Пасынки Бога [Александр Валентинович Юдин] (fb2) читать постранично, страница - 3

мобизодов его нарком защищен вполне надежно, значит…

— Что ж, — немного помолчав, заявил Георгий, — пожалуй, в этом деле действительно не все ясно. Я за него берусь.

Глава 2 Сыны Муна

Полны чудес сказанья

Давно минувших дней

Про громкие деянья

Былых богатырей.

Песнь о нибелунгах^[2]

После ухода клиента Георгий кликнул на мониторе чашку кофе. Стенная панель с деревьями-пилястрами неожиданно легко отъехала в сторону, и в кабинет, пощелкивая тонкими суставчатыми ножками, вбежал секретарь; его единственный манипулятор удерживал поднос с чашкой и дымящимся кофейником.

— И рюмку коньяку, — добавил Георгий.

Психоиндикатор секретаря вспыхнул красным.

— Текущее время одиннадцать часов тридцать две минуты семнадцать секунд, — произнес секретарь безжизненным женским голосом.

— И тем не менее.

— Прошу уточнить команду… прошу уточнить команду…

— Исполнять!

Неодобрительно мигнув индикатором, секретарь исчез за панелью.

Тем временем Георгий, повозившись с базами данных, распечатал историческую справку о Корпорации. С экрана читать он не любил, ему нравилось держать информацию в руках. Пробежал листы глазами и хмыкнул: вроде ничего такого, о чем он, хотя бы в общих чертах, не знал раньше. Корпорация «Ум Муна» (сокращенно «УММ») основана еще в двадцать первом веке. А именно сто тридцать лет назад, в 2015 году. Основатель — Антеус Мун, миллиардер, эксцентричная личность и меценат.

Основные декларируемые направления деятельности: инновационная медицина, исследования в области геронтологии и биорегуляции, а также — до их повсеместного законодательного запрета — криобиология, генная инженерия и нанобиотехнологии.

На сегодняшний день Корпорация включает в себя добывающую компанию «Урусгелимун», финансовый холдинг из шести банков, медиагруппу «Ковчег Муна» и так далее… Владеет нескольким гелиевыми месторождениями на Луне, космодромом Кучкудук. Но мозговым центром Корпорации является Московский университет имени А. Муна (МУМ) и полтора десятка обслуживающих его научно-исследовательских институтов.

Многократно обвинялась в продолжении незаконных экспериментов с клонированием и даже в разработке биомеханических устройств — вживлении в биологические объекты всяких электронных имплантатов; иначе говоря, в совмещении живых организмов с машинами. Однако ни прокурорские проверки, ни пять парламентских расследований не принесли никаких ощутимых результатов. То ли Корпорация столь ловко балансировала на грани дозволенного, то ли и впрямь не преступала Конвенцию.

Георгий аль-Рашид вздохнул, его внезапно охватило щемящее чувство обреченности: ничего у него не выйдет, все это лишь пустая трата времени… Чем он занят? И что намеревается отыскать в этих шлаковых залежах информационного мусора? Золото-бриллианты? Чушь! Да и вообще, зря, наверное, взялся он за это дело.

Аль-Рашид вытащил из внутреннего кармана пиджака плоскую металлическую коробочку вроде портсигара, размером в половину ладони, повертел в пальцах; на гладкой зеркальной поверхности виднелись три разноцветных кружочка — белый, зеленый и красный; проведя по ним пальцем, он слегка надавил на первый, и в его раскрытую ладонь выпрыгнула белоснежная таблетка. Георгий положил пилюлю на ноготь большого пальца, прищурил один глаз, примерился и щелчком отправил ее в рот.

Запив снадобье изрядным глотком горячего кофе, он продолжил изыскания. Но прежде выбрал подходящее музыкальное сопровождение. Георгий частенько прибегал к такому методу, чтобы создать сообразный душевный настрой. Сейчас выбор пал на «Щелкунчика»; он по опыту знал, что музыка этого балета — особенно «Снежная буря» и «Восточный танец» — как никакая другая порождает в его душе предчувствия и даже может спровоцировать неожиданное наитие…

По прошествии десяти минут дело, за которое он взялся, перестало представляться таким уж безнадежным. В конце концов, с чего-то же начинать нужно? А если обработать достаточно большой массив информации, наверняка и крупицы золотой породы отыщутся.

Ага! Вот это, пожалуй, ближе к теме: незадолго до смерти Антеус составил завещание, согласно которому на совет директоров Корпорации возлагалась периодическая организация некоего конкурса — точнее сказать, шоу. Для финансирования шоу он заблаговременно учредил специальный Фонд Муна.

Суть же самого мероприятия сводилась к тому, что компьютер Корпорации на произвольной основе отбирал из всемирной адресной книги триста фамилий, потом члены совета директоров, руководствуясь строго засекреченными, только им известными критериями, отфильтровывали из этих трехсот сто претендентов, а из сотни — тридцать; затем их оставалось только десять; и, наконец, уже из этой «золотой десятки», как их называли, на конкурсной основе избирался лучший из --">

Пожертвовать