Божественная бездна. Книга 3 (fb2)

- Божественная бездна. Книга 3 (а.с. Бездна -3) 0.98 Мб, 280с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Иван Шаман

Настройки текста:



Глава 1

От автора

Дорогой читатель, я искренне признателен Вам за внимание к моим книгам! И, буду честен, каждая покупка и награда для меня является огромной поддержкой и мотивацией продолжать трудиться над новыми книгами.

Каждая книга — это детище, на которое затрачивается, в первую очередь, временной ресурс! Покупая книги, Вы помогаете мне не отвлекаться на поиски средств к существованию и не тратить время на работу НЕписателем.

Спасибо, что покупаете книги на ресурсе author.today! А я в благодарность обещаю удивлять Вас яркими мирами и неожиданными сюжетами!

— О боги. Конечно, куда же еще мужик подумает отправиться, только получив свободу, как не в бордель, — закатив глаза, Веста выругалась. — Ты еще друзей с собой позови!

— Обязательно, — кивнул я, сделав полукруг и ради проверки открыв портал на второй уровень — все работало идеально. Никаких ограничений, предупреждений от распорядителя или Играющего бога. Держа постоянно открытым портал к сердцу подземелья, я фактически находился в суперпозиции, одновременно и в подземелье, рядом с сердцем, и в той точке, где в данный момент стояло тело.

— Все готовые к бою, подъем, — скомандовал я, и передо мной в ту же минуту выстроился десяток вооруженных до зубов бойцов, одетых кто во что горазд.

Больше всего, конечно, было орков — семеро, включая Спартака, возглавлявшего отряд, и трех девушек. Фавн Жрак, нашедший приятеля, и вислоухий… я даже не сразу определил расу. С моей точки зрения, зверочеловек, но это учитывая, что я сам был человеком, а у расы, естественно, имелось самоназвание, которое и подсветила магическая система — свирфверф. Запоминать я его, конечно, не буду.

— Вата, Елка, вы идете с нами. Возможно, будут раненые и точно много девушек, — сказал я, оглядывая свое невеликое воинство.

— Конечно, господин. Как прикажете, — сказала невыспавшаяся медсестра, уже повесившая себе на плечо сумку с бинтами и мазями. — Могу я поинтересоваться, куда мы направляемся?

— В бордель, — бодро ответил я и, убедившись, что все в сборе, пошагал к выходу из подземелья. Бойцы не отставали, на ходу перешептываясь. Возбуждение их было весьма понятно, учитывая, что это первый раз, когда мы вместе шли на выполнение миссии. Да и место назначения тоже накладывало определенный отпечаток.

Ориентируясь по карте, нарисованной захваченным дварфом и уточненной постоянными вылазками разведчиков, мы без проблем добрались до нужного места. Правда, без сюрпризов не обошлось. Владельцы борделя, понявшие, что в катакомбах стало не так уютно и безопасно, как полмесяца назад, побеспокоились и заложили стену кирпичом. Будто этого показалось мало, за ними плотной стеной стояли толстые доски.

Мысленно похвалив хозяев за предусмотрительность, я достал из сокровищницы зачарованный меч командира скелетов. В лапище защитной формы двуручник казался обычным коротким мечом, но тем проще было одним взмахом разрубить двойную кладку кирпича. Судя по всему, стену делали в спешке, не армировали или еще даже не знали о таком способе строительства. Так что вырубив кусок и приложив немного силы, я выломал стену, и кирпичи с грохотом попадали наружу.

— Услышат, — поморщился один из орков.

— Они и должны слышать. Я иду! — прогрохотав каменными губами, я ударом кулака пробил доску и выломал небольшую дыру. — Расширяйте!

— Начали! — приказал Спартак, и в пять пар рук они разворотили доски. Больше всего пользы в силовом мероприятии принес Жрак, отдохнувший и отъевшийся фавн больше всего напоминал минотавра, хотя и не дотягивал до монстра ростом и шириной плеч.

После каждого удара с противоположной стороны стены раздавались испуганные крики, женский визг и причитания, а когда дыра расширилась до приличных размеров, мы увидели сжавшихся в углу оборванных девушек. Даже с отвратительным освещением на их телах легко различались синяки, кровоподтеки и ссадины. На всех до одной были позолоченные ошейники.

— Посторонись, — приказал я рабыням, и те в страхе отпрянули от массивной деревянной двери с решеткой. Дернув ее, естественно, оказалось заперто, я заглянул через решетку, убедившись, что снаружи пусто, а затем чуть отошел и, заметив крепление засова, вышиб дверь с ноги. С жутким грохотом створка провалилась внутрь, подняв облако пыли.

— Успокойтесь, все в порядке. Вас никто не тронет, — донесся позади меня голос Ваты, прекрасно понявшей свою задачу и без дополнительных приказов. — Помогите мне вытащить их наружу.

— Нет, прошу вас, возьмите меня, только не трогайте сестру! — запричитала одна из девушек, защищая младшенькую, которой по виду еще не было и пятнадцати.

— Успокойся, — еще раз сказала Вата, а вслед за приказом донесся звон пощечины. — Мы здесь, чтобы освободить вас, а не угонять в более жуткое рабство. Понимаешь?

— Открыть все двери. Выводите рабов, — приказал я, подходя к единственному люку наружу.

Он находился в потолке, чуть выше моего роста. В принципе, можно было ограничиться только теми пленницами, которых держали в подвале. Тем более что снаружи доносилась громкая музыка и смех. И это через толстую дверцу, специально поставленную, чтобы не беспокоить дорогих гостей.

— Сколько рабов наверху? — обернулся я, пройдя огненными глазами по всем в подполе. — Ну? Отвечайте!

— Мы не знаем, господин. В подвал запирают только тех, кто плохо обслуживает клиентов или слишком плохо выглядит. Остальные трудятся в комнатах наверху, — ответила самая смелая из девушек. — Двадцать, может, тридцать. Не так давно вернулась матрона из подземелья, и чуть больше недели назад набрали новых девочек, которых еще не все распробовали. Новый вид.

— Новый вид, говоришь? — прорычал я, понимая, что речь идет о людях. Лестницы наверх не нашлось, да и вряд ли деревянные ступени выдержали бы мой вес, но сейчас мне было не до таких мелочей.

«Форпост!» — активировал я новое заклятье. Инородное тело, чуждая, но почти моя кровь побежала из груди по руке и начала впитываться в стену, которой я касался. Энергия подземелья тратилась как на поддержание портала, так и на активацию камня, и мне пришлось выложиться, используя собственные запасы, чтобы компенсировать траты маны.

Около минуты мне потребовалось, чтобы создать сосуды в радиусе метра, но и этого хватило. Вызванные по щелчку пальцев либлины камня получили шаблон, и вскоре прямо из стены выдвинулась надежная каменная лестница из толстых столбов. Встав на первый, я убедился, что они выдержат мой вес, и, поднявшись до половины, уперся головой в тут же приподнявшуюся крышку. Расслабились, гады, решили, что, раз камеры заперты, можно не закрываться.

Придержав крышку погреба, я поднялся на первый этаж, встав за занавесочной. Никакой охраны. В зале, отделенном от меня только тканью, грохотала веселая музыка и орали пьяные довольные голоса. Отдыхающие после тяжелого трудового дня отбросы праздновали, не стесняясь хватать официанток за жопы и усаживать рабынь к себе на колени, а то и вовсе, грязными лапами дергали за волосы, таща головы девушек под стол.

— Убью, — прорычал Спартак, вылезая вслед за мной, но я попридержал его, прижав к стене.

— Что там?

— В одной из камер были девочки. Совсем дети, — отозвался орк, едва сдерживающий ярость. — Пустите, господин. Даже если запретите, я пойду!

— Даже и не думал тебя останавливать. Но вначале заприте двери, чтобы враги не выскочили при первой опасности. Наденьте на себя тряпки рабынь и быстро двигайте к дверям и окнам, несколько секунд эта маскировка вам выиграет. Они без доспехов, так что использовать только деревянное и костяное оружие. Все понятно?

— Да, господин, — мрачно кивнул Спартак, беря себя в руки.

— Хорошо. Тогда начнем, — сказал я, отпуская орка. Тот помог подняться товарищам, и, принарядившись, они один за другим быстро вышли в общий зал.

— Эй, Марта, а что ты не сказала, что у тебя есть такие высокие и мускулистые девочки? — раздался похабный окрик, а следом звук шлепка и пьяный гогот. Я думал, что наглецу сразу отрубят голову, но Спартак сдержался, сделав еще два шага и оказавшись у двери.

— Высокие? — раздался знакомы голос хоббитки. Ага, вот и встретились. Больше я ждать не собирался. — Так это не мои…

Занавеска вспыхнула, стоило Весте чуть добавить огня, и я прошел сквозь пламя, осматривая зал. Реакция была именно такая, как я рассчитывал. Пьяные падали на пол, а наиболее трезвые пытались броситься к дверям и окнам, где их встретили клинки моих бойцов. Либлины выскочили следом за мной, получив прямой приказ взять матрону, которая, верно оценив силы, бросилась на второй этаж.

— Доля! — взревел я, кидая одного из малышей через весь зал прямо под ноги хоббитке.

Повалившаяся старуха мгновенно достала из складок платья кинжал, в несколько ударов разделавшись с моим каменным элементалем, но этого времени хватило, чтобы двое других добежали, перескакивая через тела сжавшихся в страхе похабников и любителей рабского тела. Визжа, старуха отмахивалась как могла, но сверху на нее уже пикировали огненные либлины.

Проснувшийся наконец охранник, сообразивший, что внизу не рядовая драка, выскочил с мечом наперевес и тут же рухнул, зажимая горло, в котором торчал короткий каменный нож. Последние из смелых посетителей быстро падали под умелыми злыми ударами орков и фавнов, а девушки, сбившись в кучки, с ужасом прятались под столами, глядя на кровопролитие со стороны. Одна так и вовсе сидела на коленях уже обезглавленного клиента.

— Жрак, остался, остальные вверх, — приказал я, беря за шкирку упирающуюся мадам.

— Демон, демон Бездны, — старуха извернулась, пытаясь ударить меня кинжалом, но пробивший камень клинок съехал по костяной пластине.

— Владыка, — поправил я пленницу, сжимая ее кулаки в своих.

Время для удара оказалось почти идеальным, город только начал просыпаться, солнце еще не встало над стенами, а в борделе всегда было шумно, так что вряд ли соседи обратят внимание на очередную драку, хоть она и получилась чересчур кровавой. Взяв матрону за лицо, я спокойно ждал, пока сражение закончится и вниз начнут спускаться бойцы. Почувствовавшая близкую смерть старуха больше не дергалась, притихнув.

— Иди вниз! Ну что за дуры, пинками гнать приходится! — раздался недовольный голос Спартака, и по лестнице сбежали несколько раздетых девушек.

— Где вторая? — громко спросил я, глядя на стоящих на коленях стражников и посетителей. Всех, кто выжил. — Где предыдущая матрона?

— Убила, — сказала потасканная, но все еще красивая девушка. — Вот эта дрянь убила хозяйку, когда со своими товарками приперлась. А потом объявила неделю бесплатного секса, чтобы у клиентов никаких сомнений не осталось.

— Бесплатного? Она вам платит?

— Прошлая платила, — кивнула та же девушка. — Работай усердно, ублажай лучших клиентов и сможешь через пять-десять лет себя выкупить.

— Хозяин, тут это, — сказал, несколько замявшись, один из орков, неся в руках клетку с феями. — Зачем он в борделе?

«Выпусти!» — заорала Веста, увидев живых, но до полусмерти замученных сородичей, чьи крылья были подрезаны.

«С удовольствием, дай только девочкам уйти, чтобы они не сгорели», — мысленно ответил я, осматривая зал.

— Всех рабов вниз, — приказал я, приподнимая над полом хоббитку за голову. — Неважно, какой возраст и какая раса. Всех.

— Слушаемся, — ответил Спартак. — Идите, если жить хотите.

— Я откуплюсь! — закричал один из пленных посетителей. — Я знатный торговец, член верховной гильдии! У меня полно золота!

— Проверьте, чтобы все посетители были здесь, а рабы внизу, — напомнил товарищам гладиатор. Девушки шли неохотно. Неизвестность казалась куда хуже, чем гарантированное рабство, унижения и возможная смерть. И все же пинками и добрым словом удалось сделать куда больше, чем просто словом, и через несколько минут крышка подвала захлопнулась. Во всем здании остались только либлины, караулившие выходы, я, посетители и матрона.

А еще Веста, выпорхнувшая из моего тела.

— Отпустите, я сделаю что угодно! — захрипела старуха.

— Один раз я уже сделал такую ошибку. Веста?

— Да! — выплескивая сдерживаемую ярость, выкрикнула фея огня.

Вспорхнув к потолку, она объединилась с элементалями, мгновенно вырастая до размеров обычной девушки, а затем обрушила на зал потоки пламени. Огненная плеть прошлась по комнате, мгновенно выжигая воздух, оставшиеся окна вылетели наружу, и обожженные посетители ринулись в разные стороны, пытаясь найти выход.

К их несчастью, каменные элементали перегораживали очевидные пути отступления, а разлитый по полу крепкий алкоголь прекрасно воспламенялся, помогая гореть остальному зданию, вспыхнувшему как спичка. Оставшиеся в живых после всплеска прятались от либлинов под столами, но Веста, получившая силы от огня и ярости, вскоре снова ринулась в атаку.

Я не собирался вмешиваться и защищать насильников детей и беспомощных женщин. Даже будь на месте дварфов и хоббитов люди — таким не место на этом свете. Старуху же, устроившую вакханалию, я отпустил прямо в огонь. На то место, где она сидела до этого, наблюдая за залом. И только удостоверившись, что в здании точно не осталось никого живого — спустился в подвал, уже освободившийся от рабов.

— Что делать дальше, господин? — спросила Вата, держась на достаточном расстоянии. И правильно, ведь прямо сейчас я представлял собой перегретый камень, на котором легко можно было жарить стейки. Не то что обжечь девушек.

— Всех в подземелье, — приказал я, осматриваясь по сторонам. — Где Спартак?

— Он ушел расчищать путь, господин. Сказал, что шум может привлечь членов гильдий воров и убийц, — ответила Елка, сжимающая в руках копье. Жрак с сородичем стояли чуть поодаль, в коридоре, охраняя периметр. Если все это организовал гладиатор, честь ему и хвала.

— Правильно. Незачем привлекать лишнее внимание. Вата, ты пойдешь с первой группой. Объясни, что можно делать, а что нельзя.

— Как прикажете, господин, — чуть поклонилась медсестра, сохраняя спокойное выражение лица. Умерив пламя, я положил ладонь в сточную канаву, и вмиг вскипевшая вода поднялась паром. Зато через минуту рука остыла до почти приемлемого состояния. — Держитесь вместе.

«Мы не сможем перенести больше пятерых одновременно, — предупредила Веста. — Маны не хватит, да к тому же места у сердца не так много. Толпой затопчут древо или в сокровищницу залезут…»

— По пятеро, — приказал я, положив ладонь на плечо Вате. — Прижмитесь друг к другу.

Мгновение — и мы уже были у сердца подземелья, провалившись прямо на свободное пространство. Потратив несколько единиц маны, я выпустил первую группу, медсестра встала в дверях, пропуская девочек вперед, а я телепортировался обратно. Для того чтобы перенести всех, пришлось сделать восемь ходок. И четыре перерыва по пять минут, на восстановление. Последними телепортировал вернувшихся орков.

— Господин, позвольте с вами поговорить, — сказала Елка, когда все разместились в переполненном коридоре.

— Хорошо. Спартак, Вата. Подойдите, — приказал я, возвращаясь к сердцу подземелья. — Я вижу ваше смятение.

— Простите, господин, но вы правы, — ответила Елка. — Запасов продовольствия должно было хватить на несколько недель. А сейчас, когда наша численность увеличилась почти в четыре раза, нам просто нечем будет их всех кормить. Да и места явно недостаточно. Спать придется по очереди, кроватей на всех не хватит.

— Все так, предводитель, — согласился Спартак. — Защищать подземелье мы можем и в том составе, который есть, но вот выходить в вылазки и патрули, когда дома остается такая толпа — опасно. Выпускать же их — значит оставлять следы, которые еще быстрее приведут врагов к подземелью, идти на такой риск неоправданно.

— Вата?

— Трав и зелий на лечение хватит, — сохраняя ледяное спокойствие, ответила девушка. — Но куда важнее общее обеспечение, иначе мы сами окажемся в ситуации наших пленников. Лишившись пропитания, ваши слуги ослабнут и не смогут выполнять своей миссии.

— Хорошо. Я рад, что вы беспокоитесь о подземелье и его жителях, — прогрохотал я, улыбаясь. — Сейчас вам придется разместиться как есть. Патрули должны продолжать контролировать периметр и наносить удары по группировкам. Завтра, в крайнем случае, через пару дней мы решим и проблему продовольствия. С местом разберемся немедленно.

— Спасибо, господин, — поклонилась, благодаря, Елка. И все трое помощников вернулись к своим обязанностям, а я направился наружу. За полчаса сумев пятнами выделить куски катакомб и возвести несколько стен, я перекрыл достаточную область. Очищающий огонь сделал остальное. Но когда я уже хотел позвать остальных для заселения в новый дом, раздался довольно громкий и настойчивый стук в новую стену.

— Ну, здравствуй, коллега, — мрачно поздоровался Радаман. — Перейду сразу к сути. У меня для тебя две новости. Первая — ты мудак. Я и сам в тот бордель иногда захаживал, не худшее место в городе. Пока никто не связал сгоревший бордель и рухнувшую школу мутантов-охотников, но, поверь, скоро такие появятся, и тогда тебя ждет настоящая облава.

— Пусть попробуют сунуться, — усмехнулся я, представляя, как бывшие герои будут штурмовать полное ловушек подземелье. — А вторая новость?

— Я тебе дом купил. Пойдем, покажу.

Глава 2

— Хорошо, идем, — согласился я, показывая внутрь подземелья.

— Эм, нет. Я понятия не имею, как добраться до него в катакомбах, это твоя вотчина. Так что пройдем по поверхности, или ты из них уже не можешь выбраться? — с усмешкой спросил тифлинг.

— Никаких сложностей, — улыбнулся я как ни в чем не бывало. — Подожди секунду снаружи, мне надо приодеться и отдать несколько распоряжений.

— Конечно, — кивнул, отойдя в темноту, Радаман.

Восстановив стену, я наспех проверил щели, убедившись, что есть только один вход и выход из новой области, а затем вернулся в подземелье.

— Спартак, занимайте новые рубежи обороны, — приказал я, проходя мимо бинтующихся бойцов. Нескольких все же сумели цапнуть посетители из борделя, хотя обошлось без тяжелораненых. — Елка, помещения в вашем распоряжении.

— Спасибо, господин! — сказал, вскочив, гладиатор. Кивнув подчиненному, я прошел к сердцу и закрыл к нему выход.

«Первый уровень подземелья. Нулевой этаж.

Ресурсы подземелья 14 из 1000.

Восстановление маны: 8 в минуту, сердце х5, присутствие владыки х3.

Затраты маны: 7 в минуту, расширение 5 (активно). Поддержание строений: дерево бесконечных побегов х1. Бездонный рудник х1.

Начать передачу маны подземелью? 10 единиц маны владыки преобразуются в 1 ед. маны подземелья».

Отвечать на вопрос не требовалось, я просто влил ману, несмотря на ругань со стороны Весты. В данном случае пять минут ничего особенно не решат, а вот запас мне может пригодиться, хотя бы на поддержание портала. Чтобы не использовался избыток энергии, я запретил расширение подземелья и влил еще десяток маны.

«Ресурсы подземелья 44 из 1000».

Получилось не то чтобы много, но, учитывая постоянный расход на портал и подпитку маной, должно хватить на полчаса гуляния по поверхности. А так как ходить придется в своем «человеческом» обличии, я взял с собой кинжал и небольшую сумку, в которую сложил два созревших гриба. Этого должно было оказаться достаточно.

— Извини, задержался, — сказал я, вываливаясь из портала прямо к Радаману.

— Я уже собирался уходить. Ты время видел? — насупившись, спросил тифлинг. — Скоро уже время испытания начнется.

— Очередная группа искателей приключений? — на ходу спросил я. — Что-то особенное и уникальное?

— Пока второй день, ничего определенного сказать нельзя, — ответил, возвращаясь в обычное пофигистичное состояние, тифлинг. — Но есть определенные кандидаты, на которых я готов поставить пару серебряных монет.

— Снова споришь с ангелом? — уточнил я, вспомнив о противостоянии инструкторов.

— Ничего не поделать, это в нашей природе, — чуть улыбнулся Радаман. — Как герои, которые спустились? Судя по слухам из церкви, ни один из них так и не добрался до святилища на третьем уровне Бездны. Больше того, город Железнобородых разрушен, и цены на кристаллы маны уже взлетели до небес. Тот камушек, что ты мне дал для покупки дома, подорожал втрое.

— Это же отличные новости. Значит, моя задумка будет все выгодней с каждым днем.

— Хочешь торговать добытыми в Бездне кристаллами? — понимающе присвистнул Радаман. — Это будет по-настоящему выгодное предприятие. Особенно, если ты отсеешь конкурентов. Вот только дварфы точно такому развитию событий рады не будут. В прошлый раз, когда на поверхность вернулись несколько раненых орков да пара хоббитов со старухой во главе, пришлось взять их под стражу, чтобы бедолаг не прикончили на месте.

— Они у тебя? — удивленно спросил я. — Мне казалось, что они все погибли во время сражения у лифта распорядителя.

— Не у меня, в городской темнице. Они были совсем плохи, и товарищи связали их, чтобы те не сумели участвовать в бою. Тоже интересная помощь, между прочим. Говорят, их даже подлечили, чтобы они не сдохли в тюрьме. Но случай небывалый. Орки-герои. Вернувшиеся и без ошейников. Никто не понимает, что с ними делать.

— Бросьте в катакомбы. Пусть их сожрет владыка, — предложил я, и губы тифлинга вытянулись в понимающей улыбке. — И вам проблем меньше, и мне польза.

Выйдя из катакомб на улицу, мы старались не разговаривать громко. Хоть солнце над городом еще не взошло, небо уже начало светлеть, и новая, красная луна почти скрылась в его лучах. На улице слышался гвалт просыпающихся рабочих, доносился запах свежеиспеченного хлеба и крики проснувшихся детей.

— Хорошо, я обсужу этот вопрос с капитаном стражи, — согласился Радаман, когда мы прошли мимо пары разнорабочих. — Вот только вряд ли такое повторится многократно. Эльфы не дураки, они уже начали заговаривать ошейники не на кольца, а на отдельных хозяев. Убьешь хозяина — и раб откинет копыта. Тебе же, судя по всему, они живыми нужны.

— Это уже моя проблема. Но по секрету могу сказать, что вскоре на поверхность могут вернуться не просто орки-нулевки, а герои третьего, а может, и четвертого уровней. Как думаешь, это вызовет фурор в местной общественности?

— Не то чтобы сильный. В городе множество третьих. А вот пятых — всего десяток. Главы гильдий убийц и воров — седьмого, — задумчиво произнес тифлинг, почесав голову меж рогов, глубоко залезая в пышную шевелюру.

— А таких, как ты и ангел?

— Все божественные герои в городе работают на распорядителя, — понимая мой истинный вопрос, ответил Радаман. — И это естественно, учитывая, какая это сила.

— А те, кто не захотел работать на полубога?

— Разбрелись по своим королевствам и стали баронами, графами или местными вождями, — пожал плечами тифлинг, а затем показал на стоящее неподалеку от нас кривоватое двухэтажное здание. — Вот она, покупочка. Два этажа, подвал и крыша над головой. А главное почти в самом центре. Вот тебе ключи, вот документы купле-продажи. Владей. Или правильней сказать, владычествуй?

— Далековато от подземелья, — поморщился я, глядя на карту. Тянуть сюда щупальца сосудов придется целенаправленно несколько дней. — Ближе ничего не нашлось?

— Ты что? Даже с учетом возросшей цены на кристаллы едва урвал, — обиженно покачал головой Радаман. — Это же тысячелетний город, здесь каждое здание сотни раз перестроено, продано и перепродано. И передается вместе с родовым именем или должностью в клане. Так что, можно считать, тебе несказанно повезло. Заходи быстрее, скоро испытание начнется, а я хочу еще на твою реакцию посмотреть.

— Ладно, с приобретением меня, — усмехнувшись, я засунул тяжелый Т-образный ключ в здоровенную скважину и несколько раз с усилием провернул, слушая металлический лязг. Даже если замок смазывали, был он устроен очень грубо и вряд ли мог защитить дом от взломщиков. Впрочем, и рассохшаяся дверь была не многим лучше.

Стоило отпереть и войти внутрь, как я напоролся лицом на свисающую с потолка паутину, а в нос ударил запах затхлого, давно не проветриваемого помещения, не видевшего уборки по крайней мере десяток лет. Из-под ног разбегались крупные жуки, тараканы и странного вида пауки с крупным круглым брюшком. Один из них даже попытался меня укусить, спрыгнув сверху, но я легко смахнул его на пол.

— Да, про древность ты не врал, действительно, та еще развалюха, — признал я, осматривая первую комнату. Света, пробивающегося через щели в стенах и потолке, вполне хватало, чтобы оценить масштаб катастрофы, произошедшей с домом. — И за сколько ты его взял?

Ответом мне был скрип закрывающейся двери, и, обернувшись, я не заметил Радамана. Вместо этого тьма начала сгущаться. Совсем понемногу, не встреться я с личом, владеющим фолиантом теней, мог и не заметить. Но сейчас меня такой простой уловкой было уже не обмануть. Усмехнувшись, я сделал шаг в центр комнаты и активировал защитную форму.

«Активация невозможна, поблизости нет камня».

Твою мать, а ведь верно. Все вокруг деревянное, а если я включу атакующую форму, то спалю и документы на дом, и само строение. Пусть оно и годится только под снос, отстраивать его у меня нет ни времени, ни желания. Но учитывая, что мы сейчас на одном плане с сокровищницей… да! Для проверки я засунул руку в инвентарь и, не почувствовав уже привычного жара, бросил на первую попавшуюся полку ключи и документы. После разберусь.

Противники не стали дожидаться, пока я определюсь со стратегией. На голову мне обрушился некто, закутанный в черное по самые глаза. Гребаный ниндзя почти вонзил мне в шею кинжал. Спасла смотрящая назад фея, от чуткого пинка которой я вовремя сделал шаг вперед. Неудавшийся убийца выругался и отпрыгнул, скрывшись в тенях. Вот только, судя по сгусткам тумана, он был не один.

— Хэй! Кто пришел ко мне на огонек? — весело выкрикнул я, активируя атакующую форму. — Предпочитаете поджаристую корочку или просто медленное запекание?

Ответа не последовало. Работали явно профессионалы, а я, как последний олух, доверился тифлингу и угодил прямо в ловушку. Коллеги, почти соратники. Ну да. Конечно. Надо будет обязательно спросить, за сколько серебряников он меня продал. Можно прямо сейчас уйти домой телепортом, а вернутся позже и из подземелья. Тем более что точку на карте я уже знаю. Но отпускать наемных убийц не хотелось.

«Дерево не горит! — в панике закричала Веста. — Я не знаю, что с ним, но оно не горит!»

Я среагировал мгновенно. Нас ждали. Готовились, а раз так, то и ловушка не могла ограничиться только рукопашными бойцами. Прыгнув в сторону, я взбежал по скрипящей шатающейся лестнице на второй этаж. Прямо навстречу падающему топору. Зрение камня оказалось бесполезно — нет камня, нет зрения. Так что я чуть не лишился руки, когда ослепленный огнем дварф стесал с моего плеча приличный ломоть окаменелого мяса.

Сжав зубы, я бросился вперед, опрокидывая противника и сам падая вместе с ним. Над головой просвистела пара болтов, и, перевернувшись, я оттолкнул дварфа прямо на стрелы товарищей. Тяжелые стальные наконечники с треском пробили кожаную броню и глубоко вошли в плоть. Булькая выходящей изо рта кровью, дварф упал на колени, но я схватил его, используя как щит, и, загасив пламя, бросился на невидимого стрелка. Стена вздрогнула, когда я обрушил на нее дварфа, но убийце удалось ускользнуть.

Я лишь слышал быстрый топот по потолку и удар где-то за спиной. Веста среагировала первой, и огненный шар ударил по отступившему убийце, пытавшемуся отлететь с помощью гарпуна. Черные одежды каким-то образом сумели погасить большую часть пламени, хоть он и вскрикнул от боли, но секундного замешательства врага мне хватило, чтобы метнуть в него топор дварфа. Попало откровенно плохо, рукоятью, плашмя, но зато со всей дури.

Надо учиться кидать предметы!

Пока же топор только выбил воздух из легких юркого противника. Я прыгнул к нему, за два рывка преодолев больше четырех метров, но, когда бежал мимо лестничного проема, по ноге, вынырнув из облака тумана, полоснул кинжал. Перекувырнувшись, я все же достал хоббита, несколько раз быстро всадив в него клинок. А затем бросил умирающего в дверной проем. Там кто-то охнул, получив удар, но вместо того, чтобы прыгать вдогонку, я ринулся наверх, к чердаку.

Болт, пущенный в упор из арбалета, показал, что я абсолютно прав. Только его ожидание позволило разминуться со снарядом, и я влетел на самый верх здания, обрушив град ударов на спешно отбросившего бесполезное оружие в сторону эльфа. Враг почти мгновенно понял, что я безоружен и постарался оторваться для использования своего ятагана, но я не отставал ни на миг.

Узкий чердак с низким потолком больше подошел бы для драки хоббитов, но, судя по умелым хлестким ударам, главарем был именно эльф. Прямо на бегу он читал какое-то заклятье, не давая мне приблизиться и в то же время не позволяя скрыться. И не возникало никаких сомнений — как только заклятье будет закончено, мне придет конец.

«Лавовый взрыв!» — приказал я, тратя последние запасы маны.

Эльф, заметивший поднятую ладонь, метнулся в сторону, сам себя запирая в углу. И заряд лавы ударил в темноту, ненадолго разогнав туман. Я прыгнул наугад, зажимая эльфа. И тут же получил удар ятаганом в грудь, наотмашь. Рассеченные ребра взвыли от боли, горячая кровь хлынула наружу, но я успел подобраться достаточно близко, чтобы воткнуть кинжал в плечо эльфа. Несколько мощных ударов избавили его от конечности, и я всадил клинок в сухожилие на другом плече, а затем перевернулся, сам заползая в угол и отгораживаясь от окружающих телом эльфа-предводителя.

— Ты кто? — прохрипел убийца, отказывающийся подыхать. — Что ты за тварь, что на тебя не действует ни магия души, ни яды?

— Мертвец, как и ты, — усмехнулся я, понимая, что еще пара ударов или точный выстрел арбалета, и меня прикончат. Несколько выигранных секунд я потратил на то, чтобы наспех зажевать гриб, и, когда тот почти не восполнил быстро утекающие запасы крови, сунул в рот второй. — Какого черта вам от меня надо?

— Ничего личного. Просто заказ, — хрипя, ответил эльф. Я успел заметить, как он надкусывает воротник, и, не дожидаясь действия яда, полоснул по шее и выкинул навстречу приближающемуся сгустку тьмы. Приглушенные шаги чуть в стороне подсказали, что я не попал, и пришлось перекатиться, чтобы не стать ежиком. Сразу несколько стрел вонзилось в угол, а тяжелый арбалетный болт вошел в доски до середины. Такой пробил бы тело эльфа насквозь и прикончил меня. К счастью, у тяжелых рычажных арбалетов есть один минус — долгая перезарядка.

Не видя врагов, я не мог с ними сражаться, но схватка с эльфом дала мне подсказку. Прыгнув к спуску с чердака, я широко расставил руки и умудрился поймать сразу двух головорезов. Рухнули вниз мы все вместе, и я приземлился на мягкие тела, всхлипнувшие от удара. Снизу послышался глухой хруст костей. Я и при жизни-то был не пушинкой, а, объединившись с Вестой, даже в «человеческом» виде заимел слегка превышенный вес, килограмм под сто пятьдесят, без грамма жира, но с избытком камня в организме.

Один из закутанных в тряпки убийц попробовал сунуть мне нож под ребро, но я уже поднялся и без замаха двинул ему сапогом по лицу. В этот раз хруст был куда громче, из пробитого черепа брызнула кровь и мозги, а мне сил хватило, только чтоб отступить на шаг от прохода.

Сколько врагов осталось в здании? Минимум один наверху и еще черт знает сколько на первом этаже. Не нужно смотреть на шкалу здоровья, чтобы по капающей крови понять, насколько мне фигово. Вся восстанавливаемая мана уходит на заживление. Камня и огня рядом нет, но по какой-то причине я еще остаюсь на ногах.

«…слабые духи смерти (7, +1 за каждого убитого в радиусе 5 метров)…»

Успел я прочитать, до того как сверху вновь раздался звон тетивы. Грудь обожгло болью. И я сполз по стене, оставляя кровавый след.

— Сдох! Наконец! — раздался довольный юношеский голос. — Господин, я его достал! Господин?

На чердаке раздались быстрые шаги, сменившиеся тихой руганью. А через несколько секунд на пороге появился обладатель голоса, сжимающий кинжал в кулаке.

— Ты его прикончил, урод. Теперь я не стану мастером, пока заново не пройду обучение! Три потраченных зря года! — сказал юнец, подходя вплотную. Он коротко замахнулся, чтобы воткнуть кинжал мне в лицо, но в этот момент вспышка света ослепила неудачливого убийцу, а я, поймав его руку, сжал пальцы, ломая запястье. — А-а, таврь! Отпусти.

