Единственный цветок в этой говноклумбе 2 [Holname] (fb2) читать онлайн

- Единственный цветок в этой говноклумбе 2 (а.с. Единственный цветок в этой говноклумбе -2) 1.08 Мб, 321с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Holname

Настройки текста:



1. Так хочется остаться

В то время как все необходимые вещи уже были собраны и оставалось только ждать момента отбытия, Шейн не находил себе места. Пусть он и выглядел спокойным, пусть у него и не было действительно серьезных причин для переживаний, необходимость покинуть этот дом вызывала у него грусть.

Парень стоял в своей спальне возле окна, меланхолично смотря в сторону заднего двора. Этот момент можно было назвать началом его нового пути. Стоило ему только покинуть дом, как он сразу же отдалялся от семьи Милошей и был вынужден существовать сам по себе. Ведь там, во внешнем мире, не было бы ничего, что могло бы его защитить, кроме него самого.

Прозвучал стук в дверь. Услышав его, Шейн вырвался из хватки собственных мыслей и обернулся. У входа в комнату стоял мужчина в черном деловом костюме, из-под жилета которого проглядывала белая рубашка.

— Вы уже готовы? — Гоффс покорно поклонился юноше, выпрямился и улыбнулся. — Ваша карета подана.

— Готов.

Шейн сделал глубокий вдох. Как бы сильно ему ни хотелось остаться в этом доме, рассматривая эту ситуацию объективно, он понимал, что у него не было иного выбора. Милоши не могли оградить его от академии, к тому же, они не могли нести за него ответственность.

Приблизившись к дворецкому, Шейн лишь мимолетно взглянул на него и ответил:

— Спасибо, Гоффс.

— Всегда пожалуйста, милорд.

Шейн покинул комнату первым. Он вышел в длинный, уже такой знакомый и привычный коридор, после чего направился в сторону лестницы. Все в этом месте было ему приятно. За то время, что он провел в поместье Милошей, он успел от и до изучить этот дом. Он помнил места, где обычно тренировался, комнаты, где обычно скрывался Марко от своего брата, и комнаты, в которых жила прислуга — единственные люди на всех этих землях, которые были знакомы с Шейном помимо самих хозяев дома.

Следом за парнем шел Гоффс. Он наблюдал за спокойным выражением лица Шейна и за его уверенной походкой. Ни одно из действий парня не выдавало его истинных эмоций, так что дворецкому приходилось только гадать о чем думал тот.

— Милорд, — позвал Гоффс, следуя на несколько шагов позади Шейна, — вы уверены, что не хотите взять с собой кого-нибудь из слуг? Студенты аристократического происхождения имеют право взять с собой одного слугу.

Шейн молчал первые секунды. То ли вопрос до него дошел не сразу, то ли он вновь попытался обдумать свое решение. В конечном счете парень ответил:

— Не вижу в этом никакого смысла. Я вполне могу справиться со всем самостоятельно. К тому же, слугу нужно содержать. Могу ли я себе это позволить?

Гоффс улыбнулся и опустил голову. Все-таки теперь он понимал, что с момента прибытия Шейн действительно смог повзрослеть. Особенно хорошо это было понятно уже по тому, что Шейн ни о чем не жалел и не стремился слезно просить помощи у других. Напротив, он решительно отправлялся в Цветочную академию, в которой, возможно, его могло ждать нечто ужасное.

— Как жаль, — со вздохом выдавил Гоффс, — если бы вы захотели, я бы выдвинул свою кандидатуру. Заодно и вновь окунулся бы в учебный процесс.

Шейн рассмеялся. Услышать от дворецкого его желание вернуться в академию он явно не ожидал, а потому сейчас и улыбался во все зубы. Весело, счастливо и свободно.

Впереди показалась лестница. Шейн, постепенно успокоившись, свернул к ней и начал спускаться на первый этаж. Уже там, где-то внизу, виднелась парочка ожидавших людей.

— Вы стали намного живее, чем раньше. — Дворецкий завел руки за спину, приподнял голову и мечтательно представил себе выражения лица Шейна, когда тот только-только прибыл в этот дом. — Кажется, господин Джуро на вас хорошо повлиял.

— Не только он.

Шейн улыбнулся. Он посмотрел на две мужские фигуры, стоявшие на первом этаже у выхода, и начал постепенно ускоряться.

— И вы, — продолжил парень, — и Марко, и даже обстановка в этом особняке.

Джуро и Марко также заметили приближавшихся к ним людей. Они почти разом оглянулись и посмотрели на виновника сегодняшних событий.

Когда Шейн уже успел спуститься и приблизиться к обоим мужчинам, Гоффс только-только переступил через предпоследние ступени. Он не стал ускоряться и нагонять своего юношу. Ему было уже достаточно того, что он мог наблюдать со спины.

— Выглядишь расстроенным, — заговорил Джуро, задумчиво осматривая выражение лица Шейна.

— Наоборот, — отвечал Марко так уверенно, будто бы вопрос был направлен ему, — он только рад сбежать из-под твоего контроля.

— М… — Джуро широко улыбнулся, закрыл глаза и почти угрожающе посмеялся. — Марк, ты же не собираешься бежать из дома сразу следом за Шейном?

— Я? — Марко приложил руку к своей груди и изобразил искреннее удивление, правда, получилось у него не лучше пьяной бездомной проститутки.

— Марк, — вновь позвал Джуро, — надеюсь ты помнишь об обещании, которое мне дал? Что в нем говорилось?

Марко недовольно поджал губы. Вместо того, чтобы взглянуть на брата, он так и продолжал смотреть на Шейна, будто бы все его слова обращались к нему.

— Делай что угодно, — заговорил Марко, — только на нашей территории.

— Именно так.

Джуро широко и гордо заулыбался, Марко нахмурился, а Шейн лишь устало пожал плечами. Сколько бы он не наблюдал за отношениями этой парочки братьев, сказать почему они были такими непохожими, он не мог.

— Так или иначе, — вновь прозвучал голос Джуро. Мужчина повернулся к Шейну лицом, будто бы все дальнейшее должно было относиться исключительно к нему. — Будь готов к тому, что тебя ждет дальше. Академия — это не то место, где можно только расслабляться. У тебя должна быть хорошая успеваемость, если хочешь, чтобы отношение окружающих к тебе было лучше.

— Не сближайся ни с кем, — продолжал мысль Марко, — если не хочешь стать чьей-то целью. Лучше ограничь круг людей, с которыми ты будешь знаком и особо не мельтеши перед глазами у преподавателей. Среди этих ублюдков на пенсии есть и те, кто намеренно поддерживают нездоровую конкуренцию среди учеников.

— Но есть и хорошие преподаватели! — решительно продолжил Джуро. — Ты сможешь многому у них научиться.

Оба мужчины недовольно переглянулись. Даже то, как они описывали академию, разнилось из-за их собственного восприятия мира. Единственное, что Шейн понимал по такому странному размытому описанию, так это то, что не стоило никому доверять, и ожидать чего-то хорошего в свой адрес тоже не стоило.

— Ладно, — парень сделал шаг вперед и остановился между обоими братьями семьи Милош. Взглянув сначала на одного, а следом и на другого, он прощально улыбнулся. — Я пошел.

Джуро широко улыбнулся в ответ. За то время, что Шейн провел в этом доме, он действительно стал считать его близким, почти родным, человеком. Приподняв руку, мужчина резко положил ее на плечо парня и рассмеялся.

В это же время, стараясь сдерживать улыбку, Марко положил свою ладонь на спину Шейна и осторожно хлопнул его, будто подталкивая вперед.

— Удачного пути.

* * *
На улице было свежо. Недавно прошедший мелкий дождь, казалось, еще напоминал о себе приятным легким ароматом. Через открытое окно внутрь кареты проникал весенний ветерок. Так как время все быстрее близилось к вечеру, температура постепенно спадала.

— Да… Время пролетело действительно незаметно. — Молодой ничем не примечательный юноша сидел в одной карете с Шейном. Будто еще опасаясь смотреть в глаза дворянину, этот парень то и дело покачивал головой и отводил взгляд. — Вы так не считаете?

Шейн искоса посмотрел на паренька. Они оба были примерно одного возраста, оба еще недавно жили в особняке Милошей. Единственным, что их отличало, были их социальные статусы и взаимоотношения с Милошами. К Шейну относились, как к члену семьи, когда как этот юноша, Эстин, был лишь мальчиком на побегушках.

— Ты прав, — ответил Шейн в своей привычной спокойной манере.

Эстин посмотрел на свои ладони, лежавшие на его коленях, и натянуто улыбнулся. В его глазах была видна грусть, и оно было неудивительно, ведь он не хотел, чтобы его единственный ровесник в доме Милошей уехал навсегда.

В отличие от других дворян, как и в отличи от самих Милошей, которые будто бы не замечали свою прислугу, Шейн спокойно общался со всеми. Для него будто не было разницы в статусах, не было разницы в способностях или влиянии. Это приковывало взгляд и подкупало. Пару раз в особняке Шейн даже ненароком попытался заговорить с девушками-служанками, но после парочки обмороков с их стороны и выговоров со стороны дворецкого он в конечном счете сдался и перестал пытаться выйти на контакт. Пусть он и знал, что Милоши не накажут прислугу так, как делают это Дорианы, но ему уже просто не хотелось доставлять проблем самим служанкам.

— Если бы Вы согласились, — заговорил Эстин, — я бы…

Шейн сразу понял о чем шла речь. По нерешительному голосу юноши, по робкому выражению его лица и виноватой улыбке сразу стало ясно, о чем именно он собирался попросить.

— Мне не нужны слуги, — решительно ответил Шейн. — Сейчас самое важное для меня — привыкнуть к самостоятельной жизни.

Эстин замолчал. Он лишь понимающе кивнул и отвел взгляд в сторону. В карете повисла напряженная тишина.

«Я понимаю, почему он так хочет попасть в академию. — Шейн вновь отвернулся к окну. — Для него магия — это что-то прекрасное, что-то недостижимое. В его понимании все маги словно кумиры, и именно из-за этого мне не стоит его брать. Этот парень рос большую часть жизни в поместье Милошей. Пусть он и знает, что мир может быть жесток, по-настоящему во внешнем мире он никогда не жил. Разочарование настигнет его сразу, как мы прибудем в академию, и он поймет какой я бесполезный со своим-то статусом беглеца».

Внезапно повозку затрясло. Странный грохот, прозвучавший с улицы, вынудил Шейна быстро подняться и выглянуть в окно. Прямо на его глазах из леса на дорогу, по которой они ехали, выскочил монстр. Это создание не было похоже ни на одно из тех, которые он видел прежде. Гладкое, круглое, зеленоватое тело с мелкими глазами было высоко поднято над землей огромными странными лапами, напоминавшими согнувшиеся в локтях человеческие руки. Таких лап было всего шесть у этого создания. Они были достаточно крупны для того, чтобы один раз ударить по карете и проломить ее. Чуть ниже глаз на этом круглом теле виднелся рот, напоминавший овальную дыру. В этом рту не было зубов, но из него сочилась странная черная жидкость, которая, попадая на землю, начинала ее разъедать.

По одному только беглому взгляду было понятно то, что монстр выскочил на дорогу намеренно. Он моментально подскочил к карете, поднял свою лапу с пятью пальцами и схватил одну из двух запряженных лошадей. Из-за того, с каким рывком он потянул лошадь, вторая вырвалась из упряжи и быстро отбежала прочь.

Кучер в панике спрыгнул на землю и отступил. Шейн же спокойно открыл дверь кареты и вышел на улицу. Когда парень развернулся к монстру, тот на его глазах поднял вертевшуюся от боли лошадь и засунул ее морду себе в рот. Из-за черной жидкости в пасти монстра лошадь будто начало разъедать: с нее быстро сползла кожа, мясо растворилось и даже череп начал постепенно таять во всей этой странной жиже.

— Отвратительно, — недовольно произнес Шейн, наблюдая за этой сценой. Парень поднял правую руку вверх, и, как и на тренировках, попытался представить необходимый магический круг. В сущности, основа любой сосредоточенной и осознанной магии заключалась именно в этом.

Под ногами Шейна начали появляться соответствующие его представлению круги, линии и узоры. Исходящее от них светло-голубое сияние было доказательством того, что его стихией являлась вода.

Шейн вновь взглянул на монстра, который в этот момент уже дожирал остатки лошади, и тихо прошептал:

— Ледяное копье.

Перед ладонью парня быстро начал появляться и нарастать вытянутый кусок льда. Особенностью этого заклинания можно было назвать то, что количество вложенной маны было равно мощности атаки. Так, ледяное копье Шейна быстро увеличилось и стало намного больше даже него самого. Быстро, словно по щелчку пальцев, оно сорвалось с места и полетело прямо к своей цели. Лед пронзил тело монстра, практически разрывая его на части. Огромное пугающее создание не успело издать даже писка. Его останки просто рухнули на землю.

Кучер, наблюдавший за происходящим, стоял в шоке. Возможно, для него это было уже не первое такое представление, однако для человека, не владевшего маной, всякий раз это выглядело не менее пугающе. Эстин же смотрел на Шейна с блеском восторга в глазах. Он был буквально готов закричать от радости.

Шейн обернулся и быстро осмотрелся. Оставшаяся в живых лошадь блуждала где-то вдалеке. У кареты, на которой они приехали, было сломано колесо. Когда оно сломалось, сказать было сложно. Возможно, при резком торможении. Однако на таком колесе карета не проехала бы и пары метров.

— Ладно, — со вздохом произнес Шейн, — дальше я сам.

— Вы сам? — удивленно спросил Эстин. — А как же карета…

Слуга взглянул на карету и наконец-то заметил причину подобного решения Шейна. Он также обернулся и увидел всего лишь одну лошадь, на которой доехать втроем было бы тяжело.

— Мы втроем так не доедем, — вслух произнес Шейн, будто подтверждая размышления Эстина. — Лучше берите лошадь и возвращайтесь.

— Милорд…

— Я смогу за себя постоять, — настаивал Шейн. Парень прошел к карете, открыл ее дверцу и потянулся к своей сумке, лежавшей на сидении. — К тому же ближайший город уже не так далеко. Я остановлюсь на день в нем и приготовлюсь к продолжению пути с какой-нибудь торговой группой.

Эстин и кучер переглянулись. Как слуги, конечно, они не могли перечить господину. К тому же решение Шейна было вполне обоснованным.

В конце концов оба слуги смирились, поклонились и в один голос громко ответили:

— Удачной дороги! Мы будем ждать от вас вестей!

Шейн прощально махнул рукой, закинул сумку себе на спину и неторопливо пошел дальше. Идти было действительно не так далеко. От места сражения с монстром всего пять десять километров отделяли его от следующего пункта назначения.

«Город, который находится рядом, — размышлял Шейн, — называется Гиппором. Он считается одним из самых крупных на этих территориях, и его должны основательно защищать. Тогда почему рядом с ним блуждает монстр? Подозрительно все это. Где же патрули? Почему такая плохая безопасность?»

Шейн этого не знал, но чуть глубже в лесу, там, куда не попадали солнечные лучи из-за густоты деревьев, находились еще несколько подобных монстров. Собравшись в одну группу, они поедали человеческие и животные тела, наваленные в одну кучу друг на друга. Неприятный, чавкающий звук разносился повсюду. Вместе с ним распространялось и зловоние, которое отпугивало всех оставшихся в живых созданий в этом лесу.

* * *
— С вас две серебряные монеты, — низким строгим тоном произнесла женщина. Молодая на вид незнакомка, хозяйка гостиницы, вальяжно сидела на стуле за стойкой, покуривая трубку. Помимо нее в прихожей не было больше никого. Голоса других посетителей гостиницы также не слышались, однако Шейн чувствовал, что как минимум еще трое людей в этот момент находились где-то неподалеку и занимались своими делами.

Услышав цену, Шейн потянулся к внешнему карману на своей сумке. Он беспрепятственно вынул горсть монет, состоявшую как из бронзовых, так и из серебряных монет. Все эти деньги, специально оставленные во внешнем кармане, он собирался использовать во время пути. Другие же деньги, а именно золотые монеты, он намеренно прятал внутри сумки и не собирался тратить их без необходимости.

Хозяйка гостиницы окинула фигуру Шейна изучающим взглядом. Она осмотрела его внешний вид и личные вещи. Так как на парне была надета совсем неприглядная простая одежда, состоявшая из легких темно-синих штанов и темно-серой кофты, судить о его статусе оказалось тяжело. Украшений у него не было, большая сумка на плече казалась потрепанной, а вот деньги в руках сообщили о том, что, кажется, он был не так богат, но и не беден.

— Если вы пытаетесь понять насколько я состоятелен, — внезапно заговорил Шейн, не отрывая взгляда от собственных рук и все еще подбирая нужные для оплаты монеты, — то могу сразу сказать, что состоятелен. И достаточно.

Парень наконец-то нашел нужные монеты. Он взял их в левую руку, убрал все лишнее и склонился к стойке.

— Если вы хотите знать из какой я семьи, — продолжал говорить Шейн, пристально смотря в глаза удивленной женщины, — то я из семьи Дорианов.

— Дорианы? — машинально повторила хозяйка. Казалось, будто осознание пришло к ней не сразу. Лишь спустя пару секунд в ее глазах появился шок, а ее тело инстинктивно вздрогнуло. — Те самые?

Шейн ничего не ответил. Он положил деньги на стойку, удобнее накинул сумку на свое плечо и развернулся. Низким, угрожающим тоном он прошипел:

— И только попробуй что-то выкинуть. Надеюсь, ты понимаешь, что будет тебя ждать.

Парень двинулся дальше, попутно размышляя:

«Пусть меня и не очень радует идея о том, что я вынужден пользоваться именем моей семьи, в этой ситуации это самый простой вариант избежать проблем. Раньше я старался этого не делать, ведь Дорианы могли бы меня отследить, но теперь, когда я направляюсь в академию, какой в этом смысл? Никто не сможет препятствовать мне на пути к обучению».

Провожая неприятного гостя взглядом, женщина морщилась. Ей явно не понравилась эта угроза, однако из соображения личной безопасности она попыталась примириться с собственными чувствами. Пусть она и не могла проверить был ли Шейн из семьи Дорианов, она знала, что с его стороны было бы глупо врать о подобном. Дворянские семьи всегда были страшны и властны, семьи герцогинь так тем более. Какой бы дурак стал лгать и использовать чужое имя в своих целях? Разве что самоубийца.

Добравшись до собственной спальни, Шейн устало вошел в нее. Обстановка была скудной: кровать, стол, шкаф и зеркало. За два серебряных номер мог бы быть и лучше, но Шейн не собирался ни торговаться, ни выискивать себе место подешевле, поэтому его все устраивало.

Взглядом оценив комнату, Шейн прошел вглубь нее, поставил на пол сумку и задумчиво замер. Руки его как-то сами по себе приподнялись и уперлись в бока.

— Я смогу найти повозку уже только завтра. — Вслух размышлял Шейн. Парень поднял взгляд к окну, замечая, что на улице уже начинало темнеть. — Тогда что мне делать? Может, стоит прогуляться?

* * *
На улице было все также свежо, каменистая поверхность под ногами казалась влажной, ветер все усиливался, и с наступлением ночи становилось все холоднее.

К удивлению Шейна, людей в округе было не так много. Изредка, обычно взрослые мужчины или женщины, пробегали мимо него, да так, будто бы они спешили куда-то. Парень лишь оглядывался по сторонам, и отчего-то все больше чувствовал, что выходить вечером на прогулку ему не стоило.

— Эй, ты, что ты здесь делаешь? — внезапно прозвучал громкий женский голос.

Услышав его, Шейн обернулся и увидел быстро идущую к нему навстречу девушку. Казалось, они были одного возраста. Разве что, эта девушка могла быть на год или два старше его. Из-за необычного золотистого цвета ее кудрявых волос Шейн сразу запомнил эту внешность. Большие зеленые глаза, строго смотревшие на него, казались будто мультяшными, совсем нереальными.

Девушка, приблизившись, поставила руки на бока и укоризненно произнесла:

— В это время не стоит выходить из дома, разве тебе это неизвестно?

— Почему не стоит? — непонимающе спросил Шейн. Парень осмотрел одежду незнакомки и понял, что на ней была форма той самой Цветочной академии. Белая, с легким отблеском ткань закрытого платья сразу бросилась в глаза. На фоне этого белого цвета сильно выделялись черные элементы: темные погоны с серебряными полосами, обозначавшими номер второго курса, черные пуговицы, герб школы на манжетах. Юбка этого платья была пышной, она торчала в разные стороны, но прямо под ней просматривались облегающие черные штаны.

— Ты и вправду не знаешь? — удивленно спросила девушка. — Неужели не отсюда?

— Нет. Я только-только прибыл в город.

Глаза незнакомки округлились. Она приоткрыла губы, будто собираясь что-то сказать, но внезапно где-то неподалеку прозвучал истошный женский крик.

Девушка быстро развернулась и бросилась прямо на эти возгласы. Она помчалась к переулку, из которого доносились звуки, и спешно скрылась за ним. Шейн остался на своем месте, совершенно не понимая ситуацию, но и никак из-за нее не переживая.

«Стоит ли мне идти за ней? — мимолетно подумал парень. — Нет. — Шейн устало прикрыл глаза и развернулся. — Какой смысл искать неприятности на свою…»

Парень так и не договорил. Открыв глаза, он увидел знакомую морду монстра, выглядывавшего из другого переулка. Догадливое странное создание будто чего-то опасалось. В одной из его шести лап виднелось человеческое тело, которое беззубый монстр сосал, словно леденец.

«Потрясающе, — равнодушно подумал Шейн, — просто потрясающе».

Монстр, заприметив парня, внезапно улыбнулся. Из-за его беззубой улыбки, наполненной черной слизью, эта его морда казалась отвратительной. Забросив труп человека к себе в рот, создание быстро проглотило его и помчалось в сторону Шейна.

Парень даже не сдвигался с места. Он не испытывал страха, потому что подобные ситуации уже были ему привычны.



«И что мне делать? Вступить в бой?»

— В сторону! — вновь прозвучал громкий женский голос. Прямо перед Шейном выскочила незнакомка, разговаривавшая с ним не так давно. Широко расставив ноги и подняв обе свои ладони вверх, девушка активировала зеленый магический круг. Этот цвет ослепил Шейна и вынудил отступить.

Парень не увидел атаки незнакомки, однако он четко ощутил сгустившуюся в ее теле ману, которая, приняв облик желаемой атаки, вылетела вперед. Неприятно щурясь, но просто сгорая от интереса, Шейн открыл глаза.

В тот же миг к девушке подскочил отчего-то не раненный монстр и резко откинул ее в сторону. Судя по всему, магическая атака либо не навредила противнику, либо прошла мимо него.

Девушка ударилась о землю, и от боли удара жалобно застонала. Ей потребовалась пара секунд для того, чтобы просто прийти в себя. Когда она осознала, что произошло, в ужасе подняла голову и закричала Шейну:

— Беги!

Монстр остановился напротив Шейна. Так как парень не двигался и опасности, казалось, не представлял, монстр не пытался быстрее с ним расправиться. Вновь зловеще улыбнувшись, он возвысился над сдержанным парнем.

Шейн смотрел на это создание с без раздражения или отвращения. Скорее с легкой угрозой. Но кто вообще будет прислушиваться к немым угрозам?

Монстр поднял лапу и протянул ее к парню. В тот же миг Шейн взмахнул рукой и произнес:

— Покров льда.

По направлению его руки начал быстро появляться лед. Он возник у самой земли, куда изначально была направлена ладонь Шейна, и поднялся вверх, словно крутая горка, замораживая собой все создание целиком. Выглядела эта сцена устрашающе. Шейну не потребовалось и минуты на то, чтобы расправиться с таким тяжелыми противником.

Стоило исчезнуть магическому кругу под его ногами, как Шейн сразу же развернулся и пошел прочь. Девушка, оставшаяся на земле, в шоке спросила:

— Кто… Кто ты?

Шейн будто ее не услышал. Он отдалялся все быстрее. Осознав это, девушка вскочила на ноги и побежала следом за ним. Она начала звать его, но он не отвечал. Внезапно, он свернул за угол. Девушка свернула сразу после него, но его уже и след простыл. Кроме нее в этом месте больше никого не оказалось.

Тяжело дыша, волшебница в волнении прижала руку к груди. Ее сердце все еще быстро билось от бега, переживаний и страха. Это была ее первая миссия на стажировке в магической башне, и это был ее первый провал.

— Лестрина! — раздался крик из-за спины.

Испуганно оглянувшись, девушка увидела свою наставницу, направлявшуюся к ней навстречу. Это была женщина с короткими, будто мужскими, черными волосами, скрытыми под странной шапкой с козырьком.

— Что случилось? — спросила женщина.

Лестрина не знала с чего начать. С необычного парня или с появления монстров?

Женщина вздохнула. Указав большим пальцем через плечо куда-то за спину, она уточнила свой вопрос:

— Лестрина, у тебя ведь магия воздуха? Кто тогда победил этого монстра?

— Тут был парень…

— Парень?

Девушка прикусила нижнюю губу. По строгому взгляду наставницы уже было видно, что она была не в восторге.

— Да, он не выглядел взрослым. Лет 16–17…

— То есть, — женщина нахмурилась, ты хочешь сказать, что, когда ты пришла, он уже его победил?

— Нет. Он победил его после того, как монстр оттолкнул меня.

Лестрина подняла взгляд лишь на секунду, и заметила недовольное выражение лица старшей волшебницы. Провинившаяся девушка сразу поспешила опустить голову и замолчать.

— И где он теперь? — продолжала женщина. — Парень этот.

— Я не знаю. Я побежала за ним, но он…

Прозвучал тихий вздох. Лестрина больше не поднимала головы, но она могла четко представить выражение лица этой вечно недовольной женщины. На мгновение наступила тишина, разрушить которую смог голос лишь самой старшей волшебницы:

— Если ему примерно семнадцать лет, тогда сейчас он, должно быть, направляется в академию. Скоро проведут вступительные экзамены для первогодок. Лестрина, сможешь опознать его на церемонии поступления?

— Да, конечно. — Девушка вновь приподняла голову. — Но зачем?

— Как зачем? — в этот раз женщина не скрыла недовольства ни в голосе, ни во взгляде. — Мы должны фиксировать действия всех сильных мужчин-магов. На каждого из них должно быть составлено подробное описание всех его заслуг, характеристик и действий, чтобы, в случае необходимости, можно было легко разобраться с ним.

2. Так хочется успеть

Прохладный ветер пробирал до костей. Чувство опасности все нарастало. Шейн стоял посреди леса в легком шоке и недоумении. Прямо напротив него, буквально в паре метров, находилась загадочная дверь. Каким образом дверь могла оказаться в лесу? Именно об этом сейчас и думал парень. С какой стороны не посмотри, а рядом не было никаких построек. Только деревья да кустарники. К тому же сама дверь ни к чему не была прикреплена. Она просто стояла в пустоте, и именно это вызывало тревогу.

При обнаружении подобной находке в голове Шейна сразу всплыли слова Марко во время одного из уроков: «Если видишь дверь в пустом пространстве, где ее физически быть не может, поздравляю, ты нашел теневую зону».

Шейн глубоко вздохнул. Ухватившись за лямку сумки на своем плече, он осторожно поправил ее и подумал:

«И почему на моем пути в академию постоянно встречаются то монстры, то теневые зоны? Как будто сама судьба пытается развернуть меня в обратном направлении».

Шейн окинул взглядом дверь. Обычно по форме теневого прохода можно было судить о том, какие монстры скрывались внутри. Это было удивительно, но двери в теневые зоны и впрямь чаще всего соответствовали размеру живших там созданий.

Дверь, что находилась прямо сейчас напротив Шейна, казалось, предназначалась для обычного человека. Она была деревянной, не слишком широкой, но и не слишком высокой. Осознав это, Шейн опустил взгляд и начал рассматривать все, что было у него под ногами.

«Следов на земле нет, значит, оттуда еще никто не выходил. Как долго эта дверь находится здесь? Кровавая луна ведь уже давно была, и с того момента эта дверь стоит запертой?»

Шейн сощурился и вновь посмотрел на загадочный теневой вход. Да, теперь он видел исходившую из этого необычного пространства темную ману. Она будто предупреждала о том, что проникать в это место не стоило.

«Отлично, — Шейн сделал шаг вперед и как-то расслабленно пожал плечами, — тогда давайте ее откроем? Не пропадать же добру. Будем считать, что тренировка».

* * *
Тем временем в особняке семьи Дориан было оживленно. Из-за грядущего отъезда обеих дочерей в академию, несколько последних дней весь дом стоял на ушах. Горничные носились с поручениями и помогали с подготовкой к отбытию, в это же время их господа готовились к прощанию.

Когда момент настал, обстановка была еще напряженнее, чем раньше. Все члены семьи собрались возле ворот в особняк, прямо рядом с двумя экипажами. Две разные кареты были подготовлены для обеих уезжавших сестер. Было бы даже странно, если бы они поехали в одной карете, учитывая то, что теперь они были друг для друга соперницами.

Шанна, глава дома, стояла напротив своих дочерей, счастливо улыбаясь. Она чувствовала себя как никогда гордой. И это было неудивительно, учитывая то, что обе ее дочери показывали сейчас просто потрясающие результаты в тренировках и обучении.

— Надеюсь, — заговорила Шанна, — вы смогли достаточно отдохнуть и морально подготовиться к началу обучения.

Фиалковый взгляд женских глаз переместился на старшую дочь. Джулиана, как всегда, выглядела гордо и сдержано. На ее лице были видны строгость, решительность. Учитывая все ее прошлые заслуги, полученные за первые два года обучения, не было сомнений в том, что и на последнем, третьем курсе, Джулиана покажет отличные результаты.

— Джу, — ласково позвала Шанна, — уверена, если ты и дальше будешь прилагать все усилия, ты добьешься всего, чего захочешь.

Джулиана посмотрела в этот теплый счастливый взгляд Шанны и кивнула.

— Вы правы, матушка.

Тогда взгляд Шанны переместился на младшую дочь. В отличие от старшей, Моржана выглядела не сдержано и величественно, а будто вызывающе и непокорно. В ее взгляде явно виднелось раздражение, понимать причину которого окружающим было достаточно тяжело. Одна лишь Моржана знала, что ее так злило.

— Мор, — Шанна вновь тепло и заботливо улыбнулась, — если хочешь добиться большего, тогда тебе нужно, как минимум, достичь таких же результатов, какие есть у Джулианы. Это значит, что ты должна быть первой везде: в классе, на потоке и, при возможности, даже во всей школе.

Моржана инстинктивно поджала губы. Да, именно эти слова и эта довольная материнская улыбка были тем, что ее так сильно раздражало. Шанна выглядела, как настоящая любящая мать, но на самом деле она была одним и тем же человеком, который полностью забыл про своего пропавшего сына, совсем не горевал из-за погибшего сына и уже давно позабыл об убитой первой дочери. К тому же теперь она еще и была человеком, который носил под грудью недавно зачатого ребенка.

Искоса бросив взгляд на выпиравший из-под легкой волнообразной кофты живот Шанны, Моржана мысленно отметила про себя, что он становился все больше. Да, до крайнего срока было еще далеко, но сам факт зачатия нового ребенка отчего-то совсем не казался радостным.

— Хорошо, — все же ответила девушка, вновь приподнимая взгляд, — я все сделаю, матушка.

Глаза Моржаны встретились со взглядом Шанны. Герцогиня смотрела так пронзительно и испытывающе, будто бы пыталась как-то проверить правдивость этих слов. Тем не менее даже после этого взгляда на лице Моржаны не дрогнул ни один мускул. Она больше не боялась ни своей матери, ни своей сестры, хотя еще совсем недавно они обе внушали ей неподдельный страх.

Девушка посмотрела за спину матери и увидела стоявших на пару шагов позади отца и брата. Кеннет, как обычно, выглядел равнодушным. В последнее время именно эта черта его характера отчего-то начала раздражать Моржану. Она будто даже не хотела видеть своего отца, хотя до этого момента чувствовала к нему уважение, как к избранному королевы.

Ощутив на себе еще один взгляд, Моржана перевела внимание на своего единственного оставшегося брата. Юстас стоял в ухоженной нарядной одежде. Все его тело казалось здоровым, никаких травм или побоев на нем больше не было. Так уж случилось, что после всего произошедшего у Моржаны совершенно не было времени на то, чтобы издеваться над своим братом. Что касалось другой сестры, то тут и так все было ясно. Джулиана была слишком хладнокровной, и поэтому ее нисколько не трогала судьба других членов семьи. Умерли бы они или нет, это ее не касалось. Кроме двух сестер в доме больше не было никого, кто мог бы навредить бедному юноше. Разве что Шанна, но она скорее предпочитала наказывать своих рабов, чем сыновей.

Встретившись со взглядом Юстаса, Моржана вздрогнула. По ее телу буквально пробежали мурашки. Парень смотрел на нее влюбленным, зависимым взглядом. Таким, будто бы он был готов сделать все, только ради того, чтобы она обратила на него внимание. И отчего-то Моржану это совсем не радовало.

«Так как брат остался только один, он достанется либо мне, либо Джулиане, — Моржана отвела взгляд и недовольно поджала губы, — если кто-то из нас не найдет себе более достойного супруга. Честно говоря, я просто не могу думать о нем, как о своем партнере. И навряд ли я смогу думать так о ком-либо еще, кроме самого Шейна. Все-таки я всю свою жизнь представляла на этом месте лишь его».

— Ладно, — произнесла Шанна, устало прикрывая глаза, вам уже пора. Удачного пути.

Девушки просто кивнули, развернулись и направились в сторону своих экипажей. Шанна и Кеннет, оставшиеся позади них, проводили их задумчивыми взорами. Что касалось Юстаса, то он так и продолжил смотреть с трепетом лишь на одного человека.

«Она стала так добра в последнее время, — Юстас приложил руку к своей щеке и счастливо улыбнулся. — Теперь она даже перестала меня бить. Я так и знал, что у нее ко мне особое отношение. Стоило только братьям уйти с моего пути, и все наладилось. Кажется, она заботится обо мне, но даже если бы она захотела меня ударить, я был бы совсем не против».

Когда Моржана подошла к своей карете, она заметила на себе недовольный взгляд сестры. Джулиана стояла неподалеку и пока что не спешила отходить.

— Дам совет, — с вызовом заговорила старшая, приподнимая голову, словно гордый лев, — лучше не мешайся у меня под ногами. Заметить не успеешь, как твоя голова взорвется.

— Не беспокойся о моей голове. — Моржана насмешливо улыбнулась и, напротив, склонив лицо, исподлобья посмотрела на Джулиану. — Я буду ее оберегать.

* * *
Град из ледяных копий посыпался прямо на группу собравшихся монстров. Эти крупные острые глыбы, падая, разрывали плоть, пронзали сердца, выплескивали кровь.

Монстры, внешне напоминавшие оборотней из сказок, были примерно ростом со взрослого человека. Они передвигались на задних лапах и атаковали своими длинными когтями и острыми зубами.

Эти создания шли на звук шагов Шейна, и всякий раз, когда Шейн уничтожал их, они через пару минут возрождались на прежнем месте. Так, в очередной раз уничтожив противников, Шейн недовольно поморщился.

Теневая зона, в которой он находился, имела форму высокой округлой башни. Единственная лестница в этом месте, которая вела от самого первого этажа и до второго, но самого высокого, расположенного прямо под потолком, тянулась вдоль стены и закручивалась в виде спирали.

Шейн стоял на этой широкой лестнице, задумчиво поглядывая вниз. Монстры, которых уничтожал парень, находились будто на уровень ниже, прямо на открытом пространстве, поэтому Шейн мог атаковать их на расстоянии.

Глубоко вздохнув, парень приподнял голову и посмотрел на дверь, которая в этом месте, помимо основного входа в теневую зону, была единственной. Она находилась буквально под потолком, и лестница, которая к ней вела, постепенно становилась все уже.

Шейну уже было тяжело сказать как долго он вот так поднимался до вершины. Ему оставалось пройти не более пары метров, и только это придавало ему сил.

Неподалеку, чуть ниже по лестнице, вновь прозвучал вой монстров. Возродившиеся создания всем скопом помчались следом за удалявшейся целью.

Шейн даже не стал опускать на них взгляд. Быстро вытянув левую руку, он представил нужный магический круг и активировал заклинание:

— Ледяные копья.

Яркий свет озарил округу, и эта сильная атака повторилась вновь. Монстров просто разорвало на части, оставляя после них лишь куски мяса, да лужи стекавшей по ступеням крови.

«Монстры, которые умирают внутри теневой зоны, — размышлял Шейн, продолжая подниматься, — возрождаются вновь. Время возрождения меняется от одной зоны к другой, так что сразу определить как долго будут перерождаться монстры, довольно сложно».

Парень слегка подпрыгнул, поправляя скользившую на его плече лямку сумки. Во время прохождения этой зоны он пытался как можно меньше вступать в физические сражения, и в основном полагался на магию, хотя это и было для него непривычно.

«Что касается внешнего мира, то там монстры не могут просто так возрождаться. Как только они покидают теневую зону, они сразу теряют свое фактическое бессмертие».

Впереди показалась нужная дверь. Продолжая идти все таким же ровным шагом, парень будто даже ее не замечал. Лишь когда между ним и самой дверью осталась какая-то парочка узких ступеней, он остановился и поднял голову. Его посторонние мысли разом улетучились. Осталась лишь дверь и смутное понимание серьёзности ситуации.

«Обычно, — задумался Шейн, — если общий уровень монстров в теневой зоне низок, тогда босс крайне опасен».

Шейн бегло осмотрелся. Внутри башни не было ничего действительно подозрительного. Да, как обычно, в стенах теневой зоны виднелась мана, но именно эта мана и поддерживала существование этого пространства. Сама по себе опасности она не несла. Да, здесь были кое-какие монстры, но в сущности они не были настолько опасными, чтобы говорить о неизбежной гибели. И, да, здесь явно была комната босса, которая так и ждала, чтобы в нее кто-то заглянул, но отчего-то Шейн не спешил этого делать.

— Стоит ли мне вернуться? — вслух спросил сам себя Шейн, начиная осознавать, что по другую сторону двери ему, возможно, придется действительно выложиться по полной. Это точно нельзя будет назвать простой прогулкой, и просто магией здесь обойтись будет сложно.

Парень задумчиво хмыкнул. Прошла секунда, две — это время тянулось достаточно долго, хотя на самом деле казалось, что все произошло быстро.

— Хорошо. — Шейн поднялся на еще одну ступень и решительно подтолкнул дверь правой рукой. Со следующим своим шагом он подступил к двери вплотную, после чего решительно перешагнул через порог.

В комнате, скрытой по другую сторону, постепенно начал загораться свет. Факелы, развешанные на одном уровне вдоль стен круглого пространства, один за другим стали освещать колонны. Когда свет зажегся по всей комнате, фигура, стоявшая в самом ее центре, распахнула свои красные, будто налитые кровью, глаза.

Этот монстр был очень похож на тех, кто преследовал Шейна во время всего его подъема. Он стоял на задних волчих лапах, его тело покрывала густая, темно-серая шерсть. Длинные уши стояли торчком, вытянутая пасть была раскрыта, из нее проглядывали острые клыки.

Даже при виде этих устрашающих глаз Шейн сохранял самообладание. Этому он научился на занятиях Марко.

Щелкнув пальцами правой руки, парень беззаботно произнес:

— Так как я впервые тебя вижу, буду звать тебя Волчара.

Монстр приподнял передние лапы, шагнул вперед и, еще шире раскрыв свою пасть, зарычал. Его громкий рев был настолько оглушительным, что, казалось, эти звуковые волны могли отталкивать от себя даже некоторые предметы. Шейн ненароком закрыл уши руками и удивленно спросил:

— Не нравится?

Монстр бросился в атаку, и Шейн воспринял это как сигнал. Отбросив от себя сумку с вещами, парень быстро топнул ногой и активировал магический круг. Воздух в комнате охладел, а по земле, прямо от ног Шейна, начал расползаться лед.

Когда этот лед приблизился к монстру, крупное создание не задумываясь вскочило на него и поскользнулось. Оно повалилось вперед и покатилось прямо в сторону Шейна.

Парень отскочил вправо, туда, куда его ледяной покров не добрался, и сразу отступил.

Монстр врезался мордой в соседнюю стену комнаты, отчего и затормозил. В ярости он ударил своей лапой по земле, вызывая лёгкую тряску. Поверхность пола под этой массивной лапой после удара прогнулась, оставляя на этом месте дыру.

Шейн вытянул руку в сторону и представил еще один магический круг. Нужные символы сами возникли под его ногами и активировали следующее заклинание. В раскрытой ладони парня из одного кристалла льда начал возникать и увеличиваться острый меч.

Когда монстр вновь вскочил на задние лапы, Шейн бросился к нему навстречу. Они оказались рядом довольно быстро. Монстр замахнулся и приготовился к атаке.

В это же время, наклонившись вперед, Шейн проскочил под лапой противника, миновал его атаку и, намеренно рухнув на пол, проскользил прямо между огромными задними лапами зверя.

Еще даже не притормаживая, Шейн прикоснулся ко льду и представил нужный магический круг. Яркий свет этого заклинания показался действительно ослепляющим.

Слегка ошарашенный монстр не спеша оглянулся и посмотрел вниз, на источник света. В этот же миг прямо из-под его ног появился лед, который начал поглощать его тело, словно настоящий паразит. Сначала задние лапы, затем корпус и уже передние лапы. Монстр чувствовал, что этот лед вскоре должен был добраться и до его головы, и, будто не собираясь допускать этого, он собрал все остатки своих сил в конечностях.

Двигать уже замороженными частями тела поначалу было невозможно. Однако из-за приложенных усилий лед кусочек за кусочком начал рассыпаться. Когда монстр сжал обе свои передние лапы в кулаки, лед вокруг них окончательно рассыпался.

В тот же миг над головой промелькнула тень. Монстр инстинктивно поднял голову и увидел летевшего ему навстречу Шейна с ледяным мечом в руках. Парень приземлился ногами на плечи монстра и быстро, без колебаний, воткнул ему в шею свое оружие.

Глаза зверя расширились от смеси боли и шока. Крупное мохнатое создание замерло, а затем, потеряв остатки своих сил, повалилось назад.

Шейн начал падать вместе с ним, и лишь в последний момент он сумел отскочить в сторону, не потеряв при этом равновесия. Парень выпрямился, оглянулся и устало выдохнул. Сейчас его руки были не в лучшем виде. Из-за ледяного меча они чувствовали себя довольно неприятно, а из-за мощной магии, называвшейся ледяным покровом, все тело парня будто бы охладело. На самом деле так было со всеми магами. Когда ты использовал слишком сильную магию твое тело, в зависимости от стихии, нагревалось или остывало. Так, маги воды и ветра чувствовали холод, во время использования заклинаний, а маги огня и земли — тепло.

Быстро окинув взглядом тело поверженного монстра, Шейн мимолетно задумался о том, каков же он на вкус. Эта дурная привычка представлять вкус убитого противника появилась у него незадолго после возвращения из пещеры, где он долгое время только и делал, что питался монстрами.

Отгородив себя от вредных мыслей, Шейн отвернулся и отрицательно покачал головой.

— Уверен, все мясо монстров в мире жутко отвратительное.

* * *
Спустя еще пару дней, уже буквально в сутках пути до академии, Шейн прибыл в еще один пункт привала, а именно в город — Нобиус. Этот город являлся частью королевства Пеальм, который граничил с территорией Terra nullius. Можно было сказать, что именно этот город был границей между королевствами Пеальм и Бельрук, через которое все это время путешествовал Шейн.

Парень стоял в очереди перед главными воротами в город. Вокруг него было достаточно много людей. На широкой дороге стояли как торговые повозки, так и кареты с высокопоставленными лицами. Удивительно, но все ждали своей очереди, хотя, возможно, так было только потому, что это была граница, а на границе никакие поблажки не были допустимы.

Когда подошла очередь Шейна, парень спокойно приблизился к стражницам в доспехах и поздоровался. Хмурые женщины окинули его недоверчивым взглядом, после чего сразу занялись своими делами. Одна из них взяла в руки перо и бумагу, другая спросила:

— С какой целью вы направляетесь в королевство Пеальм?

Шейн бросил взор на людей, прошедших по очереди чуть раньше него. Сейчас все три эти девушки как раз спокойно проходили через ворота, и их стражницы практически ни о чем не спрашивали.

— Я проездом, — равнодушно отвечал Шейн, возвращая взгляд к лицу охранницы. — Направляюсь в магическую академию.

— Юный маг? — глаза женщины сузились. Недоверчиво окинув фигуру Шейна взглядом, она будто вновь попыталась дать ему какую-то характеристику.

Шейн понимал, почему ему так не доверяли. Во-первых, он был один. Путешествовать мужчинам в одиночку было опасно, к тому же, был велик риск того, что он являлся беглецом, что в текущей ситуации взаправду было так. Во-вторых, Шейн достаточно сильно выделялся на фоне остальных мужчин. У него была развита мускулатура, он казался здоровым, сильным и физически выносливым. Это уже считалось подозрительным.

— Подскажите, — вновь заговорила стражница, — ваше имя, сколько вам лет и какая у вас магия?

— Зачем? — Шейн начинал злиться. — У других вы спрашивали только цель и имя.

Взгляд стражницы стал еще строже. Она выглядела так, будто бы вот-вот была готова перейти к угрозам.

— Это необходимо для того, чтобы фиксировать передвижения магов-учеников. Мы передадим эти данные Цветочной академии, чтобы в случае вашей пропажи можно было отследить ваше перемещение по миру.

— Шейн Дориан, — парень усмехнулся, — 17 лет, стихия — вода.

Вторая женщина, заполнявшая бумаги, быстро записывала все сказанное Шейном. Когда она закончила, не поднимая головы она спросила:

— Подскажите, какой у Вас социальный статус?

— Сын герцогини Дориан из королевства Селестина.

Обе стражницы замолчали. Та из них, которая заполняла бумаги, даже приподняла голову и удивленно уставилась на Шейна.

— Почему вы перемещаетесь по континенту в одиночку? — спросила она непонимающе.

Шейн усмехнулся. Он ожидал подобной реакции, но его уже начинала раздражать вся эта ситуация.

— Вам не кажется, — низким зловещим тоном заговорил парень, — что это уже лишние вопросы?

Стражницы вновь замолчали. После этих слов они будто ощутили исходящую от Шейна опасность. Одна из них, приподняв руку, напряженно спросила:

— Вы не могли бы продемонстрировать свою магию? Я хочу убедиться в правдивости ваших слов.

Шейн прикрыл глаза и улыбнулся. Он знал, что устраивать скандал на границе было очень плохой идей и только эта мысль удерживала его от лишних действий. Приподняв правую руку, парень молча активировал собственную магию. Над его ладонью возникло несколько крупных водяных капель, которые с каждой секундой становились все крупнее и крупнее.

Стражница, увидевшая эту силу, кивнула, отошла в сторону и жестом указала внутрь города.

— Вы можете пройти.

Шейн молчал. Ему даже не требовалось оборачиваться для того, чтобы понять, что все окружающие смотрели на него. Видеть мага в толпе людей было неожиданно и непривычно. К тому же, если этим магом являлся мужчина.

Быстро опустив руку, Шейн как бы сбросил на землю воду и решительно направился дальше. Ему хотелось как можно скорее затеряться в толпе.

«На территории всего континента, — размышлял Шейн, обдумывая всю эту ситуацию, — действует единая система поиска беглецов. Если сбежавший мужчина пересекает границу, и его замечают, его отправляют обратно к семье. Это касается всех сословий и королевств, ведь мужчины в данном случае считаются не более, чем вещами. Не важно богаты они или нет, если они беглецы, их просто нужно вернуть прежнему владельцу. Можно сказать, что именно такой уклад сохраняет мирные отношения во всех королевствах».

Неторопливо шествуя по городу, Шейн осматривал его широкие улицы. Это был самый большой город в этом мире, который он видел. Дома здесь имели не по два этажа, как это было везде, а по три и местами даже по четыре. Широкие улицы переплетались между собой маленькими переулками, которые пронизывали город, словно нити какой-нибудь витиеватой вышивки.

«Так, а теперь у меня есть одна проблема. — Шейн резко замер, наконец-то начиная кое-что осознавать. — Из-за всего того, что случилось со мной в дороге, я уже опаздываю. Оставшийся путь до Терры займет еще два дня, однако это при условии, что я буду идти к ближайшему северному входу. Южный вход, который предназначен для аристократов, находятся на обратной стороне академии, и для того, чтобы дойти до него, я должен потратить еще примерно полдня. Следовательно, если пойду длинным путем, ни при каких условиях я не успею попасть вовремя на испытания».

Парень прикрыл глаза и задумчиво замычал. Пусть эта ситуация и не волновала его достаточно сильно, все же некоторые переживания были. Например, он никак не знал, что стало бы с ним, если бы он не пришел на испытания вовремя. Тогда, вероятно, его объявили бы преступником, который отказался учиться в академии. Шейн знал, что к таким магам-беглецам относились достаточно жестоко и предвзято. А нужно ли ему было подобное обращение к себе? Конечно, нет. Ему уже было достаточно того, что он был мужчиной в этом жестоком мире.

«Ладно, — Шейн вновь открыл глаза и посмотрел на толпу мельтешивших перед ним горожан, — мне просто стоит поторопиться».

3. Так хочется покончить

Голоса повсюду мешали сосредоточиться. Из-за большого потока людей, в котором, словно мелкая рыбешка, проплывал Шейн, было даже тяжело сориентироваться в какую сторону нужно было направляться. Единственное, что Шейн понимал, так это то, что где-то впереди располагались ворота в академию, и он должен был через них пройти.

Он шел вместе с толпой, и как только приблизился к воротам, заметил странную полупрозрачную тень внутри входной арки. Она была словно барьером, который отделял внешний мир от территории академии. Будто не замечая ее, сквозь нее проходили новоявленные и числящиеся студенты.

Шейн прошел через эту арку вместе со всеми. Ощущение было таким, будто он успел окунуться в прохладную воду и быстро вынырнуть из нее. С некоторым интересом Шейн остановился и оглянулся. Он посмотрел на странные ворота и на людей, спокойно проходивших через них. Что же это было такое?

Вскоре ответ нашелся сам. В толпе прохожих внезапно появился тот, кого эта арка не впустила. Этот человек будто даже не увидел ее и сделал решительный шаг вперед, как, неожиданно, столкнулся с прочной, словно каменной стеной. Незадачливого незваного гостя оттолкнуло от этой стены. Он рухнул на землю, притормаживая поток прохожих позади и привлекая к себе всеобщее внимание.

Лишь после этого Шейн понял, что арка была ему видна потому, что она представляла из себя сгусток маны. Обычному человеку подобное было просто невидимо, и, судя по всему, обычного человека эта мана даже не пропускала.

Зазвучал говор. Студенты, столпившиеся возле незваного гостя, начали о чем-то говорить с ним и будто допрашивать об этой странной попытке проникнуть на территорию академии. Такая бурная реакция не была удивительной, потому что посторонним вход на Терру был строго воспрещен.

Шейн не стал разбираться во всем происходящем. Он просто развернулся и пошел дальше. Куда нужно было идти по началу казалось не ясным. Шейн видел в какую сторону направлялись другие студенты, но следовать за всеми ними было явно неправильно, так как не многие из них были первогодками.

Пройдя еще чуть дальше, парень остановился и начал осматриваться. Он находился на длинной асфальтированной тропе, проложенной от самых ворот и до учебных корпусов.

Вскоре взглядом он заметил палатки и стойки регистрации, рядом с которыми суетились люди. Шейн быстро понял, что ему нужно было идти в этом направлении.

Еще немного подумав, парень заметил, что все действующие студенты, а именно второгодки и третьегодки, уже носили форму. Лишь такие как он, новички в этой академии, формы еще не имели.

Впереди показалась очередь. Шейн встал в самый ее конец и покорно начал ждать. Пока он стоял, он думал о многом. В том числе и о том, какой долгой и изнурительной была его дорога. Мысленно ему было совсем не до испытаний.

Вскоре пришел черед Шейна. Парень подошел к стойке, рядом с которой крутилась какая-то студентка в форме, взглянул на квадратную керамическую коробку, которая стояла перед ним, и быстро протянул к ней свою руку. Он уже видел, что делали новички до него, поэтому, поднеся руку к квадратной керамической коробке, Шейн просунул ладонь в круглое отверстие на ее поверхности и вытянул из нее небольшой листок. На этом листке был нарисован порядковый номер, под которым он должен был проходить все этапы вступительных испытаний в академию.

Когда Шейн вытащил этот номер и намеренно отошел в сторону, он наконец-то взглянул на него. Число на листке было равно «66». Это значило, что до него еще как минимум шестьдесят пять магов прибыли для поступления в академию.

Вокруг парня повсюду толпились самые разные личности. В основном женщины, но также были и мужчины. Разные оттенки волос, кожи, непривычные языки — все это доказывало, что в академию стекались маги со всего континента. Правда, не все спешили сдавать вступительные испытания как можно скорее. Кто-то намеренно тянул время и, пока была такая возможность, наслаждался видами. А наслаждаться было чем. Территория, на которой находилась академия, Terra nullius, располагалась в достаточно благоприятном месте. У академии была собственная площадь, спортивные стадионы, зоны отдыха, крупные учебные и жилые корпуса, а также выход к озеру и горам.

Шейн молча направился к другой стойке регистрации и встал в новую очередь. Ему уже не терпелось покончить со всеми этими мероприятиями и лечь спать.

Когда пришла очередь Шейна, парень подступил к следующей стойке. За ней, рядом с магическим шаром, стояла девушка в черно-золотой форме академии. Такую одежду носили только те ученики, которые состояли в студенческом совете. Они же и помогали с организацией всех вступительных испытаний.

Не поднимая взгляда на Шейна, и что-то быстро заполняя в бумагах перед собой, девушка монотонно проговорила:

— Положите руку на магический шар и подождите.

Шейн посмотрел на тот самый магический шар. С виду он напоминал то странное приспособление, через которое гадалки-мошенницы в его мире пытались предсказывать судьбу. Отличие было лишь в том, что внутри этого шара виднелась серая дымка, которая при соприкосновении образовывала собой письмена.

Парень приложил руку к шару и замер. Прямо на его глазах дымка внутри хрустального предмета начала колыхаться и превращаться в таблицу характеристик. Первым, что появилось, были полное имя и возраст Шейна. Следом — данные о его ключевых сильных качествах, основная стихия и ее подтипы. В этой таблице не было конкретных сведений о том, насколько сильным был тот или иной человек. Просто перечислялись его сильные стороны и основные навыки.

Студентка, до этого заполнявшая бумаги, при виде сияния магического шара без интереса подняла взгляд. Беглым взором она пробежалась по тексту и на мгновение замерла.

Удивлённый женский взгляд поднялся на Шейна. То, что ее заинтересовало, было уже в самой первой строке списка характеристик, а именно в полном имени поступающего. Чтобы во всем убедиться, девушка оценила внешность Шейна: платиновые волосы, насыщенные желтые глаза. Не было сомнений в том, что эти данные были отличительной особенностью всего семейства Дорианов.

— Что Вы здесь делаете? — Девушка выронила перо из своих рук и быстро хлопнула руками по стойке. — Вы знаете, что для вас существуют отдельные ворота?

Шейн улыбнулся. Такая реакция после раскрытия его имени была неудивительна. Из-за одежды, которую он намеренно носил во время путешествия, назвать его дворянином было сложно. Возможно, поэтому правда раскрылась лишь сейчас.

Склонившись к стойке, парень приподнял правую руку и приложил указательный палец к губам незнакомки. С хитрым прищуром и довольно загадочным голосом он прошептал:

— Не разводи панику. Какая разница откуда я войду? Главное ведь прийти и не сбежать, верно?

Девушка растерялась. Ее удивление отразилось в расширившихся глазах, покрасневших щеках и в полной потери способности говорить. Лишь спустя пару секунд, когда Шейн отстранился, она неуверенно отвернулась и пробормотала:

— В-вы можете пройти, но если Вы сделаете это здесь, Вам придется сдавать тесты наравне с простолюдинами. Ваше положение…

— Отлично. — Шейн уверенно развернулся, махнул рукой и направился куда-то вперед. — Я пошел.

Девушка осталась в недоумении. Сдача тестов вместе с простолюдинами считалась покушением на дворянскую гордость. Особенно тяжело это было принять тем, кто только-только поступал в академию. Что касалось уже обучавшихся студентов, то они постепенно привыкали к жизни в одних стенах с представителями низшего сословия.

Задумчиво посмотрев в сторону удалявшегося парня, Зэхель Диан подумала:

«Что это за поведение такое?»

Отдалившись от стоек регистрации, Шейн направился к зонам испытаний. На самом деле в этом месте их было не так много, и так как порядок прохождения испытаний точно не был закреплен, Шейн просто направился к ближайшей зоне.

Когда он подошел, в точке сбора для испытаний уже успела собраться небольшая группа. Столпившись рядом с высоким мускулистым мужчиной, все новоявленные студенты замерли в ожидании.

От незнакомца, окруженного со всех сторон, веяло крепкой магической аурой — именно так можно было назвать ощущение опасности перед более сильным магом. Так как этот мужчина был еще и хорошо развит физически, Шейн сразу понял, что он был одним из преподавателей.

— Будем считать, — внезапно заговорил незнакомец, — что все желающие собрались. Меня зовут Эрскью Даррагер. Я преподаватель по физическому развитию, фехтовальщик и боевой маг пяти кругов.

Шейн задумчиво замер. Вспоминая о том, что ему рассказывали Марко и Джуро, он примерно осознавал, кем именно был этот преподаватель. Так как все маги делились на разные специализации, фраза «боевой маг», явно говорила о том, что Даррагер был участником сражений и представителем группы зачистки теневых зон. Фраза «маг пяти кругов» обозначала, что Даррагер мог использовать до пяти магических кругов за раз. Стоило также учесть, что, чем сильнее было заклинание, тем больше у него было магических кругов. Это значило, что Даррагер был силен.

Вновь окинув взглядом фигуру этого преподавателя, Шейн отметил про себя уже не только его мускулы и сильную магическую ауру. Он обратил внимание на рваный шрам на лице мужчины, который тянулся наискосок. Было даже необычно то, что на шрам он обратил внимание в последнюю очередь.

— Теперь, — продолжал говорить учитель, — я объясню правила прохождения этого испытания. Для начала все что вам нужно, это выйти вперед, полностью представиться, назвать свой порядковый регистрационный номер и взять вон ту гирю. — Мужчина отвел руку в сторону, указывая на тяжелый пятидесяти килограммовый объект. — Испытание будет заключаться в том, чтобы за ограниченное время, а именно пять минут, вы подняли гирю наибольшее количество раз.

Прозвучал шепот. И Шейн, и даже сам Даррагер сразу обратили на него внимание. Студенты, стоявшие поблизости, недоверчиво покосились на спортивный металлический груз и явно недовольно замычали. Многие даже не стеснялись показывать на своем лице отвращение.

— Вы спросите зачем это нужно вам, магам. — Даррагер усмехнулся, будто бы именно эту реакцию он ожидал. — Нужно. Маг — это не только человек, которые умеет использовать ману. Это человек, который уничтожает теневые зоны и сражается с монстрами. Каким образом вы собираетесь выживать в теневой зоне без физической подготовки? Одной маной не добудешь еду, не пройдешь путь в несколько десятков километров и даже не сможешь поднять на руки собственный багаж.

Наступила тишина. Студенты казались ошарашенными от этих слов. Шейн даже не мог понять причину, по которой все были так недовольны, ведь то, что говорил Даррагер, было вполне логично. Хотя, конечно, мысленно он осознавал, что для людей, ни разу не бывавших в теневых зонах, само убийство монстров казалось слишком легким. Им просто еще предстояло пройти через лишения и трудности для того, чтобы осознать, чего им не хватает.

— Желающие есть? — спросил Даррагер, взглядом окидывая толпу. — Кто первый?

Все молчали и это было неудивительно. Кто бы добровольно согласился выступить первым в том, чего он не умел?

Внезапно из всей этой толпы новых учеников показалась одна вытянутая вверх рука. Заметив ее, Даррагер сразу среагировал. Мужчина улыбнулся и быстро махнул добровольцу.

Шейн, поднявший руку, вышел вперед. Другие студенты, стоявшие рядом, сразу же разошлись, открывая ему путь. Парень вышел прямо на открытое пространство к преподавателю. Это был небольшой прямоугольный кусочек земли, на котором совсем не росло травы. Где-то неподалеку на нем стояла та самая гиря, справа находился сам Даррагер.

— Меня зовут Шейн Дориан, номер шестьдесят шесть.

На это представление мужчина лишь кивнул. Он повернул голову в сторону студентов и заметил среди них свою помощницу с бланком и пером в руках. Никто особо не придавал значения этой девушке. Она, как и другие ее товарищи из студенческого совета, просто была закреплена за определённой зоной испытаний для наблюдения. Ее работа заключалась в фиксации результатов и, как только Шейн произнес свое имя, девушка молча внесла его в список.

— Дориан, — произнес Даррагер, — какой у тебя социальный статус?

— Сын герцогини, — моментально ответил Шейн.

Лицо Даррагера исказилось. Мужчина сначала удивился. Он выглядел так, будто не поверил в слова Шейна, но затем он все постепенно начал осознавать. У Шейна не было причин для лжи, хотя бы потому, что он уже прошел через стойку с проверкой личности.

Нахмурившись, преподаватель низким строгим тоном протянул:

— Что ты…

— Тут было ближе, — перебил Шейн. Он уже видел во взгляде Даррагера злость. Тот выглядел так, будто Шейн издевался над всеми студентами среднего класса, хотя на самом деле это не было правдой. — Давайте скорее начнем и закончим.

Даррагер на мгновение замолчал. Взглянув в глаза Шейна он не увидел в нем ни тени лжи или лукавства. Напротив, парень выглядел как типичный желающий разделаться со всеми нудными обязанностями поскорее.

Усмехнувшись, мужчина ответил:

— Как скажешь.

Шейн кивнул, подошел к гире и потянулся к ней. Все присутствующие замерли в ожидании.

«Малыш из герцогской семьи, значит? — задумался Даррагер с довольной кошачьей улыбкой. — Чересчур смелый для своего статуса. В отличие от других аристократов, он тренировал физическую выносливость?».

Даррагер поднял руку и быстро взмахнул ею с громким криком:

— Начали.

Шейн спокойно выпрямился, поднял гирю в нужное положение и начал раз за разом поднимать ее над головой. Он никуда не спешил, как сделал бы это любой новичок, считающий, что подобными действиями он сможет достичь лучшего результата. Напротив, Шейн старался делать все так, чтобы тяжелая гиря в пятьдесят килограмм в его руках никак не навредила его телу.

Мимолетно парень взглянул на зрителей, в ужасе смотревших на него, и задумался о том, как же они будут сдавать это же испытания. Ведь подобный вес был далеко не для каждого. Собирался ли Даррагер уменьшать вес после просьб каждого нового испытуемого? Это был даже интересный вопрос.

— Время вышло! — прозвучал громкий голос преподавателя.

Услышав его, Шейн машинально опустил гирю на уровень груди, прижал ее к себе одной рукой и обернулся. Выражение лица Даррагера в этот момент выглядело счастливым. Мужчина явно был в восторге хотя бы от того, что Шейн смог поднять этот вес уже несколько раз. И его явно не волновало то, как много раз он это сделал.

— Справился! — громко вскрикнул Даррагер. — Молодец!

Приблизившись к Шейну, мужчина одним легким движением выхватил из его рук гирю, кинул ее на землю и хлопнул парня по плечу. Настало время удивления и для самого Шейна, ведь поднять этот вес ему удавалось с трудом, а вот для Даррагера, кажется, этого было явно мало.

— На физических тренировках еще увидимся! — счастливо вскрикнул преподаватель. Даррагер громко залился хохотом, не обращая внимания на окружающих.

Шейн, убрав тяжелую мужскую руку со своего плеча, с интересом спросил:

— Скажите, а других вы тоже заставите такой вес поднять?

Мужчина успокоился и улыбнулся. Казалось, этот вопрос даже порадовал его.

— Да, каждый из них должен хотя бы попробовать поднять этот вес и понять, что эта планка для них еще недостижима.

— Для чего это нужно?

— Чтобы потом после моих занятий, когда они с легкостью смогут поднимать такой вес, они знали, с чего начинали.

Шейн удивленно задумался. Теперь во всем этом испытании он видел еще больший смысл. Если раньше он расценивал это лишь как способ оценить навыки новеньких, то теперь это был еще и способ замотивировать учащихся.

— Главное, — с улыбкой отвечал Шейн, — чтобы никто не покалечился.

— Как правило, все знают свои пределы.

Шейн лишь кивнул. Конечно, он не стал никого переубеждать, хотя мысленно был уверен в том, что люди, не знавшие свои пределы, в этом мире все же были.

Попрощавшись с новым знакомым, парень развернулся и плавно покинул площадку. Где-то за своей спиной он услышал громкий крик Даррагера:

— Видели?! И он еще высокопоставленный аристократ, который только чешется, да делать ничего не умеет! Ваш результат должен быть не хуже, чем у него!

Шейн продолжал улыбаться. Он понимал, что эти слова не были намеренным оскорблением в его адрес, и потому не чувствовал обиды. Напротив, это даже его забавляло.

«Если так подумать, в этом месте достаточно много народу, и это при том, что здесь собираются только средние и низшие классы. — Шейн быстро начал бегать взглядом по окружению. — Наверное, если бы эта школа не собирала магов со всего континента, людей было бы куда меньше».

Когда парень подошел к следующей зоне испытаний, через толпу студентов он заметил странный свет, исходивший откуда-то спереди. Шейн приподнялся и начал выглядывать из-за чужих голов. Лишь на мгновение он заметил фигуру миниатюрной девушки, находившейся на небольшой арене рядом с преподавателем. Эта студентка, явно проходившая испытание, выглядела немного побитой. На ее теле виднелись ссадины, одежда в некоторых местах была не то сожжена, не то разорвана.

Вновь возник яркий свет, а вместе с ним и огненная вспышка. Эта сильная магия оказалась направлена прямо в сторону девушки, которая вместо того, чтобы отступить, активировала собственное заклинание. Стена из земли и камня начала быстро вырастать прямо перед ней, но времени на ее создание оказалась катастрофически мало. Огненный шар врезался в хрупкую, так и недостроенную, стену и раскрошил ее на части. Девушку отбросило назад.

Шейн удивленно замер. Подобное испытание нельзя было сравнивать с предыдущим.

Парень перевел взгляд с рухнувшей студентки на преподавательницу — это была женщина в облегающем черном платье, с необычной округлой шляпкой на голове. В руках ее виднелась тонкая вытянутая трубка, из которой стелился дым.

— Итого, — заговорила женщина, — три из трех атак попало в тебя и одна так и не оказалась полностью отражена. Плохой показатель, ты же понимаешь?

Девушка явно через боль поднялась с земли. Ее растрепанные белоснежные волосы после падения оказались запачканы грязью. На лице виднелись песок и сажа. Поджимая губы от боли и обиды, она, покачиваясь, приподнялась на ноги. Вместо ответа она лишь кивнула и побежала прочь.

Толпа быстро расступилась перед ней, но вот Шейн отчего-то не успел этого сделать. Он был просто удивлен увиденным, и поэтому даже не смог сориентироваться.

Незнакомка с разбега ударилась лицом о его грудь. Шейн замер в удивлении, девушка замерла в шоке. Она подняла на него свои яркие голубые глаза, машинально схватилась за его руки и замерла. Казалось, в этот момент даже остановилось ее дыхание. Она была такой худощавой и такой испуганной, словно маленький зверек.

Окружающие с интересом наблюдали за этой сценой. Уловив на себе все эти насмешливые взоры, девушка вновь опустила голову, отошла в сторону и жалобно прошептала:

— Прости, пожалуйста.

Так и не дождавшись ответа, она молча убежала прочь. Шейн остался на прежнем месте в полном недоумении.

«Чтобы девушка в этом мире, да извинилась?»

— Следующий! — раздался громкий женский крик. Обернувшись на него, Шейн взглянул на группу толпившихся студентов, а также на самого преподавателя. Обстановка казалась напряженной. Никто из присутствующих учеников не был готов выходить следующим. Казалось, будто после столь позорного и запоминающегося поражения не было ни одного смельчака, считавшего себя более сильным и талантливым.

Шейн вздохнул. Так как преподаватель не предпринимал никаких попыток для того, чтобы принудить кого-то пройти испытание, конечно, никто и не спешил выходить. Так могло продолжаться до бесконечности.

— Я, — Шейн вновь поднял вверх правую руку, привлекая к себе внимание преподавателя.

Студенты вокруг него начали расходиться, уступая дорогу. Воспользовавшись этим, Шейн вышел вперед.

Преподавательница Элаура Гленн, была худощавой женщиной среднего роста. Если бы не ее экстравагантный стиль и необычный яркий макияж, важнейшей частью которого были морковно-красные губы, она вряд ли бы выделилась чем-то из толпы. Русые тонкие волосы, собранные в низкую шишку. Скруглённые черты лица, прямой нос.

— Меня зовут Шейн Дориан, номер шестьдесят шесть, — произнес парень, выходя на арену и останавливаясь ровно напротив учителя Гленн.

Женщина лишь спокойно кивнула. По ее лицу было сложно прочитать радовалась она или сердилась. Скорее ее просто не волновало ничего из того, что сейчас происходило.

— Напоминаю, — заговорила Гленн, — всего я буду атаковать четыре раза. От первых трех атак ты должен увернуться, четвертую заблокировать.

Шейн кивнул и плавно принял боевую позицию. Прямо на его глазах противник также встал в боевую стойку и приготовился атаковать.

«По сути, — задумался парень, — от результатов испытаний зависит лишь то, в какой класс я попаду и в каких условиях буду учиться».

Под ногами учителя Гленн появились два магических круга. Заклинание было достаточно сильным, чтобы ранить противника, но не достаточно сильным для того, чтобы убить мага.

Огромный огненный шар возник прямо напротив женщины. Без какой-либо команды или намека он самостоятельно сорвался с места и полетел в сторону Шейна.

Парень ждал. Он оставался на прежнем месте до тех пор, пока шар не подлетел к нему настолько, чтобы ощущение его тепла начало обжигать кожу.

Как только Шейн отскочил, огненный шар пролетел мимо него, но это было еще не все. Парень даже не успел сориентироваться, как увидел второй сгусток пламени, летевший в его направлении.

