же сказал, что разберусь, а ты проваливай. Тебя семья ждёт.

Когда Альбус наконец отбыл в Англию так же, как и пришёл — через камин — Скорпиус начал собираться во Францию, где, как он полагал, мог находиться Абрахам Пейдж. Но сначала ему нужно было попасть в Мэнор, куда Скорпиус и отправился.

Было пусто и тихо. Стояла буквально гробовая тишина, и его шаги отдавались гулким эхом, раскатывались по стенам и затихали в глубине коридоров. Повернув, он отворил тяжёлые двери библиотеки и вошёл. Раньше отец запрещал ему приближаться к одному из шкафов, где хранились старые книги Люциуса, но с возрастом Скорпиус исследовал большинство из них. Некоторые были историческими, некоторые — раскрывали секреты различных черномагических обрядов, от чего его и пытался уберечь отец. Но Скорпиус был бы не Малфоем, если бы все школьные каникулы не проводил в библиотеке, и, когда обычные книги были изучены или не интересовали, он перешёл к запрещённой литературе.

Скорпиус быстро нашёл книгу, которую искал, и открыл на нужной странице, после того, как увидел её в оглавлении. Каждый раз, беря в руки эту книгу, Скорпиус вспоминал слова отца о том, насколько она опасна, но сейчас, похоже, у него не оставалось другого выбора.

Вытащив фото из досье, Малфойположил его на полку, а потом стал читать что-то вроде инструкции, ему нужны были кровь, воск, сосредоточение на Пейдже и много магии. Скорпиус не будет удивлён, если после ритуала у него не останется сил даже на трансгрессию.

Призвав с кухни нож, Малфой расположился на полу и, сделав необходимые приготовления, сделал небольшой надрез на руке и капнул кровью на фото, после этого представил в уме Абрахама Пейджа, его местонахождение и накапал на кровь воск с горящей свечи. Произнеся несколько раз заклинание, Скорпиус закрыл глаза и предоставил потокам магии унести сознание прочь из Малфой-Мэнора.

Он оказался на одной из узких парижских улочек, это было ясно по вывескам и французскому, раздававшемуся со всем сторон. Скорпиусу даже показалось, что он тут был, значит, это место находилось где-то недалеко от центра. Он посмотрел по сторонам, пока не разглядел Пейджа, говорившего с симпатичной официанткой.

Это было кафе «Верлен», как Скорпиус мог понять по жёлто-сиреневой вывеске, названное так в честь поэта-импрессиониста Поля Верлена. Затаив дыхание, Малфой следил за Пейджем и сильно обрадовался, когда тот сел за один из столиков на веранде. Теперь он должен успеть. Он почувствовал, как магия снова подхватывает и уносит обратно в поместье Малфоев.

Обнаружив себя сидящим на полу в библиотеке, Скорпиус медленно поднялся. Сейчас ему оставалось только надеяться на то, что у него остались силы на трансгрессию. Зная, что не сможет отправиться прямо из Мэнора, Скорпиус вышел к воротам и попробовал сконцентрироваться на кафе «Верлен». Ничего не вышло. Размяв шею и постаравшись расслабить сознание и при этом сконцентрироваться, Малфой попытался снова, но трансгрессировать не получилось. Тогда он понял, что единственный его выход — это камин. Войдя в библиотеку, Скорпиус нашёл тонкую книжку, которую ему пару лет назад подарила мама. Книга общественных волшебных каминов мира.

Открыв карту каминов Парижа, Скорпиус с трудом обнаружил ту улицу, которая ему была нужна. Дегре. Вот как она называлась, он помнил синюю табличку на одном из домов. Хорошо, что улица была достаточно маленькой, чтобы не блуждать по ней долго.

Запомнив название отеля «Жерар», Малфой шагнул в камин. Теперь он доберётся до Абрахама достаточно скоро.

Кашляя от пыли, он почти вывалился из камина в отеле. Видимо, посетители тут были редкостью в такое время, поэтому сотрудник на рецепшне и две девушки из обслуживающего персонала удивлённо посмотрели на него, одна уже хотела подойти, но Скорпиус махнул рукой и, на ходу очищая джинсы и куртку от золы, вышел на улицу.

Дегре и правда была очень узкой и короткой. Уже буквально через пять минут, Малфой нашёл знакомое место и кафе «Верлен», всё было в точности, как в его видении, и Скорпиус подошёл ближе. Теперь надо было дождаться, пока Пейдж отойдёт на достаточное расстояние. Слава Мерлину, он уже допивал свой напиток (Скорпиус не думал о том, что именно это может быть), сейчас было более важным не упустить Историка и не спугнуть его.

Наконец, примерно через десять минут, Пейдж поднялся со своего места и, бросив несколько галлеонов на стол, поспешил к выходу с веранды, кивнув на прощание всё той же официантке.

Скорпиус весь собрался и достал палочку. Когда Историк повернул в его сторону, Малфой произнёс заклинание, и тот тут же замер в тени серого дома с облезлыми стенами. Абрахам крякнул, попытался дёрнуться, но так и остался стоять на месте.

— Скорее всего, ты меня не знаешь, — произнёс Скорпиус, появляясь перед взглядом того.

Он был слишком хорошо воспитан, чтобы угрожать человеку из-за спины.

Пейдж попытался что-то промычать, и Малфой сказал:

— Я освобожу тебя, если пообещаешь молчать, иначе применю что-то похуже обычного Петрификуса. — Пейдж попытался кивнуть, а потом, когда это не вышло, показал глазами, что согласен.

Освободив Историка, Скорпиус прижал палочку к его горлу:

— Только пискни.

Теперь Абрахам уже смог кивнуть.

— Ты знаешь, что нехорошо угрожать приличным людям?

— Девчонка прислала тебя. Я вообще-то ждал другого блондинчика, — Пейдж усмехнулся, заметив злость в глазах незнакомца.

— Это неважно. Я смотрю, тебе понравилось в Азкабане. — Увидев, как потемнели глаза Историка, Скорпиус продолжил: — Если уважаемый мистер Поттер узнает, что ты лез к его дочери, а он узнает, поверь, то выпишет тебе туда вид на жительство. Но мы же этого не хотим, правда?

