Корона [Тим Вернер] (fb2) читать постранично, страница - 7

курсе.

Король кивнул, полностью удовлетворенный таким ответом, и повернулся, собираясь уйти. Церемониймейстер отвесил глубокий поклон. Дик стоял.

«Вот черт», – выругался он про себя, одновременно пытаясь сообразить, как можно отвесить поклон в короне.

«Никак. Никак, дурак, – корона на то и корона, что в ней не надо никому кланяться».

– Прошу прощения, совсем забыл! – воскликнул Дик и скрылся в полумраке сокровищницы. Подошел к постаменту, о-о-очень медленно присел на корточки и осторожно поднял хрустальный колпак, оставшийся на полу.

– Жду вашего отчета, господин Кросби! – бросил король ему в спину.

– Всенепременно, ваше величество! – прокричал в ответ Дик, осторожно возвращая колпак на теперь уже совершенно точно пустой постамент.

Церемониймейстер подождал Дика и запер дверь.

– Позвольте, господин Кросби, я провожу вас.

Дик еле заметно поморщился. Он мечтал снять корону и аккуратно одеть ее на руку – но в присутствии церемониймейстера проделать это было невозможно. Тот ждал, вежливо склонив голову набок.

– Почту за честь, – с достоинством ответил Дик, гордо приподнял подбородок – чтобы корона перестала сползать на глаза, – и пошел. По дороге он вспомнил, как когда-то давно, еще до судьбоносного знакомства с Хильдой, они с друзьями обсуждали, насколько мужчина может доверять женщине.

«Бьюсь об заклад, – подумал Дик, отставая от церемониймейстера на шаг и поправляя на голове корону, – бьюсь об заклад, никто из вас и представить не может, насколько сильно можно доверять женщине».

Они шли. Шли через весь замок, а навстречу им проходили слуги и придворные, пажи и стража, и все они кланялись церемониймейстеру, и Дику, а Дик продолжал идти, гордо задрав подборок – и молился про себя. Он молился истово, яростно – и, как обычно, неведомо кому, потому что сейчас все зависело только от Хильды, а Хильда пообещала ему никогда не слушать его мысли. А люди продолжали идти навстречу, кланялись и провожали долгим неприязненным взглядом этого самозванца и наглеца, не удостоившего их даже кивком головы.

А потом впереди показались дубовые двери парадного входа, и Дик еле слышно выдохнул.  Церемониймейстер остановился и чинно поклонился Дику.

«Да чтоб их всех с этим гребанным этикетом!» – не выдержал тот. Но виду не подал. С абсолютно каменным выражением лица он повернулся к церемониймейстеру и осторожно, чуть-чуть склонил голову.

А когда поднял глаза, то встретился с совершенно безумным взглядом. И сразу все понял.

«Дорасслаблялся», – пронеслось в голове.

Церемониймейстер открывал и закрывал рот и, не отрываясь, смотрел чуть выше головы Дика. Пока что они стояли в холле вдвоем. Но это пока что. Сейчас придет кто-нибудь еще, и тоже увидит у Дика на голове корону – и все закончится.

«А все началось с тазика», – грустно подумал он.

Церемониймейстер моргнул и как будто пришел в себя.

– Прошу прощения, господин Кросби, – произнес он как ни в чем не бывало, потирая глаза и продолжая поглядывать поверх головы Дика. – На мгновение мне показалось… Наверное, нервы сдают. Всего вам доброго, искренне желаю успеха в вашем нелегком деле.

И с легким поклоном церемониймейстер удалился.

Некоторое время Дик пытался вспомнить, как вдохнуть. А потом быстро подошел к дверям, выскочил на улицу – и побежал, придерживая невидимую корону одной рукой. Возможно, стража, стоявшая у выхода на площадь, решила, что он сошел с ума. Но Дику, по правде сказать, было уже все равно.

***

– Ты взяла расчет?

– Да. Все в порядке, Дик, расслабься уже наконец.

Дик ничего не ответил, изучая потолок конюшни. Он редко сердился на жену – но когда сердился, то предпочитал молчать. Так было лучше. Для всех.

Хильда еще раз поправила седельную сумку – оченьценную седельную сумку – и повернулась к Дику.

– Прости. Я отвлеклась. На секунду отвлеклась. Прости, пожалуйста.

Дик вздохнул. Глубоко-глубоко. Так глубоко, чтобы точно убрать все то, что не давало сейчас спокойно улыбнуться.

А потом он улыбнулся. Очень спокойно.

– Не переживай. Со всеми бывает. Даже с тобой.

Подошел, проверил сумку сам – хотя и знал, что все в порядке. У Хильды всегда все было под контролем. Ну, почти всегда.

– Значит, ты едешь по тракту до… – начал он, но Хильда, разумеется, тут же оборвала его.

– Я все помню. Это был мой план, помнишь?

– Помню, – все так же спокойно согласился Дик. – Но я до сих пор не уверен в его успехе.

Хильда фыркнула.

– Все получится. Я продаю корону Стрейту, пишу тебе, ты выходишь на него, берешь с поличным – Стрейт в тюрьме, корона в сокровищнице, ты раскрыл дело. Все счастливы.

– Король расстроится, – заметил Дик. И, немного подумав, добавил: – И Стрейта жалко.

– Он первый меня подставил, помнишь? – тихо напомнила Хильда. И еще тише продолжила: – И нам надо вытаскивать Финнигана.

Дик молча кивнул. Вся эпопея с короной была затеяна только для того, чтобы заплатить залог за младшего --">

Пожертвовать