В этот раз Шейну не нужно было даже выжидать. Буквально секунда отделяла его от этой атаки. Машинально парень захотел побежать вперед, но мысленно сразу остановил себя. Вероятность того, что противник атакует его именно спереди, была намного выше из-за эффекта неожиданности.

Шейн отступил, и так быстро, что третий шар, брошенный в него, даже не успел его нагнать. Как и два предыдущих, он просто пролетел мимо. И это была последняя атака, от которой он должен был увернуться.

Четвертый огненный сгусток, летевший в парня, был крупнее предыдущих. Так как последняя атака проверяла не ловкость, а магическую защиту, увеличение силы было даже неудивительным.

Шейн не успел встать в удобное для него положение из-за бега и быстрой скорости атаки. Он лишь поднял руку и представил нужные магические круги.

Сияние, возникшее из-под его ног, осветило округу. Магия Шейна словно по щелчку пальцев, появилась перед ним, и закрыла его собой. Это было не что иное, как ледяная стена — заклинание двух кругов.

Огненный сгусток, влетев на полной скорости в ледяную стену, затормозил. Лед начал растапливаться от жара пламени, только вот и само пламя начало постепенно потухать. Пар, шипящий звук, неприятные жар и холод — именно такой была обстановка в этот момент.

Когда все прекратилось и пар постепенно начал развеиваться, Шейн удивленно осмотрелся. Он увидел лицо преподавателя Гленн, стоявшей с табачной трубкой в руках на прежнем месте. На ее губах была видна довольная улыбка.

— Отлично. Зачтено.

В толпе поднялся шепот. Даже с арены до Шейна отчётливо доносились голоса:

— Вы видели? Видели? Он использовал заклинание двух магических кругов. Он так быстро его активировал!

Учитель Гленн улыбнулась еще шире. Возможно, за весь день это был первый раз, когда ее испытание проходили так успешно.

— И чтобы следующий, кто пойдет, — внезапно завопила преподавательница, вновь погружая толпу в тишину, — справился также хорошо, как и этот парень! Дамы, быстро покажите на что вы способны!

Наступила тишина. Шокированные ученицы замерли в волнении и непонимании. На мгновение показалось, что теперь они еще больше боялись выходить на арену, но буквально спустя секунду задетые этими словами студентки громогласно закричали и выстроились в очередь. Казалось, будто проигрывать мужчине они точно не хотели.

В это время Шейн, покинув зону испытания, вновь скрылся где-то в толпе. Продолжая иронично улыбаться, он все вспоминал счастливое лицо преподавателя Гленн и ее вызывающий последний крик.

«Забавные тут преподаватели. Что эта, что предыдущий. Интересно, из какого они сословия?»

Возле следующей зоны испытаний творилась неразбериха. Это стало понятно еще издалека.

Приблизившись к нужному месту Шейн незаметно присоединился к группе других студентов и замер в ожидании.

Женщина, на вид среднего возраста, стояла посреди очередной боевой арены. В этом месте не было ничего не обычного. Пустая арена, а позади нее, напротив собравшихся, находились крупные мишени.

— Я не буду проводить запланированное испытание! — внезапно заявила преподавательница. Широко улыбнувшись, Орза Киприл уперла руки в бока и вызывающе осмотрела новичков. В ее карих узких глазах так и сияло презрение. И странным казалось то, что с отвращением она смотрела не просто на мужчин, а на всех собравшихся новичков. — Изначально эта зона была выделена для проверки ваших атакующих способностей. Вы должны были стрелять по мишеням своей магией, но я отказываюсь проводить именно это испытание. — Вновь пробежавшись взглядом по толпе и, будто удостоверившись в том, что все внимательно ее слушали, Киприл улыбнулась. — Вместо этого мы проведем с вами настоящий поединок. Один на один. Студент против преподавателя.

На мгновение возникла тишина. Такое заявление просто шокировало. Как можно было сравнивать преподавателя и начинающего мага? Учитывая то, что от результатов этого сражения зависело попадание в определенный учебный класс, перспективы были совсем неблагоприятными.

— Прошу про… — Руку нерешительно подняла девушка, стоявшая в первых рядах.

Киприл взглянула на нее с нескрываемой злобой и резко ответила:

— Возражения не принимаются.

Девушка замолчала, наступила тишина. Неуверенные студенты стали переглядываться, явно ища поддержку друг в друге.

Шейн чувствовал какой-то подвох во всей этой ситуации. Сам этот случай не походил на два предыдущих. У тех, других экзаменаторов, не было никаких корыстных целей, а вот сказать подобное о Киприл было тяжело.

Эта темноволосая женщина азиатской внешности, с собранными в низкий хвост зализанными длинными волосами была высока, стройна и, как обычно, подготовлена ко всему. На ее поясе даже виднелись скрытые в ножнах кинжалы.

— Желающие есть? — громогласно прокричала Киприл.

Наступила тишина. В этой ситуации даже Шейн не решался бросаться вперед сломя голову. Все-таки он слишком явно ощущал какой-то подвох.

Киприл замолчала. Недовольно окинув взглядом толпу, она начала самостоятельно высматривать свою жертву. Это должен был быть человек, сильно выделявшийся на фоне других. Такой, который не стал бы возражать, даже если бы его начали избивать.

Неожиданно на глаза Киприл попалась фигура Шейна. Парень стоял в толпе, но даже так его макушка была заметна издалека. Эти необычные серебристые, местами черные, волосы сразу бросались в глаза.

— Это будешь ты. — Женщина подняла руку и указала в сторону Шейна. Насмешливо улыбаясь и, явно показывая свой недоброжелательный настрой, она уже даже представила себе то, что будет делать с этим юношей после его проигрыша. — Выходи на арену и прими свое поражение.

Шейн молчал. Он смотрел на эту подозрительную женщину не то с презрением, не то с сочувствием. Он даже понимал причину, по которой она могла нацелиться на него. К примеру, на фоне других собравшихся парней он был явно выше, крепче, здоровее и увереннее. Любые показательные выступления на фоне такого человека имели бы головокружительный успех, а то, что затевала Киприл, явно было выступлением.

«А вот и то, о чем предупреждали Милоши. Вот и дерьмовые преподаватели».

4. Так хочется отказаться

В тот момент, когда учитель Орза Киприл выбрала себе первую жертву, все выдохнули. По этой реакции сразу было понятно, что всем просто было страшно участвовать в этом испытании. Толпа быстро расступилась, открывая Шейну путь на тренировочную арену.

Парень глубоко вздохнул. Неприятное ощущение, вызванное тем, что его решили сделать показательным примером, довольно сильно влияло на настроение. Позитив и даже некоторая радость, возникшие после предыдущих испытаний, разом улетучились.

— Имя, — холодно произнесла Киприл, приподнимая голову и смотря на Шейна как бы сверху вниз, — и порядковый номер.

— Шейн Дориан, 66.

Ровным спокойным шагом Шейн вышел вперед и приблизился к преподавательнице. Они стояли друг напротив друга на расстоянии вытянутой руки и оценивающе осматривались.

Во внешнем облике Киприл Шейн подметил ее тощее телосложение, странную обувь на чрезмерно высоком каблуке, из-за которого женщина была выше него, и, конечно, наличие оружия, а именно два кинжала, которые были прикреплены к ее поясу, судя по их чистоте и новизне, вероятнее всего только для красоты.

Про себя Киприл отметила подтянутое натренированное телосложение Шейна — оно казалось необычным из-за того, что, в основном, мужчины в этом мире не тренировались физически без особой необходимости. Для нее это было своеобразным показателем неумелого мага, который пытался скрыть свой недостаток владения маной за физической подготовкой.

Женщина усмехнулась. Отступив на один шаг, она приподняла и протянула руку прямо к Шейну. От кончиков ее пальцев до его груди оставалось всего несколько сантиметров.

— Иди на исходную позицию. Я не стану давать тебе фору только потому, что ты новичок, так что будь готов.

Шейн молча отступил, развернулся и пошел к нужному месту. Отчего-то его даже не раздражала та самоуверенность, с которой к нему обращалась Киприл, хотя он и понимал, что она явно уже надумала о нем всякого.

Когда парень отступил до исходной позиции, которая была мелом вычерчена на каменной поверхности арены, он остановился и развернулся. Теперь расстояние между ним и Киприл было чуть больше, чем три-четыре метра.

Приподняв правую руку, преподавательница широко улыбнулась и решительно произнесла:

— Я не стану поддаваться, ты понял? Наше сражение закончится только в двух случаях — первый, ты потеряешь сознание, второй — ты сдашься сам.

Шейн спокойно кивнул. По взгляду женщины он понял, что она уже была готова начать.

— Тогда, — хитро протянула Киприл, — начали!

Словно по щелчку пальцев под женскими ногами появился светло-зеленый магический круг. Следом за ним появился и второй. Скорость, с которой возникли эти круги, казалась просто феноменальной.

Вокруг фигуры учительницы поднялся ветер. Его потоки подхватили с земли пыль и подняли ее вверх. Следом за этим прямо напротив Киприл возник вихрь. Его размеры были не большими, однако стоило чему-то к нему приблизиться, как это нечто сразу разрывало на куски, будто бы он попадал в мясорубку.

Вихрь быстро, словно пуля, полетел в сторону Шейна. Из-за того, какой ветер поднялся в округе, некоторым наблюдателем даже пришлось закрыть глаза, а из-за поднятой в воздух пыли объекты на арене стало видно хуже.

Прозвучал хлопок. Этот звук был слышен настолько отчетливо, что не оставалось сомнений в том, что он попал по желаемому объекту. Киприл, задумчиво вглядываясь вперед, довольно улыбнулась. Она видела сквозь пыль очертания силуэта, и даже не задумывалась о том, был ли это действительно человек. Гордо приподняв голову, она спросила:

— И что? С тебя достаточно?

— Воздух, — внезапно прозвучал голос прямо из-за спины, — это стихия, от которой я лучше всего научился уклоняться.

Киприл испуганно обернулась, и тотчас в ее сторону полетели ледяные копья. Изумленная женщина отскочила назад, приподняла обе руки и создала защитную воздушную стену перед собой. Ее заклинание было всего одного круга, поэтому на его создание не ушло и секунды, но и атака Шейна была всего одного круга, хотя повреждения от нее могли быть опасными.

Ледяные копья со всей скорости врезались в воздушную стену и раскрошились. Некоторые из них, промахнувшись, упали на землю и, к удивлению Киприл, пробили собой каменную поверхность, оставляя в ней дыры.

Отозвав свое защитное заклинание, женщина выпрямилась и осмотрелась. Шейна не было там, откуда она услышала его голос в последний раз, и, казалось, его вообще нигде не было.

Где-то справа возник холод. Ощутив его, Киприл машинально отвела руку в сторону и вновь активировала рядом с собой магическую стену. Женщина повернула голову вправо, но вместо ожидаемой летящей к ней атаки она увидела лишь ледяную стену, от которой и исходил холод.

«Даже не вода, а лед? — удивленно подумала Киприл. — Как он так хорошо управляется с подтипом?»

Внезапно прямо над головой прозвучал серьёзный голос:

— Я не буду давать вам фору, учитель.

Киприл подняла взгляд от высокой ледяной стены, которая, как оказалась, не заканчивалась там, в дали, а по верху, словно мост, тянулась прямо к ней. С вершины этой стены быстро спрыгнул Шейн. Увернуться от этого прыжка было почти нереально. Киприл попыталась отступить, но ее тело оказалось буквально завалено на землю.

Юноша сразу схватил ее за запястья, поднял их над женской головой и приморозил к земле. Из-за этого Киприл потеряла возможность свободно двигаться, а Шейн, как ни в чем не бывало, поднялся на ноги.

— Думаю, — заговорил он, наблюдая за шокированным выражением лица преподавательницы, — я победил.

Парень отступил на несколько шагов и, развернувшись, пошел куда-то в сторону. Как ему казалось, бой действительно уже был завершен, но сама Киприл так не считала.

— Да, как ты смеешь… — Женщина, быстро дернув своими руками вверх, проломила лед, спутывавший ее. Не спеша поднимаясь на ноги, она осмотрела удалявшуюся фигуру парня. — Ты… Ты хоть знаешь, кто я такая?!

Со стороны за этой сценой наблюдало много зрителей. Кроме учеников с третьего испытания здесь были и все иные неравнодушные, в том числе и преподаватели. Когда Элаура Гленн увидела насколько сильно разозлилась Киприл, она взволнованно шагнула вперед и попыталась протиснуться через толпу. Ей было очевидно то, что поединок набирал серьезный оборот.

— Элаура, — внезапно прозвучал низкий мужской голос. Другой преподаватель — Эрскью Даррагер, стоял неподалеку в окружении студентов. Его строгий решительный взгляд переместился на удивленное лицо волшебницы. — Не вмешивайся.

— Разве это не лучший момент, чтобы ее остановить? — Элаура недовольно нахмурилась. — Она ведь каждый год…

— Давай просто понаблюдаем за ним.

Женщина замолчала. Она сразу поняла о ком шла речь. Ее взгляд так и оставался недоверчивым, тем не менее, с каждой секундой он был более задумчивым и менее тревожным.

— Я соглашусь, — заговорила Элаура, — но только потому, что он мне тоже интересен.

— Кто бы сомневался.

Киприл, поднявшаяся на ноги, угрожающе взглянула на Шейна. Теперь она была готова задушить его собственными руками. Чтобы особь мужского пола, из низшего сословия, да еще и сел поверх нее во время боя? Это было не просто поражение, а самое настоящее унижение.

С горящими от ярости глазами Киприл топнула ногой и громко закричала:

— Смертельный вихрь!

Под ногами девушки появилось сразу три магических круга. Обвиваясь друг о друга, они образовывали собой настолько яркий свет, что смотреть на саму женскую фигуру было практически невозможно.

Напротив Киприл возник крупный вихрь, который быстро превратился в ураган. Так и не замирая на первоначальном месте, он полетел прямо вперед к своей цели. С каждой секундой он становился все больше. К нему будто тянулось все, что находилось рядом, и даже зрители, стоявшие вне арены, чувствовали, как их подталкивало к этой магии.

Шейн лишь сейчас решил остановиться и обернуться. Это атака была настолько предсказуемой, что, отчего-то, он до последнего пытался убедить себя в том, что так не случится.

Парень поднял правую руку вверх. Серьёзным, равнодушным тоном он произнес:

— Метель.

Яркий свет, исходивший от трех светло-голубых магических кругов, опутал его тело. Вокруг Шейна, как и на всей арене, воздух начал быстро холодеть. С неба полетел целый вал снежинок, который в такую жаркую погоду был просто удивителен. Перед ладонью Шейна будто образовалась невидимая стена. От нее, словно из раскрытого настежь окна, быстро полетели потоки сильного, холодного, прямонаправленного ветра.

Магия Шейна столкнулась с магией Киприл и довольно просто оттолкнула ее назад. Его направленные вперед потоки метели были намного сильнее той способности, которую использовала женщина. Даже температура, резко упавшая в округе, сыграла на руку Шейну. Конечно, он сам еще не сильно понимал смогла ли она как-то остановить ураган, но вот охладить голову Киприл у него точно получилось.

Ураган исчез почти мгновенно, оставляя свою хозяйку, Киприл, без прикрытия. Из-за этого потоки метели ударили прямиком по женщине и оттолкнули ее назад. Киприл буквально прокатилась на спине по земле, и лишь тогда Шейн остановился.

Парень опустил руку, отозвал свою магию и на мгновение замер, будто ожидая какой-то реакции от противника.

В это же время зазвучали посторонние голоса:

— Только что это было… Магия третьего круга?

— Он использовал магию трех кругов!

Шейн глубоко вздохнул, просунул руки в карманы и направился навстречу женщине. Киприл лежала на земле, стуча зубами от холода и тяжело постанывая от боли. Она обхватила свое тело руками, будто бы это как-то могло ее согреть, но это скорее был защитный рефлекс.

— А вы знали, да? — заговорил Шейн, подходя все ближе. — Метель — этот тот подтип, который подходит как для магов воздуха, так и для магов воды.

Парень вплотную приблизился к Киприл. Теперь, когда сверху вниз смотрел уже он, а не она, обстановка казалась совершенно иной. Шейн не чувствовал ни злобы, ни злорадства, но он не мог скрывать того, что ему все же было приятно побеждать.

— Вы же все это не просто так затеяли, да? — Парень внезапно присел на корточки прямо рядом с женщиной и посмотрел в ее удивлённые глаза. — И который год подряд вы проворачиваете вот такое избиение новичков? С какой целью? Чтобы студенты из среднего и низшего сословия не смогли попасть в лучшие классы?

Киприл плотно сжала зубы. По ее глазам было видно, что эта догадка Шейна оказалась верной. Она смотрела на него, как на своего врага, который знал ее самый большой секрет, и это наводило на мысль о том, что в одиночку Киприл не смогла бы такого провернуть.

— Ты за это… — сквозь зубы начала бормотать женщина.

— Мое имя Шейн Дориан, — перебил парень все тем же серьезным тоном, — и если оно вам ни о чем не говорит, тогда советую поискать дом герцогини Дориан в королевстве Селестина.

— Д-дворянин? — Глаза Киприл округлились. Вся злость женщины, как и ее уверенность, пропала. — Ты? Как ты..?

— Иногда стоит больше и дольше думать над тем, кого ты хочешь сделать своим врагом.

Шейн поднялся на ноги, отвел взгляд в сторону и спокойно развернулся. Теперь он уже был точно уверен в том, что бой можно было считать завершенным.

«Это правило применимо и ко мне. Ух, наделал же я шума. Но ничего страшного. Как говорил Джуро: «Один раз живем».

* * *
После сдачи всех вступительных испытаний следующим этапом было распределение учеников по классам и церемония приветствия. Шейн пришел в нужное место, а именно в главный зал академии, не сразу. Он потратил некоторое время на прогулку и поиск правильной дороги. Когда он пришел, в зале уже успело собраться некоторое количество людей. Надо было сказать, что это место было действительно огромным. Белокаменное здание, сохранявшее свой светлый оттенок как изнутри, так и снаружи, благодаря длинным крупным окнам было обильно освещено солнечными лучами. Обычно все это место заставлялось деревянными скамьями, на которых должны были сидеть ученики, однако во время церемоний приветствия все предметы мебели, кроме действительно необходимых, убирались. Так, в этом зале можно было найти лишь сцену, на которую выходили учителя, и, по правую сторону от входа, действительно широкую и высокую доску. Именно последнее привлекло наибольшее внимание Шейна. Заприметив интересный объект, парень развернулся и направился к нему. Рядом с доской в этот момент как раз стояло наибольшее количество учеников. Все они с волнением рассматривали списки, вывешенные на деревянной поверхности.

Голоса в округе хором то верещали, то шептали:

— Разойдитесь!

— Я тоже хочу посмотреть!

— Ва… Я все-таки попала в последний класс.

Приблизившись к толпе, но, так и не протиснувшись через нее, Шейн приподнял взгляд и начал осматривать те списки, что висели над головами учеников. Да, теперь он понимал, что на этих листках были написаны результаты испытаний каждого ученика. В них же и был написан класс, в который распределялся студент.



«Интересно, в этих списках же еще нет тех, кто проходил через южные ворота академии?»

Проведя взглядом от самого конца списков к самому началу, Шейн к своему удивлению заметил собственное имя на первой же строке. Текст выглядел примерно так:



«Имя: Шейн Дориан. Общий результат: 300/300. Класс: А».

Шейн на мгновение замер. Конечно, он чувствовал, что у него должны были быть довольно высокие баллы, но максимальные — такого он не предполагал. К тому же, уже со второй строки баллы учеников были ниже 260, а с четвертой ниже 200. Это значило, что все те, у кого было меньше 250 баллов уже не попадали в «А» класс. Из всех имен в списке лишь первые три были учениками нового «А» класса.

Неожиданно на себе Шейн ощутил посторонние взгляды. Оглянувшись, парень заметил, что в этот момент он стоял в окружении других студентов, и не просто всех подряд, а именно в окружении девушек-студенток. Они смотрели на него довольно странными, непонятными самому парню взглядами. Не то угрожающими, не то заинтересованными.

Ощутив некоторую опасность, Шейн развернулся и молча отступил. Находится в окружении возможных врагов было крайне неприятно. Тем не менее, даже когда он отошел, многие продолжили смотреть на него. И не только те, кто были рядом с доской. Все, кто приходил в зал, и все, кто в нем уже был, неустанно наблюдали за ним, будто бы в любой момент он мог что-то натворить.

«Не понимаю что происходит».

В зал забежали две девушки. Остановившись прямо на входе, они начали быстро бегать взглядами по помещению и, когда на их глаза попалась фигура Шейна, одна из них ткнула пальцем в его сторону и быстро затараторила:

— Вот он, вот он!

— Тише ты, — возмущенно зашипела подруга.

Шейн отвернулся от этих девушек и попытался отвлечься. Нерешительно почесав затылок, он подумал:



«Такое чувство, будто на меня, как на зверушку смотрят».

Попытка абстрагироваться провалилась практически мгновенно. Внезапно к Шейну подлетела девушка, которая, осмотрев его, быстро заговорила:

— Salve. Non intelligas me?

Шейн замер в легком шоке. Мало того, что незнакомка подскочила к нему неожиданно, так она еще и говорила на незнакомом ему языке.

При виде расширившихся глаз парня девушка вздохнула. Она опустила руку к карману своего пиджака, вынула из него белую, словно жемчужину, серьгу и поднесла к своему непроколотому уху. На глазах Шейна отчаянная девушка приложила серьгу к мочке и надавила так, что острое, металлическое, длинное основание просто проделало в ней дыру. Девушка застегнула серьгу и заговорила:

— Эх, а я думала, что мне не придется использовать переводчик.

— Переводчик? — шокировано переспросил Шейн. Лишь сейчас он решил осмотреть внешность этой девушки с ног до головы: средний рост, женственное телосложение с пышными формами, миловидное сердцеобразное лицо, большие глаза и кукольные пухловатые губы, а также, что было наиболее заметным, ярко-красные волосы, собранные в два торчащих в разные стороны хвоста.

— Особый зачарованный предмет, — ласковым тоном продолжала говорить незнакомка, — который помогает нам говорить на одном языке. Он делает все слова, сказанные человеком, понятными окружающим, и не важно на каком языке говорят те. Каждый услышит свое. Он также и переводит все, что говорят другие.

— Я могу такое где-то взять?

— Конечно! При входе в главное здание стояла стойка.

Шейн задумчиво опустил взгляд. Он припоминал, что видел что-то подобное, но также он помнил, что из-за усталости его мало волновали посторонние вещи. Он даже не задумывался о необходимости переводчика, ведь до этого в основном все, кто к нему обращался, будто говорили с ним на одном языке.

— Лапуся! — громко вскрикнула та же самая девушка, неожиданно прижимаясь своей пышной грудью к груди Шейна. Таким образом она будто вынудила его обратить на нее внимание и посмотреть прямо в глаза. — Меня зовут Мария, я твоя новая одноклассница, рада познакомиться. — Девушка слегка отстранилась, схватила Шейна за руку и крепко пожала ее. Правда, в этот момент ее добродушный радостный взгляд стал немного угрожающим и хитрым. — Я тебя уделаю при первой же возможности.

Шейн задумчиво поджал губы и, не долго думая, ответил:

— Буду ждать.

— Какой ты милый! — Мария отпустила руку парня, отстранилась и со всей силы хлопнула его по предплечью. — Отлично, отлично, не дай другим себя обойти. Только я могу тебя победить!

Мария быстро развернулась и также быстро побежала куда-то прочь. Ее странное поведение вызывало одно лишь недоумение, ведь, не могло же быть так, чтобы взрослый самостоятельный человек, оказавшийся в классе «А», неосознанно вел себя как ребенок?



«Интересно, — задумался Шейн, — она со второй или с третьей позиции по результатам испытаний?»

— Всех учеников, — прозвучал громкий женский голос, — я попрошу собраться рядом со сценой!

Услышав эти слова, Шейн обернулся и увидел девушку в черной форме, стоявшую на сцене. Еще издалека можно было сказать, что эта незнакомка была из студенческого совета, а, раз она зазывала к сцене, значит, вскоре что-то уже должно было начаться.

Как и остальные ученики, Шейн направился к сцене. Он оказался в самой гуще толпы, но это никак его не волновало.

Пока парень вот так стоял и ждал, на себе он заметил еще один женский взгляд. Незнакомка, наблюдавшая за ним, стояла совсем рядом, справа. То, что они оказались вместе, было лишь чистым совпадением, но именно это совпадение и позволило им познакомиться чуть раньше положенного.

— Кара, — сухо произнесла девушка, осознавая, что Шейн смотрел ей прямо в глаза.

— Шейн, — также спокойно ответил парень. Оглядев эту девушку, Шейн не заметил в ней ничего особенно выделявшегося. Русые длинные волосы, одна из прядей которых была сплетена в косу, карие небольшие глаза, светлая чистая кожа.

— Скажи честно, — настороженно заговорила Кара, — чего ты добивался, присоединившись к среднему и низшему сословию. Думал привлечь внимание к своей персоне?

Шейн даже немного растерялся. Он задумался над смыслом сказанных слов и неосознанно начал:

— Я…

— Неудивительно, — перебила Кара, отводя взгляд. — Вы, мужчины, только это и делаете. Из кожи вон лезете, чтобы выделиться перед королевами из разных стран. Отвратительно.

Шейн замолчал. Пусть он и сам не любил подобное подлизывание к королевам, пусть ему это и не нравилось, но слышать что-то подобное от того, кто никогда не был в этой ситуации, было как минимум странно.

Понимая, что в кругу девушек эти слова могут вызвать всеобщее возмущение, Шейн склонился к Каре и тихо зашептал:

— Попробуй пожить неделю в мужском обличии, а потом принижай мужчин, которые вместо самоубийства предпочитают бороться за свою жизнь.

Кара удивленно замерла. По ее расширившимся глазам было видно, что ее не только удивили действия этого парня, но и его странные слова.

— Что?

— Внимание! — прозвучал громкий крик старшекурсницы со сцены. — Для вступительной речи на сцену поднимется заместитель директора, мисс Ричи Веневия!

Наступила тишина. Все первокурсники, и все посторонние, которых тоже было достаточно в этом месте, разом замолчали. В этой тишине лишь звук женских каблуков эхом разносился по залу.

На сцену по высоким ступеням поднялась женщина, на вид совсем молодая. Ее пышные светлые волосы скатывались по спине к короткой юбке строгого черного платья, на лице виднелись узкие очки, пышные губы были накрашены нежно розовым блеском, который как бы невзначай сочетался с оттенком ее туфель.

— Я буду говорить кратко, — прозвучал высокий, на удивление противный и писклявый голос, — вы уже увидели результаты своих испытаний. К моему удивлению, в этом году показатели вашей группы были лучше, чем обычно, хотя, возможно, виной тому всего один ученик. — Веневия подошла к краю сцены, остановилась и осмотрелась. Взгляд ее быстро нашел Шейна. В толпе он выделялся хорошо, да и после его фееричного сражение с преподавателем каждый второй знал его примерную внешность. — С завтрашнего дня у вас начнутся полномасштабные занятия. Не думайте, что к вам будут как-то по особенному относиться. То же будет касаться и учеников, которые придут в этот зал после вас за получениями своих результатов. Я никому не дам послаблений. — Веневия замолчала, окинула взглядом толпу, и, осознав, что все слушают ее столь же внимательно, выдохнула. — Теперь поговорим о процессе обучения. У всех вас будет несколько блоков занятий. Одни теоретические, другие практические. Раз в несколько месяцев в академии проходит так называемый квалификационный боевой тест, в котором принимают участие все ученики академии. Результаты этого теста могут повлиять на ваше распределение в классах, так что советую обратить на него все свое внимание.

Шейн машинально осмотрелся. Ученики вокруг него были действительно поглощены словами заместителя. В их расширенных глазах было видно, насколько решающим для них был этот момент.

— Что касается правил академии, обязательных для всех, — продолжила говорить Ричи Веневия, — их не так много. Первое и основное — все сражения должны проходить в рамках тренировок в присутствии преподавателя. Все незарегистрированные сражения караются телесными наказаниями, чему некоторые иногда оказываются очень не рады. Но, как я считаю, если вы рискнули навредить кому-то, значит были готовы получить повреждении и для себя. Следовательно, наказание для вас не проблема.

Шейн ненароком усмехнулся, и этот его смешок довольно звонко раздался в зале. Ричи глянула на него с недовольством, но парень буквально сразу состроил невозмутимое выражение лица, будто бы это не он еще недавно представлял ноющих аристократок, которых, возможно, отродясь не наказывали.

Ричи, не отрывая взгляда от лица Шейна, с недовольным прищуром продолжила:

— Каждому классу уже назначен свой преподаватель. Я попрошу всех классных руководителей выйти на сцену.

Вновь зазвучали шаги. Друг за другом на сцену начали подниматься самые разные личности. Все от первого и до пятого преподавателя были женщинами, и лишь последний, шестой, был мужчиной.

Веневия отвела руку влево, как бы указывая на выстраивавшихся в ряд преподавателей, и заговорила:

— Так как классов всего шесть — от «А» до «F», а количество учеников невероятно большое, на разных занятиях разные классы будут делится на еще более мелкие группы в зависимости от успеваемости. На примере «А» класса скажу, что группы будут называться примерно «А-1», «А-2», «А-3» и так далее. Все будет зависеть от того, как много людей по итогу наберется в каждом классе.



«Так как дворяне проходят тесты позже, — размышлял попутно Шейн, — их результаты станут известны только к вечеру, поэтому-то и сказать точные группы пока невозможно».

— На один класс, — Веневия опустила руку и выпрямилась, — включая все его подгруппы, будет всего один классный руководитель. Помимо него на разных занятиях с вами будут работать разные педагоги, однако обращаться со всеми вопросами вам следует только к своему классному. Он будет ответственен за вас.

Женщина замолчала, наступила тишина. Никто из учеников в эту паузу не мог даже вздохнуть, так сильно опасаясь издать хоть какой-то звук.

— На этом у меня все, — сухо завершила Ричи. — Возвращайтесь в свои общежития и готовьтесь к завтрашнему дню. Ваши классные вам все расскажут.

Ученики начали расходиться. Шейн, еще некоторое время смотревший на линию из преподавателей, думал о своем. В том числе он думал о том, что у самых последних классов условия общежитий, тренировочного оборудования и подготовки всегда были хуже. Не трудно было догадаться к какому именно классу назначили преподавателя-мужчину.

Глубоко вздохнув, Шейн развернулся. Большая часть толпы к тому моменту уже успела покинуть зал. Сам того не осознавая, парень оставался последним, кто так внимательно изучал учителей. Изучали и они его, ведь слухи о случившемся уже успели распространиться по школе. В том числе они дошли и до нового преподавателя Шейна Агнес Абероли — руководителя «А» класса.

Когда Шейн только начал приближаться к выходу, со стороны дверей он услышал истошный, но отчего-то такой знакомый, женский вопль:

— Шейн!

Парень инстинктивно замер. Этот голос буквально пробрал до мурашек. Чувство некоторого страха и волнения, которое уже давно не посещало Шейна, вновь взяло свое. И, как кого-то в прошлом, Шейн вновь ощутил, что эти чувства будто не принадлежали ему. Им просто не было ни причин, ни места в его сознании.

Попытавшись справиться с нахлынувшими эмоциями, парень обернулся на голос зовущей и, равнодушно взглянув на нее, спросил:

— О, так это ты?

Моржана замерла в состоянии шока. По ее расширенным взволнованным глазам было видно, что ей даже не верилось в реальность всего происходящего. Конечно, с ее стороны появление сбежавшего брата в академии было физически невозможным.

Моржана на ватных, еле двигавшихся ногах, подошла ближе. Оказавшись рядом, она снизу вверх, с высоты своего роста, посмотрела на Шейна. Парень казался намного выше и сильнее, чем раньше. Так как они были близнецами, почти всю жизнь их рост отличался не так сильно. В детстве они были даже схожей комплекции, а теперь Шейн казался на фоне сестры настоящим гигантом, и это было достаточно странно. Будто бы он не был настоящим.

— Так это ты? — вслух повторила Моржана, вспоминая слова Шейна. — Ты только это хочешь мне сказать?

Шейн задумчиво склонил голову влево. Казалось, он не понимал того, чего от него хотели.

— Ты был жив! — Моржана подошла к парню вплотную и буквально вцепилась руками в его одежду. — Все это время жив!

— Ты бы предпочла, — низким, но совершенно спокойным голосом заговорил Шейн, чтобы я умер?

— Я бы предпочла, чтобы ты никуда не убегал! — Моржана потянула на себя одежду Шейна, как если бы она хотела его встряхнуть, но с его нынешним весом и телосложением это оказалось бездейственной затеей. — Ты мог погибнуть!

— В принципе, как и в доме Дорианов. Шансы были 50 на 50, но монстры в лесу хотя бы морально меня не истязали. Только физически.

Шейн взялся за руки Моржаны и попытался убрать их от себя, но девушка держалась настолько крепко, что отстранить ее можно было, разве что, сняв с себя одежду.

— Ты знаешь, — с расширенными от возмущения глазами продолжала Моржана, — как я переживала?!

— Из-за чего? Из-за гибели объекта для пыток?

— Из-за того, что ты мог погибнуть!

Шейну надоело слушать все эти слова. Сдавив женские ладони в своих руках, он просто вынудил Моржану отпустить его. Уже не без обиды во взгляде он ответил:

— Как жаль, что ты не переживала из-за этого, когда избивала меня до потери памяти.

— Ты…

Внезапно прозвучал посторонний недовольный голос:

— Прошу прощения за то, что отвлекаю, но это не место для романтических сцен.

Моржана и Шейн одновременно обернулись и посмотрели на говорившего. Это была женщина с прямыми черными волосами, собранными в высокий неряшливый хвост. Хвост был действительно неряшливым, потому что все пряди, то короткие то длинные, торчали из него в разные стороны. Эта женщина, в отличие от других преподавателей, носила мужскую одежду: штаны, рубашка и пиджак. Из ее сомкнутых губ торчала длинная деревянная палочка, а всякий раз, как она открывала рот, становилось заметно, что на другом конце этой палочки был леденец. Из иных особенностей можно было отметить лишь бледность женского лица и ее большие синяки под глазами.

Агнес Абероли — так звали преподавателя, который стал руководителем «А» класса в этом году. В отличии от остальных преподавателей она действительно выглядела на свой возраст — на ее лице прослаивались редкие морщины.

— Я бы посоветовала, — Агнес перевела взгляд на Моржану, — всем не завершившим все процедуры тестирования вернуться к своей группе. Ваше время еще не пришло.

Моржана от бессилия стиснула зубы. Да, правда была в том, что она убежала почти сразу, как услышала о Шейне. И пусть все ее тесты были сданы, это не значило, что она имела право уходить.

Абероли переведя свой взгляд на Шейна, быстро кивнула ему в сторону выхода, как бы намекая, что он должен следовать за ней. Парень с удовольствием подчинился.

Моржана, оставшаяся позади, скрепя сердцем наблюдала за тем, как Шейн удалялся. И пусть она знала, что теперь ему было некуда бежать, отступить сейчас ей было просто тяжело. Широко шагнув вперед, девушка закричала:

— Шейн, возвращайся домой!

Шейн остановился. Он обернулся полубоком к сестре и тихо ответил:

— Моржана, с этого момента я сделаю все возможное, чтобы никогда не вернуться к семье Дорианов.

Моржана потеряла дар речи. Не успела она ответить, как Шейн развернулся и молча пошел вперед. Уже спустя секунду он перешагнул через порог и скрылся в коридоре вместе с учителем Абероли.

— Но имя ты их все-таки используешь, — произнесла Агнес, искоса поглядывая на нагонявшего ее парня.

— Пока что это выгодно.

— Какой расчетливый молодой человек. — Агнес хмыкнула и провела мятным леденцом по своему небу. — За тобой глаз да глаз.

— Я постараюсь не доставлять проблем.

Женщина искоса посмотрела на юношу. Он не лгал, и это было плюсом к его репутации. Отчего-то задумавшись о нем, его положении и всей этой ситуации Агнес решила предупредить:

— Эта девушка уже успела получить один из лучших результатов в своей группе. «А» класс ей обеспечен.

— Не удивлен, — спокойно отвечал Шейн, продолжая идти вперед.

— Так как я буду вашей старшей, хочу сразу предостеречь, романтику в своем окружении я не терплю. Увижу такую сцену как сегодня, и блевать буду в твоем направлении.

Шейн посмотрел на женщину с легким удивлением. Воображение быстро обрисовало эту картину в сознании, что сразу вызвало широкую улыбку.

— Не беспокойтесь, — заговорил Шейн, — у меня высший бал за испытание по ловкости. Я буду уклоняться.

5. Так хочется спать

С приходом ночи небо окутало пеленой тьмы и звезд. Шейн, блуждая на улице в обстановке приятной прохлады и тишины, даже не вел подсчета времени. Надо было сказать, его мало волновало то, сколько часов прошло с момента завершения первого дня испытаний. После церемонии открытия он так и не появлялся в общежитии. Вместо этого он просто бродил по территории академии, осматривая окрестности и привыкая к своему новому дому.

Путь в общежитие лежал через все учебные корпуса. В это время суток они были совсем пустыми, и так как охрана на территории магов была минимальной, любой из учеников мог запросто прийти в любое здание, если то не было заперто.

Свернув за угол одного из корпусов, Шейн вышел к длинной широкой тропе, расположенной между двумя разными зданиями. В этом месте вдоль всей линии дорожки то тут, то там стояли лавочки. На одной из них в темноте ночи Шейн и разглядел женскую фигуру.

Тихие всхлипы незнакомки были слышны еще издалека. Прикрывая лицо руками, девушка, склонив голову, сидела на лавке и что-то тихо бормотала под нос.

Почти сразу поняв, что ситуация была не из приятных, Шейн захотел развернуться и уйти, но внезапно девушка отреагировала на звук его шагов. Быстро подняв голову, она удивленно и даже немного испуганно посмотрела на парня.

Шейн сразу узнал эти белоснежные волосы и большие, словно кукольные, голубые глаза. Девушка, сидевшая сейчас вся в слезах, была той, кто столкнулся с ним этим днем на одном из испытаний.

Шмыгнув носом, она вскочила с места и испуганно залепетала:

— Я мешаю, да? Сейчас уйду. Быстро уйду.

Шейн нахмурился. Еще при первой встрече ему показалась странной реакция этой ученицы, ведь тогда она извинилась перед ним буквально ни за что. Для женщин в этом мире гордость была очень важна, так что услышать какие-либо извинения было просто поразительно.

Незнакомка быстро развернулась и уже сделала первый шаг, как услышала звонкий голос Шейна:

— Я этого не говорил.

Растерянная неуверенная девушка оглянулась. Шейн приблизился к ней почти бесшумно и подошел практически вплотную. На подобном близком расстоянии разница в их росте и телосложении казалась кардинальной. Шейн действительно был раза в два больше своей собеседницы.

— Да и не думаю, — продолжил парень спокойным тоном, — что у меня есть право выгонять тебя откуда-либо.

Девушка замерла. Она смотрела в насыщенные, будто сияющие желтым, глаза парня, и не могла произнести ни слова. Обычно при подобной близости с другими, и уж тем более с мужчинами, она чувствовала по крайней мере дискомфорт, но сейчас Шейн не казался ей опасным. Да, он явно был сильнее ее, но в его взгляде не было никакого интереса, даже намека на какие-либо эмоции. А ведь любой хищник или же просто мучитель испытывал хотя бы некоторый интерес к своей жертве.

— Я могу сесть? — спросила девушка растерянно.

Шейн удивленно замолчал. Такой странный вопрос, еще и от женщины из этого мира, совсем вывел его из равновесия. Внезапно парень усмехнулся, прикрыл лицо правой рукой и жестом пригласил сесть.

Девушка села. Постепенно страх в ее взгляде пропадал, и вместо него появлялась какая-то задумчивость. Незнакомка смотрела на Шейна, как на какой-то неведанный ей объект, да и сам Шейн рассматривал ее также.

— Я помню тебя, — заговорила девушка чуть тише. — Этим утром я тебя ударила, прости.

Шейн убрал руку от лица и развернулся лицом к говорившей. Быстро окинув взглядом ее сожалеющую грустную мордашку, он спросил:

— Что в твоем понимании называется ударом? Уткнуться лицом кому-то в грудь?

— Но я бежала, — чуть настойчивее отвечала девушка, — это могло быть больно…

Шейн широко улыбнулся. От нелепости всей этой ситуации его так и пробирал смех, но он знал, что смеяться было просто неправильно, ведь это могло задеть чувства его новой знакомой.

Быстро присев на корточки перед девушкой, Шейн задумчиво склонил голову и с насмешливой улыбкой спросил:

— Откуда ты вообще такая взялась?

Лицо незнакомки исказилось от удивления. Она отвела свой взволнованный взгляд в сторону и начала что-то неуверенно бормотать. Да, теперь Шейн понимал, что бормотание было привычкой. Машинально она начала перебирать руками свою короткую черную юбку, что явно показывало ее желание сменить тему разговора. Заметив это, Шейн спросил по-другому:

— Как тебя зовут?

— Я Латиша. — Девушка, явно обрадовавшаяся из-за смены вопроса, резко выпрямилась и уверенно посмотрела на Шейна. — Латиша Эверион.

— Шейн… Дориан.

Улыбка пропала с губ парня, и причиной тому была сама личность Латиши. Это имя он знал достаточно хорошо, ведь его подруга из прошлой жизни, Айша, была ярой фанаткой этого женского персонажа. А сама Латиша была никем иным, как второй принцессой королевства Селестина. Она же была тем человеком, которого стоило избегать.

Окинув взглядом хрупкую фигуру девушки, Шейн заметил на ее теле следы от побоев. Он достаточно хорошо мог различать следы, оставленные рукой человека, и следы, полученные в ходе неловких падений. Местами ее одежда была испачкана и помята, чего нельзя было заметить в темноте без тщательного осмотра.

— Что-то не так? — удивленно спросила Латиша.

Этот растерянный женский взгляд вновь вынудил Шейна улыбнуться. Отчего-то ему не хотелось сразу менять свое отношение к этому человеку.

Парень поднялся на ноги, выпрямился и глубоко вздохнул.

— Нет, все нормально. Я просто немного устал после вступительных испытаний.

— Тогда, — Латиша приподняла обе руки и плотно сжала их в кулачки, — ты должен как можно быстрее лечь отдохнуть. Сон, ванная и горячий чай — залог здоровья!

Шейн посмотрел на Латишу не без улыбки. Еще недавно она сидела со слезами на глазах, а сейчас смотрела на него с решимостью и даже пыталась как-то подбодрить. Именно это и было важно: израненная она пыталась подбодрить совершенно здорового его.

— Хорошо. — Шейн кивнул. — Тогда, думаю, я пойду в общежитие.

Латиша нежно, с какой-то неуловимой заботой, посмотрела на парня и тихо прошептала:

— Будь осторожен по пути.

Шейн хмыкнул, развернулся и спокойно направился куда-то вперед. Отдалившись, в тишине позднего времени суток он начал активно размышлять над этой странной встречей:

«Она добра ко мне, хотя мы и не знакомы. Насколько я понимаю, сейчас по характеру она ничем не отличается от своего персонажа. Тихая, неуклюжая, добродушная».

Парень вышел из переулка и направился вперед, прямо вдоль главного учебного корпуса. На встречу ему вышла парочка девушек, которые даже не обратили на него внимания. Так они и разошлись.

«Не думал, что окажусь втянут в сюжет с первого же дня. Так что это значит, я все-таки нахожусь в игре, а не в новелле? Ведь это именно в игре Латиша была главным героем, и весь сюжет истории начался с ее поступления».

Впереди показался проход между корпусами. Со стороны он выглядел как длинная крытая дорога, огороженная каменной балюстрадой по правую и левую стороны.

«То, что она была в таком состоянии, — продолжал размышлять Шейн, ступая в этот самый проход, — обозначает, что над ней уже начали издеваться. Не завидую я тем ребятам, которые ее сейчас задирают. Еще немного, и она сможет всем раздать по заслугам. Не думаю, что мне стоит вмешиваться во все это».

— Эй, ты! — внезапно прозвучал громкий женский крик из-за спины.

Услышав его, Шейн резко остановился и обернулся. Да, он и до этого ощущал, что кто-то бежал следом за ним, но отчего-то он до последнего надеялся, что это было просто совпадением.

Оглянувшись, парень увидел перед собой уже знакомую ему девушку. Лестрина Геррон — второкурсница из этой же магической академии стояла напротив него примерно в пяти-шести шагах. Кудрявые золотистые волосы, большие зеленые глаза, узкий лоб и вытянутый курносый нос — именно так она и выглядела.

— А, — задумчиво протянул Шейн, — трусишка.

— Как ты меня назвал?! — казалось, лицо Лестрины покраснело. Удивленная и возмущенная от этих слов девушка звонко топнула своим каблуком. — Не смей так ко мне обращаться!

Глаза Шейна округлились. Казалось, он и сам был удивлен тому, что произнес эти слова. Неуверенно отведя взгляд, Шейн ответил:

— Прости, мысли вслух.

— Так ты действительно думаешь так обо мне? — Лестрина недовольно хмыкнула и начала приближаться. Выглядела она решительно, и это явно показывало, что у нее была какая-то цель. — Признавайся, откуда у тебя такая сила? Почему беглец вроде тебя, даже не получивший надлежащего образования, так ловко владеет магией?

— Может быть, — Шейн склонил голову влево, наблюдая за этим все более и более возмущавшимся женским лицом, — потому что я упорно тренируюсь?

— Не ври мне! — Лестрина подняла руку и хлопнула ею по груди Шейна. Парень ничего не почувствовал, но вот это действие он определенно мог назвать намеренным ударом. — Женщинам магия всегда давалась намного легче! Не так много мужчин могут без труда постичь законы колдовства!

Шейн ничего не отвечал. Что он вообще мог ответить взвинченному эмоциональному человеку? Лестрина в этот момент явно была во власти эмоций, и пусть он не знал, что именно послужило толчком к такой реакции, справляться с этим должен был не он.

В то же время Лестрина начала осознавать, что расспрашивать Шейна о чем-либо было бесполезно. Смотря прямо в его ясные глаза, она видела в них спокойствие. Парень действительно не мог дать никакого четкого ответа. Он просто умел колдовать, и это получалось у него хорошо.

— Почему такой как ты… — Лестрина замолчала и на мгновение прикусила нижнюю губу. Ее злость только нарастала, но, пытаясь справиться с ней, она сжимала ладони в кулаки. — Умеет колдовать лучше меня?!

Шейн задумался. Он окинул взглядом учебную форму Лестрины и попытался понять кем же именно она была. Несколько фактов были понятны сразу: волшебница, ученица обычного класса, примерно второй или третий курс.

Сложив вместе переживания девушки и то, какой сейчас период шел в академии, Шейн понял, что, возможно, ее реакция была связана с результатами каких-либо испытаний для старшекурсников. Ведь никто не говорил, что испытания могли проводиться только у новичков? Вполне возможно, что и старшие ученики проходили что-то подобное ближе к началу года, чтобы проявить свои навыки.

— Так ты пристала ко мне из-за своих комплексов?

— Что еще за комплексы? — Лестрина вновь посмотрела на Шейна. — Я… Я просто…

Парень вздохнул. Эта его реакция окончательно выбила волшебницу из колеи. Отступив на один шаг, Шейн спокойно ответил:

— Все, что я могу посоветовать, это увеличение сложности тренировок. Если ты будешь намеренно ставить себя в безысходные ситуации, того глядишь и что-нибудь пробудится.

— Например?

— Попытайся в одиночку пройти теневую зону.

— Ты с ума сошел? — Лицо Лестрины стало не просто удивленным, скорее шокированным. — Маги никогда не покоряют теневые зоны в одиночку. Это все знают.

Шейн лишь улыбнулся: иронично, смиренно. По этому насмешливому взгляду и по этой растянутой улыбке девушка сразу поняла, что он говорил не просто так, а основываясь на личном опыте.

— Ты…

Шейн внезапно развернулся. Он не стал дослушивать эту фразу, как и не стал отвечать что-либо.

— Мне больше нечего сказать Вам, — спокойно заговорил парень, начиная удаляться, — дорогая старшая ученица. Позвольте первогодке покинуть Вас.

Лестрина замерла на прежнем месте. Крепко сжимая руки в кулаки, она в волнении и отчаянии смотрела куда-то в пол. Сейчас ее даже не волновало, ушел ли Шейн и осталась ли она одна. Она просто думала о своем невезении.

«Я так долго тренировалась, — размышляла Лестрина, — так упорно трудилась для того, чтобы попасть на стажировку, но в итоге даже это не дало никаких результатов. Я все еще не дотягиваю до… Учеников специального класса».



* * *
Наконец-то добравшись до своего номера в общежитии, Шейн с облегчением выдохнул. Теперь-то он мог нормально отдохнуть.

Всего общежитий в академии было более пяти. Некоторые предназначались для мужчин, некоторые для женщин, одни для преподавателей, иные для студентов. Найти собственную комнату ночью, в условиях полного незнания местности, оказалось достаточно сложной задачей, но не невозможной. Шейн справился примерно за полчаса.

Сам по себе жилой номер представлял из себя соединение из трех комнат. Одна, главная комната, была залом. В ней располагались диваны, чайный столик, книжные шкафы и некоторые тумбы. Так как номер предназначался для четверых, именно зал был местом для общего времяпрепровождения.

Другие две комнаты, расположенные справа и слева от зала, прямо друг напротив друга, представляли из себя спальни на двух человек. На табличке над дверью номера были перечислены четыре имени жильцов. Подобные таблички имелись и при входе в спальни, только на них уже было по два имени для каждого конкретного жителя комнаты.

Проникнув в номер, дверь которого, надо было сказать, оказалась не заперта, Шейн остановился и осмотрелся. В этом месте не было ни единого источника света. Обстановка была настолько тихой и мрачной, что, можно было подумать, будто тут никого не было, но Шейн точно чувствовал присутствие человека.

Приблизившись к двери собственной спальни, Шейн протянул руку к ручке и замер. Он четко слышал медленное дыхание своего нового соседа, хотя тот и старался минимизировать свое присутствие.

Отворив дверь, Шейн так и замер на пороге. Так как до этого он уже достаточно долго бродил в темноте, его взгляд довольно быстро смог разглядеть фигуру другого человека, находившегося в этом месте.

Странный юноша сидел на своей кровати согнув одну ногу в колене, а другую вытянув вперед. Его алый, словно кровавый, взгляд, был устремлен на Шейна, остановившегося на пороге.

— И все-таки ты пришел, — прозвучал низкий голос юноши, — Дориан.

— Мы знакомы? — Шейн склонил голову влево и еще раз, задумчиво, осмотрел этого парня. Лишь благодаря своему хорошему зрению он мог различать очертания тела этого юноши, но любой другой на его месте, вероятнее всего, в этом мраке не заметил бы ничего, ведь в спальне было слишком темно.

— Смеешься? — голос незнакомца звучал выше и недовольнее. — Думаешь, раз я не такой известный, как ты, тогда ты можешь меня игнорировать?

— Это тут причем?

— Посмотри на табличку на двери.

Шейн задумался. Отступив на один шаг, Шейн вновь приподнял голову и посмотрел на ту самую надпись на табличке. Имя второго жильца звучало так:

— Дрэго Роман.

Шейн задумчиво поджал губы. В этом имени больше всего его привлекла, конечно, фамилия, хотя и имя можно было назвать странным. Романы — именно так называлась вторая герцогская семья королевства Селестины, все время соперничавшая с Дорианами.

— Теперь понятно. — Шейн вновь шагнул вперед и посмотрел на своего соседа. — Приятно познакомиться, Дрэго. Можешь звать меня просто Шейном.

Дрэго удивленно замолчал. Смотря на такого спокойного и, в какой-то степени, даже беззаботного парня, он все никак не мог понять, что творилось в его голове.

— Это все, что ты скажешь?

— Тебе нужно большее? — Шейн прошел в комнату и не спеша приблизился к собственной кровати. На ней, прямо на мягком одеяле, уже лежала его сумка с вещами, которую он отдал распорядителям во время сдачи испытаний. — Извини, я слишком устал для приветственной вечеринки.

— Издеваешься?

— Немного. — Шейн схватил сумку и отбросил ее в сторону. Тяжелый предмет с грохотом рухнул на пол, но, казалось, его владельца это никак не зацепило. — Послушай, меня не волнует кто ты такой и в каких отношениях наши семьи. Конечно, забавно, что нас поселили в одну комнату, но это лишь совпадение и не более. Не акцентируй на этом внимание.

— Почему ты так спокоен? — Дрэго недоверчиво смотрел в сторону своего расслабленного соседа. И, действительно, Шейн выглядел слишком самоуверенным и спокойным. Казалось, его совершенно ничего не заботило. Хотя сейчас у него должно было быть порядком причин для переживаний.

— Чем меньше волнуешься, тем дольше живешь.

Дрэго замолчал. На его глазах Шейн стянул с себя уже довольно потную и грязную кофту, отбросил ее к своей сумке и быстро расправил кровать. Наблюдая за ним, Дрэго Роман подумал:

«Мне казалось, что он будет заносчивым типом, ведь он явно прошел через северные ворота, чтобы привлечь к себе внимание. Я ошибся?»

Шейн улегся в свою кровать, накрылся одеялом и начал засыпать. Его ровное дыхание, будто подтвердило то, что в его планы на оставшуюся ночь входил только сон, и именно это вынудило Дрэго спросить:

— Тебя не напрягает то, что еще два наших соседа так и не появились?

— Нисколько. — Шейн устало зевнул и почти через силу открыл глаза. Его кровать находилась напротив кровати Дрэго, так что они могли спокойно смотреть друг на друга. — Я и сам припозднился.

— А что, если они не появятся?

Шейн промычал. В этом вопросе прозвучало достаточно много волнения и задумчивости. Быстро осознав в чем была суть, Шейн спросил:

— Намекаешь на то, что они могут быть беглецами, которые решили сбежать от обязанности обучения в академии? Или тебе кажется, что с ними что-то случилось?

— Если они беглецы, — недоверчиво продолжил Дрэго, уже сразу отметая второй вариант, — тогда у нас с тобой могут быть проблемы. Это большой позор — жить в одном блоке с такими людьми. К тому же, если они будут рядом, всеобщее женское внимание будет направлено и на нас тоже.

Шейн улыбнулся. Вот теперь он точно знал причину всех волнений этого парня. Его действия и все его мотивы происходили лишь из желания минимизировать женское внимание к своей персоне, и причина этого явно лежала в тяжелом жизненном опыте.

— Что ж, — насмешливо протянул Шейн, — тогда мы с тобой будем определённо в одной лодке.

— Скорее под одной перевернутой лодкой во время шторма.

— Мне нравится твое сравнение. Ты же знаешь, что под лодкой еще может быть кислород?

Наступила тишина. Шейн, широко улыбавшийся, и Дрэго, пытавшийся сдержать улыбку, посмотрели друг на друга. Так и не выдержав этой тишины, Дрэго с усмешкой произнес:

— Знаешь, ты все еще раздражаешь меня, но я думаю, мы сработаемся.

— Взаимно.



* * *
Утро для Шейна и Дрэго наступило на рассвете. Внезапный хлопок двери и грохот вынудили их подскочить на своих местах и вытянуться, словно по струнке. Такая однотипная реакция на все опасности удивила обоих парней. Ладно бы среагировал только один из них, но они оба были будто готовы к любому внезапному нападению.

Следом за этим грохотом прозвучал еще один. Из-за этих громких звуков, явно раздававшихся из зала, обоим парням пришлось подняться и подойти к двери. Как только Шейн открыл дверь, прямо на его глазах в зал забросили два связанных друг с другом тела.

Незнакомые парни, примерно одного возраста с Шейном и Дрэго, лежали на полу. Их тела покрывали яркие синяки и свежие опухоли. Местами их одежда была разорвана. У одного из них руки и ноги были покрыты пеплом, другой же весь был в царапинах и грязи.

Дрэго, подошедший ближе к выходу, выглянул из комнаты и посмотрел на этих избитых парней, которые, судя по всему, были их соседями. Следом он повернул голову вправо и перевел взгляд на двух девушек, стоявших при входе в зал. Одна из этих незнакомок была одета в форму студенческого совета, другая же явно являлась преподавателем в силу возраста.

Задумчиво посмотрев на всю эту сцену, Шейн и Дрэго почти одновременно зевнули и развернулись для того, чтобы уйти. Их нетипичная реакция поразила всех присутствующих.

— Постойте, — прозвучал высокий женский голос, — вы даже ничего не скажете?

Оба парня вынужденно остановились и обернулись. Своими спокойными, немного даже уставшими взглядами, они посмотрели на женщину, которая разглядывала их с крайним негодованием.

— Вы же понимаете, — продолжала она, — что ваши новые соседи — это позор всей академии?

— Да, да, — устало протянул Шейн, мысленно вспоминая свой вчерашний разговор с Дрэго, — делайте с ними, что пожелаете. Это ведь они решили схитрить.

Связанные парни, будто по команде, оттолкнулись от пола и приняли сидячее положение. Так как они были привязаны друг к другу спиной к спине, Шейн и Дрэго могли видеть жалобное лицо лишь одного из них. Этот странный опухший юноша почти рыдал. Под его травмами было даже тяжело различить особенности его внешности. И так как его рот был заткнут какой-то тряпкой, разобрать что-то из его стонов казалось невозможным.

Девушка из студенческого совета недоверчиво нахмурилась. Уже не первый год работая над поимкой всех беглецов, она впервые встречала такую спокойную реакцию у кого-то.

— И вы не будете просить, чтобы вас переселили?

— Разве в конечном счете вы не откажете? — спросил в ответ Шейн.

Преподавательница, как и ее ученица, замолчали. Эта реакция говорила сама за себя.

Усмехнувшись, Дрэго прислонился плечом к дверному косяку и заговорил:

— Даже если в начале вы и будете делать вид, что это возможно, даю руку на отсечение, что вы просто заставите нас сделать что-то мерзкое, а потом все равно скажете «нет».

Шейн недоверчиво посмотрел на своего соседа и предупреждающе произнес:

— Я бы на твоем месте не делал такие заявления.

Дрэго лишь вздохнул и, пожав плечами, ответил:

— Да, это моя плохая привычка.

Лицо преподавательницы исказилось от злости. Слегка наклонившись вперед, она, почти выплевывая каждое слово, произнесла:

— Раз уж вы в этом так уверены, тогда поздравляю. Теперь вся ваша комната — это самое постыдное место в академии.

Шейн и Дрэго переглянулись. Пока один задумчиво мычал, другой спросил:

— Давай начнем водить к нам экскурсии?

— Хм… — Дрэго потер подбородок. — И называться они будут: «Дорога в никуда или самое постыдное место академии?» Давай.

Внезапно прозвучал хлопок двери. Оба парня, даже не заметившие того момента, когда назойливые гостьи вышли, вяло пожали плечами. Шейн после такого грохота лишь тихо прошептал:

— Еще один такой хлопок, и дверь слетит с петель.

Внезапно зазвучали жалобные стоны. Связанные и избитые парни, изнывая от боли, намеренно привлекали к себе внимание. Дрэго, посмотрев на них, спросил:

— Что будем делать с этими?

— Оставим так? До обеда потерпят.

Пленники начали быстро качать головами. В их взглядах возник неподдельный страх, хотя, можно было сказать, что этот страх был с ними и раньше. Оно и не было удивительно после целой ночи преследований и жесткого избиения женщинами.

— Не дотерпите? — с наигранным удивлением спросил Шейн.

Парни вновь закачали головами. И пусть Шейн видел полноценно лицо только одного из них, второй явно выражал те же эмоции.

Дрэго, оттолкнувшись от косяка, сухо произнес:

— Нам пора собираться на первое занятие.

— Хорошо.

Шейн также выпрямился и, развернувшись, направился обратно в спальню.

Наблюдая за тем, как эти две фигуры удаляются, один из парней, оставленный в зале на произвол судьбы, в своих мыслях практически закричал:



«А нас?! Неужели вы оставите нас здесь?!»

6. Так хочется справедливости

Шейн и Дрэго не спешно следовали по коридорам академии прямо к своей аудитории. На свое первое учебное занятие они шли достаточно бодрыми, и все благодаря тому необычному утреннему подъему, который им устроили.

Тем временем академия казалась довольно оживленной. Все студенты, как новички, так и уже бывалые ученики, до начала первого в году занятия блуждали по коридорам. То тут, то там звучали голоса, топот ног, смех и иногда даже визг.

Стараясь не обращать внимание на окружение, Шейн просто молча продолжал идти вперед, однако полностью абстрагироваться от обстановки у него не получалось. Посторонние голоса со всех сторон шептали:

— Это они?

— Да… Представляешь, эти двое оба из «А» класса, а их соседи по комнате оба беглецы.

— Так они ученики из «F» класса?

— Да!

— То есть в одной комнате собралось сразу по два лучших и худших представителя?

Шейн, искоса взглянув куда-то вправо, заметил две женские фигуры, от которых и исходил этот отвратительный шепот. Будто заметив на себе взгляд парня, обе ученицы развернулись и попытались быстро скрыться в толпе.

— Может, — заговорил Дрэго, также услышавший этот разговор, — все-таки не стоило их развязывать? Надеюсь, что они не появились сегодня на занятиях.

Шейн, даже не задумываясь над словами своего одноклассника, вспомнил это утро и двух новых соседей, которых буквально забросили в их номер. Стало очевидным то, что окружающие уже все прознали о них.

— Хм… — протянул Шейн. — Слухи быстро разлетаются.

— Привыкай. — Дрэго бросил беглый, изучающий взгляд на парня, шедшего с ним почти шаг в шаг. — В женском обществе тебе придется часто слышать сплетни о жизнях других людей.

Наконец-то прислушавшись к словам собеседника, Шейн повернул голову и посмотрел на Дрэго. В этот момент они оба были одеты в типичную форму академии. Белоснежное одеяние в виде рубашки, пиджака и прямых штанов с узкими черными вставками из-за ткани казалось на удивление легким, хотя погода на улице была не самой прохладной. Отдававшие бликом при свете яркого солнца пагоны имели на себе полосы, обозначавшие номер курса, на котором учился тот или иной студент. В случае с Шейном и Дрэго погоны имели серебряный оттенок.

— А ты, — равнодушно произнес Шейн, — как я погляжу, спец.

— Конечно. — Дрэго насмешливо улыбнулся. — У меня шесть сестер.

Впереди показались раскрытые настежь двустворчатые двери. Рядом с ними крутилась парочка учеников, которые, обсуждая что-то, все никак не хотели расходиться по своим классам.

— Не завидую. — Шейн вышел вперед и осторожно протиснулся между двумя ученицами, замерившими возле дверей. Только после этого его демонстративного действия две девушки поняли, что мешали проходить остальным. Они обе быстро расступились. — Я от двух-то сбежал.

Дрэго, немного ускорившись, вошел в аудиторию следом за Шейном. Сразу же обогнав его, он равнодушно произнес:

— От своих я тоже сбежал, но не так, как ты.

— Что?

Не останавливаясь и ничего не отвечая, Дрэго прошел мимо Шейна и направился прямиком к сидячим местам. Лишь теперь сам Шейн окинул аудиторию взглядом. Это место было похоже на просторный зал, ряды которого опускались друг за другом ровно на один уровень. Своеобразный амфитеатр возле доски и стола преподавателя позволял всем ученикам, которых насчитывалось достаточно много, видеть своего учителя. Казалось, будто это место было рассчитано примерно на сотню человек, и большая часть из них уже была здесь.

Спускаться на нижние ряды Шейну явно не хотелось, поэтому, вновь окинув аудиторию взглядом, он нашел ближайшее к нему свободное место. Благо там, куда он пошел, было сразу три свободных сидения подряд. Как только парень сел на свое место, позади прозвучал звонкий стук женских каблуков.

Преподавательница, вовремя появившаяся в аудитории, сразу развернулась к ступеням и направилась вниз. Пока она спускалась, все молча занимали свои места. Шейн начал оценивать ее со спины: длинные черные волосы, довольно тонкие и будто намазанные гелем, были высоко зачесаны. Аккуратную, в меру худую, фигуру скрывало короткое облегающее черное платье с небольшим вырезом на бедре и высоким воротом.

Спустившись, женщина быстро развернулась и замерла. Вот теперь все ученики могли видеть ее молодое, но строгое из-за внешних черт лицо, раскосые карие глаза и тонкие губы с вытянутыми уголками.

— Можете звать меня Виноной, — громким властным тоном заговорила женщина. Ее взгляд пробежался по целой группе учеников, а на губах проскользнула насмешливая улыбка. — Теперь я буду преподавать у вас предмет по основам магии.

Вся аудитория молчала. Продолжая изучать внешние данные этой женщины, Шейн отчего-то сразу предвидел то, какой неприятной личностью она могла быть. И его предчувствие оказалось верным.

— Удивительно, — заговорила Винона, — что в этом году в «А» классе сразу десять мужчин, да еще и есть представители среднего класса.

Шейн действительно задумался над этими словами. Пробежавшись взглядом по головам окружающих, парень понял, что в этой аудитории большая часть учеников действительно была женского пола.



«Говоря об этом, — размышлял Шейн, — почему так много женщин? Вроде бы испытание проходило достаточное количество представителей разного пола. Неужели все мужчины попали в классы ниже? Это как-то связанно со словами Лестрины о том, что магия дается легче женщинам?»

— Что ж, — продолжала говорить Винона, с сочувствием поглядывая на первогодок, — похоже этот набор слабоват по сравнению с предыдущими. Кстати говоря, об этом думаю не только я. Многие преподаватели поднимали этот вопрос на общем совете.

После очередной едкой фразы аудиторию вновь охватила тишина. Неприятная атмосфера нарастала по мере открывания рта этой самодовольной женщины.

Винона, приблизившись к первому ряду, оперлась о него руками и со все столь же презрительной ухмылкой продолжила:

— Думаю, проблема была в том, что один из студентов незаконно проник в академию через северные ворота и нарушил проведение честного испытания для среднего и низших классов. — Загадочный, будто испытывающий взгляд приподнялся по рядам и остановился на лице Шейна. — Иначе как объяснить то, что кто-то из слабых сословий оказался здесь?

Шейн никак не реагировал на это. Можно было сказать, что у него достаточно хорошо был развит навык: пропускать мимо ушей то, что тебе не нравится.

«Очевидно, — спокойно размышлял парень, — что она пытается спровоцировать меня, а потом явно захочет как-то наказать. У учителей есть на это право, поэтому, так и быть, я буду вести себя как паинька».

Внезапно для самой Виноны Шейн, вместо возмущенной или любой другой резкой реакции улыбнулся. Добродушно, расслабленно. Так, будто бы ему только что сделали комплемент.

Внезапно прозвучал громкий хлопок. Незнакомый юноша, ударив руками по парте, вскочил со своего места и громко закричал:

— Заберите свои слова!

Шейн, как и вся остальная часть присутствовавших, перевел все свое внимание на этого парня. Этот незнакомец внешне казался физически развитым и довольно выносливым. Из-под его рубашки, поверх которой отчего-то не было надето пиджака, проглядывала его накаченная мускулатура, однако помимо этого из-под тонкой белой ткани просматривалось и множество глубоких шрамов, покрывавших его тело. Один из таких тянулся от его груди и до самого подбородка.

Шейн вздохнул. По поведению этого парня, его внешнему виду и причине столь бурной реакции, можно было сразу сказать, что он не относился к аристократии. Следовательно, это был кто-то из среднего сословия или, что куда более удивительно, простолюдин с самых низов, хотя и такое имело место быть. Иногда дворяне намеренно выбирали себе будущих слуг из числа беспризорников.

— Почему? — Винона выпрямилась и повернулась лицом к этому юноше. — Я не обязана. Да и мои слова — это чистая правда.

Все продолжавший пылать от злости юноша, ударил себя рукой по груди и еще громче заявил:

— И я, и остальные студенты, исправно проходили тест! Да, мы не аристократы, но среди нас есть выдающиеся маги! Мы прошли все испытания несмотря на то, что произошло!

Шейн, быстро потерявший интерес к происходящему, вновь начал осматривать окружающих. В этом зале были собраны все ученики «А» класса, независимо от сословия. Следовательно, где-то здесь должна была находиться Моржана. Отыскать ее взглядом оказалось не сложно. Девушка сидела практически напротив Шейна, но примерно на шесть рядов ниже. Она будто тоже не была заинтересована в происходящем и, будто совсем не интересовалась реакцией ее брата, который косвенно все-таки был замешан в этом деле. Правда, Шейн сразу понял, что Моржана во время всего этого разговора следила за ним в оба. Небольшое зеркальце, лежавшее перед ней на столе, было повёрнуто прямо к нему. Сама же девушка, неустанно смотрела на отражение.

Усмехнувшись, Шейн отвел взгляд. Теперь он чувствовал себя так, будто бы за ним следил сталкер.

— Ты, — зазвучал звонкий голос Виноны, — повысил тон на своего преподавателя. — Женщина, добравшись до лестницы, начала уверенными широкими шагами подниматься все выше. — Хочешь получить наказание?

Ученики молчали. В зале не мало было тех, кому не нравилось такое поведение преподавателя, правда все они не хотели оказаться вовлеченными в проблемы. Конфликт с Виноной в первый же день ни к чему хорошему бы не привел.

Шейн быстро осмотрел толпу. Так называемая аристократия ухмылялась, хотя далеко не вся. Представители других сословий скорее отводили взгляды и делали вид, будто бы они были здесь не причем.



«Присутствующие знают, что им не стоит высовываться, если потом можно получить по шее. — Шейн подпер лицо рукой. — Все же разница в социальном положении слишком заметна даже здесь».

Остановившись напротив взбунтовавшегося юноши, Винона насмешливо посмотрела на него. Пусть он и старался сохранять все тот же уверенный вид, некоторые нотки волнения все же были заметны в его глазах, а Винона это хорошо чувствовала.

— За подобный проступок, — продолжала женщина, — следует отстранить тебя от занятий, перевести из «А» класса и публично выпороть на площади.

Между Виноной и этим юношей сохранялось расстояние в несколько мест. Ученики, сидевшие между этими двумя, напряженно смотрели куда-то вниз и даже не шевелились.

