После Марко Поло. Путешествия западных чужеземцев в страны трех Индий [Коллектив авторов] (fb2) читать постранично, страница - 3

монголов на Дунае и Адриатике вызвало всеобщее беспокойство на Западе. Судьба венгерского короля Белы IV, чьи владения подверглись полному опустошению, свидетельствовала о реальной угрозе, нависшей над Италией, Францией и Германией^[3]. Но хотя папа Григорий IX (1227—1241) и объявил крестовый поход против монголов, никаких действенных мер против них на Западе не предпринималось из-за ожесточенных раздоров и распрей в христианском стане. При этом главным очагом интриг и склок, исключавших возможность совместного выступления католических держав против общего врага, был папский Рим. И Григорий IX и его весьма энергичный преемник Иннокентий IV (1243— 1254) делали все возможное, чтобы подорвать могущество одного из влиятельнейших властителей Европы, императора Священной Римской империи Фридриха II Гогенштауфена, и непрерывно сколачивали против него всевозможные лиги и блоки в надежде овладеть южно-итальянскими землями Гогенштауфенов, в первую очередь Сицилией — жемчужиной императорской короны. Между тем вопреки всем ожиданиям монголы после 1242 г. не предпринимали новых походов в Западную Европу. Объяснялось это прежде всего тем, что в 40— 50-х годах XIII в. империя кочевников, созданная Чингисханом, вступила в полосу распада. В восточной ее части обособились улусы внуков Чингисхана от второго и третьего его сыновей Угедея и Чагатая. Эти улусы охватили районы Алтая и Семиречья с Синцзяном. На западе Бату (сын Джучи, первенца Чингисхана) стал по существу независимым владыкой Джучиева, или Кипчакского, улуса (Золотой орды русских летописей), в который входила вся территория между Иртышом и Днестром и Кавказским хребтом и Валдайской возвышенностью. Великие ханы владели “коренным юртом” — Монголией — и Северным Китаем, причем после смерти преемника Чингисхана Угедея (1241 г.) началась ожесточенная борьба за этот титул^[4]. Кроме того, значительные силы монголы держали на вновь завоеванных территориях, где то и дело вспыхивали грозные восстания против ненавистных захватчиков.

Поиски пресвитера Иоанна. В Западной Европе ходили весьма противоречивые слухи о состоянии дел в монгольской империи. Говорили, в частности, будто великие ханы — потомки легендарного христианского властителя “пресвитера Иоанна”, чье царство хронисты XII в. помещали на Востоке. С этой мифической версией связывались смутные надежды на грядущий союз монголов и католического Запада.

Как это ни удивительно, но доля истины в слухах такого рода была. В Центральной Азии, Монголии и Китае в XIII в. проживало немало христиан-несториан. Это были потомки переселенцев из Византии и Ирана, осевших в XII—XIII вв. на землях, которые лежали на восточных отрезках Великого шелкового пути^[5].

Между Тянь-Шанем и Байкалом у тюркско-монгольских племен, населявших эту огромную область, несториане пользовались значительным влиянием. Несторианство получило довольно широкое распространение в Кашгарии, Алтайском крае и Монголии. Много несториан было среди уйгуров, монголов-найманов и монголов-кереитов. Кереиты в XII в. кочевали в бассейнах Керулена, Селенги, Шилки и Аргуни. Они были в вассальной зависимости от Цзиньской империи, созданной в Северном Китае их могущественными союзниками чжурчжэнями; кереитские вожди получили от своих сюзеренов титул ван-ханов, или владетельных князей.

Чжурчжэньское завоевание сорвало с насиженных мест различные народы Монголии, в частности киданей, или каракитаев, которые вторглись в Восточный Туркестан и Семиречье, в 1141 г. разбили под Самаркандом среднеазиатского мусульманского государя, турка-сельджука Синджара и вступили в Мавераннахр (междуречье Сыр-и Аму-Дарьи). Вести об этих событиях дошли до Палестины и Сирии, а оттуда в совершенно искаженном виде просочились в 40-х годах XII в. в Западную Европу. В 1145 г. баварский хронист Оттон Фрейзингенский, ссылаясь на сообщение одного сирийского епископа, писал, что царь-пресвитер Иоанн из дальней восточной страны совершил поход на мусульман и дошел до Экбатаны (Хамадана), но не решился перейти Тигр и увел свои войска обратно^[6].

Оттон Фрейзингенский ошибочно приписал каракитаям поход в Иран и Месопотамию и счел их подданными христианского государя. Возможно, однако, что сирийский информатор баварского хрониста располагал какими-то реальными сведениями о восточных соседях каракитаев — кереитах. В его передаче китайско-монгольский титул “ван-хан” стал христианским именем Иоанн. Впрочем, и среди каракитаев было немало несториан, и какой-либо каракитайский военачальник-христианин мог превратиться в царя-священника Иоанна, пока весть о нем шла от берегов Сыр-Дарьи к берегам Леха и Изара^[7].

Не мудрено, что и Чингисхана признали пресвитером Иоанном, хотя не кто иной, как Чингисхан, в 1203 г. разорил кочевое княжество кереитов. Но и в таборах Чингисхана несториане играли значительную роль. --">

Пожертвовать