они хотят закончить до темноты, без второго грузовика обойтись трудно. Но он работал у Брэда Николсона уже четыре года и знал, что если Брэд сказал "нет", значит "нет". Что ж, так тому и быть. Брэд неплохой парень, просто к нему надо привыкнуть. Есть в нем одна такая черта, как бы сказать... Несговорчивость. Упертость. Дэн сейчас работал почасовиком, меньше чем на полставки, и Гордон никак не мог понять - то ли он решил бросить, то ли нашел другую работу, то ли Брэд уволил его, то ли просто заболел и взял отгулы. Обычно он помогал в таких поездках. Но спрашивать об этом у Брэда бесполезно. Гордон подхватил очередной ящик пепси.
- Жуткий сон нынче приснился, - сменил тему Брэд и приостановился, почесывая бороду.
- Правда?
- Ну! - Брэд взял ящик и усмехнулся. - Ты вот грамотный парень, колледж закончил, может, растолкуешь, что бы это значило?
- Давай попробую, - на ходу кивнул Гордон.
- Так вот. Еду я с братом вдоль каких-то полей...
- Не знал, что у тебя брат есть.
- И нету. Это же сон, понял? Так вот, едем, и дорога заканчивается. Упирается в какой-то жилой дом, его явно побелили и переделали в ресторан. Мы вылезаем из машины, стоим, из ресторана выходит группа мужчин. Впереди всех ты идешь. Ты приглашаешь нас войти в ресторан, позавтракать, мы заходим. Внутри нечто вроде кафе. Потом появляется парень, которого я никогда не видел, и что-то тебе говорит. Ты подходишь к нам и говоришь, что мы должны помочь найти пропавших детей. Мы выходим, все делятся по двое, мы с братом идем по траве куда-то в холмы и приходим к каньону. Потом идем по каньону, и становится жутко страшно. В скалах слышится какой-то шепот. Мы бежим и натыкаемся на деревья. На деревьях раскачиваются дети, совсем малыши, они сидят на высоких белых качелях и смеются между собой. Только они не развлекаются, они все уродцы, безумные. Мы бросаемся бежать и снова оказываемся перед рестораном. Я говорю - "давай отсюда уматывать", и мы с братом садимся в машину. Но мотор не заводится. Аккумулятор сел. Тут из ресторана выходит тот странный парень и несет в руках крышку распределителя. За ним идет толпа фермеров. У всех в руках вилы. И тут я проснулся. - Брэд замолчал и посмотрел на приятеля.
- Понятно, - проговорил Гордон. - Сейчас разберемся. На самом деле у тебя нет брата, хотя во сне был, так?
- Так.
- И ты ехал вдоль поля?
- Да.
- А ресторан раньше был жилым домом.
- Да.
- А детские качели были белыми?
- Ну.
- Понятно. А фермеры шли с вилами в руках, и ты понял, что они тебе как-то угрожают.
- Совершенно верно.
- Твой сон имеет глубокую психологическую подоплеку, - проговорил Гордон, пытаясь сохранить серьезное выражение лица, но это ему не удалось. Он весело осклабился. - Это значит, что ты педик.
В темном треугольнике густой бороды Брэда внезапно сверкнул белозубый полумесяц, и он громко расхохотался. Подобрав с пола грузовика крышку от пепси, он метнул ее в Гордона. Тот увернулся. Крышка звучно укатилась в глубину склада.
- Знал же, что тебе нельзя ничего рассказывать, скотина!
- Я дам им знать, как только увижу.
Они направились на склад за очередными ящиками.
- Должен тебе сказать, я жутко перепугался, - покачивая головой, серьезным тоном произнес Брэд. - Такое ощущение, что наяву было.
* * *
Во второй половине дня полил дождь, и поэтому поездка на грузовике Брэда наверх, к Зубцам, оказалась практически невозможной. Вдобавок к трем совершенно лысым покрышкам у грузовика еще и сцепление барахлило. Брэд давно собирался привести его в порядок, но все как-то руки не доходили. Они завезли половину контейнера пепси в магазин на Ивовом Ручье и решили возвращаться в город.
По дороге к Рэндоллу Гордон сидел молча, слушал по радио пробивающуюся сквозь атмосферные помехи гитару Вилли Нельсона и смотрел на пробегающий мимо пейзаж. Дождь был очень сильным, почти как зимой. Ближайшие к дороге деревья еще можно было различить, но за ними уже висело серое импрессионистское марево. Глядя в окно, он попробовал представить себе, как сейчас смотрится со стороны. Вполне можно предположить, что человек очень сосредоточенно обдумывает какую-то глубокую мысль или серьезную идею. На самом деле - ничего подобного. Он думал о себе думающем. Не более того.
Было время, лет пять, даже еще три года назад, когда он действительно думал - обдумывал идеи рассказов, прикидывал развитие сюжетов, подыскивал оригинальные образы и сравнения... Тогда он только что кончил колледж, недавно женился и мечтал, как миллионы таких же наивных стать писателем. Сейчас он привык - нет, скорее смирился со своей жизнью. Работа свелась к примитивному физическому труду, что освобождало сознание для сложных размышлений, и это его вполне устраивало. Он был вполне счастлив своим образом жизни. А почему бы и нет? У него умная, симпатичная жена, хорошие друзья, живет в прекрасном месте. Что еще надо? Ну не внесет он свой вклад в гуманитарное наследие человечества, ну нет у него либо
Последние комментарии
5 часов 31 минут назад
5 часов 50 минут назад
5 часов 59 минут назад
6 часов 31 секунд назад
6 часов 3 минут назад
6 часов 20 минут назад