— Но я прощу тебя, — женщина хищно ухмыльнулась и сощурилась, — если ты сейчас же встанешь на колени и будешь умолять меня отменить твое на…

Шейн приподнял правую руку. Не выдержав отвращения к этим омерзительным словам, он быстро представил и активировал свою магию. Так как заклинание было дальним, сияние магического круга появилось не под его ногами, а под ногами его цели, которая все еще стояла в коридорчике между рядами на ступенях. Внезапно вместе с этим светом, секунда в секунду зажглись еще зеленый и голубой магические круги.

Еще даже не заметив этого света, Винона ощутила, как опора под ее ногами стала настолько скользкой, что устоять на ней, еще и на каблуках, было невозможно. Вместе с этим она ощутила, как сильный ветер подтолкнул ее вперед, а лестница, ведущая вниз, внезапно превратилась в прямую земляную горку. Лед, ветер и земля сделали свое дело. Винона рухнула на колени и кубарем покатилась вниз, ударяясь попутно о парты и несколько раз переворачиваясь через себя.

В зале наступила тишина. Присутствующие студенты, не обделенные рамками приличия, отвели взгляды и постарались сделать вид, будто бы они ничего не видели. Ни один из них не рассмеялся хотя бы потому, что за это он мог потом хорошенько получить.

Ухватившись за край стоявшей рядом парты, Винона приподнялась и с яростью посмотрела на группу учеников. Истошно, не жалея ни сил, ни связок, она заорала:

— Кто это сделал?!

Аудиторию вновь охватила тишина, среди которой лишь громкие быстрые вздохи Виноны были слышны. Окончательно выпрямившись и перекинув свои растрепанные зализанные волосы назад, женщина гневно взглянула на Шейна.

Парень выглядел спокойным. Еще один навык, который развил в нем Марко на все +100500 процентов, можно было назвать: «морда кирпичом». Да, именно в этот момент он и пришел в действие.

«Так, — размышлял Шейн, продолжая играть в гляделки с яростной фурией, — просто не думай о том, как выглядело ее лицо в момент падения. И даже не вспоминай ее позу дельфина в момент приземления. Это только тебя рассмешит. Лучше помни, что в этой ситуации тот, кто засмеется, останется виноватым».

Распознать был ли это на самом деле Шейн оказалось невозможно. Во-первых, во время этого инцидента все внимание окружающих было зафиксировано на преподавателе, поэтому свидетелей самого колдовства попросту не было. Во-вторых, все появившиеся магически круги активировались и погасли так быстро, что никто этого даже не заметил. Понять, что за магия была использована, можно было лишь по видимым доказательствам: земле и льду.

— Я еще раз спрашиваю, — низким демоническим тоном кричала Винона, — кто это был?!



«Так или иначе, — размышлял Шейн спокойно, совершенно не меняясь в лице, — но ведь не только я подсобил тому парнише. Еще как минимум двое использовали магию ветра и земли. Забавно».

— Ты! — в конце концов закричала Винона, без доказательств указывая на Шейна. — Что я тебе сделала?!

— Прошу прощения, — Шейн покачал головой и растерянно нахмурился, — но я со своим элементом не способен управлять ступенями под вашими ногами. Все-таки я не маг земли.

Винона крепко стиснула зубы. Да, она понимала, что над ее падением постарался не один маг, но она никак не могла доказать, кто же именно это был. О Шейне она подумала лишь потому, что ее изначальные выпады просто были связаны с ним. Это была ее единственная зацепка, но она просто не могла признать того, что намеренно задирала ученика.

— Я запомнила. — Женщина резко топнула ногой и, подняв правую руку, указала пальцем куда-то в толпу. — Весь ваш курс запомнила!

Оборвав на этом крике свою речь, Винона быстро развернулась и пулей выскочила из аудитории через противоположный вход. С ее отсутствием в этом месте наступила гробовая тишина.



«Так, — Шейн насмешливо улыбнулся, — можно считать наше первое занятие завершенным?»

В то же время незнакомый юноша, все еще стоявший на ногах после скандального разговора с Виноной, развернулся лицом ко всей аудитории. В его взгляде все еще читалось некоторое волнение, но по опущенным плечам, по спокойному выражению лица можно было понять, что постепенно он приходил в себя.

— Спасибо всем вам, — произнес парень, глубоко кланяясь.

Шейн, увидевший и услышавший эту благодарность, улыбнулся. Вместе с этим зазвучал возмущенный женский голос:

— Вы хоть понимаете, что делаете? Она теперь будет мстить всем нам.

Девушка, поднявшаяся со своего места, гневно осмотрела и того парня, который кланялся, и тех людей, которые его окружали.

— Вот именно, — поддержал второй громкий голос, — если вас, простолюдинов, задевают эти слова, тогда почему бы вам не перевестись в «F» класс, где вам и место?

— Тем более, — еще одна девушка, встала со своего места и осторожно вышла на ту часть лестницы, которая еще была целой и невредимой, — что ваши результаты в этом году действительно сомнительны.

Наступила тишина. Множество взглядов присутствующих переместились прямиком на Шейна. Парень, отмалчивавшийся все это время, при таком пристальном внимании был просто вынужден что-то ответить.

Тяжело вздохнув, Шейн оперся рукой о парту перед собой и поднялся.

— Ладно, давайте разберемся во всей этой ситуации, — недовольно заговорил он. — Тем, кто победил преподавателя Орзу Киприл, был я. И, да, после этого испытание изменилось. Хотите знать как? — Бегло осмотрев внимательно слушавшую его толпу, Шейн с усмешкой продолжил: — Вместо индивидуального боя один на один с преподавателем, все студенты начали стрелять по мишеням. Вот и все. Разве это не такое же испытание, какое проходили все дворяне? Чего сомнительного вы в этом видите? То, что другим не повысили уровень сложности, чтобы дать шанс всем слабым аристократам?

— Позволь спросить, — внезапно прозвучал знакомый женский голос. Кара, на удивление сидевшая на том же ряду, что и Шейн, повернула к нему голову. С этой девушкой он познакомился только вчера во время вступительной речи. — Почему ты заступаешься за простой люд?

Парень посмотрел на свою новую знакомую с недоверчивым прищуром и спросил:

— Позволь спросить, чем мы все отличаемся?

Лицо Кары исказилось. Казалось, будто этот вопрос задел ее чувства. Более того, он будто бы был оскорбительным для нее.

— В моих венах течет благородная кровь, а в их…

— Если я сейчас вскрою твои вены, — неожиданно перебил Шейн, — уверяю, кровь будет такого же цвета, как и у всех присутствующих. Хочешь проверить?

Взгляд парня был серьезным. От него исходила такая уверенность, будто бы его слова были настоящим предложением. При этом, пока сама Кара была шокирована подобным выпадом, Шейн быстро и даже как-то почти неосознанно размышлял о том, почему же эта девушка причисляла себя к дворянам, хотя испытание она проходила вместе с ним на одной площадке, следовательно, к высшему сословию относиться не могла.

— Прекратите весь этот хаос, — резкий женский голос разрушил образовавшуюся напряженную тишину. Моржана, поднявшись по ступеням на один уровень с Шейном, строго взглянула сначала на него, а следом и на его собеседницу. — Если вас задевает то, что вы оказались ниже в списках, чем простолюдины, — девушка посмотрела на Кару без всякого сочувствия, — тогда это ваша проблема, ведь это вы не старались достаточно. И это касается всех.

Кара плотно стиснула зубы. От обиды ей хотелось рвать и метать, но она ничего не могла ответить дворянке, пусть и из другой страны. Так как у нее самой теперь не было ни титула, ни влияния, все, что ей оставалось при общении с дворянами, это согласиться и молча поджать хвост.

— Шейн, — Моржана подняла взгляд на брата, — прекрати создавать неприятности. Не пятнай честь семьи.

Парень промолчал. Ему не хотелось отвечать что-то вроде того, что его это не заботит, ведь это было бы неправдой. Учитывая то, как должен был развиваться сюжет этого мира, крах его семьи и полное уничтожение всех ее членов было уже не за горами.

Внезапно прозвучали тяжелые шаги. Услышав их, вся аудитория обернулась к входу, расположенному позади наверху. Там, на самой высокой точке всего этого зала, появилась Агнес Аберолли — руководитель «А» класса. Как обычно, темноволосая женщина с большими синяками под глазами, стояла в удобной для себя одежде — в этот раз в черно-белом спортивном костюме.

— Друзья, — недовольно позвала преподавательница, так и замирая на вершине лестницы, — это только первый день, почему вы довели до слез своего же первого преподавателя?

Наступила тишина. Ученики, так и не разобравшиеся в том, кто же все-таки был виновником, решили разом промолчать.

— Я встретила ее по пути сюда. — Агнес тяжело вздохнула, но затем отчего-то насмешливо улыбнулась. — Летела, как сокол и все проклинала кого-то.

— Я не знаю кто сделал это с ней, — внезапно заговорил тот юноша, из-за которого Винона и полетела с лестницы, — но единственной причиной всего произошедшего было то, что она начала оскорблять всех тех, кто не относился к лиге аристократов. Разве это правильно в Цветочной академии?

Агнес задумчиво промычала. Приподняв взгляд куда-то в потолок, она ответила:

— Нет, не должно быть, но вы должны понимать, какая ситуация сейчас царит в академии. Совет учителей разделен как бы на два лагеря: адекваты и неадекваты.

Шейн усмехнулся. Подобное разделение собственных коллег явно показывало отношение Агнес к ним.

— А кто относится к неадекватам? — с интересом спросил кто-то из толпы.

— Те, кто хотят перенести социальный строй на реалии академии.

— И почему же это плохо? — непонимающе и даже немного раздраженно спросила одна.

— Верно, — подтверждала вторая девушка, — почему вы оскорбляете этих людей? Это их личное мнение.

Агнес опустила взгляд на учеников. Ни улыбаясь, и даже не проявляя хоть капли дружелюбия, она заговорила:

— Давайте вспомним о том, с какой целью вы все находитесь здесь. Вы все пришли сюда только для того, чтобы научиться контролировать свои силы. Вы вообще представляете какой хаос творился бы в мире, если бы маги не умели контролировать себя? Все эти социальные разделения и неравенства только мешают вашему обучению. Поэтому подобные классификации внутри академии просто недопустимы.

— Это, — деловито вступилась одна из аристократок, — только ваше мнение.

— Правда? — Внезапно Агнес улыбнулась. — Тогда, давайте представим эту ситуацию. Отталкиваясь от социальной иерархии, я должна тратить свое время только на шестерых учеников во всем вашем классе, а именно на тех, кто принадлежит к семье герцогини или выше. Что в таком случае будут делать остальные?

Наступила тишина. Девушка, услышавшая этот вопрос, довольно быстро поняла, что под эту категорию она не подходила. Следовательно, по этой логике, тогда и учиться в «А» классе не могла.

— Вот видишь, малыш? — Продолжая зловеще улыбаться, Агнес смотрела в глаза ученицы, задававшей такие глупые вопросы. — Истинных аристократов можно пересчитать по пальцам, но вот способности к магии есть у каждого из вас. Именно поэтому мы, учителя, должны оценивать вас только с точки зрения ваших возможностей.

7. Так хочется забыть

Раздался звонкий шлепок. Внезапный удар по лицу вызвал сильную боль и легкий шок. Машинально прикрыв рукой свою пылающую после пощечины щеку, Айша непонимающе посмотрела на девушек, стоявших перед ней. Все они были одеты в типичную школьную форму современных старшеклассниц: белые рубашки, черные юбки веером, галстуки на груди. Казалось бы, имея одинаковый статус, одинаковые возможности, они все должны были быть на равных, но почему-то все равно выделялись те, кто в иерархии стоял выше остальных. Обычно именно эти личности и уничтожали все желание окружающих на саморазвитие, стремление к лучшему и даже на борьбу.

— Теперь поняла, что будет, если ты не перестанешь вести себя так высокомерно?! — Девушка, ударившая Айшу по щеке, кричала довольно громко, будто даже не опасаясь того, что кто-то может ее услышать, а ее действительно было слышно многим.

Люди, находившиеся в учебных классах, проходившие мимо по школьному коридору ученики, а также сам Эрскин, сидевший неподалеку на ступенях между вторым и первым этажом, слышали каждое сказанное слово. При всем этом обилии свидетелей никто даже не пытался вмешаться. Одни, потому что боялись, другие, потому что это им было безразлично. Ну, а Эрскин ничего не делал, потому что это было личной просьбой его подруги.

— И чтобы в следующий раз, — продолжала кричать своим отвратительным голосом какая-то блондинка, лицо которой Эрскин даже не мог вспомнить, — ты на первой же перемене принесла мне завтрак вместе с клубничным йогуртом. Ты меня поняла?

Айша посмотрела на эту девушку и вместо ответа грустно улыбнулась. Это ее поведение еще больше разозлило обидчицу. Девушка подняла сжатый плотно кулак и направило его на лицо Айшы, однако внезапно она остановилась, будто бы заметив что-то страшное.

Одна из подруг обидчицы схватила ее за руку и громко вскрикнула:

— Учитель идет!

Блондинка замерла и недовольно цокнула. Она взглянула в глаза Айшы с полным презрением и сквозь зубы прошипела:

— Я тебе еще устрою.

Группа обидчиц разом развернулась и направилась прочь. Айша, постояв так на месте еще немного, развернулась. Позади себя в коридоре она и впрямь увидела учителя. Мужчина, подошедший к классу, в котором он должен был вести урок, лишь мельком взглянул на нее и, ничего не сказав, прошел в комнату. Он явно видел или хотя бы слышал то, что происходило между девушками, но, то ли не желая ввязываться в это, то ли искренне не интересуясь проблемами учеников, он предпочел просто проигнорировать случившееся.

Айша прошла вперед. Она сделала всего пять широких шагов и вышла к лестнице, ведущей наверх. Уже зная, кто должен был там скрываться, она нерешительно поднялась на одну ступень. Меньше всего в этот момент ей хотелось разговаривать с Эрскином, но отвернуться она от него просто не могла.

— Почему ты позволяешь им издеваться над тобой? — прозвучал голос парня. Оперевшись руками на ступени за своей спиной, Эрскин слегка наклонился назад. Так как Айша стояла где-то справа ниже, у самого начала лестницы, он не видел ее лица, да, и, если бы увидел, вряд ли бы вспомнил его. Что-то продолжало мешать ему вспомнить знакомые черты.

— Так ведь… — Айша заговорила, а затем замолчала. Сделав глубокий вдох, она продолжила: — Они меня сильнее.

— И что? — Черные брови Эрскина вопросительно приподнялись. — Они продолжают делать это только потому, что знают, что ты не дашь сдачи.

— Я не такая смелая как ты. — Айша грустно улыбнулась. — Мне страшно от мысли, что меня могут ударить. Проще немного потерпеть.

— Поверь, из-за этого тебя будут бить лишь больше.



* * *
Какое-то странное чувство на кончике носа вызвало пробуждение. Открыв глаза и, машинально приложив руку к лицу, Шейн ощутил, как мелкое насекомое, сидевшее на нем, сразу вспорхнуло и улетело прочь.

Все еще затуманенным после сна сознанием парень начал обдумывать то, где он находился, и то, что с ним происходило. А находился он в парке академии на лавочке. После первого же занятия, которое так удачно было прервано в самом начале, он направился в это место для того, чтобы немного отдохнуть. Яркие солнечные лучи быстро начали погружать его сознание в сон, а тишина в округе только способствовала тому, чтобы он как можно быстрее задремал. Так и произошло.



«Всего лишь сон? — спросил сам себя Шейн, потирая свой нос. — Давно же мне не снилось мое прошлое. Я уже думал, что начал его забывать».

Поднявшись с лавочки, парень устало потянулся. Он не знал, сколько сейчас было времени, как и не знал, успел ли он пропустить какие-то занятия. И, в сущности, его это не особо волновало.



«Хотя, возможно, в скором времени так оно и будет. Не знаю почему, но мне все меньше верится в то, что когда-то давно я был Эрскином».

Развернувшись, парень направился по каменной тропе прочь из парка. Он шел не спеша, расслабленно. Приятное на слух стрекотание кузнечиков в траве будто затуманивало все мысли. Шейн даже не думал о том, какие последствия могли быть у прогулов в академии. Хотя, возможно, он был просто уверен в том, что последствий не было.

Покинув парк, парень направился в сторону учебных корпусов, и вот тут начались проблемы. Так как он не знал, сколько было сейчас времени, какое было занятие по расписанию и где находилась его аудитория, он просто блуждал в надежде натолкнуться на кого-нибудь из знакомых. Так как на улице особо никого не было, можно было предположить, что занятие было в самом разгаре.

Шейн блуждал вот так рядом с корпусами, не совсем понимая, что ему нужно было делать. Даже на первое занятие он смог прийти только потому, что последовал за Дрэго, и, в сущности, весь день он так и собирался следовать за теми, кто был вместе с ним в одном классе.

«Кажется, — задумался Шейн, — отделяться от остальных было моим большим упущением».

— Э? — внезапно издали раздался женский голос, — что он здесь делает?

Шейн, быстро развернувшись, увидел девушку, стоявшую довольно далеко от него. На фоне размытого окружения она выделялась своей черной формой, которая была только у членов студенческого совета.

Благодаря своему хорошему зрению Шейн сразу смог различить и очертания фигуры девушки, и ее внешний облик: черные короткие волосы, спускавшиеся в виде двух дуг, карие узкие глаза, миниатюрное телосложение, родинка под левым глазом и довольно бледная кожа. Ему даже показалось, что когда-то они вдвоем уже встречались.

Ускорившись, Шейн направился прямиком к единственной живой душе в округе. Девушка также пошла к нему. Когда они сблизились, оба смогли узнать друг друга. Да, они и впрямь виделись однажды, а именно при регистрации Шейна на вступительные испытания. Тогда первой, кто узнал истинную личность Шейна, была именно она.

— Ты же… — Девушка прикрыла свой рот рукой, дабы не показывать удивления. — Дориан, верно?

— А ты… — Парень задумчиво окинул взглядом собеседницу. По полоскам на ее погонах можно было сразу сказать, что она была второкурсницей, а по серебряному оттенку ее погон можно было понять, что она относилась к самым обычным классам, хотя и была членом студенческого совета.

— Зэхель Диан, — ответила девушка, опуская руку. — Можешь звать меня Зэхель, только не давай никаких кличек.

— И не собирался.

Девушка недоверчиво сощурилась. Она окинула взглядом серьезное выражение лица Шейна и открыла рот, будто желая задать первый вопрос, но на него моментально, даже не выслушав, ответил сам Шейн:

— Я заблудился. Не подскажешь, как пройти к нужной аудитории?

Брови Зэхель слегка приподнялись от удивления, но затем она отчего-то добродушно улыбнулась. Не скрывая своих эмоций, она ответила:

— Да, новички часто теряются на территории Терры. Ты же в «А» классе? Я могу тебя проводить.

Заведя руки за спину, Зэхель обошла Шейна и не спеша направилась куда-то вперед. Парень шел за ней молча, ни о чем не спрашивая и будто даже не интересуясь ею. В то же время сама Зэхель была сильно заинтересована им. Обычно кто-то, имевший статус подобный статусу Шейна, вел себя достаточно высокомерно. Особенно это касалось мужчин, которые в своих семьях терпели оскорбления и унижения, но после выхода в общество чувствовали свою власть по праву кровоприемства. Чем выше был статус таких мужчин, тем отвратительнее они себя вели. И, что самое забавное, с таким статусом даже женщины не могли им ответить, ведь они попросту опасались кары стоявшей за спиной такого мужчины матери или жены.

«Он что-то затевает? — спрашивала себя Зэхель, искоса поглядывая на Шейна, шедшего справа. — Или ему недостаточно зрителей для того, чтобы попытаться меня унизить? Мне стоит уже сейчас показать ему, что он не на ту напал или подождать удачной возможности? Главное не заходить слишком далеко».

Шейн, осматриваясь по сторонам, тем временем продолжал изучать академию. Количество учебных зданий и площадей, выделенных для их размещение просто поражало. Не удивительным казалось то, что новички в этих местах просто блуждали, как потерянные призраки.

— Ты хочешь, — в итоге заговорила сама Зэхель, — попасть в специальный класс?

— Это тот, который лучший во всей школе? — спросил в ответ Шейн.

— Да. — Девушка кивнула. — Ученики, которые обучаются там, на общих соревнованиях показывают лучшие результаты среди студентов. Ты же знаешь, да? Через некоторое время после начала обучения будет проведено испытание для всех студентов. В нем одновременно будут участвовать все.

— Так у старших будет преимущество над первогодками.

— Конечно будет, но, как правило, годы обучения влияют на результат куда меньше, чем таланты самих учеников.

Шейн так и не взглянул на Зэхель. Смотря куда-то вперед, на узкую тропу между зданиями, по которой они шли, он ответил:

— Меня не интересует в каком классе я буду обучаться. Текущий вполне устраивает.



«Испугался старших? — моментально промелькнуло в голове Зэхель. — Прикинул свои шансы?»

— Тогда, — продолжила расспрашивать девушка, — может быть, тебе интересен студенческий совет?

Шейн наконец-то опустил голову и посмотрел на девушку, которая была примерно в полтора раза ниже его. С легким недоверием в голосе он ответил:

— Меня не интересуют дополнительные обязанности. Студенческий совет последнее место, куда я захочу попасть.

Зэхель нахмурилась. Теперь она уже почувствовала некоторую неприязнь по отношению к тому, кто так негативно относился к ее главной причине гордости.

— Без студенческого совета, — решительно заговорила девушка, — академия развалится. Кто будет все организовывать?

— Я об этом и говорю, — спокойно отвечал Шейн, — организация — это не по мне.

— И чтобы ты понимал, — Зэхель остановилась и гордо взглянула на серьезного парня, — в студенческий совет могут попасть далеко не все. Только те, кто проявят себя и получат внимание главы совета, могут вступить в него. Таким как ты, лентяям, да еще и тем, кто пытается привлечь внимание, здесь не место!

— Ок.

Зэхель замолчала. От подобного ответа глаза ее расширились, губы приоткрылись. Наверное, еще несколько секунд они оба стояли вот так, лицом к лицу, в полной тишине.

— Что ты…

— Ок, — равнодушно повторил Шейн. — Я уважаю ваш вклад в развитие академии и понимаю, что мне не место среди таких целеустремленных людей.

— Ты… — Руки Зэхель задрожали. Не понимая, как на все это реагировать, она с горечью, шоком и волнением натянуто улыбнулась. — Ты пытаешься меня оскорбить, да?

— Что?

— Я поняла… — Девушка отступила на шаг и, подняв руку, пальцем указала на грудь Шейна. — Ты такой же, как и остальные. Просто издеваешься надо мной, потому что я всего лишь незаконнорождённая дочь барона, да?

Шейн замолчал. Теперь шок настиг и его. Прикрыв глаза, парень попытался собраться с мыслями, обдумать ситуацию и найти какое-то решение. И, надо сказать, решение было всего одно: уйти и продолжить поиски аудитории в одиночестве.

Тяжело вздохнув, Шейн собрался с мыслями и с легкой долей иронии ответил:

— Почему-то все, кто ниже меня статусом, так и ждут, что я буду над ними издеваться. А все, кто выше, ожидают, что я приклоню перед ними колени. — Развернувшись полубоком к Зэхель, парень усмехнулся. — Забавное недоразумение, неправда ли?

Так и не дождавшись ответа, он окончательно развернулся и направился вперед в гордом одиночестве. Еще чувствуя позади себя женский взгляд, он подумал:



«Интересно, каких ублюдков ты встречала до этого, раз считаешь, что я непременно должен тебя оскорблять».

* * *
Быстрые легкие шаги были практически не слышны среди всего того шума, что окружал Джулиану. Так как время было обеденное, множество студентов разом вышли из своих аудиторий и направились не то на прогулки, не то в столовую. Вот так, быстро пробираясь через толпы расступавшихся людей, Джулиана с гневом вспоминала ее последний разговор с подругами.



«Шейн появился в академии?! Да, как такое вообще возможно? Он еще и в одном классе с Моржаной, а я узнаю все через посторонних людей!»

Быстро выскочив за угол, Джулиана на мгновение затормозила. Аудитория, в которой должен был заниматься сейчас «А» класс, располагалась в противоположной части этого самого коридора.

Как раз в тот момент, когда девушка вывернула в коридор, двери нужной аудитории отворились и из нее начали друг за другом выходить первокурсники.

По мере появления одного незнакомца за другим, ярость Джулианы все нарастала. Теперь ее раздражало все, что касалось Шейна, и только из-за того, что он посмел появиться после побега в публичном месте.

Среди выходивших людей промелькнула незнакомая фигура с довольно примечательным оттенком волос. Только по волосам издали Джулиана и узнала нужного ей человека.

— Шейн! — грозно вскрикнула она на весь коридор и направилась вперед.

Шокированные ученики, отделявшие Джулиану от ее цели, начали расступаться и практически расползаться по стенам. Как только последняя преграда в виде незнакомого парня бросилась в сторону, словно от огня, Джулиана наконец-то смогла взглянуть в глаза своего брата.

Шейн, и без того затормозивший возле дверей в аудиторию, не рискнул ни увернуться, ни отступить, ведь позади была толпа, а впереди самый настоящий танк. Он просто отшагнул в сторону, чтобы не мешать прохожим, и в тот же миг его старшая сестра, как какой-то вымогатель, подтолкнула его назад и прижала к стене. Ее рука легла на грудь Шейна и замерла в этом положении.

— Что ты здесь забыл? — почти прошипела девушка.

Шейн задумчиво сощурился. Он не стал отвечать сразу, и вместо этого просто окинул внешний облик сестры взглядом. Серебристые волосы, являвшиеся главной чертой всего их рода, были все такими же длинными. Фиалковые, точь-в-точь материнские глаза, по сравнению с прошлым были достаточно эмоциональными. Однако больше всех этих внешних черт внимание Шейна привлекли золотые погоны Джулианы, которые доказывали то, что она являлась ученицей специального класса.

— Я стал магом, — в конце концов ответил Шейн, — и поэтому мне пришлось прийти сюда.

Тем временем зрителей становилось все больше. Кто-то выглядывал из аудитории, кто-то, еще перебираясь вдоль стен, искоса поглядывал назад, а кто-то и вовсе приходил из другой части здания.

Глаза Джулианы расширились от злости. Схватившись рукой за рубашку Шейна и, уже еле сдерживаясь, что можно было ощутить по ее быстро нагревавшемуся телу, она зловеще протянула:

— Ты должен был просто сдохнуть после того, что сделал.

Шейн высокомерно усмехнулся. Эти слова и эта угроза вызвали в нем бурю негодования. Если Моржана при первой встрече кричала о том, что она переживала, то Джулиана просто хотела, чтобы ее брат умер, и как после этого можно было оставаться спокойным?

— И не посмотреть на зловещее личико своей старшей? — Парень склонил голову влево. — Я не хотел упускать такую возможность.

Джулиана дрогнула. Она и сама не заметила, как активировала свою огненную магию. Волшебный круг под ее ногами сразу сообщил о том, что стоило ожидать лишь худшего.

Шейн среагировал инстинктивно. На том же месте, поверх красного сияющего круга, появился светло-голубой. Тепло, исходившее от Джуалианы, оказалось перекрыто холодом, исходившим от Шейна.

Парень атаковал первым. Между ним и его сестрой начала вырастать целая гора из отдельных ледяных кристаллов. Джулиана была просто вынуждена отступить и частично прервать заклинание. Лед, столкнувшись с не до конца потухшим огнем, образовал пар, за которым первые секунды все присутствующие просто молча наблюдали.

Как только пар хоть немного развеялся, Джулиана удивленно взглянула на Шейна и спросила:

— Это… Лед? Ты стал магом льда?

Шейн выпрямился. Он наконец-то отстранился от стены, и с этой радостной мыслью сделал первый шаг вперед. Краем глаза он заметил где-то неподалеку от себя удивленное, знакомое, мужское лицо. Дрэго стоял всего в паре шагов справа, прямо в дверном проеме. Его выражение лица казалось просто шокированным. Остановив свое внимание на причине подобной реакции соседа, Шейн подумал:



«Ах, да, Дорианы же обычно огонь используют, а лед — это атрибут Романов. Ну, теперь он знает, что у нас схожие способности».

Внезапно во время всей этой неловкой ситуации из аудитории выскочила девушка. Она подтолкнула Дрэго, быстро приблизилась к Шейну и схватила его за руку, так, будто бы это было совершенно нормально. Парень узнал ее сразу, это была Мария — одна из тех девушек, что встретились Шейну в его первый же день перед вступительной церемонией.

Прижавшись грудью к руке Шейна, девушка подняла на него свои большие счастливые глаза и довольно невинным, но немного обиженным, голосом залепетала:

— Дорогуша, пойдем скорее? Ты же обещал пообедать вместе. — Потянув Шейна за собой, Мария сделала первый шаг вперед. Как ни посмотри, а выбираться из этого места нужно было прямо по коридору, пусть даже его и перекрывала собой Джулиана. — Ну же, давай, давай!

Шейн настороженно сделал первый шаг. Мария улыбалась ему довольно заботливо, так, будто опасалась напугать своими действиями, и все ее поведение казалось странным. Все-таки за весь этот день, даже несмотря на множество возможностей, они не обмолвились и словом, а тут такая близость.



«Она делает это потому, что хочет помочь мне выпутаться из этой ситуации?»

Шейн приподнял взгляд и быстро осмотрел лица окружающих. Все смотрели на эту парочку в полном шоке, в том числе и сама Джулиана. Внезапно на губах Шейна появилась насмешливая улыбка. Откинув от себя первую мысль, парень уверенно зашагал вместе с Марией и подумал:



«Ха, нет, кажется, я заблуждаюсь. Она делает это только для того, чтобы показать окружающим, что у нее есть на меня планы. И ведь ситуация для этого самая подходящая. Только посмотрите сколько лишних пар глаз».

Джулиана, ощутив некоторый дискомфорт при таком большом количестве зрителей, поняла, что она не сможет никак остановить Шейна. Внутри академии даже ее звание наследницы рода не было чем-то существенным; тем, что могло бы дать ей право манипулировать действиями ее брата.

Так, Шейн и Мария прошли мимо Джулианы, оставляя ее и других одноклассников позади. Старшая из Дорианов обернулась вслед за братом и гневно посмотрела на его удалявшийся силуэт. Одно она знала точно: при их следующей встрече она была обязана его проучить.

Краем глаза Джулиана заметила приблизившуюся фигуру. Моржана подшагнула к сестре и встала с ней как бы на одну линию, правда, неосознанно. Ее зловещий, даже немного пугающий взгляд, был устремлён на удалявшуюся парочку.

— Почему, — заговорила Джулиана, обращаясь к сестре, — ты мне ничего не сказала?

— А ты была рядом? — Моржана не без усилия отвела взгляд от Шейна и посмотрела на сестру. В ее взгляде не было видно ничего, кроме ненависти. — Мне казалось, что ты забыла про мое существование, как попала в свою естественную среду обитания.

— Что?

Моржана хмыкнула. Широко шагнув вперед, она неряшливо обронила:

— Забудь.

Когда Шейн и Мария отдалились от остальной толпы зрителей, парень, отчего-то чувствовавший себя довольно неприятно, попытался отстранить от себя одноклассницу. Он положил руку на ее ладонь и как бы убрал ее от себя.

Мария, заметив это, ничуть не смутившись, сразу же отстранилась. Частично ей было жаль, что ей приходилось так быстро отдаляться. В конце концов ей даже понравилось прижиматься к руке Шейна своей грудью.

— Зачем ты за мной увязалась? — настороженно спросил парень.

— Поговорить хотела.

— О чем?

Мария ухмыльнулась. Продолжая идти по открытому коридору учебного корпуса шаг в шаг с Шейном, она спросила:

— Это правда, что ты сбежал из семьи?

— Правда.

— Ого, — женская улыбка стала намного шире и даже пугающе, — невероятно. Был бы ты моим братом, я бы давно тебя убила.

— А силенок бы хватило?

Шейн искоса посмотрел на свою спутницу и заметил, что в этот момент она сама с интересом разглядывала его спокойное выражение лица. Хищная улыбка на ее миловидном личике смотрелась довольно непривычно. Все-таки обычно она старалась вести себя дружелюбно.

— Да, я уверена в этом.

— Что ж, — Шейн посмотрел вперед, туда, где коридор кончался и через открытую настежь дверь виднелся выход на улицу, — как хорошо, что у меня всего две сестры. Мне их хватает.

— Давай поужинаем сегодня вместе?

— Нет, не хочу.

— Ну, давай, — Мария приложила указательный палец к губам и, слегка надув щеки, обиженно посмотрела на Шейна, — а я тебя тогда награжу.

— Боюсь спросить, чем же?

— Дам информацию на твоих новых соседей. На всех троих.

Шейн вновь посмотрел на девушку. Учитывая характер Марии, это ее предложение казалось совсем несерьезным, однако, понимая, что она была не так проста, Шейн будто чувствовал, что у нее на руках действительно была какая-то важная информация. По крайней мере, разве не стоило проверить то, каким человеком она была и какая по качеству у нее имелась информация?

— Если хочешь, — продолжала с нежной улыбкой Мария, — мы встретимся в публичном месте. Уверяю, все будет безопасно.

— Знаешь… — Шейн остановился. Усмехнувшись, парень посмотрел на спутницу и с иронией добавил: — Я меньше всего переживаю за то, что ты можешь на меня наброситься.

— А вот это зря. — Мария также остановилась и с некоторым блеском азарта в глазах, будто бы ей только что сделали какое-то заманчивое предложение, завела руки за спину. — Все-таки ты уже слишком сильно мне нравишься.

Шейн нахмурился. Он совсем не понимал логику этой девушки. В один момент она говорила, что могла бы его убить, в другой признавалась, что он ей нравился.



«У нее точно ветер в голове, — заключил про себя Шейн. — Настолько непостоянных людей я еще не встречал».

Внезапно в полупустом тихом коридоре зазвучали шаги. Женская фигура, добравшаяся до этого места, привлекла внимание парочки. И Шейн, и сама Мария обернулись и посмотрели на приблизившуюся девушку. Ею оказалась Моржана.

Остановившись неподалеку от парочки, девушка поставила руки на бедра и серьезно спросила:

— Поговорим?

Шейн ответил не сразу. Он опустил взгляд на улыбавшуюся Марию, как бы пытаясь подсчитать свои шансы на побег. Если уйти с помощью Марии от Джулианы он смог, то теперь, при отсутствии свидетелей и при смене одной сестры на другую, повторить что-то подобное вряд ли бы получилось.

Мария не стала даже поднимать взгляда на Шейна. Она просто смотрела на выражение лица Моржаны и видела, что отрицательный ответ в этой ситуации спровоцировал бы взрыв в северной части учебного корпуса.

Тяжело вздохнув, Мария развернулась и прощально махнула рукой. Нисколько не разочарованным тоном она ответила:

— Ну, раз так, тогда я пойду. Перекусить вместе можно и позже.

Звуки отдалявшихся женских шагов наполнили тишину пространства. Моржана, смотревшая на Шейна с серьезностью, намеренно дождалась того момента, когда Мария окончательно покинула коридор и вышла на улицу.

— Что это была за девка? — гневно спросила Моржана. — Твоя новая подружка?

— Наша новая одноклассница, — равнодушно поправил ее Шейн.

— Она даже не дворянка, хмурясь, — продолжала сестра.

— Правда? Потрясающе, — все также спокойно отвечал Шейн.

Не выдержав этого бесстрастного тона, Моржана тяжело вздохнула. Она с трудом контролировала свои эмоции, а вместе с ними и огненную стихию, бушевавшую в ее теле.

— Шейн, послушай меня, — Моржана приподняла взгляд на парня, — я примерно осознаю почему ты так себя ведешь.

— Правда? И почему же?

— Потому что у тебя наступил период бунтарства. — Выпрямившись, девушка не спеша подшагнула к Шейну и положила руку на его грудь. — Знаешь, я даже готова немного потерпеть твои выходки, но предупреждаю, — приподнявшись на носках, Моржана схватилась рукой за затылок Шейна и намеренно склонила его голову к себе, — только попробуй связаться с другой девушкой, и я от нее мокрого места не оставлю. Тебя же в таком случае будет ждать жестокое наказание.

— Правда? — Шейн смотрел прямо в глаза Моржаны. Их лица отделяла всего пара сантиметров, и из-за этого на своих губах он буквально чувствовал ее дыхание. — Насколько?

— Тебе ведь понравился в прошлый раз страпон?

Шейн не смог сдержать усмешки. Закрыв глаза, парень с нотками смеха в голосе ответил:

— Забыл о нем, как о страшном сне. Знаешь, и слава богу. — Схватившись за руки Моржаны, Шейн намеренно приподнял их и убрал от себя. — Я не без удовольствия понаблюдаю за тем, как ты, Моржана, будешь пытаться меня наказать.

Девушка начала неосознанно скалить зубы. Прямо на ее глазах Шейн отстранился, выпустил ее руки и отшагнул назад.



«Спокойствие, — размышляла Моржана, — я больше не могу вести себя так же, как и раньше. Даже если я в ярости, мне нужно скрывать свои истинные чувства».

Шейн больше ничего так и не сказал. Развернувшись, он просто молча направился прочь. Что касалось его сестры, то она осталась стоять на прежнем месте, недовольно поглядывая в сторону удалявшейся фигуры.

В это же время единственный зритель всей этой сцены скрывался на улице подле окна, расположенного как раз напротив места событий. Этим человеком оказалась сама Мария, которая не особо хотела пропускать подобную сцену.



«Силен, красив, дворянская родословная. — Мария сидела на траве, прижимаясь спиной к каменной стене. — Уверена, он будет хорошим партнером. С ним торговая организация моей семьи только разрастется, к тому же, наши дети явно будут выдающимися».

Мария с трудом сдерживала смех. Она чувствовала такой восторг только от одной мысли, что наконец-то нашла себе достойного кандидата в качестве супруга. Да, он был своеволен, но обычно, чем более выдающимся являлся мужчина, тем сложнее было его приручить. Поэтому своевольничество непременно шло рука об руку с талантом.



«Но мне нельзя вести себя так же, как и его сестра. — Девушка прислонила голову к стене и слегка приподняла ее. — Я не хочу скрывать свой истинный характер, но и отпугнуть его нельзя. Поэтому временно мне придется спрятать свои коготки и подождать того момента, когда он будет согласен стать моим».

8. Чего же мне хочется?

Наступила ночь. Первый учебный день, растянувшийся будто на несколько недель, наконец-то подходил к концу. Блуждая по темным ночным улочкам академии, Шейн обдумывал текущее положение дел. Ему нравилось гулять вот так в ночи при свете звезд и подводить про себя какие-то итоги минувшего дня.

В этот раз самыми важными моментами для него стали: встреча с обеими сестрами, знакомство с новыми преподавателями и, конечно же, изучение поведения студентов академии. Подумать стоило над многим. Например, над тем, как стоит вести себя дальше с Моржаной, которая явно была настроена до самого конца преследовать Шейна, или, например, над тем, как теперь Шейну стоит разговаривать с преподавателями, некоторые из которых уже готовы вести себя с ним агрессивно после всего случившегося.

Свернув за угол стоявшего неподалеку учебного здания, Шейн вышел на длинную каменную тропу, вдоль которой были расставлены скамейки для отдыха. Это место ему уже было знакома, ведь в прошлый раз именно здесь он впервые и поговорил нормально с Латишей.

К удивлению Шейна, сейчас эта девушка была здесь. Устало откинувшись на спинку скамьи, она сидела, запрокинув голову и почти не шевелясь. Уже даже издалека было видно, насколько она была измотана. Даже ее внешний облик явно говорил о том, что этот день был для нее поистине тяжелым: растрепанные волосы, будто местами не столько взъерошенные, сколько почти выдранные, оборванная, будто прорезанная ножницами влажная одежда, покрытые сухой кровью израненные руки и ноги, стертые в кровь колени. Латиша выглядела намного хуже, чем раньше, но только в этот раз она совсем не плакала. Просто смотрела куда-то в небо, сильно запрокинув голову назад.

Отчего-то на этот раз в мыслях Шейна даже не появилось идеи повернуть куда-то в сторону и как можно скорее покинуть это место. Напротив, парень неосознанно зашагал вперед и, добравшись до не двигавшейся девушки, он уверенно остановился напротив нее.

— Ты чувствуешь себя легче, — заговорил Шейн, — когда сидишь, открыв рот?

Латиша вздрогнула. Напуганная девушка, внезапно подскочила, закрыла рот и непонимающим взволнованным взглядом уставилась прямо на парня. Еще несколько секунд она молчала, приглядываясь в темноте к очертанию знакомой мужской фигуры.

— Ах, это ты?

Латиша начала улыбаться. Ее глаза выглядели не столько красными, сколько опухшими от слез, но при всем этом ее улыбка казалась довольно прелестной.

Девушка осмотрелась, будто бы пытаясь понять был ли еще кто-то рядом, хотя на самом деле она скорее пыталась понять какое сейчас было время суток. Все-таки на этой скамье она провела не один час, смотря вот так просто в пустоту.

Вскоре Латиша ощутила повисшую в воздухе тишину. Шейн ничего не говорил, но и не выглядел так, будто бы он ждал какого-то ответа. Скорее он просто думал о чем-то своем, смотря вот так на странного несуразного человека перед собой.

— Тебе, — заговорила девушка с неловкой улыбкой, — нравится бродить в одиночестве?

— А тебе?

— Не то, чтобы… — Латиша натянуто улыбнулась и попыталась посмеяться, но прозвучало это довольно жалко. Опустив взгляд, она попробовала хотя бы с некоторым оптимизмом добавить: — Просто не хочу возвращаться в комнату.

— Не повезло с соседками? — Шейн начал щуриться. Он сразу понял корень всех проблем. Конечно, а по какой еще причине молодая ученица не хотела возвращаться в собственное жилище настолько, что была готова провести целую ночь на улице? Ответ был только один: там ее даже не ждали.

— Да-а, — протянула Латиша, — думаю, что все именно так.

— А прошлой ночью ты возвращалась в комнату?

— Нет? — Латиша улыбнулась. Приподняв голову, она намеренно посмотрела в глаза Шейна с некоторой добротой, будто бы во всей этой ситуации не было ничего плохого. Даже выглядя так жалко, даже осознавая это, она все равно пыталась казаться увереннее и сильнее, чем было на самом деле.

Шейн задумался. Вновь окинув взглядом учебную форму Латиши, он заметил, что она была все такой же мятой, как и вчера, но теперь еще местами мокрой, грязной и порванной.

«Оно и видно, — подумал Шейн. — Выглядит так, будто на нее вывалили груду мусора. Возможно, так оно и есть».

Парень попытался сдержать тяжелый вздох. Как бы он не хотел, в этой ситуации он не мог просто так взять и закрыть глаза на происходящее. Он также не мог оставить Латишу на улице в подобном виде, зная, что ей некуда идти.

Повернувшись спиной к девушке, Шейн решительно произнес:

— Идем со мной.

Латиша удивленно замерла. В первые секунды ей даже показалось, что она просто не расслышала сказанных парнем слов, но затем она все же все осознала.

— Куда?

— В мое общежитие. — Шейн повернулся к Латише полубоком и серьезно взглянул в ее большие голубые глаза. — Примешь ванну и нормально ляжешь спать.

— В мужское общежитие? В твою комнату? — Латиша поднялась с лавки и быстро выпрямилась. На ее лице была видна целая гамма разных эмоций: волнение, непонимание, тревога.

Шейн усмехнулся. Эти сдвинутые вместе светлые брови, и плотно сжатые, будто почти дрожавшие губы, так и говорили, что Латиша очень переживала и тщательно обдумывала свой ответ.

— Обещаю, — заговорил насмешливо Шейн, — что буду хорошо себя вести.

Дальше он ждать не стал, просто развернулся и спокойно направился вперед, в сторону своего общежития.

Латиша стояла неуверенно еще несколько секунд. Она успела отсчитать два широких шага Шейна, прежде чем сама начала следовать за ним. Неуверенно, даже как-то робко оглядываясь, она хвостиком, почти шаг в шаг, пошла следом за парнем. Подобное поведение даже вызывало улыбку, ведь она выглядела, как маленький пушистый утенок, неловко следовавший за своей большой уверенной матерью.

И Шейн действительно улыбался. Он не оборачивался, но по тихим шагам за спиной, хорошо представлял, как именно за ним следовала Латиша.

«Так, — подумал Шейн, стараясь сдерживать свою ироничную улыбку, — осталось только придумать, как объяснить эту ситуацию своим соседям».

* * *
Прозвучал скрип входной двери. Шейн, сделав шаг вперед, к собственному удивлению, услышал громкий, все ускорявшийся топот.

В тот же миг из их с Дрэго спальной комнаты на полной скорости выскочил какой-то парень. Поначалу Шейн не признал его, но почти сразу, как этот парень приблизился к нему, он понял, что это был тот самый беглец-сосед, которого утром к ним подкинули в номер.

Больше всего внимания в этом незнакомце привлекла шкатулка. Этот большой серебристый предмет, видневшийся в его руке, был будто намерено поднят над головой.

При виде Шейна на пороге юноша, выскочивший так внезапно, восторженным голосом закричал:

— Ага! Вернулся наконец!

Следом за этим парнем в коридор выбежал еще один сосед, неизвестный Шейну. В руках второго незнакомца также находился какой-то предмет, а именно горшок с растением, явно сворованным у кого-то.

— Шейн! — прозвучал громкий крик третьего соседа, выскочившего последним из их спальни. Дрэго, с горящими от злости глазами, взмахнул обеими руками. — Немедленно забери у них мои вещи, иначе я сломаю им ше…

Неожиданно из-за спины Шейна выглянула светлая макушка. Латиша, руками удерживавшаяся за спину ее сопровождающего, нерешительно, но с некоторым интересом, посмотрела внутрь комнаты. Ее взгляд и взгляды всех странных соседей пересеклись. В комнате повисла тишина.

Перепуганная Латиша быстро скрылась за спиной Шейна, и лицом крепко прижалась к нему. В то же время оба новых соседа в панике, не произнося ни слова, бросились в свою спальню.

На месте остался лишь Дрэго. Успокоившись, парень развернулся и проводил взглядом двух надоедливых соседей, которые так и убежали в свою комнату с его вещами в руках.

— Ха, — Шейн усмехнулся, наблюдая за быстро закрывавшейся дверью в спальню, — разбежались, как тараканы.

— Наконец-то. — Дрэго довольно улыбнулся. Мысленно уже смирившись с кражей вещей, он обернулся лицом к Шейну и с толикой радости продолжил: — Я даже согласен на то, чтобы эта девчонка осталась с нами, если она будет их отпугивать. Ты ведь хотел ее оставить?

Шейн удивленно замолчал. Ему казалось необычным то, что Дрэго так быстро все понимал, и это ведь при том, что они не были достаточно хорошо знакомы.

Латиша вышла из-за спины Шейна, но его рубашку из своей правой руки так и не выпустила. Продолжая придерживаться за него, она слегка поклонилась в качестве приветствия и нерешительно замерла на месте.

Дрэго окинул девушку задумчивым взглядом. При свете свеч внешний облик Латиши казался совсем удручающим. Не столько настораживала ее одежда, сколько раны на ее теле, которых было достаточно много всего для парочки дней, проведенных в академии.

Дрэго даже не хотел спрашивать откуда у нее были все эти травмы. Все и так было ясно: причиной тому были другие женщины и особая иерархия, которая делала одни группы среди них выше, а другие ниже.

— На одну ночь, — произнес Шейн.

Дрэго кивнул. Подняв взгляд на своего соседа, он сухо ответил:

— Не создавайте шума, и тогда можете творить все, что пожелаете.

Лицо Латиши просветлело. Девушка, осознавшая, что теперь ее не выгонят прямо на пороге, чего она боялась больше всего, наконец-то отпустила Шейна, выпрямилась и глубоко поклонилась. Со счастливой улыбкой на лице, которую она пыталась скрыть, поджимая губы, она громко выкрикнула:

— С-спасибо! Извините за вторжение!

Дрэго удивленно замер. Действия Латиши были для него просто поразительными. Его с самого начало удивило то, что она поклонилась в качестве приветствия, но теперь она даже благодарила его, что казалось еще более странным. В окружении Дрэго благодарность от женщины была скорее издевкой или поводом для драки, нежели чем-то искренним. Из-за этого слова Латиши звучали как гром среди ясного неба.

Латиша выпрямилась, уверенно приподняла голову. Дрэго же перевел взгляд на Шейна, и будто с таинственным вопросом в глазах посмотрел на него. Что мог ответить на это Шейн? Он и сам прекрасно понимал, как странно вела себя эта девушка, по сравнению со всеми остальными представительницами женского пола. В ответ парень лишь пожал плечами, ведь, в сущности, ему нечего было сказать.

* * *
Раздался плеск. Латиша, приподнявшая правую ногу из горячей чистой воды, задумчиво осмотрела ее. В этот момент она устало лежала прямо в ванной, спиной опираясь на длинный, слегка наклоненный, бортик. Руками удерживаясь за керамические края, девушка тем самым помогала себе не скатываться сильно в воду, что было вполне возможным, ведь ванна была достаточно неудобной.

«Кажется, они не станут выгонять меня на улицу. И, кажется, они не хотят мне навредить. Неужели у Шейна даже его соседи хорошие люди?»

Взглянув на собственные израненные ноги, Латиша нахмурилась. Неприятные воспоминания, связанные с ее избиением и унижением вновь нахлынули в сознание. Девушка вспомнила, как ее тащили за волосы по полу, как ее избивали по приказу других учениц сразу несколько парней, и то, как на нее, в конце концов, просто вывернули бак с органическим мусором.

Опустив ногу в воду, Латиша и сама чуть глубже погрузилась в горячую жидкость. От смущения и волнения все ее лицо было красным, как у рака. Ей было просто стыдно за то, что Шейн нашел ее в подобном состоянии.

«Наверняка я пахла просто отвратительно. Ему стало меня жалко, вот он и решил помочь. Я сыграла на его добропорядочности, так нельзя. В следующий раз не стоит вести себя подобным образом, и надо обязательно его отблагодарить».

Глубоко вздохнув, Латиша закрыла глаза и отчего-то улыбнулась. Пусть ей и было стыдно, пусть она и чувствовала толику вины, но ей несомненно было приятно от того, что хоть кто-то обратил на нее внимание этой холодной одинокой ночью.

«Отблагодарить…»

* * *
Лишь теперь, когда Шейн вернулся в собственную комнату, он решил начать разбирать свои вещи. Одна тяжелая сумка вмещала в себя все: оружие в виде новых заточенных клинков, чистую одежду, несколько книг и, конечно же, нисколько не нужную фарфоровую посуду.

Когда Шейн достал эти дорогостоящие нарядные чашки, он удивился тому, что они все еще были целы и невредимы, и это при том, что в первый же день парень практически швырнул свою сумку на пол.

Следом за этим воспоминанием пришло и другое. То, в котором Марко отдавал Шейну эти чашки перед отъездом, угрожая расправой в том случае, если хотя бы одна из них разобьется.

«До сих пор не понимаю, — задумался Шейн, осторожно составляя чашки на свою тумбу, — с какой целью он мне это отдал».

Глубоко вздохнув, Шейн продолжил разбор своих вещей. Одежду он начал складывать на диван, книги временно выложил на пол. Пока он это делал, в голову начали закрадываться новые мысли, уже связанные с гостьей, сидевшей на тот момент где-то в общей гостиной вместе с его новыми знакомыми.

«Судя по всему те, кто достают Латишу, являются ее соседями по этажу, если не соседями по комнате. Думаю, тогда ее нежелание возвращаться в собственную спальню вполне обосновано».

Подхватив книги на руки, Шейн поднялся, выпрямился и положил их на тумбу. Следом его взгляд упал на кровать, поверх которой лежала одежда.

«Я не хочу вмешиваться в сюжет основной истории, но мне также не хочется умирать вместе со всеми Дорианами. Думаю, мне нужно как можно скорее решить, насколько сильно я готов впутаться во все это дело с принцессами, королевой и избранными. Стоит ли мне уже сейчас выписать все, что мне известно о сюжете, для того, чтобы не забыть?»

Подхватив вещи с кровати, Шейн понес их к своему шкафу. Так как одежды у него было не много, сложить все это на одну полку не составило труда.

«Сейчас единственная моя проблема — это Латиша. Мне неизвестно насколько она сильна, как и то, почему она не хочет давать сдачи. Я мог бы за нее вступиться перед ее обидчиками, но в долгосрочной перспективе это проблему не решит. До тех пор, пока сама Латиша не привыкнет давать отпор, для нее будут находиться все новые и новые агрессоры».

Из соседней комнаты прозвучал громкий мужской смех. Услышав его, Шейн замер и задумчиво обернулся. Он знал, что время было уже достаточно поздним, но из-за необычной девушки в гостях, казалось, никто даже не собирался спать. Один лишь Дрэго, будто совсем незаинтересованным в Латише, сидел в спальне на своей кровати и под светом свечи продолжал читать книгу.

«Я не стану носиться за ней хвостиком и постоянно спасать ее, как делали это ее поклонники в игре, — Шейн развернулся и направился в сторону выхода из спальни, — но как минимум я должен помочь ей измениться. Раз уж я однажды ввязался в это дело, я не могу оставить его, не доведя до конца».

Остановившись на пороге общей комнаты, парень быстро окинул ее взглядом. В ней, на двух мягких диванах, сидя друг напротив друга, находились Латиша и двое странных соседей. Один из них, русоволосый непримечательный парень в очках все продолжал что-то бурно рассказывать, то и дело размахивая руками. Худощавый, но достаточно высокий, этот парень звался Веласом Келвином. Второй сосед, также сидевший напротив девушки и с явным восторгом смотревший на нее, был намного ниже первого. Темные прямые волосы этого парня обрамляли черты его округлого лица, карие узкие глаза то и дело перемещались с Латиши на Веласа и с Веласа на Латишу. Этого юношу звали Ноем Руби.



«Только вот, — продолжал размышлять Шейн, смотря на эту странную троицу, — почему вся эта ситуация с нападками и издевательствами в отношении другого кажется мне такой знакомой? Как будто я уже знаю, что делать, потому что когда-то уже делал это».

Прозвучал тихий женский смех. Латиша, до этого момента увлеченно слушавшая несуразную историю Веласа, не сдержалась и все же рассмеялась. Ее звонкий, искренний голос, довольная улыбка и радостный взгляд вызвали у Ноя и Веласа удивление. Оба парня, как завороженные, уставились на смеявшуюся девушку.

— Богиня… — тихо пробормотал Велас, не сводя взгляда с этих больших голубых глаз. — Она сама богиня луны…

Шейн закрыл глаза и глубоко вздохнул. Быстро приблизившись ко всей этой бодрой группе, явно не собиравшейся ложиться спать, парень протянул руку Латише. Девушка инстинктивно и без лишних вопросов вложила свою ладонь в его. Тотчас Шейн потянул ее на себя, быстро поднял на руки и развернулся в сторону собственной спальни.

— Богине пора спать, — сухо произнес парень, через плечо посмотрев в сторону шокированных соседей. Ни Ной, ни Велас так и не смогли на это что-то ответить. Поразившись подобной наглости, они просто молча замерли, наблюдая за тем, как Шейн спокойно и довольно уверенно уносит Латишу к себе в комнату.

И ведь эти действия действительно казались странными. Какой бы мужчина мог вести себя подобном образом с женщиной в этом мире? Любой бы просто побоялся получить отказ, если не получить потом изрядную долю наказаний.

Реакция Латиши тоже казалась удивительной. Она никак не сопротивлялась и будто даже не волновалась. Напротив, из-за доверия, возросшего к Шейну после его помощи, она даже не сомневалась в нем. И, что, возможно, было самым странным, подобные действия не задевали ее гордость.

— А ты не поддавайся их похвалам. — Шейн опустил взгляд на спокойную, будто бы нисколько не смутившуюся девушку. Донеся ее до своей кровати, он аккуратно уложил ее на постель и сам лег рядом. — У мужчин всегда на словах одно, в уме другое.

Пока Шейн тянулся за одеялом, чтобы укрыть их обоих, Латиша спросила:

— И у тебя?

Шейн с головой накрыл девушку одеялом и усмехнулся. Вот так, прижимая ее к своей груди, он почти шепотом ответил:

— Да, я тоже думаю обо всяком разном.

Дрэго, лежавший на соседней кровати, наблюдал за происходящим с изумлением. При свете одной свечи, стоявшей на его прикроватной тумбе, он видел лишь силуэты, но и этого было достаточно для того, чтобы понять, что происходило в комнате.



«Он лег с ней рядом, — размышлял Дрэго, — будто так и должно быть. Это вообще нормально? А почему она не возмущается? Она только благодарить и извиняться умеет? Они оба вообще с этой планеты?»

* * *
Наступило утро. Шейн, уже одетый в свою форму, стоял в общей гостиной напротив Веласа и Ноя. Оба парня, лица которых еще покрывали синяки и ссадины после наказания за побег, также были одеты в свою учебную форму и готовы к новому дню.

— Так как вы одноклассники с Латишей, — продолжал говорить Шейн, — приглядывайте за ней, когда будет такая возможность. Если у нее будут проблемы, говорите мне. Я попытаюсь это как-то уладить.

— Есть! — хором отозвались парни. Что Велас, что Ной в отношении Латиши, казалось, уже были полны решимости. Возможно, так случилось именно потому, как она к ним относилась. Она не пыталась никого заткнуть, не вела себя высокомерно и не требовала ото всех служения ей одной. Напротив, даже когда Велас и Ной говорили ей что-то совсем неважное и несуразное, она спокойно слушала их и даже поддерживала, что казалось совершенно неожиданным для тех, кого вечно запугивали, избивали и пугали женщины.

— Уже проснулись? — прозвучал сонный женский голос. Латиша, выглянув из спальной в одной лишь длинной рубашке Шейна, устало потерла глаза. От неспокойного сна на новом месте все ее пышные волосы торчали в разные стороны, будто бы она была одуванчиком. Сонный взгляд бегал по комнате, не в силах сосредоточиться на чем-то одном.

— Иди и умойся, — серьезно произнес Шейн, оборачиваясь к девушке, — потом расчешись.

— Хорошо.

— Волосы собери на макушке, чтобы не мешали тебе во время умывания.

— Хорошо.

— Потом сразу пойдем за завтраком.

— Хорошо.

Латиша устало зазевала и, переступив через порог комнаты, направилась куда-то вперед. Небольшой таз, заранее набранный для умывания, стоял прямо в зале на тумбе неподалеку. Девушка, еще не до конца проснувшаяся, устало побрела прямо навстречу ему.

В это же время Велас, задумчиво наблюдавший за Шейном, подумал:

«Он относится к ней, как…»

Парень оборвал собственную мысль и отчего-то решил просто спросить:

— Шейн, у тебя когда-нибудь были младшие братья или сестры?

Шейн удивленно замер. Переведя взгляд на Веласа, он с некоторым сомнением и непониманием ответил:

— С чего бы? Я самый младший в семье. Я родился даже позже моей сестры-близняшки.

Велас натянуто улыбнулся. Скрыв свое желание высказать Шейну все странности его поведения, он просто тихо ответил:

— Да, так. Ничего.

В это время Ной, также подметивший странность поведения Шейна, удивленно посмотрел на своего соседа. Недосказанность в этой ситуации зацепила его внимание, и потому он решительно продолжил этот разговор:

— Просто ему кажется, что ты ведешь себя так, будто уже знаешь, как заботиться о младших сест…

Велас быстро прикрыл рот Ноя рукой. Он и сам не понимал, почему не хотел говорить на эту тему, но его внутреннее чутье будто подсказывало ему, что лезть в личные дела Шейна просто не стоило, если они не хотели испортить с ним отношений. Наверное, это правило было ключевым для тех, кто жил бок о бок с более высокопоставленными аристократами.

— А-та-та… — с усмешкой протянул Велас. — Кто просил тебя открывать рот?

Шейн приподнял взгляд в потолок. Он прекрасно понял, что хотел сказать Ной, и это замечание даже для него самого показалось странным. Откуда он знал, как заботиться о младших сестрах? Ни в этой жизни, ни в предыдущей у него уж точно не было сестер, которым нужно было помогать. Был лишь один человек, все время действовавший ему на нервы, но заботился ли Шейн действительно о нем? Он уже не мог вспомнить.

— Хм, возможно.

9. Так хочется узнать

— Он невыносим!

Грохнув руками по обеденному столу, Джулиана низко опустила голову. Она была не то, что в гневе, скорее в ярости. Ее всю трясло от переизбытка эмоций, и она ничего не могла с этим поделать.

В это же время рядом с ней сидели еще две девушки. Одна из них, Эрсен Эдмонд, как и Джулиана, была первой дочерью в семье. Длинные темно-синие волосы, бледная кожа, прямые строгие черты лица и, возможно, даже излишняя худоба были ее основными внешними особенностями. Обычно Эрсен вела себя спокойно и даже высокомерно, что соответствовало правильному нраву всех первых дочерей в дворянских семьях.

Вторая девушка, также сидевшая за небольшим круглым столом с чашечкой чая, вдохнула приятный цветочный аромат напитка и улыбнулась. Ее звали Флорен Русичель. Черты этой девушки были кардинально отличными от ее подруг: короткие светлые волосы персикового оттенка, большие медового цвета глаза, приятные округлые черты лица и обворожительная широкая улыбка. Если красоту Эрсен и Джулианы можно было назвать сексуальной, то сама Флорен источала атмосферу невинности и доброты. При этом она была довольно настойчивой, ведь из всех преследовательниц и почитательниц Джулианы ей единственной, как представителю наименее знатного дома, удалось добиться ее расположения. Да, Флорен не относилась к семье с высоким положением, хотя дворянская кровь в ней определённо текла. И, надо сказать, отсутствие влияния ее не смущало. Упорством ли, отзывчивостью или простым лицемерием, но своего она добивалась всегда. Доказательством этого служило то, что сейчас она сидела в кругу знатных господ в качестве полноправной ученицы особого класса.

— Поэтому я и говорила, — Эрсен поставила чашку чая на блюдце и осторожно опустила его, — что твоего брата давно было пора казнить. Он не просто совершил ошибку, он намеренно пошел на предательство рода, а теперь еще и посмел появиться здесь.

— Его определенно стоит наказать, — поддерживала Флорен, добродушно улыбаясь, — но вам не кажется, что казнь — это как-то слишком?

Джулиана выпрямилась. Эти слова будто крюком вцепились в ее сознание. Повернув голову к подруге, девушка невольно нахмурилась и спросила:

— Что ты имеешь ввиду?

Флорен даже не смотрела в глаза Джулианы, ведь у нее была достаточно хорошая фантазия для того, чтобы представить, как могло выглядеть в этот момент ее недовольное лицо. И это при том, что недовольным оно было практически всегда.

— Ты не смотришь на ситуацию в общем. — Флорен поставила блюдце на стол и плавно выпрямилась. Только теперь ее теплый заботливый взгляд встретился с фиалковыми глазами собеседницы. — Джул, напомни, сколько у тебя осталось братьев помимо Шейна?

— Один, — моментально ответила Джулиана. Она начала неосознанно хмуриться, явно выдавая свое непонимание предмета обсуждения.

— Второй брат, — продолжала Флорен, — Юстас, если я не ошибаюсь, подает хоть какие-то надежды?

Джулиана фыркнула и отвела взгляд. Эта ее реакция сразу давала ответ на все вопросы, однако сама девушка все же решила озвучить свои мысли:

— Он упустил возможность стать магом и с удовольствием согласился стать жалкой собачонкой Моржаны, о каких надеждах может идти речь?

— Тогда, — Флорен склонила голову влево и с некоторым блеском в глазах посмотрела на более знатную строгую подругу, — должно быть, ты уже нашла себе партнера из другой семьи? Ты ведь не забыла о том, что основной обязанностью наследницы является продолжение рода?

Джулиана замолчала. Ее строгий взгляд постепенно становился все более растерянным, хмурые черты лица начали плавно расслабляться. Тонкие сухие губы приоткрылись, будто собираясь что-то сказать.

— Моя мать, — замямлила Джулиана, — беремена…

— Вот как? — Флорен улыбнулась еще шире. Счастливо, почти искренне, она закивала головой и ответила: — Поздравляю. Если родится мальчик, какая у вас с ним будет разница в возрасте? Собираешься ждать, пока он повзрослеет?

— К чему ты ведешь?

На мгновение наступила тишина. Взгляды Джулианы и Флорен встретились. Девушка, счастливо улыбавшаяся до этого момента, серьезно ответила:

— К твоей неприятной привычке воротить носом перед всем приемлемым, что тебя окружает. Джул, я знаю, что тебе с детства доставалось только самое лучшее, но иногда нужно просто стиснуть зубы и терпеть, иначе твоя младшая сестра, заполучив себе перспективного мужа, который вполне может стать избранным, обойдет тебя по всем пунктам.

Эрсен, как и Джулиана, удивленно замолчали. Они обе уставились на вечно легкомысленную девушку и просто поразились тому, насколько откровенно она говорила с ними. Возможно, именно в этот момент Джулиана и вспомнила почему из всех своих почитательниц в качестве подруги она выбрала именно ее: Флорен была единственной, кто в лицо мог заявить человеку, что тот был не прав.

— В таком случае… — Девушка, вновь улыбнувшись, взяла со стола чайную ложку и кусочек сахара. Закинув сладость в свой напиток, она погрузила в него ложку и начала осторожно все размешивать. — Думаю, мне не стоит напоминать тебе о том, что происходит с теми старшими дочерьми, которые не оправдывают ожиданий.

— Флорен! — возмущенно вскрикнула Эрсен.

— Нет, она права. — Джулиана закрыла глаза и вновь склонилась над столом. Пытаясь перебороть накалявшиеся эмоции, она плотно стиснула ладони в кулаки. — Я не задумывалась об этих своих обязанностях в качестве будущей герцогини. Мне казалось, что я уже добилась всего, чего должна была: влияние, сила, почет. Но теперь, когда Лексиан умер, а Шейн стал магом, мои шансы и шансы Моржаны явно уравнялись.

Эрсен задумчиво смотрела то на Джулиану, то на Флорен. Она знала, что у Флорен было целых шесть братьев, в то время как у Джулианы осталось всего два. У обеих девушек ситуации были крайне противоположными, тем не менее обе имели большие проблемы. Например, Джулиане было необходимо искать себе партнера, в то время как Флорен была единственной дочерью, следовательно, надеждой для всей своей семьи.

— И что ты намерена делать? — задумчиво спросила Эрсен, обращаясь к Джулиане. — Будешь отбивать мальчишку у сестры?

Джулиана глубоко вздохнула. Приподняв голову, она серьезно уставилась взглядом куда-то вперед и решительно ответила:

— Посмотрим.

* * *
— Итак, — прозвучал звонкий голос молодой учительницы, — Шейн Дориан, каким необычным именем ты обзовёшь монстра в этот раз?

Девушка с пушистыми русыми волосами приблизилась к доске, на которой висел плакат с изображением монстра, и указала на него рукой. На плакате было нанесено изображение мохнатое многоглазое создание, внешне отдаленно напоминавшего медведя, но имевшего зубы, как у моржа, и когти, как у крота. Эта преподавательница не относилась к числу тех, кто любил принижать людей за их статус, однако она точно была той, кому нравилось издеваться над другими.

Вот уже второе занятие по изучению особенностей монстров шло полным ходом. Из-за вопроса, обращенного к Шейну, вся аудитория замерла в ожидании. Многим так и не терпелось услышать то, какую кличку юный Дориан придумает для монстра на этот раз.

Сам Шейн хмурился. Причина, по которой спрашивали именно его, заключалась в том, что в прошлый раз он неосознанно позволил себе назвать монстра тем прозвищем, которое дал ему Марко. Тогда вся аудитория залилась хохотом, и в этот раз ситуация разворачивалась точно также.

«Не могу же я сказать, — быстро размышлял парень, — что этого монстра зовут Косолапка?»

— Шейн? — протянула преподавательница, лукаво улыбаясь и явно ожидая скорого ответа.

Шейн, закинув все свои размышления в дальний ящик, уверенно ответил:

— Косолапыч.

Наступила тишина. Первые секунды лица присутствующих казались удивленными, но затем, внезапно, сама преподавательница не смогла сдержать искреннего смеха. Вместе с ней захохотал и весь класс.

Шейн замолчал. Да, он прекрасно понимал то, что говорил какие-то глупости. Из-за незнания названий монстров Шейн теперь только и мог, что использовать уже услышанные когда-то от Марко клички. Хотя самым забавным во всем этом, пожалуй, было то, что с этим монстром он уже когда-то встречался. Следовательно, знал его повадки, особенности и даже мог победить его, но не знал его правильного названия.

* * *
— Я рада, что ты все же согласился пообедать вместе.

Мария, широко шагая рядом с Шейном, довольно улыбалась. Она буквально чувствовала себя победителем, ведь согласие Шейна на совместную трапезу обозначало то, что он все же в ней нуждался.

Следуя вот так по коридору в сторону столовой, они явно привлекали к себе внимание. Помимо того, что они были первогодками, почти все окружающие знали, что они были из «А» класса, и причин тому было несколько. Во-первых, Шейна знали по его вступительным испытаниям, на которых он максимально успел привлечь к себе внимание. Во-вторых, Мария была известна как человек без титула, умудрившийся попасть в «А» класс, что само по себе было удивительным.

— Ты же помнишь, — безразлично отвечал Шейн, смотря куда-то в сторону, — что не за просто так?

— Да-да, конечно. — Мария завела руки за спину в своей излюбленной манере и слегка наклонилась вперед. С хитрой улыбкой она добавила: — В следующий раз, когда тебе понадобится моя помощь, я тебе так и отвечу.

— Больше, чем уверен, что не понадобится.

Мария промолчала. Просто посмотрела на коридор, который вел их прямо к столовой, и подумала:

«Многие так говорят, а потом приходят как миленькие».

Добравшись до нужного места, пара остановилась. Столовая представляла из себя скопление сразу нескольких залов, которые, как ряд проходных комнат, были соединены друг с другом огромными арками. Потолки в этом месте казались действительно высокими, ведь они тянулись примерно до уровня пятнадцати-двадцати метров.

Мария не стала останавливаться на пороге и уверенно пошла вперед. Шейн пошел следом за ней, попутно осматриваясь. Вся столовая была наполнена различными типами столиков. В одном зале виднелись длинные и вытянутые столы, явно предназначенные для больших компаний. В другом — круглые и небольшие, подходившие для одного или двух человек. При этом во всех залах где-то по правую руку виднелся ряд стоек, за которыми стояли повара, их помощники и просто продавцы. Разнообразие блюд было огромным: здоровая и нездоровая пища, сладкая или острая, жирная или обезжиренная.

