Марсала [Olya Miresmaeyli] (fb2) читать постранично, страница - 3

внешностью изменился и мой характер. Я стала менее чувствительной, более уверенной в себе, набралась смелости послать всё и всех к чёрту и жить так, как хочу я сама. Перестала бояться того, что родители могут поднять на меня руку или отругать из-за какой-то мелочи.

Мама пыталась пару раз ударить меня, но я останавливала её и она поняла, что уже не сможет этого сделать.

Я уже не была той маленькой и беззащитной девочкой. Я выросла и стала сама себе опорой и защитой, которую не могла найти на стороне.

— Дядя Давид, извините, но я не хочу изменять себе только потому, что какой-то мужик не хочет брать меня в свой колледж. Люди не имеют права диктовать мне как одеваться, какой цвет волос у меня должен быть и как я должна себя вести. Я взрослый человек и у меня есть полное право быть собой, — объясняю я дяде.

— Конечно, ты права, и я тебя понимаю. Найдём другой колледж, в который тебя примут. Не беспокойся, — спокойным тоном произносит дядя.

Он с детства поддерживал меня во всём и всегда меня понимал. Он полностью принимает меня такой, какая я есть и любит, как родную дочь. Вот бы все в нашей семье были похожи на него. Или хотя бы только мой отец…. Тогда бы это, и в правду, можно было бы назвать настоящей семьёй.

Во втором колледже нам сказали то же самое, что и в первом.

— Ладно, если и в третьем колледже нам скажут тоже самое, то я сделаю это. Перекрашу волосы, Бог с ними. Уж 9 месяцев я точно смогу потерпеть.

— Договорились. К тому же, ты у меня такая красавица, что тебе любой цвет волос подойдёт, — с улыбкой и ноткой утешения отвечает мне дядя.

На вид этот колледж мне понравился намного больше. Очень красивый и большой сад, есть беседки, небольшой фонтан и несколько корпусов. Внутри всё в бело-голубых оттенках. Студенты одеты скромно и по классике. Ректор колледжа, господин Мехди, оказался знакомым дяди Давида. Кажется, он очень милый и любезный мужчина.

— Поверь, я бы принял Арию и так, но таковы правила, и мы не можем их нарушать. Ария своим внешним видом слишком выделяется среди остальных студентов, — объясняет он дяде.

Видимо, о свободе самовыражения здесь никто не слышал.

— Хорошо. Я сделаю всё, что нужно, — соглашаюсь я.

Дядя улыбается и подмигивает мне, а я в ответ пожимаю плечами.

— Отлично. В таком случае, добро пожаловать, Ария. Надеюсь, тебе у нас понравится, — говорит господин Мехди.

Они с дядей пожимают друг другу руки, и мы покидаем кабинет.

— Я уверен, что тебе здесь понравится.

— Надеюсь.

Дядя отвозит меня в салон, куда обычно ходят тётя Диляра с Лией, чтобы я покрасила волосы, а сам уезжает ненадолго по делам.

— Как закончите дай мне знать, чтобы я приехал за тобой, — говорит дядя и уходит.

Долго не думая, Я решаю перекраситься в тёмный каштан и, увидев результат, я даже обрадовалась, что сделала это. С тёмными волосами я выгляжу намного эффектнее.

Дядя забрал меня, и мы поехали в торговый центр, чтобы сделать покупки. Как не удивительно, здесь в магазинах нет коротких и открытых вещей, поэтому я с лёгкостью нахожу пару классических брюк, несколько скромных кофточек и пару платков (во многих местах здесь обязательно нужно покрывать голову).

Выходя из торгового центра, я замечаю, что уже вечер и нет той утренней жары.

— Дядя, можно я пройдусь по городу и потом приеду домой? Погода очень хорошая.

— Но ты же ещё не знаешь дорогу, дорогая. Тогда садись на такси.

— Я как раз и думала на такси приехать.

— Хорошо. Если вдруг что-то нужно будет, звони мне.

— Хорошо.

Пройдя пару кварталов, я вспоминаю, как в детстве гуляла здесь вместе с двоюродными братьями и сёстрами. Ловлю на себе взгляды прохожих и чувствую себя здесь чужой. Однако, по сути, это ведь моя Родина и здесь я должна чувствовать себя иначе.

Глава 3 Для любви не бывает подходящего или не подходящего времени

Немного впереди я вижу заведение под названием "Марсала", из которого слышится красивая музыка. Название сразу привлекло моё внимание, потому что марсала — любимый цвет Фриды Кало, а она является для меня символом женской силы.

В Иране очень редко можно увидеть подобные заведения, потому что они здесь запрещены.

Внутри этого места всё в бардовых оттенках. На первом этаже барные стойки, но алкогольных напитков там нет (алкоголь тоже запрещён), столики, сцена и танцпол, прозрачные лестницы, ведущие на второй этаж, на котором уютные диванчики и пуфики. Народу здесь много, в основном туристов. Парней, естественно, больше, чем девушек. Пока я шла от входной двери до сцены, меня успели раздеть голодными взглядами и кинуть пару нелепых фраз, как это обычно бывает. Стараюсь не обращать на это внимания.

На сцене выступает группа, поющая песню иранского исполнителя Poobon — Ghalbe Shishei, одна из моих любимых песен. Мой взгляд сразу же бросается на солиста группы. Высокий, со стройным телосложением, густой бородой и волосами средней длины, собранными в хвост. Одет он в чёрную --">

Пожертвовать