нападение на Данию и Норвегию тем, что, если бы Германия не выступила своевременно, Скандинавия столкнулась бы с опасностью стать театром военных действий. На деле Норвегия, точнее, ее многие прибрежные районы превратились в локальные театры стычек между вермахтом и англо-французскими войсками, высадившимися в ряде пунктов норвежского побережья в середине и конце апреля. Будучи неподготовленными, захваченными по сути дела врасплох, в мае эти войска были вынуждены убраться восвояси. Последним был эвакуирован Нарвик. Вместе с отступавшими удалось вывезти и норвежского короля, который сумел ускользнуть от оккупантов. Потеря Норвегии была тяжелым ударом для Великобритании, Франции, а затем и Советского Союза. Гитлеровцы обрели базы, опираясь на которые они могли действовать против морских перевозок в Атлантике, а позже против английских конвоев, направлявшихся в Мурманск.
Если оккупированная Норвегия была отдана во власть комиссара рейха Иозефа Тербовена, подчиненного непосредственно Гитлеру, то в Дании до 1943 г. кораль оставался формально главой государства, сохранялся парламент, а ее вооруженные силы дислоцировались в отведенных для них зонах. В 1943 г. со всем этим было покончено и страна оказалась во власти эсэсовцев.
(обратно)
30
Следующими жертвами в гитлеровском реестре стояли Голландия и Бельгия, через которые осуществлялось вторжение германских войск во Францию во время первой мировой войны в соответствии с «планом Шлиффена» — генерал-фельдмаршала, развивавшего теорию «стратегических Канн», т. е. окружения противника с целью полного его разгрома. Поскольку возможность повторения такого плана напрашивалась сама собой, нужно было отыскать что-то в оправдание действий вермахта. Видимо, таким желанием объясняется сентенция Риббентропа о том, что якобы Чемберлен и Даладье обсуждали на встрече в Париже… нападение на Германию через «дымоходы». Искусственность этой пропагандистской выдумки очевидна, если иметь в виду тактику вермахта действовать мощным концентрированным кулаком на наиболее важном направлении. Нападение через «дымоходы» неизбежно вело к распылению сил и, следовательно, к поражению, что и показали операции в Норвегии.
(обратно)
31
Риббентроп пытается убедить, будто гитлеровская Германия вела себя «по-рыцарски» в отношении побежденных. Здесь бывший министр иностранных дел третьего рейха явно рассчитывает на романтику прошлого и на смешение понятий. Ведь в ордене рыцарей-крестоносцев на каждого рыцаря приходилось до сотни, а то и более «смердов». Поэтому двойной стандарт был не только обычен, но и органичен для сознания гитлеровской элиты.
Говоря о «рыцарстве» Гитлера, Риббентроп имеет в виду его встречу с Петеном в Монтуаре в октябре 1940 г. Бывший рейхсминистр остается верен себе и своему методу умолчания. Встреча Гитлера с Петеном была не каким-то изолированным эпизодом, а входила в серию встреч фюрера, пытавшегося найти союзников против Великобритании и, изолировав, поставить ее на колени. Первая такая встреча состоялась на франко-испанской границе 23 октября 1940 г. с генералом Франко. Гитлер добивался от него вступления Испании в войну против Англии в январе 1941 г. и, в частности, нападения на Гибралтар 10 января. Каудильо уклонялся от обязательств, ссылаясь на опасность поспешных, преждевременных действий.
Гитлер оставил Риббентропа для продолжения переговоров с министром иностранных дел Испании Серрано Суиье. Но и Риббентроп не добился желаемого; в разговоре с переводчиком Паулем Шмидтом он весьма нелестно отозвался о Франко: «Неблагодарный трус! Он обязан нам всем, а теперь не хочет присоединиться к нам».
Вторая встреча состоялась 24 октября с Петеном в Монтуаре и принесла большее удовлетворение фюреру и его министру. Престарелый «герой Вердена» согласился на сотрудничество с Гитлером, более того, пошел на то, чтобы зафиксировать в письменном виде «идентичность интересов» стран оси и Франции в скорейшем нанесении поражения Великобритании. В качестве подачки Петен получил от Гитлера обещание на территориальное приращение в Африке за счет Британской империи. Таков был «рыцарский жест» фашистского диктатора.
Третья встреча фюрера, на этот раз с Муссолини, имела место во Флоренции 28 октября 1940 г. Выходившего из вагона Гитлера Муссолини приветствовал словами: «Фюрер, мы выступили! Победоносные итальянские войска сегодня на рассвете перешли греко-албанскую границу!» Гитлер был в ярости, но смог скрыть свои чувства. Не прошло и недели, как «победоносные» итальянские войска были обращены в бегство. Немцам пришлось прийти на помощь союзнику, что расширило фронт военных операций.
(обратно)
32
В поведении Риббентропа на Нюрнбергском процессе (что, естественно, отразилось на материалах его воспоминаний) заметна одна --">
Последние комментарии
2 часов 7 минут назад
2 часов 27 минут назад
2 часов 28 минут назад
2 часов 42 минут назад
3 часов 26 минут назад
11 часов 36 минут назад