Приблизившись к одной из самых длинных стоек, за которой стояла тучная женщина в белоснежном фартуке, Мария быстро пробежалась взглядом по выставленным на прилавок блюдам и задумчиво заговорила:

— Можно мне мясной суп, молочный коктейль и…

Шейн оглянулся. Это был уже не первый раз, когда он посещал это место, но сегодня, казалось, что что-то было иначе. Сощурившись, юноша пробежался взглядом по столикам, которые в этом зале были почти все заняты, и подумал:



«А людей довольно много. Кажется, даже больше чем обычно».

— Что будете заказывать? — прозвучал громкий женский голос где-то за спиной.

Сразу услышав его, Шейн оглянулся и посмотрел на кухарку. Женщина смотрела на него без излишней привязанности и добродушия. Скорее с полной отстранённостью и холодом.

— Все горячее, — заговорил Шейн, — которое сегодня есть в меню.

Мария удивленно замерла. Она стояла с подносом в руках и, когда услышала слова Шейна, чуть не выронила его.

Конечно, за еду платить никому не нужно было. Академия, спонсируемая всеми королевствами на континенте, оплачивала необходимые расходы учеников, однако сам факт того, сколько Шейн собирался съесть, вызывал недоумение. Это ведь было сразу несколько видов первых и вторых блюд.

— Ого, — Мария приподняла взгляд на парня и растерянно покачала головой, — а мужчины действительно много едят.

Кухарка, услышавшая слова Шейна, тяжело вздохнула. По ее лицу было видно, что для нее это был уже не первый такой странноватый покупатель. Махнув рукой, она ответила:

— Сядьте где-то неподалеку. Я все принесу.

Шейн кивнул и, развернувшись, направился на поиски свободных столиков. Мария, шедшая рядом с ним, продолжала довольно улыбаться. Вся эта ситуация порядком поднимала ее настроение.

— В твоем окружении, — неожиданно заговорил Шейн, заметив неподалеку пустой столик, — нет мужчин?

— Ну, у меня только матушка. — Мария также заметила этот столик. Обогнав Шейна, она быстро приблизилась к нему, поставила поднос с едой и села. — Ни братьев, ни сестер нет.

— Тяжело, наверное.

— С чего бы? — Мария приподняла голову и встретилась со взглядом все еще стоявшего на ногах парня. — Матушка самая крутая женщина во всем королевстве Белиот. Она основала свое дело еще тогда, когда ей было двенадцать лет, и теперь наш торговый дом один из самых влиятельных во всем королевстве. Более того, наше влияние уже просочилось в такие королевства, как Женвиоль и Тересса.

Осторожно выдвинув стул из-за длинного стола, Шейн спокойно сел на него. Его поза была вальяжной, что показывало, насколько безопасно он себя чувствовал в компании Марии.

— А отец?

— Несчастный случай. — Мария схватилась руками за стакан с молочным напитком и, приблизив его к своим губам, с нескрываемым удовольствием сделала первый глоток. — Умер при столкновении с другой торговой группой, когда я была ребенком.

— Понятно.

Шейн, откинувшись на спинку стула, спокойно замер в ожидании своего полноценного обеда. В это же время Мария, будто осознав что-то, недовольно надула губы и приподняла взгляд.

— Ну, вот… — протянула девушка обиженно. — Я просто так раскрыла тебе информацию о себе, а ведь ты сам должен был ее раздобыть.

Шейн непонимающе спросил:

— Зачем?

— Так ведь, — девушка поставила на стол стакан и, счастливо улыбнувшись, слегка склонилась и коснулась своей пышной грудью стола, — если бы ты сам захотел узнать меня ближе, наши отношения бы улучшились.

— Ты мне не настолько интересна.

— Как грубо.

Краем глаза Шейн заметил приближение. Женщина-кухарка с двумя подносами в руках быстро подошла к столу. Рядом с ней остановилось еще несколько сотрудников столовой, которые охотно начали помогать расставлять посуду перед прожорливыми учениками.

Мария, смотря на все эти блюда, старалась сохранять свое радостное выражение лица, правда, удивления во взгляде скрыть она не смогла. В то же время Шейн оставался совершенно спокойным.

Как только еда оказалась расставлена, а кухарка и ее сотрудники ушли, Шейн выпрямился и заговорил:

— Итак, что тебе известно о моих соседях?

Мария опомнилась. Она перевела взгляд с еды на лицо Шейна и с улыбкой спросила:

— А нормально с ними, как я погляжу, ты так и не поговорил. Вы хотя бы познакомились?

— Существуют вопросы, которые не стоит задавать напрямую.

— Но… — с интересом протянула девушка, ожидая продолжения этой фразы.

Шейн взял со стола ложку, погрузил ее в первую тарелку с мясным супом и, посмотрев в глаза Марии, ответил:

— Но при этом наличие информации дает тебе преимущество.

— Я знала, что мы одного поля ягоды.

Шейн лишь пожал плечами. Его типичная манера не выражать особо яркие эмоции уже начинала немного раздражать. Мария, все продолжая улыбаться, решила также взять ложку в руки и попробовать суп на вкус.

К сожалению, куриный бульон показался ей просто отвратительным. Напротив нее Шейн ел точно такой же суп, причем так быстро, что, казалось, ему это блюдо даже нравилось. Это было и поразительно, и удивительно, ведь Шейн, в отличие от Марии, был из семьи герцогини, но к еде придирался еще меньше, чем она.

— Так, так, так. — Девушка положила ложку в тарелку и не заметно отодвинула ее от себя. — Начнем с Веласа Келвина, ладно? Он у нас сбежавший принц из империи Асквид.

Шейн, уже успевший сделать очередной глоток супа, подавился. Бросив ложку на поднос, он приложил руку к груди, сглотнул и прокашлялся. Неприятный ком в горле прошел далеко не сразу.

Мария, наблюдавшая за этим, продолжала:

— Побочная ветвь. Он очень далек от власти и вообще величия императорской семьи. Даже его фамилия отличается от той, какую носят все дети из главного рода.

«На этом континенте существует всего одна империя, — задумался Шейн, постепенно успокаиваясь, — Асквид. То, что Велас является принцем из той страны, объясняет причину, по которой его отправили именно в номер ко мне с Романом, ведь мы тоже являемся представителями знатных семей».

— Говоря об этом, — Мария радостно хлопнула в ладоши, будто вспомнив о чем-то, — сестра Веласа, Адарея Аскания, сейчас учится на третьем курсе академии. Вот она полноправная принцесса из основной ветви семьи.

— Она внешне похожа на Веласа?

— На того, какой он сейчас, нет.

— Что это значит?

Шейн, посмотрев на собеседницу, непонимающе нахмурился. По этому его взгляду Мария быстро поняла, что он еще не успел раскрыть прикрытие Веласа, и потому был слегка ошарашен.

— Отличительной особенностью семьи Аскания, а также всех побочных семей, являются волосы оттенка пламени и глаза изумрудного цвета. Видел что-то подобное у твоего соседа? — Мария дождалась отрицательного покачивания головой и лишь тогда насмешливо продолжила: — Вот и я не видела, но не потому, что он с рождения отличается от остальных родственников, а потому, что он скрывает свою внешность. Магические артефакты помогают ему менять цвет волос и глаз. Очки на лице нужны по этой же причине.

— Но зачем он делает это? — Шейн взял со стола салфетку, вытер ею губы и, вновь схватившись свободной рукой за ложку, зачерпнул ею суп. — Не хочет привлекать внимание окружающих из-за своей необычной внешности?

— Необычной? — Женские брови приподнялись от удивления. — Знаешь, твоя внешность кажется мне куда необычнее. Зачем ты красишь некоторые пряди в черный?

— Не крашу. — Шейн поднес ложку к лицу и, ответив: «После одного случая они сами сменили цвет», продолжил есть.

Мария задумчиво сощурилась. Пока Шейн доедал первую тарелку супа, она размышляла о том, какой же именно случай мог изменить его внешний облик. Сменить оттенок волос временно не было проблемой, но изменить наследственные признаки — совсем другое дело.

— Понятно, — Мария снова улыбнулась, стараясь скрыть собственные эмоции. — В общем, Велас меняет внешность не из-за внимания окружающих, а именно из-за своей старшей сестры. Он не хочет с ней пересекаться, но рассказать что-то больше этого уже не смогу. Думаю, ты и сам можешь придумать достоверную историю о том, почему мужчина хочет от кого-то сбежать.

— Хорошо, понял. — Шейн придвинул к себе очередную тарелку. — А что по поводу остальных?

Мария придвинула к себе стакан с коктейлем, окончательно убедившись в том, что это будет ее скромным, но вполне достаточным обедом.

— Ной Руби не принц, — заговорила девушка, — и родом он не из самой благородной семьи, но где-то года два назад его продали в семью графини Руби из королевства Тересса. Вообще, графство Руби славится драгоценными камнями, которые добываются в глуби их шахт. Они буквально способны выкупить собственное королевство, из-за чего считаются довольно влиятельным семейством.

— Но зачем Ноя купили?

Мария замолчала. Приподняв свой настороженный, немного даже растерянный взгляд, она ответила:

— Шейн, какие глупые вопросы. Конечно, потому что у графини нет сыновей. Четыре дочери и ни одного сына — это провал для главы семьи.

— Но тогда почему именно он? Не нашлось кого-то талантливее?

Мария опустила взгляд и усмехнулась. Эта ее реакция была довольно странной, но вызвана она была мыслями о том, что Шейн, будучи талантливее остальных мужчин, уж как-то слишком поверхностно судил о возможностях использования магии.

— Родители Ноя пробудили его способности к магии еще в возрасте трех лет. Они вкладывали все средства своей семьи в его образование и из-за этого даже влезли в долги. Благодаря этому Ной стал довольно одаренным. Уверена, если бы он сдал вступительные испытания, попал бы в класс «Б», если не выше.

Мария посмотрела на Шейна. Растерянное выражение его лица так и говорило о том, что он не подметил в Ное никакого таланта. Почти шепотом, но намеренно членораздельно она спросила:

— Неожиданно, правда?

Шейн посмотрел в глаза девушки, которая продолжала коварно улыбаться. Он видел, что Мария буквально чувствовала восторг от того, что рассказывала ему чьи-то секреты.

— Признаюсь, не ожидал.

— Дальше больше. — Девушка поднесла стакан к своим губам и, допив остатки коктейля, быстро поставила его на стол. — Последний сосед, Дрэго Роман. Ты уже знаешь из какого он рода, верно?

— Верно, и потому вряд ли ты удивишь меня историей Дрэго. Я уже знаю…

Мария хищно улыбнулась. Не желая дослушивать это самоуверенное высказывание, она запросто перебила:

— В возрасте десяти лет он почти сбежал из семьи.

— Что?

Шейн нахмурился. Конечно, его не сильно удивляло то, что какой-то мужчина хотел сбежать из дома, но, вспоминая свой недавний разговор с Дрэго, он понимал, что тот вряд ли мог сбежать каким-либо примитивным способом.

— Если быть точнее, — продолжила Мария, — он сам продался церкви и попал на служение к самой святой Дафнии Лафаэрте.

— К Дафнии? — шокировано повторил Шейн. Да, он просто не мог не знать кем была Дафния. Воспоминания, связанные с первыми днями его жизни в особняке Дорианов, были частично связаны с ней.



«Это же та женщина, которая приходила в наш дом для того, чтобы оказать лечение? Чтобы персонаж, который должен появиться намного позже, уже фигурировал в разговоре?»

— А говорил, что не удивлю. — Мария ухмыльнулась и, откинувшись на спинку стула, расслабленно продолжила: — Да, она отказалась принимать Дрэго в качестве послушника и вместо этого просто выкупила его у церкви. В итоге он стал ее дворецким, а она еще доплатила его семье, чтобы те закрыли глаза на проделки младшего сынишки. С тех пор он целиком и полностью принадлежит ей.

Шейн продолжал хмуриться. Этот новый факт о его соседе совсем не радовал, даже настораживал.



«Чтобы женщина, которая пыталась заполучить меня, да являлась хозяйкой моего соседа? Подозрительно все это. Точно ли наше соседство — это совпадение?»

— Я знаю, о чем ты думаешь, — заговорила Мария. — Но я не знаю совпадение ли то, что вы с ним пересеклись. Вообще, студентов расселяют в соответствии с их положением в высшем обществе. Простолюдины к простолюдинам, дворяне к дворянам. Но ведь в академии полно дворян и помимо Дрэго Романа, верно? Вероятность того, что вы окажетесь в одной комнате с самого начала не была высокой.

Внезапно шестое чувство подсказало, что что-то должно было пойти не так. Несколько учеников, проходившие мимо с полными подносами еды, без колебаний и зазрения совести отбросили их и перевернули так, чтобы те пали прямо на Шейна и Марию. Парочка не дрогнула и особо не испугалась этого. Даже летевшие в их сторону обеды, в числе которых были и напитки, не вызвали у них и капли волнения.

В миг, когда еда оказалась прямо над головами Шейна и Марии, под столом появился голубой магический круг. Сияние этого круга было еле заметным из-за того, с какой скоростью он сработал и исчез. Из-под стола вырос ледяной столп, который, охватив собой и сам стол, потянулся выше. Он, словно растущее дерево, раскинул свои ветви в стороны, тем самым захватывая собой все падавшие продукты. То, чего касался лед, сразу замораживалось и становилось частью этого странного ледяного дерева.

Во всей этой картине, за которой, надо сказать, наблюдали многие, самым удивительным была скорость активации магии. Подобное творение тяжело было сделать новичку, еще и так быстро.



«Ого, — подумала Мария, неосознанно приоткрывая губы, — скорость создания заклинаний действительно высока. К тому же он даже не назвал заклинание. Неужели он уже на том уровне, когда он ощущает магию, как часть своего тела?»

Шейн, суп которого оказался заморожен вместе со столом, опустил ложку и положил ее на стол. Спокойным, совершенно расслабленным, тоном, он спросил:

— И что вы делаете?

Девушки, столпившиеся неподалеку от стола, удивленно молчали. Они были шокированы тем, что их маленькая проделка не смогла удастся, но еще больше они были удивлены тому, как спокойно на это отреагировал Шейн.

Внезапно раздался смех. Высокий женский голос, прозвучавший где-то в толпе, привлек внимание окружающих. Другие ученицы расступились и позволили Шейну увидеть всего одну, довольно вызывающую девушку, которая, судя по всему, и была виновницей случившегося.

Невысокая второгодка с длинными волосами оттенка вареной свеклы стояла, просунув руки в карманы своей огромной черной кофты. Подобная кофта не являлась частью школьной формы. Она лишь скрывала белую юбку с узкими черными полосами и светлый топ, однако на ней, как и на пиджаке от формы, виднелись пагоны, которые явно противоречили правилам ношения одежды в академии.

— А ты и впрямь довольно высокомерен для членоносца, — девушка широко улыбнулась, обнажая свои острые клыки. — Не боишься, что когда-нибудь тебя могут кастрировать?

Шейн повернул голову к незнакомке и задумчиво окинул ее взглядом. Помимо необычных волос неестественного оттенка, во внешности этой девушки можно было выделить длинную шею, высокий лоб, зауженные голубые глаза и ярко выраженные скулы.

— Адекватные люди, — отвечал парень, — не думают о чем-то подобном.

— Угу, — Мария закивала головой, — а вежливые еще и не выражаются так.

Незнакомка перевела взгляд на спутницу Шейна и, недовольно цокнув, почти зарычала:

— Закрой свой рот, сраная торговка. Ты ведь уже знаешь с кем имеешь дело? Так какого хера ты ведешь себя так самоуверенно?

Мария посмотрела на эту ученицу так, будто бы она уже действительно ее знала: спокойно, приветливо и даже немного хитро. Продолжая естественно улыбаться, она не позволяла своему желанию оторвать чью-то голову выйти наружу.

— Новый класс «А» в этом году совсем распоясался? — Анита Ервион, а именно виновница всего происходящего, гордо выпрямилась и усмехнулась. — Не знают, что такое уважение к старшим. Дерзость — это ваше единственное хорошо развитое качество?

— Нет, — отвечал Шейн, — скорее терпеливость.

Анита рассмеялась, и вновь ее звонкий голос разнесся по всей столовой. Другие студенты, также присутствовавшие в этом зале, наблюдали за происходящим молча. Практически все те, кто были здесь, даже перестали есть ради того, чтобы узнать, чем закончится эта сцена.

— Не только это… — Прозвучал голос еще одной незнакомой девушки. Другая ученица, явно подруга Аниты, приблизилась к столу Шейна и Марии. — В этом году, кажется, класс «А» еще и слабее предыдущих. Вот когда мы были новичками, в нашем классе не было ни одного простолюдина, и уж тем более мужчины. Уровень поступающих порядком снизился, верно?

Обстановка накалялась. То, что говорили эти двое, задевало не только Шейна и Марию. Все другие первогодки, и даже те, кто не относился к «А» классу, чувствовали, как закипали их эмоции.

В то же время другие второгодки будто мысленно поддерживали этих двоих. Они тихо посмеивались, лукаво улыбались и были готовы вмешаться, если этот конфликт разросся бы еще сильнее.

— Как жаль, — вновь заговорила Анита. Девушка приложила к своему лицу руку и наигранно промычала. — Я думала, что на ближайшем внеклассовом сражении мы сможем показать всем наши способности в битвах с достойными противниками, но, похоже, что новое испытание будет проходить только среди второго и третьего курсов.

Мария не смогла сдержать усмешки, и тем самым привлекла к себе внимание. Посмотрев на Аниту, девушка ответила:

— Не переживайте, учитывая ваши успехи в прошлом году, скорее всего, это будет просто сражение между разными классами третьего курса.

Глаза Аниты расширились. Эти слова, явно сказанные не просто так, давили на ее самолюбие и, более того, они заставили ее вспомнить неприятные воспоминания их прошлогоднего поражения, которое было весьма удручающим для всего текущего второго курса.

— Ты! — грозно вскрикнула Анита, делая шаг вперед. Резко подняв руку, девушка, даже не задумываясь, выкрикнула: — Земляная стена.

Магические круги появились под ее ногами молниеносно. От носка стопы и до самого стола, за которым сидели Шейн и Мария, начала быстро вырастать земляная стена.

В тот же миг, когда атака стала слишком близкой и опасной, перед столом в качестве преграды появился ледяной барьер, который просто заблокировал путь. Он, словно щит, закрыл собой как Марию, так и Шейна.

Понять, что произошло, удалось не сразу. Удивленная Мария, сидевшая за столом, опустила взгляд и вопросительно посмотрела на своего спутника. Шейн равнодушно ответил:

— Должна будешь.

Брови Марии сдвинулись. Уже понимая, что теперь она не сможет что-то потребовать от Шейна в будущем, она обиженно ответила:

— Так нечестно.

Внезапно прозвучал грохот, а вместе с ним и треск льда. Мария и Шейн, инстинктивно вскочив из-за стола, быстро отступили.

В тот же миг стена Шейна окончательно разбилась на отдельные осколки и посыпалась вниз. Через нее стали проноситься каменные глыбы, напоминавшие острые ножи. Они, падая то на стол, то за него, то еще куда-то, летели все дальше и дальше.

Анита, не прекращавшая атаковать, со зловещей улыбкой на губах завопила:

— Кто позволял тебе…

Ученики, находившиеся в радиусе поражения, с криками начали разбегаться, в то время как эта непрерывная атака увеличивала свою дальность. В какой-то момент одна из каменных глыб, возникших под действием магии, вырвалась вперед остальных. Она помчалась прямо навстречу человеку, которой ничего не боялся и даже не собирался отступать. Этим человеком оказалась Моржана.

Дочь семейства Дорианов подняла и вытянула правую руку. Магический круг алого оттенка возник под ее ногами. Огненный шар, тотчас появившийся перед ладонью, помчался вперед. Он столкнулся с теми глыбами, которые летели к Моржане, и мгновенно взорвался, уничтожая их.

Испуганная Анита сразу прервала заклинание. При виде той, в кого она чуть не попала, весь ее восторг и запал от сражения исчезли.

Окружающие замерли в изумлении. Они уже поняли, что Моржана была магом огня, и знания о том, какими по характеру были эти маги, помогли им понять, что дальше должно было случиться что-то ужасное.

Моржана подняла свой суровый фиалковый взгляд прямо в глаза виновницы и спросила:

— Что это сейчас было?

Анита молчала. Волнение сковывало все ее действия. Сжав ладони в кулаки, она судорожно начала обдумывать ситуацию:



«Дочка герцогини? Маг огня? Сын еще куда не шло, но дочь… — Анита неосознанно прикусила нижнюю губу и нахмурилась. — Черт, а ведь и отступать уже поздно. Тогда ладно».

Глубоко вздохнув, девушка гордо выпрямилась. Ее волнение пропало словно по щелчку пальцев. Она, с насмешливой улыбкой на губах, перенесла вес тела на левую ногу, гордо приподняла голову и высокомерно заговорила:

— Уж прости, под руку попала. Если бы ты не стояла там…

Внезапно Моржана будто испарилась. Она возникла прямо перед Анитой с активированными под ногами огненными кругами. Не понятно было каким заклинанием она успела воспользоваться, но что стало ясно точно, так это ее прирождённый талант к быстрому созданию магических кругов.

Схватив Аниту за горло, Моржана быстро опрокинула ее и пробила ее спиной стоявший позади столик. Звонкий грохот эхом разнесся по всей столовой.

Деревянный предмет, попавший под удар, разлетелся на разные части, а заваленная девушка неосознанно вцепилась ладонями в руку, удерживавшую ее за шею.

Тело Моржаны было настолько горячим, что ее прикосновение к Аните вызвало сильный ожог. Пар поднялся вокруг обеих девушек, явно показывая, насколько была зла одна из них.

Как только Анита потеряла сознание, а произошло это быстро, Моржана приподнялась и выпрямилась.

Вся столовая была погружена в тишину. В такой атмосфере было страшно даже промолвить слово, что уж было говорить о возмущении или пререканиях.

Обернувшись к надоедливым зрителям, девушка с длинными волосами платинового оттенка высоким громким голосом спросила:

— Есть еще желающие раскрыть хавальник в мою сторону?

Молчали и Шейн с Марией. Эта парочка просто стояла среди толпы и старалась даже не высовываться.

Между тем, Мария, восхищенная увиденным, склонилась к Шейну и тихо прошептала:

— А сестричка у тебя крутая.

— Без комментариев.

10. Так хочется разобраться

Продолжая не спеша идти вперед, Шейн все думал о своем. Увиденное в столовой все еще было свежо в его сознании. Он постоянно прокручивал в голове момент сражения Моржаны, оценивая ее реакцию на подобную ситуацию, магические способности и физические навыки. Одно можно было сказать точно: сейчас Моржана была куда сильнее прошлой себя.

Впереди показался коридор, ведущий на выход из длинного учебного корпуса. Свернув в него, Шейн уверенно направился на улицу. Людей рядом с ним было не так много. Лишь изредка навстречу выходили ученики, но, будучи совсем незаинтересованными в Шейне, они просто проходили мимо.

Постепенно мысли парня начали переходить в новое русло, и вот его воспоминания о сражении сменились на воспоминания о разговоре с Марией. Он задумался о тех тайнах, что она раскрыла ему, и попытался сопоставить все ее слова с действительностью.



«После того, что я узнал от Марии, — размышлял Шейн, — мне все кажется, что уйти от оригинального сюжета невозможно. Быть может, если бы я не стал магом, тогда мне бы удалось хотя бы немного отдалиться от главных действующих лиц истории, но теперь…»

Протянув руку к деревянной двери, расположенной напротив, Шейн подтолкнул ее, шагнул вперед и тем самым вышел на улицу. Время уже было послеобеденным, учебные занятия были позади, и это значило, что он мог наконец-то покинуть эти душные многолюдные корпуса.



«Кажется, настало время для того, чтобы ввязаться во все это дело по уши. Для начала стоит вспомнить весь сюжет истории, найти главных героев и…»

Внезапно перед глазами возникло женское лицо. Можно было сказать, что лицо этой незнакомки в прямом смысле появилось словно из неоткуда, ведь Шейн даже не заметил ее приближения.

Заведя руки за спину, девушка с короткими волосами нежно-персикового оттенка улыбнулась и произнесла:

— Приветики. Давай знакомиться?

Шейн молчал. Доброжелательное миловидное лицо этой ученицы совершенно не предвещало беды, но вот ее учебная форма… На золотых погонах виднелось три полоски, что обозначало принадлежность этой девушки к третьему курсу, а оттенок самих погон говорил о том, что она училась в специальном классе — именно в том же классе и на том же курсе, на котором училась Джулиана.

Шейн сразу ощутил подвох. Ничего не отвечая и даже никак не реагируя на приветствие, парень развернулся и обошел старшекурсницу стороной.

Удивленная девушка, а именно Флорен Русичель, замерла в шоке. Она обернулась вслед за Шейном, проследила за тем, как он делает первые шаги прочь и вопросительно приподняла руки.



«Хм… — спокойно продолжал размышлять Шейн. — А стоит ли именно выписывать сюжет оригинальной истории? Если записи найдут…»

— Шейн Дориан! — прозвучал громкий женский крик. Внезапно женская фигура быстро выскочила из-за спины и прошмыгнула прямо перед носом. — Стоять, бояться! — Девушка резко затормозила перед парнем, развернулась и раскинула руки в стороны. — Я Флорен Русичель, подруга твоей старшей сестры!

Шейн нахмурился. Это имя и эту внешность он узнал моментально, возможно, именно поэтому в первый раз он и захотел просто сделать вид, что не заметил эту ученицу.



«И по совместительству одна из героинь новеллы, — мысленно завершил сказанные девушкой слова Шейн. — Вот. Они уже сами меня находят».

Недовольно надув губы, как обычно это делают обиженные дети, Флорен выпрямилась и протянула руку для рукопожатия. Решительный женский взор уставился прямиком в ярко-желтые глаза парня.

Шейн сразу понял, что ему не стоило отказываться от этого жеста. Рукопожатие считалось жестом, созданным для равных. Оно обозначало, что собеседник признавал тебя, и Шейн не мог отказать человеку, который признавал его равным, особенно женщине в этом жестоком мире.

Протянув ладонь в ответ, Шейн пожал руку Флорен и сразу ее отпустил. Продолжать это знакомство дольше необходимого не хотелось, и потому он сразу захотел уйти, но не успел Шейн сказать и слова, как вновь услышал высокий женский голос:

— Умничка. Хочешь со мной перекусить?

Парень нахмурился. Он смотрел в большие светло-карие глаза Флорен и не мог понять, затевала она что-либо или же просто проявляла дружелюбие. Хотя, конечно, больше было похоже на первое, ведь по ее учебной форме и положению в обществе Шейн сразу мог сказать, что эта девушка была из тех, кто добивался всего желаемого.

— Почему все женщины пытаются поесть вместе со мной?

Флорен зловеще усмехнулась. Казалось, будто она даже не пыталась скрыть этой своей пугающей реакции. Чуть выпрямившись и, подмигнув Шейну, девушка ответила:

— Когда живое существо ест, оно наиболее беззащитно.

— Понятно. Законы джунглей.

Не говоря и слова более, Шейн развернулся. Он спокойно направился вперед, как можно дальше от учебного корпуса.

— Я слышала, — продолжал вещать женский голос где-то неподалеку, — что ты немного повздорил со второгодками из «А» класса.

— И?

— Хочешь знать почему они намеренно придираются к вам?

Шейн усмехнулся. Он не видел лица Флорен, но краем глаза подмечал то, что она шла рядом с ним, буквально на несколько шагов позади.

— Потому что они неудачники, — спокойно отвечал парень, — которые, судя по всему, в прошлом году особо ничем не выделились.

— А ты быстро догадался.

Флорен подозрительно улыбалась. Как всегда, стараясь вести себя добродушно и отзывчиво, она на самом деле пыталась прощупать почву.

В действительности у нее не было скрытых мотивов относительно Шейна, но на всякий случай, просто для того, чтобы оставаться в курсе всех событий академии, она хотела завязать с ним знакомство.

— Да, — девушка повернула голову вперед и посмотрела на длинную тропу, по которой они шли, — нынешние второгодки пережили большой позор из-за того, как выступили на испытании. Ты же знаешь, система испытаний не учитывает классы или курсы. Участниками испытаний являются все ученики сразу, и там важнее всего заработать очки. У кого их больше, тот победитель.

— Теперь знаю.

— В прошлом году, — продолжала Флорен, — помимо того, что второгодки постоянно подвергались издевательствам, они еще и на испытании не смогли ничего заработать. Никто из них не попал в список лучших ста студентов, и некоторым вообще не удалось заработать очков. Это был провал, который им припоминали еще до конца учебного года.

— Не особо меня это удивляет.

Мимо пары прошла группа бурно разговаривавших студенток. Их голоса были настолько громкими, что и Шейну и Флорен пришлось на мгновение замолчать.

Как только эта группа прошла, девушка, намеренно выйдя вперед, повернулась полубоком к Шейну и заговорила:

— Знаешь, а ведь из-за этого случая специального класса для второго курса сейчас нет. Просто ни один из учеников их параллели не стал достойным для того, чтобы попасть в списки лучших.

— Очень жаль.

— И тут появляешься ты…

Флорен коварно улыбнулась. Ее загадочная интонация буквально вынудила Шейна опустить взгляд и посмотреть на собеседницу. Девушка остановилась, а вместе с ней неосознанно остановился и Шейн.

— Выдающийся мужчина, беглец из семьи, а также человек, порушивший систему испытания на северных воротах. — Глаза Флорен сузились, будто пытаясь прочитать мысли молчаливого парня. — Как думаешь, что они хотят сделать?

Шейн молчал. Теперь он осознавал, каким Флорен была человеком. Пусть он и знал, что она была героем сюжета, ему не были знакомы все тонкости ее характера, ведь саму историю он полностью никогда и не читал.

Он мог судить ее только потому, что видел сейчас своими глазами. С виду милая и отзывчивая девушка явно хранила в себе множество секретов. Она будто была второй копией Марии, которая любила раскрывать и делиться тайнами, только Флорен была все же старше ее и намного расчетливее. Да, она явно любила быть в курсе всего происходящего, явно пыталась наладить связи с окружающими, при этом, что было отлично от Марии, она никогда, даже под влиянием эмоций, не показывала своих чувств. Правда, последнее можно было назвать лишь догадкой, ведь Шейн еще не знал Флорен достаточно хорошо.

— Поставить меня на место, — отвечал на вопрос парень, — и выделиться на моем фоне?

— Можно сказать и так. В этом году второгодкам принципиально важно выделиться на испытании, и они будут делать это всеми возможными способами.

Шейн повернулся всем телом к Флорен. Быстро прокрутив в своей голове отрывки из жизни Эрскина, он вспомнил, что Флорен была довольно популярным персонажем. Она была такой же известной, как и сама Дафния. Ей посвящали отдельные блоги, группы и сайты в интернете. С ее обликом была создана целая линейка одежды и бытовых вещей.

Раньше Эрскин не понимал причину такой популярности, но теперь Шейн мог видеть все собственными глазами, и потому примерно представлял ответ на этот вопрос. Во-первых, Флорен была действительно привлекательной. Ее миловидные черты, раскрепощенная, но в то же время естественная, мимика, плавные грациозные движения — все это составляло ее образ приятного и нежного персонажа, что казалось таким необычным на фоне всех тех самоуверенных женщин, которые наполняли этот мир. При этом у Флорен была своя печальная история, из-за которой ей приходилось крутиться в кругу ненавистных ей дворянок — Джулианы Дориан и Эстер Эдмонд.



«И все же, — мимолетно подумал Шейн, — Латиша намного приятнее ее».

— Зачем ты мне об этом рассказываешь? — Парень настороженно нахмурился. — Хочешь помочь?

— Не знаю. — Флорен усмехнулась. Она вяло пожала плечами и неосознанно перекатилась с пяток на носки. — Другие мужчины вызывают во мне отвращение из-за того, насколько жалкими они являются. А ты… Ты вроде бы ничего так.

— Приму за комплемент.

Неожиданно краем глаза Шейн заметил фигуру, находившуюся где-то справа. Повернув голову в сторону, он увидел стоявшую в отдалении Латишу. Миниатюрная девушка в наконец-то чистой, но отчего-то пыльной, учебной форме стояла, переступая с ноги на ногу. Она четко смотрела на Шейна, но не решалась подойти.

При виде этого неуверенного женского взгляда, Шейн усмехнулся и быстро махнул рукой. Эту его реакцию заметила и Флорен, которая тут же перевела все свое внимание на незнакомую ученицу.

Лицо Латиши при виде этого жеста просветлело. Она быстро выпрямилась и направилась вперед.

Как только Латиша подошла хоть немного ближе, она со взволнованным голосом заговорила:

— Я увидела вас издалека, но побоялась, что помешаю.

— Не беспокойся. — Шейн склонил голову и повернулся всем телом к девушке. — Мне ты не помешаешь.

Его приветливое выражение лица и добрая, совсем не равнодушная, интонация сразу показывали, как он относился к этой девушке, и Флорен сразу подметила все это про себя. Это различие в отношении к ней и к Латише было заметно сразу, ведь на одну из них Шейн даже не смотрел, а второй искренне улыбался.

Латиша перевела взгляд на старшую ученицу. Она совершенно не знала Флорен и даже не обратила внимания на цвет ее погон или полоски на них, но ее точно зацепила внешность этой девушки. «Красивая» — именно так и подумала Латиша о Флорен, увидев ее впервые.

— Здра… — заговорила Латиша, но почти сразу она замолчала.

Внезапно Флорен подступила к Шейну и крепко вцепилась в него руками. Она прижалась всем телом к нему, приобняла и с широкой улыбкой на губах посмотрела на Латишу, как бы ясно давая понять, что та была здесь лишней.

В подобной ситуации Шейн совсем не понимал, что ему стоило делать. Он просто замер в легком шоке, а Латиша тем временем, даже не дрогнув, со все столь же доброжелательной улыбкой спросила:

— Здравствуй, ты подруга Шейна?

— Подруга? — Брови Флорен удивленно приподнялись. Подобный вопрос и использование именно этого слова четко говорило о том, что Латиша даже не представляла себе той ситуации, в которой Флорен была кем-то большим для Шейна. — Да… — задумчиво протянула девушка. — Можно сказать и так.

Латиша улыбнулась чуть шире. Немного щурясь, но совсем не показывая ни разочарования, ни грусти она перевела взгляд на самого парня и произнесла:

— Шейн, у тебя так много друзей. Это здорово.

Флорен усмехнулась. Конечно, ей было без разницы кем эти двое были друг для друга, ведь она не была искренне заинтересована в Шейне, однако ей было важно понять, как именно они относились друг другу. Эта провокация с ее стороны была самым действенным способом для того, чтобы узнать, каким характером обладала Латиша. Властная девушка в такой ситуации бы возмутилась, сдержанная — промолчала, а замкнутая — загрустила бы.

Глубоко вздохнув, Флорен подумала:



«Я пытаюсь на ее же глазах отобрать у нее добычу, а она даже не реагирует? Травоядное? Хотя… Нет. Была бы она травоядным, скорее бы расстроилась, а она просто делает вид, что ничего не замечает. Неужто она просто уверена в том, что я ей не соперница? Или у нее на самом деле нет никаких планов насчет Шейна?»

Шейн недовольно поежился. Лишь после того, как сама Латиша обратилась к нему, он смог понять, что это была за выходка со стороны Флорен. Из-за недостаточного опыта общения с женщинами подобные ситуации для него были новыми, поэтому, возможно, он и не понял сразу, что перед ним только что развернулась небольшая борьба между двумя девушками.

Шейн положил руку на плечо Флорен, надавил на него и отошел в сторону. Из-за одной только мысли, что его пытались использовать, он чувствовал себя как-то мерзко.

Флорен не стала ничего говорить и продолжать тянуться к парню. Она достаточно хорошо чувствовала людей, и потому понимала, что добиться какой-то большей информации сегодня у нее уже не получится.



«Интересно, интересно, — подумала Флорен, коварно улыбаясь. — В этом году новенькие такие забавные. Что же они еще подкинут?»

Повернувшись лицом к Латише, Шейн кивнул куда-то в сторону и спросил:

— Куда пойдем тренироваться?

Мысли о предстоящей тренировке вызвали радость и трепет. Латиша, заведя руки за спину, пожала плечами и плавно зашагала вперед. Счастливо, не в силах сдерживать нотки волнения в голосе, она ответила:

— На стадион? Мне кажется, что там будет лучше всего.

В то же время неподалеку от того места, где происходил весь этот разговор, скрываясь за соседним зданием, стояла Моржана. Удерживаясь руками за каменный угол дома, девушка практически впивалась в него своими когтями. Она щурилась, скалилась, и была действительно готова зашипеть просто из-за того, что видела в окружении Шейна других девушек. Правда, все еще не забывая о своей главной цели — становлении наследницей семьи, она пыталась контролировать себя.



«Ты подожди, Шейн, — ревностно размышляла Моржана. — Как только я смогу завоевать влияние в академии, ты еще ко мне вернешься».



* * *
— Что ты представляешь, когда пытаешься активировать заклинание?

Шейн стоял напротив Латиши, спокойно осматривая ее. После подготовки к тренировке и прибытия на спортивную площадку, они оба были одеты в спортивную форму.

Как для парней, так и для девушек, форма состояла из облегающего черного костюма с белыми вставками в области швов. Весь этот спортивный костюм был слитным. Благодаря тонкой, но прочной ткани, обтягивавшей тело, движения казались легкими. Даже сама одежда будто не ощущалась на теле, и подобное было довольно важно во время тренировок, сражений или испытаний.

Латиша не отвечала. Неуверенно отводя взгляд и явно игнорируя этот простой вопрос, она вызывала у Шейна некоторую настороженность. Подобной реакции просто не должно было быть у того, кто умел колдовать.

— Ты же, — парень нахмурился, — себе что-то представляешь?

Латиша все продолжала молчать. После этого вопроса на ее губах появилась виноватая улыбка, что сразу подсказало верный ответ.

— Иными словами, — Шейн глубоко вздохнул, — ты не визуализируешь себе того, что хочешь получить?

— А надо?

Шейн покачал головой. Непонимающе посмотрев на девушку, он развел руки в стороны и спросил:

— Как ты училась колдовать?

Латиша чувствовала себя неуверенно. С каждой секундой этого разговора она все больше думала о том, что просить помощи в тренировках было плохой идеей.

— У меня был один учитель, — девушка виновато опустила голову и, вся сжавшись, вздохнула. Ее реакция, а именно тихий и взволнованный голос, показывали, что она принимала на свой счет все то недовольство, которое выражал Шейн. — Он приходил один раз в неделю, давал задание и…



«Один раз в неделю? — мысленно повторил про себя Шейн. — Задание? Нет, Марко, конечно, тоже не идеал учителя, но он явно был поответственнее в плане моей подготовки. Удивительно, что она вообще смогла научиться чему-то подобным образом. Это связано с врожденным талантом или все же с тем, что магия женщинам дается легче?»

— Когда он пришел в первый раз, — Латиша тем временем продолжала объяснять, уже немного жестикулируя и пожимая плечами, — то просто помог запустить ход маны в моем теле.

Шейн даже не слушал девушку. Мысленно уже разговаривая сам с собой, он смотрел лишь поверх головы Латиши, но девушка этого, конечно же, не замечала. Она все говорила и говорила:

— Ну… Он особо не спрашивал каким магом я хочу быть, поэтому так получилось, что я стала магом ветра. И так как я не могла узнать каким способом становятся экманом или инманом, я по умолчанию стала…



«Надо не забывать, — размышлял Шейн, — что мы говорим не о попрошайке с улицы, а о принцессе. Поэтому мне очень странно слышать то, что ее нормально никто не обучал, хотя и здесь найдутся свои объяснения».

— Первое заклинание, которое я исполь… — Латиша приподняла взгляд и лишь теперь заметила, что Шейн на нее даже не смотрел. Когда она замолчала, он не услышал этого и продолжил смотреть куда-то чуть выше светлой женской макушки.

Латиша улыбнулась. Она поняла, что Шейн с головой ушел в себя, и решила просто подождать. Ее не задевало то, что про нее забыли, и ее не волновало то, как долго ей придется вот так вот молча стоять.



«Во-первых, — мысленно перечислял Шейн, — она не наследная принцесса. Учитывая иерархию в их семье, никому не выгодно, чтобы вторая принцесса была лучше, чем первая. Хотя в нашей семье, к примеру, Шанна поддерживала конкуренцию между детьми. — Взгляд Шейна плавно переместился куда-то вправо, чуть ближе к земле. — Во-вторых, насколько я помню, она ребенок, рожденный вне брака. Конечно, никто не станет судить саму королеву за зачатие ребенка вне брака, еще и дочери, но это определенно откладывает отпечаток на то, как будут относиться к этому дитя. Учитывая социальное расслоение, у такого ребенка будет меньше прав буквально во всем, что его окружает».

Шейн переступил с ноги на ногу, задумчиво поджал губы и вновь приподнял куда-то взгляд. Мысли в его голове так быстро развивали все новые и новые теории, что оторваться от них было практически невозможно.



«Помнится мне, Латишу по сюжету держали подальше от общества, поэтому ее и в глаза-то никто не знает. Народ в нашем королевстве знает только то, что принцессы две, но никому не известно, как выглядит вторая».

Шейн задумчиво вздохнул и лишь сейчас, опустив взгляд, встретился с большими голубыми глазами. Латиша молчала и просто улыбалась, как бы ожидая того момента, когда на нее обратят внимание.

Наконец-то осознав, что происходило все это время Шейн слегка приоткрыл губы. Его задумчивое выражение лица быстро начало сменяться на взволнованное и даже немного растерянное. Шейн выпрямился и с толикой сожаления в голосе ответил:

— Прости, задумался.

— Ничего, — все также радостно отвечала Латиша.

Парень сощурился. Даже эта ситуация показывала, как сильно Латиша отличалась от других девушек. Какая бы еще на ее месте просто стала бы ждать того момента, когда собеседник наконец-то додумает что-то про себя? Кто вообще так легко воспримет то, что его игнорируют?



«Возможно, — Шейн задумчиво поджал губы, смотря прямиком на радостное женское лицо, — именно из-за того, что она была отстранена от общества, она и стала такой, какая есть сейчас. Кажется, это то самое, о чем мы говорили когда-то с Джуро. Даже в этом мире ты можешь вырастить добрую и отзывчивую дочь, но в обществе ей будет очень тяжело».

— Хорошо, давай еще раз. — Шейн отступил на несколько шагов. Он окинул телосложение Латиши взглядом и мысленно будто прикинул то, какой план тренировок мог бы ей подойти. Она была невысокой, чересчур худой и явно физически невыносливой. — Кто ты по типу?

— Инманн.

— Так, инман, это тот, кто черпает ману из внешней среды, верно?

— Да, я могу вытягивать и поглощать ману из живых созданий в округе. Это намного проще, чем создавать ее самой.

— Тогда мне нет смысла начинать с внутренней концентрации. — Шейн приложил руку к подбородку и, приподняв взгляд, задумчиво промычал. — Наверное, сначала нужно увеличить выносливость. Тело инманов подвергается внешним нагрузкам намного больше. К тому же, вам необходимо искать те места, где есть иные живые создания, причем в достаточных количествах. В условиях реального боя для этого, возможно, придется хорошенько побегать.

— А ты, Шейн, экман?

— Верно. Мне проще создавать ману внутри моего тела и выделять ее наружу.

— Я так и подумала. — Латиша, сложив ладони вместе где-то на уровне груди, тихо посмеялась. — Создание маны внутри самого себя — тебе это подходит.

— Потому что это тяжело?

— Потому что, — уверенный женский взгляд приподнялся на Шейна, и даже сам голос Латиши стал звучать серьезнее, — кажется, ты не зависишь от внешнего мира. Тебе от него будто ничего не нужно.

Парень удивленно молчал. Подобные слова действительно подходили ему, ведь он чувствовал себя достаточно отдаленным от всего того, что происходило в этом мире с другими.

— Ладно. — Шейн намеренно отвернулся, пытаясь сменить тему разговора. — Начнем с разминки, затем пробежка. Для начала завяжи свои длиннющие волосы.

Женские глаза расширились от удивления. Опустив руки, Латиша растерянно ответила:

— А я не взяла с собой ничего.

— Знаю.

Внезапно Шейн развернулся, подошел к нескольким крупным сумкам, валявшимся рядом с ними на земле и, присев на корточки, потянулся ко внешнему карману одной из них.

Пока Латиша удивленно наблюдала со стороны, Шейн успел нащупать и вынуть из кармана тёмно-синюю длинную ленту. Он встал, развернулся и протянул свою находку девушке.

— Это мне? — Латиша удивленно посмотрела на ленту, но принять ее так и не решилась.

— Я еще после твоей ночевки у нас заметил, что у тебя нет ничего, чем можно завязать волосы.

— Прости.

Вновь Латиша опустила взгляд. Теперь она уже понимала, в чем была ее ошибка, и потому, спокойно приняв ленту, поспешила быстрее обвязать ею свои волосы.

— Ничего страшного, — равнодушно отвечал Шейн, — но почему бы тебе тогда просто не подстричь их, если они мешаются?

— Подстричь? Я не думала об этом.

— Ладно, проехали.

Парень сделал пару шагов назад, развернулся и отошел на длинную каменную дорожку. В этом месте она, растягиваясь вперед на несколько десятков метров, закольцовывалась и превращалась в своеобразный вытянутый овал.

— Давай сегодня потренируемся пару часов, — говорил Шейн, — а затем вернемся к нам в комнату.

— Ты и сегодня позовешь меня к себе?

Шейн встал на невидимую стартовую линию и, повернув голову влево, серьезно спросил:

— А у тебя есть еще варианты, куда ты можешь пойти?

Латиша ответила не сразу. Она вновь чувствовала себя так, будто пользовалась чьей-то благосклонностью, но в этой ситуации у нее и впрямь не было другого выбора.

— Нет, — не отрывая взгляда от ярких желтых глаз, отвечала девушка.

— Тогда позову. Тебе нужно забрать какие-то вещи из твоей комнаты?

— Нет, у меня нет ничего особенного.

— Тем лучше.

Латиша не спеша подошла ближе. Она вышла на каменную тропу и, развернувшись, как и Шейн, посмотрела туда, куда они оба вскоре должны были бежать. Волнение от грядущей тренировки вновь начало возрастать. Она знала, что не могла сравниться с Шейном в скорости, но она также понимала, что он не станет намеренно соревноваться с ней и уж тем более издеваться над ее способностями.

— Лучше? — переспросила Латиша, вспоминая о последних словах парня.

Шейн также посмотрел вперед. Этот его взгляд, направленный на закольцованную дорожку, это его спокойное выражение лица и даже твердость в голосе будто приободряли. Выпрямившись и приподняв голову, он ответил:

— Хорошо, когда не к чему привязываться, а все новое можно просто купить.

11. Так хочется прибить

Дверь в общий номер быстро распахнулась. Она не издала ни лишнего скрипа, ни шороха, но те, кто в это время как раз дожидались прибытия парочки гостей, сразу заметили ее движение.

Стоило Шейну сделать первый шаг на порог собственного номера, как к нему навстречу бросилось двое парней, а именно Велас и Ной. Они оба, при виде женской фигуры, с интересом выглядывавшей из-за спины Шейна, радостно раскинули руки в стороны и закричали:

— Латиша пришла!

Велас и Ной быстро затормозили. Возможно, что, если бы не Шейн, стоявший между ними и девушкой, они бы так и сшибли ее с ног от своей чрезмерной радости.

Шейн, окинув задумчивым взглядом эти радостные лица хмыкнул. Следом он повернулся полубоком и искоса посмотрел на Латишу. Лицо девушки казалось взволнованным, но только не от страха, а скорее от нахлынувшей волны радости. Даже щеки Латиши покраснели при осознании того, что где-то кто-то просто ждал ее.

Отступив на один шаг, Шейн намеренно отошел в сторону и позволил двум парням приблизиться к Латиши. В то же время сам он поспешил пройти в гостиную.

Возле входа в собственную спальню Шейн заметил фигуру Дрэго. Темноволосый, обычно строгий и мрачный парень, отчего-то улыбался. Он стоял, прислонившись спиной к дверному косяку и скрестив руки на груди.

— Какие они активные, — вслух протянул Дрэго, наблюдая за тем, как Велас, Латиша и Ной начали что-то бурно обсуждать. Они так счастливо улыбались, и так громко смеялись, что было даже завидно.

— Одноклассники ведь, — Шейн подошел ближе к Дрэго, и, повернувшись полубоком, осторожно прошел в комнату, — почему бы и нет?

Дрэго проследил взглядом за своим соседом и, прекратив улыбаться, ответил:

— Но мы ведь с тобой не так себя ведем.

— У нас характеры совсем другие.

Шейн подошел к своей кровати, выпрямился и потянулся руками к пуговицам рубашки. Вся эта школьная форма уже начинала его раздражать. В отличие от той одежды, в которой они тренировались недавно с Латишей, одежда для повседневного обучения казалась крайне неудобной: вечно мнущаяся рубашка, классические плотные штаны, лакированные туфли.

Дрэго лишь мельком вновь окинул взглядом болтающую в гостиной троицу. После этого он опустил руки, отстранился от косяка и развернулся внутрь собственной комнаты. В этом месте из-за позднего времени суток было достаточно темно. Как обычно, комнату наполняла светом лишь одна свеча, и то стоявшая на полке самого Дрэго. Шейн же никогда и ничего не зажигал, будто то не было его необходимостью.

Полностью расстегнув и сняв с себя рубашку, Шейн бросил ее на кровать. В этот короткий миг, когда его спина оказалась открытой и освещенной тусклым светом, Дрэго успел быстро осмотреть ее и оценить.



«Ни единого шрама на теле, — задумался парень, начиная щуриться, — что может означать либо то, что над ним никогда серьезно не издевались, либо то, что не так давно он успел посетить святых магов».

Шейн быстро развернулся и улегся на собственную кровать. После всех этих учебных дней, неурядиц и постоянных переживаний, он чувствовал себя порядком вымотанным. Возможно, что даже от тренировок братьев Милошей он не чувствовал себя столь же уставшим.

— Ты собираешься и дальше помогать этой девушке? — неожиданно спросил Дрэго.

Шейн поднял взгляд на соседа, который так и стоял прямо напротив дверного проема. При свете тусклого огня глаза Дрэго будто светились красным пламенем.

— Не знаю, — равнодушно отвечал Шейн. — Не хочу бросать ее после того, как один раз уже протянул руку помощи, но и становиться для нее постоянной палочкой-выручалочкой не собираюсь.

— Это правильно. — Дрэго выдохнул так, будто бы этот вопрос действительно его волновал. — Она женщина, и, если она не научится давать отпор другим женщинам, в будущем ей придется несладко.

— Отпор, да? — Шейн насмешливо улыбнулся. Почему-то ему вспомнился его первый серьезный разговор с Джуро, в котором они обсуждали положение семьи Милошей и особенности воспитания дочерей. В том разговоре тоже затрагивалась тема отношений между женщинами. — У каждого ведь своя тактика. Кто-то выживает, прибиваясь к другим. Кто-то продумывает стратегии, а кто-то только и делает, что пробивает себе путь вперед.

— Знаешь, даже если ты постоянно липнешь к другим, это уже можно назвать отпором.

— Почему? — Шейн с интересом посмотрел на Дрэго. Сам-то он относился к тому типу людей, который пробивал себе путь вперед, поэтому понять тех, кто обычно просто следовал за другими, было тяжело для него.

Дрэго вновь окинул взглядом выражение лица Шейна. Он видел столько самоуверенности в нем, столько гордыни и даже немного наивности, будто бы Шейн был все равно что ребенком, так и не познавшим все тягости мира.

— Потому что, — заговорил Дрэго, — будут те, кто смогут за тебя заступиться.

Шейн усмехнулся. Подумав о Латише, о ее нынешнем поведении и о том, что он знал о ней по сюжету оригинальной истории, он ответил:

— Тогда она явно придерживается этой стратегии.

— Возможно, но скорее неосознанно. — Дрэго прошел внутрь спальни и, приблизившись к своей кровати, спокойно сел на нее. — Я знаю, как выглядят те, кто прячутся за чужими спинами. Они почти никогда не остаются в одиночестве, потому что для них это опасно, но вот Латиша, кажется, до недавнего времени только и стремилась, что к отдалению.

Шейн искоса посмотрел на своего соседа. Дрэго говорил и вел себя так, будто бы ему уже нравилась Латиша. Это было удивительно, ведь они вдвоем практически не общались, и в то же время Шейн понимал, что для человека, всю свою жизнь выживавшего среди психов и садистов, появление хотя бы одной адекватной личности было все равно что благословением.



«Я до сих пор не знаю, как с ней поступить. — Шейн скатился головой на подушку, улегся поудобнее и задумчиво прикрыл глаза. — Бросить ее и вынудить плыть по течению слишком легко. Я все-таки не настолько отбитый человек. Наверное, лучше всего будет свести ее с теми героями новеллы, которые должны ее защищать. Чем раньше она с ними столкнется, тем раньше отдалится от меня».

— Почему ты выбрал лед? — прозвучал голос Дрэго среди тишины комнаты. — Разве ты не должен был быть огневиком от рождения?

— Кажется, я им и был. — Шейн так и не открывал глаз, но ему это было и не нужно. Он прекрасно чувствовал все, что происходило рядом. Слышал даже голоса и дыхание людей в соседней комнате. — Уже не помню, честно говоря. Просто мне нужна была сила, которая смогла бы противостоять моим родственникам.

— То есть ты учился магии не в своей семье?

— Нет. Я овладел ею уже после того, как сбежал.

— Понятно… — Дрэго, нахмурившись, потер подбородок рукой. — Так вот почему у тебя было право выбора.

— А ты почему решил стать псиной Дафнии Лафаэрты?

Дрэго замолчал. Медленно, с расширенными от злости и шока глазами, он повернул голову в сторону Шейна. Услышать подобное было удивительно, ведь никто не должен был знать о его связи с Дафнией, и уж тем более тот, за кем ему нужно было приглядывать.

— Откуда тебе это известно?

— Разве это имеет значение?

Лишь теперь Шейн открыл глаза и посмотрел в сторону Дрэго. Выражение лица его соседа надо было только видеть. В одном лишь взгляде можно было начитать бесчисленное количество ярких эмоций: гнев, шок, волнение, растерянность и подозрение.

— И ты теперь, — заговорил Дрэго, также оценивавший в этот момент спокойствие Шейна, — меня в чем-то подозреваешь?

— Не знаю. — Шейн выдохнул. — У меня была одна стычка с Дафнией, вот теперь гадаю, хочет ли она после того раза на мне отыграться или нет.

— Отыграться она точно не хочет. Ты ей понравился.

— Она тебе это сказала?

Дрэго усмехнулся. Согнув ногу в колене и, потянув ее к себе, парень попытался успокоиться. Усмирить столь бурные эмоции было не просто, но его явно радовало то, что Шейн так легко принял новость о его связи с Дафнией.

— Учитывая то, что она отправила меня следить за тобой, это очевидно. Она бы не стала тратить время на того, кто ей не интересен. Убила бы и все на этом.

— М… — Шейн задумчиво замычал. В целом, он был согласен с Дрэго. Дафния была таким героем, который восхищал своих фанатов именно красотой, великолепием, самоуверенностью и безумием. Лафаэрта с радостью убивала еретиков, и покарала всех, кто шел против церкви. Ее скорее стоило называть не святой, а настоящим инквизитором.

— Получается, — вновь заговорил Дрэго, — ты даже никому не приносил клятву крови?

— А тебе кажется это обязательным?

— Шейн, — Дрэго нахмурился и непонимающе взглянул на парня, — любой маг-мужчина в этой школе дает клятву крови своему роду. Думаешь, женщины станут обучать магии кого-то без уверенности в том, что этот человек потом посвятит всю свою жизнь только ему?

Шейн молчал. Он действительно даже не задумывался о чем-то подобном. После побега в дом Милошей, многие проблемы, связанные с привыканием к этому миру, оказались отброшены в сторону. Можно было даже сказать, что Шейн еще просто не успел понять всего того безумия, которое происходило то тут, то там.

— Ты прав. — Шейн поставил руку на кровать и не спеша приподнялся. — Я никому ни в чем не клялся, и потому не задумывался об этом.

Дрэго вздохнул. Теперь-то он точно понимал, что его подозрения по поводу некоторой недалекости Шейна, оказались верны. Конечно, в целом этот парень и был довольно смышленым, но какого-то жизненного опыта ему все же не хватало.

— Возможно, — заговорил Дрэго, — ты единственный маг на всю академию без клятвы.

— Неплохо.

Шейн начал довольно улыбаться. Ему даже нравилось подобное звание.

— Ты слишком не радуйся, — предупредил мрачный сосед. — Для других женщин этот факт обозначает то, что ты не привязан к собственной семье, следовательно, тебя не могут контролировать. И тогда…

— Все другие женщины будут пытаться вынудить меня поклясться им?

— Верно.

Прозвучал быстрой топот ног. Дверь в спальню внезапно распахнулась и на пороге возникла Латиша.

Девушка, схватившись обеими руками за косяки, словно счастливый ребенок заверещала:

— Шейн! Велас предложил купить сладости к чаю, ты что-то хочешь?

Шейн задумчиво замычал. Время было поздним, и, честно говоря, он уже хотел уложить всю эту эмоциональную компанию спать, однако отказываться от возможности выпить чаю было бы просто неправильно, учитывая какой детский восторг это вызывало у других.

— Что-то шоколадное и горькое, — ответил Шейн.

— Тебе нравится горькое?

— А тебе нет?

Удивленное лицо Латиши начало постепенно искривляться. Девушка, сморщившись так, будто ее вынудили съесть половину лимона, тихо зашептала:

— Я… Я… Уважаю твой выбор…

Шейн широко улыбнулся, обнажая ряд ровных светлых зубов.

— Успокойся, — насмешливо отвечал парень, — просто передай Веласу, что мне нравится горький шоколад.

Латиша, кивнув, быстро перевела взгляд на Дрэго. Ее ясный вопрошающий взор сразу сообщил о том, что она ждала ответа и от Дрэго тоже.

— Мне ничего не нужно. — Темноволосый парень задумчиво посмотрел куда-то в сторону. — Я не ем сладкое.

Наступила тишина. Лицо Латиши вновь начало искривляться, но теперь на нем уже была видна смесь жалости по отношению к Дрэго, ужаса и смятения.

Парень, услышавший тихое подсмеивание Шейна, быстро поднял взгляд и посмотрел на молчавшую Латишу. Теперь-то и он мог видеть, как на него смотрела шокированная девушка. Недовольно нахмурившись, Дрэго спросил:

— А мне ты не собираешься говорить, что уважаешь мой выбор?

— Совсем не ешь?

— Совсем.

Брови Латиши сдвинулись. Приложив правую руку к груди, она с одним лишь сочувствием протянула:

— Соболезную.

Дрэго недовольно цокнул, но так ничего и не сказал, а вот Шейн не смог сдержать усмешки. Окинув сердитого соседа взглядом, он к удивлению для себя услышал следующий вопрос от Латиши:

— А можно я пойду с ними?

— Если хочешь, иди.

Шейн спокойно посмотрел на девушку, и этот его взгляд вызвал настоящий восторг. Латиша радостно улыбнулась, кивнула и снова выскочила из комнаты. Дверь за ее спиной со скрипом закрылась.

— Ты ведешь себя с ней, как курица-наседка, — все еще рассержено протянул Дрэго.

— Да, я тоже это заметил. Ничего не могу с этим поделать. Думаю, я чувствую за нее ответственность.

Дрэго тяжело вздохнул. В конце концов его злость не продержалась и пяти минут. Нахмурившееся лицо расслабилось, и он, отдавшись собственным размышлениям, замолчал.

— А ты что обо всем этом думаешь? — спросил Шейн с некоторым интересом.

Дрэго даже не взглянул на соседа. Вопрос этот прозвучал без контекста, но понять его посыл оказалось достаточно легко.

— Я думаю, — заговорил Дрэго, — что, если ты можешь найти хотя бы одну понимающую девушку в этом мире, — парень повернул голову к Шейну и взглянул в его ясные насыщенно-желтые глаза, — надо брать.

Шейн удивился. Конечно, он сам спросил мнение Дрэго о их взаимоотношениях с Латишей, но он не ожидал, что этот разговор уйдет в подобное русло. Его скорее интересовало то, как другой парень будет относиться к тому, что его ровесник спокойно общается с другими девушками. В обычном современном мире подобный интерес был бы странным, но вот в мире, где женщины всячески измывались над мужчинами, мнение самих мужчин казалось занимательным.

Отчего-то Шейн начал улыбаться. Слова Дрэго заставили его подумать обо всей этой ситуации в новом ключе. Стоило ли ему отталкивать от себя Латишу, когда между ними были такие доверительные отношения?

— Совсем скоро, — вновь заговорил Дрэго, — начнется активная подготовка к грядущему испытанию.

— И что?

— Шейн, — Дрэго серьезно посмотрел на собеседника, — не хочешь участвовать со мной в одной команде?

Внезапно прозвучал хлопок входной двери. Так как удар раздался с гостиной, лишь через пару секунд стало понятно, что произошло. В спальню Дрэго и Шейна быстро, со слезами на глазах, влетел Ной.

Парень, рухнув на колени и, уперевшись руками в пол, истошно закричал:

— Там… Латиша! Велас!

Дрэго и Шейн моментально подскочили. Один подошел к Ною и помог ему подняться, другой спросил:

— Там — это где?

Ной посмотрел на Шейна, который в этот момент уже стоял в дверном проеме. Серьезный взгляд парня и его решимость были непоколебимы.

— На лестничном проеме. Южном.

Шейн быстро выскочил из комнаты, следом за ним побежал и Дрэго. Место, на которое указал Ной, находилось не так далеко. Всего лишь нужно было пробежать вдоль по этажу и добраться до лестницы, ведущей вниз.

Как только Шейн и Дрэго выскочили к лестнице, первым, что они увидели, была кровь, размазанная во всей лестничной площадке, а также следы поджога и противный запах гари.

В это время на лестничном проеме находились Латиша и Велас. Парень лежал на спине, будучи покрытым собственной кровью. На его руках и ногах виднелись глубокие раны, рядом с которыми красовались тяжелые ожоги. Его одежда была частично сожжена, особенно в области ног.

На теле Латиши также виднелись ожоги, ее одежда также частично была сожжена, однако ни одной колотой раны на ней не было видно. Только лишь синяки в области шеи, напоминавшие отпечатки ладоней.

Услышав посторонние шаги, Латиша удивленно подняла голову. Когда она увидела двух шокированных парней, слезы на ее глазах будто застыли. Светлые женские волосы, некогда собранные в высокий хвост лентой, были распущенны и не то отрезаны до середины уха, не то сожжены.

— Шейн… — протянула Латиша, не понимая, что ей нужно было делать. Ее взгляд инстинктивно опустился на обгоревшие остатки некогда подаренной синей ленты. Она лежала прямо на коленях девушки. — Прости, Шейн… — Латиша потянулась за лентой, взяла ее в руки и приподняла на ладонях так, чтобы ее можно было увидеть. Конечно, от самой ленты остались лишь обожжённые огрызки. — Я не смогла вернуть ее тебе такой, какой она была.

Девушка уже не плакала, но все ее лицо, и все глаза, были ярко-красными. На ее ладонях, в которых она держала ленту, была видна размазанная кровь Веласа.



«О чем она вообще говорит? — Шейн не мог произнести и слова. — У нее шок?»

Первым сориентировался сам Дрэго. Парень быстро подтолкнул товарища, вышел вперед и подбежал к Веласу. Русоволосый юноша тяжело дышал. Его тело все тряслось, будто от озноба, кровь не останавливалась, и пусть раны не были смертельными, они были столь болезненными, что этого оказалось достаточно для потери сознания.

Шейн наконец-то пришел в себя и сам спустился по лестнице. Как только он подошел, сидевший на коленях Дрэго обернулся и поднял на него взгляд.

— Его надо срочно перенести в комнату. Я справлюсь, а ты разберись с ней.

Шейн перевел взгляд на Латишу. Девушка все не двигалась и смотрела только на него. Постепенно, будто отходя от шока, она начала дрожать. С каждой секундой ее дрожь все усиливалась, а на глазах снова появились слезы.

— Встать можешь? — спросил Шейн.

— Мне лучше уйти, да? — Латиша напряженно улыбнулась. — Они ведь из-за меня покалечили его. Если бы я только не осталась с вами…

Шейн вздохнул. Он не знал, как нужно было правильно действовать в этой ситуации, и он не умел утешать других людей. Поэтому ему пришлось действовать единственным известным ему способом.

— У меня нет желания слушать эту истерику, — Шейн быстро подсел к Латише, приобнял ее и забросил к себе на плечо. Так и поднявшись с ней, он пошел в сторону собственной комнаты.

Лента, являвшаяся для Латиши своеобразным знаком принятия, выпала из женских рук и так и осталась на окровавленном полу.

Следом за Шейном пошел и Дрэго. Парень поднял Веласа на руки без особых проблем. И так как сил у него было достаточно, ему не составило труда добраться до нужной комнаты.

Когда Шейн подошел к нужной двери, он открыл ее и пропустил вперед двух соседей. Только после того, как они вошли, вошел и он сам.

К этому моменту Ной уже испуганно ждал в гостиной. При виде того, насколько плохо выглядел Велас, парень весь задрожал.

Шейн, войдя в комнату, быстро захлопнул входную дверь. Выражение его лица было таким, будто бы в этот момент он действительно мог кого-то убить. Недовольно хмурясь, парень подумал:

«Когда узнаю, кто это сделал, пришибу».

— Ной, — громко позвал Дрэго, укладывая Веласа на диван в зале, — в моем шкафу есть аптечка. Неси все сюда.

Ной быстро кивнул. Резво развернувшись, парень побежал в сторону собственной спальни, чем порядком удивил самого Дрэго, ведь ему было велено идти не туда.

Не прошло и минуты, как юноша уже успел выскочить из комнаты вместе с миниатюрным чемоданчиком в руках. Он поставил его на пол перед Дрэго и решительно кивнул.

Дрэго посмотрел на свою аптечку, взглянул на комнату, из которой ее вынес Ной, и насторожено спросил:

— Вы и ее успели у меня стащить?

— Мы думали, что ты заметишь и придешь за ней, но ты…

В то же время Шейн, посадив дрожащую Латишу на кресло, быстро обернулся к особо раненому знакомому. Велас действительно выглядел плачевно. Его всего трясло, раны все кровоточили.

— Надо чем-то помочь?

— Обработай раны своей барышне и успокой ее, — недовольно отвечал Дрэго, уже рыская в собственной аптечке, — этого я сам на ноги поставлю.

Шейн лишь кивнул. Вновь обернувшись к Латише, он присел перед ней на корточки и уверенно посмотрел в ее заплаканные глаза.

— Для начала успокойся.

Латиша быстро закивала. Она глубоко вздохнула и задержала дыхание, будто бы опасаясь издавать хоть какие-то звуки и особенно шмыганье носом. Шейн, при виде этого, с тяжелым вдохом произнёс:

— Хорошо, давай иначе. Если хочешь плакать, лучше плачь, но попытайся постепенно успокоиться.

Латиша вновь выдохнула. Она схватилась за руки Шейна, крепко сжала их, хотя для самого парня это чувствовалось совсем по-другому, и тихо прошептала:

— Он умрет?

— И славно, — равнодушно ответил Шейн.

— Не умру! — внезапно вскрикнул Велас. Парень поднял сжатую в кулак руку вверх, намеренно привлекая к себе внимание. Дрэго, обрабатывавший его раны, удивленно замер, ведь еще недавно этот его пациент будто даже не дышал. Ной рухнул на колени, а Латиша и Шейн просто непонимающе посмотрели на него.

— Вот видишь? — Шейн вновь взглянул на Латишу. — Воскрес.

Латиша, посмотрев на того, кто сидел на коленях напротив нее, жалостливо нахмурилась. По ее лицу было видно, что она была готова заплакать еще сильнее, чем раньше, но отчего-то усиленно пыталась сдерживаться.

— Расскажи, — заговорил Шейн, — что произошло?

Латиша кивнула и ответила:

— Мы пошли в сторону столовой.

— Так.

— По пути встретились с моими соседками и их друзьями.

— Разве вы все не из другого общежития? Что они делали в этом здании?

— Из другого.

— Тогда… — Шейн слегка наклонил голову, явно показывая свою заинтересованность. От этого его взгляда Латиша только расстроилась.

— Они специально искали меня и пришли сюда. — Девушка шмыгнула носом, приподняла голову и намеренно закрыла глаза, чтобы не заплакать. После этого любые ее попытки ответить на вопрос оказались бесполезными. Латиша то мямлила, то замолкала. Начинала заново, и вновь утихала.

Шейн, осознавая, что спрашивать что-то с человека в таком состоянии невозможно, перевел взгляд на третьего свидетеля, а именно на Ноя. Посмотрев на этого невысокого худощавого юношу, он кивнул головой.

Ной сразу все понял. Он повернулся всем телом к Шейну и заговорил:

— Когда они появились, Велас сразу сказал нам с Латишей уходить, но сама Латиша отказалась, так как изначально они пришли только за ней. Поэтому я побежал звать вас.

— А потом… — Латиша вновь шмыгнула, но заговорила четче. — Они напали на нас. Велас попытался меня прикрыть, но их было много и…

Шейн опустил взгляд. Он и сам уже мог представить, что там было дальше, поэтому расспрашивать не стал. Вместо этого, обратив внимание на обожжённые ноги Латиши, он вздрогнул. Она была серьезно ранена, а он даже этого не заметил. Возможно, что сама Латиша из-за шока не успела заметить этого.

— Они использовали магию, — спросил Шейн, — верно?

— Они всегда используют магию.

Шейн развернулся в сторону Дрэго и тотчас в его лицо прилетели бинты. Следом за ними уже догадавшийся обо всем Дрэго бросил мази, обрабатывающие вещества и накладки на открытые раны. Все последующие подачки Шейн поймал без труда и, как только весь набор первой помощи оказался в его руках, он сразу же приступил к обработке ран.



«Все ясно, — размышлял Шейн, осторожно раскрывая небольшой бутыль с обычной прохладной водой, которой можно было омыть рану. — Всего лишь маленькие сосунки, которые без магии и авторитета жить не могут. Таких ребят надо сразу затыкать, иначе зазнаются, но ведь… Я изначально не хотел вмешиваться в сюжет…»

Латиша смотрела на Шейна растерянно. Пусть в этот момент он и трогал ее ноги, спокойно касался и поглаживал бедра, пытаясь оценить степень повреждений, но она не чувствовала от этого никакого смущения. Скорее ее все еще волновало то, что само нападение случилось по ее вине.