— И в самом деле зря, — слабо усмехнулся я, опрокидывая парня и вставая ему на плечо коленом. — Жить хочешь?

— Пошел в Бездну! — выругался мальчишка, и мой кулак погрузился глубоко ему в живот, после чего парень несколько секунд не мог восстановить дыхание, словно рыба, хватая ртом воздух.

— Я только что оттуда. Последний раз повторяю вопрос — жить хочешь?

— Сдохни! — выкрикнул парень, и на сей раз я испортил его личико парой фирменных ударов, сломал нос и отбил ухо, но так, чтобы он не умер. Судя по тому, что за ним никто не пришел и не попытался ударить меня в спину во время допроса, парень действительно последний. А значит, смысла его здесь держать нет.

Портал я открыл, даже не думая. Бросил парня под ноги стоящего на карауле орка.

— Связать, обработать раны, допросить, — приказал я, не выходя из комнаты с сердцем. — К моему возвращению он должен быть жив и в состоянии отвечать на вопросы.

— Слушаюсь, господин, — ответил боец, тут же сев на противника сверху. Кивнув, я телепортировался обратно в «последнюю точку». У меня оставалось еще одно незавершенное дело.

— Радаман! — выкрикнул я, спустившись на первый этаж.

— Что-то ты долго, — фыркнул тифлинг, входя в дом. — Да еще и выглядишь погано.

— Это ты привел их! Хотел меня убить!

— Не заговаривайся, малыш, — усмехнулся тифлинг, и мгновенно сгустившаяся тень отбросила меня к стене. Ни пошевелиться, ни даже выкрикнуть что-нибудь я не мог, а за спиной Радамана распахнулись занявшие все пространство в комнате огненные крылья. Голос изменился и гремел, как извержение вулкана. — Может, я и младший, но все же Божественный герой. А ты всего лишь третий. Мне нет нужды нанимать отбросы для твоего убийства.

— Тогда зачем? — прохрипел я, когда тень схлынула так же мгновенно, как появилась.

— Разве может служащий господина Распорядителя помереть от такой простенькой ловушки? — усмехнулся тифлинг. — К тому же они очень жаждали найти какого-то пленного гнома. А я поспорил с Ангелусом на двенадцать серебра, что они тебя не убьют.

— Урод. А что, если бы я проиграл?

— Возродился бы на филактерии как верный раб нашего господина, — растянув губы в усмешке сказал Радаман. — А я бы выполнил долг перед гильдией и проиграл двенадцать монет. Только и всего. Радуйся. Ты жив. С новым домом, и в ближайшие несколько месяцев убийцы не спустятся в подземелье вместе с другими обиженными. Я тебе помог, при этом даже бесплатно. А сейчас прости, работа ждет. Начинается новый день испытаний.

— И все же ты урод, — ударив по локтю, сказал я, показав средний палец в ответ на воздушный поцелуй, посланный Радаманом. — Гильдия убийц. Черт.

Нужно подлечиться в подземелье, но один я туда не вернусь. С трудом поднявшись, я начал собирать трупы на жертвоприношение.

Глава 3

Когда я скормил алтарю последнее тело, энергия подземелья достаточно восстановилась, чтобы продолжить плавный рост в направлении нового дома. Радаман, хоть и реальный улшепок, но оказался прав — развалины находились в самом центре, на оживленной улице, а на соседней уже начинались лавочки и магазины. Лучшего места и желать нельзя. Если не слишком торопиться и не форсировать развитие подземелья сосуды доберутся до нужной точки за несколько дней.

— О боги. В таком состоянии тебе из подземелья лучше не выходить, — покачав головой, заметила фея.

— Да, мне бы пару недель отлежаться после потасовки, — согласился я, ощупывая разодранную грудь. Толстая корка уже закрыла рану, но тело было крайне далеко от восстановления. — Как организм заживает, если он мертвый?

— А он и не заживает, он восстанавливается, вернувшись в то состояние, в котором ты был на момент воскрешения, — ответила Веста, поглядывая на закрытую дверь, ведущую в общие комнаты.

— Хочешь увидеть сородичей? — спросил я, понимая ее желание.

— Да… нет. Не знаю! — в смятении проговорила фея. — Я подвела их, понимаешь? Подвела их всех. Мне была дарована великая сила, а что я?

— Судя по словам окружающих и легендам, ты сделала все, что могла и еще немного.

— Но этого оказалось недостаточно, — закусив губу, сказала Веста. — А из-за твоего дурацкого желания отправиться в Бездну сейчас, а не через пару лет, мы еще и недополучим воспоминания. Я не буду знать, что произошло на самом деле.

— Разве не ты говорила, что твои воспоминания остались в окаменевшей крови, которую добывали дварфы?

— Ну да! И что теперь? — сложив руки на груди, недовольно спросила Веста.

— Мы можем найти эти камни, а ты заберешь из них воспоминания.

— О боги. Ты хоть представляешь, сколько для этого потребуется времени и сил? — обреченно отмахнулась огненная фея. — Где их искать? Какими средствами?

— Вполне. Эти камни ценились как источник силы и магии. А значит, и искать их нужно у магов. Скорее всего — использующих огонь. А учитывая, что в скором времени у нас появится единственный работающий магазин кристалов маны, мы можем объявить о своих условиях. Например — бесплатная замена старого камня огня из шахты Малфегата на новый и полный камень маны из Бездны.

— Это… может сработать, — чуть посомневавшись, согласилась Веста. — Но тогда уже тебе придется брать рабов для добычи кристаллов. Загонять тех же орков или пленять дварфов.

— Подобное искоренять подобным — штука не самая плохая, но мы можем обойтись без таких извращений. Либлины — единственное, что нам нужно. Правда, много либлинов. Для этого понадобится библиотека и книга бесконечного призыва с привязкой на втором этаже подземелья. Если все получится, у нас будет достаточный поток работников.

— Вот! Я же говорила, либлины созданы для того, чтобы выполнять команды! — с радостным злорадством произнесла Веста. — Теперь ты со мной согласен?

— Нет, и я предоставлю им выбор рода деятельности. Но пока у меня даже мыслей нет относительно того, как происходит призыв. Если бы можно было вызвать только тех, кто хочет заниматься камнями или строительством, или охраной коридоров. В общем, можно придумать. Я заметил, что двум из каменных прямо нравится строить. И всем трем — создавать вещи в элементной кузне. Значит, у них есть свои предпочтения.

— О боги, опять?! — закатила глаза огненная фея. — Ну и что с того, что им нравится? Какая разница? Что ты скажешь, то они и будут делать.

— Хотя бы то, что они быстрее выполняют свою работу. И качественнее, — заметил я, активируя защитную форму. Боль от преобразования была мгновенной, а затраты маны на поддержание выросли в два раза, но на каменной броне не осталось никаких отметин или шрамов. Скорость оставляла желать лучшего, но сейчас я не собирался ни с кем драться, к тому же был в дважды своей стихии — вокруг камень, да еще и родное подземелье.

— Господин, я услышал, что вы доставили пленника, и немедля вернулся. Могу я вам помочь? — сказал Спартак, но затем разглядел лежащие за моей спиной трупы, сваленные в кучу.

— Можешь, — скрежеща каменными губами, ответил я. — Все живое, что попадется вам при патрулировании, кроме разумных, на алтарь. Желательно до умерщвления. Вата проследит за тем, чтобы все было сделано быстро и безболезненно.

— Как прикажете, господин, — чуть поклонился орк.

— Хорошо. Неси карту, — приказал я, и когда подали нарисованную от руки карту подземелья, сверил ее со своей магической схемой и поставил нужные отметки. — Елка, как закончишь с обустройством внешнего периметра, идите сюда. Возьмите мечи против камня, возможно, придется врубаться в подвал. Без меня. Там дом, который станет нашим. Вот ключ от внешней двери. Обследуйте, решите, что можно отремонтировать до моего возвращения.

— Что мы должны с ним сделать, господин? Какова цель?

— Жилье. Торговая лавка. Будем продавать оружие, доспехи и кристаллы маны.

— Торговать с жителями? — удивленно спросила дриада. — Разве это не опасно?

— Этим домом по бумагам владеет Пламенник. Слуга распорядителя. Он недавно вернулся из Бездны, и вы с ним познакомитесь. Вряд ли к нему возникнут вопросы у стражи. Продавцы в рабских ошейниках тоже не вызовут подозрений, как и добыча.

— Пламенник? — удивился Спартак. — Я знаю этого парня! Он сражался вместе с нами на испытании распорядителя! Так он выжил?

— И дошел до третьего уровня Бездны. Сможешь сам его расспросить. При случае. А теперь принесите фей. И приведите пленных.

— Слушаемся, — почти хором ответили Спартак и Елка, и в скором времени передо мной стояли шестеро. Три крошечные феи держались вместе и, прижавшись друг к другу, с опаской смотрели на остальных. Дварф, с переломанными коленями кое как стоял на ногах, помогали шины. Гном бегал глазками по сторонам, то и дело останавливаясь взглядом на моих кулаках. И наконец новый пленник — хоббит-убийца, с которого сняли все тряпки.

— Этих оставить. А вы трое, забирайтесь на ладонь, — приказал я феям. Крохи с подрезанными крыльями смело взобрались на камень, и я поднялся. — Подготовьте пленных к допросу, я сейчас вернусь.

— Я уже все рассказал! Все, что мог и знал! — запричитал гном, но я не обращал внимания на его крики. Зайдя к сердцу подземелья, я высадил фей на алтарь и, убедившись, что никто не может подглядеть, туда же посадил Весту. Мой огненный дух выглядел жалко, крылья и голова опустились, она даже попробовала вернуться в сердце, но я перегородил ей путь ладонью.

— Разговаривайте. Это всем вам пойдет на пользу, — сказал я, выходя из центральной комнаты и закрывая за собой каменную дверь.

— Простите меня, я не смогла… — донеслись до меня первые, с хлипом выдавленные слова Весты. Я удовлетворенно кивнул. Хорошо. Покаяние всегда помогает. Если она сможет излить душу — ей самой станет куда спокойнее. В норму она, конечно, не вернется, такой стресс даром не проходит, но, может, перестанет вести себя так взрывоопасно.

— Послушайте, Владыка, я все вам рассказал, — начал умолять гном, стоило мне оказаться рядом. — Спрашивайте о чем угодно, все, что знаю или помню, расскажу и покажу! Незачем мне больше руки-ноги ломать!

— Думаешь, я вызвал тебя, просто чтобы пытать? — с усмешкой прогрохотал я. — посмотри на моего нового гостя. Ты знаешь, кто он? Из какой гильдии?

— Я понятия не имею, кто он, владыка, но очевидно, что из гильдии убийц, — затараторил бывший контрабандист. — Думаю, его наняли для разведки, и тогда вскоре на подземелье нападет целый отряд этих головорезов. Я уже отметил на карте, где их логово.

— Ты? — закипая от ярости, рванулся к нему хоббит. — Это ты, предатель?

— Что я? — ошарашенно отодвинулся гном.

— Этот малыш всего лишь хочет сказать, что их группа из семи убийц, чьи души я скормил подземелью, шли за моим союзником с одной целью — искали тебя, — многообещающе улыбнулся я. — Они знают, кто слил информацию о всех гильдиях и лабораториях, и хотят мести. А потому ты свободен. Развяжите его.

— Спасибо, господин! — улыбаясь, вскочил гном, но стоило ему сделать несколько шагов — оглянулся на пленного хоббита. Затем на меня, и его улыбка пожухла, как осенний лист, а ноги задрожали. — Ч-что значит, могу идти? Почему?

— Потому что стоит тебе покинуть подземелье, и тебя прикончат, — с удовольствием прогрохотал я. — Можешь попробовать выбраться из города и скрыться в лесах кольца, но я не поставлю и серебряной монеты на то, что ты продержишься дольше месяца. Куда вероятнее, что тебя прикончат еще до того, как ты доберешься до моста.

— Нет… НЕТ! — гном, наконец осознавший всю ситуацию, упал на колени. — И что мне делать?

— Выставьте этот бесполезный мешок с мясом за порог, — взмахнул я ладонью.

— Стойте! Я могу быть полезным! Я придумаю, как и чем! — завопил гном, только недавно страстно желавший свободы. — Что угодно, только скажите.

— Если и в самом деле придумаешь, возможно, я позволю тебе остаться. Пока же — пошел прочь, — прогрохотал я вслед гному, которого утаскивали под руки. — Теперь ты. Дварф. Твоя судьба тоже висит на волоске. К твоему горю, никто не интересовался тобой. Видно, посчитали мертвым. А потому я не понимаю, зачем мне тобой интересоваться.

— Лучше смерть, чем служба злу, — сказал, глядя на меня исподлобья, бородач.

— Возможно. Но мы этого никогда не узнаем. Ты мне больше не нужен.

— Убить его, владыка? — с готовностью спросил Спартак.

— Не так банально. Но да, он умрет, — кивнул я, переходя к третьему пленному. — Скажи мне, малыш, что делают с провалившимися учениками гильдии убийц, которые подвели своего мастера и вместо того, чтобы умереть в попытках и устранить цель, сбежали с поля боя, а потом и вовсе попали в плен?

— Я не сбегал! — испуганно выкрикнул юноша.

— Еще как сбегал, твоего тела не было среди убитых, трупы валяются кучей в доме, а их карманы обчищены. Ты сбежал, предав гильдию и присвоив себе имущество товарищей. По крайней мере, все так подумают. Даже если ты придешь с повинной, а цель будет жива и здорова, что с тобой сделают?

— Убьют, — холодея проговорил хоббит, за секунду превратившийся из храброго убийцы, готового на все ради гильдии, в мальчишку, каковым на самом деле и являлся.

— Так просто? Нет. Вначале тебя будут долго пытать, думая, что ты знаешь что-то важное, — ухмыляясь, сказал я. Мысль была незакончена, но я сбился, увидев перед глазами странную надпись.

«Принесена разумная жертва, запас маны повышен на 12. Всего запас маны 59 из 1000».

Хранительница убила кого-то на втором этаже? Вряд ли, у нее сейчас совершенно другая задача. Но если допустить…

«Принесена разумная жертва, запас маны повышен на 12. Всего запас маны 71 из 1000».

Что за черт?

— Ждите, — приказал я, резко развернувшись. Раны и защитная форма не позволяли быстро передвигаться, но и идти было недалеко. За несколько секунд я добрался до комнаты с сердцем и откатил дверь в сторону. — Веста?!

Огненная фея, держа в руках подобранный с пола камень, забивала им лежащую на алтаре девушку. Рядом уже валялось два крохотных обескровленных тела.

— Ты что делаешь, дура? — спросил я, подхватывая Весту.

— Отпусти мен! Ты что, не видишь? Это не настоящие феи, это подделки. Марионетки! — криво усмехаясь, воскликнула зажатая в кулаке девушка. — Я просила их простить, но они лишь плакали и стонали. Они не хотели мести. Ты понимаешь? Они не хотели мести!

— Твою мать, — выругался я, когда счетчик маны вырос еще на двенадцать единиц. Спасать стало некого. — Ты хоть понимаешь, что натворила? Ты же убила собственных сородичей.

— О боги. Да нет же! Это просто глупые куклы. Марионетки! Они рассказывали, как их трахали в борделе. Как давали неполную дозу зелья увеличения, чтобы они больше походили на детей и было туже. Как насиловали раз за разом. И при этом они не хотели мести! Все, что им нужно было, — просто жить, чтобы их оставили в покое! Так не бывает! Это лишь куклы, а не феи!

— Твою мать, — глубоко вдохнув, я прикрыл глаза, чтобы успокоиться. Нельзя останавливаться. Нельзя замирать и сожалеть. — Ты их убила. Убила, возможно, последних представителей своего вида. И с этим уже ничего нельзя сделать. Ты наказала сама себя. Не сейчас, но через время, ты поймешь. И в этот момент я буду рядом. Но пока не хочу с тобой говорить.

— О боги, можно подумать, мне это очень надо, — фыркнула фея, и тела остальных крылатых вспыхнули на алтаре, исчезая. Даже горстки пепла не осталось. Положив ладонь на алтарь, я попросил прощения у ни в чем не повинных фей, чья жизнь состояла из страданий и закончилась нелепой смертью из-за встречи с «жаждущей мести».

— Так что нам с ними делать, господин? — спросил Спартак, когда я, мрачнее тучи, вернулся к пленникам. — Убить?

— Они и так мертвы. Просто еще не знают этого, — спокойно сказал я, останавливаясь перед хоббитом. — Дадим им шанс снова стать живыми. Дварф. Если решил, что твоя смерть станет достойным завершением жизни, я дам топор. Убийца, если считаешь, что можешь быть полезным, я дам тебе нож.

— Мне нужно будет его прикончить? — спросил успокоившийся хоббит, кивая в сторону бородача.

— Нет, я дам вам черные тряпки убийц и выпущу на территорию церкви Матери Бездны, — спокойно ответил я. — Вас убьют за проникновение в святое место. Как бы вы ни молили о пощаде. Но, если через сутки вы выживете и придете обратно, я вас приму. Вы еще не знаете, но после попадания в подземелье это единственное из ваших возможных прибежишь. Уходите.

— Как прикажете, владыка, — кивнул орк, поднимая на ноги убийцу. — А если они вернутся с подмогой из рыцарей-эльфов?

— Не вернутся. Святая Кламен объявила о походе кольца против всех неверных. Ее герои перебили всех дварфов, гномов и хоббитов которые пытались пройти испытания распорядителя, — усмехнулся я, глядя на пленных. — Тебе ведь должно быть об этом известно, верно мальчик?

— Да, — нехотя кивнул хоббит. — Но я не думал, что это будет дольше одного раза…

— Это вы выясните на своей шкуре. Уводите, — приказал я и, дождавшись, пока бойцы, взяв тряпки с тел, скроются из коридора, повернулся к Вате. — Ты знаешь, что делать?

— Лечить, приносить жертвы, следить за порядком, — немедленно сказала полукровка. — Могу я спросить, что случилось с феями?

— Непредвиденные осложнения, — прогрохотал я. — Больше о них не нужно заботиться.

— Как скажете, господин. Надеюсь, они не доставили много хлопот, — невозмутимо заметила Вата. — Феи, даже неинициированные, отличные проводники маны.

— Ты о них много знаешь? — уже собиравшись уйти, я притормозил. — Что ты можешь рассказать?

— Живут в лесах и болотах кольца. Прячутся среди всевозможной нечисти и монстров, — начала перечислять известные факты доктор. — Малочисленны, но их крылья и перепонки часто используются в дорогих эликсирах. Мутанты-охотники, как те, на которых я работала под предводительством доктора Дью, добывают их, и довольно легко. Так что нельзя сказать, что они полностью перестали встречаться. Хоть и загнали их в жуткие места.

— Хорошо. Спасибо, — кивнул я с облегчением. Значит, не последние в роду. Уже славно. — Я ухожу и оставляю все на вас. Рассчитываю, что к возвращению вы отремонтируете дом. От этого зависит, как быстро начнут пополнятся ресурсы, в том числе пища и медикаменты.

— Можете не беспокоиться, господин. Мы все сделаем, — поклонилась Вата. Кивнув в ответ, я зашел к сердцу и, смахнув невидимый пепел фей с алтаря, шагнул в портал на второй этаж. Огонь оплавил внешнюю броню, выжигая сомнения.

Мы должны двигаться дальше.

Глава 4

— О, наконец! Владыка, я так рад, что вы наконец прибыли, — разразился тирадой череп, стоило мне пройти через портал. — Мы с соседом как раз обсуждали экзистенциональные проблемы существования двух душ в одном теле. Я вижу в этом великолепные возможности, особенно после приобретения технического бессмертия, а вот мой оппонент не согласен, хотя его доводы нельзя назвать убедительными. Если взять за пример…

— Он когда-нибудь затыкается? — хмуро спросил я у второй головы Гормока, прячущей глаза за ладонью.

— Ни на секунду, — мрачно ответил огр. — С того самого момента, как мы очнулись.

— Ну а что вы таки хотите? Подземелье было разрушено забредшими божественными героями больше тысячи лет назад! Пусть большую часть времени я проспал, несколько веков общения только с самим собой да гримлоками, которые меня не понимали, не лучшее времяпровождение. Тут недолго и с ума сойти. Хотя концепция разума в целом тоже очень относительна.

— Достаточно, я сейчас не в настроении, — сказал я, стряхивая остатки защитной формы. — Хранительница, что случилось за время моего отсутствия? Хранительница?

Лавовая девушка не отвечала, будто заснув, и даже ее огоньки притухли. Коснувшись ее плеча, я вздрогнул. Ощущение было странным. Возможно, из-за моего собственного измененного тела или связи хозяин-вызванный элементаль, как с либлинами и Вестой, но я не почувствовал жара. В нормальной ситуации даже мясо на руке уже сгорело бы до кости, а вскипевшая кровь разорвала бы пальцы, но сейчас просто гладкая, горячая кожа. Удовлетворив свое любопытство, я опустил взгляд ниже, но вовремя себя одернул и потряс девушку за плечо.

— Что? А, простите, хозяин. Я ненадолго отлучилась, — вновь вспыхивая, чуть поклонившись, сказала девушка. — Все в полном порядке и под контролем, если бы лич сдвинулся, я бы узнала.

— И тем не менее мы очнулись больше трех часов назад, — недовольно проговорил череп.

— Всего три часа? — с возмущением спросил Гормок. — Во имя Бездны, мне казалось, прошли уже сутки. Лучше окончательно умереть, чем провести всю жизнь в одном теле с этим болтуном!

— Это как раз вполне выполнимо, соседушка, — улыбнулся бывший демилич. — Твоя душа, в отличие от моей, привязана к костям этого тела. Если оно сгорит, растворится в кислоте, или ее сожрут и перемелют — ты умрешь. Окончательно. Впрочем, я могу найти для тебя еще несколько десятков продолжительных и весьма мучительных способов умереть.

— Пожалуйста, заткнись хоть ненадолго! — попросил Гормок.

— Хам! Очень надо мне с тобой разговаривать. Я, может, испытываю кризис перерождения и переживаю психологическую травму от нахождения в непривычном теле… — продолжил разглагольствовать череп, получивший новую оболочку. Зарычав, огр попробовал садануть ему по челюсти кулаком, но вторая рука поймала первую в полете, перехватив удар. Тогда Гормок пошел на крайние меры и с размаху стукнул лбом вторую голову. — Ау! Что за варварство?! Мы все можем решить цивилизованно!

— Хотел бы я на это посмотреть, — мрачно сказал я, еще не отойдя от произошедшего в подземелье. — Ладно, учитывая, что нам придется некоторое время общаться, хотелось бы знать твое имя. Не называть же тебя постоянно «эй, ты», «череп» и «жопа без ушей».

— Фу, как грубо. Разрешите без ложной скромности представиться — я Вэнса Морте Драго Грейхок Джек Тан, величайший из некромантов, божественный герой. Изобретатель, исследователь и третий владыка подземелья. Смотритель второго этажа Бездны и плана смерти, — гордо произнес лич, получивший другое тело.

— Тан, значит. Хорошо, так и буду тебя звать, — кивнул я.

— Эм. Нет. Лучше Вэнса, Векна или на крайний случай Морте, — попробовал возразить лич, но, увидев мою насмешку, сдался. — Пусть будет Тан. Не «череп», уже хорошо.

— Договорились. В таком случае еще один вопрос, при перечислении титулов ты сказал, что был третьим владыкой подземелья. Кем были предыдущие двое? Рисунки и символы на стенах, ты знаешь, кому они принадлежат и что значат?

— Нет, они уже были в момент моего появления и в прискорбном состоянии. Подземелье было заброшено, и я до последнего не понимал причины, по которой такое могущественное место потеряло хозяина. До тех пор пока сам с помощью сложнейшего ритуала не стал им, — сокрушенно покачал головой Тан. — Каково же было мое разочарование, когда я понял, что навеки привязан к сердцу подземелья! Мультивселенная потеряла в моем лице великого исследователя и искателя приключений!

Чего я только не пробовал! И переселяться в другие тела, и выкидывать свой труп с катапульты в мировой водопад, и делать дополнительные филактерии, забрасывая их в Бездну. Ничего не помогало. Редкие искатели приключений с каждым годом становились все враждебнее. Может, до них доходил слух о том, что некоторых я убиваю? Не так важно! В один момент мне пришлось защищаться, даже построить армию скелетов.

Обилие нежити часто привлекало другую нежить. Личи-пожиратели, три брата — тому явный пример. Но только благодаря общению с ними, я сумел не сойти с ума окончательно. Представляете, какая была бы трагедия, учитывая, что мой разум и душа — последнее, что у меня оставалось своего на протяжении веков?

Удивительно, но вскоре герои начали считать меня чем-то вроде местного босса. Не знаю, какой дурак сказал им, что у меня в сокровищнице лежит несколько артефактов, нашел бы того, кто меня сдал — прикончил бы с особенным удовольствием. Но в один совершенно не прекрасный момент мои же скелеты начали нападать на подземелье. Потом сквозь ослабевшую оборону протиснулась группа уже повидавших Бездну героев. Вместе они убили всех стражей и уничтожили сердце подземелья.

Конечно, я не настолько глуп, чтобы умирать при таких обстоятельствах. Совсем нет. Поэтому заранее нашел самое подходящее хранилище для своей души — камень маны, который всегда держал полным. Несколько раз я выбирался из него, путешествуя в чужих останках, но несколько сотен лет назад в пещерах поселились гримлоки. Занимать столь ужасные извращенные и изъеденные болезнью кости? Нет, увольте.

И какова же была моя радость, когда кто-то, а именно вы, активировал кристалл маны, высвободив меня из заточения! Я вам, конечно, очень сочувствую, врагу не пожелал бы оставаться привязанным тысячи лет к одному и тому же месту. Но какое счастье! Вы только представьте! Я свободен! И со мной рядом всегда будет верный слушатель!

— Можно я повешусь? — с надеждой спросил Гормок, такую болтовню выслушивающий уже на протяжении нескольких часов.

— Боюсь, тебя это уже не спасет, — хмыкнул я. — Теперь, чтобы умереть, тебе нужно сгореть целиком. Что я вполне могу обеспечить. А еще без проблем могу уничтожить филактерию, находящуюся в черепе второй головы.

— Даже не думайте! Я великий некромант! Ученик самой смерти! Если вы посмеете мне так угрожать, я прокляну вас страшным проклятьем, — начав от страха путаться в мыслях, сказал Тан. — Самым страшным! Самым проклинательным из проклятий. Вот.

— Отлично. Мы выяснили, что проблема решаема. Убить тебя при необходимости не только можно, но и довольно легко. А потому, Тан. Я прошу не болтать без умолку о своих приключениях и состоянии. Если тебе не задают вопрос. А если вопрос задан, отвечать по существу, говоря только то, что действительно важно. И не доставай Гормока.

— Нет у меня больше Мока. Остался только Гор, — тяжело вздохнул огр.

— У вас составные имена? — улыбаясь от уха до уха, так, что кожа трещала, спросил лич. — Это же просто великолепно. Тогда нас будут звать Тан-гор. При всем уважении, но ты же понимаешь, что и по возрасту, и по интеллекту я во всем превосхожу тебя?

— Это его тело. А ты лишь пассажир. — заметил я, бросая в огород Весты здоровенный булыжник. — Так что как сам захочет, так и будет.

— Ну, уважаемые, ну вы что? Надо же чтить старость, а я среди вас однозначно самый старший и образованный. Вот вы, новый владыка, посещали когда-нибудь план знаний и библиотек? А я там, можно сказать, родился! Я знаю все и обо всем! Да я забыл больше, чем вы сможете узнать за всю свою жизнь!

— Гортан меня устроит, — сказал с особенным удовольствием огр, понимая, что принятое решение будет злить сожителя. — А теперь, великий и могучий, давай попробуем встать.

— Разве с этим могут возникнуть какие-то проблемы? — удивленно спросил я.

— Конечно! Долбаная физиология гигантов — это просто ужас какой-то. Это каким извращенцем нужно быть, чтобы заставлять два разных мозга отвечать не за все тело, а каждый за свою сторону! Если бы я оставался единственной душой, легко освоил бы управление всей тушкой целиком. Но нет же, вам понадобилось сохранить разум умирающего. А он продолжает использовать большую часть функций как привык.

Вот и получилось, что в результате великолепного ритуала, который я провел с полной точностью и с божественным изяществом, телом приходится управлять вдвоем! У меня — правая рука, у него левая, а с ногами все наоборот! У меня левая, а у него правая! Мы даже встать не можем, не говоря уже о походке! Это настоящая грация бочки с дегтем. И ведь хорошо, что само тело уже мертво и превращено в умертвие, мне даже страшно представить, что было бы, окажись я в живом теле! Все это несварение желудка, изжога… фу, мерзость жизни.

— Значит, далеко вы пока не уйдете. Тренируйтесь, иначе окажется, что вас и в самом деле в бочке катить придется. Хранительница, телепортируй их во внешние коридоры. Там и так уже все поломано, хуже точно не будет.

— Погодите, мы же еще не договорили! — возмутился Тан, исчезая в портале.

— Черт, а я и не знал, что тишина и треск огня могут быть так прекрасны, — с облегчением сказал я через несколько секунд после исчезновения огра. — Жаль только, наслаждаться этими звуками долго не выйдет. Что у нас по подземелью?

— Разрушено почти до самого центра, хозяин, — с сожалением ответила хранительница. — Я отремонтировала большую часть внешних стен. Но, как вы, наверное, сами понимаете, это только центральная часть. На самом деле подземелье тянется на многие километры, и охватить их в ближайшее время не выйдет.

— Верно. Об этом я тоже хотел поговорить. В бонусах от распорядителя было указано, что он может даровать толпу миньонов, и особо подчеркивалось, что они не будут пожирать энергию подземелья. Как она восполняется? Можно ли каким-то образом, кроме жертвоприношений, повысить ее регенерацию?

— Это очень правильный вопрос, хозяин, — улыбнулась хранительница. — Если у подземелья есть сердце — это его алтарь, печень — бездонный рудник, а легкие — дерево бесконечных побегов, кишечник же — кладбища. Они высасывают из погибших все соки, очищая не только ткани, но даже кости от любой энергии. Их можно улучшать, облегчая и ускоряя пополнение маны, или увеличивать их количество, чтобы всегда было куда складывать тела.

— Вот уж чего нам хватает, так это кладбищ. Нет, я думал о другом. Неужели нельзя расширить связь подземелья с планами, увеличив прилив энергии от них?

— Это очень сложный вопрос, хозяин. И, боюсь, я не смогу на него ответить в достаточной степени. Все же я элементаль огня, и портал, и сила, которая сейчас пропитывает подземелье — это сила огня. Но вы не такой. В вас сокрыто множество разных сил.

— Это верно. К тому же я сам чувствовал, как чужеродная мана смерти преобразуется в силу подземелья, а позже мы вместе использовали ее для строительства.

— Вы правы, хозяин. Это стало возможно благодаря либлинам в вашем теле. Если вы сможете перенаправить свою энергию для открытия связи с планом, возможно, это повысит общий приток энергии, но я не уверена, как это повлияет на подземелье в целом.

— Остается только проверить, — решительно сказал я, берясь за алтарь. Я уже множество раз призывал либлинов, чьи души прятались внутри моих костей, и даже не задумывался о том, как именно это происходит. Магия… которая должна иметь простое и логичное объяснение. Ну, или не слишком простое, учитывая, что все здесь зависит от единения с планами, и даже магии в привычном мне понимании нет.

Сосредоточившись на ощущении, я одного за другим вызвал всех трех либлинов камня. Попросил прощения и, отозвав, призвал снова. Развлечение не из самых приятных, учитывая, что каждый раз я испытывал не иллюзорное чувство утраты и потери части себя. Однако привычное действие, выполняемое с помощью иконки на панели задач, заставило меня отвлечься от боли, сосредоточившись на процессе познания.

— Чем. Хозяин Ник. Помочь? — спросили через несколько минут либлины, когда я, совершенно вымотавшись, присел рядом с алтарем. Объяснив еще раз задачу, я с удивлением обнаружил, что малыши обсуждают проблему, но не вслух, а лишь глядя друг на друга и перестукиваясь камнями. — Мы попробуем. Нужна мана. Много.

— Все, что находится в моем распоряжении и есть в подземелье, — легко согласился я. — Говорите, что делать?

— Влейте. Ее. В нас, — ответили малыши, прикоснувшись к алтарю.

Кивнув, я взял их за плечи и представил, как потоки энергии из меня вытекают, по рукам и пальцам переходя в крохотные каменные тела. Через некоторое время воображение превратилось в ощущение, то в чувство, а совсем немного погодя я увидел, как воздух дрожит, и алтарь меняется на глазах. Простой камень исходил узорами, покрывался странными силуэтами и менял даже свою структуру. По краям чаши появились едва заметные кристаллы.

«Усовершенствование алтаря подземелья завершено!

Получена связь с планом камня. Выработка энергии сердца повышена.

Восстановление маны. План огня — 5, план камня — 5.

От пересечения планов получено бонусное восстановление энергии подземелья!

План преисподней — 1. Общее количество восстанавливаемой энергии 11 в минуту».

— Потрясающе! Спасибо вам огромное! — улыбнулся я, без сил опускаясь на пол рядом с либлинами. — Вы повысили восстановление энергии больше чем в два раза!

