Блин – сокрушитель террористов [Евгений Львович Некрасов] (fb2) читать постранично, страница - 6

живем, – заметил папа. – Митек, поставь еще раз чайник.

Подкрепление майор отпустил. И хорошо, а то у Блинковых уже кончались хлеб и масло для бутербродов.

На кухню вышел врач и, обращаясь почему-то к прапорщику Володе, строго сказал:

– Состояние ранбольной не внушает опасений. Контузии я не нахожу. Она действительно была в машине, в которую попали из гранатомета?

– Действительно, – ответил за прапорщика Василенко.

Блинковы, старший и младший, разинули рты.

– Фантастическое везение, – заметил врач. – Я, правда, не вполне понимаю, как она повредила лодыжку. Говорит, что просто споткнулась. Но чтобы с ее весом получить такое растяжение, нужно с третьего этажа спрыгнуть.

– Она несла на себе водителя, – пояснил Василенко.

– А, сегодняшний лейтенант, множественные осколочные ранения лица! – догадался врач. – Тогда все ясно. Он весит килограммов восемьдесят.

– Семьдесят девять, – механически поправил его Василенко. – Он штангист, весовая категория – до семидесяти девяти килограммов.

Врач понял его настроение.

– Не расстраивайтесь. Будет ваш лейтенант и штангу поднимать, и девушкам нравиться. Главное, глаза целы, а личико ему хорошо зашьют… Кто из вас муж ранбольной?

– Я, – мрачно сказал старший Блинков.

Врач посмотрел ему в глаза и ободряюще похлопал папу по плечу.

– Ну-ну, не стоит расстраиваться! Ваша жена легко отделалась. Поставьте в церкви свечку, если верите. И если не верите, все равно поставьте. Ей точно Бог помогает! Я бы на всякий случай понаблюдал ее в стационаре, но, раз она сама не хочет, настаивать не буду. Медицинский показаний для госпитализации нет. Пускай лежит в постели, лекарств ей никаких не нужно, а к вам – единственная просьба: обеспечить ей все условия. Это и сослуживцев касается, – добавил он, строго взглянув на Василенко.

– Так мы же обеспечиваем! – сказал Василенко. – Вон, уже сетку в окна вставили.

– Это зачем? – удивился врач.

– От гранатомета.

– Резонно, – заметил врач. – От гранатомета постельный режим не спасает. Но я вообще-то имел в виду, чтобы муж не заставлял ее готовить обеды, а сослуживцы – писать рапорта. Ей нельзя ни писать, ни читать, ни вставать надолго. – Врач обернулся к старшему Блинкову. – А если она вдруг начнет говорить что-нибудь странное или вести себя необычно, немедленно звоните мне. Телефон я оставил.

– Это вы называете «легко отделалась»? – спросил старший Блинков.

– Да, – кивнул врач. – Необычайно легко для таких обстоятельств.

Военные медики ушли. Минут через двадцать не прощаясь исчезли прапорщики с солдатами. Сетки они вставили во все окна – и на кухне, и в комнате Блинкова-младшего, и в родительской. Василенко провожал всех до двери и открывал им, сначала посмотрев на лестничную площадку в глазок.

А потом они с мамой стали разговаривать о служебных делах, а Блинковым снова было велено подождать.

Наконец, Василенко вышел к ним на кухню и сказал:

– Идите, она ждет. Олег Николаевич, ничего, если я пока душ приму? А то уже спать хочется.

Если папа и удивился, то виду не показал.

– Разумеется, – кивнул он. – Помойтесь да укладывайтесь. Митек, пустишь майора на свой диван? А для тебя раскладушку поставим.

Василенко улыбнулся.

– Невозмутимый вы мужик, Олег Николаевич! Моя жена полчаса выясняла бы, почему это чужой человек остается у нее ночевать и разрешения не спрашивает… А на раскладушке лягу я. В прихожей. Постельное белье не нужно.

– Хорошо хоть, не на коврике под дверью, – вздохнул папа и на «ты» попросил майора: – Андрей, скажи, что случилось, а то ведь Ольга темнить станет.

– Пожалуй, станет, – согласился Василенко. – Она боится вас напугать. Ладно, расскажу. В общем, мы добились большого трудового успеха…

Как и у многих людей, давно и дружно работающих вместе, у мамы с майором были непонятные для посторонних общие словечки. «Добиться большого трудового успеха» у них означало задержать иностранного разведчика, найти подпольный склад оружия и тому подобное.

В этот раз они вышли на след террористов, очень опасных профессионалов, обученных за границей в специальных лагерях. Трудовой успех был такой большой, что по их служебной машине шарахнули из гранатомета.

Майор с мамой собирались на встречу с перевербованным членом банды (теперь-то понятно, что это была ловушка!). Для подстраховки решили ехать двумя машинами: мама на служебной, а Василенко другой дорогой – на своей. К месту встречи они подъехали с разных сторон, и это спасло жизнь обоим.

Террорист, как было условлено, стоял у газетного киоска. Руки у него были пустые. Увидев машину контрразведки со знакомыми номерами, он схватил гранатомет и выстрелил.

Позже Василенко сообразил, что гранатомет ему подали из киоска. А тогда майору некогда было разбираться. Он успел выхватить свой «Стечкин» и открыть огонь мгновением раньше, чем террорист. Палил он в Божий свет как в копеечку, потому что сидел за рулем, слева, а преступник был справа. Но стрельба отвлекла гранатометчика, --">

Пожертвовать