— Когда ты закончишь, — тихо заговорила девушка, — я пойду обратно. Тогда они больше не будут на вас нападать.

Шейн замер. В этот момент одна его рука держала натянутый бинт, а другая придерживалась за накладку, прикрывавшую рану. Его серьезный, даже немного пугающий взгляд, поднялся прямо к лицу девушки. И выглядел он так, будто бы был очень зол.

На самом деле в этот момент Шейн действительно хотел сказать пару ласковых по поводу такого глупого и безрассудного решения, однако при виде страха в глазах Латиши он понимал, что говорить что-то резкое было бы неправильно. Собравшись с мыслями, он спокойно, крайне мягко, ответил:

— Хорошо, но тогда мне нужно сначала выйти. — Шейн затянул бинты, быстро закрепил их и поднялся на ноги. — Ной, закончи обработку ее ран.

— Конечно!

Латиша удивленно наблюдала за Шейном. Она знала, что он был зол, но не понимала, почему. Он так резко отстранился от нее, что она даже не успела что-то сказать.

Приблизившись к входной двери, Шейн быстро раскрыл ее, остановился и развернулся. Вновь посмотрев на взволнованную девушку, он ответил:

— Я скоро вернусь, поэтому, Латиша, просто подожди меня, хорошо?

— Хорошо, — Латиша кивнула.

— Я серьезно. Жди меня здесь.

Все смотрели на парня с удивлением. Конечно, Ной, Велас и Латиша еще ничего не понимали, а вот в голову Дрэго уже начали закрадываться мысли по поводу того, что собирался сделать Шейн.

И ведь ответ был предельно прост. Если человек, которого ты хотел защитить, собирался собственноручно попасться в лапы врагов; если ты знал, что не мог его отговорить, что нужно было сделать? Конечно, уничтожить всех врагов.

Латиша неуверенно кивнула, и тотчас Шейн, развернувшись, покинул комнату. Степень его раздражения была максимальной.

12. Так хочется отдохнуть

Тихий звук приближавшихся шагов раздался где-то неподалеку. Услышав его, компания учеников, состоявшая, как из девушек, так и из парней, не спеша обернулась.

Одна единственная фигура, направлявшаяся прямо к ним в ночи, явно была мужской. Это можно было понять сразу по четкому вытянутому силуэту с широкими плечами, узкими бедрами, а также положением рук, спрятанных в карманы, и даже по расслабленной шаткой походке.

— Так и думал, — прозвучал голос из темноты ночи. — То, что она так отчаянно хотела вернуться, было вызвано вашими угрозами, не так ли?

Шейн, приблизившись к группе незнакомых ему учеников, замер. Он окинул их изучающим беглым взглядом. Конечно, первым делом ему попались на глаза три женские фигуры, которые стояли ближе всего.

Незнакомые девушки все как на подбор были симпатичными. Тяжело было назвать их красавицами из-за обилия яркого макияжа на лице, но в какой-то мере привлекательными они точно были. Вытянутые, стройные фигуры, округлые формы и намеренно короткие платья, которые не были частью учебной формы — так и выглядели их силуэты.

— Ты посмотри, — одна из девушек коварно заулыбалась при виде Шейна, — пришел вместо нее. Неужели она наконец-то поняла, что мужиков надо использовать?

— Какие еще глупые мысли скрываются в твоей голове? — Шейн казался совершенно спокойным. Задумчиво осмотрев всех этих учеников, он примерно прикинул, что они могли быть первокурсниками или даже второкурсниками.

Светловолосая девушка, говорившая с Шейном, зловеще и даже немного непонимающе нахмурилась. Слегка подавшись вперед, она тихо прошипела:

— Что ты…

В это время Шейн перевел взгляд с девушек на парней. Когда его внимание перешло к группе, скрывавшейся позади, он наконец-то начал узнавать черты всех этих трех учеников.

«Аден, Бевис и Дакс — разве это не те парни, которые должны были по сюжету стать защитниками Латиши?»

Осознание вызвало легкий шок. Шейн, признавший в этих людях действующих героев оригинальной истории, удивленно замолчал. Он не понимал, почему именно эти трое сейчас были на стороне тех, кто издевался над Латишей, ведь по сюжету все было совсем не так. Не понимал он это первые секунды, а потом до него постепенно дошло:

«Постойте, разве они не должны были учиться в «А» классе? Они из дворянских семей, после вступительных испытаний их должны были определить в наш класс, но сейчас их с нами точно нет. Почему?»

Одна мысль потянулась за другой, другая за третьей. Шейн вспомнил о своем прохождении вступительных и понял, что своими действиями, своим сражением с Киприл и восстановлением справедливости тестирования, он невольно подтянул баллы всех простолюдинов и представителей средних сословий. Это значило, что кому-то из дворян, проходивших тест, могло просто не хватить баллов для поступления в более высокий класс.

«Я не знаю сколько баллов они заработали на вступительных, но, если предположить, что три их места забрали я, Мария и Кара, тогда…»

Вновь окинув взглядом этих парней, Шейн начал быстро их оценивать.

Аден был довольно высоким юношей. Короткая стрижка с длинной челкой, прямые плавные черты лица, вытянутые очки, серьезный взгляд — и создавали собой его довольно приятную выразительную внешность.

В то же время другой юноша, Бевис, не был столь же высоким. Он не носил очков, и черты его лица, напротив, казались грубыми, но при всем этом его физические возможности были намного лучше, чем у всех остальных.

Дакс был примерно похож по телосложению на Бевиса. Тот же средний рост, схожая крепкая мускулатура, правда, в отличие от темноволосого кареглазого Бевиса, его глаза имели зеленый оттенок, а короткие, торчавшие во все стороны, волосы были светло-русыми.

— И вы трое, — неожиданно заговорил Шейн, начиная с подозрением щуриться, — подняли руку на одну девушку? Прогнулись под волей женщин и напали на невиновного?

На мгновение наступила тишина. Для самих недоброжелателей было удивительно слышать то, что кто-то посторонний так легко смог определить кто же именно был обидчиком. Ведь поначалу было не понятно, кто именно атаковал Латишу и Веласа: девушки или их спутники. Только вот сам Шейн понял это легко по нескольким признакам. Во-первых, на теле Латиши и Веласа остались ожоги. Во-вторых, среди всех присутствующих именно у Адена со стопроцентной вероятностью была огненная магия.

— Ты ничего не знаешь. — Аден презрительно нахмурился. — Ты же в «А» классе, а был бы ты на нашем месте…

— Никогда, — внезапно громко заговорил Шейн. В его насыщенных ярко-желтых глазах виднелось столько уверенности и решимости, что это даже пугало. — На вашем месте я бы никогда не стал подчиняться женщинам.

— Хо, — Миниан — одна из нападавших девушек, насмешливо улыбнулась, — лопочешь смело. Посмотрим, как ты запоешь, когда мы тебя поймаем.

В то же время другая девушка, Роксана, зловеще усмехнулась и жестом указала стоявшим позади парням на Шейна.

— Вы тро…

Роксану перебили. Миниан, хлопнув подругу по плечу, уверенно шагнула вперед и ответила:

— Нет, я сама.

Девушка слегка наклонилась и решительно побежала в атаку. На самом деле, бежала она довольно быстро. Ее действия, возможно, могли быть даже невидимы для глаза простого обывателя, однако для Шейна сами секунды этого бега длились крайне долго.

Быстро повернув голову и осмотревшись, Шейн оценил обстановку. В этот миг они стояли поодаль от общежитий, где-то неподалеку от тропы, ведущей в парк. Следовательно, людей здесь не было.

«Вероятность того, что в это время кто-то пройдет мимо, мала, — задумался Шейн. — К тому же, если это будет не кто-то из высшего сословия, скорее всего, он побоится свидетельствовать в этом деле. Вот поэтому они и хотели выманить Латишу на улицу».

Инстинктивно Шейн выставил блок перед лицом. Тотчас по его рукам пришелся крепкий удар женского кулака. Эта атака не была достаточно даже для того, чтобы сдвинуть парня с места, но она точно вывела его из состояния раздумий.

Повернув голову к Миниан, Шейн равнодушно взглянул на ее радостное лицо. Его противница выглядела так, будто бы победа уже была в ее руках, и она точно была в этом уверена.

Внезапно под ногами обоих появился темно-коричневый магический круг. Свет, исходивший от него, и привлек к себе внимание.

Шейн быстро опустил голову, оттолкнул от себя Миниан и без колебаний отскочил назад. Мимолетно он подумал:

«Скорость создания заклинания очень медленная».

Стоило ему выпрыгнуть из круга, как земля под тем же местом провалилась. Посреди тропы образовалась глубокая дыра, тянувшаяся куда-то в темноту.

Тем временем, подняв взгляд, Шейн заметил исчезновение самой Миниан. Ему не потребовалось ни секунды на то, чтобы понять, чем занимался сейчас его противник.

Как и ожидалось, вскоре позади себя он ощутил чье-то приближение и потому, инстинктивно развернувшись боком, он плавно отступил. Женская фигура, что еще недавно стояла где-то позади, промелькнула перед глазами. Из-за скорости атаки и неожиданного исчезновения цели она полетела вперед, прямо в дыру в земле, и так бы и рухнула, если бы Шейн не схватил ее за руку в последний момент.

Сама удивленная от этой ситуации девушка ощутила, как ее быстро потянули в сторону и, подхватив другой рукой за талию, внезапно отбросили.

Тяжелый удар о каменную поверхность вызвал тихий кашель и сдавленный стон. Миниан, вяло приподнявшись на локтях, подняла голову и посмотрела на совершенно безучастного Шейна. Парень не спешил даже нападать. Просто изучал ее сверху вниз.

Девушку это разозлило. Раздражала ситуация, спокойствие противника и даже то, что он во время боя еще как-то пытался помочь ей.

Резко ударив кулаком по земле, Миниан активировала магию. Под ней появился всего один магический круг. Такое простое заклинание даже не требовало сосредоточения, и потому создавалось оно быстро, хотя Шейну все равно казалось, что это было слишком медленно.

Над телом лежавшей на земле девушки начали возникать каменные и земляные фигуры, которые, закручиваясь, чем-то даже напоминали буры. Словно настоящие снаряды пулемета, они сорвались со своих мест и полетели прямиком к цели.

«Миниан, — подумал Шейн, пытаясь вспомнить все, что ему было известно об этой героине, — это тот самый персонаж, который начал нападать на Латишу еще в начале сюжета. От нее избавились быстрее всего, и, что самое забавное, избавились от нее те три парня, которые сейчас ее боятся. Неужели из-за моих действий сюжет потерпел такие кардинальные изменения?»

Шейн отступил в сторону один раз, позволяя ближайшим к нему земляным пулям проскочить мимо, повернулся полубоком другой раз, пропуская еще парочку куда-то дальше, и, наконец, отскочил назад, окончательно уворачиваясь от последних атак.

Внезапно девушка, еще недавно подпиравшая лицом землю, вскочила на ноги и подбежала к нему. Будто пытаясь завалить его силой, она потянулась руками и быстро наклонилась.

Шейн среагировал мгновенно. Он просто перехватил Миниан за руку, высоко поднял ее и резко развернулся. Девушку развернуло вместе с ним и, из-за разницы в росте, она так и повисла над землей.

Шейн смотрел на нее с задумчивым прищуром. Казалось, что Миниан сражалась так, будто бы у нее были какие-то проблемы с освоением магии, и она чувствовала себя намного увереннее, атакуя физически. При этом скорость активации ее заклинаний действительно доказывала, что колдовала она слишком долго для настоящего боя.

— Не умеешь драться, — серьёзно заговорил Шейн, — не берись за это дело.

Лицо девушки исказилось в гримасе злости. Схватившись обеими руками за ладонь Шейна, которая все еще крепко удерживала ее, она будто попыталась вырваться. Осознав, что это невозможно, девушка начала действовать иначе.

Очередной свет от магического круга появился где-то неподалеку, в этот раз совсем не под фигурой самой волшебницы. Заметив это, Шейн насторожился.

Свет исходил откуда-то справа, поэтому его было видно лишь краем глаза. Повернув голову на него, Шейн заметил вновь возникшие в воздухе каменные и земляные буры.

В этот раз он решил даже не отступать. Просто развернулся всем телом к этой атаке и, приподняв девушку перед собой, как бы выставил ее в виде щита.

Буры сорвались с места и полетели к ним раньше, чем сама Миниан успела это осознать. Лишь в последний момент она остановила собственную магию.

Ее каменные создания замерли всего в паре сантиметров от ее груди и быстро посыпались на землю. При этом сама девушка, глубоко вздохнув, попыталась успокоить собственный страх. Из-за случившегося сердце ее стучало так быстро, что она просто не могла связать и пары слов.

— Ты чего остановилась? — прозвучал спокойный голос Шейна.

— Ты ненормальный? — Девушка забрыкалась и громко завизжала. — Решил мной прикрываться?!

— Когда на тебя кто-то нападает, думаю, это нормально.

— Я не хочу умирать!

— Я тоже.

Внезапно краем глаза Шейн заметил приближение еще одной фигуры. Девушка по имени Криста, плохо знакомая ему, подбежала ближе и, сжав кулак, направила его прямо в голову Шейна.

Парень перехватил это тонкое запястье свободной рукой без каких-либо проблем и, подняв третью нерадивую волшебницу над землей, недовольно заговорил:

— Послушайте, ваши навыки колдовства и рукопашного боя настолько плохи, что я бы на вашем месте поостерегся лезть в бой на неизвестного противника.

Очередное приближение Шейн почувствовал со спины. Тяжело вздохнув, он развернулся и поднял перед собой уже обеих девушек, однако быстро опомнился.

Магия, мчавшаяся к нему, была огненной. И так как из трех нападавших дворянок оставалась всего одна, по началу он был уверен, что именно она и пыталась его атаковать, правда, следом за этой мыслью в голове проскочила и вторая: Аден был прирожденным огненным магом.

Осознание ситуации пришло мгновенно. Шейн понял, что, если его нападавшим был кто-то из парней, тогда, вероятнее всего, ему было бы наплевать, случись что-то с этими дворянками. Никто из них просто не стал бы останавливать смертоносную атаку, даже зная о возможных последствиях.

Быстро отскочив в сторону, Шейн подтолкнул обеих девушек вперед и сам рухнул на землю. Огромный, отдающий сильным жаром, шар, пронесся мимо них.

Как только эта атака врезалась в стоявшие позади деревья, звук, похожий на взрыв или даже грохот, эхом разнесся по округе. Спустя мгновение наступила напряженная тишина.

Не сразу, но Шейн все же приподнял голову и с толикой удивления посмотрел на все стоявших в дали парней. Рядом с ними, на земле, он увидел лежавшую без сознания третью девушку, а именно Роксану. По ее вздымавшейся груди можно было понять, что она еще дышала, и это даже успокаивало.

Все встало на свои места. Мотив нападения в общежитии, выбор определённых целей для нападения, попытки подраться с самим Шейном при его высоком статусе — все стало ясно.

Зловеще усмехнувшись, Шейн оттолкнулся от земли и поднялся на ноги. С хмурым, почти угрожающим звериным взглядом, он посмотрел на напряженно хмурившихся парней.

— Хорошо, я понял, — тихо пробормотал Шейн. — Теперь я все понял. — Приподняв голову, он с вызовом посмотрел на всех этих парней и чуть не рассмеялся. — Это ведь вы с самого начала спланировали нападение в общежитии? Вы знали кто я и какая у меня сила, поэтому решили натравить глупых, ничего не понимающих девушек?

Аден, Бевис и Дакс молчали. Они явно чувствовали угрозу, исходившую от Шейна, и с момента начала всего этого боя, сейчас она была действительно пугающей.

— Я сразу понял, что они не в курсе, — продолжал говорить Шейн с хитрой интонацией. — Неужели вы хотели, чтобы я с ними расправился и потом понес на себе всю ответственность за нападение?

Земля под ногами Шейна неожиданно начала покрываться ледяной коркой. Подобное действительно было удивительным, ведь само оледенение стало распространяться без каких-либо признаков активации заклинания.

Уже только когда вся земля в округе покрылась тонким льдом, под ногами Шейна начали вырисовываться друг за другом магические круги. Один, второй, третий — все они появились так быстро, что в это даже не верилось.

Миниан, сидевшая на земле неподалеку от своей подруги, с ужасом для себя посмотрела на Шейна и подумала:

«Это магия третьего круга. Он умеет создавать уже три магических начертания. Если бы я только знала это сразу…»

Шейн зловеще улыбнулся. Его магия уже была практически активирована, из-за чего температура воздуха в округе быстро начала падать, правда, запускать в действие само заклинание Шейн не спешил.

— И что мне делать со всей вашей компанией? Кому вправлять мозги? — Шейн повернул голову в сторону сидевших перепуганных девушек. — Глупым горделивым девчонкам, которые не знают своего места, или… — Его взор вновь вернулся к виновникам сегодняшнего инцидента. — Беспринципным идиотам, которые готовы пойти на все, что угодно, из-за собственной слабости?

Эти слова били по самому больному. Возможно, для самих парней талант и сила были последним, что оставалось у них после уничтожения гордости.

Дакс, сжав руки в кулаки, истошно и почти отчаянно закричал:

— Я не слабый! Ты просто ничего не понимаешь!

— Да, да, — с улыбкой протянул Шейн. — Я же будто даже не мужчина.

Внезапно Бевис, молчавший все время, не сдержался. Его злость, накопленная за последние дни, пробралась наружу. Собрав остатки своих сил и гордости, он помчался прямиком в сторону Шейна с кулаками.

Шейн смотрел на него не без жалости. В его глазах это был очередной маг, сомневавшийся в собственных способностях и потому предпочитавший решать все обычной грубой силой.

Бевис замахнулся кулаком, но Шейн спокойно склонил голову влево и пропустил атаку мимо себя. Тогда противник вновь попытался ударить его, но парень вновь отступил и пропустил атаку.

Возможно, именно в порыве негодования и злости другие маги также бросились на Шейна с кулаками и громкими криками. Казалось, будто они даже не надеялись победить своего противника в магическом поединке и, возможно, причиной тому были три сияющих начертания под ногами Шейна, из которых он так и не выходил.

Миниан и Криста наблюдали за происходящим в шоке. Сами бы они никогда не напали на Шейна, если бы знали, на что он способен. Все-таки, когда дело казалось таланта к магии, слабые всегда склоняли голову перед сильными. Так, что же двигало тремя парнями, которые так упорно пытались хотя бы задеть уворачивавшегося от них противника?

Отчаяние. Только отчаяние могло сподвигнуть их на что-то подобное.

«Тяжело быть загнанным в угол, — мимолетно подумал Шейн, хватая Адена за руку и перебрасывая его через себя так, что тот с грохотом приземлился на спину. — Приходится кусать всякого, кто проходит мимо тебя».

Бевис вновь появился напротив Шейна. Сделав то один замах, то другой, он вынудил его разве что вздохнуть и снова уклониться.

— Мне жалко вас, чисто по-человечески жалко. — Шейн перехватил руку Бевиса и, слегка приподняв ее, одним крепким ударом нанес ему атаку по животу. От силы парня Бевиса всего скрючило. — Но я не могу простить вас за то, что вы подняли руки на ни в чем неповинных людей только ради достижения своей цели.

Шейн поднял ногу и с разворота ударил ею Бевиса по голове. Парня откинуло в сторону, и из-за сильной боли он уже не смог встать.

К этому моменту и Аден, и Дакс также сидели на земле, придерживаясь за собственные раны. После ударов Шейна в их головах все больше появлялось осознания, а эмоции наконец-то начали успокаиваться. Во-первых, они поняли, что их план пошел с самого начала не так. Во-вторых, они осознали, что лезть в драку было просто глупо, но то ли из-за скопившейся обиды, то ли из-за желания побороть собственную беспомощность, они все же сделали что-то настолько безрассудное.

Тем временем угроза, исходившая от Шейна, все нарастала. Парень обернулся лицом ко всем нападавшим, в том числе и уже давно сдавшимся девушкам, и хмуро посмотрел на них.

В округе было настолько холодно, что вся листва деревьев буквально рассыпалась на мелкие льдинки. Каждый вздох сопровождался паром, каждое движение неприятным ознобом.

Шейн приподнял руку, направляя ее на провинившихся. Он был действительно готов использовать магию против всех них, и его мало интересовало то, какую ответственность бы потом ему пришлось нести. Просто он знал, что действия подобных личностей нужно было прерывать на корню.

В то же время Аден, ощутивший опасность, испуганно поднял руки и активировал свою огненную магию. В отношении Шейна подобное действие было буквально спусковым механизмом. Огненный шар полетел к нему, да с такой скоростью, будто бы он был действительно направлен с намерением убить.

Шейн усмехнулся. Он сжал вытянутую ладонь в кулак, и мысленно поблагодарил самого Адена за хорошую причину использовать магию против них всех.

Внезапно где-то со стороны прозвучал быстрый топот ног. Миниатюрная женская фигура выскочила прямо напротив Шейна и замерла перед огненным шаром.

Латиша вытянула обе руки вперед и активировала свою магию. Сияющие круги, потоки сильного ветра, скрывшие ее и Шейна, словно щит, а также резкий удар огня, который в миг охватил этот воздушный купол и почти моментально потух — все это произошло за считанные секунды.

После этой атаки наступила тишина. Все, что чувствовала Латиша, это слабость в ногах из-за быстрого бега, а также боль в ладонях, получивших изрядную долю тепла и ожогов во время возведения этой воздушной защиты.

— Я сказал тебе, — прозвучал строгий мужской голос из-за спины, — ждать в комнате.

Латиша глубоко вздохнула и выпрямилась. Обернувшись, она серьёзно посмотрела на Шейна и ответила:

— Я не идиотка. Я прекрасно знаю, что ты решил вместо меня разобраться во всей этой ситуации.

Шейн сощурился. Он знал, что эта атака все же навредила рукам Латиши, но не стремился ничего предпринять. Даже когда она выскочила навстречу огненной атаке, он не особо хотел ее останавливать из-за того, что чувствовал некоторую злость.

— Потому что, — говорил Шейн, — ты не способна разобраться с этим сама.

— Способна, — решительно отвечала Латиша. — Я все могу. Да, я виновата в том, что долго ничего не предпринимала. Из-за меня ты и влез во все это, но я не хочу, чтобы тебе пришлось потом нести ответственность после нападения на других аристократов. — Латиша быстро подошла ближе к парню, схватилась за его большую ладонь и крепко сжала ее своими обгоревшими, довольно теплыми руками. Ее уверенный взгляд встретился со взглядом Шейна и, не теряя решимости, она продолжила: — Мне и самой не нравится все время сидеть сложа руки. Я не хочу, чтобы так продолжалось и дальше. Поэтому, прошу, позволь разобраться мне с этим самой.

Шейн молчал первые секунды. Да, он действительно был недоволен тем, что его слова и просьбу просто проигнорировали, но также он явно чувствовал, что в этой ситуации было лучше предоставить шанс самой Латише разобраться во всем.

Отдернув руку, Шейн развернулся и отступил. Он не сказал ни слова, но его действия явно дали понять, что он просто со всем согласился.

Латиша задумчиво поджала губы. Она чувствовала себя гадко из-за того, что так поступала, но все равно считала, что так было правильно.

Быстро развернувшись, она уверенно посмотрела на своих обидчиц и решительно прошла к ним. Она проигнорировала и Адена, и Дакса, и Бевиса, хотя те тоже были повинны в ее страданиях.

Оказавшись перед главной виновницей ее несчастий, а именно перед Миниан, Латиша внезапно направила на нее ладони и активировала магию. Сильные потоки ветра взмыли ввысь и полетели прямиком к удивленной девушке, сидевшей на земле.

Миниан испуганно закрыла глаза, но вместо резкой боли она ощутила лишь покалывающее чувство в области щек, рук и шеи. Магический ветер не попал ей в лицо, но он поцарапал все те места, которых хоть немного коснулся.

— Больше, — решительно закричала Латиша, — не подходите ко мне!

Наступила тишина. Шейн смотрел на эту сцену удивленно, да и сама Миниан выглядела удивленной. На самом деле причина для шока была всего одна: после таких тяжелых издевательств, которые испытала на себе Латиша, она, как и полагалось, должна была жаждать мести, но можно ли было назвать местью простое щекочущее дуновение ветерка?

Внезапно прозвучал громкий смех. Шейн, не сдержав собственных эмоций, громко захохотал на всю округу. Сквозь слезы он почти закричал:

— Это что еще за тихий «гав» был? А-ха-ха.

Латиша возмущенно оглянулась к парню и спросила:

— Я тебе собака, что ли?

— Йоркширский терьер.

— Это еще что такое?

Шейн попытался успокоиться. Все-таки эта сцена была слишком забавной и, возможно, так было только из-за серьезности самой Латиши, которая всерьез считала свои действия мучительными и оскорбительными.

В то же время Аден, наблюдавший за этой сценой со стороны, начал не спеша подниматься на ноги. Растерянно, совсем ничего не понимая, он подумал:



«Она прикрыла его собой. Более того, из-за него она решила напасть на дворянок, которые намного выше ее по положению в обществе. Мне ведь мерещится, правда?»

Повернув голову вправо, Аден посмотрел на стоявшего неподалеку Дакса. Его товарищ также выглядел шокированным и удивленным.



«В этом мире и впрямь возможно подобное? Чтобы женщина пыталась что-то для кого-то сделать…»

Миниан, быстро оттолкнувшись от земли, наконец-то смогла подняться на ноги. Ее шок начал отступать, а вместе с этим начло возвращаться и высокомерие.

Хмуро посмотрев на Латишу, Миниан заговорила:

— Как ты сме…

Латиша косо взглянула на девушку, уперла руки в бока и зловеще нахмурилась. Ее лицо казалось недовольным, но больше скорее обиженным, чем угрожающим.

Однако Миниан все равно замолчала, и виной того была не столько сама Латиша, сколько Шейн, стоявший за ее спиной со зловещим взглядом. Вот от него точно исходила угрожающая аура.

— Вы просто отвратительны! — громко закричала Латиша, чувствуя собственную власть над ситуацией. — Используете людей, как захотите. Мне даже людьми сложно вас назвать!

Шейн улыбнулся. Слегка наклонившись к девушке, он тихо зашептал:

— Вы не достойны даже волоса на моей голове…

— Вы не достойны даже волоса на моей голове! — громко повторяла Латиша.

— Умрите…

— Умрите! — выкрикнула девушка, но тут же замолчала. Осознав, что она только что сказала, Латиша неуверенно обернулась к Шейну и растерянно спросила: — Нет, погоди. Может быть, им все-таки не стоит умирать?

Шейн снова рассмеялся. Эта серьезность девушки вызывала в нем буквально бурю смешанных эмоций, но больше, скорее всего, умиление.

Латиша начала все постепенно осознавать. Нахмурившись, она с подозрением спросила:

— Ты снова надо мной подшучивал?

— Прости, — Шейн широко улыбнулся, — ничего не могу с собой поделать.

Латиша недовольно поджала губы. Ее скривившееся от недовольства и возмущения лицо вновь стало выглядеть нелепо, но уже понимая, что смеяться было неправильно, Шейн попытался сдержаться.

Вместо этого он обернулся к Миниан и Кристе, все стоявших молча неподалеку. Девушки будто еще пребывали в состоянии шока, при котором до них медленно все доходило.

— В общем, — заговорил парень. — Давайте расставим все по своим местам. Меня зовут Шейн Дориан, я сын герцогини Дориан, если вы не знали.

Лица обеих девушек исказились от удивления. Теперь по ним точно было видно, что они не знали о том, кем был Шейн, и даже предположить этого не могли.

— А вы, похоже, не знали… — задумчиво протянул Шейн, вслух озвучивая собственные мысли. — Тем лучше. С этого момента вы, во-первых, прекращаете издеваться над Латишей. Неважно живете вы вместе с ней или нет, если я узнаю, что вы попытались ей навредить, заморожу где-нибудь в горах навсегда.

Миниан и Криста молчали. Они бросили косые взгляды на свою третью подругу, которая все еще валялась без сознания где-то на ледяном покрове.

— Далее, — продолжал Шейн, жестом указывая на трех парней позади себя, — на мужчин вы больше не нападаете. Особенно на этих. Внутри академии запрещено деление на социальные группы, поэтому, если что-то подобное узнаю, сразу доложу на вас куда надо, а потом заморожу в горах.

Миниан неуверенно кивнула, и уже этого было достаточно для того, чтобы поверить в искренность ее согласия. В конце концов горделивая женщина не сделала бы и этого, если бы была уверена в себе.

— Что касается вас, — Шейн обернулся к парням и недовольно посмотрел на них, — вы должны понести ответственность за собственные действия. Перед Латишей и перед бедным Веласом, которого вы так измучили. Как вы это сделаете, мне не важно, но вы должны в полной мере искупить все свои грехи. Ясно?

Аден, Дакс и Бевис все еще пребывали в состоянии шока. Им потребовалась пара секунд на то, чтобы переварить всю полученную информацию и хотя бы кивком отреагировать на нее.

— Отлично, — уверенно ответил Шейн и развернулся. Он посмотрел на девушку, отдаленно стоявшую где-то в стороне и все продолжавшую хмуриться. По молчанию Латиши и ее строгому взгляду было ясно, что она продолжала злиться. — Ты еще дуешься?

Лицо Латиши исказилось. Вновь изобразив свою излюбленную гримасу недоеденного кислого лимона, девушка резко развернулась и решительно пошла прочь.

Шейн с улыбкой пожал плечами и, наблюдая за ее удалением, подумал:

«Злится, но идет все равно в сторону моего общежития».

* * *
Наступил новый день. С первыми лучами рассвета началась и новая индивидуальная тренировка Шейна. Из-за суматохи последних дней парень четко чувствовал, что он уделял недостаточно внимание собственному развитию, хотя именно сейчас его развитие было самой важной и самой нужной целью, которую он мог достичь.



«Кажется, — размышлял Шейн, устало потягиваясь из стороны в сторону, — теперь уже очевидно, что я перевернул вверх тормашками весь сюжет. Сколько бы я не думал об этом, мне стоит как-то запомнить или зафиксировать основную историю, но записывать ее все же не лучший вариант. У меня в комнате живут два крота-ищейки, которые вечно таскают чужие вещи в свою спальню, чтобы привлечь к себе внимание».

Выпрямившись и, прогнувшись в спине, Шейн сцепил позади себя руки в замок и поднял их так высоко, как только мог в таком неудобном положении. В самой крайней точке он смог осторожно повернуть плечевые суставы так, чтобы его руки смогли из положения за спиной спокойно перейти в положение над головой, не расцепляя самого замка. И у него это получилось благодаря хорошей физической подготовке.

«Кстати, все еще не понимаю, зачем они это делают. Вроде бы они побаиваются и меня и Дрэго, но все равно крадут наши вещи и прячут по углам. И, ладно бы они их использовали, я бы просто тогда отрубил им по руке, но, нет, они просто их прячут. Неужели это действительно нехватка внимания? Или просто месть за то, что мы в первый день надолго оставили их связанными? Подумаешь, посидели пару часов. Мы же их потом развязали».

На губах возникла насмешливая улыбка. Опустив обе руки вдоль тела, Шейн склонился к земле и начал тянуться ладонями к полу. Это упражнение растягивало буквально все. Затекшие суставы захрустели, мышцы ощутили приятное натяжение.

«Ладно, а теперь к главному. — Шейн на мгновение выпрямился, глубоко вздохнул и вновь начал наклоняться к земле. — Пройдёмся по основным фактам: существуют две версии одной и той же истории. Первая — оригинальная, то есть новелла. Вторая — побочная, то есть игра по новелле. В первой истории сюжет разворачивается возле кронпринцессы, которая учится на третьем курсе магической академии. Во второй истории сюжет показан больше от лица незаконнорождённой принцессы, которая только-только поступает в академию на первый курс».

Выпрямившись, парень поставил правую ногу на носок и начал быстро вращать стопу по часовой стрелке. Вновь прозвучал хруст затекшего тела, но на него Шейн уже не обратил внимания и продолжил думать:

«Важный момент обеих историй заключается в том, что обе принцессы скрывают свои личности. Причин тому несколько. Во-первых, из-за того, что в королевстве Селестина очень сильно развита система подбора избранных. В других королевствах быть приближенным королевы тоже неплохо, но именно у нас права избранных во всем равны женским правам. Поэтому все, кому не лень, начинают искать королевских особ и навязываться им. Во-вторых, обучение всех принцесс в нашем королевстве включает в себя множество испытаний. Насколько помню, первые годы они усиленно занимаются в замке, затем их отправляют в одиночное путешествие по миру, а затем отправляют в академию. При этом только наследную принцессу заставляют не просто скрывать свою личность, но и использовать артефакт для превращения в мужчину, и все только ради того, чтобы закалить дух».

Шейн переместил вес тела на другую ногу продолжил разминать стопы. Пожалуй, разминке он всегда уделял достаточно много внимания до и после тренировки.

«Да, сплошное издевательство. Как вообще женщина, привыкшая к комфорту и почету, может легко принять преображение в мужчину? Не всякий переживет такое резкое изменение общественного отношения».

Внезапно неподалеку Шейн ощутил приближение. Так как в это время он находился на общем спортивном стадионе, было бы неудивительно, если бы здесь появились люди, однако возникший человек уже был ему знаком и, более того, он направлялся четко к самому Шейну.

— Что ты здесь забыла? — недоверчиво спросил парень.

Лестрина, приблизившись достаточно, остановилась напротив Шейна. В этот момент она, как и он, была одета в спортивную форму, будто бы собиралась тренироваться, и ее последующие слова буквально подтвердили это предположение:

— Тренируй меня.

Брови Шейна вопросительно приподнялись. Он все продолжал поражаться той наглости, которая была практически у каждой женщины в этом мире, хотя мысленно и понимал, что стоило бы уже привыкнуть.

— Если хочешь о чем-то попросить, — с усмешкой отвечал Шейн, — сделай это правильно.

Лестрина покраснела. Она знала, о чем говорил парень, и она знала, что это могло помочь ей достигнуть цели, но подобный шаг для нее был все равно, что ударом по собственной гордости.

Отведя взгляд в сторону, на мгновение неуверенно поджав губы, девушка все же собралась с силами. Тихим, словно мышиным, писклявым голосом, она заговорила:

— Я хочу тоже стать сильной. Начни тренировать меня, по-пожалуйста.

13. Так хочется все узнать

«Почему же именно женщины в этом мире занимают такое высокое положение?»

Не спеша развернувшись и, прижавший спиной к стоявшей неподалеку стене, Шейн перевернул страницу очередной пожелтевшей книги и продолжил ее внимательное изучение.

«В книгах не описана история этого мира до появления текущих карт, сказаний и королевств, т. е. нет истории более, чем за триста лет. Единственное, что сохранилось с того времени — это легенда о солнце и луне, которая сейчас является проводником верующих и почти единственной религией на всем континенте».

Где-то неподалеку прозвучал тихий шорох. Услышав его, Шейн инстинктивно замер, приподнял взгляд и думать перестал. Он знал, что этот звук раздавался не так уж и близко к нему, просто его слух улавливал в этой тишине каждое дуновение ветра, проникавшее через окно, каждый шаг проходившего мимо человека и шелест каждой страницы, переворачиваемой в этом месте.

Пусть Шейн и пытался, но все же полностью абстрагироваться не мог. Он то и дело отвлекался на эти звуки.

«И все-таки, — вновь задумался парень, опуская голову, — чисто физически женщины и мужчины ничем особенным не отличаются в этом мире. Единственное объяснение подобному положению дел я нахожу в магии. Если, как и сказала Лестрина, женщинам магия дается проще, тогда все вроде бы логично, однако существуют такие личности, как я или Дрэго. То есть не все мужчины обделены талантом к магии».

Шейн перевернул еще одну страницу, на которой было нанесено изображение луны и солнца, сияющих на одном небосводе. Это изображение было уже столь однотипным, столь привычным и уже даже надоедливым, что он сразу перевернул еще одну страницу.

«Но как уже сказал Дрэго, у всех талантливых мужчин есть ограничения в виде клятвы крови. Семья Милошей, которая помогла мне безвозмездно, в своем роде большое исключение из правил. Думаю, если бы информация о том, кто меня обучал и при каких условиях, вышла бы на поверхность, начались бы гонения на Милошей. Следовательно, мне стоит держать язык за зубами по поводу того, кто мне помог».

Неподалеку прозвучали тихие шаги. По стуку небольших каблуков, по плавной походке и тихому дыханию можно было сразу сказать, что приближавшимся человеком была женщина.

Тяжело вздохнув и, быстро захлопнув книгу, Шейн нахмурился. Это уже был не первый час и даже не первый день, проведенный им в главной библиотеке академии. И все равно всей полной информации он найти не мог. Одни лишь догадки.

«Интересно, может быть история этого мира не прописана нигде, потому что автор оригинала просто не продумывал ее? Я ведь часто встречаюсь с недоработкой этого мира. Те же современные слова и фразы, которые не подходят этой эпохе — явно промах автора».

— Шейн Дориан? — прозвучал удивленный женский голос неподалеку.

Прервав собственные раздумья, Шейн повернул голову и посмотрел на девушку, выглянувшую из-за книжного шкафа. Ею оказалась Зэхель Диан — представительница студенческого совета, с которой Шейн уже успел встретиться несколько раз.

Недоверчиво окинув мужскую фигуру взглядом, Зэхель будто попыталась сделать какие-то выводы о самом Шейне. Так как парень стоял в самом дальнем углу библиотеки, там, где последний стеллаж уже граничил со стеной, казалось, будто он скрывался от кого-то.

— Что ты здесь делаешь? — настороженно спросила Зэхель.

— Обогащаюсь знаниями? — спросил в ответ Шейн.

— В отделе истории?

Парень усмехнулся. Смотря на лицо Зэхель, он видел недоверие, с которым она следила за каждым его действием. Со стороны это казалось забавным, ведь она сомневалась даже в том, какие книги он читал.

— Да, у меня пробел в знаниях об истории, — отвечал Шейн. — Почему мир стал таким, какой он сейчас? Как разделились королевства? Почему женщины имеют главенство?

— Какие провокационные у тебя вопросы. — Зэхель полностью вышла в узкий коридорчик между книжным шкафом и стеной, уперла руки в бока и остановилась напротив Шейна. — Все потому, что так распорядилась богиня Луна. Желая защитить своих детей, она дала нам в руки магическую силу и сделала нас более способными к ее развитию.

— «Нас» — это женщин?

— Конечно, — женские густые брови недовольно сдвинулись вместе, будто бы прозвучавший вопрос был довольно глупым, — ведь покровитель мужчин — это проклятое Солнце.

— Тогда почему мужчины тоже владеют магией?

Зэхель улыбнулась. С честностью и наивностью любого фанатика любой странной идеи, она приложила руку к сердцу и начала горячо отвечать:

— Солнце просто воспротивилось сестре и наделило своих проклятых детей той же силой, но так как эта сила была дарована лишь в качестве мести, его дети не смогли достичь тех же высот в ее познании.

— Да? — Шейн отчего-то зловеще заулыбался. Щурясь и, явно не скрывая собственного недоверия, он ответил: — А ведь на самом деле просто женщины раньше узнали о существовании магии, и, пока мужчины не успели опомниться, они подчинили всех с ее помощью. Восставших казнили, покорившихся заставили дать клятву крови.

— Что? — Зэхель возмущенно всплеснула руками. — Откуда ты вообще это взял?

Шейн пожал плечами и, приподняв все еще удерживаемую им книгу, демонстративно покачал ею.

— В этой книге написано так.

Женский взгляд уставился на небольшую потрепанную книжонку в плотном переплете. Немедля ни секунды, Зэхель подошла ближе и, вскрикнув: «Как это вообще попало в библиотеку?» — попыталась выхватить книгу из рук Шейна.

Парень воспротивился. Он поднял книгу высоко над своей головой, на ту высоту, где сама девушка никогда бы до нее не дотянулась.

Широкая улыбка на его губах показалась провокационной. И без того возмущенная девушка начала злиться.

«Нет в этой книге ничего подобного, — размышлял Шейн про себя. — Это просто мое предположение, но мне понятно почему она так возмущена. Если благодетельная история о милости богини Луны окажется ложью, с помощью которой скрыли захватничество и кровопролития, весь мир перевернется с ног на голову».

— Ты противишься студенческому совету! — гневно вскрикнула Зэхель.

Шейн, не теряя своего спокойствия, спросил:

— Используешь свое положение для того, чтобы что-то получить?

Девушка замолчала. После этого вопроса ее лицо приняло растерянное выражение. Казалось, эти слова действительно задели ее, хотя любой другой на ее месте просто проигнорировал бы это.

Отступив на пару шагов, Зэхель выпрямилась, отвернула голову и чуть тише, расстроено, ответила:

— Поступай, как знаешь.

— Так и сделаю.

Зэхель посмотрела на Шейна и заметила, что тот все еще продолжал улыбаться. Он опустил книгу и будто был уже готов отдать ее, если бы его попросили, но теперь сама девушка не хотела делать этого.

Обиженно нахмурившись, она тихо пробормотала:

— Не понимаю тебя совсем. Почему ты споришь со мной, но не пытаешься…

— Унизить? — завершил фразу Шейн. В его памяти их предыдущий разговор все еще был свеж, и потому понять, о чем говорила Зэхель, оказалось не сложно. — Это шутка такая? Ты зависимая от унижения?

— Нет, — решительно отрицала девушка.

Шейн оттолкнулся от стены и, ступив всего два шага вперед, почти вплотную подобрался к шкафу.

— Тогда, — парень приподнял руку с книгой и осторожно поставил ее на полку, — прекрати соблазнять меня этой идеей.

— Со-соблазнять?! — прозвучал возмущённый женский голос.

Шейн, услышав эту резкую смену интонации, удивленно повернул голову влево и посмотрел на Зэхель. Выражение ее лица казалось совсем сконфуженным. Отчего-то женские щеки запылали от смущения, а глаза округлились от удивления. Даже странное положение, будто напоминавшее шипящую, выгнувшуюся в спине, кошку, говорило о том, что она была взволнованна.

— Как ты можешь использовать подобные слова, — растерянно заговорила Зэхель, — еще и… И в библиотеке?!

Шейн улыбался. Его уже не удивляла подобная реакция окружающих на такие простые для него слова. Все-таки Зэхель была далеко не первой, кто так остро реагировал на его действия. К примеру, та же Латиша еще в начале их знакомства могла подскочить на месте, стоило ему неправильно выразиться.

— Какой кошмар, — с наигранным сожалением протянул парень. — Ну, все. Я тебя опорочил.

— О-опорочил?! — вскликнула Зэхель еще громче. Девушка, всплеснув руками, начала неуверенно отступать. Ее приоткрытые губы уже дрожали от волнения, а перепуганное лицо так и пылало от смущения.

Внезапно неподалеку прозвучали шаги. Зэхель и Шейн, услышав их, повернули головы к небольшому проходу между книжными шкафами и заметили выглянувшую оттуда Латишу.

Девушка, прекрасно слышавшая все эти крики из соседней секции, посмотрела сначала на взволнованную Зэхель, а следом и на спокойного Шейна.

Этот ее оценивающий взгляд не казался даже настороженным, из-за чего понять, что было в мыслях у Латиши, было невозможно. Нисколько не смущаясь и не переживая по поводу случившегося, она спросила:

— Шейн, ты ее опорочил?

Шейн насмешливо улыбнулся. Уже зная, как иногда Латиша могла реагировать на его слова и действия, он с еще большей гордостью ответил:

— Да, с ног и до головы, представляешь?

Зэхель, услышавшая эти слова, испуганно приложила руки к собственным губам. Ей было даже страшно подумать, как эта незнакомка могла отреагировать на все это.

— Представляю. — Латиша плавно прошла в тот же узкий коридор, посреди которого стоял Шейн, остановилась напротив него и ответила: — Опять издеваешься над людьми.

Шейн недовольно фыркнул. Теперь-то он понимал, что его очередная попытка вывести девушку из себя не прошла успешно.

Даже учитывая всю странность ситуации, Латиша оставалась спокойной. Она не повела и бровью, когда Шейн выразился так двусмысленно по поводу всего этого недоразумения, хотя укор в ее взгляде все же появился.

— А раньше ты реагировала также бурно, как и она. — Шейн лишь мельком кивнул в сторону дрожавшей Зэхель. — Почему теперь-то так спокойна?

— Привыкла. — Латиша коротко вздохнула. Заправив прядь своих пышных белоснежных волос за ухо, она добавила: — Ты постоянно говоришь мне что-то подобное.

— Постоянно?

— Верно. — Латиша вновь взглянула в заинтересованные глаза Шейна. Если она выглядела совершенно спокойной, то сам Шейн сейчас был увлечен этой игрой в двусмысленность и просто искренне ждал того, что же она могла ему ответить. — И в твоей спальне перед сном, и рано утром, когда мы просыпаемся с тобой в одной постели, и когда мы умываемся в одной ванной комнате, и когда ты просишь покормить тебя с ложечки — ты всегда говоришь что-то подобное.

Шейн нахмурился и с толикой обиды поправил:

— С ложки было один раз и только в шутку. — Парень приподнял взгляд и посмотрел на Зехель, которая стояла позади Латиши. Та, оказавшись уже в качестве наблюдателя, не могла больше стоять без опоры. Прислонившись к стене, она с еще большим ужасом посмотрела на всю эту сцену и в любой момент была готова сесть на пол.

— К тому же, — добавил Шейн, — посмотри, она уже в нокауте.

Латиша оглянулась. В этот момент ее спокойные голубые глаза встретились с шокированными карими глазами Зехель. Продолжая смотреть на эту незнакомую ей девушку, но, явно обращаясь к Шейну, она ответила:

— Ну, все. Я тебя опорочила.

— О чем ты?

Шейн недоверчиво нахмурился, и в тот же миг Латиша, с довольной улыбкой на губах повернула голову к нему и хитро спросила:

— Знаешь какие слухи теперь о тебе пойдут?

— Ты специально, да? — парень недоверчиво нахмурился, хотя и продолжил улыбаться. — Наконец-то показала зубы?

Латиша отвернулась. Казалось, ее расстроила такая спокойная реакция Шейна.

Недовольно поджав губы, она отшагнула от парня, не спеша двинулась в сторону выхода из исторической секции и ответила:

— Мне просто надоело, что ты все время надо мной издеваешься. Дай и мне хотя бы раз насладиться этим моментом.

Шейн усмехнулся и спокойно пошел следом. Он, даже не взглянув на все еще удивленную Зэхель, прошел мимо нее и скрылся где-то за длинным рядом книжных шкафов.

Однако, помимо этих двоих, зрителем этой сцены оказался еще один человек, а именно — преподавательница. Орза Киприл, скрывавшаяся где-то между книжными стеллажами, осторожно подслушивала все эти разговоры.

Пусть голоса двух девушек и не были ей знакомы, но вот голос Шейна она распознавала отчетливо. Этот низкий, самонадеянный тон впился в ее сознания еще после того позорного поражения во время испытания.

Киприл ненавидела Шейна, и с терпеливостью хищного зверя ожидала того момента, когда она все же сможет вцепиться своими зубами в его горло.

«Шейн Дориан, только подожди. Я поставлю тебя на место и даже не посмотрю на то, что ты сын герцогини».

* * *
— Дориан, говоришь? — раздался высокий женский голос. Девушка, сидевшая за письменным столом с чашечкой ароматного чая в руках, старалась сдерживать насмешливую улыбку. — И что же он из себя представляет?

В длинном кабинете, уставленном со всех сторон стеллажами с книгами, находилось трое: Зэхель Диан, стоявшая напротив письменного стола своего непосредственного начальника, Амелия Райс — глава студенческого совета и Эрзен Бастион — помощник Амелии и ее заместитель.

Если Зэхель стояла напротив письменного стола, а сама Амелия вальяжно сидела за ним, то Эрзен стоял где-то справа от девушек, удерживая в руках небольшую папку с бумагами.

Как только Амелия задала свой вопрос, Эрзен, уже будучи готовым к нему, открыл папку в своих руках и начал ровным тоном зачитывать:

— Судя по предоставленной информации, он выходец из герцогской семьи королевства Селестина. Беглец, носитель водной магии с явной склонностью к подэлементу «лед». Тем не менее члены его семьи носители огненного элемента. Одной из наиболее известных нам личностей является его старшая сестра Джулиана Дориан, третий курс.

— Специальный класс, — заключила Амелия. Светловолосая девушка с собранными в высокую прическу кудрявыми волосами поставила чашку чая на блюдце и осторожно опустила его на стол. Не скрывая своей насмешливой улыбки, она, как член специального класса третьего курса, добавила: — Уж ее я знаю.

Амелия усмехнулась. Пока она думала о чем-то и молча смотрела куда-то на стол, ни Зэхель, ни уж тем более Эрзен не могли даже вздохнуть спокойно.

— Зэхель, — неожиданно заговорила глава студенческого совета, — а ты что о нем думаешь?

Зэхель вздрогнула. Смотря вот так, прямо на свою покровительницу, девушка не могла даже нормально собираться с мыслями. Всякий раз, когда она поднимала взгляд к изумрудным глазам Амелии, ее сознание словно растворялось.

— Он… — Зэхель опустила голову и чуть тише прошептала: — Не агрессивный.

Амелия посмотрела на своего помощника, и тотчас Эрзен ответил:

— В первый же день сразил Орзу Киприл, во второй скандал с Виноной Нетион, затем еще одна ссора со вторым курсом в столовой и сражение с первокурсниками из…

Внезапно Зэхель, перебивая Эрзена, заговорила:

— Если вы позволите мне сказать честно…

Девушка вновь приподняла взгляд на лицо Амелии и, встретившись с ее добрыми глазами, с ее мягкой улыбкой, вся сжалась.

— Пожалуйста, — ласково ответила Амелия.

— Я не думаю, что во всех этих ситуациях зачинщиком был он.

Амелия замолчала. Последние слова, произнесённые Зэхель, показались достаточно серьезными. Девушка выглядела действительно уверенной, даже несмотря на то, что в этот момент перед ней сидел некто, кого она очень почитала. Возможно, это было впервые, когда она отстаивала свое мнение перед Амелией.

— Вот так, да? — Амелия осторожно откинулась назад и прислонилась к мягкой спинке стула. Она не подавала ни признаков недовольства, ни собственного разочарования. Лишь продолжала улыбаться и спрашивать: — Чтобы ты, и так лестно отзывалась о мужчине?

Зэхель молчала. Она и сама не знала, почему отзывалась так о Шейне, особенно после того, что произошло утром, но это было ее искреннее мнение. Все-таки, даже несмотря на его самоуверенность, он не выглядел как человек, который любил беспричинно нападать на других.

— Что ж, — Амелия вздохнула, осознавая, что больше ничего дельного ей не скажут, — пожалуй, тогда в этот раз я закрою глаза на его проделки.

Зэхель вся посветлела. Счастливо улыбнувшись, она кивнула и радостно ответила:

— Благодарю вас, глава.

— Можешь идти.

Зэхель вновь кивнула. Даже не скрывая счастья в своих глазах, она быстро развернулась, и, словно работящая пчела, помчалась на выход.

Как только дверь за спиной девушки закрылась, а весь кабинет погрузился в тишину, выражение лица Амелии изменилась. На самом деле натянутая, далеко не искренняя, улыбка исчезла, взгляд стал строже.

«Я и не задумывалась, — мысленно произнесла Амелия, — что младшие Дорианы поступают в академию в этом году. Уверена, они не менее проблемные, чем их сестра».

— Эрзен, — девушка приподняла голову, но на парня так и не посмотрела. Вместо этого ее сощуренный взгляд уставился на циферблат часов, висевших над входной дверью. Время было уже достаточно поздним, все занятия и тренировки были завершены.

— Да, глава? — покорно спросил юноша.

— Приставь наблюдателя к этому парню. Чувствую, проблем мы еще от него наберемся.

— Будет исполнено.

— Если Киприл или кто-то еще из учителей попытается ему отомстить за случившееся, доложи мне.

— Мне не нужно их останавливать?

Амелия усмехнулась. Повернув голову к своему верному слуге, она жестом приманила его к себе.

Эрзен подчинился. Он подошел ближе, глубоко наклонился и, к собственному удивлению, ощутил, как легкая женская рука легла на его прямые русые волосы. Не желая навредить, но явно пытаясь успокоиться, Амелия осторожно стала поглаживать парня по голове.

В этот момент из-за положения Эрзена высокий воротник его черной рубашки слегка опустился, позволяя увидеть серебристый ошейник на его горле. В самом центре ошейника, где-то под подбородком, был выгравирован магический круг, сдерживавший и контролировавший его.

— Не нужно, — мягко ответила Амелия. — Давай просто посмотрим, как он выкрутится из этой ситуации.

Эрзен вздохнул. Ему было совсем неудобно так стоять и, более того, его нисколько не радовало подобное поглаживание по голове, однако его клятва и те отношения, которые были между ним и Амелией, не позволяли ему высказать собственных чувств.

— Как скажете.

* * *
Наступил вечер. После очередного учебного дня, наполненного событиями, встречами, скандалами и нервотрепкой, именно это время было самым спокойным.

Латиша и Лестрина, закончив с долгой изнурительной пробежкой, остановились почти прямо на финише. Глубоко вздохнув, девушки склонились и уперлись руками в колени, пытаясь хоть как-то устоять на ногах.

Правда, сама Лестрина сдалась довольно быстро. Она просто села на землю, и, позабыв о всякой гордости, громко, с открытым ртом, задышала.

— Вы все? — прозвучал мужской голос где-то неподалеку.

Услышав его, Лестрина перевела взгляд куда-то вправо и увидела стоявшего рядом Шейна. Позади парня на земле лежали различные гантели, утяжелители, диски для метания и прочий подручный инвентарь. Сам Шейн не выглядел даже вспотевшим, что и настораживало.

— А ты? — усталым голосом спросила Лестрина. — Ты пробежал пять километров?

— Нет, не пять, — равнодушно отвечал Шейн. — Десять.

— Ха? — Лестрина возмущенно опустила голову. Она вновь осмотрела Шейна, спортивную форму, в которую он был одет, его расслабленное положение и его спокойное лицо. Все-таки по нему было тяжело сказать, что он хоть сколько-нибудь тренировался.

— Ты ведь, — заговорил Шейн, — даже не обратила внимание на то, как я пробегал мимо вас? А все потому, что ты была слишком сосредоточена на собственных чувствах.

Лестрина быстро приподняла голову и посмотрела на Латишу. В отличие от нее самой, Латиша все еще стояла на ногах. Да, она выглядела уставшей и вспотевшей, но при этом она продолжала нормально дышать, продолжала сохранять спокойствие, продолжала скрывать собственную слабость.

— Тиша, — вновь прозвучал голос Шейна, направленный к стоявшей на ногах девушке, — ты ведь объяснишь ей план тренировки? По началу мы будем заниматься вашим общим развитием и повышением выносливости, поэтому тренировки будут схожими.

Латиша, глубоко вдохнув, выпрямилась. Будто вновь воспрянув духом, она решительно ответила:

— Поняла.

Внезапно прозвучал хлопок. Услышав его, Шейн машинально отвел руку вправо и активировал защитную магию. Прямо перед ним возникла ледяная крепкая стена, которая, растянувшись справа налево, закрыла и его, и обеих девушек, стоявших немного позади.

Тотчас по этой защите пришелся удар. Неизвестная сила, своим блеском и искрами напоминавшая молнию, врезалась в стену из льда и засияла на всю округу. В полумраке вечера эти искры охватили собой весь стадион.

Шейн недовольно нахмурился. Если бы не его быстрая реакция, которую кто-то явно решил проверить, тогда эта атака попала бы в них всех, и тогда серьезных травм было бы не избежать.

Неожиданно по ледяной стене пришелся еще один удар, однако в этот раз магическая атака не засияла, словно молния, и от того стало ясно, что это было нечто иное. Не было видно света. Ни ветер, ни прохлада воды не ощущались. Следовательно, эта атака была близка к стихии земли.

Под напором последней атаки ледяная стена Шейна разрушилась. Отчего-то даже не собираясь создавать новую, парень опустил руку и посмотрел на троицу учеников, вышедших ему навстречу.

Три незнакомца гордо и уверенно шагнули вперед, проходя мимо тех осколков льда, которые после разрушения оказались разбросаны по земле. Один из этих парней, стоявший в самом центре, низким серьезным тоном спросил:

— Шейн Дориан?

Шейн не ответил. Вместо этого он оценивающе окинул взглядом фигуру появившихся парней и по их форме сразу понял, что те были с третьего курса. Все трое выглядели довольно сильными. С Аденом, Бевисом и Даксом, которые сражались недавно против Шейна, их было просто не сравнить. Не только более крепкое телосложение или решительный взгляд, сама мана, исходившая от их тел, и даже зловещая аура, окружавшая их, показывали, что они были опасны.

— Иди за нами, — произнес юноша с темной, словно уголь кожей. Черные волосы, карие глаза, прямые, строгие черты лица и вытянутый нос — все эти признаки в совокупности с оттенком кожи показывали, что этот человек был явно выходцем из королевства Силла, которое располагалось на самой южной части континента.

— С чего бы? — Шейн склонил голову влево, нисколько не меняясь в лице.

В то же время Лестрина, удивленно наблюдавшая за этой сценой, не могла проронить и слова. Она знала всех этих парней, потому что они были одними из сильнейших учеников третьего курса.

Цериан — тот самый темнокожий парень из королевства Силла, был магом земли с хорошо развитым подэлементом «металл». Братья Нориан и Вариан были повелителями огня, один из которых специализировался на подэлементе «молния», а другой на восстанавливающем, лечебном подэлементе «синее пламя». Сам факт того, что они хорошо владели не просто своей стихией, но и родственной к ней, говорил о том, насколько способными они были.

Удивленная Лестрина быстро перевела взгляд с Шейна на Латишу, которая, как казалось, должна была быть напугана, но девушка не повела и бровью. Вместо этого, будто бы игнорируя всю эту ситуацию, она подошла к спортивному инвентарю, окинула его взглядом и потянулась к небольшим гантелям, как раз подходящим ей по весу.

Лестрина была шокирована подобным хладнокровием. Не сдвигаясь с места, она растерянно подумала:

«Что это за реакция? Это вообще нормально?»

— Тиша, — Шейн повернулся полубоком к своей подруге и задумчиво посмотрел на нее, — ты же останешься здесь?

Латиша приподняла взгляд. Не успев даже отойти с гантелями в сторону, она спокойно спросила:

— Боишься, что я снова пойду за тобой?

— Да.

— Нет. — Девушка улыбнулась. — В этот раз это твои проблемы, а не мои. Я пойду помогать только в том случае, если ты сам попросишь об этом.

Шейн насмешливо улыбнулся. Он знал, что Латиша говорила это не просто так. После того случая, когда она вмешалась в сражение Шейна, они оба довольно долго и упорно спорили по поводу того, кто же был прав. В итоге оба пришли к выводу, что вмешиваться в ход сражения без просьбы хотя бы одного его участника не стоило.

— Вот как?

Латиша лишь пожала плечами. Отчего-то даже не переживая из-за всей этой ситуации, а, возможно, уже полноценно доверяя способностям Шейна, она подумала:

«Судя по всему, драться серьёзно ты все равно не собираешься».

— В любом случае, — Шейн обернулся лицом к незнакомцам, — я не хочу никуда идти с вами.

Цериан внезапно поднял руку. Магический круг так быстро возник под его ногами, что это даже поражало. Металлические тонкие иглы — довольно простая, но действенная атака, возникли целым скопом напротив него. Они, словно жала множества пчел, понеслись к Шейну довольно быстро.

Шейн поднял руку и был уже готов воспользоваться собственной магией, как, неожиданно он ощутил приближение еще одного заклинания. Нисколько не сдвигаясь с места, парень повернул голову в сторону и увидел несущиеся к нему потоки ветра.

Этот ветер, словно ураган, пронесся мимо Шейна и, захватив месте с собой все металлические летящие иглы, умчался куда-то вдаль.

В то же время все присутствующие повернули головы влево и посмотрели на еще одного парня, оказавшегося на спортивном стадионе в этот поздний час.

Внезапно возникший человек казался знакомым: темные, коротко состриженные на висках волосы, что было такой непривычной для этого времени прической, широкая шея, крепкая спина, длинные руки и ноги, мускулистое телосложение. В очертаниях этого широкого силуэта Шейн сразу признал Меттла Талока, человека, с которым он встретился лишь единожды, на своем первом и последнем знатном приеме.

— Вижу, — заговорил Меттл, — вы решили вновь помучить первогодок? Нравится же вам задирать остальных?

Шейн, немного хмурясь, смотрел на Талока. Он знал, что этот парень был студентом академии, и он знал, что когда-нибудь они вдвоем встретятся вновь. Правда, подобного столкновения он не ожидал.

Меттл перевел взгляд на самого Шейна. С приветливой, действительно широкой улыбкой посмотрев на знакомое лицо, он заговорил:

— А ты все-таки смог стать магом. Поздравляю, Шейн.

14. Так ли хочется победить?

— Латиша, — отступив на один шаг, Меттл Талок с доброжелательной улыбкой посмотрел на стоявшую неподалеку девушку, — здравствуй.

Прозвучал тяжелый вздох. Латиша, пытавшаяся в этот момент делать выпады с двумя гантелями в руках, замерла. Она перестала думать о правильности выполнения упражнения, о количестве подходов и прочем. Вместо этого, приподняв голову, она вынужденно посмотрела на человека, обратившегося к ней, и отчего-то улыбнулась.

Меттла она узнала моментально. Юноша чересчур мускулистого телосложения, с необычной прической и сильной жизнерадостностью быстро запоминался любому, с кем бы он не встречался.

— Здравствуй, — отвечала Латиша. — Хорошо выглядишь.

— И ты. — Меттл задумчиво окинул девушку взглядом. Так как она все еще стояла в положении выпада, он мог видеть напряжение ее мышц. По состоянию ее тела можно было с уверенностью сказать, что Латиша не была самым сильным и выносливым человеком в мире, но по сравнению с тем, какой она была раньше, сейчас ее физическая форма определённо была лучше. — Прямо увереннее выглядишь.

— Правда?

Шейн, стоявший в паре шагов от Меттла, задумчиво оглянулся и посмотрел на довольную девушку. Так как Латиша стояла почти что у него за спиной, он не мог видеть ее лица, но по интонации было хорошо понятно, что она испытывала радость при общении с этим парнем.

— Вы знакомы? — удивленно спросил Шейн.

— А? — Меттл посмотрел на недоверчивого юношу. Блеск подозрения в его глазах вызвал волнение и желание как можно быстрее оправдаться: — Да. Мы случайно встретились по пути в академию и добирались вместе.

Шейн отвел взгляд в сторону и мысленно явно повторил про себя этот ответ. Он звучал вполне убедительно, чтобы перестать сомневаться, но все же позабыть совсем об этом Шейн не мог.

Внезапно Меттл, коварно улыбнувшись, вплотную приблизился к новичку. Он обхватил его шею рукой и, склонившись к его уху, зашептал:

— Совершенно очаровательная девчушка, если хочешь знать мое мнение.

— Не хочу, — Шейн быстро оттолкнул от себя Меттла, и тот со зловещим хохотом отступил.

Трое парней, наблюдавших за этой дружеской беседой, начинали злиться. Цериан, Нориан и Вариан не вмешивались в этот разговор, но уже были готовы вновь использовать магию, чтобы напомнить о своем присутствии. В какой-то момент, не сдержавшись, Цериан звонко спросил:

— Вы закончили?

— А вы еще здесь? — Меттл удивленно обернулся и посмотрел на третьекурсников. — Что вам нужно?

Цериан нахмурился. Так как он уже был знаком с Меттлом, и так как их отношения с самого начала были наихудшими, вмешательство этого парня сейчас в разборки казалось весьма удачным. Просто теперь его можно было поставить на место.

— Я запрашиваю поединок. — Цериан склонил голову влево и, нахмурившись, серьезно посмотрел в глаза Меттла. — Трое на трое.

— Нас всего двое, — поправил Шейн.

— Вас четверо, — резко ответил Вариан, указывая рукой на стоявших позади девушек.

— Что?

Лестрина, услышавшая это заявление, удивленно выпрямилась. В этот момент она все еще сидела на земле, вяло зевая после изнурительной пробежки. Пусть она и чувствовала себя уставшей, пусть ее и клонило в сон, но такое неожиданное упоминание ее персоны в постороннем разговоре сразу же привело ее в чувство.

Приподняв голову, Лестрина посмотрела на группу парней, обернувшуюся к ней, и, к своему ужасу, заметила, что все взгляды были направлены исключительно на нее. И сами нападавшие, и Меттл, и даже Шейн — все многозначительно смотрели ей в глаза.

— Что?! — девушка испуганно подскочила, уже предчувствуя неладное. Будто вспомнив о своей последней надежде, Лестрина повернула голову в сторону Латиши и с блеском надежды в глазах заговорила:

— Тиша, а ты случайно не хо…

Лестрина так и не договорила. При виде широкой улыбки на губах девушки, при виде радости и хитрого блеска в ее глазах, она сразу ощутила неладное.

— Удачи тебе, — заговорила Латиша подбадривающим тоном, — Лестрина. Я буду искренне за тебя болеть.

— Предатель.

* * *
Вскоре в отдельном корпусе, обустроенном под тренировочную площадку, собрались обе команды. Просторное помещение, поделенное на несколько секторов для сражений, и множество зрительских мест, расставленных в виде трибун вдоль всего зала — именно так и выглядела обстановка, в которой вскоре им предстояло сражаться.

Шейн, оценивая это здание изнутри, отмечал его невероятно высокий потолок, стены, стоявшие на достаточно большом расстоянии друг от друга, и колонны, которые не только поддерживали конструкцию всего здания, но и отделяли сектора друг от друга.

Внезапно прозвучали посторонние шаги. Услышав их среди напряженной тишины, Шейн оглянулся. На глаза сразу попались две приближавшиеся женские фигуры.

Латиша, размахивая правой рукой, пыталась привлечь внимание своих знакомых, а вот прямо позади нее не спешной уверенной походкой к первому сектору сражений приближалась Агнес Аберон.

При виде черноволосой, не особо эмоциональной преподавательницы, Шейн улыбнулся и подумал:

«Я попросил привести именно ее только по одной причине: она точно не будет судить против меня».

Добравшись до определенной точки, Агнес окинула взглядом присутствующих, глубоко вздохнула, и, хмурясь, спросила:

— И что вы тут вытворяете, негодники? — Ее взгляд особенно остановился на лице Шейна, который из всех присутствующих был единственным учеником ее класса. — Сначала преподаватели, теперь третий курс?

Шейн пожал плечами и равнодушно ответил:

— Третий курс сам на нас напал.

— Да? — Агнес перевела взгляд на трех парней, стоявших плечом к плечу. Все они выглядели решительно, и явно нисколько не жалели о собственном выборе. — Допустим… — задумчиво протянула Агнес, бросая свой многозначительный взгляд на еще двух учеников, находившихся рядом, а именно на Меттла и Лестрину. — Хорошо, если хотите боевого сражения, я вам его предоставлю, но придется действовать в рамках учебных правил.

— Без разницы, — уверенно ответил Шейн.

— Аналогично, — подтвердил Цериан.

Агнес задумчиво хмыкнула. Она ожидала какого-нибудь сопротивления или хотя бы условия от одной из сторон, но, казалось, всем было без разницы. Просто обе группы хотели проверить друг друга, и им не был важен даже сам результат поединков.

«Эти ребята не просто неумехи с третьего курса, — размышляла Агнес, водя взглядом с одного ученика на другого. — Это одна из сильнейших мужских групп в их учебном потоке, на которую сейчас многие представители высшего сословия делают ставки. К тому же, среди них есть Цериан, а он, — Агнес искоса посмотрела на юношу, погоны на форме которого имели золотой оттенок, — является представителем специального класса».

Даже без приказа преподавателя все участники сражения начали занимать свои места. Лестрина, Шейн, а также Варион и Цериан приняли зрительские места на трибунах. На поле для поединка вышли Меттл и Нориан.

«Если Шейн собрался лично драться с Церианом, — продолжала размышлять Агнес, ожидая полной готовности участников, — тогда это уже заявка на перевод в особый класс. Хочет ли он намеренно стать первым учеником специального класса в его потоке? Хочу ли я отпустить его сейчас?»

— Если оба противника готовы, — во весь голос заговорила Агнес, — тогда первый поединок я объявляю открытым!

Внезапно зал охватил яркий желтовато-белый свет. Вспышка, мгновенно возникшая в зале, осветила и ослепила все находящиеся внутри объекты.

От этого яркого света даже Шейну пришлось закрыть глаза руками. Секунду спустя, когда свет постепенно начал исчезать, он вновь посмотрел на ринг. Там, под тусклым светом зачарованных кристаллов, которые были прикреплены то тут, то там к стенам и потолку, стояло две фигуры. Одна из них вытянув руку вперед, довольно ухмылялась. Другая же, будучи спутанной множеством черных лоскутов, не то напоминавших тени, не то действительно подобных крепкой ткани, не могла даже пошевелиться. Человеком, связанным неизвестной магией, оказался Нориан.

Ничего не понимавший юноша стоял будто в положении выпада. Грудью и правой ногой он пытался тянуться вперед, но его левую ногу и обе руки неизменно оттягивали черные плотные лоскуты, которые так и пытались оттащить его назад.

— Это же тень! — прозвучал восторженный голос Латиши где-то неподалеку.

Шейн, услышав его, повернул голову к девушке, сидевший на соседнем месте, и непонимающе спросил:

— Что это такое?

Латиша смотрела на происходящее на арене завороженными глазами. Казалось, она не могла оторваться от чарующей сцены, тем не менее все равно отвечала:

— Это даже не подвид огненной магии… Это подвид подвида. Магия, вытекающая из элемента света. А элемент света вытекает из стихии огня. Высший уровень мастерства.

Тем временем на ринге, Меттл, зловеще рассматривая шокированное лицо противника, спросил:

— Чем ярче свет, тем гуще тени, ты не знал?

— Ты…

— Да, в прошлом году у меня не было такой магии. — Парень опустил руку, пожал плечами и как-то чересчур расслабленно просунул руки в карманы брюк. — Я рад, что за этот год смог тебя обойти.

