Не вызывает удивления сентиментальное восхищение Риббентропа президентом Гербертом Гувером. Этот президент способствовал принятию «плана Юнга», облегчившего военные приготовления Германии, выступил с предложением приостановить на год все ее платежи по международным правительственным долгам, репарациям и займам. Предложенный Гувером мораторий вступил в силу 15 июля 1931 г. Таким шагом американский президент оказал еще одну поддержку Гитлеру в воссоздании тяжелой промышленности Германии.
(обратно)
26
Совершенно несостоятельно утверждение Риббентропа, будто в мае 1939 г. начались англо-французские переговоры с Москвой, «чтобы побудить и Советский Союз вступить в военный союз против Германии». Этот тезис рассчитан лишь на не знакомого с историей читателя. Для людей, знающих действительную историю, он звучит неубедительно. Разумеется, не представляет особого труда приписать те или иные замыслы любому историческому деятелю. Но дело в том, что в эти годы Советский Союз последовательно выступал за создание системы коллективной безопасности, равной для всех, и был противником военных блоков. Впрочем, если бы Москва имела намерение вступить в военный союз против Германии, то тогда была бы беспочвенной инициатива Риббентропа, рвавшегося в советскую столицу, чтобы заключением соответствующего соглашения обеспечить восточный тыл Германии.
(обратно)
27
Переходя к германо-советскому пакту о ненападении, Риббентроп искажает факты. Так, излагая беседу с советским поверенным в делах в Берлине Астаховым, он выделяет свое заявление, что, дескать, нам, немцам, «спешить некуда». Это неверно: Гитлер спешил, и ныне это документально доказано германским историком, родственницей германского посла в Москве графа Шуленбурга Ингеборг Фляйшхауэр в книге «Пакт Гитлер, Сталин и инициатива германской дипломатии 1938–1939». Гитлер был готов пойти на любые уступки Сталину по той причине, что затяжка соглашения с Москвой ставила под вопрос сроки военной операции вермахта против Польши.
(обратно)
28
Подписание Советским Союзом пакта о ненападении с Германией 23 августа 1939 г. было вынужденным и исторически оправданным шагом. Вместе с тем едва ли можно оправдать готовность, с какой Сталин пошел на соглашение с Риббентропом о разделе сфер влияния в Восточной Европе. Ведь такое соглашение, с какой бы стороны на него ни посмотреть, имеет привкус великодержавной, имперской политики. И оно дорого обошлось СССР и России в последующие годы, память народов не забывает такие проступки политиков.
Впрочем, обратимся к оценке самого Риббентропа. Возвращаясь из Москвы, он сделал остановку в Кёнигсберге и там, выступая на встрече, заявил: «Мы, национал-социалисты, знаем: все, что делает фюрер, правильно! И это вновь подтвердилось на сей раз». Риббентроп пояснил, что соглашение, достигнутое в Москве, разорвало кольцо «окружения» Германии. Нацистские главари обрели свободу рук для осуществления провокации в Глейвице (инсценированное нападение «поляков» на немецкую радиостанцию), которая и была использована как предлог для военного похода на Польшу, переросшего во вторую мировую войну.
(обратно)
29
Ссылки Риббентропа на то, что германское руководство знало о военных планах англичан в отношении Норвегии и это сделало необходимой ее оккупацию вермахтом, не лишены оснований. Действительно, из военных мемуаров Черчилля известно, что англичане добивались от норвежцев возможности использования незамерзающего порта Нарвик, но не столько в целях операций против Германии, сколько в целях переброски солдат и военной техники для оказания помощи Финляндии в войне с Советским Союзом, а также вывоза шведской железной руды. По словам Черчилля, на заседании Верховного военного совета Англии и Франции 5 февраля 1940 г. главной темой была «помощь Финляндии», были одобрены планы отправки в Норвегию трех или четырех дивизий, «чтобы убедить Швецию разрешить нам посылать материалы и подкрепления финнам и, кстати, добиться контроля над железными рудниками в Елливаре». Тем временем продолжалась разработка германских планов прямого нападения на Норвегию и молниеносной оккупации Дании, начатая в конце 1939 г. На быстрой реализации этих планов настаивал адмирал Редер, подчеркивая, что следует опередить англичан. Именно Редер представил Гитлеру Вцдкуна Квислинга, предавшего свой народ и получившего в награду от немецких оккупантов пост премьер-министра; имя его стало нарицательным.
Приказ о вторжении в Норвегию и об оккупации Дании был отдан Гитлером 1 марта 1940 г. Нападение на Норвегию на всем протяжении от Осло до Нарвика началось 9 апреля.
Риббентроп пытается в мемуарах оправдать вероломное --">
Последние комментарии
2 часов 7 минут назад
2 часов 27 минут назад
2 часов 28 минут назад
2 часов 42 минут назад
3 часов 26 минут назад
11 часов 36 минут назад