Отверженные сердца (fb2)

- Отверженные сердца (пер. С. Е. Вишневский) (а.с. Браггеты-2) (и.с. Алая роза) 791 Кб, 229с. (скачать fb2) - Шерил Биггз

Настройки текста:



Шерилл Биггз Отверженные сердца

ГЛАВА 1

Вирджиния-Сити, Невада. Весна 1862 года.

– Я уже говорил тебе, Чарли, что я не сторонник одновременного членства в нескольких клубах, – сказал Трэвис. Он достал из кармана жилета, расшитого серебряной нитью, золотые часы, щелчком открыл крышку и взглянул на циферблат.

– Судья Терри недоволен тем, что ты, Трэвис, продолжаешь… – Чарльз Меллрой оглянулся, чтобы убедиться, что их не подслушивают, затем допил свою порцию виски, стукнул стаканом о стойку бара и продолжил: —…упорствовать и отклоняешь его предложение посещать собрания Ордена рыцарей.

– Тогда, может быть, ему следует оставить свои попытки? – Трэвис защелкнул крышку часов и положил их в карман. Затем он поправил черный, сшитый в обтяжку жилет, манжеты ослепительно белой рубашки и, взглянув в зеркало в золоченой раме, висевшее над стойкой бара, туже затянул галстук, пригладил рукой темные волнистые волосы. Все в порядке. – Я поддерживаю южан, Чарли. Дэвид прекрасно об этом знает. У нас с ним нет ничего общего. Теперь прошу меня извинить, я должен встретить почтовый дилижанс.

Трэвис протиснулся через дверь-вертушку заведения «Маунтин Квин» и вышел на дощатый настил перед салуном. Где же почтовая карета? Он подошел к краю настила и вгляделся вдаль. Си-стрит – вторая главная улица Вирджиния-Сити – была заполнена старателями, возвращавшимися домой после своих смен и по пути наводнявшими дюжину салунов, расположившихся вдоль этой узкой городской артерии; другие, отправлявшиеся им на смену, в спешке покидали харчевни, гостиницы, пансионы и тащились к приискам, находившимся прямо между улицами, на которых стояли жилые дома. Телеги и повозки, лошади, тащившие крепежные снасти, опорные столбы и корыта для промывки руды двигались вдоль улицы.

Внимание Трэвиса привлекла женщина в зеленом платье, стоявшая в тени навеса на противоположной стороне улицы. Увидев ее, Трэвис невольно улыбнулся: под яркими лучами солнца тонкий зеленый шелк переливался изумрудами, черные кружева, украшавшие низ юбки, подчеркивали изысканность наряда. Длинные каштановые волосы женщины были аккуратно уложены и перевиты черными и зелеными лентами, отдельные локоны ниспадали на спину и плечи. Полная грудь, видневшаяся в слишком смелом вырезе платья, притягивала взгляды мужчин. Во всем облике Магнолии не было ничего случайного, каждая деталь была тщательно продумана.

Женщина послала Трэвису воздушный поцелуй и рассмеялась. Ее грубый смех донесся до Трэвиса сквозь шум улицы, и он улыбнулся в ответ и помахал рукой. Салун Магнолии Рошел «Серебряная Леди» располагался прямо напротив заведения «Маунтин Квин» и был одним из его наиболее серьезных конкурентов. И Магнолия и Трэвис умудрялись оставаться друзьями… очень хорошими друзьями. Он улыбнулся. Им помогало то, что оба они приехали из Нового Орлеана, их симпатии в отношении сторон, участвовавших в войне, раздиравшей страну на части, также во многом совпадали, и, несмотря на то, что Магнолия была на пять лет старше Трэвиса, ее фигура по-прежнему оставалась одной из самых привлекательных и желанных для мужского населения Вирджиния-Сити.

– Итак, друг мой, – прокричала Магнолия, – где же та маленькая певчая птичка, которую ты выписал для себя, чтобы развалить мой бизнес?

Трэвис пожал плечами.

– Дилижанс запаздывает. – Он снова взглянул вдоль Си-стрит. Вдалеке, на повороте спускавшейся с гор дороги, появилось облако пыли. Трэвис улыбнулся и добавил: – Мне кажется, что они вот-вот будут.

Магнолия проследила за его взглядом.

– Ну что ж, дорогой, если вдруг ты обнаружишь, что твоя маленькая канарейка передумала и решила лететь куда-нибудь еще, возможно, ты вспомнишь и о моем предложении, не так ли?

Она соблазнительно улыбнулась.

Трэвис расхохотался.

– Мы оба слишком упрямы, чтобы когда-нибудь стать партнерами, Мэгги.

– Жаль, – вздохнула она. – Однако никто не знает того, что готовит нам будущее, не так ли, дорогой?

Почтовый дилижанс из Сакраменто, наконец, появился на Си-стрит.

– Могу поспорить, что в эту минуту судьба доставляет в «Маунтин Квин» Жоржетту Линдсей, и сегодня вечером все посетители будут моими.

Магнолия притворно надула губки.

– Тогда я останусь одна.

– Это тебе не грозит, Мэгги, – возразил Трэвис. – Но если вдруг тебе будет скучно, – он подмигнул ей, – сегодня или в любой другой вечер, вспомни, что ты хорошо знаешь, где находится моя комната.

Магнолия бросила в его сторону надменный взгляд и отвернулась. Экипаж приближался. Уже был слышен стук копыт, скрип и треск упряжи: кожи, металла, дерева. Кучер дилижанса, лохматый старик в штанах из оленьей кожи, сидя на козлах, крепко держал поводья своими короткими толстыми пальцами. Он стукнул ногой, обутой в мокасин, по педали тормоза и хриплым голосом прокричал:

– Тпру, тупоголовые животные!

Его нога все сильнее и сильнее нажимала на тормоз, тело напряглось, и он уперся спиной в стенку экипажа.

– Тпру, черт побери!

Шестерка гнедых блестела от пота, мотала гривами в знак протеста. Кучер уже едва удерживал поводья всей силой собственного веса, для чего ему пришлось почти лечь. Огромные колеса дилижанса отчаянно скрипели в ответ. Лошади дико озирались по сторонам, поводя широко раскрытыми глазами, затем захрипели и резко остановились. Экипаж еще некоторое время раскачивался на кожаных рессорах, прежде чем колеса окончательно замерли в уличной грязи.

В дверях станции появился агент и что-то прокричал кучеру в знак приветствия, после чего тот быстро обмотал вожжи вокруг рычага тормозной педали и спрыгнул на землю, торопясь помочь пассажирам дилижанса.

Трэвис слегка наклонился вперед и широко улыбнулся. Несколько месяцев назад он заключил контракт с агентом Жоржетты Линдсей на ее гастроли в «Маунтин Квин». Хотя Трэвис никогда не встречался с ней лично, он был уверен в правильности собственного решения. Жоржетту ему рекомендовали знакомые, побывавшие на ее выступлениях в Сан-Франциско и Денвере. Когда Трэвис получил письмо от ее менеджера, где говорилось, что актриса проявила интерес к выступлениям в «Маунтин Квин» и посетит Вирджиния-Сити по пути на север, он почувствовал громадное облегчение. Трэвис надеялся, что Жоржетта Линдсей даст ему возможность заработать ту сумму, которая, как писал его брат Трейс, была так нужна сейчас конфедератам.

– Желаю удачи, дорогой! – услышал он голос Магнолии.

Трэвис помахал ей в ответ, но все его внимание теперь было приковано к дверце дилижанса. Кучер уже помогал спуститься прибывшим гостям. В следующую секунду в проеме появилась маленькая женская рука в кружевной перчатке-митенке.

Несколько месяцев назад в Сан-Франциско на глаза Трэвису попалась афиша с изображением Жоржетты Линдсей. Ее лицо показалось ему таким знакомым. Конечно, все эти рекламные штучки не всегда изображают людей такими, какие они есть на самом деле, и все же Трэвис с трудом отогнал от себя ощущение, что он уже когда-то встречался с этой дамой.

Дилижанс слегка качнулся, когда из-под вороха нижних юбок показалась изящная женская ножка. Соломенную шляпку незнакомки украшал пучок желтых и коричневых перьев, перевязанных тонкой ленточкой; ее каштановые волосы были аккуратно уложены, за исключением нескольких локонов, спадавших на одно плечо. Под яркими лучами солнца в них заиграли золотые искорки.

Трэвис взглянул на лицо женщины и увидел, что изображение на афише было лишь бледной копией реальности. Ее скулы казались выточенными из мрамора, нос слегка длинноват, но вполне аристократичен, а нежная бело-розовая кожа, цвет которой подчеркивали темные локоны под шляпкой, напомнила Трэвису ослепительно красивый цветок.

Он слегка наклонился и предложил женщине руку. Актриса подняла голову, взмахнула густыми ресницами и посмотрела ему в лицо.

– Не стоит, и все же – спасибо, Трэвис, – произнесла она.

Трэвис опешил. Он почувствовал прикосновение ее тонких нежных пальцев, услышал знакомый голос, почувствовал исходивший от нее аромат жасмина. Слова застряли в его горле, и Трэвис застыл от удивления. Они обменялись взглядами, и серый цвет ночи слился с голубизной зимнего утра. На Трэвиса нахлынули воспоминания, казавшиеся до этого забытыми навсегда.

Прошло семь лет с тех пор, как он в последний раз видел Сюзанну Форто, когда он отказался жениться на ней и покинул Новый Орлеан.

Трэвис почувствовал, как онемели его ноги, а в голове зазвенели сотни маленьких колокольчиков. Он пристально взглянул в глаза женщины. Та улыбнулась, и Трэвис понял, что не ошибся. Но это была уже не та Сюзанна, которую он когда-то знал. Не изменились лишь ее глаза. Эти глаза… голубые, блестящие как бриллианты. Трэвис улыбнулся. Конечно же, он ошибся. С какой стати Сюзанна Форто приедет в Вирджиния-Сити? Тем более, под именем Жоржетты Линдсей?

Приподняв одной рукой край бархатной юбки – составной части дорожного костюма, другой женщина оперлась о руку Трэвиса и шагнула на дощатый настил.

– Трэвис? – снова произнесла она в ответ на его молчание. Блеск ее глаз, казалось, бросал вызов полуденному солнцу.

Самообладание, являвшееся неотъемлемой частью его натуры, вернулось к Трэвису, хотя внутренне он был далек от спокойствия.

– Простите, мне показалось, что вы… я хотел сказать… – он слегка наклонился и коснулся губами ее пальцев. – Извините меня, мэм. Позвольте приветствовать вас. Добро пожаловать в Вирджиния-Сити, мисс Линдсей.

В глазах женщины промелькнули искорки веселья и, словно угадав ход его мыслей, она произнесла:

– Вам правильно показалось, Трэвис.

Трэвис нахмурился; ее слова повергли его в смятение. Жоржетта Линдсей знала, кто он. Но откуда? Ведь они раньше никогда не встречались. Трэвис решил, что так как актриса собиралась выступать в его салуне, она предположила, что именно он вышел встретить ее дилижанс. И все же женщина казалась слишком уверенной в себе. Трэвис был озадачен. А ее слова о том, что он не ошибся… Как она могла угадать ход его мыслей?

Женщина улыбнулась.

Трэвис посмотрел на нее долгим внимательным взглядом. Вокруг царила суета, время от времени прерываемая приглушенными ругательствами кучера, выгружавшего багаж.

Это невероятно. Только не это. И все же, перед ним стояла ОНА, и ЕЕ рука все еще лежала в ладони Трэвиса. Его первое впечатление оказалось верным.

– Сюзанна?

Женщина кивнула.

– Да, Трэвис. Сюзанна.

– Сюзанна Форто? Из Нового Орлеана?

Она улыбнулась и снова кивнула.

– Да, это я. – Сюзанна театрально вздохнула и прижала руку к груди. – Девушка, которую ты оставил в своем прошлом.

Она негромко засмеялась. Трэвис покачал головой.

– Я не верю своим глазам. Каким образом?.. – он снова взял себя в руки, пытаясь справиться с охватившими его противоречивыми чувствами. Это просто невероятно! Сюзанна Форто, несомненно, одна из самых красивых женщин в его жизни… и все же, несмотря на улыбки и смех, она должна по-настоящему презирать его. И Трэвис не мог винить ее в этом, потому что у нее были все основания. Достаточно оснований. – Что ты здесь делаешь, Сюзанна? – слова, казалось, застряли у него в горле. – Я имею в виду здесь, в Вирджиния-Сити? Что?

ГЛАВА 2

Сюзанна обворожительно улыбнулась и снова взмахнула ресницами.

– Разве ты забыл, Трэвис, что сам пригласил меня выступать в твоем салуне и заключил контракт с моим менеджером?

Ее слова ударили, словно пушечное ядро, упавшее на голову. Трэвис с недоумением посмотрел на женщину.

– Контракт с ТОБОЙ? – он покачал головой. – Извини, Сюзанна, но здесь какая-то ошибка. Я заключил контракт с Жоржеттой Линдсей на ее выступления в «Маунтин Квин».

Сюзанна негромко рассмеялась; ее смех напоминал песенку утреннего весеннего солнца.

– Но, Трэвис, я и есть Жоржетта Линдсей.

От удивления Трэвис открыл рот. Он не видел Сюзанну вот уже семь лет, и теперь ему стало понятно, почему лицо на афише показалось таким знакомым. Когда они расстались, ей было всего шестнадцать лет. Теперь Сюзанна Форто выросла и стала настоящей красавицей.

Трэвис позволил себе слегка окунуться в историю, а именно, в лето 1855 года. Его отец, Томас Брэгит, сознательно распустил по городу слухи о том, что Трэвис соблазнил Сюзанну Форто, и она забеременела. Узнав об этом, Трэвис пришел в ярость и разругался с отцом, который тихонько посмеивался и ждал, что его сын совершит поступок чести и женится на девушке. Сюзанна, как оказалось, была единственной дочерью Ландона Форто, одного из богатейших людей Нового Орлеана, а значит, того, кто мог субсидировать значительные суммы в поддержку политических амбиций Томаса Брэгита. Неудивительно, что девушка, которую любил Трэвис и на которой собирался жениться, наотрез отказала ему. Тогда Трэвис бросил вызов собственному отцу и заявил, что не собирается жениться на Сюзанне. Даже если она ждала ребенка, он тут абсолютно ни при чем. Но Томас Брэгит был упрям, как бык, и не отказался от своих планов.

Трэвису оставалось лишь одно: бежать от невесты в день венчания. Он бросил плантацию Шедоуз Нуар, свою семью и Сюзанну, уже стоявшую у алтаря.

– Трэвис, ради бога, закрой рот, иначе ты проглотишь муху, – засмеявшись, проговорила Сюзанна, взяв Трэвиса под руку.

– Все ваши вещи вынесены, мэм, – сообщил кучер.

– Спасибо.

Трэвис бросил ему монетку. Старик кивнул и направился к почтовой станции, а Сюзанна вновь взглянула на Трэвиса.

– Разве ты не собирался проводить меня до гостиницы, или мне придется искать дорогу самой?

– Сюзанна, – пробормотал Трэвис. Его голос дрожал от волнения.

В это время из дилижанса выбрался низенький мужчина с брюшком, руки и ноги которого были гораздо меньше, чем у любой женщины. Слегка помятый костюм в полоску обтягивал его полную фигуру, а сильно накрахмаленный воротник рубашки, казалось, душил мужчину. Его шляпа съехала набок, а линзы крошечных очков, сидевших на кончике длинного носа, покрывал тонкий слой пыли.

– О, Клэренс! – Сюзанна взглянула на Трэвиса. – Трэвис, извини, но волнение от нашей встречи… привело к тому, что я забыла правила хорошего тона. Позволь тебе представить: Клэренс Лонше, мой менеджер.

Трэвис протянул руку.

– Рад познакомиться с вами, мистер Лонше. Я – Трэвис Брэгит.

– Клэренс, – прервала его Сюзанна. – Помоги Эдди, иначе она упадет.

Лонше нахмурился, но все же повернулся к экипажу и схватил за руку женщину, пытавшуюся сойти на землю.

– О, мистер Лонше. Я никак не могу… – она оступилась, спускаясь по ступенькам дилижанса; юбки ее зашуршали, когда женщина попыталась ухватиться за поручень.

– Эдди, ради бога! – завизжал Лонше. Он вытянул вперед руки, отбиваясь от ее юбок и плаща, грозивших свалиться ему прямо на голову.

Трэвис сделал шаг на помощь бедной леди, которая испуганно цеплялась руками за воздух и отчаянно кричала.

– Эдди! – воскликнула Сюзанна.

Трэвис подхватил Эдди и попытался удержать ее, но неожиданно на пути женщины появился Клэренс. Волна серого муслина упала на голову Лонше, и тот был вынужден сесть прямо в уличную пыль, пошатнувшись от сильного удара в плечо.

– Эдди, с вами все в порядке? – спросила Сюзанна.

Низкорослая дама поправила юбки и вернула на место локон каштановых волос, выпавший из-под строгой серой шляпки. Широко улыбаясь, она посмотрела на Трэвиса.

– Да, мисс Сюзанна. Со мной все в порядке, благодаря усилиям этого джентльмена.

– Из всех самых неуклюжих… – начал было Клэренс. Его лицо исказил гнев.

– Трэвис, познакомьтесь с моей служанкой Аделиной Хейс, – сказала Сюзанна, не обращая внимания на Клэренса. – Эдди, это мистер Трэвис Брэгит, владелец салуна «Маунтин Квин».

– Рад встрече с вами, мисс Хейс.

– О, – выдохнула Эдди, – зовите меня просто Эдди, мистер Брэгит. Как все. – Она протянула Трэвису руку.

Трэвис взял ее руку и слегка прижался к ней губами.

– С большим удовольствием, Эдди.

– Удовольствие? Какое может быть удовольствие… – начал Клэренс. Он отряхнул брюки и набросился на Трэвиса. – Вы забыли сообщить, мистер Брэгит, что Вирджиния-Сити находится на вершине горы, что здесь даже весной лежат сугробы, а также, что ваши дилижансы похожи на хлам.

– Клэренс! – вмешалась Сюзанна. – Ведь все было не так уж плохо.

– Если честно, Сюзанна, в дилижансе нет даже ремней безопасности. – Он снял очки, достал из кармана жилета носовой платок и протер линзы. – Нас продувало насквозь. Только благодаря тому, что не пошел снег, мы не промокли до нитки. – Клэренс вздрогнул для пущей убедительности и продолжил: – А сиденья! В них совсем не было набивки. А кучер беспрерывно ругался и хлестал лошадей, заставляя их бежать быстрее и…

– У меня сложилось мнение, мистер Лонше, что Жоржетта… я хотел сказать, Сюзанна, играла во многих театрах Запада, – прервал его Трэвис.

– Да, играла, но ни разу в… – Клэренс продолжал жестикулировать; теперь его жест был обращен к городу —…В такой дыре. Я хотел сказать, что этот город находится среди гор и…

– Клэренс! – снова вмешалась Сюзанна. Трэвис с трудом сдерживал раздражение.

Все-таки именно Лонше заключил с ним договор о гастролях Жоржетты в Вирджиния-Сити, он и никто другой.

– Мистер Лонше, Вирджиния-Сити находится всего в пятнадцати милях от Карсон-Сити. Это не так уж и далеко.

– Но на самом деле намного дальше. Горная дорога просто ужасна! Ужасна! Мне постоянно казалось, что мы вот-вот сорвемся и полетим в бездну…

– Клэренс! – снова не выдержала Сюзанна; на этот раз ее тон был более резким.

– Мы посетили с гастролями Калифорнию, Техас и даже Аризону, но нам ни разу не приходилось… – Он рывком снял шляпу, обнажив розовую лысину, обрамленную полукругом редких светлых волос. Его губы скривились от недовольства, и он начал вытирать шляпу носовым платком. – Посмотрите вот на это. Шляпа практически ни на что не годится. Ни на что!

– Клэренс! – воскликнула Сюзанна.

Но Лонше не унимался, не обращая внимания на ее предостережения.

– У меня такое чувство, будто я весь вывалялся в грязи. Посмотрите на мою одежду. Вся грязь и пыль, которой было суждено оказаться под колесами…

– Уверена, что в гостинице для вас с радостью приготовят ванну, – предположила Сюзанна.

– Разумеется, если вспомнить ту цену, которую они берут за номер, – фыркнул Клэренс. – Мне следовало бы настоять, чтобы счет за отель оплачивали вы, мистер Брэгит. – Он надел шляпу.

Эдди удивленно озиралась по сторонам. Трэвис почувствовал, что у него все кипит внутри. Он уже составил свое мнение о менеджере Сюзанны, и оно было не слишком благоприятным. Даже голос Лонше казался похожим на шипение, а уж его манеры и вовсе оставляли желать лучшего.

– Если выступление Сюзанны соберет столько зрителей, сколько и в других местах, – сурово заметил Трэвис, – и принесет мне ожидаемый доход, я с удовольствием оплачу ее номер в отеле. А также номер мисс Хейс. Вы же можете выбрать себе комнату над салуном.

Клэренс не мигая смотрел на Трэвиса.

– Над салуном? – Он удивленно поднял брови. – Жить в комнате над салуном? Вы в своем уме, мистер Брэгит?

Трэвис пожал плечами.

– Как хотите. – Он повернулся к Сюзанне и предложил ей руку. – Разрешите проводить вас в отель? Я пошлю человека забрать ваш багаж.

– Да, пожалуйста.

Трэвис жестом предложил Эдди взять его под другую руку.

– Мисс Хейс?

– Как это мило с вашей стороны, мистер Брэгит, – выдохнула Эдди и высокомерно взглянула на Клэренса Лонше.

Все четверо направились к отелю «Унион Бель». Трэвис шел между Сюзанной и Эдди, а Клэренс шагал за ними, бормоча очередные проклятия. Трэвис не обращал на них внимания, а женщины делали вид, что не слышат.

Трэвис украдкой взглянул на Сюзанну. Какой неожиданностью было для него встретиться с ней лицом к лицу после стольких лет. Еще большим потрясением стало то, что именно эту женщину он нанял для выступления в «Маунтин Квин». Они проходили мимо витрины универмага, когда Трэвис увидел на стекле отражение Сюзанны и поразился происшедшим в ней переменам. Уже ничего в ней не напоминало ту шестнадцатилетнюю девушку, которую он помнил и которую оставил у алтаря собора Сент-Луиса в тот далекий весенний день. Трэвиса охватило чувство вины.

Сюзанна Форто стала совсем взрослой. Ее фигура приобрела округлые очертания, движения стали более плавными и грациозными. Трэвис медленно разглядывал женщину; кружева на ее платье украшали высокий воротник, спускались вниз по упругой груди, где были собраны в складки и закреплены с помощью ленты из коричневого бархата и брошки, и заканчивали свой путь на тонкой талии. Трэвис представил себе округлые бедра и длинные стройные ноги женщины, скрывавшиеся под складками юбок.

Он помог Сюзанне и Эдди спуститься с дощатого настила и провел обеих через улицу к отелю «Унион Бель».

– О боже, Трэвис, откуда у тебя такие прелестные попутчицы? – воскликнула Мэвис Бил.

Трэвис широко улыбнулся жене хозяина отеля, всем ее трем сотням фунтов.

– Миссис Бил, знакомьтесь. – Он кивнул на Сюзанну. – Это мисс Жоржетта Линдсей. Она приехала на гастроли в «Маунтин Квин».

Мэвис слегка прищурилась.

– Певица?

– Да. А это ее служанка, Эдди Хейс.

Мэвис вынула из ящика стола два ключа, пожала руки Сюзанне и Эдди и повела женщин наверх.

– Где их багаж, Трэвис? – не оборачиваясь, спросила она.

– Его принесет Хэнк.

– Фрэдди, приготовь ванну для этих леди. И нагрей побольше воды.

– Хорошо, мама, – ответил юноша за стойкой.

– И поторопись.

– Хорошо.

– Миссис Бил, – позвал Трэвис. – Мистеру Лонше, менеджеру мисс Линдсей, также нужна комната.

– Тогда дай ему ключ, – ответила Мэвис, уже стоя на верхней ступеньке лестницы.

Трэвис улыбнулся и подошел к стойке.

– Но мне тоже нужна ванна, – захныкал Клэренс, провожая глазами миссис Бил.

Трэвис бросил ему ключ от двери.

– Уверен, что миссис Бил скоро вернется и уделит вам внимание.

Клэренс замешкался, чтобы поймать летящий ключ, и снова потерял свою шляпу. Она покатилась по полу, стукнулась о решетку камина и, наконец, улеглась рядом с ним.

– Посмотрите, что вы наделали, – проворчал Лонше, наклоняясь за шляпой. Подняв ее, он отряхнул золу и негодующе посмотрел на Трэвиса. – И эта женщина, похожая на корову, называет это обслуживанием?

Трэвис не на шутку разозлился.

– Мэвис Бил – достойная женщина, мистер Лонше. Она здесь уважаемый человек. Запомните это, прежде чем давать людям прозвища. Конечно, если вам не нравится обслуживание в этом отеле, вы можете поселиться в «Маунтин Квин».

Клэренс молча надел шляпу и направился к лестнице, затем внезапно остановился и взглянул на Трэвиса. На его лице появилось подобострастное выражение.

– Извините, мистер Брэгит, – произнес Лонше, удивив Трэвиса внезапной переменой настроения. – Вы правы. Я вел себя грубо. Слишком грубо.

Трэвис молча смотрел на него, не зная, стоит ли верить этому человеку. Но Клэренс продолжал:

– Это я предложил Жоржетте отправиться сюда, поэтому вина лежит на мне. – Он потупил взор и попытался улыбнуться. – Наверное, во всем виновата дорога: она была слишком тяжелой и сильно напугала меня.

* * *

А за дверью отеля в тени навеса, закрывавшего дощатый пол настила от дождя, Магнолия Рошел наблюдала за поднимавшейся по лестнице Сюзанной Форто. Магнолия нахмурилась, а ее рука, затерявшаяся в бесчисленных складках зеленой сатиновой юбки, непроизвольно сжалась в кулак.

– Ну что ж, маленькая певчая птичка, – прошептала она, – мы еще посмотрим, кто для тебя важнее: твой брат или Трэвис Брэгит.

ГЛАВА 3

Сюзанна забралась в стоявшее возле камина кресло, укрытое богато вышитой накидкой. Она ощутила дрожь от всего пережитого за прошедший день, и ей пришлось крепко сжать зубы, чтобы их стук не выдал ее. Тепло очага казалось божественным даром. Сюзанна быстро расшнуровала ботинки, сняла их и вытянула ноги перед каминной решеткой, улыбаясь беспрерывной болтовне миссис Бил. Мэвис взбивала подушки, рылась в шкафу и готовила постель.

– На ваши выступления в «Маунтин Квин» соберутся все мужчины, мисс Линдсей, – начала Мэвис, аккуратно заправляя пододеяльник. – В Вирджиния-Сити не часто встретишь настоящую леди. Все захотят посмотреть на вас и услышать ваш прелестный голос, мэм. Я имею в виду мужчин.

Сквозь широкие окна в комнату падал яркий солнечный свет. Его лучи облюбовали уже начавшие седеть рыжие волосы Мэвис Бил; их копна сразу же превратилась в пылающий костер. Движением руки женщина убрала несколько наиболее непослушных локонов, упавших на лицо, однако те сразу же приняли свое прежнее положение. Их цвет подчеркивал россыпь веснушек, покрывавших щеки Мэвис. Ее глаза золотисто-коричневого оттенка светились нескрываемым любопытством.

Сюзанна улыбнулась, но промолчала. Она слишком устала, и ее все еще знобило.

– Вы, наверное, выросли в театре, мисс Линдсей? – Мэвис махнула рукой, давая понять, что ответа она не ждет. – Конечно, это не мое дело, где вы выросли. – Она направилась к двери, затем остановилась. Вошел ее сын с двумя ведрами горячей воды. – О, Фрэдди, ты уже вернулся. – Мэвис молча наблюдала, как юноша переливал воду в зеленую ванну, стоявшую на деревянном возвышении в углу комнаты.

Сюзанна поблагодарила женщину, надеясь, что они оба оставят ее в покое. Она ужасно устала, ей хотелось расслабиться в горячей воде и лечь в постель.

– Ну что ж, еще два ведра воды, и достаточно. Думаю, для ванны хватит, – объявила Мэвис. – А теперь, Фрэдди, обслужи того джентльмена, который прибыл вместе с мисс Линдсей. – Она повернулась к сыну. – В какую комнату поселил его мистер Брэгит?

– Спасибо, миссис Бил, – еще раз поблагодарила Сюзанна.

Мэвис помахала рукой на прощание.

– Зовите меня просто Мэвис, как все. «Миссис Бил» напоминает мне мать Уильяма, стоявшую за моей спиной. – Она хихикнула. – А мне не очень хочется снова увидеть такую картину. – Смех Мэвис Бил эхом пронесся по длинному коридору гостиницы.

Сюзанна вздохнула, сняла жакет и повесила его на спинку стула. Она ужасно устала. Ей надоело улыбаться, когда хотелось плакать, любезничать, когда хотелось кричать от ярости и унижения. У нее болела каждая косточка; каждая клеточка ее тела жаждала отгородиться от проблем в этой теплой ванне. Сюзанне не хотелось оставаться здесь: ни в Неваде, ни в Вирджиния-Сити, и в любом случае не в компании Трэвиса Брэгита. Но у нее не было выбора. Если она собралась выяснить, что же случилось с Бретом и где он, то ей придется пройти через все это.

Раскрыв одну из своих дорожных сумок, Сюзанна достала небольшой кувшин, подошла к ванне и добавила в воду немного ароматических солей, которые через несколько минут превратились в ослепительно белую пену. В дверь постучали.

«Кого это там несет?» – подумала Сюзанна, отворяя дверь.

– Ах, это ты, Эдди. Входи.

– Я подумала, что мне следует распаковать ваши вещи, – сообщила Эдди и направилась к сумкам, которые принес помощник Трэвиса Хэнк Дэвис. – Вам не нужна моя помощь с ванной?

– Нет. Спасибо, Эдди.

Сюзанна подошла к окну, открыла ставни и выглянула на улицу.

Вирджиния-Сити во многом был похож на другие городки золотоискателей, в которых ей доводилось бывать. Может быть, менее ухоженный и более грязный, но, в основном, знакомая картина: деревянные постройки, немного кирпичей и извести, а вдалеке, за городом, множество палаток. Ими были усеяны склоны холмов, даже склон горы Сан-Маунтин и ее долина. Гора не была видна из окна гостиницы, но Сюзанна любовалась ею, когда проезжала мимо в дилижансе.

Она взглянула в сторону салуна Трэвиса. Над дощатым настилом прикрепленный к нависавшей над ним крыше виднелся белый щит с надписью «Салун Маунтин Квин», сделанной огромными ярко-красными буквами. У входа в салун стоял Трэвис Брэгит. Сюзанна почувствовала, как комок подкатывает к ее горлу. Сейчас Трэвис был еще более привлекательным, чем тогда, семь лет назад. Его волнистые темные волосы контрастировали с белизной рубашки; несколько локонов спускались на лоб. Сюзанна улыбнулась. Кое-что в нем неизменно.

– Вам понадобится что-нибудь из одежды после ванной? – спросила Эдди, прерывая размышления Сюзанны. – Может быть, один из шелковых халатов?

Она взглянула через плечо на прислугу.

– Нет, Эдди. Обычный халат. На твой выбор.

Сюзанна вновь повернулась к окну. Брэгит все еще был там. Она видела, как Трэвис достал сигару из внутреннего кармана жилета, зажег спичку и прикурил. Черный в обтяжку жилет подчеркивал прекрасное телосложение мужчины: широкие плечи и довольно узкую талию. Темная материя оттеняла цвет его волос. Брюки также не могли скрыть сильные мускулистые ноги. Трэвис стал выше, шире в плечах. Настоящий красавец. Его кожа креола, унаследованная от матери, теперь напоминала потемневшую бронзу. Он слегка похудел.

И все же это был Трэвис, тот самый, преследовавший ее в снах в течение семи прошедших лет. Сердце Сюзанны затрепетало. Хотя с такого расстояния она не могла рассмотреть его лица, тот старый образ все еще стоял перед ее глазами. Прекрасные серые глаза, в которых, как ей казалось когда-то, так легко потеряться, приобрели новое, более зрелое выражение, а прямой нос говорил о гордости и аристократизме, в то время как волевой подбородок – о постоянном желании бросать вызов другим, что создавало массу проблем. И еще губы… Сюзанна внезапно вспомнила один единственный поцелуй Трэвиса Брэгита.

Ей было шестнадцать лет, когда ее отец организовал этот брак с Трэвисом. Казалось, все было прекрасно, но позже Сюзанна поняла, что женитьба не входит в планы Трэвиса. В течение первых нескольких недель после их помолвки он ни разу не подошел к ней. Когда же, наконец, это произошло, Трэвис пригласил ее прогуляться в фамильный сад, обнял и поцеловал. После того, как Сюзанна оправилась от первоначального шока, она поняла, что не просто в восторге от поцелуя, а испытала такое блаженство, словно она умерла и вознеслась на небеса. Короткий непроизвольный смешок едва не сорвался с ее губ. Сюзанна прикрыла рот рукой и сделала вид, что кашляет, чтобы не давать Эдди пищу для размышлений. Воспоминания продолжались. Блаженство от поцелуя Трэвиса оказалось недолгим. Он покинул Сюзанну так же неожиданно, как и поцеловал ее. Стук копыт его жеребца еще долго чудился ей в полуденном воздухе. Тогда они виделись в последний раз… До сегодняшнего дня.

Трэвис почувствовал на себе ее задумчивый и оценивающий взгляд, повернулся и взглянул в окно Сюзанны.

Ей показалось, что сердце прекратило свой бег. Трэвис догадался, почему она здесь. Сердце женщины снова бешено заколотилось, в руках появилась дрожь. Нет, он не мог этого знать.

Ей показалось, что Трэвис кивнул, хотя на таком расстоянии было очень трудно разглядеть его лицо. Сюзанна отпрянула от окна и завесила шторы.

«Успокойся», – приказала она себе. – «Ты слишком нервничаешь. Ему ничего неизвестно».

* * *

Трэвис пристально взглянул на окно второго этажа гостиницы «Унион Бель». После того, как они с Сюзанной расстались, мужчина не переставал думать о ней. Он восстановил в памяти все детали ее приезда в Вирджиния-Сити. Все это казалось очень странным. После того, что произошло между ними семь лет назад, Трэвис ожидал от нее потока обид, пощечин, даже истерики – всего, что угодно, только не теплого дружеского отношения и готовности к флирту. Именно поэтому поведение Сюзанны оставалось для него неразрешимой загадкой.

Почему? Почему она здесь? Этот вопрос мучил Трэвиса, и он не мог найти на него ответ. Почему она относится к нему без ненависти? Зачем она приехала в Вирджиния-Сити? Почему выступает на сцене? Почему она не предупредила, что теперь Сюзанна Форто стала Жоржеттой Линдсей? Почему ее отец, один из самых богатых людей Луизианы, позволил своей единственной дочери таскаться по стране и петь на сцене? Трэвис глубоко вздохнул.

– Трэвис. Я искал тебя, сын мой, – произнес низкий голос за его спиной. Затем сильная и тяжелая рука легла на его плечо.

В глазах Трэвиса мелькнуло раздражение, но он сдержался, повернулся и увидел судью Дэвида Тэрри.

Судья перешел на шепот.

– Чарли сообщил мне, что ты вновь отказался от моего предложения.

– Чарли сказал правду, господин судья. Меня не интересуют ваши сборища. Будет лучше для нас обоих, если вы оставите свои попытки.

– О да, утро прекрасно, – неожиданно громко произнес судья для тех, кто мог случайно оказаться поблизости. Затем он вновь перешел на шепот. – Ты – южанин, Трэвис, и Югу нужна твоя поддержка. – Терри, тучный мужчина, всего на несколько лет старше Трэвиса, надул щеки и спрятал руки в отворотах тяжелого шерстяного пальто. Он распрямил плечи. – Я знаю, что до этого все наши усилия не давали результата, Трэвис, но теперь мы разрабатываем другой план. Ты можешь стать важным человеком в этом деле, после того, как…

Трэвис покачал головой.

– Нет, господин судья. Меня это не интересует. Южане уже получают мою поддержку, и вы знаете об этом. Но это не имеет никакого отношения к Ордену рыцарей.

Дэвид Терри погладил свою черную с проседью бороду и вновь пристально взглянул на Трэвиса.

– Трэвис, ты уже не новичок в нашем Ордене и знаешь, как много добрых дел на его счету и сколько еще предстоит сделать.

– Но я не хочу… – прервал его Трэвис. Дэвид Терри не желал слушать возражений.

– Ты же знаешь, сколько людей в этом городе симпатизируют янки. Если мы хотим чего-нибудь добиться, нам следует держаться вместе.

Трэвис выбросил окурок и еще некоторое время наблюдал, как его дымок растворялся в прохладном утреннем воздухе, пока ветер не прибил его к небольшому сугробу и он не погас с легким шипением.

– Благодарю вас за заботу обо мне, но мой ответ «нет».

Улыбка на лице Терри мгновенно исчезла.

– Твой отец, Трэвис, был выдающимся членом Ордена рыцарей. Вряд ли он оправдал бы такое отношение к…

Трэвис повернулся к судье и посмотрел на него с нескрываемой злостью.

– Мой отец уже мертв.

– К сожалению. Но он был хорошим человеком, верным принципам южан, и как член Ордена он…

– Он был просто сукиным сыном, – заметил Трэвис. – И тот, кто убил его, оказал миру большую услугу.

* * *

Трэвис стоял у входа в «Маунтин Квин» и, облокотившись на стойку бара, рассматривал сценический помост в противоположном конце салуна. Красный бархатный занавес с золотыми кистями плотно закрывал сцену; управляющий салуна Хэнк зажигал светильники в зале. В оркестровой яме шла настройка инструментов. Трэвис поморщился, услышав звуки скрипки.

– Это скорее напоминает звуки, издаваемые цыпленком, когда ему сворачивают шею, а не скрипку! – прокричал кто-то из зала.

Трэвис ухмыльнулся и в душе согласился. Может быть, этот музыкант хороший скрипач, но плохой настройщик. На этой сцене впервые выступали не только Жоржетта Линдсей, но и большая часть оркестрантов. Почти все музыканты, за исключением пианиста, подались в теплые края еще несколько месяцев назад, когда в небе закружились первые снежинки.

– Джед, налей-ка мне стаканчик, – обратился Трэвис к бармену.

– «Сок тарантулов» или что-нибудь получше? – спросил Джед, хитро улыбаясь. В этот момент он был похож на мопса.

– Прибереги этот сок для ребят, – ответил Трэвис. – Похоже, им он нравится. Наверное, он придает бодрость после работы на прииске. – Он засмеялся. – Я же в этом не нуждаюсь и попробую что-нибудь получше.

Джед кивнул. Он достал бутылку бургундского, наполнил стакан и подал его Трэвису.

– Ты оставил мыльное пятно, когда брил свою лысину, Джед, – заметил Трэвис. Затем он отпил глоток золотистого вина, наслаждаясь его вкусом и ароматом. По всему телу разлилось приятное тепло.

Джед взглянул в зеркало.

– Черт побери, так и есть, босс. – Он отцепил висевшее у пояса полотенце, поплевал на него и потер нужное место. – Теперь в порядке, босс?

Трэвис улыбнулся.

– Да. Как всегда.

К Трэвису подошел Хэнк. Его белая рубашка не могла скрыть мощных мускулов и контрастировала с темными усами и бородой.

– У нас сегодня аншлаг, босс. Игровые столы заполнены до отказа, и виски течет рекой. Все ждут певчую птичку. – Он засмеялся и направился навстречу еще одной группе старателей, столпившихся у входа. – Похоже, у Мэгги сегодня выходной, не говоря уже о полудюжине других салунов Вирджиния-Сити.

Трэвис внимательно оглядел зал. Хэнк прав. Игровые столы были заполнены до отказа. Мест осталось совсем мало, а люди все подходили. Его прислуга, бармены и официантки сегодня сполна отработают свой хлеб.

«Маунтин Квин» относился к салунам, выстроенным и меблированным с неплохим вкусом, чего и добивался Трэвис. Шторы из красного бархата и такой же занавес на сцене, дорогие французские обои, пол из превосходного дубового паркета, мебель красного дерева, обивка стульев, шитая золотой и серебряной нитью.

Одна из официанток улыбнулась Трэвису. Он ответил ей тем же. Голубое сатиновое платье женщины с глубоким вырезом в меру обнажало грудь и плечи. В отличие от других салунов города, официантки «Маунтин Квин» были только официантками, не более. Те, кому требовались шлюхи, могли найти их в других заведениях, к примеру, в «Нелли Сейер Плейс», на Ди-стрит, или просто, перейдя дорогу, в салуне Мэгги «Серебряная Леди». Но в «Маунтин Квин» подавались только приличные виски, неплохая еда и – Трэвис нахмурился… и Жоржетта Линдсей, которую на самом деле звали Сюзанна Форто.

Мысли Трэвиса снова вернулись к Сюзанне.

Он заметил, как качнулся занавес, словно кто-то провел по нему рукой с обратной стороны. Старатели одобрительно зашумели. Трэвис достал из кармана часы и щелкнул крышкой. До начала представления еще оставалось некоторое время. Он закрыл крышку и вернул часы на место.

Почему дочь одного из богатейших и уважаемых людей Нового Орлеана стала певицей, путешествующей из города в город, из гостиницы в гостиницу? Трэвис допил свое вино. Сюзанна Форто. Он нечасто вспоминал о ней все эти годы, разве что испытывал чувство вины, да и то лишь в первое время после отъезда из Нового Орлеана. Трэвис взглянул на сцену. Ему вдруг очень захотелось, чтобы занавес поднялся и появилась она.

Возможно, семь лет назад он допустил ошибку. Но откуда он мог знать, что Сюзанна превратится в такой цветок? Трэвис почувствовал, как в нем растет влечение к ней. Он вновь повернулся к стойке и сделал знак Джеду, чтобы тот снова наполнил вином его стакан. Нет, это не было ошибкой. Тогда Трэвису было не до женитьбы.

В этот момент заиграл оркестр, и все собравшиеся оторвались от карт и игральных костей и повернули головы в сторону сцены.

Занавес поднялся, и на сцену вышла Сюзанна Форто.

– А она просто красавица, босс, – заметил Джед из-за своей стойки; в его голосе звучало почтение.

Трэвис кивнул, не отводя взгляд от Сюзанны. Она была вся в белом. Шелковое платье с глубоким вырезом смело обнажало грудь. Белые кружева, украшенные крошечными жемчужинками, сверкали в лучах сценических фонарей всеми цветами радуги. Их блеск казался откровенно соблазняющим наряду с каждым движением женщины, оживлявшим волны шелка, спадающего на бедра. Волосы Сюзанны были убраны в высокую прическу с множеством локонов, спускающихся на плечо и грудь женщины. Завершали туалет несколько страусиных перьев, скрепленных кружевной лентой и брошью с мелкими бриллиантами.

Мужчины, собравшиеся в «Маунтин Квин» пришли в неистовство еще до того, как Жоржетта Линдсей закончила первую песню. Они кричали, топали ногами, подпевали, стучали кулаками по столу в такт мелодии и хлопали в ладоши.

Нет, семь лет назад Трэвис поступил правильно. Брак не для него. Так было и тогда, и теперь. Кто знает, может быть, от этого выиграли они оба. Другое дело оказаться с ней в одной постели. А это никогда не поздно. Конечно, если этого захочет леди.

* * *

– Замолчи, Клэренс, – отрезала Сюзанна. В ее голосе звучало раздражение. Когда-то она вообще не могла нагрубить кому бы то ни было. Но теперь все изменилось. Сюзанна сняла украшение из страусиных перьев и бросила его на туалетный столик. – Ведь я поступаю именно так, как ты и говорил. Поэтому тебе лучше замолчать и не раздражать меня.

– Но ты все еще не можешь забыть его, не так ли, Сюзанна? – настаивал Клэренс. Его хмыкание действовало ей на нервы. – Я знаю, не можешь забыть. Признайся.

Сюзанна резко повернулась и посмотрела на Лонше.

– Конечно, не могу. Этот человек оставил меня одну у алтаря собора Сент-Луиса перед толпой моих родственников и друзей. На много месяцев я стала объектом насмешек целого города. Поэтому Трэвис мне до сих пор небезразличен. Я люблю его, Клэренс. И какое имеет значение, если я выгляжу дурой? Или то, что после всего этого джентльмены стали смотреть на меня иначе?

У Клэренса хватило такта смутиться под градом ее признаний.

– Извини. Просто ты так обрадовалась встрече с ним.

– А разве я должна была вести себя иначе?

Сюзанна заменила пучок страусиных перьев на более скромный, перевязанный белыми и синими лентами в тон очередному платью. Затем она оценивающе посмотрела на себя в зеркало. Трэвис пригласил ее на ужин, и ей хотелось выглядеть как можно лучше, поэтому Сюзанна выбрала шелковое белое платье с синими крапинками. Глубокий вырез, обрамленный валенсийскими кружевами, был достаточно смелым, чтобы будоражить воображение поклонников, и в то же время не слишком вызывающим. Кружева также украшали рукава и низ юбки.

Сюзанна старалась не обращать внимания на Клэренса и молила бога, чтобы менеджер поверил ей. Порывшись в одной из дорожных сумок, она достала жемчужное ожерелье и плащ, который был на ней во время путешествия. Накинув его на плечи, Сюзанна направилась к выходу, но у двери остановилась. Пожалуй, в этом плаще ей будет слишком неуютно холодной весенней ночью, тем более в городе, расположенном в гористой местности.

– Куда ты собралась, Сюзанна? – спросил Клэренс. – К нему? Сюзанна сделала вид, что не слышит его вопрос, сняла плащ и надела другой, висевший на крючке у двери. Как хорошо, что она попросила Эдди захватить в салун оба плаща! Этот был гораздо теплее и к тому же имел капюшон.

– Сюзанна! – на этот раз голос Клэренса прозвучал достаточно резко.

Она смерила Лонше взглядом.

– Я собираюсь поужинать, Клэренс.

– Хорошо. Но не забывай, зачем мы сюда приехали, – добавил он ей вслед.

ГЛАВА 4

Перед тем, как закрыть дверь, Сюзанна оглянулась.

– Не забуду, Клэренс. Но и ты должен помнить о нашем договоре.

Внутри у нее все кипело от гнева. Этот толстяк просто раздражал ее, и если бы он не был ей нужен, Сюзанна не задумываясь ударила бы его лампой по голове. Выходя, она сильно хлопнула дверью, и тотчас в темноте перед ней возникла какая-то тень.

Трэвис схватил Сюзанну за руки, удерживая от падения. Она резко метнулась назад.

– Сюзанна?

– Трэвис! – она быстро взяла себя в руки, поправила локон, упавший на лоб, и улыбнулась. – Извини, но ты пришел слишком рано. Я хотела подождать тебя в салуне.

– Я бы никогда не позволил леди самой разыскивать меня в салуне. – Он улыбнулся и взял ее под руку.

Сюзанна взглянула на Трэвиса. Как много он успел услышать из их разговора с Клэренсом? Что он может знать? Или подозревать? Если Трэвис о чем-то догадывается, то их план провалится и она никогда не разыщет Брета. Сюзанна глубоко вздохнула и постаралась успокоиться. Наверняка Трэвис ничего не подозревает, иначе он засыпал бы ее вопросами.

Рука Сюзанны, скрытая в складках плаща, непроизвольно сжалась в кулак, когда женщина вспомнила то, что произошло семь лет назад. Гнев, обида и чувство унижения вновь завладели ее сердцем. Трэвис Брэгит – человек нисколько не лучше ее отца, и уже успел доказать это. Стать его женой означало превратиться в презираемую запуганную женщину, и она благодарила бога за то, что этого не случилось.

Но в то же время Сюзанна ощущала в себе вновь ожившую маленькую искорку, вспыхнувшую в тот момент, когда она вышла из дилижанса и встретилась взглядом с Трэвисом. Но Сюзанна Форто обязана справиться с этим чувством. В ее жизни больше нет места эмоциям, создающим столько проблем.

Они спустились вниз. Трэвис предупредил бармена, что на время отлучится. Сюзанна пробиралась сквозь ряды столиков, опустив глаза. В этот момент ей меньше всего хотелось встретиться взглядом с Трэвисом.

– Где бы ты хотела пообедать, Сюзанна? – Прервал ее размышления Трэвис. – Или мне лучше называть тебя Жоржеттой?

Она улыбнулась.

– Лучше Сюзанной, Трэвис. Жоржетта Линдсей – мое сценическое имя. Так настоял отец. Вдруг кто-нибудь из сильных мира сего узнает, что Сюзанна Форто зарабатывает себе на жизнь, выступая на сцене. – Она рассмеялась. – Это будет настоящий скандал!

– Конечно. – Трэвис знал, что Сюзанна лжет. Он не мог понять, как Ландон Форто, человек, которого Трэвис хорошо знал, позволил своей единственной дочери кочевать по стране и петь в салунах. Однако все меняется. И люди тоже. Возможно, из-за продолжающейся войны финансовое положение семейства Форто ухудшилось. Трэвис решил написать матери и все разузнать. В любом случае, он не мог спросить об этом Сюзанну.

– Я не очень хорошо знаю этот город, Трэвис, – произнесла она. Они вышли из салуна и оказались на улице. Ночь была темной и прохладной. Сюзанна поежилась. – Решай сам, где мы поужинаем. И, пожалуйста, выбери не слишком людное место.

Трэвис улыбнулся.

– Наверное, здесь намного холоднее, чем привыкли южане.

– Да, – согласилась Сюзанна.

– Поблизости есть несколько неплохих заведений, но я предпочел бы «Даймонд Хаус». Этот ресторанчик находится совсем рядом, и там подают лучшую еду к западу от Миссисипи.

– Я согласна. Мне ужасно хочется есть.

Они направились в сторону Тейлор-стрит.

Вскоре улица резко пошла в гору, и Сюзанне пришлось приподнять юбку, чтобы не упасть. «Даймонд Хаус» оказался двухэтажным кирпичным домом, в окнах которого призывно горел свет. Ночной воздух наполняли нежные звуки скрипки.

– Наверное, ты приводишь сюда всех своих подружек, Трэвис? – игриво спросила Сюзанна. Она старалась не переиграть, и к тому же у нее было не слишком много опыта в общении с мужчинами. Женщина с трудом удержалась от тяжелого вздоха. После того, как Трэвис покинул ее, Сюзанне не оставалось ничего другого, как длительное время скрываться на семейной плантации Форто. Наконец, когда она набралась смелости и снова стала показываться в свете, Сюзанна поняла, что ее доверие к сильному полу оказалось серьезно подорванным. Единственным исключением был ее брат Брет, которым Сюзанна всегда гордилась.

Трэвис взял ее за руку, и она почувствовала тепло его тела. Ей захотелось отдернуть руку, но Сюзанна сдержалась. Почему она до сих пор так остро реагирует на его прикосновения? Почему после того, что произошло между ними семь лет назад, ее по-прежнему влечет к Трэвису?

Фонарь у входа в ресторан бросал золотистые отблески на дощатый настил перед зданием. Сюзанна взглянула на Трэвиса. Свет фонаря отражался в его волосах и делал лицо еще более мужественным.

Трэвис повернулся к ней и улыбнулся, открывая двери ресторана.

– Вход только для избранных лиц, – сообщил он, пропуская женщину вперед.

– Значит, я теперь отношусь к этой категории?

Улыбка на лице Трэвиса едва не сменилась гримасой. Сюзанна намекала на то, что произошло семь лет назад. И как он поступил тогда с ней. Или это всего лишь мимолетное замечание? Трэвис вошел вслед за Сюзанной, помог ей раздеться, снял свой плащ и подозвал метрдотеля.

– Наверное, ты уже в курсе того, что все мужское население Вирджиния-Сити по достоинству оценило Жоржетту Линдсей? – ему понравилась произнесенная им фраза. Она была не только комплиментом, но и ответом на вопрос Сюзанны. Трэвис повернулся к метрдотелю.

– Столик на двоих в спокойном месте, подальше от входа и окон, – попросил он.

Метрдотель кивнул и дал знак следовать за ним.

После того, как они сели и сделали заказ, Трэвис повернулся к Сюзанне, которая открыто восхищалась обстановкой ресторана: мебелью красного дерева, стульями с бархатной обивкой, зеркалами в золоченых рамах.

– Неплохо для небольшого городка золотоискателей, приютившегося на склоне горы? – заметил Трэвис.

Сюзанна улыбнулась в ответ.

– Совсем неплохо. У меня ощущение, что я дома.

Он кивнул.

– А как дела дома? Как твои родители? Твой брат? – эти вопросы Трэвис задал лишь из вежливости. На самом деле его мало интересовали родители Сюзанны. Ландон Форто относился к тому же типу людей, что и Томас Брэгит: хвастун, наглец, закоренелый эгоист, равнодушный к собственной семье. Трэвис полагал, что чем меньше таких типов останется на свете, тем лучше для всех.

– Все в порядке. Мама часто пишет мне, хотя из-за моих переездов из города в город письма опаздывают на несколько недель. В последнем письме она сообщила, что янки пытались захватить их город, но потерпели неудачу. – При этих словах Сюзанна хихикнула. – Им никогда не удастся взять Новый Орлеан. С их стороны глупо даже пытаться. С мамой все в порядке, а вот папа сильно беспокоится о нашей плантации.

– А чем сейчас занимается Брет? – на самом деле Трэвис не очень хорошо знал брата Сюзанны и спросил о нем лишь из вежливости. Брет Форто был на несколько лет младше Трэвиса и больше знаком с его братом Трейсом, чем с ним самим.

– Он продолжает отстаивать свои убеждения, – уклончиво ответила Сюзанна.

Официант принес еду, но Сюзанна продолжала следить за Трэвисом сквозь слегка опущенные ресницы, надеясь уловить малейшую реакцию на имя ее брата и ту ситуацию, в которой он находится. Но Трэвис сразу же переменил тему.

– Итак, Сюзанна, что привело тебя в Вирджиния-Сити?

Официант поставил перед ними две тарелки китайского фарфора с красной рыбой в миндальном соусе, зелеными бобами с луком, жареным картофелем и томатами, фаршированными креветками. Затем он налил вино в хрустальные бокалы и удалился.

Сюзанна иронично улыбнулась.

– Ты, Трэвис.

Он рассмеялся.

– Нет, я имел в виду твою работу. Почему ты стала выступать на сцене? И как давно? – увидев улыбку на лице Сюзанны, он замолчал и мысленно отругал себя за столь бестактный вопрос. Возможно, из-за войны семья Форто испытывает финансовые затруднения, и для Сюзанны это единственный способ заработать на жизнь.

Лицо женщины стало серьезным.

– Я поняла, что из меня получится плохая домохозяйка. Мне хотелось увидеть мир, а папа был против. Он отказался помочь, и мне пришлось рассчитывать лишь на себя. А я умела только шить, вязать, играть на фортепьяно и петь. – Она пожала плечами. – Не думаю, что шитье или вязание смогли бы поддержать мое финансовое благополучие, а на фортепьяно я никогда не играла достаточно хорошо. Поэтому мне пришлось стать певицей.

Трэвис кивнул. Действительно, семь лет назад он поступил правильно. Так оказалось лучше для них обоих. Теперь, если ему удастся вновь наладить отношения между ними, все будет совсем по-другому. Трэвис чуть заметно улыбнулся, представив Сюзанну Форто обнаженной в своих объятиях. Ему захотелось как можно быстрее превратить этот образ в реальность.

После ужина Трэвис проводил Сюзанну к отелю «Унион Бель». Ему хотелось продолжить этот вечер полуночной прогулкой верхом, но ночи были еще слишком холодными, а дороги покрыты тонким льдом и сугробами. Поэтому лучше всего было бы уединиться в его комнате в «Маунтин Квин», но для этого пришлось бы пройти через салун, а это вызовет ненужные разговоры.

Они перешли Си-стрит, затем Трэвис помог женщине подняться на дощатый настил и, удерживая ее руки в своих, остановился возле входа в гостиницу в тени нависавшей над ним крыши. Темнота скрывала их от любопытных взглядов прохожих. Сюзанна взглянула на Трэвиса. В темноте черты его лица казались еще более мужественными.

Без лишних слов Трэвис обнял ее. Сюзанна не сопротивлялась. Его руки обняли женщину за талию, а губы настойчиво искали поцелуя. Трэвис наслаждался мягкостью ее губ и гибкостью тела. За все эти годы у него было немало женщин, среди которых попадались совсем неискушенные, но чаще обычные проститутки. И все же ни одна из них не смогла тронуть его сердца, и Трэвис решил, что так должно быть всегда. Воспоминания о своей настоящей любви и о той женщине, которая отвергла его чувства, убедили Трэвиса в том, что нельзя отдавать свое сердце кому бы то ни было. Но если сердце могло обойтись без любви, то тело не собиралось отказываться от нее. Сюзанна Форто уже не была для Трэвиса маленькой красивой южанкой. Она стала певицей салунов в городках и поселках золотоискателей, и Трэвис был уверен, что Сюзанна превратилась в многоопытную женщину, умеющую ценить настоящие мужские ласки.

Его руки все сильнее прижимали женщину к себе, и теперь их тела явственно ощущали тепло друг друга. Поцелуи Трэвиса становились все настойчивее. За эти годы он неплохо овладел наукой соблазнения.

Вдруг Сюзанна резко оттолкнула Трэвиса и вырвалась из его объятий, тяжело дыша. Лицо ее пылало гневом.

– Нет, Трэвис. Ты бы мог получить все это семь лет назад, – едва слышно произнесла она. Ее глаза наполнились слезами. – Но ты повернулся ко мне спиной. – Сюзанна взялась за дверную ручку.

– Подожди, Сюзанна. – Трэвис вновь приблизился к ней и взял ее за руку. – Я знаю, что мне не следовало так поступать. Но у меня не оставалось другого выхода. Я был обозлен и напуган. Мне очень жаль, что так получилось.