Нориан зловеще усмехнулся. Перенеся вес тела на правую ногу, он начал наваливаться вперед еще сильнее. И, пусть все новые черные лоскуты уже хватались за его голову, будто желая ее оторвать, он все равно продолжал тянуться.

— Не шути мне тут… — почти прорычал Нориан, плотно стискивая зубы. Под его ногами, даже без заклинания или привычного жеста рукой друг за другом появились ярко-желтые магические круги. Сияние этого заклинания стало столь ослепительным, что все в округе буквально начало окрашиваться в тот же цвет.

— Я не проиграю, — завопил Нориан, — какому-то младшекурснику!

Искры молнии начали беспорядочно метаться из стороны в сторону. Некоторые из них, ударяясь о тени, сковывавшие тело мага, начали разрывать их на части. Другие же искры, образуя собой один большой поток, быстро полетели к Меттлу.

Сцена была пугающей. От каждой искры, ударявшейся обо что-то, оставались трещины, дыры, обугливание и неприятный запах гари. Эти искры имели такой широкий диапазон атаки, что некоторые из них даже долетали до зрительских рядов.

Внезапно раздался неприятный звук, напоминавший гром. Вместе с тем свет в комнате стал настолько ярким, что даже разглядеть тени и силуэты на ринге оказалось тяжело.

Присутствующие вновь закрыли глаза, и лишь спустя мгновение, когда со сцены прозвучал тихий кашель, они смогли удивленно взглянуть на происходящее.

— Я же говорил. — Меттл, сдавленно кашляя, и, размахивая перед своим носом правой рукой, будто пытался отогнать от себя запах гари. — Стратегия с увеличением света против меня проигрышная. Совсем не слушал?

Зрители замерли в изумлении. Совершенно здоровый и невредимый Меттл стоял напротив черного кокона, состоявшего из длинных широких лоскутов.

В этот момент подобный странный предмет все еще напоминал тени, вырывавшиеся откуда-то снизу, однако теперь сам кокон и то, из чего он состоял, напоминало больше черную паутину. Фигуры Нориана рядом не было, из-за чего сразу становилось ясно, что он находился внутри магического сгустка.

Как только наступила тишина, Агнес равнодушно посмотрела на Меттла и спросила:

— Он жив?

— Да, — парень улыбнулся, — просто без сознания.

— Хорошо. — Преподавательница подняла левую руку и резко, демонстративно, отвела ее в сторону оставшегося на ногах парня. Громогласным криком она объявила: — Победа в первом поединке присуждается левой команде.

Наступила напряженная тишина. Шейн, попытавшийся скрыть улыбку после такого-то быстрого сражения, перевел взгляд на сидевших неподалеку третьекурсников.

Что Цериан, что Вариан оставались спокойными. Они смотрели на ринг, на котором-то и их товарища не было видно, и просто ждали своей очереди.

«Какое, — задумался Шейн, — поразительное хладнокровие».

Внезапно Агнес обернулась. Взглянув на группу учеников, сидевшую на зрительских рядах, она решительно произнесла:

— Следующие участники, спускайтесь.

Лестрина сглотнула. Она знала, что по распределению следующими участниками должны были стать она и Вариан. Пусть совсем слабой себя девушка и не считала, но, зная способности всех окружавших ее в этот момент людей, она даже не сомневалась собственном поражении.

Чтобы хоть немного успокоиться, Лестрина сделала глубокий вдох. Положив руку на свою грудь, она, не открывая глаз, поднялась на ноги.

Вместе с ней, почти синхронно, со своего места встал и Вариан. Парень первым вышел в небольшой лестничный проем, который вел к рингу.

В то же время Меттл, наконец-то покончивший со своим сражением, взмахнул правой рукой и развеял собственное заклинание. Его теневые путы начали постепенно исчезать, позволяя увидеть фигуру впавшего в бессознательное состояние юноши.

Меттл инстинктивно подбежал к Нориану и, когда тот начал падать, подхватил его. Он был совсем не против помощи противнику, но воспоминания из прошлого, в котором ему самому в подобной ситуации никто руку так и не протянул, вызывали иронию.

Усмехнувшись, Меттл забросил руку Нориана к себе на плечо и потащил его на трибуны, стараясь не мешать следующей команде противников.

Лестрина и Вариан вышли на ринг. Они остановились друг напротив друга на достаточном расстоянии и замерли в ожидании. Даже из далека становилось заметно, насколько напряженной была девушка. Она стискивала руки в кулаки, держалась как-то зажато и продолжала недовольно хмуриться.

Шейн при виде подобного напряжения, громко закричал с трибуны:

— Лестрина, не переживай. Это удачная возможность показать результаты наших тренировок.

— Ты издеваешься?! — девушка быстро повернула голову в сторону Шейна. — У нас сегодня только первая тренировка была, и все что я успела, это пробежать на поле несколько километров и не умереть!

Латиша задумчиво закивала и ответила:

— Не знаю, как ты, а я считаю, что это успех.

— Соглашусь, — серьезно подтвердил Шейн.

— Вы двое… — Лестрина нахмурилась, мысленно будто уже представляя как вообще подобное можно было использовать. Она ведь не стала бы просто бегать по кругу от противника, верно?

— Наговорилась? — раздался недовольный голос спереди. Вариан, явно потерявший последние капли терпения, сощурился. — Давай закончим это быстро.

— Я бы предпочла, — Лестрина повернула голову в сторону юноши, — совсем ничего не начинать.

— Противникам приготовиться! — громко закричала Агнес. Женщина, высоко протянув руку к потолку, окинула взглядом обоих учеников и резко взмахнула. — Начали!

На ринге одновременно засияли два магических круга: зеленый и темно-синий. В этом типичном для любого мага сражении одновременная активация заклинаний могла вылиться лишь в несколько исходов. Первым исходом был тот, при котором побеждал быстрейший. Вторым был тот, при котором выигрывал маг с сильнейшей взрывной мощью. По крайней мере, так думала сама Лестрина.

Мысленно уже ухватившись за скорость, девушка выбрала наиболее простое заклинание. Перед ее ладонью в считанные секунды появился и возрос поток воздуха, напоминавший собой вращающуюся сферу. Эта сфера, вобрав в себя наибольшее количество магических частиц, находившихся в округе, быстро сорвалась с места и полетела к противнику.

Варион, в отличие от Лестрины, не спешил. Даже при виде почти завершенного заклинания девушки он не сдвинулся, а уж когда магический шар полетел в его сторону, он просто отступил вправо и позволил ему промчаться мимо. При этом темно-синий магический круг под ногами парня не исчез и, более того, засиял только ярче.

Лестрина в ужасе замерла. Обычно создание заклинания в движении требовало намного больше концентрации. Для нее самой подобное было практически невозможно, и потому, когда противник так легко смог увернуться от ее единственной атаки, она поняла, что ошиблась.

Инстинктивно девушка вновь активировала заклинание, но это было бесполезно. Она понимала, что не успела бы ни атаковать, ни нормально защититься.

Тотчас на земле вокруг нее, словно настоящее лассо, начала появляться темно-синяя окружность. Этот насыщенный темный цвет, сразу подсказал, что заклинание уже почти было завершено.

Девушка развернулась и попыталась выбраться из этого странного круга, но, стоило ей сделать первый шаг, как под ее ногами зажглось пламя. Необычный темно-синий огонь быстро охватил ее ступни и, поднявшись до талии, а от нее до макушки, полностью обвил ее фигуру.

Лестрина взвизгнула от боли и быстро рухнула на колени. Из-за все возраставшего сияния со зрительских рядов все сложнее было понять, что же с ней происходило.

Не было ясно даже то, можно было ли считать этот поединок завершенным. Ответ на этот вопрос нашелся быстро.

Следом за огнем появились и сильные потоки ветра. Они, прорываясь будто из самого центра пламени, подхватили с собой весь этот огонь и понесли его прочь, как можно дальше от всех.

На ринге осталось лишь двое: Варион, с легким удивлением наблюдавший за противником, и Лестрина, с трудом сидевшая на коленях.

Девушка выглядела неважно: ее ранее длинные золотистые кудри оказались обожжены практически до самой головы, кожа местами была не то черной, не то синей, хотя на ней не было сильных ожогов, какие возникали после атаки обычным пламенем. При этом часть ее одежды была обожжена настолько, что лишь грудь, частично спина, поясница и ягодицы оказались хоть как-то прикрыты.

Придерживая остатки одежды на себе, Лестрина попыталась приподняться. Все ее тело дрожало от боли и усталости, кожу еще будто обжигало необычным пламенем, которое, вроде бы, ее не уничтожало, но доставляло невероятную внутреннюю боль.

— Еще… — Лестрина поднялась с колен и, склонившись куда-то вправо, выпрямилась. — Не…

Девушка не выдержала. Колени вновь подкосились, а сознание, довольно давно потерявшее связь с реальностью, погрузилось в сон. Она начала падать вперед, и так бы и упала, если бы в тот момент к ней не подбежал Меттл.

Подхватив Лестрину на руки, юноша недовольно обернулся к ее противнику и серьезно заявил:

— Ты испортил ей прическу. Как не красиво.

Варион ничего не ответил. Он удивился, хотя и сам не понял из-за чего. Возможно потому, что его атаку смогли прервать, хотя по изначальной задумке такого не должно было быть. А, возможно, и потому, что Лестрина не сдалась и попыталась продолжить сражение даже после столь сильного истощения.

В то же время Шейн, сидевший на зрительских рядах, размышлял:

«У нее не было физических повреждений. Ссадины не в счет. От огня она явно должна была получить куда больше травмы, но вместо этого она просто выдохлась. Будто… Из нее высосали все силы».

— Победитель! — громко вскрикнула Агнес, высоко поднимая руку над головой. — Правая команда! Следующую пару соперников я попрошу спуститься!

Шейн глубоко вздохнул. Он уже был готов к своему сражению морально, и на самом деле его даже не волновало то, что он мог проиграть в нем. В подобной ситуации куда важнее было то, что он мог оценить способности противника, и, возможно, сами противники оценивали эту ситуацию с той же позиции.

Выйдя на узкую лестницу, ведущую вниз, Шейн спокойно, ступень за ступенью, начал спускаться к рингу. Он слышал, как следом за ним по той же лестнице шел его противник, Цериан, и никак не реагировал на него.

Как только оба парня спустились и разошлись по своим местам, они наконец-то посмотрели друг на друга. И все-таки Шейну было непривычно находиться рядом с человеком, оттенок кожи которого был столь темным. Не потому, что ему это не нравилось или его это хоть как-то отталкивало, а потому, что в том окружении, в котором он жил, подобного просто не было.

В то же время самому Цериану казался странным серебристый оттенок волос и насыщенный желтый цвет глаз. Место, в котором он родился и вырос, кожа, волосы и даже глаза у всех были темных оттенков.

— Противники готовы? — прозвучал голос Агнес, окинувшей задумчивым взглядом обоих парней.

Что Шейн, что Цериан кивнули. Они смотрели в глаза друг друга серьезно, почти не моргая и уж тем более не отвлекаясь от происходящего.

— Тогда, — вновь заговорила Агнес, — начали.

Магические круги появились под ногами парней мгновенно. Вместе с этим также быстро появилась и их магия.

Весь ринг, в считанные секунды разрубило по полам одной длинной ледяной стеной. Тотчас атака из летящих металлических копий врезалась в эту стену и точечно начала разбивать ее на части.

Цериан, почувствовавший опасность, резко развернулся. Позади себя он увидел фигуру Шейна, который возник словно из пустоты. Щелкнув пальцами правой руки, Шейн активировал два магических круга и бушующий снежный поток, напоминавший пургу.

Леденящий душу холод, смешанный с потоками снега и ветра врезался прямо в Цериана и начал подталкивать его назад. Довольно быстро руки парня стали покрываться ледяной коркой, которая не только сковывала движения, но и вызывала сильнейшую боль.

Цериан, плотно стиснув зубы, топнул ногой. От этого удара по земле три магических круга внезапно переместились из-под фигура владельца стихии к фигуре его противника.

Чувство самосохранения забило тревогу. Шейн инстинктивно подпрыгнул и активировал ледяную стену прямо под собой, и в тот же миг из черного магического круга Цериана появились металлические шипы, которые своим острием без труда сумели пробить ледяную стену. Эти широкие, достигавшие двухметровой высоты, шипы, увеличивались с каждой секундой.

Шейн, осознавая, что это атаку ему не остановить, быстро оттолкнулся от остатков собственной стены и отпрыгнул в сторону так далеко, как только смог.

Из того положения, в котором он падал, приземлится на ноги было просто невозможно, поэтому, перевернувшись в воздухе, Шейн сначала спрыгнул на руки, затем, резко опустив ноги, наконец-то смог нормально подняться и выпрямиться.

Следующая атака противника не заставила себя ждать. Цериан подбежал к Шейну так быстро, что тот не заметил этого. Все стало ясно лишь тогда, когда прозвучали скрежет и лязг.

Шейн, услышав эти звуки, быстро поднял взгляд и увидел направленный в его лицо плотно сжатый кулак. Инстинктивно вместо отражения атаки он отступил, и оказался прав.

Кулак Цериана, охваченный металлической магией, был настолько крепким и тяжелым, что от одного удара обо что бы то ни было, он мог легко все разрушить.

Шейн вновь отскочил назад, осознавая, что он просто не успеет создать достаточно плотную магическую стену за такой короткий срок, и, пока Цериан вновь замахивался своей довольно тяжелой громоздкой рукой, он внезапно поднял правую ногу.

Решительный замах пришелся прямо по подбородку противника, который подобного поворота явно не ожидал. Пока Цериан, запрокинув голову, еще пытался прийти в себя, Шейн схватился за его протянутую руку. Чуть опустив ногу, он пнул противника в грудь, а рукой тем временем активировал замораживающую магию, которая могла бы превратить всю конечность в сплошной кусок льда.

От такого пинка Цериана развернуло полубоком, а замороженная рука окончательно перестала нормально двигаться. При этом еще после предыдущего удара по челюсти голова парня оказалась запрокинута назад.

В такой ситуации, казалось бы, сделать что-то было сложно. Не было условий для разворота или нормальной атаки из-за близкого нахождения противника, но последнее Цериана будто совсем не волновало.

Внезапно Шейн ощутил опасность. Сначала прозвучал скрип, а следом уже знакомые ему тройные магические круги возникли под ним и расширились до пределов самого ринга, что обозначало отсутствие возможности куда-то бежать.

Шейн среагировал инстинктивно. Правой рукой он схватился за плечо Цериана и внезапно активировал магию, совсем непохожую на ту, какой он пользовался ранее. Несколько светло-голубых магических кругов, связанных с элементом воды, своим сиянием начали заглушать черный блеск от магии противника.

Шейн, сконцентрировавшийся на Цериане, внезапно активировал магию управления воды в теле. Подобная атака вызывала ужасную боль, ведь фактически, с ее помощью ты мог развернуть в нужном тебе направлении любую жидкость в организме. Это было больше похоже на пытку, которой ты вынуждал противника подчиниться.

Со стороны это не было заметно, но от резкой боли Цериана передернуло. Парень опустил голову, плотно стиснул зубы и посмотрел в глаза Шейна так яростно, будто он был готов его убить. Изо всех сил продолжая контролировать ману, Цериан активировал магию шипов, которые быстро, почти друг за другом, начали появляться на всей поверхности ринга.

Шейн стоял у самого края ринга, и был готов в любой момент отпустить Цериана, только бы выскочить из-под радиуса действия атаки, однако, как будто на зло, черные магические круги внезапно разрослись настолько, что охватили собой весь зал, все ринги и площадки, расположенные внизу. Неохваченными оказались только зрительские ряды.

В то же время возле входа в зал внезапно появилась посторонняя женская фигура. Девушка, совершенно непричастная к происходящему, спокойно прошла в помещение и направилась в сторону ринга с участниками поединка.

Агнес, Шейн, сам Цериан и зрители замерли в ужасе. Уже активированная магия быстро распространялась по всему залу, и, словно уничтожающий все на своем пути ледокол, начала крушить и сметать все, с чем она встречалась.

Шейн, смотря на приближавшуюся знакомую фигуру, думал лишь об одном:

«Не успею».

Внезапно потоки металлических игл окружили и будто накрыли собой Шейна и Цериана. Следом за этим грозная атака потянулась в сторону входа и, приблизившись к девушке, вплотную возвысилась перед ее глазами, словно непроходимая стена.

Кара, прибывшая на тренировочную площадку, при виде этих игл отреагировала инстинктивно. Даже не поднимая рук, она активировала земляную магию и создала с ее помощью защитные стены перед собой и под собой.

Сияние ее магических кругов было столь ярким, что даже на расстоянии по потолку можно было заметить, что в той части зала что-то происходило.

Платформы, созданные Карой, пусть и были явно земляными, но внутри себя будто имели что-то еще более крепкое. То, что не позволило даже металлу пробить их. Кару просто подтолкнуло вверх вместе с платформой.

Немного покачнувшись, но не потеряв равновесия, девушка выпрямилась. Она оказалась над уровнем всех высоких игл, покрывших собой зал. Быстро окинув взглядом изуродованное помещение, и, никак на это не отреагировав, Кара махнула рукой вперед, и тотчас ее земляная тропа начала продолжаться и тянуться прямо поверх игл. Словно шагая по подиуму, она направилась дальше, будто бы ничего и не произошло.

Латиша при виде подобного отражения атаки удивленно замерла. Она видела спокойствие в глазах этой девушки, видела с какой грациозностью она продолжила идти по созданной ею же дорожке, и не могла выразить своих эмоций.

«Ей, — размышляла Латиша, — не потребовалось больше секунды на блокировку такой сильной атаки. Если не ошибаюсь, она одна из тех, кто вместе с Шейном перешел в «А» класс».

В то же время на другой части стадиона, в месте, где находились Шейн и Цериан, температура была чересчур низкой. Крупные металлические иглы, будто выросшие повсюду, на большей части ринга оказались охвачены льдом. Со стороны казалось, что полупрозрачный покров был только поверх объектов, но вскоре стало ясно, что это было не так.

Подняв правую ногу, Шейн резко пнул ею иглы, находившиеся перед его глазами, и тем самым пробил себе путь вперёд. Некогда крепкое металлическое ограждение из-за высшей магии льда оказалось разломано на мелкие ледяные осколки.

Магия подобного уровня, когда любые объекты можно было превратить в хрупкий лед, была доступна далеко не всем. Она требовала больших затрат маны, и, как факт, наносила урон самому владельцу стихии.

— Ты издеваешься? — Шейн резко развернулся лицом к Цериану, и гневно посмотрев на него, взмахнул руками. — Какой идиот будет использовать атаки массового поражения на тренировочном поединке?

Цериан не отвечал. Сидя на земле, он лишь снизу вверх смотрел на Шейна и оценивал его внешний вид.

После использование столь мощного заклинания тело Шейна было покрыто тот тут, то там инеем и частичками льда. Даже кончики его волос на голове казались замороженными, что уже было говорить об одежде. Парень был бледен, его всего трясло от холода, что для самого Шейна уже давно было самым непривычным чувством.

— Я же знал, — заговорил Цериан, отталкиваясь от пола и плавно поднимаясь на ноги, — что ты сможешь защититься.

— А что насчет нее? — Шейн жестом указал куда-то в сторону Кары. — Если бы она не смогла?

— Она не входила в расчет. Здесь не должно было быть никого.

Шейн нахмурился. Ответ Цериана был моментальным и решительным. Настолько, что не оставалось сомнений в том, что все произошедшее было тщательно продумано.

«Они настолько проработали свой план? — размышлял Шейн. — Зачем?»

В то же время Кара, наконец-то добравшаяся до желанного человека, остановилась. Ее взгляд поднялся через множество зрительских рядов на преподавательницу Агнес, которая в этот момент уже успела забраться на трибуны к зрителям.

— Учитель Абероли, — равнодушно заговорила девушка, — вы скоро освободитесь?

Удивленные ученики, которые не сразу заметили перемещение Агнес, оглянулись. Преподавательница сидела не просто на зрительских рядах, а на самом высоком из них, позади спин других.

Латиша удивленно взглянувшая сначала на Агнес, а затем снова на Кару, отметила, что последняя была одета в спортивную форму. При этом она не выглядела уставшей или запыхавшейся, следовательно, ей еще только предстояло начать тренировку.

Задумчиво поджав губы, Латиша спросила себя:

«Они вместе тренируются?»

— Уже освободилась. — Агнес устало вздохнула и поднялась на ноги.

Со зрительских рядов было хорошо видно, во что превратилась вся спортивная площадка. Иглы, достигавшие примерно двух или двух с половиной метров, покрывали собой весь зал.

Со зрительских рядов также были видны и фигуры обоих парней, задумчиво смотревших в сторону преподавателя и явно ожидавших вынесения какого-то вердикта.

— Так как последняя атака была массовой, — заговорила Агнес, задумчиво осматривая парней, — и она чуть не задела непричастное к бою лицо, поединок считается приостановленным.

— А победитель? — спокойно спросил Шейн.

Женщина нахмурилась. Она взглянула в глаза парня и не увидела в них явное желание победить, правда, в них точно было желание расставить все на свои места.

«Если объявлю Шейна сильнейшим, — размышляла Агнес, — его выведут в претенденты на перевод в другой класс. Готов ли он к подобному?»

Агнес приподняла взгляд, задумчиво склонила голову влево и не спеша направилась к лестнице, ведущей вниз. Пока она спускалась, а все молча ожидали ее ответа, женщина размышляла:

«Вряд ли. Он даже в «А» классе умудряется нажить себе врагов, а если ему дадут в руки власть, которой обладают все особые ученики, проблем будет только больше».

— Его нет, — все же ответила женщина, остановившись на одной из ступеней. Просунув руки в карманы своих черных брюк, она пожала плечами и равнодушно добавила: — Хотите выявить победителя, уж дождитесь всеобщего испытания. Уверена, там вы сможете проявить себя во всей красе.

15. Так хочется перемен

Сделав последний короткий шаг вперед, Цериан остановился. В ночной темноте, лишь благодаря лунному свету его силуэт был хоть сколько-нибудь заметен. Не спеша развернувшись и, приподняв голову, юноша с несказанной радостью в глазах спросил:

— Что скажете?

Стоявшие рядом с ним Вариан и Нориан переглянулись. Оба брата от одной только этой довольной интонации товарища усмехнулись.

— Это было не бесполезно, — вынужденно отвечал Вариан. — Скорее наоборот.

— Соглашусь. — Нориан, пожав плечами, устало вздохнул. — Обычно моя молния может пробить что угодно, но я никогда не сталкивался с теневым магом. Не думал, что он сможет меня одолеть.

Услышав эти слова брата, Вариан слегка опустил голову. Его задумчивый, заинтересованный взгляд, устремился в землю.

— Я тоже, — тихо заговорил он, — теперь понял, что мое пламя поглощения можно развеять.

— Как ей это удалось? — сразу же задумался Нориан.

— Не знаю. — Вариан поднял голову и как-то инстинктивно посмотрел на стоявшего напротив Цериана. Пока этот его самоуверенный товарищ улыбался, сам юноша, все еще увлеченный мыслями о поединке с Лестриной, продолжал: — Мне сначала показалось, что она инман, но, кажется, она была экманом.

— То есть, — спрашивал Нориан, — она собрала ману внутри себя и выпустила ее?

— Да. Поэтому сам ее ветер оказался внутри моего пламени, и, как защитная стена, подхватил его.

Цериан все молчал и улыбался. Ему было приятно наблюдать за тем, как его товарищи активно размышляли о своих прошедших поединках. Вспоминая прошлое, в котором оба брата пытались лишь спокойно жить и не влезать в передряги, в их настоящем, он видел конкретные перемены.

— Это была твоя новая атака? — с интересом спросил Цериан.

— Да. — Вариан уверенно кивнул. На мгновение в его взгляде даже можно было прочитать гордость. — Хорошо, что при первом же ее тестировании я столкнулся с магом, который смог ее развеять.

— Соглашусь. — Нориан начал насмешливо улыбаться и, потирая подбородок, искоса посматривать на брата. — Если бы подобное произошло во время настоящего поединка, ты бы проиграл.

— Вот поэтому, — приподняв правую руку Цериан крепко сжал ее в кулак, — мы и должны продолжать сражаться с сильными противниками. Чем больше магов мы испытаем, тем сильнее станем сами.

Оба парня, услышавшие это, уверенно кивнули. Они посмотрели на Цериана так, как посмотрели бы на своего предводителя любые воины. Та решимость, с которой к ним обращались, не оставляла иного выбора, кроме как согласиться.

— Как думаешь, — неожиданно заговорил Вариан, с улыбкой отводя взгляд, — они нас уже ненавидят?

Цериан знал, что этот вопрос был обращен именно к нему. Все-таки основная причина, по которой они вообще решили напасть на Шейна и его товарищей в этот день, заключалась лишь в их любопытстве и желании проверить силы новенького, о котором все судачили.

— Ха, возможно, — Цериан пожал плечами и улыбнулся так коварно, как это сделал бы любой хитрый лис, — но, когда нас это останавливало? Чем больше нас ненавидят, тем больше видят в нас соперников, а нам только это и нужно.

Братья недовольно переглянулись. Их брови даже одновременно приподнялись, будто бы пытаясь внешне, без лишних слов, выразить их недовольство.

— У тебя всегда были безумные идеи. — Вариан устало покачал головой. — С самого первого курса только и делал, что наживал себе неприятности.

— Хорошо, что мы уже не первый курс, — Нориан склонил голову влево и, застонав, закрыл глаза, — потому что раньше нас из-за его выходок постоянно гоняли старшие.

Цериан при виде этой реакции на его слова, машинально поставил руки на бока и громко рассмеялся. Его звонкий отчетливый голос разнесся по улице, достигая даже стоявших неподалеку корпусов.

Братья, переглянувшись, хором пробормотали:

— Еще и смеется.

* * *
Тем временем, возвращаясь таким же не спешным шагом в свое общежитие, Меттл Талок прокручивал в голове недавнее сражение. Произошедшее настолько волновало его душу, что он просто не мог скрыть своей счастливой улыбки.

Впереди показалось невысокое трёхэтажное здание, являвшееся тем самым общежитием, в которое он направлялся. Чтобы зайти внутрь, нужно было обойти его с обратной стороны, что Меттл и собирался сделать. Однако, только-только он успел свернуть за угол, как увидел напротив себя компанию ожидавших его учеников.

— Меттл, — прозвучал мужской голос неподалёку, — узнал что-то?

Меттл усмехнулся. На самом деле он уже догадывался, что его будут ожидать после подобного сражения с третьегодками. Все ученики, находившиеся перед ним, были хорошо ему знакомы. Девушки, как и мужчины, сплошь были со второго курса, и все знали Меттла лично.

— Даже больше, чем узнал. — Зловещая улыбка появилась на губах отвечавшего парня. — Мне посчастливилось сразиться с нашей троицей сильнейших.

— Правда-правда? — спрашивал возвышенный, будто мальчишечий голос. Невысокий юноша с короткими светлыми кудрями, высоко протянул руку вверх, будто привлекая к себе внимание. Говоривший выглядел необычно по сравнению с его сверстниками, стоявшими рядом: большие голубые глаза, невинное детское выражение лица и при всем этом счастливая широкая улыбка. — Они стали сильнее?

— Еще бы не стали. — Меттл усмехнулся. Он старался сдерживать свое отвращение по отношению к третьему курсу, но воспоминания не давали ему покоя. — Вон как стараются.

— То есть, — загадочный женский голос раздался из толпы, — наши шансы на победу в этом году…

Меттл посмотрел на говорившую девушку и довольно улыбнулся. В ее взгляде и по ее интонации он сразу понял, что она хотела, чтобы он закончил эту фразу за нее.

— Есть, — уверенно ответил Меттл. — Они стали сильнее, но они не избавились от своих прошлых слабостей. Этим мы и воспользуемся для того, чтобы отомстить им.

— Хо… — прозвучал еще один женский голос. Девушка, спиной прислоняясь к зданию, загадочно поглядывала куда-то вперед. — Такая самоуверенность.

Меттл понимал к чему это было сказано. Все-таки так называемая троица сильнейших, состоявшая из Цериана, Нориана и Вариана, была действительно опасной. Конечно, подобное прозвище официально никто им не выдавал, да и другие курсы не называли их так, просто те, кого особенно сильно задели эти трое в прошлом, между собой обозначали их так, чтобы не называть конкретные имена.

— В прошлом году, — Меттл серьезно посмотрел в глаза товарищей, — мы проиграли только из-за того, что они взяли нас числом. Что касается этого года, то у них нет преимуществ. Мы раздавим их и покажем на что способны. В этом году второй курс обязательно себя проявит. Мы макнем в грязь и первый и третий курсы.

* * *
Наступило утро. После предыдущего, довольно волнительного дня, Шейн проснулся неохотно. Он пропустил утреннюю тренировку и даже хотел уже было остаться в кровати на весь день. Единственное, что его остановило от подобного решения — это его сосед.

Дрэго, проснувшийся почти на рассвете, все мельтешил в комнате и не давал спать. Благодаря своим развитым чувствам Шейн отчетливо слышал каждый его вздох и шаг. Конечно, это не особо мешало ему, но сами мысли по поводу того, что его сосед так активно собирался на учебу, давили на совесть.

Устало зевнув, Шейн приподнялся на локтях и посмотрел вперед. Его одежда висела прямо на спинке кровати. Будучи усталым прошлой ночью, он даже не стал куда-либо ее убирать.

«Мне больше не снятся сны о прошлом, — подумал Шейн, устало потирая глаза левой рукой. — Более того, я уже даже не помню, как выглядел раньше. Какого оттенка были мои волосы? Какое было телосложение? Не так давно мне было тяжело вспоминать внешность тех, кто знал Эрскина и контактировал с ним, но теперь я и себя не могу вспомнить, да?»

— Ты встаешь? — прозвучал голос где-то неподалеку.

Услышав его, Шейн на мгновение прервал раздумья, повернул голову и посмотрел на стоявшего рядом Дрэго. Ожидавший ответа сосед уже был одет, только не в типичную школьную форму, а, скорее в спортивную.

Шейн кивнул и, почти сразу, отбросив от себя одеяло, начал подниматься. Лишь теперь, когда он увидел во что был одет Дрэго, ему вспомнилось то, что первым занятием сегодня была физическая подготовка.

«Может быть, — продолжал размышлять парень, подхватывая одежду с края кровати и относя ее к шкафу, — Эрскин, Айша и весь их мир были лишь сном? Может быть, я на самом деле всегда был Шейном, просто в какой-то момент Моржана повредила мне голову столь сильно, что все это мне просто привиделось?»

Быстро переодевшись и, мысленно подготовившись к новому дню, Шейн направился на выход. Вместе с ним пошел и Дрэго, отчего-то ожидавший его все это время и не спешивший идти в одиночку.

Как только оба парня вышли в общую комнату, они увидели, что дверь соседней спальни отворилась. Из нее, друг за другом вывалилось двое юношей: Велас и Ной.

Оба парня, явно выбежавшие из комнаты, рухнули прямо на пороге. Сначала запнулся один, а потом об него уже перевернулся и второй. Так, выкатившись в зал, оба удивленных юноши резко подняли головы и посмотрели на стоявших неподалеку Дрэго и Шейна. В глазах одних был виден неподдельный страх, в глазах других удивление.

Понять, что же делали Велас и Ной в своей спальне, и почему они так быстро пытались из нее убежать, оказалось довольно сложной задачей. Ни Шейн, ни Дрэго не особо хотели в этом всем разбираться.

Внезапно раздался взрыв. Из спальни Веласа и Ноя повалил густой черный дым. Отвратительный горелый запах начал разноситься по всему номеру.

Шейн и Дрэго нахмурились. Они все продолжали смотреть на эту странную парочку с одинаковым непониманием. Внезапно, секунду спустя, оба они развернулись и зашагали дальше, намеренно делая вид, будто ничего странного в их присутствии не происходит.

Велас и Ной проводили их перепуганными взглядами прямо до дверей и, дождавшись, пока они совсем не покинут комнату, быстро вскочили на ноги. Лишь теперь, когда самые страшные соседи в мире ушли, они бросились в свою спальню на тушение пожара.

Шейн и Дрэго, все быстрее отдалялись от комнаты. Внешне они старались делать вид, будто бы ничего не произошло, но противный запах уже распространялся по всему коридору.

— Слушай, — заговорил Дрэго, внешне сохраняя хладнокровие, — а если они весь номер сожгут?

— Надеюсь, их тогда в карцер переселят.

— Согласен.

* * *
— Я уже говорил на первом занятии, — громкий мужской голос разносился практически по всему стадиону, — что после первых недель подготовки мы проведем для вас очередное оценивание.

Эрскью Даррагер — преподаватель по физической подготовке, стоял на тренировочной площадке прямо напротив группы учеников. Этот высокий, широкоплечий мужчина с явно выделявшейся крепкой мускулатурой, как всегда, говорил бодро и оптимистично.

Все студенты, взгляды которых были обращены на него, сидели на своеобразных трибунах и с усталыми сонными лицами слушали слова своего учителя.

— Подобного рода оценивания физических показателей, — продолжал говорить Даррагер, — будут проходить у нас с вами раз в месяц. Это значит, что ровно в этот же день следующего месяца мы снова соберемся на этой площадке и проверим ваши показатели.

Шейн, сидевший на первом ряду, был одним из тех, кто выглядел подавлено. Возможно, из-за того, что его жизнь в последнее время была слишком однообразной, он чувствовал необходимость выбраться куда-то, сделать что-то новое, но как можно было это сделать, будучи запертым учеником академии?

— Жарко, — усталые женские вздохи прозвучали из-за спины, — слишком жарко.

— Да? — переспрашивал второй голос. — Мне, вроде бы, нормально.

— Это потому, что ты водный маг, а я огненный.

— Точно. Вы же плохо переносите подобную погоду.

Тем временем голос Даррагера продолжал звонко вещать на весь стадион:

— Оценка довольно проста. Вы видите этот манекен?

Наступила тишина. Вопрос Даррагера вывел всех присутствующих из состояния глубокого размышления. Наконец-то все внимание оказалось прикованным к действиям преподавателя.

Даррагер, приподняв руку, жестом указал на черный манекен, стоявший неподалеку от него. Со стороны казалось, что этот манекен был деревянным, ведь у него была довольно прочная основа, но при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что материал, из которого был сделан этот объект, обычным не был.

— Он довольно крепкий, уверяю, — Даррагер насмешливо улыбнулся, — при этом он еще и заколдован на то, чтобы определять в баллах уровень физического воздействия на него.

Внезапно мужчина развернулся лицом к манекену, подошел ближе и, подняв плотно сжатый кулак, замахнулся им. Прозвучал громкий стук, напоминавший разбивание яйца, правда, ни щепки, ни кровь в стороны не полетели.

Даррагер, отстранившись от манекена, приподнял свою руку и указал ею на ударенный им недавно объект. Кисть его руки была красной от силы удара, но не более. При этом на самом манекене не было и царапины.

Внезапно темно-синее сияние появилось на земле прямо под торчавшим из земли манекеном. Это сияние обхватило собой весь объект и в тот же миг, прямо над ним, начали вырисовываться очертания цифр. Одна, две, три, четыре единицы появились над макушкой манекена, образуя собой одно складное число: «1111».

Даррагер вновь махнул в сторону этого объекта и продолжил говорить:

— То есть, если вы ударите его, он покажет, насколько вы сильны. — При виде этого числа мужчина усмехнулся. Он перевел взгляд на зрителей и самоуверенно покачал головой. — Ха, это я еще не старался.

Кто-то из толпы сидевших учеников поднял руку и громко спросил:

— Какой показатель считается отличным?

Даррагер задумался. Приподняв руку и, погладив ею собственный подбородок, он с сомнением ответил:

— Скажем так, при ударе на тысячу очков человек способен всмятку разбить чужую голову. Вот от этого плясать и будем.

Вскоре началась оценка. Ученики друг за другом, вызываемые по очереди, стали подниматься со своих мест и направляться прямо к этому пугающему черному манекену. Некоторые боялись, и это было видно сразу. Некоторые опасались за сохранность собственных рук, ведь после удара костяшки могли болеть довольно сильно. Другие же просто хотели сделать все как можно скорее и пойти дальше по своим делам.

Так очередь дошла и до Моржаны. Девушка, приблизившись к манекену, встала в исходную позицию и приготовилась к удару. За ее движениями и действиями наблюдали абсолютно все, все-таки она была довольно известной личностью.

Моржана сосредоточилась. Взглядом четко уставившись в желанную цель она одним резким движением замахнулась кулаком. Ее удар был насколько мощным и молниеносным, что, казалось, будто после подобного ее худощавая женская ручка должна была быть разбитой в кровь.

Тем не менее Моржана спокойно выпрямилась и отстранилась от манекена. И вновь темно-синий свет, вновь начертания одной цифры за другой, вновь над головой манекена количество очков: «532».

— Неплохо, — прозвучал голос Даррагера из-за спины. Мужчина также с интересом наблюдавший за Моржаной, доброжелательно улыбнулся. — Пока что наивысший среди девушек результат, но ты ведь явно стремишься к большему?

Моржана выпрямилась, обернулась и искоса оценивающе посмотрела на преподавателя. К Даррагеру она испытывала некоторое недоверие, как и к любому другому преподавателю-мужчине. Постоянно вспоминая свой печальный опыт с предыдущим наставником по фехтованию, она будто все ждала того момента, когда же Даррагер начнет относиться к ней с пренебрежением.

— Один месяц, — решительно проговорила девушка.

Ничего не понимавший преподаватель спросил:

— Что?

Даррагер смотрел в глаза Моржаны и видел в них блеск. Это было и недовольство, и стремление все изменить. Подобный уверенный взгляд подкупал.

— Этого, — Моржана повернулась всем телом к мужчине, — будет достаточно для того, чтобы стать лучшей во всем классе. Уверяю, за один месяц я смогу.

Даррагер продолжал смотреть в эти пылающие глаза и улыбаться. В отличие от многих других учеников этого класса Моржана была практически единственным человеком, у которого была четкая цель, и ради нее она явно была готова пойти на все.

Усмехнувшись, Даррагер ответил:

— Я запомню.

Моржана лишь кивнула и направилась обратно к своему месту. За ее уверенной величественной походкой наблюдали многие. Даже Шейн смотрел на нее с интересом, и Моржана это знала. Это можно было назвать своеобразной игрой. Она делала что-то выдающееся, и все взгляды сразу обращались к ней. Она притворялась, что ее это не волновало, но в глубине души чувствовала гордость за саму себя.

— Шейн, — прозвучал зов Даррагера, стоявшего на прежнем месте.

Парень сразу все понял. Поднявшись с сидения, он медленным ровным шагом вышел на поле и приблизился к Даррагеру.

Преподаватель окинул его внешний вид изучающим взглядом и подметил насколько Шейн был похож на собственную сестру. Не только оттенок волос, даже некоторые черты его лица были в точности похожи на внешность Моржаны. Одно у них было совершенно разным: в глазах Моржаны был виден блеск, а в глазах Шейна нет. У него уж точно не было ни целей, ни стремлений.

— Я рассчитываю на тебя, — уверенно заявил Даррагер.

— Не стоит. — Шейн подошел к манекену и встал ровно напротив него. — Я и сам не знаю, насколько потяну.

Мужчина удивился. Обычно любой человек мог хотя бы немного оценивать свои возможности. Очень редки бывали случаи, когда кто-либо не догадывался о своих силах, но, намного чаще случалось так, что человек говорил, что он ничего не знает, но на самом деле он просто набивал себе цену.

— Ты не можешь сказать, — настороженно спросил Даррагер, — способен ли разбить человеческую голову одним ударом?

Шейн посмотрел на своего недоверчивого преподавателя равнодушно. Столь же равнодушно и ответил:

— На головах не тренировался, поэтому не скажу.

Этот его ответ слышали все, и от того каждый молчал. Подобные самоуверенные слова звучали поразительно.

Усмехнувшись, Даррагер попытался сдержать порывы смеха. Он прикрыл лицо левой рукой, правой махнул, и тем самым позволил начать оценивание.

Шейн сразу встал в исходную позицию. Отчего-то он чувствовал себя уверенно. Он знал, что от плохого результата не потерял бы многого, но ему действительно казалась интересной возможность испытать себя. Так, замахнувшись кулаком, он стремительно нанес удар по голове манекена.

Вместе с ударом раздался и грохот. Это был уже не просто хлопок, стук или нечто подобное. Это было похоже на попытку пробить стену чем-нибудь крупным и тяжелым.

Под ногами появился синий свет, а над головой манекена четкое число: «2084».

Наступила тишина. Шейн, увидевший свой результат, облегченно выдохнул. Другие же, уставившись на него, замерли в ужасе. В этот момент даже Дрэго, вроде бы, уже успевший привыкнуть к Шейну и его навыкам, удивленно округлил глаза. Тяжело было поверить, что результат парня был практически в два раза выше, чем у самого преподавателя.

— Так, — прозвучал настороженный голос Даррагера, — а вот теперь задета моя гордость.

Мужчина, засучив рукава, прошел вперед и занял прежнее место Шейна перед манекеном. Юноша намеренно отошел в сторону при виде решимости в глазах преподавателя.

Даррагер замахнулся почти со свистом. Он ударил с такой мощью, что даже земля под его ногами начала быстро покрываться трещинами и изгибаться, словно волна. Сияние манекена и магия над ним показали число: «4312».

— Вот! — радостно завопил преподаватель. — Уже лучше. Шейн, хочешь попробовать еще?

Даррагер обернулся, и неожиданно для себя заметил, что Шейн уже направлялся в сторону сидячих мест. Совершенно расслабленным тоном парень спросил:

— Предлагаете устроить соревнование?

— Да, — радостно заявил преподаватель.

— Откажусь.

— Что? — Лицо Даррагера исказилось. Разведя руки в стороны, он растерянно ответил: — В тебе нет никакой амбициозности.

Шейн сел спокойно, даже немного улыбаясь. Вновь прокрутив последние сказанные Даррагером слова, он подумал:

«Забавно слышать про амбициозность в свой адрес. До этого момента я только и пытался, что стать сильнее ради выживания».

Преподаватель устало вздохнул. Понимая, что Шейн уже явно не примет его предложение, мужчина печально произнес:

— Хорошо, следующая, Кара.

Девушка уверенно поднялась со своего места. После столь запоминающейся оценки Шейна зрители с интересом наблюдали за каждым ее движением.

Изящная женская фигура ступала плавно, ее русые длинные волосы, сегодня сплетённые в косу, свисали с ее плеча к груди. При этом сама Кара внешне казалась совершенно естественной, будто бы она совершенно не волновалась.

Добравшись до манекена, Кара остановилась. Вблизи он выглядел еще неприятнее, чем издали, и еще крепче.

Приняв исходное положение на полусогнутых, девушка приподняла руку с плотно сжатым кулаком и уверенно замахнулась им. Ее удар был быстрым, но не столь стремительным, чем три предыдущих. От него был слышен стук, но довольно тихий, не сравнимый с тем же ударом Моржаны.

Сияние под манекеном определило начало оценки. Кара спокойно выпрямилась и опустила руку. Число над макушкой ударенного объекта показало: «192».

— Ну… — Даррагер вяло улыбнулся. — Не сильно плохо, не сильно хорошо. Попытайся уделить больше времени своей физической выносливости, ладно?

Кара нахмурилась. Развернувшись лицом к преподавателю, она с уверенностью и возмущением заявила:

— Магу не нужна физическая выносливость.

— Вот как? — Даррагер усмехнулся. Смотря в эти рассерженные карие глаза, он не мог перестать улыбаться. — Дамы и господа, — мужчина обернулся к остальным ученикам, — скажите, среди вас есть те, кто имел опыт зачистки теневых зон?

Наступила тишина. Все студенты в удивлении и шоке уставились на Даррагера, будто бы он спрашивал что-то совершенно странное и непонятное.

Присутствующие начали быстро переглядываться, явно пытаясь определить тех самых странных личностей, о которых спрашивал преподаватель. Всего в воздух было поднято две руки: Шейна и Дрэго.

Увидев их, Даррагер усмехнулся, будто бы он и не сомневался в том, что кто-то все же найдется. Жестом указав на сидевшего ближе к нему парня, он спросил:

— Дрэго? Как я понимаю, ты был в составе церковной экспедиции.

Это предположение было вполне логичным. Именно церковь довольно часто организовывала и направляла экспедиции внутрь теневых врат. В кругу священников даже существовало звание мага, активно занимающегося зачисткой подобных мест. А так как Даррагеру была известна история Дрэго, сделать выводы оказалось легко.

— Да, но мы не заходили далеко. — Юноша, как и Шейн, сидел в первом ряду. Широко расставив ноги и, устало склоняясь вперед, он отвечал: — Фактически я был просто наблюдателем.

— Тогда, — взгляд Даррагера переместился на другого парня, — Шейн, ответь, зачем магу физическая выносливость?

Шейн молчал. Он инстинктивно посмотрел на Кару, будто бы пытаясь понять, что она испытывала от всей этой ситуации. Девушка выглядела недовольной. Она гневно хмурила брови и сжимала ладони так, будто бы была готова вот-вот вскрикнуть.

— Сами по себе теневые миры разнообразны. — Шейн вновь посмотрел на преподавателя. — Ты не знаешь попадется ли тебе мир льда или огня, или же там, возможно, весь воздух будет отравлен. Но при этом во всех теневых вратах есть ограничения на выход. Ты не можешь выйти быстрее, чем за двенадцать часов с того момента, как вошел.

Даррагер усмехнулся. В отличие от остальных, не понимавших к чему это было сказано, он прекрасно знал зачем нужна была эта предыстория.

— А вот теперь, — заговорил Даррагер, — я верю, что ты уже зачищал подобные места. Только те, кто были внутри врат, знают об ограничении по времени.

— Да, — Шейн уверенно кивнул, — я тоже понял это только тогда, когда оказался там.

— И какого это было? — Уперев руки в бока, заинтересованный мужчина начал приближаться. Казалось, в этот момент он забыл и о зрителях, и о самой Каре. — Страшно? Небось скрывался за спиной опытных магов?

— Я был один.

Вновь наступила тишина. Такие спокойные и уверенные слова Шейна казались странными на фоне того, какой смысл был в них вложен. Тем временем парень продолжал говорить:

— Я попал в теневую зону сразу после побега из семьи. Случайно свалился в ущелье, а там и дверь из неоткуда. Я бы мог ее проигнорировать, но так как больше выходов из ущелья не было, пришлось проверять единственную дорогу.

— То есть, — Даррагер от волнения начал улыбаться, — ты в одиночку отбивался от монстров? Магию какого круга ты использовал?

— Никакого. Тогда я еще не умел колдовать.

Возникла напряженная пауза. Все услышавшие этот ответ в ужасе уставились на Шейна, ведь то, о чем он говорил, было почти немыслимо. В этот момент даже Моржана, ранее намеренно державшаяся в стороне от Шейна, развернулась к нему и удивленно посмотрела на выражение его лица.

Спокойствие, смирение, равнодушие — именно так и выглядел Шейн, вспоминая о тех событиях. Да, может быть, для кого-то подобное и было дикостью, но для человека, пережившего это, все было иначе.

Внезапно возникшую тишину прервал кашель Даррагера. Мужчина, затеявший этот разговор, прикрыл рот кулаком и подумал:

«Я бы хотел еще расспросить его, но меня могут обвинить в распространении неправильных помыслов среди учеников, если я буду с интересом спрашивать о побеге из дома».

Даррагер развернулся и уверенно, смотря на девушку, все еще стоявшую рядом с манекеном, направился в ее сторону. Спокойным голосом он заговорил:

— Кара, отвечая на твои слова, хочу сказать, что маги должны быть сильными. — Мужчина резко остановился и замер. — Подчеркиваю, должны быть, потому что внутри врат ты не знаешь того, что тебя может ждать. Возможно, тебе придется преодолевать неестественные температуры, возможно бегать по кругу от монстров на протяжении нескольких суток. Даже то, насколько мощная у тебя магия, в какой-то степени зависит от твоей выносливости. К примеру, если ты слишком устанешь, ты и одного круга не сможешь создать, я уже не говорю о каком-то нормальном заклинании.

Кара продолжала хмуриться. Блеск бунтарства и недоверия был виден в ее глазах, но по тому, как плотно она стискивала губы, становилось ясно, что она не собиралась опровергать эти слова.

— Поняла, — тихо ответила девушка.

— Садись.

Пока Кара шла к своему месту, Шейн, изучая ее, размышлял:

«И почему она так остро на это реагирует? Черта характера? Нет, тогда бы она разозлилась и в тот раз, когда Цериан чуть ее не заколол. Значит, в этот раз просто была задета больная для нее тема?»

16. Так хочется чего-то

Занятия продолжались. Усталым взглядом смотря куда-то в сторону окна, Шейн все думал и думал о своем. Где-то рядом с ним на других рядах, каждый следующий из которых находился на уровень выше, сидели его одноклассники. В то же время где-то в самом низу, возле длинной черной доски, громко объясняла что-то Агнес Аберон — руководительница «А» класса.

Голос преподавательницы казался спокойным, даже немного мелодичным. При этом за окном стояла теплая, приятная, осенняя погода. В подобной комфортной обстановке, не хотелось даже ничего делать. Поэтому Шейн, устало подпирая голову рукой, размышлял:

«После того занятия по физическому развитию все как-то странно на меня поглядывают. Я понимаю, что моя история вызвала некоторый диссонанс, но не настолько же, чтобы в открытую шептаться предо мной?»

Внезапно на глаза Шейна попалось маленькое летающее черное пятно. Оно промелькнуло прямо перед окнами и, взмыв вверх, приподнялось к потолку.

Вслед за этим небольшим созданием Шейн приподнял голову и посмотрел наверх. Вместе с ним схожее движение выполнили и остальные заскучавшие ученики, а именно те, что сидели на втором ряду от преподавателя и выше.

Что именно привлекло их внимание, стало понятно не сразу. Одна лишь Агнес, бессмысленно объяснявшая тему сегодняшнего урока перед доской, обратила внимание на то, что большая часть аудитории просто не смотрела на нее. Проследив за взглядами других, Агнес приподняла голову и увидела летавшее кругами насекомое.

С женских губ сорвался тяжелый вздох. Теперь-то она осознавала, в чем была причина подобного игнорирования ее слов, и это даже как-то печалило.

Внезапно хлопнув в ладоши, Агнес привлекла внимание аудитории. Ее хлопок в этой длительной тишине показался настолько звонким и резким, что от него все ученики испуганно вздрогнули.

— Ребята, — укоризненно заговорила Агнес, — я, конечно, понимаю, что мне тяжело соревноваться с мухой за ваше внимание, но давайте все-таки вспомним, что для вас в этой аудитории бог — это я.

— Нет, — прозвучал тихий шепот из толпы, — муха.

Недовольная женщина перевела взгляд на источник звука, но из-за большого количества людей в аудитории так и не сумела понять, кто же именно это сказал. Зловещим голосом она спросила у всех:

— Кто-то хотел возразить?

Наступила тишина. Все ученики замолчали и наконец-то стали внимательно слушать. Сама Агнес вздохнула, развернулась к доске и вновь возобновила свое занятие. Оно продолжилось в прежнем неспешном темпе. Многие ученики, слушавшие Агнес, постоянно отвлекались или дремали. Долгая лекция отрицательно сказывалась на всех. То и дело головы на передних рядах резко падали, будто проваливаясь в сон, а затем также резко приподнимались.

Спустя некоторое время, когда занятие наконец-то закончилось, Шейн поднялся на ноги и быстро встал. К этому моменту многие ученики уже начали спускаться вдоль рядов с партами и покидать аудиторию.

Стоило парню только выйти из-за парты, как в тишине помещения прозвучал высокий голос Агнес:

— Как твои отношения с третьим курсом? Хотите вновь сразиться?

Шейн вышел к небольшой лестнице, пролегавшей между рядами, и остановился. Удивленно посмотрев на Агнес, которая задала для него этот вопрос совершенно неожиданно, он ответил:

— Не горю желанием с кем-то сражаться.

— Да? — женщина насмешливо улыбнулась. — А по тебе не скажешь.

Шейн лишь пожал плечами. Просунув руки в карманы, парень, совершенно не носивший с собой ничего на занятия, начал неспешно спускаться по ступеням и параллельно отвечать:

— До недавнего времени единственными, с кем я сражался, были монстры. Для меня есть разница между сражением ради выживания и сражением ради принципов.

— Да уж… — Агнес отвела взгляд в сторону и выдохнула. — При таком сравнении принципы просто ничто.

— Да, жизнь куда важнее.

— То есть, — вновь заговорила Агнес, приподнимая взгляд на лицо Шейна уже даже с толикой интереса, — даже если бы тебя заклеймили преступником, ты бы согласился с этим, если бы так было безопаснее?

— А зачем поднимать лишний шум? — Перешагнув через последнюю ступень, Шейн остановился на одном уровне с Агнес и посмотрел на нее сверху вниз. — Обычно те, кто покушаются на чужое достоинство, только и хотят, что увидеть ответную реакцию. Поэтому в данном случае проще просто промолчать.

— Интересное мнение.

Шейн усмехнулся. То, что Агнес спросила его о личной жизни, даже немного задевало, ведь, в сущности, о ней самой ничего не было известно. Парень, явно собиравшийся вернуть этот должок, спросил:

— А как ваша личная жизнь? Муж, дети?

Лицо Агнес исказилось. Явно не ожидавшая этого женщина широко улыбнулась и спросила в ответ:

— А ты чего это перешел к подобной теме?

— Значит, — Шейн кивнул, — одиноки.

— Я не нуждаюсь в нахлебниках.

— Да-да. — Парень рассмеялся, а Агнес, слушая его голос, продолжила улыбаться. По ее реакции было видно, что этот вопрос ее не задел, но слегка удивил.

Шейн, немного успокоившись, вновь приподнял взгляд и посмотрел прямо в глаза преподавательницы. Они стояли друг напротив друга всего в пяти шагах. Оба молчали, оба будто чего-то ждали.

— Агнес, — заговорил первым Шейн, — могу я еще задать вопрос? Почему вы решили помочь с тренировками Каре?

— А, то дитя? — Агнес усмехнулась. — Мне нравится, что она быстро сообразила.

— О чем вы?

Агнес пожала плечами и посмотрела куда-то в сторону окна. Солнце на улице казалось чересчур ярким, но по желтовато-оранжевому оттенку облаков было ясно, что день уже подходил к концу.

— О том, что поступление в академию — это не конец, — отвечала Агнес, — и, если хочешь выжить здесь, нужно становиться сильнее.

Шейн все еще ничего не понимал. Это было видно по его склоненной влево голове и растерянному взгляду.

— Ты ведь видел терки второго и третьего курсов? — спросила женщина, явно пытаясь помочь во всем разобраться. — Обычно первый курс не вмешивается в них ровно до первого испытания, в котором их обязательно нагибают. А после того, как нагибают, им самим стыдно за то, какие они есть.

Шейн, уже даже не удивлявшийся странному словарному запасу его преподавателя, продолжал ее мысль:

— И тогда все начинают срочно тренироваться.

— Да. Это почти обычай академии.

Шейн задумался и даже как-то инстинктивно приложил руку к подбородку. Вместе с этим наступила тишина.

Агнес, продолжившая наблюдать за ним, широко улыбалась и молчала, будто ожидая дальнейшего шквала вопросов.

— Но я слышал, — Шейн резко выпрямился, — что в прошлом году произошло что-то совсем выходящее из ряда вон.

Агнес кивнула. Она будто только этого вопроса и ожидала. Сложив руки на груди, женщина заговорила:

— Прошлый первый курс совсем не победил. Ни один человек, ни одна команда не набрали ни единого балла за все испытание.

— Почему? — глаза Шейна расширились в удивлении. Вспоминая, сколько всего магов с континента стекались в эту академию, он все удивлялся тому, что ни один первокурсник не смог набрать баллов. И это при том, что Меттл Талок в тот год тоже был первокурсником. — Они были столь слабы?

— Не скажу, что они были бездарями. — Агнес пожала плечами и вновь отвела взгляд куда-то в сторону. — Просто в прошлом году второй и третий курсы решили объединиться против первого. Я не знаю, чем им так не угодил первый курс, не вникала в их разборки, но, кажется, на подобное решение повлияла личная неприязнь.

Шейн молчал. Теперь, зная эту историю, он понимал почему Меттл и Цериан так противостояли друг другу. Понимал, почему Лестрина, как второкурсница, сейчас была так помешана на том, чтобы стать сильнее. Все дело было в их гордости, а также в столкновении на испытании в прошлом году.

— А тебя уже, — неожиданно заговорила Агнес, — кажется, ждут.

Шейн, услышав этот голос, перевел свое внимание на вход в аудиторию. Там, неуверенно выглядывая из-за двери, стояла Латиша. Девушка явно не решалась войти в кабинет и прервать чужой разговор, а от того и ожидала на расстоянии.

— Ты посмотри какая проворная, — продолжала с насмешливой улыбкой Агнес, — знает, когда надо караулить.

— Это вы о чем? — Шейн удивленно посмотрел на женщину, стоявшую напротив.

Агнес опустила руки, выпрямилась, и жестом указала парню в сторону двери, как бы направляя его туда.

— Иди, сегодня хороший день для романтики. Скоро поймешь.

— Знаете, — Шейн иронично улыбнулся и, развернувшись к Агнес боком, сделал уверенный шаг вперед, — в этом мире, как мне кажется, вся романтика заканчивается катаклизмами или, как минимум, геноцидом.

Агнес удивилась. Искоса посмотрев на Шейна, она попыталась понять, шутил он или говорил серьезно, но по его голосу сразу было ясно, что он вовсе не шутил.

— Да, брось. Не приукрашивай.

— Было бы хорошо, если бы я ошибался.

Шейн прощально махнул рукой и спокойно направился на выход. Не улыбаясь, но и нисколько не переживая, он подумал:

«Я был бы рад отсутствию необходимости быть постоянно начеку, но пока что нельзя расслабляться независимо от того, где я и с кем нахожусь».

* * *
На улице все быстрее вечерело. Небо, принимая насыщенные яркие оттенки, будто окрашивало своими оранжево-красными цветами все объекты, находившиеся под ним.

Шейн и Латиша, спокойно возвращаясь по опустошенным после учебных занятий коридорам, разговаривали о чем-то своем. Латиша, как обычно, улыбалась. Шейн же, как обычно, сохранял спокойствие. Так и было вплоть до того момента, как Латиша не задала один очень странный вопрос:

— Шейн, а если бы твоя королева предложила бы тебе стать избранным, ты бы стал?

Услышав эти слова, парень внезапно остановился. Его спокойствие сменилось на удивление и некоторую растерянность во взгляде.

Латиша остановилась быстро, но обернулась к парню не сразу. С легким волнением, но явным интересом смотря на него, она все ждала ответа.

Вспомнив о том, что Латиша и сама была принцессой, Шейн усмехнулся. Если бы он знал, что она спрашивала о каком-то постороннем человеке, его бы этот вопрос не удивил, но так как она фактически спрашивала о том, станет ли он добиваться расположения ее сестры, ответить сразу оказалось сложно.

— Какой провокационный вопрос ты задаешь, — с улыбкой протянул парень, вновь возобновляя шаг.

— Почему? — Латиша не спеша развернулась вслед за Шейном и продолжила быстро идти. Удивление в ее голосе ясно дало понять, что она не понимала причины подобной реакции. — Разве он не нормальный?

— Во-первых, женщинам не стоит такого спрашивать, потому что это больная тема. Во-вторых, все мужчины хотят стать избранными королевы.

— А что насчет тебя?

— А я не мужчина? — Шейн искоса посмотрел на девушку и заметил на ее лице тень сомнения. Его даже поразило то, что Латиша не смогла ответить сразу.

— Мужчина, — девушка, задумчиво смотревшая куда-то в пол, кивнула, — но не как все.

Шейн усмехнулся. Пусть ему и было сложно понять, что же именно имела в виду Латиша, он все же отвечал:

— Я не знаю, чего хочу, поэтому не могу ничего сказать.

Латиша, услышав этот ответ, быстро повернула голову к Шейну. Она посмотрела в его глаза и с явным интересом изучила реакцию на его лице.

Со стороны Шейн казался спокойным. Пусть даже уголки его губ и приподнимались в полуулыбке, не было видно волнения или стеснения.

— Вот как? — Латиша довольно улыбнулась. В ее глазах появился блеск радости и счастья, понять причину которого было сложно.

Глубоко вздохнув, девушка чуть быстрее и бодрее зашагала вперед. Она, чуть ли не в припрыжку, обогнала Шейна и пошла прямо перед ним.

— Чего это ты улыбаешься? — недоверчиво спрашивал Шейн.

— Да, ничего. — Высоко задрав голову, отвечала Латиша. — Просто я рада, что ты не горишь желанием бежать в лапы другой женщины.

«Только поглядите как честно заговорила. — Шейн насмешливо улыбался, но ничего не отвечал. — Всегда ли она была такой?»

Между тем девушка, вышедшая вперед, завела руки за спину и чуть тише заговорила:

— Завтра начинаются выходные.

— Да.

Шейн смотрел на светлую макушку низкой волшебницы как бы сверху. Из-за расстояния он не видел ее лица, но явно чувствовал, что она пыталась на что-то намекнуть.

— Сегодня, — продолжала Латиша, — в городе Атрос устраивают фестиваль в честь завершения жатвы…

— И?

Девушка остановилась. Уверенно развернувшись, слегка склонившись и посмотрев прямо в глаза Шейна она спросила:

— Пошли в город?

«В город? — удивленно повторял про себя парень. — Точно, мы же можем выходить из академии в конце учебной недели. Я даже забыл об этом, потому что внутри академии было все, что мне необходимо, да и в сюжете оригинальной истории главные герои практически не покидали Терру».

— Так, ты не против?

Шейн задумался. Слегка сощурившись и, посмотрев в эти большие, молящие, женские глаза, он натянуто ответил:

— Да… Было бы неплохо развеяться…

Латиша улыбнулась. Даже этого неуверенного ответа ей было достаточно для того, чтобы принять его за согласие. Выражение ее лица просветлело, глаза закрылись, а на щеках от искренней радостной улыбки появились небольшие ямочки.

Одновременно с этим другая девушка, следившая за этой парочкой из-за угла, недовольно скребла когтями по поверхности стены. Пусть даже издали, пусть даже скрытно она старалась каким угодно способом выведать то, что происходило с ее братом. Всякий раз, когда он общался с другими людьми, она старательно запоминала их и намеренно не упускала ни одной детали из виду.

Приблизив ладонь правой руки к губам, Моржана инстинктивно прикусила ноготь. Она хмурилась всякий раз, когда видела, что эти двое разворачивались лицом друг другу, и теперь, когда они замерли на месте и стали о чем-то разговаривать, она была готова буквально с кровью вырвать свой ноготь.

«А не слишком ли часто она липнет к нему? — Моржана сжала челюсти до скрежета. — Из всех, кто его окружает, больше всего времени проводит с ним именно она. Какие у них отношения? Стоит ли мне ее убрать? Каким способом скрыть сражение и избавиться от тела?»

* * *
С приходом ночи и атмосфера в городе оживилась. Улицы Атроса оказались переполнены людьми. Среди тех, кто находился здесь, были как местные, так и приезжие гости.

Множество торговых лавочек, уставленных вдоль широких улиц, расположенные повсюду фонари с магическими сияющими камнями, музыка, смех, танцы на площади — именно такой и была атмосфера в эту ночь.

Шейн, шагая вместе с Латишей по городу, удивленно осматривался. Его привлекали образы местных жителей: открытые легкие одеяния, напоминавшие восточные, яркий женский макияж и нарядные металлические украшения в виде браслетов, серег на ушах и пирсинга, которые носили абсолютно все местные.

«Удивительно, — размышлял Шейн, все оглядываясь и мысленно сравнивая прохожих с жителями королевства Селестины. — Мы вроде бы находимся в соседней империи, но уже так видна разница между всеми нами».

— Ты впервые здесь, да? — прозвучал голос Латиши.

Шейн, опомнившись, опустил голову и повернул ее влево. Его спутница старалась старалась идти с ним вровень, правда, для этого ей приходилось делать несколько шагов, в то время, когда Шейн делал всего один.

— Да, — парень инстинктивно начал замедляться.

— Тогда, — внезапно Латиша выскочила вперед, резко повернулась к Шейну лицом и, раскинув руки, радостно заявила: — Добро пожаловать в единственную на всем континенте империю Асквид!

Глаза Латиши блестели от радости. Лишь теперь Шейну было ясно, что она относилась к тому типу людей, которые искренне радовались в те моменты, когда рассказывали другим о чем-то, что их увлекало и завораживало. Подобная манера поведения отчего-то казалась знакомой.

Шейн лишь кивнул и снова продолжил идти вперед. Вместе с ним пошла и счастливая Латиша. Они оба, обходя различные торговые прилавки, то и дело заглядывались на них. В эту яркую бурную ночь продавались не только украшения или одеяния, здесь были и отдельные палатки с закусками, отдельные стеллажи с оружием, ковры, ткани, книги — казалось, можно было найти все, что пожелаешь.

Прислушиваясь к голосам прохожих, Шейн осознавал, что он довольно хорошо понимал то, о чем они говорили. И это при том, что каждый из них был родом из разных уголков континента, следовательно, все они должны были изъясняться на разных языках.

Вспомнив об этом, Шейн приподнял руку и инстинктивно приложил ее к своему уху. На мочке он нащупал небольшую серьгу-пусет: металлическая шпилька со шляпкой в виде ромба была выдана ему еще в первые дни после поступления. Она, как и женские серьги в виде белоснежных жемчужин, служила переводчиком, который позволял понимать речь окружающих. Следовательно, для того, чтобы окружающими понимали и тебя, они тоже должны были носить такие серьги.

«Без этой штуки, — размышлял Шейн, — я вряд ли бы смог понять то, что они говорят. Если так подумать, то у многих здесь есть подобные переводчики. Это потому, что город расположен на границе?»

Пока Шейн думал, Латиша быстро осматривала округу. Она была так рада тому, что смогла выбраться в город, еще и в такой праздничный день, что буквально не могла стоять на месте. Секунду спустя до нее донесся голос Шейна:

— Еще раз, что это за фестиваль?

— В честь окончания жатвы. — Девушка искоса взглянула на Шейна и улыбнулась. — Год в этом году вышел плодородным, по всей империи с позднего вечера и до самого рассвета проводится празднование в честь этого.

Приподняв голову, Шейн взглянул в небо. Да, из-за глубокой ночи небо само по себе было довольно темным, однако именно сегодня в честь праздника в него запускали летающие фонари. Множество подобных сияющих красно-оранжевых огней сейчас устремлялись к небу и заполняли его собой так, что свет буквально был повсюду.

— Рассвет, — задумчиво заговорил Шейн, — будет через пару часов.

— Считай почти успели.

Парень усмехнулся. Опустив голову и, внезапно приподняв руку, он положил ее на светлую макушку Латиши. Пока девушка прибывала в шоке, он начал трепать ее так, что некоторые бесснежные волосы на ее голове поднялись дыбом.

Шейн слегка наклонился, чтобы оказаться лицом к лицу с девушкой, и с улыбкой произнес:

— Спасибо, что привела меня сюда.

Латиша нахмурилась. Схватив Шейна за руку, она убрала ее от своей головы, опустила и с толикой недовольства в интонации ответила:

— В последнее время ты был слишком загруженным. Даже думать стал медленнее.

— А как ты это поняла?

— По твоим минутным паузам между ответами. Серьезно, надо же немного проветривать голову? Хотя бы иногда.

— Ты права.

Развернувшись, Латиша сделала шаг вперед. Она уже было хотела продолжить прогулку по городу, но неожиданно заметила в толпе знакомые лица. Эта находка ее так удивила, что она замерла на месте.

— Разве, — задумчиво заговорила девушка, — это не те парни, которые тогда…

— Напали на тебя и Веласа? — Шейн подошел к Латише со спины. Из-за ее невысокого роста он прямо из этого положения, прямо над ее головой, мог прекрасно видеть все, что происходило спереди. В толпе он и впрямь заметил Адена, Бевиса и Дакса, гулявших по городу. Парни выглядели безобидно. Как и сама Латиша, они радостно рассматривали товары на прилавках, разговаривали друг с другом о чем-то и громко смеялись.

— Они самые, — равнодушно ответил Шейн. — Хочешь подойти?

Лицо Латиши исказилось. В ее взгляде промелькнуло некоторое недовольство и, возможно, даже ненависть по отношению к тем парням. При этом ее настроение, которое еще недавно было таким веселым, испортилось в одночасье.

— По правде говоря… — нерешительно заговорила девушка. — Нет. Они все еще кажутся мне жуткими, хотя я и понимаю, что они издевались надо мной только из-за приказов других.

Шейн молчал, и это настораживало. Так как Латиша не видела его лица, она не могла понять, что он обо всем этом думал. Поэтому, неуверенно оглянувшись, она посмотрела на него и спросила:

— Ты думаешь, что я неправа и должна их понять?

«Конечно, он так думает, — мысленно продолжала Латиша. — Это ведь женщины заставили их нападать на других. Как парень, он, должно быть, сочувствует им».

Тем временем Шейн, поджав губы, всерьез размышлял над этим вопросом. Осмысливая его не только с точки зрения самой ситуации, но и с точки зрения, можно сказать, пророка или просто зрителя оригинальной истории, он замычал.

— Не обязана, — внезапно ответил Шейн.

Его решительные слова вызвали удивление. Латиша, приподняв голову, взглянула в глаза парня и спросила:

— Что, прости?

— Я говорю, что ты не обязана никого понимать. — Шейн улыбнулся и уверенно посмотрел на растерянную девушку. — Хорошо, когда человек пытается войти в чужое положение, но в нашем случае речь шла о причинении тебе физического вреда.

Латиша все молчала. По ее округленным глазам было понятно, в каком шоке она прибывала. Даже ее приоткрытые губы немного подрагивали, выдавая волнение.

— Тебе же было больно? — спросил Шейн.

Латиша кивнула.

— И страшно?

Она кивнула вновь.

Парень, посмотрев на эту забавную, довольно нетипичную реакцию, с еще более радостным голосом продолжил:

— Тогда можешь плюнуть им в лицо при следующей встрече.

Еще пару секунд Латиша смотрела с непониманием на самоуверенное лицо парня. Затем, отчего-то грустно улыбнувшись, она опустила голову и спросила:

— Шейн, над тобой ведь сестры издевались?

— Немного.

— Ты им тоже в лицо плевал?

— Нет, никогда.

— И не стоит. Женщины злопамятные.