— И это странно, — задумчиво проговорила хранительница, присев на корточки рядом с либлинами. — Я слуга князя огня, а потому выполняла его приказ. Но вы младшие духи. Что вам до игр богов и героев?

— Хозяин Ник. Странный. Добрый, — неожиданно ответили элементали. — Он не требует. Не заставляет. Играет с нами.

— Вот как? — удивленно подняла брови лавовая девушка. — Выходит, вы относитесь к ним как к домашним животным или чужим детям?

— Сравнение не совсем корректное. Все же я никогда не послал бы детей в бой. И им уже по тысяче лет. Но я рад помочь им найти в жизни не только битвы и служение, но и радость.

— А мне вы поможете найти радость, хозяин Ник? — лукаво улыбнувшись, спросила хранительница.

— Кхм, я думал, что приношу ее, повышая твои силы и увеличивая твой будущий статус при дворе князя огня, — сказал я, внимательно наблюдая за необычно задумчивой хранительницей. — Что-то изменилось со времени нашего последнего разговора? Я вижу в твоих глазах сомнение и заинтересованность.

— Так и есть, хозяин, — чуть поклонившись, не стала скрывать девушка. — Ваш договор с распорядителем был изменен. Это настолько существенное событие, что даже на плане огня о нем услышали. Все же редко смертные смеют противиться богам, не ища их благоволения. Для меня сама мысль о том, чтобы отказаться от огня, — немыслимая глупость.

— Возможно, тут все дело в том, что я был рожден свободным, и мне сама мысль о неволе странна и дика, — пожал я плечами. — Пусть распорядитель в тысячи раз сильнее меня, но это не значит, что я должен навсегда остаться в его тени. Я придумал, как удлинить свой поводок, убрав ограничение в десять километров, а значит, смогу спуститься глубже, а ты получишь больше сил.

— Интересно. Очень интересно, — улыбнулась, не скрывая заинтересованности, хранительница. — Буду рада служить вам, хозяин, пока это приносит вам пользу и удовольствие.

— Служи, пока это нужно тебе самой. Я не хочу никого принуждать. Наоборот, хочу сделать наше сотрудничество максимально выгодным для обеих сторон.

— Все верно, малыши, — кивнула либлинам лавовая девушка. — Он странный. Но, возможно, от этого приключения я получу куда больше, чем рассчитывала, — с этими словами девушка игриво улыбнулась, исчезая. И оставляя меня в полном недоумении.

Глава 5

— Так… блин. И что теперь делать? У меня по плану строительство было, — растерянно сказал я, а затем, нахмурившись, дотронулся до алтаря, оценивая общий ущерб, нанесенный двумя вторжениями. Половина недавно приобретенных владений оказалась разрушена или неисправна. Другая не содержала ничего полезного, а единственная радость — сохранившаяся элементная кузня, которую я еще несколько дней назад отгородил от остального подземелья сплошными стенами.

Создать один или два предмета, не подверженных магии металла, мне показалось вполне логичным. Тем более что запасов костей, клинков и прочего хлама после вторжения армии нежити остались целые горы. Ничего выдающегося они собой не представляли, но как материал для будущих артефактов вполне годились. У меня даже родилась пара идей относительно того, что именно изготовить, но в первую очередь нужно было поинтересоваться потребностями команды.

— Привет, уже вернулся? — просила Химари, отрываясь от фолианта тьмы.

— Да. Решил никуда не уходить, — пошутил я, решив оценить ее восприятие времени.

— Все нормально, я понимаю, что не пять минут за чтением провела, — понимающе вздохнула японка, положив книгу рядом. Черная ниточка перескочила с ладони на талию, но никуда не делась. — Знаешь, это прозвучит странно, но, кажется, я чувствую эту тьму внутри себя. Она всегда там была, а сейчас я просто позволила ей вырваться наружу.

— Будь аккуратнее с силами, которых не понимаешь. А не понимаем мы здесь ничего. Не лезь, оно тебя сожрет.

— Это как алкоголь и секс, вначале очень плохо и противно, а потом ничего, втягиваешься и вообще не понимаешь, как без них можно жить. После того как мы сражались и выжили, я чувствую себя куда сильнее, и книга уже не так сильно бьет по мозгам. — Химари смогла даже улыбнуться, но я в ее улыбку не особенно поверил.

— Если бы у тебя был выбор какое оружие получить, что бы ты предпочла? — осознав, что спор окажется слишком болезненным для девушки, я решил сменить тему.

— Пару «Беретт» или УЗИ, — хмыкнула японка. — Вот только где их взять?

— Негде, я и сам не отказался бы от автомата или, по крайней мере, карабина. И пару мыслей на эту тему у меня есть. Но пока до реализации очень далеко.

— Тогда… короткий меч, наверное, — не определившись, пожала плечами Химари. — Будет обидно, если придется сражаться с врагом, от которого отлетают все твои удары. Но… я начала замечать, что стала лучше видеть в темноте. Куда лучше. Так что стрелы с хорошими наконечниками тоже не помешают. Только учитывай, что они летят по большой дуге, и дальше чем на тридцать метров в подземелье попасть будет просто нереально. Стрелы будут биться о потолок и сталактиты.

— К счастью, это работает в обе стороны, — кивнул я с облегчением. — Как думаешь, арбалеты могли бы стрелять на большую дистанцию?

— Пользоваться луком я училась в школьном кружке, а вот арбалетов никогда в жизни не встречала, — честно призналась девушка. — Даже не знаю, чем их конструкция отличается.

— В этом есть доля проблемы, я и сам их помню только по детским книгам про историю да по фильмам и играм. К тому же мои стихии — это камень, огонь и кость. Вряд ли удастся из таких материалов сделать тетиву или спусковой механизм. Для первого понадобится проволока, одновременно гибкая и прочная, как пружина. А я в кузнечном деле полный ноль.

— Тогда и думать об этом смысла нет, — сказала Химари, небрежно сбрасывая простыню и оставаясь в абсолютном неглиже. — Эй, отвернись, неприлично на голую девушку смотреть.

— Чего я тут не видел? — усмехнулся я, подняв бровь. — Собираешься на тренировку? Наш друг Гортан уже очнулся и сейчас учится ходить во внешних коридорах.

— Гормок? — не сразу поняв, переспросила японка, и я рассказал ей в подробностях об изменении имени и о том, с чем оно связано. — Разные обычаи, разные народы.

— Кстати об этом, мне удалось спасти несколько людей.

— Я не стала бы делать принципиальные различия, и не потому, что это расизм. Просто убедилась, враг и урод может быть любой расы, — покачала головой Химари, одеваясь. — На примере той же девчонки, Клоры, славная пацанка. Живая, интересная. Постоянно куда-то стремится. И при всем этом ее сородичи — мутанты, охотники, торгаши и шлюхи.

— Которых и среди людей хватает, — закончил я за нее мысль. — Научишь меня метать предметы? Как в бейсболе.

— Ты же вроде живой огнемет, к чему тебе такие сложности?

— Не все твари восприимчивы к огню, к тому же нет ничего надежнее, чем вдарить камнем по куполу. Я привык кидать гранаты, этому нас учили, но там точность не особенно важна, гарантированное попадание осколками — полтора метра. Теперь у меня такой роскоши нет.

— Можно попробовать, но не гарантирую, что у тебя сразу начнет получаться, — предупредила японка, обматывая грудь бинтами вместо лифчика. — Если подумать, я хоть и училась с классическим луком — вакю, но и из охотничьих, углепластиковых, тоже стреляла. Могу попробовать внести небольшие изменения. Коллиматор из трубки с делениями по дальности мог бы стать очень полезен. Единственная проблема — найти одинаковые стрелы. А то они все разные.

— Интересная идея. Надо будет попробовать, — согласился я, дождавшись, пока японка оденется, а затем телепортировав нас обоих к огру. Гортан, держась за стену рукой и опираясь на каменный молот, заново учился ходить. При этом Тан не затыкался ни на минуту, а Гор только ругался, требуя засунуть все ценные советы куда подальше.

А вот я от советов бы не отказался. До последнего времени нам везло. Дварфы луки не слишком уважали, полагаясь на тяжелую броню. Хоббиты, предпочитавшие арбалеты и пращи, сражались только на собственной стороне, а немногочисленные эльфы спешили и не стали тратить на нас время и стрелы. Сейчас же ситуация была обратной.

Пятеро опытных воинов-эльфов спускались именно по нашу душу, хорошо вооруженные, прекрасно обученные, а главное, знающие как убивать наилучшим образом. Я нисколько не сомневался — и луки, и стрелы у них найдутся. Да и зачарованные наконечники тоже. Так что мне предстоит сражаться с совершенно новым противником, к которому я принципиально не готов.

— Давай определимся, какая у тебя задача? — спросила Химари, когда я создал несколько десятков одинаковых семисотграммовых каменных шаров идеальной формы.

— Попасть в цель тридцать на тридцать с двадцати метров, — прикинув высоту потолка, сказал я. — Ладно, по крайней мере, с пятнадцати.

— Тогда тебе понадобится вернуться на двадцать лет назад и начать тренироваться с пяти лет, — рассмеялась японка. — К тому же ты совершенно зря взял такие тяжелые шары, может, выглядят они и внушительнее, но веса в сто-сто пятьдесят грамм и хорошего попадания в голову тебе хватит.

— На них доспехи, — напомнил я. — Хорошая броня.

— Тогда нет никакого смысла в метании камней, стрела должна пробить, а вот камень, — задумчиво проговорила девушка. — Я даже не знаю, что тебе посоветовать. Может, попробуешь научиться владеть луком? С прицелом и направляющими все будет намного проще.

— Чудес не бывает, — с сожалением признал я. — Но покажи базовые движения кистью, может, я смогу их адаптировать к своей старой технике.

Потратив пару часов, я понял, что ни черта у меня не получается. С учетом высоты потолка и в два раза уменьшенного веса шаров, при небольшом разбеге я мог с уверенностью докинуть на двадцать метров и даже попасть в требуемый по армейским нормативам прямоугольник. Метр на три… При удаче мог задеть попавшего в радиус противника, но о точности говорить можно было только на восьми, максимум десяти метрах. И то с облегченным каменным шаром.

Переходить на метание копий, ножей или экзотики я не собирался, этому нужно учиться отдельно, а то баловство, которые каждый мальчишка пробовал — с полутора, максимум двух метров — не могло принести никаких серьезных результатов в реальном бою. Значит, надо действовать умнее. По крайней мере, попытаться.

Я уже давно не обычный парень, а значит, и действовать нужно с учетом моих новых возможностей и умений. Какая у меня главная положительная особенность? Правильно, управление либлинами. В обычной форме я мог взять их на руки, как детей, но не метнуть. В защитной — закинуть на три, максимум пять метров, что было существенно при отступлении или в скоротечном бою, но совершенно безразлично в дуэли стрелков. Но это не значит, что я совершенно ничего не мог сделать.

Я ходячее подземелье. Могу разливать его кровь, активируя пространство вокруг, и создавать форпосты. И хотя я никогда не учился на сапера и понятия не имею о составах взрывчатых веществ — в арсенале владыки есть огненная ловушка, которую можно преобразовывать в мину направленного взрыва. А раз я могу сделать большую мину, кто помешает мне сотворить маленькую?

Проблемы начались сразу, на этапе вливания крови подземелья в крошечный шар. Силы оказалось просто слишком много, и взятый в ладонь камушек разваливался от температуры и внутреннего напряжения еще до того, как я успевал его кинуть. Решить эту проблему удалось за счет вливания силы в камень под ногами и создания уже из него метательных ядер. Благо эту технику я изучал с хранительницей с первого дня стройки и не так давно применял сам, в подвале борделя.

Дальше стало куда веселей и тяжелей одновременно. Моя задача — создание ловушки внутри ядра, долгое время казалась вообще нереализуемой. Установка ее на полу, стене или потолке? Никаких проблем, все строго по шаблону, так как позволило подземелье. Что-то от себя? Только через труп логики. Но такие мелочи меня совершенно не смущали. Не могу сделать я? Ок, возьмем посредников, благо их у меня в теле трое.

Объяснить либлинам огня, что от них требуется, я сумел далеко не сразу. Времени и сил ушло порядком. Первой условно удачной стадией стала внешняя подпитка камня огнем, когда все трое либлинов напрямую своими ручками заполняли ядро пламенем. Шар быстро раскалялся и, когда я его метнул, взорвался в воздухе. До гранаты ему было далеко, но со следующим пошло лучше. При создании ядра я сделал его полым, чуть увеличив радиус. В результате взрыв вышел куда эффективнее, и осколки посекли все в радиусе метра.

С этим уже можно было работать. И, когда рука уже начала отваливаться от усталости, мне удалось полностью самому, с помощью циркулирующей по венам магии, создать такую гранату. И стоило ей сработать, как целый ворох шальных мыслей поселился в голове. Если я могу сделать большой взрыв. То смогу ли я сотворить маленький? Совсем крохотный.

— О чем думаешь? — спросила вспотевшая, запыхавшаяся Химари, которая во время своих тренировок извела больше сотни стрел, подобранных здесь же, у скелетов. — У тебя вроде уже получается вполне неплохо.

— Нет никакой закономерности, — нехотя признался я. — Вливаю одно и то же количество маны, но каждый раз дистанция подрыва разная. Может рвануть в воздухе, может — уже упав на пол и откатившись в сторону. А может и вовсе погаснуть. Думал сделать что-то вроде пушки или дробовика, но при такой удаче может разорваться в руках.

— А я уже надеялась на создание чего-то особенного, — разочарованно вздохнула Химари. — Стрел со взрывающимися наконечниками. Или пояса с гранатами.

— Знаешь, а ведь это идея. Нет, я сам в этом ровным счетом ничего не понимаю. Но помнишь, на руднике был мужик-инженер. По виду китаец.

— Если бы у нас была возможность вызволить всех рабов, среди них точно нашлась бы пара специалистов. Вот только мы здесь, а они там. Это пустые мечты, — отмахнулась японка, проверяя подобранные стрелы на прочность и складывая сохранившиеся в колчан.

— Уже нет. Но мне, чтобы туда добраться, понадобится слишком много времени. Хотя… черт, а ведь я о таком даже не подумал. Но придется не просто постараться, а собрать целую экспедицию. Черт! — задумавшись, я забыл о времени и едва успел выкинуть перегретый шар. Бахнуло будь здоров, до лавового взрыва, конечно, далеко, даже до наступательной гранаты не дотягивает, но можно сказать, что это моя новая способность, взрывающееся ядро. Стоило об этом подумать, как отработанный процесс превратился в пиктограмму на магическом интерфейсе.

«Вызов взрывающихся ядер.

Активное заклинание. Требования: активированная область, каменная поверхность, мана подземелья 1 за ядро, мана носителя 5 за ядро».

Выходило безумно расточительно. 15 единиц маны за один камушек. Если сражаться вдалеке от сердца подземелья, вырабатывающего максимум 13 маны в минуту, и с тратами 5 на поддержание портала, я мог создать не больше восьми снарядов. А если учитывать траты на поддержание подземелья, то и вовсе не больше двух. Учитывая, что они оказались совершенно не стабильны — сделать запас было невозможно.

Но все равно это уже лучше, чем ничего. Если к этой способности добавить еще возможность создания стен на активированной области, я могу в короткий срок делать огневые точки. А учитывая возможность закидывать противника пусть и медленно восполняющимся, но бесконечным количеством гранат, это превращается во вполне приемлемую стратегию.

— Дорогой мой владыка, вы, безусловно, умудряетесь создавать потрясающие вещи, в первую очередь шум. Это хорошо еще, что в пещерах эхо отражается от стен и не бывает лавин, иначе их давно бы уже завалило и нас вместе с вами, — затараторил Тан, стоило огру подойти ближе. Я с удивлением смотрел на блаженно расслабленное выражение лица Гора, но потом заметил, что у него в ушах торчат толстые затычки. Вот хитрюга, нашел способ выжить рядом с этим нескончаемым потоком давно умершей жизнерадостности.

— Если мешает шум, можно тоже заткнуть уши, — усмехнулся я, кивая на Гора.

— Ну знаете ли, это уже хамство! Я такого за тысячу с лишним лет не встречал. Впрочем, я большую часть этого времени просидел в камне маны, но это совершенно не существенно! Я образованный, начитанный и крайне талантливый маг, мои советы могут оказаться вам крайне полезны. Вот мой сосед, например, сколько я ему объяснял, что он неправильно ставит ногу? Нужно с пятки на носок, переваливаясь, а он ничего об этом слышать не хочет!

— И? — закипая, спросил я. — К чему все это?

— Но это же элементарно! Так меньше нагрузка на позвоночник, шаг должен получаться подпружиненным, легким. А не как этот болван привык. Тоже мне трехсотлетний грубиян! — продолжил возмущаться демилич.

— Стоп. К чему было замечание о шуме? — спросил я, и, глядя на оплавившийся в моей руке камень, Химари подалась назад.

— А, так я же к этому все и вел! — довольно оскалился Тан. — Эхо взрывов так далеко слышно, что практически на всем уровне теперь известно о вашей деятельности. Это, может, и не плохо, мелкие звери будут разбегаться в испуге. Да и нежить вряд ли сунется. А вот те, что покрупнее, вроде тех же младших личей и умертвий, вполне могут заинтересоваться происходящим. Я взял на себя смелость перехватить контроль над несколькими праздно шатающимися низшими скелетами. Хотелось бы что-то более существенное, например, костяного голема, динозавра или в крайнем случае десяток умертвий, но филактерия, к сожалению, оказалась слишком простенькой, маны не хватит даже на одного…

— Ты взял под контроль нежить, и что? — возвращая его в нужное русло, спросил я.

— А, так на шум уже явилось несколько монстров. Гримлоки идут вдоль северной стены, довольно большой отряд. Они, конечно, слепцы, но со слухом у них все в порядке. К тому же на их смерти слетится еще больше монстров, нежити, привидений и прочих созданий смерти. Думаю, нет смысла говорить, что они поддерживают свое существование, пожирая энергию и души живых, об этом знают даже новички в школах некромантии. Они могут, как паразиты, присосаться к подземелью…

— Заткнись, — сказал я, открывая карту подземелья. На ней и в самом деле отобразилось несколько красных точек, идущих по самому краю активированных земель. — Я не могу каждый раз возвращаться сюда, чтобы оборонять подземелье. Нужен другой способ. Хранительница!

— Да, хозяин? Какие будут указания? — спросила лавовая девушка, появляясь из стены. Это было натолько внезапно, что даже Гортан отшатнулся и сделал это весьма неуклюже, похоже, головам понадобится еще много времени, чтобы полностью взять контроль над телом и синхронизироваться.

— Мы подготовим подземелье к вторжению. Я передаю тебе контроль над либлинами и готов влить ману. Предлагай варианты противодействия.

— Как прикажете, хозяин, — улыбнулась хранительница. — В первую очередь я бы рекомендовала разделить подземелье на зоны и с помощью поворотных коридоров разбивать отряды врага, отправляя по разным направлениям…

Глава 6

Гримлоки добрались до подземелья первыми. Достаточно внушительная толпа в несколько десятков рыл. Завалившись все вместе в коридор, они были дезориентированы стуком, издаваемым либлинами камня. И, попав на развилку, не смогли определиться, в какую сторону свернуть. К счастью, мы были готовы сделать выбор за них. За спинами монстров упала тяжелая плита, перекрывая выход, и они послушно набились в поворотную комнату.

Стоило части выйти наружу, как пол вздрогнул, и все помещение сместилось на сто восемьдесят градусов, перекрыв старые проходы и открыв новые. Первая из разделившихся групп гримлоков напоролась на отряд ожидавших с прошлой осады скелетов, которых было в несколько раз больше. С вполне предсказуемым результатом. Визжащие вислоухие монстры своими дубинами крошили старые кости, но стоило кому-то из нежити добраться до противника, как монстры начинали гибнуть от кривых ржавых мечей.

Вторая группа ворвалась в длинный прямой коридор, набитый кольями и ямами, мешающими продвижению. С противоположной стороны их ждала Химари, отрабатывающая стрельбу из лука. Твари, заслышавшие звон тетивы, пригнулись, спасаясь за спинами сородичей, но сроднившаяся с тьмой девушка легко видела их головы. Минуту понаблюдав за ее действиями, я перешел в следующую комнату, куда была отправлена третья группа.

— …теория разумности, в свою очередь, предполагает ответственность за свои действия, — донесся до меня голос Тана.

— Чем болтать, лучше бы помог! — не выдержав, рявкнул Гор. — С твоей стороны обходят!

— О чем речь, любезный. Конечно, — тут же кивнул демилич, получивший плоть. Руны на его голове загорелись, и костлявые руки, обхватили пытавшихся пробраться дальше гримлоков. Твари ревели, ломая конечности, вырываясь наружу, но этих нескольких мгновений Гору хватило, чтобы размозжить их головы своим двуручным молотом.

— Болтал бы ты по меньше, цены бы тебе не было, — усмехнулся я, глядя на слаженную работу голов огра.

— Вы таки этим хотите меня обидеть? Это глупцам нужно держать рот на замке, а столь мудрому и пожившему существу, как я, наоборот, должны в рот смотреть… — начал было очередную монотонную лекцию Тан, но я поспешил скрыться, телепортировавшись в центральную комнату — к сердцу подземелья.

— Они справляются, хозяин. И вместе с тем набираются опыта. Как вы и хотели, — улыбаясь, сказала хранительница.

При одном взгляде на нее по телу прошла волна жара. Девушка изменилась совсем не много, но теперь явственно можно было рассмотреть все анатомические особенности. Такое ощущение, что до этого она постоянно была в дымке вместо одежды, а сейчас решила стать четче и контрастнее. Нужно наведаться к портному. И чем скорее, тем лучше.

— Верно, они справляются так же, как и я бы справился. Вот только задача была простая — оставить подземелье в таком состоянии, чтобы не нужно было дергаться при каждом нападении.

— В таком случае, хозяин, вам нужен страж, — не особенно раздумывая, ответила хранительница. — Могущественный воин-элементаль, призванный служить на охране сердца подземелья.

— Дай угадаю, он тоже потребляет ману в жутких количествах? — со вздохом спросил я.

— Совершенно верно, хозяин. А еще его невозможно призвать просто так. Требуется слить трех элементалей в одно существо. Без возможности разъединить обратно, — ответила хранительница. — Вы можете пожертвовать души сидящих в вас либлинов ради такого, но страж может быть привязан только к подземелью.

— С последним у нас никакой проблемы теперь нет. Где я, там и подземелье. Другое дело, что жертвовать своими либлинами я не хочу. А вот получить новых, а затем объединить их в стража, о котором ты упоминала, это мысль вполне здравая, — сказал я, прикидывая варианты дальнейшего развития подземелья. — Мы можем вызвать либлинов на нулевом этаже, а потом привязать их на втором?

— Только либлинов огня, хозяин. Остальные сгорят на плане, — разъяснила хранительница, на которую я теперь старался не смотреть. — Если вы хотите создать полноценную экономику на втором этаже, ее придется отстраивать. Но благодаря единению с планами, это не составит труда. Если начать немедленно, то мы вместе с вами и либлинами камня мы сумеем поставить и дерево бесконечных побегов, и бездонный рудник за несколько часов.

— А потом останется дождаться, пока вырастет дерево, обработать его, построить библиотеку, возвести в ней бесконечную книгу вызова и только потом получить стража. Нет. Такой вариант меня не устраивает, — мрачно сказал я, представляя, сколько времени все это займет. — Решим проблему по-другому.

С этими словами я еще раз взглянул на заканчивающуюся волну гримлоков и шагнул в портал. Ничего, справятся без меня. Елка, сидевшая возле дерева бесконечных побегов, вскочила, чуть не сломав росток, и зажмурилась от волны жара, идущего из портала. Хранительница появилась рядом со мной почти сразу, но при этом не выпрыгнув из портала, а поднявшись из костра сердца подземелья.

— Господин, простите… — начала лепетать дриада.

— Все в порядке, вернись позже, — сказал я, указывая на дверь. Стоило девушке выскочить наружу — как я вызвал либлинов камня. — Поможете мне улучшить и это сердце? Связав с планом камня?

— Конечно. Хозяин. Ник, — хором ответили либлины, и мне оставалось только влить в их тела силу. В результате подземелье улучшило свою регенерацию энергии до 11.

— Благодарю, что бы вы хотели получить в качестве награды? — спросил я, довольно осматривая изменившийся алтарь. Теперь он больше напоминал не чашу, а завязь цветка.

— Награду? Хозяин? Нам? — удивленно спросили каменные элементали.

— Верно. Вы хорошо потрудились и помогли мне со сложной задачей. Может, вы хотите больше свободного времени? Или проводить его со своими собратьями огня и кости?

— Мы. Хотим. Магию, — хором ответили либлины. — Хотим. Научиться. Колдовать.

— Хозяин, это довольно серьезная просьба, — вмешалась хранительница, разъясняя. — Единение с камнем и создание магических плетений — сложная и очень требовательная к мане. Заклятья огня в бою применять куда проще, их основа — хаос, который присутствует во всем и всегда. В то время как магия камня — порядок, который необходимо создать.

— Этому миру однозначно не помешает немного порядка, — улыбнулся я. — Хорошо. В следующий раз, когда степень моего единения с камнем улучшится, если у меня будет выбор, я возьму магию. Договорились?

— Спасибо. Хозяин. Ник, — радостно переглянулись каменные элементали. — Мы. Будем. Ждать! — Такой искренней, открытой радости я не видел очень давно и даже забыл, что кто-то может так лучиться надеждой. Так что обещал себе во что бы то ни стало заполучить для крохотных человечков магию, о которой они так мечтают. В конце концов, мне от этого тоже будет польза.

В этот момент по костям прошла волна дрожи. Ощущение, будто зудит и чешется внутри, оказалось не самым приятным. Но я сразу сообразил, в чем именно дело. Костяные либлины просились наружу, и, заинтересовавшись, в чем дело, я выпустил скелетов, используя останки, сложенные в углу комнаты. Надо построить кладбище. Просто на всякий случай.

— Вы что-то хотите? — спросил я, присев на корточки у перестукивающихся костями, как на металлофоне, либлинов. Малыши закивали, дополнительно побрякивая по полым ребрам. — Тоже хотите награду?

Либлины застучали, заиграли на костях, поднимая настоящую шумиху. Вроде радуются, но что они при этом имеют в виду — для меня оставалось полнейшей загадкой. Даже по языку тела было проще угадать их настроение и вопросы, чем по играющим мелодиям. Однако стоило им немного успокоиться, и все трое либлинов проиграли что-то вроде короткого барабанного марша готовности.

— Так, хорошо. Допустим. Вы хотите задание и получить за него награду. Так? — спросил я, дожидаясь, пока существа закивают. — Можете помочь мне улучшить сердце подземелья еще больше? Нет? Не стоит расстраиваться, просто попробуйте объяснить почему.

— Это не их вина, хозяин., — вмешалась хранительница. — В данный момент сердце подземелья развито только на две ступени, если не построить больше зданий, не захватить больше земель и не расширить подземелье, сердце просто не выдержит напряжения и разрыва между планами. На третьем уровне — вполне возможно. Но не сейчас.

— Вот как? Хорошо. А ты не могла бы выступить в качестве переводчика? Разъяснить, что они хотят? — с надеждой спросил я у лавовой девушки.

— Простите, хозяин. Но ничего не выйдет. Они с другого плана, — покачала головой лавовая она. — Но у вас есть новый помощник, один из личей — вы можете переговорить с ним, вдруг он знает язык мертвых.

— Хм. Тоже вариант, — кивнул я и, наклонившись, настучал костяшками простую мелодию. В то же мгновение родилась мысль — откуда я ее знаю? Просто захотелось именно ее. Тум-тудум-тудум. Там там та-ам тадада-дам там… черт. Откуда? И что она значит? Вот вспомнилось и забылось, я даже продолжить мелодию не смог.

— Ладно, решим этот вопрос позже, — сказал я сам себе, поднимаясь. — Теперь маны на рост подземелья и возведение зданий хватит?

— Да, хозяин, — улыбнулась лавовая девушка. — Что вы хотите построить?

— Закончить библиотеку, книгу вызова. Если получится, то создать кристалл и храм маны. Сейчас я использую все подчистую, но, может, в будущем удастся собрать запас. Для восстановления либлинов кости, по крайней мере, одно кладбище. В последнюю очередь возведи казармы и пыточную, — сказал я, ставя первоочередные задачи. — Когда подземелье дотянется до указанной точки, нашего нового дома, нужно будет укрепить стены и сделать каменные колонны, через которые я смогу себя подпитывать. Ну и пол с потолком починить.

— Как скажете, хозяин, — ответила хранительница. — Основное строительство займет двое суток, со всеми остальными задачами чуть больше недели, но первые заклятья владыки вы сможете получить уже завтра к вечеру.

— Заклятья? — удивился я. — Но разве для их создания не требуется наличие либлинов с магией?

— Конечно, но есть набор базовых свитков, которые можно использовать в подземелье и без дополнительного обучения либлинов или вас. — загадочно улыбнулась лавовая девушка. — Пусть для боя они не подходят, но могут ускорить вашу работу, или почти мгновенно создать препятствие для врагов.

— Хорошо. Пусть так и будет. — сказал я, напоследок оглядев подземелье через карту. — Рассчитываю на тебя, хранительница.

— Все будет исполнено, хозяин. Приходите, когда сочтете нужным, — поклонилась элементаль, глядя мне вслед. При этом мне показалось, что она специально наклонилась так, чтобы налитая лавой грудь выглядела особенно большой. Что за бред? На кой ляд это существу с плана огня? Мне ее внимание, конечно, лестно, она какая-то там фрейлина князя огня. Но есть ощущение, что, связавшись с ней, я попаду в паутину интриг, о которых даже не имею понятия.

Шагнув в подземелье второго этажа, я вновь почувствовал себя в своей тарелке. Уже привычный холод и ощущение близкой смерти. Хорошо хоть, сырость на территории подземелья выжжена, огненная основа не терпела воды. За те несколько минут, что меня не было в подземелье, драка окончательно переросла в бойню.

Химари с азартом расстреливала последнего прячущегося за телами сородичей гримлока. ГорТан уже управился со своими врагами и, ведя многословные интеллектуальные беседы сам с собой, освежевал монстров, вынимая их кости для дальнейшего использования. Скелеты в последней комнате уничтожили вторгшихся, но и сами понесли существенные потери. Подземелье медленно всасывало жизненную силу павших через кладбища, пополняя запасы маны. Благо кристалл позволял удвоить их значение.

— Владыка! — радостно помахал Тан, стоило мне появиться на пороге коридора. — Вы как раз вовремя! У меня отличные новости, я заканчиваю изыскания по костному мозгу и общей структуре позвоночника измененных Бездной, прелюбопытнейшие наблюдения, хочу вам сказать. Вот, вы только посмотрите. Пустотные образования на трубчатой кости и на лучевой. И почти не отличающиеся на тазовой! Это может значить только одно — их повреждение формы и общей целостности однозначно не врожденные.

— Я и без глубокого анализа могу сказать, что все они глубоко больны. Жуткие существа, чей изначальный вид не определить.

— А вот тут вы как раз ошибаетесь! — воздев толстый указательный палец к потолку, улыбнулся лич. — Все они потомки одного народа. Да, конечно, с примесью сотен других, но в основном это, конечно, тролли. Подгорные каменные тролли, жившие в убежищах десятого уровня. Конкретно эти особи никогда не спускались так глубоко. Максимум — третий уровень Бездны. У живущих там преобладают не паразитические, а грибковые болезни. Все же план больше связан с водой и грибами. Весь уровень пронизан пещерами и стоит на одной большой грибнице. Так что можно сделать вывод, что это поселение местное, когда они поднялись, я сказать не могу, но плодились, скорее всего, так же, как и их сородичи — похищая и насилуя женщин других народов. Не самый экзотический способ.

— Но достаточно отвратительный, чтобы уничтожить их всех, — сказала Химари, беззвучно подкравшаяся сзади. — Я закончила со своей партией и чувствую себя куда увереннее. Ты был прав, некромант. Сила побеждает силу. Я чувствовала, как с каждой попавшей стрелой становлюсь капельку сильнее.

— До того как вы начнете многочасовую философскую беседу о прокачке, меня интересует, может ли уважаемый Тан общаться с существами плана смерти? Если конкретно — с либлинами-скелетами. Они что-то говорят, но я не могу понять.

— О, эти забавные маленькие паршивцы, — улыбнулся лич. — Почти бесполезные по одному, но такие сильные, если их объединить в одного стража. Я сам создал около десятка стражей, до того как пришел к выводу, что подземелье меня лишь сковывает, но не пропадать же добру? В результате…

— Так. Повторяю вопрос — язык либлинов-скелетов известен? Переводить сможешь?

— Конечно, это не так сложно. Хоть и умаляет мои великолепные навыки… — начал Тан, вновь выходя к своим любимым монологам.

Может, ему кляп для БСДМ подарить? Иначе всем придется носить затычки, как Гору. Решив не мешкать, я активировал заклятье вызова либлинов, но что-то пошло не так, и они не появились. Костей вокруг было в достатке, запасов маны хватало, но они ни в какую не желали появляться. На всякий случай я вызвал каменных и огненных элементалей, появившихся без проблем, и только тогда костяные соизволили материализоваться, прячась за спины товарищей.

— Какие интересные маленькие существа, — промурлыкал Тан, сделав пальцами руки весьма красноречивый жест, будто сгребает добычу. — Вы знаете, что по выбранным костям можно не только определить их желаемую форму, но и способ, которым они предпочитают быть убитыми?

— Судя по их реакции, вы знакомы, и ничего общего с тобой они иметь не хотят.

