Дьяволы [Джо Аберкромби] (fb2) читать постранично, страница - 181

все взоры должны быть обращены к небесам. — Она наклонилась к нему, не отводя взгляда. — Скажите, маэстро Карузо… Какой грех Спаситель не может простить?

Он заерзал, что говорило о его стойкости. Большинство бы уже извинились и замолчали.

— Признаю, я не теолог…

— Человек, который занимается всем понемногу, должен быть и теологом, не так ли? Спаситель прощает любой искренне раскаянный грех. Значит, непростительно лишь одно — ложь. — Она оскалилась. — Лицемерие, маэстро Карузо. Притворство, что ты лучше, благороднее, святее, чем есть… Это худшая ложь. Вот что я осуждаю.

Она выдержала паузу, давая понять: насмешкам места нет.

— Теперь скажите. Что привело человека отовсюду и ниоткуда в Святой Город? — Хотя догадки у нее уже были.

— О, ну… — Он достал письмо с алой печатью, оттиснутой скрещенными ключами Папства. — Меня вызвала Ее Святейшество.

— Ваша встреча назначена с Ее Святейшеством, — сказала мать Беккерт, — но примет вас кардинал Жижка.

— Глава Земной Курии? — Он заморгал, смесь страха и азарта в глазах. Страха больше, чем если бы встречался с самой Папой, что говорило о многом и ничего хорошего. — В письме сказано, что я кого-то заменяю, но… не указано кого.

— Жижка обожает загадки.

— Вы знакомы с ее преосвященством?

— С детства. В семинарии жили в одной келье.

— Значит, вы подруги?

Мать Беккерт хрипло рассмеялась.

— Мы ненавидели друг друга с первой встречи. И восхищались. Потому что каждая — противоположность другой. Но знали: Церкви нужны обе. Жижка как море. Ненасытная, вечно меняющаяся, коварная, как приливы. Если принципы мешают, она создаст новые.

Карузо сглотнул. Его шокировала такая беспечная критика самой влиятельной женщины Европы.

— Она политик, полагаю…

— Ее благословение и проклятие.

— А вы другая?

Она впилась в него взглядом, как когда-то в осужденных, объявляя приговор.

— Я — скала, о которую разбиваются волны. В этом мое благословение. — Она глубоко вдохнула. — И проклятие.

— Но море со временем точит скалу.

— О, я знаю. Жижка вызвала и меня. — Она достала свое письмо. — Как замену.

— Кого? — В голосе Карузо прорвался грубоватый немецкий акцент.

— Она не сказала. Но догадываюсь. Она хочет вернуть мне старый приход. Часовню в Небесном Дворце.

Карузо нахмурился.

— Сомневаюсь, что часовне нужны мои таланты.

— Возможно, вы удивитесь. — Мать Беккерт замедлилась, словно имя делало неизбежным то, чего она боялась. — Это Тринадцатая Часовня.

— Но в Небесном Дворце двенадцать часовен, по числу Добродетелей!

Мать Беккерт усмехнулась, от того, что он попал в точку.

— Вы, маэстро Карузо, кое-что знаете. Но о добродетелях… — Она посмотрела на толпу за окном: паломников, проституток. — Вам еще многому предстоит научиться.

Примечания

1

Аналой — Это подставка для богослужебных книг или икон, используемая в христианских храмах. Представляет собой наклонный столик (часто с резными украшениями), на который кладут Евангелие, молитвословы или иконы во время службы. В христианстве аналой может стоять в центре храма для чтения Евангелия, а также использоваться для икон на праздничных богослужениях. П. П.

(обратно)

2

Вотивная свеча — Это свеча, которую верующие ставят в храме по обету (votum — лат. "обет") в благодарность или с просьбой к Богу/святым. Традиция восходит к древности: люди жертвовали предметы (свечи, фигурки) как символ молитвы. Вотивные свечи часто толще и выше обычных, иногда их украшают узорами или ставят в специальные подсвечники.

(обратно)

3

В оригинале Леди Севера звучит как Lady Severa, так что Север это не направление, а имя собственное — Севера. Ударение на второй слог.

(обратно)
--">

Пожертвовать