Поздняя осень (романы) [Василе Преда] (fb2) читать постранично, страница - 145

рассматривали через глазок. Потом раздался голос Ванды, немного удивленный, но вполне любезный:

— Какой сюрприз! Одну минутку, я на себя что-нибудь накину…

Он услышал удаляющиеся шаги. Думитру закурил, раздраженный ожиданием.

Наконец дверь широко распахнулась, и на пороге появилась Ванда в длинном бархатном халате пепельного цвета.

— Какой сюрприз! — повторила она, стараясь держаться естественно. — Проходи, пожалуйста, — пригласила она его, фамильярно протягивая руку.

Думитру не поцеловал руку, и Ванда опустила ее с явной обидой.

— Ты одна? — спросил он, остановившись в дверях.

Ванда громко рассмеялась:

— Если бы я была не одна, я бы тебя просто не впустила!

Убедительно. Он вошел. Снял плащ и фуражку и повесил их на вешалку в прихожей. Затем прошел вслед за Вандой в комнату.

— Садись, — предложила она с той же застывшей, как маска, улыбкой. — Что тебе налить: коньяк, виски, водку?..

— Спасибо, я ненадолго, — отказался он, садясь на стул. — У меня были дела в городе и… — Он попытался на ходу выдумать какой-нибудь предлог для своего посещения, чтобы оно выглядело более естественным.

— А потом решил заглянуть ко мне! — прервала она его насмешливо. — Давай не будем! Тебе не очень-то удается вранье, а я не настолько глупа, чтобы это слушать, — предупредила она его, усаживаясь напротив на стул, который Думитру успел ей предупредительно подать.

— Ты права, — согласился Думитру. — Согласен, давай играть честно! По крайней мере со мной! — подчеркнул он.

— Ты меня просто пугаешь, — поежилась Ванда. — Надеюсь, ты не предложишь мне свою руку ж сердце? — продолжала она шутливо. — Впрочем, не уверена, смогла ли бы я тебе отказать!

Думитру загасил сигарету в пепельнице и помолчал, разглядывая кольцо табачного дыма.

— Твои опасения напрасны, речь идет о другом! — успокоил он ее с легкой издевкой, но тут же тон его стал снова серьезным. — Я пришел поделиться с тобой некоторыми мыслями, которые не дают мне покоя в последнее время. Во-первых, — он постарался, чтобы его голос не звучал неприязненно, нужно было чем-то польстить ей, — я убедился в том, что ты сильная личность. У тебя действительно есть сила воли. В известном смысле мы с тобой даже похожи.

— Думитру, ты меня оскорбляешь! — засмеялась она вызывающе.

— Я сказал — в известном смысле. Сильные натуры созданы для побед, борьба приносит им удовлетворение. Но бороться нужно с равным, с такой же сильной личностью. Иначе поединок неинтересен. Это я тоже по себе знаю! — Он сделал паузу.

— Я ничего не понимаю, поверь, — сказала Ванда откровенно, воспользовавшись этой паузой.

Думитру пристально посмотрел на нее. Ванда уверенно выдержала его взгляд.

— Ты ведь умная женщина, — продолжал он, не теряя надежды договориться с ней. — Интуиция должна была тебе подсказать, что рядом с человеком слабохарактерным ты никогда не будешь счастлива.

— Не понимаю, что ты хочешь этим сказать! — раздраженно ответила Ванда, а это означало, что его слова попали в цель.

— Не будь ты в прошлом подругой Кристианы, — сказал он, подчеркивая, что все это в прошлом, — не войди ты к нам в дом, ты бы никогда меня здесь не увидела. Ты злоупотребила нашим доверием, гостеприимством и дружбой!

— Ты невежлив, Думитру! — едва сдерживаясь, проговорила Ванда. Голос ее звучал дерзко. — В конце концов, что тебе от меня нужно? Зачем ты пришел? Чтобы оскорблять меня?

— Отнюдь нет, — возразил он спокойно. — Я только хотел задать тебе один вопрос… Кристиана рассказала мне все, что ты сама ей о себе говорила…

— Чего же еще можно было ожидать от близкой подруги?! — воскликнула Ванда иронически, продолжая презрительно его разглядывать.

Думитру пропустил эту реплику мимо ушей.

— Один наш великий поэт, которого я очень люблю, сказал недавно в интервью, данном незадолго до смерти: «Предстоит так много ошибок, что просто грех повторять однажды совершенную!» Может быть, ты не читала интервью или не обратила внимание на это высказывание, а стоило бы поразмыслить над этим…

Ванда вскочила. Краска валила ее лицо, подбородок подрагивал.

— Ты слишком много себе позволяешь! — возмущенно выпалила она. — Кроме того, я давно вышла из возраста, когда обожают советы! Я дикому не позволю лезть в мою жизнь!

— А я хочу, чтобы ты правильно меня поняла, — уточнил Думитру. — Я пришел сюда не для того, чтобы уговаривать тебя от него отказаться, и не потому, что не располагаю необходимыми средствами воздействия на него. Я хочу его защитить! — Он тяжело поднялся со стула. — Столько свободных мужчин… У него семья, ребенок…

__ Ты почитай литературу! — ответила Ванда с вызовом. — И на иностранных языках тоже! Просто чтобы знать что защищать! Классическая модель нуклеарной семьи, как пишет об этом Тоффлер в известной книге «Третья волна», отошла в прошлое. Для цивилизации «третьей волны» нуклеарная семья — анахронизм…

— Никакая --">

Пожертвовать