— Что за глупости? Смерть — моя стихия! А вот жизнь остается загадкой. Вырвать душу из убитого, вселив ее в подготовленное тело, — одна из самых сложных и одновременно воодушевляющих задач! Контроль немертвой плоти — величайшее искусство, которым я обладаю в совершенстве. А если поглотить этих малышей…

— Не выйдет. Их души уже принадлежат мне, — остановил я притязания Тана.

— Что ж. Жаль. Очень жаль, поглощение первозданных элементалей может сильно повлиять на единение с планом, к которому они принадлежат, увеличению запаса маны и даже появлению у тела хозяина новых удивительных способностей, — проговорил лич с холодным жадным огнем в глазах. — Но ничего страшного, если эти принадлежат вам, я всегда смогу получить других. Достаточно спуститься поглубже. Жаль, что вам такая возможность не подвернется. Быть прикованным к подземелью — та еще мука.

— О чем он? — спросила Химари. — Что значит, быть прикованным к подземелью?

— Ничего особенного. Это мы и позже можем обсудить. Так что насчет перевода?

— Боюсь, ничем не могу помочь, — развел руками огр. — Вот если бы я поглотил их, то сумел бы интерпретировать их желания. В конце концов душевная связь в этом бывает очень полезна. Либлины вообще удивительные существа, элементали редко разговаривают на том же языке, что живые и мертвые, но когда становятся разумными — находят способ изъясняться.

— Понятно. Значит, мне самому придется с этим разобраться, — сказал я, погладив по угловатой голове ближайшего скелета. — Мы что-нибудь обязательно придумаем.

— Стучат. Хозяин. Там, — хором произнесли каменные либлины, показывая на стену. Я ничего не слышал, но на всякий случай активировал карту, на которой тут же отобразилась большая группа точек, обозначенных как враждебные. Усмехнувшись, я забрал всю команду и телепортировался прямо к ним.

К стоящему под надписью «стучать здесь» отряду вольных, возглавляемых чумазой и уставшей Клорой и довольной собой Мюриэль.

— Кто-то обещал нас встретить у спуска со второго этажа, — улыбнулась темная эльфийка. — Хорошо, что я поняла, откуда доносится грохот, и нашла дорогу.

— Рад вас приветствовать. Проходите, размещайтесь на отдых. Рассказывайте, как добрались. Судя по количеству раненых, было тяжело?

— Не так, как нашим преследователям, — усмехнулась Клора. — Но мы оторвались максимум на полтора часа.

— Ничего, я устрою им теплую встречу. Подземелье как раз опробовано.

Глава 7

— Идут, — мрачно сказал я, глядя на массу приближающихся красных точек. Даже потеряв рабов, всех до единого, герои не остались одни. Чертова магия души поддерживала эльфов, позволяя набрать живое мясо даже среди противников. Во время подготовки я успел не только выковать пару сюрпризов, чем обрадовал каменных либлинов, но и подробно расспросить о текущей обстановке, что позволило переделать несколько комнат.

Перед собой эльфы гнали несколько десятков обезумевших от магии и жажды крови мурлоков — полурыб-полужаб с потрескавшейся от сухости кожей. Небольшие существа жили на первом уровне Бездны, не зная горя и охотясь на отдалившихся от своих групп путников и начинающих героев. Но в этот раз они сами стали добычей.

Бегущая орава ворвалась на территорию подземелья и резко замедлилась, даже не достигнув первой двери. Я усмехнулся, глядя на отпрыгивающие назад точки. Обувью мурлоков никто снабжать не спешил, и выращенные трехсантиметровые шипы, почти не различимые в темноте, легко пробивали им перепонки и ступни. Однако героям было наплевать на рабов, служащих только живым мясом. И они погнали жаболицых вперед — в первый коридор.

Толпа мурлоков перла, понукаемая хлыстами ментальных команд, и переползала через небольшие уступы, с каждым разом становящиеся чуть выше. К третьему они уже привычно разбегались, перепрыгивая полуметровую перегородку, и падали в яму, полную кольев. Эффективность ловушки была такой, что, пока не забили ее мясом до краев, не поняли, что происходит. Даже жаль, что рядом нет кладбища, столько ценных ресурсов пропало.

В результате к поворотной комнате добралось чуть больше половины мурлоков и невредимые герои. В отличие от гримлоков, эльфы не спешили на убой, а потому не ринулись в первый попавшийся коридор, а послали вперед разведчика. Даже не знаю, что именно их насторожило? Может, тела гримлоков на полу? Или кости с черепами? А может, свешивающаяся с потолка каменная плита с острыми шипами?

Так или иначе, врагу хватило одного взгляда вперед, чтобы не соваться дальше. Один из магов вонзил свой посох в каменный пол, начав нараспев читать заклятье. Мне было интересно, что произойдет дальше, ровно до того момента, пока виденье на квадрат не пропало. Нет, там не появилось магического тумана, просто враг умудрился дезактивировать подземелье!

Такого издевательства над собственным детищем я потерпеть не мог. Прямо перед эльфами располагалась выключенная огненная ловушка, которую я активировал, влив ману. Реакция длинноухой жрицы оказалась мгновенной, огонь и осколки вошли в портал и вылетели в темноту коридора, где еще находились несколько мурлоков. Ограничение магии действовали только на моей территории, и сейчас противник старательно разрушал с таким трудом созданные связи.

Потеряв всего несколько миньонов, они оказались в центральном коридоре, и когда плита рухнула сверху, смогли отпрыгнуть. Теперь путь вперед был перегорожен, но противники не растерялись и начали прорубаться сквозь стены. Уроды и в самом деле оказались отлично подготовлены, смелы и не опасались нестандартных ситуаций. Так что, когда на них пахнула жаром очередная комната, уже другой маг выплеснул наружу потоки воды, заставляя покрыться черной коркой превращенный в лаву пол.

Теперь они не спешили, идя вперед, только когда земля под ними окажется деактивирована. Ощущение, что меня разделывают по кускам, не отпускало, приближаясь к сердцу так же, как группа вражеских героев подбиралась к центру подземелья. Страх зарождался с каждым их успешным действием, а они были очень эффективны.

Ориентируясь на слова Мюриэль, я сделал все что мог. У врагов луки? Значит, будут короткие кривые коридоры со множеством углов и мест для засады. Тупые, подчиненные магией души миньоны? Эффективные простые ловушки как раз против таких случаев. Есть маги металла? Никаких железных предметов. Вот только вся подготовка не помогала.

Они двигались плотной группой. Впереди — высокий эльф с двуручным кривым мечом, перед которым левитировал башенный щит. Прямо за ним — жрица, над которой горит небольшой шар света, готовая в любую секунду активировать портал, способный всосать любую физическую угрозу. Дальше — единственная в группе лучница, держащая на тетиве сразу две стрелы. В центре — волшебница, удерживающая сразу два камня маны: красный и синий. А замыкал движение эльф, контролирующий оставшихся миньонов.

Слаженная боевая группа, явно прошедшая вместе не одно тяжелейшее сражение и не первый раз сталкивающаяся с подземельем. Вот только где? Если они не спускались в Бездну. Ответ на этот вопрос мне удастся получить, только если я смогу захватить одного из них живым. Но сильно сомневаюсь, что это будет просто.

Когда группа проходила мимо очередного поворота, я обрушил стену, выпуская толпу скелетов, оставшихся после сражения с личами. Костомахи бросились вперед с дьявольским стуком и тут же отлетели в сторону под ударом летающего щита, на оставшихся невредимыми обрушился поток мельтешащих стальных шаров, а следом в битву рванули мурлоки. Сражение закипело и почти мгновенно прекратилось, когда вышедший вперед воин тремя мощными ударами разрубил целый десяток скелетов.

Но в это время на группу уже неслось каменное колесо, идущее прямо посреди коридора, и занимавшее все пространство от пола до потолка. Жрица открыла портал, пытаясь поглотить всю каменюку, но за счет вращения лишь смогла обрезать одну из ее сторон, превратив полное колесо в огрызок, намертво перегородивший мечнику путь назад. Воин не растерялся, рубя камень со своей стороны, и я понял, что без личного вмешательства не обойтись.

Портал выплюнул меня за спину бойца, на еще активную область, и эльф, каким-то шестым чувством почуявший опасность, резко обернулся, обрушивая тяжелый меч в нескольких сантиметрах от меня. Боль вонзилась тупыми зубами в руку, когда двое либлинов пали, не успев ничего сделать. Но остальные семь уже кружили, обстреливая паладина огненными шарами и пытаясь найти уязвимое место.

— Враг здесь! — выкрикнул герой, чьи оливковые глаза светились в темноте. — Пробивайтесь, я его задержу!

— Поняли! — донесся из-за камня глухой голос волшебницы, и на стену обрушился целый град ударов. Будто десяток таранов начал разваливать тощие кирпичные укрепления. А ведь там было больше двадцати сантиметров гранита. Такими темпами его напарникам понадобится несколько минут, чтобы оказаться внутри, а значит, нужно действовать быстрее.

Бросившись вперед, я налетел на поднявшийся в воздух щит, ударившись о него всем телом. Предел волшебной силы у паладина все же имелся, и пластина не удержала, рухнув на пол, но в мгновение на меня обрушился вихрь ударов, в котором невозможно было разглядеть отдельные выпады. Враг умудрялся бить прямо перед собой, по бокам и даже за спину, отгоняя и разрубая не успевших отскочить либлинов.

Схватив его же защиту, я встретил изогнутый двуручный меч, но в последнее мгновение понял, что идея так себе. Враг, манипулируя щитом, подставил меня под удар меча, одним взмахом обрубая правую кисть. Боль была такая, будто отрубили мою руку, хоть это и было каменное продолжение защитной формы. Но, увидев секундную слабость, паладин бросился вперед, с утроенной силой нанося удары и не замечая, что заходит слишком далеко.

Каменная плита рухнула в тот момент, когда его клинок застрял в моем плече. Замаскированные под сталактиты шипы пронзили воина насквозь, не оставляя никаких шансов на выживание. Будто гигантские челюсти сомкнулись на его теле. И все равно еще несколько секунд он пытался дергаться и вырываться. Ровно до того момента, как я опустил на его шею его же изогнутый клинок, после чего отправил добычу в сокровищницу.

— У тебя плечо… — обеспокоенно заметила Химари, когда я переместился к сердцу подземелья.

— Нормально, — проскрежетал я каменной челюстью.

— Да как нормально, если оно рассечено и кровь хлещет? — скептически сказала она. — Может перевязать?

— Только бинты зря изведешь, — заметила Мюриэль, с интересом разглядывая рану. — И как? Не больно?

— Пойдет, — поморщился я, соединяя ткани, быстро покрывающиеся толстой лавовой коркой. — Минус один. Они мощные, но самоуверенные. Нужно заставить их снова разделиться или, по крайней мере, зайти на территорию подземелья, чтобы я смог отключить их магию. Бросать в бой раненых нет резона, даже вчетвером эти твари опасны, но пока они думают, что преимущество на их стороне, мы должны использовать это заблуждение.

— Владыка, я могу в этом помочь, — хитро улыбаясь, сказал Тан. — Отдайте мне одну из их душ и камень маны в придачу, и тогда я смогу поднять еще одну толпу скелетов, которые заманят противника куда скажете.

— Сумеешь взять — забирай. Но не красный, — предупредил я, возвращая либлинов к жизни.

— Отлично! Из могущественных душ выходят отличные слуги! Возьму, пожалуй, ту, что в центре, даже если ее немного подсушить, она будет самый сок, — потирая ладонь о живот, сказал огр, при этом голова Гора лишь закатила глаза. — Знаете, умертвия после воскрешения — отличный шанс для последней утехи у таких, как я.

— О боже, он еще и некрофил, — со стоном произнесла Веста, глубже прячась в сердце.

— Кто я без оболочки? Некромант, некрофил, маг смерти и просто красавец! — с достоинством произнес Тан, удаляясь по коридору к кладбищу. Через несколько секунд оттуда донесся звук потрескивающих костей, и вновь обретшие предназначение гримлоки нестройной толпой зашагали к открытому мной порталу. Счетчик запасов энергии подземелья стремительно просел со ста двенадцати до девяносто шести, по единице за каждого скелета.

Стоило им очутиться в одном коридоре с пробивающими стену эльфами, как маг разума обрушил на скелеты последних миньонов. Стрелы лучницы разбивали черепа и позвонки, разя без промаха, но, когда она хотела ринуться за отступившими монстрами, жрица со светом над головой одернула зарвавшуюся подругу. Кажется, провал, но я увидел в нем возможность.

— Химари, как у тебя с тьмой? — спросил я, напряженно всматриваясь в хитросплетение коридоров. — Сможешь сотворить туман или погасить источник света?

— Не знаю, — нахмурилась японка, крепче сжимая древко лука. — Еще не пробовала.

— Ясно. Жаль. Тогда рисковать не стоит. Мюриэль, Клора могу я попросить об одолжении?

— Сразу нас обеих? — удивленно и, кажется, немного обиженно спросила ведьма.

— Да, задача сложная, так что обеих, — кивнул я. — Один из врагов постоянно держит телепорты открытыми, в то время как жрица уничтожает мое подземелье. Не знаю, что и как она делает, но я потерял уже сто активированных квадратов, а это больше дня работы. Мне нужно, чтобы вы заставили их поверить — пол под ними не работает. Они должны пройти хотя бы несколько метров на территорию подземелья.

— Задачка и в самом деле не из легких, — нахмурилась дроу. — Пока маг разума активен, мы можем действовать только иллюзиями. Можно попробовать отключить несколько метров, чтобы вселить в них уверенность, а потом активировать снова.

— Это я уже сделал. Они все равно идут как каток, медленно и непреклонно. Неужели твоих сил не хватит, чтобы разделаться с какими-то поверхностниками?

— Бросаешь мне вызов? — усмехнулась ведьма. — Хорошо. Мы попробуем. Телепортируй нас за один поворот до врага. Идем, коротышка!

— У меня нормальный рост! — огрызнулась Клора. — Для хоббита.

— Именно, — язвительно улыбнулась дроу, шагая в портал. Воровке ничего не оставалось, кроме как пойти следом. Я же остался выжидать, готовый в каждую секунду активировать временно «обесточенные» квадраты. Стоило девушкам отправиться вперед, и понукаемые скелеты вновь бросились на эльфов.

— Я тоже хочу пойти, — заявила Химари, когда по подземелью прокатился грохот, и сразу несколько скелетов распались прахом. Это жрица обрушила на костяных воинов поток своей магии света, разрывая эфирные связи и лишая их опоры. Маг разума, лишившийся подчиненных, не растерялся и, взяв в руки щит и ятаган, встал впереди, заменяя погибшего мечника. При этом орудовал он кривым клинком со скоростью и точностью мастера.

— Через минуту, — сказал я, осматривая поле брани.

Скелеты быстро подходили к концу, ловушек не было, и отряд врагов вновь остановился, чтобы деактивировать подземелье, как вдруг лучница вскрикнула, подпрыгнув, и схватилась за ногу, а потом с яростью выпустила в пустоту несколько стрел. Реакция жрицы была мгновенной — она открыла портал позади, готовясь принять удар, которого не последовало.

— Сейчас, — упорно сказала Химари. — Я не знаю, что у них происходит, но вижу твое напряжение. Ты должен пустить меня!

— Ладно. Только берегись лучницы, — поморщился я, посылая японку за спины ведьмы и воровки. Но, вопреки моим опасениям, все сработало идеально. Сразу три стрелы с каменными наконечниками ударили по группе врага. Жрица чуть не разорвалась и едва успела переместить портал, и в этот момент огненные элементали ворвались сзади группы.

Волшебница с разными камнями маны обрушила на крохотных существ водопад, мгновенно уничтожая либлинов, но это заклятье заставило ее сделать шаг назад. И еще один после появления каменных элементалей. Секунда — и вот уже эльфийская группа зажата в коридоре. Жрица не может отвлечься или сместить портал, маг разума активно скачет из стороны в сторону, отбивая стрелы, а лучница превращает моих каменных либлинов в ежей.

Ее стрелы тоже оказались зачарованы, и каждый удар, нанесенный крохотным воинам, отражался и на моем теле. Но это все было совершенно не важно. Еще полметра. Несколько сантиметров. Есть! Я активировал пол под ногами эльфов, одновременно прыгая в портал и впечатывая лучницу в стену.

— Чух-чух, мазафака, — успел бросить я, выбивая из противницы дух. Жрица попробовала сбежать, но я успел поймать ее локтем и забросить в глубь подземелья.

Перепрофилировавшийся маг разума набросился на меня с ятаганом, обрушив серию неуловимых ударов, сбивающих с меня пластины брони. Но мне было уже наплевать на его усилия. Жрица, воздевшая руки к шару света и планировавшая испепелить меня солнечными лучами, получила в спину несколько стрел. И, вскрикнув, одернулась.

В следующее мгновение на меня обрушился тугой поток воды, разрезающий даже камень, но вызванные вновь либлины уже были на подходе, ударив отвлекшейся магичке по ногам. Та взвизгнула от боли, и не терявший до этого самообладания эльф с ятаганом дрогнул, до него наконец дошло, что они и в самом деле могут проиграть, и мечник отпрыгнул в сторону, срывая с шеи медальон.

— Стой! Забери меня! — крикнула маг, контролировавшая воду, но мечник лишь мгновение колебался, прежде чем запрыгнуть в портал. — Предатель!

— Ничего, милая. Он нам не нужен, — прогремел я, хватая женщину за руку с посохом и сдавливая так, что затрещали кости. Она вскрикнула от боли и выпустила страшное оружие, почти разрубившее меня пополам. — Умница. Осталось немного, а пока поспи.

Снотворных заклятий у меня, к сожалению, не нашлось, так что я применил древнюю анестезию, ударив ее каменным кулаком по темечку.

— Что же вы, владыка, мою лучницу так помяли, — сокрушенно качая головой, вышел из-за угла огр. — Мне же теперь ее не только воскрешать придется, но и ремонтировать. А мне так хотелось получить целый экземпляр. Может, отдадите мне…

— Нет. Хотел — забирай, — мрачно сказал я, заслоняя еще живую волшебницу. — Как там жрица?

— Со стрелой в шее, может, и живут, но недолго, — ответила Химари, осматривая тело в белом платье. — Если что, я пыталась взять ее живьем.

— Ничего. Нам и одной хватит, — тяжело вздохнул я, подобрав кровавый камень. — Завтра будет новый день. Что скажешь, Веста?

— Он, — кивнула фея, жадно протянув руки, — часть меня.

— Тогда пора вспомнить.

Глава 8

Стоило фее коснуться кроваво-красного камня, как ее крылья засияли, она начала увеличиваться в размерах, а затем нас обоих захлестнула волна воспоминаний.

Горная гряда тянулась с севера на юг, никогда не заканчиваясь. Часто ее называли внешнее кольцо, хребет Урба или стена хлада. Мы же считали ее просто домом. Тысячи поколений троллей, благословленных планом камня и получивших крепкие тела, не останавливались ни на секунду. Мы ваяли, строили, возводили и улучшали. Наши города белоснежными башнями рвались к небесам, раскинувшись на вершинах, никогда не знавших весны, и спускались корнями глубже морей плана воды. Статуи наших героев и правителей стояли на страже перевалов, мостов и площадей.

И теперь им настала пора послужить своему народу в последний раз.

— Это святотатство, — прохрипел глава клана скульпторов. — Вы хотите уничтожить работу тысяч мастеров из-за каких-то варваров!

— Это необходимость, — устало ответил король. — И это не обсуждается. Начинайте работы немедленно.

— Клан скульпторов не подчинится этому приказу! Мы имеем право! Это наше творение!

— Уведите его. И начинайте снос. Архитекторы! Статуи должны упасть ровно на мост. У нас нет времени сносить золотую нить. Обрушим ее с помощью камнепада.

— Как прикажет король, — мрачно поклонился глава клана архитекторов. Огромный каменный тролль, несмотря на размеры, был очень умен и, хотя не нес службу на дальних рубежах, должен был понимать всю опасность орды чужаков.

Нашествие началось постепенно и одновременно неожиданно. Просто еще один народ сумел открыть порталы. Такое случалось сотни раз «до» и случится «после». Сопряжение сфер, столкновение или создание новых планов, еще не упорядоченных богами в Бездне. Сколько существовал этот мир, столько приходили странные, а иногда и опасные путешественники. Приходили поодиночке или целыми семьями.

Но подобного не было никогда. Четыре народа одновременно. Все надеялись, что они просто войдут и останутся вне кольца. Но они продолжали прибывать. С каждым днем их становилось все больше, и, разрушив дальние форпосты, они грозили разрушить равновесие. Истребляя и порабощая все расы на своем пути, они продвинулись уже до подножья великих гор Урба. И сейчас их от внутреннего мира отделяла только пропасть, через которую была перекинута золотая нить. Мост длиной в десять километров и шириной в двадцать метров. Одно из величайших творений архитекторов всех времен.

— Ваше величество! — запыхавшись, влетел в зал один из придворных. — Враги! Враги на мосту! Они уже идут.

— Рушьте статуи! Немедля! Мост должен пасть!

— Клан скульпторов взбунтовался! — выкрикнул гонец с верхнего балкона. — Они встали кругом и защищают образ первой царицы!

— Идиоты… Поднять горгулий! Враг не должен пересечь мост! — король выбежал на балкон, подхватывая свой молот из нефрита. Черная, одетая в сталь толпа одним неостановимым потоком рвалась к городу. Но когда одна из статуй все же обрушилась на мост, и нитка дрогнула, король с надеждой сжал перила. Мост пошатнулся, скидывая несколько тысяч противников в Бездну, но выдержал. — Величайшее строение архитекторов…

Из-за высоколобых идиотов клана скульпторов вторая статуя не успела рухнуть. Порталы открылись прямо у ее подножия, и сотни воинов врага обрушились на испуганных, никогда не сражавшихся троллей. Горгульи обрушились на врага с небес. Король взревел, устраивая обвал, силой подчиненных элементалей камня. Но враги умело использовали магию пространства, отводя порталами удар от войск и отвечая потоками стали. Все было кончено в считанные минуты. Перевал пал.

Пламя ревело, выжигая лес, когда-то зовущийся вечным. Дым застилал все пространство, не позволяя противникам выбраться наружу. Душа и врагов, и друзей. Тысячи ни в чем не повинных животных и дриад, до последнего защищавших родной дом, пали. Пали так же, как и десятки тысяч воинов дварфов, хоббитов, гномов и эльфов, вторгшихся в этот лес. Огонь не делал различий, кого жечь. Но она делала.

Взвившись вместе с пламенем к небесам, Веста обрушивала потоки огня на пытающихся укрыться в берлогах и норах врагов. Перекрывала пути к отступлению и разрезала на куски войско врага, пойманное в ловушку. Никто не думал, что она решится на такое святотатство. Никто не мог помыслить, что избранница пламени единолично возьмет на себя ответственность за гибель сотен невинных и уничтожение собственного дома.

Она и сама не верила в происходящее. Но гибель родных стала последней каплей.

Послы фей не вернулись. Главы девяти благородных семей, олицетворения воли планов, отправились на переговоры и не пришли обратно. А вскоре разведчики доложили об ужасах, творящихся в стане врага. Их обманули, отравили и поработили, превратив в безмозглые беспомощные игрушки. Подрезали крылья, заковали в магические цепи и выставили напоказ.

Изможденная, побитая и многократно изнасилованная королева фей просила лишь об одном — о смерти. Но никто из ржущих уродов не собирался ее давать. И тогда ее даровала Веста. Она не пощадила никого, обрушила ураган огня на спящий, не ведающий опасности лагерь, выжгла своим праведным гневом всех гномов, не позволяя врагам уйти через порталы. А затем методично окружила противников стеной огня и прикончила их всех.

Плевать, что погибли главы семей. Плевать, что сгорел дом, в котором тысячами лет жили феи. Плевать, что там были и ее родные. Эта жертва — ничто по сравнению с облегчением, которое испытает мир после их смерти.

Так она думала, обрушивая созданные для тепла и уюта потоки пламени на врагов. Не оставлять в живых никого! Пусть те трусы, что сбегут, расскажут остальным о гневе огненной богини! Пусть немногие спасшиеся в страхе не посмеют даже сунуть нос на ее земли. Так она думала. Пока не оставила за собой только покореженное пепелище, на котором нечему было гореть.

А затем тысячи порталов открылись и новое войско альянса вышло стройными рядами на выжженные поляны. В ужасе Веста смотрела, как те, кого она считала уничтоженными, ухмыляясь, шли по трупам ее родных. Иллюзия. Все это было жуткой иллюзией, наведенной разведчиками хоббитов.

— Не-е-ет! Не-ет, — взвыла от боли и сожаления фея, вернувшая часть сил и воспоминаний. Девушка затряслась, рыдая, не в состоянии ничего сделать.

— Твою мать, — вздохнул я, с трудом сдерживая эмоции. Да, такое о собственном прошлом я точно не хотел бы помнить. Тяжесть содеянного давила на плечи не хуже тонны груза. Она верила, что сражалась с врагами, уничтожала насильников и вредителей, а вместо этого стала жертвой иллюзий и гробовщиком собственного народа.

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Клора. — Все в порядке?

— Можно считать, что да. Хуже пока точно не будет, — мрачно сказал я, избавляясь от эмоциональных последствий чужих воспоминаний. — Нужно обыскать всех, все волшебные вещи, амулеты, кольца, усиливающие предметы, зачарованное оружие и элементы брони. Тан, ты не строил в подземелье тюрем?

— В этом не было нужды, мертвые куда сговорчивее и под правильным заклятьем не могут врать, — сказал лич, довольно ощупывая тело эльфийской лучницы. — Прекрасно, просто прекрасно! Смотрите, какая развитая мускулатура! Она явно долгое время тренировалась…

— Это довольно мерзко, — поморщившись, заметила Мюриэль. — Пусть она и светлая, но все равно из нашего народа, ты уверен, что решение отдать ее тело некроманту правильное?

— Мне без разницы, что происходит с мертвыми. Особенно с окончательно мертвыми, — сказал я, снимая амулет с тела мага воды и огня. Небольшая пластинка с искусно выгравированной дверью, створки которой были соединены только двумя крохотными металлическими каплями. Случайно такие не сбить, но хватит одного движения, чтобы сломать. — Кажется, он такой же, как на сбежавшем маге разума, проверьте, на других есть?

— Есть, — тут же ответила Химари, обшаривающая труп жрицы, показывая на амулет.

— Хорошо. Мюриэль, не могла бы ты удержать своими чарами мага, если она проснется?

— Хочешь активировать незнакомую печать? — ехидно спросила дроу. — А если на нее наложено заклятье, связывающее с конкретным владельцем?

— Это легко будет проверить. Тем более никто не заставляет меня шагать в портал сразу. — ответил я, отходя на дезактивированный участок, а затем ломая печать. — К возвращению я хочу переговорить с выжившими. Подготовьте их.

— Сделаю, — первой ответила Химари, оставляя за собой право лидерства. Мешать ей я не стал, тем более что за ее спиной нагло усмехнулась дроу. Если их отношения и станут проблемой, это можно будет решить позже.

Шагнув в портал, я оказался на нулевом этаже, прямо у лифта распорядителя. Спутать эту местность с чем-то другим было просто невозможно. Как и хлопок закрывшегося портала, к которому я уже начал привыкать. Зрение камня позволило осмотреть ближайшие окрестности, но, как я и предполагал, эльфа среди них не было. Впрочем, стоило шагнуть к лифту, и все встало на свои места.

— Стой! — выкрикнул маг разума, выставив перед собой ятаган. — Это земля священна! Никто не смеет проливать кровь во владениях распорядителя!

— Ты прав, — кивнул я, заходя внутрь и оттесняя тем самым противника к самому лифту. — Но мне это и не нужно. Ты знаешь, какой сегодня день?

— Что? О чем ты? — чуть растерянно спросил эльф, но оружия не опустил.

— Ты считал, сколько дней прошло с того момента, как вы спустились?

— Три. Три дня. До того, как спустится распорядитель, осталось два, — усмехнулся маг. — Если ты рассчитываешь, что я погибну за это время, то глубоко ошибаешься. Дикие твари не заходят на священную землю, а еды и воды у меня в достатке. Я просто пересижу здесь два дня и поднимусь на поверхность, рассказав все. Все узнают, что пламенник и владыка подземелий это одно и то же лицо. Что ты виновен в гибели города Железнобородых и смерти их короля!

— Ты ведь понимаешь, что только что подписал себе смертный приговор? — сказал я, поднимаясь и осматривая пещеру. Один вход — один выход. Никаких видимых дыр или щелей в породе. Если, конечно, не считать освещающий потолок колодец, заполненный водой.

— Что бы ты ни задумал, у тебя ничего не выйдет. Ты не сможешь навредить мне, не вызвав недовольства распорядителя, — самодовольно рассмеялся эльф.

— Учитывая, что ты все равно умрешь, можно сказать тебе одну простую вещь. Именно распорядитель отдал приказ о вашей ликвидации, — бросил я уже у выхода. — Он потребовал, чтобы вся ваша пятерка, нечестно участвовавшая в испытаниях, погибла. Не дошла до святилища на третьем этаже. Так и будет. Из-за вас я отстаю от сестры еще на три дня. И сегодня я начну сокращать расстояние.

— Ты ничего не сможешь, — уже не так уверенно сказал маг, но я больше не обращал на него внимания.

Как он верно сказал, у него с собой запас еды и воды. Точно такой же, как у остальных героев. Я сразу узнал бесконечные фляги, раздаваемые даже рабам на прииске, и забрал все четыре с собой. Почему четыре? Не был уверен, что хватит напора от одной. Понятия не имею, как магия влияет на закон сообщающихся сосудов, но, учитывая, что пещера с лифтом находится под планом воды, и из нее не вытекает море, как из водопада в центре Бездны, какая-то магия там все же есть.

Сразу у выходя я активировал пол, и кровь подземелья начала пропитывать утоптанную тысячами искателей приключений каменную тропу. Я собирался сделать это независимо от нахождения эльфа, но он дал мне дополнительный стимул. Почти сразу выяснилось, что я не могу активировать саму пещеру, сосуды будто натыкались на непробиваемый барьер, но в конце концов это мне было и не нужно.

Охватив несколько метров вокруг входа, я вызвал каменных либлинов, и мы вместе возвели стену, полностью перекрывающую проход. Раскупорив фляги, я вручил их либлинам кости, и прозрачные струйки начали заливаться внутрь замкнутой емкости. Эльф, увидев мою попытку, расхохотался, но я, не обращая внимания на его смех, продолжил создание форпоста. Даже просто небольшого Форта, который должен был встречать всех спускающихся.

Когда я заканчивал с внешним коридором, смех из пещеры затих. Вода уже не просто бежала — она плескалась, словно заливая гигантскую ванну. Я не испытывал иллюзий, все же пещера огромна, времени на ее заполнение уйдет целый вагон, но и торопиться мне некуда. Никто из врагов не узнает о моей тайне.

Через три часа я закончил возведение небольшого буфера, необходимого для освобождения всех входящих рабов. Коридор, делающий змейку, с яркой огненной надписью «оставайся в коридоре, здесь магия эльфов не работает!», «жди подмогу!» На случай, если посаженный в казарму дозорный окажется занят или погибнет при непредвиденных обстоятельствах. Маны хватило впритык, даже учитывая высосанные подземельем жизненные силы эльфов. Но меня такой расклад вполне устраивал.

— Молодцы, — кивнул я, заглядывая через стену. Воды набралось уже под два метра, чуть выше роста эльфа, чего было вполне достаточно для того, чтобы часа через три-четыре он окончательно лишился сил и утонул. Но ждать еще я не собирался. — Вы сможете жить под водой?

— Конечно. Хозяин. Ник, — довольные похвалой сказали либлины. — Что. Нужно. Сделать?

— Идите туда и вытащите этого придурка, не убивайте, не топите специально. Ни одна капля крови не должна пролиться в пещере Распорядителя.

— Как. Прикажете. Хозяин, — ответили каменные малыши и с шумным плеском ушли под воду. Плавать они, естественно, не умели, но этого и не требовалось. Шагая по дну, они добрались до эльфа, о чем я судил по ругани и бултыханию последнего. Мат приближался вместе с моими помощниками, и когда до выхода из пещеры оставалось несколько метров, я разрушил стену.

Бурный поток вынес сопротивляющегося мага разума, который в последнюю секунду вырвался из цепких лап либлинов, но не рассчитал направления и вместе с водопадом сиганул в пропасть. Судя по его отчаянному крику и шлепку о небольшой карниз метрах в ста, другого телепорта у эльфа с собой не нашлось.

— Одной проблемой меньше, — задумчиво проговорил я, глядя вниз. Искать веревку, спускаться и проверять, точно ли умер маг, я не собирался, вместо этого создал несколько взрывающихся ядер и гроздью скинул их вниз, на карниз. Одно разорвалось в воздухе, но эффект от взрыва остальных все равно превзошел все ожидания, разметав тело противника на части.

— Уходим, — удовлетворенно сказал я, открывая портал домой, к сердцу подземелья. Теперь у меня появилась еще одна точка для перемещения. А кроме того — наблюдательный пост с казармой. Одним этим я обеспечивал себе не только возможность быстрого перемещения, но и надежный тыл. Однако стоило телепортироваться, как я отшатнулся назад.

— Ув-лыадыка, — поклонилось мне нечто, только недавно бывшее эльфийской лучницей. Впавшие щеки, высохшие, но еще крепкие руки, и противный едва уловимый запах бальзамирующей жидкости.