– Тебе жаль? Ты оставил меня наедине со скандалом, Трэвис. Наедине с унижением отвергнутой невесты, наедине с ужасными слухами, будто я беременна твоим ребенком. А ты прекрасно знал, что это ложь, Трэвис. Знал, но промолчал. Более того, ты предал меня.

– У меня не было другого выхода, Сюзанна.

– А ты знаешь, что мне пришлось пережить, Трэвис, до того, как всем стало ясно, что я не беременна? – все обиды и унижения прошлого вновь нахлынули на нее. – Но было уже поздно. Все, включая моих так называемых друзей, решили, что у меня случился выкидыш. Никто не поверил в то, что я вообще никогда не была беременна.

Трэвис покачал головой.

– Я… я подумал, что все поймут, что эти слухи не имеют под собой никакой почвы, Сюзанна. Мне очень жаль.

– Спасибо. – В ее голосе послышались саркастические нотки. – Когда я вернусь в Новый Орлеан, то обязательно сообщу всем знакомым, что ты извинился передо мной.

Трэвису не понравился такой поворот в их беседе. Прошлого уже не вернешь, да и делать это незачем, но все же он должен объяснить Сюзанне, почему так поступил с ней.

– Тогда я был влюблен в другую женщину, Сюзанна. Жениться на тебе было бы несправедливо по отношению к ней.

Она удивленно вскинула брови.

– И вместо того, чтобы объясниться, ты просто бросил меня? Эти слухи распустил твой отец, Трэвис. Ты все знал и не мог его остановить? Или хотя бы поговорить со мной?

Трэвис наморщил лоб и взял ее за руки.

– Неужели это мой отец?

– Да, именно он, – отрезала Сюзанна, вырываясь. – Если ты, Трэвис, не хотел жениться на мне, тебе следовало сказать об этом в самом начале. – Слезы текли по ее щекам, но, не обращая на них внимания, Сюзанна продолжала: – Тебе не следовало разрешать моей семье объявлять о нашей помолвке, планировать свадьбу и приглашать на нее полгорода. Тебе не следовало отправлять меня в церковь и заставлять ждать себя и…

Трэвис снова обнял женщину, когда понял, что она плачет.

– Прости меня, Сюзанна, – прошептал он, и в этот момент слова его были совершенно искренними. Трэвис никогда не желал ей зла. Все, о чем он тогда мечтал – это уехать подальше от своего отца с его бесчисленными махинациями и непомерными амбициями, а также забыть о том, что женщина, которую любил Трэвис, отвернулась от него.

Сюзанна снова оттолкнула Трэвиса и быстро вытерла слезы кончиками пальцев.

– Спасибо, Трэвис. Хотя теперь это уже не имеет никакого значения. У нас был шанс. Но теперь это в прошлом. Слишком многое изменилось. У каждого из нас своя жизнь и свои проблемы.

Он снова приблизился к женщине, но та оттолкнула его в сторону. У Трэвиса опустились руки.

– Мне очень хочется видеть тебя, пока ты здесь, Сюзанна. Обедать в твоем обществе. Поговорить с тобой.

Она покачала головой.

– Не думаю, что это хорошая мысль. Давай пожелаем друг другу спокойной ночи и расстанемся, пока наши воспоминания не заставили нас произнести слова, о которых мы впоследствии можем сожалеть.

Сюзанна протянула ему руку. Она боялась и Трэвиса, и себя, боялась тех чувств, которые были готовы вырваться наружу. До этого ей казалось, что все давно уже в прошлом, и ей не составит труда выполнить то, о чем ее инструктировал Клэренс. Но она ошиблась.

– Я была рада увидеть тебя, Трэвис. Спокойной ночи.

Он сжал ее пальцы в своей ладони. Подавляя в себе желание снова обнять женщину, Трэвис поцеловал ее руку.

– Спокойной ночи, Сюзанна.

Через несколько минут, оказавшись в своей спальне, Сюзанна резким движением сняла перчатки, затем бросила их на туалетный столик, куда впоследствии полетели ожерелье и подвески. После этого она нервно зашагала по комнате, теребя пуговицы блузки.

– Черт бы тебя побрал, Трэвис Брэгит! – почти шепотом произнесла Сюзанна. – Я не думала, что все будет именно так. – Она быстро сняла с себя блузку. – И не ожидала, что ты так поведешь себя. – Корсет и юбки упали на пол. – Черт бы тебя побрал, Трэвис! – Сюзанна выглянула в окно.

В дверь постучали.

ГЛАВА 5

Трэвис стоял у входа в отель, где остановилась Сюзанна. В его голове накопилось множество вопросов, на которые он не находил ответов. Семь лет назад он целовал Сюзанну и при этом ничего не испытывал. Абсолютно ничего. Недавний поцелуй у дверей отеля словно дьявольское наваждение вывел его из равновесия. Еще ни одна женщина, даже Элизабет, в которую, как считал Трэвис, он был по-настоящему влюблен, не волновала его так сильно, а ведь они хотели пожениться и провести вместе остаток жизни.

Трэвис никогда не любил Сюзанну, хотя и вынужден был признать ее одним из самых очаровательных созданий, с которыми ему доводилось встречаться. И, конечно, самой привлекательной и утонченной женщиной, когда-либо посетившей Вирджиния-Сити.

– Трэвис! Что ты делаешь здесь в такой час? И в полном одиночестве?

Трэвис обернулся. Рядом с ним стояла женщина в темно-синем платье, едва различимом на фоне ночи. Ее волосы были уложены на затылке в огромный пучок. Женщина не принадлежала к числу красавиц, однако в ней было особое очарование, привлекавшее почти всех мужчин города. Она была самой высокооплачиваемой и самой любимой шлюхой на Си-стрит. В Вирджиния-Сити не нашлось бы мужчины, который не питал бы нежных чувств к Джулии Бульет.

– Наверняка здесь замешана женщина, – добавила Джулия, не дождавшись ответа, и подмигнула Трэвису.

Тот улыбнулся.

– Есть ли в этом городе секреты, которых бы ты не знала, Джулия?

Она игриво рассмеялась и плотнее закуталась в плащ.

– Наверное, есть. Но очень немного. А теперь идем. – Женщина взяла Трэвиса под руку и повела по дощатому тротуару. – Расскажи Джулии, что тебя волнует. Может быть, я смогу помочь?

Трэвис отрицательно покачал головой.

– Мне не нужна помощь, Дорогая. Я просто вспомнил о своей семье, которую оставил в Новом Орлеане, – солгал он. Они перешли на другую сторону улицы. Почему-то Трэвису не захотелось делиться с Джулией мыслями о Сюзанне.

Женщина пожала плечами.

– Ну что ж, если я не могу помочь или ты вообще не хочешь говорить на эту тему, почему бы тебе не предложить мне выпить стаканчик за твой счет?

Трэвис распахнул перед ней дверь-вертушку салуна «Маунтин Квин».

– С удовольствием, миледи, – ответил он и жестом галантного кавалера пригласил ее внутрь.

* * *

Сюзанна стояла у окна своей спальни и наблюдала, как Трэвис постепенно удалялся от гостиницы в компании темноволосой женщины. Затем она задернула занавески, нетвердой походкой подошла к постели и села на ее край.

– Разве меня должно волновать, чем он занимается? – пробормотала Сюзанна. Она расшнуровала корсет, сняла панталоны и чулки, разбросав все это по комнате. Затем надела первую попавшуюся на глаза ночную сорочку и легла, укрывшись тонким одеялом. – Очевидно, у Трэвиса свой гарем в этом забытом богом городке, и все его обитательницы только ждут сигнала, чтобы забраться в его постель!

Сюзанна повернулась на бок. Ей нужно как следует отдохнуть. Она закрыла глаза, но сон не шел к ней. Женщина никак не могла успокоиться. Кипевший внутри нее гнев заряжал Сюзанну новой энергией взамен растраченной за этот непростой день.

Все, что от нее требовалось, – это заигрывать с Трэвисом, убедиться, что он все еще является членом Ордена рыцарей, а также не позволять ему разговаривать с Клэренсом. Вот и все. Сюзанна не знала, почему ОНИ приготовили такое задание именно для нее, зачем ИМ понадобилось, чтобы она вновь привлекла к себе внимание Трэвиса. В конечном счете, ей все равно. Если это поможет выяснить, что стало с Бретом, она должна это сделать, а на все остальное ей наплевать.

И все же, как ей относиться к Трэвису Брэгиту? Он отпетый негодяй и мошенник. Трус, который сбежал, вместо того, чтобы вести себя по-мужски.

Сюзанна повернулась на другой бок, несколько раз ударила кулаком по подушке и злобно пробормотала:

– Трэвис Брэгит – распутная свинья. И трусливый негодяй. Как и его отец.

То, что она ощутила в себе от его поцелуя – это, конечно же, не желание и не страсть, а лишь проявление одиночества. Сюзанна поняла, что у нее слишком мало опыта для соблазнения мужчин, даже для того, чтобы целоваться с ними. Она целовалась в своей жизни всего с двумя мужчинами. Один из них был ее братом, поэтому его поцелуй не в счет. Другой – Трэвис. Этот поцелуй имел для Сюзанны огромное значение, но, к сожалению, он был единственным. Что ж, ей придется пройти через все испытания, чтобы узнать, что случилось с Бретом. И если из-за этого у Трэвиса возникнут проблемы, ее это не касается. Он заслужил это.

Не в силах заснуть, Сюзанна встала, зажгла лампу и подошла к одной из своих дорожных сумок. Через несколько минут она отыскала небольшую металлическую шкатулку и перенесла ее на постель.

Скользнув под одеяло, Сюзанна положила шкатулку на живот и открыла ее. На внутренней стороне крышки были изображены два портрета: с одной стороны ее собственный, с другой – портрет Брета, написанный в день его отъезда из Нового Орлеана в кавалерийский отряд Фореста. Он мог бы стать командиром своего собственного отряда, но настолько восхищался Форестом, что дал согласие служить под его началом. Сюзанна вспомнила, что Брет называл этого человека одним из талантливейших стратегов.

Слезы затуманили образ любимого брата, изображенного на портрете в новой серой униформе с аксельбантами, шпагой, принадлежавшей еще их дедушке, и шелковым красным платком, повязанным ему на счастье матерью.

Слезинка упала на стекло, покрывавшее портрет. Сюзанна вытерла ее одеялом.

Вначале Брет писал домой почти каждую неделю, но затем письма стали приходить все реже. Он оставил армию, чтобы вступить в Орден рыцарей «Золотого Круга». Отец был в шоке, а мать еще долго не могла поверить в случившееся. В своем последнем письме Брет сообщил, что его направляют в Сан-Франциско. После этого писем не было.

По прошествии нескольких месяцев Ландон Форто наконец признался, что именно он уговорил Брета вступить в Орден рыцарей. Он опасался, что сына убьют на поле боя, и решил, что на новой службе Брет будет в большей безопасности, работая за линией фронта и выполняя секретные задания. Отец винил себя за исчезновение Брета и всеми силами старался выяснить, что же случилось с его сыном.

– Где же ты, Брет? – прошептала Сюзанна, глядя на портрет. – Что с тобой случилось?

Внезапно в дверь громко постучали. Сюзанна вздрогнула и непроизвольно захлопнула крышку шкатулки.

– Сюзанна, открой, – раздался голос Лонше. Женщину охватил приступ ярости. Как он смеет беспокоить ее глубокой ночью? Отбросив одеяло, Сюзанна накинула халат и подошла к двери.

– Что тебе нужно, Клэренс? – спросила она.

– Открой мне дверь.

– Я уже спала. Что тебе нужно?

– Открой. Нам надо поговорить. Прямо сейчас. Мне бы не хотелось стоять в коридоре и разговаривать через дверь.

Он снова начал барабанить в дверь.

– Я не одета! – закричала Сюзанна. – Своим шумом ты разбудишь всех соседей!

– Накинь халат и открой дверь.

Стук продолжался.

– Хорошо, хорошо, – Сюзанна щелкнула задвижкой. – Что заставило тебя прийти сюда в столь поздний час?

Лонше проследовал мимо нее и уселся в одно из кресел напротив камина, в котором еще догорало несколько поленьев. Сюзанна стояла у дверей и внимательно смотрела на гостя.

– Сюзанна, сядь и расскажи мне, как прошел сегодняшний вечер. – Он не торопясь достал сигару и закурил, бросив спичку в камин.

Сюзанна удивленно переспросила:

– Рассказать о сегодняшнем вечере? Разве нельзя это сделать завтра?

– Мне необходимо знать. Сейчас.

– Уже поздно, Клэренс, – сухо ответила она. – Поговорим утром.

– Лучше сделать это сейчас, – с явным вызовом произнес Лонше.

Сюзанна вздохнула, закрыла дверь и села в кресло напротив него.

– Что тебя интересует, Клэренс? Мы ужинали в ресторане «Даймонд Хаус» на углу Тейлор и Би-стрит. Это недалеко от «Маунтин Квин». Мы ели красную рыбу, зеленые бобы, лук, картофель, фаршированные томаты. Пили вино…

– Сюзанна.

Она улыбнулась.

– Да, Клэренс?

– Я хочу узнать о Трэвисе.

– Я о нем и рассказываю, – наивно ответила Сюзанна.

Клэренс бросил окурок в камин.

– Меня не интересует, из чего состоял ваш ужин, черт бы его побрал. Мне нужно знать, что произошло между вами. – В его голосе промелькнуло раздражение. – Что произошло, Сюзанна? Может быть, вы…

– Может быть, я соблазнила его? – насмешливо спросила она.

– В самом деле? – бледная кожа Лонше покрылась красными пятнами. Он прищурился, зло поджал губы и начал барабанить пальцами по подлокотникам кресла.

– Конечно, нет, Клэренс. Ты же знаешь, что я – леди.

Он резко поднялся.

– Меня это мало волнует, будь вы даже рыбой, Сюзанна. Вы согласились соблазнить Трэвиса Брэгита. Вы согласились…

– Минуточку, – перебила его Сюзанна. – Я согласилась выяснить, считает ли Трэвис себя до сих пор членом Ордена рыцарей. – Лонше стал похож на жабу. Он достиг в своем поведении черты, за которой Сюзанна уже с трудом могла выносить его. Если бы Клэренс не был ей нужен в поисках Брета, она сейчас скорее всего убила бы его. – Я согласилась выяснить, что ему известно о судье Дэвиде Терри и об Ордене рыцарей. Согласилась заигрывать с ним и завладеть его вниманием, пока мы здесь. Это все, Клэренс. Я не давала согласия соблазнить Трэвиса.

Лонше злобно посмотрел в ее сторону, но затем его настроение переменилось.

– Итак, – произнес он, – что же ты выяснила? – он смотрел на пламя камина, избегая прямого взгляда Сюзанны. Достав новую сигару, Клэренс потянулся за спичками.

– Я бы попросила тебя не курить, Клэренс. Мне не нравится этот запах, – солгала Сюзанна. Ей всегда нравился аромат дорогих сигарет, но возможность задеть этого толстяка доставляла женщине огромное удовольствие.

Лонше спрятал сигару в карман.

– Хорошо. Итак, что же ты выяснила?

– Ничего особенного.

«За исключением того, что от его поцелуя у меня появилась такая же слабость в коленках, как и семь лет назад», – подумала она. От такого откровения перед собой Сюзанна разозлилась. Трэвис Брэгит навсегда останется негодяем и подлецом, и ей нужно помнить об этом.

ГЛАВА 6

На следующее утро в комнату Сюзанны была доставлена дюжина букетов и пять коробок со сладостями, присланных поклонниками – зрителями ее первого выступления в «Маунтин Квин». Увидев, что среди подарков нет ничего от Трэвиса, Сюзанна ощутила легкое разочарование. Поймав себя на этой мысли, она разозлилась и пулей вылетела из комнаты в поисках Эдди, чтобы позавтракать вместе с ней в обеденной комнате для гостей, а затем отправиться на прогулку.

– Вы вернетесь к ланчу? – спросила Мэвис Бил.

– Не волнуйтесь, миссис Бил, – ответила Сюзанна. – Если мы проголодаемся, то зайдем куда-нибудь перекусить.

Мэвис покачала головой.

– Будьте осторожны. На дорогах гололед. К тому же, многие мужчины до сих пор не слишком хорошо представляют, как нужно обходиться с настоящими леди. Надеюсь, вы понимаете, на что я намекаю.

Эдди негромко рассмеялась, слегка покраснела и начала поправлять юбку. Ее рука непроизвольно потянулась к небольшой дамской сумочке, висевшей у бедра, и нащупала в ней холодный металл пистолета. Это придало Эдди уверенности в себе. Она улыбнулась. Если они окажутся в опасности, то смогут постоять за себя.

– С нами все будет в порядке, миссис Бил, – пообещала Сюзанна. – Увидимся днем.

– Если подует западный ветер, возвращайтесь немедленно, – предупредила Мэвис. – Это ветры-убийцы. Они могут свалить с ног, и вы окажетесь на дне каньона.

Эдди и Сюзанна закрыли за собой дверь и вышли на тротуар. На улице было людно. Повсюду мелькали тележки, экипажи, грузовые повозки. Вагончики торговцев располагались возле лавок и больших магазинов, а на тротуарах было полно самой разношерстной публики: джентльмены, грязные лохматые мальчишки, старатели.

– Сначала надо зайти в универмаг, – решила Сюзанна, указав в сторону двухэтажной постройки на противоположной стороне улицы.

Неожиданно их обступила толпа мужчин, желавших Сюзанне доброго утра, целовавших руки и произносивших бесчисленные комплименты по поводу ее вчерашнего выступления. Четверо джентльменов даже пригласили Сюзанну на ужин. Пятый предложил выпить с ним после ее сегодняшнего выступления. Шестой сразу же назвал номер своей комнаты в отеле. Сюзанне захотелось дать ему пощечину, но она сдержалась, продолжая улыбаться и делать вид, что не понимает, на что намекает этот тип. Она вежливо отклонила его предложение, мотивируя это тем, что у нее в отеле есть своя собственная комната.

– Я бы не смогла вытерпеть такую наглость, – заметила Эдди, глядя вслед автору последнего предложения. – Сразу приглашать к себе в номер… – Она украдкой взглянула на Сюзанну. Не секрет, что многие певицы подрабатывали проституцией, но Эдди была уверена, хотя и знала Сюзанну всего несколько месяцев, что та не из их числа. И все же, чем черт не шутит. Эдди внимательно наблюдала за Сюзанной еще до того, как стала ее горничной. Она знала о своей хозяйке почти все, включая ее прошлые отношения с Трэвисом Брэгитом.

Сюзанна ощутила на себе внимательный взгляд Эдди.

– Что-нибудь не так, Эдди?

Эдди мысленно отругала себя за собственную неосторожность и улыбнулась.

– Нет, меня просто шокировали… грязные комментарии этого джентльмена и остальных. Они грубияны, и не стоит обращать на них внимания.

Сюзанна рассмеялась.

– Не переживай, Эдди. Все в порядке.

Перед тем, как войти в универмаг, Сюзанна заметила, как из двери салуна напротив «Маунтин Квин» вышла женщина в ярко-зеленом платье и помахала кому-то рукой. Интересно, кому?

В этот момент перед салуном верхом на гнедом жеребце появился Трэвис Брэгит и поприветствовал даму в зеленом. Сюзанна отвела взгляд. Трэвис вправе приветствовать кого угодно. Она стала внимательно изучать витрины, противоположную сторону улицы и открывавшуюся за ней панораму.

Солнечная Гора, склон которой начинался сразу за западной окраиной города, все еще была укрыта снегом. Лучи утреннего солнца освещали уже сероватые сугробы, видневшиеся вдалеке, и отражались в витринах крупных магазинов.

Сюзанна приказала себе успокоиться и с напускной бодростью произнесла:

– Пошли, Эдди. Купим что-нибудь.

Она старалась не думать о Клэренсе Лонше или Трэвисе Брэгите. Воспоминания о первом заставляли ее злиться, а мысли о Трэвисе пробуждали иные чувства, включая замешательство и смущение. Сюзанна не могла понять, почему вдруг она ощутила себя виноватой в том, что ведет с Трэвисом двойную игру. Ведь этот человек, сам мошенник и негодяй, вполне заслужил такое отношение к себе. Почему же Сюзанна почувствовала себя худшей из всех обманщиц?

– Как тебе эта шляпка? – спросила Сюзанна, отгоняя мысли о Трэвисе. Но она так и не услышала ответа. Ее внимание теперь было сосредоточено не на шляпке и мнении Эдди на этот счет, а на высоком мужчине, появившемся у входа в универмаг.

Увидев Сюзанну, он остановился.

Женщина смотрела на него, не отрывая взгляда.

Мощное телосложение Трэвиса говорило о его недюжинной физической силе. Его тень в дверном проеме, а также слабо освещенное фонарями у входа лицо произвели на Сюзанну необычное впечатление. Ей показалось, что Трэвиса окружает дьявольское сияние.

Сюзанна почувствовала, как мурашки пробежали по ее коже. Она вздрогнула. Помимо волнения, Сюзанна ощутила нечто, находившееся в прямом противоречии с ее мыслями: желание снова почувствовать вкус его губ. Она приказала себе не думать об этом.

Взгляд Трэвиса действовал на нее гипнотически. Внезапно мужчина сделал движение, которым обычно стряхивают пылинку с камзола. Сюзанна вздрогнула.

– Посмотри, дорогой. Ведь это твоя певчая птичка. – В дверях появилась Магнолия Рошел. Ее рыжеватые волосы ниспадали на плечи, прекрасно гармонируя с платьем из изумрудно-зеленого бархата, отороченным по низу мехом горностая. Женщина сделала несколько шагов и оказалась рядом с Сюзанной, разглядывая ее сверху вниз и улыбаясь.

Сюзанна, опешив, отвела взгляд от Трэвиса и глупо уставилась на Магнолию, напоминавшую ей рождественскую елку.

Та продолжала улыбаться.

– О, дорогая, я вижу, что Трэвис еще не говорил вам обо мне. – Она игриво надула губки и через плечо взглянула на Трэвиса. – Милый, неужели ты совсем забыл о своей Магнолии? Представь меня этой леди.

– Мэгги! – в голосе Трэвиса прозвучали нотки предупреждения.

Магнолия снова повернулась к Сюзанне, взяла ее за руку и перешла на шепот.

– Дорогая, мы ведь еще не договорились о встрече, не так ли?

– Мэгги! – в голосе Трэвиса слышалось явное нетерпение. – Выбирай себе шляпку и побыстрее!

Магнолия сделала вид, что не слышит его.

– Думаю, мы скоро встретимся.

Сюзанна удивленно уставилась на незнакомку. Кто эта дама? Судя по ее безвкусному наряду и оборотам речи, она не принадлежит к высшему обществу. Но все же она пришла сюда вместе с Трэвисом.

– Если вы решите, что Трэвис плохо оплачивает ваши выступления в «Маунтин Квин», – быстро прошептала Мэгги, – вы можете найти меня в «Серебряной Леди», прямо напротив. Я позволяю своим девушкам зарабатывать не только выступлением на сцене.

Сюзанна едва не открыла рот от изумления. Эта женщина – содержательница публичного дома? И она подруга Трэвиса?

– Не думаю, что это случится, Мэгги, – прозвучал за их спиной голос Трэвиса. – А теперь побыстрее выбирай шляпку. Нам уже пора идти. Кроме обязанности твоего провожатого у меня сегодня еще много дел. – В его голосе снова прозвучало предупреждение, и снова это не произвело никакого эффекта на Магнолию.

Сюзанна почувствовала приступ ревности, но усилием воли быстро подавила в себе это чувство. Какие у нее основания ревновать Трэвиса Брэгита? Он вообще ее мало волнует. Сюзанна распрямила плечи. Злость. Скорее всего, это просто злость, а не ревность. Трэвис Брэгит – мошенник и повеса. Распутник. Сюзанна посмотрела на себя в зеркало и несколько раз повторила эти слова.

Магнолия рассмеялась хриплым грубоватым смехом, звуки которого заполнили небольшое помещение магазина.

Эдди нахмурилась.

Сюзанна удивленно переводила взгляд с Магнолии на Трэвиса и обратно. Трэвис поморщился. Черт дернул его именно сегодня оплатить проигрыш в споре с Магнолией, который выражался в покупке новой шляпки! Почему он не пришел сюда один, не купил эту дурацкую шляпку и не отправил ее в «Серебряную Леди» с посыльным? Почему он позволил Мэгги уговорить его сопровождать ее в универмаг? Трэвис сразу же почувствовал странное внутреннее напряжение, когда увидел здесь Сюзанну. Он сжал руку в кулак. Почему эта женщина имеет над ним такую власть? Трэвис выругался про себя, но напряжение не спадало. По какому праву Сюзанна Форто так легко выбивает его из колеи? Ведь она – не единственная женщина в Вирджиния-Сити. Может быть, дело в том, что Сюзанна не такая, как остальные?

Трэвис взглянул на Магнолию. Она всегда желала большего, нежели просто делить с ним постель, как, впрочем, и полдюжины других проституток в этом городе, включая тех, кого деньги уже мало интересовали. Взгляд Трэвиса вернулся к Сюзанне. Она просто красавица. И настоящая леди. Его не покидало чувство вины за то, что он сделал с ней семь лет назад. Но что дальше?

К ощущению внутреннего напряжения прибавилось горькое чувство несбывшейся надежды. Трэвис знал, что если сейчас он не уйдет из этого универмага, то его атакует еще одно чувство – чувство неутоленной страсти. Он понял, что ему надо бежать от хмурых взглядов Мэгги и ее немых упреков, от присутствия Сюзанны, воспоминаний о их вчерашнем поцелуе. Слишком много эмоций сразу – вещь, опасная для здоровья.

ГЛАВА 7

– Сегодня вечером у нас собрание, Трэвис, – едва слышно произнес Дэвид Терри.

Трэвис посмотрел на судью – крепкого мужчину, стоявшего рядом с ним у стойки бара. Затем он крепко сжал свой стакан и допил виски.

– Я же говорил вам, судья, что больше не имею никакого отношения к Ордену рыцарей.

– Ты всегда останешься одним из нас, Трэвис, – возразил Терри. – Ты вступил в нашу организацию однажды и на всю жизнь.

– Тогда я был слишком молод.

– Решение уже принято. Ничего нельзя изменить.

Трэвис смотрел на судью изучающим взглядом. Теперь ему стало ясно, почему у того врагов больше, чем друзей. Терри был похож на бульдога: упрям и суров. Те, кто выигрывал из-за таких свойств его характера, восхищались им; те же, кому он мешал – ненавидели. Трэвис вздохнул.

– Тогда считайте, что я принял новое решение.

Судья покачал головой.

– Но ведь ты же поклялся, Трэвис. От тебя ждут верности на всю жизнь.

Трэвис чувствовал, как в нем нарастает раздражение, и едва сдерживал себя. Он не хотел спорить с судьей. Когда-то Томас Брэгит занимал высокий пост в Ордене рыцарей и заставил своих сыновей вступить в организацию.

– Судья, вы хорошо знаете, что длительное время я вообще не принимал участия в деятельности Ордена.

– Сейчас нам дорог каждый человек, Трэвис. Каждый.

Трэвис почувствовал, что его загоняют в угол. Так случалось каждый раз, когда он пытался наладить отношения с отцом. Но сейчас его отец был мертв – убит два года назад, а сам Трэвис уже давно не тот молодой человек, который радовался тому, что выжил рядом со своим отцом-тираном. Он стал сильнее, увереннее, независимее и хотел сам принимать решения, не доверяя это никому.

– Но почему? – спросил он. – Почему именно сейчас возникла такая надобность?

Прежде чем ответить, судья снова оглянулся.

– Потому что у нас появились новые планы.

Трэвис со стуком поставил стакан на стойку бара, чем вызвал внимательный взгляд бармена и нескольких посетителей. Он помолчал, ожидая, пока их оставят наедине.

– Черт побери, Дэвид, что вы там затеваете? Нам здесь в горах не нужны лишние неприятности.

Судья Терри улыбнулся.

– А кто говорит о неприятностях?

Как-то раз Трэвис вернулся в Вирджиния-Сити после поездки в Новый Орлеан на свадьбы сестры и брата. Дэвид Терри был уже здесь, и его появление совпало с настоящим хаосом в предгорьях, где проживали в основном южане. Приезд судьи и организация им филиала Ордена рыцарей в конце концов привели к появлению в этих местах солдат из форта Черчилль, направленных для поддержания порядка.

– Сегодня в полночь я буду ждать тебя, Трэвис, в «Кингс Плейс», – заявил Терри. Он допил виски, стукнул стаканом о стойку бара и собрался уходить.

– Не зарывайтесь, судья, – пробормотал Трэвис.

Дэвид Терри повернулся.

– Трэвис, ты или с нами, или против нас. Мне не хотелось бы говорить об этом еще раз, но третьего не дано.

Трэвис внимательно смотрел ему вслед. По пути к выходу судья обменялся парой фраз с несколькими старателями.

Трэвис повернулся, облокотился на стойку бара и позвал Джеда.

– Сейчас же принеси мою бутылку, – потребовал он.

* * *

Сюзанна раскланялась в последний раз, послала зрителям: старателям, игрокам, бизнесменам – воздушный поцелуй и быстро спустилась со сцены. Однако вместо того, чтобы, как обычно, пойти в свою уборную, она решительно направилась в бар.

– Мисс Сюзанна! – испуганно позвала ее Эдди из-за занавеса.

Сюзанна остановилась, обернулась и улыбнулась.

– Все в порядке, Эдди. Я скоро вернусь.

– Эй, крошка! Ты, наверное, хочешь, чтобы мы приголубили тебя? – крикнул один из старателей и жестом предложил Сюзанне сесть к нему на колени.

– У меня тоже есть кое-что для тебя, – вмешался другой. Он резко поднялся из-за столика и грубо обхватил за талию проходившую мимо Сюзанну.

Мужчина так крепко прижал ее к себе, что у Сюзанны затрещали ребра. Ей стало дурно от запаха дешевого одеколона и внезапно появившегося прямо перед ней небритого лица, намеревавшегося найти себе пристанище на ее груди.

От испуга Сюзанна вскрикнула.

– Эй, Скиннер, оставь ее в покое! – раздался чей-то крик.

Собравшись с силами, Сюзанна попыталась оттолкнуть этого медведя, но тщетно. Она уже ощущала его губы на своем лице, и ее охватил приступ тошноты.

– Немедленно отпусти меня! – приказала она. Внезапно мужчина отстранился от Сюзанны. От неожиданности она едва не упала.

– Разве ты не слышал, что сказала леди? – прорычал Трэвис. Он удерживал Скиннера Джоунса за воротник жакета.

– Все в порядке, Трэв. У меня не было дурных мыслей. Я только хотел пошутить. И потом, она сама напросилась. Все шлюхи хотят одного и того же.

– Мисс Линдсей – не шлюха, Скиннер. – Трэвис произнес эти слова так громко, чтобы слышали все вокруг.

– Они все так говорят, – вмешался какой-то тип.

Трэвис отпустил Скиннера и окинул злобным взглядом посетителей салуна.

– Если вам нужна шлюха, джентльмены, отправляйтесь к Магнолии. Но если вам требуется стаканчик хорошего виски, честная игра и возможность услышать, как поет настоящая леди, – приходите к нам. У вас есть выбор. – Он взял Сюзанну за руку и повел через толпу мужчин.

Женщина почти бежала за ним. Чувство благодарности к Трэвису вскоре сменилось злостью за то, что он тащит ее через всю комнату, словно багаж. А ведь она совсем недавно флиртовала с ним!

Трэвис ногой открыл дверь салуна, продолжая тащить за собой Сюзанну. Выйдя на тротуар, он внезапно остановился.

Несмотря на поздний час, на улицах было людно. Играла музыка, раздавались громкие голоса, светились окна салунов и ночлежек на Си-стрит; старатели толпами переходили из одного салуна в другой, некоторые уже отправлялись к своим рудникам.

Сюзанна выдернула руку из ладони Трэвиса и сердито заметила:

– Зачем ты тащил меня через весь салун, словно вещь?

– Потому что ты была готова любезничать со всеми моими посетителями! – его слова ударили Сюзанну, словно плетью.

– Я вполне способна думать за себя, Трэвис, и решать, с кем мне любезничать!

– Неужели? Тогда, наверное, мне следовало оставить тебя наедине с ними.

– Ты уже бросал меня раньше, Трэвис. Почему же тогда тебя это так не волновало? – злобно бросила Сюзанна. Она вспомнила прошедшие семь лет унижения и обид, которые теперь слились в одно целое.

Последнее замечание Сюзанны задело Трэвиса, но он сделал вид, что не слышал его.

– Не следует заигрывать с такими людьми, Сюзанна. В следующий раз меня может не оказаться поблизости.

Ее охватил гнев.

– Я ни с кем не заигрывала.

– Кокетничать с мужчинами, стоя на сцене и выступая в роли певицы – это одно. Но если ты делаешь то же самое вне выступления, они понимают это иначе.

– Я не пыталась заигрывать с ними, – настаивала Сюзанна.

– Нет, пыталась.

– Какое ты имеешь право… – ее рука, описав дугу, едва не приземлилась на его щеке, но Трэвис показал отличную реакцию, перехватив запястье Сюзанны. Его глаза горели злостью, а тело напряглось, как у хищного зверя перед прыжком. – Ты достоин презрения, Трэвис Брэгит, – прошептала Сюзанна. – Ты просто сукин…

Внезапно она почувствовала прикосновение его губ к своим губам. Трэвис обнял ее и прижал к себе; его язык оказался у нее во рту, а руки нежно поглаживали спину женщины. Он знал, что играет с огнем, но в этот момент совершенно не владел собой. Сюзанна Форто стала женщиной в полном смысле этого слова: упрямой, уступчивой, страстной. Когда Трэвис оставил ее семь лет назад, она была наивной молоденькой девушкой. Но теперь все изменилось. Трэвис был уверен, что представления о добропорядочности исчезли у Сюзанны одновременно с представлениями о невинности. Теперь перед ним была женщина, которую он страстно желал. Женщина, а не шлюха. Хотя и не леди. Просто женщина.

Трэвис продолжал целовать ее. Сюзанна, не отрываясь, смотрела на него. Негодяй… Внезапно краем глаза она заметила Клэренса. Сюзанна застонала, пытаясь освободиться из объятий Трэвиса, но тот воспринял это как проявление страсти и еще сильнее обнял женщину. Тем временем Клэренс удовлетворенно кивнул, скрылся в дверях «Маунтин Квин», затем вернулся и продолжил свои наблюдения.

Не в силах оттолкнуть Трэвиса, Сюзанна обхватила его за шею, прижалась к нему всем телом и страстно поцеловала. Она старалась убедить себя, что ничего страшного не произошло. От поцелуя Трэвиса мурашки пробежали по ее телу, однако Сюзанна решила, что это следствие ночной прохлады. А тянущая боль под ложечкой – всего лишь проявление голода.

Внезапно Сюзанну пронзило острое желание. Но и оно показалось ей похожим на мышечную судорогу. Возможно, выступая на сцене, она растянула мышцу. Наверное, ей не следует так много танцевать.

Тянущая боль в животе нарастала и становилась нестерпимой. Сюзанна с силой оттолкнула от себя Трэвиса, глотнула свежего воздуха и неимоверным усилием воли попыталась взять себя в руки.

Клэренс переминался с ноги на ногу, стоя у входа в салун.

Сюзанна улыбнулась, повернулась к Трэвису, глубоко вздохнула, закрыла глаза и вновь обняла его за шею.

– Трэвис, милый, – тихо произнесла она, – мне бы хотелось простоять здесь всю ночь, но…

Он нахмурился. Сюзанна негромко рассмеялась.

– Но ведь я могу превратиться в ледышку.

Трэвис почувствовал, как она дрожит.

В этот момент к ним подошли Клэренс и Эдди.

– Уже поздно. – Лонше улыбнулся и кивнул Трэвису. – Будет очень любезно с вашей стороны, мистер Брэгит, если вы проводите Сюзанну до отеля.

Сюзанна внимательно посмотрела на Клэренса. У нее снова возникло желание задушить его, но она сдержалась.

– С удовольствием, мистер Лонше, – ответил Трэвис.

Сюзанна улыбнулась.

– Спокойной ночи, Эдди.

Эдди виновато посмотрела на хозяйку и удалилась в компании Клэренса. Трэвис и Сюзанна вернулись в салун, но, как только за ними закрылась дверь-вертушка, женщина оттолкнула от себя Трэвиса.

– Спасибо, Трэвис, – прошептала она. – Я сама доберусь до отеля.

Озадаченный внезапной переменой в ее настроении, Трэвис не успел и глазом моргнуть, как Сюзанна исчезла за дверью своей уборной.

– Джед, дай мне что-нибудь выпить, – попросил Трэвис.

– С вами все в порядке, босс? – спросил Джед.

– А почему ты об этом спрашиваешь?

Джед поставил перед ним стакан с бренди.

Трэвис залпом выпил его и вернул стакан на стойку бара. Джед внимательно посмотрел на босса.

– В последнее время вы слишком много пьете. Это не похоже на вас.

– Что ж, может быть, я начинаю понимать, почему некоторые пьют. А как ты считаешь? – он взглянул в сторону двери, за которой исчезла Сюзанна.

– Конечно, босс. Я вас понимаю. – Джед поставил на полку бутылку бренди и отправился обслуживать посетителей.

Трэвис почувствовал нарастающее в нем раздражение и усилием воли подавил в себе желание запустить стаканом в висевшее над стойкой зеркало.

– Забудь о них, – пробормотал он, обращаясь к своему отражению в золоченой раме. – Терри просто дурак, а что касается Сюзанны… – Он еще не знал, кем была Сюзанна в его жизни. Пожалуй, источником неприятностей. А их у него уже и так предостаточно.

Но забыть Сюзанну оказалось не так просто, как казалось, хотя Трэвис с трудом признался себе в этом. Нельзя сказать, что она была с ним особенно любезна с момента появления здесь или очень старалась привлечь к себе его внимание. Сюзанна была вежлива и дружелюбна, и все же пару раз ей удалось вызвать у него легкое головокружение. Более того, ее поцелуй пробудил в нем острое желание.

– Положи ее в свою постель и после этого забудь о ней, – приказал Трэвис своему отражению в зеркале.

Отойдя от стойки бара, он направился через весь зал к двери за сценой, которая вела прямо в уборную Сюзанны.

– Сюзанна? – постучал Трэвис. Ответа не последовало.

– Это я, Трэвис.

Тишина.

Трэвис разозлился. Черт бы побрал эту женщину. Какую игру с ним она затеяла теперь? Он нажал на дверную ручку и вошел внутрь. Никого. Где же Сюзанна? Трэвис подошел к ширме в углу комнаты и заглянул за нее. Сюзанны не было и там. Он обвел взглядом комнату, ругаясь себе под нос. Отель «Унион Бель» находился всего в одном квартале от салуна, но при таком обилии мужчин, изголодавшихся по женской ласке, это расстояние было равноценно нескольким милям. Очень опасная дистанция для одинокой леди, к тому же ночью.

– Женщины – главный источник всех бед, – проворчал Трэвис, выходя из артистической уборной. И даже если не брать в расчет его проблемы с Сюзанной, достаточно вспомнить Элизабет, отказавшуюся поверить, что Трэвис никогда не был в интимной связи с Сюзанной Форто.

Или вот еще пример целой цепи обмана и интриг, в которые втянули двух старших братьев Трэвиса их подружки. В итоге все закончилось свадьбой, но Белла и Лин до сих пор оставались основным источником неприятностей. Трэвис был уверен в этом, поскольку их папаша до сих пор скрывался, и с него не были сняты обвинения в убийстве Томаса Брэгита.

Трэвис задернул красную бархатную занавеску у входной двери и, раздраженный, вернулся в зал. Внезапно он услышал звук разбиваемого стекла. Зеркало! Трэвис обернулся и увидел, что прямо на него летит Скиннер Джоунс. В итоге они оба ударились о стену; Джоунс медленно сполз на пол, а у Трэвиса возникло такое ощущение, словно он побывал внутри бутерброда, на который только что наступили ногой.

После короткой передышки послышались звуки ломающегося дерева и звон стекол. В салуне завязалась драка. Трэвис ощутил приступ ярости. Что за черт? Он резко отодвинул занавеску.

– Джед, где мой пистолет? – крикнул он. Еще один старатель пролетел мимо него.

Вслед за ним пронесся стул и с треском ударился о стену, лишившись сразу всех четырех ножек.

– Хэнк! – закричал Трэвис, заметив своего помощника, отвечавшего за порядок в салуне. – Что здесь происходит?

– Одного из игроков поймали на подлоге, босс, – ответил Хэнк. Его голубые глаза блестели от удовольствия поучаствовать в хорошей драке. – Прямо на месте, босс. – Удар кулака прямо в челюсть прервал его рассказ. Хэнк удивленно оглянулся. Вместо того чтобы упасть, этот здоровяк пытался отыскать обидчика.

Мимо Трэвиса пролетела полупустая бутылка виски. Она ударилась о стену на расстоянии около фута от его головы. Трэвис едва успел уклониться, но его костюм получил добрую порцию виски.

– Джед! – снова позвал Трэвис. – Прекрати это безобразие, иначе от нашей мебели ничего не останется.

Бармен достал пистолет и выстрелил в потолок. На Трэвиса снова посыпались осколки стекла. Комната наполнилась дымом и грохотом выстрелов. Джед стрелял в потолок. Все замерли и повернули головы в сторону бармена. Тот прицелился в дерущихся.

– Если потасовка не прекратится, – пообещал он, – нам предстоит несколько похорон.

Драчуны заворчали, некоторые громко выругались, но все разошлись в разные стороны, поднимая упавшие стулья и столы. Большинство мужчин вернулось к карточной игре, но некоторые предпочли покинуть салун.

Трэвис с сожалением осмотрел свою рубашку. От нее так сильно пахло виски, что ему придется переодеться перед визитом к Сюзанне, иначе та примет его за пьяного и проткнет своим зонтиком. Возможно, у нее есть пистолет, и тогда она снесет ему голову. Трэвис направился в свою комнату, размышляя, как выглядит Сюзанна с пистолетом в руке.

Поднимаясь по лестнице, он так торопился, что перескакивал через две ступеньки. Ему хотелось побыстрее переодеться и отправиться в «Унион Бель», чтобы убедиться, что с Сюзанной все в порядке. Почему его так волнует ее благополучие? Ведь Сюзанна ясно дала понять, что не нуждается в его компании.

– Это потому, что я немало плачу за ее выступления в «Маунтин Квин», – пробормотал Трэвис себе под нос. – И мне не хотелось бы, чтобы кто-нибудь из истосковавшихся по женской ласке мужчин подпортил внешний облик моей звезды. Только поэтому.

Трэвис подошел к двери своей комнаты и на мгновение остановился. По его спине пробежал холодок. Трэвис приказал себе сохранять спокойствие и прислушался. Из комнаты донесся странный шорох.

Трэвис осторожно достал из кармана пистолет и взвел курок. Другой рукой он бесшумно нажал на дверную ручку, затем ударом ноги резко отворил дверь и метнулся внутрь.

При его появлении Сюзанна громко вскрикнула и застыла на месте, повернувшись лицом к входной двери.

ГЛАВА 8

Трэвис стоял на пороге своей комнаты, удерживая палец на курке пистолета. Какого черта здесь делает Сюзанна? Он едва не застрелил ее. Сюзанна испуганно смотрела на Трэвиса; ее дрожащие пальцы продолжали сжимать его рубашку, которую она только что достала из комода. Женщина не могла оторвать взгляд от направленного прямо на нее дула пистолета. Губы ее дрожали так сильно, что казалось, она вот-вот заплачет. Когда, наконец, Сюзанна узнала Трэвиса, она едва не лишилась чувств, прислонилась спиной к комоду и облегченно вздохнула. Но спокойствие оказалось недолгим.

– Какого черта ты делаешь в моей комнате? – резко спросил Трэвис. Он злился и на нее, и на себя, и на эту глупую ситуацию, которая просто ошеломила его.

К Сюзанне вернулось самообладание. Она пыталась что-нибудь придумать, чтобы не выглядеть в глазах Трэвиса воровкой, пойманной на месте преступления. Но благовидные предлоги не приходили ей на ум. Сердце женщины бешено колотилось. Что она могла делать в комнате Трэвиса? Ее мозг лихорадочно искал ответ. Что?

– Сюзанна?

Она взглянула на Трэвиса.

– Что?

Трэвис убрал палец с курка, затем вернул пистолет в кобуру и снова посмотрел на Сюзанну.

– Что ты делала в моей комнате? – его слова прозвучали не менее резко, чем в первый раз.

Женщина опустила глаза. Она положила на место его рубашку, пытаясь незаметно закрыть выдвинутые ящики комода. Что она могла сказать ему?

Трэвис сделал шаг вперед.

– Итак? – он нахмурился.

Сюзанна попыталась улыбнуться, но не смогла.

– Я хотела… – Вдруг ответ нашелся сам собой. Такой простой. Но она знала, что Трэвис должен поверить ей. Почему бы и нет. Ведь он мужчина. К ней вернулась уверенность в себе. Сюзанна улыбнулась. Глаза ее соблазнительно сверкнули, а ресницы смиренно опустились и, как ей показалось, невинно задрожали. – Я ждала здесь ТЕБЯ, – ответила Сюзанна и приблизилась к Трэвису, покачивая бедрами. – Разве ты не этого хотел, Трэвис?

Она смело прижалась к нему всем телом; ее руки скользнули по груди Трэвиса и обняли его за шею.

Трэвис не верил своим глазам. Это было именно то, о чем он мечтал, но после того, что произошло между ними несколько минут назад, Трэвис был уверен, что этому, скорее всего, не бывать. Оказалось, у нее настроение меняется чаще, чем у кота кошки. Трэвис обнял женщину, но тут его взгляд остановился на выдвинутых ящиках комода. Подозрения первых секунд вернулись, более того, они усилились. Его вещи были разбросаны по полу, беспорядочно свисали из ящиков. Похоже, Сюзанна совсем не ждала Трэвиса. Она пыталась что-то найти в его вещах, хотя, что именно, ему вряд ли удастся узнать. Если, конечно, Сюзанна не воровка и не искала просто что-нибудь ценное.

И все же ему не хотелось в это верить. Трэвис глубоко вздохнул и ощутил слабый аромат жасмина – любимых духов Сюзанны. В ответ на ее ласки он начал все больше и больше возбуждаться, и уже был готов овладеть ею прямо здесь. Но что-то подсказывало Трэвису, что Сюзанна лжет. Это всего лишь очередная уловка, которую она выдумала на ходу, пытаясь объяснить свое появление в его комнате.

И все же эта игра была очень приятной. Трэвис еще крепче обнял Сюзанну и прижал ее к себе.

– Итак, что же ты искала в моем комоде, Сюзанна? – прошептал он, целуя шею женщины.

Сюзанна чуть слышно рассмеялась, запрокинув голову. Ее темные густые волосы рассыпались по спине.

– Я искала подходящую рубашку для того, чтобы сделать из нее ночной халат, глупый. Но ты появился слишком рано.

Он взглянул через плечо Сюзанны на пол.

Несколько скомканных рубашек были разбросаны по комнате, другие в беспорядке свисали из выдвинутых ящиков комода.

Трэвис решил выяснить, как далеко она готова зайти в своем очередном обмане. Он прижал Сюзанну к себе. Женщина едва могла дышать.

– Ты нарисовала очень соблазнительную картину, – прошептал он. – Ты в моей рубашке на голое тело, и к тому же в моей постели. Очень трудно устоять. – Трэвис наклонился и прижался губами к ложбинке между ее грудями. Почувствовав, как Сюзанна вздрогнула, он улыбнулся. – Но если бы ты мне сказала заранее, что собираешься прийти сюда, Сюзанна, – от волнения его голос стал хриплым, – я бы тоже поторопился, и тебе не пришлось бы рыться в моих рубашках. А о том, чтобы на твоем теле не осталось ничего лишнего, я бы позаботился сам.

Сюзанна с трудом боролась с овладевавшим ею желанием. Губы Трэвиса нежно целовали ее грудь.

«Распутная свинья, – подумала Сюзанна. – Негодяй. Животное».

Она не собиралась уступать эмоциям, нахлынувшим помимо ее воли.

– Я хотела приготовить для тебя сюрприз, – прошептала Сюзанна, опасаясь, что если она будет говорить громче, Трэвис заметит дрожь в ее голосе.

Он продолжал сжимать женщину в своих объятиях, сминая ее юбки, жадно целуя, возбуждая ее все больше и больше и надеясь, что под таким натиском Сюзанна, наконец, уступит ему.

Сюзанна же, бесстыдно потакая его домогательствам, была уверена в том, что если даже она и уступит Трэвису, то вряд ли испытает от этого огромное удовольствие.

Его язык вызывал у нее ощущение ожога всюду, где бы он ни прикасался. У Сюзанны перехватило дыхание: любовный голод внезапно дрожью пробежал по ее коже, чтобы кинжальным ударом пронзить все тело. Поцелуи Трэвиса сделали женщину беззащитной, и она ослабела в его объятиях.

Тем временем Трэвис, не прекращая, ласкал ее грудь, его поцелуи становились все более настойчивыми.

– Не надо, Трэвис, прошу тебя, – дрожащим голосом пробормотала Сюзанна, шокированная происходящим. Она оттолкнула Трэвиса. – Я не могу… Пожалуйста… – прошептала она, пытаясь вырваться из его объятий, испуганная поведением Трэвиса и… своим собственным.

Трэвис сразу же отпустил ее и сделал шаг назад. В его взгляде светилось притворное удивление. И хотя лицо Трэвиса казалось серьезным, в душе он улыбался. Сюзанна испугалась еще раньше, чем он ожидал.

– Разве ты не за этим пришла сюда, Сюзанна?

– Нет, я имела в виду… – ее щеки горели. – Да, но боюсь, что ты не поймешь. Пожалуйста, Трэвис, это не то, что ты… Я хочу сказать, что я этого не хотела…

Не отрывая от нее взгляда, Трэвис ногой захлопнул входную дверь. Сюзанна вздрогнула от этого стука и от того, что он предвещал. Она поспешно отошла в сторону.

– Трэвис, пожалуйста. Я должна идти.

Он покачал головой.

– Но сначала ты мне объяснишь, зачем пришла сюда.

– Я уже все объяснила. Я хотела приготовить для тебя сюрприз, но… Я никогда не делала этого раньше, и…

– Что ты искала, Сюзанна? Что ты хотела найти в моем комоде?

– Ничего. Я же сказала тебе. Ничего. – Она почувствовала, что ее руки снова задрожали, и поспешно спрятала их за спину. – Я искала, какую рубашку мне надеть, чтобы приготовить тебе сюрприз. Честно.

– Ну что ж. – Он поднял с пола одну из своих рубашек и протянул ей. – Тогда надень вот эту.

Сюзанна тупо уставилась на рубашку, словно это была змея, спускавшаяся по его руке.

– Надевай! – приказал Трэвис.

– Нет.

Он бросил рубашку на пол и пожал плечами.

– Хотя она тебе и не понадобится. – Его тон был серьезным, а глаза и улыбка холодными, как лед. – Раздевайся и ложись в мою постель. Рубашка тебе ни к чему. Мне не нравится, когда на женщинах слишком много одежды.

– Что? – Сюзанна побледнела. – Не думаешь ли ты, что я… – она отпрянула. – Неужели ты веришь в то, что я… – пробормотала Сюзанна, не зная, куда деть собственные руки. – Неужели ты действительно поверил, что я… – она испуганно посмотрела на огромную кровать.

Трэвис с трудом сдерживал смех. Его уловка сработала. Он попытался выяснить причину появления Сюзанны в его комнате через подыгрывание ее обману, и это помогло.

– Что ж, Сюзанна, я заплачу тебе. Такая дама, как ты, вряд ли станет что-либо делать без денег. – Трэвис достал из кармана бумажник. – Сколько? – он начал отсчитывать деньги. – Десять долларов? – Женщина молчала. – Двадцать?

Сюзанна замахнулась, чтобы ударить его по щеке. Трэвис мгновенно опустил свой бумажник в карман и ответным движением поймал ее руку.

– Ты уже пыталась это сделать, помнишь?

– Отпусти меня, Трэвис, – резко бросила Сюзанна и попыталась вырваться. – Позволь мне уйти, или я закричу.

Трэвис смотрел на нее сверху вниз, все еще удерживая за запястье, сжав руку женщины словно железным обручем.

– Давай, кричи. Это мой салун. Кто же придет тебе на помощь?

Она замахнулась второй, свободной рукой, но Трэвис и ее поймал своими железными пальцами. Сюзанна начала вырываться, но безуспешно. Она решила ударить его ногой, но, запутавшись в многочисленных юбках, потеряла равновесие и упала на спину, оказавшись на кровати. Трэвис упал на нее. Его лицо оказалось совсем рядом с ее лицом, а его руки все еще удерживали ее запястья.

– Теперь ответь мне, Сюзанна, – в его голосе прозвучала трудно скрываемая ярость, – что ты искала в моей комнате?

Сюзанна извивалась под тяжестью его тела, пытаясь освободиться.

– Отпусти меня, грубое животное.

– Рассказывай!

Она снова попыталась вырваться.

– Мне больно.

Трэвис снова начал целовать ее. Сюзанна замолчала. Он просил ее уступить ему, и хотя слова Трэвиса были грубы, его тело страстно жаждало ответной любви. Его язык, прикасаясь к коже женщины, высекал искорки пламени на ее теле. От них загоралась кровь, и гнев, переполнявший Сюзанну, вдруг куда-то исчез. Трэвис так долго целовал ее, что это показалось ей бесконечностью, в которой тонули все неприятные воспоминания прошлого и оставались лишь обещания солнечного и безмятежного завтра.

Сюзанна попыталась оттолкнуть его, увернуться, но всякий раз, когда она отстраняла свои губы от его лица, Трэвис находил их снова, и Сюзанна поняла, что не в состоянии сдерживать те порывы страсти, которые он пробуждал в ней.

Все эти семь лет Сюзанна проклинала Трэвиса и в то же время мечтала о его прикосновении, о том, чтобы он овладел ею именно так. В ней нарастало ощущение блаженства, не сравнимого ни с чем, что ей доводилось испытать до этого.

Трэвис почувствовал, как расслабилось тело женщины, когда она прекратила борьбу с ним и с самой собой, услышал ее прерывистое дыхание и тихие стоны блаженства, так гармонировавшие с его собственными ощущениями. Он поднял голову и посмотрел на Сюзанну.

– А теперь расскажи мне, – снова начал он, не обращая внимания на пожар в своей груди, грозивший погубить его. – Какого черта ты искала в моей комнате?

При этих словах Сюзанна, также охваченная страстью, с которой она отчаянно пыталась бороться, очнулась. Некоторое время она смотрела на Трэвиса широко раскрытыми глазами, не понимая, как ему удалось сохранить холодность рассудка. В ней росла волна возмущения и злости в ответ на собственное унижение.

– Пистолет, – бросила Сюзанна ему в лицо. – Я искала пистолет, чтобы пустить пулю тебе в лоб.

Смех Трэвиса оказался больше похож на саркастическую ухмылку.

– Хорошо, что у тебя нет привычки рассматривать стены, Сюзанна. – Он повернул голову и указал ей на стену возле входной двери. – В противном случае моя участь была бы уже решена. Но мы оба знаем, что ты искала совсем не пистолет. Не так ли, Сюзанна?

Женщина взглянула на стену, где висел кольт в кожаной кобуре. Она вновь попыталась вырваться из объятий Трэвиса.

– А теперь, Сюзанна, ты должна сказать мне правду. – Трэвис наклонился к ней и снова начал целовать ее грудь.

– Прекрати! – вскрикнула Сюзанна. Ее захлестнула волна смущения вперемешку с острым, почти болезненным желанием. Она снова попыталась оттолкнуть Трэвиса. Глаза ее наполнились слезами. Это были слезы смущения и злости на саму себя; злости за то, что в душе Сюзанне хотелось, чтобы Трэвис не прекращал свои домогательства.

– Расскажи мне, Сюзанна, – снова начал он, целуя ее шею и грудь. Его поцелуи казались ей легким дуновением ветерка, и в то же время обжигали кожу. Бедра мужчины плотно прижались к ее бедрам, и Сюзанна явственно ощутила, что его возбуждение достигло апогея. – Говори, что ты искала, Сюзанна. – Казалось, его поцелуям не будет конца. – Расскажи мне все, или я клянусь, что овладею тобой сейчас же, независимо от того, хочешь ты меня или нет.

Сюзанна почувствовала, как по ее щекам покатились горячие слезы. Она хотела его. Хотела всегда. Но ей нельзя уступать ему. Трэвис Брэгит – негодяй. И уж ни в коем случае не тот человек, с которым она мечтала связать свою жизнь. Несомненно, он сумел распалить ее страсть, ее похоть – все, что угодно, только не любовь. Закрыв глаза, Сюзанна представила себе то, что всегда вызывало у нее чувство ненависти: сцену бегства Трэвиса из Нового Орлеана. Этот негодяй даже не посчитал нужным прислать ей записку с объяснением случившегося. Не говоря уже о том, чтобы попросить прощения.

– Ненавижу тебя, – злобно прошептала она и снова попыталась вырваться.

Трэвис выпрямился и посмотрел ей прямо в глаза.

– Ты можешь ненавидеть меня, Сюзанна, но твое тело, так же, как и мое, хочет близости. Поэтому или ты расскажешь мне о том, что задумала, или я клянусь, что…

Сюзанна поняла, что он говорит правду. Ее тело не могло справиться с влечением к Трэвису. Одно его прикосновение сводило Сюзанну с ума. Она была бессильна.

– Сюзанна…

– Я… я больше не могу, Трэвис. – Она крепко обняла его за шею. – Я так скучала без тебя. – Сюзанна тихонько заплакала. В ее словах была доля правды. Она действительно скучала без Трэвиса, но боялась признаться себе в этом.

Смущенный и озадаченный ее ответом, Трэвис отпустил Сюзанну и присел на край кровати. Он посмотрел на женщину, которая села рядом с ним и стала приводить в порядок платье.