Пейдж молчал, не понимая до конца, чего хочет от него мальчишка. Но тот был настроен решительно, Абрахам видел это, поэтому пытался быть осторожным. В Азкабане ему, и правда, не слишком понравилось.

— Я могу изложить тебе и другой ход событий, — сказал Скорпиус, — я сдам тебя тем, кого ты обокрал. И что же лучше, Абрахам, пытки и смерть или же просто поцелуй дементора после долгого отпуска в Азкабане? Скажи мне. — Скорпиус прищурился, ожидая ответа.

— Ничего не лучше, мистер, — ответил тот, вжимаясь затылком в стену, чтобы отдалиться от палочки, направленной прямо в горло.

Абрахам знал, что ничего не может быть быстрее магии — одно неверное слово или движение, и он труп. Молодой господин был не из жалостливых нытиков, он был из тех, кто решал их, нытиков, проблемы.

— Тогда ты уберёшься отсюда, Историк, и я больше никогда тебя не увижу. А если увижу, то сам приволоку в дом Поттеров или в Аврорат. Ты забудешь эту фамилию, забудешь фамилию человека, которому ты угрожал и имя его жены, забудешь дорогу в их дом и в Париж и больше никогда здесь не появишься. Помни, что я нашёл тебя. Сам. И в следующий раз снова найду. Не забывай об этом, Историк.

Тот лишь нервно сглотнул и утвердительно закивал. Это глупо было — бояться малолетку, но в его глазах было что-то, говорящее, что он не шутит и намерен выполнить каждое своё обещание, Пейдж знал этот взгляд. Он бы не сказал, что это взгляд убийцы или преступника, нет. Трансгрессируя, Абрахам надеялся, что никогда больше не встретится с ним, а ещё он понял, что не завидует человеку, который следующим увидит глаза этого господина.

Уже оказавшись на другом конце мира, он понял, что именно так настораживало в этом взгляде. Не то, что он был жёстким и твёрдым, не то, что глаза были похожи на бездонные серые омуты. Абрахам увидел то, чего не ожидал: в этом взгляде не было жалости.

========== Глава 44. Неожиданные открытия ==========

Лили повертела в руках крышку от «Колы Лайт» и положила её на стол, взглянув на Эридана, неспешно поглощавшего порцию наггетсов с жареной картошкой и кисло-сладким соусом. Она сказала:

— Я всё-таки боюсь, что однажды, придя домой, увижу разбросанные вещи или, не дай Мерлин, твой холодный труп.

Эридан посмотрел на неё исподлобья, а потом, отложив вилку в сторону, положил свою руку на её и сказал:

— Всё будет хорошо, на доме защита. Мы же это уже обсуждали.

— Но ничего не изменилось, — заметила Лили, вставая и отходя к окну.

Она знала, что Пейдж вряд ли станет кого-то убивать, но, чёрт, он же вполне мог украсть что-то или снова угрожать ей. Лили бы просто не выдержала новых угроз. И вообще, она сейчас должна была думать о том, как обрадовать мужа новостью о беременности, а не о том, что случится, если Историк снова вернётся сюда.

Лили грустно, почти обречённо, вздохнула и проговорила:

— Ладно, как скажешь. — Сделав паузу, она продолжила: — Я пойду прилягу, что-то устала сегодня.

— Эм, — протянул Малфой, — ладно. Мне надо кое-что сделать, я попозже приду.

Лили только кивнула и вышла, не оборачиваясь. Она поднялась на второй этаж и присела на кровать. Вспомнив, что не дочитала статью в «Ежедневном пророке», Лили решила сначала сделать это, а потом уже идти в душ.

Статья оказалось неинтересной, хотя начало было многообещающим, поэтому вскоре она отложила газету и спустилась вниз, чтобы попить воды. Услышав голос Эридана, раздававшийся из гостиной, Лили удивилась: с кем он мог говорить в такое позднее время?

Девушка подошла к дверному проёму и заглянула в гостиную, которая вся светилась серебристым светом, бившим в глаза своей магической белизной. Это был патронус. Патронус Малфоя, лебедь. Он завис в воздухе недалеко от камина, рядом с креслом, в котором сидел Эридан. Задрав голову, он говорил, теперь Лили могла услышать только обрывок фразы:

— …нужно, чтобы он замолчал, понимаешь? Иначе всё будет потеряно. То, что мы сделали полтора года назад, будет бессмысленным. Найди его. Срочно. И заставь, не знаю, в общем, ты понял…

Дэн говорил сбивчиво, из чего Лили вынесла, что он торопится, может, боится, что она услышит, а возможно — что Пейдж всё-таки вернётся.

Значит, такой вариант всё же представлялся ему возможным. Лили зло выдохнула воздух носом и пошла на кухню. Мало того, что им угрожала опасность, да и не только им, но и их семьям, так Эридан ещё и просто взял и заказал Историка. Пять минут, один патронус и всё.

Какого чёрта?

Лили было неприятно, что Эридан имел отношение к подобным вещам. Пусть с его прошлым всё было неясно, но то, что он делал сейчас… выходило за все рамки.

Забыв про воду, она снова поднялась наверх. Видеть Дэна не хотелось, поэтому ей следовало заснуть до его прихода.

Проворочавшись около получаса, Лили всё-таки заснула и даже не слышала, как и во сколько пришёл Эридан. Когда она проснулась утром, его уже не было, но, судя по времени, он ещё не должен был уйти на работу.

Её мутило сильнее, чем в последние дни, и поэтому настроения не было совершенно. Лили решила попить апельсинового сока и лечь обратно в кровать.

Умывшись, она спустилась на кухню, откуда раздавался запах тостов с клубничным джемом.

Эридан наливал себе кофе, когда Лили вошла. Он обернулся и улыбнулся.

— Как спала моя принцесса?

— Всё хорошо, — сказала она, не ответив ему улыбкой.

Эридан приобнял её и оставил на щеке быстрый поцелуй.

— Будешь есть?

Лили отрицательно помотала головой и достала сок из холодильника.

— Лил, — позвал её Дэн. — Теперь всё будет хорошо, ты можешь не волноваться.

— Правда? — спросила она. — И как же ты всё решил? — Лили села на стул и сделала лицо а-ля «я внимательно слушаю».