Шейн удивился, но следом и усмехнулся. Приподняв взгляд, он вновь посмотрел на тянувшуюся вдаль улицу и спокойно возобновил шаг.

«Это она меня так предостерегает?»

Латиша улыбнулась. Шейн не мог заметить этого, но от его слов черты ее лица расслабились, и она вновь почувствовала прилив сил.

Приподняв голову, внезапно, Латиша заметила нечто интересное в толпе. Она ускорилась и радостно воскликнула:

— Смотри! Там…

Не успела она пройти и нескольких шагов, как некто, шедший ей навстречу, резко столкнулся с ней плечом, буквально отталкивая в сторону.

Латиша покачнулась, но устояла. Удивленно приподняв взгляд, она посмотрела на незнакомого ей мужчину, который и был тем самым человеком, оттолкнувшим ее.

Предчувствие забило тревогу. Латиша, недоверчиво уставившись в эти залитые яростью мужские глаза, инстинктивно замерла. Она четко чувствовала, исходившую от этого человека ненависть, но не понимала ее причины.

Внезапно со спины подошел Шейн. Он положил руки на женские плечи и зловеще уставился на того же незнакомца.

При виде Шейна лицо мужчины стало чуть сдержаннее. Резко развернувшись, он молча, не произнося ни слова, пошел куда-то дальше и скрылся в толпе. Лишь в самую последнюю секунду Шейн заметил на шее этого незнакомца, торчавшую из-под кофты, необычную татуировку в виде змеи.

— Ты в порядке? — спросил парень.

— Я… Да. — Латиша слегка наклонилась влево и оглянулась, будто бы пытаясь разглядеть уже скрывшегося мужчину среди бродивших то тут, то там людей. — Просто немного удивилась.

Шейн, все еще удерживавший руки на женских плечах, ощутил, как Латиша поежилась. Лишь после этого он осознал, что, возможно, после подобного столкновения у нее могла болеть рука, и потому сразу отпустил ее.

— Этот мужчина, — Латиша приподняла голову и посмотрела на лицо Шейна, стоявшего прямо за ее спиной, — был немного странным.

Парень нахмурился. Осознавая причину подобной реакции и даже испытывая примерно схожее чувство подозрения, он настороженно ответил:

— Не могу не согласиться.

* * *
Пара остановилась на площади, возле небольшой деревянной сцены. На ней, в окружении нескольких танцовщиц, стояла девушка в нарядном ярко-красном платье. Эта незнакомка, разведя руки в стороны, громко и в то же время чарующе пела для зрителей. Ее голос казался столь мелодичным, а эта песня столь успокаивающей, что под нее можно было просто забыться.

— Как красиво она поет… — взволнованно прошептала Латиша, смотря на певицу. Вспомнив о своем спутнике, который стоял справа, девушка быстро приподняла голову и спросила: — Тебе нравится?

Шейн, как обычно, выглядел спокойным. Да, он определенно чувствовал, что эта мелодия была приятной, но уже только по одному его взгляду было видно, что подобное его не волновало.

Услышав тихий голос спутницы, парень опустил голову и посмотрел на нее. Тотчас она с легкой усмешкой ответила:

— Забудь. Ты не ценитель музыки, я поняла.

Шейн лишь пожал плечами. Правда была в том, что его действительно не волновали все эти развлечения в виде танцев, песен и гаданий, на которые его сегодня так пыталась затащить Латиша. Казалось, он даже сам не понимал, что именно ему нравилось. Возможно, он попросту не знал какие увлечения у него были, потому что до сегодняшнего дня ему не приходилось задумываться об этом.

Внезапно Шейн ощутил, как некто взял его за руку и потянул за собой. Развернувшись, он увидел светлую макушку Латиши, которая так уверенно, сквозь зрителей, вела его прочь от сцены.

В этот момент единственное, чего он не понимал, так это того, почему она сразу отворачивалась и уходила куда-то, всякий раз, когда она осознавала, что Шейну было неинтересно. Если бы она только захотела подольше посмотреть на концерт, он был бы не против. Захотела бы сходить к гадалке, он бы тоже пошел, потому что иных способов провести время на этом мероприятии он и не видел. Для человека, не понимавшего, что он хочет, способ времяпрепровождения был не столь важен.

Латиша резко остановилась. Явно заметив что-то в толпе, миниатюрная девушка приподнялась на носках и начала выглядывать из-за спин прохожих. Так, будто что-то все-таки обнаружив, она счастливо улыбнулась.

— Ого, блинчики с мясом! — радостно вскрикнула она, оборачиваясь к Шейну. — Тебе взять?

— Я…

— Хорошо, — выпустив руку парня, Латиша быстро отвернулась, махнула рукой и помчалась вперед, — возьму пять.

Шейн остался один посреди толпы незнакомых ему лиц. Удивленно пожав плечами, он вслух прошептал:

— А пять-то зачем?

Тем временем Латиша выскочила из толпы довольно быстро. Споткнувшись и чуть не рухнув лицом на землю, она чудом смогла удержаться на ногах, выпрямиться и подбежать к передвижному ларьку с закусками.

Иронично улыбнувшись при виде этой сцены, Шейн подумал:

«Ей так нравятся блины с мясом? Ладно. У каждого свои вкусы».

Оставшись один, парень невольно начал осматриваться. Так как они находились на площади, где во всем городе было наиболее открытое пространство, увидеть здесь можно было многое: шатры, сцены, стеллажи с теми самыми воздушными фонарями, которые все так охотно запускали в небо.

«И все-таки, — задумался Шейн, вспоминая об их встрече с Аденом, Бевисом и Даксом, — иронично, что мы сегодня увидели их. Латиша из оригинала была близка к ним. Именно они помогли ей измениться, но теперь она даже разговаривать с ними не хочет. Как стра…»

Неожиданно на глаза Шейна попался человек, на шее которого виднелась уже знакомая ему татуировка змеи. Этот незнакомец прошел неподалеку от него, и довольно быстро скрылся в толпе.

Задумчиво осмотревшись, Шейн, будто уже что-то предчувствуя, начал искать в толпе фигуры мужчин, которые могли показаться ему подозрительными. Он заметил одного незнакомца, стоявшего вблизи сцены, на открытом плече которого виднелась та же метка, заметил другого блуждавшего рядом со стендами с фонарями, и еще нескольких, обходивших торговые ряды, будто в поиске чего-то.

«Вот и геноцид подкрался незаметно. — Шейн начал недоверчиво хмуриться. — Я думаю, нам стоит отсюда…»

Парень быстро обернулся в сторону ларька, к которому убежала Латиша, и, к своему удивлению, заметил, что та пропала.

Взволнованно оглядываясь, Шейн постепенно осознавал, что нигде не мог найти знакомой светлой макушки. Латиша явно не скрывалась от него среди толпы зрителей, не шла к нему навстречу и уже точно ничего не покупала. Именно эта мысль и позволила четко понять, что она пропала.

— Черт. На минуту ведь отвернулся.

* * *
— Отпусти! — громко вскрикнув, Латиша одним резким движением оттолкнула Моржану от себя. Ей потребовалось не мало сил просто для того, чтобы сдвинуть эту чересчур сильную девушку с места и вынудить выпустить ее руку.

Отступив на несколько шагов, Латиша начала оглядываться. Они с Моржаной оказались в переулке неподалеку от площади, в котором кроме них двоих никого и не было. Это место еще издали показалось пугающим: отсутствие света и людей, сырость, бегавшие по углам крысы — все это вызывало такое отвращение, что хотелось как можно быстрее убежать отсюда.

— Зачем, — Латиша приподняла взгляд на Моржану и попятилась, — ты меня сюда притащила?

Моржана выглядела раздраженной. Ее серебристые густые брови были сведены вместе, фиалковые яркие глаза изучающе осматривали выражение лица соперницы, а недовольно сжатые тонкие губы так и выражали отвращение.

— Ты все еще не в курсе? — спросила Моржана.

— О чем?

— О том, — девушка приложила руку к своей груди и уверенно приподняла голову, — что я — сестра Шейна. Я — его партнер. И это значит, что я — буду его женой.

— И что? — Латиша недоверчиво нахмурилась. — Как это связано со мной?

— Совсем идиотка или притворяешься? — Лицо Моржаны исказилось: раздражение сменилось явной злобой. Намеренно приблизившись к Латише, высокая девушка склонилась к ее лицу и с силой ткнула указательным пальцем в ее грудь. — Скажу лишь единожды, поэтому слушай внимательно. Больше даже не вздумай приближаться к нему, иначе тебе несдобровать.

Наступила тишина. Моржана, явно довольная собой, отступила на несколько шагов. Решительно выпрямившись и, улыбнувшись, она посмотрела на выражение лица соперницы и заметила некоторую растерянность в ее взгляде.

— Ты поняла меня? — самоуверенно спросила Моржана. — Шейн только мой. Любой, кто приблизится к нему и захочет присвоить его, неминуемо падет от моей руки. Я сразу же уничтожу этого человека, поэтому немедленно прекрати цепляться за него. Оставь его в покое и больше не общайся с ним.

Латиша опустила голову. Поджав губы и, отведя взгляд куда-то в сторону, она начала быстро обдумывать эту ситуацию. Она знала кем была Моржана для Шейна, и знала какое влияние она имела в обществе, поэтому ей несмотря ни на что не хотелось бы делать из нее врага, однако кое-что все же не давало ей согласиться с этим требованием.

— А что, — заговорила Латиша, не поднимая головы, — если я не хочу?

— Что?

Моржана нахмурилась. Она, явно не ожидавшая подобного ответа, недоверчиво уставилась на девушку, и тотчас та подняла на нее свой полный решимости серьезный взор.

— Ты не можешь принимать решения за Шейна, — уверенно отвечала Латиша. — С кем ему общаться, где жить и что делать — это только его выбор. Мне не нравится, когда люди пытаются принимать решения за других.

— Ха? — на губах Моржаны всплыла насмешливая улыбка. — Ты совсем сошла с ума? Думаешь, ты, худшая ученица, сможешь мне противостоять?

— Наверное, не смогу. — Латиша неуверенно поджала губы и сжала руки в кулаки. На мгновение с этими словами и ее решимость стала меньше, но уже секунду спустя она с прежней уверенностью продолжила: — Да, победить тебя точно не смогу, однако единственная причина, по которой я готова прекратить общение с Шейном — это его собственное желание. И уж никак не требование его сестры.

17. Так хочется все понять

Голоса людей, звучавшие со всех сторон, не давали покоя. Вместе с ними раздавались хлопки, исходившие со сцены, смех, звучавший откуда-то со спины, и просто посторонний шум. Если раньше все эти звуки казались нормальными, во всей этой праздничной атмосфере, то теперь они вызывали только волнение.

Все ускоряя шаг, Шейн продолжал обходить людей и оглядываться по сторонам. Взглядом он искал знакомые очертания низкой женской фигуры или хотя бы подобие светлой, словно снег, макушки, однако ничего схожего он не видел.

Так, остановившись где-то посреди улицы, Шейн глубоко вздохнул. Он знал, что был взволнован, и он знал, что в таком состоянии действовать было глупо.

Собрав все свои мысли в одну кучу, парень резко развернулся и направился через всю толпу прямиком в сторону жилых домов. Казалось, людей на улицах с каждым часом становилось все больше. Если в начале, когда они только-только прибыли с Латишей в этот город, они вдвоем еще могли спокойно беседовать, ни о кого не спотыкаясь и ни с кем не сталкиваясь, то сейчас это было просто невозможно. Людей прибывало столько, что приходилось протискиваться сквозь них; особенно, если ты шел против общего потока.

«Ее нигде нет, — размышлял Шейн, не останавливаясь. — По крайней мере, она сейчас точно не разыскивает меня. Значит, с ней что-то случилось. Латиша бы навряд ли просто ушла, ничего мне не сказав».

Наконец-то выбравшись с улицы в небольшой переулок между домами, Шейн быстро осмотрелся. В этом месте не было никого живого. К тому же, здесь не было и источников света, и потому переулок казался намного спокойнее, чем главные улицы.

Приподняв голову, Шейн плавно пробежался взглядом по каменной стене дома, стоявшего напротив, остановился где-то на краю черепичной крыши и подумал:

«Хорошо, меняем планы».

Быстро осмотревшись, парень начал взглядом отмечать те объекты в округе, которые могли бы ему помочь взобраться на самый верх. Первым делом он отметил несколько закрытых баков не то для мусора, не то просто для каких-либо вещей. Затем он продолжил взглядом дорогу через выпиравшую водосточную трубу, окно на втором этаже и выступы на стене прямо возле самой крыши.

Размышлять времени не было. Шейн, быстро добравшись до баков, запрыгнул на них, оттолкнулся и подскочил к стене. Его правая рука сразу схватилась за водосточную трубу, а левая потянулась к карнизу второго этажа. Ноги помогли подтолкнуть тело еще выше, и позволили быстро отцепиться от водостока, чтобы сразу после этого схватиться за следующий выступ.

Дрогнувшая водосточная труба издала неприятный скрежет, но так как Шейн почти сразу успел от нее отцепиться, ее крепления так и не сломались.

Парень, подтянувшись на выступе, ухватился левой рукой за край крыши и начал осторожно на нее забираться. Сначала он подтянулся, затем забросил левую ногу, а следом, собрав остатки сил, забросил и правую.

Сложность такого подъема заключалась не столько в физической выносливости, сколько в неровности и ненадежности всего того, по чему забирался Шейн. Даже черепичная крыша не подходила для того, чтобы по ней спокойно разгуливали люди, поэтому каждый шаг на ней должен был быть аккуратным.

Между тем, поднявшись на ноги, Шейн выпрямился и посмотрел на улицу сверху вниз. С этого места ему открывался вид на ту самую городскую площадь, на которой они с Латишей разделились.

Из-за того, что основные источники света находились внизу, то, что происходило на крышах, было не так заметно. К тому же люди, столь увлеченные праздником, просто не поднимали свои взгляды вверх и не обращали его к небу.

«Раз я не могу нигде ее найти, — размышлял Шейн, бегая взглядом по головам прохожих, — стоит хотя бы понять, что задумала эта змеиная группировка. Будет плохо, если я или Латиша попадем в неприятности из-за них».

С вершины дома можно было намного проще увидеть те самые мужские фигуры, бродившие то тут, то там. Вообще все эти люди выглядели не так уж и странно. Единственное, что их отличало, это татуировки в виде змей на самых разных участках тела. В остальном они спокойно сливались с окружающими и не вызывали никаких подозрений.

Тем не менее для того, кто все-таки смог заметить, что что-то здесь было не так, обнаружить их среди толпы по этим явным меткам было легко. И это казалось самым странным — зачем бы людям, которые хотят совершить что-то незаконное, так открыто показывать себя?

Мысленно отметив про себя, что все носители татуировок были мужчинами, Шейн перевел внимание на другую категорию людей. Теперь его уже интересовали не эти странные личности, а те, кто в теории мог защитить от них.

Обнаружить нужные лица оказалось несложно. Женщины-рыцари были одеты в довольно выделявшуюся форму: они все обязательно носили облегающие светлые штаны и высокие сапоги. Что отличалось, так это оттенок их праздных пиджаков, который менялся в зависимости от того, кому они служили. На плечах виднелись погоны с выгравированной первой буквой рода, от лица которого они действовали.

Всего в толпе можно было заметить несколько разных групп рыцарей. Первые — были представителями дворянина, на территории которого располагался город Атрос. Их пиджаки имели темно-зеленый оттенок, а на их погонах виднелась буква «Б». Вторые — были представителями самой императрицы. Их пиджаки были ярко-красного цвета, который считался отличительной особенностью главного рода семьи Аскания.

Наблюдая за этими рыцарями со стороны, Шейн, к собственному удивлению, заметил, что они действовали порознь. Они не только будто игнорировали друг друга, но и старались даже не сворачивать в одном направлении.

«Обычно такие крупные города на границе, как Атрос, считаются довольно значимыми объектами. Смотря с этой стороны, не удивительно, что именно имперские рыцари находятся здесь, но, как говорила Латиша, сегодня праздник по всей империи. Следовательно, напрашивается вопрос: разве им не стоит лучше охранять столицу?»

Шейн, приложив руку к подбородку, начал хмуриться. Ему было сложно понять, как и почему действовали рыцари, без каких-либо дополнительных сведений. Единственное, что он знал, так это то, что у каждого высокопоставленного дворянина всегда была собственная армия. Следовательно, не было необходимости в том, чтобы на территории присутствовали чужие воины, пусть даже те и были отправлены самой императрицей.

Немного щурясь, Шейн начал приглядываться к каждому действию рыцарей. Не сразу, но он все же смог заметить, что они как-то с подозрением осматривались. Они заходили в переулки, выглядывали из-за углов, проникали за кулисы сцены и даже внутрь торговых шатров. При этом они старались делать все это незаметно, чтобы не поднимать паники. И, более того, они отчего-то не смотрели на людей.

Шейн четко понимал, что они что-то искали, но также он осознавал, что этим чем-то были далеко не люди.

«Что они ищут?» — мысленно спрашивал себя парень.

Было удивительно наблюдать за тем, как эти рыцари разыскивали что-то в толпе, но совершенно игнорировали проходивших мимо мужчин с одинаковыми татуировками. Создавалось впечатление, будто они искали нечто куда более страшное.

Вновь вернувшись взглядом к бродившим то тут, то там мужчинам, Шейн наконец-то принял решение. Он, сделал шаг вправо и, взглядом обнаружив стоявшего ближе всего к нему человека, начал тихо следовать за ним. Первое время он передвигался по крышам, не спуская взгляда с этого мужчины.

Как ни странно, но лысый человек, за которым он следовал, даже встречаясь с кем-то из своей группировки совершенно игнорировал его. Ни взглядом, ни жестами они не показывали, что были знакомы.

Как уже успел отметить Шейн, все эти люди были мужчинами, однако они все также были разными: молодые и совсем взрослые, тощие и полные, со светлыми и темными оттенками кожи, вызывающими и спокойными стилями одежды, а также с явно различными национальностями.

«Судя по тому, что я не чувствую исходящей от них маны, — задумался Шейн, ловко перепрыгивая с одной крыши на другую, — получается, что они не маги. Вряд ли бы они все смогли скрыть окружающую их ману».

Заметив, что мужчина, за которым он следил, стал уходить все дальше в толпу, Шейн понял, что продолжать перемещаться по крышам он уже не сможет. Так, остановившись на краю, он с хитрым прищуром подумал:

«Тогда, внимание, главный вопрос: какова их цель?»

Опустив голову и, взглядом наметив точку приземления, Шейн без колебания спрыгнул. Так как он соскочил с крыши в начале переулка, никто из прохожих даже не заметил его появления.

Спокойной уверенной походкой он вышел на многолюдную улицу и, не отводя взгляда от нужной лысой головы, начал следовать по пятам за подозрительным человеком. Ему не пришлось идти долго, чтобы заметить, что именно делал этот мужчина.

Неожиданно Шейн увидел, как этот человек, вынув руку из глубокого кармана кофты, незаметно бросил что-то круглое на землю. Парень, четко проследивший за выпавшим объектом, сразу сменил траекторию собственного шага.

Рухнувший шар отскочил от земли и покатился под ногами прохожих куда-то вперед. Человек, проходивший мимо, случайно задел его и пнул в сторону. То же сделал и второй прохожий, ненамеренно наткнувшийся в толпе на странный шар.

Шейн, понимая, что такими темпами он потеряет единственную зацепку, начал ускоряться. Он уже практически прорывался сквозь людей и руками почти отодвигал их в разные стороны, словно какие-то дешевые тонкие занавески. Люди удивлялись, но при виде высокого и широкого Шейна ничего не говорили.

Тем временем шар, вновь отскочивший от чьих-то ног, попал в небольшую щель на земле, являвшуюся частью системы слива дождей. Он так и замер на этом месте, будучи в стороне от бурного потока прохожих и вблизи стоявшего неподалеку дома.

Наконец-то добравшись до нужного объекта, Шейн быстро наклонился и подобрал его. В первые секунды, когда он все же смог взять это в руки, он почувствовал облегчение, ведь теперь ему не нужно было никуда бежать. Но, стоило ему перевернуть ладонь и посмотреть на свою находку, как он ужаснулся.

Внутри полупрозрачного шара находилось нечто, напоминавшее эмбрион. Однако, считать, что это был зародыш обычного создания, не приходилось. Формой, хвостом, пустыми глазницами, очертаниями клыков и когтей это существо напоминало собой монстра. От него и энергия шла схожая, и чувство опасности было довольно сильным.

Шейн сглотнул. Пусть он еще и не знал, что это была за штука, но по еле заметным движениям эмбриона, он понимал, что она была живой. От этого предмета также можно было ощутить сгустки магии, но какой именно сказать было сложно.

Оглянувшись, Шейн шокировано посмотрел на толпу. Мысленно он с ужасом представил, что могло бы произойти, разбейся этот шар где-то под ногами людей. Фантазия начала вырисовывать самое страшные картины происходящего. Но самым волнующим в этот момент был всего один вопрос: как много подобных подарков успели разбросать по всему городу члены змеиной банды?

* * *
Примерно в это же время, в одном из центральных домов города, стояла группа женщин, облаченных в форму волшебной башни. Одежда этих колдуний всегда была заметной. Во-первых, они носили длинные облегающие платья с характерными золотыми пуговицами в виде цветов сливы. Ряд из пуговиц на их одежде был косым, он тянулся от воротника платья и практически до колен. При всем этом у их платьев, которые отличались цветами в зависимости от принадлежности к определенной магической башне, были длинные рукава. Поэтому получалось, что все их тело, от горла и до ног, скрытых частично платьем, частично темными плотными колготками, было покрыто одеждой.

Женщина, стоявшая подле окна, задумчивым взором осматривала происходящее на улице. Ее очень раздражало большое скопление людей, и от того она все меньше хотела, покидать эту просторную темную комнату.

Помимо нее в этом месте находились еще как минимум две волшебницы. Они, словно два оловянных солдатика, стояли на входе и молча наблюдали за тем, что делала их начальница.

Где-то из коридора прозвучал звонкий стук каблуков. Услышав его Силдж Эзтли обернулась.

Тотчас дверь отворилась и в комнату решительно вошла еще одна волшебница. Эта девушка, носившая такое же платье черного оттенка, выглядела чуть увереннее и спокойнее остальных. Ее пышные вьющиеся волосы были распущены, большие карие глаза намерено подведены красным цветом, а оттенок кожи выбелен пудрой.

По сравнению с этой ярко накрашенной девушкой сама Силдж выглядела намного проще. У нее были короткие темные волосы, которые из-за прически были совсем уж похожи на мужские, резкие черты лица, строгий, постоянно серьёзный взор и полное отсутствие макияжа.

— Вы обнаружили дверь в теневой мир? — спросила Силдж серьезно.

— Нет, еще нет.

Девушка, быстро закрыв за собой дверь, тихо прошла в глубь комнаты. Майрн Бизэк — так ее звали.

Услышав ответ не от подчиненной, а скорее, от напарницы, Силдж недовольно нахмурилась. По ее выражению лица сразу стало ясно, что эта новость ее не обрадовала.

— У нас остается все меньше времени, — вслух прошептала Силдж.

— Может, — высоким, тихим голосом заговорила Майрн, — стоит объявить эвакуацию в городе?

— Нет. — Силдж решительно подняла взгляд. Ее ответ был таким резким и громким, что даже две охранявшие двери молчаливые волшебницы вздрогнули. Однако сама Майрн, уже привыкшая к подобному характеру, и бровью не повела. — Наша магическая башня обещала императрице, что разберется со всем этим. Ты сама прекрасно знаешь, что мы публично заявили о том, что нам все по полечу. Если объявим об эвакуации, но ничего не найдем…

— Но, — Майрн начала неосознанно хмуриться, — речь о жизнях жителей города.

Силдж усмехнулась. Она вновь развернулась лицом к окну, вновь взглянула на блуждавших по улицам людей и с той же усмешкой заговорила:

— Из всех жителей найдется лишь парочка действительно способных личностей, и еще несколько дворянской крови. Будет прискорбно потерять их, но эти жертвы несопоставимы с имиджем Черной волшебной башни.

Майрн молчала. Пусть ей и не нравилась подобная тактика поведения, но она была согласна с тем, что, при потере имиджа, вся их башня могла бы потерпеть в будущем крах.

— Я видела имперских рыцарей на площади. — Майрн отвела взгляд в сторону и начала как-то бегло осматривать комнату, в которой они находились. В этом месте не было даже никакой мебели, что говорило о том, что это помещение совсем не использовалось. — Кажется, императрица не поверила в наши слова.

— Она действует так не потому, что не верит, — обернувшись полубоком к волшебнице, Силдж серьезно посмотрела на нее. В этот момент свет, исходивший с улицы, бликами упал на ее фигуру. — А потому, что не хочет давать нам право свободно расхаживать по этим улицам. Сама знаешь, как правящие династии относятся к магическим башням.

Майрн усмехнулась. Да, ей не нужно было припоминать с каким отвращением на них смотрели все именитые дворяне и короли. Маги из башен были одновременно необходимостью всех королевств, как мощная сила, способная сражаться против монстров, и между тем они были большой опасностью, потому что, по сути, никому не принадлежали и не подчинялись.

— Оно не удивительно, — отвечала Майрн. — Никто из них, ни один их рыцарь и рядом не стоял с нами — истинными колдунами. Они видят в нас соперников, если не представителей другой нации.

— Но ведь, — внезапно прозвучал голос третьей девушки, охранявшей вход в комнату, — проблема остается прежней. Где нам искать вход в теневой мир, который якобы должен открыться, и откроется ли он вообще?

Силдж перевела взгляд на девушку и замолчала. Она не смогла ответить ей сразу, потому что у нее не было никакой уверенности в том, что они поступали правильно. И все-таки, спустя пару секунд, он заговорил:

— Нам будет лучше, если все это было лишь глупой шуткой.

Силдж резко отвернулась и посмотрела в окно. Больше никто не мог и не стал бы у нее ничего спрашивать. Не было смысла продолжать разговор, когда времени оставалось все меньше.

На самом деле причиной, по которой в этом городе были собраны местные и имперские рыцари, а также маги из Черной волшебной башни, было послание, отправленное императрице утром этого дня.

Неизвестные сумели подбросить в покои Эверии де Аскании письмо, в котором они утверждали, что на праздновании этой ночью улицы городов Атрос, Зоел и Иларест окажутся заполнены монстрами.

В обычной ситуации подобную угрозу можно было просто проигнорировать и не принять в серьёз, но, стоило только взять во внимание то, что эти люди сумели пробраться в покои самой императрицы, как сама угроза становилась уже более реальной.

Монстры не могли появляться просто так, когда и где они захотят. Они всегда выходили из теневых миров, а теневые миры всегда появлялись в кровавую ночь. В этом и заключалась основная проблема. Вечер, о котором сообщалось в угрозе, не был проклятым, поэтому двери в теневые миры не могли появиться на пустом месте. Тогда каким же образом монстры могли возникнуть в городах? Ответа на этот вопрос никто не знал. Однако единственное, что было ясно, так это то, что без теневой двери монстры точно не могли появиться в этом мире.

«Да уж, — подумала Силдж, руками цепляясь за деревянный подоконник, — лучше это письмо было бы очередной попыткой запугать императрицу. Ведь в действительности никто не может открывать порталы где захочет, верно?»

* * *
Резко повалив пойманную добычу на землю, Шейн еще крепче и еще сильнее сдавил ее руки. В этот момент он и мужчина, на которого он напал, находились в одном из тихих безлюдных переулков. Где-то позади звучали голоса и музыка, исходившие с главной улицы, но все это было так далеко, что лишь отдаленно доносилось до сознания.

Между тем ситуация была напряженной. Шейн сидел прямо на мужчине, которого он завалил лицом в землю, и удерживал руки за его спиной так, будто был готов вот-вот выдернуть их обе.

— Я спрошу еще раз, — решительно продолжал Шейн, — кто вы и что вы здесь делаете? Зачем разбрасываете монстров по городу?

Мужчина, лежавший лицом в земле, начал тихо посмеиваться. К удивлению Шейна, он даже не вырывался, просто слегка подрагивал от боли и переполнявших его чувств.

— Кто мы? — спросил незнакомец, поворачивая голову так, чтобы он мог хотя бы искоса видеть Шейна. — Мы клан освободителей.

— Освободителей кого? — Парень нахмурился.

Мужчина начал зловеще улыбаться. В его небольших хитрых глазах появился странный блеск, напоминавший радость одержимого человека.

— Ты же один из нас, — отвечал незнакомец. — Ты же понимаешь, да? Понимаешь, как это тяжело, когда тебя постоянно принижают, когда тебя за человека не считают только из-за того, что ты родился мужчиной!

Внезапно незнакомец попытался вскочить на ноги, и в тот же миг Шейн инстинктивно активировал магию. Его лед в мгновение ока заморозил обе мужские руки, но незнакомца это не остановило. От того, с какой силой этот человек дернулся вперед, одна из его рук сразу же треснула и обломилась в области плеча. Проигнорировав это, мужчина вскочил на ноги и резко развернулся, из-за чего его рука сразу отделилась от тела.

Шокированный Шейн сразу отпустил мужчину и отскочил, чуть ли не падая на спину. В то же время его противник выпрямился и, будто не собираясь убегать, развернулся лицом к Шейну.

Ситуация казалась напряженной. Шейн, поднявшись на ноги, взглянул не на противника, а на его замороженную искривлённую руку, так и оставшуюся лежать на земле.

Шейн пребывал в состоянии шока. Казалось, его самого эта ситуация беспокоила даже больше пострадавшего в итоге человека. Это стало ясно потому, что мужчина даже не дрогнул, когда его рука явно сломалась, и не остановился, когда стало ясно, что хотя бы одно лишнее движение может привести к потере руки.

— Ты же понимаешь да? — с нервной улыбкой продолжал незнакомец. — Понимаешь?

Шейн посмотрел на него растеряно. Ему хватило всего пары секунд для того, чтобы оценить всю степень одержимости этого фанатика.

«Я был наивен, — размышлял парень. — Мне казалось, что, раз женщины в этом мире сильны, то им никто и не противится».

Чем дольше длилось молчание, тем сильнее искажалось лицо незнакомца. Вместо радости и блеска надежды в его глазах стали заметны сомнение и даже некоторое напряжение.

Шейн видел это, осознавал, что он должен был что-то сказать, и между тем размышлял:

«Дело не в том, что никто не сопротивлялся. Просто тех, кому что-то не нравилось, убивали, и оставались лишь радикально настроенные, которые просто выжидали своего часа».

— Что, — заговорил Шейн, — вы планируете сделать?

— Разве не ясно? — Мужчина, выпрямившись, с большей строгостью посмотрел на юношу перед собой. Он взглянул на него укоризненным взором, каким обычно только взрослые следили за действиями провинившихся детей. — Мы выпустим монстров на улицы.

— Какие у вас требования?

— Требования?

Шейн кивнул. Продолжая сохранять дистанцию, но, мысленно уже готовясь к сражению, он пояснял:

— Вы же понимаете, что бессмысленно просто так выпускать монстров в этом или любом другом городе. Это не изменит систему, сложившуюся за много лет.

— Ты прав, но, — мужчина презрительно усмехнулся, — как нам еще привлечь внимание к этой проблеме?

Шейн замолчал. В его взгляде наконец-то промелькнуло осознание ситуации. Он понял, почему эти люди действовали почти что в открытую, почему не прятали свои татуировки под одеждой, и почему решили осуществить задуманное именно в праздничный день. Все дело было в том, что они хотели заявить о себе.

Между тем разозленный мужчина заговорил:

— Меня буквально бесит все, что связано с женщинами. По отдельности большая часть из них — мусор, мнящий себя возвышенным. Лишь некоторые действительно сильны, а остальные просто держатся стаями.

— И поэтому вы решили начать убивать их? А если в лапы монстров попадут мужчины?

В глазах незнакомца была видна уверенность. Успокоившись и, развернувшись к Шейну лицом, он серьёзно произнес:

— Жертв на пути к заветной цели не избежать. К тому же, неужели ты думаешь, что мы остановимся только на том, что выпустим монстров? Вся эта показуха нужна только ради того, чтобы встряхнуть мир. Пусть боятся нас. Пусть ждут нашей следующей атаки.

«Он не маг, — продолжал размышлять Шейн. — Точно не маг, но в его руках есть нечто, что позволяет ловить монстров. Зачарованные объекты? Может ли у них быть что-то еще, подобное шарам с монстрами?»

Внезапно мужчина сорвался с места и бросился прямо на юношу. Из-за близкого расстояния он в считанные секунды успел подбежать в плотную и приподнять свой крепко сжатый кулак на уровень живота.

Обычный маг на месте Шейна сразу бы отступил в попытке увеличить расстояние и выиграть время, но к такому типу магов парень не относился. Уже только на уровне инстинктов Шейн опустил правую руку и закрыл ею свой живот. Левой он быстро ухватился за волосы нападавшего и потянул его в сторону.

Атака противника пришлась по его руке, а рука по инерции ударила о собственный живот, и тем не менее удар показался слабым. Шейн успел отдёрнуть от себя мужчину раньше, чем тот успел затормозить.

Незнакомец не удержался на ногах и рухнул на землю, однако даже это не убавило его пыл. Он, быстро перевернувшись на бок, посмотрел на Шейна и истошно завопил:

— Я понял! Ты один из них! Они промыли тебе мозги! Ничтожество, ты всего лишь жалкий скот!

Шейн без колебаний вознес правую руку над телом этого человека. В этот момент он даже не задумался о том, стоит ли его пощадить.

Свет от магических кругов возник всего на долю секунды. Вместе с этим лежавшая на земле фигура окоченела и полностью покрылась коркой льда. Шейн, взглянув на эту ледяную скульптуру, подумал:

«Я согласен с вами в том, что эту систему надо менять, но совсем против того, что эти перемены должны лежать через убийства».

Не спеша развернувшись, Шейн взглянул на яркий свет, видневшийся со стороны главной улицы. После этого разговора его волнение и чувство самосохранения начало бить тревогу, ведь он уже знал, что должно было произойти.

— И сейчас мне нужно придумать, как минимизировать потери после активации всех этих шаров с монстрами.

18. Так хочется выбраться

В помещении, окутанном темнотой, стояла большая группа людей. Как взрослые мужчины, так и совсем молодые юноши уже довольно долгое время томились в ожидании, однако ни один из них не произносил ни слова. Все просто ждали того, что должно было случиться дальше.

В то же время одна фигура, одиноко стоявшая подле окна, с радостной полуулыбкой наблюдала за происходившим на улице. Там, местные жители и прибывшие в город на празднование путешественники во всю развлекались, блуждали по улицам и наслаждались этой долгой ночью.

Юноша, пряди волос которого были частично черными, частично белыми, устало прикрыл глаза. Он и сам уже не мог дождаться того момента, когда наступит их черед веселиться.

Неожиданно в тишине пространства прозвучал скрип входной двери. Мужчина в черном плаще своим появлением буквально разрушил тишину. Заметив его, окружающие быстро начали расступаться, как бы позволяя пройти вперед, прямо к тому юноше, который стоял возле окна.

— Почти все ловушки уже расставлены, — заговорил незнакомец серьёзным тоном. — Я проверил.

— Отлично. — Юноша повернулся полубоком. В этот момент тусклый свет, исходивший с улицы, пал небольшими бликами на его фигуру. В темноте комнаты его вытянутые, необычные из-за розовато-красноватого оттенка, глаза, сияли, словно драгоценные камни. — До начала операции остались считанные часы, как ведут себя рыцари и маги?

— Они насторожены. — Мужчина стянул со своей макушки капюшон. Лишь после этого окружающим стало видно его лицо, сплошь покрытое шрамами и ссадинами. — Кажется, ищут порталы.

— Порталы, значит? — Парень усмехнулся. — Дурачье. Они даже не подозревают, что дело вовсе не в порталах.

— Конечно, — мужчина кивнул, — до сегодняшнего дня все немногие способы появления монстров были связаны с порталами. Само незаметное перемещение этих опасных созданий по миру просто невозможно.

Юноша еле заметно улыбнулся и вновь развернулся к окну. Приподняв свою правую руку, он приложил ее к прохладному стеклу и задумчиво уставился на нее. Кожа на тыльной стороне ладони была вся дряблой, будто бы обожженной. Подобные травмы были явно напоминанием о прошлом.

— Когда все поймут, — заговорил парень, — что монстры могут перемещаться без порталов, весь мир перевернется. Под сомнение будет поставлено все — даже религия треклятой богини Луны.

* * *
Со всех сторон звучали истошные человеческие крики. Люди, в панике неслись прочь от центральных городских улиц. Кто мог, бежал даже прочь от города, потому что в этот момент в округе уже бродили монстры.

Создания самых разных видов и размеров для мирных жителей казались поистине пугающими. Они набрасывались на любого, кого видели рядом с собой. Звуки, которые они издавали, напоминали верещание, и порой они были даже громче, чем крики самих людей.

В этой суматошной, поистине безумной обстановке, на одной из улиц города Атрос остановился экипаж. Его дверца резко открылась изнутри.

— Ваше высочество, — девушка с длинными темно-синими волосами, быстро подбежала к подъехавшей карете, — здесь опасно, вы должны как можно скорее…

Прозвучал стук каблуков. Незнакомка с длинными ярко-рыжими волосами, быстро спрыгнула со ступенек кареты на каменную дорожку и уверенно выпрямилась. Ее пышная грудь как бы подалась вперед, волосы после прыжка осторожно легли на плечи, а серьезный ярко-зеленый взгляд устремился на дорогу, тянувшуюся вглубь города.

Повернув голову влево и, взглянув на встречавшую ее молодую особу, принцесса Урсула де Аскания зловеще прошептала:

— Ты смеешь указывать мне, что я должна, Аниана?

Упомянутая девушка задумчиво поджала губы. Смотря на одну из влиятельнейших принцесс ее империи, она понимала, что просто не могла выразить своих истинных эмоций. Проявление грубости по отношению к ней могло стать роковой ошибкой для всего ее рода.

Аниана, приложив руку к сердцу, глубоко поклонилась. Из-за этого действия ее синие длинные локоны скатились с плеч к земле. Девушка сделала короткий вздох, собралась с мыслями и ответила:

— Прошу прощения, я не хотела Вам указывать. Но так как я являюсь наследницей этих земель, мне бы хотелось обеспечить вашу безопасность.

Урсула недоверчиво сощурилась. Ее взгляд, быстро переместившийся от склоненной женской головы к дороге, вновь устремился куда-то вперед. Туда, где на горизонте уже виднелись фигуры монстров и убегавших от них людей.

— Мне не нужна твоя помощь, Аниана. — Урсула быстро скинула со своих плеч черно-белый пиджак, являвшийся частью формы магической академии, и, приложив руку к мечу на своем поясе добавила: — Да, это твое графство, но моя империя. Я сама отвечаю за свою жизнь, и сама буду бороться за эти земли.

Аниана не успела ответить. Она лишь почувствовала, как потоки сильного жаркого ветра всколыхнули округу. Приподняв голову, девушка увидела, как Урсула де Аскания решительно бросилась в бой.

Словно настоящая молния, разогнавшаяся принцесса вытащила меч из ножен и, схватившись за него обеими руками, с разбега взмахнула им. Голова оказавшегося на ее пути монстра сразу полетела на землю, а люди, между тем убегавшие от него, в ужасе и трепете затормозили.

Остановившись, Урсула быстро отбросила пряди своих волос за спину, выпрямилась и гордо посмотрела вперед. Со стороны ее положение в этот момент, то, как уверенно был поднят ее клинок, и то, как вспорхнули ее волосы в воздухе, выглядели превосходно. Некоторые бы сказали, что это было лишь позерством, но у тех, кого Урсула смогла спасти, это скорее вызывало восхищение.

Аниана, оставшаяся позади, приподнялась и с недовольным прищуром посмотрела на женскую отдалившуюся фигуру. Ее голос прозвучал совсем тихо и презрительно:

— А она не изменяет своей кличке. Неуловимая и стремительная, словно молния. Правда, она не думает, что своими действиями может только помешать.

Неожиданно откуда-то справа раздался тихий зов:

— Миледи…

Аниана, оглянувшись, увидела приблизившуюся к ней женщину-горничную в черном пышном платье с белым фартуком. Эта темноволосая служанка сразу же поклонилась и замерла в ожидании приказов.

— Предупредите матушку, — заговорила Аниана, — что нас посетила принцесса Урсула.

— Могу я спросить? — Служанка приподняла голову, чтобы встретиться взглядом со своей госпожой, и, при виде ее кивка, сразу же продолжила: — Что вы собираетесь делать дальше?

— Старшая сестра взяла на себя командование нашими рыцарями. — Аниана развернулась спиной к горничной и лицом к той улице, по которой умчалась Урсула. Так же, как и принцесса, сбросив со своих плеч пиджак магической академии, Аниана добавила: — Мне же придется гнаться следом за нашей важной гостьей. Я постараюсь не потерять ее из виду.

— Я Вас поняла.

— Если нам понадобится помощь, — Аниана немного склонилась вперед и, приняв положение бегуна, активировала несколько магических кругов, — сообщу через красную вспышку.

— Поняла, — горничная коротко кивнула, — я передам это вашей сестре.

Аниана глубоко вздохнула и тотчас под ее ногами появились зеленые лозы неизвестного растения. Они, вытянувшись высоко вверх, подняли вместе с собой девушку и образовали для нее безопасный мост над улицей, по которой все еще бродили мешающие быстрому бегу монстры.

Девушка помчалась прямиком по своим растениям, надеясь на то, что на пути к принцессе ее никто не остановит.

* * *
Отвратительный писк буквально всколыхнул округу. Шейн, находившийся в этот момент среди толпы прохожих, невольно схватился за уши.

Окружавшие его люди также начали хвататься за головы и падать на колени. Кто-то сразу начинал кричать, у кого-то на глазах выступали слезы, однако из-за этого писка почти вся улица, переполненная людьми, сразу замерла.

Что это был за звук стало понятно не сразу. Еще несколько минут назад на площади царила приятная радостная обстановка, не было никаких предпосылок для появления чего-то странного — так казалось всем, кроме самого Шейна.

Как только звук прекратился, перепуганные люди подняли головы. Шейн запомнил этот момент довольно четко. Эти шокированные лица, эта гнетущая тишина, которая в один миг наполнила собой практически весь город.

Внезапно тишину прервал истошный человеческий крик. Толпа, быстро оглянувшаяся на этот звук, увидела странные силуэты, находившиеся на сцене. Там, при свете горящих факелов, прямо на возвышенной деревянной площадке находилась группа артистов. Некоторые из выступавших уже даже не могли стоять на ногах; от страха и слабости в коленях они просто сидели на сцене и не шевелились.

Между тем, прямо перед ними в самом центре этой деревянной площадки находилось существо, не похожее ни на человека, ни на зверя. Его задние лапы, на которых он стоял, напоминали львиные, в то же время на его передних лапах было всего по три пальца с цепкими изогнутыми когтями. Шерсть этого создания была короткой и светлой, а длинная вытянутая морда, с массивными челюстями и острыми рядами хищных зубов действительно устрашала.

Монстр, громко зарычав, набросился на перепуганных артистов. Стоявший ближе всего к нему человек, в считанные секунды оказался разорван на части.

Толпа, наблюдавшая за этим, начала громко вопить. Те, кто сообразил быстрее всего, бросились прочь, а те, кто не успел, практически оказались помостом под чужими ногами.

Шейн среагировал быстро. В отличие от окружающих, в панике бросившихся бежать, он сразу активировал ледяную магию. Холод вокруг него будто оттолкнул людей; они машинально стали отскакивать от Шейна и оббегать его.

Парень побежал вперед, прямо наперерез испугавшимся прохожим. В считанные секунды он сумел добежать до сцены и затормозить перед ней.

В этот момент монстр уже успел вцепиться своей пастью в шею другого человека. Быстро взмахнув собственной мордой, он оторвал кусок плоти от бедного артиста и сбросил его со сцены.

Кровь брызнула в разные стороны. Эти крупные, дождем стелившиеся капли, задели и самого Шейна, в ноги которого было буквально брошено вмиг омертвевшее тело.

Парень быстро поднял правую руку вверх. Активировав магические круги, он сосредоточил перед своей ладонью сгустки маны, и тотчас напротив него появилась одна крупная ледяная глыба. Словно по щелчку пальцев эта тяжелая атака молниеносно врезалась в грудь монстра и разорвала ее на части.

Создание, оторопевшее от неожиданности, опустило голову и будто посмотрело на зияющую внутри него дыру. Следом, взглянув на Шейна, оно шагнуло вперед и рухнуло со сцены на землю. Больше оно не шевелилось.

До сознания донесся сдавленный всхлип. Шейн быстро приподнял взгляд, замечая сидевших на сцене девушек-танцовщиц. Все они дрожали от ужаса, и от того не могли пошевелиться.

— Чего замерли? — раздраженно спросил парень, даже не желая представлять, что бы с ними стало, не окажись он рядом. — Быстро поднимайтесь и бегите.

Лишь после этих слов до танцовщиц будто бы дошло что же на самом деле сейчас происходило. Некоторые из девушек, собрав остатки сил, смогли подняться. Другие же так и остались сидеть на сцене, однако их напарницы сразу же потянули их за собой.

Шейн оглянулся. Крики людей и топот ног все также звучали в округе. По тому, как именно кричали люди, парень понял, что уже среди самой толпы, где-то там, появились монстры. Не было сомнений в том, что количество жертв росло с каждой секундой, но в таком бурном потоке людей атаковать кого-то было просто невозможно.

Внезапно парень заметил приближение. Незнакомая девушка в форме рыцаря быстро подошла к нему. Она резко, без лишних слов, схватила его за воротник и притянула к себе. Прежде, чем Шейн успел что-то сказать, она завопила:

— Что ты здесь устроил? Что это за монстры? Откуда они?!

Шейн замер в растерянности. Он смотрел в эти голубые рассерженные глаза незнакомки-рыцаря и все никак не мог понять, почему же эти вопросы были обращены именно к нему.

— Что?

— Не шути со мной! — Девушка начала трясти Шейна, однако из-за его телосложения и превышавшей силы она скорее просто дергала его за рубашку. — Это твоих рук дело?!

Взгляд Шейна изменился. Удивление в его глазах сменилось на недовольство и отвращение. Резко подняв руку, парень ударил ею по женской кисти, удерживавшей его, да с такой силой, что та от слабости обмякла и выпустила его.

— Вы серьезно думаете, что это все устроил я?

Лишь теперь Шейн смог осмотреть эту девушку полноценно. Ее длинные темно-синие волосы, собранные в высокий хвост, казались необычными. Приятная внешность, бледная кожа и подтянутое телосложение сразу говорили о том, что она была из дворянской породы.

При этом взгляд, которым девушка смотрела на Шейна, был угрожающим. Он буквально сообщал, что она серьезно была настроена уничтожить его на месте.

— Вы только посмотрите на мою одежду, — продолжал говорить Шейн, указывая на себя. — Я ученик Цветочной академии, как бы я мог все это провернуть?

Во взгляде Шейна явно виднелась злоба, смешанная с обидой. Даже его строгий голос показывал то, что само это предположение смогло задеть его гордость.

— Просто ученик? — переспросила девушка, наконец-то опустившая взгляд и оценившая внешний вид Шейна. Его форма казалась потрепанной, но она определённо принадлежала ученику Цветочной академии.

Внезапно где-то справа прозвучал громкий женский крик. Шейн и незнакомка повернули головы на этот звук и где-то в отдалении увидели монстра, приближавшегося к матери с ребенком на руках.

Женщина, со слезами на глазах, смотрела на создание, напоминавшего собой хищного зверя. Осознавая, что с полугодовалым мальчиком на руках она далеко не убежит, незнакомка в ужасе перевела взгляд с монстра на своего ребенка.

Решение было принято ею быстро. Нерадивая мать моментально бросила свое дитя на землю, прямо в ноги монстра, и побежала прочь. Бедное дитя заплакало и завертелось от боли.

При виде этой сцены даже девушка-рыцарь, обвинившая Шейна, замерла в состоянии ступора. Она не нашла в себе сил на то, чтобы хотя бы пошевелиться, ведь увиденное действительно поражало.

В то же время Шейн моментально поднял вверх правую руку. Он даже особо не задумался над тем, какую магию ему стоит использовать. Ледяная стрела появилась напротив его ладони и, сорвавшись с места, молниеносно помчалась через всю площадь к монстру.

Как только создание опустило морду и склонилось над ребенком, в его спину тут же попала атака Шейна. Монстр покачнулся, резко выпрямился от боли и, схватившись за свою грудь, с жалобным стоном повалился назад.

Однако Шейн на этом не остановился. Сменив один тип магии на другой, он создал целую ледяную дорожку от собственных ног и до той улицы, по которой убегала мать ребенка. Лед нагнал женщину раньше, чем она успела скрыться.

Поскользнувшись на месте, незнакомка рухнула лицом на холодный лед и в кровь разбила себе нос. От боли она завертелась и заревела так же, как это сделал ее ребенок после падения.

— Меня поражает, — продолжил говорить Шейн, обращаясь к девушке-рыцарю, — то, что вы не только не позаботились о безопасности мирных жителей, но и начали обвинять кого попало в собственной некомпетентности.

— Ты! — прозвучал еще один возмущенный женский голос неподалеку. Уже вторая незнакомка-рыцарь, взобравшаяся на сцену, возмущенно сверху-вниз посмотрела на Шейна. — Как ты смеешь обращаться так к леди…

Девушка не договорила. Встретившись с хмурым взглядом Шейна, который был явно не настроен спорить с ней, она ощутила исходившую от него опасность и инстинктивно замолчала. Эту немую перепалку прервала сама зачинщица спора.

— Я поняла, — произнесла синеволосая воительница. Серьезно посмотрев на Шейна и, наконец-то отступив от него, она добавила: — Раз ты не причастен, тогда просто не мешайся.

Внезапно в небе появился ярко-красный свет. Нечто, напоминавшее сигнальную ракету, вспорхнуло в воздух откуда-то из-за домов и, поднявшись на определённую высоту, словно искра, разлетелось на множество ярких огней.

Этот свет заметили все: и Шейн, и рыцари, и местные, и даже монстры. Однако единственными, кого этот свет действительно заинтересовал, оказались только Шейн и сами рыцари.

Рона Ланж, старшая сестра Анианы и наследница рода, заправлявшего городом Атрос, быстро взмахнула рукой. На этот ее жест обернулись все рыцари, находившиеся в округе.

Девушка с темно-синими пышными волосами закричала:

— Перегруппироваться! Первая и вторые группы направляются к сигналу о помощи, группа номер три остается на площади!

— Да! — громко вскрикнули подчиненные и сразу же начали разделяться.

Рона, быстро обернувшись к помощнице, стоявшей на сцене, командным тоном проговорила:

— Арла, передай группам в других районах, чтобы они гнали монстров к площади. Мы будем встречать их здесь.

— Поняла.

— И подбери того ребенка. Его нужно отнести в безопасное место.

— Будет сделано.

Девушка уверенно кивнула и, подбежав к краю сцены, соскочила с нее. Она довольно бодро умчалась вперед и скрылась где-то вдали.

Тем временем Шейн, оставшийся на своем месте, начал размышлять:

«То есть они сильнейшая группа всего отряда? Иначе они бы не стали зазывать к себе монстров».

— Ученик, — прозвучал звонкий зов Роны. Хмуро взглянув на Шейна, девушка строго напомнила: — Не мешайся.

— Как хотите. — Шейн усмехнулся. — Главное только выполните свою работу правильно, иначе из-за ваших действий могут пострадать невинные люди.

Рона сжимала руки в кулаки. Ее порядком злило поведение Шейна, его самоуверенность и решимость. Смотря на все быстрее отдалявшуюся фигуру парня, она протянула:

— Ты…

— У вас есть время на пререкания? — Шейн повернул голову вправо.

Там, на другой стороне улицы, ведущей к площади, быстро мчались странные фигуры. Они находились еще далеко, поэтому глазу нормального человека не было видно, что это были монстры, однако Шейн не только видел их, но и слышал, и чувствовал их запах, поэтому даже не сомневался в том, кто же это был.

— Первая волна на подходе, — спокойно предупредил парень. — Удачи.

Шейн, развернувшись, и впрямь направился прочь от площади. Стоять в эпицентре этого ада настроения у него не было, как и привлекать к себе внимание кого-либо.

«Монстров мне одному не остановить, — размышлял парень, поглядывая на брошенные беженцами вещи, которые то тут, то там валялись под ногами. — Нужно просто найти Латишу и убраться отсюда как можно скорее».

* * *
Быстро отскочив назад, Латиша активировала воздушное заклинание. Магические круги, возникшие под ее ногами, осветили собой весь темный переулок. Перед вытянутыми ладонями девушки появились неуловимые взгляду потоки ветра, они одной волной помчались вперед, прямо к надвигавшемуся противнику.

Моржана, ощутившая колющий неприятный ветер, сразу отскочила. Те воздушные потоки, что успели до нее добраться, поранили ее руки и ноги, оставляя неглубокие, но не приятные царапины.

«Она постоянно сокращает расстояние между нами, — размышляла Латиша в ходе сражения. — Я плоха в ближнем бою, мне точно нельзя приближаться к ней».

Еще одно яркое сияние, исходившее со стороны Моржаны, охватило собой темный переулок. Температура в этом месте начала подниматься, и даже сам воздух будто постепенно становился обжигающим.

Перед собой Латиша увидела сразу несколько огненных шаров. Осознавая, какая сила была вложена в эту атаку, девушка сразу поняла, что не смогла бы отразить ее полностью.

Как только шары помчались в ее сторону, она отскочила назад. Один из сгустков пламени подлетел к ней справа, в то время как другой, немного отстававший, летел примерно в область ее колен спереди.

Латиша быстро подалась вперед, позволяя первому огненному шару пролететь прямо над ней, переместила вес тела с ног на руки и через мостик вновь выпрямилась, тем самым позволяя другому шару, не останавливаясь, проскочить прямо под ней.

Третий огненный сгусток, летевший уже в голову, Латиша также ловко избежала. Она просто вовремя отступила вправо, позволяя ему пролететь мимо.

Машинально девушка приподняла руки, будто бы уже готовясь атаковать в ответ, однако, к своему удивлению, ее противник за это время уже успел приблизиться к ней вплотную.

Не ожидавшая этого Латиша попыталась отступить, и тотчас тяжелый удар Моржаны пришелся прямо по ее животу. Сила этой атаки была не магической, но ее мощь ощущалась отчётливо.

Латишу отбросило назад. Стоило ей затормозить, как от боли она сразу схватилась за живот.

Однако Моржана на этом не останавливалась. Вновь сблизившись с противником, она сжала ладонь в кулак и направила его прямо в лицо Латиши, будто бы желая его разбить.

Инстинктивно девушка успела поднять руки и прикрыть ими лицо, однако удар Моржаны все равно оттолкнул ее назад. Сами руки Латиши по инерции ударились о ее лицо, вызывая сильную боль.

Склонившаяся от слабости Латиша больше не стала ждать. Она высоко подняла обе руки и активировала все ту же ветряную магию, но уже с такой силой, от которой Моржану буквально отшвырнуло назад.

Этот ветер поднял собой все: обрывки листовок, валявшиеся на земле, несколько мусорных баков, стоявших вдоль стен, и даже волосы самой владелицы магии. Пышные белоснежные локоны Латиши рухнули на нее, словно горсти снега, и так и запутались на голове в виде большого гнезда.

Тем временем Моржана поднялась и выпрямилась. Из-за температуры, которую она поддерживала вокруг себя, атаки Латиши практически не задевали ее. Воздух вообще было сложно превратить в настоящую атаку; для этого требовались определённые познания и навыки.

Недовольно цокнув, Моржана выпрямилась и выплюнула сгустки крови, собравшиеся на ее языке. Усмехнувшись, она взглянула на противника и иронично прошептала:

— Язык прикусила. Какая ласковая у тебя магия.

— Думаешь? — Латиша, радостно улыбнувшись, приподняла обе руки и встряхнула ими свои волосы так, чтобы те вновь легли привычным образом. — Я так рада, что ты оценила.

Эти слова прозвучали до подозрительного искренне и счастливо. Моржана, сощурившись, спросила:

— Ты серьезно?

Латиша широко улыбнулась. Посмотрев в фиалковые глаза соперницы, она ответила:

— Нет, конечно.

Внезапно Латиша щелкнула пальцами. В тот же миг под ногами Моржаны возник неизвестный светло-голубой магический круг, явно не принадлежавший ей самой.

Девушка попыталась выскочить из области действия атаки, но ее буквально отшвырнуло в сторону стены, вынуждая ее боком прибиться к ней.

Латиша высоко подняла правую руку и, нахмурившись, создала напротив себя несколько еле заметных глазу воздушных вихрей. Эта атака, словно пуля, помчалась к своей цели, но неожиданно, добравшись до нее, она будто растворилась.

Латиша удивленно замерла, а Моржана, тем временем, оттолкнувшись левой рукой от стены, выпрямилась. Ее взгляд казался поистине пугающим.

Между тем воздух в переулке становился все плотнее, все жарче. Латиша быстро поняла, что причина, по которой ее атака не сработала, была напрямую связана с температурой.

Осознавая, что продолжать сражение в этом месте было безрассудно, Латиша резко развернулась. Она увидела яркий свет, возникший где-то позади, и осознала, что Моржана была готова бить прямо в спину.

Выход из переулка находился буквально в паре шагов. Разогнавшись, Латиша смогла быстро выскочить на главную улицу, но отчего-то вместо радости она почувствовала опасность. Обычно переполненная людьми улица казалась какой-то настораживающей и довольно тихой. С первой же секунды стало заметно, что людей не было в округе, и доказательством их пребывания служили только вещи, оставшиеся лежать то тут, то там на земле.

Чувство приближения неожиданно стало ощутимо с двух сторон. Во-первых, из-за спины, где находилась Моржана. Во-вторых, по правую руку.

Не останавливаясь и, быстро переведя взгляд вправо, Латиша заметила огромного монстра, стоявшего рядом с ней. Это создание, напоминавшее своими ушами и мордой кролика, а телом самого настоящего огромного орка, подняло свою большую лапу вверх, прямо над девушкой.

Глаза Латиши расширились от удивления. Она вмиг поняла почему рядом не было людей, и вмиг осознала, что ей предстояло сражаться сразу против двух противников.

«Я должна защититься на ходу, но… — Латиша успела резко обернуться, так и не останавливаясь. — Это моя большая слабость…»

Девушка приподняла обе руки вверх. К собственному ужасу, она видела тот огненный шар, что мчался прямо к ней, однако она также понимала, что в этой ситуации было лучше попасться под огненную атаку, чем оказаться раздавленной в лепешку.

Магические круги появились под ее ногами, а над ладонями девушки быстро возник вихрь. Этот сильный ветер моментально оттолкнул руку монстра вверх, вынуждая его даже потерять равновесие и повалиться назад.

В то же время атака Моржаны попала прямиком в Латишу и сшибла ее с ног. Девушку отбросило прямо к фонтану, в который она и рухнула.

Моржана, ощутившая неладное, вышла из переулка следом. Так же, как и Латише, ей потребовалась лишь секунда для того, чтобы заметить резкую смену обстановки. Удивленно задумавшись над тем, что же произошло в городе, и как так получилось, что они этого не заметили, Моржана нахмурилась.

Между тем справа прозвучал сдавленный стон. Монстр, навалившись вперед, взмахнул лапой, будто бы собираясь сбить ею Моржану, словно кеглю, и у него были на то силы.

Не сразу опомнившаяся девушка лишь в этот миг обернулась к противнику, и осознала, что отразить атаку она уже не успеет. Ужас охватил ее.

Лапа создания подлетела к ней практически вплотную, и неожиданно, в тот же миг, под телом этого монстра появилось уже знакомое светло-зеленое сияние. Монстра оттолкнуло в сторону, вынуждая его повалиться на деревянные постройки.

Латиша, лицо которой было частично покрыто сажей, а волосы сожжены до уровня плеч, натянуто улыбнулась. Она чувствовала боль каждой частичкой своего тела. Ее всю трясло, ее одежда была сожжена настолько, что лишь грудь прикрывала тонкая ткань наполовину выжившей рубашки, и даже ее оставшиеся в живых колготки лишь частично скрывали нижнее белье.

«А вот если я не двигаюсь, — с радостью задумалась Латиша, — защищаться куда проще».

Шокированная Моржана обернулась в сторону фонтана и возмущенно закричала:

— Не смей мне помогать!

Латиша вздохнула и, наклонившись назад, вновь повалилась в воду. В качестве ответа она лишь приподняла руку с оттопыренным в знак согласия большим пальцем.

— Что это еще за жесты? — вновь закричала Моржана.

Неожиданно до сознания донесся хруст. Обернувшись к монстру, который в этот момент начал постепенно выбираться из полуразрушенного им дома, Моржана с презрением посмотрела на него. Орк-кролик точно не вызывал у нее симпатии.

Высоко подняв правую руку, девушка активировала свою обычную огненную магию. Сгустки пламени стали появляться напротив нее друг за другом, однако, сближаясь, они стали сливаться воедино.

Монстр, выпрямившись, с громким воплем бросился в сторону волшебницы, и именно в этот момент атака девушки настигла его.

Пламя врезалось в грудь монстра, пробивая в ней дыру, а его остатки охватили тело вздрогнувшего создания, начиная полностью испепелять его. Монстр взвыл и завертелся, но постепенно его крики начали становиться все тише.

Моржана выдохнула и быстро развернулась в сторону фонтана. Даже несмотря на то, что Латиша была практически без сознания, она была готова продолжить бой, однако ей помешали.

Внезапно Моржана ощутила, как нечто небольшое, но сильное, смогло ухватиться за ее щиколотку. Удивленная девушка опустила голову, и тотчас щупальце, схватившееся за нее, потянуло ее в сторону.

Моржану перевернули и быстро подняли над землей. Девушка вскрикнула, и в этот же миг щупальце ударило ее о землю так, будто бы желая умертвить.

Моржана грохнулась на каменную тропу прямо лицом, и от боли замерла, между тем, щупальце потащило ее к себе. Оно вновь приподняло ее и приблизило к своему основному телу.

Этот монстр, напоминавшей растение своими вьющимися зелеными конечностями, был известен тем, что он зарывался в землю и охотился на живые объекты с помощью щупалец. Вот и сейчас он смог зарыться посреди улицы и начал притаскивать к себе буквально все, что шевелилось.

Как только Моржану вознесли над телом чудовищного создания, оно сразу же открыло свою огромную круглую пасть. Ногу девушки быстро выпустили, и она мгновенно рухнула прямо внутрь этого опасного существа.

Прозвучало нечто, подобное хлопку. Пасть монстра захлопнулась, а его щупальца осторожно опустились на землю, вновь пытаясь как-то скрыться посреди нее.

Прошла одна секунда, две, и все это время напряженная тишина прерывалась лишь хрустом пламени, сжигавшем монстра неподалеку, а также плеском воды в фонтане.

Латиша, приподнявшись, шокировано посмотрела в сторону того создания, что сумело поглотить Моржану. Подобных монстров она еще никогда в жизни не видела, и, казалось, то, что она должна была испытывать, называлось страхом, однако это было не так. В этот момент Латишу скорее тревожили волнение и одна четкая мысль:

«И это все?»

Внезапно все щупальца монстра разом поднялись и затарабанили по округе. Странный сдавленный писк становился все сильнее с каждой секундой, а тело монстра, зарывшегося в земле, начало как бы приподниматься и расширяться.

Раздался взрыв. Этот оглушающий хлопок, куски земли и плоти, разлетавшиеся в разные стороны, а также отвратительно-вонючий зеленый желудочный сок, наполнили собой весь этот небольшой отрезок улицы.

Моржана, выбравшись из дыры в земле, осторожно приподнялась и выпрямилась. Теперь она выглядела не лучше самой Латиши, принявшей на себя огненную атаку.

Тело Моржаны было частично покрыто слизью, от нее исходил пар, одежда местами была сожжена, а кожа обожжена. При этом девушка была вся в крови; лишь ее правый глаз открывался нормально и смотрел куда-то вперед, а вот левый был не то ранен, не то просто залит кровью настолько, что смотреть им было невозможно.

— Я вам не корм какой-то, — зловещим шепотом произнесла девушка, сжимая руки в кулаки.

Латиша, наблюдавшая за этой сценой, чувствовала себя двойственно. С одной стороны она явно испытывала облегчение, а с другой стороны ее страшила мысль, что этот человек хотел ее убить.

Внезапно где-то на крыше домов появились фигуры еще нескольких монстров. Эти создания, размером не превышавшие человеческие, быстро разогнались и прыгнули прямиком на Моржану. Казалось, настолько израненная девушка уже была не способна сражаться, но и это было не так.

Моржана, собрав все свои силы, решила рискнуть. Она вспомнила то сложное заклинание, которое еще с момента отбытия в академию у нее не получалась, и мысленно начала вырисовывать в своей голове нужные магические круги. Под ее ногами появился первый круг, следом второй, третий возник уже не так охотно, но затем, как только монстры оказались рядом, появился и четвертый.

Девушка, зловеще улыбнувшись, активировала магию. Из кругов под ее ногами начали появляться огненные цепи. Они, схватившись за двух монстров, что пытались наброситься на Моржану, тут же обвили их и прижали к земле.

Монстры завопили от боли. Одно только соприкосновение с горящими цепями вызвало дым и неприятный запах жжёной плоти. Обвивая противников все сильнее, эти цепи начали не столько сжигать их, сколько расплавлять внутри своего тугого кокона. И это случилось бы со всеми, кто приблизился бы к Моржане в этот момент.

«Впервые получилось… — счастливо размышляла Моржана, сжимая руки в кулаки. — Ха-ха. Теперь я точно нагнала Джулиану, наконец-то».

Латиша, не отрывавшая взгляда от этой девушки, прекрасно видела ее кровожадную улыбку. От Моржаны веяло безумием, и это было хорошим знаком к отступлению.

Девушка, осторожно приподнявшись, перебралась через бортик фонтана и незаметно поползла в противоположном направлении.

«Отойду-ка я подальше…»

Внезапно Латиша замерла. Она услышала где-то позади тихий щелчок и сразу поняла, что что-то было здесь не так. Оглянувшись, девушка встретилась с угрожающим взором Моржаны, в упор смотревшем на нее.

Склонив голову влево, дочь семейства Дорианов спросила:

— Куда ты собралась?

19. Так не хочется

Осторожно проведя рукой по поверхности земли, Шейн задумчиво приподнял ее и осмотрел. На кончиках своих пальцев он увидел нечто черное, напоминавшее не то пепел, не то золу. Запах в округе стоял паленый, да и монстры, что находились рядом, были все либо перебиты, либо сожжены.

«Это место находится не так далеко от площади».

Шейн задумчиво начал оглядываться. Вся улица, на которой он находился, будто бы пережила бомбардировку. Несколько зданий были раскрошены, повсюду виднелось пламя. Даже небольшой фонтан, находившийся в этом месте, был разбит на мелкие кусочки. Вода растекалась от него в разные стороны.

Правда, куда больше всего этого внимание привлекли небольшие ошметки черно-белой ткани, валявшиеся неподалеку от фонтана. Их оттенки сразу подсказывали, что эта одежда принадлежала ученику Цветочной академии.

«Скорее всего, эти лоскуты действительно от формы Латиши, но почему тогда здесь я вижу следы огненной магии, а не ветряной?»

Шейн поднялся на ноги и вновь оглянулся. Сомнения с каждой секундой все больше настигали его, вынуждая то и дело оглядываться по сторонам. На самом деле последствия ветряной магии были незаметны не потому, что их не было как таковых. Просто сложно было различить среди многих других разрушений именно те, которые создавались ветром.

«Огненный монстр? Нет, вряд ли. Тогда… Это маги или рыцари? Они пришли на помощь или, наоборот, напали? Кстати говоря, магов-то я с начала инцидента и не видел…»

Топот ног отдаленно начал доходить до сознания. Шейн, услышавший надвигавшуюся группу людей еще издалека, неспеша оглянулся и задумчиво замер. Вскоре к нему навстречу действительно вышли мужчины, на телах которых были видны уже знакомые змеиные татуировки.

Встреча этой группы и самого Шейна не казалась случайной. Все вели себя спокойно, будто бы так и должно было быть. Шейн также не выражал и толики волнения, ведь на самом деле он не видел причин для того, чтобы переживать из-за возможности нападения.

Слегка приподняв подбородок, серебровласый юноша недоверчиво спросил:

— Вы что-то еще затеваете?

Стоявший впереди всей колонны мужчина также горделиво приподнял голову. Сам он был не ниже Шейна. У него также была хорошо развита мускулатура, что показывало, как минимум, достаточную степень выносливости.

— Это ты убил Заррела? — прозвучал низкий хриплый голос.

— Я не знаю, как его звали, — равнодушно отвечал Шейн. — Но кого-то я сегодня точно убил. Хотите отомстить?

Мужчина нахмурился. Казалось, будь его воля, и в этот поединок он бы вступил не думая, но все же что-то сумело удержать его в узде. Сжав руки в кулаки, незнакомец звонко произнес:

— Лидер зовет тебя.

— Предлагаете идти к нему?

— Сейчас же.

Шейн замолчал всего на пару секунд. В это время он успел быстро пробежаться по головам противников и примерно прикинуть их число, параметры, а также навыки.

— Не хочу, — уверенно заявил Шейн уже спустя секунду. — Чувствует мое сердце, что, стоит кому-то увидеть меня рядом с вами, и я стану врагом номер один для всего мира.

Внезапно раздался грохот. Сильный удар, пришедшийся по соседнему дому, вызвал тряску. Люди, как и Шейн, инстинктивно пригнулись и попытались отбежать в сторону, сами еще не понимая, что же именно произошло.

Только спустя мгновение, Шейн, опомнившись, выпрямился и приподнял голову. В это время на месте еще стоявшего недавно целого здания сейчас находились руины, а рядом с ними, вышагнув из-за переулка, появилась фигура крупного длинного монстра. Сказать, что это было за создание, оказалось сложно. Его туловище напоминало гадкую колебавшуюся слизь, странные черные ноги и лапы торчали в разные стороны, а вместо лица красовался огромный красный глаз.

Монстр, быстро подхватив одного из убегавших мужчин, внезапно подбросил его в своей массивной лапе, словно игрушку, и резко сжал. Человек от боли застонал, но вскрикнуть даже не успел. Все его тело оказалось сжато, словно тонкое тесто. Лишь голова, торчавшая из этой подобной человеческой лапе, осталась частично целой, хотя кровь, слезы и прочие жидкости при этом сжатии буквально полились из всех щелей.