– Скучала? Но ведь мы едва знакомы.

– Это не важно, Трэвис. Я была влюблена в тебя. И любила все это время.

Трэвис покачал головой. Это просто невероятно. Конечно, он хотел ее, даже больше, чем какую-либо другую женщину в своей жизни. Но при чем тут любовь? Нет. Не сейчас.

– Послушай, Сюзанна. Нельзя любить того, кого ты плохо знаешь.

– Прекрасно. Значит, это была не любовь, – отрезала Сюзанна. – Я никогда не любила и не полюблю тебя. – Она поднялась с постели и направилась к двери.

Трэвис схватил ее за руку.

– Объясни мне, черт побери, что происходит?

– Ничего. – Она высвободила свою руку. – Ничего особенного. Оставь меня в покое, Трэвис. Прошу тебя.

Трэвис молнией подскочил к двери, загораживая проход. Затем он осторожно взял Сюзанну за плечи и посмотрел ей прямо в глаза.

– Сюзанна, что ты задумала? Почему ты оказалась в моей комнате? Что ты искала? – его глаза возбужденно горели.

– Я хотела обворовать тебя, – отрезала Сюзанна. – Я пришла к тебе, чтобы забрать золото, серебро и прочие ценности. Но я ничего такого не нашла. Поэтому давай обо всем забудем. – Она попыталась обойти Трэвиса и выскочить из комнаты прежде, чем он сможет добиться от нее правды. Сюзанна боялась, что расплачется и, как дура, расскажет ему обо всем. А если об этом узнает Лонше, она никогда больше не увидит Брета.

Железная рука Трэвиса продолжала удерживать ее на месте. Сюзанна попыталась освободиться. Ее мозг говорил ей «беги». Но тело требовало другого. Сюзанна почувствовала, как слезы покатились по ее щекам. Она не собиралась заходить так далеко. Не хотела тревожить старые раны и вспоминать прошлое. Но она не собиралась и попадаться в эту ловушку. А также чувствовать в себе непреодолимое желание забраться в постель к Трэвису, словно грошовая проститутка.

Трэвис взял ее за руку.

– Я не хочу заниматься с тобой любовью, – произнесла Сюзанна, догадываясь, что он снова ведет ее к постели.

Трэвис усадил женщину на край своей кровати и внезапно отпустил ее руку.

– В отличие от того, что ты обо мне думаешь, я никогда не принуждаю к этому женщин.

– Наоборот, ты предпочитаешь удирать первым.

Он не обратил внимания на этот выпад.

– Все уже в прошлом, Сюзанна. А теперь давай перестанем вспоминать о том, что произошло семь лет назад, и поговорим о сегодняшнем вечере.

– Почему же ты не хочешь вспоминать о прошлом, Трэвис? Все еще стыдно? – не унималась Сюзанна. – Ты оставил меня стоять в этой дурацкой церкви. Перед всеми…

– Я уже извинился перед тобой, – прервал ее Трэвис. – Прошлого не изменишь, но даже если бы это было возможно, я не уверен, что поступил бы иначе. То, что случилось, даже к лучшему. Из меня не получился бы хороший муж.

Сюзанна поджала губы и сложила руки на коленях.

– Забудь о прошлом, Сюзанна. Черт с ним! Я хочу знать, что происходит именно сейчас, – продолжил Трэвис.

– Мне нечего тебе сказать.

– Говори! – взревел он. Его терпение окончательно иссякло, и голос стал подобен грому в пещере.

От неожиданности Сюзанна вздрогнула.

– Говори, или да простит меня бог…

– Я уже все рассказала, – зло возразила она. – Я была влюблена в тебя, но ты меня бросил. Унизил меня перед всеми друзьями и родственниками. Почти перед всем городом.

Трэвис смотрел на нее насмешливым взглядом.

– И ты ждала семь лет, чтобы в конце концов приехать сюда и отомстить мне? – зло бросил он.

Сюзанна поднялась и подошла к нему.

– Именно так. Ты одурачил меня, Трэвис. После этого я долго не могла смотреть людям в глаза. Потом я повстречала Клэренса. У него была своя труппа, и он предложил мне присоединиться к ней. Я поняла, что это мой единственный шанс уехать из Нового Орлеана, и приняла его предложение.

Трэвис покачал головой. Его раздражение вдруг куда-то исчезло, и он почувствовал, что верит Сюзанне.

– Что же случилось с этой труппой? Почему твой отец не разыскал тебя и не вернул домой?

– Потому что ему было все равно.

– А труппа Клэренса? – он едва не расхохотался при упоминании об этом человеке.

– Она развалилась.

– Поэтому сейчас он твой менеджер, не так ли?

– Да.

– Почему он имеет на тебя такое влияние?

– Ты ошибаешься.

Трэвис взял ее за руку.

– Я никогда не хотел причинять тебе зла. Я только… – Он пожал плечами и отвернулся.

Сюзанна потихоньку высвободила свою руку из его ладони.

– Ты никогда не думал обо мне, Трэвис.

– Сюзанна, я…

Ее глаза злобно сверкнули.

– Ты лжешь, Трэвис.

Он снова пришел в ярость.

– Отлично. Я лгу. Теперь твоя очередь. Расскажи, как ты очутилась в моей комнате и почему рылась в моих вещах?

Сюзанна резко поднялась с кровати.

– Я искала способ погубить тебя.

– Погубить меня? – Трэвис едва не зашатался от ее слов.

– Именно так. Подобно тому, что ты сделал со мной.

Трэвис задумался, не зная, стоит ли верить ее словам. Его губы скривились в усмешке.

– Это просто смешно, Сюзанна. Я не верю тебе. Здесь что-то другое.

Сюзанна внимательно посмотрела на него. Она не могла рассказать Трэвису правду. Это означало бы полный провал всего дела. И если об этом узнает Клэренс, она никогда не сможет разыскать Брета.

– Говори, Сюзанна! – приказал Трэвис. В его голосе послышалось раздражение.

Женщину охватил страх. Трэвис не отстанет от нее. Но она не может рассказать ему правду. Не может. С ее стороны было глупо обыскивать его комнату. Глупо также считать, что она сумеет перехитрить Клэренса Лонше и Орден рыцарей.

– Мне больше нечего сказать, Трэвис. Поверь мне. – Она закрыла глаза и усилием воли приказала себе заплакать; затем несколько раз моргнула и с удовлетворением отметила неплохой результат своих усилий. – Я не знала, что мне делать. Я чувствовала себя такой одинокой. – Она вытерла слезы, катившиеся по щекам. – Я только хотела… Когда ты бросил меня, я не знала, что мне делать… Я надеялась, что ты… вернешься… А мой отец был так рассержен… Он считал меня виноватой в том, что я не смогла увлечь тебя.

Сюзанна бессильно опустилась на постель. Трэвис сел рядом с ней, обнял, прижал ее голову к своей груди и закрыл глаза.

Внезапно слезы, появления которых Сюзанна так долго добивалась, полились ручьями уже совершенно искренне. Давно она не плакала по-настоящему, потому что до сих пор не нашлось мужчины, который бы защитил и утешил ее. Но теперь с ней был Трэвис, тот, о ком Сюзанна мечтала все эти семь лет; он обнимал ее, уверяя, что все будет в порядке.

В дверь постучали.

Сюзанна не слышала этого стука, а Трэвис намеренно не обратил на него внимания, потому что он сам внезапно почувствовал, что, несмотря на все его обиды и подозрения, ему было удивительно хорошо с этой женщиной.

Дверь открылась, и в комнату вошла Магнолия.

– Трэвис, дорогой, ты так долго не навещал меня в моей комнате, что я решила проведать тебя сама. – Ее сильно подведенные глаза расширились от удивления при виде Трэвиса, обнимающего Сюзанну. В них мелькнула ревность. Но лишь на мгновение. Мэгги улыбнулась и сделала вид, что ничего не произошло. – С твоей птичкой что-то случилось, Трэвис?

Сюзанна вздрогнула, услышав женский голос. Щеки ее были влажными от слез. Она пристально посмотрела на Магнолию, сразу же догадавшись, почему та оказалась в комнате Трэвиса. Когда же Мэгги сняла плащ и осталась лишь в полупрозрачной ночной рубашке, которая выгодно подчеркивала ее пышные формы, сомнения на этот счет развеялись полностью.

ГЛАВА 9

После нескольких секунд замешательства Сюзанна поднялась с кровати и пулей вылетела из комнаты, стараясь не смотреть на Мэгги.

– Неплохо сыграно, Мэг. – В голосе Трэвиса слышалось трудно скрываемое раздражение. Он прошел через комнату и закрыл дверь на балкон, с которого можно было наблюдать за салуном. – К чему ты затеяла это представление?

Магнолия взмахнула своими густыми длинными ресницами и хитро улыбнулась.

– А почему ты спрашиваешь, милый? – она подошла к Трэвису, провела рукой по его груди и прижалась к нему всем телом. – Я подумала, что раз ты не пришел сегодня вечером, мне следует сделать тебе сюрприз.

– Сюрприз? – он удивленно посмотрел на Мэгги. В любой другой момент после таких слов Трэвис сразу же овладел бы ею. Он обнял бы ее роскошное тело и перенес бы его на свою постель. Но в этот вечер у него не было настроения.

Магнолия кивнула, встала на цыпочки и поцеловала его в губы.

– Сегодня пятница, а в этот день у нас обычно бывает тет-а-тет. – Она улыбнулась и прижалась к нему всем телом, пытаясь вызвать у него ответное возбуждение. – Сегодня я голодна, как никогда, – промурлыкала Мэгги.

Трэвис обнял ее за плечи и осторожно отстранил от себя.

– Не сегодня, Мэг. Извини.

Магнолия разозлилась, но не подала виду. Единственное, чего ей хотелось в этот момент, это обладать его телом, а также отомстить этой певичке, на которую Трэвис, по-видимому, положил глаз.

– Это из-за нее? – спросила Магнолия. Слова стекали с ее губ, словно капельки яда. – Из-за этой певички, которую ты выписал сюда?

– Нет, – отрезал Трэвис. – Мне просто нужно кое-что сделать.

Магнолия надула губки и снова попыталась обнять его.

– Ну, дорогой? Ты ведь всегда так радовался, когда мы были вместе. Идем, мы с тобой…

Трэвис отвернулся от нее, затем нагнулся, поднимая бумажник.

– Я же сказал, не сегодня, Мэг. У меня куча дел.

– Дорогой, ведь это наша ночь. Мы всегда…

– Магнолия! – Трэвис назвал ее полным именем, что было признаком его явного раздражения. – Мы ведь договорились: никаких обещаний и обязательств.

Глаза Магнолии сверкнули яростью, готовой выйти из-под контроля. Но все же она сдержалась и с наигранным безразличием спросила:

– Может, позже, милый?

Трэвис открыл дверь, накинул на плечи Магнолии плащ и подтолкнул ее к выходу.

– Нет, Мэг. Мне очень жаль.

Мэгги обиженно взглянула на него. Трэвис ощутил чувство вины. Они с Магнолией встречались каждую пятницу в течение нескольких последних месяцев. У них было много общего: они оба приехали из Нового Орлеана, оба стали владельцами салунов. Но все же их отношения вряд ли можно назвать серьезными. По крайней мере, так они решили в самом начале, и до сих пор это устраивало их обоих. Особенно Трэвиса. Он уже познал, что такое любовь, ощутил ее горечь и не хотел снова испытывать судьбу.

Стоя на верхней ступеньке лестницы, Магнолия вдруг заметила Сюзанну, выходящую из уборной за сценой. Мэгги резко повернулась к Трэвису, обняла его за шею и поцеловала.

– О, дорогой! Не обижайся на меня. Просто сегодня я почувствовала себя слишком одиноко.

Удивленный ее внезапным порывом, Трэвис все еще ощущал собственную вину. Он улыбнулся.

– Я не обижаюсь, но…

Мэгги прижалась губами к шее Трэвиса и, обхватив ладонями его голову, поцеловала. Трэвис Брэгит – ее мужчина, и пусть Сюзанна Форто видит это.

Сюзанна заметила их сразу же, но решила не оглядываться. Какое ей дело до всего этого? Но все же она не удержалась и обернулась.

Что-то похожее на гнев и ревность пронзило ее при виде того, как другая женщина обнимает и целует Трэвиса. Вместе с тем у нее возникло ощущение утраты чего-то ценного.

Сюзанна гордо выпрямилась. Какое ей дело, даже если Трэвис будет целовать любую встречную женщину в этом забытом богом городе? Она приехала сюда, чтобы разыскать своего брата. Трэвис ей безразличен. Конечно, ей придется заигрывать с ним, добиваться его внимания, но не более того. Ее ум должен оставаться холодным и расчетливым. Просто она слишком одинока и впечатлительна.

Выходя из салуна, Сюзанна еще раз взглянула на Трэвиса. Они с Магнолией спускались по ступенькам лестницы. Сюзанна решила, что напрасно позволила ему поцеловать себя. Трэвис оказался более опасен, чем ей казалось прежде. С другой стороны, она не переставала думать о нем все эти семь лет. Любого мужчину, пытавшегося ухаживать за ней, Сюзанна сравнивала именно с Трэвисом. И как бледнели все остальные от такого сравнения.

Сюзанна с силой толкнула дверь-вертушку и едва не налетела на какого-то старателя.

– Эй, красотка, куда торопишься? – прорычал он. – Тебя снова преследует Скиннер Джоунс? – незнакомец расхохотался.

– Заткнись! – огрызнулась Сюзанна, пытаясь проскочить мимо него.

– Нет, постой! – мужчина схватил ее за плечо.

Сюзанна попыталась вырваться, но его железные пальцы крепко держали ее. Неужели в этом городе все мужчины такие хамы?

– Отпусти!

– Идем. Выпивка за мой счет, – смеясь предложил старатель.

– Оставь мисс Линдсей в покое! – и Сюзанна, и ее обидчик повернулись на звук женского голоса.

– Эдди? – удивилась Сюзанна, напуганная и обрадованная одновременно.

Эдди держала в руках пистолет и целилась прямо в голову мужчины.

– Повторяю, отойди от мисс Линдсей. Немедленно.

Рука мужчины сразу же отдернулась в сторону, словно от горячей плиты.

– Понял, мэм. Я только хотел пошутить. Собирался угостить леди выпивкой. Больше ничего.

– Тогда отправляйся шутить вон туда. – Эдди дулом пистолета указала внутрь салуна.

Мужчина раздумывал недолго. Через секунду он исчез в дверях «Маунтин Квин».

Удивленная происшедшим, Сюзанна сразу же забыла о Трэвисе и его возлюбленной.

– Эдди, все это просто невероятно.

Эдди пожала плечами и вернула пистолет в сумочку.

– Я очень рада, что все вышло именно так.

– Возвращайся через час, Хэнк, – раздался голос Трэвиса.

Сюзанна сразу же напряглась.

– Пошли, – обратилась она к своей служанке и, не оглядываясь, повела Эдди по тротуару. Та нахмурилась и, обернувшись, взглянула на Трэвиса, который только что вышел из салуна. Может быть, бегство Сюзанны противоречит тому, что ей хотелось сделать на самом деле?

– Мисс Сюзанна, в чем дело? Куда мы так торопимся?

– Я не знала, что ты носишь с собой пистолет, Эдди, – призналась Сюзанна. – Но я очень рада этому. Хотя я думала, что ты вернулась в отель вместе с Клэренсом. Ты что-то забыла в салуне?

– Нет. Я подумала, что могу понадобиться, если вы захотите переодеться.

Сюзанна кивнула, но мысли ее уже были далеко. Они вновь вернулись к Трэвису. Сюзанна разозлилась на себя. Когда Клэренс предложил ей заключить контракт, она меньше всего предполагала, что снова испытает романтические чувства к Трэвису Брэгиту. Давая свое согласие, Сюзанна ощущала себя в полной безопасности и была совершенно уверена, что поступает правильно. А почему бы и нет? Трэвис Брэгит – отъявленный негодяй. Высокомерный, скользкий тип. Но с тех пор, как он впервые поцеловал Сюзанну, у него осталась магическая власть над ее чувствами.

Эдди краешком глаза взглянула на Сюзанну.

– Я совершила глупость, Эдди, – произнесла Сюзанна. – Как самая последняя дура.

* * *

Трэвис остановил лошадь возле здания суда. Рядом уже было припарковано несколько экипажей, а еще с десяток лошадей стояли привязанными к забору. Из трубы струился тонкий дымок, а из-за муслиновых занавесок проникал неяркий свет. Трэвис спешился, привязал поводья к столбику, затем подошел к входной двери и тихонько постучал.

– Кто там?

– Это Брэгит.

Дверь сразу же открылась. Внутри было полно народу. Несколько мужчин сидели за столом, но большинство собралось вокруг судьи Дэвида Терри, который разглагольствовал о достоинствах членства в Ордене рыцарей. Он сразу же заметил Трэвиса и, извинившись, сделал перерыв для своих слушателей.

– Трэвис! – Терри протянул ему руку. – Я рад, что ты пришел.

– Привет, судья. – Трэвис ответил на его рукопожатие. – Я пришел предупредить вас, что в городе поговаривают о желающих помешать вашему сегодняшнему собранию.

Судья рассмеялся.

– Собрание? Какое собрание? – Он оглядел комнату и улыбнулся. – У нас здесь вечеринка. Собрались друзья, которые давно не виделись. Верно, ребята?

Утвердительный гул и смешки заполнили комнату.

– Сам видишь, – обратился судья к Трэвису. – Встреча друзей, желающих поразвлечься. – Он подошел к Трэвису, положил руку ему на плечо и провел вглубь комнаты. – Я рад твоему приходу, Трэвис, – едва слышно произнес судья. – Действительно рад. Сегодня я собираюсь сделать важное объявление и хочу, чтобы ты присутствовал при этом.

– Но мне некогда, – возразил Трэвис. Ему меньше всего хотелось стать участником собрания Ордена рыцарей «Золотого Круга». Он с самого начала считал ошибкой членство в этом клубе. Но тогда Трэвис был молод и горяч, полон несбыточных надежд. Теперь он стал другим.

– Ерунда, это займет всего лишь несколько минут. – Дэвид Терри обратился к собравшимся: – Тихо! Успокойтесь! Послушайте меня!

Все затихли.

– Мы вернемся к другим делам чуть позже. Сейчас я хочу сделать важное заявление. – Его тон опытного оратора залов судебных заседаний сразу привлек внимание собравшихся. – Я собираюсь покинуть Вирджиния-Сити.

По комнате пронесся неодобрительный гул. Судья поднял руку вверх, требуя тишины.

– Послушайте, ребята. Для меня это было непростым решением. Но так надо. Как вы знаете, мои братья со своими семьями живут в Техасе. Интересы семьи требуют моего присутствия там.

– Но как же наши планы? – спросил кто-то из собравшихся. – Что теперь делать нам?

Судья хитро улыбнулся.

Трэвис почувствовал какой-то подвох. Судья поднял руки вверх.

– Все будет идти по плану.

– Без вас? Каким образом?

– Мое место займет Трэвис Брэгит.

Все повернулись в сторону Трэвиса. Тот опешил от удивления. Что еще задумал Дэвид Терри?

Никто не заметил, как открылась входная дверь и из дома выскользнула сухощавая фигура, закутанная в плащ, в шляпе, надвинутой на глаза.

– Брэгит для нас чужой человек, – заметил кто-то.

– Он никогда не приходит на наши собрания.

– Вам надо остаться, господин судья.

Терри пригладил усы и поднял руку вверх.

– Послушайте меня. Трэвис – надежный человек; он является членом Ордена вот уже…

– Не стоит продолжать, – прервал его Трэвис. Он подошел к судье и внимательно посмотрел на него. – Я ведь уже говорил вам, что не собираюсь иметь никаких дел с Орденом рыцарей. – Он обратился к публике: – Целью моего прихода сюда было предупредить вас, что кое-кто в нашем городе не симпатизирует вашим идеям. Похоже, что и шериф на их стороне. Поговаривают о том, что они собираются наведаться сюда, и тогда может случиться беда.

– Если это так, они получат хорошую взбучку, – пригрозил кто-то из присутствующих.

– Я не собирался участвовать в вашем собрании, – громко объявил Трэвис, пытаясь заглушить шум толпы. – И я не намерен брать на себя функции судьи Терри. Выберите себе другого лидера, ребята. Но если у вас все в порядке с головой, то вам лучше уйти отсюда и решить этот вопрос где-нибудь в другом месте. – Он направился к входной двери, затем остановился и оглянулся. – А если вы как следует подумаете, то, может быть, вообще распустите вашу организацию.

– Отправляйся в свою нору, откуда ты выполз, Брэгит! – громко прокричал кто-то из собравшихся.

– Именно так. Или ты с нами, или против нас. Но похоже, ты не на нашей стороне. Может, ты симпатизируешь северянам?

– Я южанин, – гордо произнес Трэвис. – Я верен принципам южан, но не разделяю взгляды Ордена рыцарей.

– Почитатель янки!

Трэвис вышел, хлопнув дверью, вскочил на своего жеребца, тронул поводья и мелкой рысью направился в сторону салуна. Горожане, остававшиеся приверженцами Союза, уже давно считали Трэвиса типом, похожим на Джонни-конфедерата, и подозревали его во всех грехах, начиная от шпионажа и кончая контрабандой. Но теперь и сторонники конфедератов стали его противниками и объявили Трэвиса почитателем янки. Его спасением стал контракт с Сюзанной на ее выступления в «Маунтин Квин», иначе салун был бы пуст в течение еще нескольких недель. Мужчины вне зависимости от политических пристрастий регулярно посещали его, чтобы увидеть Жоржетту Линдсей.

Через полчаса Трэвис остановился у гостиницы «Унион Бель», в окнах которой уже погас свет. Он спешился и вошел внутрь. На столе Мэвис Бил неярко горела масляная лампа, едва освещая холл. На звук открываемой двери из своей комнаты вышла сама хозяйка.

– Трэвис, что ты тут делаешь в этот час?

– Я хотел поговорить с Сюз… мисс Линдсей, но… – Он взглянул на лестницу, ведущую на второй этаж к комнатам постояльцев. – Вероятно, она уже…

– Именно так, – прервала его Мэвис. – Все уважающие себя гости уже в постели, включая мисс Линдсей. Она вернулась больше часа назад и с тех пор не выходила.

Трэвис кивнул.

– Можно оставить ей записку?

– Конечно. – Мэвис протянула ему листок чистой бумаги. – Перо и чернила возле книги регистрации посетителей.

Трэвис подумал и написал: «СЮЗАННА. НАМ НУЖНО ПОГОВОРИТЬ. ДАВАЙ ПООБЕДАЕМ. Я ЗАЙДУ ЗА ТОБОЙ В СЕМЬ, ДО ПЕРВОГО ВЫСТУПЛЕНИЯ. ТРЭВИС».

Он сложил записку и вручил ее Мэвис, а та сунула ее в ящичек для ключей. Затем, улыбаясь, она взглянула на Трэвиса.

– Неплоха певчая птичка, да?

Трэвис улыбнулся в ответ, подошел ближе к Мэвис и в знак особого внимания приложился пальцем к ее двойному подбородку.

– Меня мало кто волнует, кроме тебя, дорогая.

Мэвис фыркнула и отвела его руку.

– Так я тебе и поверила.

* * *

– Говорю тебе, Клэренс, в его комнате не оказалось ничего такого. – Сюзанна едва скрывала свое раздражение. Повернувшись спиной к Лонше, она разглядывала языки пламени в камине.

– Ты хочешь сказать, что ты ничего не нашла?

Сюзанна резко повернулась в его сторону.

– Я выразилась достаточно ясно. В его комнате мне искать нечего.

Клэренс Лонше внимательно смотрел на Сюзанну. Его карие глаза напоминали глазки хорька.

– А может, ты что-то нашла, но не хочешь говорить об этом. – Он вопросительно поднял брови. – Что-то, что может навредить твоему любовнику?

– Он не мой любовник. – У нее появилось навязчивое желание схватить с небольшого мраморного столика, стоявшего неподалеку, хрустальную вазу и швырнуть ее в Клэренса. Сюзанна продолжала разглядывать вазу. Трэвис прислал ей букет роз. Красных роз.

Лонше взглянул на вазу и улыбнулся.

– Хорошо. Пусть будет по-твоему.

«Красные розы означают страсть», – сказала Эдди, когда посыльный принес цветы несколько часов назад. Сюзанна задумалась. Страсть. Вряд ли этот негодяй знает, что такое настоящая страсть. Если бы сейчас Трэвис оказался здесь, с каким удовольствием Сюзанна надела бы ему на голову пятифунтовую вазу с розами, наполненную водой. Вот это была бы настоящая страсть.

– Ты не забыла о своем брате? – продолжал придираться Клэренс. – Помнишь, о чем мы договорились?

Сюзанна взглянула на Лонше.

– Нет, я не забыла. А ты помнишь о своих обязательствах в нашем соглашении?

Клэренс рассмеялся; его лысина в отблесках пламени казалась совсем розовой.

– Я дал слово чести, Сюзанна. У тебя есть основания сомневаться во мне?

– Нет, – ответила Сюзанна, хотя думала иначе. – Конечно, нет.

– Хорошо. У нас осталось слишком мало времени. – Лонше глубоко затянулся дымом сигары и откинулся на спинку кресла. – Сегодня вечером прибывает Морган. – Он стряхнул пепел на ковер.

– Клэренс! – Сюзанна побелела от злости. Некоторое время она внимательно рассматривала ковер, опасаясь, что он загорится.

– Кстати, сегодня Трэвис посетил очередное собрание Ордена рыцарей, – объявил Клэренс.

Сюзанна внимательно посмотрела на него. Очевидно, Клэренс сам был на этом собрании. Иначе как он мог так быстро узнать обо всем?

– И что из этого следует?

– То, что мы должны определиться с Брэгитом, Сюзанна. И побыстрее. – Лонше оценивающе посмотрел на нее. – Справишься?

– Да, – тихо ответила она.

* * *

Эдди Хейс выпрямилась и осторожно отошла от двери Сюзанны. Соблюдая максимальную осторожность, она направилась по коридору в свою комнату и бесшумно закрыла за собой дверь.

ГЛАВА 10

Эдди стояла возле открытой двери уборной. Она покинула отель очень рано и написала Сюзанне в записке, что собралась прогуляться и подышать свежим утренним воздухом и что вернется, чтобы помочь ей одеться. Это было ложью, но совершенно необходимой.

Из бара доносились приглушенные звуки голосов. Посетителей в этот час собралось немного: несколько профессиональных игроков, хозяева приисков и перевозчики. За прилавком стоял Джед, но Хэнка нигде не было видно. И все же Эдди надеялась, что ей удастся отыскать его в столь ранний час.

В другом конце коридора хлопнула дверь, и Эдди заметила Хэнка, выходящего из комнаты. Она сразу же принялась поправлять на себе юбку, привела в порядок волосы, живописно рассыпавшиеся по плечам, и нырнула в холл как раз в тот момент, когда там находился Хэнк.

– Ах, это вы, мисс Хейс. – Он едва успел сделать шаг в сторону. – Я чуть не сбил вас с ног.

– Извините меня, мистер Дэвис, – произнесла Эдди. – Я не заметила вас.

– Впервые мне говорят, что меня можно не заметить, – засмеялся Хэнк, намекая на свою комплекцию.

Эдди хихикнула в ответ.

– Было бы неплохо, если бы вы оказались поблизости вчера вечером, – добавила она, – когда этот грубиян напал на мисс Линдсей. – Эдди разглядывала его медвежью фигуру. – Уверена, что вряд ли кто-нибудь в этом городе захочет поспорить с вами.

Хэнку понравился ее комплимент.

– Если у вас или у мисс Линдсей возникнут проблемы с этой деревенщиной, дайте мне знать, мисс Хейс. Я позабочусь о том, чтобы это не повторялось.

– О, Хэнк, это так любезно с вашей стороны, – вздохнула Эдди. Она несколько раз взмахнула ресницами и улыбнулась. – Зовите меня просто Эдди.

Он улыбнулся.

– Хорошо. А вы меня зовите просто Хэнк.

– Отлично, Хэнк. – Эдди направилась к лестнице, но вскоре остановилась. – Хэнк, я хорошо знаю, что это место не очень подходит для леди, но… я пришла забрать свои перчатки и выпить чашечку кофе. А так как мисс Линдсей еще не проснулась, то я подумала, что, возможно, вы…

– Именно это я и собирался сделать, – прервал ее Хэнк. – Буду рад, если вы присоединитесь ко мне, мисс Эдди.

– Просто Эдди, – поправила она. Хэнк кивнул.

Эдди улыбнулась. Все шло по плану. Она приблизилась к Хэнку и взяла его под руку.

– С удовольствием, Хэнк.

Вскоре они вышли на дощатый тротуар. Подул резкий ветер, развевавший полы плаща Эдди.

– Откуда дует такой сильный ветер? – спросила она. – Я впервые сталкиваюсь с подобным.

– Западные ветры всегда очень резкие, – прокричал Хэнк. – Этот еще не слишком сильный. Зимой здесь бывают настоящие торнадо.

Наконец они добрались до ресторана «Голден Начит». Эдди совсем не хотелось встречаться с настоящим западным ветром.

Хэнк выбрал столик и галантно предложил Эдди сесть. Женщина была рада, что ее спутник нашел место подальше от окон. Ей не хотелось, чтобы Сюзанна или Клэренс увидели их вместе. Но на всякий случай у нее уже было, заготовлено объяснение: она просто влюблена в Хэнка. Вот так. Просто и идеально. Хэнк предложил ей выпить чашечку кофе, и они подружились.

Официант принес кофе. Эдди недоверчиво посмотрела на содержимое своей чашки. Она предпочитала чай.

Эдди сделала глоток и ощутила тепло, начавшее распространяться по телу. И хотя вкус напитка ей не очень понравился, она постаралась не подавать виду.

После двух-трех малозначащих фраз Хэнк заказал еще несколько пончиков, и Эдди решила приступить к тому, что волновало ее больше всего. Перейдя на шепот, она спросила:

– Хэнк, ты, случайно, не член Ордена рыцарей? Это организация, поддерживающая южан. «Рыцари» чего-то там… – она пожала плечами. – Я слышала, у них много сторонников в Вирджиния-Сити.

– Но не я. – Хэнк покачал головой. – Меня интересует лишь работа в салуне и мои собственные дела. Зачем мне это нужно?

Эдди не знала, как ей рассматривать его ответ: как проявление легкомыслия и отсутствия интереса к политике, или же как намек на то, что вопросы о «рыцарях» лучше прекратить. Она выбрала первый вариант.

– Я слышала, мистер Брэгит тоже является членом этого общества.

Хэнк молча пил свой кофе.

– Сегодня утром я слышала разговор в салуне, что мистер Брэгит скоро станет руководителем местной организации Ордена.

Хэнк покачал головой.

– Босс не пойдет на это.

– Не пойдет? – Эдди притворилась удивленной. – Почему? Ведь он южанин? Или он… – она внезапно смутилась. – Мистер Брэгит симпатизирует Северу?

Хэнк нахмурился.

– Босс не является поклонником янки, Эдди. Но он также не разделяет взгляды «рыцарей». Босс не такой, мэм.

– Тогда интересно, почему этот человек говорил, что слышал о назначении мистера Брэгита руководителем Ордена рыцарей?

Хэнк пожал плечами.

– Всякое болтают. Не стоит всему верить, Эдди.

Эдди задумалась.

– Да, не стоит, – пробормотала она.

В этот момент открылась дверь кафе, и вошел Клэренс Лонше. Эдди едва не уронила чашку с кофе. Она улыбнулась и помахала Клэренсу рукой, пытаясь сохранять спокойствие.

– Доброе утро, мистер Лонше, – весело произнесла Эдди, понимая, что лучше не прятаться.

Клэренс пробрался к ним сквозь ряды столиков.

– Эдди? Доброе утро. Что вы здесь делаете в столь ранний час? Я думал, вы помогаете одеться мисс Линдсей.

Эдди поставила свою чашку и вытерла губы салфеткой.

– Да, наверное, мне надо поторопиться. Я решила прогуляться и случайно встретила мистера Дэвиса… О, Клэренс, извините, что я не представила вас. Ведь вы незнакомы?

Она представила мужчин друг другу. Клэренс и Хэнк обменялись рукопожатиями. Хэнк пробормотал что-то невнятное, а Лонше оглядел его с нескрываемым презрением.

– Мне пора идти, – улыбнулась Эдди. – Спасибо за кофе и приятную компанию, Хэнк.

– Вам спасибо.

– Счастливо оставаться.

Вскоре она уже спешила к отелю. Черт побери, теперь ей придется притворяться, что она безнадежно влюблена в Хэнка Дэвиса, всякий раз, когда поблизости окажется этот хорек Лонше. Эдди улыбнулась своим мыслям. Это будет не очень трудно. Хэнк, конечно, больше похож на медведя, чем на мужчину – лохматый, сильный, но все же он ей приятен.

У ее работы появились свои преимущества.

* * *

Этим вечером Трэвис проводил время у стойки бара. Он сделал вид, что его мало интересует происходящее в зале. Но на самом деле все было как раз наоборот. Трэвис пытался не смотреть на зеркало в золоченой раме, висевшее над стойкой бара, но ему не удавалось. Время от времени он, помимо своей воли, бросал взгляд на отражение Сюзанны, беседовавшей с Томом Лаури – одним из богатейших людей в Вирджиния-Сити, любителем сорить деньгами. И что самое скверное, он был неплохим парнем и, к тому же, недурен собой.

Сюзанна что-то сказала, и Лаури рассмеялся, откинув голову назад. Трэвис почувствовал внезапный приступ злости. Он нанимал Сюзанну не для того, чтобы она болтала с посетителями салуна. Трэвис крепче сжал стакан со своим любимым вином. Он нанимал ее не для того, чтобы она рыскала здесь в поисках богатых женихов.

Тем временем Лаури приблизился к Сюзанне и взял ее за руку.

– Джед, налей мне еще стаканчик, – проворчал Трэвис.

Бармен нахмурился, глядя на босса, но все же достал из-под прилавка бутылку с его любимым вином.

– Конечно, босс.

Трэвис еще раз взглянул в зеркало и ощутил новый приступ гнева. Боб Фермаунт сел за один столик с Лаури и Сюзанной. Сейчас он начнет говорить ей всякую чепуху.

Трэвис почувствовал какое-то движение за своей спиной. Обернувшись, он увидел незнакомца, входящего в салун через дверь-вертушку. Высокий широкоплечий мужчина, он на секунду заполнил собой дверной проем.

Трэвис не сразу узнал этого человека. Во всяком случае, в городе он появился впервые. Он не был ни старателем, ни бизнесменом. Его костюм, шитый на заказ, теперь стал слегка тесноват. Мужчина держал под мышкой сложенную газету. Войдя внутрь, незнакомец огляделся, словно разыскивал кого-то. У Трэвиса возникло ощущение, что он уже где-то видел этого человека, но не мог вспомнить, где именно. Трэвис внимательно наблюдал за незнакомцем, пока тот не устроился за столиком, соседним тому, за которым сидели Сюзанна, Лаури и Фермаунт.

К нему сразу же подошла официантка, приняла заказ и минут через десять вернулась с бокалом пива. Тем временем незнакомец разложил на столике какие-то бумаги. Девушка начала заигрывать с ним, шепча ему что-то и улыбаясь. Мужчина хихикнул, шлепнул ее по мягкому месту и принялся за пиво.

Трэвиса распирало от любопытства. Он пытался вспомнить, где видел этого человека.

– Меня зовут Трэвис Брэгит, – заявил Трэвис, останавливаясь перед его столиком и протягивая руку. – Добро пожаловать в «Маунтин Квин».

Незнакомец снизу вверх взглянул на Трэвиса и усмехнулся. Несмотря на следы, оставленные бурной молодостью и жизненными трудностями, его лицо все еще сохраняло аристократические черты. Он поднялся из-за стола.

– Вы владелец этого заведения? Рад познакомиться, мистер Брэгит. Меня зовут Бенджамен Морган, и я хотел бы угостить вас выпивкой.

Трэвис присел за его столик.

– Откуда вы, мистер Морган?

– Моя родина – Мичиган, но я давно уже там не был. – Он покачал головой. – Теперь я житель Калифорнии. Я здесь уже более тридцати лет. Мои родители переехали сюда, когда я был еще ребенком.

– Что привело вас в Вирджиния-Сити?

– Нюх газетчика, мистер Брэгит. Я – сотрудник «Сан-Франциско Бюллетин» и прослышал, что у вас здесь возникли сложности с этими южанами, рыцарями «Золотого Круга».

Трэвис выругался про себя и покачал головой.

– Сожалею, что вынужден вас разочаровать, мистер Морган, но у вас неверная информация. Все эти сложности разрешились уже много лет назад.

Бен Морган хихикнул и пригладил пальцем бакенбарды. Но глаза его оставались совершенно серьезными.

– Может быть, вы правы. Но раз я уже здесь, то хочу хорошенько все разузнать, чтобы не уехать с пустыми руками. – Он снова засмеялся. – Если я ничего не найду, то мне не заплатят.

Трэвис поднялся.

– Желаю приятно провести время, мистер Морган, и раздобыть материалы для хорошего очерка. А у меня есть кое-какие дела, так что я вынужден вас оставить.

– Конечно, – ответил Морган, протягивая Трэвису руку. – Рад был познакомиться с вами, мистер Брэгит. Если услышите что-либо стоящее, я буду вам обязан, если вы поделитесь со мной этой информацией.

Трэвис пожал его руку, кивнул и собрался уходить.

– Мистер Брэгит, вы не будете возражать, если я воспользуюсь этим столиком в качестве письменного?

Трэвис пристально посмотрел на него. Голубые глаза Моргана также были полны внимания.

– Согласен, мистер Морган, если только вы согласитесь иметь соседей по столу в час «пик».

– С удовольствием, – кивнул Морган. Он отхлебнул пива и внимательно посмотрел по сторонам, пока его взгляд не остановился на Сюзанне.

Почувствовав этот взгляд, она оглянулась.

Трэвис наблюдал за происходящим со своего места у стойки бара. Он видел улыбки Моргана и довольное выражение на лице Сюзанны, хотя последнее показалось ему не слишком искренним. Трэвис не знал, хорошо это или плохо. Сюзанна флиртовала с двумя мужчинами, словно с полуголодными щенками. С другой стороны… Его взгляд снова вернулся к Моргану. Что-то в этом типе раздражало Трэвиса, и не только потому, что тот внимательно разглядывал Сюзанну. Хотя это тоже не понравилось Трэвису.

– Официант! Еще пива! – Морган поднял вверх свой пустой стакан.

Пока его обслуживали, Трэвис продолжал свои размышления. Морган утверждал, что пишет для «Сан-Франциско Бюллетин». Скорее всего, на страницах этого издания Трэвис и встречал его имя, возможно, вместе с портретом. Но акцент Моргана не был типичным для жителя Калифорнии, и тем более, для Мичигана. Скорее, это акцент южанина. Трэвиса не проведешь.

Джед предложил ему еще стаканчик.

– Спасибо, Джед, – рассеянно ответил Трэвис, не отводя взгляда от Моргана. Этот человек – южанин, но он скрыл это. Почему?

Сюзанна поднялась из-за стола и весело рассмеялась. Ее смех вызвал у Трэвиса очередной приступ раздражения. Ему не нравилось, что весь вечер Сюзанну окружали другие мужчины. Она стала пробираться между столиками, очевидно, направляясь в свою сценическую уборную.

Трэвис напрягся, услышав, как Морган обратился к проходящей мимо него Сюзанне. Женщина на секунду задержалась.

Морган встал.

– Я – Бен Морган, мэм, – громко произнес он, – из газеты «Сан-Франциско Бюллетин». Мне бы очень хотелось взять у вас интервью.

Сюзанна улыбнулась и, заметив взгляд Трэвиса, повела плечом.

– Я буду рада помочь вам, мистер Морган, – ответила она, растягивая каждое слово, словно конфету-тянучку.

Морган предложил ей сесть за его столик, и Сюзанна сразу подчинилась, хлопая ресницами и ослепительно улыбаясь.

У Трэвиса пересохло в горле, и он одним махом опрокинул в рот свой стаканчик. Разве ему не все равно, с кем флиртует Сюзанна: со старателем, бизнесменом или карточным шулером? Очевидно, это ее стихия. И те горестные всхлипывания в тот момент, когда он застал Сюзанну роющейся в его вещах, ее жалобы на одиночество – все это лишь для того, чтобы скрыть обычное воровство.

– Похоже, все местные мужчины готовы кормиться из ваших рук, Сюзанна, – негромко произнес Морган.

Она улыбнулась, но глаза оставались холодными, как ледышки.

– Разве не это от меня требуется? – насмешливо заметила Сюзанна.

– Вы выяснили что-нибудь о Брэгите?

У Сюзанны по спине пробежал холодок. Она отвела взгляд.

– Нет.

– Утратили контакт с ним, Сюзанна?

Она разозлилась.

– У меня нет надобности в контактах, на которые вы намекаете, мистер Морган. Я здесь из-за Брета. Только из-за него.

– Не забудьте об этом, Сюзанна, и не делайте ничего, что могло бы поставить под удар наши планы. Иначе вы больше никогда не увидите своего драгоценного брата. Понятно?

– Да, – вздохнула она.

– Хорошо. Где сейчас Клэренс? – шепотом спросил Морган.

Сюзанна пожала плечами.

– Я не знаю.

«И меня это мало волнует», – подумала она про себя.

– Обычно он бывает здесь. Может, вышел подышать свежим воздухом.

– Слишком долго он дышит. Мне нужно поговорить с ним… – Морган прищурился: —…наедине. Скажите ему, чтобы ждал меня завтра утром на Шестимильной Дороге в каньон. В девять часов.

– Шестимильная Дорога в каньон, – негромко повторила Сюзанна.

– И пусть будет верхом. Я сам найду его.

ГЛАВА 11

Трэвис решил отдохнуть и поднялся наверх. В зале оставалось не так уж много народу. Те, кто зашел сюда после работы пропустить стаканчик, уже разошлись по домам и комнатам ночлежек, чтобы успеть передохнуть до начала следующей смены. В салуне стихло, хотя до полной пустоты было еще далеко. Трэвис на минуту задержался на площадке между лестничными пролетами и заглянул в бар. Мелькнуло зеленое платье. Трэвис решил, что вернулась Магнолия, и его охватило прежнее раздражение. Но он ошибся. Это была Элси, одна из его официанток. Она уже набросила на плечи черный плащ и направлялась к выходу. Смена закончилась.

Зеленое платье вернуло Трэвиса к мыслям о Магнолии. Оказывается, Мэгги известно настоящее имя его певицы. Трэвис еще раз взглянул в сторону бара. Он искал Магнолию. Откуда она узнала настоящее имя Жоржетты Линдсей?

* * *

Трэвис перевернулся на другой бок, затем с головой укрылся одеялом. Сон не приходил к нему. Трэвис до сих пор слышал выстрелы. Он раздраженно откинул одеяло и лег на спину, уставившись в потолок. За горами уже всходило солнце, и его первые лучи проникали в комнату. Трэвис подумал о том, что следует плотнее задернуть шторы. Было около пяти. Скоро конец ночной смены. Он вернулся в свою комнату три часа назад.

Трэвис закрыл глаза и попытался расслабиться. Раздался еще один выстрел.

«Черт бы побрал этих животных в человеческом обличье», – зло подумал он. Почему шериф не посадит этих пьяниц под арест хотя бы на несколько часов?

Трэвис отбросил в сторону одеяло, встал и подошел к высокому шкафу у противоположной стены, распахнул его дверцы, снял с вешалки брюки и выбрал новую рубашку.

– Чертовы кретины! – выругался Трэвис после очередного выстрела. Он оделся, заправил рубашку, надел поверх нее шитый серебром черный жилет и через десять минут спустился вниз.

Пит, ночной бармен, встретил босса с удивлением на лице. С неменьшим удивлением он проводил его взглядом через зал салуна и дверь-вертушку.

На улице было немноголюдно: Милли с корзинкой свежих яиц. Рон Кабор, подметающий тротуар, какой-то пьяница, выпавший из дверей «Серебряной Леди».

Трэвис миновал несколько лавок и салунов, перешел на противоположную сторону улицы и оказался у здания тюрьмы.

– Лайм! – позвал он помощника шерифа, который бездельничал в кресле напротив камина. – Где шериф?

Веснушчатый парень лет пятнадцати поднялся и уронил кусок дерева, из которого вырезал какую-то безделушку.

– Пришел Арт Спиннэл и вызвал его, мистер Брэгит.

Арт Спиннэл был начальником смены на руднике Чолар, и Трэвис предположил, что те выстрелы, которые он слышал, произошли именно там.

– Неприятности на руднике?

Лайм неуверенно пожал плечами. Трэвис повернулся и вышел, хлопнув дверью.

Он допускал, что шериф не в состоянии утихомирить пьяниц, развлекающихся стрельбой в салунах. Но как быть с таким помощником, который только что вылез из пеленок и не нашел ничего лучшего, как строгать палку и греть задницу у камина?

– Лайм! Лайм!

Трэвис, направлявшийся в сторону «Маунтин Квин», остановился. По тротуару в сторону тюрьмы бежал какой-то мальчишка и громко кричал. Вскоре он ухватился за дверной косяк и на одном дыхании произнес:

– Лайм, тебя срочно зовет шериф. У Дьявольских Ворот. И побыстрее!

Трэвис вернулся к тюрьме.

– Что тут происходит? – потребовал он объяснения, стоя в дверях, словно на палубе корабля. Трэвис взглянул на мальчишку-посыльного.

Лайм снова отложил свою резьбу и в спешке нацепил кобуру.

Юный посланник все еще глотал воздух.

– Шериф требует к себе Лайма, сэр.

– Зачем?

– Ограбили вагончик старого Дункана, а сам он ранен.

– Ограбление? – удивился Трэвис. Мальчик кивнул.

– Да, сэр.

Лайм пронесся мимо них и исчез в дверях.

Трэвис внимательно посмотрел ему вслед. Неужели судья говорил об этом? Холодок пробежал по спине Трэвиса. Если «рыцари» решили перейти к грабежам в поселках золотоискателей, Вирджиния-Сити ждут крупные неприятности. Трэвис взглянул на мальчика.

– Не говори об этом больше никому, – приказал Трэвис. – Нет смысла поднимать на уши весь город.

– Да, сэр, – пробормотал мальчик. Трэвис поспешил обратно в «Маунтин Квин».

– Пит! – закричал он с порога. – Пошли кого-нибудь из ребят привести моего жеребца с постоялого двора. Побыстрее!

Пит кивнул и направился в сторону комнаты Хэнка.

Трэвис снял с крючка над дверью кобуру и повесил ее на пояс. Движения его были точны и размеренны. Ослабив ремешки, Трэвис опустил кобуру на правое бедро, затем достал свой кольт, открыл барабан и проверил заряд. Все в порядке. Он вернул кольт в кобуру и взял шляпу.

Его Коршун был привязан к деревянным перилам отеля напротив «Маунтин Квин». Трэвис вскочил на своего жеребца и направился к Дьявольским Воротам.

– Черт бы тебя побрал, Терри, – пробормотал он. – Если твоя шайка каким-то образом замешана в этом деле, клянусь, я постараюсь прибить тебя живьем к двери сарая.

Трэвис выехал на дорогу, ведущую из центра Вирджиния-Сити в поселок Голдфилд. Местами она становилась предательски крутой и полной опасных поворотов; кое-где виднелись пятна снега и льда, что сильно затрудняло передвижение повозок.

Трэвис ехал осторожно, беспокоясь за своего жеребца. Он купил его недавно у местных индейцев, поэтому Коршун хорошо знал дорогу. Но все же Трэвис не хотел им рисковать.

К тому времени, как он добрался до Голдфилда, там все уже были на ногах. Слух о нападении на вагончик Дункана Клайда сразу же облетел окрестности. По пути к Трэвису обратилось несколько человек, на случай, если он что-либо знает о подозреваемых.

– На этот раз ваши «рыцари» зашли слишком далеко, Брэгит, – раздался мужской голос с балкона отеля «Голдфилд».

Трэвис обернулся.

Автором этой реплики был высокий сухощавый человек в длинном пальто. Трэвис вгляделся в его лицо, едва различимое из-за рыжей густой бороды.

– Они такие же мои, как и ваши, – проворчал Трэвис. Почему судья не оставит его в покое? В течение последнего года Дэвид Терри не раз докучал Трэвису, зазывая его на собрания Ордена. А теперь он решил сделать Трэвиса своим преемником!

У Трэвиса возникло странное подозрение. На самом ли деле судья уехал из города? Или это заявление – всего лишь составная часть его очередного плана? Неужели Дэвид Терри и его шайка решили подставить Трэвиса, обвинив его в ограблении?

Коршун сделал последний поворот перед Дьявольскими Воротами. С обеих сторон дороги показались высокие холмы – прекрасное место для засады.

Вагончик Дункана Клайда был оттянут с дороги в сторону, чтобы не мешать движению. Вокруг собралось около десятка повозок; в утреннем морозном воздухе слышались ругательства старателей, обсуждавших происшедшее.

На сиденье вагончика полулежал Дункан Клайд; кто-то перевязывал ему руку. Трэвис узнал врача из Сильвер-Сити.

– Брэгит, какого черта ты здесь делаешь? – раздался голос шерифа Морроу, остановившегося рядом со спешившимся Трэвисом.

– Я слышал крики вашего мальчишки об ограблении и ранении Дункана, – ответил Трэвис. – Захотел сам посмотреть, что же произошло.

– Зачем? – шериф заткнул за пояс большие пальцы обеих рук и тем самым подчеркнул свой выступавший живот и двойной подбородок. – Хотел убедиться, что старик Клайд не в состоянии опознать никого из напавших на него «рыцарей»?

Трэвиса затрясло от злости. Он почувствовал острое желание ударить шерифа, но сдержался. Курт Морроу был избран шерифом лишь потому, что другие, включая Трэвиса, отказались от этого поста. Стычка с ним даст Морроу повод отправить Трэвиса в тюрьму, чего последнему не очень хотелось. Была и еще одна причина: Курт уже давно и безответно любил Магнолию Рошел, которая не уставала распространяться о своей связи с Трэвисом. Ревность – опасная штука, и у Трэвиса возникло подозрение, что шериф задумал упрятать его в тюрьму, чтобы убрать с дороги серьезного соперника. Тем более что подвернулся неплохой повод.

– Они не мои «рыцари», – произнес Трэвис, направляясь мимо шерифа в сторону вагончика.

Курт Морроу преградил ему путь и вызывающе посмотрел в глаза.

Трэвис сделал шаг назад. Ему никогда не нравился запах перегара и табачного дыма. Он вызывал тошноту и головокружение.

Шериф сдвинул на затылок слегка помятую шляпу и усмехнулся.

– Мне так не кажется, Брэгит.

Трэвис улыбнулся.

– Тогда, возможно, у вас проблемы со слухом, шериф. – Трэвис посмотрел на Дункана Клайда, завсегдатая салуна «Маунтин Квин». – Эй, Данк, с тобой все в порядке?

Дункан кивнул.

– Почти. Эти сукины дети хотели ограбить меня. Мне кажется, я все же достал одного из них.

– Подстрелил? – спросил Трэвис.

– Да. Одного негодяя. Похоже, ранил в руку. Так что мы квиты, – старик довольно рассмеялся.

– Это хорошо. Теперь шерифу будет легче поймать его. – Трэвис повернулся к Морроу. – Думаю, необходимо проверить все окрестности и узнать, не вызывал ли кто доктора по поводу огнестрельной раны?

– Я сам знаю, что мне нужно делать, Брэгит, – проворчал Морроу. – Твое дело – смешивать напитки и обворовывать клиентов на игре в карты.

Трэвис усмехнулся.

– Все в городе знают, что «Маунтин Квин» – одно из самых честных заведений в округе. Поэтому на вашем месте я бы выбирал выражения. – Он повернулся к Дункану. – Сколько было нападавших, Данк?

– Десять или двенадцать. Точно не знаю. Они окружили меня прежде, чем я сообразил, что происходит. Несколько человек оставались в засаде.

– Ты кого-нибудь узнал? – спросил Трэвис.

– Вопросы здесь буду задавать я, Брэгит, – прервал его шериф. – Ты узнал кого-нибудь из них, Дункан? – повторил он вопрос Трэвиса.

– Нет. Они все были укутаны до неузнаваемости. Плащи, шляпы, надвинутые на глаза, шарфы, закрывающие лицо. За исключением одного, который стоял на холме.

– Кто он? – спросил Трэвис, не обращая внимания на предупреждение шерифа.

– Он стоял на вершине холма, – Дункан указал направление, – и наблюдал за происходящим. Я видел его мельком, но… – он покачал головой. – В нем было что-то странное.

– Что именно? – спросил Трэвис.

– Мне бросился в глаза его небольшой рост. Совсем маленький, словно у женщины.

В мозгу Трэвиса сразу же возникла мысль о Клэренсе Лонше.

ГЛАВА 12

Клэренс снял свой плащ и небрежно бросил его на кресло перед камином. Плащ грудой темно-зеленого бархата в конце концов улегся на полу.

– Чертовы идиоты, – проворчал он, развязывая узел галстука. Ему сразу же не понравился предложенный план. Зачем он послушал Магнолию? Она сама вряд ли понимала, что собирается предпринять. Раздраженный, Клэренс сорвал с себя галстук.

В коридоре послышался какой-то шум. Возможно, это Сюзанна или Эдди торопятся сообщить ему последние новости, о которых знает уже весь город. Однако, звук шагов стал удаляться.

– Глупо! – выругался Клэренс. – Очень глупо! Он пытался успокоиться, но тщетно. А тут еще проблема с Сюзанной. Вряд ли ей можно доверять, несмотря на то, что над ней висит угроза жизни ее собственного брата. Она клялась, что ненавидит Трэвиса Брэгита, что считает его последним негодяем и трусом. Судя по тому, что удалось выяснить Клэренсу о взаимоотношениях Трэвиса и Сюзанны, она говорила правду. Но теперь ему так не казалось. Возможно, Сюзанна все еще обижается на Трэвиса, но она, определенно, не испытывает к нему чувства ненависти. Это очевидно уже по тому, как она смотрит на него.

Клэренс усмехнулся. С его стороны было бы глупо не замечать интереса в ее глазах всякий раз, когда Сюзанна смотрела на Трэвиса Брэгита. Клэренс скомкал галстук и бросил его на кровать, затем достал еще один из дорожной сумки на полу. Кроме того, он не доверял служанке Сюзанны. Эдди казалась ему не очень похожей на прислугу. Что-то в этой даме вызывало у Клэренса смутное подозрение. Он повязал вокруг шеи серебристый шарф. Очень надменный вид. Она всегда смотрела на Клэренса сверху вниз.

– Высокомерная сучка, – прорычал он, прикалывая к шарфу золотую булавку. На кого Клэренс злился больше всего: на Эдди, Сюзанну или Магнолию Рошел? Он не мог дать ответ на этот вопрос. Но что он знал точно, так это то, что если их план провалится, ему придется платить по счетам. И сумма будет немалой.

* * *

Трэвис стоял у стойки бара, облокотившись на прилавок. Эли, барменша Магнолии, только что принесла ему чашечку кофе, и он сделал первый глоток. В этот момент дверь, ведущая к комнатам посетителей, отворилась, и послышалось шуршание женского платья. Трэвис обернулся.

Покачивая бедрами и соблазнительно улыбаясь, к нему направлялась Магнолия Рошел. Слишком смелый вырез ее платья полуобнажал полную грудь, притягивая взоры мужчин.

– Дорогой, ты сегодня так рано? Что случилось? – она зевнула, прикрыв рот рукой. – Я была еще в постели. – Магнолия рассмеялась и подмигнула Трэвису.

Тот улыбнулся в ответ.

– В таком случае, ты еще ничего не слышала о Дункане Клайде?

Мэгги удивленно раскрыла глаза.

– Дункан? Перевозчик грузов?

Трэвис кивнул.

– Сегодня утром на него напали. Я услышал выстрелы и подумал, что это развлекаются пьяницы в салунах. Но в действительности это было ограбление.

– Да, я тоже слышала выстрелы. У меня была бессонная ночь. – Она прикоснулась пальцами к векам. – Я спала так мало, что даже глаза напухли.

– Мэгги, я хотел попросить у тебя прощения…

– А потом кто-то проехал мимо моего окна, – продолжила она, прерывая Трэвиса. – Затем я слегка задремала, но новые выстрелы разбудили меня.

Трэвис внимательно посмотрел на нее, забыв о том, что хотел извиниться.

– Ты говоришь, кто-то проехал мимо твоего окна? Когда именно, Мэг? До начала выстрелов?

– Да, до этого. Ее лошадь двигалась очень неуклюже. Или же, – Мэгги негромко рассмеялась, – всадница была подслеповата. Она споткнулась о деревянный брус под моим окном. Напугала меня до смерти.

– Это была женщина?

Магнолия кивнула.

– Думаю, что да. Когда лошадь выделывала все эти штучки, я вылезла из постели и подошла к окну. Я решила, что кто-то пытается проникнуть в салун с черного хода и ограбить меня. Тогда я и увидела всадницу.

– Кто она?

Мэгги пожала плечами. – Не знаю. Я видела всего лишь силуэт. На ней был плащ с капюшоном.

– Почему же ты решила, что это женщина? – в голосе Трэвиса звучало нетерпение. – Почему не мужчина? Может, он просто маленького роста.

Магнолия нахмурилась, словно раздумывая.

– Нет, я видела женскую фигуру. Стройную. Узкие плечи. Мне даже показалось, что я заметила длинные волосы под капюшоном. Хотя я не уверена. – Она подошла ближе к Трэвису. – Фонарь уже не горел, а луна как раз зашла за тучу.

