Слово о полку Игореве [Александр Александрович Зимин] (fb2) читать постранично, страница - 5

Странным казался и язык древней поэмы, в котором находили слова и выражения из современных украинского и польского языков. Непонятно было вообще, о каких еще «старых словесах» мог написать автор Песни XII в.

А. И. Мусин-Пушкин уклонялся от разговора об истории приобретения рукописи, и только молодому и энергичному исследователю К. Ф. Калайдовичу он сообщил, что рукопись, содержавшая Слово, была куплена его комиссионером у архимандрита Спасо-Ярославского монастыря Иоиля. Калайдовичу также удалось найти среди рукописей Синодальной библиотеки псковский Апостол с припиской 1307 г., которая очень напоминала одно из мест Игоревой песни. Получалось, что еще в начале XIV в. какой-то безвестный писец уже знал текст Слова о полку Игореве. Позиция ревнителей древности Слова значительно окрепла после того, как в 1852 г. было впервые опубликовано одно из значительных произведений древнерусской литературы — Задонщина. Эта повесть о победоносной битве Дмитрия Донского на Куликовом поле 1380 г. отличается большим сходством со Словом. Казалось бы, найдено решающее доказательство того, что уже в XIV–XV вв. Слово о полку Игореве существовало, а его текст широко использован в воинской повести. Находка Задонщины до поры до времени приглушила голоса сторонников позднего происхождения Игоревой песни. И только русские писатели И. А. Гончаров и Л. Н. Толстой продолжали считать Слово позднейшей стилизацией.

Вопрос о времени создания Слова был поставлен снова на повестку дня в 1920-х гг. М. И. Успенским, а в конце 1930-х гг. — французским славистом A. Мазоном и до сих пор не является решенным.

Но, быть может, уже саму попытку установить время написания и автора Слова о полку Игореве следует признать безнадежной, так как не сохранилось ни рукописи этого произведения, ни прямых документальных свидетельств, связывающих памятник с каким-либо конкретным лицом? Конечно, нет. В настоящее время советское литературоведение, языкознание и источниковедение, вооруженные марксистско-ленинским мировоззрением, выработали строго научную методику датировки памятников, которая плодотворно применяется в трудах многих ученых.

Для выяснения того, когда, где и кем было написано Слово о полку Игореве, необходимо тщательное и комплексное изучение всех его особенностей — исторических, литературных и языковых.

Большинство сторонников древнего происхождения Слова датирует памятник временем около 1187 г., так как в нем содержится обращение к князьям Владимиру Глебовичу (умершему весною этого года)[Дата смерти кн. Владимира Глебовича в Лаврентьевской летописи дана по ультрамартовскому стилю—18 марта 6696 г., т. е. 1187 г., по Ипатьевской летописи—18 апреля мартовского 6695 (1187) г. См.: Бережков Н. Г. Хронология русского летописания. М., 1963. С. 83.] и Ярославу Галицкому (скончавшемуся в октябре 1187 г.), которые должны были бы еще здравствовать.[Дату 1187 г. принимают: И. Н. Жданов (Жданов И. Н. Соч. СПб., 1904. Т. 1. С. 442), B. Н. Перетц (Перетц. Слово. С. 50), Д. С. Лихачев (Лихачев. Слово-1955. С. 143) и мн. др.] Считалось само собой разумеющимся, что автор Слова обращался к князьям как к живым.

Однако А. И. Лященко предложил иную дату написания Слова— 1185 г.[Лященко А. И. Этюды о «Слове о полку Игореве»//И О РЯС. 1926. Т. 31. С. 147–158. Ту же дату (лето 1185 г.) принимает и Б. А. Рыбаков. См.: Рыбаков. «Слово» и современники. С. 282.] Но она противоречит здравице в честь князя Владимира Игоревича (находившегося в это время в плену). А если считать, что Слово написано после его возвращения (осень 1187 г.), то к этому времени уже умер князь Владимир Глебович.

Пытаясь выйти из затруднительного положения, порожденного противоречивыми данными Слова, А. И. Соболевский допускал даже, что Слово, написанное в 1185 г., первоначально оканчивалось плачем Ярославны, а «как будто вторая часть принадлежала первоначально другому произведению, не «Слову о полку Игореве».[Соболевский А. И. К Слову о полку Игореве//ИпоРЯС. 1929. Л., 1929. Т. 2, кн. 1. С. 183–184.] Но этому предположению противоречат композиционная стройность сюжетной линии памятника и единство его стилистических приемов изображения.

Строго говоря, обе даты (1185 и 1187 гг.) базируются только на произвольном допущении того, что обращение автора Слова к князьям как к живым должно означать, что произведение, содержащее это обращение, действительно написано при их жизни. Однако подобный литературный прием применяется и в литературных произведениях, написанных много лет, а иногда и столетий спустя после событий, к которым оно относится. И. А. Новиков в этой связи писал: «Нам кажутся эти охотно повторяемые доводы чистым недоразумением», ибо сцену с упоминанием князей Ярослава Галицкого и Владимира Глебовича как живых «можно было написать не только позже апреля 1187 года, но и насколько угодно позже, хотя бы и в наше время».[Новиков Я. Слово о полку Игореве и его автор. М., 1938. С. 76. О более поздней датировке см.: Pritsak О. The Igor’ Tale As A Historical Document//The Annals of the Ukrainian Academy. 1972. Vol. 12, N 1–2.]

Считая, что обращение автора Слова к --">

Пожертвовать