Формирование боярской аристократии в России во второй половине XV — первой трети XVI в. [Александр Александрович Зимин] (fb2) читать постранично, страница - 2

нового времени» (М., 1972); «Крупная феодальная вотчина и социально-политическая борьба в России (конец XV—XVI в.)» (М., 1977); «Реформы Ивана Грозного» (М., 1960); «И. С. Пересветов и его современники» (М., 1958); «Опричнина Ивана Грозного» (М., 1964); «Россия времени Ивана Грозного» (М., 1982; совместно с А. Л. Хорошкевич); «В канун грозных потрясений» (М., 1986). Эти десять книг — научная история России, ее летопись почти за два столетия, причем в них мы встретим экскурсы — исторические, генеалогические и иные — в прошлое Руси XIV—XV и XVI столетий Они — результат работы в течение десятилетий, изучения источников, опубликованных и архивных, всей имеющейся литературы, раздумий и непрерывного труда.

В статьях, посвященных А. А. Зимину,^[2] уже отмечалась склонность ученого к историко-генеалогическому подходу в изучении прошлого прослеживая судьбы людей, родов, кланов, их родственные связи, службу, взаимоотношения между собой и с верховной властью, Александр Александрович наполнял историческое повествование живыми лицами, одухотворял его, через описание жизненных путей государей и князей, бояр и дворян, дипломатов и военачальников, приказных дельцов и духовных лиц, вольнодумцев и публицистов, деятелей-практиков и мыслителей он выходил на осмысление путей общего исторического развития России Исходил из того, что судьбы общества и личности неизбежно и всегда взаимосвязаны.

В 1950-х—конце 1970-х годов появились в печати его статьи, в которых он скрупулезно собрал и сгруппировал данные источников о людях, входивших в Боярскую думу XV—XVI вв.,^[3] служивших в дворцовых учреждениях,^[4] о судьбах представителей княжеских родов разных регионов, уделов.^[5] Эти работы, а также статья о Дворовой тетради середины XVI в.^[6] прямо связаны с большой темой, которую он в развернутом виде, на более широком историческом фоне разрабатывает в публикуемой монографии. На нее же «работали» многие его публикации источников, источниковедческие исследования, в частности работа о Государственном (Царском) архиве России XVI в.^[7]

В своих исследованиях Зимин исходит из мысли о том, что в России конца XV—XVI в. еще оставались заметные следы, пережитки удельной децентрализации. Процесс централизации отнюдь не закончился с образованием единого Русского государства, а продолжался еще довольно долгое время, окончательно завершился к середине XVII в.^[8] Эти идеи сходны с положениями, которые развивал М. Н. Тихомиров.^[9] Зимин опирался также на труды других ученых, например С. Б. Веселовского, Л. В. Черепнина, с их блестящим анализом различных источников в плане выявления этапов формирования единого Русского государства. Но проведенная им в таком объеме работа по детальному, скрупулезному выяснению состава боярской аристократии позволяет сказать, что он сделал очень большой шаг вперед в комплексном, всестороннем и глубоком изучении проблемы; собственно говоря, в нашей историографии со времен «Боярской думы» В. О. Ключевского работа подобного масштаба появляется впервые. Автор опирается на весь комплекс источников, известных сегодня науке, а их объем со времен Ключевского возрос очень заметно.

Зимин заново проанализировал и все известные источники, причем во многих случаях показал, что некоторым из них, например Шереметевскому списку думных чинов XV—XVII вв., опубликованному Н. И. Новиковым в «Древней российской вивлиофике», отнюдь не всегда можно доверять. Между тем этот источник широко и без сомнений использовали его предшественники — те же Ключевский, Веселовский и др.

Еще один пример. Из разрядных книг XVI—XVII вв., содержащих списки многих известных деятелей — князей, бояр и прочих в связи с их назначениями по военному, гражданскому, придворному ведомствам, Александр Александрович использует, помимо так называемых Государевых разрядов, или кратких редакций, и пространную редакцию. Последняя сохранилась в большом количестве списков, частных по своему происхождению; подлинники этих «служебных книг», содержащих наиболее древние и подробные записи разрядов, не сохранились, были уничтожены в 1682 г. при отмене «братоненавистного» и «враждотворного» местничества. Частные списки в основе своей, правда по-разному в смысле объема, точности передачи записей и т. д., сохранили текст официальной пространной редакции, однако он осложнен различного рода вставками в интересах того или иного рода, повторами, хронологическими неувязками и т. д. Поэтому списки пространной редакции группируются в частные изводы, в которые входят рукописи, сходные по тем или иным признакам.^[10] Ее текст за последнюю четверть XV — первую половину XVI в., входящий в состав разрядной книги 1475—1605 гг. и составленный в первой половине XVII в. (один из списков этого извода изготовлен для знаменитого Д. М. --">

Пожертвовать