В тылу врага [Прасковья Герасимовна Дидык] (fb2) читать постранично

- В тылу врага 1.03 Мб, 207с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Прасковья Герасимовна Дидык

Настройки текста:




Прасковья Дидык В тылу врага




Предисловие

Подвиг советского народа в Великой Отечественной войне еще полностью не раскрыт, не показан нашей литературой. Художественная беллетристика создала, правда, немало книг. Но эпопеи все нет и нет. Читатель часто спрашивает: а когда же, кто из советских писателей напишет «Войну и мир» о подвигах советского народа в годы Великой Отечественной войны? Видимо, все же общество должно накопить большой подготовительный материал, факты, характеры, эскизы, наброски.

Мемуарная литература о Великой Отечественной войне стала появляться еще в боевые годы. Много над этим потрудились бывшие партизаны, документальные книги которых широко известны не только в нашей стране, но и за рубежом. Но в этой области сделано еще далеко не все. В особенности мало книг о подвигах фронтовиков, людей разного рода оружия.

Предлагаемая читателю документальная повесть разведчицы-парашютистки Прасковьи Дидык восполняет в какой-то мере этот пробел. Правда, книга написана не в чисто мемуарном жанре — повествование ведется от третьего лица. Такой литературный прием закономерен. Мы помним его по книгам Дмитрия Фурманова-Клычкова, Николая Островского-Корчагина; им же пользовался и Макаренко в своих документальных книгах о колониях бывших беспризорных. Правда, о Великой Отечественной войне мы как-то больше привыкли читать прямые мемуары, написанные от первого лица. Воины, партизаны откровенно, не стесняясь, говорят о самих себе, о своих боевых товарищах, боевых коллективах, в рядах которых они сражались. Здесь мы встретились с документальной, но уже творчески преображенной формой письма. Но разница эта чисто литературная. Задумываясь над записками разведчицы Прасковьи Дидык, читатель все же невольно будет подходить к ним как к мемуарам, описаниям боевой жизни «бывалого человека». А советская литература бывалых людей имеет свою традицию. Эта традиция освещена пытливым вниманием крупнейших русских художников слова. Само название «литература бывалых людей» дал ей Алексей Максимович Горький, отметивший в одной из своих статей, как важна в нашей советской литературе особая струя литературы бывалых людей. И Горький помогал ей развиваться, подпирал ее своим могучим плечом. Он радовался появлению каждого нового произведения, в котором раскрывались подвиги жизни простых людей из народа. Крупный русский писатель-психолог и яркий беллетрист Вересаев на склоне жизни также отдавал предпочтение невыдуманной литературе. В начале томика своих «невыдуманных рассказов» он писал: «Чем старше я становлюсь, тем все более привлекают меня рассказы о действительно случившемся в жизни и тем меньше я могу читать произведения своих коллег-писателей. Слишком много они пихают в них извести, единственное назначение которой тонким слоем спаивать кирпичи». Все мы, советские мемуаристы, люди лишь подвозящие кирпичи фактов на строительную площадку литературной эпопеи о подвиге советского народа — спасителя своей Родины и Европы от мрака фашизма.

Итак, перед нами записки девушки-молдаванки; ушедшей на фронт добровольцем, сначала в медсанбат, а потом ставшей разведчицей-парашютисткой. Советский читатель уже знаком с действиями разведчика Кузнецова по замечательной книге Героя Советского Союза Медведева. Но многообразный, яркий подвиг этих скромных и мужественных героев еще остается скрытым. Правда, в последнее время тема разведчиков широко эксплуатируется писателями третьего сорта, которые, наспех создавая дешевые, низкопробные произведения так называемого приключенческого жанра, только дискредитируют тему развесистой клюквой, недостойной советской литературы. Появление записок Прасковьи Герасимовны Дидык, показывающих разведку не со стороны, а как бы изнутри самим разведчиком глубокого тыла врага, несомненно обрадует читателя. В этом прелесть книги. Ведь это факт, что безыскусно написанные документальные книги, мемуары читаются советским читателем всегда охотно, может быть, именно благодаря своей безыскусной простоте. В этих произведениях есть не только правда фактов, что предопределено уже самим жанром, но и правда человеческих чувств и переживаний. Именно это достоинство и ставит их в разряд художественных произведений, именно это и создает им популярность в народе. Читатель книги, конечно, сразу поймет, что Мариана Флоря, о которой повествуется в этих записках, и ее автор Прасковья Дидык — по существу в большинстве случаев одно и то же лицо и забудет на первых же страницах эту наивную скромность, в которой право же нет и доли ханжества — порока некоторых наших литературных произведений. Может быть, он догадается и о том, что уж очень много необычного выпало на долю советской девушки, если она решила рассказать о самом сокровенном от третьего лица, как бы отрекаясь от