производственными отношениями и развитием производительных сил сопровождались усилением классовой борьбы: крестьянские выступления в деревне приобретали угрожающий характер. Во многих деревнях крестьяне совершали нападения на имения наиболее ненавистных им помещиков, оказывали сопротивление посылавшимся против них воинским командам. Крестьянское движение приобретало широкий размах, в стране назревала революционная ситуация.
Под влиянием крестьянской борьбы, опасаясь все ширившегося движения народных масс, наиболее дальновидные представители господствующего класса начинали понимать, что крепостное право – это пороховой погреб, всегда готовый к взрыву. Наконец, даже «первый помещик России» – император Александр II, сменивший на престоле Николая I, вынужден был заявить, что лучше освободить крестьян сверху, нежели ждать, пока они сами освободят себя снизу.
Крестьянская реформа 1861 г., которую царское правительство было вынуждено предпринять под давлением массовой крестьянской борьбы и всего хода экономического развития, была проведена в интересах крепостников-помещиков. Земля оставалась в собственности помещиков. Крестьяне получали от помещиков усадьбы и наделы, за которые они должны были выплатить громадные суммы денег в виде выкупа. При проведении реформы крестьянам отводилась земля худшего качества, они лишались необходимых им выпасов, лугов, водопоев. Помещики, захватив лучшую землю, отрезали себе значительную часть земли, которой крестьяне владели прежде.
В результате «...крестьяне вышли „на свободу“ ободранные до нищеты, вышли из рабства у помещиков в кабалу к тем же помещикам и их ставленникам»[2]. И после реформы голод и нищета продолжали оставаться постоянными спутниками крестьянина в пореформенной деревне. Но, несмотря на все свои недостатки, крестьянская реформа 1861 г. имела громадное значение для экономического развития России. После падения крепостного права капиталистическое производство стало быстро расти; в России «в несколько десятилетий совершались превращения, занявшие в некоторых старых странах Европы целые века»[3].
Крестьянство России, ограбленное и притесняемое царскими властями, не могло примириться со своим положением. Уже в момент проведения грабительской реформы по всей стране имели место многочисленные крестьянские волнения. Особенно крупные выступления произошли в селе Бездна Казанской губернии и в деревне Кандеевка Пензенской. Эти выступления были беспощадно подавлены вооруженной силой, сотни крестьян были убиты и ранены. Однако положение в деревне оставалось напряженным, крестьяне продолжали борьбу.
В защиту интересов крестьянства выступила передовая часть русского общества во главе с великим революционным демократом Н.Г. Чернышевским. Сплотив своих сторонников вокруг журнала «Современник» – лучшего журнала того времени, Чернышевский в своих статьях умело показывал грабительский характер реформы. Блестяще сочетая свою работу в «Современнике» с нелегальной практической деятельностью, Чернышевский в своей прокламации «Барским крестьянам от их доброжелателей поклон» прямо призывал бывших помещичьих крестьян готовиться к общему восстанию.
Революционный натиск 60-х годов царизму удалось отразить. Забитое русское крестьянство не могло ясно осознать целей своей борьбы, и царскому правительству сравнительно легко удалось военной силой подавить разрозненные выступления крестьян, стихийно возникавшие в разных концах России. Подавляя выступления крестьян, царизм расправлялся и с руководителями революционно-демократического движения. По ложным, подтасованным обвинениям Н.Г. Чернышевский был арестован и посажен в Петропавловскую крепость. В 1864 г. он был приговорен к каторжным работам и отправлен в Сибирь.
Но деятельность Чернышевского, его ближайшего соратника Добролюбова и других передовых людей той эпохи – революционных демократов – не пропала даром. Их пример произвел громадное впечатление и на новое поколение, которое пришло им на смену.
Общественный подъем 60-х годов благотворно сказался также и на формировании Ипполита и Григория Мышкиных как революционеров. Они мечтали окончить учительские классы Петербургского училища. Казалось, исполнялись их давнишние мечты быть полезными своему народу. Хотя постановка преподавания в этом училище была очень слабой – достаточно сказать, что необходимые для будущих учителей педагогика и естественные науки в программу не входили и надо было заниматься самообразованием, – Ипполит был счастлив. Ему казалось, что, наконец-то, он сможет стать человеком, полезным Родине. Трудности не пугали, а лишь разжигали его упорство. Он много читал, причем уже в то время в русских журналах его внимание привлекали преимущественно критические статьи. Особенно полюбил Ипполит произведения Чернышевского, который возбудил в нем интерес к социальным --">
Последние комментарии
1 день 21 часов назад
2 дней 33 минут назад
2 дней 35 минут назад
2 дней 1 час назад
2 дней 6 часов назад
2 дней 6 часов назад