— Это неважно. Просто знай, что этот человек больше не появится во Франции, — ответил Малфой, садясь напротив.

— Почему ты не говоришь мне, Эридан? — Лили сложила руки на груди.

Её возмущало, что Малфой мало того, что сделал так, но ещё и не признаётся, увиливает и недоговаривает. Она хотела, чтобы всё было просто и по-честному.

Прежде чем Эридан успел ответить, в окно постучалась красивая белая сова. Внимательные коричневые глаза с интересом и нетерпением заглядывали вовнутрь. Лили собиралась встать, чтобы впустить её, но Малфой вскочил и сказал:

— Это мне, Лил, не беспокойся.

Сова шумно влетела в помещение и, чуть покружившись, опустилась на руку Эридана. Он выхватил письмо и развернул его. Внимательно вчитавшись в содержимое, он посерьёзнел и, как показалось Лили, пробормотал что-то вроде: «Чёрт». Она молча ждала, пока он вернётся к столу и их разговору. Малфой положил письмо на подоконник, и оно тут же воспламенилось. Через секунду от бумаги и конверта не осталось даже пепла.

— Кто это? — спросила Лили.

Эридан прошёл к столу.

— Неважно, — ответил он, садясь на своё место.

— Может, ты ответишь хотя бы на один из моих вопросов? — Она начинала закипать. Она чувствовала такую злость, что знала, что не удержится и скажет всё, что думает. Неужели так сложно было просто сказать всё, как есть?

— Какие вопросы, Лили? Это всё неважно. Что за допросы? — Было похоже, что Эридан тоже начинает злиться.

— А что такого? Я хочу знать.

Малфой встал и, со звоном поставив тарелку и чашку в раковину, собрался выйти с кухни, чтобы таким образом прервать спор.

— Или боишься, что меня тоже придётся заставлять замолчать? — Лили сама не знала, как это вырвалось, но уже было поздно что-либо менять.

Дэн дёрнулся и замер. Его спина напряглась, но он не повернулся сразу. Лили думала, что он сейчас выйдет, или ей придётся уйти, чтобы не продолжать это. Её тошнило, и не было настроения обсуждать дальше это всё. Говорить вообще не хотелось.

Эридан обернулся и быстрым шагом направился к ней.

— Ты не так всё поняла.

— Я и не могла понять по-другому, ведь ты молчишь.

— Мерлин, это такой бред. Зачем ты подслушивала? — Тут Лили стало стыдно, она ведь, и правда, наверное, не должна была. — Но хуже, что ты… неужели ты думаешь, что я и впрямь кого-то заказал?

— Потому что ты молчал! — Лили тоже встала, сжав руки в кулаки. — Всё, я не хочу говорить об этом. Правда.

Малфой хотел было остановить её, но она предупреждающе подняла руку. Ему надо было на работу, а ей в ванную. И Лили не хотелось продолжать разговор. К тому же на таких тонах.

— Подожди, — сказал он.

Ждать не хотелось. Лили нахмурилась, но всё же остановилась и развернулась к Малфою лицом. Он примирительно поднял руки.

— Давай поговорим. Окей?

— Тебе надо на работу, Эридан.

Он взглянул на часы и выругался.

— Чёрт, я опаздываю. — Он быстро взял с пола чёрный кожаный портфель и приблизился к ней. — Мы договорим вечером. Не делай поспешных выводов, хорошо? — Поцеловав Лили в лоб, Эридан трансгрессировал, оставив после себя только аромат парфюма и недосказанность.

***

— Я абсолютно точно должен сказать всё Лили, — пробормотал Альбус, не глядя на Скорпиуса, стоявшего рядом.

Он вызвал Поттера вниз, на улицу, с работы, когда только смог вырваться в Лондон, чтобы всё ему рассказать. Пейдж сейчас уже, скорее всего был в другом полушарии и уже не будет доставлять проблем.

Скорпиус уже всё рассказал другу, который теперь пребывал в лёгком шоке от всего произошедшего.

Как теперь сказать Лили, что её муж не чист на руку? Как правильно сказать человеку, что он сделал неправильный выбор в жизни, последствия которого придётся теперь расхлёбывать ещё долго?

Ему самому было сложно поверить, что то, что говорил Малфой про своего кузена, — правда, но если он уверен…

А главное — так спокоен…

Альбуса это почти раздражало. Неужели для Малфоя это ничего не значило?

— У тебя такое лицо, — сказал Скорпиус, — будто ты мне не веришь.

Альбус немного помолчал и ответил, поглядев на него исподлобья:

— Ты слишком спокоен, это странно.

Малфой раздражённо вздохнул и закатил глаза.

— Мне надо попрыгать? Или, может, разрыдаться с горя? Я всегда подозревал, что с ним что-то не так. Малфои веками живут в одном и том же месте, а он постоянно переезжает. И не говори, что я не…

Альбус перебил его:

— Да, ты говорил. Я знаю, прости. Ты не виноват.

— Да, потому что это Лили виновата. — Сказав так, Малфой понял, что погорячился, да и его вина тут не меньше: если б он не вёл себя, как последний мудак, они бы с Лили могли бы быть до сих пор счастливы вместе. — Ладно, уже неважно. Расскажешь ей всё?

Альбус кивнул, думая о том, как сделать это помягче.

Комментарий к Глава 44. Неожиданные открытия

Котики, поздравляю вас с наступающим Новым годом! В этом, 2016, году это последняя выложенная мною глава, поэтому хочу поздравить вас и пожелать вам счастья, здоровья, много-много радости, вдохновения и, что важно, больше времени на себя, на саморазвитие, ну и на отдых, конечно. Спасибо, что вы есть, что вы всё ещё со мной. Мне, правда, очень радостно от этого. Торжественно клянусь, что этот фанфик закончится в ближайшие 1-2 месяца, и я обязательно продолжу писать “Крайность”. Вы классные, спасибо.

P. S. Ну, что? насколько ожидаемое развитие событий?)

========== Глава 45. Стыд ==========

Время замедлилось, сердце ухало в груди громкими толчками, отдававшимися в ушах.

Бум.

Она спускалась по лестнице, хватаясь за перила, чтобы не упасть.

Бум.

В голове всплывали отдельные пазлы, складывавшиеся в единую, весьма неутешительную картину. Осознание приходило толчками, синхронными ударам её сердца.

