МИЛОВ Владимир СтаниславовичПрезидент Института Энергетической политики Энергетическая политика в России
Ведущая: У тебя одна тема – подведи итоги года.
Милов: Мы, конечно, подведем. Я сейчас выступал перед товарищами министрами. Тема была заявлена про энергетику, а они говорят: «Подожди ты со своей энергетикой, мы все знаем про нее. Лучше расскажи нам про Медведева, что ты о нем знаешь».
С энергетикой все довольно грустно, если не смотреть телевизор, а анализировать, что происходит в реальном мире. Чем обернулся прошлый год? Прошлый год обернулся тем, что у нас в добыче нефти рост обнулился впервые за последние годы. Номинально он составил 2,3%, но если отнять от этого прибавку в добычу только по двум относительно небольшим проектам, которые управляются иностранными инвесторами – «Сахалин-1» и Салымский проект (Салымский проект – это комплекс работ по доразведке и разработке Салымской группы нефтяных месторождений, расположенной в Ханты-Мансийском автономном округе (в 120 км к юго-западу от Сургута и в 30 км к западу от поселка Салым).). В «Сахалине-1» лидером в консорциуме является «Эксом», а в Салыме – «Шер». Вот они дали прибавку примерно 10 млн. тонн. Если эту прибавку отнять, то все остальная нефтянка показала рост – ноль. Если округлить, то 0,1%.
Это очень печальная история, потому что у нашей нефтяной индустрии есть достаточно большой сохраняющийся потенциал роста. Мы можем несколько лет прилично расти, по оптимистическим оценкам по 4-5% в год. То, что мы остановились, это результат передела собственности, который был затеян в чистом виде. Похоже, пока передел продолжается. Во-вторых, в связи с тем, что активы, которые попали в лапы наших уважаемых государственных компаний, они не очень хорошо управляются. В связи с этим никаких перспектив для улучшения ситуации нет. То есть, нефтяная индустрия не сможет больше вносить вклад в рост, но и может стать источником достаточно серьезного падения в ближайшее время.
Особо неприятная ситуация в нефтянке связана с тем, что падают не только компании, которые стали объектом передела собственности. Впервые показала нули, например, «Сургут-Нефтегаз». Он пока объектом передела не был, но на своих счетах накопил около 18 млрд. долл., которые никуда не инвестирует. Он держит эти деньги несколько лет. Если бы деньги вкладывались в развитие месторождений, интенсификацию добычи, то результаты были бы другими. В итоге, из-за того, что прибыль лежит мертвым грузом, никуда не инвестируется, чтобы с нее доход получать, «Сургут» впервые за последние годы показал снижение на 1%. Судя по всему, в этом году ситуация здесь будет еще хуже. Для чего он копит эти деньги? Понятно. «Сургутнефтегаз» - компания, которая ожидает крупного слияния с одной из госкомпаний, скорее всего с «Роснефтью». Процесс усиления роли государства в нефтянке, безусловно, продолжится. Единственное, что его затормозило в последнее время, это то, что захватить и переварить активы, над которыми установили контроль, оказалось более сложным делом, чем они думали.
Проблема в том, что они набрали огромное количество долгов. Совокупный долг «Газпрома» и «Роснефти» сегодня превышает 80 млрд. долл. Когда мы говорим о 400 млрд. долл. корпоративного долга, надо понимать, что примерно четверть этого – это долг нефтегазовых госкомпаний. Особенно, если к этому прибавить «Транснефть», которая тоже набрала займов у Сбербанка под строительство восточной трубы. Соотношение долга к выручке у «Роснефти» и «Газпрома» сегодня превышает 50%. То есть, их долги в совокупности более 50% годовой выручки. Это ненормальны показатель для международных нефтегазовых компаний.
Надо сказать, что в период высоких цен международные компании старались снижать долг. Это логично. Когда цены высокие, деньги надо выплачивать. А когда же их еще уплачивать? Когда цены упадут, что ли? Нормальное соотношение по международным нефтегазовым компаниям долга к выручке – единица процентов. То есть, 2, 4, 6% годовой выручки. У некоторых, особо отличившихся, - 10-15%. У наших товарищей долг зашкаливает за половину годовой выручки. Причем, судя по всему, они собираются его наращивать. Сейчас у них главная проблема в том, чтобы рефинансироваться, потому что под свои покупки «Газпром» (под «Сахалин-2», под «Новотек», под «Белтрансгаз», ранее сделанные покупки) брал короткие кредиты. То есть, сейчас ему надо перекредитовать, занять новые деньги, чтобы отдать 1-2-летние кредиты, которые он брал под сделки. Точно такая же история у «Роснефти». То есть, для них главная задача сегодня – привлечение новых кредитов для того, чтобы иметь возможность расплатиться по ранее привлеченным. Им не до того, чтобы привлекать крупные деньги для новых покупок.
Что означает покупка «Газпромом» 50% в ТНК-ВР? Это означает, что в зависимости от рыночной стоимости ТНК-ВР, которая
Последние комментарии
2 часов 3 минут назад
3 часов 35 минут назад
7 часов 29 минут назад
7 часов 33 минут назад
12 часов 54 минут назад
2 дней 32 минут назад