Врачебные предписания (fb2)

- Врачебные предписания (пер. С. Е. Вишневский) (а.с. Звездный путь-50) 526 Кб, 261с. (скачать fb2) - Диана Дуэйн

Настройки текста:




Диана Дуэйн Врачебные предписания

«Клянусь именами древних врачевателей Аполлона и Эскулапа, именами его дочерей-целительниц, а также именем Всевышнего применять свое искусство только на благо живой жизни во всем ее многообразии, поддерживать эту жизнь или позволять ей уходить с достоинством Клянусь бороться с преждевременной смертью и никогда не потворствовать ей своими действиями, либо бездействием Где бы мне ни пришлось лечить больных, обязуюсь хранить в тайне все, что должно, обязуюсь не предпринимать никаких действий, в которых я несведущ. Клянусь никогда не использовать звание врача с целью введения в соблазн кого бы то ни было. Обязуюсь обучать всех желающих своему искусству безвозмездно и без предварительных условий, если они произнесут такую же клятву. Клянусь относиться к тем, кто обучил меня искусству врачевания, как к собственным родителям, помогая им, когда они будут нуждаться в этом. Пусть Всевышний услышит мою клятву. И пока я буду верен своему слову, пусть я буду уважаем людьми, но если я нарушу клятву, пусть меня постигнет кара.»

Клятва Гиппократа, пересмотренное и дополненное издание.

«Пусть богохульство, неведение и жестокость уйдут из медицины. И тогда будут счастливы все врачеватели и доволен я…»

Николаус Кулиспер, представитель нетрадиционной медицины.

Глава 1

— Ты помнишь, когда я украл твой труп? — спросил Леонард Маккой.

Высокий седовласый человек, развалившийся в соседнем кресле, рассмеялся.

— Очень печально, но, увы! Убийство, грязь, суета, воровство, педерастия, обман, недостаточная перфузия!

Маккой догадался: Дайэтер хотел таким образом сообщить, что находился тогда в состоянии шока. Он частенько изъяснялся в подобной манере, из-за чего уловить смысл сказанного им можно было лишь напрягаясь. Дайэтер Клиссман владел английским в совершенстве, но порой казалось, будто ему нравится заставлять окружающих в этом сомневаться.

Маккой слегка наклонился вперед, подавая тем самым знак одному из официантов, стоявших за террасой отеля, и сказал:

— Ну что ж, ничего страшного, все переживания уже позади. Вы и ваши молочные коктейли совсем не изменились. Позвольте заказать вам еще один. Официант посмотрел на них, кивнул и вышел. А Маккой снова развалился в кресле и засмотрелся на пейзаж, открывшийся его взору за террасой. Старинное здание отеля возвышалось на макушке небольшого плато между городом Венген и самой высокой вершиной Бернских Альп под названием Юнгфрау, что по-немецки означает «Дева».

Прозрачно-голубое небо указывало на приближение осени: хотя по календарю был лишь конец июля, но уже потихоньку начинали опадать листья с деревьев. Там внизу, среди одиночных вечнозеленых сосен, под коричневыми островерхими крышами уже загорался свет в окнах — день клонился к закату. Западную часть города в это время накрывало тенью гор.

В долине Лаутербрюннен вспыхнула пара огоньков. Это приближалась электричка, переполненная пассажирами, едущими из Интерлейнена, Туна и Берна.

На улицах города не было другого транспорта, кроме тележек, небольших авто на электрической тяге да повозок, запряженных лошадьми; более крупные автомобили и летательные аппараты никогда не поднимались выше Лаутербрюннена. Маккой только приветствовал все эти строгости, ибо благодаря им вокруг стояла тишина, лишь изредка нарушаемая колокольчиками на упряжи лошадей, блеянием коз и мычанием коров, пасущихся на зеленых альпийских лугах, раскинувшихся в предгорьях. Над всею этой идиллией возвышался острый, как клинок, пик, наполовину скрытый облаками. Взирая на раскинувшийся перед ними пейзаж, Маккой заранее радовался, предвкушая необыкновенной красоты закат. Другим приятным событием для него явилась встреча с Дайэтером.

Немало лет пролетело с тех пор, как они учились вместе в медицинском колледже. Тогда они дружили, но после окончания колледжа их пути разминулись. Теперь же Дайэтер был заведующим факультета ксеномедицины в Бернском университете и слыл легендарным специалистом в этой области. А что касается Маккоя, то… «Одному Богу известно, чем занимаюсь я», — усмехнулся он про себя.

— Когда начнется? — спросил он Дайэтера.

— Думаю, примерно, через час, — ответил тот, всматриваясь в долину. Неторопливо отпив из бокала, он спросил. — А что все-таки заставило вас украсть мой труп?

Маккой безмятежно рассмеялся и принялся за второй бокал мятного коктейля.

— Если бы не я, то это сделал бы кто-то другой, — ответил он. — Я подумал, что будет лучшее, если все же это сделает друг.

Дайэтер хмыкнул.

— Среди наших кое-кто уже был замечен в жульничестве, не так ли?

Маккой утвердительно кивнул. Это правда,