— Это что, и что оно делает в моем подземелье?! — строго спросил я у Гортана, довольно потирающего руки.

— Согласен, возможно, вышло не слишком хорошо. Все же у меня давно не было должной практики, — критически осмотрев свое творение, сказал Тан. — Но это первое мое умертвие за несколько сотен лет. Согласитесь, владыка, в ней даже сохранились некоторые притягательные черты. Какая осанка, какая грудь! Ни одна зомби о таком даже помыслить не может. А кроме того, она сохранила все свои навыки. Пришлось, конечно, выкачать всю кровь, заменив на бальзамирующую жидкость, оттого и связки, и мышцы, уже не работают с такой скоростью, но зато в ближайшую пару сотен лет ей не грозит разложение.

— Это отвечает только на половину моего вопроса.

— Ах, вы об этом, — усмехнулся лич. — Мы решили пока остаться с вами. Посмотреть, насколько изменился за последние тысячу лет мир Бездны. В конце концов, это подземелье не было для меня чужим, я могу помочь с его отстройкой и просто с патрулями. Не волнуйтесь, я буду примерным гостем. Как вы уже поняли, меня совершенно не прельщает возможность вновь стать владыкой подземелья и просидеть остаток жизни на коротком поводке.

— Никого не прельщает. Хорошо. Идем, обсудим все это с остальными, — сказал я, не собираясь повторять одно и то же по несколько раз. Химари собрала всех выживших рабов в небольшом, хорошо освященном зале, заваленном костями. Естественно, это было кладбище, но для моих целей оно вполне годилось.

— Все здесь, — сказала японка, стоило мне появиться.

— Грот? — нахмурившись, спросил я.

— Погиб при отступлении. Именно его самопожертвование выиграло нам достаточно времени, чтобы добраться до подземелья, — ответила Мюриэль.

— Жаль. Я возлагал на него большие надежды, — покачав головой, я взглянул на выживших, останавливая взгляд на каждом. — Вас двадцать один из более чем полусотни решивших спускаться в Бездну. Учитывая преследовавших вас эльфов, это достижение, которым можно гордиться. Но сегодня настает новый день. Я отправляюсь глубже. Кто пойдет со мной?

-\\-

Дорогие читатели, сегодня у меня день свадьбы (12 лет), и я уезжаю на весь день. Прода будет завтра =)

Глава 9

— Я отправляюсь глубже. Кто пойдет со мной?

— Разве владыка подземелий может уйти от сердца? — удивленно спросил Тан при виде ручного умертвия, которого орки потянулись к оружию. — Эй, уважаемые, потише. Она не причинит вам никакого вреда. Правда же, дорогая?

— Умфу, — ответила мертвая лучница, резко дернув головой.

— Не отвлекаемся, — призвал я к порядку. — Теперь, когда герои уничтожены, я собираюсь отправиться дальше. С собой возьму только тех, кто готов к длительному и бескомпромиссному походу в Бездну. Все, кто не может сражаться сейчас, останутся в подземелье. Здесь для вас найдутся казармы, место для жизни и тренировок. Отсюда вы сможете спускаться на третий и более низкие уровни, уже не в такой спешке поднимая свои навыки. Сюда же буду возвращаться я со своей группой. Те, кто будут достаточно готов к моей миссии — смогут присоединиться к ней позже. Но основную группу, которая будет расти вместе со мной, я собираю прямо сейчас.

— Я пойду, — не раздумывая, сказала Химари. — Даже если не пойдешь ты.

— Аналогично, — сказал Гор.

— Погодите, любезный, мы должны это обсудить, — запротестовал Тан.

— Нечего тут обсуждать, я иду вниз. Если понадобится, поползу или попрыгаю на одной ноге, — прорычал огр, бодая вторую голову. — Я прошел через смерть не для того, чтобы зависнуть на втором уровне!

— Если есть возможность не идти прямо сейчас, а присоединиться позже… — задумчиво проговорила Мюриэль. — До пятого уровня ничего интересного в Бездне для меня нет. А вот пожить в комфорте и с полным обеспечением я давно собиралась. К тому же не потащите же вы с собой пленного мага? За ней нужен глаз да глаз. Ее придется допрашивать, приучать к послушанию, ломать. Учитывая, что ей было подвластно целых две стихии, процесс может занять несколько недель. А после. М-м. Уверена, она покажет себя хорошей девочкой.

— Я Тавр и я скажу за всех. Если кто будет не согласен, поправит, — сказал, поднявшись, здоровенный, покрытый шрамами минотавр с длинными черными рогами и толстой коричневой шкурой. — Спуск был слишком сложным. Многие погибли. Второй уровень мы скорее пробежали, чем прошли, и спуститься на третий просто не способны. Дай нам сутки-двое. Мы подлечимся, отдохнем и будем готовы к сражениям. Даже если сейчас кто-то скажет, что хочет отправиться дальше, будет обузой, а не помощником.

— А я пойду, — с упрямством сказала Клора.

— Это правильно, — улыбнувшись, кивнула Мюриэль. — У тебя хорошо выраженный переход, тебе нужно продолжать расти. Все же ваши перворасы и в самом деле имеют обширные и ярко выраженные единения с другими планами.

— Вольные, — позвал я, и два десятка голов с удивлением повернулись ко мне. — Да-да, теперь вы все вольные. Один народ, освободившийся от оков. Что вы раскрыли в себе по мере спуска в Бездну? Какие у вас проявились способности? Ни за что не поверю, что Бездна обошла вас дарами.

— Так и есть, — чуть смущенно сказал Тавр. — Каждый из нас получил какую-то способность. Хотя вернее было назвать это особенностью. Мои раны затягиваются без мазей и эликсиров, даже рог отрос до нормальных размеров.

— А я ненадолго стал видеть все, будто мир замер, а я остался прежним, — поднялся один из орков с перебинтованным плечом. — Могу даже от стрел уворачиваться. Но недолго.

— Сверхспособностей ни у кого не появилось, но они развили свои физические навыки. Что чаще всего использовалось, то и улучшилось, — подвела итог Мюриэль. — Если им оказать достаточное содействие, дать место для отдыха и оружие, они смогут показать потрясающие результаты, а кто-то, возможно, даже разовьет магические способности из-за связи со своим планом или планом Бездны, на котором они сражаются. Но это дело небыстрое.

— Другое дело мы, — понимающе усмехнулся я, осматривая подбирающийся отряд. Воровка-хоббит с умением прятаться в тенях. Немертвый огр, одна из голов которого владеет некромантией. И пораженная тьмой якудза с длинным луком и коротким мечом за поясом.

— Не волнуйся, владыка, вместе мы кого хочешь на тот свет отправим. — обнадеживающе улыбнулся Гор, а Тан добавил: — Верно. И не только отправим, но еще и примем, и заставим работать в нужном ключе. От нас их даже смерть не спасет!

— Хорошо. Новый день настал. У каждого есть шанс стать сильнее, не пропустите его. Теперь, когда герои мертвы или в плену, путь наверх будет чуть безопаснее. Пятеро из вас за два дня должны будут подняться, чтобы встретить спускающихся героев. Там вас будет ждать форпост, отнимающий у эльфов способность контролировать разум, а у гномов применять телепортацию. Используйте такие возможности с умом и освобождайте рабов при первой возможности. Остальные должны добывать себе пропитание, защищать подземелье, ставшее новым домом, и тренироваться. Задача ясна?

— Более чем, — сказал за всех Тавр. — Мы не забудем того, что вы для нас сделали, владыка. Многие из нас родились в ошейнике и думали, что в нем и умрем. Вы дали нам больше чем свободу, вернули душу!

— Эй, я в этом, между прочим, тоже принимала активное участие! — требовательно улыбнулась Мюриэль. — Без меня у вашего предводителя ровным счетом ничего бы не вышло.

— Мы все понимаем, и этого тоже не забудем. — серьезно сказал Тавр, чуть поклонившись.

— Главное, себя не забудьте. Теперь ваша судьба только в ваших руках, — напомнил я. — Герои продолжат спускаться. Они будут стремиться в Бездну, видя в нас угрозу. А значит, ваши силы всегда должны находиться на несколько шагов впереди. Дальше по коридору несколько комнат — казармы. На всех не хватит, так что придется спать по очереди. Что же до продуктов — сразу за выходом из подземелья и чуть ниже начинается третий уровень, покрытый лесом грибов. Уверен, вы найдете там живность и съедобные растения. На этом все.

— Я о них позабочусь, — улыбнулась ведьма. — Под моим началом они станут настоящими героями.

— Даже не сомневаюсь. Только не перетрудись, потому что, если твои чары повредят их психику, они перестанут быть свободными, а наш договор действительным, — прекрасно понимая перспективы, заметил я. — Идем. Нужно разобрать добычу.

Можно было использовать для перемещения отрядов хранительницу, но я не собирался отвлекать лавовую девушку от строительства. По крайней мере, пока она не возведет все необходимые здания. В то же время у Вольных должна присутствовать простая и понятная цель, к которой они будут идти. Сила и свобода для братьев — именно такие цели.

— Три одноразовых амулета возврата, — сказал я, выделяя каждому из спутников по портативному телепорту, снятому с шеи. — Живым набор фляжек с зельями. Надеюсь, названиям можно верить, и это действительно восстановление здоровья. Лук для Химари. Мне кажется, он будет лучше подобранного тобой. К нему полупустой колчан с их стрелами и два с нашими.

— Я поставлю на него трубку вместо коллиматора, уже придумала, как сделать деления, — воодушевленно сказала японка. — А еще ложе для стрелы и отбойник для тетивы с треугольником спуском. Это не займет много времени.

— Хорошо. Гортан, от воителя эльфов остался кривой двуручный меч, зачарованный. Возьмешь его себе?

— Не просто зачарованный, а защищенный от чужеродной магии металла, — в восхищении поцокал языком Тан. — Щит бы мне тоже не помешал, но нет так нет. Сооружу из воротника динозавра, все равно скелет его уже не использовать.

— Разбираешься в магических предметах? Тогда что скажешь о ювелирных украшениях и доспехах? — с интересом спросил я, указывая на собранную добычу.

— Ничего особенно ценного, — едва взглянув на кучу обмундирования, произнес лич.

— Жаль, придется отправить все это на переплавку, — со вздохом сказал я, открывая портал в сокровищницу, из которого тут же пахнуло жаром.

— Стойте, стойте я несколько погорячился, — тут же пошел на попятную Тан. — Возможно, этим предметам найдется лучшее применение, чем уничтожение в первозданном огне.

— Тоже верно. Думаю, стоит позвать Мюриэль, — легко согласился я. — Она явно лучше разбирается в магических предметах и сможет оставить себе несколько безделушек.

— Ну зачем делать такие поспешные выводы? Нужно быть рациональными…

— Гор, объясни своему соседу, что работать в команде и в его интересах тоже. Мы собираемся спуститься в Бездну, и если каждый будет искать выгоду только для себя, сгинем в первой же серьезной схватке, — строго сказал я, и огр, принимая мои слова, боднул вторую голову. — Если среди вещей есть что-то полезное, лучше нам узнать об этом немедля.

— Ладно-ладно! Хорошо! — поморщился Тан. — Подумаешь, хотел сделать чуть лучше. Вот эти кольца управляют магией металла. Но не любой, а только конкретным предметом. Скорее всего, щитом. Одно — расстояние, второе — направление или вектор. Как ими управлять, можете даже не спрашивать, не знаю. Этот синий камушек содержит остатки слабого водяного духа. Его хватит на пару использований, не больше. А то и вовсе на одно.

Ятаганы, естественно, тоже зачарованы, судя по всему, эльфы крайне не доверяли своим союзникам, дварфам, раз потребовали наложить на металлические орудия заклятия антимагии. Вот только это не сделает их мощнее или полезнее на поле боя. Что же до брони — она вся очень прочная и хорошая, но вряд ли на кого-то из вас налезет. Однако, если вы втиснете свои телеса в узкие куртки и штаны, они обеспечат неплохую защиту от огня и воды. Спасти не спасут, но несколько секунд помогут продержаться. Теперь я наконец могу быть свободен?

— Ты так хотел общаться, а сейчас стремишься замолкнуть? В чем дело?

— Я против эксплуатации божественных героев, бессмертных легендарных путешественников и могучих архимагов смерти в роли распознающего кристалла. Это оскорбление выше всякой меры! — фыркнул Тан, отворачиваясь. — И это уже не говоря о ваших предрассудках. Мертвая плоть ничуть не хуже живой!

— У каждого свои предпочтения, — пожал я плечами, пытаясь составить идеальный список обмундирования для отряда. Нам сильно повезло, ведь вещи с героев-эльфов и в самом деле получились героическими. Даже у короля Железнобородов мы не смогли поживиться столь удачными экземплярами. Чего только двуручный меч для Гортана стоил. Правда, ввиду сложности обращения щит пришлось отложить — но зато все остальное нашло свое место.

Кольчужный доспех расплющенного воина надела на себя Химари. По длине ей оказалось великовато, зато в ширину в самый раз. Клоре пришлось довольствоваться кольцами и накидкой, но воровку это устроило. И единственный из нашей четверки, кто остался без обновок — это я сам. Правда, мне так и не пригодились браслеты, созданные в элементной кузне. Но с учетом изменения формы, ни другой брони, ни подходящего оружия другого плана для меня не нашлось.

С учетом возможности вернуться к сердцу подземелья в любую секунду я не стал тратить слишком много времени на сборы. Лишь проверил немого изменившиеся с последнего раза характеристики.

«Ник-Веста. Возраст 21 год. Возраст души неопределяем. Вид — элементальный гомункул.

Класс: владыка подземелья. Вторичный класс: носитель душ.

Здоровье: 120 из 175. Пассивная регенерация: 5 в час. Регенерация во время отдыха: излечение средних повреждений (75 ед.) за 8 часов сна.

Физическая защита: Костяная броня, слабая, поглощение 5 урона. Иммунитет к атакам обычным огнем. В защитной форме броня равна удвоенному здоровью, поглощает средний урон физическими атаками (10). Иммунитет к атакам огнем и лавой. Слабая защита от воды.

Физическая атака. Атака без оружия в обычной и скрытых формах — 30, скорость средняя. Атака без оружия в атакующей форме — 30 физического урона и 35 от огня, скорость средняя. Атака без оружия в защитной форме — 55, скорость — низкая.

Магия. Запас маны 45 из 60. Восполнение: 22 в минуту, сильное. Источники восполнения: слабые духи камня (3), слабые духи огня (3), слабые духи смерти (3), родная стихия (4), магия бездны (4). Расходы магии: восстановление здоровья (20).

Единение с планами: Камень, второй уровень (зрение камня), 2270 из 5000. Смерть, второй уровень (костяной доспех), 1320 из 5000. Огонь, первый уровень, 990 из 1000.

Магия подземелья. Запас маны 73 из 2000. Восполнение: 2 в час, слабое. Источники восполнения: сердце подземелья (11). Траты: рост 5, ремонт 4, поддержание портала с Владыкой (5) (владыка в подземелье, расхода нет).

Доступные переключаемые заклинания: защитная форма, маскировочная форма, атакующая форма, вызов либлинов: огненные (3, второй уровень, защита от воды), каменные (3, второй уровень, зрение камня), костяные (3, второй уровень, костяная броня).

Активируемое заклятье: лавовый взрыв (душе— симбионту требуется перезарядка) (100 урона), форпост (создает активную строительную область), пополнение маны подземелья (конверсия 10 к 1).

Навыки обращения с оружием: рукопашный бой (продвинутый).

Основной класс — Владыка подземелий. Сила класса полностью зависит от развития подземелья. Размер владений — малый. Статус сердца подземелья — здорово».

Судя по параметрам, до следующего, второго, уровня единения с планом огня мне осталось совсем немного. Было ли дело в вызове взрывных ядер или в удачном восстановлении травмирующих воспоминаний замкнувшейся Весты, я не знал. А вот относительного того, что именно хочу развить, я уже определился. Кроме того, поднятие единения с планом огня позволит мне в целом выйти на полноценный второй уровень, а это должно было принести с собой еще и дополнительный бонус.

Меня больше не смущала сама перспектива единения с планами, пусть они и сильно различались, за счет душ либлинов я мог контролировать все изменения. Хотя, если откровенно, бонусы получал совсем не я, а именно те осколки, что сроднились с моим телом и магией. Пример костяных либлинов, получивших прочный доспех одновременно со мной, — доказывал это лучше всего. Не мог же я проверить зрение у каменных элементалей.

— Пора выдвигаться, — сказал я, подобрав каждому из крохотной команды оружие и доспехи. — Теперь тыл наконец прикрыт, и никто не дышит нам в спину.

— Хочу заметить, — начал было Тан, но Гор двинул ему лбом по уху. — Мы готовы выдвигаться, командир. До смерти и после нее, — сказала вторая голова огра, и лич не упустил возможности съязвить: — Учитывая, что вы уже мертвы, как и мы, это не слишком актуально.

— Я все же предпочту считать себя живым. По крайней мере, пока хотя бы часть моей души со мной, — усмехнулся я, покосившись на Химари. — Да и тело, нельзя сказать, что мертво. Хорошо. Достаточно разглагольствований, мы сможем вернуться в любую минуту, так что и прощаться не имеет смысла. Идем.

Возможность телепортации и в самом деле грела душу и успокаивала, может, даже слишком сильно. Но именно для этого я и получал столь сложноповторимый и последний бонус от распорядителя. Три дня без убийств и выполнение задания от полубога того стоили, и я спускался на уже знакомый третий этаж без должного страха.

Грибной лес встретил нас тихим журчанием ручьев, отчетливым привкусом дрожжей и покачиванием широких шляпок на узких белых ножках с юбками. Подобная картина могла показаться даже умиротворяющей, если забыть, как толпа кобольдов расправилась здесь с крупным отрядом искателей приключений. В прошлый раз меня спасло только то, что целью летающего предводителя ящеров был не я. Кто знает, какую задачу поставит перед ним дракон сейчас. Если он действительно существует, и это не байки умирающего гнома.

— Я чувствую жизнь, — поежившись, заметил Тан.

— Что, непривычно? — усмехнулся Гор. — А мне вот, наоборот, не особо приятно ощущать себя трупом. Но ничего, не жалуюсь.

— Ты не понял, соседушка. Я чую, как рядом с нами что-то движется. Одно большое нечто или множество мелких, — перебил его демилич, обретший тело. — Советую приготовиться к сражению заранее. Мои силы на этом плане совсем не так могущественны, да и вам, думаю, не слишком приятно находиться вдалеке от сердца. Это ведь неестественно для владыки. Может, еще одумаетесь? Вернемся назад, будете спокойно править.

— Сколько их и где? — спросил я, оглядываясь по сторонам. — Я никого не вижу.

— Они движутся под землей. Параллельным с нами путем, — указал на землю лич. — Не слишком глубоко, так что это не на другом уровне. Но подробнее я разобрать ничего не могу.

— Кажется, у нас проблемы начнутся куда раньше, чем я рассчитывал, и чем доберутся до нас враги из пещер, — заметил я, указывая в сторону дороги, по которой скупым, размеренным шагом двигался небольшой, но внушительный отряд дварфов, который возглавляло странное, слишком высокое существо, больше всего напоминавшее даму во вьющемся платье и шляпке. Вот только «дама» была ростом под три метра, а шляпка — явно грибной.

— Владычица святилища, — мгновенно утратив все красноречие, сказал Тан. — Лучше вам приготовиться к бою. Эта схватка может оказаться нам не по зубам.

Глава 10

— Кого я вижу! Старый сосед в компании нового, — улыбаясь, сказала женщина. Она остановилась в двадцати метрах от нас, и стало совершенно очевидно, что никакого смысла прятаться или бежать нет. Мы были на ее территории и полностью в ее власти. — Вы пришли, чтобы поздороваться или заявить свои права на мои владения?

— Любезная Микоднесса, нет и не было никакого смысла нас встречать, и уж тем более воспринимать как угрозу. — Тан попробовал поклониться, но Гор не успел этого сделать, и жест получился кособоким. — Мы просто путники.

— Это верно, путники. И никому не хотим вреда, — подтвердил я, заметив, что некоторые грибы встают, поднимая шляпки. Мы давно и безнадежно находились в окружении. — Пока не нападают на наши территории и земли. Если герои из вашего святилища не пойдут наверх, герои из моего не будут спускаться вниз.

— Какое интересное предложение, — улыбнулась грибная госпожа, по жесту которой кольцо противников начало сжиматься. — И что же будет, если парочка героев спустится в мои владения? Споры моих малышей отлично справляются с живой плотью, хотя и предпочитают трупы. Как будет обидно потерять недавно обретенное тело.

— А если героев будет не двое, а два десятка? — спросил я, выходя чуть вперед и вызывая огненных либлинов, прикрывающих остальных. Если споры в воздухе — огонь должен с ними справиться. — Я разрушил подъемник и полностью контролирую проходы по второму уровню, у вас никакого подкрепления не будет. Мои же последователи будут только прибывать.

— Это прозвучало как угроза и оскорбление одновременно. Можно подумать, я не была вынуждена мириться с этими жалкими подделками, — сказала госпожа миконидов, и только теперь я заметил, что дварфы вокруг нее не мигают. Больше того — даже не дышат. Это были зомби, покрытые тонким налетом плесени и пробивающимися через пожелтевшую кожу ростками. Трупы, зомбированные грибами!

— В таком случае, может, у нас одинаковые цели, и нет смысла враждовать? — спросил я на всякий случай. Играющий бог для того позволил нам стать Владыками, чтобы мы приютили у себя героев, так?

— Когда эта мелкая девчонка сказала, что ко мне придут двое, служитель преисподней и служитель смерти, и это будет знаком освобождения — я ей не поверила. Даже рассмеялась в лицо дикарке, не понимающей ничего в Бездне, но посмевшей меня учить, — задумчиво сказала Микоднесса. — Но теперь я вижу, что она и вправду видящая. Мы не будем врагами. Я не намерена мешать вам и вашим слугам, пока они не посягают на мои земли.

— С одним условием, — чуть подумав, сказал я, и Тан вжал голову в плечи, заслоняясь от окруживших нас зомби-растений и грибов умертвием.

— Условием? — подняла бровь матриарх разумных грибов. — Я подарила тебе прощение и пропуск через свой уровень, чужак! А ты ставишь мне условия?!

— Оно вам понравится, — поторопился сказать я, и трехметровая великанша подняла руку, останавливая, казалось бы, неминуемое сражение. — Вы будете выдавать задания героям, которые будут к вам спускаться.

— Задания? И какие же, например? — недоверчиво переспросила она, не опуская руки.

— Избавление вашего леса от паразитов в виде мурлоков, кобольдов или других тварей. Вырубка старых и отживших свое растений, удобрение важных участков собранными материалами. Мало ли задач? Уверен, найдутся такие места, куда вы не захотите посылать собственных слуг, а героев будет не жалко. В награду же можете давать еду или указывать на месторождения кристаллов маны.

— Выдавать задания… кажется, что-то подобное я уже делала, но ничем хорошим это не закончилось, — ответила Микоднесса. — Вместо того, чтобы сражаться за меня, некоторые из них начали жить в моем доме. А через некоторое время и вовсе они стали диктовать условия, угрожая разрушить сердце моего подземелья, грибницу.

— Теперь у вас есть союзник, который может взять на себя эту ношу, — сказал я, в качестве жеста доброй воли отпуская либлинов огня. — Вам же не только ничего не будет угрожать, вы сами сможете диктовать условия героям. Их главная задача — повышение собственной силы. Они не должны и не станут задерживаться надолго. В их истории наступил новый день, возможно, и в вашей тоже?

— Твои речи сладки, как и у первых спустившихся эльфов. Мы помним, — растянула белесые губы в улыбке Микоднесса. — Но я верю девочке. Раз она не ошиблась в том, чего точно не могла знать. Мы не будем с тобой воевать. Ты не выжжешь мою грибницу и оставишь в покое третий уровень. Я покажу тебе проходы кобольдов, ведущие вниз, к червям и гнезду их хозяина. Что ты будешь делать и как жить дальше — только твой выбор и твоя судьба. Мы больше не будем пересекаться. А герои. Пусть спускаются.

— Мне этого достаточно, — с облегчением согласился я и тут же заметил движение, заставившее до скрежета кожи сжать кулаки.

Тонкие полупрозрачные нити, словно вода, струившиеся меж камнями. Они едва заметно шелохнулись, выдавая свое присутствие, и по ним, как по волнам, отплыла Микоднесса, царица третьего уровня и всего лишь марионетка в щупальцах куда более могущественного существа, породившего и этот лес, и прихвостней стражей, и даже саму владычицу. Невидимая, скрытая от глаз под толстым слоем земли и камня грибница, тянущаяся на сотни километров вокруг.

— Следуй за мной, — пропищало крохотное существо из травы, и я разглядел подберезовик на коротких толстых ножках. Самый обыкновенный гриб, подобные которому мы десятки раз жарили на сковороде и закатывали в банки на зиму. Только с руками и ногами. Лица под шляпкой было не разглядеть, но чем-то же он это сказал?

— Осторожно. Она может быть куда опаснее, чем кажется, — предупредил Тан. — Каждый гриб от мала до велика, весь этот лес, все, что нас окружает, может служить ее орудием. Ее споры могут не только въедаться в плоть, но и прорастать в легких. А еще подчинять разум, и никакая магия и ментальное сопротивление этому не помешают. Потому что это аспекты плана жизни, а не ментала или эфира.

— Я все понял уже по ее привратникам. Зомби, созданные без некромантии, — согласился я, стараясь не упустить из виду маленький, но очень шустрый грибочек.

— Планы могут быть удивительны до абсурдности, — согласился обретший тело лич. — Но меня как приверженца смерти больше всего пугает жизнь. Даже после ее окончания она не сдается. Ты думаешь, что умрешь, если отрубить тебе голову и разрушить филактерию? Твое сознание может быть и умрет. Разум точно окажется на грани путешествия в план смерти. А вот тело… даже без головы оно будет стремиться жить еще несколько часов, а отдельные органы и клетки способны сопротивляться много дней.

И даже когда все они гарантированно откажут — жизнь на этом не прекратится! Она пожрет твою плоть насекомыми и червями, удобрит ею землю, и даже на голых камнях, где нет ни птиц, ни гадов, все равно найдет способ использовать каждую крупицу себя, чтобы создать новую жизнь. Сожги в пепел лес — он удобрит землю, и на его месте вырастет новый. Убей мать, и чужие, а иногда и свои собственные дети будут кормиться ее плотью. Это единственная причина, по которой смерть и порядок еще не воцарились во всех мирах.

— Значит, для тебя жизнь — это хаос и зло?

— А для тебя нет? Она ужасающа! — чуть не выкрикнул Тан. — Что может быть хуже, чем столь извращенное проявление хаоса?

— Смерть, — не задумываясь, ответил я. — Смерть — это билет в один конец. После нее не будет уже ничего, ты не сможешь ничего изменить или повлиять на окружающее. Не сможешь никого спасти и никому не навредишь.

— Ах-ха-ха, — хрипло, с кашлем и брызгами слюны рассмеялся лич. — Давно так никто не шутил. Серьезно. Отличная шутка.

— Он серьезно, — усмехнулся Гор.

— А, ну тогда не смешно и даже не интересно, — разочарованно фыркнул Тан. — Я-то думал, ты так съязвить пытался. Я мертв и очень давно. Сосед-огр однозначно мертв. Да и ты, не сказать, чтобы очень живой. Или твои подручные — либлины кости. Может, в каком-то другом мире ты и умираешь с концами, но не здесь. Даже если ты неудачник, которому не хватило знаний, власти или храбрости, чтобы воскреснуть, ты не исчезаешь в пустоте.

Единение с планами — это не только возможности влиять на них с этой стороны, но и место, куда ты отправишься после смерти. Некоторые думают, что есть духи смерти, витающие по мирам кольца и собирающие подношения. Но кому это нужно, когда душа сама тянется к тому, что ей наиболее близко? Сроднился с планом огня — будешь вечность гулять в пламени. Получил единение с камнем — возводить тебе чертоги бесконечности. Ну а если ты ни рыба, ни мясо — то тебя приютит тишина плана смерти.

— А если часть моей души отрезало, и она погибла? — чуть притормаживая, спросил я.

— Имеешь все шансы с ней встретиться, — кивнул, подтверждая мою догадку, Тан. — Только не думай, что она будет уж слишком тебе рада. Ничто не исчезает бесследно. И уж тем более такие сильные вещи, как души.

— Если так, то что насчет камней маны? Снорглинги утверждали, что в них хранятся души их сородичей, но мы их используем.

— Все верно, забираем энергию, удерживающую их в этом мире, — согласился лич. — Поверь мне как большому специалисту по смерти, архиличу и божественному герою. В нашем мире она не приговор даже для обычных крестьян, не говоря уже об искателях приключений или героях. Понятно, что остаться на текущем плане может оказаться куда сложнее, чем просто не подвергать себя такой опасности. Но от того, что мы отправляем их в океан, разрывая связи, они тоже не пропадают, просто переносятся на план воды.

— А враги, которых мы убиваем, они могут вернуться?

— У некоторых это выходит проще, чем у других, — сказал, показав на умертвию, Тан. — Мстительные тени, они же жаждущие духи, они же леденящие призраки — яркий пример. Вот вроде ничего такого ты не сделал, только свернул голову невинному. А он возьми и откажись уходить. Особенно часто это встречается, когда кого-то годами мучают, а затем несправедливо убивают. Рабы-рудокопы.

— Да, я встречал их на нулевом уровне. Тогда мстительные тени сожрали отряд дварфов Железноборода. Выходит, они всего лишь мстили и поэтому меня не тронули.

— А может, приняли за своего. Как я уже не раз говорил, владыка, ваше место в мире живых не совсем оправдано. Если же рассуждать с философской…

— Оставим это на тот момент, когда будет кружка горячего чая и камин. Лучше скажи, вернуться в мир живых и рассказать об увиденном они смогут?

— В кольце такое развитие событий крайне маловероятно — все же план жизни и его сателлиты, — поморщившись, будто съел лимонную дольку, сказал Лич. — А вот в Бездне, особенно, если им помогут, легко. Собственно, пример за мной шатается с дрянным луком, который вы ей выдали вместо отличного, эльфийской работы.

— Тебе тело обещали, а не шмотки, — заметила Химари, тоже идущая позади. — Вместо того чтобы трепаться, лучше бы по сторонам смотрели. Тут столько всего ползает, бегает и летает, что я удивлена, почему на нас до сих пор не напали.

— Она не хочет, — пропищал маленький грибок-поводырь, не поворачивая головы. — Если на то нет воли владычицы, никто вас не тронет.

— Ого, она что, весь уровень Бездны под себя подмяла? — ошарашенно спросила японка, с новым выражением осматривая окружающий грибной лес. — Это что, выходит, все, что тут растет, бегает, ползает и летает под ее контролем? Впечатляет. Прости, Ник, но в данный момент ты ей даже в подметки не годишься. У тебя пара комнат, а здесь целый мир!

— Я, собственно, и не отрицаю, но сколько тысяч лет ушло на такое преобразование? К тому же вспомни слова царицы про героев. Они обманули ее и вынудили сотрудничать. Значит, нашли ее слабое место. Надеюсь, теперь, когда мы слегка помогли избавиться от угнетателей, она сможет перепрятать собственное сердце и защитить его надежнее, чем раньше.

— Так и сделаю, сосед. Даже не сомневайся, — пропищал грибок-проводник, шурша травой, и сунувшаяся вперед Клора, вскрикнув, отскочила.

— Что там? — спросил я, обходя толстый ствол гриба, возвышающегося на несколько метров. Увидев гору костей, я нисколько не удивился. Все же нас целеустремленно вели к спуску в пещеры кобольдов. Другое дело, что по черепам легко можно было понять — еда у местной живности попадалась самая разнообразная, от крошечных крысоподобных существ, до здоровенных рогатых голов в полметра обхватом.

— Пещеры, — пропищал грибок, показывая на темный зев. Трава и грибные нити возле входа были выжжены до самого камня, земля счищена, а кости выложены оградкой. Кто бы тут ни жил, он озаботился своей неприкосновенностью и независимостью от владыки третьего уровня. А еще ему хватало сил и мозгов, чтобы отгородить себя от внимания грибной царицы.

— Они ведут на четвертый уровень? — на всякий случай уточнил я, проверяя, надежно ли сидят на руках каменные браслеты.

— Даже глубже, если вам повезет, — пропищал грибок, добравшийся до самого края едва проступающих из земли полупрозрачных корешков. Наклонившись, он разгребал себе дорогу, а затем, держась за сеть корней, словно утопающий за соломинку, зарылся ногами в грунт. — Все, идите, я буду расти.

— Еще увидимся, — сказал я, выходя вперед.

Зрение камня позволяло видеть очертания пещеры даже в полной темноте, но я предпочел сменить форму на атакующую, резко освещая ближайшие десятки метров. Химари даже прикрыла глаза, зашипев. Ничего, зато остальным будет видно, а я авось добью последние пункты единения с планом огня. Не все же сидеть на первом уровне?

— Идите вперед, чтобы мой огонь вас не слепил, — приказал я, уступая место соратникам. — ГорТан первый, за ним питомец. Клора, держись чуть поодаль, но старайся двигаться так, чтобы у тебя было время среагировать на ловушку или нападение. Затем Химари и я.

— То, что я немертвый, не значит, что мне приятно получать топором по голове или посохом по яйцам. С какой стати я должен идти первым? — обиженно спросил лич, но огр уже начал спускаться, даже не собираясь спорить. Химари не слишком обрадовалась яркому освещению, бьющему в спину, но решила не возражать, а Клора уже семенила следом за огром, стараясь держаться подальше от умертвия.