Трэвис кивнул. Однако ему не понравились подозрения, которые появились у него после рассказа Мэгги. По его сведениям в городе сейчас находились две приезжих женщины: Сюзанна Форто и ее служанка Эдди. Конечно, не исключено, что женщина из местных, но Трэвис считал это маловероятным. В Вирджиния-Сити было три типа женщин: жены старателей, проститутки и деловые женщины вроде Магнолии. Все они вряд ли могли возглавлять шайку разбойников или, что еще хуже, Орден рыцарей «Золотого Круга».

Трэвис снова вспомнил Клэренса Лонше. Невысокий, стройный, узкоплечий. Одетого в плащ, его легко спутать с женщиной. За исключением волос. Клэренс был лысым, а Мэгги видела длинные волосы.

– Они ограбили вагончик Дункана?

Трэвис покачал головой.

– Нет. Дункан оказал сопротивление. На звуки выстрелов собрались другие старатели, и нападавшие скрылись.

– О, бедняжка. Его ранили? – посочувствовала Магнолия, прижимаясь к Трэвису.

– В руку, не очень серьезно.

– Он смог опознать нападавших?

– Нет. Очевидно, они были в масках.

– О, как ужасно. – Она обняла его за шею.

– Хорошего мало, – согласился Трэвис. Он поцеловал Магнолию в лоб и осторожно отвел в стороны ее руки. – Я пришел так рано не за этим.

– Неужели? – глаза ее блеснули. – Ты разочаровываешь меня, Трэвис Брэгит. – Мэгги притворно надула губки.

– Извини. – Трэвис чмокнул ее в щеку. – Может, встретимся сегодня вечером?

– Да? – она взмахнула рукой. – Одни обещания. Я знаю, что ты стал руководителем «рыцарей» и скоро у тебя совсем не останется времени для Магнолии.

– Руководителем «рыцарей»? Но я не… – Трэвиса охватил приступ гнева от такого замечания. – Я не имею к этому никакого отношения, Мэг. Я даже не член Ордена рыцарей. Понятно?

Мэгги пожала плечами.

– Вчера вечером у меня были гости, и судья сказал, что уезжает из города и назначил тебя своим преемником.

– Это ложь. Терри хотел сделать это, но я отказался. Я не член Ордена рыцарей и тем более не являюсь их лидером.

– Как скажешь. – Мэгги прижалась к Трэвису всем телом и посмотрела на него из-под полуприкрытых век. – Но ты можешь быть моим лидером, дорогой.

Однако Трэвис не был расположен к любовным играм. Злость на судью все еще кипела в нем. Трэвис вспомнил, о чем хотел спросить Магнолию.

– Мэг, откуда тебе известно настоящее имя Жоржетты Линдсей?

– Наверное, слышала, как ты сам обращался к ней, дорогой. – Она не прекращала своих объятий. – Давай не будем вспоминать о ней, дорогой…

– Ты слышала, как я называл ее Сюзанной?

Магнолия сделала шаг назад, уязвленная его намеренным невниманием к ее намекам.

– Очевидно. А как еще я могла узнать ее имя?

– Мисс Магнолия, – внезапно прервал их голос барменши. – Доктор уже здесь.

Трэвис посмотрел на Мэгги и нахмурился.

– Доктор? Ты больна? Она рассмеялась.

– Пустяки. Обычное женское недомогание. Тебе не о чем беспокоиться. – Магнолия повернулась к нему спиной. – Может, мы и увидимся, дорогой. – В ее голосе звучала насмешка. – Если, конечно, у тебя будет время.

У Трэвиса возникло чувство вины. Магнолия обиделась на него. Очень сильно обиделась. Но он не мог ей ничем помочь. У него были свои проблемы. Например, прекратить эти дурацкие слухи о его назначении предводителем Ордена рыцарей «Золотого Круга». Или поговорить с Сюзанной Форто и выяснить подлинную цель ее приезда в Вирджиния-Сити. Или узнать, кто пытался ограбить Дункана Клайда. Трэвиса не покидало ощущение, что все эти вещи каким-то образом связаны между собой.

* * *

Хэнк направлялся в сторону артистической уборной, когда до него донеслась женская болтовня, проникавшая сквозь тонкие перегородки. Эдди помогала Сюзанне готовиться к вечернему выходу. Морщинка, появившаяся на лбу Хэнка еще утром, углубилась. Он видел, что сегодня ночью Эдди совершила прогулку верхом и выехала из города незадолго до попытки ограбления Дункана. С тех пор мысли об этом не покидали Хэнка. Особенно после того, как за чашечкой утреннего кофе он спросил Эдди, не разбудили ли ее ночные выстрелы.

Эдди утвердительно кивнула, но Хэнк знал, что она лжет. В тот момент ее не было в собственной спальне. Конечно, Хэнк не мог подозревать Эдди в ограблении, но все же… Он почувствовал на сердце тяжелый камень.

Хэнк постучал в дверь.

– Кто там? – спросила Эдди.

– Босс велел передать, что в зале собралось уже достаточно народу, мисс Эдди.

– Мисс Линдсей будет готова через несколько минут, Хэнк, – ответила Эдди. Затем, приоткрыв дверь, она добавила: – Подожди, Хэнк! Мне бы очень хотелось, чтобы ты проводил меня после выступления.

Хэнк кивнул.

– С удовольствием, мисс Эдди.

– Просто Эдди, Хэнк.

Он кивнул и направился к занавесу. Черт побери, ему нравилась Эдди! Даже несмотря на то, что она что-то скрывает. Хэнк чувствовал это, и ему хотелось выяснить, что именно.

* * *

Эдди слишком сильно затянула шнурки корсета Сюзанны.

– Эдди, еще немного, и я не смогу не только петь, но и говорить, – пожаловалась Сюзанна.

Эдди протянула ей голубое шелковое платье с кружевными рюшками и глубоким декольте.

Сюзанна ловко натянула свой сценический наряд и подождала, пока Эдди застегнет множество мелких пуговиц на спине. Затем она взглянула в зеркало, поправила рукава и прикрепила к волосам белый цветок.

– Ума не приложу, где в это время года мистер Брэгит смог отыскать такую гардению, – заметила Эдди.

Сюзанна рассмеялась.

– Сама не знаю, Эдди. Но цветок и правда прекрасен. – Она еще раз посмотрела на себя в зеркало, и у нее возникло чувство вины за то, что она отвергла предложение Трэвиса пообедать с ним до начала шоу. В его присутствии Сюзанна не очень-то доверяла самой себе, не говоря уже о нем.

– Прекрасно пахнет. Напоминает мне о доме, – добавила Эдди.

Лицо Сюзанны опечалилось.

– Да, это так.

– Пошли, – бодро произнесла Эдди. – Ваши зрители уже в нетерпении.

Сюзанна улыбнулась и вышла вслед за Эдди.

* * *

Трэвис, услышав, как Хэнк объявил о выходе Сюзанны, повернулся в ее сторону.

Занавес поднялся, и Сюзанна вышла на сцену под одобрительный гул мужчин. В зале не было ни одного свободного места. Несмотря ни на что, Сюзанна принесла салуну неплохой доход, хотя выступала здесь всего неделю.

Заиграл оркестр, и Сюзанна запела.

Трэвис наблюдал за ней. Сюзанна была просто прекрасна: грациозна, уверена в себе. Трэвис вспомнил, как она проводила обыск в его комнате. Какого черта она там искала? Этот вопрос не давал ему покоя. Что, по ее мнению, могло быть у Трэвиса, ради чего Сюзанна пошла на такой риск?

Боковым зрением Трэвис заметил у входа еще одного посетителя. Бенджамин Морган. Журналист сразу же проследовал к столику, который он объявил своим рабочим местом. Сидевшие за ним потеснились, кто-то принес стул.

Трэвис почувствовал, как неприятный холодок пробежал по его спине.

Дверь салуна вновь открылась, и еще один посетитель попытался проникнуть в переполненный зал. Трэвис с удивлением узнал Джулию Бульет. Мужчины сразу же расступились, пропуская ее вперед.

– Привет, ребята, – радушно поприветствовала всех Джулия. Она облокотилась на стойку бара. – Ты нашел неплохой способ заставить всех мужчин города собраться в твоем салуне, Трэвис. – Джулия хихикнула.

Джед поставил перед ней стаканчик шерри.

– Спасибо, Джед, – грудным низким голосом поблагодарила его Джулия. Она одним махом опрокинула стаканчик в рот и шумно выдохнула. – Вот теперь хорошо. Отличный вкус, Джед.

– Лучший в городе, – гордо добавил он. Джулия повернулась к Трэвису.

– Что тревожит твое сердце, дорогой? – начала она, уперевшись рукой в бедро, обтянутое черным атласом. – Хочешь рассказать мне?

– Я не знаю, с чего начать, – признался Трэвис.

– А если начать с самого начала?

Он покачал головой.

– Спасибо, Джулия. Но начало этой истории было слишком давно.

– Я готова слушать всю ночь, и не возьму с тебя за это ни цента. Я уже заработала себе на вечер. – Она кивнула в сторону Бена Моргана.

Трэвис взял Джулию под руку и вывел из салуна на тротуар.

– Сегодня ты была с Морганом? – спросил он.

Джулия кивнула.

– Да. Но недолго.

– Он говорил что-нибудь?

Она рассмеялась.

– Совсем мало, и я не уверена, что тебе будет интересно это слушать.

– Джулия. – Трэвис пытался скрыть свои эмоции. – Что-то в этом человеке вызывает у меня подозрения. Но я не пойму, что именно.

– Я тоже от него не в восторге, но все же…

– Его акцент, Джулия. Он говорит, что родом из Мичигана, а в последнее время живет в Сан-Франциско и работает на «Бюллетин».

– И что?

– Но у него акцент южанина.

Джулия подошла к краю тротуара и взглянула на луну.

– Может быть, он просто не хочет признаваться в этом. – Она засмеялась. – Не каждый горд от того, что он южанин, дорогой. Может, за ним что-нибудь тянется? И он не хочет, чтобы это раскрылось. Я его понимаю.

– Ты не такая, Джулия.

– Спасибо, милый.

– Возможно, ты права, но я так не думаю. Бен Морган – образованный человек, Джулия. Я читал его заметки. И он пишет их для «Бюллетин». Или, во всяком случае, писал. Но почему он скрывает свое происхождение? Это непонятно.

Джулия повернулась к нему и улыбнулась.

– Непонятно тебе, дорогой. Но вполне понятно ему. – Она взяла Трэвиса за руку. – Пошли. Здесь холодно. К тому же, мне очень хочется пить. Закажи мне еще стаканчик.

Трэвис кивнул, и они вернулись в салун.

Но то, что они увидели, заставило Трэвиса вздрогнуть. Сюзанна, закончив свое выступление, села за столик Бена Моргана вместо того, чтобы пойти в артистическую уборную.

– Ты уверена, что он не рассказал ничего интересного, Джулия?

– Ничего, кроме обычной болтовни мужчины, когда он хочет женщину или уже поимел ее. – Она нахмурилась, вспоминая детали. – За исключением того, что…

Трэвис повернулся к своей спутнице.

– За исключением чего?

– За исключением того, что ему предстоит важная встреча сегодня вечером. Вот почему он так торопился. – Джулия взглянула в сторону столика, за которым сидели Бен Морган и Сюзанна. – Возможно, это встреча с твоей певичкой.

ГЛАВА 13

Через два часа Сюзанна закончила свое вечернее выступление, откланялась и под одобрительный гул покинула сцену. Трэвис подождал у стойки бара еще несколько минут и направился вслед за Сюзанной. Вскоре он был уже у двери ее уборной. В этот момент дверь начала открываться внутрь.

Трэвис решил на всякий случай спрятаться в соседней комнате. Он оставил свою дверь приоткрытой и через щель в проеме стал наблюдать за происходящим в коридоре.

Из уборной Сюзанны вышел Бен Морган. Внезапно он остановился и вновь заглянул в ее комнату.

– Вы постепенно исправляетесь, Сюзанна, – засмеялся Морган. – Так держать, и все будет в порядке. Я обещаю. Когда переоденетесь, выходите в зал. Выпивка за мной.

Что значит «исправляетесь»? Это слово озадачило Трэвиса. Он не расслышал, что ответила Моргану Сюзанна. Его снова охватил приступ ревности. Трэвису очень хотелось выбить дверь, ворваться внутрь, схватить Моргана за полы пиджака и потребовать объяснений.

Откуда он так хорошо знает Сюзанну, чтобы наносить ей подобные визиты? Возможно, за эти семь лет Сюзанна изменилась больше, чем предполагал Трэвис. У него неприятно засосало под ложечкой. Когда Морган исчез за дверью, ведущей в зал, Трэвис решил пробраться в холл, но остановился, услышав доносящийся из комнаты Сюзанны шум.

– Убирайся, Клэренс! – потребовала Сюзанна. В ее голосе слышалась нескрываемая злость.

Трэвис вернулся на свой пост и прикрыл за собой дверь.

– Не забывайте, с кем вы разговариваете, мисс, – огрызнулся Клэренс. – Я не отношусь к числу ваших дрессированных псов типа Моргана или Брэгита. На меня не действуют ваши чары. Помните об этом. Как и о своих обязательствах.

Что-то со стуком упало на пол.

– Я же сказала – убирайся вон.

– Я уйду, но ты помни, что должна сделать. И еще. Ты должна в точности следовать моим указаниям, чтобы все получилось, как задумано. Но ты этого не делаешь, хотя и знаешь о последствиях.

– Я знаю, что в конце концов убью тебя, – спокойно ответила Сюзанна.

Клэренс рассмеялся.

– Оставь драматические реплики для своего любовника, Сюзанна. Ведь именно его ты собралась одурачить, не так ли?

– Убирайся, Клэренс, – повторила Сюзанна. – Или мне придется забыть, что я леди.

– Леди? – Его тон стал откровенно ироничным. – Мисс Сюзанна, вы уже очень давно перестали быть леди.

Клэренс вышел в холл, закрыл за собой дверь, и в этот момент что-то ударилось в нее с обратной стороны. Послышался звон разбиваемой посуды.

Трэвис молча наблюдал за прошедшим мимо него Клэренсом. Ему очень хотелось выбежать из своего укрытия, преградить дорогу этому типу и не только потребовать ответа на вопросы, роившиеся в его голове, но и с удовольствием поработать кулаками над лицом этого негодяя. Трэвису понадобилось несколько минут, чтобы успокоиться. Он вышел в холл и направился к двери Сюзанны. Под его ногами захрустели осколки чайного сервиза. Трэвис осторожно постучал.

– Убирайся, Клэренс! – крикнула Сюзанна.

– Это я, Трэвис.

– Тогда и ты убирайся.

– Сюзанна, я хочу поговорить с тобой. Открой мне. – В его голосе прозвучали гневные нотки.

– Ни за что.

Трэвис разозлился. Черт побери, что тут происходит?

– Сюзанна, открой мне дверь!

– Нет. Мне не хочется разговаривать с тобой, Трэвис. Во всяком случае, не сейчас. Убирайся.

Трэвис достал из кармана связку ключей, выбрал один и вставил в замочную скважину. Через несколько секунд дверь открылась. Сюзанна смотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Очень великодушно с твоей стороны, Трэвис. Выделяешь мне комнату, а дубликат ключа оставляешь у себя. Может быть, то же самое и с моим номером в отеле? Чтобы навещать меня по ночам?

Трэвис нахмурился. Он вошел в комнату и ногой закрыл за собой дверь.

– Почему Клэренс имеет над тобой такую власть, Сюзанна? Какие его приказы ты должна выполнить? Чем он тебе угрожал в случае неповиновения?

Сюзанна злобно смотрела на него; глаза ее гневно блестели.

– Ко всем твоим недостаткам ты еще и подслушиваешь, Трэвис? Поздравляю тебя!

– Сюзанна! Перестань притворяться и ответь мне, что происходит? Какую роль во всем этом играет Бен Морган?

– Он газетчик из Сан-Франциско.

– А еще кто?

Сюзанна отвернулась, скрестив руки на груди.

– У меня нет ни малейшего представления на этот счет.

Трэвис подошел к ней, взял за руку и притянул к себе.

– Кто он тебе? – прорычал он.

– Никто.

– А Лонше?

Сюзанна попыталась вырваться, но хватка Трэвиса, как всегда, была железной.

– Кто такой Лонше? – повторил он еще громче.

– Он мой менеджер.

– А еще кто?

Сюзанна пристально посмотрела на Трэвиса, желая причинить ему такую же боль, какую он причинил ей.

– Какая тебе разница, если я скажу, что он – мой любовник?

Трэвис еще крепче стиснул пальцы, сжимающие руку Сюзанны, причинив ей сильную боль. Но Сюзанне было все равно. Она должна ненавидеть Трэвиса Брэгита. Ей так казалось все эти семь лет, но Сюзанна поняла, что ошибалась. Всякий раз, когда Трэвис оказывался рядом, он был небезразличен ей. Все остальное не имело в этот момент никакого значения.

– Неужели? – спросил Трэвис. В его голосе послышались угрожающие нотки. По спине Сюзанны пробежали мурашки.

Она посмотрела в глаза Трэвису и удивилась, заметив печаль в его взгляде. Все эти семь лет Сюзанна и ненавидела, и любила его; но она ни разу не подумала о том, что и Трэвис может испытывать чувство горечи от случившегося. Внезапно желание отомстить ему, причинить боль, подобную той, которую он сам причинил ей, оставило Сюзанну.

– Нет, – прошептала она. – Клэренс – нет.

– Тогда кто? – потребовал ответа Трэвис. В этот момент его уже не интересовали истинные мотивы приезда Сюзанны в Вирджиния-Сити, как впрочем, и персоны Бена Моргана и Клэренса Лонше. Все его мысли сосредоточились на Сюзанне Форто.

Она покачала головой.

– Никто.

Не вполне осознавая, что он делает, Трэвис обнял женщину, и их губы соединились в поцелуе. В этом поцелуе было все: страсть, нетерпение, огонь желания, опаливший их души.

Трэвис еще крепче прижал к себе Сюзанну, и теперь их тела разделяла лишь одежда – хрупкая граница между двумя пылающими сердцами.

Семь лет Сюзанна мечтала о том, чтобы вновь разыскать Трэвиса и заставить его заплатить за ее унижение… Но теперь все эти желания остались в прошлом. Сюзанне казалось, что она растаяла в объятиях Трэвиса. Ей хотелось узнать его как можно ближе.

Властный, но в то же время нежный поцелуй Трэвиса пробудил в Сюзанне острое желание. Когда-тоТрэвис был ее рыцарем, затем она считала его бессердечным негодяем. Теперь же он стал воплощением ее фантазий, скрытых желаний и ночных видений. Сюзанна ненавидела и желала его одновременно, хотела отомстить ему и в то же время страстно любила его.

Трэвис нежно обнимал женщину, его пальцы поглаживали ее обнаженные плечи и спину, вызывая у Сюзанны ощущение блаженства. Он еще сильнее прижал к себе женщину, ощутив тепло ее тела. У Сюзанны перехватило дыхание. Сердце её бешено заколотилось.

Едва слышный стон блаженства сорвался с ее губ. Сюзанна почувствовала, что возбуждение Трэвиса достигло опасной грани, за которой уже не властен рассудок. Она ощутила почти физическую боль от охватившего ее желания, скрытой на долгие годы страсти к Трэвису, который теперь целовал Сюзанну и крепко прижимал ее к своему сильному мускулистому телу.

Его поцелуй прошлой ночью не шел ни в какое сравнение с тем, что Сюзанна испытывала сейчас. Тогда Трэвис взволновал и напугал ее, показал, что она сохранила восприимчивость к его ласкам. Но все же он был далек от того, чтобы возбудить в ней настоящую страсть, дремавшую все эти годы, когда каждая ласка, каждое прикосновение становятся источником пожара.

Осознав, что она снова находится в объятиях Трэвиса, Сюзанна испытала новый прилив гнева и злости на саму себя. Но в то же время, реальный мир как бы перестал существовать вокруг нее: и война, и Бен Морган, и Клэренс Лонше, и те истинные причины, которые привели Сюзанну в Вирджиния-Сити, и даже, да простит ее бог, поиски Брета – все это не имело теперь никакого значения. Все эти годы, проведенные в одиночестве. Сюзанне хотелось лишь одного: чтобы Трэвис захотел ее, чтобы любил ее так, как она любила его все эти семь лет. Обняв Трэвиса, Сюзанна ощутила желание навсегда остаться в этой позе, не покидать его сильное и мужественное тело и не сталкиваться снова с реальностью этого жестокого мира.

Наконец Трэвис оторвался от ее губ и внимательно посмотрел ей в глаза. Сюзанна дышала часто и прерывисто, удивляясь силе внезапно охватившей ее страсти.

– Я хочу тебя, Сюзанна, – прохрипел Трэвис.

Сюзанна смотрела на него, готовая отдаться этому мужчине, ради которого она была готова оставить все, чему верила и что любила. Вдруг ее взгляд упал на золотое кольцо с рубином, которое подарил ей Брет через несколько дней после того, как в день венчания Трэвис оставил ее перед алтарем влюбленной дурой. Ему так хотелось снова увидеть улыбку на лице сестры.

Небольшой рубин излучал мягкий красный свет в лучах настенной лампы, а золотые листья, окружавшие камень, словно цветок, тускло мерцали.

Ледяные и бесчувственные пальцы реальности внезапно вцепились в сердце Сюзанны, вернув ее из мира страсти, в который она позволила себе на короткое время окунуться. Именно эта способность управлять своими эмоциями должна помочь Сюзанне выполнить то, что от нее требовалось. Стать близкой Трэвису, войти к нему в доверие. Именно это ей было приказано сделать, и Сюзанна справлялась, за исключением одной детали: она не могла бороться со своими чувствами к Трэвису. За те дни, что Сюзанна находилась в Вирджиния-Сити, она испытала целую гамму чувств: ненависть, любовь, страх, злость, всепоглощающую страсть. Но она не могла позволить себе этого. Особенно после того, как Трэвис обошелся с ней. Сюзанна должна разыскать Брета, и никто не сможет помешать ей.

Она отстранилась от Трэвиса и легонько толкнула его в грудь.

– А я – нет, – холодно ответила Сюзанна. Эти слова стали самыми жестокими в ее жизни и, наверное, самыми несправедливыми. Клэренс будет в бешенстве, если узнает об этом. Ничего не поделаешь. Она продолжит игру с Трэвисом на публике, там, где это для нее наименее безопасно. Но ей нельзя уступать ему, когда они остаются наедине. Она должна помнить о Брете. Это поможет ей пережить все трудности и выполнить свой долг.

Сюзанна знала, что по большому счету всегда была безразлична Трэвису. Он всего лишь хотел переспать с ней. Разве не об этом он только что сказал? Трэвис никогда не говорил ей о любви. Сюзанне хотелось заплакать, но она сдержалась, хотя сердце ее было готово разбиться вдребезги. Она глубоко вздохнула, выпрямилась и посмотрела прямо в глаза Трэвису. В его взгляде читались бесчисленные вопросы и страстное желание, но Сюзанна выдержала его, хотя и знала, что не сможет дать Трэвису ответы, которых он ждет. Она будет играть в эту жестокую игру на виду у Клэренса и Бена Моргана. У нее нет выбора. Но в их отсутствие она станет холодной, неприступной, безразличной. Это единственный способ оградить себя от Трэвиса. А ей надо держать его на расстоянии, если не ради него, то ради себя самой.

– Ну и как, Трэвис? – она невесело улыбнулась. – Не очень приятно, да?

Его губы скривились в легкой усмешке, глаза блестели яростью.

– Я устал от тебя, Сюзанна. Очевидно, ты многому научилась за эти семь лет. Возможно, даже большему, чем я рассчитывал. – Он повернулся и вышел из комнаты.

– Он устал от меня, – пробормотала Сюзанна, и слезы, с которыми она так долго и успешно боролась, покатились по ее щекам. – Устал.

* * *

– Эй, босс, – услышал Трэвис голос Джеда, выходя из салуна.

Ему хотелось глотнуть свежего воздуха. Холодного, ободряющего, пронизывающего до костей. Но все же Трэвис повернулся и подошел к стойке бара.

– В чем дело, Джед?

– Этот парень, которым вы интересовались…

Трэвис через плечо взглянул на Моргана, сидевшего за своим импровизированным письменным столом. Он что-то писал на листе бумаги, лежавшем рядом с бутылкой виски. За его столиком сидело еще несколько человек, которые делали вид, что занимаются собственными делами. Трэвис повернулся к Джеду.

– Ну и что ты хотел сказать?

– Минут двадцать назад приходил Чарльз Меллрой и сунул ему какую-то записку.

– Чарли? – Трэвис сразу вспомнил порядком надоевшие ему визиты Чарли с поручением от судьи Терри пригласить его на еженедельное собрание «рыцарей».

– Да, он. Недавно я разговаривал с Эфремом Садлером. Он рассказал мне, что Морган является членом филиала Ордена рыцарей в Сан-Франциско. Кто-то из его друзей видел Моргана на их митинге несколько месяцев назад. Там он довольно крупная шишка.

Трэвис взглянул в сторону Моргана.

– А какие новости о менеджере мисс Линдсей Клэренсе Лонше? Что говорят о нем?

– Ничего, если не считать того, что несколько моих знакомых решили поискать бочку дегтя, чтобы намазать его и вывалять в перьях. Этот толстяк вряд ли дружелюбнее ехидны… Вспомни черта, а он тут как тут, – прошептал Джед, кивнув в сторону двери.

Трэвис обернулся. К нему направлялся Клэренс Лонше. Трэвис едва не застонал. Клэренс был последним в списке людей, которых Трэвис хотел видеть в этот момент. Хватит с него и Моргана.

– Добрый вечер, мистер Брэгит, – широко улыбаясь, произнес Лонше. Он снял перчатки и бросил их на стойку бара. – Бармен, мне порцию шерри.

Джед налил ему стаканчик. Трэвис вздохнул и отпил глоток своего любимого вина.

– Вообще-то, мистер Брэгит, я хотел попросить вас об одном одолжении.

– Меня? – прорычал Трэвис, не оборачиваясь. Он опасался соблазна съездить Клэренсу по физиономии.

– Да, сэр. Видите ли… Я обнаружил, что неравнодушен к одной молодой леди… и у меня появилась проблема, как проводить мисс Линдсей после выступления. Я хотел сказать, что…

– Вы просите меня проводить мисс Линдсей до отеля?

– Да, именно так. Я знаю, что она симпатизирует вам…

– Неужели? – удивился Трэвис.

– Да, именно так она и сказала, и…

– По-моему, Лонше, вам нужно проверить свой слух.

– Но она действительно так сказала. Вы ей нравитесь, и она… не откажется прогуляться с вами.

– Может быть, лучше попросить об этом Бена Моргана?

Клэренс изобразил удивление.

– Нет, мистер Брэгит, я никогда не пойду на это. Мистер Морган такой жестокий… Я хотел сказать, что он безразличен мисс Линдсей. Но к вам она относится по-другому. Пожалуйста, сделайте мне одолжение…

– Нет.

– Мистер Брэгит. Если бы вы только…

– Я сказал, нет.

– Уверяю вас, мисс Линдсей действительно очень хочет, чтобы…

Трэвис внимательно посмотрел на толстяка.

– Лонше, вам мама никогда не говорила, что означает слово «нет»?

– Может быть, мистеру Брэгиту совершенно безразлично мое общество, Клэренс, – раздался за их спиной голос Сюзанны. Они оба удивленно обернулись. Ее игривый тон и печальная улыбка говорили о том, что женщина уязвлена невниманием Трэвиса к собственной персоне. – Не волнуйтесь, джентльмены. Не стоит беспокоиться обо мне. Я могу добраться до отеля сама.

– О, нет, – покачал головой Клэренс. – Я не могу себе позволить этого. Нет, нет и нет.

Трэвису до смерти надоел этот человек.

– Ладно, Лонше. Я провожу мисс Линдсей после выступления.

Клэренс засиял от радости.

– Вот и чудесно. Огромное спасибо. – Он направился к выходу.

С уходом Клэренса с лица Сюзанны сразу же исчезла улыбка. Она посмотрела на Трэвиса.

– Можете возвращаться к своему любимому стакану. Я вполне способна добраться до отеля сама. – Сюзанна надела перчатки. – Не стоит беспокоиться.

Трэвис взял ее под руку и силой вывел из салуна.

– Знаешь, Сюзанна, – угрюмо начал он, – у тебя перемен настроения больше, чем песен у пересмешника. – Они направились по тротуару в сторону отеля.

Сюзанна улыбнулась.

– Неужели? Не стоит печалиться об этом, Трэвис. Осталось не так уж много времени. Мой контракт скоро закончится. Я уеду, и мы оба будем счастливы от того, что нам не придется смотреть в глаза друг другу.

ГЛАВА 14

В течение двух последующих дней жизнь в Вирджиния-Сити и прилегающих поселках показалась Трэвису вполне спокойной. Он решил держаться от Сюзанны как можно дальше, хотя на деле это потребовало от него немалых усилий воли. Два последних выступления Жоржетты Линдсей привлекли в «Маунтин Квин», казалось, всех мужчин города. Салун едва вмещал всех желающих.

Закончив вечернее выступление, Сюзанна откланялась и вышла в зал. Она благосклонно приняла дружеский поцелуй от одного из самых известных карточных игроков в городе и несколько поклонов от других мужчин.

Стоя на своем обычном месте у стойки бара, Трэвис наблюдал за перемещением Сюзанны по салуну. Она ни разу не взглянула в его сторону.

Джед достал из-под прилавка любимую бутылку Трэвиса и налил ему стаканчик.

– Все в порядке, босс?

– Вполне, – проворчал Трэвис, не отрывая взгляд от зеркала, в котором отражался почти весь зал.

– Шериф снова упоминал о вас, босс. – Джед наклонился и убрал бутылку. – О том, что вы стали руководителем Ордена рыцарей.

– Я знаю.

– И что вы собираетесь делать?

– Не думаю, что смогу что-то сделать. Я не руководитель «рыцарей», и даже не член этой организации. Рано или поздно и шериф, и все остальные поймут это.

– Конечно. Но пока все говорят, что это именно вы. – Джед кивнул и отправился обслуживать очередного посетителя.

Трэвис все еще смотрел на отражение Сюзанны. Ему совершенно не хотелось говорить о «рыцарях». Сюзанна стояла у столика Бена Моргана, который что-то рассказывал ей. Сюзанна рассмеялась и похлопала Бена по плечу.

Трэвис ощутил приступ ревности.

Внезапно рядом с ним появился Клэренс Лонше.

– Мистер Брэгит, посещаемость вашего салуна достигла фантастических высот, не так ли?

Трэвис смерил его пренебрежительным взглядом, словно какого-нибудь докучливого жука.

– Да, фантастических, – повторил он.

Клэренс повернулся спиной к бару, облокотился на стойку и даже привстал на цыпочки. Несколько секунд он пристально смотрел на Сюзанну и та, почувствовав его взгляд, обернулась. Лонше прищурился и незаметно кивнул ей, затем вновь повернулся к Трэвису.

– Это хорошо, мистер Брэгит, – хихикнул он. – Но запомните одно, – Клэренс перешел на шепот – наша Сюзанна неравнодушна к вам, но у нее есть кое-какие обязательства. А также контракты на гастроли в других городах и весьма выгодные перспективы. Отдыхайте, получайте удовольствие, но помните о непостоянстве бытия, мистер Брэгит.

Трэвис нахмурился, отвернулся от Клэренса и опустошил свой стакан. Неравнодушна к нему? Сюзанна? Он снова взглянул на ее отражение в зеркале. Теперь Сюзанна беседовала с Томом Лаури, одним из завсегдатаев «Маунтин Квин». Вскоре она улыбнулась, помахала рукой мужчинам и направилась в сторону бара.

– Джентльмены, – обратилась Сюзанна к Клэренсу и Трэвису, приняв игривую позу, – не собирается ли кто-нибудь из вас пригласить меня поужинать? – она вопросительно взглянула на Трэвиса и слегка улыбнулась.

Клэренс виновато посмотрел на женщину.

– Сожалею, но мне необходимо уйти. Я задержался здесь только для того, чтобы убедиться, что сегодня вечером вас проводят до отеля.

– Я уверена, что мистер Брэгит с удовольствием проводит меня в «Унион Бель». – Она обворожительно улыбнулась Трэвису. – Не так ли?

Трэвис внимательно посмотрел на Сюзанну. В течение последних нескольких дней она много раз меняла свое отношение к нему: от холодности и безразличия до откровенного флирта и наоборот, причем, безо всякой на то причины. Трэвис был озадачен таким поведением Сюзанны. Оно не только злило его, но порой даже вызывало ощущение беспомощности. Когда Лонше находился рядом, Сюзанна, не переставая, улыбалась Трэвису. В отсутствие менеджера, она сразу же становилась холодной как лед.

– Вот и отлично. Я могу уйти. – Клэренс направился к дверям. – Мне не хотелось бы заставлять Милли ждать. – Он улыбнулся Трэвису и Сюзанне. – Она готовит чудесный яблочный пирог.

Лонше вышел, и Сюзанна тотчас направилась в сторону Тома Лаури, сидевшего за карточным столом. Трэвис нахмурился. Когда Клэренс был рядом, Сюзанна флиртовала с ним. В его отсутствие она сразу же превращалась в снежную королеву.

Трэвис взглянул на Бена Моргана, сидевшего за своим столом. Сам Трэвис не смог найти доказательств того, что Морган – член Ордена рыцарей. Но он получил подтверждение от своего друга из Сан-Франциско, и у Трэвиса не осталось никаких сомнений. Теперь ему оставалось выяснить причину появления Моргана в Вирджиния-Сити.

Он поймал на себе быстрый взгляд Сюзанны, но когда попытался заглянуть ей в глаза, она сразу же отвернулась. Трэвис выругался про себя. Эта женщина способна довести его до бешенства.

Трэвис посмотрел на Моргана. Что ему нужно в Вирджиния-Сити? Затем он перевел взгляд на Сюзанну. Какая связь может быть между ней и Беном Морганом?

* * *

Эдди улыбалась сидевшему напротив нее Хэнку.

– Знаете, я никогда не задумывалась, как непросто управлять салуном, Хэнк. У вас удивительная работа.

Хэнк улыбнулся в ответ и снова отвел взгляд в сторону.

– Для мистера Брэгита большая удача, что у него есть такой помощник, как вы, Хэнк. – Она повернулась к окну, глядя на покрытую снегом улицу. – Я буду скучать по этому городу. Здесь так красиво.

– Тогда оставайтесь, – предложил Хэнк. Эдди рассмеялась.

– А как же моя работа с мисс Линдсей? Мы должны продолжить гастроли. У нас много контрактов в других городах.

– Оставьте свою работу.

– Нет, Хэнк. Это невозможно. Я хотела сказать, что когда-нибудь, может быть… – Ей еще не приходила мысль обосноваться в каком-нибудь городе, завести семью. Эдди нравилась ее работа, ее настоящая работа, но в тот момент, глядя на Хэнка, она задумалась, что неплохо было бы остаться в Вирджиния-Сити и жить обычной, нормальной жизнью.

Краем глаза Хэнк заметил Абрама Лайла, бегущего по тротуару. Одной рукой он схватился за голову, другой сжимал клочок бумаги. Абрам что-то громко кричал. Вскоре он исчез из виду, скрывшись в дверях «Маунтин Квин».

Эдди заметила, как внимательно Хэнк наблюдал за происходящим на улице.

– В чем дело, Хэнк? Он пожал плечами.

– Пока не знаю, Эдди. Но чувствую, что что-то случилось. Давайте зайдем а салун. Туда только что побежал наш телеграфист, Абрам Лайл.

* * *

– Они заняли Новый Орлеан! Янки захватили Новый Орлеан! – кричал Абрам Лайл. Спотыкаясь и размахивая только что полученной телеграммой, он бежал через зал салуна.

Трэвис не поверил своим ушам.

Реакция посетителей была мгновенной. Все стихло: болтовня мужчин, смех прислуги, звон монет за игорными столами и звуки фортепьяно. Воцарилась мертвая тишина.

– Новый Орлеан пал! – повторил Лайл. – Командующий Батлер захватил город. – Он обвел взглядом присутствующих, ожидая их реакции.

Комната наполнилась ревом протеста и неверия в реальность случившегося. Посетители салуна в основном были сторонниками южан.

– Это невероятно! Как могли янки забраться так далеко?

– Как они могли добраться до Луизианы? Им пришлось бы прорываться через весь Юг.

– Город был захвачен со стороны реки, – ответил Абрам.

– Вздор!

– Хорошо, что у меня там нет родственников, – заметил чей-то голос.

– Эти чертовы янки, – выругался другой.

– Почему они лезут, куда их не просят. Не сидится им на своем севере.

Трэвис оглядел толпу в поисках Сюзанны, затем вспомнил, что она уже должна быть в отеле. Он не мог позволить ей узнавать такие новости от случайных прохожих. Ее семья осталась в Новом Орлеане. Мысль об этом пронзила Трэвиса как удар молнии. Ведь его семья тоже там.

Его мать, младшая сестра, жены его старших братьев. Трэвис через толпу пробрался к телеграфисту.

– Абрам, ты уверен, что это правда?

Тот уверенно кивнул.

– Час назад пришло подтверждение из Сан-Франциско. А еще раньше из Сент-Луиса.

– Что в нем говорится?

– 24 апреля, то есть, вчера, – добавил он безо всякой надобности, – корабли янки вошли в Новый Орлеан. Генерал Батлер объявил в городе военное положение.

– Военное положение, – повторил Трэвис, пытаясь побороть охватившее его волнение. Он был уверен, что население Нового Орлеана восстанет против оккупации города янки, а также против военного положения. Трэвис повернулся и вышел из салуна. Надо рассказать об этом Сюзанне, а затем послать телеграмму своей матери, чтобы убедиться, что у них все в порядке.

Когда Трэвис очутился на улице, он сразу же понял, что вполне может опоздать со своими новостями. Си-стрит была полна народу: старатели, игроки, бизнесмены, шлюхи и респектабельные дамы. Все кричали: одни от радости, другие от горя. Обе стороны угрожали друг другу.

Трэвис поспешил в «Унион Бель». Одна из входных дверей соскочила с петель, и внутрь проникал холодный вечерний воздух. Навстречу Трэвису выскочила Мэвис Бил.

– Чертовы обезьяны, – проворчала она. – Им мало танцевать на улице как безумным, так они еще сломали мою дверь, и теперь здесь ужасный холод.

– Слышала новости? – спросил Трэвис.

– Разве кто-нибудь их не слышал? – отрезала Мэвис и закрыла входную дверь.

– Жоржетта Линдсей здесь, Мэвис?

– Да. Она пришла около часа назад. – Мэвис удивленно посмотрела на него. – Разве не ты провожал ее до отеля?

Трэвис покачал головой.

– Нет. На этот раз ее провожал Том Лаури.

– Она здесь, но, возможно, уже спит. Хотя как можно заснуть в таком шуме, который устроила здесь эта деревенщина? – она кивнула в сторону группы подвыпивших старателей.

– Я поднимусь к ней.

Мэвис повернулась к нему спиной.

– Помни, Трэвис, что у меня здесь вполне респектабельная публика. – Она взглянула на Трэвиса, который уже поднимался по лестнице. – Я никогда не была содержательницей притона.

Трэвис засмеялся.

– Я не забуду об этом.

– Уж постарайся, – проворчала Мэвис. Трэвис прошел по холлу и постучал в дверь Сюзанны. Ему открыла Эдди.

– Вы слышали новости, мистер Брэгит?

Трэвис кивнул.

– Как ужасно! Кто бы мог подумать! – она взглянула на Сюзанну, сидевшую на кровати и сжимавшую в руке носовой платок.

Трэвис вошел в комнату и почти шепотом обратился к Эдди:

– Я хотел бы поговорить с мисс Линдсей наедине.

Эдди недоверчиво посмотрела на него. Трэвис взял ее под руку и вывел в холл.

– Эдди, я знаю, что у Сюзанны в Новом Орлеане осталась семья. У меня тоже. – Он кивнул ей. – Почему бы вам не спуститься вниз и не выпить чашечку горячего молока? А затем вы можете отправиться в свою комнату и поспать.

– Вы уверены, что я больше не понадоблюсь мисс Линдсей?

– Конечно.

Он закрыл дверь.

Эдди направилась в свою комнату, но оставалась там недолго. Она захватила свой плащ, перчатки, спустилась вниз и вскоре покинула «Унион Бель» через запасной выход. Если «рыцари» еще способны на какие-нибудь действия, то именно сегодня у них есть шанс доказать это.

* * *

Мэгги послала одну из своих девушек в «Маунтин Квин», чтобы та привела на телеграф Абрама Лайла. Она дождалась, пока тощий клерк не пробежал мимо окна «Серебряной Леди», а затем отправилась вслед за ним.

– Вы хотите отправить телеграмму, мисс Рошел?

– Да. – Она протянула ему сложенный листок бумаги. – И немедленно.

Телеграфист развернул листок.

– И пусть это останется между нами, – добавила Магнолия.

Абрам кивнул и пробежал глазами текст.

«ДЭВИДУ СМИТУ. РОКИН РАНЧ, ХЬЮСТОН. ДОРОГОЙ БРАТ, НЕСМОТРЯ НА ПОСЛЕДНИЕ СОБЫТИЯ, У НАС ВСЕ В ПОРЯДКЕ. ТОВАРЫ ПРИБУДУТ ЧЕРЕЗ ДВЕ НЕДЕЛИ. СЕСТРА».

Он посмотрел на Магнолию.

– Я не знал, что у вас есть брат в Техасе, мисс Рошел.

Мэгги улыбнулась.

– Вы многого обо мне не знаете, Абрам. Думаю, вам следует чаще появляться в «Серебряной Леди».

Абрам покраснел.

– О боже, мисс Магнолия, вы же знаете, как отнесется к этому моя Сара.

– Можешь отправить эту телеграмму сразу же, Абрам?

Он кивнул.

– Конечно, мисс Магнолия. Я сделаю это немедленно.

Мэгги направилась к выходу. Как только она закрыла за собой дверь, улыбка исчезла с ее лица. Теперь, после того, что произошло в Новом Орлеане, им надо торопиться. Если Юг падет, все их планы останутся на бумаге.

ГЛАВА 15

Трэвис сел на край кровати рядом с Сюзанной. Та отвернулась от него.

– Все будет в порядке, Сюзанна, – тихо произнес Трэвис.

Сюзанна всхлипнула и едва заметно вздрогнула.

Трэвис обнял ее за плечи и привлек к себе. Он ожидал от Сюзанны сопротивления, но вместо этого она сразу же прижалась к груди мужчины и крепко обняла его за шею.

– О, Трэвис, они заняли Новый Орлеан.

– Я знаю, – прошептал Трэвис. Он обнял Сюзанну за талию и притянул ближе к себе, наслаждаясь исходившим от нее ароматом жасмина.

– Это так ужасно, Трэвис. Они уже в наших домах. – Голос Сюзанны дрожал, и она была готова расплакаться. – Сама мысль об этом ужасна.

– Я знаю, – снова повторил Трэвис, осторожно убирая волосы, упавшие ей на лицо. Его пальцы слегка коснулись шеи Сюзанны.

– Теперь там военное положение, Трэвис. – Она подняла голову, посмотрела ему прямо в глаза и заплакала. Отчаянно моргая, Сюзанна пыталась успокоиться, но слезы продолжали катиться по ее щекам тонкими струйками.

Трэвис еще крепче обнял женщину, и Сюзанна неожиданно почувствовала, что тонет в бездонной глубине его серых глаз. Все проблемы, мучившие ее до сих пор, отошли куда-то далеко, замененные одной мыслью, одним страстным желанием. Сюзанна ощутила странное единение с Трэвисом. Возможно, это чувство возникло у нее впервые в жизни. Она ощущала на своей щеке теплое дыхание Трэвиса; исходивший от него аромат вина и дорогих сигар вызывал у Сюзанны легкое головокружение. Сильная рука Трэвиса сжимала ее ладонь.

Сюзанна осторожно высвободила свои пальцы. Этот человек обещал жениться на ней и любить ее всю жизнь. Это человек, которого она проклинала в течение последних семи лет. Но именно о нем Сюзанна мечтала по ночам, находясь в одиночестве в своей темной комнате.

Половина ее натуры ненавидела Трэвиса, но другая половина горячо любила и всегда знала о том, что в итоге она все равно будет принадлежать ему. Именно вторая половина управляла сейчас мыслями и действиями Сюзанны.

Она положила руки ему на грудь, затем на плечи и в конце концов обняла Трэвиса за шею и притянула к себе. Губы их соединились в горячем поцелуе.

Их объятия казались крепче тюремной решетки, с той лишь разницей, что это было добровольное заключение. Трэвис крепко прижал к себе женщину, и их тела слились в единый силуэт – тень, отбрасываемую на стену лампой, стоявшей за их спинами. Это стало и слиянием двух сердец, соединившихся в бешеном стуке. Прикосновения Трэвиса пробудили в Сюзанне давно дремавшие желания, которые она вдруг совершенно разучилась сдерживать. Любовный голод управлял ее руками, обнимавшими Трэвиса, скользившими по его волосам и шелку рубашки. Вспомнив те ощущения, которые доставил ей последний поцелуй Трэвиса, Сюзанна решила вернуть эти прекрасные мгновения.

Крики и шум, исходившие извне, перестали быть реальностью для них обоих. Весь внешний мир, казалось, растворился в водовороте чувств, охвативших Трэвиса и Сюзанну.

Все, что волновало Трэвиса, это женщина, сидевшая рядом с ним. В нем все сильнее нарастало желание: глубокое, горячее, разливающееся по всему телу, каждой его клеточке, выплеснувшееся сильным, почти болезненным потоком.

Сюзанна, ошеломленная приливом эмоций, о которых она раньше только мечтала, слегка отодвинулась от Трэвиса, впрочем, не прекращая их затянувшегося поцелуя. Ее руки скользнули по его шее. Ловким движением Сюзанна развязала узел галстука, а затем начала расстегивать пуговицы рубашки.

Трэвис удивленно смотрел на Сюзанну, наслаждаясь прикосновением ее тонких пальцев к его коже. Он одним движением сбросил с себя рубашку, после чего Сюзанна слегка толкнула его в грудь и заставила лечь. Ее губы целовали шею мужчины, а руки оказались на его талии, освобождая брюки от поясного ремня.

– Сюзанна, – дрожащим голосом произнес Трэвис. Его руки гладили шелковистые волосы женщины.

Губы Сюзанны вновь коснулись его груди. Обжигающий любовный голод пронзил тело Трэвиса. Сюзанна продолжала целовать его, спускаясь все ниже и ниже.

– Сюзанна, ради бога! – воскликнул Трэвис. – Ты соображаешь, что делаешь?

Сюзанна, казалось, не слышала его. В эти минуты ею управлял инстинкт. Она совсем мало знала о мужском теле, и ей хотелось лучше узнать его, постоянно ощущать его прикосновения. Вдвойне приятно было то, что первым мужчиной в ее жизни станет именно Трэвис Брэгит, человек, пренебрегший ею семь лет назад.

Пальцы Сюзанны скользнули под резинку его трусов.

– О боже, – прошептал Трэвис. Его тело содрогнулось и рассыпалось тысячами искр. Он уже не мог сдерживать свои эмоции. Трэвис притянул к себе женщину и поцеловал ее страстным изголодавшимся поцелуем. Это был поцелуй победителя, и в то же время поцелуй-просьба. Сюзанна не могла не ответить на него.

Возможно, она ошибалась и завтра станет сожалеть обо всем происшедшем между ними. Но в этот момент Сюзанна думала лишь о человеке, в объятиях которого она находилась, прикосновения которого зажигали ее кровь и заставляли забыть об ужасах этого мира, его несовершенстве и пороках. Все это появится завтра, но сегодня, пусть лишь на несколько часов, Сюзанна перенеслась в новый мир, где существовали только она и Трэвис.

С проворством самца, который уже тысячу раз проделывал эту операцию. Трэвис развязал тонкий голубой пояс ее ночного халата. Полупрозрачная материя соскользнула на пол, обнажая стройное тело женщины.

– Трэвис… – Сюзанна тихо застонала. Ее руки прикасались к его телу, словно языки пламени, оставляя после себя следы горящей плоти. Их губы снова слились в страстном поцелуе.

Одним быстрым движением Трэвис сбросил ботинки, стянул брюки и отправил под кровать свою кобуру. Затем он уложил женщину на постель и пристально посмотрел в ее голубые глаза.

– Возьми меня, Трэвис, – прошептала Сюзанна.

– Я мечтал об этом с того самого момента, когда ты впервые ступила на землю этого города с подножки почтового дилижанса, – хриплым голосом произнес Трэвис.

– А я хотела этого еще раньше, – прошептала Сюзанна.

Воспоминания о причиненной ей боли вновь нахлынули на Трэвиса, и он виновато отвел взгляд в сторону.

– Люби меня, Трэвис, – снова повторила Сюзанна, словно читая его мысли.

– Сюзанна, я не могу тебе ничего обещать, – прошептал Трэвис. Он знал, что обязан предупредить ее, иначе все выйдет еще хуже, чем семь лет назад. Тогда в его жизнь вмешался Томас Брэгит. Именно он от имени сына наобещал Сюзанне лишнего, а Трэвис не выполнил его обещания. Это было жестоко по отношению к Сюзанне, но прошлого уже не вернешь.

Теперь Трэвис изменился. Он никогда по-настоящему не любил Сюзанну Форто, а лишь желал ее больше, чем любую другую женщину. Но Трэвис не хотел притворяться и лгать ей о своей любви. Такие чувства не для него. Однажды он уже любил, и это не принесло ему ничего, кроме разочарования.

– Люби меня, Трэвис, – прошептала Сюзанна. Она, казалось, не слышала слов Трэвиса, так как была слишком возбуждена его близостью.

Трэвис наклонился и стал медленно целовать ее грудь. Тихий стон сорвался с губ Сюзанны; ее тело изогнулось навстречу его ласкам.

Трэвис с наслаждением вдыхал знакомый аромат жасмина, касаясь языком сосков женщины, похожих на крошечные розы, выросшие на булыжной мостовой. Сюзанна вздрогнула и сильнее прижалась к Трэвису. Он продолжал ласкать ее тело, скользя по каждой ложбинке и исследуя каждый уголок. Прикосновение его сильных рук вызывало у Сюзанны легкое головокружение. Страсть переполняла ее, а чувства были доведены до той опасной грани, за которой она уже не могла управлять ими.

Трэвис поднял голову и вновь нашел ее губы. Его поцелуи становились все более требовательными, а ласки все более откровенными. Одиночество, которое он так долго скрывал, прорвалось наружу.

Ни Трэвис, ни Сюзанна не слышали, как несколько подвыпивших старателей вышли из Серебряной Леди» и, проходя под окнами отеля, достали пистолеты и начали пальбу в ознаменование последних новостей.

Они создали мир, существующий только для них двоих, где нет ни войны, ни боли, ни смерти, а есть только яркий солнечный свет.

Сюзанна крепко обняла Трэвиса, боясь лишиться рассудка от его прикосновений. Он начал страстно целовать ее лицо, шею, грудь, а его пальцы тем временем скользнули в самый сокровенный уголок женского тела.

– О, Трэвис, – прошептала Сюзанна. Острый приступ желания охватил все ее существо.

– Позволь мне любить тебя, Сюзанна, – хрипло прошептал Трэвис, целуя ее в ухо. – Так, как мне следовало поступить семь лет назад.

– О, да! – воскликнула Сюзанна, прижимаясь к нему. Она приехала сюда из-за Брета, но в глубине души знала, что главной причиной ее появления в Вирджиния-Сити был Трэвис. Сюзанна хотела заставить его изменить свое отношение к ней, возбудить в нем желание, подобное тому, которое когда-то испытала она сама; хотела наказать и, в конце концов, погубить его.

Но теперь единственное, чего ей хотелось, это любить Трэвиса, испытывать сладкие муки его прикосновений. Сюзанна вновь ощутила его ласки; волны блаженства затягивали ее в свою пучину и порождали все новые и новые приступы любовного голода.

Трэвис почувствовал, что больше не в силах ждать. Его возбуждение достигло апогея, и Сюзанна понимала это. Она решила уступить ему, сознавая, что, возможно, позже будет сожалеть об этом. И все же сердце подсказывало ей, что она поступает правильно. Именно этого мужчину Сюзанна ждала всю свою жизнь, и сейчас с ее стороны было бы глупо отказать ему.

Внезапно Сюзанна ощутила острый приступ боли и вскрикнула от неожиданности. Мужское естество Трэвиса слилось с ее плотью, сорвав с нее последние одежды целомудрия. Обнаружив, что он только что лишил Сюзанну девственности, Трэвис сильно удивился. Ей уже исполнилось двадцать три года, то есть намного больше того возраста, когда девушки обычно выходят замуж. Трэвис не сомневался, что за прошедшие семь лет у Сюзанны было немало мужчин. Но он ошибался. Трэвис закрыл глаза и мысленно выругался на самого себя. Охваченный чувством вины, он непроизвольно отстранился от Сюзанны.

Ее руки обвились вокруг его шеи.

– Трэвис, пожалуйста…

После этих слов Трэвис окончательно перестал контролировать себя. Их тела слились в единое целое, разжигая пожар внутри друг друга. С каждым проникающим вглубь нее толчком Сюзанна содрогалась от безумного желания, и мир, в котором она жила до этой минуты, становился все более и более нереальным. Ее бедра ритмично двигались навстречу Трэвису, и этим движениям, казалось, не будет конца. И уже когда они оба находились во всепоглощающей бездне страсти и были близки к высшей точке наслаждения, Сюзанна едва заметно ощутила, как Трэвис напрягся всем телом и содрогнулся от толчков головокружительного удовольствия. Ее собственный мир взорвался и разлетелся вдребезги.

ГЛАВА 16

– Я же сказала, что вам туда нельзя? – кричала Мэвис Бил, едва поспевая за Магнолией.

– Я прекрасно вас поняла, – бросила Мэгги через плечо, устремляясь вдоль узкого коридора.

– Я бы не хотела видеть людей вашего сорта в моем заведении.

Магнолия остановилась так резко, что Мэвис едва не столкнулась с ней. Она обернулась, и взгляд ее был полон негодования.

– Что значит «моего сорта», миссис Бил?

Мэвис выпрямилась.

– Вы сами прекрасно знаете, мисс Магнолия. Вряд ли для вас оставят место сборщицы винограда в раю. Я уверена в этом на все сто.

– Неужели? В таком случае, миссис Бил, не советую вам приближаться ко мне, иначе вы до конца узнаете, на что я способна.

– Попробуй!

Магнолия остановилась перед дверью Сюзанны и громко постучала. Трэвис вздрогнул.

– Кого это черт носит? – подумал он вслух.

Сюзанна, все еще находившаяся в его объятиях, что-то пробормотала в ответ. Кто бы там ни был, пусть уходит. Трэвис укрыл Сюзанну простыней и лег рядом с ней.

Дверь распахнулась, и Трэвис не поверил своим глазам, увидев врывающуюся а комнату Магнолию. Ее зеленое платье казалось изумрудным при свете лампы, висевшей у двери, а растрепанная грива рыжих волос делала Мэгги похожей на разъяренную львицу. Трэвис рывком поднялся, и простыня слетела с его атлетических бедер.

Сюзанна, не вполне понимая, что происходит, натянула одеяло до подбородка и смущенно смотрела на вошедших женщин. Щеки ее раскраснелись.

– Итак, миссис Бил. – Глаза Магнолии гневно блестели, метая стрелы в сторону Сюзанны и Трэвиса. – Думаю, теперь вы будете судить о других с большей осторожностью, не так ли?

– Мэвис… – угрожающе начал Трэвис.

– Я пыталась убедить мисс Магнолию, что ей не следует приходить сюда, – оправдывалась с порога Мэвис. Она сама была обозлена до предела. – Пыталась остановить ее, но что можно сделать с проклятым мулом?

Магнолия бросила в ее сторону пренебрежительный взгляд.

– Отправляйся-ка лучше на кухню, старая корова!

Мэвис сжала кулаки.

– Все в порядке, Мэвис, – вмешался Трэвис. – Мисс Рошел уже уходит.

Мэвис злобно прищурилась.

– Пусть поторопится, иначе я пошлю за шерифом. Таким, как она, не место в моем заведении. – Шелестя юбками, Мэвис удалилась.

Трэвис уставился на Магнолию.

– Какого черта тебе здесь нужно, Мэгги?

– Мне очень хотелось увидеть тебя, дорогой. Но я пришла не из-за этого.

– Тогда из-за чего? – спросил Трэвис, продолжая смотреть ей в глаза. Напряжение в комнате росло с каждой минутой. Трэвис выскользнул из постели, поднял с пола брюки и начал одеваться.

– Я пришла, – в голосе Магнолии звучало презрение, – потому что кто-то стрелял в Хэнка. Или теперь для тебя это не важно?

Трэвис выпрямился и недоверчиво посмотрел на Мэгги.

– При чем тут Хэнк?

– Кое-кто из симпатизирующих Северу, твоих дружков, заявились в «Маунтин Квин» сразу же после твоего ухода и устроили там погром. Они искали тебя, чтобы задать тебе взбучку. Эти идиоты что-то кричали о выстрелах в Дункана и твоем возможном участии в этом деле, поскольку теперь ты стал предводителем «рыцарей». – Мэгги театрально вздохнула. – Но поскольку тебя не оказалось на месте, они решили проучить кого-нибудь из твоих подчиненных и выбрали Хэнка.

– Мерзавцы, – отозвался Трэвис. Он уже натянул брюки, надел ботинки и доставал из-под кровати свою рубашку.

– Могло бы быть и хуже, – заметила Мэгги. Трэвис внимательно посмотрел на нее. – Я хочу сказать, они могли бы сорвать свою злость на Элси или других девочках.

– К их счастью, этого не случилось, – проворчал Трэвис. – С Хэнком все в порядке? Он жив?

Магнолия пожала плечами.

– Думаю, что да. Его ранили в руку. Джед пытался остановить их, но сам получил удар по голове. Он еще не пришел в себя, когда эти негодяи набросились на Хэнка.

– Кто именно? – спросил Трэвис, хватая свою куртку. – Ты знаешь, кто это был?