Как она могла быть такой глупой, такой наивной? Мерлин, да любой идиот ведь понял бы уже давно, что что-то было нечисто. Неправильно. Не так.

Бум.

Как принять то, что кто-то, кого ты любишь, возможно, плохой человек?

Как принять то, что она связала с ним свою жизнь?

В голове яркими вспышками появлялись картинки их совместной жизни, счастье, улыбки, надежды на будущее. Которые Малфой разрушил собственным прошлым, молчанием и враньём.

Бум.

Лили вырвалась на улицу, в груди было катастрофически недостаточно воздуха. Настолько, что лёгкие сводило, а желудок сжимала тошнота. Мимо шли люди, они не смотрели на неё.

Вы когда-нибудь думали о том, что окружающим абсолютно всё равно на вас и на то, что с вами происходит в данный момент?

Упади она сейчас замертво, казалось, никто не заметил бы. Люди точно так же продолжали бы идти, смотреть только перед собой, жить, думать о своих собственных проблемах.

Ты идёшь по улице, и под твоими ногами словно разверзается ад, но никто не замечает.

Шедшие ей навстречу мужчины громко обсуждали что-то и, казалось, если её сейчас собьёт автобус, один из них скажет что-то типа «ауч» и пойдёт дальше.

Бум.

Лили очнулась сидящей на скамейке в каком-то парке, она даже не знала, что это за район и как точно сюда попала, но, чёрт, кого это волнует, когда твоя жизнь катится в пекло.

Она, и правда, чувствовала, что её жизнь кончена. Потому что её жизнь — всего лишь большой обман, и теперь, когда Лили знала правду, обман кончен, и жизнь тоже.

Кто она? Глупая девочка, которой жизнь преподнесла странный сюрприз? Колдомедик-недоучка? Будущая мать-одиночка?

Мерлин, это даже в голове звучало отвратительно.

Всё это. Она — просто никто, она — биомусор, бесполезная, глупая, наивная, неправильная, она… она просто идиотка, вот кто она.

Лили чувствовала стыд за это, стыд за свою жизнь.

Ей стыдно, что она тратила время не на те вещи, не на тех людей, не на те поступки. Ей стыдно, что она не добилась того, чего когда-то хотела.

Ей просто хотелось зарядить себе по лицу.

Поттер хотелось закричать от злости и обиды на Эридана, на жизнь, на саму себя.

Небо уже давно заволокло тучами, и где-то на задворках сознания появилась мысль, что простывать ей сейчас ни к чему. Как раз тогда и начался дождь. Холодный, мелкий и частый. Через пару минут Лили была мокрой насквозь, одежда липла к телу, а волосы — к лицу, тушь давно размазалась по щекам и сейчас спускалась тёмно-серыми полосами к подбородку.

Она не знала, куда идти, потому что домой не хотелось, а родители сразу начнут выспрашивать, что же случилось. Сейчас ей не хотелось ни с кем ничего обсуждать.

Мерлин, на самом деле, ей хотелось просто лечь и умереть.

Лили всегда была оптимисткой, но иногда даже неиссякаемый позитив даёт трещину.

Её розовые очки, через которые она смотрела на мир всю жизнь, разломали и бросили к её ногам.

Бум.

Она стояла на пороге большого и красивого дома бежевого цвета и колотила в дверь. В проёме появился Альбус, который, увидев её, так широко распахнул глаза, что Лили показалось, будто они вывалятся из глазниц и упадут к её ногам. Сегодня всё падало: её розовые мечты, надежды, её жизнь и она сама.

Альбус буквально затащил сестру внутрь, попутно окликнув Арден, которая тут же появилась в коридоре.

Они говорили что-то, и это казалось таким заторможенным. Лили будто попала в замедленную съёмку. Они так забавно выглядели с открытыми ртами, что Лили захотелось засмеяться. Это она и сделала, она расхохоталась, запрокинув голову назад, сползая по стене, глядя в потолок. Он был таким идеально белым.

В такие моменты всё видится в два раза отчётливей, твоя жизнь замедляется, останавливается, а ты продолжаешь задыхаться в глупой истерике.

Бум.

Лили смеялась ровно до того момента, пока не почувствовала, как её голову кто-то наклонил вниз. Она увидела перед собой лицо Арден и залилась смехом прямо в него. Слёзы потекли ещё сильнее, буквально ручьём.

Дени говорила что-то. Милая, красивая, отзывчивая, полезная Дени, пыталась спасти её, вытащить из этого болота под названием «жизнь Лили». Её глаза смотрели с таким искренним беспокойством, что Поттер чуть не рассмеялась ещё сильнее. Мерлин, как же повезло Альбусу, подумала она, ведь Арден — это лучшее, что вообще могло с ним случиться.

Милая, спокойная Арден, которая сейчас пыталась привести её в чувство. Но Лили просто не могла остановиться, сама не понимала, почему смеялась, но продолжала, не в силах прекратить это. Эту глупую странную пытку.

В неё будто вселился кто-то, высасывавший всю энергию и направлявший её в дикий, необузданный смех.

Лили остановилась только тогда, когда почувствовала резкий, сильный удар по щеке (наверное, останется след).

Бум.

Она замерла, с почти что неверием глядя на Дени.

Милая, спокойная Арден, так вот как ты справляешься с проблемами. Ты бьёшь их прямо по лицу, чтобы они сами проваливали.

Лили задумалась, откуда в этой хрупкой девушке столько силы, чтобы контролировать себя? Вот просто откуда? Если бы рядом с ней кто-то впал в такое состояние, Лили бы сама, наверное, разрыдалась.

В коридоре повисла звенящая тишина.

— Сейчас ты успокоишься, Лили — поправив волосы, сказала Арден.

Альбус стоял где-то сзади неё, глядя на всё это в полном шоке. Мерлин, женские истерики — это по-настоящему страшно. У него мелькнула мысль, что плачущий в три ночи сын — это, в общем-то, не так уж и плохо. Это можно терпеть. Это можно прекратить (не используя физическую силу). Такую истерику же прекратить нельзя, она будто пожирает всё на своём пути: все эмоции, чувства, положительную энергию, воздух…

Альбус ненавидел не то, что истерики, он вообще не любил слёзы, попросту не зная, что с ними делать. Он вспомнил, как тихо выбежал из комнаты, когда они с Арден впервые крупно поругались и она плакала из-за этого. Тогда она не заметила его, и Альбус не упомнилал, да и старался просто не вспоминать, но до сих пор помнил это чувство жуткой растерянности.

