Слепой Орфей [Александр Владимирович Мазин] (fb2)

Я возьму тебя в руки тепло, как забытую в книгах тетрадь. Ученически тонкую, в рыжей бумажной обложке. Ты взбегала по лестницам, трогала стекла ладошкой: – Мне хотелось бы это, и это, и это хотелось бы взять… Ты умела так искренне, так замечательно врать, А потом улыбаться и прятаться в «кто-его-знает». А кровать была узкая, жесткая, в общем, дрянная. Ты похожа, мой зайчик, похожа на эту кровать. Почему же никто из нас, ну совершенно никто не хотел воевать? Только фыркать да ежиться: « Жить-то все хуже и хуже!» Мы стреляли глазами. А где-то стреляли из ружей: – Экий славный кабанчик! Фу, Хват! Не мешай свежевать! Поохотились, милые, нынче хоть всю королевскую рать Приведи – Город пуст. Прислонись к проржавевшим воротам, Прислонись и смотри, как выходят из марева маршевым – роты… «Он уже не проснется. Разбился. Скорлупок – и то не собрать». У одних геморрой. У других не хватает ребра. Или печени. Тучности нильского ила не хватает нам всем. Но малина растет на могилах. И какая малина! Нам хватит на все вечера! «Он разбился во сне. А во сне веселей умирать!» В наш придуманный мир, в наше вечноиюльское утро, Время-пес, он пробрался, подполз, и лизнул мои черные кудри, И осыпал их сереньким пеплом чужого костра. Подними же лицо свое: веришь – как будто вчера Мы расстались.