Магнолия отрицательно покачала головой.

– Не знаю. Спроси у Хэнка. Думаю, они с Джедом достаточно насмотрелись на этих ребят.

Трэвис направился к выходу, так и не взглянув в сторону Сюзанны, которая сидела, укрывшись одеялом.

Магнолия проследовала за ним, но на секунду задержалась у порога. Перед тем, как закрыть дверь, она с ненавистью оглядела Сюзанну.

– Могу дать тебе совет, дорогая. Оставь Трэвиса в покое, понятно? – Мэгги хитро улыбнулась. – Он мой.

* * *

Несколько часов Сюзанна размышляла над последней фразой Магнолии и замечанием Трэвиса, которое он предпослал их любовным утехам. Я НЕ МОГУ ТЕБЕ НИЧЕГО ОБЕЩАТЬ.

Сюзанна не знала, что ей делать: плакать от горя или кричать от злости. Она совершила большую глупость, отдавшись Трэвису. Сюзанна закрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Того, что сделано, не вернешь. Во всяком случае, она узнала, что Трэвис Брэгит не изменился. Может, теперь ей удастся забыть его, выбросить из головы и из сердца. Трэвис – далеко не тот рыцарь в сверкающем металлом панцире, о котором Сюзанна мечтала все эти годы. Он все такой же эгоистичный и высокомерный мальчишка, оставивший ее одну перед алтарем, перед толпой друзей и родственников.

Вспомнив о событиях прошедшей ночи, Сюзанна покраснела. Она сама хотела этого. Сама приняла решение. Сама пригласила его в собственную постель. Теперь все позади. Как, впрочем, и мечты о Трэвисе, которые Сюзанна лелеяла все эти семь лет. Она не станет отрицать, что Трэвис пробудил в ней страсть, неведомую ранее. Но все же ей нельзя терять голову. Иначе она никогда больше не увидит своего брата.

* * *

Эдди вышла из приемной врача, где Хэнку делали перевязку, и направилась по тротуару в сторону отеля. Слава богу, с Хэнком все в порядке. Когда Эдди узнала о его ранении, то едва не упала в обморок. Она сама не ожидала от себя этого. Хэнк Дэвис не был мужчиной в ее вкусе. И Эдди ни разу не призналась самой себе в том, что она действительно увлечена им. Очевидно, пока Хэнк добывал для нее информацию о Трэвисе и «рыцарях», он вырос в ее глазах.

Размышляя об этом, Эдди оказалась возле Национального Банка, у входа в который собралось несколько мужчин.

– Нам нужно выкинуть их из города, – предложил кто-то.

– Да. А предварительно измазать их дегтем и вывалять в перьях, – добавил другой.

Все рассмеялись.

Эдди опустила голову и прошла мимо них. В городе становилось небезопасно, и она чувствовала себя неуютно. Что-то подсказывало Эдди, что назревают какие-то крупные события. С падением Нового Орлеана война между штатами добралась и до Вирджиния-Сити.

Эдди вошла в отель, быстро поднялась наверх, остановилась перед дверью Сюзанны и громко постучала. Ответа не последовало.

У Эдди замерло сердце. Она чувствовала, что должно произойти что-то скверное. Ей было просто необходимо увидеться с Сюзанной. Если Трэвис действительно стал руководителем Ордена рыцарей в Вирджиния-Сити, Сюзанна, возможно, знает об этом, а также о том, что замышляют Бен Морган и Клэренс Лонше. Эдди не сомневалась, что эти двое – члены Ордена. Они имели огромное влияние на Сюзанну, хотя Эдди до сих пор не выяснила почему. Как, впрочем, и то, почему Клэренс и Бен вместо того, чтобы напрямую контактировать с Трэвисом, как членом «рыцарей», заставляли Сюзанну шпионить за ним. Может, они подозревали его в тайных симпатиях к северянам? Эдди задумалась. Трэвис, сын одного из богатейших людей Юга, и северяне?

Она спустилась вниз к столу администратора.

– Миссис Бил? – позвала Эдди.

Из комнаты напротив появилась Мэвис.

– Что случилось?

– Вы, случайно, не знаете, куда ушла мисс Линдсей?

Мэвис вытерла руки о передник.

– За ней приехал в экипаже мистер Натрам, управляющий рудником. А с ним молодой человек приятной внешности. Как я поняла, они пригласили мисс Линдсей отобедать в особняке Натрама.

– В особняке? – озадаченно переспросила Эдди.

Мэвис кивнула.

– Это недалеко от Ди-стрит. Натрам пользуется им на паях с еще одним управляющим.

– Рядом с Ди-стрит? – спросила Эдди, направляясь к выходу. – Спасибо, миссис Бил. – В ее мозгу уже обозначилось несколько вариантов развития событий. Сюзанна и управляющий. Нападение на старателя прошлой ночью. Связаны ли между собой эти две вещи? Может, Сюзанна каким-то образом добывала нужную для «рыцарей» информацию, чтобы те могли организовывать подобные грабежи?

– Да, в паре кварталов отсюда. Кирпичный дом с белыми колоннами. Очень красивый. Такой дом трудно не заметить, – добавила Мэвис.

Вскоре Эдди добралась до дома, в котором находились одновременно офис горнодобывающей компании «Гоулд и Карри» и жилище управляющего. Здание поражало своей красотой. Сложенное из кирпича, оно располагалось на склоне горы и было украшено колоннадой, витражами и роскошными барельефами.

Эдди зачарованно смотрела на дом. У входа стоял экипаж. Эдди пересекла улицу, поднялась по ступенькам и негромко постучала в дверь. Ей открыла невысокая женщина средних лет в ослепительно белом переднике.

– В чем дело, мэм? – спросила она.

– Мне нужно видеть Жоржетту Линдсей. Я полагаю, она обедает с мистером Натрамом?

Горничная кивнула.

– Да, мэм. – Она проводила Эдди в холл. – Подождите, я сообщу о вас мисс Линдсей.

Через минуту появилась Сюзанна.

– В чем дело, Эдди? – она подошла к Эдди и взяла ее за руку. – Что-нибудь случилось?

Эдди улыбнулась.

– Ничего особенного, мисс Сюзанна. Я просто беспокоилась о вас. В городе все сошли с ума, а некоторые уже начали творить глупости.

Сюзанна рассмеялась.

– Эдди, ты чересчур мнительна. Со мной все в порядке. – Она взяла Эдди под руку. – Пойдем со мной. Здесь подают неплохую еду.

– Благодарю. Не буду мешать. Вообще-то я собиралась пройтись по магазинам, но… – Эдди нахмурилась.

– В чем дело?

– Я не собиралась мешать, но все же…

– Говори, Эдди.

– Я слышала, что мистер Брэгит назначен руководителем организации под названием… – Она задумалась, сделав вид, что вспоминает название.

– Орден рыцарей «Золотого Круга»? – пришла на помощь Сюзанна.

Эдди кивнула.

– Да, именно так. Я подумала, что если это правда, может, вам лучше закончить свои выступления в «Маунтин Квин»? – она нервно теребила ручки черной шелковой сумочки. – Я подумала, что это его салун, и у вас могут быть неприятности. Уже ранили управляющего и…

Сюзанна покачала головой.

– Трэвис не имеет отношения к этому, Эдди. Во всяком случае, он так сказал, и я ему верю. Даже если у мистера Брэгита будут неприятности, нас это мало касается. А теперь… – Сюзанна улыбнулась, – …я повторяю свое предложение: не хочешь присоединиться к нам? Мистер Натрам – очень приятный человек. – Она слегка подмигнула Эдди. – Думаю, он тебе понравится.

– Но даже если во главе «рыцарей» стоит не мистер Брэгит, что если они попытаются выкинуть еще что-нибудь? Например, еще одно ограбление? – Эдди изобразила испуг на лице. – Что можно ждать от разъяренных старателей? Погромов в городе? Мы все можем оказаться в опасности. Не кажется ли вам, что мы должны покинуть город до начала всего этого?

Сюзанна слегка похлопала Эдди по плечу и покачала головой.

– Я сомневаюсь, что «рыцари» вновь пойдут на такой шаг, Эдди. Поэтому не стоит так волноваться.

Эдди улыбнулась. Итак, Сюзанна что-то знает.

– Вы познакомились с мистером Натрамом в салуне «Маунтин Квин»? – спросила Эдди, меняя тему разговора.

– Нет. Клэренс рассказал мне, что мистер Натрам побывал на моем выступлении и решил пригласить меня на обед. Ты же знаешь, что Клэренс всюду высматривает потенциальных спонсоров для новой труппы. Поэтому я и согласилась. – Сюзанна пожала плечами и улыбнулась. – И вот я здесь.

Эдди кивнула и направилась к двери. Клэренс. Почему-то ей казалось, что за всей этой историей с Натрамом кроется нечто большее, чем просто поиск богатого спонсора.

– Ну что ж, мисс Сюзанна, – улыбнулась Эдди. – Увидимся в отеле.

* * *

Трэвис стоял, прислонившись к одному из столбиков, удерживающих навес над входом в «Маунтин Квин». Одна его рука лежала на кобуре, висевшей у пояса, другая удерживала сигару. Трэвис ощущал внутреннее беспокойство, и напряженный взгляд выдавал его душевное состояние.

Если суждено случиться в Вирджиния-Сити еще какой-нибудь неприятности, он постарается сделать все, чтобы это не произошло в «Маунтин Квин». На противоположной стороне улицы Трэвис заметил Чарльза Меллроя и нахмурился еще больше.

Слух о том, что он стал лидером «рыцарей», распространялся с огромной скоростью, несмотря на все опровержения со стороны Трэвиса. У него были подозрения на счет того, что кто-то помогал их распространению. Но возникал вопрос: зачем? Зачем судье нужно, чтобы все считали Трэвиса его преемником на этом посту? Зачем ему будоражить население города, когда есть более важные и достойные внимания вещи?

По улице проехал экипаж. Трэвис с удивлением заметил на его сиденье Сюзанну Форто в ярко-желтом платье. Рядом с ней, гордый, словно петух, сидел управляющий с рудника «Гоулд и Карри» по имени Эли Натрам.

Всего несколько часов назад они лежали в одной постели, а теперь она едет по городу в компании другого мужчины!

– Какое мне дело, кто еще ухаживает за ней? – проворчал Трэвис себе под нос. – Или забирается к ней в постель. – Он отбросил в сторону сигару и некоторое время наблюдал за удалявшимся экипажем Натрама.

– Что вы сказали, босс? – спросил Хэнк, появившийся в дверях салуна.

– Ничего, – не поворачиваясь ответил Трэвис.

Хэнк покачал головой, спрятал свою перевязанную руку от случайных толчков прохожих и зашагал по Си-стрит.

Остаток дня Трэвис провел в мрачных раздумьях. Если бы он оказался на месте, в салуне не случилось бы беспорядков. Джед не получил бы синяка размером с апельсин. Хэнк не был бы ранен в руку. И вдобавок ко всему, Сюзанна Форто не лишилась бы невинности.

* * *

Трэвис блуждающим взглядом рассматривал мужчин, собравшихся в «Маунтин Квин» на вечернее представление Жоржетты Линдсей. Среди них было не менее дюжины «рыцарей», остальные – южане или им симпатизирующие.

– Вот сукин сын, – выругался Трэвис себе под нос.

– Что-то случилось, босс? – спросил Хэнк, подойдя к Трэвису.

– Посмотри вокруг.

Хэнк огляделся и пожал плечами. В последнее время «Маунтин Квин» не испытывал недостатка в посетителях.

– В чем дело, босс? В салуне полно народу, виски льется рекой. Все пойдет еще лучше, когда на сцене появится мисс Линдсей.

Трэвис повернулся лицом к залу.

– А где Коннер Слейт? А Бен Миллер? А Джонни Делос? Где братья из Калифорнии… Кен и Стэки Фергюсон? Где этот итальянец, который всегда здесь ошивается – Тони Брассо?

Хэнк пожал плечами.

– Никого нет.

– Вот именно, черт возьми! Все они южане, и все сегодня не пришли.

Хэнк еще раз осмотрел зал, и до него дошел смысл слов Трэвиса.

Тот повернулся к стойке и потребовал у Джеда стакан своего любимого вина.

– Полагаете, босс, что нас ждут крупные неприятности? – спросил Хэнк.

Трэвис взглянул на его забинтованную руку.

– С тебя мало?

Джед подал хозяину выпивку.

– Ружья наготове, – сообщил он.

– Хорошо. Пусть все будет под рукой. – Он заметил длинную трещину в центре висевшего над стойкой зеркала и выругался. Сколько трудов стоило ему доставить из Сан-Франциско этот кусок стекла! Как он боялся разбить зеркало на горной дороге! А теперь какая-то обезьяна запустила в него ножкой от стула, потому что поверила самым нелепым слухам.

Внимание Трэвиса привлек мужчина, вошедший в салун. Это был Чарльз Меллрой.

– Слышал ли кто-нибудь из вас, чтобы я упоминал о себе как о руководителе Ордена рыцарей? – спросил Трэвис. Хэнк и Джед отрицательно покачали головой. – Навострите уши. Я собираюсь побеседовать с распространителем подобных слухов.

В этот момент заиграло фортепьяно, поднялся занавес и на сцене появилась Сюзанна Форто в декольтированном красном платье с черными кружевами. Она непринужденно размахивала веером и улыбалась собравшимся. Ее темные волосы волнами спадали на плечи, подчеркивая сочетание цветов очередного сценического наряда.

Как и всегда, зал разразился возгласами одобрения. Сюзанна начала петь.

Трэвис наблюдал за ней со смешанным чувством. Ее стройное тело, казалось, порхало из одного края сцены в другой, привлекая внимание всех находящихся в зале мужчин. Трэвиса охватила странная смесь желания и злости. Он повернулся к стойке бара.

Публика приветствовала пение Сюзанны бурными аплодисментами и одобрительными возгласами.

Трэвис одним махом опрокинул свой стаканчик. С тех пор, как в комнату Сюзанны ворвалась Мэгги и сообщила о ранении Хэнка, ему так и не удалось поговорить с ней. Уже выйдя из отеля, Трэвис вспомнил, что не попрощался с Сюзанной. Убедившись, что с Хэнком и Джедом все в порядке, а салун понес немалые убытки, Трэвис вернулся в отель. Однако Сюзанна не дождалась его и уже ушла.

Затем он увидел ее в экипаже рядом с Эли Натрамом. Трэвис почувствовал отвращение к самому себе. Неважно, что он сказал бы ей на прощание: «пока», «до свидания» или «не выйдешь ли ты за меня замуж». Для Сюзанны это не имело никакого значения. У нее куча других поклонников.

Толпа снова зашумела.

До Трэвиса дошел смысл очередной песни Сюзанны.

«Мой парень – это солдат.
Мне нравятся отважные сердца.
Когда Юг будет свободен
и прекратится война,
Я выберу в любовники самого храброго.
Да здравствует Юг!
Вперед, ребята!»

В зале послышались крики «ура» и одобрительные возгласы. Трэвис крепко сжал свой стакан. Что она задумала? Спровоцировать еще одну перебранку? Он повернулся к входной двери. В любую минуту в салуне могут появиться сторонники Севера, и тогда драки не избежать. Трэвис незаметно расстегнул кобуру и положил руку на рукоятку пистолета.

Песня закончилась, и Сюзанна сразу же перешла к балладе. Мужчины заняли свои места. Новых посетителей не было, и Трэвис облегченно вздохнул.

– «Мой милый такой молодой и храбрый», – звучал голос Сюзанны, заполняя помещение. Она спустилась в зал и, не прекращая своей песни, подошла к ближайшему столику.

Трэвис напрягся, пытаясь разглядеть, кто сидел за ним. Это был Том Лаури. Трэвис презрительно усмехнулся. Что она делает? Неужели семейство Форто действительно лишилось своего состояния, и Сюзанна пытается найти богатого мужа? Но если это так, то причем здесь простой клерк Эли Натрам? Трэвис с подозрением взглянул на Сюзанну. Она до сих пор не дала ему убедительного ответа, зачем ей понадобился обыск в его комнате.

Минут через пятнадцать, когда Сюзанна спела еще несколько песен и подошла к каждому столику, чтобы полюбезничать со всеми, кроме Трэвиса, первая часть вечернего выступления закончилась.

Сюзанна спустилась со сцены и направилась через весь зал к столику, за которым сидел Боб Фермаунт. Внезапно на ее пути возник Клэренс Лонше. Сюзанна сразу же остановилась. Трэвис поймал на себе мимолетный взгляд Клэренса. Лицо женщины на какую-то долю секунды словно окаменело, а затем она улыбнулась и направилась в противоположную сторону. К Трэвису.

– Я ждала, что ты вернешься попрощаться, – обиженно произнесла Сюзанна. Она облокотилась на стойку рядом с Трэвисом.

– Судя по тому, что мне довелось видеть, ждала не очень долго, – отрезал Трэвис.

Улыбка тотчас исчезла с лица Сюзанны, но лишь на мгновение. Женщина сразу же взяла себя в руки, прижалась к Трэвису и обняла его за талию.

– Ты имеешь в виду Эли? – она махнула рукой. – Это всего лишь бизнес.

Трэвис удивленно посмотрел на нее.

– Бизнес? – повторил он. – У тебя есть общие дела с каким-то клерком? – его слова были полны недоверия и сарказма. – Ты решила сменить профессию, Сюзанна? Я с трудом представляю тебя в роли начальника смены. Или ты планируешь организовать гастроли для фирмы «Гоулд и Карри»?

Сюзанна с трудом скрывала охватившую ее ярость. Тем не менее она продолжала мило улыбаться и обнимать Трэвиса.

– В действительности, меня мало интересует вложение капитала. Я попросила Эли объяснить мне, как работают старатели.

– Ты собираешься купить рудник?

– Пока не знаю. Я думала об этом, но еще ничего не решила.

– Правильно, – ответил Трэвис. Он пытался не обращать внимания на ее руки, обнимавшие его талию, на близость ее тела и знакомый аромат жасмина. Каждой клеточке его существа хотелось немедленно прикоснуться к Сюзанне, ласкать ее, слиться с ее телом в едином порыве. Только необычайное усилие воли не позволяло Трэвису реализовать это желание.

Глядя в зеркало над стойкой бара, Трэвис заметил, как Лонше что-то сказал Бену Моргану, после чего они оба покинули салун. Он снова взглянул на Сюзанну. Та тоже заметила уход своего менеджера и сразу же убрала руку с талии Трэвиса.

– Вам незачем беспокоиться о моих делах, мистер Брэгит, – холодно заметила Сюзанна. – Я сама неплохо справляюсь с ними вот уже несколько лет, без вашей помощи, и намерена продолжать в том же духе. – Она тряхнула гривой своих роскошных волос и направилась к столику Тома Лаури.

Трэвис продолжал взглядом следить за ней. Неужели его подозрения начинают оправдываться? Похоже, так оно и есть. Пока Лонше был поблизости, Сюзанна демонстрировала свое внимание по отношению к Трэвису. Но как только менеджер исчезал, она становилась холоднее зимнего ветра. Но почему она так поступает? Что она задумала? Или, точнее, что задумали Сюзанна и Клэренс?

Трэвис видел, как Сюзанна наклонилась к Лаури, что-то прошептала ему и рассмеялась. Трэвис мысленно выругался, но продолжал наблюдать. Что имел в виду Клэренс, когда говорил, что Сюзанна должна следовать каким-то указаниям? Похоже, это не имело никакого отношения к ее выступлениям на сцене.

Он повернулся к стойке, налил еще один стаканчик своего любимого вина и задумался. Слишком много вопросов и совсем мало ответов.

Внезапно дверь салуна распахнулась. На пороге появился какой-то старатель и взволнованно произнес:

– Кто-то ограбил и убил Дункана Клайда!

ГЛАВА 17

Трэвис молча смотрел на труп Дункана Клайда. Этот человек во второй раз подвергся нападению. Но на этот раз фортуна оказалась не на его стороне. Трэвису не давал покоя один вопрос, на который он не находил ответа. Почему именно Клайд? Почему эти негодяи снова напали именно на него? Ведь многие старатели гораздо богаче Клайда; в их домах припрятано немало золота и серебра. Может, бандиты выбрали его потому, что раненный в плечо старик уже не мог сопротивляться. В любом случае, такое совпадение не могло оказаться случайностью.

Тело Дункана Клайда было найдено на дороге недалеко от Дьявольских Ворот. Очевидно, бандиты поджидали свою жертву в тени скал, ограждавших этот проход. Трэвис осмотрел место преступления, пытаясь воссоздать картину событий. Во время своего первого нападения бандиты получили отпор. На этот раз они сменили орудие преступления. Им стал нож, рукоятка которого все еще торчала из груди Клайда. Трэвис не обнаружил видимых следов борьбы. Старик даже не успел воспользоваться собственным ружьем. Убийца, скорее всего, находился рядом с повозкой Клайда и так быстро метнул в него нож, что тот даже не успел сообразить, что происходит.

Но почему именно Клайд? Возможно, он узнал кого-то из нападавших на него в первый раз или стал догадываться об этом? Трэвис старался не упустить ни одной детали. Бандитам стало известно о подозрениях Клайда, и они решили убрать его? Почему в качестве орудия преступления был выбран нож? Чтобы никто не услышал и не смог прийти на помощь?

Трэвис присел возле тела убитого и огляделся. Никаких следов. Очевидно, бросавший нож был уверен на все сто и даже не стал проверять, жив ли Клайд. Трэвис поднялся и подошел к крытой повозке, стоявшей на обочине. Повозка была пуста.

Трэвис нахмурился. Ему показалось странным исчезновение руды. Куда она могла подеваться? Когда Клайд выезжал с рудника Чолар, его вагончик был наполнен доверху. Неужели грабители прибыли сюда на собственной повозке и после убийства Дункана перегрузили на нее руду? Трэвис нахмурился.

К нему подошел шериф.

– Твои ребята наверняка замешаны в этом деле, Брэгит. И я позабочусь, чтобы все вы успели сгнить в тюрьме за ближайшие пятьдесят лет.

Трэвис сверху вниз посмотрел на шерифа.

– Мои ребята? – в его голосе прозвучал вызов. Он прекрасно понял намек шерифа, но хотел, чтобы тот заявил об этом открыто.

– Я говорю о «рыцарях», Брэгит.

– «Рыцари» – не ребята, шериф, и к тому же, не мои. Я знаю, что вам неприятно это слышать. – Трэвис положил руку на кобуру пистолета, висевшую у него на поясе. – Объясняю еще раз. Медленно, чтоб вы поняли. Когда-то я был членом Ордена рыцарей «Золотого Круга», но теперь не считаю себя таковым, а тем более не являюсь их лидером. – Он сжал рукоятку пистолета. – Мои объяснения вам понятны, шериф? Или повторить еще раз? Может быть, помедленнее?

– Не надо считать меня за дурака, Брэгит, – взорвался шериф. Он стоял в окружении своих людей, среди которых Трэвис с удивлением заметил Эли Натрама. – Всем грязным разбойникам советую знать свое место, – добавил шериф, гордо выпятив грудь. – В противном случае, вам всем придется убраться из города и отправиться туда, откуда вы пришли.

– Грязным разбойникам? – переспросил его Трэвис. Боковым зрением он наблюдал за помощниками шерифа. Вместо того, чтобы в открытую помогать своему боссу, они переминались с ноги на ногу, избегая смотреть в глаза Трэвису. Возможно, они сочувствуют Северу, но они не убийцы, а простые горожане: старатели, торговцы, профессиональные игроки. Трэвис посмотрел на шерифа. – Не могли бы вы повторить это еще раз, шериф? Я не уверен, что правильно вас понял.

– Вы все поняли правильно, мистер Брэгит, – усмехнулся шериф. – Грязные разбойники и предатели. Это ваши друзья, Брэгит, и в них здесь больше не нуждаются. Понятно?

Трэвис схватил его за воротник рубашки и притянул к себе.

– Что ты сказал? Или ты хочешь, чтобы я выдавил жир с твоего языка и намазал им свои сапоги?

Шериф мгновенно побледнел, глаза его расширились от удивления. Он попытался оттолкнуть Трэвиса, но тот крепко держал Морроу.

– Эй, Трэвис, посмотри, что я нашел! – раздался голос Хэнка. Он присел на корточки в нескольких ярдах от трупа Дункана и внимательно рассматривал окружающую грязь.

Трэвис отпустил шерифа и, даже не взглянув в его сторону, повернулся к Хэнку.

– Что именно?

– След от лошадиной подковы.

Трэвис присел рядом с Хэнком, державшим в руке небольшой фонарик.

– Отпечаток подковы с особой меткой, – произнес Трэвис.

– Да. – Хэнк задумчиво жевал окурок уже потухшей сигары. – Ни у одного из моих знакомых ребят нет лошади с такой меткой на подковах. Если нам удастся найти ее, ставлю сто баксов на то, что мы выйдем на убийцу Дункана Клайда, босс.

Трэвис взглянул на шерифа.

– Слышали, что мы нашли, Морроу. Думаю, что…

– Я сам знаю, что мне делать, Брэгит, – проворчал шериф. – Почему бы тебе не отправиться в город и не заняться своими делами?

* * *

К тому времени, как Трэвис вернулся в «Маунтин Квин», обстановка там нормализовалась, конечно, насколько это было возможно после грабежа и убийства. Кто-то из посетителей играл на пианино, карточные шулеры вовсю обыгрывали старателей и мелких бизнесменов, незнакомые мужчины пили виски, смеялись, флиртовали с Сюзанной и официантками. Джед разливал напитки. В зале бурно обсуждалось нападение на Дункана Клайда, строились предположения о возможных виновниках убийства и о том, кто станет следующей жертвой. И, конечно, все хотели знать, что же предпримут власти в связи с этой ситуацией.

К своему удивлению Трэвис обнаружил, что в салуне появились Лонше и Бен Морган. Они играли в карты за одним из столов. До того, как стало известно об убийстве, их здесь не было. Трэвис задумался, оценивая ситуацию. Если эти двое каким-то образом замешаны в случившемся, то вряд ли они смогли бы очутиться здесь так быстро. Конечно, если в их функции не входило наблюдение за ходом грабежа.

Трэвис узнал еще троих мужчин, сидевших за столиком Моргана и Лонше. Одного из них, карточного шулера, он встречал в Голдфилде на прошлой неделе. Тогда Джо Смит за пятнадцать минут раздел нескольких старателей буквально до нижнего белья. По его костюму, манерам и, особенно акценту, было видно, что он – южанин. Скорее всего, до войны Джо зарабатывал на жизнь речными перевозками.

Война. Это слово ассоциировалось у Трэвиса со звоном колоколов в знак поминовения умерших после очередной эпидемии желтой лихорадки. Война. Схватка, подобная лихорадочной болезни. Трэвис вновь обратил свое внимание на соседей Моргана и Лонше по столику.

Вторым был старатель Джес Сло. Интересно, что он делал в этой компании? Джес не относился к числу богачей, способных сорить деньгами в карточной игре. Ведь азартным игрокам нужны крупные ставки, а он не мог позволить себе этого.

Третий за их столом, Олмер Джонсон, владел универмагом, расположенным недалеко от Южной улицы. Трэвис знал его как преданного сторонника политики южан.

При виде такой странной компании в душу Трэвиса закрались смутные подозрения. Через несколько минут Клэренс Лонше поднялся из-за стола и покинул салун.

Трэвис взглянул на оставшихся мужчин. Морган начал раздавать карты. Очевидно, все приготовились к новой игре. Трэвис встал из-за стола и вышел вслед за Лонше на улицу. Скорее всего, менеджер направился в свой отель, но Трэвиса не покидало ощущение, что Клэренс что-то замышляет. Он огляделся. Лонше нигде не было видно.

– Что за чертовщина? – негромко пробормотал Трэвис. Стояла лунная ночь. Небо было усеяно звездами. С севера дул холодный пронизывающий ветер. В который раз Трэвис пожалел, что построил салун не на Би-стрит. В этом случае склоны гор надежно защищали бы «Маунтин Квин» от холодных зимних ветров. – Куда он подевался?

Вдруг Трэвис заметил движущуюся фигуру на противоположной стороне улицы. Это отвлекло его от мыслей о ветреной погоде. Человек небольшого роста в сером жакете и брюках исчез за углом. Лонше!

Трэвис поспешил вслед за ним, стараясь оставаться в тени забора. Перейдя на противоположную сторону улицы, он сразу же стал в огромную грязную лужу. Только случайность спасла его от падения. Возле забора Трэвис наступил ногой на еще нерастаявший сугроб, и снег заскрипел под его ногами. К тому же, Трэвис едва не потерял равновесие, поскользнувшись на тонком льду, сохранившемся в нескольких местах. Все эти звуки показались ему настоящим грохотом в безмолвном ночном воздухе.

Трэвис выругался и глубоко вздохнул, ему не хотелось спугнуть Лонше. За углом Тейлор-стрит он почти догнал Клэренса, который, наконец, остановился на перекрестке с Ди-стрит.

Трэвис шагнул в тень, наблюдая за Лонше. Может, тот решил отправиться к проститутке? И ради этого запачкал грязью свои ботинки, брюки, а, возможно, и отморозил задницу?

Лонше быстро шагал по Тейлор-стрит.

Трэвис нахмурился. Вряд ли Клэренс искал шлюху, поскольку за Ди-стрит почти не было подобных заведений. Куда же он направлялся? Неожиданно Лонше свернул в узкую темную аллею и исчез из виду.

– Черт бы его побрал, – выругался Трэвис, всматриваясь вглубь аллеи. Преследование придется прекратить, иначе Клэренс обнаружит его. С одной стороны аллеи находился частный дом, с другой – аптека. Если Лонше не прятался в тени, то куда он направлялся? Трэвис не помнил, кому принадлежал частный дом. Но аптекой владел Лон Берроуз, а он был членом Ордена рыцарей. Может быть, Лонше отправился к нему? А может, к владельцу дома? Или владелице?

Прошло десять минут. Трэвис дрожал, потирая руки. Он уже собрался вернуться в «Маунтин Квин», как вдруг его внимание привлек еще один человек, направлявшийся в сторону аллеи. Трэвис прижался к деревянному забору и затаил дыхание.

Быстрым шагом мимо него прошла женщина, лицо которой закрывал капюшон плаща.

Трэвису показалось, что он уже где-то видел ее. Женщина спешила, и полы черного плаща развевались на ветру. Она остановилась недалеко от церкви Святого Павла и огляделась по сторонам. Трэвис понял, что женщина проверяет, не идет ли кто-нибудь за ней.

После этого она перешла на противоположную сторону улицы. Трэвис не знал, преследовать ли ее или же оставаться на месте и выяснить, что задумал Лонше.

Вдруг женщина остановилась и снова осмотрелась по сторонам. Вероятно, почувствовав за собой слежку, она метнулась в тень, прижавшись к той стороне здания церкви, которая не освещалась луной. Трэвис подумал, что женщина очень похожа на Сюзанну.

Внезапно рядом с ней появилась еще одна, теперь мужская фигура. Незнакомец оглянулся, также опасаясь хвоста. Женщина сделала шаг ему навстречу, и Трэвис убедился в своих подозрениях. Это была Сюзанна Форто. Она достала из кармана плаща большой конверт и вручила его мужчине.

– Черт побери, выйди на свет, – прошептал Трэвис, мысленно приказывая незнакомцу сделать пару шагов вперед, – чтобы я увидел, кто ты такой.

Мужчина взял конверт и заглянул внутрь. Сюзанна повернулась и шагнула в сторону, но он схватил ее за руку. Трэвис напрягся, готовый, если понадобится, прийти на помощь.

Сюзанна что-то сказала и попыталась вырваться, но незнакомец крепко держал ее. Сделав шаг вперед, он оказался в лучах света, падающего из окна церкви, и сразу же отступил назад. Но Трэвис успел увидеть то, что ему было нужно. К мучавшим его вопросам добавился еще один. Зачем Сюзанне понадобилось встречаться с Хэнсоном Джоунсом, управляющим ночной сменой на руднике Сэвидж? Что она передала ему в конверте?

Сюзанна поплотнее укуталась в плащ и направилась к центру города. Трэвис не знал, что ему делать. Проследить за Хэнсоном Джоунсом? Или догнать Сюзанну и потребовать объяснений? Или просто проследить за ней до «Маунтин Квин»? Или дождаться появления Лонше и пойти за ним?

Сюзанна пересекла улицу, а Хэнсон Джоунс направился в противоположную сторону. Если Трэвис пойдет за ним, то что тогда? Скорее всего, Джоунс отправился на свой рудник. Каким образом Трэвис сможет остановить его и потребовать объяснений, почему Хэнсон встречался с Жоржеттой Линдсей у церкви Святого Павла, и, тем более, заставить его показать конверт, полученный от Сюзанны?

Трэвис перевел взгляд в ее сторону. Чего он добьется, вступая в конфликт с Сюзанной? Скорее всего, вместо ответов на его вопросы она просто пошлет Трэвиса ко всем чертям. В конце концов, Сюзанна Форто имеет право выходить на улицу, когда она того пожелает, и встречаться, с кем ей захочется.

* * *

За одним из окон в квартире аптекаря слегка отодвинулась штора. Из-за нее выглянула Магнолия Рошел и стала наблюдать за Сюзанной Форто и Хэнсоном Джоунсом. Заметив, как Сюзанна передала Хэнсону конверт, она улыбнулась.

ГЛАВА 18

Трэвис продолжал наблюдать за Сюзанной, которая быстрым шагом направлялась в сторону отеля. Ветер усилился, раздувая полы ее плаща. Трэвис облегченно вздохнул, когда женщина прошла мимо, не заметив его. Хэнсон Джоунс исчез за церковью. Трэвису хотелось пойти за ним и потребовать показать конверт, но он не мог сделать этого, пока Сюзанна не уйдет. А к тому времени Джоунс уже будет далеко. Трэвис выругался и решил проследить за Сюзанной.

Она проходила мимо аллеи, в которой незадолго до этого исчез Клэренс, когда вдруг с ее губ сорвался крик. Через секунду Сюзанна исчезла в темноте. Трэвис рванулся ей на помощь, но внутренний голос, который уже не раз спасал ему жизнь, остановил его. Поэтому Трэвис остался в тени и стал ждать. Его нервы были натянуты до предела, а глаза напряженно вглядывались в темноту. Внезапно он услышал голос Сюзанны:

– Клэренс! Что ты задумал, черт побери? Ты испугал меня до смерти! – женщина снова появилась в лучах лунного света.

Клэренс Лонше схватил ее за руку, что-то проворчав в ответ, ко Сюзанна вновь вырвалась и стала поправлять плащ. Капюшон слетел с ее головы, и луна посеребрила темные пряди ее волос.

– Нам нужно поговорить, Сюзанна! – повторил Лонше властным тоном. – Наедине. Мне не хотелось бы делать этого в «Маунтин Квин».

Сюзанна смотрела на него взглядом, полным ненависти.

– Поэтому ты хватаешь меня в темноте, так что я едва не умерла от испуга.

Клэренс смутился.

– А что мне было делать? Стоять посредине улицы и уговаривать тебя у всех на виду?

– Воспитанный мужчина нашел бы способ отыскать меня в салуне и договориться о встрече. Или прислать записку. Но, полагаю, такая вежливость для тебя неуместна.

– Ты права. Мне не нужны лишние глаза и уши. А в последнее время кто-нибудь постоянно торчит поблизости.

– Что бы ты ни собирался мне сказать, Клэренс, тебе придется подождать. Мне нужно вернуться в салун. Этот ветер совершенно растрепал мои волосы. Кроме того, я стала в лужу и промочила ноги.

– Сюзанна, мне…

– К тому же, я замерзла, – добавила Сюзанна. – Не пойму, зачем я вообще согласилась участвовать в этой глупой пьесе.

– Возможно, мне стоит напомнить тебе о твоем брате?

Сюзанна выпрямилась.

– Не нужно. – Она повернулась, чтобы уйти, но Клэренс снова схватил ее за руку.

– Повторяю: нам надо поговорить.

Сюзанна попыталась вырваться.

– Мне сегодня предстоит еще один выход, Клэренс. Или ты забыл, что я приехала сюда, чтобы петь в салуне «Маунтин Квин».

– Я ничего не забыл. Но нам нужно кое-что обсудить. Именно сейчас. Потому что днем возле тебя постоянно вертятся или Эдди, или Брэгит.

– Ты сам приказал мне сблизиться с Трэвисом.

– Да. Но мне кажется, ты зашла слишком далеко. – Он взял Сюзанну под руку и повел по Си-стрит.

– Куда мы идем?

Лонше не удостоил ее ответом. Трэвис не слышал их разговора; он двинулся вслед за ними, сохраняя безопасную дистанцию. Клэренс и Сюзанна зашли в ночной ресторан. Здесь обслуживали рабочих, возвращавшихся с вечерней смены, и в этот час почти все столики были заняты.

Трэвис заглянул в окно. Лонше повел Сюзанну к одному из свободных столиков и сел напротив нее.

К входной двери подошла группа мужчин. Прячась за их спинами и надвинув на глаза шляпу, Трэвис пробрался внутрь и сел за соседний столик всего в полуметре от Сюзанны и спиной к ней, надеясь подслушать ее разговор с Лонше.

– Объясни наконец, в чем дело? – проговорила Сюзанна. – Я жду, Клэренс.

– Сюзанна, наши планы изменились.

Трэвис услышал, как Сюзанна стукнула кулаком по столу.

– Нет, Клэренс. Только не это. Ты же обещал, что Вирджиния-Сити станет последним этапом. Ты поклялся в этом, когда мы приехали сюда.

– Сюзанна, когда мы все закончим, я скажу тебе первой. Но не раньше. Если, конечно, ты собираешься соблюдать наш договор. Если же нет…

После долгой паузы тон Сюзанны изменился. В ее голосе появились просительные нотки.

– Клэренс, пожалуйста. Я сделала все, что вы хотели. Все. Мне пришлось исколесить всю страну, шпионить, красть и добывать для вас информацию.

Трэвис наклонился поближе. Ему очень хотелось увидеть лицо Сюзанны. Только так можно убедиться в искренности ее слов. Особенно, если заглянуть ей в глаза.

Голос Сюзанны стал жестче, в нем появились нотки презрения, отчаяния и злости.

– Я организовала транспортировку груза, передавала ваши дурацкие инструкции, разыгрывала из себя влюбленную дуру и узнала, что Трэвис Брэгит по-прежнему является членом Ордена рыцарей.

– Все это, конечно, хорошо, – согласился Клэренс.

Трэвис едва сдержался, чтобы не ударить его кулаком по лицу.

– Я отвлекала его внимание… распаляла его страсть, как ты и приказывал. Что еще я могу сделать?

Трэвис вздрогнул от услышанного. Распаляла его страсть? Он едва не рассмеялся, но затем понял, что на самом деле все гораздо серьезнее. Его охватила злость при мысли, что Сюзанна так долго и умело притворялась. Как же она ненавидела его!

– Брэгит все еще очень осторожен, – заметил Клэренс. – И опасен для нас, Сюзанна. Пусть он когда-то был членом Ордена рыцарей и верен обществу, теперь все изменилось. Брэгит отошел от дел. Получается, что я догадался об этом раньше всех. Где отец, там и сын.

При упоминании об отце внимание Трэвиса напряглось до предела. Возможно, Лонше что-нибудь знает об убийстве Томаса Брэгита? Трэвис надвинул шляпу еще ниже на глаза и откинулся на спинку стула. Два года назад Томас Брэгит был убит в своем офисе в Новом Орлеане. В его убийстве обвинили Генри Сорбона, плантатора из Миссисипи и руководителя местного общества «рыцарей». Но вскоре началась война, и Сорбон бежал из-под ареста.

Конечно, ни Трэвиса, ни других членов его семьи, особо не волновала эта тема. Его братья Трейс и Трэкстон даже женились на близняшках – дочерях Генри – Белле и Лин Сорбон.

Разговор Клэренса и Сюзанны куда-то ускользнул от внимания Трэвиса, когда тот вспомнил о своем отце. Томас Брэгит всегда думал лишь об одном – о себе самом. Из-за этого он умудрился насолить не только собственной жене, но и всем своим детям. В результате Трэвис, Трэкстон и Трейнор покинули родной дом. Остался только Трейс, и то лишь потому, что он был старшим сыном и ощущал ответственность за безопасность младшей сестры и матери.

Трэвис глубоко вздохнул. Связан ли Клэренс Лонше с «рыцарями»? Если да, то знал ли он об убийстве Томаса Брэгита? Почему это произошло? Кто убийца? Может, убийство было совершено по приказу Ордена рыцарей? От последней мысли Трэвис вздрогнул.

– Ты должна продолжать общение с ним, Сюзанна, и узнать, известно ли ему что-нибудь еще, – произнес Клэренс, возвращая Трэвиса к реальности. – Теперь любые наши промахи непростительны. Эта миссия слишком важна для нас. Терри не доверял Брэгиту и, честно говоря, я тоже.

– А разве так важно доверять Трэвису? – спросила Сюзанна.

МИССИЯ. Это слово врезалось в память Трэвиса. «Рыцари» создали свое общество наподобие военной организации: с воинскими званиями, паролями и прочими атрибутами. Слово «миссия» всегда использовалось ими для обозначения особо важных заданий.

– И, честно говоря, меня начинает волновать твое поведение, Сюзанна, – продолжал Клэренс. – Твой отец говорил, что тебе можно доверять. Неужели он ошибался?

Ее отец? Ландон Форто знал о сотрудничестве дочери с «рыцарями»? И с этой жабой, называющей себя ее менеджером? Разрешил колесить по всей стране и петь в салунах? Трэвис ждал ответа Сюзанны, нервно сжимая вилку, которой он так и не дотронулся до яблочного пирога. Ему хотелось услышать: «Да, ошибался», чтобы он мог считать ее непричастной к шайке Клэренса Лонше. С другой стороны, ответ: «Нет, он был прав», совершенно не устраивал Трэвиса.

Если Лонше являлся членом Ордена и выполнял очередную миссию, в случае провала под угрозой окажется Сюзанна. Трэвис знал об этом, исходя из своих прошлых контактов с «рыцарями». Только по счастливой случайности и благодаря своему умению обращаться с оружием Трэвис остался жив после того, как заявил о своем выходе из организации. Но угроза получить пулю в лоб сохранялась до сих пор.

Трэвис напрягся, ожидая ответа Сюзанны.

– Нет, мой отец был прав.

– Рад слышать это.

Трэвис придерживался иного мнения, но сейчас для Сюзанны это было меньшее из зол. Вместе с чувством облегчения он ощутил разочарование и ярость. Где в ее словах правда, а где ложь? Что бы ни замышлял Лонше, Трэвис не сомневался, что до добра это не доведет. Но Сюзанна, очевидно, каким-то образом зависела от него и погрязла в его темных делишках по самую шею.

– Кстати, Сюзанна, я заметил… Вернее, это заметил Морган и поделился со мной, – продолжал Клэренс.

Подозрения Трэвиса оправдывались. Морган является сообщником Лонше, и неважно, в каком качестве.

– Что именно, Клэренс? Не думаю, что Морган способен заметить что-либо, кроме стакана виски и пары женских ног.

Трэвис улыбнулся.

Лонше раздраженно махнул рукой.

– Не столь важно, кто это заметил, Сюзанна. Главное, что ты играешь свою роль с Брэгитом только тогда, когда я поблизости. Когда же меня нет, ты с ним холодна, как лед. Морган также заметил, что ты не просто не обращаешь внимания на Брэгита, но еще и получаешь от этого немалое удовольствие. Ты пренебрегаешь им.

– Пренебрегаю? – Сюзанна рассмеялась. – Думаю, что мистер Морган перепутал мое отношение к нему и Трэвису Брэгиту. Он просто ревнует, Клэренс. Бен пытался соблазнить меня, так что мне пришлось ударить его по лицу и попросить убраться.

– Меня мало волнует то, что натворил Морган, или почему он сообщил мне о том, что ты не выполняешь своих обязательств. Если ты не намерена пускать его в свою постель, меня это мало волнует. Но мне небезразлично, если Морган говорит правду, и ты пытаешься таким способом предупредить Брэгита, защитить его от нас и… – Он угрожающе усмехнулся. – Мы оба знаем, к чему это может привести. Разве не так, Сюзанна?

– Не совсем, Клэренс, – огрызнулась она. – Что же может произойти? Чем эти идиоты-«рыцари» собираются защищать себя? Как они намерены добиться своих целей?

Лонше рассмеялся.

– Допустим, что с мистером Брэгитом происходит несчастный случай. А ты, Сюзанна, к глубокому сожалению, оказываешься рядом, и тебя постигает та же участь… – Клэренс снова рассмеялся. – Думаю, что немногие в Вирджиния-Сити будут оплакивать вашу гибель.

Трэвис чуть повернулся, закрыв лицо шляпой. Боковым зрением он заметил, как Лонше склонился над ухом Сюзанны.

– А это может случиться в любой момент, дорогая. Не сомневайся.

– Мне кажется, ты забыл, что семьи Брэгит и Форто являются одними из самых уважаемых в Новом Орлеане. Сомневаюсь, что наши родные так просто смирятся с утратой.

Клэренс засмеялся.

– Вряд ли поднимется большой шум, Сюзанна. А даже если и так, то вы находитесь далеко от дома, и к тому же, не забывай, что ты занимаешься шпионажем. Конечно, всех огорчит весть о вашей гибели, но чего не бывает на войне.

– Что же с нами может произойти? – настаивала Сюзанна.

– Несчастный случай на руднике или падение с лошади. Мало ли что может случиться с человеком в этом забытом богом городке? Особенно, если он приютился на склоне горы?

– И все несчастья вряд ли удастся связать с вами, Лонше, – добавила Сюзанна. – Или с «рыцарями». Именно это ты имел в виду.

– Именно это, дорогая.

– Ты имеешь какое-нибудь отношение к ограблению и убийству этого старателя, Клэренс? – внезапно спросила Сюзанна. – Это как-то связано с нашим приездом в Вирджиния-Сити?

Трэвис напрягся, ожидая ответа. Клэренс опять рассмеялся.

– Конечно, нет, Сюзанна. Мы никогда не используем такие грубые методы. Это был обычный грабеж, закончившийся для кучера трагически.

– Я не верю тебе, Клэренс. «Рыцари» замешаны в этом деле.

Лонше усмехнулся.

– Меня мало волнует, веришь ли ты мне или нет, Сюзанна. Главное, чтобы ты выполнила все, о чем мы договаривались. Не забывай также и о том, что может произойти, если ты не сдержишь своего обещания.

– Я ненавижу тебя, Клэренс Лонше! – злобно бросила ему в лицо Сюзанна. – Ненавижу!

– Очень жаль, моя дорогая. Мы должны находиться на одной стороне. Ведь мы вместе неплохо смотримся, ты не находишь?

– Мерзавец! – отрезала Сюзанна. – Надеюсь, твой извращенный ум не придумывает сейчас новую игру с моим участием, Клэренс! – она резко поднялась из-за стола. – Этому не бывать! Ни за что! Я лучше пересплю с удавом! – переполненная слепой яростью, Сюзанна выбежала из ресторана.

Трэвис сжал руки в кулаки. В этот момент он был готов задушить Лонше. Правда, это вряд ли поможет получить ответ на мучившие его вопросы. Трэвис задумался. Очевидно, Сюзанна сотрудничает с Лонше, испытывая давление с его стороны. Что их связывает?

Клэренс Лонше не признается просто так. Трэвис лихорадочно обдумывал другие подходы к решению этой проблемы, как вдруг вспомнил Бена Моргана. Этот тип напоминал ему гризли, который наелся за лето и готовился к зимней спячке. Трэвис сразу же отверг мысль о том, чтобы попытаться надавить на него. Из такого медведя трудно выбить нужные сведения. Трэвис воткнул вилку в яблочный пирог и отправил в рот кусок, покрытый румяной корочкой. Нет, наручники и оружие не решат этих проблем.

«Думай, Трэвис, думай», – приказал он себе. Трэвис снова взглянул на Лонше. Тот не спеша пил свой кофе и наслаждался вкусом ежевичного пирога. Мог ли Клэренс Лонше быть тем человеком, которого видели стоящим на холме во время первого нападения на Дункана? Трэвис запомнил описание Клайда: одинокий всадник, наблюдавший за происходящим, словно главарь шайки. В темном плаще, небольшого роста. Его можно принять за женщину. Трэвис снова ткнул вилкой в яблочный пирог.

Описание, данное Дунканом Клайдом, подходило кому угодно. И мужчине, и женщине. Даже, черт побери, Сюзанне Форто.

ГЛАВА 19

Сюзанна закончила вечернее выступление, откланялась публике и облегченно вздохнула. Ей казалось, что этот выход длился вечность. Сюзанна слишком устала. Она выполнила все, что от нее требовалось, но Клэренс так ничего и не сообщил ей о судьбе Брета. За последние несколько месяцев Сюзанна исколесила почти всю страну, выступая в салунах и занимаясь шпионажем. Она в точности следовала всем указаниям Лонше и «рыцарей», но до сих пор ничего не узнала о своем брате. А теперь по ее вине в опасности оказался Трэвис. При этой мысли сердце Сюзанны бешено заколотилось.

Ей не надо было соглашаться на приезд сюда, чтобы снова увидеться с Трэвисом. Ей следовало сразу же отказаться, сославшись на еще не зажившие душевные раны. Сюзанна вздохнула. Конечно, она не думала, что окажется настолько неравнодушной к Трэвису Брэгиту. Ей казалось, что она все еще ненавидит его. Но Сюзанна ошиблась. Жестоко ошиблась.

Взгляд ее обратился в зал. Сюзанна заставила себя улыбнуться и послала зрителям несколько воздушных поцелуев. Единственное, чего ей сейчас хотелось, это немедленно вернуться в отель, принять горячую ванну, забраться в постель и забыть обо всех неприятностях.

Но она должна помнить о своих обязательствах. Игра становилась слишком серьезной. Сюзанна отыскала глазами Клэренса и Бена Моргана. Эти двое, как всегда, сидели за своим столиком, презрительно наблюдая за происходящим в зале. Сюзанна хорошо знала, что от нее требовалось, и ей придется выполнять свои обязанности. Она надеялась, что, в конце концов, Клэренс сдержит свое слово и приведет ее к брату, а не к его могиле.

Сюзанна смахнула со щеки слезинку. Она вдруг подумала, что, возможно, с Бретом случилась какая-нибудь беда из-за его связи с Орденом рыцарей, а Клэренс Лонше обманывал ее ради своих корыстных интересов. Если все выйдет именно так, она… Сюзанна пока не знала, что она сделает с Лонше. Но в любом случае, ему придется заплатить за обман и предательство, и за то, что, возможно, произошло с Бретом и что пришлось пережить ей по вине Клэренса.

Сюзанна спустилась в зал и направилась к Трэвису, как того требовали от нее Лонше и Морган.

Трэвис догадался о ее намерениях, Сюзанна поняла это по блеску в его глазах. Она заставила себя не думать о Трэвисе и своем поведении по отношению к нему. Когда Клэренс объяснил ей, что она должна делать, чтобы получить информацию о местонахождении Брета, Сюзанна согласилась, убедив себя в том, что ей вполне по силам заигрывать с Трэвисом, целовать его, иногда позволять ему обнимать ее и при этом ничего не чувствовать. Тогда все это казалось ей вполне реальным. Разве она не проклинала Трэвиса Брэгита на протяжении последних семи лет? Разве не желала ему зла? Но это было раньше. А теперь… Сюзанна игриво повела плечом и заставила себя улыбнуться.

– Мистер Брэгит, вы не хотите проводить леди до отеля, – она подошла ближе к Трэвису, – и угостить ее кофе? – в ее голосе было столько соблазна, что его хватило бы на то, чтобы уговорить отпетого бандита добровольно сознаться в своих преступлениях.

Но Трэвис не пошевелился. Он внимательно смотрел на Сюзанну, облокотившись на стойку бара. Затем, не отводя взгляда, Трэвис опрокинул в рот стаканчик своего любимого вина и неторопливо вернул его на место.

У него был совершенно равнодушный вид, и сердце Сюзанны дрогнуло. Именно этого она хотела от Трэвиса, но сейчас все изменилось. Ее сердце ждало новых ласк, но умом Сюзанна понимала, что безразличие к ней гораздо безопаснее для Трэвиса, нежели пылкая страсть.

– Не думал, что тебе захочется снова оказаться в моем обществе, – заметил Трэвис. – Или я чего-то не понял из нашей предыдущей беседы? – он выпрямился и сверху вниз посмотрел на Сюзанну.

– Ах, вот оно что? – она рассмеялась. – У меня просто болела голова, и мне не хотелось никого видеть. – Сюзанна взмахнула ресницами. – Особенно тебя, Трэвис. – Она подсела к нему поближе и обняла за талию.

– Особенно меня? – удивился Трэвис.

Внезапно его охватил всепожирающий огонь страсти. Трэвис напрягся от острого желания. Сюзанна была так близко, ее голос ласкал слух, а руки нежно обвивались вокруг его талии. Трэвис отчаянно боролся с самим собой, сжимая в руке пустой стакан. Внешне он казался совершенно спокойным, но внутри него бушевал настоящий ураган. Любовный голод буквально пожирал его. Трэвису хотелось обнять Сюзанну, ощутить вкус ее губ, запах жасмина, почувствовать тепло ее обнаженного тела.

У него было немало женщин, но ни одна из них не возбуждала в нем такого желания. Вначале Трэвис надеялся, что после того, как он переспит с Сюзанной, его отношение к ней изменится. Но он ошибся. Ему хотелось ее снова и снова, теперь даже больше, чем в первый раз.

Трэвис слегка прищурился. Он не верил Сюзанне. Очевидно, что она равнодушна к нему, и лишь выполняет чужие приказания. Эта мысль обдала холодом сердце Трэвиса, мгновенно остудив его любовный пыл. Он задумался.

Сюзанна просто использует его, как Лонше использует ее саму. Вряд ли Трэвису удастся узнать что-нибудь от Клэренса или Бена Моргана. Сюзанна также ничего ему не расскажет. Но она может случайно проговориться в минуты страсти. Трэвис подумал об этом и улыбнулся. Эта игра для двоих.

– Да, – проворковала Сюзанна, взмахнув ресницами. – Особенно тебя, Трэвис.

Он обнял женщину за талию и притянул ближе, затем поцеловал ее в губы и крепко прижал к себе. Если Сюзанна хочет продолжить игру, Трэвис согласен участвовать в ней. И свидетелями этого должны стать Лонше и Бен Морган.

– Тогда зачем мы теряем время? – спросил Трэвис, еще крепче прижимая к себе Сюзанну. – Не стоит тратить время на кофе. – Он наклонился и поцеловал ее в шею. – Я хочу тебя прямо сейчас, Сюзанна, – прохрипел Трэвис.

По спине Сюзанны пробежал холодок. Она закрыла глаза и попыталась взять себя в руки, стараясь не обращать внимания на поцелуи Трэвиса, напоминавшие прикосновения горячего металла к плоти. Страсть разгоралась в ней с каждой минутой. Трэвису легко удавалось завладеть ее сердцем, но сам он хотел лишь переспать с ней. И ей нельзя забывать об этом ни на минуту. Она нужна Трэвису только для развлечения. И хотя ее тело было готово отдаться ему, Сюзанна должна помнить, что это всего лишь физическое влечение.

Боковым зрением Сюзанна заметила одобрительные жесты со стороны Клэренса. Он что-то сказал Бену Моргану и с довольной улыбкой поднялся из-за стола. Через минуту Лонше исчез за дверью салуна. Сюзанна тотчас оттолкнула Трэвиса. Ее мало волновало присутствие Бена Моргана. Пусть он рассказывает Клэренсу все, что угодно. Она будет все отрицать. Сюзанна больше не в силах оставаться в объятиях Трэвиса и сохранять при этом здравый рассудок.

Она взглянула на Трэвиса и едва сдержалась, чтобы не заплакать. Боже, как ей хотелось снова ощутить рядом его мускулистое тело, его нежные объятия, магическую силу его прикосновений, которые переносили ее в другой мир. Сюзанна мечтала о новой близости с Трэвисом, о его любви. Последнего ей хотелось больше всего на свете.

Эта мысль оказалась откровением для нее самой. Может, все это время она по-настоящему любила Трэвиса и в глубине души надеялась, что он вернется к ней? И при этом убеждала себя, что жаждет мести? Сюзанна отогнала прочь эти мысли. Сейчас не время копаться в своих чувствах. Ей нужно выполнять указания Лонше, а также попытаться защитить Трэвиса. Если он решит, что Сюзанна равнодушна к нему и все еще не может забыть о случившемся семь лет назад, то, наверняка, постарается держаться подальше от нее, а значит, и от Клэренса. Бог свидетель, она желает ему только добра.

С напускной холодностью Сюзанна взглянула на Трэвиса.

– Ты не нужен мне, Трэвис, – негромко, но уверенно произнесла она. – Я больше не хочу тебя.

Трэвис прижал ее к себе.

– Ты лжешь, Сюзанна. Я знаю, что ты хочешь меня так же, как и я тебя. Зачем тебе эта глупая игра? Какую власть имеет над тобой Лонше, Сюзанна? Объясни мне!

Сюзанна краем глаза взглянула на Моргана. Тот внимательно наблюдал за ними. Тогда Сюзанна нежно коснулась щеки Трэвиса, словно продолжая действовать по плану. Только так она сможет помочь Трэвису.

– Не надо, Трэвис, – прошептала она. – Советую тебе держаться подальше от всего этого. Подальше от меня, от Клэренса и от всего Ордена рыцарей. Так безопаснее для тебя самого.

– Что ты хочешь сказать, Сюзанна? Они что-то хотят от тебя? Что именно? Что ты должна сделать?

– Эй, Брэгит, я хотел бы поговорить с вами, – раздался голос Бена Моргана. Он внимательно смотрел на Трэвиса и Сюзанну.

Трэвиса охватила ярость.

– Я занят, – огрызнулся он. Морган перевел взгляд на Сюзанну.

– Шлюха всегда может найти другого клиента и вернуться к вам попозже.