Он сбежал просто потому, что буквально в душе не знал, что ему делать.

Сейчас, конечно, если вдруг Дени плакала, то он знал, что нужно просто обнимать и гладить по голове, не издавая лишних звуков.

Когда плакал Бен, его ещё нужно было укачивать.

Но что делать с сестрой, которая, казалось, сошла с ума? Нахер слетела с катушек и смеялась как чокнутая, рыдая при этом навзрыд.

Ему всё ещё хотелось сбежать, хоть буря и миновала.

Через полчаса Лили вышла из душа с мокрыми волосами и в махровом халате Арден, уже полностью спокойная. Даже слишком, наверное, подумал Альбус, сидя за столом с кружкой чая.

Дени дала ей в руку ещё одну кружку.

Лили сделала глоток, нахмурилась, видимо, обжёгшись, и подула на чай. Арден села напротив, всё ещё немного взволнованно глядя на неё.

— Лил, что случилось? — не выдержал Ал.

Он и так слишком долго ждал, пока сестра успокоится, потом приведёт себя в порядок. Альбу понимал, что проблема, скорее всего в Эридане, но не могла же она узнать всего.

Лили начала говорить тихо, голос был осипшим и хриплым. Она сначала делала это неохотно, но потом слова будто сами полились, она уже не могла остановить поток речи, рассказывая обо всём, что произошло за последние несколько дней.

— И он сказал, что… сказал, что, — Лили почти захлебывалась словами, — нужно заставить Историка замолчать. И он больше не приходил. — Не то чтобы она скучала по Пейджу, просто… — Неужели… неужели они сделали что-то… с ним? — Лили смотрела на Альбуса.

Она смотрела так, будто только он знал ответ на её вопросы. Так, как в детстве спрашивала, куда он дел метлу или бабушкины пирожки. Так, будто поверит абсолютно всему, что он скажет.

— Это же сумасшествие, Альбус. Это преступление. Мерлин, Эридана же посадят в Азкабан, если это всё из-за него, если с Пейджем что-то…

Её грубо прервал голос, раздавшийся из-за спины.

— Да ничего не случилось с Пейджем, Поттер, — он словно специально сделал ударение на её девичьей фамилии. — Я вежливо попросил его больше вас не беспокоить. И даже если твой… Дэн его искал, то точно не нашёл. — Малфой стоял, расслабленно привалившись к косяку и сложив руки на груди, изучающе оглядывая кухню и всех собравшихся внутри.

Лили вздохнула с облегчением: хотя бы одна из её ужасных догадок была неверна.

Она инстинктивно поправила ворот халата, натянув его до самой шеи, на что Скорпиус усмехнулся, чуть закатив глаза.

— Что ты тут?.. — начала Арден.

— Да прямо почувствовал, что наша новоиспечённая миссис Малфой здесь. Как дела, Лилс? — Казалось, ситуация его до невозможности забавляла.

— Я пойду спать, — пробормотала Лили, быстро допив чай и вставая. — Спасибо, Арден.

Девушка собиралась пройти мимо Малфоя, она опустила глаза, не глядя на него, надеясь, просто сбежать.

Раствориться, исчезнуть, провалиться сквозь землю. Мерлин, Малфой, казалось, искренне наслаждался тем, каким дерьмом стала её жизнь. Ну, хоть кому-то это доставило.

— Ну вот, Поттер, а я-то думал, мы пообщаемся, поболтаем… — протянул Скорпиус, почти что заговорщецки глядя на неё.

Бум.

— Закрой рот, — Лили громко прошептала это, потому что голос окончательно сел, оставив вместо себя неясный горловой хрип.

Можешь наслаждаться молча?

Заткнись.

Заткнисьзаткнисьзаткнисьзаткнись.

— Это ты виноват, — она бросила это, не подумав, что сморозила глупость, но была так зла, потому что, — ты знал.

— Нет, не знал, — Малфой для пущей убедительности помотал головой. — А ещё не выпихивал тебя замуж, Поттер. А ещё говорил, что Дэн не лучший вариант для тебя. — Он развёл руками.

— Конечно, — со злостью сказала она, — лучший же у нас ты. Всегда всё знаешь. Может, поэтому ведёшь себя, как кусок дерьма? — Она с силой ткнула его кулаком в грудь, собираясь выйти и пойти уже спать, чтобы этот долбаный день просто закончился, катился к чертям, она бы с удовольствием забыла его навсегда.

— Поттер, — позвал Скорпиус, хватая её за руку.

Лили вырвалась и сказала:

— Ты уже всё сказал, спасибо. Спокойной ночи. — Внезапно Лили стала невозмутимой.

Потому что всё равно хуже уже не будет? Какой смысл злиться на окружающих из-за своей глупости. Каким бы бестактным грубияном ни был Малфой, сейчас он оказался прав: Лили просто получила по заслугам за глупость.

Сегодня она ушла из дома, потому что ненавидела ложь, потому что боялась этого медленного истощения отношений, погрязающих в дерьме. Лили боялась, что связала свою жизнь с чем-то настолько плохим, что буквально не выдержит правды. Такая неизвестность всё равно была для неё лучше, чем истина.

Она была рада, что Эридан ничего не делал Пейджу, но откуда ей знать, насколько далеко он готов был зайти в попытках скрыть прошлое? Было бы глупо тешить себя иллюзиями.

Iʼm so wrong, Iʼm so wrong

(To let you in my)

To let you in my home

Комментарий к Глава 45. Стыд

The Weeknd – Twenty Eight

========== Глава 46. Триумф ==========

Лили вышла из себя, а затем из комнаты. Это было настолько привычно, что он мог бы сказать, что соскучился по их ссорам.

Малфой усмехнулся, глядя куда-то в пространство, а потом сделал серьёзное лицо, наткнувшись на взгляд Альбуса. По этому он тоже скучал. Поттер вообще ненавидел быть свидетелем выяснения их с Лили отношений. Такое негласное правило.