Я старался не слишком наседать на японку, но горение давало достаточно света, чтобы даже идущий впереди ГорТан мог разглядеть дорогу. Меня же куда больше интересовали тылы, которые я прикрывал от любой опасности. Несколько раз позади что-то шуршало, но каждый раз, когда оборачивался, я видел только осыпающиеся коричневатые камешки.

Проход превратился в лаз, и через некоторые места приходилось протискиваться, максимально выдохнув. Но даже это не спасало, и на острых камнях оставались капли крови из царапин. Клора тихонько ругалась, шипя и дуя на изодранные пальцы, но я больше страдал от все увеличивающейся влажности.

— Стойте. Теперь я первым пойду. Так будет проще, — приказал я, активируя защитную форму, когда мы выбрались в небольшую пещерку, вновь уходящую вниз лазом. С сожалением отключая атакующую на значении 998. Еще бы пару часов, и я бы добил крохи до тысячи, но тормозить со спуском не хотелось. К тому же мне не нужно было протискиваться.

— А можно было так сразу? — со стоном спросила Клора, когда я впитал в себя каменные края, разом расширив проход на полметра.

— Замыкает Тан с нежитью, и старайтесь не шуметь, — приказал я, спускаясь ниже. Беспокойство не отпускало меня ни на секунду. Постоянно мерещились шорохи и шаги на самой границе слышимости. А эльфийку было совершенно не жаль. Она и так мертва, даже если ее проткнут стрелами или раскроят череп топором — хуже уже не будет. Только прическу подпортят.

Дальнейший спуск проходил в почти полной тишине. Только стук ботинок, скрежет трущихся камней и тяжелые вздохи уже уставших девушек. А что до нас, нежити, пусть и наполовину, отдых нам был без надобности. Хотя я и сам чувствовал напряжение. Что-то неуловимо поменялось. Цвет гранитных стен перетек из бурого в серо-голубой, но взгляд так замылился, что я чуть не пропустил резко отличающееся ответвление.

— Стойте, — приказал я, ощупывая тонкую стену. — Тут что-то есть.

До предела отведя руку назад, я обрушил каменный кулак на гранит, и по нему прошла длинная трещина. Бить было крайне неудобно — я едва мог согнуть локоть, но через несколько минут страданий камни рухнули внутрь, оголяя проход в помещение, выложенное аккуратной шестиугольной плиткой. Я даже поморгал, чтобы проверить, не мираж ли?

— Осторожно, это гробница и очень древняя, — сказал, принюхавшись, Тан. — Я, конечно, за встречу с местным хозяином, уверен, мы найдем общий язык, а вот живым это может не понравиться.

— Там что-то есть, — сказал я, влезая в пролом. — Осмотримся, может, найдем что-то полезное.

Глава 11

— Не лучше ли продолжить спускаться? А не лезть в каждую… в каждое приключение по пути? — спросила, прикрыв рукавом лицо, Химари. — Воздух затхлый, тяжело дышать.

— Зато никакого запаха гнили, — усмехнулся я, осматривая первое помещение. — За тысячи лет все настолько сгнило, что тут уже своя микрофлора.

— Вот только от инфекции или древней чумы не хватало умереть, — морщась, сказала японка, и я, кивнув, выпустил огненных элементалей.

Газ, скопившийся у самого пола, тихо полыхнул, и голубоватый огонь, ручейками разбежавшись в стороны, достиг стен. Тысячи лет назад поставленные факелы вновь загорелись, выхватывая из полутьмы красные гранитные фрески, надписи и рисунки. Я бы сказал, иероглифы или набор хаотично разбросанных смайлов.

Смысл некоторых было легко понять и без перевода, а вот значения других, выступающих в связке, — совершено терялось. Магический интерфейс, созданный филактерией, с переводом совершенно не справлялся. Вероятно, эльфы заложили в него только самые распространенные языки, применимые в мире Бездны, а на такую экзотику, как тысячелетние древние письмена, это свойство не распространялось.

— Мы не можем просто продолжить спуск, вместо того чтобы лезть в очередную жопу? — не стесняясь в выражениях, спросила японка.

— Ты чувствуешь изменения? Я тоже. Мы проскочили третий уровень и сейчас спустились сразу на четвертый. Идти дальше без получения уровня — самоубийство. Бездна такого не прощает. Мы оказались в неразграбленной древней гробнице, так почему бы не исследовать ее? Не удивлюсь, если здесь найдутся артефакты…

— С куда большей вероятностью мы встретим здесь бывших стражей и хозяев, — мрачно сказал Тан. — Ты правильно сказал, усыпальница не разграблена, а значит, и ловушки, и защитные механизмы, и даже стражи — все должно быть в полном порядке. Во время поисков путей к бессмертию я изучил множество вариантов, и один из них — стать лордом фараонов. Потревожить такого правителя — это автоматически подписать себе смертный приговор. И тут уже перерождением или спасением души не обойдешься. Тебя выпьют без остатка, как алкогольный коктейль, а после отправятся дальше спать, пока очередное великое пророчество не исполнится.

— Если думаешь, что после твоих слов что-то стало понятнее, глубоко ошибаешься. Что за пророчество, каким мы к нему боком, и при чем тут эти усыпальницы? — скептически сказал я, обводя комнату взглядом. — Посмотри на письмена, они почти идеально сохранились. Наверное, сказалось перекрытие помещения.

— Или магия плана порядка, замораживающая все сущее, — возразил лич. — Хотите стать сильнее? Уж лучше подняться обратно на второй уровень, собрать силы и напасть на принцессу грибов, чем шарахаться по усыпальницам великих народов. Кто знает, в чьей гробнице мы сейчас находимся? Может, это великий зодчий подземелий или фараон… или, что еще хуже, мой собрат архилич, только полный сил.

— Последнее легко проверить, — сказал я, отступая в угол комнаты и активируя заклятье создания форта. Светящаяся в темноте кровь подземелья потекла по моей руке и неохотно начала впитываться в стену. Красный гранит поглощал новую магическую жидкость, будто на губку, пропитанную маслом, начали лить воду. В то же время я совершенно не чувствовал чужого присутствия, словно преследовавшее нас существо пропало, или произошедшее и вовсе мне лишь показалось.

— Это, возможно, единственно разумная вещь. Получить доступ к подземелью, использовать портал и уйти отсюда, — с надеждой сказал Тан.

— Мы никуда не собираемся, — усмехнулся я, проверяя телепорт на доступность. Мой стандартный, домашний, действовал все время, готовый в любую секунду перенести меня к сердцу подземелья. А вот телепорт владыки, позволяющий свободно перемещаться между любыми активированными точками, заработал только сейчас. — Вместо того чтобы причитать и пытаться сбежать — лучше расскажи, что тебе известно о четвертом уровне. Судя по камню, он в корне отличается и от второго, и от третьего.

— Скорее это третий отличается от второго и четвертого, — недовольно фыркнул лич. — Один из ярких примеров изменения планов под действием внешних сил. Когда я только перебрался на второй уровень, это были великие, хоть и заброшенные, пещеры смерти, в которых кости и разложение правили балом. Я строил кладбища, приводя хаос жизни в порядок, сражался с водными жителями и ловил в свои сети спускающихся героев.

Правда, нужно признать, что именно благодаря мурлокам и сноглингам второй уровень стал прибежищем настоящей горы костей. Эти монстры приходили умирать, выставляя за порог слабых или стариков. Так устроены их племена, и так смерть получала все больше и больше жертв, копя силы. А там, где есть силы, всегда найдется желающий их приручить. Хотя, возможно, все началось задолго до моего появления на втором уровне. Например, рисунки на стенах уже были.

Смерть пронизывает Бездну так же, как водопад из ложного моря плана воды. Тени и привидения на первом, скелеты и зомби на втором, вихты и вурдалаки на третьем, мумии на четвертом. Тишина, спокойствие, благодать. Не будь хаоса жизни — все так бы и осталось. Но известная тебе царица, ставшая смотрителем уровня, все изменила, прибрав его к рукам и очистив от моих сородичей. Даже личи-пожиратели сбежали на второй уровень.

— Это все очень интересно, но ты отвлекся от главного вопроса. Что тебе известно об этих местах? — перебил я, решив не слушать многочасовую лекцию о том, какая нежить хорошая.

— Гробницы. Отголоски вечной пустыни, — чуть обиженно сказал Тан.

— Все? Какой магией обладают местные обитатели? Чего стоит опасаться? — с нажимом поинтересовался я, продолжая пропитывать камни вокруг.

— Смерть, она и есть смерть. Даже соседствуя с хаотичными планами, вроде воды или огня, она не теряет своей сути, — гордо произнес лич. — Привнося порядок в хаос жизни. Песок — одна из разновидностей камня, далекая от ветра и огня, но уже изменившаяся под их влиянием.

— Ага… значит, песок и смерть? Ничего страшного, меня этими аспектами вообще не напугать. Учитывая, что я уже мертв и сам состою из камня на достаточно большую долю.

— Только дилетант думает, что единение с планом дает ему неуязвимость. Смерть различна, так же, как и жизнь. Тебя могут разорвать на части. Сжечь. Растоптать. Утопить. Заморить голодом или отравить. Расплавить в кислоте или сожрать живьем. Итог всегда один, а вот причины и свойства разные, как и подпланы смерти, — наставительно произнес лич. — Никогда не недооценивай разнообразие малых планов.

— Еще раз. Что нам может угрожать?

— Я… не знаю, — нехотя произнес Тан, отворачиваясь. — Я не помню, как спускался по Бездне, а когда поднимался — уже сроднился с планом смерти и прошел без проблем, даже не обращая внимания на обитателей. Если бы не сердце подземелья на втором — немедля ушел бы дальше и поднялся на поверхность.

— И что бы ты там делал? Продолжал свои поиски и эксперименты со смертью?

— Не знаю, — огрызнулся лич, — не помню. До обретения могущества — все как в тумане. Может, я и вовсе таким родился, поднимаясь наверх, а не спускаясь, и обретая все больше сил.

— Ага. Понятно. Просто знай, поднимаясь, ты не получаешь новые силы, наоборот, со временем теряешь даже часть приобретенных. Просто противники становятся все слабее. Это как здоровому мужику выйти в драку против детей, — сказал я, заканчивая установку форта и вызывая либлинов. — Идем, посмотрим, что таит в себе эта гробница.

— Ох, не советую. Съедят. Высосут через трубочку, — мрачно сообщил лич.

— Не знаю, чего ты переживаешь. Врагов не видно, а даже если появятся, каменными кулаками я легко превращу любых встречных скелетов в пыль. Да и тебе бояться нечего — здоровенная дубина и зоркий защитник у тебя есть. Даже два, если ты воскресил эту даму не для плотских утех.

— Только через мой труп! — отказываясь от такого предложения, сказал Гор, но, судя по взгляду Тана, именно так он и рассматривал бывшую эльфийку.

Химари уже обвыклась, запахи выгорели, и даже Клора рассматривала теряющийся в темноте коридор скорее с интересом, чем со страхом. Активировав каменную форму, я ступил внутрь гробницы, в сторону огромных кувшинов с запаянными окаменевшим воском горлышками. Они стояли рядком у саркофага и, вероятно, предназначались для хранения продуктов или вина, чтобы ушедшему на тот свет фараону было, чем пировать и угощать своих родственников. По крайнем мире, именно так объясняли запасы в пирамидах и под курганами ученые нашего мира. Тут, правда, могла крыться существенная разница, ведь жизнь после смерти в мире Бездны оказалась вполне реальной.

— Осторожно! — выкрикнула Клора, но я не успел среагировать, поставив ногу на ступеньку у саркофага. Камень легко провалился внутрь на несколько сантиметров. Раздались мерные щелчки, будто завелся гигантский часовой механизм, и я, не дожидаясь удара, отпрыгнул назад, к пролому. Мои спутники тоже решили не рисковать, выскочив наружу еще раньше. Вот только прошла секунда-другая, щелчки стихли, а ничего не произошло.

— Может, он сломался? От времени? — спросила с надеждой воровка.

Будто отвечая на ее вопрос, раздался душераздирающий крик, эхом разошедшийся по гробнице. Вой доносился из воздуховода, так что проснувшаяся тварь явно была не в нашей комнате, но легче от этого не становилось. Активировав защитную форму, я встал плечом к плечу с ГорТаном, поигрывающим двуручной палицей и цепко смотрящим на единственный вход в гробницу. Мистический ужас и чувство опасности накатывали волна за волной, но двери оставались неподвижны, и когда я уже решил, что все обошлось, волна магии прошла через мое тело, а в следующую секунду я оказался в крохотном темном помещении. Саркофаге!

Благодаря виденью камня я легко понял, где нахожусь. Уперевшись руками и ногами в крышку, я с силой приподнял ее на несколько миллиметров. Это оказалось моим пределом, но я не сдавался, активировав создание либлина камня прямо на крышку. Камню такое обращение не понравилось, но он оказался не зачарован, и вскоре мне удалось создать достаточную щель, чтобы можно было протиснуть пальцы.

Несколько раз сняв и снова активировав каменную форму, я проломил дыру и выбрался наружу, в небольшой зал, уставленный сотнями саркофагов. Они этажами в несколько ярусов стояли вдоль стены. Не мешкая, я вызвал огненного духа, послав его зажигать факелы, а затем бросился к ближайшему из каменных гробов.

— Хима! Клора! Вы где! Отзовитесь! — что есть силы закричал я. Стоило достать меч главы мутантов, вот только порталы не работали. Ни в сокровищницу, ни в подземелье. А значит, и товарищи телепортироваться назад не смогут. Кислорода в саркофагах не было, и сейчас счет шел на секунды. Если я быстро не найду девушек — они умрут.

Не переставая кричать, я зацепился пальцами за крышку и, ломая каменные когти, оттолкнул ее в сторону. Вскрыть ее, находясь снаружи, оказалось куда проще, чем изнутри, но в каменном гробу вместо девушек я обнаружил скорченный, хватающийся за шею скелет.

— Веста! Помогай искать! — выкрикнул я, заставляя фею выбраться из своей скорлупы, куда она спряталась после получения очередного воспоминания.

— О боги… вместо того чтобы бегать и орать, просто послушай внимательнее. За твоими криками не слышно, может, они и подают знаки, — поморщилась фея.

— Тоже верно, а двадцать ушей лучше, чем пара, — согласился я, безжалостно дербаня скелет на косточки для либлинов. — Ищите саркофаги, в которых есть жизнь! Прислушивайтесь! Каменные — ближайшие, кости — средние, огонь — на вас самые дальние гробы. Ищите!

Кивнув, либлины разбежались в разные стороны, а я замер, готовый кинуться к саркофагу в любую секунду. Миг — и я прыгнул к указанному каменюкой гробу. Крышка с трудом отошла в сторону, и хоббитка, закашлявшись, выпрыгнула наружу. Она хрипела, держась за горло и мешая сосредоточиться, но всего через несколько секунд либлин-скелет застучал ребрами, показывая на найденный звук.

— Туда, быстро! — приказал я воровке, и она вонзила в щель кинжал, без жалости ломая лезвие. Вот только, стоило крышке уйти в сторону, как на нас выпрыгнуло нечто мелкое, чешуйчатое и с выпученными дикими глазами. Завизжав, кобольд юркнул в зазор между саркофагами и скрылся в темном коридоре. Я выругался про себя, положив руку на плечо хоббитки.

— Сигнал, — выкрикнула Веста, показывая на машущего огненного духа. Сорок метров мы преодолели за десяток секунд. Не рассуждая, чтобы не тратить драгоценные мгновения, сдвинули крышку.

— Химари! — с облегчением сказал я, наклоняясь к девушке, но радость оказалась преждевременной. Она не дышала. Вынув ее из гроба, я снял с себя защитную форму и, срезав кинжалом воровки ремни с нагрудника, отбросил драгоценную эльфийскую кирасу в сторону. Сердце не билось. — Ей нужно искусственное дыхание.

— Что? — ошалело спросила Клора. — Это такое заклинание?

— Черт. Нет, — скрипнув зубами, выругался я, понимая, что хоббитка понятия не имеет об оказании первой помощи. — Вдохни поглубже, а потом выдохни ей этот воздух в рот! Быстро!

— Что? Хорошо, сейчас. Но это же неудобно, она девушка.

— Быстро! — приказал я, зажимая японке нос. — Сильнее выдыхай!

— Я стараюсь! — возмутилась Клора, но реакция была, грудь девушки чуть приподнялась, и я с силой ритмично надавил несколько раз, заставляя ее выдохнуть, делая непрямой массаж сердца.

— Еще раз! — сказал я, и больше хоббитка ни о чем не спрашивала. На третий раз Химари выдохнула сама и тут же застонала, держась за ребра. — Сработало…

— А-а, как больно, — подвывая, сказала японка. — Ты мне ребра сломал!

— Особо, знаешь, выбора не было. До воскрешения Таном ты могла и не дожить. — сказал я, с облегчением садясь на пол рядом с девушками.

— А еще он меня заставил с тобой целоваться и вдыхать в тебя… — пожаловалась Клора.

— У меня внутри температура под несколько сотен градусов, сожги я ее легкие, стало бы без разницы, от какой причины умереть.

— В следующий раз мы послушаемся черепа, — кашляя, сказала Химари. — Ох, как больно.

— Надо его найти вначале, — уже спокойнее сказал я. — Надеюсь, ему воздух для дыхания не нужен, а то умрет в очередной раз. Я вообще не понимаю, как двухголовому чудищу делать искусственное дыхание. — Повинуясь моему приказу, либлины продолжили поиски. — Нужно постукивать и слушать. Может, ответит.

— Не слишком-то ты о нем беспокоишься, — усмехнулась Веста.

— А чего ему сделается? Он уже мертвый, — пожал я плечами. — Лучше давайте разбираться, где мы оказались, и какого черта вместе с нами был кобольд.

— Нас засосало в это подземелье, — мрачно сообщила Веста. — Вместе со всеми, кто оказался рядом. Так что в этих саркофагах могут найтись еще и не такие сюрпризы.

— Значит, будем готовы к сопротивлению, — сказал я, поднимаясь. — Если не отзовется сам, будем вскрывать все подряд. Только держите оружие наготове.

Позволив Химари немного прийти в себя, я продолжил обследование саркофагов. Любой, из которого слышался хоть какой-то звук, мы вскрывали, и вскоре хоббитка выбилась из сил. К счастью, мне и каменным либлинам отдых был не нужен, так что вчетвером мы довольно легко вскрывали гробы, часть из которых оказалась пуста. Встречались и скелеты, и высушенные до состояния воблы мумии.

В одном из саркофагов обнаружилась умертвия, подконтрольная Тану. Эльфийка спокойно сложила руки на груди и будто спала, выглядя крайне спокойно и даже умиротворенно. Будто оказалась на своем месте. Хотя, учитывая, что ее не так давно убили, раздавив между двумя булыжниками, так оно и было.

— Подъем, — потряс я женщину за плечо. — Твой хозяин пропал.

— Х-хорош-шо, — прошипела эльфийка, не собираясь подниматься, и я был вынужден достать ее из гроба насильно, уронив каменное ложе на пол со второго яруса. — Ш-што?

— Хозяина своего ищи! Векна Джери Морте Тана что-то там, — приказал я, и умертвия нехотя поплелась вдоль коридора. В самом дальнем углу нашлось несколько здоровых саркофагов. Из одного доносились ритмичные удары, и я вместе с либлинами и умертвиями вскрыл крышку, не веря уставившись на огра без штанов, лежащего на мумии. — Что это ты тут делаешь?

— Не спрашивай… — попросил Гор, отворачиваясь. — Мне пришлось в этом участвовать…

— О боги! Отвратительно! — отвернулась Веста.

— Фу, — скривилась Клора, отходя в сторону.

— Тебе крышку обратно закрыть? — спросил я участливо.

— Нет. Не нужно. Весь настрой сбил, — обиженно сказал Тан, натягивая штаны. — Чего вы приперлись? Крышку мы сами открыть не могли, надо же было чем-то заняться!

— Ты и не пытался, найдя занятие поинтереснее, — покачал головой Гор.

— Ладно, потом препираться будете, — сказал я, наконец успокаиваясь. — Порталы не работают, связи с подземельем нет. У нас двадцать три с половиной часа на то, чтобы выбраться из этого могильника.

— Почему так точно? — удивился лич.

— Надо, — сказал я, глядя на обратный отсчет, тикающий в интерфейсе.

«Связь с подземельем прервана.

Энергии на поддержание жизни хватит на 23:27:49…48»

«Единение с планом огня 1038 из 5000.

Получен новый уровень единения с планом огня.

Единение со всеми планами достигло второго уровня!

Выберите постоянный бонус».

Глава 12

«Единение с планом огня 1038 из 5000.

Получен новый уровень единения с планом огня.

Получен бонус единения — проводник тепла. Позволяет использовать магию либлинов огня без вызова в материальный мир».

«Единение со всеми планами достигло второго уровня!

Внимание! Выбор изменить будет нельзя! Возможно выбрать углубленное единение или другой аспект после приобретения 3-го уровня единения или 2-х уровней новых аспектов.

Выберите постоянный бонус:

Лава — единение камня и огня. Создание и приручение лавовых элементалей, усиление защитной формы, значительное сопротивление к магическому пламени, обучение либлинов огня и камня магии первого уровня. Скрытная форма становится недоступной.

Погребальный костер — единение огня и смерти. Создание и приручение скелетов-магов со стихией огня, усиление атакующей формы, сопротивление к магии смерти и огня, обучение либлинов огня и смерти магии первого уровня. Защитная форма становится недоступной.

Склеп — единение камня и смерти. Создание и приручение костяных и глиняных големов, усиление скрытной формы, значительное сопротивление к магии смерти, обучение либлинов смерти и камня магии первого уровня. Атакующая форма становится недоступной».

— О чем задумался? — спросила Химари, когда я замер, вчитываясь в предложенные строки. — Так понравилось кладбище, что решил остаться? Или пример нашего некрофила-любителя заставил поменять предпочтения?

— Но-но! — строго сказал лич, подпоясываясь. — Я не любитель. Я профессионал! И вообще, с чего это любовь к девушке одной с вами расы начала порицаться? Я мертв, она тоже…

— А вот тут я не совсем уверена, может, это даже он, — сказала японка, заглянув в саркофаг. — Все так усохло, что и не разберешь.

— Он? — растерянно проговорил Тан, и Гор вновь ударил себя по лицу, закрывая глаза. Да так, что эхо хлопка прокатилось по подземелью.

— Хватит препираться, — сказал я, поморщившись. Все бонусы были очень притягательными. Каждой из форм я пользовался, с разной интенсивностью, но нужно признать, что чаще все же «танковал» в защитной, применяя атакующую только в боях на поверхности и для отвода глаз. К тому же, пока я в Бездне, камень будет меня окружать со всех сторон. А еще я обещал малышам либлинам, что они получат магию, так что первый аспект, безусловно, камень, и «погребальный костер» мы отметаем.

Скрытная форма крайне полезна, она уже не раз спасла мне жизнь, позволяя атаковать из засады, обходить укрепления врагов и проводить разведку. Лишаться такого полезного навыка мне совершенно не хотелось. В то же время я получил «проводник тепла», что позволяло применять огненную магию либлинов, не вызывая их наружу. Вот только прежде нужно их этой магии обучить, усилив, а это возможно при взятии «лавы».

Огневая мощь сейчас или усиление скрытности и получение магии потом, после очередного уровня? Сложный выбор, но не невозможный. Обещания надо выполнять!

«Выбрана первичная специализация — Лава. Защитная форма усилена, добавлен урон от огня 25. Сопротивление магии огня повышено на 30 %, магии воды на 10 %. Восстановление маны увеличено, 5 духи огня, 5 духи камня, 3 духи смерти. Скорости передвижения и атаки в защитной форме увеличены до нормальных.

Усиление либлинов. Огненные либлины — атака искрой заменена на малый огненный шар. Получено заклятье: Огненный шар 1 уровня. Каменные либлины — повышена скорость и гибкость. Получено заклятье: Подземный шип 1 уровня».

Хорошо… Волна тепла пробежала по телу, оседая в каждой клеточке, и давление Бездны совершенно перестало ощущаться. Будто развязали узел из нервов и сосудов, позволяя всему работать именно так, как было предназначено. Невероятная легкость бытия вместе с осознанием своих новых сил и возможностей. Я дернул руку вверх, привыкая к новому ощущению. Тело вело себя как после полноценного сна и разминки. Теперь и в самом деле можно двигаться дальше, не боясь противников. А единственный минус — заметно проступившие огненные вены, которые никаким макияжем не скроешь.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросила Химари, чуть отдвигаясь.

— Жарко? — усмехнулся я, мысленно создавая иконку для быстрого доступа — Огненный шар. В данный момент она оказалась недоступна — либлины парили снаружи, но даже в их внешнем виде проявились изменения. Огненные покраснели, стали контрастными и осязаемыми, в то время как черты каменных сгладились, получив гибкость. Только костяные переглядывались голубыми огоньками-бусинками, ничего в себе не изменив.

— Нет вроде, — сказала японка, но потом несколько секунд раздумывала, прежде чем положить руку мне на плечо. Вопреки моим опасениям, она не отдернула ладонь. — Нет, градусов, может, сорок пять. Горячо, но не обжигающе. И кожа стала такой гладкой.

— Как попа у младенца, — фыркнула Клора, отворачиваясь.

— Это не главное изменение, — улыбнулся я, убирая руку Химари и развоплощая либлинов.

Стоило им вернуться в тело, как иконка огненного шара стала активной. Дальше мне уже все было знакомо: активировать, выбрать направление, поднять ладонь, отпустить. Как с лавовым взрывом, только не требовало всей энергии. Даже на пиктограмме отображалось — 20 маны, без снижения выработки. В три раза меньше, чем у лавового взрыва, а ведь половину расхода брала на себя Веста.

«Огненный шар!» — яркая вспышка пронеслась по коридору катакомб, оставив после себя дымный след, и, ударившись о стену, на несколько недолгих секунд опалила камень. Увы, не появилось ни оплавившейся воронки, ни даже вмятины, как при использовании совместного заклятья. Чуда не произошло, но даже такая магия — куда лучше, чем совсем никакой.

— Ого, — удивленно посмотрела на меня Химари. — Это что было?

— Магия огня и весьма примитивная, — совершенно не впечатленный моим трюком сказал Тан. — Но прогресс уже виден. Работай над собой, занимайся. Возможно, пара курсов начальной огненной магии и единения с планами тебе поможет.

— О боги… Ничего ему не поможет, — ехидно усмехнулась Веста. — Это не его магия, а либлинов. Да, утверждать, что у него нет магии совсем, нельзя. Судя по этой девушке, их род изначально обделен какой-либо силой, но зато легко впитывает в себя любую чужую. Другого уже пожрала бы тьма, разорвала на части, а на ней, смотри, только вьется, будто ручной зверь. Это не отменяет того факта, что тебя еще вполне может пожрать целиком, но то, что у первого попавшегося носителя нет отторжения, уже удивительно.

— Во мне и до этого хватало тьмы, — поморщилась японка, гладя татуировку. — Просто она постоянно сидела внутри, а не снаружи.

— Каждый живет со своей тьмой в душе. Эй! За что? — начавшего наставительно говорить Тана щелкнули по лбу, прерывая философский монолог.

— Слишком очевидно, — пробурчал Гор. — Давайте уже выбираться, раз время ограничено.

— Верно, — кивнул я, заканчивая разминаться, пробуя обновленное тело. — Теперь никакого геройства, первой идет Клора, если ей удалось разглядеть ловушку в постаменте, значит, и остальные увидит. Если я замечу изменения в камне или огне — тоже сообщу.

— Не видела я ничего, просто самая очевидная вещь — ступеньки, если и делать ловушку, то в них, — сказала, смутившись, воровка. — Брат у меня специалистом по замкам и ловушкам был, я больше по тихому шагу и скрытному проникновению. Но попробую.

— Мы на тебя надеемся, — подбодрил я девушку. — А если ты что-то не сможешь обезвредить или активировать — у нас всегда найдутся добровольцы, боль которых я возьму на себя. Согласны?

— Как. Хозяин. Прикажет, — не слишком весело проговорили либлины, и я заметил, что изменения произошли не только в их внешнем виде, но и голосах. Они стали… более индивидуальны? Раньше их было почти не различить, а теперь стало ощущаться, что передо мной две девочки и мальчик. И, судя по тому, как они переглянулись, малыши и сами были очень удивлены переменами.

— Ладно, постараемся обойтись без этого, — кивнул я, понимая их нежелание лезть на убой. — Выдвигаемся. Учитывая, что нас поймали в этом склепе, переместив против воли, неизвестно, что еще умеет противник. Да и вообще, кто враг.

— А в идеале и не узнаем, — проговорила воровка, выходя вперед.

Хоббитка стала двигаться еще тише, почти бесшумно, и при этом быстро, так что я своим полным шагом не наступал ей на пятки. Правда, я сразу нашел, как проявить изобретательность, и вскоре Клора катила перед собой небольшое каменное колесо на связанных длинных костях. Лучшего миноискателя я не придумал, но все вперед: если и есть ловушки, реагирующие на давление, мы их таким образом обезвредим. Так я считал до первого перекрестка.

— А вот и сбежавший лазутчик, — сказал я, глядя на кровавую лепешку. Даже череп мелкого ящера мимикрировал под камбалу.

— Так себе шутки у местного владыки… плоские, — заметил Тан.

— Не знаю, где нажимная пластина, — пожаловалась Клора, осматриваясь. — Что-то же он задел, до того как его расплющило?

— А магического натяжения быть не может? — осторожно спросил я. — На тепло, объем?

— Эм… это как? — ошарашенно спросила воровка.

— Неважно. Это я так, к слову пришлось, — замялся я, понимая, что в этот мир с технологическим подходом лучше не лезть. С другой стороны, а что нам мешает? — Давай проверим. Если валик не работает, попробуем его нагреть и вытолкнуть подальше. Если и так не получится — можно шагать от угла к углу, тогда точно плиты в центре избежим.

— И попадем на плиты по сторонам, — не слишком довольно заметила Веста. — Уже забыл, как эльфы в подземелье вламывались? Они обстоятельно его ломали, шаг за шагом, чтобы не попасть в ловушку. Вероятно, ожидали каких-то таких подлянок от нас. Ничего так не выйдет.

— Ты права. Нужно думать как владелец подземелья, — осенило меня, но фея огня лишь обреченно отмахнулась. — Что бы сделал я, обладай таким набором магии, бесконечным временем для обустройства ловушек и задачей никого не пускать? В первую очередь — поставил бы дублирующие ловушки на концах коридора. Но мы прошли спокойно, значит, с этой стороны никто появиться не должен, это конечная, морг.

Получается, два других коридора ведут внутрь, где опаснее всего, и наружу — там тоже ловушки не будет. Смысл ее ставить «до», когда надо «после»? Я так считаю. Единственная проблема, по ощущениям, мы не только первые в склепе за черт знает сколько времени, но и начинали у его окончания. Получается, если мы выйдем наружу — окажемся посреди четвертого этажа Бездны, не зная направления.

— Хочешь сказать, что нам все же к его центру? — обреченно спросила Химари. — Может, легче плюнуть и найти другую дорогу снаружи?

— Это Бездна, тут опасно, в какую бы сторону вы ни пошли, — самодовольно улыбнулся Тан.

— Да, но в то же время царица грибов показала нам быструю дорогу вниз, — возразил я. — Не факт, что она короче той, по которой прошла группа эльфов с Видящей, но уж точно лучше обычной. Вольные спускались с нулевого на второй уровень больше дух суток, а я управился за полдня. Догнать мы их, может, и не догоним, но, по крайней мере, сократим расстояние. Так что ищем ловушку и двигаем внутрь.

— Ой, не нравится мне это, — вздохнула Клора, но приказ выполнила, закатив каменный кругляш в левый коридор. Несколько секунд… и ничего. Затем в центр, к самому трупу кобольда. И, наконец, в правое ответвление. Воровка вся вытянулась, пытаясь закатить колесико как можно дальше, и ее старания были вознаграждены. — Ай!

Я едва успел схватить девушку за ворот, дернув назад, как с потолка упали частые стальные челюсти из копий. Острия идеально вошли между кирпичной кладкой, с лязгом пронзая импровизированный миноискатель, а затем со скрежетом и глухим металлическим постукиванием начали подниматься наверх, втягиваясь с помощью цепи.

— Очень много времени и бесконечное количество ресурсов, — мрачно проговорил я, разглядывая уползающие шипы. — Они крепятся на решетку, значит, если подставить что-то тяжелое и прочное под центр плиты, можно будет ее остановить. Надо попробовать создать каменный столб, колонну… или притащить один из саркофагов и установить его вертикально — чтобы проще было идти.

— Ага, а еще можно просто не наступать на конкретные плиты, — сказала хоббитка, обломком кости выцарапывая крестик. — Я заметила, на какую глубину нужно опустить квадрат, чтобы он вызвал падение. Она ниже пола, а значит, достаточно вставать сразу на несколько кирпичей, и они не среагируют.

— Другими словами, нам нужны лыжи, — хмыкнул я, вспоминая, видел ли где-то нечто подобное. — Можем взять несколько старых мечей и привязать их к стопам. Тогда давление поровну распределится по всей длине. Идти будет не слишком комфортно, но прогибаться они не должны, особенно, если вставать все время на границы и ногу держать ровно.

