Арабская империя [Джон Б. Глабб novik69] (fb2) читать постранично, страница - 3

истории связано с давней политической враждой, они обычно отвечают: «Да, конечно, Крестовые походы». На самом деле я надеюсь, что эта книга поможет доказать, что Крестовые походы были лишь поздним и до некоторой степени второстепенным инцидентом. Господство мусульманского флота над Средиземным морем — вот что нанесло Европе самый большой урон.

Арабы начали оспаривать морское владычество у Византии в 650 г., и мусульманские мореплаватели, обычно известные как берберские пираты, еще сто пятьдесят лет назад продолжали угрожать безопасности навигации на Средиземноморье. Более чем тысячелетняя традиционная вражда с неизбежностью оставила после себя множество предрассудков.

Однако теперь, когда мир стал таким маленьким, эти предрассудки должны развеяться. История Арабской империи сегодня так же необходима для нашего образования, как и общие представления о развитии Греции и Рима. Для нас настало время беспристрастно оценить арабский вклад в историю человечества, и это позволит нам правильнее взглянуть на историческое развитие человеческого рода как на непрерывный процесс. Если эта книга сможет как-то способствовать такому более справедливому и широкому видению прошлого, я буду чувствовать себя щедро вознагражденным.

ПРЕДУВЕДОМЛЕНИЕ АВТОРА

Большая часть материалов для этой книги была взята из оригинальных трудов арабских историков, но я также воспользовался работами многих европейских ученых, особенно на английском и французском языках. При составлении нескольких карт мне очень помогла книга «Земли Восточного халифата», а при работе над двумя планами города Багдад я обратился к книге «Багдад при аббасидских халифах». Обе работы принадлежат Ги ле Странжу.

В написании арабских имен, я пользовался транскрипцией, по моему мнению наиболее подходящей для того, чтобы английский читатель мог правильно их произносить. Боюсь, что мое использование географических названий было столь же произвольным. В случае названий, уже знакомых английскому читателю, таких как Константинополь, Дамаск, Иерусалим, я употреблял наиболее известные формы. В других случаях я старался использовать арабские названия. Однако арабы имеют обыкновение вводить определенный артикль «ал» в одни названия и не вводить в другие. Так, названия Ливана, Сирии и Египта не имеют артикля, а Ирак, Иордания и Йемен нуждаются в нем. Для простоты я эти артикли опустил.

Существуют две особенности арабских личных имен, о которых стоит упомянуть. Первая — это арабский обычай называть мужчину по имени его старшего сына. Мужчину могут звать, скажем, Абдаллахом. Он женится, и его жена производит на свет сына, которого называют Мухаммадом. С этого момента отец может именоваться либо Абдаллахом, либо Абу Мухаммадом, отцом Мухаммада.

Вторая особенность арабских имен состоит в обычае называть человека рабом Бога. Слугу или раба обозначает слово «абид». Таким образом, Абдаллах, Абид Аллах, означает Божьего служителя. Но часто вместо слова Аллах, одного из имен Бога, в личных именах используется какой-то из его атрибутов, например, человек может носить имя «слуги Завоевателя», «слуги Щедрого», «слуги Сострадательного». Здесь в имя включается определенный артикль, например Абид ар-Рахман, «Слуга Милосердного», Абид ал-Азиз, «Слуга Возлюбленного». Во всех этих примерах слова «Завоеватель», «Щедрый», «Сострадательный» и «Милосердный» являются синонимами Бога. В английской литературе стало привычным писать «Абдаррахман», «Абдула Азиз», вместо «Абид ар-Рахман» и т. д. Некогда англичане полагали, что «Абд ар-Рахман» это имя и фамилия, вроде «Том Джонс». Соответственно, они обращались к такому человеку как к Абдуле, если хотели быть неформальными, или как к мистеру Рахману, если желали проявить большую вежливость. Получалось довольно нелепо, так как Абдула это не одно слово, а первая половина словосочетания «слуга такого-то», а Рахман означает «Милосердный Бог».

Главной проблемой для каждого, кто стремится описать арабскую цивилизацию двенадцать столетий назад, становится поэзия. Она играла настолько важную роль в жизни арабов, что пренебречь ею в англоязычном исследовании значило бы упустить изрядную долю картины. Даже самый приземленный арабский историк этого периода включал в свое повествование не одну поэтическую страницу. Арабские стихи отличались скорее совершенством формы, ритма и размера, чем глубиной мысли. Таким образом, буквально перевести их в несовершенную английскую прозу — это чуть ли не хуже, чем просто выбросить их. Профессор Николсон в этой области бесспорный авторитет, и когда автором стихотворного английского перевода какого-либо поэтического отрывка является он, проблем не возникает. Что же касается любого другого стихотворения, переведенного не им, то здесь мне просто приходилось делать все, на что я способен.

--">

Пожертвовать