Делай с моей сестрой что хочешь, но так, чтобы я не видел.

Это действовало много лет. Скорпиус был благодарен за то, что Альбус не осложнял и не лез не в своё дело (не считая чего-то совсем серьёзного). Но сейчас он гипнотизировал Малфоя тяжёлым взглядом, на что тот пожал плечами. Молча.

Зато Арден не промолчала.

— Перестань вести себя, как мудак, — сказала она.

Поттер поражённо посмотрел на жену, а Скорпиус состроил удивлённо-ужасающуюся рожицу.

— И как вам не стыдно, леди?

Дени закатила глаза и вышла. Не отвечать на выпады Малфоя и относиться к этому со снисхождением было залогом выживания в те моменты, когда он находился в радиусе ста метров. Да и вообще по жизни.

Скорпиус крикнул ей вслед:

— Ладно, мамуля, я больше не буду.

Ответа не последовало, видимо, Арден решила, что раз игнорировать, то полностью, и Альбус сказал:

— Ведёшь себя, как второкурсник.

Малфой пожал плечами.

— Это не отменяет того, что я прав, — ответил он.

— Не хочешь извиниться? Ей и так досталось в последнее время.

Скорпиус состроил кислую мину, мол, ты что, с ума сошёл, и отрицательно покачал головой.

Малфои не извиняются.

Тем более за правду.

the pack ad – bang

День дальше был похож на обрывки, отдельные кадры, которые врезались в память.

Он трансгрессировал в Аврорат, долго требовал, чтобы его пустили к Гарри Поттеру, но оказалось, что тот на каком-то задании. Тогда Скорпиус написал заявление, и сегодня же Эридана должны были арестовать. Малфой знал, что его кузена искали, но дело заморозили, поскольку улик не было: засранец хорошо прятался.

Для всего даже не нужен был Пейдж, достаточно было обрывков воспоминаний Скорпиуса, чтобы Дэна кинули за решётку.

Он сам не знал, что это: месть или правосудие? Но какая разница, если Малфой будет удовлетворён, а его братец окажется в Азкабане или вроде того?

Ему вообще было плевать, что сделают с Дэном, лишь бы он подальше держался от Лили. Вдруг её страхи были оправданны? Вдруг он, и правда, готов был избавиться от Историка?

Тогда ему не место на свободе.

Мотивы Скорпиуса уже второстепенны.

Потом всё понеслось ещё быстрее.

— Ты должен был сразу же идти ко мне, — Гарри Поттер надавливал на Малфоя, он был зол и возмущён. И, казалось, готов к действиям.

— Так я и пошёл, — ответил он, — а вас не было. Я понимаю, что рисковал поднять много шума, но вдруг Дэн решил бы сбежать.

Скорпиус сидел в кабинете Гарри Поттера, который сейчас беспокойно ходил из угла в угол.

— Ладно, тут ты прав, — ответил тот, замирая. — Надо собрать группу.

— Я тоже пойду, — сказал Малфой, вставая.

Мистер Поттер с сомнением посмотрел на него, мол, куда ты собрался, мальчик. Но Скорпиус был твёрдо намерен отправиться с ним.

— Скорпиус, — сказал Поттер, — он может оказать сопротивление. И вообще, ты не мракоборец, не говори глупостей.

— Мне не пятнадцать, сэр. Я должен увидеть его, — ответил Малфой, сжимая кулаки.

Должен-должен-должен.

— Ладно, — сдался Гарри Поттер, — но без глупостей.

Он суетился, ходя туда-сюда из кабинета в кабинет. За ним носились ещё человек пять, еле поспевая и прося подписать какие-то бумажки или задавая вопросы.

Через сорок минут они уже толпились на веранде кирпичного домика в Париже, мракоборцы оцепляли маленький участок, а какой-то бородатый мужик, которого мистер Поттер вызвал специально для этого, накладывал антитрансгрессионные чары. Скорпиус следил за всем, будто со стороны, молча, не принимая участия. Мистер Поттер периодически бросал на него взволнованные взгляды, наверное, боясь, что Скорпиус может сделать что-то необдуманное, боясь, что план провалится.

Они вломились внезапно. Малфой и сам не ожидал. Всё произошло за считанные мгновения. Эридан был на кухне. Тарелка выпала из его руки, когда он увидел полдюжины мракоборцев у себя дома.

Скорпиус стоял сзади, не предпринимая никаких действий. Он с замиранием сердца следил за тем, как расписная тарелка летит вниз и разбивается вдребезги. Звон удара его как будто отрезвил, Скорпиус бросил взгляд на Эридана, который поднял руки. Он говорил что-то, вроде бы даже пытался спорить, но Скорпиус не слышал, он словно находился за толстой стеклянной стеной, которая почти не пропускала через себя звуки.

И Скорпиусу оставалось только смотреть на то, как шевелятся губы окружающих, замечать их жесты, мимику.

Он вышел, потому что смотреть было больше не на что.

Через несколько минут они уже были в Аврорате. Эридана отвели в комнату для допросов. И после его разговора с мистером Поттером (Скорпиус мог поклясться, что тот вышел из помещения крайне раздражённым, ещё бы, муж его дочери оказался полным мудаком) Малфой попросился поговорить с тем. Просто чтобы расставить все точки над «i». Чтобы вопросов и недосказанности не оставалось.

Может, он хотел испытать триумф? Потому что сейчас чувствовал только сосущую пустоту в груди. Как будто кончилось что-то очень важное, и Скорпиус даже не знал, что делать теперь.

Понимание, что ты просрал свою жизнь приходит внезапно. Остаётся пожать плечами и собрать остатки чего-то стоящего, что было и есть в тебе. Может, тогда получится?

Скорпиус еле выпросил у Гарри Поттера пять минут наедине с Эриданом.

Когда он вошёл, Дэн сидел на стуле за столом, опустив голову. Но потом поднял и сказал, не поворачиваясь:

— Теперь ты счастлив?

Скорпиус ответил честно:

— Не-а. Но удовлетворён.

— Мне дадут увидеться с Лили? — спросил Эридан, помолчав. — Её отец сказал, что она не знает ничего об аресте.

— Вы не увидитесь, Дэн.