— Хорошая идея, я о подобном как-то не подумала, — признала девушка, и вскоре мы уже шли, гремя привязанным к ногам ржавым оружием, которого в достатке нашлось в саркофагах.

— Сразу видно, русский, — недовольно сказала Химари, с трудом волочащая ноги. — У вас там все на лыжах ходят. Вечная зима и снег кругом.

— Ага, а еще с утра мы пьем водку, у каждого по ручному медведю, а в подвале ядерный реактор для общедомовых нужд, — усмехнулся я, вспомнив стереотипы. — Черт.

— Что случилось? — испуганно спросила Химари, оглядываясь по сторонам.

— Нормально все. Просто такую вот ерунду помню, а как выглядят родители, или как ходил в школу, нет. А ведь должен. Не мог же я вообще не ходить в школу?

— Может, и хорошо, что не помнишь, — покачала головой японка. — Магическая амнезия не самое худшее, что могло случиться. Мог вообще оказаться ползающим, пускающим слюни дебилом или годовалым ребенком во взрослом теле.

— Тоже верно. А еще, раз моя душа скрылась где-то на планах, я вполне могу объединить ее обратно, — уверенно сказал я, гремя длинными мечами.

— Эм, ребят, не хочу вас отвлекать, но, кажется, мы набрели на проблемы, — сказала Клора, привлекая наше внимание.

Оторвав взгляд от пола, я увидел стоящих прямо перед нами, метрах в пяти, завернутых в бинты иссушенных зомби. В почерневших глазницах плясали синие огоньки смерти, костлявые руки с длинными кривыми когтями тянулись в нашу сторону. Трупы беззвучно покачивались из стороны в сторону, будто разминаясь. Жадно шевеля челюстями, они топтались на одном месте, будто на привязи.

— Тан, не хочешь попробовать найти общий язык с этими мертвяками? Они вроде куда живее того мужика, к которому ты в саркофаге приставал.

— Это была девушка! Прекрасная, высокая воительница с косой ниже пояса! — возразил лич. — И нет. Они не до конца воскрешены, разума у них совсем немного. Больше големы, чем нежить. Вряд ли нам удастся завязать беседу. А вот тот, кто в состоянии держать на привязи такое войско, вызывает уважение. И с ним, боюсь, нам как раз придется поболтать.

— Прежде до него нужно добраться, — сказал я, осматривая толпу. У мумий при себе было простенькое металлическое оружие, изъеденное ржавчиной и временем. Ни доспехов, ни какой-либо защиты. Даже простеньких нагрудников или кольчуг. — Как думаете, вобла хорошо горит?

— Самое время проверить, — взвилась к потолку Веста, довольная, что ее навыкам наконец нашлось применение. — Выпускай либлинов!

— С удовольствием, — сказал я, активируя призыв огненных духов. Три огонька, отделившихся от пламени феи, начали быстро увеличиваться в размере, и уже через несколько мгновений кострами обрушились на топчущуюся нежить. Высушенная до состояния бумаги плоть и одежда вспыхивали при первом же попадании огненных шаров и с веселым потрескиванием элементали поджигали одного за другим. Те никак не реагировали, продолжая торчать на одном месте и даже не пытаясь отмахнуться от ударов.

— Стойте! — выкрикнула Клора. — Это ловушка! Прямо перед ними на полу еще одна пластина, если они на нее наступят…

Договорить она не успела, нога передней мумии прогорела, и он рухнул на пол, ударившись лбом точно в спусковой механизм.

— На пол!

Глава 13

Рухнув на одно колено, я окаменевшими кулаками поймал со скрежетом опустившиеся копья. ГорТан тоже поймал, только плечом и спиной. Головы он успел прикрыть молотом, а остальное было хоть болезненно, но уже не критично. Девушки шустро легли и теперь быстро отползали к краю ловушки, с лязгом волоча за собой железные лыжи.

— Терпи! — крикнул я рычащему от боли огру, удерживая решетку. — Дождемся, пока она не начнет подниматься, и потом отбежим.

— Не сработает. Пока копья не дойдут до конца, в начальное положение она не вернется, — сказала хоббитка, руша все мои надежды.

— Твою мать… Ладно, значит, придется идти по сложному пути. Либлины, стройтесь у стены, нужно зажать острия, так, чтобы они застряли и не могли опуститься ниже, — приказал я либлинам камня, и те, взобравшись друг на друга, попробовали поднять решетку. Но, несмотря на их силу, ничего не вышло. Они просто шатались, не в состоянии удержать равновесие. — Шип! Используйте ваше новое заклятье на стене!

— Мы. Пока. Не умеем, — растерянно переглянувшись, сказали духи. В этот момент огр неловко повернулся, и решетка опустилась еще на несколько сантиметров, прижав меня к полу. Я зарычал, ища хоть что-то, чем можно подпереть ловушку, но либлины приняли это на свой счет. — Сейчас. Хозяин. Сделаем.

Присев на пол, они приложили ладошки, образовав круг, и сосредоточенно замолчали. Видимого эффекта при этом не появилось. Они даже не шептали, как делала Веста, создавая заклинания. Так прошло несколько длинных секунд, во время которых решетка легче не становилась, а затем из пола чуть в стороне выскочил полуметровый шип.

— О-о-о… — в полном восторге протянули духи камня, наблюдая за упавшим снарядом.

— Отлично, теперь создайте его из стены, там, где решетка, и не так быстро, — торопливо объяснял я свою идею. — Нужно, чтобы он не вылетал, а высунулся на десяток сантиметров. Поняли?

— Поняли. Хозяин Ник. Сделаем, — дружно ответили каменные малыши. Сказать, правда, оказалось куда проще, чем сделать. Иглы то не вылезали, то выстреливали слишком быстро. Ниже нужной высоты, выше… Воодушевленные первым успехом либлины быстро устали, растратив всю ману, и теперь с трудом создавали по одному шипу в пятнадцать-двадцать секунд. Надо отдать им должное, даже тяжело вздыхая, они не оставили попыток, и когда огр в очередной раз взвыл, почти упав на пол, все же смогли остановить решетку.

— Фух. Отлично, — с облегчением сказал я, ослабляя хватку окаменевших, потерявших чувствительность от напряжения пальцев. — Не падает, уже хорошо. Вы молодцы.

— Хозяин. Ник. Доволен? — с надеждой спросили либлины. — Мы. Все. Счастливы! Хозяин. Сдержал. Слово! У нас. Есть. Магия!

— Верно. Но с применением нужно еще потренироваться. Это у меня выходит само собой, из-за филактерии, а вам нужно еще многому научиться, — приободрил я каменных духов, подползая к огру. — Ну как ты?

— Жить не буду, — сквозь зубы сказал Гор. — Что уже естественно. Но очень больно.

— У вас очень посредственный вор, коллега, — заметил Тан, недовольно поджав губу. — Вместо того чтобы сразу найти ловушку и сообщить о ней всем, она взвалила ответственность за ее использование на вас. Это же никуда не годится.

— Поговори мне еще, — отвесил я подзатыльник черепу. — А чего ты от боли не орешь? Явно же больно, с такой раной будь вы живы, уже скончались бы.

— Мертвые могут не чувствовать боль, — наставительно произнес лич. — К тому же я сам не родной для этого тела, вынужденная чувствительность у меня только в черепе, вокруг филактерии. В остальном же это тело хоть и полезно, но не слишком меня связывает. В отличие от соседа, я могу даже уйти гулять, как гулял до этого. Но предпочту оставаться внутри. В коже и мясе — оно как-то спокойнее.

— Урод, теперь я чувствую себя испорченной одеждой, — выругался Гор. — Что там, командир, не томи.

— Копья с крюками, просто так их не вытащить, — нехотя ответил я. — Они пробили всю спину, от плеча до задницы. Так что придется вскрывать, возможно, даже сломать пару ребер.

— Нет! Я протестую! — затравленно оглядываясь, голосил Тан. — После такого издевательства мне никаких ресурсов не хватит, чтобы вернуть тело в изначальное состояние! Оно уже мертвое, заживать само, естественно, не может. Так что мне приходится заклинаниями сращивать раны и бальзамировать ткани. А если вы всю спину мне разрубите, легче будет новое тело найти, чем это отремонтировать.

— Других вариантов я пока не вижу, — сказал я, ощупывая повреждение огра. — Пилы по металлу у меня с собой нет, вытащить вверх копья из-за крюков не выйдет.

— Я таки имею вам предложить. Давайте вы уйдете, найдете инструменты, а потом вернетесь и освободите меня без потери тела, — быстро возразил лич. — Спешка в таком важном деле совершенно ни к чему, а мы, если понадобится, можем ждать здесь почти вечность. Ни еда, ни вода нам уже не нужны. Вы же не бросите друзей в беде?

— Друзей, говоришь? — усмехнулся я, осматривая решетку с кольями.

Конструкция в целом была крайне простая, но эффективная. За счет гигантского веса всего механизма, даже окажись на нашем месте отряд в стальных доспехах и прикрытый сверху щитами, их, скорее всего, раздавило бы. Пробить же несколько досок или тел без крепкой защиты решетки и вовсе никаких проблем не составляло.

Но где сила — там и слабость. Упав неравномерно, на одну сторону, вес всей конструкции для нас с Гором сократился больше чем в два раза. Теперь же за счет торчащих из стены каменных шипов нам и вовсе удалось сломать весь механизм. Чего не случилось бы — падай копья по отдельности. Но, с другой стороны, им могло не хватить разгона или веса, чтобы пробить щит одиноко стоящего воина.

— Нужно закрепить решетку еще плотнее, — сказал я, подбирая с пола один из шипов и снимая защитную форму. — И сделать это по бокам. Девушки, что там у вас?

— Все! — с явным удовлетворением сказала Веста. — Мы всех прикончили!

— Скорее уничтожили, — поправила ее Химари. — Убили их давно. Магия огня отлично сработала, нам осталось только добить ползунов. Они так и не смогли пересечь невидимую границу. Наверное, должны были атаковать только переступивших черту. Так что никаких проблем не возникло.

— Отлично, тогда мне понадобится ваша помощь, — сказал я, заканчивая проверять крепеж на надежность. — Нужно забраться на решетку и посмотреть, как устроено крепление копий. Не могли же отлить такую махину целиком. Их либо ввинчивали, либо клепали. В любом случае у нас будут варианты.

— Сейчас посмотрю! — быстро сказала Клора, чувствовавшая вину за раны огра. Хоббитка в несколько движений взобралась по копьям наверх и подползла к нам. — На что смотреть?

— Там должны быть либо круглые отверстия, либо расплющенные шляпки.

— Эм. Ничего такого тут нет, — через несколько мгновений произнесла воровка. — Просто гладкий металл.

— Не может такого быть, — не веря, сказал я, отполз в сторону и, быстро собрав гору из тел, сам забрался наверх. — Чертова магия… и, как назло, портал не работает. Иначе можно было бы достать оружие и инструменты из подземелья.

— Ну, вы можете выйти с другой стороны, пойти наверх и вернуться со всем необходимым? — с надеждой спросил Гор. — Как правильно заметил лич, время у нас есть.

— Было бы верно, если бы мы тут находились одни. А это далеко не так. Стоит хозяину местного подземелья поймать тебя, даже кости будут ему служить. А уж разумов он вас лишит точно, — возразил я, прикидывая варианты. Первый и самый очевидный — молоток и зубило. Железа в склепе нашлось предостаточно, хоть и не самого лучшего качества. Рука у меня может быть очень тяжелой, если понадобится. Рано или поздно все сработает.

Поместив каменный снаряд между копьями, я попробовал на вращении отодвинуть их друг от друга — железки поддавались, но неохотно. Следующим экспериментом стало покачивание. Я тщательно всматривался в основание крепления, но воровка оказалась права, колья и решетка были одним целым, и простых способов их разделения я придумать не мог. Оставалось только смириться и вручить либлинам инструменты, чтобы работа шла веселее.

— О боги, ну чего тут думать? — спросила Веста, подлетев ко мне почти вплотную. — На кой черт он тебе вообще сдался? Брось этого извращенца, и идем дальше.

— Если бы можно было бросить только извращенца — так, пожалуй, и сделал бы. Но вот Гора оставлять не хочется, — сказал я, глядя мельтешащую перед глазами фею.

— Это дискриминация по видовому признаку! — возмущенно выкрикнул лич. — Я протестую! Вы должны быть выше таких предрассудков. И вообще, бросите меня здесь — я откручу себя с шеи и улечу в одном мне интересном направлении.

— Никого мы бросать не будем, — воодушевленно сказал я, глядя на Весту, севшую рядом на решетку. — Ну-ка отлети в сторону. Как я и думал, хоть немного, но металл ты нагрела. Помнишь, как получилось создать струю пламени во время драки с тремя героями третьего уровня? В городе Железнобородов.

— О боги. Конечно помню, это же недавно было. Я вообще все, что с твоего пробуждения произошло, помню и много того, что не хотела бы вспоминать, тоже, — помрачнев, ответила фея.

— Хорошо. Тогда давай попробуем создать короткую, но горячую струю пламени. Вот прямо крохотную, но очень жаркую и быструю, — сказал я, слезая и активируя атакующую форму. Вспыхнувшее пламя загудело, достав до потолка, и Химари отшатнулась от жара. — Если у средневековых кузнецов получалось без магии, значит, и у нас должно выйти.

— Кому оно нужно, это короткое пламя? — пренебрежительно спросила Веста, но спорить не стала, забравшись в тело. Либлинов огня я тоже вернул, а затем, сцепив ладони в замок, вытянул соединенные указательные пальцы вперед.

С формой хвата пришлось поэкспериментировать, а вот поток пламени фея обеспечила с первых секунд. В конце концов, разведя основания ладоней, чтобы получилась воронка, мне удалось добиться быстрого и равномерного поступления воздуха в магическое горнило. Короткое злое пламя, струей вырывающееся буквально на пару сантиметров из щели между пальцами, вгрызлось в железо, раскаляя только нужную точку.

— Поздравляю, мы изобрели газовую сварку! — гордо сказал я, когда первый из прутьев упал на пол, сверкая в темноте раскаленным срезом. — Теперь можно будет не волноваться о решетках и замках. Металл она режет просто потрясающе.

— А нельзя ее сделать метров трех в длину? Так, чтобы рубить врагов и сжигать их издали? — спросила впечатленная хоббитка.

— Увы, это так не работает, — сказал я, подбираясь к огру. — Наклони головы и прикрой шеи, чтобы за шиворот металл раскаленный не попал.

— Будь ты полноценным магом огня, для тебя не составило бы проблем создать огненный меч, — заметила Веста.

— Да? И как, может он резать металл, как это делает моя сварка? Очень сомневаюсь.

Гордиться было особенно нечем, но и принижать свое достижение я никому не позволю. Сварка в самом деле была крайне далека от идеала. Аргоновая горела в десятки раз жарче, но я пользовался тем, что имел, магией, смешанной с физикой. Узкое крохотное жало огня, быстрый поток воздуха и короткое расстояние сделали свое дело. Через несколько минут я с горем пополам пережег два металлических прута, освобождая огра.

— Наконец, — с облегчением сказал Гор, выползая из-под нависшей ловушки. — А теперь вытащите их из меня!

— Будет больно, — предупредил я, но гигант лишь кивнул, сцепив зубы. Подозвав девушек, я показал им, как доставать колья, а сам приготовился толкать. — Приготовься. Раз, два, тянем!

— Р-рар! — взвыл, скрипя зубами, огр. Усеянные кривыми крюками копья вышли наружу, разбрызгивая ошметки застрявшей плоти и целые потоки бальзамирующей жидкости. — Сдохну. Как есть, еще раз сдохну.

— Ну нет, этого уже не допущу я, — уверенно сказал лич. — Я сумел немного поживиться остатками душ после окончательной гибели мумий-привратников и готов приложить все усилия для возвращения своему костюмчику товарного вида. А то как же я предстану перед другими личами? Одним черепом летать — все равно что голым, совершенно не годится. Отойдите в сторону и не мешайте.

— Хорошо. — Если честно, вся ситуация и постоянное использование атакующей формы с огненным заклятьем совершенно меня вымотали. Силы быстро возвращались, но недостаточно, чтобы вскочить и действовать прямо сейчас. — Клора, как ты? Сможешь обследовать ближайший коридор на предмет ловушек?

— Да, я уже подкрепилась, — ответила присевшая в стороне девушка, запихивая в рот последний кусок вяленого мяса, оставшегося еще с захвата города дварфов.

— Хорошо. Но вначале давай предусмотрим, что можем придумать… — сказал я, подзывая ее к себе.

— Ты уверен, что это хорошая идея? — спросила Химари через несколько минут, потраченных на подготовку. — Она так вообще ходить сможет?

— Нормально, — хмыкнул я, осмотрев результат своих трудов.

Лыжи из мечей — от нажатия пластин на полу. Шипы для того, чтобы обнаруживать невидимые преграды. Смоченные водой куски ткани по сторонам, чтобы спастись от возможных потоков пламени. Ну и, конечно, главное — толстая веревка, идущая от пояса, чтобы всегда можно было вытащить Клору из ямы или других непредусмотренных неприятностей.

— Можно еще колонну с собой от падения чего-то сверху и теплую одежду от заморозок, — прикидывая варианты, сказал я. — Можно вообще превратить ее в тумбочку на колесиках, но это вне моей власти. Нам же не нужно, чтобы она быстро передвигалась, достаточно, чтобы вернулась обратно целой и обезвредила все встречающиеся на пути ловушки.

— Ладно… я пошла, — не слишком весело сказала хоббитка, медленно ковыляя по полу.

— Да тебе просто нравится над ней издеваться, — скептически взглянув вслед Клоре, сказала японка. — Я, конечно, не против, но за что ты с ней так?

— Исключительно из добрых побуждений. Вместо осуждения лучше возьми веревку и подстрахуй нашу естествоиспытательницу, — сказал я, протягивая Химари трос.

Скепсис японки был развеян всего через несколько минут, когда воровка с жутким криком провалилась под землю, активировав переворачивающуюся плиту. Благодаря страховке, она отделалась легким испугом и, выбравшись наружу, отметила опасный участок. Вскоре пригодились и шипы, хоть и не так, как я планировал, в стене открылось небольшое окошко, и в Клору плюнуло склизкой жижей, к тому же оказавшейся живой. К счастью, монстр застрял в шипах, не дотянувшись до самой девушки, и был безжалостно скинут в ранее найденную яму.

Дальше дело пошло веселее. Может, сказалось давление Бездны, улучшающее концентрацию и рост способностей до предела. Может, сама девушка нашла закономерность, но в течение часа она прошла целых сорок метров коридора, обезвреживая одну смертельную ловушку за другой.

Изобретательность строителей подземелья не знала пределов. Нажимные плиты, прессы, дротики и копья, лужи с горючим и кислотой, ямы, качающиеся топоры, мелкие монстры — все было грамотно расставлено в самых нетривиальных местах и до сих пор работало. Хотя явно создавалось в прошлом тысячелетии, а то и раньше. Но поверившая в себя воровка под конец щелкала их как орешки, разгадывая одну за другой.

— Не радуйся раньше времени! — прикрикнул я на хоббитку. — Они могли специально сделать ловушки проще, чтобы усыпить твою бдительность, а самую неочевидную и опасную оставить на конец.

— Да какие тут уже ловушки? — презрительно ответила Клора, шарахая камнем на веревке по совершенно обычному участку пола. Вот только стоило ей с третьего раза попасть, как две стены в том месте сжались, кроша камень в труху. — Проще простого!

— Угу… до тех пор, пока ты что-то не пропустишь! Будь внимательнее, — прикрикнул я на девушку, и она замерла, вглядываясь в темноту коридора. — Вот, молодец. Не надо недооценивать хранителей подземелья, они могут такой сюрприз придумать… эй, ты чего?

— ТАКОЙ? — выкрикнула воровка, скидывая с себя все мои изобретения и бросаясь обратно.

За ее спиной появилась огромная, подпирающая потолок головой фигура с длинными лапами, украшенными острыми когтями. Выругавшись, я послал в нее огненный шар, но лишь осветил подступающего монстра.

— Тан, что это за дрянь такая?

— Что еще? — недовольно поднял голову лич, а через секунду уже стоял на ногах. — Смываемся! Это страж подземелья! Нам его не победить!

Глава 14

Я хотел было сказать, что и не таких побеждали, но в этот момент тварь прыгнула на десяток метров, оставив на каменном полу глубокие следы от когтей. Весь энтузиазм мгновенно испарился, и я, подхватив Химари, помог ей взобраться на решетку, а затем уже девушка, схватив меня за руку, вытянула наверх.

Обычно неповоротливый здоровяк ГорТан забросил молот и влез сам, без посторонней помощи, да с такой скоростью, что никаких сомнений не оставалось: опасность и в самом деле нешуточная. Улепетывающую хоббитку мы схватили вместе с японкой на бегу, одним махом закинув на решетку, и уже все вместе припустили от жуткой твари, подбирающейся все ближе.

— Быстрее! — в страхе оглядываясь, закричал Тан. — Страж уже рядом!

— Не самое удобное дело по решетке бежать, знаешь?! — крикнула ему в ответ Клора.

— Двигайте молча, — сказал я, доставая из сумки подготовленные каменные снежки. Напитать магией, кинуть. Не дожидаясь взрыва, повторить. Громкие хлопки эхом отражались от стен, заставив тварь на секунду попятиться, закрыв череп непропорционально большой рукой, и в свете вспышек мне удалось лучше разглядеть преследователя.

Больше всего он напоминал Сфинкса — человеческая голова, а точнее, череп с облепившей его усохшей кожей и короткая шея были будто вставлены в тело зверя. Каждая из конечностей достигала двух метров в длину и подошла бы больше саблезубому тигру или другому подобному хищнику. А уж когти на человекоподобных ладонях с длинными пальцами и вовсе были на зависть любой сабле. Учитывая, что они резали камень как масло — оказаться в них мне в любой форме совершенно не улыбалось.

— Шипы! Убрать крепеж! — приказал я либлинам, вызывая их прямо из потолка. С грохотом рухнув на железную сетку, они понимающе бросились в стороны, а костяные либлины, собравшие пазл собственных тел, ринулись навстречу чудовищу, чтобы выиграть хотя бы несколько мгновений. В следующую секунду боль прошла зудом уже по моим костям. Одного ловкого удара лапы хватило, чтобы превратить костяных либлинов в труху.

Последнюю гранату монстр просто поймал в воздухе и сжал в когтях, разрушая до детонации. Но это движение он проделал вместе прыжком почти до самой решетки, так что я сумел разглядеть посеченную осколками морду. Здоровенный острый камень, торчащий в голубом глазу твари, не вызывал у нее никакого дискомфорта. Даже думать о том, чтобы сразиться с подобным монстром врукопашную, было глупо, но я хотел выиграть несколько драгоценных секунд.

«Шар!» — я мысленно активировал заклятье, ударившее прямо в морду твари, отгородившейся лапой, а затем послал вперед либлинов огня, обстреливающих чудовище с разных сторон. Если бы тварь была тупой, она погналась за сверкающими духами в попытках их прикончить, но вместо этого мумифицированный сфинкс лишь растянул высохшие губы в улыбке и прыгнул прямо на меня.

Едва увернувшись от непомерно длинных когтей монстра, я отступил, и его лапа провалилась в вырезанный участок решетки. Обдирая застарелую кожу и не обращая внимания на горящие бинты, мумия выдернула конечность и с ревом, пробирающим до глубины души, когтями распорола пространство между нами.

Меня спасла только одна из цепей, на которых крепилась ловушка. Толстые металлические звенья с необычной легкостью разлетелись, словно нашинкованные грибы, а затем решетка рухнула вниз, всей поверхностью опускаясь на пол. Наверху что-то удовлетворенно щелкнуло, и оставшиеся цепи начали подниматься, совершенно не замечая мой или противника вес.

— Шипами его! — крикнул я либлинам, оставшимся под решеткой. — Пригвоздите его шипами так, чтобы монстр не дергался.

Малыши не стали рассуждать, и спустя секунду длинный каменный шип ударил врага сверху. Мгновение мне даже казалось, что у них получилось, но затем стрела прошла насквозь между ребрами, не нанеся никакого урона. Чудище посмотрело на свою грудь, а затем усмехнулось, показав длинные клыки, и бросилось вперед.

Я едва успел упасть, чтобы не оказаться порезанным в лапшу острыми когтями, и откатиться, разминувшись с очередным выпадом. Думать было некогда, и, вернув либлинов, я вновь активировал их появление в паре метров дальше, сам бросаясь туда же. Сфинкс догнал меня в один прыжок, но, когда уже собирался отчекрыжить мою безмозглую голову, на него обрушились сразу трое каменных элементалей.

Какими бы прочными ни были зачарованные кости скелета, им нехило досталось. Схватившись за ребра, либлинги начали раздирать сфинкса изнутри, и я вновь поверил в спасение. Хорошо хоть не затормозил, чтобы проверить, выйдет или нет. Чудище замерло, выгнуло спину, а затем выдохнуло, выплевывая каменных малышей со скоростью хорошей пушки. Я увернулся и даже смог поймать одного из духов, используя силу инерции, отправив его обратно по широкой дуге. Либлин попал прямо на морду твари и уцепился за пустые глазницы.

Такого издевательства сфинкс не перенес и ударил сам себя по морде, разрубая либлина на куски. Боль, испытанная малышом, досталась мне, и я даже споткнулся, когда перехватило дыхание. Стараясь держаться так, чтобы между мной с монстром оставались преграды и цепи, я петлял как заяц, не позволяя себя прикончить. Сфинкс же особенно дороги не разбирал, разрывая путы и ломясь напрямик. В результате расстояние опасно сокращалось, однако главным было то, что под достаточным весом, лишившись половины опор, ловушка опасно накренилась, почти перекрывая путь до потолка.

— Держите край! — крикнул я, ускоряясь. — Повисните на нем!

— Давай быстрее! — ответила Химари, сумевшая прийти в себя. Одна за другой с ее тетивы слетали стрелы, и хотя большинство ушло в молоко, несколькими точными выстрелами она сумела поразить чудище в глаза, что, впрочем, нисколько не повлияло на его самочувствие, лишь немного замедлив. Еще пара ударов когтей позади, и зазор наверху остался совсем крошечный.

Последним рывком я выпрыгнул наружу, рухнув на пол, и товарищи, не сговариваясь, отпустили решетку, с лязгом закрывшую проход.

— Шипы! На удержание! — приказал я либлинам, едва поднявшись.

Сфинкс подскочил к краю, но каменные духи успели вовремя, заблокировав край решетки каменным стопером. Со всего размаха страж ударился мордой о потолок и отлетел назад, обиженно взвыв.

— Фух… все, — с облегчением сказал я, удостоверившись, что решетка никуда не денется. — Теперь он на той стороне, а мы на этой.

— Это страж, так что я бы так не спешил, — покачал головой Тан. — Эти твари пусть и не хранители подземелий и строить их не умеют, но как защитники идеальны и очень мощны. Он совершенно не чувствителен к колющему и режущему урону, а единственное, что может хоть как-то ему навредить, это дробящие удары.

— Дробящие, говоришь? — сказал я, оглядываясь на недалекий перекресток, в центре которого валялось раздавленное тело. — Может, это не так и плохо. Попробуем!

— Что ты задумал? — спросил Тан, смотря туда же, куда и я. — Нет. Ну нет. Только не говорите, что вы собираетесь попробовать затащить стража в ловушку подземелья. Эти твари созданы, чтобы подземелья охранять. Как дипломированный некромант, архилич и бывший владелец целого подземелья плана смерти говорю вам — ничего не выйдет!

— Это мы еще посмотрим, а пока давайте перебираться на другую сторону, — сказал я, всматриваясь в монстра. Чудовище немного поуспокоилось и даже прилегло, словно гигантская кошка, высматривающая добычу. Монстр наблюдал за мной и командой, не пытаясь пробиться через решетку, и увидевшая это хоббитка осмелела, подходя ближе.

— Ну что, дохлая морда, будешь теперь вечность за решеткой сидеть, как скот на фермах, — довольно сказала девушка, уперев руки в бока.

— Я бы на твоем месте не стал так с ним обращаться, — сказал я, покачав головой. — Пусть оно и не разговаривает, это могущественный защитник. Черт знает, сколько сотен лет он охраняет это подземелье, набитое телами прошлых хозяев.

— Ой, да какая разница? — отмахнулась воровка. — Смотри на этого тощего кота, он же совершенно ничего не может сделать!

В ответ на это сфинкс гордо поднялся, чуть отошел назад и демонстративно положил когти на одну из последних удерживающих механизм цепей.

— Не-не-не… ты чего удумал? — пробормотала хоббитка, отступая, и сфинкс двумя пальцами, словно ножницами, перекусил цепочку. Край решетки вздрогнул, разом опускаясь на десяток сантиметров. С тем же надменным видом сфинкс отвел руку и взялся за звенья второй решетки. — Валим!

— Дошло наконец, что не нужно дразнить стражей? — спросил ГорТан, уже перебравшийся через угол и находящийся в относительной безопасности за пределами ловушки. Химари уже была рядом с ним, натягивая тетиву, и мне ничего не оставалось, кроме как схватить воровку за пояс и шиворот, а затем закинуть ее сразу на противоположную сторону.

Одна за другой со звоном лопались цепи, и край решетки уже опустился на полметра, когда я перебрался на противоположную сторону от падающей плиты и, активировав защитную форму, приготовился встречать противника. Если мне удастся выдержать первый натиск и отбросить сфинкса под пресс, я смогу его уничтожить.

Давать мне такую возможность он, естественно, не собирался, но я уже вызвал всех либлинов, даже костяных, которым пришлось составляющие части брать из стоящих поодаль саркофагов. Девять духов стояли на самой границе, готовые броситься под ноги монстра. Но ожидая, что тварь будет пролезать через щель, выиграв нам еще немного времени, я глубоко ошибался.

Последняя цепь лопнула, и решетка с грохотом рухнула на пол. Монстр, получивший удобную площадку, с разбегу прыгнул прямо на нас, выставив вперед когти. Он целился прямо мне в голову, собираясь разорвать самого опасного и большого врага на куски. Либлины бросились ему навстречу, заставляя отвести лапы в стороны, но, разметав их, сфинкс все равно мог вцепиться в меня клыками.

Лишь в последнее мгновение я резко отошел в сторону, и прямо в лицо чудища прилетел молот ГорТана. Огр, чуть спрятавшийся за моей спиной, ударил от всей души, даже двух, учитывая, что он держал гранитную кувалду двумя руками. Не ожидавший такой подлости сфинкс даже не успел сообразить, что происходит, когда отлетел почти в самый центр ловушки.

Щелчок, и многотонная каменная плита рухнула ему на голову, размалывая все кости в труху. По крайней мере, мне так казалось, когда я услышал треск, смешанный с воем. Вот только, в отличие от Воровки, радоваться заранее не стал. Тем более что от поверхности пола до плиты оставалось сантиметров тридцать. Но хуже всего то, что расстояние увеличивалось. Заглянув под камень, я увидел яростно горящие синие глаза на свернутой голове и длинные когти, выцарапывающие тело вперед.

— Ух жесть. Т-800 нервно курит в сторонке, — нервно сказал я, присаживаясь у края ловушки. Достать меня отсюда чудовище не могло, но это только вопрос времени. — Веста, что у нас с точностью? Мы можем ему прямо в голову лавой зарядить? А то пока он пациент, который хорошо зафиксирован и в анестезии не нуждается.

— О боги, юмор твой непонятен. Я осознала, что это шутка только потому, что у нас одна душа на двоих, — ответила фея, не собираясь выбираться из сердца. — Можем попробовать. Если постоишь спокойно, сняв формы, возможно, даже два раза используем заклятье.

— Значит, так и сделаем, — сказал я, ложась набок и тщательно прицеливаясь. Сфинкс, не будь дурак, мгновенно понял, что его ждет что-то нехорошее и, заслонив потрескавшийся череп одной лапой, продолжал второй скрестись, подбираясь ближе. — Черт! Не могу прицелиться. Нужен другой вариант!

— О боги! Где я тебе его возьму?! — выругалась Веста, последнее время легко шедшая на конфликт. Чувствовалось что воспоминания дались ей нелегко, но вместе с тем вернули часть сил, которые сейчас мы могли использовать. Два раза — это уже не один. Два раза — это два раза. — Отойдите, может случиться так, что тварь выберется.

— Тогда я буду бить ее молотом по лапе и всему, что покажется, — уверенно сказал Гор. — Не волнуйся, мы с тобой.

— А куда бы вы еще делись с этой подводной лодки? — усмехнулся я. — Клора, пока я тут вожусь — обследуй коридор. Велика вероятность, что нам придется отступать, не хотелось бы делать это по ловушкам и сюрпризам.

— Хорошо. Сделаю, — сказала хоббитка, отходя в сторону. — Химари, подстрахуешь меня?

— Нет, я попробую его достать, — помотала головой девушка, ложась на пол. Уперев плечи лука на ступни, она оттянула тетиву и наложила на нее стрелу. — Можем бить одновременно. Тогда хоть один из снарядов, но попадет.

— Ладно, тогда бей по суставам и наверняка. Заблокируем ему кости, по крайней мере, снизим скорость движения, — решил я, примериваясь. — На счет три!

«Шар!» — огненный всполох ударил по ладони монстра, а стрела — по шее, застряв у основания позвонка. Японка выругалась и наложила следующую.

— На три, — повторила Химари, и я вновь послал огненный шар, не наносивший скелету никакого урона. Уже заждавшаяся Веста выругалась, но мысленно, она уже догадалась, в чем состоит моя хитрость, и когда в третий раз мы начали отсчет, сфинкс уже не воспринимал нас всерьез, опустив лапу и начав быстрее подбираться к краю.