Шейн инстинктивно отступил. Увиденное показалось ему настоящим кошмаром, хотя с подобным когда-то он уже сталкивался.

Другой мужчина, тот самый предводитель, быстро подняв руку, скомандовал:

— Бежать! В рассыпную!

Шейн обернулся лицом к незнакомцу и смерил его зловещим взором. Он довольно быстро вспомнил о том, кто был виноват во всех этих беспорядках. Недовольно хмурясь, он произнес:

— Вы идиоты, потому что думали, что сможете контролировать монстров.

К удивлению Шейна и даже самого главаря, прозвучал еще один голос:

— Мы так не думали.

Шейн, услышав этот голос, задумчиво оглянулся. Когда он понял, что звук доносился откуда-то сверху, то недоверчиво приподнял голову.

Незнакомый юноша, находившийся на вершине здания где-то по левую руку, слегка склоняясь, улыбался. Первым, что бросилось в глаза Шейна, стали черно-белые волосы этого человека, так напоминавшие волосы самого Шейна, которые частично сменили свой окрас после потребления мяса монстров.

— Нам с самого начала было ясно, — продолжал незнакомец, — что монстры — это безумные создания, контролировать которые просто невозможно.

— Тогда… — Шейн недоверчиво хмурился. Смутные сомнения уже начали терзать его, сообщая о том, что этот человек и мог быть зачинщиком случившегося.

Незнакомец усмехнулся. Быстро выпрямившись и, раскинув руки в стороны, он явно не без радости в голосе ответил:

— В мире, где даже магия контролируется женщинами, лишь никому неподвластные монстры могут быть нашей силой. Вот о чем мы думали.

Этот ответ примерно был схож с тем, какой Шейн представлял в своей голове. Когда-то в прошлом он и сам задумывался над тем, что, раз монстры — это общей враг, тогда именно они и могут победить женщин в этом мире. Однако сама эта мысль была сразу отвергнута Шейном из-за своей опасности и непрактичности.

Недоверчиво сощурившись, Шейн спросил:

— Ты еще кто такой?

Незнакомец замер. Он серьезно посмотрел в глаза собеседника, будто бы размышляя над тем, стоит ли ему вообще что-то объяснять. Затем, коварно улыбнувшись, он все же ответил:

— Я Адан Азаро.

Предчувствие внезапно забило тревогу. На мгновение отвлекшись от Адана на монстра, Шейн, искоса посмотрел куда-то в сторону. Так, возле обломков бывшего здания он заметил, что монстр вновь пришел в движение. Инстинктивно отскочив назад, Шейн подумал:

«Не припомню такого имени».

Монстр, замахнувшись своей огромной лапой, словно бейсболист, швырнул тело убитого им человека в сторону группы столпившихся людей. Эта меткая и сильная подача сбила с ног сразу пятерых мужчин.

Шейн же, успевший отступить, спокойно выпрямился и еще раз для безопасности отшагнул назад. Лишь спустя пару секунд его взгляд вновь вернулся к крыше, на которой стоял незнакомец. Адана там уже не было.

Внезапно знакомый звонкий заинтересованный голос раздался прямо из-за спины:

— Ты не собираешься его убивать?

Шейн даже не обернулся. Продолжая куда-то недовольно смотреть вперед и, явно ощущая присутствие Адана позади, он размышлял:

«Как он так быстро переместился, и почему я ощутил его только после того, как он заговорил? Я ведь даже не ощущаю исходящую от него ману. Он же не маг?»

Монстр, резко выпрямившись, обернулся в сторону Шейна. Его огромный пронзительный глаз уставился прямо на лицо парня, вызывая у него довольно мрачные пугающие мысли. В такой ситуации, когда противник явно хотел на тебя напасть, стоило бежать, но Шейн отчего-то решил поступить иначе.

Дождавшись того момента, когда лапа монстра высоко поднимется, и резко начнет опускаться, юноша внезапно отвел руку в сторону, ухватился за стоявшего позади Адана и внезапно развернулся. Он отшагнул так резко, что умудрился потянуть за собой Адана и поменяться с ним местами.

В тот же миг Шейн, выпустив одежку юноши вместе с его плащом из своих рук, быстро отскочил назад. Его серьезный взгляд не дрогнул ни на секунду, да и сам он не засомневался в своих действиях.

Адан, с нервной улыбкой оставшийся на месте, посмотрел на летевший к нему кулак монстра и растерянно протянул:

— Какой ты оказывается…

Прозвучал грохот. Удар монстра явно пришелся по тому месту, в котором стоял Адан, и от него сама земля погнулась и задрожала.

Шейн, беспрепятственно увеличивший дистанцию, молчаливо начал ждать. Мысленно он понимал, что Адан со своим перемещением вряд ли умер бы после такой атаки, и потому просто попытался догадаться, откуда же тот мог появиться на этот раз.

— Но! — прозвучал громкий крик сверху.

Шейн, услышав его, высоко поднял голову и посмотрел куда-то в небо. Там, прямо над головой монстра на плотном темном полотне, напоминавшем летающий ковер, стоял Адан. Юноша в черном плаще широко и как-то радостно улыбался, смотря на Шейна сверху вниз.

Шейн же, непонимающе рассматривая его, размышлял:

«Да, ну… Ковер самолет? Что это за восточные сказки?»

— Я тоже, — закричал Адан, — не хочу раскрывать свои возможности слишком рано.

«Магии и впрямь не чувствую, — Шейн неосознанно сощурился, — значит, дело в предметах. Летающий ковер один из них? Такой же, как серьги-переводчики?»

Приподняв голову и, уверенно взглянув на лицо странного счастливого юноши, Шейн громко спросил:

— Это значит, что мы просто разойдемся?

— Нет. — Адан широко улыбнулся, на мгновение прикрывая глаза. — Из этой ситуации всего два выхода, Шейн.

Собственное имя как никогда сильнее резало слух. Шейн вновь неосознанно начал хмуриться и размышлять:

«Так ему уже известно мое имя, да? Когда? Кто-то из его ребят подслушал наши разговоры с Латишей в городе?»

— Первый вариант, — Адан приподнял правую руку и вытянул палец вверх, — ты присоединяешься к нам и даешь клятву верности.

— Я не дал эту клятву даже своей семье, с чего бы мне подчиняться вам?

— Второй вариант, — Адан поднял уже третий палец, пронзительно смотря в сияющие при свете городских огней янтарные глаза Шейна, — мы избавляемся от тебя.

Внезапно монстр вновь замахнулся лапой. Шейн, заметив это, инстинктивно активировал ледяную магию и, воссоздав перед собой стену, спокойно укрылся за ней. Монстр вдарил кулаком по стене, но та, пусть и задрожала, не рухнула.

— Зачем? — спрашивал Шейн, продолжая смотреть в глаза юноши. — Вы мне безразличны. Я не собирался сражаться с вами.

— Ты опасен, Шейн. — Адан задумчиво сощурился. — Не хотелось бы, чтобы наши пути пересеклись еще раз.

Шейн вздохнул. В этот миг монстр вновь замахнулся и устремился к нему, будто собираясь на этот раз во что бы то ни стало пробить защиту.

Парень так и не пошевелился. Тяжелый удар крупного создания пришелся по его ледяной стене и с грохотом пробил ее. В потоке пыли, поднявшийся в воздух, прохладного плотного ветра и погасших в округе огней все пространство на мгновение погрузилось в темноту. Не было видно ничего; лишь верещание монстра и его тяжелые шаги были слышны.

— Тогда, — внезапно прозвучал голос Шейна неподалеку, — я просто избавляюсь от всех вас.

Адан, моментально отреагировав на эти слова, опустил голову и заметил прямо под собой Шейна.

Упорный юноша, взобравшись по лапе монстра в момент нанесения им атаки, успел разогнаться так сильно и подпрыгнуть так высоко, что своей рукой он уже практически дотягивался до ковра, на котором стоял его противник.

Быстро отреагировавший Адан начал подниматься выше, и тогда Шейн, осознавая, что его прыжок вот-вот превратится в падение, активировал магию. Яркое в окружающей тьме сияние возникло прямо под его ногами, прохлада льда начала ощущаться на кончиках пальцев и даже в воздухе.

Шейн, представив замораживание самого ковра вместе с Аданом, быстро щелкнул пальцами. Свет от магии стал еще ярче, предвещая начало замораживания, но неожиданно прозвучал тихий треск. Магический круг Шейна моментально пропал, свет исчез, а лед так и не появился.

Юноша, повалившийся назад, удивленно подумал:

«Магия не работает?»

Монстр, будто заметивший возникшее и сразу потухшее сияние, быстро взмахнул над своей головой обеими лапами, будто бы отмахиваясь от мух.

Шейн никак не успел увернуться от этого удара. Он лишь весь сжался и плотно стиснул зубы, и попытался прикрыть голову руками.

Удар пришелся прямо по правой руке. Лапа монстра откинула Шейна куда-то в сторону крыш. Парень рухнул с громким тяжелым звуком буквально на вершину крыши. Лишь инстинктивно, уже ощущая, что его тело начинает скатываться по косой поверхности вниз, он приподнял руку и ухватился ею за что-то.

Боль от падения была довольно сильной. Шейн почувствовал, как все его тело содрогнулось, и еще пару секунд из-за этого он просто не мог прийти в себя.

Однако подсознание вернуло его к реальности быстро. Открыв глаза, Шейн посмотрел в небо, где уже виднелась неподалеку от него фигура Адана. Ощущая неладное, Шейн быстро подскочил и, попытавшись устоять, сделал широкий шаг вперед.

В тот же миг позади него появилось яркое красное сияние. Столь необычный свет вынудил парня инстинктивно оглянуться. Шейн, посмотрев в сторону Адана, заметил на его шее несколько сияющих подвесок с рубинами, а в его руке нечто, напоминавшее посох. Свет, видимый поблизости, исходил от того самого посоха, а именно от сферы, находившейся в нем. Этот свет и эта сфера быстро накапливали в себе окружающую ману.

Адан, вновь радостно улыбнувшись, произнес:

— Какая жалость.

* * *
— Ваше высочество! — истошно закричала Аниана Ланж. — Нам нужно отступать!

Девушка с распущенными темно-синими волосами стояла с вытянутыми вперед руками. Прямо напротив нее, произрастая из земли, возникали огромные древесные корни. Они, образуя собой защитную стену, закрывали ее и ее спутницу от той стаи монстров, что раз за разом набрасывалась на них.

По другую сторону стены, которая перекрывала собой всю улицу, находилось столько опасных существ, что победить их всех казалось просто нереальной задачей. Они, словно вода, останавливаемая платиной, все больше давили на стену из растений.

В то же время Урсула де Аскания, взмахнув клинком, быстро разрубила нападавшего на нее монстра. Кровь этого создания брызгами поднялась в воздух и запачкала короткую юбку девушки. Она, как и Аниана, находилась по одну сторону от древесной стены.

— Я не могу отступить, — закричала Урсула, — когда на кону жизни моих людей!

Аниана была практически в ярости. Так как она была магом внешнего типа, она собирала всю ману в округе для контроля своей способности, и сейчас ей приходилось делать это без остановки, ведь даже древесная стена без постоянного прироста просто не смогла бы сдержать всех тех существ.

— Моя жизнь будет на кону, — закричала Аниана, — если вы не отступите.

— Так беги одна!

Урсула быстро пнула ногой нападавшего на нее монстра и в то же время, приподняв ладонь правой руки, воссоздала напротив себя огненный шар. Простая, но действенная магия помчалась к двум человекоподобным существам и быстро сшибла их с ног. Монстры, попавшие под эту атаку, оказались буквально поглощены огнем.

— А потом, — недовольно заговорила Аниана, уже не скрывая своих истинных эмоций, — под гильотину за то, что не смогла Вас защитить?

Внезапно тело пробрал моросящий ветер. Ощутив его, Аниана, как и Урсула, вздрогнула. Обе девушки, оглянувшись, посмотрели на крыши стоявших поблизости домов и заметили, как те начали быстро покрываться коркой льда. Странный свист, становившийся все сильнее, будто подсказывал, что нечто очень быстро приближалось к ним.

«Лед?» — мимолетно подумала Аниана.

В тот же миг перед глазами промчалась чья-то фигура. Вместе с этим ветер стал столь сильным, что заставило зажмуриться и прикрыть лицо руками. Капли сильного дождя по наклонной быстро рухнули на улицу, а часть ее, прямо над которой и пролетел этот странный объект, полностью покрылась плотной коркой льда, замораживая собой и живые и неживые объекты.

Грохот, раздавшийся из-за приземления падающего нечто, послышался отчетливо. Вздрогнув из-за него, а также и из-за капель холодного мгновенного дождя, девушки резко выпрямились и хором пискнули.

Именно в этот момент Аниана, как и Урсула, увидела, что ее стена из корней оказалась полностью покрыта льдом. Удивленная девушка опустила руки и перестала использовать ману, и именно тогда ее стена обрушилась вместе с охватившими ее кусками льда.

Шокированные девушки уставились на целый сад из стоявших вплотную друг к другу уродливых фигур. Все те монстры, что находились позади древесной стены, оказались скованы льдом.

Первые секунды шок не позволял мыслить здраво. В какой-то момент даже с трудом стало вериться в то, что все это не было сном.

В тот же миг, будто по команде читавшего мысли фокусника, промораживавший до самого основания лед раскололся, а вместе с ним раскололись и фигуры. Целая толпа из монстров просто исчезла, оставляя после себя лишь кучи мелкого льда и снега.

Опомнившись, девушки переглянулись. Они будто попытались понять, было ли это сном, или все же нет. Тотчас странный звук раздался откуда-то справа.

Оглянувшись на него, Аниана и Урсула заметили, что недавно стоявший рядом целый дом сейчас был частично разрушен. Из его обломков, слегка прихрамывая, вышла мужская фигура.

Шейн чувствовал себя просто отвратительно. Все тело трясло от боли, но еще больше его раздражало чувство холода, которое он был вынужден терпеть при использовании этой мощной магии.

— Отлично, — прошептал Шейн, намеренно широко расставляя ноги, чтобы не упасть. — Почти не больно.

Будто на зло в горле застрял неприятный ком. Прокашлявшись, Шейн сплюнул сгустки крови на землю и попытался успокоить дрожь.

«Если бы не использовал магию во время приземления, точно бы умер».

Перед глазами все плыло. Шейн даже не помнил, когда в последний раз пребывал в подобном состоянии, но сейчас он отчетливо понимал, что потрепало его после этой атаки знатно.

Неожиданно где-то справа прозвучал рев неизвестного монстра. Это создание, спрыгнувшее с крыши домов прямо к Шейну, раскинуло свои лапы в стороны и нависло над ним так, будто бы собираясь наброситься.

Шейн поднял на монстра равнодушный уставший взгляд. Вытянув правую руку, он активировал магию льда и недовольно проговорил:

— Не мешайся.

Напротив монстра появилась ледяная стрела, которая, врезавшись в его грудь, пробила ее и потянула его вместе с собой. Создание просто рухнуло на землю, а Шейн, оставшись на прежнем месте, добавил:

— Я не в настроении.

Ощущение чужого присутствия не давало покоя. Шейн, повернув голову вправо, заметил двух девушек, находившийся рядом и в шоке смотревших на него.

— Эй, — серьезно позвал Шейн, вынуждая обеих девушек вздрогнуть, — вы, ученицу нашей академии с белыми волосами не видели? Маленькая такая, на кролика похожа.

Лишь после этих слов Урсула и Аниана обратили внимание на то, что Шейн был одет в форму их академии. Не заговори он с ними, так вообще приняли бы за монстра.

— Н-нет… — хором произнесли незнакомки.

Шейн нахмурился. Понимая, что ему не врали, и все больше расстраиваясь из-за того, что у него никак не получалось найти Латишу, он устало вздохнул. К этому моменту, как казалось, и его тело перестало дрожать.

— Я бы советовал, — немного успокоившись, заговорил парень, — вам покинуть это место как можно скорее.

— Почему? — удивленно спросила Аниана.

Шейн замолчал. Объяснить причину этого совета в двух словах было довольно сложно. Потому что за ним гналась змеиная группировка? Или потому, что сюда должен был примчаться тот странный монстр?

— Потому что, — все же ответил Шейн, — скоро здесь будет очень много противников.

— Тогда… — Аниана задумчиво посмотрела на принцессу и, заметив сомнение, но в некотором смысле даже согласие в ее глазах, ответила за нее: — Так и поступим.

Неожиданно до сознания начал доноситься тяжелый топот ног. Это было очень нехорошим знаком.

Шейн, примерно осознавая, что же такое могло к нему мчаться, принял боевую стойку. В тот же миг из самой гущи домов, буквально раскидывая их в разные стороны, выскочил тот самый темный монстр с длинными черными ногами и лапами, огромным глазом и покрытым густой слизью туловищем.

Вместе с этим монстром в небе, на летающем ковре, появился Адан. Юноша, широко улыбаясь, удерживал в своей руке посох. При виде напряженного лица Шейна он звонко заговорил:

— Если ты не хочешь присоединяться к нам, придется от тебя избавиться.

Шейн недовольно нахмурился. Наблюдая за этим жутко раздражавшим его парнем, он размышлял:

«И как я должен останавливать нечто, на что не действует моя магия?»

* * *
Тяжело дыша и все с большим трудом перебирая ногами, Латиша бежала вперед по улицу, прямо в сторону той площади, на которой когда-то она рассталась с Шейном. Монстров в округе было все больше, но по сравнению с тем, что гналось за ней, они были уже не так страшны.

В какой-то момент спереди, прямо в центре площади, стали различимы фигуры людей. Группа незнакомцев в рыцарской форме, без остановки истреблявшая монстров то магией, то оружием, старалась удерживать свои позиции. Страшные создания мчались по улице прямо на них. Возможно, именно поэтому, когда между фигур бегущих монстров появилась фигура полуголой бегущей девушки, они так удивились.

Латиша, разогнавшись еще сильнее, высоко подпрыгнула. Прямо перед ней находилось создание, которое бежало отчего-то не так быстро, как хотелось бы. Благодаря прыжку Латиша сумела приземлиться на голову монстра-полурослика и, оттолкнувшись него, бросилась прямо навстречу Роне Ланж.

Синеволосая женщина-рыцарь выглядела не менее шокировано, чем все ее спутники. При виде бегущей навстречу буквально раздетой девушки, она спешно стянула с себя рыцарский пиджак и подбросила его вперед.

— Что случилось? — удивленно вскрикнула Рона.

Латиша успела подхватить подачу левой рукой, а правой, быстро отведя ее в сторону, она активировала магию воздуха. Монстр, кинувшийся на нее именно справа, оказался моментально отброшен в сторону на расстояние нескольких метров.

Латиша, резко затормозив, схватилась обеими руками за отданный ей пиджак и без лишних слов одела его на свои плечи. Все-таки вечерами было уже холодно, да и бегать в одних колготках было неправильно.

— Так, что… — заговорила Рона, но тут же замолчала.

Латиша, подняв на нее свой полный волнения и решимости взгляд, почти что закричала:

— Парень! Парень с черно-серебристыми волосами здесь был? Высокий, маг льда! Похож на сосульку, глаза как у птицы!

Рона моментально вспомнила странного юношу, не так давно покинувшего это место. Неуверенно приподняв руку и отведя ее влево, она тихо произнесла:

— Туда…

Латиша кивнула, спешно поклонилась и помчалась дальше.

Рона, не услышавшая и слова благодарности, замерла в полном шоке. Даже другие девушки-рыцари, окружавшие ее в этот момент, смотрели на нее с полным непониманием.

Внезапно где-то спереди раздался громкий взрыв. Еще издалека Роне и ее товарищам стало видно то, что происходило чуть больше, чем в паре метров от них. Странные огненные цепи, тянувшиеся откуда-то снизу, хватали всех монстров, находившихся рядом, и друг за другом сжигали их. Чем больше было монстров, тем больше возникало цепей.

Вскоре от всей огромной толпы ужасных созданий остались лишь единицы. Девушка, вокруг которой все возникало и распространялось пламя, решительно шла навстречу.

Первым, что бросилось в глаза, оказалась ее внешность. Волосы, форма лица — все напоминало внешность того самого парня, которого искала предыдущая беглянка. Следом в глаза бросились те травмы, которые покрывали тело прибывшей девушки, а также частично ее сожжённая одежда.

Моржана, приблизившись к Роне и быстро окинув взглядом всех присутствующих, строго спросила:

— Блондинка, в колготках, больная на голову.

Рона замолчала. Понимая, что Моржана гналась за Латишей не с самыми добрыми намерениями, Рона быстро приподняла руку и указала вправо, в противоположную сторону от того, куда на самом деле убежала упомянутая девушка.

Моржана не ответила ничего. Она просто развернулась и, немного присев, быстро разогналась и помчалась дальше.

Рона же, оставшись вместе со своими товарищами, растерянно прошептала:

— Что происходит?

— Кажется, — заговорила другая девушка, задумчиво почесывая затылок, — они тоже ученицы академии. Поссорились?

— Нашли время.

В то же время Латиша, бежавшая из последних сил, но даже не зная куда, взволнованно думала про себя:

«Шейн знал, что ли, что мне нужно будет бегать? Поэтому он начал мои тренировки именно с пробежек?»

На мгновение, чуть не споткнувшись о камень, девушка повалилась вперед. Однако в тот же миг она успела подставить другую ногу, поймать баланс и снова броситься бежать дальше.

Лицо Латиши стало шокированным. Еще раз прокрутив предыдущую мысль в своей голове, она будто познала важную истину, ахнула и спросила:

«Подождите, тогда он сразу тренировал меня к тому, что я буду бегать от его сестры?»

20. Так хочется спать

Тяжело дыша и уже с трудом продолжая стоять на ногах, Аррен, Бевис и Дакс пытались защитить находившихся за их спинами местных жителей.

Монстры, приближавшиеся спереди, казалось, все никак не кончались. В то же время что парни, что люди позади них, были в ловушке — их окружали лишь каменные стены зданий, которые, в теории, пусть и можно было пробить, но как далеко это позволило бы всем убежать было не ясно.

Быстро разогнавшись, Дакс с разбега подпрыгнул и ударил мчавшегося к нему монстра обеими ногами. В его теле было уже так мало маны, что бездумное использование ее казалось опасной затеей.

Повалив монстра на землю, парень резко склонился к нему и одним сильным мощным ударам разбил его череп. Звук, напоминавший не то хлопок, не то треск неприятно отозвался в сознании. Странное человекоподобное волосатое существо издало лишь тихий писк и замерло.

— Дакс! — раздался громкий крик справа. Услышав его, названный парень выпрямился и неожиданно для себя заметил уже подскочившего к нему монстра. Еще одно существо моментально впилось в его руку клыками, и, будто желая оторвать ее от тела, потянуло на себя.

Дакс резко поднял ногу и оттолкнул ею от себя создание так сильно, что то неохотно отцепилось, однако от этого пинка раны, оставленные его клыками, лишь увеличились.

Юноша сразу же отступил чуть дальше своих товарищей и замер на месте. Рука его болела столь сильно, что он практически не чувствовал кончиков своих пальцев. Ее будто пронизывало множество игл, и двигать ею было уже невозможно.

В то же время сражения Аррена и Бевиса продолжались. Огненный и земляной маги непрерывно атаковали противников, стараясь сохранять дистанцию, однако и они сами чувствовали, как быстро иссякали их магические силы.

— Почему вы еще не закончили?! — прозвучал истошный вопль из-за спины.

Дакс, удивленно оглянувшийся к стоявшим позади людям, среди всех заметил несколько недовольно смотревших на них женщин. Две из них стояли со скрещенными на груди руками, третья же просто недовольно топала ногой.

— Вы еще себя магами называете? — продолжала вопить одна из женщин. — Как долго еще будет продолжаться это представление? Мне нужно возвращаться домой.

Сказать, что Дакс пребывал в шоке, ничего не сказать. Его товарищи также слышали эти крики, но предпочитали концентрироваться на бое и даже не оборачиваться.

— И все-таки мужчины есть мужчины, — женщина недовольно цокнула, — бесполезные создания, за что бы они не взялись.

— Ха? — Дакс насмешливо, даже немного зловеще улыбнулся. Повернувшись полубоком к этой недовольной особе, он явно привлек ее внимание своей усмешкой и заставил насторожиться. — Слушай, может быть, ты тогда сама попробуешь?

Женщина вся возмутилась. Выпрямившись и высоко задрав голову, словно курица, она на выдохе спросила:

— Как ничтожество смеет со мной так разговаривать?

Дакс улыбнулся еще шире. Его пробирало возмущение еще больше, чем саму эту капризную особу, хотя бы потому, что теперь его рука не могла нормально двигаться из-за ранения, которое он получил, защищая ее.

— Как простолюдинка посмела раскрыть свой рот?

Услышав эти слова, женщина и впрямь замолчала. Вопрос Дакса был адресован напрямую к ее социальному статусу, и если нужно было судить между собой мужчину, но из дворянской семьи, и женщину, но из простого люда, тогда в преимуществе всегда был первый.

Внезапно где-то сверху, буквально в паре метров, прозвучал посторонний мужской голос:

— Правильный ответ, правильный…

Странный незнакомец со змеиной татуировкой, набитой прямо на его лице, стоял где-то на крыше здания. Широко улыбаясь и, одобряюще смотря на Дакса, он заговорил:

— Нужно сразу затыкать таких самовлюбленных идиоток, а еще лучше толкать ее в лапы монстра, чтобы поняла, какого это.

Дак молчал. Он, как и все присутствующие, поднял взгляд на говорившего незнакомца, и замер. С какой стороны не посмотри, а появление этого мужчины выглядело подозрительным. Он отталкивал своей внешностью с первого взгляда: лицо было будто обгоревшим, кожа на нем была частично облезшая, частично скукоженная. При этом поверх всего ожога была нанесена странная татуировка.

— Кто ты такой? — настороженно спросил Аррен, уже предчувствуя дальнейший ответ.

Мужчина перевел свой взгляд на юношу в очках, стоявшего в сияющем магическом кругу, и с усмешкой ответил:

— Один из тех, кто привел монстров за руку в этот город.

— Так это все твоя вина?! — истошно закричала женщина, будто бы совсем ничего не опасаясь. — Немедленно разберись со всем этим, а иначе…

— Иначе что? — мужчина наклонил голову влево, но так резко и так сильно, что его шея издала неприятный хруст. — Нападешь на меня?

— Рыцари…

— Ах, рыцари… — Мужчина закатил глаза и поистине зловеще начал посмеиваться. — Это те, которые в качестве жертвы на корм пошли? Или те, которые еще пытаются отбиваться? Так или иначе, — серьезный взгляд опустился на незнакомку и практически до дрожи пугающе посмотрел в ее глаза, — умрут все.

Наступила тишина. Люди, не понимавшие деталей всего того, о чем говорил этот человек, настороженно оглядывались. Даже три парня-мага, в этот момент как-то недоверчиво переглянулись.

— Эй, ребята, — вновь заговорил мужчина, опуская взгляд на троицу магов, — я вижу в вас потенциал. Не хотели бы вы присоединиться к нам? Бесплатные зачарованные предметы обеспечены.

Парни все молчали. Они понимали, что отрицательный ответ мог спровоцировать этого человека, а из-за его поведения тяжело было представить, что именно он бы решил сделать, откажи они ему. С другой стороны, причины соглашаться у них тоже не было. Слишком велики были риски.

Переглянувшись, хором все трое ответили:

— Нет.

— Нет? — переспросил незнакомец, выпрямляясь. — Почему? Разве вы не ненавидите всех женщин?

Аррен задумчиво поджал губы. Так как он понимал, что промолчать им все равно не удастся, а кто-то из его товарищей вряд ли решится ответить, заговорил он сам:

— После знакомства с одним человеком…

Заинтересованный мужчина быстро перевел взгляд на Аррена и с широкой улыбкой посмотрел на него. Он даже неосознанно закивал, выдавая свой искренний интерес.

— Я понял, — продолжал Аррен, — что издевательства надо мной — это лишь результат моей собственной слабости.

Бевис удивленно взглянул на товарища. В то же время Дакс, широко шагнув вперед, практически закричал:

— Плевать на этих женщин, мы сражаемся не для них! — Парень развернулся к толпе позади него и резко указал на ее единственной здоровой рукой. — А для тех, кто стоит позади них и не знает, что им делать.

Незнакомец и сам посмотрел на толпу. Помимо всего тройки недовольных женщин в этом месте также находились мужчины, молодые юноши, девушки и дети. Самые старшие из них, окружали младших, как бы образуя собой стену вокруг них. В стороне были лишь те женщины, которые будто не считали эту ситуацию опасной для себя.

Вновь вернув взгляд от волновавшихся людей к лицам трех магов, незнакомец разочарованным голосом ответил:

— Какая жалость. — Приподняв посох со странной сияющей сферой, он направил его в сторону парней. — Значит, мне придется избавиться от…

Внезапно прозвучал громкий женский крик:

— С дороги!

Незнакомец резко повернул голову влево и в тот же миг в его лицо прилетело чье-то колено. Латиша, разогнавшаяся с помощью своей ветряной магии, приземлилась прямо на изуродованное мужское лицо, повалила его и сама того не желая, столкнула с крыши.

Мужчина выронил из своих рук посох и моментально, словно обычный мешок с костями, упал с уровня третьего этажа. Его тело издало неприятный хруст при приземлении о камень, а Латиша, пусть и ахнув от неожиданности, вновь активировала магию и перепрыгнула на стоявший напротив дом. Она даже не обратила внимание на знакомую троицу парней, которые в этот момент находились так близко.

В тот же миг, когда Латиша перепрыгнула на другой дом, в сторону того места, где она стояла еще недавно, рухнули три огненных шара. Собой они разрушили поверхность крыши, вызвали взрыв и пламенем начали охватывать все большую часть здания.

— Ты думала, что их ложь спасет тебя?! — раздался истошный крик Моржаны позади. Сереброволосая девушка, разогнавшись, перепрыгнула с крыши одного здания на другую и решительно помчалась следом за Латишей.

— Какая ложь?! — истошно кричала Латиша, все дальше убегая. — Я ничего не понимаю!

Аррен, Бевис и Дакс, оставшись на прежних местах, неосознанно опустили взгляды на рухнувшего на землю мужчину. Незнакомец не шевелился, и лежал в такой неестественной позе, которая явно показывала тяжелые повреждения, полученные после падения. В то же время монстры, приближавшиеся к нему, явно собирались напасть.

Парни же, переглянувшись, хором спросили:

— Что это только что было?

* * *
Стараясь не замедлять бега, Шейн быстро приподнял правую руку, взмахнул ею и активировал несколько магических кругов. Тотчас прямо перед ним из льда начала выстраиваться длинная лестница, по которой он, не останавливаясь, стал забираться.

Стоило Шейну взобраться на уровень домов, как он тут же перепрыгнул с лестницы на ближайшую скатную крышу.

Вместе с этим прозвучал громкий грохот. Монстр, бежавший следом за парнем по улице, ударил с такой силой по ледяной лестнице, что та сразу начала разваливаться.

Крупное создание размером превышавшее несколько этажей повалились вперед, но смогло устоять на своих длинных черных ногах, подобных человеческим. Резко развернувшись, оно посмотрело в сторону того дома, на который приземлился Шейн, и заметило убегавшего все дальше парня.

В то же время Шейн размышлял:

«Тяжело биться сразу простив нескольких. Сначала надо убрать самого безобидного».

Внезапно где-то справа краем глаза стало заметно приближение. Шейн, посмотрев в сторону, увидел летевшего с ним на одном уровне, прямо на зачарованном ковре, парня. Адан Азаро, усмехнувшись, посмотрел в сторону своего противника, приподнял магический посох, и тотчас волшебный предмет засиял.

Шейн, уже знавший что это обозначало, быстро сделал шаг в сторону и спрыгнул с крыши здания. В этот же миг магия из посоха, словно сияющий луч пронеслась по всему зданию, разрушая его практически до основания. Все стоявшие рядом с этим местом постройки также оказались частично задеты или разрушены. На месте, по которому прошлась эта атака, фактически осталась пустота в виде полукруга.

Шейн, быстро и довольно болезненно приземлившись, выбежал в самый центр улицы и обернулся в сторону монстра. Адан пролетел поверх него, не в силах с такой-то скоростью быстро затормозить.

В то же время парень, приняв боевую стойку, активировал одну из своих мощнейших магий. Шейн глубоко вздохнул и задержал дыхание. Он взмахнул рукой слева направо, и вместе с этим вся земля под его ногами начала покрываться плотной коркой льда. Даже сами волосы Шейна покрылись инеем, а тело начало испытывать такую дрожь от холода, которая явно казалась ненормальной.

Лед быстро добрался до монстра. Он будто ухватился за его бегущие ноги, заморозил их и от них потянулся дальше, прямо к макушке создания. В считанные секунды это существо оказалось заморожено, а еще спустя одну, оно просто разбилось на множество мелких кубиков льда.

Между тем неподалеку от Шейна на улице находилось еще двое наблюдателей: девушки, удивленно следившие за этим сражением, все никак не могли прийти в себя. Особенно шокированной была Урсула — она как завороженная следила за каждым шагом Шейна и не двигалась.

— Принцесса! — испуганно воскликнула Аниана, рукой цепляясь за плечо рыжеволосой девушки. — Нам нужно в укрытие!

Урсула будто даже не ощущала тяжести на своем плече. Приподняв руку, она указала в сторону Шейна, посмотрела на лицо знакомой и вслух проговорила:

— Он убил такого огромного противника за одно мгновение. Это же магия трех кругов? И он тоже из нашей академии?

Аниана плотно стиснула зубы. Ей казалось, что из них двоих только она одна явно понимала всю серьезность ситуации. Взволнованно оглянувшись, синеволосая девушка задумалась:

«Я не понимаю, почему после моего сигнала никто так и не пришел к нам на помощь? В других районах настолько все плохо, что никто не откликнулся?»

Чуть плотнее сжав руку на плече принцессы, Аниана серьезно посмотрела на ее и заявила:

— Уходим!

— Нет, — Урсула возмущенно взглянула в женские глаза и попыталась отступить, но Аниана не позволила ей этого сделать, — я должна…

Внезапно рядом с девушками промелькнул яркий свет. Магическое сияние от посоха Адана проскочило прямо рядом с ними, уничтожая собой все на своем пути, в том числе дома и землю.

Урсула чудом осталась жива из-за того, что Аниана удержала ее на месте, пусть это и было лишь случайностью. Шокировано посмотрев на новый тянувшийся поперек улицы ров, девушки неосознанно приблизились друг к другу.

— Ну, все… — тихо зашептала Аниана, приподнимая правую руку. — С вашими возмущениями разберемся позже.

— Что?

Урсула удивленно посмотрела на спутницу и в тот же миг, внезапно, лозы растения опутали ее ноги и перевернули вверх тормашками. Прежде, чем сама Урсула успела это осознать, растения просто наклонили ее в сторону и забросили куда-то далеко, словно бейсбольный мяч. Вместе с ней стремительно и быстро полетела и сама Аниана, отправившаяся в полет точно таким же странным способом.

Исчезновение двух девушек Шейн отметил сразу. Быстро оглянувшись и, больше не увидев их, он мимолётно подумал:

«Наконец-то ушли? Тем лучше, меньше головной боли».

Чувство опасности вновь забило тревогу. Быстро отскочив в сторону, Шейн увернулся от еще одной летевшей на него атаки и буквально рухнул на землю.

Адан же, широко улыбаясь и оставаясь в воздухе где-то неподалеку, прошептал:

— А по тебе довольно сложно попасть.

Шейн вскочил на ноги и побежал. Боли от этого падения он будто не почувствовал, а вот боль от первой попавшей в него атаки была настолько ощутимой, что это даже тяжело было терпеть. В груди будто что-то неприятно скребло при каждом наклоне, при каждом повороте корпуса.

«Радиус поражения атаки довольно большой, — размышлял Шейн, пытаясь сохранять ровное дыхание. — Я не смогу долго уворачиваться, да и выносливость не бесконечная».

Резко затормозив, Шейн принял боевую позицию и активировал всего один магический круг. Прямо напротив его вытянутой ладони начали появляться острые ледяные глыбы, напоминавшие настоящие стрелы. Они, только возникнув, сразу помчались в сторону летевшего на них противника.

Адан даже не остановился. Легко лавируя на своем ковре, он начал огибать эти атаки и все быстрее приближаться. Вот так, довольно улыбаясь, он наконец смог увернуться от последней атаки и неожиданно ощутил пробиравший до костей холод.

Как только Адан опустил свой удивленный взгляд на Шейна, весь свет в округе погас. Сиявшие огни потухли, а те летающие фонари, которые запускались местными в честь праздника в небо, начали друг за другом ледяным градом осыпаться на землю.

Тем временем завеса из холодного плотного тумана, напоминавшая метель, начала опутывать улицы, покрывать их снегом.

Адан, быстро осознав, насколько это была опасная ситуация, начал подниматься на своем магическом ковре чуть выше. В этот же миг, не успел он даже добраться до уровня домов, как к нему на ковер внезапно запрыгнул Шейн.

Юноша, быстро вцепившись в горло Адана, сжал его так крепко, как это было возможно. Он подтолкнул парня назад, практически выталкивая его с ковра, и неожиданно заметил странный розоватый свет.

Несколько кристаллов, висевших на шее Адана, засияли. Один из них, будто активировавшись сам по себе, внезапно взорвался и разломился на мелкие осколки. Вместе с этим нечто, напоминавшее удар током, обожгло руку Шейна и оттолкнуло его.

Оба парня отлетели от ковра и с грохотом рухнули прямо на землю. Следом за ними на землю упал и сам ковер. Наступила напряженная тишина.

Боль от падения была сильной. Тело буквально ломило от каждого движения, поэтому осторожно приподнявшись, Адан через силу выпрямился и встал на ноги.

«Он проворнее, чем казалось. — Зачесав растрепавшиеся волосы, Адан начал настороженно осматриваться. — К тому же у нас осталось мало времени до следующей атаки. Нужно заканчивать, и не важно с каким исходом».

Осознав, что в его руках нет желанного объекта, Адан удивленно оглянулся. Он понял, что посох был потерян им где-то при падении. Понял, что ковер также находился далеко, а это значило, что его самое надежное оружие против Шейна исчезло.

Стоило Адану задуматься об этом, как со спины прозвучал еле уловимый даже хорошему, словно звериному слуху, хруст снега. Быстро пригнувшись, Адан замер, и в тот же миг над его головой пронесся кулак Шейна.

Из этого же положения, ухватившись за руку нападавшего, Адан потянул его к себе и наклонился еще ниже, перекидывая его через себя.

Шейн удивился подобным физическим способностям противника, ведь отчего-то ему казалось, что Адан без своих зачарованных предметов был совсем бесполезен. Однако даже этот внезапный бросок не помешал Шейну быстро приземлиться и вновь поймать равновесие.

Выпрямившись, парень потянул на себя Адана и замахнулся на него кулаком, в этот раз собираясь уж точно попасть по нему, однако отчего-то на лице противника даже не промелькнуло тени удивления или страха. Адан насмешливо улыбнулся и подумал:

«Вот тебе и сражение с настоящим магом».

Внезапно вновь появился розоватый свет. Шейн, опустив голову, задумчиво посмотрел прямо на грудь Адана, на которой виднелись две цепочки, одна опустевшая и потрепанная, а другая с сияющим кристаллом. Парень сразу понял, что это значило, но отреагировать не успел.

Еще одна атака, словно удар током, пронзила его тело такой болью, от которой даже сознание на мгновение будто погасло.

Адана и Шейна, оттолкнуло друг от друга, только одного из них не ранило совсем, а рука другого оказалась вся покрыта кровью.

Шейн приземлился на спину прямо на лед. Он даже не сразу понял, что именно произошло; просто замер в этом положении. Его травмированная рука не шевелилась, ее всю покрывали глубокие раны, будто оставленные лезвием ножа, а лучевая кость и вовсе казалась сломанной.

Когда спустя минуту Шейн вновь открыл глаза и смог подняться, он понял, что Адана уже не было рядом. Возможно, именно из-за этого его инстинкт самосохранения и не поднял его раньше, а позволил еще некоторое время телу немного отдохнуть.

Выпрямившись и оглянувшись, Шейн отметил по-настоящему зимний пейзаж заснеженной улицы, разрушенные дома и пугающую тишину. Приподняв свою руку, парень задумчиво осмотрел ее.

«И все-таки у него было еще что-то припрятано. Стоило атаковать его на расстоянии, но я не был уверен в том, что он не сможет увернуться».

Внезапно где-то вдалеке прозвучал грохот. От того, что происходило где-то в другом районе, земля начала трястись. Четко ощущая это, Шейн недовольно и даже как-то устало оглянулся. Там, над крышами двух, трех и даже четырехэтажных домов виднелся поистине громадный монстр размером с гору. Это существо, внешне напоминавшее минотавра и даже удерживавшее в своих руках громадную секиру, заревело так, что даже слабые тонкие окна начали трескаться и разлетаться.

Шейн, посмотрев на это создание, задумчиво почесал подбородок и вслух спросил:

— Я бы туда точно не пошел, и Латиша тоже, верно?

Парень начал недоверчиво щуриться. Монстр, которого он видел, был явно не его уровня, и он четко осознавал, что такое существо точно нужно было обходить стороной.

Мысленно представив Латишу, вспомнив все ее выходки, бесстрашие и решимость, парень разочарованно заключил:

— Нет, вот она бы могла пойти.

Шейн тяжело вздохнул. Он знал, что монстр находился примерно в центре города, в том месте, где они с Латишей как раз расстались. Ему очень хотелось верить в то, что девушка успела убежать куда-то еще в начале инцидента и ни в коем случае не осталась на площади, но почему-то он также понимал, что без него она бы не стала покидать город.

«Ну, давайте посмотрим, что там такое».

* * *
— Сестра!

Услышав громкий знакомый крик где-то со стороны, Рона быстро оглянулась. В тот же миг в ее объятия неожиданно прыгнула Аниана. Девушка, прижавшись лицом к груди старшей сестры, крепко-крепко обняла ее и запищала от радости.

— Аниана? — удивленно протянула рыцарь. Посмотрев сначала на синеволосую макушку своей младшей, а следом и на подошедшую вместе с Анианой Урсулу, Рона не менее удивленно спросила: — Ваше Высочество?

Принцесса, остановившись в паре шагов, уперла руку в бок и недовольно нахмурилась. Кивнув в сторону Анианы, она раздраженно произнесла:

— Ваша сестра отправила меня в полет своей магией.

Аниана резко выпрямилась. Выпустив из своих рук сестру, она быстро обошла ее и скрылась за ее спиной. Лишь немного выглядывая из-за плеча Роны, она недовольно пробормотала:

— Я обеспечила вам в меру мягкое приземление и безопасность вашей жизни. Не благодарите.

— Аниана! — возмущенно воскликнула Урсула.

Вздрогнув, Аниана схватилась за плечи сестры и скрыла свою голову прямо позади нее. Немного улыбаясь и, явно радуясь тому, что Рона была рядом, она приложила голову к стоявшей перед ней девушке и расслабленно замерла.

— Послушайте, — Рона приподняла обе руки и с виноватой улыбкой посмотрела на Урсулу, — Ваше Высочество, я понимаю, что моя младшая поступила неправильно, но в текущих условиях все на взводе. Я уверена, что она не хотела причинить Вам зла.

Урсула недовольно хмурилась, но ничего не отвечала. Конечно, она хотела сказать многое, но говорить что-то подруге детства, и уж тем более ее ни в чем неповинной старшей сестре просто не позволяла совесть.

— Хорошо, — недовольно выдавила принцесса, поворачиваясь боком к девушкам и отводя от них взгляд, — Рона, лучше скажи, где императорские рыцари?

— Я их не видела, — Рона удивленно склонила голову.

— Что? — Шокировано посмотрев на девушку-рыцаря, Урсула нахмурилась. — Но моя мать, точнее… Императрица, определенно отправляла их…

— Если подумать, — Рона приложила указательный палец к губе и задумалась, — я и магов черной башни не видела, хотя в начале праздника они точно были тут.

Пока принцесса и Рона разговаривали, Аниана искоса посмотрела в сторону. Неподалеку от них повсюду сражались другие воины в темно-синей форме, принадлежавшей только рыцарям, присягнувшим на верность их семье. В этом месте были как мужчины, так и женщины, отобранные на службу семье Ланж исключительно по их навыкам, но даже им приходилось не просто в схватке против постоянно прибывавших опасных созданий.

— Вы хотите сказать, — удивленно продолжала спрашивать Урсула, — что две большие группы императорских рыцарей и магов черной башни пропали, и остались только рыцари графства Ланж?

— Да, — Рона кивнула, — поэтому у нас сейчас такое тяжелое положение.

Урсула, четко ощущая ускорение собственного сердцебиения, начала удивленно осматриваться. Количество тел поверженных монстров было огромным, рыцари просто не успевали их оттаскивать. При этом помимо всех этих странных созданий, на земле также лежали тела убитых мирных жителей и их поверженных защитников.

«Ладно маги, — взволнованно размышляла Урсула, — но личные рыцари императрицы не могли так просто исчезнуть».

Внезапно где-то справа прозвучал громкий крик:

— Стой на месте!

Услышав этот голос, все моментально оглянулись и заметили странную фигуру, бегущую навстречу. Прямо по центру улицы, наравне с монстрами, к площади быстро бежал мужчина в черном плаще. Пусть он и выглядел со стороны безоружным, пусть и казался даже напуганным, но татуировка на его шее все равно подсказывала, что он был одним из тех, кто устроил весь этот бардак.

Внезапно, добежав до площади, мужчина затормозил. Схватившись за края своего плаща, он одним рывком стянул его с себя и бросил на землю. Лишь когда черная плотная ткань оказалась сброшена, на оголенной груди мужчины стали заметны крупные кристаллы, вживленные во все его тело.

Рона, развернувшаяся в сторону этого странного человека, сделала шаг вперед и растерянно прошептала:

— Что он…

Внезапно возникла ослепляющая вспышка. Этот яркий свет, непохожий даже на солнце, охватил всю площадь. Люди инстинктивно начали прикрывать глаза руками и отворачиваться.

Вместе с этим светом мужская фигура отчего-то начала расти и изменяться. С каждой секундой свет становился тусклее, и вместе с ним странный силуэт рос все стремительнее.

Спустя еще несколько секунд это создание уже не походило на человека и достигало высоты домов. Спустя еще пару, превысило все возможные постройки в городе и начало тянуться еще выше.

Девушки, в ужасе наблюдавшие за подобными метаморфозами, неосознанно отступали. Прямо на их глазах обычный человек завершил преображение и превратился в пугающего монстра, а именно в минотавра.

Рона, быстро оглядев тело этого громадного создания, с ужасом для себя заметила появление в его огромной, крупной лапе сияющей, словно волшебной, секиры. Подобное оружие одним замахом могло разделить город надвое, что вызывало еще больший ужас.

Рона, как главная в этом месте, и как единственный человек, быстро осознавший опасность ситуации, резко развернулась и закричала:

— Всем в укрытие! Немедленно!

Люди в панике бросились бежать. Совершенно забывая про мелких монстров, бродивших то тут, то там, они просто побежали прочь от минотавра, видя в его глазах единственную самую опасную угрозу.

Между тем монстр, опустив взгляд вниз, громко заревел. Его крик всколыхнул и землю, и стоявшие неподалеку дома. Некоторые люди, особо не выдерживавшие этих громких звуков, начали падать. Другие же, прикрывая уши руками, пытались хоть как-то продолжать бежать.

Внезапно минотавр крепче сжав в своих руках секиру, высоко замахнулся ею и резко опустил. Один его удар оружием по земле отозвался такими грохотом и тряской, из-за которых даже каменные дома начали буквально складываться.

Люди, попавшие в радиус поражения, оказались если не разрублены пополам, то раздавлены тяжестью атаки. Их тела прибило к земле, словно туши убитых мух.

Рона, Урсула и Аниана, продолжая в ужасе убегать, надеялись лишь на то, что они успеют скрыться до того, как все станет слишком поздно.

Внезапно минотавр развернулся к оставшимся в живых девушкам. Вновь замахнувшись своей громадной секирой, он издал странный грозный рык и резко опустил ее.

Рона, оглянувшись лишь на мгновение, поняла, что увернуться от этой атаки было невозможно. Она также поняла, что ни физически, ни даже с помощью магии она не сумеет ее отразить. В этот момент мир для нее предстал словно в замедленной съемке.

Вновь повернув голову вперед, прямо на спины бегущих чуть быстрее Урсулы и Анианы, Рона отчаянно улыбнулась. Она быстро вытянула обе руки, подтолкнула ими обеих девушек и активировала свою водную магию.

Два крупных водяных шара, появившихся перед ее ладонями, выстрелили вперед и толкнули девушек с такой скоростью, от которой они буквально помчались дальше. Их отбросило далеко в сторону, и в этот же миг секира обрушилась на землю.

Рона вместе с другими убегавшими рыцарями попала прямо под ее лезвие. Вместе с грохотом и тряской их тела оказались впечатаны и буквально погребены под толщи разрушенной земли.

Аниана вместе с Урсулой после этого быстрого толчка упали лицами прямо на землю. Они обе ощутили боль от водяной магии, ударившей по их спинам, обе испытали боль от падения, и обе услышали пробирающий до дрожи скрежет металла.

Приподнявшись и шокировано оглянувшись, Аниана посмотрела в сторону оторвавшейся от земли секиры, и даже не увидела там тел убитых людей. Частично они оказались размазаны по земле, частично провалились в дыру, образовавшуюся от этого удара.

Аниана замерла в ужасе. Растерянно смотря то вправо, то влево она взглядом будто бы начала искать кого-то, но чем больше проходило секунд, тем страшнее казалась мысль о том, что они с Урсулой остались лишь вдвоем.

— Ани… — до сознания начал постепенно доноситься громкий крик. — Аниана!

Приподняв голову, девушка оглянулась и увидела стоявшую рядом принцессу. Урсула, отчаянно пытаясь поднять Аниану на ноги, продолжала выкрикивать ее имя.

— Нам нужно бежать! Вставай! Немедленно вставай!

На глазах Анианы появились слезы. Отчаянная улыбка, всплывшая на ее губах в этот момент, так и говорила, что она уже не хотела никуда бежать.

Минотавр, посмотрев на двух оставшихся в живых девушек, обернулся к ним. Вновь подняв свою секиру в воздух, он глубоко вздохнул.

Урсула, четко видевшая и момент замаха, и залитые кровью глаза монстра, понимала, что теперь сбежать они точно не смогут. Выпустив из своих рук Аниану, она и сама от страха села рядом с ней на землю. Почти со слезами на глазах наблюдая за тем, как монстр приподнимает лапу для того, чтобы подступить немного ближе, Урсула задрожала.

«Не надо было… приходить сюда».

Внезапно всю площадь сковало льдом. Плотная замораживающая корка покрыла собой не только мертвые тела и землю; охватив собой ногу минотавра, она также начала подниматься и по его телу, но не успела она дойти до туловища, как под давлением тяжести живого создания, лед треснул.

Минотавр, потерявший равновесие во время шага, повалился вперед. Вместе со своей секирой он просто рухнул на колени и замер.

Урсула, ощутив тряску от одного лишь падения этого монстра, быстро пришла в себя. Она вновь схватила Аниану за руку и на это раз, с силой ударив ее по лицу, практически поволокла за собой. Обе девушки быстро встали, и побежали дальше, хотя и дрожа.

Шейн, оставшийся где-то позади минотавра, задумчиво поджав губы, подумал:

«И что я должен делать с таким монстром? Моя магия просто не покроет все его тело. Даже если и получится, лед не будет прочным».

Заметив краем глаза, как две знакомые женские фигуры побежали прочь, Шейн выдохнул. На созданном им же морозе его теплое дыхание густым паром стелилось перед его лицом.

«Что ж, раз Латиши здесь нет, да и меня пока не заметили…»

Парень повернулся полубоком и сразу же услышал треск. Настороженно посмотрев в сторону стоявшего на коленях монстра, он заметил, что тот, выглядывая из-за плеча, с яростью смотрел на него.

«Заметили… — растерянно подумал Шейн. — Ну, да. Я бы удивился, если бы он не заметил, что вся площадь замёрзла».

Внезапно монстр вскочил. Он сделал это так быстро, что Шейн даже не успел на это отреагировать. Когда парень понял, что это создание уже было готово наброситься на него, он лишь успел принять боевую стойку.

Защитная магия активировалась, словно машинально. Выставив обе руки, Шейн представил перед собой ледяную стену столь толстую и прочную, что, казалось, ничто не могло ее пробить.

Быстро развернувшись к юноше, минотавр замахнулся и наклонился. Его крепко сжатая лапа ударила по стоявшим рядом домам, грохнула по земле, отчего та задрожала и раскололась, а затем добралась и до стены Шейна. Удар оказался столь сильным, что он мгновенно пробил ледяную защиту и ударил по телу парня.

После этого Шейн успел активировать лишь защитную водную магию, которая немного смягчила удар минотавра, но не помогла остановить атаку. Парня отбросило назад, словно какую-то детскую игрушку. Он полетел дальше по улице, снося своим телом и бегущих навстречу монстров, и даже небольшие указатели.

Рухнув прямиком в торговые палатки, Шейн частично разрушил их, и так и замер в непонятной искривлённой позе. От такого удара все перед глазами мерцало. Парень не видел и не мог различить того, что находилось рядом с ним. Тело отказывалось подчиняться. Казалось, что не только кости, сами внутренние органы содрогнулись после такой атаки, и это означало лишь то, что быстро бегать и бороться физически теперь было невозможно.

«Ты еще жив, — пронеслось в голове парня спустя мгновение, — помни об этом».

Шейн, коротко вздохнув, собрал все свои силы. Он осторожно оттолкнулся от земли, ухватился рукой за перевёрнутый им же прилавок, и попытался встать. Тело дрожало, в груди все болело так, что разогнуться нормально уже точно было невозможно. При этом парень четко ощущал, что был готов провалиться в сон, хоть сейчас.

* * *
Взволнованно оглядываясь, Латиша думала:

«Она догоняет. Даже учитывая, что я использую ветер для разгона, она все равно…»

Прикусив нижнюю губу, девушка начала отчаянно обдумывать все возможные способы спасения. Пусть сейчас для нее самая большая опасность и заключалась в Моржане, наличие мертвых тел на улицах, огромного количества монстров и фигуры минотавра, мелькавшего неподалеку, явно волновали ее не меньше.

Внезапно где-то поблизости раздался грохот. Прямо на глазах Латиши нечто промчалось поперек той улицы, по которой она бежала, и врезалось в большое скопище прилавков, стоявших друг рядом с другом.

Девушка инстинктивно замерла и, повернув голову вправо, поняла, что тот огромный страшный монстр был совсем близко. В этот момент даже мысль о Моржане отступила на второй план.

Тихий треск, раздавшийся со стороны прилавков, вынудил Латишу вновь посмотреть влево. К собственному удивлению и ужасу девушка увидела поднявшегося на ноги Шейна. Ситуация стала понятной с первых же секунд.

Минотавр, выпрямившийся во весь рост и как бы возвысившийся над городом, посмотрел на выжившего парня сверху вниз. Осознание того, что Шейн сражался именно с этим противником, вызвало ужас.

Внезапно со спины Латиша ощутила жар. Еще не успев оглянуться, она увидела пробежавшую мимо нее Моржану и удивленно замерла.

Приняв боевую позицию, Моржана моментально активировала два магических круга. Напротив ее вытянутой ладони появился огненный шар, который с каждой секундой начал все больше нарастать.

В какой-то момент, став настолько огромным, что его размеры достигали примерно целого этажа, шар быстро слетел с женской ладони и помчался вперед. На полной скорости, с огромной мощью огонь влетел прямо в морду минотавра. Монстр, будто даже не пострадавший от этого, повернул голову в сторону девушек и грозно посмотрел на них.

«Так, — задумалась Моржана, — магия второго круга его даже не царапает?»

Быстро обернувшись к Латише, огненная волшебница безразлично указала на монстра и произнесла:

— Теперь у тебя проблемы.

— У меня проблемы? — удивленно переспросила девушка.

— Да, он думает, что ты его атаковала.

— Ты стоишь рядом, — Латиша начала недоверчиво хмуриться, — так что…

— Я быстрее бегаю.

— Не сказала бы.

Шейн, четко рассмотревший эту странную бесполезную атаку, повернул голову в сторону и заметил двух знакомых девушек рядом. Недоверчиво присмотревшись к ним, он задумался:

«Что они делают? Почему вместе?»

Монстр, вновь обернувшись к Шейну, решительно зашагал к нему. Он будто даже не собирался отказываться от своей изначальной цели.

Заметив это, Моржана недовольно цокнула и стремительно помчалась к брату, в то время как Латиша просто замерла на месте. Прямо на ее глазах Шейн активировал магию трех кругов и, топнув ногой, быстро заморозил всю улицу своим льдом. Он будто попытался в очередной раз подловить минотавра во время шага, но тот от этого льда ни на мгновение не остановился.

В то же время Моржана, выскочив навстречу громадному пугающему созданию, также активировала магию третьего круга. Множество охваченных огнем цепей, появившихся вокруг нее, потянулись к ногам минотавра и начали быстро цепляться за него. Они, обхватывая его лапы, будто пытались крепко сжать их или хотя бы поджечь, но от каждого нового шага монстра эти цепи лишь ослабевали и падали.

Латиша, наблюдавшая за происходящим, с отчаянием для себя понимала, что без магии соответствующего уровня ей не стоило даже пытаться вступить в этот бой.

Недовольно поджимая губы и жалобно хмурясь, она думала:

«Как долго я еще буду стоять в стороне?»

Неосознанно девушка начала сжимать руки в кулаки. Опустив голову, она посмотрела на собственные босые ноги, испачканные и сажей, и просто грязью, и кровью. От страха тело ее дрожало, а от собственной слабости сознание все отчаяннее размышляло:

«Я ничего не могу сделать против этого монстра. Я просто ни разу еще не пробовала магию того же уровня, что используют они, но если бы у меня был хотя бы один небольшой шанс…»

Неожиданно собственные мысли привели Латишу в чувство. Быстро оглянувшись, она попыталась найти взглядом то, что могло хотя бы немного осуществить ее задумку, но ничего подходящего не было под рукой.

Затем, неожиданно осознав, что в округе лежали тела поверженных монстров и рыцарей, Латиша придумала новую идею. Она развернулась, подбежала к лежавшему на земле брошенному мечу и схватила его в свои руки.

Особо не задумываясь о боли, она вложила лезвие в собственную ладонь, сжала его и быстро отдернула в сторону. Острая, но лишь мимолетная боль охватила руку.

Латиша, отбросив от себя меч, склонилась к земле, прислонила к ней раненую ладонь и начала вырисовывать собственной кровью магические круги.

«Будь что будет, — с нервной улыбкой размышляла девушка. — Обычно магические круги появляются сами по себе, но если речь о магии высокого уровня, тогда намного проще будет активировать уже имеющийся искусственный круг. Нужно лишь вложить ману…»

Пока Латиша чертила, минотавр, подхватив своей лапой одну из цепей Моржаны, быстро потянул ее на себя, ударил ею по земле, а следом и по самой волшебнице. Девушку отбросило в сторону, прямо в кучу разрушившихся домов.

«У меня будет всего одна попытка, — уже вся дрожа, продолжала размышлять Латиша, — потом я даже убежать не смогу, но попробовать точно стоит».

Быстро поднявшись на ноги, девушка вытянула обе руки. Она собиралась выложиться на полную, и это было видно по ее решительному взгляду.

Активировав кровавые круги под собственными ногами и, практически насильно вложив в них ману, она начала создавать новое для себя заклинание.

Вокруг Латиши быстро поднялся ветер. Свист, издаваемый им, начал даже оглушать, тем не менее девушка, не прикрывая ушей, отчаянно закричала и быстро направила ладони на голову минотавра.

В этот момент ее искусственные красные круги засияли неприятным бардовым светом. Ветер, поднявшийся в округе, молниеносно помчался в сторону выбранной цели и, добравшись до нее, попал прямо по ее шее.

Словно лезвие гильотины вихри отрубили голову минотавра и подтолкнули ее в сторону. Огромная отрубленная часть туши повалилась вбок и рухнула на землю.

Латиша, оставшись на прежнем месте в прежнем положении рассеяно прошептала:

— Получилось?

Внезапно, казалось бы, мертвый минотавр, обернулся к ней. Создание без головы, все истекавшее черной густой кровью, бросилось в сторону девушки.

— Или нет? — испуганно прошептала Латиша, падая на колени.

От каждого шага монстра земля тряслась. Из-за его размеров ему не нужно было бежать долго, он довольно быстро приблизился к Латише и направил на нее свою крупную тяжелую лапу, будто желая придавить девушку к земле.

А она все сидела. Тело дрожало, магии уже просто не было, слабость не позволяла нормально двигаться. Отчего-то в этот момент пропал и страх. Он просто исчез, оставляя после себя лишь рассеянность и полное безразличие.

Внезапно где-то в небе появился яркий свет. Заметив его, Латиша приподняла голову и увидела знакомое светло-голубое сияние и очертания сразу четырех магических кругов.

Картина этого повергла девушку в ужас. Огромные круги прямо в воздухе все засияли, и неожиданно прямо из них на землю начали падать ледяные стрелы. Крупные и мелкие, особенно тяжелые и легкие — все разные, некоторые даже на стрелы-то не похожие, они начали обрушиваться прямо на тело минотавра. Количество падающего пронзающего льда было огромным.

Под тяжестью этой непрерывной атаки монстр повалился на землю, рухнул прямо на глазах у Латиши и замер. Через силу и боль он еще попытался встать, но судя по тому количеству крови, которая прямо ручьем стекала с него, можно было сразу сказать, он был практически нежилец. Вскоре этот монстр окончательно повалился на землю и замер, так и не достигнув своей цели.

Наступила напряженная тишина. В окончание сражения верилось с трудом, и самому Шейну также не верилось в то, что у него получилось активировать нечто подобное. Юноша, сидевший на земле в окружении четырех начерченных собственной кровью кругов, непонимающе смотрел в сторону Латиши. Их двоих разделяло большое расстояние, да и из-за тела упавшего монстра саму девушку теперь видно не было, но еще недавно Шейн прекрасно видел, как своей кровью она чертила магические круги на земле. Это было именно то же, что делал и он сам.

Тяжело дыша и уже не ощущая собственного тела, парень склонил голову, опустил руки и тихо зашептал:

— Насильственная активация… Марко… обучал… и ее тоже?

Не выдержав боли и усталости, Шейн рухнул на землю. Его сознание погрузилось в сон мгновенно, а все неприятные чувства в теле ушли куда-то на второй план.

21. Так хочется разозлиться

Зал, вдоль которого тянулась длинная насыщенно-красная махровая дорожка, был со всех сторон освещен яркими солнечными лучами. Узкие арочные окна располагались так близко друг к другу, что снаружи через них было видно практически все, что происходило внутри помещения.

При всем этом ярком свете подле величественного трона, располагавшегося в противоположном конце зала, стояла Урсула. Рыжеволосая девушка, покорно склоняя голову, не шевелилась. Пусть она и хотела, но не могла даже заговорить.

— Зачем ты пошла туда, — укоризненно спрашивала Мартина де Аскания, — когда знала, что это будет опасно?

Лишь теперь, когда вопрос наконец-то был задан, Урсула рискнула приподнять голову. Она взволнованно посмотрела сначала на ступени, ведущие к трону, затем на сведенные вместе женские ноги, а следом уже и на лицо той женщины, которая задавала этот вопрос.

Мартина де Аскания, императрица всей империи Асквид, недовольно подпирая голову рукой, смотрела в сторону своей дочери. Со стороны Мартина казалась довольно молодой — от силы ей можно было дать двадцать восемь — тридцать лет, однако так могла выглядеть любая аристократка, поддерживавшая себя в хорошей форме и время от времени пользовавшаяся услугами представителей церкви. Ее пышные темно-рыжие волосы волнами спускались по плечам, пронзительные насыщенно-зеленые глаза были устремлены вперед, а тонкие нежно-розовые губы плотно сжимались в одну линию, как бы выдавая всю степень недовольства императрицы.

— Я принцесса, — тихо заговорила Урсула, — и…

— Кто-то просил тебя об этом? — Мартина приподняла голову и неосознанно сощурилась. Она даже не дала права дочери договорить, потому что уже догадывалась о том, что та скажет дальше. Урсула всегда говорила одно и тоже в подобных ситуациях. — Ты знала, что этими действиями мешала другим выполнять свою работу?

— Но, матушка…

— Говорят, — Мартина отвела взгляд и задумчиво посмотрела в сторону окон, — твою жизнь спасла наследница дома Ланж.

От одного только упоминания этого дома Урсула вздрогнула. В ее памяти все еще были свежи сцены случившегося инцидента, и она прекрасно помнила лицо той девушки, которая так отчаянно пыталась спасти ее и Аниану.

— Я понимаю, — продолжала Мартина, — почему ее семья так скорбит. Потерять наследницу ради чужого ребенка, пусть даже тот и является членом правящей семьи…

Женщина вернула взгляд к дочери и заметила легкую дрожь той. Урсула будто ее уже не слушала, а просто с ужасом в глазах вспоминала о случившемся.

Мартина вздохнула. Примерно представляя, какие эмоции сейчас должны были быть у ее дочери, она также понимала, что продолжать давить на совесть было бесполезно.

— Ты слишком высокомерна и самоуверенна, — резко произнесла женщина, выводя своими словами Урсулу из состояния раздумий, — хотя в навыках ты слабее всех своих сестер. Даже некоторые младшие уже обошли тебя, ты же это понимаешь?

Урсула лишь кивнула и опустила свой растерянный взгляд в пол. Больше она уже не могла и не хотела ничего говорить.

Оценив ее состояние со стороны, Мартина взмахнула правой рукой и холодно произнесла:

— Не попадайся мне на глаза некоторое время, и постарайся собственными усилиями искупить вину перед домом Ланж.

— Я… — зашептала Урсула. — Виновата в том, что хотела помочь?

Мартина нахмурилась. Искренне не понимая подобных рассуждений своего менее способного ребенка, она рассержено цокнула, отвела взгляд и равнодушно ответила:

— Будь я на месте погибшей девушки, вместо спасения жизни королевской особы, сделала бы все возможное, чтобы защитить себя.

— Я поняла, — Урсула глубоко поклонилась, — разрешите откланяться.

Мартина ничего не ответила, но ее молчание уже означало многое. Тогда, четко ощущая необходимость как можно быстрее уйти, Урсула развернулась и неспеша направилась в сторону выхода.

Как только двери перед ее глазами отворились, а сама она быстро выскочила в коридор, напротив нее предстала еще одна знакомая женская фигура. Девушка с темно-синими распущенными волосами, стоявшая лишь в одном легком черно-голубом платье, вместе со своими слугами нерешительно смотрела на двери, ведущие в тронный зал.

Столкнувшись с Урсулой на пороге, Аниана покорно, не выражая никаких ярких эмоций, поклонилась. Урсула же, растерянно протянув руку, зашептала:

— Аниана…

— Ты не виновата, — резко перебила Аниана, поднимая серьёзный взгляд в печальные женские глаза. — Кроме тебя сестра пыталась защитить и меня. К тому же на площадь потащила тебя именно я.

Урсула молчала. Ее губы плотно сжались вместе, а рука так и рухнула вдоль тела, будто бы уже не собираясь ни за кого цепляться.

— Уж лучше бы, — тихо зашептала Аниана, отводя свой грустный взгляд. — Мы остались на той улице… Ха… Уже бессмысленно думать об этом, да?

Урсула лишь вздохнула и попыталась натянуто улыбнуться. В конце концов она понимала, что теперь и она, и Аниана в своей жизни никогда уже не смогут забыть случившегося, и потому не смогут простить себя.

«Слишком высокомерна и самоуверенна… — подумала Урсула, вспоминая последние сказанные о ней слова матери. — Да, так и есть».

В то же время, оставшаяся в тронном зале императрица, тяжело вздохнула. Она быстро оттолкнулась руками от подлокотников и охотно поднялась на ноги после столь длительного сидения на одном месте.

— Сплошная головная боль, — протянула Мартина, прогибаясь в спине. Ее волнообразное черное платье с небольшими рюшами где-то в области бедер быстро скатилось вниз, закрывая даже щиколотки. — Все оказалось серьёзнее, чем мы предполагали.

Прозвучал тихий стук шагов. Девушка в очках, одетая в рыцарский костюм с пагонами, вышла навстречу императрице, встала напротив нее и спокойно ответила:

— Проверка фактов на месте инцидента показала, что королевские рыцари и маги черной башни пропали без вести.

— Все сразу? — Мартина оглянулась и посмотрела на свою единственную, действительно верную подчиненную. — Обе группы? Они ведь были довольно сильны.

— Все верно.

— То есть, — отбросив пышные волосы назад, Мартина величественно, сверху вниз, посмотрела на рыцаря, — ты хочешь сказать, что у этих людей есть силы на то, чтобы разом похитить такое большое количество опытных воинов?

— Верно, — девушка лишь спокойно кивнула.

— И тогда все остальное, что происходило… Монстры, нападения на учеников и атака рыцарей семейства Ланж…

— Мы предполагаем, что все это было не более, чем отвлечением внимания.

Мартина хмыкнула. Задумавшись, она на мгновение приподняла взгляд и попыталась вновь прокрутить в голове полученные за сегодняшний день сведения. В одном она была уверена точно: они недооценили нападавших, и потому потерпели такое сокрушительное поражение.

— Тот мальчишка, — заговорила императрица, — что убил монстра магией четырех кругов. Почему они нацелились на него? Потому что увидели в нем угрозу?

— Возможно, они целились во всех, кто мог бы помешать их основному плану.

— Я не вижу смысла во всех их действиях. — Мартина быстро ухватилась за юбку платья, приподняла его и начала осторожно спускаться ступень за ступенью с трона. — Кажется, будто они просто почти до основания уничтожили небольшой городок на границе и похитили толпу людей.

— Но мы не знаем, что представители Храма солнца могут сделать с похищенными душами. Если это позволит им создать еще более опасные магические артефакты, тогда нам стоит быть наготове.

— Ты права.

***

Наступило утро. С его приходом яркие солнечные лучи, проникавшие даже вовнутрь больничных палат, через необычные пестрые витражи начали заливать окружение разными красками.

Шейн, неохотно открыв глаза, сначала устав