Скорпиус обошёл стол и сел напротив. Кузен был похож на избитого пса, какой-то очень уж несчастный и смиренный. Аж глаза резало.

— Зачем ты здесь? — спросил он, поднимая глаза на брата.

— Наслаждаюсь моментом. И дело даже не в том, что ты потерял всё, потерял Лили, а просто… я всегда знал, что ты её недостоин, — он немного грустно усмехнулся.

Он не хотел, чтобы Лили была с Эриданом, но тот делал её счастливой.

— А кто достоин, ты? — Дэн усмехнулся, откидываясь на стуле.

— Никто не достоин, — просто ответил Скорпиус.

В такие моменты правду признавать очень легко. И озвучивать легко. Потому что всё уже кончилось. Она и так лежала на поверхности.

Лили Поттер — это что-то настолько святое и чистое, что никто из них, наверное, даже прикасаться к ней не должен был. Может, в этом и была их ошибка? Они оба как будто отдали себя на растерзание Поттер, а она оставила от них лишь перемолотую кашу, хотя любила больше всего на свете.

Любовь не прощает ошибок.

Не прощает лжи, предательства.

Если хочешь быть счастливым — перестань вести себя, как мудак.

Вот для чего им дана была Лили Поттер.

Жаль, что он раньше не понял.

— Я бы хотел видеть Лили, — Эридан сделал паузу, — я люблю её. Ты же понимаешь. Ты должен понять.

Скорпиусу показалось, или его кузен буквально умолял о помощи?

— Извини.

Это слово как будто повисает в воздухе между ними. Дамоклов меч, рассёкший тёмную комнату надвое.

Скорпиус вышел, не оборачиваясь. Если Гарри Поттер захочет, он сам приведёт Лили, но Малфой понимал, что они больше не увидятся. Он это видел так же ясно, как Эридана пару минут назад. Ему здесь больше не было места, он больше не принадлежит Лондону или Лили.

Это конец для него. Для того, чтобы он мог начать сначала.

Он сделал всё, что должен был, и теперь оставалось только уползти в Новую Зеландию зализывать раны.

Colours of Bubbles – Home (FUME Remix)

Альбус постучался и вошёл, не дождавшись ответа. Он сказал тихо, глядя на Лили, читавшую книгу на кровати:

— Лил, мне отец написал письмо. — Она повернула лицо к нему, и Альбус продолжил: — Эридана арестовали.

Она резко поднялась.

— Что? Как это?

Поттер подошёл и сел на кровать рядом с сестрой.

— Он в Аврорате у отца.

— Его папа арестовал? — Лили буквально впилась в его лицо зелёными глазами.

Альбус вкратце рассказал ей о произошедших событиях, а Лили думала о том, что рано обнадёжила сама себя.

С утра она думала о том, что это какая-то ошибка, что Эридан — прекрасный человек, любящий муж, и даже если он оступался, то всё будет хорошо и не нужно было себя накручивать, сейчас она думала о том, что у её ребёнка, кажется, не будет отца.

Оставалось только… смириться?

Лили тихо заплакала. Потому что больше ничего и не оставалось. Она почувствовала на плече руку Альбуса, и уткнулась ему в грудь.

— У меня будет ребёнок, — прошептала она.

Лили и сама не знала, но ей было странно и даже как будто стыдно, словно она залетевшая школьница, а не замужняя девушка.

Мерлин, это всё так ужасно. Она, наверное, самый невезучий человек на этом свете.

Она почти что вырвалась из объятий брата, когда тот начал её жалеть, говорить, что всё будет хорошо и что они с Арден обязательно помогут ей с ребёнком и вообще. Не могла больше слушать это.

Девушка трансгрессировала в Аврорат и накинулась на отца, тот стал успокаивать её, а потом сказал, что Эридан уже не в Лондоне и она не может встретиться с ним.

Она помнила, как съехала по стене, сама не зная, отчего плачет: от жалости к Эридану или к себе? Или к их ребёнку, которого лишили отца.

Она даже не знала, что хуже: то, что Эридана посадили в тюрьму, или то, что его сдал Скорпиус.

Казалось, он решил лишить её всего из чувства мести. Да, она бы, возможно, и не стала бы жить с Дэном, но он был бы в порядке, на свободе.

Конец мог бы быть намного счастливее.

========== Эпилог ==========

Colours of Bubbles – Home (FUME Remix)

Год спустя

Дверной звонок противно запищал, действуя на нервы. Он был до мерзости громким. Лили просила отца сменить его, но у того так и не дошли руки.

Она подошла к двери и посмотрела в глазок. Девушка совсем не ожидала увидеть того, кто сейчас стоял на пороге и не отпускал звонок. Она поспешила открыть дверь.

— Ты что здесь делаешь? — набросилась Поттер на Малфоя, стоящего напротив.

— В дверь звоню, — немного пьяно ответил тот.

— Это я заметила. Кстати, можешь уже отпустить звонок. Все спят.

— Чёрт, прости, — пробормотал Скорпиус.

— Зачем ты пришёл? — Лили не ожидала визита. Вообще-то, она бы предпочла, чтобы его не было.

— Я и сам не знаю, просто захотелось.

Лили наливала чай в расписные разноцветные чашки. Руки мелко дрожали, и капли горячей воды проливались на стол. Наконец, налив чай, Поттер поставила одну из чашек перед гостем. Взяла вторую, села напротив него.

— Всё так же пьёшь только чёрный чай? — спросил он, сделав глоток.

— Всё так же пьёшь в одиночестве? — язвительно парировала Лили.

— Ну, как дела? — задал вопрос парень после продолжительного молчания.

— Всё нормально.

— А как… он? — оба прекрасно поняли, о ком был этот вопрос.

— Растёт. Скоро уже будет три месяца, — закивала головой Поттер, рассеянно улыбаясь.

Вспоминая об этом ребёнке, она не могла не вспомнить его отца. Сердце заныло от тупой боли, старой, почти забытой. Воспоминания лезли в голову с идиотским упорством. Лили до сих пор не могла простить Скорпиус за молчание, которое принесло ей столько проблем.

— Почему ты не сказал мне правду? Тогда сейчас всё было бы по-другому… — она сказала это без злости, скорее, с сожалением и лёгким оттенком печали.