Сюзанна что-то пробормотала и встала между Трэвисом и Морганом, удерживая первого от драки. Трэвис был взбешен.

– Какого черта, Морган…

Бен поднял руки вверх.

– Я не хочу скандала, Брэгит. Мне нужно всего лишь поговорить с вами. Думаю, что тема окажется интересной для вас.

– Все в порядке, Трэвис, – чуть слышно произнесла Сюзанна, пытаясь сдержать слезы. – Увидимся завтра. – Она улыбнулась и поспешила к выходу.

Трэвис резко повернулся.

– Я не знаю, о чем вы хотите поговорить, но то слово, которое вы употребили по отношению с Сюз… мисс Линдсей…

– Понятно. Я извинюсь перед ней попозже. – Морган заказал себе стаканчик виски и обратился к Трэвису. – Вы – член Ордена рыцарей.

Трэвис удивленно взглянул на него.

– Это вопрос или обвинительное заключение?

– Ни то, ни другое, – ответил Морган. – Это факт.

– А источник информации?

– Это не столь важно. Главное, что у нас есть для вас работа как для руководителя «рыцарей» в Вирджиния-Сити.

– Я не являюсь таковым, – отрезал Трэвис.

– Я слышал другое мнение.

– Тогда у вас ошибочные сведения.

– Это не имеет значения, – ответил Морган. – Для нас важно то, что вы пользуетесь здесь огромным влиянием.

– Морган, меня совершенно не интересует то, что касается «рыцарей».

Бен Морган нахмурился.

– Ваш отец был «рыцарем», Брэгит, и из того, что я слышал…

– Мой отец был сукиным сыном, и теперь он мертв. К счастью для всех.

– В этих горах достаточно золота и серебра, Брэгит, – продолжал Морган, сделав вид, что не слышал Трэвиса. – «Рыцари» полагают, что поскольку здесь немало сторонников южан, кое-что из этих богатств могло бы пойти на пользу Ордену.

– Кое-что уже используется в их интересах, – вмешался Трэвис.

– Да, но этого недостаточно. Мы думаем, что вы могли бы организовать местных ребят. В этом случае нам достанется большая доля той руды, которая вывозится из Вирджиния-Сити.

– Каким образом?

Морган пожал плечами.

– Именно это я и хотел бы обсудить с вами, мистер Брэгит.

– Меня это не интересует, – ответил Трэвис. Морган допил свою порцию виски и отошел от стойки.

– Подумайте над моим предложением, Брэгит. Возможно, вы измените свое мнение.

– Не рассчитывайте на это.

Морган рассмеялся.

– Вы меня удивляете, Брэгит. Я никогда не делаю опрометчивых ставок.

* * *

Сюзанна стояла возле двери в свою сценическую уборную. Отсюда ей были хорошо видны Трэвис и Бен Морган, но, к сожалению, она не могла слышать их разговора. Сюзанна заметила, что Трэвис едва сдерживал злость.

Ей хотелось рассказать ему всю правду, но это поставило бы под угрозу ее собственные планы и даже жизнь Брета. И все же Сюзанна знала, что не сможет жить дальше, если по ее вине что-нибудь случится с Трэвисом. Ей вообще не следовало приезжать в Вирджиния-Сити, но раз уж так произошло, она должна предупредить Трэвиса о грозящей ему опасности.

Заметив, что Бен Морган покинул салун, Сюзанна сразу же поспешила к Трэвису.

– Будь осторожен с ним, Трэвис, – негромко произнесла она, коснувшись его руки. – Что бы он ни предлагал тебе. Морган не тот человек, за которого себя выдает.

– Он не журналист из Сан-Франциско? – спросил Трэвис, хотя ему самому было хорошо известно, кто такой Бен Морган. Трэвис знал, что Морган занимал высокий пост в Ордене рыцарей в Сан-Франциско, а также в Новом Орлеане. Именно там Трэвис и увидел его в первый раз. Ему стало известно, что настоящее имя Моргана – Бенджамин Мордейн. Он происходил из благородного, но обедневшего семейства. Двенадцать лет назад Мордейн бежал из Нового Орлеана в связи с обвинением в убийстве на дуэли. Его подозревали в том, что он организовал «внезапное» заклинивание пистолета у своего противника.

Теперь Трэвис знал многое о Бенджамине Мордейне, и его интересовало, что из этого известно Сюзанне.

– Да, он журналист и работает на «Сан-Франциско Бюллетин». Но не только на него. Не думаю, что Морган обсуждал с тобой вопросы журналистики.

Трэвис прищурился.

– Что тебе известно, Сюзанна?

Сюзанна покачала головой.

– Я и так уже слишком много сказала тебе, Трэвис. Я должна молчать. Пожалуйста, не настаивай. – Она печально посмотрела на него, и ее губы предательски дрогнули. Все для них двоих могло бы быть иначе, если бы… Сюзанна вздохнула. Их время уже давно прошло. Теперь у каждого из них своя жизнь. Она поплотнее запахнула свой плащ. – Будь осторожен с ним, Трэвис. Пожалуйста.

ГЛАВА 20

Следующая неделя в Вирджиния-Сити прошла относительно спокойно. Бен Морган предпринял еще несколько попыток уговорить Трэвиса, но каждый раз получал отказ. Сюзанна продолжала свою игру, флиртуя с Трэвисом только в присутствии Лонше и демонстрируя отчужденность после его ухода.

Трэвиса ни на минуту не покидали мысли о Сюзанне, несмотря на все его старания. Хуже всего было то, что в ее присутствии Трэвис совершенно терял голову. Его любовный голод становился всепоглощающим, и Трэвис не мог больше терпеть наигранное безразличие Сюзанны. Ему надоело периодически получать от нее холодный душ.

Такое с Трэвисом происходило впервые. Ни одну женщину он не желал так, как Сюзанну. Ему хотелось снова ощутить ее объятия, почувствовать вкус ее губ, гибкость ее тела.

Даже сейчас, наблюдая за Сюзанной от стойки бара, за ее движением по сцене, за тем, как она подмигивает посетителям и флиртует с ними, желание Трэвиса не ослабевало, а кровь в венах бежала еще быстрее.

За последние несколько дней он не раз пытался поговорить с Сюзанной, заставить ее открыться ему. Но его усилия до сих пор были тщетны. Сюзанна делала вид, что не понимает, о чем речь, и переводила разговор на другую тему. Трэвис отправил своим друзьям в разных городах несколько телеграмм с вопросами о Клэренсе Лонше, но пока не получил ответов.

До окончания срока действия контракта Сюзанны оставалось несколько дней. В один из последних вечеров Трэвис стоял у стойки бара и наблюдал за ее выступлением. Мысли о Сюзанне не покидали его. Трэвис не мог забыть ее разговор с Лонше, подслушанный в ресторане. Что-то происходило прямо у него под носом, и Трэвис пытался понять, что именно. После убийства Дункана Клайда все перевозчики руды не выезжали на работу без оружия. Многие вообще стали отказываться от ночных поездок, особенно если путь лежал через Дьявольские Ворота.

Клэренс Лонше и Бен Морган внимательно следили за развитием отношений между Трэвисом и Сюзанной.

– Неплохо смотрится, да? – внезапно раздался голос Лонше.

Трэвис смерил его презрительным взглядом.

– Да. Ребята будут скучать, когда гастроли закончатся.

Клэренс кивнул, затем улыбнулся.

– Как я понимаю, вы и мисс Линдсей неплохо спелись, мистер Брэгит. Вы ведь не собираетесь украсть ее у меня, не так ли? – Клэренс хихикнул и ткнул Трэвиса локтем под ребро. Трэвис удивленно взглянул на толстяка.

– Мы с Сюзанной уже давно знакомы, мистер Лонше. Уверен, Сюзанна вам говорила об этом. – И, как бы между прочим, он добавил, – мы друзья.

– Понимаю. – Лонше посмотрел на Сюзанну. – Боюсь, что она устала от частых переездов из города в город. Мне кажется, что ее страсть к перемене мест уменьшилась. И если Сюзанна решит связать свою жизнь с кем-нибудь вроде вас, – а вы очень удачливый человек, мистер Брэгит, – я не стану мешать ей.

Намек Клэренса не ускользнул от внимания Трэвиса. Лонше опять выступал в своей любимой роли сводника. Об этом говорили его многозначительные взгляды и кивки, обращенные к Трэвису и Сюзанне.

Трэвис повернулся в сторону сцены. Сюзанна только что закончила последнюю песню и теперь с помощью одного из поклонников спускалась по ступенькам и зал.

– Мне пора, – заспешил Клэренс. – Я еще должен зайти к Милли. – Он улыбнулся Трэвису и слегка поклонился приближающейся Сюзанне. – Я только что сообщил мистеру Брэгиту, что мне пора уходить. Вы доберетесь до отеля сами?

– А что я делаю каждый вечер? – Сюзанна улыбнулась, пытаясь сгладить резкость своего ответа.

– Да… конечно. – Клэренс кивнул им обоим и на ходу добавил: – Я имел в виду общество мистера Брэгита.

– Конечно. – Сюзанна посмотрела в сторону Бена Моргана, который, как казалось, был поглощен игрой в карты. Убедившись, что Клэренс уже вышел из салуна, Сюзанна повернулась к Трэвису. – Извини, мне надо идти. Я очень устала.

– Я провожу тебя до отеля, – предложил Трэвис, не вполне осознавая, зачем он это делает. Он уже много раз предлагал ей свои услуги, и всякий раз получал отказ. Поэтому ему приходилось идти за ней следом, дожидаться, пока Сюзанна исчезнет в дверях «Унион Бель», а затем возвращаться в салун, часто замерзшим и промокшим до нитки. Несколько раз Трэвис пытался проследить и за Лонше, но безрезультатно. Трэвис пришел к выводу, что Клэренс стал завсегдатаем всех публичных домов на Ди-стрит. Джулия как-то рассказала ему, что всех проституток Лонше называл одинаково: Милли.

– Нет, спасибо, – холодно ответила Сюзанна. – Меня проводит Эдди.

– Она уже ушла с Хэнком. По-моему, они отправились в ресторан выпить чашечку кофе.

Сюзанна пожала плечами и гордо выпрямилась.

– Тогда я дойду одна. В конце концов, мой отель совсем рядом.

Трэвис посмотрел ей вслед. Сюзанна направилась в свою артистическую уборную, чтобы переодеться. Ему очень хотелось обнять женщину, поцеловать ее, растопить лед ее губ и согреть ее холодное сердце. Но это были лишь мечты. У Трэвиса полно гораздо более серьезных дел, хотя в такие моменты он неожиданно легко забывал о их существовании.

Прошло несколько минут, но Сюзанна не появлялась. Интересно, сколько времени ей надо, чтобы набросить плащ? Трэвис допил свой стаканчик вина, докурил сигару и решил выйти навстречу Сюзанне.

Она не появлялась.

Трэвис обвел взглядом зал. Возможно, Сюзанна уже там и беседует с кем-нибудь из мужчин. Но ее не было и в зале. Трэвис отправился в артистическую уборную и остановился у двери. Тихо. Лонше уже ушел. Эдди тоже. Бен Морган играл в карты за одним из столов. Лаури, Фермаунт и Натрам – самые страстные поклонники Сюзанны – тоже находились в салуне. Где же Сюзанна? Трэвис осторожно нажал на ручку ее двери.

Вдруг он услышал, как хлопнула дверь черного хода, и сразу же все понял.

– Сучка, – негромко выругался Трэвис. Зачем Сюзанне понадобилось пользоваться запасным выходом? Он решил обязательно выяснить это.

Через секунду Трэвис уже спускался по ступенькам черного хода в темноту ночи. Подождав несколько минут, он огляделся. Сюзанны нигде не было.

– Черт бы тебя побрал! – Трэвис поймал себя на том, что после возобновления знакомства с Сюзанной ругательства стали для него обычным делом. Он направился по тропинке, ведущей к Солнечной Горе.

Зачем ему все это нужно? Зачем он пытается защитить женщину, которая пренебрегает им? Зачем болтается ночью по городу, половина населения которого считает Трэвиса преступником? Он уже не надеялся найти ответы на эти вопросы.

Наконец, на Си-стрит Трэвис заметил женскую фигуру в темном плаще, из-под которого виднелось ярко-желтое платье. Сюзанна. Соблюдая дистанцию, Трэвис поспешил за ней, оставаясь в тени забора. Если Сюзанна снова шла на встречу с Хэнсоном Джоунсом, то на этот раз Трэвис решил проследить за ним.

Внезапно Сюзанна повернула на Е-стрит. На углу ее поджидал мужчина. Трэвис сразу же узнал его. Это был Джон Сабот. Помимо небольшого роста, Джон имел еще один недостаток: ноги, настолько кривые, что детишки умудрялись бросать между ними кости, так что собаки проскальзывали прямо между его колен. Однако в этот момент Трэвиса волновало другое: Джон Сабот руководил ночной сменой на руднике Чолар.

Трэвис остановился и спрятался в тени забора.

Сюзанна подошла к Саботу, достала, как и в прошлый раз, конверт и отдала его. В отличие от Джоунса, Сабот не пытался заигрывать с Сюзанной. Он быстро взял конверт, кивнул и что-то сказал ей. Сюзанна повернулась и поспешила в сторону Ди-стрит.

Трэвис решил, что она возвращается в «Унион Бель». Если он пойдет за ней, Сабот заметит его и узнает. Поэтому Трэвису пришлось остаться на месте. Сабот распечатал конверт, изучил его содержимое, затем снова запечатал, сунул в нагрудный карман пальто и отправился вниз по Е-стрит в сторону рудников.

Трэвис вышел из укрытия и последовал за ним.

Однако Сабот миновал поворот на рудник Чолар и двигался прямо еще около мили. Куда же он собрался?

Трэвис уже начал подумывать о том, чтобы прекратить преследование, как вдруг Сабот свернул в сторону и направился к невысокому холму. Трэвис старался двигаться с особой осторожностью, избегая малейшего шума и время от времени проверяя, на месте ли его пистолет. В такой ситуации наличие оружия может решить все. Джон Сабот исчез за грудой валунов.

Предчувствия Трэвиса о том, что в городе творится что-то неладное, оправдалось. В сотне ярдов от него, в небольшом каньоне собралась группа из дюжины мужчин. Они занимались перетаскиванием руды из двух фургонов с фирменным знаком компании Чолар в кожаные мешки. Поблизости паслось не менее двух десятков мулов. За происходившим наблюдал человек, стоявший на холме. К нему и направлялся Сабот. Трэвис попытался рассмотреть лицо мужчины, но луна зашла за тучу и стало совсем темно. Кроме того, все бандиты были в шляпах, низко надвинутых на глаза.

Трэвис спрятался за земляной холмик. В ущелье находилось не менее десятка уже нагруженных мулов. Еще часа полтора мужчины перетаскивали руду. Затем четверо оседлали своих лошадей и погнали мулов на север, к поселку Фуллер Ферри. Им пришлось воспользоваться окружной дорогой на Карсон-Сити, поскольку у Дьявольских Ворот по приказу шерифа были установлены посты для проверки повозок с рудой. Остальные грузчики прыгнули в пустые вагончики и повернули на дорогу, ведущую к рудникам.

Трэвис не спеша отправился назад в город, пытаясь понять, какая роль во всей этой истории отведена Сюзанне. Он не сомневался, что Клэренс Лонше и Бен Морган – члены Ордена рыцарей. А Сюзанна? Трэвис счел это маловероятным. Исходя из того, что он услышал из ее разговора с Клэренсом, было очевидно, что Сюзанна действует под давлением Лонше. Он знал что-то такое, что интересовало Сюзанну или ее отца. Из-за этого Клэренс получил возможность манипулировать ею: заставлял шпионить, выполнять роль связного, а также дал задание соблазнить Трэвиса.

Последнее особенно интересовало Трэвиса. Зачем Лонше понадобилось, чтобы Сюзанна разыгрывала из себя влюбленную дуру? Чтобы войти в доверие к Трэвису? Но зачем? Клэренс говорил, что судья Терри недоволен поведением Трэвиса, следовательно, он в курсе всех их дел. Но сейчас судья покинул город.

Трэвис снова вернулся в своих мыслях к Сюзанне. Возможно, она передавала Джоунсу и Саботу деньги? Может быть, они организуют похищение руды, и Орден рыцарей платит им за это?

Трэвис улыбнулся своим мыслям. Скорее всего, его предположения окажутся верны. За ограблением и убийством Дункана Клайда стояли Лонше и Морган. Именно они платили Джоунсу и Саботу за организацию краж руды и ее транспортировку из Вирджиния-Сити. И, скорее всего, они неплохо грели руки на тех деньгах, которые, в результате, оседали в их карманах.

* * *

Эдди остановилась возле табачной лавки Уолтона и спряталась за углом, опасаясь, что Трэвис может заметить ее. Хэнк помогал Тому Кабору разгружать повозку с продовольствием, когда Эдди увидела на противоположной стороне улицы Трэвиса, идущего следом за Сюзанной. Ей предоставилась редкая возможность выяснить, что он замышляет. Эдди убедила Хэнка, что доберется до отеля сама, и пообещала поужинать с ним следующим вечером.

Она видела, как Сюзанна передала что-то невысокому мужчине, после чего Эдди отправилась за Трэвисом, следившим за незнакомцем. В итоге она узнала много интересного, правда, едва не сломала ногу, карабкаясь по склону вслед за Трэвисом. Но теперь это уже было неважно. Эдди получила всю необходимую информацию.

Орден рыцарей промышлял воровством золота с рудников, и об этом никто не догадывался. Во всяком случае, кроме тех, кто непосредственно занимался перегрузкой руды из вагончиков на своих мулов. И еще Трэвиса Брэгита. И ее самой. Что же ей теперь делать? Вопрос непростой. Как ей доказать, что за всеми этими кражами стоит Клэренс Лонше?

* * *

Магнолия Рошел стояла у входной двери своего заведения. По противоположной стороне улицы прошел Трэвис. Мэгги уже хотела окликнуть его, когда вдруг увидела идущую за ним Эдди.

Магнолия не хотела зла Трэвису. В конце концов, он оставался верен принципам южан. И Мэгги прекрасно это знала. К тому же, ей всегда было хорошо с ним в постели. Но служанка этой певички – совсем другое дело. Магнолия подозревала, что Эдди Хейс – не та, за кого себя выдает. Она решила телеграфировать Дэвиду. Если ее подозрения оправдаются, им надо быть начеку.

ГЛАВА 21

Трэвису больше всего хотелось ворваться в комнату Сюзанны и потребовать у нее объяснений. Какая связь между нею, Клэренсом Лонше, Беном Морганом и рыцарями «Золотого Круга»? Но Трэвис знал, что Сюзанна ничего ему не скажет. Она слишком боялась Клэренса. Кроме того, все эти семь лет Сюзанна ненавидела Трэвиса и была рада возможности приехать в Вирджиния-Сити, чтобы помучить его.

И все же, даже если она до сих пор презирала Трэвиса, ей удалось оживить в нем нечто такое, что он давно уже считал умершим. У него всегда была потребность в женской ласке, но уже много лет Трэвис не испытывал желания защитить любимую женщину, заботиться о ней и разделить с нею все неприятности. Поэтому он сильно удивился пробудившимся в нем чувствам. Сюзанна Форто ворвалась в его жизнь и перевернула все с ног на голову.

Может быть, она помогала «рыцарям» каким-то образом отомстить Трэвису? Возможно, они хотели представить его организатором всех этих разбоев и краж? Или Сюзанна была всего лишь пешкой в чужой игре?

Трэвис вошел в «Маунтин Квин» и направился к бару. К нему подошел Джед.

– Что случилось, босс? У вас очень сердитый вид.

– Так и есть. Где Хэнк?

Джед кивнул в сторону одного из столиков.

Трэвис повернулся и увидел Хэнка в компании нескольких старателей. Они играли в «семерку» и, судя по стопке зеленых рядом с ним, Хэнк был в выигрыше. Трэвис подошел к столику.

– Хэнк, нам нужно поговорить.

Управляющий сразу же оставил игру.

– Мне надо идти, ребята. – Он собрал доллары прямо в шляпу, надвинул ее на лоб и вместе с Трэвисом направился к бару. – Что случилось, босс? Неприятности?

– Почему ты спрашиваешь?

Хэнк пожал плечами.

– У вас такое выражение лица…

Они отошли подальше, чтобы никто не помешал их разговору.

– Хэнк, ты мне нужен, чтобы проследить за парой клиентов. Можешь найти кого-нибудь в помощники?

– Да. Например, Джед, – предложил Хэнк.

– Джед не подойдет. Он нужен здесь.

– Тогда Пит.

– Отлично. Мне нужно проследить за Джоном Саботом, начальником ночной смены с рудника Чолар.

– С какой целью? – спросил Хэнк.

Трэвис огляделся, чтобы убедиться, что их никто не слышит, и перешел на шепот:

– Он и несколько его сообщников промышляют воровством на рудниках.

– Неужели? Значит, это они ограбили и убили старого Дункана Клайда?

– Не знаю. Я лишь видел, как они перегружают руду из вагончиков на своих мулов, а затем переправляют ее через Фуллер Ферри.

– А что мы должны делать? Только следить за ними?

Трэвис не мог сообщить Хэнку большего. В противном случае, ему пришлось бы рассказать о Сюзанне, а Трэвис не хотел впутывать ее в это дело без крайней надобности. Ее использовали, и Трэвис не сомневался в этом, но вряд ли горожане поймут такие тонкости. Наверняка, Сюзанну обвинят в воровстве и посчитают участницей убийства Дункана.

– Нет. Вы должны дать мне знать, когда все это произойдет снова.

– И что вы намерены предпринять, босс?

– Поговорить по душам с мистером Саботом.

– Понятно. Мне отправляться прямо сейчас?

Трэвис покачал головой.

– Сегодня они уже сделали свое дело.

– Вы хотите сказать, что сегодня они уже совершили ограбление?

– Да. Но никто не должен об этом знать. До тех пор, пока я не выясню, что они готовят и кто стоит за всем этим. – Трэвис похлопал Хэнка по плечу и отошел от стойки. – Я пойду наверх, Хэнк. У меня выдался тяжелый день.

– Конечно, босс. Мы с Джедом закроем салун.

* * *

– Мой дорогой, ты совершенно забыл обо мне.

Трэвис вздрогнул и повернулся к двери. Он не слышал, как вошла Магнолия.

– А, это ты, Мэг. Крадешься как кошка.

Магнолия удивленно вскинула брови, улыбнулась и начала раздеваться. Это оказалось несложным занятием, так как ее плащ был надет прямо на голое тело.

– Ты прав, дорогой. И я умею мурлыкать, если меня погладят.

Трэвис улыбнулся. Ему еще никогда не хотелось обладать женщиной так, как в этот момент. Трэвис так истосковался по Сюзанне, и все же не мог устоять перед обнаженной Магнолией. При свете настольной лампы ее кожа приобрела янтарный оттенок, а растрепанная грива рыжеватых волос напоминала костер. Несколько локонов спускались на точеную полноватую грудь Мэгги, которая всегда так восхищала Трэвиса.

Последние полтора года они встречались каждую неделю. Трэвис знал, что Магнолия – одна из тех немногих женщин, умеющих доставить мужчине настоящее удовольствие. К тому же, они неплохо ладили между собой.

Трэвис подошел к ней и крепко обнял за талию. Огонь желания разгорался в нем с новой, неистовой силой. Обычно Трэвис не тратил времени на ласки и разные сентиментальные глупости, подходящие для таких случаев. Впрочем, Магнолия не нуждалась в них.

Она крепко обняла Трэвиса и прижалась к нему всем телом. Трэвис Брэгит принадлежал только ей, и Мэгги не собиралась отдавать его никому. Особенно этой певичке Сюзанне Форто.

– Мой тигр сегодня особенно голоден? – шепотом произнесла Магнолия и рассмеялась. Взяв Трэвиса за руку, она повела его к постели. Когда Мэгги вошла, Трэвис как раз раздевался ко сну. Теперь ее руки пришли ему на помощь. Прикосновения Магнолии действовали на него опьяняюще. Она обнажила его грудь и провела по ней ладонью.

Трэвис вздрогнул от удовольствия и почувствовал, что дальше терпеть не в состоянии. Он уложил Мэгги в постель и начал жадно целовать ее тело.

– Я хочу тебя, дорогой, – прошептала женщина.

– Сюзанна, – выдохнул Трэвис, потеряв контроль над собой.

Магнолия застыла на месте. Ее страсть мгновенно превратилась в ярость. Она изо всех сил оттолкнула Трэвиса.

– Отойди от меня, – прохрипела Мэгги. – Немедленно.

– Но я… – Трэвис смущенно опустил глаза.

– Отойди, иначе я убью тебя.

Трэвис постепенно приходил в себя. Рядом с ним была не Сюзанна, а Мэгги. Ее руки, ее губы, тепло ее тела. Ложиться в постель с одной женщиной и при этом думать о другой… Такое с ним впервые.

– Мэг, мне очень жаль…

Магнолия презрительно взглянула на него.

– Тебе жаль? – она усмехнулась. – Ну что ж, есть о чем пожалеть, Трэвис Брэгит. – Мэгги подобрала с пола свой плащ, накинула его и снова повернулась к Трэвису. – Я была готова отдать тебе все, Трэвис. ВСЕ. А что может дать тебе эта певичка?

– Мэгги, я…

Она поплотнее запахнула плащ.

– Прощай, Трэвис.

Не оборачиваясь, Магнолия вышла из комнаты, хлопнув дверью.

Трэвис еще несколько минут смотрел ей вслед. Его ждали крупные неприятности.

ГЛАВА 22

Трэвис смотрел на ночное небо. Луна позволяла видеть происходящее вокруг. Вот уже более трех часов он сидел в небольшом ущелье на склоне Солнечной Горы и терпеливо ждал начала событий. Но пока все было тихо, и Трэвиса окружали лишь скорпионы и тарантулы, которые чувствовали себя здесь в полной безопасности, как, впрочем, и койоты, волки, рыси и медведи-гризли.

Трэвис подул на замерзшие руки и потер их друг о друга, пытаясь согреться. Близилось лето, но ночи в горах по-прежнему оставались холодными. Снег таял лишь днем, и повсюду виднелись небольшие мутные лужицы.

Это была третья ночь дежурства. Трэвис, Хэнк и Пит сменяли друг друга через каждые три часа, а Джед остался за старшего в салуне. Трэвис уже решил, что они напрасно теряют время, и больше ничего не случится. Хотя, пока Лонше и Бен Морган в Вирджиния-Сити, можно ожидать всего, что угодно.

Дежурство Трэвиса заканчивалось, и скоро его должен сменить Пит. Трэвису захотелось встать и размяться, но вдруг он услышал какой-то шум. В ущелье вползали два тяжело груженных вагончика. Через пять минут мимо Трэвиса проехали верхом двое мужчин, погонявших стадо мулов. Трэвис сразу же узнал в них друзей судьи Терри, а следовательно, членов Ордена рыцарей. Еще пятеро мужчин, из них двое верхом, появились из темноты с противоположного края ущелья.

В течение следующего часа, пока шла перегрузка руды, Трэвис размышлял над происходящим. Каким образом Сюзанна связана со всем этим? Как ему защитить ее? Может, он уже опоздал? Была ли Сюзанна только курьером, или выполняла и другие поручения? Этот вопрос до сих пор оставался без ответа.

Мысли Трэвиса снова вернулись к Сюзанне. Эта женщина продолжала волновать его больше всего на свете. Она полностью перевернула жизнь Трэвиса, хотя он неплохо устроился в Вирджиния-Сити и до приезда Сюзанны не собирался менять что-либо.

При мысли о Сюзанне в нем снова проснулось неистовое желание.

Внезапный грохот вернул Трэвиса к реальности. Один из мужчин при погрузке уронил большой кусок руды. Караван груженых мулов уже был готов отправиться в путь, погонщик пришпорил лошадь, и животные двинулись с места, скрывшись за холмами через пару минут.

Сабот вручил всем по конверту, после чего двое мужчин оседлали своих лошадей и поскакали в сторону рудников, а остальные неторопясь направились в город.

Трэвис не покидал своего укрытия, продолжая следить за Саботом. Тот устроился на большом камне, закурил, затем достал из внутреннего кармана бумажник и начал пересчитывать деньги. Вот оно что! Не только верность своим убеждениям толкнула Сабота на действия в поддержку «рыцарей» и южан в целом. Трэвис тоже был верен Югу и как мог, помогал южанам. Но вряд ли он пошел бы ради этого на воровство, саботаж и убийства. Очевидно, «рыцари» не столь щепетильны. Этого и следовало ожидать. В конце концов, его отец тоже состоял в Ордене рыцарей и, возможно, погиб из-за этого. Трэвис помрачнел.

Внезапно Сабот поднялся, отбросил сигару и спрятал деньги.

Трэвис напрягся всем телом. Начальник смены направился в сторону рудника Чолар. Джон Сабот, хотел он этого или нет, должен посвятить Трэвиса в суть происходящего. Но сначала Трэвис решил убедиться, что их осталось только двое, чтобы случайно не попасть в засаду.

Он присел на корточки и осторожно прокрался вслед за Саботом. Только через полсотни метров у Трэвиса появилась уверенность, что они остались одни. Он ускорил шаги, догнал Сабота и, наконец, выпрямился, упираясь ему в спину дулом пистолета.

– Не торопись, Джон. – В его голосе слышалась угроза. – Нам надо поговорить по душам.

Сабот поднял руки вверх.

– Я никому не сделал зла. Можешь забрать деньги, но не трогай меня.

– Это не входит в мои планы, – ответил Трэвис. – Деньги мне не нужны. Повернись.

Сабот обернулся, не опуская рук.

– Опусти руки, – проворчал Трэвис, однако, не убирая своего пистолета. – Что тут происходит, Сабот? – гневно спросил он.

– Что происходит? Я не понимаю, о чем вы? Я остановился в ущелье покурить по пути на работу…

– Ты прекрасно знаешь, что я имею в виду, Сабот!

– Я…

– Твои люди завели в каньон повозки с рудой и там перегрузили ее на мулов, чтобы вывезти из городка. Я хочу знать организаторов и конечную цель этого мероприятия.

Сабот продолжал упорствовать.

– Не знаю, о чем речь, Брэгит. Я только остановился покурить…

– Или правда, или дырка в брюхе, – прорычал Трэвис, приставляя дуло пистолета к животу Сабота.

– Ты не посмеешь.

Трэвис улыбнулся холодной улыбкой садиста, чтобы у Сабота не осталось никаких сомнений. Для пущей убедительности он добавил:

– У меня есть пять свидетелей: два бармена, менеджер и две официантки. Все они подтвердят, что я сегодня никуда не отлучался из «Маунтин Квин». Итак, Сабот, для меня нет препятствий.

Сабот сразу же стал белее мела, у него задрожали руки и ноги.

– Хорошо, я скажу. У меня работают люди, которые занимаются перегрузкой руды.

– По чьему приказу?

Он пожал плечами.

– Не знаю.

У Трэвиса потемнело в глазах.

– Что ты хочешь этим сказать? Ясно, что ты выполнял чужой приказ, потому что у тебя самого вряд ли хватило бы мозгов на такое. Говори! – Трэвис еще сильнее ткнул его дулом под ребра.

– Это приказ певички, которая выступает в «Маунтин Квин».

– Жоржетта Линдсей? Ты лжешь.

– Сущая правда. Это именно она.

Трэвис покачал головой.

– Она передавала тебе деньги, но приказы исходили от кого-то еще? От кого именно? Кто дал тебе указания?

– Это она, Брэгит. Я клянусь. Она передавала деньги и приказы.

– Каким образом?

– Вместе с деньгами в конверте была записка. В ней мне приказывалось отыскать надежных людей и привести сюда повозки с рудой. А здесь меня уже ждали. Вот и все. Только нанять людей и доставить сюда повозки.

– И сколько ты за это получил? – злобно спросил Трэвис. – Кто предложил тебе начальную цену?

– Не знаю.

– Ты догадывался о том, кто тебя нанял? – Трэвис прижал дуло пистолета к его животу.

– Нет. Все было сказано в записке. Клянусь! – визжал Сабот. – Ее подсунули под подушку в моей комнате в отеле. На ней стояла печать Ордена рыцарей «Золотого Круга». Мне предлагалось неплохо заработать и помочь южанам. От меня требовалось лишь явиться в указанное место. Вот и все. – Он пожал плечами.

– И что дальше?

– Я отправился, куда мне было сказано. Появилась Жоржетта Линдсей и передала мне конверт.

– И… – торопил его Трэвис.

– Я попытался узнать у нее, как я должен отработать свои деньги, но она лишь посоветовала мне прочитать записку, вложенную в конверт.

– Что там было сказано?

– Что я должен привести в ущелье две груженых рудой повозки. И чтобы я не совал нос в дальнейший ход событий.

– А твои помощники?

Сабот пожал плечами.

– Я нанял их, как мне и приказали. Но я ничего не знаю о тех, кто пригнал сюда мулов. И никогда не видел их раньше. Возможно, они вообще не местные. Мне кажется, что их тоже наняла мисс Линдсей.

Трэвису захотелось придушить этого человека. Его наблюдения за Саботом оказались пустой тратой времени. Он не узнал ничего нового. Разве что за исключением того, что все пути вели к Сюзанне.

– Если я узнаю, что ты мне солгал, – предупредил его Трэвис, – то пущу тебе пулю в лоб.

Сабот кивнул.

– Я сказал правду, Брэгит. Эта певичка передала мне деньги и указания. А от кого они исходили, я не знаю. Может, от нее самой, хотя я не уверен.

– Надеюсь, что ты сказал правду. На твоем месте я не стал бы распространяться о нашем разговоре. Словно его и не было. Понял?

– Все понял.

– Когда предстоит следующая перегрузка руды.

– В следующую среду, не раньше.

– Откуда тебе известно?

– В записке были указаны числа.

– Отлично. Выполняй свои обязательства и забудь о нашем разговоре.

– Мне продолжать воровство на руднике?

– Да.

– Но…

– Без всяких «но», Сабот. Выполняй свои долг и держи язык за зубами, иначе этот разговор может стать последним в твоей жизни.

Трэвис спрятал пистолет и махнул Саботу рукой. Ему не пришлось долго уговаривать этого коротышку. Сабот исчез из виду в считанные секунды.

Трэвис медленно направился в город. Конечно, Сабот сильно испугался и поэтому со всем соглашался. Но полностью верить ему нельзя. Он мог в любой момент догнать Трэвиса и пустить ему пулю в спину.

Через пятнадцать минут Трэвис повернул в сторону Унион-стрит, где находился офис шерифа и городская тюрьма. Открыв дверь приемной, он увидел за столом помощника шерифа Лайма, полулежащего в кресле. Тот едва удостоил Трэвиса взглядом из-под полей своей изъеденной молью шляпы.

– Нужна моя помощь, Брэгит? – высокомерно спросил Лайм через некоторое время. Поскольку шериф не делал тайны из того, что недолюбливает Трэвиса, его помощник решил проводить ту же политику.

– Где Морроу? – спросил Трэвис.

– Спит в своем кабинете.

– Разбуди его.

Лайм покачал головой.

– Не могу. Шериф приказал не будить его, за исключением вопросов жизни и смерти.

– Я как раз по такому вопросу, – проворчал Трэвис. – Жизни и смерти.

Лайм удивленно посмотрел на Трэвиса.

– Чьей, интересно?

– Твоей, если не приведешь сюда Морроу, – пригрозил Трэвис. Он был не в настроении для шуток. В Вирджиния-Сити происходило неладное, и если вовремя не вмешаться, в беду попадет не только Сюзанна, но и сам Трэвис.

Лайм поднялся и направился в сторону кабинета шерифа.

Трэвис подошел к окну и выглянул на улицу. Похоже, он наконец догадался о причинах, по которым к нему приходил судья на протяжении последних нескольких месяцев. И потом предложил ему возглавить Орден рыцарей, заранее зная, что Трэвис не согласится на это. Все это было частью его плана по организации краж руды и поправке собственного финансового положения.

Теперь все становилось на свои места. Клэренс Лонше заключил с ним контракт на гастроли Жоржетты Линдсей в салуне Трэвиса. Обычно менеджеры не занимаются такими вещами. Ясно, что между Лонше, Морганом и судьей Терри существует какая-то связь. Все они были членами Ордена рыцарей, но это еще не все. Один из них, скорее всего, Терри, организовывал эти кражи, а двое других воплотили в жизнь его планы.

Трэвис выругался про себя, проклиная тот день, когда он решил стать членом Ордена рыцарей. Трэвис довольно быстро понял, что это было глупостью с его стороны, и прекратил посещать их собрания, но он уже числился в членах Ордена и имел все права. Некоторые до сих пор считают его «рыцарем», хотя другие, как, например, судья, пришли к выводу, что он предатель и ему нельзя доверять.

Наконец, появился шериф Морроу и пристально посмотрел на Трэвиса.

– В чем дело, Брэгит? Я не люблю, когда меня будят из-за пустяка.

– Как насчет организованных грабежей, шериф? Это достаточный повод, чтобы прервать ваш сон? – съехидничал Трэвис.

– Что за грабежи? Почему мы не знаем об этом? – Морроу схватился за кобуру, висевшую неподалеку.

– Только что были украдены два вагончика руды.

– Кто-нибудь пострадал?

– Никто. Можете повесить кобуру на место и расслабиться. Не надо никуда бежать. – Трэвис подвинул к себе стул и сел прямо перед Лаймом.

– Не понял, Брэгит. Что ты хочешь сказать? Снова советуешь, как мне работать?

Трэвис улыбнулся.

– Нет, шериф. Но я могу помочь найти преступников, если вы будете прислушиваться к моим советам.

– Где это случилось? Когда? – Морроу нацепил кобуру. – Почему я не в курсе? Кого ограбили?

– На руднике Чолар. Но они сами еще не знают об этом.

– Не знают? Что-то я не понимаю, Брэгит! Как ты можешь знать, что ограбили Чолар, если это неизвестно их начальству. Хотя… – выражение его лица стало подозрительным. – Может, это ваша работа?

Трэвис улыбнулся и покачал головой.

– Жаль разочаровывать вас, шериф. Знаю, что вы мечтаете посадить меня за решетку, а ключ забросить как можно дальше. Но преступник не я. А вот Джон Сабот, начальник ночной смены на руднике Чолар – один из них. Хэнсон Джоунс, начальник ночной смены на Сэвидж – тоже. Хотя их, наверняка, больше. Они воруют вагоны с рудой прямо во время работы и переправляют их в каньон за городом. Там их уже поджидают люди.

Часть из них обеспечивают доставку мулов, на которых перегружают руду и вывозят из города, минуя посты. Затем пустые вагончики возвращаются на рудник. И никто ничего не знает. Конечно, за исключением участников ограбления.

– Начальники ночных смен? Не считай меня за дурака, Брэгит, – усмехнулся шериф. – Ты думаешь, я поверю этому?

– Мне самому не верилось, шериф, – продолжил Трэвис. – Но если вы не проведете расследование, а преступников в конце концов найдут, окажется, что я вас предупреждал, а вы… – он пожал плечами, предоставив Морроу возможность подумать.

– Хорошо. Но вдруг окажется, что за всеми этими грабежами стоите вы, мистер Брэгит? Откуда вы знаете в мелочах, как все происходит? – шериф хитро улыбнулся. – Может быть, Сабот ваш сообщник, и вы не поделили доходы. Я угадал, Брэгит? И вы хотите свалить всю вину на него.

– Можно подумать и так, шериф. Но это неправда. А поскольку близится время очередных выборов шерифа, мне кажется глупым отказываться от возможности заработать несколько тысяч лишних голосов. Разве не так?

– Допустим, так. И что?

– У вас нет никаких улик против Сабота или Джоунса. Я видел, как Сабот выполнял эту грязную работу и получал деньги, а вы нет. Нужно организовать облаву, и мы поймаем их на месте преступления.

– Кто они такие?

– Не знаю, поэтому и прошу вас о помощи.

Шериф долго и внимательно смотрел на Трэвиса. Наконец, он решился.

– Как я могу быть уверен, что вам можно доверять, мистер Брэгит?

– Мне незачем обманывать вас, шериф.

– Вы – один из «рыцарей».

– Я южанин, – уточнил Трэвис. – Но не все южане являются членами Ордена рыцарей.

– Возможно, – согласился Морроу. – Но вы долгое время были другом судьи Терри.

– Да, ну и что? – возразил Трэвис. – В этот список попадают также Джулия, Том Лаури, Боб Фермаунт и еще полгорода. Это не означает, что все мы – члены Ордена рыцарей.

– Хорошо. Пусть будет по-вашему. – Шериф сдвинул на затылок свою шляпу. – Кто, все-таки, заправляет всем этим? Кто отдает приказы?

– Мне кажется, что все это задумал сам судья. Хотя, вряд ли мы сможем когда-нибудь доказать это, поскольку Терри покинул город. Но я, похоже, знаю, кого он оставил себе на замену.

– Кого же?

– Клэренса Лонше, – ответил Трэвис.

– Это тот коротышка, который является менеджером твоей певчей птички?

Трэвис кивнул.

– А как же она сама? Тоже замешана в этом деле? – усмехнулся шериф, – чтобы соблазнять тех, кого не в силах уговорить сам Клэренс Лонше?

– Нет, – отрезал Трэвис. Морроу усмехнулся.

– Ты уверен в этом больше, чем следует, Брэгит.

ГЛАВА 23

Трэвис спрятался за одним из пустых вагончиков, стоявших по одну сторону от въезда на рудник Сэвидж. Похоже, его появление здесь осталось незамеченным. Трэвис натянул шляпу на глаза и, наверное, уже в десятый раз проверил, на месте ли его пистолет. Он ждал появления Хэнсона Джоунса, так как приближалось время, когда тот обычно выходил на ужин. Трэвис решил подкараулить его и обо всем расспросить.

Джоунс появился через полчаса. Он перекинулся парой слов с несколькими мужчинами, затем кивнул им и направился в сторону города. Трэвис последовал за ним, стараясь не быть замеченным. Однако его надежды на то, что Джоунс сразу же пойдет в ущелье, не оправдались.

Трэвис выругался про себя, когда объект его слежки вошел в ресторан Кабора. Что он собирается делать?

«Одно ясно, – подумал Трэвис. – Стоять и ждать Джоунса на таком холоде равносильно самоубийству».

Он перешел улицу и через минуту оказался внутри ресторана. В зале Трэвис выбрал столик, за которым уже сидели трое старателей. Он поздоровался и подозвал официантку.

– Чашечку кофе.

Через полчаса Хэнсон Джоунс, а за ним и Трэвис вышли из ресторана. Но и на этот раз начальник ночной смены не отправился в ущелье, как ожидал Трэвис. Стоя в тени забора на противоположной стороне улицы, Трэвис со злостью наблюдал, как Джоунс вошел в обшарпанный бордель на углу Ди-стрит и Вашингтон-стрит. Он не знал хозяйку заведения, но вряд ли состоявшие у нее на службе проститутки были довольны своей жизнью. Здание, казалось, готово развалиться с минуты на минуту. Половина стекол давно выбита, и внутри наверняка стоял жуткий холод.

Трэвис решил, что Хэнсон Джоунс просто сукин сын и жмот. Неплохо разбогатев на кражах с рудника, он, тем не менее, выбрал самый дешевый публичный дом в городе.

Внимание Трэвиса привлекла ужасная картина: у здания закачалась одна из стен. Очевидно, кровать – рабочее место шлюхи – стояла слишком близко к стене, а Хэнсон славился своим темпераментом. Трэвис улыбнулся, представив себе эту сцену.

Вскоре он вспомнил, что стоит на улице и рискует подхватить воспаление легких. Трэвис уже подумывал о том, что Джоунс решил провести с проституткой остаток вечернего перерыва. Но вдруг дверь заведения открылась, и появился объект его наблюдения, на ходу застегивающий штаны.

Джоунс направился назад в сторону Си-стрит. Трэвис – за ним. Постепенно они приближались к центру города. Шериф предложил Лайму проследить за Джоунсом, но Трэвис решил сделать это сам. Ведь Сюзанна вновь может связаться с Хэнсоном, и помощник шерифа станет свидетелем этого. Поэтому парень получил задание следить за Саботом. Трэвис решил, что если Сюзанна и встретится с кем-нибудь из этих двоих, то, скорее всего, это будет Джоунс. Он уже пожалел, что не взял с собой Морроу. Очевидно, на сегодня у Джоунса не запланировано никаких серьезных дел.

К его удивлению, Джоунс направился прямо в «Маунтин Квин».

– Проклятие, – выругался Трэвис. – Я целый вечер мерз, бегая за ним по всему городу, а он привел меня в мой собственный салун. – Проскользнув через дверь-вертушку, Трэвис подошел к стойке бара. – Джед, налей-ка мне стаканчик. Или лучше принеси всю бутылку.

– Что случилось, босс? – спросил Джед, обслуживая хозяина.

Трэвис опрокинул свой стаканчик и со стуком вернул его на стойку.

– Где Хэнк? – проворчал он.

Джед вновь наполнил стакан Трэвиса.

– Следит за игроком, прибывшим вчера вечером. Двое наших ребят постоянно проигрывали ему. Похоже, он классный шулер.

Трэвис взял со стойки свой стаканчик и подошел к Хэнку, который внимательно следил за карточной игрой.

– Жульничает? – негромко спросил Трэвис. Хэнк пожал плечами.

– Не пойман – не вор, босс. Но если он не подкладывает карты из собственной колоды, то ему крупно везет. За последний час он проиграл только один раз.

Трэвис выпил свое вино.

– Продолжай следить за ним, Хэнк. Мне здесь не нужны лишние неприятности. Прошлым вечером ребята наломали достаточно стульев и перебили немало посуды. А новые прибудут из Сан-Франциско не раньше, чем через неделю. Не говоря уже о зеркале.

– Вас понял, босс.

– Если он все-таки попадется, хорошенько поколотите его и тащите в тюрьму.

Хэнк кивнул.

– Есть новости, босс?

Трэвис указал в сторону Хэнсона Джоунса, который сидел за соседним игровым столом. Еще дальше сидел шериф Морроу. Они договорились, что шериф будет следить за Беном Морганом, а его помощник – за Клэренсом Лонше. Трэвис подошел поближе.

– Что-нибудь заметили? – обратился он к шерифу.

Тот взглянул на него с явным недоверием.

– Мы договорились, Брэгит, что пока я здесь, вы не станете вмешиваться.

Трэвис вздохнул. Между ним и Морроу не было ни доверия, ни симпатии. Каждый из них думал только о себе.

– А где Лонше?

– За ним следит Лайм. Они вышли отсюда несколько минут назад.

Трэвис кивнул и вернулся к стойке бара. Вскоре на сцене появилась Сюзанна. Трэвис внимательно наблюдал за ней. Во что она ввязалась? И зачем, черт побери?

Вечер продолжался. Трэвису показалось странным, что вместо того, чтобы вернуться на рудник, Хэнсон Джоунс остался в салуне. Он громко приветствовал выступление Сюзанны, много пил и делал большие ставки. В общем Джоунс старался привлечь к себе внимание всех присутствующих.

Около двух часов ночи Трэвис прекратил наблюдение.

– На сегодня все, Джед. Думаю, больше ничего не произойдет. Джоунс неплохо повеселился. Скажи Хэнку, пусть закрывает салун.

– Вы уверены, босс? – спросил Джед, кивая в сторону Хэнсона Джоунса.

Тот в конце концов поднялся и направился к выходу.

– Черт побери, – проворчал Трэвис, хватая со стойки свою шляпу. Непринужденной походкой он проследовал за Джоунсом, направлявшимся в сторону рудников. Через несколько минут они достигли Вашингтон-стрит. Трэвис задумался. Неужели Джоунс всерьез собирается вернуться на работу? Ведь он пьян как сапожник.

Внезапно Джоунс выпрямился, и его шатающейся походки как ни бывало.

– Что за черт? – пробормотал Трэвис себе под нос. – Зачем он разыгрывает из себя пьяного?

Вместо того чтобы вернуться на рудник, Джоунс продолжал двигаться по направлению из города и у самого поворота к Золотым Воротам вдруг исчез в небольшом каньоне.

У входа в ущелье Трэвис остановился. Было темно, и лишь вдалеке виднелся какой-то огонек. Трэвис надеялся, что Джоунс не заметил его. Он еще раз проверил, на месте ли его пистолет, и отправился вслед за Джоунсом. Вскоре стали слышны мужские голоса и ржание лошадей. Осторожно пробравшись ближе, Трэвис увидел то, что его интересовало: пятеро мужчин перегружали слитки из вагончиков в кожаные мешки на спинах мулов.

Сабот, очевидно, отработал свое в прошлый раз. Теперь была очередь Джоунса. Он решил перекурить, достал из кармана сигару и присел на корточки возле масляной лампы.

– Не торопишься на рудник? – спросил Трэвис. – Ведь там твоя смена.

Джоунс резко обернулся.

– Ты напугал меня до смерти, Трэвис.

Трэвис достал спички и протянул Джоунсу.

– Мне совсем не хочется видеть твой труп.

Тот глубоко затянулся.

– Теперь, Джоунс, когда ты успокоился, давай поговорим.

– О чем? – проворчал Джоунс, подозрительно глядя на Трэвиса.

Трэвис улыбнулся.

– Об этих вагончиках, которые только что разгружали твои люди, о мулах, которые должны перевезти руду к… – Он пожал плечами. – Куда они должны ее доставить?

– Не пойму, о чем речь.

– В самом деле? Значит, мне показалось.

Джоунс глубоко затянулся и медленно выпустил дым.

– Значит, так.

Трэвис кивнул. Вдруг он быстрым движением схватил собеседника за воротник и рывком поставил его на колени. Сигара упала на землю.

– У меня не бывает галлюцинаций, Джоунс, – отрезал Трэвис. – Я видел тебя и твоих людей, ворующих руду. Объясни мне, что происходит. Кто стоит за всем этим? Иначе мне придется отвести тебя к шерифу. А ты знаешь, как он умеет выколачивать признания.

– Руда идет на пользу Ордену рыцарей, Брэгит. Ты сам должен знать, – усмехнулся Джоунс. – Это все, что я могу сказать.

– Кто стоит за всем этим? Терри?

– Не знаю.

Трэвис почувствовал, что сейчас услышит повторение рассказа Сабота слово в слово.

– Что это означает, черт побери?

– Только то, что я сказал. Я не знаю. Я получал приказы через эту даму, которая поет в «Маунтин Квин». Значит, за всем этим стоит она.

Трэвис отпустил его, и Джоунс принялся искать в траве свою сигару.

– Значит, приказы тебе передавала Жоржетта Линдсей?

– Я же уже сказал тебе…

– И деньги?

– Да.

– Но кто заключил с тобой предварительное соглашение об этом деле? – настаивал Трэвис.

– Не знаю. Я нашел записку в своей постели. Мне предлагалось заработать и помочь южанам. Я должен был явиться в полночь к церкви Святого Павла. Меня это заинтересовало, и я пришел.

– И встретился там с Жоржеттой Линдсей? – спросил Трэвис, хотя уже знал ответ на этот вопрос. Но ему хотелось услышать, что скажет Джоунс.

– Да.

– А кто нанял грузчиков?

– Я.

– А погонщиков с мулами?

– Не знаю.

– Ты знаешь очень мало, Джоунс.

– А ты как раз наоборот, Брэгит. Если это не твоих рук дело, то ты суешь нос туда, куда не следует. В таком случае, считай себя мертвецом.

– Не совсем так. – Трэвису пришла в голову неплохая идея. – Послушай, Джоунс. Я бригадный генерал в Ордене рыцарей. Ты – рядовой член и, надеюсь, понимаешь, кто из нас главнее.

– Бригадный генерал? – Джоунс удивленно уставился на Трэвиса. – Неужели?

– Да.

– Это меняет дело. – Да.

– Но я считал, что руководитель «рыцарей» Терри.

– Он был им. Но теперь все по-другому.

– Почему?

– Джоунс, у меня нет времени на объяснения. Хочешь сотрудничать со мной? Или мне объявить всем, что тебе больше не стоит доверять?

– Конечно, я согласен. Я должен подчиниться. Я… – Он скептически усмехнулся. – Но если ты такой начальник, почему ты задаешь подобные вопросы? Почему ты не в курсе того, что здесь происходит? И кто отдавал приказы?

– Потому что кое-кто из членов Ордена использует его для собственной наживы.

– Кто, например?

– Тебе это не обязательно знать, Джоунс. – Трэвис поднялся и поправил кобуру, демонстрируя этим жестом свою принадлежность к верховной власти.

Джоунс также поднялся. Его взгляд перебегал с лица Трэвиса на его кобуру и обратно.

– Мы наблюдаем за Жоржеттой Линдсей.

– Я тоже.

– Сомневаюсь, что ради одного и того же.

Джоунс мгновенно стал серьезным.

– Мы считаем, что мисс Линдсей, Клэренс Лонше и судья Терри – члены Ордена рыцарей. Но, похоже, та руда, которую при твоем участии воруют у компании Сэвидж, не доходит до места назначения, и деньги за нее оседают в их карманах.

– Паршивые предатели, – проворчал Джоунс.

– Именно так, – согласился Трэвис. – Хотя мы полагаем, что мисс Линдсей заставили участвовать в этом деле. Но в любом случае, мне нужна твоя помощь, чтобы разобраться во всем.

– Считай, что мое согласие у тебя в кармане, – ответил Джоунс. – Вообще-то, я родом из Виргинии, и горжусь этим.

– Рад слышать, Джоунс, – небрежно бросил Трэвис. Он надвинул на лоб шляпу и перешел на шепот: – Вот о чем я хочу тебя попросить…

ГЛАВА 24

Вечером следующего дня Сюзанна подошла к Трэвису сразу же после своего первого выхода на сцену. Лонше и Морган сидели за столиком неподалеку, поэтому Трэвис не удивился такому ее жесту.

– Угостишь меня выпивкой? – игриво спросила Сюзанна, прижимаясь к нему.

– Ты ведь не пьешь, – улыбнулся Трэвис.

– Тогда угости содовой.

Трэвис приказал Джеду принести Сюзанне все, что она пожелает. Затем он спросил:

– Когда Лонше отправится восвояси, я сразу же стану тебе не нужен, Сюзанна?

Сюзанна вздрогнула от его вопроса, но быстро взяла себя в руки и улыбнулась.

– О чем ты говоришь, Трэвис? Мне всегда приятно в твоем обществе.

– Понимаю.

Она рассмеялась и положила ладонь на его руку.

– Ты всегда говоришь одно и то же, Трэвис.

Трэвис оглянулся, чтобы убедиться, что никто не услышит его слов, затем осторожно убрал свою руку. Прикосновение Сюзанны вызвало у него острый приступ желания, которое только мешало ему. Он должен сохранять холодность рассудка.

Прежде всего, надо выяснить, что здесь происходит и какое отношение ко всему этому имеет Сюзанна. Если она знает, что делает, то Трэвису, скорее всего, не удастся помочь ей. Но, возможно, ее просто шантажируют, и Сюзанна вынуждена подчиниться.

– Сюзанна, хватит притворяться. Я не знаю, какова твоя роль во всей этой истории, но мне известно, что здесь замешан Орден рыцарей, а это значит, что ты увязла по самую шею.

Она внимательно смотрела на Трэвиса и молчала. В ее мозгу лихорадочно смешались варианты ответов на его реплику. Сюзанну захлестнул поток вопросов. Если Трэвис знал о ее связях с «рыцарями», то до какой степени? Знал ли он о Брете? Ей ужасно захотелось спросить об этом, но все же Сюзанна сдержалась. Ей нельзя рассказывать ему о своем брате. Она не имеет права. Если Сюзанна сделает это, а Трэвис все равно окажется не в состоянии помочь ей, Клэренс, в конце концов, узнает об этом, и Брету грозит серьезная опасность. Как, впрочем, и ей самой. И даже Трэвису.

– Итак, Сюзанна? – негромко повторил он. Сюзанна заметила, что за ней наблюдают Клэренс и Бен Морган, и натянуто улыбнулась.

– О чем ты, Трэвис? – с напускной бодростью спросила она. – Давай лучше потанцуем.

Трэвис легонько оттолкнул ее, но, заметив взгляд Лонше и страх в голосе Сюзанны, улыбнулся в ответ.

– Лучше не будем. Я бы с большим удовольствием обнял тебя. – Он опять стал внушать себе, что Сюзанна – всего лишь хорошенькая женщина, которую ему хотелось бы видеть в своей постели. Тем самым Трэвис снова пытался побороть охватившую его страсть.

Сюзанна нежно прижалась к нему.

– Мы неплохо смотримся вместе, тебе не кажется? – спросила она.

– Так же, как ты и Клэренс Лонше? – довольно громко заметил Трэвис.

Сюзанна напряглась, но осталась в его объятиях. Боковым зрением Трэвис заметил, как Клэренс поднялся из-за стола. Очевидно, он был доволен поведением Сюзанны. Вскоре Лонше покинул салун.

Как только он исчез, Сюзанна сразу же вырвалась из объятий Трэвиса. Ее страстный взгляд сменился холодным безразличием.

– Мне пора переодеться и отдохнуть перед следующим выходом.

Трэвис коснулся ее руки. Сюзанна на мгновение задержалась и посмотрела на него.

– Сюзанна, что случилось? У тебя неприятности? – почти шепотом спросил он. – Расскажи мне. Я попытаюсь тебе помочь.

В ее взгляде промелькнуло удивление. Сюзанна улыбнулась.

– У меня все в порядке, Трэвис. Это правда. – Она направилась в сбою уборную.

Когда Сюзанна ушла, Трэвис с облегчением вздохнул. Его терпение было уже на грани. На протяжении всего их разговора его взгляд время от времени останавливался на глубоком вырезе ее платья. Больше всего на свете Трэвису хотелось обнять Сюзанну, поцеловать ее и забыть о своих проблемах.

Перед тем, как исчезнуть за дверью артистической уборной, Сюзанна остановилась и оглянулась. Заметив, что за ней следит Бен Морган, она повернулась и послала Трэвису воздушный поцелуй.