— Не было бы по-другому, Лили, — устало ответил он.

— Да как ты не понимаешь! Я… Когда я смотрю на Лукаса, всё время вижу его… Почему ты солгал? Зачем отпустил меня тогда?

Гость не выдержал и стукнул ладонью по столу:

— Да потому, что ты дура, Поттер! Я же говорил тебе, просил! Но ты же никогда не слушаешь!

Упрямство — её второе имя. А он тоже был упрямым. И хотя так долго убеждал Лили не делать глупости, выходя замуж за Эридана, потерпел фиаско. Но сейчас уже не было смысла жалеть себя или её и вспоминать ошибки друг друга, потому что эти обвинения могли бы длиться вечно. Он даже в какую-то секунду захотел взять свои слова обратно.

Мысли прервал глухой удар чашки об стол. Горячий чай коричневым пятном растекался по бледно-голубой скатерти.

— Да как ты смеешь?! Убирайся отсюда! — воскликнула Поттер, возмущённая его обвинениями.

Или правдой?

В этот момент вгостиной послышался детский плач, и Лили, вскочив, убежала в комнату. Она подбежала к сыну и, взяв на руки, стала укачивать плачущего ребёнка. Сзади послышались шаги, она обернулась и тихо сказала:

— Я прошу тебя, уходи. Лукас проснулся.

— Лили, — сказал он, делая шаг к ней. — Не надо. Можно посмотреть на него?

Лили повернула головку мальчика так, чтобы было видно его лицо. Малфой увидел светлые волосики и грустно усмехнулся.

— А глаза у него какие?

— Серые, — смущённо сказала девушка. — Послушай, тебе правда пора. Мне надо уложить его спать.

Лили попыталась пройти мимо, но парень схватил её за руку.

— Можно я отнесу его?

Поттер молча передала ему сына, следя за каждым неосторожным движением. Но он был болезненно осторожен. Уложив мальчика в кроватку в комнате Лили, Скорпиус посмотрел на него долгим взглядом.

— Лукас. Имя какое-то не малфоевское.

Закрыв дверь за Скорпиусом, Лили прислонилась к стене. Она знала, что он вернулся из Зеландии, но почему-то не думала, что он заявится. Так вот просто.

Мол, привет, как дела? Меня не было всего-то год.

Она многое пережила и пересмотрела за этот год. Изменила мнение о его поступках. Куда без этого, если Альбус всё время твердил, чтобы она не злилась на Малфоя, мол, он делал всё, что считал лучшим для неё.

Забавно, он ведь всё время её оберегал. Ангел-хранитель с душой дьявола. Спаситель, словно присланный для того, чтобы уничтожить её, разобрать на части.

Но при этом Лили чувствовала, что всё правильно, всё так и должно было случиться. Она не знала, судьба это или какой-то злой рок, но ведь сейчас в её жизни всё было стабильно. Несмотря на то, что Эридана не было рядом. Они так и не смогли встретиться, и сначала она очень жалела об этом. Лили до сих пор помнила бессонные ночи с плачем в подушку. Странно, что родители не сошли с ума от всего этого.

Ей и самой было уже странно жить с ними, но мама помогала с Лукасом, когда Лили выходила на работу в Мунго.

И теперь вот Малфой заявился и будто сломал что-то в привычном ходе вещей.

***

Новое не может появиться из ничего. Рушится один мир, возникает другой. Для кого конец, для кого начало.

Э. Сафарли, «Мне тебя обещали»

Лили листала какую-то глупую книжку, состоявшую из эмоциональных отходов автора и очень (даже слишком) жизненных цитат. Кажется, этим сейчас и зарабатывали многие писатели.

Говорят, что существует очень много книг, которые надо читать в определённом возрасте и при определённых жизненных обстоятельствах. Это была не та книга.

Девушка захлопнула её и бросила на скамейку рядом с собой. Хорошо, что в этой жизни хотя бы иногда можно оставаться наедине с самой собой.

Лили бы не сказала, что привела мысли в порядок, но было так тихо и спокойно в этом парке.

— Ты всегда приходишь сюда, когда хочешь побыть одна.

Поттер вздрогнула и сказала, не оборачиваясь:

— Именно. Одна, Скорпиус. Смекаешь? — Она повернула голову к нему, и Малфой обошёл скамейку и сел рядом. На другом её конце, если быть точным.

— Как Поттер?

Лили усмехнулась и спросила:

— Неужто ты первым делом не навестил своего ненаглядного?

Скорпиус улыбнулся, опустив взгляд на свои ноги.

— Позавчера я, когда спросил, как твои дела, боялся, что ответишь что-то вроде «ты сломал мне жизнь, спасибо». — Он поднял взгляд и наткнулся на удивлённые глаза. — Ну, если бы не всё, что у нас тогда происходило, то и этого бы не было.

— Знаешь, что я поняла? — проговорила Лили негромко. — Судьбу не изменить. Например, если тебе суждено умереть сегодня, то если тебя не собьёт грузовик, то упадёт кирпич на голову. И всё равно в конце ты умираешь.

— Оптимистично, — ответил он.

— Ты не понимаешь. Всё равно всё было бы так, даже в другой реальности. А если нет, то у меня не было бы Лукаса.

— Но ты же знаешь, что в любой реальности и в любой из параллельных вселенных, если они существуют на этом свете, я бы всё равно был рядом с тобой? — Малфою показалось, что он сказал слишком много, но эти слова были из тех, что не хотелось забирать обратно. Он не жалел.

Лили улыбалась, молча и немного грустно. А Скорпиус смотрел и думал о том, что его реальность и вся его вселенная заключены в этой улыбке. И сколько бы он ни бежал от этого, ни убеждал себя в обратном и закрывал глаза на очевидное, это было ясно, как божий день.

Он не знал, что будет завтра или через минуту, и даже не думал об этом, потому что сейчас были только они и догоравшее красно-апельсиновое солнце. И Малфой думал о том, что даже если бы это солнце сгорело окончательно, словно спичка, в его жизни всё равно остался бы свет.

Come over, been waiting,

Don’t tease me anymore

Come be my friend today.

Sun’s rising, I’m listening,

Falling for screaming storms

Still thinking about my home.

Пожертвовать