Тот улыбнулся ей в ответ, увидев в зеркале отражение наблюдающего за Сюзанной Моргана. Очевидно, он занял место Лонше.

Следующие пятнадцать минут Трэвис наблюдал за выступлением Сюзанны на сцене. А в это время Хэнк следил за Хэнсоном Джоунсом, а помощник шерифа – за Джоном Саботом. Трэвис не сомневался, что Клэренс отправился в один из публичных домов на Ди-стрит, где, по словам Джулии, толстяк проводил почти все ночи. Об этом ей поведали ее подружки-проститутки.

Бен Морган сидел за своим столиком в салуне «Маунтин Квин».

Трэвис повернулся к стойке бара и подал знак Джеду. Бармен закончил обслуживать одного из игроков и подошел к хозяину, держа в руке бутылку любимого вина Трэвиса.

– Что случилось, босс?

– Ничего. Сегодняшнее выступление мисс Линдсей почти закончилось, Джед. Я поднимусь наверх, а когда она будет выходить, скажи ей, что я хотел бы проводить ее до отеля.

– Конечно, босс.

Трэвис прошел через зал и поднялся в свою комнату. Там он снял со стены кобуру и прикрепил ее к поясному ремню. Затем он намочил край полотенца водой из кувшина и приложил его ко лбу, ощутив приятную прохладу. Трэвис пригладил волосы, надел шляпу, вышел на балкон и закрыл за собой дверь.

* * *

Бен Морган заметил Сюзанну, которая направлялась к выходу. На пару минут она задержалась у стойки бара, что-то сказала бармену и отрицательно покачала головой. Еще через минуту Сюзанна исчезла в дверях салуна.

Морган внимательно наблюдал за ней. Он хотел ее все больше и больше. Ему надоели шлюхи, которыми был переполнен этот забытый богом город. Во всяком случае, в Сан-Франциско за эту же цену можно найти более умелую проститутку. Клэренс обещал, что Морган получит Сюзанну, когда их миссия закончится. Но ему надоело ждать. К тому же, он не очень-то доверял Лонше.

Морган допил виски и со стуком вернул стакан на стол.

– Какая гадость, – проворчал он. – И это лучшее, что есть в «Маунтин Квин». Такой дрянью не напьешься при всем желании. – Бен Морган поднялся из-за стола и, слегка пошатываясь, направился к выходу.

* * *

Ветер раздувал полы плаща Сюзанны. Она не надела капюшон, и продрогла сразу же, как вышла на улицу.

Вдруг ей показалось, что кто-то идет следом. Сюзанна оглянулась. Скорее всего, это Трэвис. Он хотел проводить ее до отеля. Очевидно, теперь Трэвис пытался догнать ее, разозлившись, что Сюзанна не дождалась его. Она прибавила шагу. Ей нельзя оставаться наедине с Трэвисом, хотя Сюзанне очень хотелось этого. Она должна выполнить свои обязательства, а ее чувства к Трэвису могут помешать ей.

Сюзанне нравилось заигрывать с Трэвисом, потому что она сама этого хотела. Но только заигрывать. Дальше этого она не пойдет. Она просто не выдержит. Выполняя приказ Клэренса, Сюзанна пыталась защитить себя и Брета, и ей нравилась, что Трэвис всегда рядом. Но не более того.

Сюзанна ускорила шаг. Прежде всего ей надо думать о брате. А информацию о нем ей может дать только Клэренс. Правда, он так и не рассказал Сюзанне о цели их появления в Вирджиния-Сити, но догадаться об этом было нетрудно. В любом случае, теперь уже ничего не поделаешь. Они всегда найдут повод, чтобы обвинить ее. Например, в подготовке ограбления и убийства. Пока Лонше не расскажет о Брете, ей надо оставаться на его стороне, а также попытаться по мере сил обезопасить Трэвиса.

Сюзанна остановилась на перекрестке Тейлор-стрит и Си-стрит. До нее доносилась музыка и голоса людей. Сюзанна оглянулась. Рядом находился театр.

Новый порыв ветра раздул полы ее плаща. Сюзанна почувствовала, как по ее телу пробежала дрожь. Она решила перейти на противоположную сторону улицы. Вдруг крепкая мужская рука схватила ее за плечо.

– Эй, детка, зачем бежать так быстро? – спросил Бен Морган.

Сюзанна попыталась вырваться.

– Отпусти меня, Морган!

Тот усмехнулся и наклонился к лицу Сюзанны, собираясь поцеловать ее. Женщину охватило отвращение. Она изо всех сил ударила Моргана каблуком по ноге.

Морган поморщился, но не отпустил ее.

– Успокойся, детка, – прорычал он. – Зачем щеголять перед мужчинами, показывая им лишь половину своих прелестей? Зачем разыгрывать передо мной святую невинность?

Сюзанна отчаянно сопротивлялась.

– Ничего ты не получишь, скотина. Отпусти. – На самом деле она сильно испугалась.

Морган усмехнулся, пытаясь поцеловать ее. Сюзанна ощутила резкий запах виски, и ее затошнило.

– Не брыкайся, красотка. Ты любезна со всеми, кроме меня. Приласкай меня, как того парня из салуна.

Сюзанна вздрогнула. Неужели Моргану известно о Трэвисе?

Она ощутила его губы на своей шее. Все ее попытки вырваться не приведут ни к чему. Морган намного сильнее Сюзанны. Поэтому она решила сделать вид, что уступила ему.

* * *

Трэвис спустился в зал как раз в тот момент, когда Сюзанна покидала салун. Его охватило разочарование от ее грубого отказа. Но уже через минуту оно сменилось тревогой за судьбу Сюзанны: явно подвыпивший Бен Морган поднялся из-за стола и устремился вслед за ней.

Трэвис решил пойти за ним. Он не знал, чего можно ожидать от Моргана. У стойки бара Трэвис остановился и подозвал Джеда.

– Я передал мисс Линдсей вашу просьбу, босс. Но она сморщила свой прелестный носик и заявила, что не нуждается в провожатых.

– Спасибо, Джед. Я скоро вернусь.

Бармен кивнул, и его лысина блеснула в лучах светильника, висевшего на стене. Трэвис выбежал на улицу, едва не столкнувшись с посетителями у входа. На улице было темно, и только свет из окон нескольких салунов освещал тротуар.

Трэвис подумал, что в такой темноте сложно заметить Сюзанну, одетую в темно-синий плащ.

Недалеко от входа в «Маунтин Квин» собралось несколько подвыпивших старателей. На противоположной стороне улицы появилась проститутка из салуна Мэгги. Она поприветствовала Трэвиса взмахом руки. Трэвис ответил ей тем же и направился к отелю «Унион Бель». Через некоторое время до него донеслись звуки борьбы и женские крики. Он узнал голос Сюзанны:

– Я не могу быть любезной с тобой, пока ты не ослабишь своих объятий, Бенни. Ты такой сильный.

Морган засмеялся и слегка ослабил объятия.

– А теперь поцелуй меня, красавица.

В этот момент из-за угла выглянул Трэвис. От неожиданности он едва не рассмеялся.

– Кое-что я тебе обещаю, – ответила Сюзанна, и в ее голосе внезапно появились злые нотки, – но это не поцелуй.

Перегруженный виски мозг Моргана соображал медленно. Сюзанна воспользовалась моментом и ударила его ногой в пах. Морган вскрикнул, едва не потеряв сознание от резкой боли. Перед его глазами поплыли белые и черные круги, и он сел на землю, едва не плача и бормоча проклятия в адрес Сюзанны.

– В следующий раз, мистер Морган, потрудитесь найти себе шлюху. Или женщину, которой интересно ваше общество. Но только не меня! – Сюзанна повернулась и направилась к отелю.

Трэвис улыбнулся, глядя ей вслед. Сюзанна Форто определенно знала, как ей защитить свою честь.

ГЛАВА 25

На следующее утро Трэвис решил навестить Сюзанну в отеле, но Мэвис Бил заявила, что мисс Линдсей уже ушла вместе со своей служанкой Эдди Хейс и обещала вернуться только вечером. О цели их прогулки Мэвис ничего не знала. Трэвис улыбнулся и поблагодарил ее, но про себя крепко выругался. Сюзанна заставляла его бегать за ней, как глупого мальчишку. Трэвиса волновала не только ее связь с Орденом рыцарей, но также и то, что скоро она покинет Вирджиния-Сити. При мысли об этом его охватывало ощущение пустоты.

«Все будет в порядке», – успокаивал он сам себя. Надо постараться забыть ее. Трэвис решил помочь Сюзанне выпутаться из этой истории с «рыцарями» и благополучно вернуться в Новый Орлеан. И все. С глаз долой – из сердца вон.

Завтра Сюзанна последний раз выйдет на сцену «Маунтин Квин». Если Лонше и Морган задумали что-то еще, то это должно произойти в ближайшее время. Если, конечно, они не отказались от своих планов. Но Трэвису это показалось маловероятным.

Сюзанна принимала участие в кражах с рудников, пусть даже в роли курьера. И Трэвис хотел поговорить с ней на эту тему до того, как это станет известно другим. Убийство Дункана Клайда значительно осложняло дело, и тут уже Сюзанне угрожала явная опасность.

Трэвис сжал кулаки. Эта женщина играла в серьезные игры, и он хотел знать, почему. Зачем ей понадобилось рисковать собственной жизнью? Почему отец разрешил ей заниматься этим грязным делом? И даже поощрял ее? Трэвис закурил, затем медленно выпустил дым и задумался.

Семь лет назад он не заметил в Сюзанне какого-либо стремления к независимости. Она была еще ребенком, во всем подчинявшимся отцу: без порывов и страстей. Вот почему Трэвис и бежал от Сюзанны, помимо того, что от него отказалась любимая женщина. И еще из-за собственного отца. Ему всегда хотелось вырваться из-под влияния Томаса Брэгита, державшего в страхе свою семью. Этот человек был способен скорее погубить собственных детей, чем дать им свободу. Трэвис понял это, когда его старший брат покинул родительский дом, и решил, что для того, чтобы выжить, он должен сделать то же самое.

Эти мысли навели Трэвиса на воспоминания об отце. В конце концов его убили, и сделал это кто-то из Ордена рыцарей. Трэвис не сомневался в этом. Но поскольку причиной убийства стали какие-то махинации и интриги Томаса Брэгита, Трэвиса это мало волновало. Его больше интересовало то, замешан ли в этом Клэренс Лонше. Такое предположение казалась Трэвису не лишенным оснований.

Он остановился перед входом в «Маунтин Квин» и огляделся. Время пересменки на рудниках давно закончилось, и вернувшиеся с ночной смены уже спали. По пути Трэвису попалось несколько продуктовых фургонов, и теперь их разгружали владельцы магазинов и ресторанов. Он достал из нагрудного кармана часы и щелчком открыл крышку. Девять часов утра. Куда могла отправиться Сюзанна в такую рань?

* * *

Из окна своего заведения, выходящего на улицу, Магнолия наблюдала за Трэвисом. В отличие от «Маунтин Квин», открытого круглые сутки, салун «Серебряная Леди» закрывался в четыре утра и начинал работу только после обеда. Мэгги заметила, как Трэвис посмотрел на часы. Она улыбнулась.

Уже больше года Трэвис принадлежал ей, и только ей. Он не обращал внимания на других женщин, даже на мисс Хай и Джулию Бульет. Магнолия просияла. Трэвис ценил ее больше, чем Джулию – королеву местных проституток. Правда, Мэгги до сих пор не могла понять, почему эту толстушку так любили мужчины. В ней не было ничего особенного. А Трэвис – настоящий красавец. Мэгги ощущала любовную тоску всякий раз, когда видела его. Особенно, когда солнце отражалось в его темных густых волосах. У Джулии нет на него никаких прав. Как и у этой певички Сюзанны Форто. После ее приезда в Вирджиния-Сити Трэвис внезапно потерял интерес к Магнолии.

Но через несколько дней Сюзанна перестанет мешать ей. Мэгги улыбнулась, предвкушая этот момент. Скоро Сюзанна Форто исчезнет из их жизни.

* * *

Пока Сюзанна примеряла шляпки, перчатки и вуали в магазине Сары Джанин, Эдди, под предлогом того, что заметила Хэнка и ей надо переговорить с ним, оставила ее одну. Если бы Сюзанна удосужилась выглянуть в окно, она сразу бы поняла, что Эдди врет. Но она не сделала этого, так как почти не обращала внимания на то, что ей говорила служанка.

Выйдя из магазина, где осталась Сюзанна, Эдди поспешила вниз по улице. Она направлялась на телеграф. Произошло слишком много событий, и ей понадобилась помощь. Эдди не могла следить за всеми одновременно. Она видела, как Сюзанна передавала записку Хэнсону Джоунсу с рудника Сэвидж. Также Эдди заметила и Трэвиса Брэгита, следившего за Сюзанной. В другой раз она передавала конверт Джону Саботу из компании Чолар, и снова за ней следил Трэвис, на этот раз одновременно с Клэренсом Лонше. У Эдди были собственные подозрения насчет Клэренса. Но что означало присутствие Трэвиса Брэгита? Возможно, он контролировал Сюзанну? Или следил за ней? А может, он тайный агент правительства? Если так, то почему это неизвестно ей?

И еще, прошлым вечером Эдди стала свидетельницей нападения Бена Моргана на Сюзанну. Но было ли это нападением в полном смысле этого слова? Или хитрой уловкой для передачи каких-нибудь бумаг? Или информации?

А еще Клэренс Лонше – этот дьявол в обличье человека. Эдди ни разу не видела, чтобы он сам совершал что-либо предосудительное, но не сомневалась, что этот тип стоит за многими темными делишками. Каким-то образом ему удается шантажировать Сюзанну и заставлять ее выполнять его приказы. То, как Лонше разговаривал с ней, скорее можно было назвать угрозами, чем дружеской беседой. К тому же, Клэренс стал завсегдатаем салуна Магнолии Рошел, правда, появлялся там очень поздно, часто перед самым закрытием. Эдди не находила в этом ничего подозрительного, так как все мужчины обожают шлюх. В «Серебряной Леди», пожалуй, только сама хозяйка не была проституткой. Эдди знала, что в Миссури за голову Магнолии Рошел назначена награда в две тысячи долларов. Ее обвиняли в спаивании свободных граждан и в продаже их в Миссисипи в качестве рабов.

Увидев вбежавшую в офис почтовой станции Эдди, Абрам Лайл оторвался от своего рабочего стола.

– Доброе утро. Мне нужно отправить телеграмму.

– Слушаюсь, мэм, – улыбнулся Лайл, подходя к аппарату. – Вы пришли по правильному адресу. – Он усмехнулся своей шутке и протянул Эдди листок бумаги и перо. – Пишите текст.

Эдди быстро набросала сообщение:

«ЛИНКОЛЬН ХЕЙС,

ФИЛАДЕЛЬФИЯ, ПЕНСИЛЬВАНИЯ.

ДОРОГОЙ ЛИНК, ВСКОРЕ ОЖИДАЕТСЯ. С СФ ВСЕ В ПОРЯДКЕ. ЕСТЬ ЧТО-НИБУДЬ О СЕМЕЙНОМ ЧЕЛОВЕКЕ? КАК ДЕЛА У ДЭВИДА? МНЕ ПОНАДОБИТСЯ КОМПАНИЯ. МОЖЕТЕ ПРИЕХАТЬ ПОБЫСТРЕЕ? ЭДДИ.»

Абрам удивленно переводил взгляд с листка бумаги на Эдди, и обратно. Ему еще не приходилось видеть такой странный текст.

– Коротко и со вкусом, не так ли?

Эдди не очень нравились его комментарии. Если бы она так не спешила, то лучше было бы дождаться ночи, проникнуть в контору и отправить телеграмму самой, без свидетелей.

– Это послание семье? Чтобы не волновались? – настаивал Лайл.

– Да, – мило улыбнулась Эдди. – Ведь идет война, и всюду творится что-то ужасное.

Абрам кивнул и улыбнулся в ответ. Эдди захотелось придушить его.

– Во время войны у людей часто бывает плохо с головой, и они начинают вытворять бог знает что…

– Мистер Лайл, не могли бы вы заняться своим делом. Я очень тороплюсь и надеюсь на немедленный ответ.

– Конечно, мэм. Но лично я не уверен, что ответ придет быстро. Сначала мое сообщение должны принять на другом конце. Это займет некоторое время. Затем…

– На другом конце меня должен ждать мой брат, – прервала его Эдди. Она заранее придумала объяснение столь быстрому ответу на ее послание. Ведь оно направлялось прямо к ее руководству. – Так что я подожду ответа здесь, если вы не против.

Абрам кивнул и начал отбивать телеграмму. Ответ последовал через пару минут. Эдди затаила дыхание. Интересно, почувствовал ли Абрам неладное? Он протянул ей листок бумаги.

– Надеюсь, с вашей семьей все в порядке? Кто-то собирается навестить вас в Вирджиния-Сити.

Эдди быстро пробежала глазами текст.

«ДОРОГАЯ ЭДДИ. СЕМЕЙНЫЕ ДЕЛА В ПОРЯДКЕ, ПРАВДА, ЕСТЬ КОЕ-КАКИЕ ОСЛОЖНЕНИЯ. ДЭВИД ОТПРАВИЛСЯ НА ЮГ И ОБОСНОВАЛСЯ ТАМ. ТВОЙ БРАТ ПРИБУДЕТ В ВИРДЖИНИЯ-СИТИ ЗАВТРА С ПОЧТОВОЙ КАРЕТОЙ ИЗ САН-ФРАНЦИСКО. ЖЕЛАЮ УДАЧИ. ЛИНК.»

Эдди облегченно вздохнула. Убийство Дункана Клайда едва не вызвало у нее нервный шок. А связь Сюзанны с Клэренсом, Беном Морганом и двумя начальниками ночных смен с рудников огорчила ее еще больше. Эдди не сомневалась, что Сюзанна оказалась втянутой в это дело вследствие шантажа. Но у нее не было доказательств, а спросить об этом Сюзанну Эдди не могла из-за опасности собственного разоблачения.

Эдди вздохнула. Теперь она будет не одна. Завтра приедет другой агент. Эдди боялась, что ситуация выйдет из-под контроля, а ей одной не справиться. Шестое чувство подсказывало Эдди, что вот-вот должно случиться что-то важное.

Заплатив телеграфисту, Эдди поспешила назад в магазин. К ее радости Сюзанна все еще рассматривала шляпки, вуали и перчатки.

– А, это ты, Эдди, – воскликнула она. – Рада твоему возвращению. Помоги мне выбрать подходящую шляпку.

– Мне нравится вот эта. – Эдди указала на одну из витрин, где висела темно-синяя бархатная шляпка, украшенная белой шелковой лентой и перьями. – Этот цвет прекрасно сочетается с цветом вашим глаз.

– Ты так думаешь? – Сюзанна уже надела шляпку и повернулась к зеркалу. – Ты поговорила с Хэнком?

Эдди стало не по себе. Почему-то ей показалось, что Сюзанна знает об истинной причине ее отлучки.

* * *

Хэнк Дэвис появился из-за угла как раз в тот момент, когда Эдди вышла из дверей почтовой станции. Он хотел окликнуть ее, но любопытство взяло верх. Что она здесь делала? Хэнк нахмурился. У него не было повода подозревать ее в чем-либо, хотя Трэвис приказал следить за всеми, кто связан с Жоржеттой Линдсей. Хэнку очень не хотелось сомневаться в Эдди, потому что она ему нравилась.

Надвинув шляпу на лоб, Хэнк дождался, пока Эдди зайдет в магазин Сары Джанин, а затем поспешил на телеграф.

– Абрам, ты только что отправил сообщение, не так ли? – спросил он.

Тот удивился такому вопросу.

– Но ведь это моя работа!

– От Эдди Хейс? – не унимался Хэнк. – Да.

– Разреши мне взглянуть.

Абрам покачал головой.

– Не могу, Хэнк. Это против правил, ты же знаешь.

– Меня не волнуют эти правила, Абрам, – проворчал Хэнк. – Покажи мне это чертово послание.

Абрам снова покачал головой.

– Я ведь уже сказал, что это запрещено.

– Никто не узнает об этом. Для меня это вопрос жизни и смерти. Покажи.

– Жизни и смерти? – удивился Лайл. – В ее послании, на мой взгляд, нет ничего особенного. Но, может быть, это шифровка? – он достал листок с текстом и протянул его Хэнку.

Тот быстро просмотрел сообщение и спросил:

– Она дождалась ответа?

– Да. – Абрам порылся в бумагах и достал еще один листок. – Ответ поступил сразу же. Мисс Хейс договорилась со своим братом. Он ждал на другом конце и ответил немедленно.

Хэнк перечитал оба сообщения и сунул листки в карман.

– Эй, их нельзя брать с собой.

– Я верну, – пообещал Хэнк. – Попозже. – Он быстро вышел и направился в сторону «Маунтин Квин».

Трэвис помогал наводить порядок в салуне.

– Эй, босс, – позвал его Хэнк. – У меня есть для вас кое-что интересное.

Трэвис оставил свою работу и подошел к стойке бара, на которой Хэнк разложил обе бумажки.

– Я их позаимствовал у телеграфиста. Это телеграмма, составленная служанкой мисс Линдсей, и ответ на нее.

Трэвис прочитал оба сообщения и взглянул на Хэнка.

– Не уверен, что понял, о чем здесь говорится, Хэнк. Почему Эдди послала их в Пенсильванию, если ее дом в Виргинии?

Хэнк пожал плечами.

Трэвис перечитал обе телеграммы.

– О каком члене семьи идет речь? – пробормотал он, пытаясь понять смысл сообщения. – Дэвид отправился на юг. Завтра из Сан-Франциско прибудет брат. Чей брат? Разве у Эдди есть брат?

Хэнк снова пожал плечами.

– Если это так, то зачем она телеграфирует в Пенсильванию и спрашивает о собственном брате, который, судя по тексту, находится в Сан-Франциско?

– Я попытаюсь расспросить Эдди об ее семье, босс.

– Да, ты ведь встречаешься с ней.

Хэнк кивнул.

– Что-то вроде этого.

– Тогда в связи с чем ей понадобилась помощь?

– Не знаю, босс.

– Постарайся разузнать об Эдди как можно больше. Если сможешь, обыщи ее комнату в отеле, желательно в ее отсутствие. – Трэвис улыбнулся. – Поройся в ее вещах. Может, нам удастся узнать, что замышляет мисс Эдди Хейс.

ГЛАВА 26

В тот вечер, пока Сюзанна выступала на сцене, а Хэнк и Эдди ужинали в ресторане Кабора, Трэвис дождался появления Лонше и Моргана и сразу же подошел к их столику. Он приказал Джеду ни под каким предлогом не позволять Сюзанне покидать салун до тех пор, пока Трэвис не переговорит с ней. Даже если для этого ее придется связать. Кроме того, Трэвис не знал, как отреагируют Клэренс и Бен Морган на его предложение. Если эти двое станут подозревать Трэвиса, Сюзанне грозит серьезная опасность.

Трэвис несколько раз перевел взгляд с Лонше на Моргана, удивляясь, как они не похожи друг на друга. Это касалось и внешнего облика, и одежды. Коротышка и толстяк, Лонше одевался безукоризненно, у лучших портных, а одежда Моргана выглядела так, словно он спал в ней, не раздеваясь, всю последнюю неделю.

– Не возражаете, если я присоединюсь к вам, джентльмены? – обратился к ним Трэвис.

Те удивленно посмотрели на него, затем обменялись взглядами и сразу же, словно по команде, улыбнулись.

– Нисколько, Брэгит, – с излишней любезностью ответил Морган. – Присаживайся и выпей с нами. – Он подал официантке знак принести стаканчик для Трэвиса. – Мне следовало давно пригласить вас посидеть с нами. Ведь все это время я нещадно эксплуатировал ваш столик.

Трэвис взглянул на Лонше.

– Не возражаете?

– Конечно, нет. – Клэренс снял очки и протер линзы носовым платком. – Я подумал, что вы ждете… мисс Линдсей. – Он посмотрел в сторону Сюзанны, которая в этот момент спустилась со сцены и остановилась перед столиком какого-то старателя. – Приятная девушка. Просто красавица. – Клэренс взглянул на Трэвиса. – Я знаю, что мои слова могут вам не понравиться, мистер Брэгит, но я уверен, что Сюзанна неравнодушна к вам. – Он усмехнулся. – Так что у вас есть все шансы.

– Мне всегда нравились красивые женщины, мистер Лонше, и Сюзанна не исключение. – Трэвис посмотрел в ее сторону и улыбнулся. – Но я хочу поговорить не о мисс Линдсей. – Он снова взглянул на Сюзанну. Ее ярко-красное платье эффектно смотрелось в лучах светильников. Трэвис вновь ощутил острый приступ желания. – У меня к вам деловое предложение, джентльмены. Думаю, это должно вас заинтересовать.

Лонше и Морган молчали, но слова «деловое предложение» сразу же привлекли их внимание. Трэвис откинулся на спинку стула и налил себе виски. Отхлебнув немного, он поморщился. Ему никогда не нравился этот напиток.

– Морган, – едва слышно начал он тоном заговорщика. – После нашего недавнего разговора я считаю, что между нами не должно быть неясностей и недомолвок. Я знаю, что вы – член Ордена рыцарей, и вы знаете, что я тоже.

Морган кивнул и отхлебнул из своего стакана. Клэренс удивленно посмотрел на него.

– Зачем вы признались в этом, Бен? – в его голосе прозвучали нотки упрека. Так взрослые разговаривают с нашалившим ребенком. – Признались сами? – его лицо стало похоже на зрелый помидор, готовый треснуть, – что вы – член Ордена?

– А что тут такого? – огрызнулся Морган. – Я подумал, что хватит ходить вокруг да около.

– Дураки! – выругался Лонше. – Здесь собрались одни дураки, а вы, мой друг, – он указал пальцем на Моргана, – их предводитель. – Клэренс покачал головой и отвернулся. – Идиоты! – его лицо исказила ярость.

Трэвис с удивлением смотрел на Клэренса.

– Лонше, до этого я не был уверен в своем предположении, но теперь убедился, что вы тоже являетесь членом Ордена рыцарей, а значит, вам можно доверять.

Клэренс взглянул на него, не зная, что ответить.

– Не волнуйтесь, Лонше, – продолжил Трэвис и как бы невзначай заметил, – я хотел бы перейти прямо к делу, но, – он пожал плечами, – если вы мне не доверяете… – он снова посмотрел на Клэренса и медленно произнес тайный девиз Ордена рыцарей: – Закроем… двери… перед… тиранией… Союза. – На последних словах Лонше и Морган подхватили фразу. Трэвис улыбнулся и протянул руку Клэренсу. – Думаю, теперь мы будем доверять друг другу.

Клэренс кивнул и ответил рукопожатием.

– А вы, Бен? – Трэвис повернулся к Моргану, – что скажете?

– Судья Терри высоко ценил вас, Брэгит. Поэтому я не сомневаюсь, что вам можно доверять. Забудем о мелочах.

Трэвис понимающе взглянул на Моргана. Если бы судья действительно так отозвался о нем, то, наверное, мир перевернулся бы. Ясно, что Морган лжет. Судья сказал с точностью до наоборот или же вообще промолчал, а все это выдумали сами Лонше и Морган.

– Итак, мистер Брэгит? – начал Клэренс, – в чем суть вашего делового предложения?

– Сейчас объясню, Лонше. Мне известно, что вы задумали. – Трэвис был совершенно спокоен, уверен в себе и ждал ответной реакции.

На какую-то долю секунды у его собеседников вытянулись лица. Они определенно старались не смотреть друг на друга. Лонше снова начал протирать свои очки, а Морган сделал очередной глоток виски. Трэвис едва не рассмеялся. Ему потребовалось немало усилий воли, чтобы сохранять серьезное выражение лица.

– Что вы сказали? – наконец, отреагировал Клэренс. – Вы знаете о наших планах? Что именно вам известно?

– Вы организуете кражи золота и серебра с рудников и переправляете его на юг, Лонше. Ради высоких идеалов вы подкупили начальников ночных смен на рудниках Чолар и Сэвидж, а также нескольких человек для перегрузки руды и ее последующей перевозки через горы. Вероятно, в Калифорнию. На мулах или водным путем. Я прав? – он дружелюбно улыбнулся.

– Предположим, да, – тихо ответил Клэренс. Он водрузил на место очки и посмотрел на Трэвиса через толстые стекла. – И что дальше?

– Ничего. Я только хотел, чтобы вы признали мою правоту, – улыбнулся Трэвис. – Я бы мог сопроводить вас обоих к шерифу, который будет рад узнать о ваших планах, включая совершенное вами убийство и несколько ограблений. Думаю, в Вирджиния-Сити найдется немало желающих набросить петли на ваши шеи. Особенно среди тех, кто дружил с беднягой Клайдом. Дураку ясно, что он не самоубийца. Думаю также, что шериф приложит немало усилий, чтобы не дать свершиться самосуду, но все его попытки потерпят неудачу.

Клэренс облизал пересохшие губы и коснулся своего шелкового галстука.

– Но я не стану делать этого, – продолжил Трэвис. – Я даже могу предложить вам обоим верный способ разбогатеть, – он заметил блеск в их глазах. – Без риска, на который вам приходится идти сейчас, – добавил Трэвис.

Лонше и Морган выпрямились и уставились на Трэвиса.

– Разбогатеть? – переспросил Морган.

– Каким образом? – поинтересовался Лонше. Трэвис поднял руку.

– Вы согласны?

– Зачем мы вам понадобились в этом деле? – ответил Клэренс вопросом на вопрос. – Почему бы вам не привлечь кого-нибудь из своих друзей?

Трэвис хитро улыбнулся.

– Прежде всего, Лонше, умный организатор не станет вовлекать в дело своих друзей. Если все провалится, намного легче убрать врага, чем друга.

Клэренс вздрогнул.

– Кроме того, – продолжил Трэвис, – члены Ордена рыцарей верны идеям конфедератов. Если серебро уходит с рудников, они захотят узнать, на какие цели. А я хочу, чтобы все осталось в тайне. Я устал от жизни в этих горах, и не прочь разбогатеть. Понятно? Есть и еще одна причина, по которой нам стоило бы объединить наши усилия.

– И что же это за причина? – спросил Морган.

– Я полагаю, что поскольку вы до сих пор в городе, значит у вас здесь дела. Возможно, вы задумали еще одну кражу руды.

Лонше и Морган переглянулись.

– Если это так, то у вас будут проблемы.

– Какие именно?

– Если вы наметили кражу на завтрашнюю ночь, вы вмешиваетесь в мои планы, а меня это не устраивает. Поэтому, возможно, мне придется убрать вас.

– Мы больше не планируем ничего такого, – ответил Морган.

Клэренс добавил:

– Мы вообще не имеем никакого отношения к этим грабежам, – он огляделся, чтобы убедиться, что их не подслушивают.

– Конечно, – подыграл ему Трэвис. – Итак, вы согласны?

– Как мы можем быть уверены, что это не ловушка, Брэгит? – спросил Клэренс. – Вдруг вы окажетесь на стороне правительства?

Морган кивнул.

– Я всегда гордился тем, что я южанин, – ответил Трэвис, – и горжусь до сих пор. В любом случае, Лонше, разве «рыцари» не должны доверять друг другу?

Клэренс едва заметно поморщился.

– Хорошо, – вмешался Морган. – Мы верим вам, мистер Брэгит. В чем суть вашего плана?

– Компания «Гоулд и Карри» завтра ночью организует отправку груза в адрес правительства северян, и он должен пройти через Дьявольские Ворота.

– Вот сукины дети, – пробормотал Клэренс.

– А члены Ордена рыцарей в Вирджиния-Сити собираются ограбить караван и переправить его груз конфедератам. В этой операции участвуют всего несколько человек.

– И каким образом мы сможем на этом заработать? – поинтересовался Морган.

– Я буду руководить ими, – неторопливо уточнил Трэвис. – Вагончики с рудой ограбят, и их содержимое отправят в другое место. Точно так же, как и в вашем случае. – Он усмехнулся. – Нам понравилась ваша идея. Потом мы перевезем руду, но лишь половина ее отправится по назначению. Все МОИ люди вернутся в город, и деньги за другую половину мы разделим между собой.

– И сколько мы получим? – спросил Морган. – На каждого?

Трэвис пожал плечами.

– Около миллиона долларов на брата, может, чуть больше.

– Но почему именно мы? – настаивал Клэренс. Его маленькие глазки-бусинки сверлили Трэвиса сквозь стекла очков.

– Почему именно вы? – переспросил Трэвис.

– Да, почему? – не успокаивался Клэренс. – Зачем вам нужны мы, Брэгит? У вас ведь уже есть помощники?

Трэвис вздохнул, притворяясь, что его раздражает их непонятливость. Он взглянул на Сюзанну, которая к этому моменту уже вернулась на сцену, и обратился к Лонше:

– Должен вас поздравить, мистер Лонше. Я бы никогда раньше не поверил, что Сюзанна Форто в состоянии держать в напряжении целый зал мужчин. В те годы, когда я встречался с ней, в Сюзанне не было ничего особенного. – Трэвис улыбнулся. Пусть Лонше знает, что он не скрывает своих прошлых отношений с Сюзанной. Если Клэренс не дурак, он поймет, что Трэвис догадывается о том, что их приезд в город и выступления Сюзанны именно в «Маунтин Квин» не являются случайностью. – Но вернемся к делу, мистер Лонше. Через несколько дней вы покинете Вирджиния-Сити, и мне не придется волноваться за то, что я могу получить пулю в спину из-за того, что слишком много знаю.

– Но кто-нибудь из нас вполне может вернуться, – усмехнулся Клэренс.

– Конечно, – согласился Трэвис. – Если ему надоела жизнь.

Клэренс неодобрительно взглянул на Трэвиса.

– Итак, мы завершаем это дело и расходимся в разные стороны?

Трэвис кивнул.

– Тогда понятно.

– Вот и хорошо, – обрадовался Трэвис.

– Согласен, – произнес Морган. – Что теперь?

– Встретимся завтра вечером. – Трэвис встал из-за стола. Его стакан так и остался недопитым. – Ровно в полночь.

– Где? – спросил Клэренс.

– Здесь. В салуне.

Клэренс покачал головой.

– Лучше в универмаге Олмера, на южной окраине, – предложил он.

Трэвис пожал плечами. Для него не имело большого значения, где встречаться.

– Как хотите. – Он повернулся и направился к стойке бара.

Бен Морган налил себе еще стаканчик, а Клэренс встал и быстро вышел из салуна.

Трэвис взглянул на шерифа, который медленно поднялся из-за своего столика и проследовал за Лонше.

* * *

Трэвис вошел в сценическую уборную Сюзанны и сел на диван, обитый восточным шелком. До него доносился ее голос. Сюзанна уже заканчивала выступление, и Трэвис решил подождать ее здесь. Он вздохнул. Всю прошлую ночь Трэвис провел в мыслях о Сюзанне. Он был вынужден признаться себе, что думал о ней большую часть суток после того, как они побывали в одной постели. Нет, скорее после того, как Сюзанна спустилась по ступенькам почтового дилижанса. Трэвис уставился в потолок. Куда подевалось его хваленое самообладание? Сам не отдавая себе отчета в том, как это случилось, он влюбился в Сюзанну Форто, и это пугало его.

Трэвис не хотел этого. Он боялся глубоких чувств к женщине. Его всегда устраивали дружеские отношения. Не более. Однажды Трэвис уже обжегся на этом и не хотел новых разочарований. Для него любовь всегда означала взаимное доверие, но именно в этом ему отказала Элизабет, поверив глупым слухам. И Сюзанна, конечно, тоже не доверяла Трэвису. Ведь она не захотела рассказать ему, почему Лонше имеет на нее такое влияние. Конечно же, она не любит Трэвиса.

Но он не мог оставить Сюзанну одну. Лонше и Морган втянули ее в свои грязные делишки, и она была в опасности. Трэвису хотелось верить, что она лишь поддалась на шантаж. Но освобождает ли это ее от ответственности? А что, если Сюзанна сознательно пошла на это? Или даже стала одним из организаторов грабежей? Трэвису не хотелось верить в это, но необходимо учесть все возможности.

Он вздохнул. В последние несколько дней Трэвис старался не думать о Сюзанне. Ему надо разобраться с Лонше, Морганом и воровством руды. До сих пор город делился на две половины; одна из них, благодаря Чарльзу Меллрою, продолжала слепо верить в то, что Трэвис стал новым руководителем Ордена рыцарей. Но теперь эти слухи должны сыграть в его пользу. Трэвис хотел убедить еще нескольких парней помочь ему. И если они согласятся, его план сработает.

Сюзанна закончила свое выступление. Салун наполнился аплодисментами и одобрительными возгласами. Публика вызывала Сюзанну «на бис». Она вышла и запела «Желтую розу Техаса».

Трэвису показалось, что крыша «Маунтин Квин» вот-вот рухнет от небывалого шума. Мужчины топали ногами, подпевали изо всех сил и снова аплодировали Сюзанне. Трэвису еще не доводилось видеть подобного в своем салуне.

На этот раз песня была последней. Трэвис услышал приближающиеся шаги. Дверь открылась и вошла Сюзанна. Трэвис резко поднялся, и она оказалась в его объятиях.

– Сюзанна, – прошептал он, обнимая ее за плечи. Огонь страсти мгновенно охватил его, заставив забыть обо всем на свете. Рассудок Трэвиса снова уступил желанию безраздельно владеть ее телом.

Сюзанна сделала шаг назад, слегка оттолкнув его, подошла к туалетному столику и начала снимать украшения.

– Я не знала, что ты ждешь меня, – произнесла она. От прикосновения Трэвиса ее сердце бешено заколотилось. Она едва не потеряла сознание. Ей самой страстно хотелось снова оказаться в его объятиях, ощутить близость его сильного тела, вкус его губ. Но Сюзанна не могла позволить себе такой роскоши. Может, когда все ужасы войны останутся позади и Клэренс расскажет ей, где Брет, она вернется в Вирджиния-Сити, и у них с Трэвисом все пойдет по-другому. Но только не сейчас.

– Сюзанна, я хочу, чтобы ты осталась здесь и продлила свой контракт на выступления в «Маунтин Квин», – начал он.

Ей очень хотелось ответить «да», но Сюзанна промолчала, пытаясь скрыть предательскую дрожь в руках. Она с трудом нащупала в волосах шпильку и внимательно посмотрела на свое отражение в зеркале. Как ей поступить? Остаться? Но это невозможно. Вернуться? Но зачем? Что она будет делать в Новом Орлеане? А здесь? Сюзанна знала, что нужна Трэвису лишь как красивая игрушка, привлекающая внимание и деньги посетителей. Возможно, еще и для постели. Но ему не нужна ее душа. Трэвис ясно дал ей понять это семь лет назад. И если он забыл об этом, то Сюзанна готова напомнить ему, как он обошелся с ней.

Внезапно ей захотелось ударить кулаком свое отражение в зеркале. Как и семь лет назад, путеводная нить снова выскользнула из рук Сюзанны. Она не могла понять, что происходит между нею и Трэвисом Брэгитом. Он ни разу не сказал ей о любви, но несмотря на это Сюзанна забралась к нему в постель, словно последняя шлюха. Но и после их близости Трэвис не изменился. А теперь еще он набрался наглости и предлагает ей продолжить выступления в его салуне. Сюзанна приехала сюда только для того, чтобы разыскать Брета и отомстить Трэвису. Но вместо этого она как законченная дура снова влюбилась в него.

Сюзанна повернулась и посмотрела в глаза Трэвису. Злость придала ей новые силы взамен растраченных во время выступления на сцене.

– Остаться? – Сюзанна холодно улыбнулась.

– Да, я прошу тебя. Здесь, в «Маунтин Квин».

– Под именем Жоржетты Линдсей?

Трэвис знал, что говорит не то, что хотел бы сказать и что, наверняка, ей хотелось бы услышать. Но он еще не был готов к такому разговору.

– Сюзанна, я…

– Спасибо за приглашение, Трэвис. Но все же я должна продолжить гастроли.

– И куда ты поедешь теперь?

Сюзанна удивленно взглянула на него. У нее еще не было ответа на этот вопрос, поскольку Клэренс до сих пор ничего не рассказал ей о Брете.

Неожиданно Трэвис обнял ее и произнес:

– Сюзанна, я знаю о твоей связи с Орденом рыцарей.

Она сразу же напряглась.

– Сюзанна, – в его голосе появились суровые нотки, – объясни мне, в чем дело.

– Ничего особенного, Трэвис. – Она попыталась вырваться. – Отпусти меня.

– Я знаю, что ты выступаешь в качестве курьера. Тебе угрожает серьезная опасность, Сюзанна. И я хочу понять, ради чего ты так рискуешь.

От этих слов Сюзанна вздрогнула и машинально схватила Трэвиса за руки.

– Откуда тебе это известно?

– Я следил за тобой. – Он улыбнулся. – В первый раз это было случайностью. Во второй – нет. Я наблюдал за твоими встречами с Саботом и Джоунсом, когда ты вручала им конверты. Затем я следил за ними и, в конце концов, побеседовал с обоими.

– Но я только передавала эти конверты. Больше ничего.

– Возможно. Но они оба клянутся, что ты служила единственной ниточкой, ведущей к организаторам. И таким образом помогала им совершать кражи с рудников.

Трэвис взял ее за плечи и заглянул в глаза.

– Теперь ты понимаешь, в какой грязи оказалась? Ты – единственная, кто передавал приказы и деньги. Тебя специально втянули в это дело. И если все раскроется, отвечать будешь ты одна, Сюзанна.

– Но я не принимала никакого участия в этих кражах, – испуганно произнесла она.

– И в убийстве, – добавил Трэвис. У Сюзанны перехватило дыхание.

– Я только передавала конверты. – Ей ужасно хотелось расплакаться. – Только конверты, Трэвис. И все. Я даже не знала, что в них.

– Кто их тебе давал?

– Клэренс.

– Кто-нибудь еще присутствовал при этом? Например, Эдди?

Сюзанна отрицательно покачала головой.

– Нет. Клэренс всегда был очень осторожен и избегал случайных свидетелей.

Трэвис вздохнул и отпустил ее.

– Эти преступления организовал Орден рыцарей «Золотого Круга», Сюзанна. Как и убийство Дункана Клайда.

Она кивнула.

– Я догадывалась об этом, но, – Сюзанна пожала плечами, – что я могла поделать?

– Тебя просто подставили, Сюзанна.

– Но ведь я только доставляла конверты в указанные места. Все остальное делали они.

– Мне очень жаль, Сюзанна, но ты связана с Лонше и Морганом, а через них и с Орденом рыцарей. Доказать их причастность к Ордену практически невозможно. Поверь, я знаю такие вещи. Думаю, что очень скоро Лонше и Морган вообще исчезнут из города. И если они начнут засыпаться, то с удовольствием сдадут тебя властям. Мне жаль, но в этом случае пострадаешь только ты, Сюзанна.

– Но ведь я же могу рассказать им о том, что происходило на самом деле. О том, что Клэренс и Бен Морган – члены Ордена рыцарей. И о том, что конверты мне давал сам Клэренс.

– Ты и в других городах передавала такие конверты?

– Да.

– И Эдди не знала об этом?

– Нет. Клэренс всегда был очень осторожен.

– А Морган?

– Обычно он появлялся в городе через несколько дней после нашего приезда. Я не знаю, в чем заключаются его функции. Думаю, что он партнер Клэренса. Возможно, охранник.

– Его настоящее имя не Бен Морган, – сообщил Трэвис.

Сюзанна удивилась.

– Он – Бенджамин Мордейн.

– Из семейства Мордейнов в Новом Орлеане?

Трэвис кивнул.

– Его разыскивают по обвинению в убийстве?

– Да. – Внезапно Трэвис вспомнил еще одно обстоятельство, которое до этого момента не казалось ему важным. Бен Мордейн числился в друзьях у Джея Пего. Джей был женат на младшей сестре Трэвиса Терезе, но вскоре бесследно исчез. Трэвис задумался. Вот уже два года никто ничего не слышал о Джее. Существует ли какая-либо связь между этими событиями?

Сюзанна по-прежнему дрожала от страха. Невеселую картину нарисовал ей Трэвис.

Он снова обнял женщину за плечи и притянул к себе.

– Расскажи мне, почему ты так рискуешь, Сюзанна? Каким образом тебя втянули в это дело? Иначе я не смогу помочь тебе.

ГЛАВА 27

Глаза Сюзанны внезапно наполнились слезами.

– Я не могу рассказать об этом, Трэвис. – Ее голос дрожал, а по щекам текли серебристые ручейки слез. Она отрицательно покачала головой.

– Говори, черт побери! – прорычал Трэвис. Он смотрел на Сюзанну, и это, казалось, будет длиться вечно. События недавние, давно прошедшие и ожидание будущего – все слилось в единый поток. Трэвис вновь ощутил острое желание. Он знал, что Сюзанна вряд ли сможет полюбить его, но не мог признаться в этом самому себе. Как бороться с охватившими его чувствами? Трэвис не находил ответа на этот вопрос.

Он притянул ее к себе и крепко обнял. Их тела слились в единое целое. Трэвис начал жадно целовать женщину, пытаясь пробудить в ней ответную страсть, такое же всепоглощающее желание.

При других обстоятельствах Сюзанна наверняка отказала бы ему и, возможно, сразу же прогнала бы Трэвиса. Но он уже держал ее в своих объятиях, и его губы, прикасающиеся к телу Сюзанны, уже зажгли в ней ответный любовный огонь. Она хотела Трэвиса.

Трэвис знал, что поступает опрометчиво, но у него не было выбора. Логика оказалась побежденной совместным натиском устремлений души и тела. Он отбросил осторожность, как ненужный хлам. Сюзанна заслуживала обычного женского счастья: иметь свой дом, обеспеченного и понимающего мужа, уходящего рано утром и обедающего дома. Она должна иметь детей, посещать приличные магазины, ходить в гости и принимать друзей у себя.

Трэвиса охватил страх при мысли, что он может потерять Сюзанну. Если бы семь лет назад он остался в Новом Орлеане и женился на ней, у них уже был бы свой дом, друзья, дети. Но Трэвис не сделал этого, и теперь в любой момент Сюзанна могла оставить его.

Помимо страсти его действиями управлял и здравый смысл. Трэвис знал, что не мог дать Сюзанне того, что она хотела. Он сильно изменился за прошедшие семь лет. Теперь Трэвис владел салуном в одном из самых шумных городков золотоискателей к западу от Миссисипи, в котором имел несколько собственных комнат. Каждую пятницу он спал с одной и той же шлюхой, пил немного больше, чем следует, слишком много курил и неплохо обращался с оружием. Он уже не тот наивный юноша, которого полюбила Сюзанна. И все же Трэвис не мог отказать себе еще раз насладиться ее страстью. Трэвис не сомневался, что она хотела его так же, как и он ее.

Он наклонился и поцеловал шею женщины, затем стал спускаться все ниже и ниже, пока его губы не оказались в ложбинке между ее полных округлых грудей. Логика покинула Трэвиса, уступив место похоти, потребности любить и быть любимым, пусть даже в течение нескольких минут.

Сюзанна нежно обвила руками его шею и поцеловала Трэвиса, вложив в этот поцелуй всю свою страсть. Она приехала в Вирджиния-Сити, чтобы отомстить Трэвису, но ее собственное сердце изменило ей. Оказывается, все эти годы Сюзанна любила Трэвиса, и любит до сих пор.

Она почувствовала, как его сильные руки снимают с нее халат. Полупрозрачная шелковая материя соскользнула на пол. Трэвис снова обнял Сюзанну и жадно впился губами в ее губы, затем осторожно уложил ее на пол, устланный ковром. Его руки нежно ласкали ее тело, освобождая от остатков одежды. Затем Трэвис приподнялся, любуясь красотой женщины. Ее упругие полные груди, тонкая талия, стройные бедра – все это теперь принадлежало только ему.

Тело Трэвиса напряглось, почти окаменело от желания. Он коснулся языком ее розового соска и начал нежно ласкать его, скользя руками по бесчисленным округлостям ее тела. Сюзанна вздрагивала от его прикосновений, и в то же время ей нравились эти сладкие муки, предвкушение наслаждения, которое они уже однажды испытали вместе.

Вдруг Трэвис слегка оттолкнул ее.

Сюзанна открыла глаза, удивленно глядя на Трэвиса. Ей до боли не хватало его ласк. Каждая клеточка ее тела жаждала новых прикосновений.

Трэвис сбросил жилет и отшвырнул его в сторону, затем стал снимать кобуру и поясной ремень. Вскоре вся его одежда лежала на полу. Он жадно впился в губы Сюзанны и крепко обнял ее. Им овладел небывалый восторг от близости с ней. Трэвису казалось, что он снова вернулся в свой родной дом, и все в этом мире принадлежит лишь ему одному. Все его бывшие женщины исчезли из памяти Трэвиса, поскольку ни одна из них не смогла так глубоко тронуть его душу, проникнуть в его мысли и желания.

Их тела слились в единое целое.

* * *

Трэвис проводил Сюзанну до отеля. Всю дорогу они оба молчали, думая каждый о своем. Сюзанна старалась не смотреть на Трэвиса. Ее лицо до сих пор пылало. При входе в отель он остановился. Сюзанна почувствовала его нерешительность и обернулась, поднявшись на две ступеньки. Теперь их лица были на одном уровне.

– У меня есть кое-какие дела, – произнес Трэвис. – Не позавтракаешь со мной?

– Да, – прошептала Сюзанна, прикоснувшись губами к его губам.

Трэвис отпустил ее раньше, чем любовный голод вновь овладеет его телом. Он думал, что после повторной близости с Сюзанной его отношение к ней изменится. Но он жестоко ошибался. Ему хотелось ее еще больше. Трэвис посмотрел ей вслед. Хотя какое это имеет значение. Никто не сможет изменить его отношение к этой жизни, даже Сюзанна Форто. Из него не получится ни муж, ни отец.

Трэвис достал из кармана часы. Времени осталось меньше, чем он думал. Возможно, Морроу уже покинул свой офис или спит прямо там. Трэвис вышел из отеля и направился к зданию тюрьмы.

Через несколько минут он оказался в приемной шерифа. Лайм, как всегда, дремал, сидя на стуле и натянув шляпу на глаза.

– Где Морроу? – спросил Трэвис.

– Спит, – ответил Лайм, не глядя на него.

– Разбуди его, – приказал Трэвис.

Лайм напрягся, сдвинул шляпу со лба и уставился на Трэвиса.

– Извините, мистер Брэгит. Я не знал, что это вы. – Помощник сразу же вскочил. Его стул при этом жалобно заскрипел. Лайм приоткрыл дверь, которая вела к кабинету Морроу.

– Эй, шериф! Вас снова хочет видеть мистер Брэгит.

Через минуту на пороге появился Курт Морроу. У него был такой вид, словно он только что вылез из-под грузового вагона.

– Что-нибудь случилось? – спросил Морроу, все еще не проснувшись до конца.

– Я думал, что вы следите за Лонше и Саботом, – заметил Трэвис.

– Лонше у проституток в «Серебряной Леди». Он вошел туда часа три назад и до сих пор не выходил. Заведение уже закрыто, и я думаю, что Лонше пробудет там до утра. На всякий случай мой человек дежурит поблизости.

– А Сабот?

– Сейчас на руднике его смена, и Сабот там. За ним тоже следят.

– Хорошо.

– Так что все-таки случилось? – повторил шериф.

– Пока ничего, – спокойно ответил Трэвис. Он не знал, плакать ему или смеяться. Шериф представлял собой жалкое зрелище. – Но что-то обязательно случится. И это произойдет очень скоро. Я уверен. Если вы сейчас не слишком заняты, мы могли бы обсудить кое-что и разработать план. Тогда, возможно, нам удастся поймать этих негодяев на месте преступления.

Шериф повернулся к своему помощнику.

– Лайм, сбегай в ресторан Кабора и принеси нам кофе. И скажи Долли, пусть сделает покрепче. Та бурда, которую ты принес в прошлый раз, была больше похожа на помои.

– Понял, шериф, – ответил помощник и исчез за дверью.

– Вы неплохо выдрессировали его, Морроу, – заметил Трэвис. Он отодвинул один из стульев и сел на него.

– Он хочет занять мое место, – усмехнулся Морроу. – Этот глупец думает, что должность моего помощника поможет ему стать шерифом.

Трэвису захотелось отметить, что у самого шерифа мозгов не намного больше, но он сдержался. Морроу можно было подозревать в лени и попустительстве к некоторым правонарушителям, но никак не в глупости. Он достаточно умен, и Трэвис не мог не признать это.

– Что же должно произойти, Брэгит? И когда?

– Сегодня ночью с рудника Чолар уйдет необычный груз.

– Откуда вам известно, Брэгит?

– Я сам попросил их об этом, – объяснил Трэвис.

– Да? Интересно!

– Я решил, что нам следует организовать небольшую ловушку.

Морроу улыбнулся.

– Неплохая идея. И что же должно произойти?

Трэвис вытащил сигару и закурил.

– На груз должны напасть грабители.

– Что за черт!

Трэвис улыбнулся.

– Не надо волноваться раньше времени, шериф. Вы появитесь там, чтобы прекратить это безобразие.

Шериф удивленно уставился на него.

– Как это?

– Сегодня в полночь в универмаге Олмера я встречусь с Клэренсом Лонше, Беном Морганом и их сообщниками.

– Лонше? Менеджером этой пташки, которую вы пригласили сюда?

– Да.

– А Морган – это газетчик?

Трэвис кивнул.

– Вы уверены, что грабежи организовали именно они? И убийство Дункана?

– Уверен. Но другого способа доказать это, кроме как поймать их на месте преступления, нет.

Морроу кивнул.

– Да, мне нравится эта идея.

– Хорошо. Тогда слушайте. Грузовой караван должен выйти с рудника вскоре после моей встречи с Лонше и Морганом в универмаге Олмера. Они рассчитывают присоединиться ко мне и еще двум членам Ордена рыцарей, чтобы ограбить караван и разделить деньги между собой.

– Но ведь они этого не сделают? – в голосе шерифа прозвучало подозрение.

– Конечно, нет, потому что вы со своими помощниками будете ждать нас у Дьявольских Ворот, но немного поодаль, чтобы мы тоже могли организовать засаду. Когда появятся фургоны, мы заставим их остановиться. Перевозчики уже предупреждены, и они скроются бегством. Без всякого сопротивления. Затем появитесь вы с вашими ребятами и арестуете этих негодяев.

– Но ведь может возникнуть стрельба, – возразил шериф.

– Может, – согласился Трэвис. – Вот почему вам необходимо дождаться, пока мои люди исчезнут из вида. Если начнется стрельба, – Трэвис посмотрел в глаза Морроу, – не забудьте, что ваша цель не я, а бандиты, шериф.

Морроу понимающе улыбнулся.

– Но если все же у вас дрогнет рука, – чего не бывает в горячке боя? – и вы выберете меня в качестве мишени, имейте в виду, шериф, что я принял меры предосторожности. Несколько влиятельных людей Вирджиния-Сити в курсе того, что должно произойти, и знают, что мое убийство не предусмотрено. Надеюсь, вы меня поняли?

Шериф промолчал. Ему не понравился взгляд Трэвиса.

ГЛАВА 28

Трэвис стоял у окна своей спальни и наблюдал за происходящим на Си-стрит. Вот-вот должна была появиться почтовая карета из Сан-Франциско. В ней приедет человек, которого ждала Эдди Хейс. Трэвису очень хотелось посмотреть, кто он такой.

Вскоре до его ушей долетел стук копыт и грохот подъезжающего дилижанса. Со своего места Трэвис хорошо видел экипаж, но из-за нависавшей над входом в салун крыши не мог разглядеть выходивших из него пассажиров. Поэтому он быстро спустился по ступенькам в зал и встал возле окна.

Эдди нигде не было видно.

Из дилижанса вышли двое. В одном из пассажиров Трэвис узнал торговца, заезжавшего в Вирджиния-Сити каждые три-четыре месяца. Он нес в руке небольшой чемоданчик. Другого пассажира Трэвис видел впервые. Это был худощавый мужчина, похожий на саженец, в костюме фабричного производства, который казался слишком коротким для его высокого роста. Трэвис внимательно рассматривал его вытянутое лицо, большую часть которого занимали очки в тонкой оправе.

«Неужели этот человек – действительно брат Эдди Хейс?» – подумал Трэвис.

* * *

С противоположной стороны улицы, стоя возле окна своего заведения, за прибывшим дилижансом наблюдала Магнолия Рошел. В отличие от Трэвиса, она сразу же узнала в незнакомце Захари Киттла. Узнала, сжала кулаки и выругалась.

«Здесь не хватает только федеральных агентов», – подумала Мэгги.

* * *

Последнее выступление Сюзанны на сцене «Маунтин Квин» собрало небывалое количество зрителей. Салун был переполнен. Все с неохотой расставались с заезжей певицей.

Трэвис, как всегда, наблюдал за происходящим в зале со своего места у стойки бара. Он испытывал те же чувства, что и остальные, и не знал, что ему делать. Сюзанна отвергла его предложение продлить контракт. Сегодня за завтраком он снова попросил ее задержаться хотя бы ненадолго, но Сюзанна категорически отказалась.

Трэвис выпил стаканчик своего любимого вина и постарался сосредоточиться перед лицом тех событий, которые ожидали его в этот вечер. Нужно сохранять трезвость рассудка. Вспомнив, куда ему предстояло отправиться, Трэвис улыбнулся. Он уже достаточно попутешествовал в этом районе, следя за Сюзанной, Джоунсом и Саботом.

Трэвис обвел взглядом зал. Лонше и Морган, как всегда, сидели за столиком последнего. Трэвису еще не приходилось видеть столько народу в своем заведении. Что ни говори, Сюзанна принесла его салуну немалый доход. При мысли о том, что сегодняшнее выступление станет последним, Трэвис помрачнел.

Под гром аплодисментов на сцене появилась Сюзанна. Трэвис взглянул на потолок, откуда свисала хрустальная люстра. Ее подвески дрожали от небывалого шума. Трэвис подумал, что если аплодисменты и одобрительные выкрики не прекратятся, он рискует лишиться люстры, которая раскачивалась все больше и больше.

Вдруг Трэвис заметил Хэнка, пробирающегося к нему сквозь толпу.

– Что-нибудь случилось? – спросил он.

– Нет, ничего, босс. Я хотел бы отлучиться на пару часов, если, конечно, я не нужен вам здесь. Мы с Эдди собираемся поужинать.

Трэвис кивнул и добавил:

– Но смотри не опоздай, Хэнк. Ровно в полночь.

– Понял, босс. Можете на меня рассчитывать. – Он уже направлялся к выходу, когда Трэвис снова окликнул его.

– Хэнк, ты узнал что-нибудь насчет Эдди?

– Ничего. Не думаю, что она может быть кем-нибудь еще, кроме служанки. Она рассказала мне, что родом из Виргинии. Эдди начала работать у мисс Линдсей около шести месяцев назад, а до этого служила у других людей.

– А что нового о том парне, который прибыл сегодня в почтовом дилижансе?

Хэнк пожал плечами.

– Он снял номер в «Унион Бель». Зарегистрировался как Захари Киттл.

– Значит, он не брат Эдди?

– Нет. Во всяком случае, непохоже. Я спрошу ее об этом сегодня за ужином. Мэвис сказала, что Киттл прибыл сюда организовать свое дело. Он дантист.

Трэвис кивнул.

– Отлично. – Он похлопал Хэнка по спине. – Увидимся позже. Если узнаешь что-то новое, дай мне знать. Особенно об этом парне по фамилии Киттл.

В дверях «Маунтин Квин» появилась Магнолия Рошел и сквозь толпу пробралась к Трэвису.

– Ты сегодня переманил всех моих клиентов, дорогой, – заявила она вполне миролюбиво, прижавшись к Трэвису.

Тот улыбнулся и провел пальцем по ее подбородку.

– О, Мэгги! И поэтому у тебя дурное настроение, не так ли?

Она надула губки.

– Возможно, дорогой, но не из-за отсутствия клиентов.

Трэвис взглянул в сторону сцены, прекрасно понимая намек Мэгги.

– Через несколько дней все придет в норму, Мэг.

Мэгги проследила за его взглядом. «Да, – подумала она, – все будет прекрасно. Но не для Сюзанны Форто». Магнолия усмехнулась, затем посмотрела на Трэвиса.

– Почему бы тебе не навестить меня сегодня в «Серебряной Леди», дорогой? Ты так давно не делал этого.

Трэвис вздохнул. Ему действительно хотелось, чтобы его жизнь снова потекла ровно и размеренно. Никаких обязательств, никаких ожиданий. Именно так он жил в последнее время, и его это вполне устраивало. Трэвис несколько раз перевел взгляд с Магнолии на Сюзанну и наоборот. Вдруг он понял, что прошлого не вернешь, и вряд ли все пойдет так, как прежде. У него больше не было желания спать с Магнолией или еще с кем-нибудь, за исключением Сюзанны.

Трэвис едва не выругался вслух. После того, как Сюзанна Форто покинет Вирджиния-Сити, ему придется забыть ее; забыть ее объятия, вкус ее губ, силу ее страсти. Все войдет в привычную колею. Должно войти. Он заставит свою жизнь вернуться в обычное русло.

Внезапно Трэвис почувствовал, как Мэгги поглаживает его грудь. Он сжал ее пальцы в своей руке.

– Ты права, Мэг, прошло слишком много времени, – спокойно заметил Трэвис. – Но сегодня я занят. Извини.

– Занят?

– Да. – Он наклонился и коснулся губами ее щеки. В конце концов, Мэгги ни в чем не виновата. – Может быть, завтра вечером, Мэг.

Со сцены Сюзанна радушно улыбалась своей аудитории, но глаза ее тем временем напряженно следили за Трэвисом. Сюзанна видела, как он наклонился и поцеловал другую женщину. Ревность пронзила ее сердце. Она с трудом смогла сконцентрироваться на песне, которую исполняла. Том Лаури поймал взгляд Сюзанны и подмигнул ей. Она ответила ему улыбкой, страстно желая, чтобы на месте Тома оказался Трэвис. Сюзанна вернулась на середину сцены и снова посмотрела в сторону бара. Трэвис и та женщина ушли.

Сюзанна продолжила свое выступление. Это ее работа. Но сердце женщины охватило отчаяние от того, что Трэвиса уже не было в числе зрителей. Настроение Сюзанны окончательно испортилось. Она почти не слышала того, о чем пела, не переставая думать о Трэвисе. Уже в который раз за последнее время Сюзанна признала, что совершила явную глупость. Ей следовало согласиться на предложение Трэвиса и продлить контракт.

Сюзанна закончила песню и откланялась. Мужчины аплодировали ей изо всех сил. Сюзанна быстро спустилась по ступенькам со сцены и через минуту скрылась за дверью своей уборной. Она боялась, что кто-нибудь заметит слезы, катившиеся по ее щекам.

Оказавшись в уборной, Сюзанна едва не вскрикнула от неожиданности. Из темноты появился Клэренс и почти бросил ей в лицо какой-то сверток.

– Поторопитесь переодеться, мисс Линдсей. Нам предстоит прогулка верхом, – приказал Клэренс, усаживаясь на диван. Сюзанна смотрела на него, не в состоянии прийти в себя. – И побыстрее!

Сюзанна развернула сверток. Это была ее одежда для верховой езды. Рядом с туалетным столиком стояли сапоги, а на нем самом лежали перчатки. Сюзанна взглянула на Клэренса.

– Что случилось? Я не могу отправиться верхом. Через час мой вечерний выход.

Глаза Клэренса потемнели от злости.

– Немедленно одевайся, Сюзанна. Сейчас же!

– Но зачем?

Лонше вскочил с дивана и схватил Сюзанну за руку, причинив сильную боль. Она попыталась вырваться, но Клэренс впился ей ногтями в кожу, словно коршун. Сюзанна смотрела на него с нескрываемой ненавистью.

– Переодевайся, Сюзанна, или мне придется сделать это помимо твоего желания.

– Одно движение, и можешь считать себя мертвецом, Клэренс.

В ее словах прозвучал вызов, и Лонше пришлось отпустить Сюзанну. Он снова сел на диван.

– Хорошо. Можешь не переодеваться. Но мне казалось, что тебя все же волнует судьба твоего брата.

При упоминании о Брете Сюзанна сразу же уступила. Вздохнув, она спросила:

– Куда мы отправляемся?

– Тебе не обязательно знать об этом, – огрызнулся Лонше. Его тон и выражение лица вызывали у Сюзанны не только обычное отвращение, но и страх.

Через десять минут она переоделась, и Клэренс вывел ее из салуна через запасной выход. Они быстро добрались до Тейлор-стрит, но повернули не к отелю, а в противоположном направлении – в сторону Солнечной Горы. На стыке с Би-стрит они снова повернули, на этот раз на юг.

– Куда мы идем? – снова спросила Сюзанна. Клэренс все еще крепко держал ее за руку.

– Нам предстоит одно небольшое дело.

Сюзанна не на шутку испугалась. Похоже, Лонше собирается еще глубже втянуть ее в свои грязные делишки.

– В чем суть этого дела?

– Тебя это не должно волновать. Твое дело – выполнять приказы. И помни о нашем разговоре.

Сюзанна бросила на него злобный взгляд, споткнулась и едва не упала.

– Где Брет? – спросила она.

– Всему свое время, моя дорогая, – ответил Клэренс. Они вошли в универмаг Олмера.

Сюзанна огляделась по сторонам. У прилавка стоял Бен Морган. Он беседовал с человеком, похожим на хозяина магазина. На стуле сидел Хэнк Дэвис, управляющий салуном «Маунтин Квин». Еще двое незнакомых мужчин стояли возле большой металлической печи в углу. Одного из них Сюзанна несколько раз видела в салуне во время своего выступления. Она взглянула на Клэренса.

– Что происходит?

– Не обращай внимания. Я скажу, что тебе нужно сделать, чтобы отыскать Брета, Сюзанна. – Лонше слегка подтолкнул ее вперед и отпустил руку.

– Где Брэгит? – спросил он у Хэнка.

Тот промолчал, и лишь его сигара поменяла положение, перекочевав из одного уголка рта в другой.

– Я здесь, – раздался голос Трэвиса за их спинами.

Сюзанна и Клэренс одновременно обернулись. Сюзанна не ожидала увидеть здесь Трэвиса, а Клэренс не любил, когда враги заходят в его тыл.

Трэвис стоял в дверях. Неяркий свет фонаря падал на его лицо. Сюзанна оглядела Трэвиса с головы до ног. Он был одет во все черное: ботинки, брюки, жилет, шляпа. И только рубашка, как всегда, отличалась ослепительной белизной. Кожаные брюки, затянутые на талии поясным ремнем, не могли скрыть стройные мускулистые ноги.

Сюзанна вздрогнула, вспомнив, как эти ноги в любовном угаре переплетались с ее ногами.

Жилет Трэвиса, широкий в плечах и зауженный к талии, украшала искусная вышивка серебряной нитью. На поясе висела кобура, так что при случае Трэвис мог легко и быстро воспользоваться своим оружием.

Сюзанна перевела взгляд на его лицо. Фонарь, висевший у входа, освещал рот и подбородок мужчины, но глаза оставались в тени широкополой шляпы, надвинутой глубоко на лоб. Трэвис вошел внутрь, и Сюзанна сразу почувствовала на себе его взгляд. В воздухе почувствовалось легкое напряжение.

– Все здесь? – спросил Клэренс.

Трэвис остановился возле Сюзанны. Черты его лица исказила ярость, а глаза стали чернее ночи.

– Что вы задумали, Лонше? – потребовал он ответа у Клэренса, не отводя взгляда от Сюзанны. – Зачем она здесь?

– Она – член Ордена рыцарей, – раздался голос Моргана с противоположного конца комнаты, – и наш партнер.

Трэвис знал, что это ложь, но все же сделал удивленный вид.

Сюзанна отвернулась. Она никогда не была ни членом Ордена, ни партнером Моргана и Лонше, но ей не оставалось ничего другого, кроме как согласиться с Клэренсом. Сюзанна промолчала, надеясь, что это поможет ей найти Брета. В конце концов, какая Трэвису разница, говорит она правду или нет? Между ними все осталось по-старому, за исключением того, что она добровольно отдалась ему… дважды. Семь лет назад Трэвис стал первым мужчиной, которого она поцеловала. А теперь еще и первым, кто соблазнил ее. Сюзанна поняла, что и любить она сможет только этого человека.

– С каких пор Орден позволяет женщине участвовать в подобного рода миссии? – спросил Трэвис. – Женщины могут служить курьерами или шпионить, но не участвовать в ограблении.

В другой обстановке такое отношение к женщине наверняка вызвало бы у Сюзанны недовольство, и даже злость. Но сейчас ей больше всего хотелось, чтобы ее освободили от такого рода обязанностей. Затаив дыхание, Сюзанна ждала ответа Клэренса.

– С тех пор, как я приказал ей прийти сюда, – заявил менеджер.

– Женщины могут все испортить, – возразил Трэвис, не спуская глаз с Лонше.

– Мне жаль, Брэгит, но в данном случае я вынужден настоять на своем. Если, конечно, вы решили довести задуманное до конца. Сюзанна – мой партнер, и партнер Моргана. Если в деле участвуем мы, значит и она тоже. Вот и все. Так что она пойдет вместе с нами, мистер Брэгит.

Трэвису захотелось схватить этого негодяя за горло и держать до тех пор, пока тот не посинеет, или пока его глаза не вылезут на лоб. Однако в этот вечер судьба была на стороне Клэренса, поскольку внимание Трэвиса привлек появившийся в дверях Джед.

– В салуне остался Пит, – начал он, переводя взгляд то на Сюзанну, то на босса. – Нас ждут крупные неприятности, если мисс Линдсей не выступит сегодня в последний раз. Ребята уже собрались и требуют ее появления. Они готовы разнести салун на части.

Трэвис угрожающе взглянул на Клэренса.

Тот начал суетливо протирать линзы своих очков.

– Олмер, – обратился Трэвис к одному из клерков, – сделай одолжение, сходи в салун и передай моему бармену, чтобы тот попросил выступить Лотти. Скажи, что я хорошо заплачу. – Он повернулся к Лонше. – Если из-за вашего упрямства я понесу убытки, мне придется вычесть эту сумму из вашей доли.

– Хорошо, – согласился Морган. – Нам пора отправляться, Брэгит.

– У меня есть и другие дела, – добавил кто-то из собравшихся.

Трэвис оглянулся. Это оказался Чарльз Меллрой. У Трэвиса уже в который раз возникло острое желание придушить его.

– В чем состоит ваш план? – спросил Клэренс, возвращаясь к конкретным проблемам.

– Мы спустимся вниз до Дьявольских Ворот. Повозки с рудой должны прибыть около часа ночи. Мы спрячемся в тени, так что перевозчики не смогут увидеть нас, пока мы не выйдем им навстречу. А Сюзанна, – он бросил на нее беглый взгляд, – могла бы остаться в одном из близлежащих каньонов и позаботиться о наших лошадях.

– Вы организовали доставку грузовых мулов? – спросил Клэренс.

– Даже кое-что получше, – улыбнулся Трэвис. – Мне удалось раздобыть несколько пустых вагончиков, которые будут ждать нас в Голдфилде, а также почтовый дилижанс в Сильвер-Сити. Мы должны доставить груженые повозки в Голдфилд и там перегрузить руду. А затем вы трое, он посмотрел по очереди на Сюзанну, Клэренса и Моргана, – получите вашу долю и почтовый дилижанс в свое полное распоряжение. Полагаю, что кто-нибудь из вас умеет управлять экипажем?

– Я умею, – вызвался Морган.

– Вот и хорошо. Тогда все в порядке.

– А где будут ваши люди? – спросил Лонше. – Как я понял, мы с Морганом должны ждать в засаде.

– Они будут на холме прямо над вами, на случай, если кто-нибудь из перевозчиков не захочет расстаться со своим грузом.

– А вы сами? – не унимался Клэренс. В его голосе прозвучало подозрение.

– Рядом со своими людьми, – улыбнулся Трэвис. – И совсем близко к вам.

– Если начнется стрельба, мы не сможем увести повозки до того, как кто-нибудь обязательно заявится на шум выстрелов, – продолжал Лонше.

– Стрельбы не будет, – возразил Трэвис. – Во всяком случае со стороны моих парней. – Он повернулся в сторону Хэнка. – Покажи им, что ты умеешь.

Хэнк быстро встал и почти незаметным движением достал из сапога нож, серебристое лезвие которого зловеще сверкнуло в свете лампы. Нож пролетел по комнате и воткнулся в дубовую раму, обрамлявшую висевшее над стойкой бара зеркало, всего в нескольких сантиметрах от плеча Моргана.

Журналист отскочил в сторону и злобно посмотрел на Хэнка.

– Ты ведь мог убить меня.

Хэнк улыбнулся и через комнату направился к стойке бара, затем выдернул нож из деревянной рамы и медленно произнес:

– Мог, но не захотел.

– Проблем не будет, – прервал их Трэвис. – Если кто-нибудь из перевозчиков заподозрит неладное, Хэнк и Джед быстро заставят их замолчать.

– Он тоже умеет обращаться с ножом? – спросил Морган, рассматривая Джеда.

Джед совершил похожий маневр, и через секунду лезвие ножа воткнулось в край деревянной стойки уже с противоположной стороны, рядом с бедром Моргана, который опять вздрогнул от неожиданности.

– Вот сукин сын, – восхищенно заметил он.

– Вас устраивает такой ответ на ваш вопрос? – улыбаясь, спросил Трэвис.

ГЛАВА 29

– Как вы думаете, чем они занимаются? – прошептала Эдди.

Захари Киттл отвел в сторону крошечный бинокль и покачал головой.

– Они что-то затевают, мисс Хейли. Но что именно, плохо видно. Слишком темно.

– Сколько их там?

– Там ваша подруга, мисс Линдсей. Ее менеджер. Еще мистер Брэгит и его бармен. – Он снова посмотрел в бинокль. – Остальных не могу разглядеть. Минуточку, мисс Хейли. Кажется, они покидают помещение через запасной выход.

– Наши лошади за углом, – напомнила Эдди. – Нам надо поторопиться.

– Нет, подождем, – приказал Захари. – Они не должны нас заметить. Пусть сначала сядут верхом и отправятся в путь. В темноте невозможно двигаться слишком быстро. – В подтверждение своих слов он взглянул на безлунное небо.

Эдди с отвращением посмотрела на Киттла. Руководство дает ей самое ответственное задание в ее жизни, и когда она просит помощи, кого ей присылают? Захари Киттла! Это лучшее, что ей смогли предложить! После окончания задания все будут говорить только о нем. Еще бы, ведь там был сам Захари! И никто не вспомнит о ней.

– Теперь пошли, – прервал он раздумья Эдди. – Проследим за ними. Это единственное, что мы можем сделать. Следить и наблюдать.

Эдди передернуло от негодования.

– Наблюдать? – она непонимающе уставилась на Захари. – Они будут грабить, а мы собираемся только наблюдать?

Киттл с укором взглянул на Эдди, словно на маленького ребенка, не способного мыслить логически.

– Именно так, мисс Хейли.

– Но почему? Почему бы нам на арестовать их прямо на месте преступления? Разве мы здесь не для этого?

Захари вздохнул. Очевидно, он не привык пускаться в объяснения.

– Я не хочу, чтобы сегодняшней ночью меня пристрелили, мисс Хейли. Вам понятно? В деле участвуют полдюжины мужчин. И еще мисс Линдсей. А нас только двое. Соотношение не в нашу пользу.

Эдди улыбнулась.

– Да, но я не могу наблюдать за ограблением и ничего не предпринимать.

– Мисс Хейли… – вздохнул Захари.

– Не называйте меня так, – отрезала Эдди. – Я здесь в качестве мисс Хейс.

– Хорошо, мисс Хейс. Пожалуйста…

– Мистер Киттл, я не знаю цели вашего приезда сюда, но меня прислали не только для того, чтобы наблюдать за мисс Линдсей, но также чтобы выяснить, кем на самом деле являются Клэренс Лонше и Бен Морган. Их обоснованно подозревают в членстве в Ордене рыцарей «Золотого Круга». Да будет вам известно, – насмешливо добавила Эдди, – что мы считаем их ответственными за организацию нескольких актов саботажа против правительства, в результате чего погибли люди. Не говоря уже о краже золота и серебра с рудников. Лонше и Морган обвиняются также в шпионаже, следствием которого стали два крупных поражения Союза в стычке с конфедератами.

– Я прекрасно знаю об этом, мисс Хейс.

– И не хотите ничего предпринимать.

– Это мой приказ.

Эдди отвернулась от него и направилась к лошадям.

– Так вы идете со мной, мисс Хейс? – спросил Захари, взяв в руки поводья.

– Зачем? К тому моменту, когда мы доберемся туда, все уже закончится. И если мы не собираемся ничего предпринимать, зачем вообще нам идти туда? Я бы предпочла отправиться в отель и лечь спать.

– Нам необходимо выяснить, кто еще участвует в этих грабежах, мисс Хейс. Но это невозможно сделать, стоя здесь и препираясь с вами.

– Я не препиралась.

– Не надо меня дурачить, мисс Хейс.

– Сомневаюсь, что это трудно сделать, – отрезала Эдди. Ее охватило внезапное отвращение к этому человеку.

Киттл уже сидел верхом и злобно смотрел на нее.

– Если вы не хотите идти со мной, мисс Хейс, дело ваше. Но мне придется сообщить в своем отчете, что вы сочли необязательным сопровождать меня и предпочли отправиться спать.

Эдди ухмыльнулась.

– Могу поспорить, что вам это доставит немалое удовольствие, мистер Киттл. – Она вскочила на лошадь. – Все мужчины одинаковы и не выносят, если женщина доказывает, что может работать не хуже.

– Как раз наоборот, мисс Хейс. Такой отчет сильно огорчит меня. Вы показали себя многообещающим агентом, и мне будет очень жаль, если окажется, что это не так.

Эдди посмотрела на него с нескрываемой ненавистью.

– Многообещающим агентом? Какая самоуверенность, мистер Киттл! – она едва не произнесла слов, недостойных настоящей леди.

– Поспешим, мисс Хейс. Я прошу вас. Иначе мы вообще ничего не увидим. – Захари натянул поводья.

Эдди никак не могла успокоиться. Ей хотелось пристрелить всадника и ни в чем не повинную лошадь. Самодовольный нахал! Пусть отправляется обратно в Вашингтон!

– Итак, мисс Хейс?

Эдди заставила себя улыбнуться.

– Я готова, мистер Киттл.

* * *

Трэвис заставил своего Коршуна идти в ногу с лошадью Сюзанны.

– Какого черта ты здесь делаешь, Сюзанна? – прошептал он. – Ты же сейчас должна находиться в салуне и давать свое последнее выступление.

– Тот же вопрос я могу задать тебе. Ты столько времени дурачил меня, расспрашивая о моих связях с Орденом рыцарей. Но оказывается, ты их лидер в Вирджиния-Сити. И у тебя общие дела с Лонше и Морганом. – Она покачала головой. – Боже, какая я дура.

– Сюзанна, прекрати немедленно. Все совсем не так, но сейчас я не могу объяснить тебе этого. Возвращайся в город.

– Я не могу.

Трэвис посмотрел на нее взглядом, в котором смешались раздражение и подозрительность.

– Что значит «не могу»?

– Сюзанна, – раздался голос Клэренса, подъехавшего сзади. Он впервые назвал ее настоящим именем в присутствии Трэвиса. – Когда мы доберемся до места, не отходи от меня ни на шаг.

– Нет, она будет со мной, Лонше, – возразил Трэвис.

– Я так не думаю, – обозлился Клэренс.

– Она будет со мной, – повторил Трэвис.

– Ну что ж, – улыбнулся Лонше. – Как хотите. – Он пожал плечами и добавил: – Я лишь подумал, что должен побеспокоиться о Сюзанне.

Трэвису не понравились его последние слова. С каких пор Лонше стал таким уступчивым? Зачем ему надо, чтобы Сюзанна находилась рядом? Внезапно Трэвис понял: Клэренс Лонше ведет двойную игру. И ему не нужны лишние свидетели. Правая рука Трэвиса непроизвольно потянулась к кобуре.

– Вам лучше позаботиться о себе, мистер Лонше.

– Конечно, конечно. – Клэренс похлопал Сюзанну по плечу. – Постарайтесь не рисковать понапрасну, дорогая.

– Зачем ты вообще привел меня сюда, Клэренс? – спросила Сюзанна, чувствуя фальшь в словах своего менеджера.

– Вот именно, Лонше, – присоединился Трэвис. – Зачем вы это сделали? Ведь здесь не сцена!

Клэренс внимательно посмотрел на Сюзанну.

– Потому что я посчитал это необходимым, – ответил он, тронул поводья и отъехал от них, догоняя Моргана.

– Мне это не нравится, – проговорил Трэвис.

– Мы будем вдвоем, – негромко произнесла Сюзанна.

– Не отходи от меня ни на шаг, Сюзанна.

– Почему? Что должно произойти?

– Просто не отходи. Ты умеешь обращаться с лошадьми?

– Трэвис, в чем дело?

Трэвис ничего не ответил.

Вскоре они достигли Дьявольских Ворот – небольшого ущелья, по дну которого проходила дорога. Более удобного места для нападения из засады Трэвис не встречал. Странно, что старатели продолжали перевозить руду именно этим путем. Вероятно, у них не было выбора. Это единственная дорога из Вирджиния-Сити, которая вела на Голдфилд, Сильвер-Сити и далее на Карсон-Сити. Все другие выезды из города шли в противоположных направлениях: на север и восток.

Извилистая северная дорога проходила в горах и вела к небольшому поселку золотоискателей, расположившемуся в долине, – Фуллер Ферри. Дорога эта была достаточно опасна даже в светлое время суток, не говоря уже о ночи. Восточная, или Шестимильная дорога, вела через каньон в Карсон-Сити.

Трэвис незаметно огляделся. Если Морроу и его люди уже здесь, то они неплохо спрятались. «Если же нет, – подумал Трэвис, – то шерифу теперь лучше спрятаться в камере своей тюрьмы и остаться там навечно». Он повернулся и посмотрел на Хэнка.

Тот кивнул. Все шло по плану.

С другой стороны к нему приближался Джед. Он почувствовал на себе взгляд Трэвиса и тоже кивнул в знак готовности.

Трэвис пришпорил своего Коршуна. Сюзанна старалась не отставать от него. Наконец все остановились.

– Вы, Лонше, со своими людьми останетесь тут и тут. – Трэвис указал на обе стороны дороги. – Ждите в тени, пока вагончики не подойдут совсем близко. Затем вы должны перекрыть им дорогу, чтобы они остановились.

– А где будете вы сами? – поинтересовался Клэренс.

Трэвис указал на место, которое они только что проехали.

– Я и мои ребята укроемся вон в той ложбинке. Вагончики проедут мимо, и мы окажемся у них в хвосте. Так что они будут окружены.

– Не пойдет.

Трэвис взглянул на Лонше.

– Почему?

– Я хочу, чтобы вы и Сюзанна были рядом со мной.

– Послушайте, Лонше, если у вас есть какие-то проблемы…

– Вы должны находиться рядом со мной, – оборвал его Клэренс. – Только так я могу быть уверен, что с моими людьми ничего не случится. Это мое последнее слово, Брэгит.

Трэвис вздохнул. Ему оставалось только надеяться, что Морроу и его помощники в случае стрельбы смогут различить, где он и Сюзанна, а где Клэренс со своей шайкой.

– Ладно, мы останемся с вами.

Клэренс улыбнулся.

– Вот и хорошо. – Он направил свою лошадь к тому месту, которое указал ему Трэвис.

– Трэвис, – прошептала Сюзанна, наклонившись к его уху, – у тебя есть план, как выбраться из всего этого?

– Надеюсь, что да. Но мне все равно интересно, какого черта ты тут делаешь?

Сюзанна закрыла глаза и глубоко вздохнула.

– Когда началась война, мой брат Брет присоединился к регулярной армии…

– Сюзанна! – услышала она крик Клэренса. – Немедленно иди сюда!

Сюзанна взглянула на Лонше, затем снова на Трэвиса, и продолжила:

– В прошлом году Брет покинул армию и вступил в Орден рыцарей. Десять месяцев назад ему была поручена секретная миссия, и с тех пор мы ничего не слышали о нем. Никаких вестей. Даже ни письма. А Клэренс пообещал мне, что если я…

– Босс, – к ним подошел Хэнк. – Я слышу шум приближающихся вагончиков.

Трэвис взял Сюзанну за руку.

– Не отходи от меня ни на шаг.

Она кивнула.

– Всем занять свои места, – негромко, но отчетливо произнес Трэвис. – Вагончики на подходе.

Все разошлись по своим местам.

Клэренс вынул из нагрудного кармана небольшой пистолет.

Дорогу освещал рассеянный лунный свет, в лучах которого начали появляться вагончики, медленно вползающие в ущелье. Следуя инструкциям Трэвиса, кучер первой повозки закурил, и светящаяся точка его сигары, словно маяк, помогала точнее оценить ситуацию.

– Запомните, Лонше, – прошептал Трэвис. – Никакой стрельбы, если они не начнут первыми.

– Пусть остановятся! – закричал Клэренс. Он пришпорил лошадь и выскочил на дорогу прямо перед первым вагончиком. Вместе с ним появились Морган и Чарльз Меллрой. – Остановитесь!

Кучер первой повозки сразу же натянул поводья и остановил мулов.

– Это ограбление? – спросил он, бросая на землю недокуренную сигару.

Это было знаком для Морроу и его людей. Все перевозчики сразу же спрыгнули на землю и спрятались под вагончиками.

– Эй вы там! Лонше! Меллрой! – закричал шериф, стоя на верхней площадке отвесной стены, ограждавшей вход в ущелье. – Сдавайтесь. Вы арестованы.

На секунду воцарилось напряженное молчание. Затем Лонше грязно выругался и, развернувшись в седле, посмотрел на Сюзанну и Трэвиса.

– Это ваша работа, Брэгит. Вы обманули меня. – Он достал пистолет и прицелился прямо в грудь Трэвису.

– Нет! – вскрикнула Сюзанна. Клэренс нажал на курок.

ГЛАВА 30

Трэвис схватил Сюзанну за руку и повалил на землю. Падая, она сильно ударилась о камень так, что у нее потемнело в глазах от острой боли. Просвистевшая над их головами пуля задела край утеса, за которым они прятались. Сюзанна вскрикнула.

Через минуту в ущелье началась отчаянная стрельба. Трэвис достал свой пистолет и приподнялся, чтобы оглядеться. Клэренса Лонше нигде не было видно. Трэвис повернулся к Сюзанне.

– Нам надо уходить отсюда.

Сюзанна кивнула. Ее все еще мучила боль в бедре. Трэвис натянул поводья и умелым, достаточно сильным ударом заставил своего Коршуна двигаться вперед. Сюзанна последовала за ним.

Клэренс заметил их из-за большого камня, за которым он прятался. Сначала он прицелился в спину Сюзанны, но затем его вновь захлестнула ненависть к Трэвису. Рядом с ним пуля выбила фонтанчик из пыли и мелких камешков, но Клэренс не обратил на это внимания.

– Пригнись, Сюзанна! – закричал Трэвис. Сюзанна резко наклонилась вперед.

– Сюзанна! Осторожно! – Эдди выхватила свой пистолет и прицелилась.

Захари Киттл имел репутацию хладнокровного стрелка, но и он поразился навыкам Эдди и ее оружию.

– Револьвер Сэвиджа 36-го калибра с дистанционным прицелом, – прошептал он, не в силах скрыть удивления.

Эдди нажала на спусковой крючок, и ее выстрел опередил выстрел Клэренса.

Внезапно Клэренс ощутил сильный удар в грудь, и пистолет начал медленно выскальзывать из его рук. Он упал на спину, ударившись о камень. Ослепляющая боль пронзила все его тело. Клэренс ощутил неприятную сырость на своей рубашке и почувствовал легкую тошноту. Боль куда-то ушла; ее сменило онемение, расползающееся по всему телу. В глазах у него потемнело, и Клэренс потерял сознание.

– Будь ты проклят, Трэвис Брэгит! – это были его последние слова.

Через несколько минут шериф Морроу и его люди, а также Хэнк и Джед схватили Бена Моргана, Чарли Меллроя и двух его компаньонов, которых тот привел себе на помощь. Над Дьявольскими Воротами снова воцарилась тишина.

– Мы можем продолжить свой путь, шериф? – спросил один из перевозчиков. Стрельба прекратилась, и караван был готов снова отправиться в дорогу.

– Конечно, – ответил Морроу. – Пара моих помощников проводят вас до Карсон-Сити, так что у вас больше не должно быть проблем.

– Надеемся на это.

– Отлично. А этим парням придется переночевать в тюремной камере. – Он взглянул на тело Клэренса. – А кое-кому хватит простого ящика.

* * *

– Просто великолепно, – прошипел Захари Киттл, обращаясь к Эдди. – Вы только что убили единственного человека, который мог бы снабдить нас информацией, достаточной, чтобы проникнуть в ряды Ордена рыцарей.

Эдди злобно посмотрела на своего компаньона.

– А что мне оставалось, мистер Киттл? Позволить ему пустить пулю в спину Сюзанне Форто или Трэвису Брэгиту, – она выпрямилась.

– Вряд ли это можно было бы считать серьезной потерей, мисс Хейли.

– Неужели? – Эдди испытывала все большее отвращение к этому человеку. – Значит, их жизни для вас ничего не стоят?

– Я имел в виду не то, о чем вы подумали, – уточнил Захари. – Вот уже два года я ищу каналы для внедрения в Орден рыцарей «Золотого Круга». И Клэренс Лонше мог мне помочь в этом.

– У вас еще остался Бен Морган.

Захари покачал головой.

– Морган – всего лишь исполнитель, но не организатор.

Эдди посмотрела на своего собеседника. Он показался ей уродливее индюка, а его поведение вызывало у нее отвращение. Правда, Захари Киттл – неплохой агент, возможно, один из лучших. Но в том, что он хороший человек, Эдди сильно сомневалась.

Она вспомнила Хэнка и огляделась, всматриваясь в освещенную лунным светом дорогу. Увидев, что с ним все в порядке, Эдди облегченно вздохнула.

– Эдди? – Хэнк удивился, заметив ее здесь. К тому же, она продолжала сжимать в руках пистолет.

– Что это за штука, – спросил Хэнк, – и кто вы такая, черт возьми?

Эдди робко улыбнулась.

– Не отвечайте на этот вопрос, мисс Хейс. – К ним подошел Захари Киттл.

– А вы кто такой? – проворчал Хэнк. Эдди быстро взяла его под руку и отвела в сторону.

– Хэнк, нам надо серьезно поговорить.

* * *

– С тобой все в порядке, Сюзанна? – в голосе Трэвиса прозвучало беспокойство. Он помог ей спешиться. – Ты не ушиблась?

С тех пор, как Трэвис увидел Сюзанну входящей в универмаг Олмера, его продолжало мучить внутреннее беспокойство. Вдруг с ней что-нибудь случится? Попадет шальная пуля? Трэвис не сомневался, что Клэренс Лонше способен на все. Он с беспокойством осмотрел одежду Сюзанны.

– Со мной все в порядке, – произнесла Сюзанна, спускаясь на землю.

Трэвис почувствовал огромное облегчение, но затем его охватило раздражение и даже злость на Сюзанну. Что ей было нужно здесь? Зачем Лонше взял ее с собой?

– Хорошо. – Он оценивающе посмотрел на Сюзанну. – А теперь расскажи мне, что ты собиралась делать здесь вместе с Лонше?

Из салуна вышел Пит.

– Все в порядке, босс?

– Да, – коротко ответил Трэвис. Он не отводил глаз от Сюзанны.

– Понял, босс. – Пит несколько раз перевел взгляд с Трэвиса на Сюзанну и исчез в дверях «Маунтин Квин».

– Я могу задать тебе тот же вопрос, Трэвис, – отрезала Сюзанна. Ее нервы были на пределе. Испуг, облегчение, благодарность – все смешалось в ее душе. – Но я не уверена, что ты ответишь мне правду.

Трэвис глубоко вздохнул, обнял ее за талию и притянул к себе.

– Глупышка! Знаешь, как я волновался за тебя?

Сюзанна прижалась к нему всем телом. Ей нравилось находиться в объятиях Трэвиса, и ей хотелось, чтобы они продлились до конца ее жизни.

– О, Трэвис! Я сама так испугалась.

Трэвис легонько оттолкнул ее. В его глазах появился холодный блеск. Он не хотел начинать этот разговор, но был вынужден сделать это. Трэвис решил, что должен узнать правду, какой бы горькой она ни оказалась.

– Черт побери, Сюзанна! Ведь тебя могли застрелить вместе с Лонше!

– Но Клэренс…

– Сюзанна, расскажи мне обо всем. Почему ты приехала в Вирджиния-Сити? Почему оказалась вместе с Клэренсом Лонше? И вообще, почему ты решила петь в салунах? Я хочу помочь тебе, Сюзанна. И обязательно помогу, но только в том случае, если ты расскажешь мне всю правду. С самого начала.

Сюзанна покачала головой, на ее глазах выступили слезы.

– Я не могу. Если я пойду на это…

– Клэренс уже мертв, Сюзанна. Он больше не сможет причинить тебе зла.

– Но остались другие. Например…

– Доверься мне, Сюзанна, – тихо произнес Трэвис и провел ладонью по ее щеке. – Расскажи мне все. Как бы то ни было, мы сможем бороться вместе. Я обещаю тебе.

Сюзанна подняла глаза. В ее взгляде больше не было ни темноты ночи, ни боли и тоски от пережитого за последние семь лет. Сюзанна поняла, что Трэвис – именно тот человек, которого она всегда любила и будет любить до конца своей жизни. Напрасно она так долго пыталась забыть его, возненавидеть и отомстить ему. Ее попытки ни к чему не привели.

Она кивнула.

– Хорошо.

Трэвис взял ее за руку и подвел к краю дощатого настила. Он решил не возвращаться в салун, а поговорить прямо здесь. В его ладони лежала рука Сюзанны.

– Я слушаю.

Сюзанна вздохнула.

– Когда началась война, мой брат Брет присоединился к регулярной армии, но это продолжалось недолго. Отец убедил его оставить армию и вступить в Орден рыцарей «Золотого Круга». Сам он уже был его членом и считал, что, став «рыцарем», Брет принесет больше пользы южанам. Думаю, он просто боялся, что сына могут убить в бою.

Трэвис кивнул. В этом была своя логика. К тому времени, как началась война, отец Трэвиса уже умер, так что никто не мог заставить его братьев вступить в члены Ордена. Впрочем, дети Томаса Брэгита вряд ли послушались бы отца. Но многие полагали, что Орден рыцарей действительно дает больше возможностей помочь конфедератам, чем служба в армии. Однако Трэвис знал, что это не всегда так. Среди «рыцарей» попадались типы вроде Томаса Брэгита, которые стремились из всего извлечь свою личную выгоду. На крови и слезах других людей.

– Я слышал о таком мнении, – кивнул Трэвис.

– Итак, Брет стал членом Ордена рыцарей. Отец полагал, что ему будут давать несложные задания, без выезда из Нового Орлеана…

– Но он ошибался, – подытожил Трэвис.

– Нет. – Она на секунду замолчала, вздохнула и продолжила: – Брет выполнял несколько заданий в Новом Орлеане, хотя и не говорил, каких именно. Он не сказал даже отцу.

– А потом он пропал и перестал сообщать о себе, – снова предположил Трэвис.

– Да. – Ее голос дрогнул. Сюзанна отчаянно боролась со слезами. – Как-то днем он пришел домой возбужденный и заявил, что получил важное задание и должен отправиться в командировку. Вот и все. Отец пытался отговорить его, просил сказать, где его можно найти в случае непредвиденных обстоятельств, но он отказался. Брет уверял нас, что это сверхсекретная миссия, и он не вправе разглашать тайну.

– Сколько времени прошло с тех пор?

– Около десяти месяцев.

– И он ни разу не сообщил о себе?

– Нет. Мы думали, что Брета не будет лишь пару недель. Когда этот срок прошел, а Брет не вернулся, отец предположил, что задание оказалось более важным и на его выполнение потребуется больше времени. Прошло несколько месяцев, но Брет не появлялся. И даже не писал. Ни одного письма за все это время. Мы даже не знаем, жив он или нет. – Она коснулась пальцем рубинового кольца на руке.

– У тебя есть какие-нибудь основания думать о том, что Брета уже нет в живых? – спросил Трэвис. – Кроме тех, что от него давно не было вестей?

– Почему он не написал нам? Это так не похоже на Брета. – Сюзанна вытерла слезинку, скатившуюся по щеке.

– Значит, ты сама решила разыскать его?

– Да. Мои родители в панике. За последние несколько месяцев мой отец… – голос ее дрогнул, и Сюзанна взглянула на Трэвиса, – я знаю, что ты до сих пор ненавидишь его, потому что он вступил в сговор с твоим отцом, чтобы заставить нас пожениться, но…

Трэвис нежно сжал ее руку.

– Все уже в прошлом, Сюзанна. Продолжай.

Она глубоко вздохнула.

– Здоровье отца серьезно пошатнулось. Он убедил себя в том, что Брет погиб по его вине… Он на грани жизни и смерти, Трэвис… – Сюзанна вытерла катившиеся по щекам слезы.

– Твой отец? – удивился Трэвис. Ему с трудом верилось в это. Ландон Форто всегда был для него воплощением силы: физической и духовной. Трэвис не мог представить отца Сюзанны прикованным к постели.

– Да. Я не видела его несколько месяцев, но мама пишет, что он сильно похудел и у него… начались странности. – Взгляд Сюзанны умолял Трэвиса выслушать ее до конца и не прерывать. – Он почти перестал есть и спать. Ночами бродит по дому или сидит в своем кабинете и курит, уставившись в потолок. Отец уже обращался ко всем, кто каким-либо образом связан с руководством Ордена, но так ничего и не узнал. Поэтому он решил, что Брета нет в живых. Он поручил заботу о плантации своему управляющему, а всеми счетами теперь занимается мама, потому что отец в состоянии лишь складывать их в стол.

– Все это так на него не похоже.

– Он едва жив от горя и винит в случившемся себя, за то, что именно он уговорил Брета вступить в Орден рыцарей. – Сюзанна вытерла ладонью еще одну слезинку. – Я должна была что-то предпринять, Трэвис. Не могла же я сидеть и спокойно наблюдать, как гибнет мой отец. Ведь мне тоже небезразлично, что случилось с Бретом.

Трэвис взял ее за руки.

– Именно так ты попала в компанию к Лонше?

Она вздохнула.

– В Новом Орлеане у меня было несколько знакомых – членов Ордена рыцарей. Я пыталась расспросить их, но они не сказали мне ничего нового. В этот момент появился Клэренс и предложил мне заключить контракт на гастроли по стране. Он убедил меня, что сможет помочь мне разыскать Брета, если я помогу ему.

– В чем конкретно ты должна была ему помочь?

Сюзанна пожала плечами.

– Он предложил мне петь в салунах и передавать эти конверты.

– И все.

– Да.

– И они обставили дело так, что в случае провала ты становилась единственной подозреваемой, – размышлял вслух Трэвис.

Сюзанна молчала.

– Бен Морган тоже был с вами, – спросил Трэвис, – в других городах?

– Да, пару раз. Иногда он, иногда кто-нибудь еще. Клэренс всегда встречался с такими типами.

– И во всех городах ты пела в салунах и передавала конверты по просьбе Лонше?

– Да.

– И там тоже происходили ограбления вагончиков с рудой?

– Да, – тихо ответила Сюзанна. До нее дошел смысл его вопросов. – Я подозревала, чем занимается Клэренс. – Она покачала головой. – Нет, я точно знала. Просто не хотела признаться себе самой. Я должна была разыскать брата, а все остальное меня не волновало. Но всякий раз, когда мы покидали очередной город, Клэренс говорил, что придется выполнить еще одну, на этот раз последнюю миссию.

Трэвис кивнул.

– Я не могла отказать ему, Трэвис. Из-за Брета.

– Что произошло сегодня, Сюзанна? Как ты оказалась у Дьявольских Ворот?

– После сегодняшнего выступления Клэренс заявился в мою уборную и заставил меня пойти с ним. Но он не сказал куда, а лишь угрожал, что если я откажусь, то больше никогда не увижу своего брата.

Трэвис вздохнул. Скорее всего, Брета Форто уже не было в живых, и Клэренс просто обманывал Сюзанну, чтобы заставить ее подчиняться. Однако он решил не говорить ей о своих подозрениях, пока не убедится наверняка. Сюзанна взглянула на ночное небо.

– Я была такой дурой, Трэвис, – прошептала она и посмотрела ему в глаза. – Мне очень жаль.

У Трэвиса комок застрял в горле. Он так долго пытался отрицать то, что подсказывало ему собственное сердце. Но дальше так продолжаться не могло. У него уже не было сил. Однажды Трэвис отверг ее любовь, но судьба предоставила ему еще один шанс. И он не должен упускать его. Трэвис любил Сюзанну, и если раньше он сомневался в этом, то теперь знал наверняка.

– Нет, Сюзанна. Настоящим дураком был я, – нежно произнес Трэвис, дотронувшись до ее щеки, его голос ласкал слух подобно тому, как бархат ласкает обнаженное тело. Он обнял Сюзанну и прошептал, – потому что не понимал, как много ты значишь для меня.

Сюзанна посмотрела на него со смешанным чувством. В нем были боль и страх за судьбу своего брата и надежда на любовь и счастье, воплощением которых для нее стал Трэвис.

Он вытер слезы с ее щек и нежно поцеловал Сюзанну. Его прикосновения походили на языки пламени, обжигающие кожу.

– Я никогда не думал, что это случится со мной вновь, Сюзанна, – хрипло произнес Трэвис.

Сюзанна молчала, чувствуя, что для нее настало время слушать, а не говорить.

– Я люблю тебя, Сюзанна. Люблю больше, чем что-либо на этом свете. Когда-то я бросил тебя. Тогда я был молод и обозлен на весь мир. И мне хотелось во что бы то ни стало бежать от всего этого. – Он погладил ее по щеке. – Прости меня, Сюзанна. Я хочу, чтобы ты осталась со мной в этом городе, – продолжал Трэвис. – Чтобы ты стала моей женой. – Внезапно Трэвис понял, как ему хочется, чтобы все случилось именно так. – Я знаю, что здесь не Новый Орлеан, и все же…

– Я… я не могу, Трэвис, – прошептала Сюзанна. Сердце ее было готово разорваться на части.

Трэвис нахмурился.

– Не можешь, – в его голосе прозвучало подозрение, – или не хочешь?

Глаза Сюзанны снова наполнились слезами.

– Я люблю тебя, Трэвис, – тихо произнесла она, – и всегда любила. Но я не могу остаться здесь. – Сюзанна слегка отстранилась от Трэвиса и повернулась к нему спиной. – Я приехала сюда в поисках моего брата… – ей ужасно хотелось разрыдаться. – Я не могу забыть о нем. Я должна найти его… – голос Сюзанны дрогнул, и она заплакала.

Трэвис нежно обнял ее. Несколько минут они стояли на тротуаре у входа в «Маунтин Квин». Стояли в объятиях друг друга, каждый поглощен своими собственными мыслями, надеждами и желаниями, не догадываясь, до какой степени они совпадают.

Трэвис закрыл глаза. Все это казалось ему нереальным. Семь лет назад он бросил вызов собственному отцу и покинул родной дом, отвергнув любовь Сюзанны в числе всего прочего. Теперь она стала для него единственной любимой женщиной. Судьба подарила ему еще один шанс, и теперь, черт побери, он не собирается упускать его.

* * *

Магнолия стояла у дверей своей спальни и наблюдала за Трэвисом и Сюзанной, их объятиями и поцелуями. При этом пальцы Мэгги непроизвольно сжались в кулаки. В конце концов ревность охватила каждую клеточку ее тела.

Мэгги сверлила глазами Трэвиса, мысленно приказывая ему оставить Сюзанну и обернуться. Однако он не хотел подчиняться, его взгляд и нежные слова предназначались этой певичке, а не Магнолии.

Мэгги понимала, что теряет Трэвиса. Он отверг ее ради Сюзанны Форто. В глазах Магнолии сверкнула ненависть. Ее ошибкой стало то, что она пригласила сюда Лонше вместе с этой певичкой. Кто бы мог подумать, что Сюзанна все еще любила Трэвиса? И, похоже, он отвечал ей взаимностью. Магнолия была вне себя от злости. Ее план казался ей таким совершенным, за исключением досадных мелочей, которые, однако, вдруг перестали быть мелочами. От этой девицы требовалось отвлечь на себя внимание Трэвиса, чтобы тот не мешал их планам. Только и всего. Магнолия специально выбрала Сюзанну, узнав о том, что произошло между ними семь лет назад. Она не сомневалась, что Сюзанна захочет отомстить Трэвису, и уж никак не ожидала, что эта певичка снова влюбится в него.

Магнолия почувствовала острое желание убить их обоих. Пистолет лежал неподалеку, прямо на туалетном столике. Рядом с визитной карточкой – кусочком картона с золотым кругом посередине. Мэгги улыбнулась. Она знала, что ее высокий пост позволяет совершить безнаказанно любое убийство. Если Магнолия уберет Сюзанну, то Трэвис обязательно вернется к ней.

Мэгги снова выглянула в окно, но Трэвис и Сюзанна уже ушли. Магнолия начала выхаживать по комнате, обдумывая план мести. Когда он окончательно созрел в ее голове, она мысленно вернулась к событиям сегодняшнего вечера. До этого момента все шло гладко… за исключением Дункана Клайда. Он видел Магнолию, когда та верхом на своей лошади наблюдала за ограблением. Даже в темноте Клайд смог узнать ее. Мэгги почувствовала это, и ей пришлось отдать приказ убрать старика. Она решила, что на этом все их неприятности закончатся.

Магнолия решила изменить тактику и действовать более осмотрительно. Но тут вмешался Клэренс и все испортил. Дурак! Его погубила жадность. Пусть Мэгги и любила Трэвиса, но все же она не доверяла ему. Ее этому научила жизнь. В прошлом ей едва удалось избежать тюрьмы, и теперь Магнолия была предельно осторожна. Во всяком случае, Лонше уже мертв, и никто не сможет напрямую связать ее со всеми этими грабежами и убийством. Только Клэренс знал, что Мэгги возглавила Орден рыцарей после отъезда судьи Терри, потому что получал приказы лично от нее.

Магнолия улыбнулась. В конце концов, все закончилось совсем неплохо.

ГЛАВА 31

Первые лучи солнца уже появились на горизонте, когда Трэвис подошел к офису шерифа. Он оставил Сюзанну в отеле. Женщина смертельно устала и почти сразу же заснула.

– Мэвис Бил сказала, что вы поручили Лайму забрать все вещи Лонше, а заодно и Моргана из их комнат в отеле, – начал с порога Трэвис.

– Да, – удивленно взглянул на него Морроу, сидя за своим письменным столом.

– Я хотел бы осмотреть вещи Лонше.

– Я уже сделал это. Вряд ли там найдется что-нибудь такое, что могло бы заинтересовать его родственников. Кое-какие личные вещи, часы долларов за пять и очки.

– Где сейчас все это?

– Ищешь что-то особенное? – с подозрением спросил Морроу, – что-нибудь из того, что не очень хочется показывать мне? Что, возможно, связывает вас с Лонше?

Трэвис вздохнул.

– Шериф, вы когда-нибудь слышали выражение «нужен, как собаке пятая лапа»?

– Я не охотник, Брэгит.

– Подумайте, какое отношение эта пословица имеет к вам, – добавил Трэвис. Он устал и был не в настроении пререкаться с шерифом. – Итак, черт побери, где барахло, оставшееся от Лонше?

– Вон там, – Морроу указал на стол в углу комнаты.

Трэвис подошел к столу и начал разбирать вещи Клэренса. Кожаный кошелек. Трэвис перевернул его. Пусто. Небольшой футляр с карманными часами, запонками и очками. Нижнее белье. В чемодане лежало несколько рубашек, костюм, четыре галстука и пара лакированных туфель. Во внутреннем кармане пиджака Трэвис обнаружил бумажник.

– Это уже кое-что, – пробормотал он.

Шериф Морроу, отдыхавший в кресле, внезапно оживился и одним прыжком оказался рядом с Трэвисом.

– Что-то нашел, Брэгит?

Трэвис достал из бумажника визитную карточку.

– Узнаете, шериф?

Морроу посмотрел на кусок картона и нахмурился.

– Нет. – Он почесал в затылке и надвинул шляпу еще глубже на лоб. – А что это?

Трэвис улыбнулся. В центре карточки был изображен золотистый круг. Больше ничего. Ни букв, ни цифр. Ничего, кроме круга.

– Заинтересовались? – спросил он у шерифа.

– Что за чертовщина, Брэгит? – проворчал Морроу, теряя терпение.

– Это визитная карточка члена Ордена рыцарей «Золотого Круга». И не рядового члена, а офицера. – Трэвис вытащил из бумажника еще несколько карточек и положил их на стол. Наконец он извлек тонкую записную книжку. – Интересно, что здесь? – пробормотал он.

Трэвис неспеша перелистал странички. Почерк был едва различим. Очевидно, Клэренс делал записи в спешке. К тому же, он использовал различные шифры. Трэвис знал некоторые из них.

– Шериф, у вас найдется перо и лист бумаги?

– Конечно. В столе у Лайма. Но зачем они тебе? Что ты собрался делать, Брэгит?

– Я хочу коечто переписать отсюда. – Трэвис устроился за столом помощника шерифа. Через десять минут он получил первые результаты по расшифровке. Коды были не очень сложными, к тому же Трэвис как член Ордена знал большинство из них. Поэтому ему оставалось лишь попробовать несколько вариантов, чтобы опытным путем выяснить, каким именно пользовался Лонше для своего рабочего дневника.

Трэвис откинулся на спинку стула и вздохнул. Во всяком случае, он сможет рассказать Сюзанне, что стало с ее братом. Но следующая запись Клэренса огорчила его. Трэвис встал и подошел к шерифу.

– Вы намерены завершить это дело как можно скорее?

Морроу озадаченно взглянул на него.

– Завершить? Мне казалось, что все уже позади.

Трэвис покачал головой.

– Есть еще один человек, которого следует побыстрее упрятать в вашу тюрьму.

– Ты узнал об этом из записей Лонше?

– Да.

– И кто же это?

– Этот человек виновен в организации всех этих ограблений и убийстве Дункана Клайда. Именно он возглавил местную организацию «рыцарей» после отъезда судьи Терри.

– Выходит, это не ты, Брэгит?

Трэвис нахмурился.

– Вынужден разочаровать вас, шериф.

– Тогда кто же?

Трэвис направился к выходу, но на пороге остановился.

– Это Магнолия Рошел.

* * *

Трэвис зашел в вестибюль отеля «Унион Бель». По пути он встретил Мэвис Бил, пожелал ей доброго дня и, перепрыгивая через две ступеньки, поднялся на второй этаж. Через несколько секунд Трэвис остановился у комнаты Сюзанны. Только бы она оказалась на месте.

В ответ на его стук дверь тотчас открылась. На пороге стояла Сюзанна в дорожном костюме. Трэвис обвел взглядом комнату. Ее чемоданы уже были упакованы и составлены у входа.

– Трэвис, я… – Сюзанна замялась.

– Собралась в путь? – пришел ей на помощь Трэвис.

Она кивнула.

– Чтобы продолжить поиски Брета?

Сюзанна взглянула на него; в ее глазах блестели слезы.

– Я должна, Трэвис.

Трэвис схватил ее за плечи и слегка оттолкнул от входной двери.

– Сюзанна, то, что я в свое время бросил тебя, стало самой большой глупостью в моей жизни. Потому что я люблю тебя так, как никого и никогда еще не любил.

– Трэвис, пожалуйста… – прервала его Сюзанна. – Не нужно ничего говорить. Не сейчас. Я обязана найти…

– Сюзанна, выслушай меня. Если после этого ты захочешь уехать, я не стану тебя задерживать.

Сюзанна кивнула. Больше всего ей хотелось остаться с Трэвисом, каждую ночь ощущать его объятия; она мечтала стать его женой, носить в себе его детей, состариться вместе с ним и умереть в один день. Но Сюзанна не могла позволить себе этого. Она дала обещание своим родителям и себе самой, что любой ценой разыщет Брета. И Сюзанна сдержит свое слово, иначе она перестанет уважать себя.

– Сюзанна, я люблю тебя. Мне не нужно ничего в этой жизни, если тебя не будет рядом. Мое сердце принадлежит тебе. Может, поэтому я и не смог никого полюбить с тех пор, как покинул Новый Орлеан. Возможно, я любил тебя все эти годы, но сам не знал об этом. А теперь знаю, и хочу, чтобы ты ответила мне «да». Ты нужна мне, Сюзанна. Я предлагаю тебе руку и сердце.

– О, Трэвис…

Он заставил Сюзанну замолчать, прикоснувшись пальцем к ее губам.

– Я сказал, что не стану тебя удерживать, Сюзанна. – Трэвис улыбнулся. – Я солгал. – Он достал из кармана записную книжку. – Мне удалось найти это среди вещей Клэренса.

Сюзанна нахмурилась, не понимая, в чем дело.

– Это дневник всех его миссий как офицера Ордена рыцарей. Всех его грязных делишек. – Трэвис открыл страницу, датированную 20-м августа 1861-го года. Сюзанна нахмурилась. – Понимаю, что ты не можешь прочесть текст, Сюзанна. Потому что он зашифрован. Но мне удалось подобрать код.

Она уставилась на листок, испещренный непонятными каракулями. Вдруг ей стало страшно.

– И что… там написано? – прошептала Сюзанна.

– В тот день Клэренс повстречал Брета Форто в Сан-Франциско и передал ему конверт, полученный от другого «рыцаря», выше по званию. Затем Клэренс проинструктировал Брета, как доставить послание представителю конфедератов в Англии…

– Значит, Брет находится в Англии? – удивилась Сюзанна. Она посмотрела на Трэвиса взглядом, полным надежды.

– Похоже, что так.

– О… – Сюзанна обняла Трэвиса за шею и прижалась к нему, но через минуту вновь оттолкнула его и отошла в сторону, как делала уже не раз. Но теперь она улыбалась, глаза ее наполнились слезами счастья. – Попроси меня еще раз, Трэвис, – прошептала Сюзанна. – Пожалуйста.

– Будь моей женой, Сюзанна, – повторил Трэвис. Он взял ее за руки. – Выходи за меня замуж, и я клянусь, что помогу тебе отыскать Брета, чтобы убедиться, что с ним все в порядке.

Сюзанна снова обняла его за шею.

– Я люблю тебя, Трэвис Брэгит, – прошептала она, чувствуя, что тонет в бездонной глубине его серых глаз. – И всегда любила. Я согласна стать твоей женой. – Сюзанна привстала на цыпочки и слегка коснулась его губ своими губами. – Но теперь ты должен прийти к алтарю первым.


Оглавление

  • ГЛАВА 1
  • ГЛАВА 2
  • ГЛАВА 3
  • ГЛАВА 4
  • ГЛАВА 5
  • ГЛАВА 6
  • ГЛАВА 7
  • ГЛАВА 8
  • ГЛАВА 9
  • ГЛАВА 10
  • ГЛАВА 11
  • ГЛАВА 12
  • ГЛАВА 13
  • ГЛАВА 14
  • ГЛАВА 15
  • ГЛАВА 16
  • ГЛАВА 17
  • ГЛАВА 18
  • ГЛАВА 19
  • ГЛАВА 20
  • ГЛАВА 21
  • ГЛАВА 22
  • ГЛАВА 23
  • ГЛАВА 24
  • ГЛАВА 25
  • ГЛАВА 26
  • ГЛАВА 27
  • ГЛАВА 28
  • ГЛАВА 29
  • ГЛАВА 30
  • ГЛАВА 31