«Лавовый взрыв!» — активировал я заклятье, и перегретый каменный сгусток ударил прямо в морду твари, залепив ее горящей лавой. Чудовище взвыло, пытаясь отвернуться и соскрести быстро остывающий камень с глаз, но давящий сверху булыжник не позволил ему это сделать. С каждой секундой стон стража доносился все тише. Но я уже не верил в его проигрыш и, собрав все силы в кулак, выстрелил еще раз, попав чуть хуже. Зацепил потолок, но оплавившийся камень все равно залил монстру шею и лицо.

«Запас маны достиг нуля! Критически опасное состояние. Подпитка за счет фрагментов души. Требуется срочный отдых. Отдых начат принудительно», — пронеслись одна за другой надписи перед глазами, и я отключился.

— Эй! Ник! Подъем! — растолкала меня Химари.

— Какого… — спросил я, оглядываясь. Тот же коридор, те же лица, только перепуганные. — Что случилось? Монстр выбрался?

— Нет, ничего, — с облегчением произнесла японка, отходя. — Просто… у тебя сердце не билось, и вены потухли. Мы уже подумали, что ты погиб.

— Ага, еще чего, — слабо усмехнулся я, садясь. — Просто поспал. Сколько по времени меня не было?

— Несколько часов. Мы уже успели перекусить и дойти до конца подземелья, в ту сторону, — сказала девушка, показав мне за спину. — Вот только новости не слишком хорошие. Там идти некуда, дорога упирается в завал, и, если разбирать, может несколько недель уйти.

— К счастью, в этом нет нужды. Сделаю ступени с помощью камня, переберемся через блок и спокойно дойдем до центра подземелья, — несколько секунд подумав, ответил я. — Самый страшный монстр нами повержен, зомби и остальная мелочь такой проблемы не составят, можно сказать, что все хорошо. Страж же только один, верно, Тан?

— Может быть и больше, но не в этом случае, — ответил лич. — Вы же понимаете, что обвал не может быть частью нормально действующего подземелья? Оно разрушено, хоть и не покинуто. Если к нам не выйдет сам хозяин, скорее всего, у этого подземелья нет Владыки. Все, что было когда-то настроено и уцелело, работает. А то, что однажды сломалось, может починить только Владыка или действующий по его прямому приказу хранитель. Здесь же…

— Подземелье без Владыки? Тогда почему я не мог влить свою… хотя стоп. Мог. Даже когда мы оказались в подземелье, я с трудом, но мог напитать его часть своей маной. Вот только делаю я это через телепорт, а он отключился, — сказал я, поднимаясь. — Нужно найти сердце подземелья, и тогда я смогу его захватить!

— В этом нет нужды, — донесся до меня глухой голос, идущий будто из камня. Через мгновение плита окончательно рухнула, а затем начала неторопливо подниматься. Мы предусмотрительно отбежали чуть в сторону, но отступать было некуда, так что просто приготовились продать свои жизни подороже. Вот только когда плита поднялась, под ней не оказалось сфинкса, а на противоположной стороне стояло… нечто.

Наверное, можно сказать, что это была женщина, по крайней мере, длинные косы, выбивающиеся из-под бинтов, говорили об этом. А так — черт его разберет, я скелетов по полу не различаю, а тут был именно иссохший скелет.

— Вы сказали, что являетесь владыкой и можете активировать сердце подземелья. Верно? — спросила она, рассматривая свой богато украшенный браслет, болтающийся поверх пожелтевших от времени бинтов. — Если это так, у меня для вас сделка. Вы вольете свою силу, запустите сердце, а взамен мы отпустим вас на волю.

— На пятый уровень? — решил уточнить я.

— Нет, — покачала головой мумия. — На пятый никому лезть не стоит.

— Дайте угадаю, это из-за дракона?

— Все верно. Древний черный дракон поработил не только свой уровень, но и наш, уничтожив Владыку и высосав все его силы. Я была хранительницей подземелья и сумела заморозить сердце, но без его силы мы медленно умираем.

— Хорошо. Я помогу вам. Но при трех условиях, — решился я, увидев за спиной мумии поднимающегося стража. — Вы расскажете все, что знаете о драконе. Отведете нас вниз. И разрешите время от времени оставаться здесь, если мне или моим соратникам понадобится.

— Хм… ладно. — чуть подумав, ответила хранительница. — Идемте, посмотрим, выдержите ли вы пески смерти.

Глава 15

— Когда ты сказала «пески смерти», я подумал, это метафора, — сказал я, глядя на кружащийся вихрь из песка, в котором то и дело проскакивали полупрозрачные лезвия. За плотной завесой едва виднелся знакомый алтарь, выполненный чуть в другом стиле. — Будем вводить незначительные изменения в общую схему работы.

— В этом нет никакой нужды. Просто пройдите, активируйте и можете быть свободны. Если же вы надумаете нарушить наш договор, ваши друзья умрут, — предупредила ходячая мумия, показывая на стоящего за спинами троицы стража-сфинкса, готового крушить и разрывать все когтями.

Усмехнувшись, я активировал защитную форму и шагнул вперед, впитывая каменной броней обрушившийся град из песка. Песчинки, разогнавшиеся до нескольких десятков километров в час, срывали слои брони. Стекла со звоном крошились о каменную броню, а ветер выдавливал меня за границы круга. Зайди в радиус любое живое существо, даже в доспехах, мгновенно погибло бы от забивающегося во все щели песка. Ни вдохнуть, ни пернуть.

Однако стоило мне зайти на несколько метров глубже, приблизившись к сердцу подземелья, как я оказался в оке урагана, где стоял полный штиль. Треугольный алтарь был завален песком, и мне пришлось разгребать его руками, чтобы добраться до основания. И вот тут ждало разочарование… гореть было нечему, совершенно.

— Хорошо. Это мы сейчас исправим, — сказал я, с удовольствием отмечая волну жара, растекшуюся по телу вместе с активацией телепорта. Два сердца подземелья, нулевого и второго уровней, начали накачивать меня силой через план огня, и этого казалось достаточно, чтобы воспламенить сердце на четвертом уровне. Однако стоило мне начать вливать силу в потухшее сердце, как ураган резко усилился, превращаясь в вихрь лезвий.

Метровые стеклянные клинки обрушились на меня со всех сторон, грозя разорвать на куски, а сердце сжалось от близости смерти. Я буквально увидел ее ухмыляющееся лицо — голый улыбающийся череп и длинные цепкие лапы, тянущиеся к моему горлу. Призрак бывшего владыки, все это время охранявший останки подземелья, вырвался на свободу, и у меня нашелся достойный ответ на его приветствие.

Отойдя на шаг, я разбежался и с размаху обрушился плечом на алтарь. За стеной из песка и стекла взвизгнула хранительница, выругалась, уходя от атаки, Химари, поднявшая черный туман, в два голоса начали читать заклятье Гор и Тан. Прыгала, кружась как юла Клора. Все это я успел заметить за долю мгновения, а потом мой утяжеленный каменный ботинок обрушился на череп скелета.

Песчаный кулак ударил меня в спину, окружая чудовище новым телом, но я не собирался давать ему время на формирование, обрушив град ударов на плоскую костяную морду. Песок не выдерживал давления настоящего камня, огненные либлины раскаляли защитные пластины, делая их более вязкими и не позволяя отколоться фрагментам. Вместо этого песок впитывался, усиливая меня с каждой секундой.

Противник быстро это понял, поднимая стеклянные мечи, танцующие в воздухе, и обрушил их на меня со всех сторон. Теперь вязкость брони сыграла со мной уже дурную шутку, но я, обвешанный гирляндой из клинков, все равно сумел добраться до центра, а затем, схватив скелет прошлого владыки за шею, выдернул его из обломков алтаря-могильника.

Рев стража резко оборвался, превратившись в скулеж. Хранительница упала на колени, а я бросил на пол рассыпающийся пылью скелет — все, что осталось от прошлого владыки. Не мешкая, я опустился на одно колено и, вычистив сердце, начал вливать в него всю скопившуюся за день ману из обоих подземелий. С учетом трат на рост и строительство вышло больше тысячи единиц. Я буквально затапливал подземелье энергией огня, камня и смерти, и оно отозвалось на столь щедрый подарок.

В центре алтаря несколько раз булькнуло, будто из рта утопающего выходили последние пузырьки воздуха, а затем вся щедро подаренная масса впиталась без остатка, расходясь в стороны. Секунда, другая — и подземелье приняло своего нового владыку. Костер загорелся искренним, красным пламенем, одарив меня теплом. Одновременно упали последние песчинки и хранительница взвыла в голос.

«Присоединено подземелье: Планы смерти, огня, камня. Подкласс — пустыня.

Вы получили три сердца подземелья!

Вы получили новую способность — реставрация!

Вы получили единовременный бонус от захвата подземелья +500 к единению каждого плана. Камень — 2900. Смерть — 2300. Огонь — 1800.

Доступно новое строительство…»

Удовлетворенно выдохнув, я взглянул на трясущуюся от рыданий хранительницу и стоящих по обеим сторонам от нее товарищей, направивших оружие на мумию. Ураган улегся, больше ничто не мешало, и я вышел наружу.

— Зачем? — вытирая невидимые слезы, спросила мумия. — Ты же собирался идти дальше. Просто спуститься и никого не трогать… ЗАЧЕМ?

— Затем, что ты собиралась выкачать меня досуха, чтобы отдать силы прошлому владыке. Я уже не раз сталкивался с филактериями и без труда распознал очередную из них в алтаре. Ты хотела принести меня в жертву, чтобы возродить его. Слишком очевидный обман. Нет смысла делать подобное с сильной позиции. Ты буквально дарила мне сердце подземелья, стоило только пройти через ловушку, не представляющую для меня опасности. Зачем так стараться? Кем он тебе был, прошлый владыка?

— Моим владыкой… МОИМ! Моим фараоном. Возлюбленным. Мужем, — на выдохе сказала хранительница. — А ты добил его… тварь!

Она дернулась вперед, чтобы своими руками разорвать меня на части или, по крайней мере, попытаться это сделать. Дорогу ей преградил страж, откинувший мумию к стене и вонзивший полуметровые когти возле ее шеи.

— Предатель! — выкрикнула хранительница, пытаясь вырваться из смертельных пут.

— О нет. Он как раз верный слуга подземелья. С первым ударом нового сердца он стал моим слугой, — сказал я, мысленно приказывая стражу отойти и сам перехватывая мумию за горло. — Ты угрожала моим друзьям и мне. Это уже достаточный повод, чтобы умереть. Я понимаю, ты хотела создать видимость власти и контроля. Но глупо угрожать тому, кто владеет аспектом смерти. К тому же в моей команде уже есть один немертвый, добавилось бы еще два — ничего бы принципиально не изменилось. Так что скажи, зачем тебе эта нежизнь?

— Зачем? — ошалело спросила мумия.

— Верно. Зачем? Твой возлюбленный мертв, отправился на план смерти и без посторонней помощи обратно уже не вернется. Если ты его так любишь, может, не стоит и держаться за этот мир? Хочешь, я отправлю тебя следом? Быстро и почти безболезненно. Возможно, вы встретитесь в бесконечной веренице душ. Заодно расскажешь, как ты его своими действиями добила.

— Все должно было получиться не так!

— Этого мы уже не узнаем и не исправим, — сказал я, чуть сжимая каменные пальцы. — Теперь это мое подземелье. По крайней мере, постепенно станет моим. Судя по всему, чем глубже в бездну, тем больше сил нужно для роста подземелья, но ничего страшного, у меня уже второй общий уровень. Так что, можно сказать, шестой. Я с легкостью отстрою новый алтарь взамен старого и усилю его. Но это все не так важно. Зачем тебе жизнь?

— Я не хочу умирать, — глухо ответила мумия, отвернувшись. — Для многих загробная жизнь если и не желанна, то, по крайней мере, имеет смысл. Но не для нас. Мы слишком многое взяли у смерти, чтобы уходить легко. Отдай мне филактерию мужа, все, что осталось, и я уйду.

— Ага… а потом вернешься вместе с армией скелетов, и мне придется оборонять подземелье. Нет. Я сделаю другую глупость. Еще большую. Если он еще там, я попробую воскресить его сам.

— Что? — почти хором сказали мумия, Веста и Тан. Но совершенно с разными интонациями. Бывшая хранительница — не веря, Тан — ошалело, а фея — с ужасом.

— О боги, да ты совсем с ума сошел! Она нас пыталась убить, а ты ей помочь хочешь? — обрушилась на меня с обвинениями Веста. — Как ты можешь даже думать о таком?

— Как хорошо, что я был владыкой всего одного подземелья, вон как у некоторых крышу сносит, даже без создания множества филактерий, — покачал головой Тан.

— Это очень щедрое предложение… но тогда… зачем вам это? — все еще веря своим усохшим ушам, спросила мумия.

— Заткнулись все, — с улыбкой сказал я, демонстративно прихлопнув сердце с феей ладонью. — Хранители, как и стражи, навсегда останутся под управлением Владыки. Но это не самая худшая жизнь. Чем она будет принципиально отличаться от того, что было до моего прихода? Фараон перестанет быть верховным правителем? Нет, он как был, так и останется первым после бога, только бог сменится.

— Хотите, чтобы мы работали на вас? Мы оба? — спросила ошарашенно мумия. — Но что вам с того? Вы же в любое мгновение можете вызвать других хранителей…

— Они не будут так знать подземелье и его ловушки и не станут заботиться об усопших. Я чувствую, что на территории подземелья осталось еще много закатанных в саркофаги мумий, ожидающих воскрешения, — сказал я, отпуская хранительницу. — Вы не просто ждали нового владыку, вы были правителями народа. Так и оставайтесь ими. Я не только готов воскресить твоего мужа, но и сделать его хранителем наравне с тобой. Будете вновь править как фараон и царица, восстановите царство.

— Но что вам с того? — все с меньшей увечностью спросила мумия, уже прикидывая в голове, как похитрее меня обмануть. Ее нельзя обвинять в желании жить лучше. Или не жить? Тут вопрос спорный. И у меня был отличный ответ на все ее переживания.

— Ничего, кроме силы. Моя филактерия уже поддерживается тремя сердцами подземелья. Даже разрушь вы одно — я останусь жив и невредим. Два? Без разницы, все равно смогу вернуться за вашими душами. Три? Что ж, я посмотрю на тех, кто сможет пройти мимо ложного моря на поверхность и осадить крепость распорядителя. У вас нет против меня ни единого шанса, но вы, конечно, можете попытаться… и тогда точно умрете.

— Что мы должны будем делать? — посерьезнев, спросила мумия.

— Править своим народом, — улыбнулся я. — И восстанавливать подземелье, пополняя мои запасы маны и заклятий. Что лучше, сражаться без возможности победить или править почти безгранично, имея сильного союзника?

— Я согласна вам служить… и готова принести клятву верности, — твердо сказала жена фараона. — Уверена, мой супруг решит так же.

— У него уже выхода не будет, — усмехнулся я, подходя к пылающему сердцу и открывая портал через план огня.

— Хозяин, поздравляю вас с приобретением еще одного подземелья, — поклонилась лавовая девушка, только ступив на обретенную землю. Образ ее стал еще более четким, можно даже сказать, вызывающим, и теперь представить, что она в одежде, было почти невозможно. Пора забирать заказы у портного, а то и до греха недалеко. А у меня служебное положение. — Никогда не сомневалась в ваших способностях и была уверена, что вы справитесь с такой мелочью, как захват чужого сердца, без проблем.

— Спасибо, главное, не переборщи с похвалой, — усмехнулся я, жестом подзывая мумию. — Твоя новая подопечная — бывшая хранительница этого подземелья.

— Вам служит придворный элементаль? — в благоговейном ужасе спросила мумия, упав на колени. — Если бы я только знала…

— Царица Фийская, я о вас слышала, — улыбнулась лавовая девушка. — Не так много правителей смогли избежать объятий смерти, и весь свой народ укрыть от нее. Благодарю вас, хозяин, я с честью приму на себя роль наставницы.

— Хорошо, рад, что с этим не будет проблемы. Осталось решить вопрос с этим камнем, — сказал я, кивая на разломленный алтарь. — Ее супруг тоже должен стать хранителем, по условиям нашей сделки, они оба останутся официальными правителями народа четвертого уровня, мы же будем чем-то иным. Хм… может, войдем в официальный пантеон?

— Не стоит бросать вызов богам, хозяин. По крайней мере, пока, — покачала головой хранительница. — Я могу взять под контроль энергию огня и даже камня, но не смерти. Не в моей власти воскресить ее мужа.

— Как хорошо, что у нас есть превосходный специалист по воскрешениям, — улыбнулся я, поворачиваясь к Тану. — Верно?

— А что я-то опять? Вы таки серьезно думаете, что мне больше нечего делать, кроме как воскрешать всех подряд? — закатил глаза лич. — Душа, знаете ли, не такая грубая материя, чтобы ее, как картошку, из мешка в мешок кидать. Тем более филактерия повреждена, мало ли что пойдет не так? Может, лучше я ее заберу и утешу вдовушку?

— Я тебя за ухо буду кусать, пока не одумаешься, — пригрозил Гор и немедленно выполнил задуманное, схватив вторую голову.

— Эй! Фу! — выкрикнул Тан, пытаясь отодвинуться, что оказалось почти невозможным, ведь они были на одних плечах, а руки подчинялись обоим и сцепились в мертвом захвате. — Это нечестно! Вначале меня заставили — силком, прошу заметить, — занять место в этом теле. Затем вместо спокойствия в склепе вытащили непонятно куда. А теперь вообще просят воскрешать фараона, который был верховным жрецом богов смерти! Вы таки не думаете, что это перебор?

— Я готова служить вам… хозяин. Но только если вы поможете моему мужу, — твердо сказала мумия.

— Хранительница, ты сможешь контролировать ее? — прямо спросил я, и лавовая девушка, чуть подумав, кивнула. — Хорошо. Тан, я понимаю твое возмущение, но все, о чем ты сказал, последствия твоего выбора. Ты хотел не умереть, и я предоставил такую возможность. Теперь такую же даю новым служителям. А ты… сам подумай, поможешь верховному жрецу смерти, фараону четвертого уровня, одному из хранителей подземелья? Неужели ты не хочешь иметь в друзьях и должниках такую могущественную пару? Да еще и бессмертную.

— Иногда вы говорите-таки разумные вещи, — признал череп. — К тому же, что наша жизнь, как не череда смертей? По крайней мере, с философской точки зрения. Я бы, к примеру, рассмотрел смерти близких, друзей…

— Предпочту смерти врагов, — перебил я его. — Помогите мне вынести все куски старого алтаря, в которых содержится душа фараона. Нечего им делать возле моего сердца.

— Весьма разумно, хозяин, — с улыбкой заметила лавовая девушка.

Через несколько часов, во время которых мы занимались подготовкой и возведением необходимых укреплений, Тан закончил создание пентаграммы. Гор, идиотом совсем не бывший, тщательно запоминал все плетения и даже помогал читать некоторые заклятья. На его черепе тоже начали проступать светящиеся круги, но пока куда меньше, чем на второй голове.

Обе души правителей привязали к этому самому старому алтарю, сделав из него подобие статуи. А снизу я для надежности прицепил мощнейшую огненную ловушку, способную при одной команде разнести филактерию в труху. Правда, объяснять этого не стал, но мне на душе так было спокойнее.

— Владыка, — безэмоционально, сухо и по-деловому сказал восставший в виде мумии фараон, поклонившись. — Покуда вы живы, мы будем служить вам верой и правдой.

— Я уже не особенно жив, но посыл ваш понял, и он меня полностью устраивает, — усмехнулся я, кивнув в ответ. — Мои владения в вашем распоряжении. Правьте как считаете нужным. Я не стану вмешиваться, кроме самых крайних случаев. А моя хранительница проследит, чтобы таковых не возникло.

— Вы очень щедры, Владыка, — не выпрямляясь, сказал фараон. — И мы надеемся, что ваши дни продлятся долго. Скажите, чего вы хотите от нас?

— Выпрямись. Я уже говорил. Развивайте подземелье, занимайтесь охраной, собирайте ману. Она мне понадобится, — сказал я, отмечая, что второе улучшение алтаря возведено на всех уровнях подземелья. — А еще мне нужно знать, почему ты сам оказался в столь непотребном виде. Стал тенью, которая не в состоянии даже управлять подземельем.

— Черный дракон Дираднак. Самопровозглашенный владыка Бездны, отец выводков и правитель уровней с пятого по седьмой, — ответил фараон, поморщившись как от зубной боли. — Один из его сыновей, молодой, но уже жадный дракон Эвдиднак, воевода армий кобольдов, посчитал, что его территории на пятом уровне слишком малы, и решил расширить их, посылая свои войска на четвертый. Мы сопротивлялись много лет, устраивая завалы, уничтожая и подчиняя своей воле кобольдов. Но затем молодой дракон заключил соглашение с героями, те пришли и уничтожили корни нашего подземелья.

— Как давно это было?

— Больше тысячи лет назад, — ответила царица Фийская. — Четверо могучих героев, что решили спуститься и открыть дорогу остальным. Я до сих пор помню их проклятые имена. Малфегат, Келохир, Вигнисанк и Кламен. А недавно, меньше пяти дней назад, их грязные последователи прошли мимо наших владений снова.

— Потрясающе. Поздравляю вас, — улыбнулся я, вытянув почерневшие губы в усмешке. — Теперь у нас не только одно подземелье, но и один враг. Я охочусь за их головами. Уверен, вам будет приятно им отомстить за такое унижение и то жуткое положение, в котором вы оказались.

— Нам пришлось поддерживать свои души за счет собственного народа, покоящегося в саркофагах, — сверкнув глазами, сказал фараон. — Чем мы можем помочь?

— Для начала открыть двери в сокровищницу, если таковая есть, и найти мне что-нибудь подходящее. А потом помочь спуститься на пятый уровень как можно скорее. Я должен догнать группу.

Глава 16

Хорошо, когда тебе помогают. Приятно, когда добровольно. И просто великолепно — когда эффективно.

Да, сокровищница ожидаемо оказалась почти пустой, все же артефакты с магической привязкой в первую очередь питались маной, и именно из них царица выкачала все силы, прежде чем начать пожирать души собственных подчиненных. Что, конечно, давало ей небольшое моральное оправдание, но недостаточное. Так что она как была, так и осталась в моих глазах нежитью, готовой к списанию.

И все же один маленький камушек в ней нашелся. Ма-аленький такой. Размером с мою голову. Недолго думая, я пристроил его вместо рюкзака и обзавелся дополнительным хранилищем маны на сорок с лишним единиц. Первая мысль была — заливать туда свою ману, но поднять собственный запас шестидесяти маны до ста показалось не так заманчиво, как постоянно иметь под рукой кровь подземелья, которую я мог вылить в крайнем случае прямо на землю, мгновенно создав область, в которой будет действовать и телепорт, и ловушки. Правда, объем хранилища тут же снизился с сорока до четырех, но этого должно было хватить.

Вишенкой на торте стало то, что теперь я мог создать ловушку в одном подземелье, и переместить ее в другое. В пределах Бездны, конечно. Однако сама мысль о том, что я могу спокойно создавать направленные взрывы, подталкивала к более сложным конструкциям. Чего мелочиться, можно было дойти даже до пушек. Правда, одноразовых и стреляющих исключительно каменными снарядами, но раньше о подобном я и мечтать не смел.

Не имея доступа ко всему подземелью, фараон все же сумел провести меня обходными путями вниз, вплотную к пятому уровню. Пришлось разобрать пару завалов, но даже так, по самым скромным подсчетам, мы выиграли три дня пути. Выйдя к небольшому посту кобольдов, мы незаметно вырезали охрану, трех скучающих полуметровых крокодилов.

Вернее, сделали это Клора и Химари, а я старался стоять за углом и не сильно светиться. В прямом смысле. После взятия специализации «Лава» скрытность моя в любой форме приобрела отрицательные значения. Даже одеждой уменьшить свечение вен было почти нереально. Ну и горящие волосы несколько демаскировали.

— Мы вернемся в подземелье, владыка, — чуть поклонился фараон. — Постарайтесь не умереть до того, как мы возвратим ему силу.

— Вот ты как заговорил, — хмыкнул я. — Ничего, я вообще умирать не собираюсь.

— А если придется — воскреснешь на ближайшем сердце подземелья, — согласилась Веста. — Вот только станешь обычным владыкой подземелий… хотя о чем я? У тебя уже три сердца, обычным ты точно не будешь.

— Ладно. Удачи вам, цари Фийские. Завтра будет новый день, — сказал я, закончив прощание принятой у рабов кольца фразой, ставшей девизом и для меня. — Постарайтесь его не потерять и получить все выгоды от союза.

— Не беспокойтесь, покуда вы живы — мы будем вам исправно служить, — поклонилась на прощание мумия. Все же они оба не были полноценными хранителями, скорее получившими новые должности монстрами, чем предназначенными для этой роли существами. Правда, из этого вытекал один из их ярко выраженных плюсов — они могли существовать не только на территории подземелья, хоть и недолго. Расплачивались они за такие преференции значительно уступающей силой и отсутствием прямого доступа к изменениям в подземелье. Но это уже их проблемы.

— Бездна снова изменилась, — заметила Химари, вглядываясь в своды пещеры, на которых плясали тени. — Синяя, голубоватая, серая, фиолетовая, желтая, а теперь вот красная.

— Бездна меняется вместе со своими смотрителями, — заметил Тан, с увлечением разделывающий кобольдов. — Конечно, стать совсем уж чуждым владыкой для уровня почти невозможно, но немного изменить баланс, сдвинув его в нужную сторону, вполне реально. Все же какие потрясающие рептилии! У них полый, как у птиц, скелет, но при этом прочная шкура, восхитительно! Надо обязательно обзавестись парой таких питомцев. Мертвых, естественно.

— Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не мешало, — хмыкнул я, осматриваясь. — Нам вниз, и это туда. Единственная проблема — короткого пути мы не знаем. В следующий раз придется брать противников живьем, чтобы разговорить.

— Зачем себе так усложнять жизнь? — удивленно взглянул на меня Тан. — Сейчас воскрешу их, привяжу души, и можно будет спрашивать. Мертвые не врут, и пытать их не нужно.

— Единственная сложность в том, что ты единственный, кто язык скелетов понимает, — усмехнулся я, понимая, что в данном вопросе придется положиться на лича. — Хорошо. Сколько времени тебе понадобится на то, чтобы закончить ритуал и вызнать информацию?

— Час, может, два, — пожал плечами огр.

— Ладно, занимайся. Клора, проведи разведку, выясни, есть ли поблизости другие посты, но пока не нападай. Химари, присмотри за нашим некромантом, чтобы его не отвлекали.

— Без проблем, — ответила японка, поглаживая татуировку на своем плече. Мне показалось, что та, как кошка, изгибается, стараясь подставить большую часть нарисованной спины. Девушка сроднилась с тьмой, полностью перешедшей из фолианта в ее тело, и это перестало быть проблемой, по крайней мере, на ближайшее время.

Активировав создание форта, я захватил участок пещеры. Никакого сопротивления при этом не было, а значит, либо мы еще не зашли на территорию противника, либо… на этом мысль останавливалась. Одно точно — пока нам ничего не угрожает. Пока не наткнемся на патруль или дикую стаю кобольдов, которыми кишат красные пещеры.

— Тавр? — позвал я, едва телепортировавшись на нулевой уровень, естественно, в защитной форме, ведь встретить меня здесь мог кто угодно. — Хэй! Есть кто живой?

— Мы здесь, владыка! — ответил через несколько секунд знакомый голос. Обойдя первые помещения таможни, как назвал про себя этот блокпост, я увидел сидящих в круге рабов, уже бывших, ведь ошейки валялись рядом, но весьма растерянных и смотрящих на меня с опасением.

— Первая партия новых Вольных! — с гордостью сказал здоровенный бык, еще больше раздавшийся в плечах. — Вчера прибыли.

— Вчера? — переспросил я, нахмурившись. Черт, выходит я уже три дня не был на поверхности, это может быть чревато, ведь сообщения я получаю, только находясь на одном плане с подземельем. Но хранительница ни о каких проблемах не говорила, значит, все должно быть нормально. Да и пленная эльфийка вполне могла подохнуть с голода, а это станет фатальной ошибкой. — Все здесь?

— Нет, — погрустнев, сказал Тавр. — Трое решили остаться с хозяевами. Их семьи держат в заложниках. Боюсь, они для нас потеряны. В результате прошла группа из четырех героев. Один, лишившись всех рабов, вернулся на поверхность.

— Плохо. Теперь они начнут готовиться лучше, сменят стратегию, — нахмурился я, глядя на вольных, со страхом всматривающихся в меня. — Настал новый день. Вы свободны. Но в новой реальности никто не будет кормить и поить вас бесплатно. Берите оружие и сражайтесь — добывайте себе еду, добывайте камни маны и возвращайтесь богатыми героями. На поверхности вас встретят. Спросите про Пламенника. Все понятно?

— Да, владыка, — кивнули несколько орков.

— Хорошо. Тавр покажет вам что, где и как. Он сам герой второго уровня и сможет помочь вам стать такими же. Или вернуться обратно свободными, — сказал я и повернулся к лидеру форпоста. — Четверо героев, кто они? Чем вооружены?

— О них уже позаботились, владыка, — улыбнулся Тавр, гордый своей предусмотрительностью. — Ведьма сказала, что вам не понравится, если герои дойдут до подземелья, и мы перехватили их на входе в первый уровень Бездны. Сражались с ними только новички, так что все было по-честному. Ну, почти, — он несколько замялся. — Я немного помог.

— Понятно. В следующий раз герои будут готовы лучше. В каждый следующий раз! Поэтому, чтобы новый день наступил, ты и твои товарищи тоже должны становиться лучше. Как Мюриэль оказалась здесь, чтобы снять заклятья?

— Гном, владыка. Один из героев. Она что-то с ним сделал, так что сейчас коротышка от нее не отходит, — ответил Тавр. Черт, как все удачно складывается… мне очень хочется расширить этот форпост до лабиринта, но для этого в местную почву придется влить еще много сил. Нет ни времени, ни ресурсов.

— Те, кто не захотят становиться героями и наращивать силу, пусть помогают другими способами, — наконец решил я. — Стройте лабиринт, готовьте себе жилье.

— Мы уже начали, — вновь довольно оскалился бык. — Приходится отгонять призраков отмщения, но в целом ситуация спокойная, живности на нулевом уровне полно, а камней для строительства еще больше. Я только попрошу вас сделать для нас еще один пост, метрах в двадцати ниже, так, чтобы мы к нему в результате пришли. Зигзагом.

— Хорошая идея. Мне нравится. Только не сиди на одном месте. Постоянно тренируйся и развивайся, в следующий раз к моему возвращению, чтобы, кроме тебя, здесь было еще минимум четверо героев второго уровня, а ты сам получил третий. Понятно?

— Я соберу команду, — чуть нахмурившись, кивнул рогатой башкой Тавр. Добравшись до указанного места, действительно удачно выбрано, мимо не пройти, я вылил из камня все четыре единицы крови подземелья, запитав его маной из ниоткуда взявшиеся жаровни. При должном усердии здесь появится не только таможенный пункт, но и небольшой городишко.

— Собирайте припасы, освобождайте рабов, но не нападайте на более слабых, — сказал я, заканчивая активацию форпоста. — Иначе это может нарушить естественный баланс вещей, и тогда вместо меня придет кто-то другой, радеющий уже за другую сторону. Бог не терпит пустоты, герои будут развиваться. Настанет новый день.

— И мы будем готовы! — ударил себя кулаком в грудь Тавр. Убедившись, что он понимает всю серьезность ситуации, я кивнул и шагнул в следующий портал — на второй уровень.

— Владыка, — улыбнулась дроу, не показывая никаких признаков уважения или почтения. У ее ног сидел гном, массажируя ступни и с восхищением глядя на зачаровавшую его темную эльфийку. — Вы к нам надолго?

— Это вы у меня. Не надо путать, — усмехнулся я, ставя женщину на место. — Хорошо устроилась?

— Вашего внимания мне все равно крайне не хватает, — потянулась ведьма, прогнув спину так, чтобы максимально выгодно показать грудь и плоский живот. Знает, чертовка, на что мужчины обращают внимание. Вот только именно ее тысячелетний опыт меня в первую очередь и отпугивает. — Вам уже надоела эта раскосая простачка?

— Хочешь стать владычицей подземелья? Для этого есть пути куда проще, — ответил я, глядя на гнома. — Это один из нового улова?

— Да. Геройчики мои, — промурлыкала ведьма, потряся за подбородок гнома. — Полезный донельзя, вот и держу при себе. Хотя сил это стоит немалых.

— Я благодарен тебе за снятие ошейников с рабов на нулевом уровне. Скажи, ты можешь помочь мне в создании артефакта или заклинания, чтобы размыкать ошейники? Без твоего постоянного вмешательства.

— Хотите от меня избавиться? — обиженно надула губки дроу.

— Кажется, ты омолодила не только тело, но и разум, — сокрушенно покачал я головой. — В скором времени у меня может не оказаться возможности мотаться туда-обратно. Как и у тебя. Мы спустились на пятый уровень, к молодому черному дракону. Если думаешь к нам присоединиться — самое время.

— М-м. Нет, — улыбнулась ведьма, вновь подставляя ступни гному. — У меня и в самом деле есть пара вопросов к этим тварям, но больше к его прародителю. Так что, спуститесь на седьмой, зовите. Пока же я вам помогу, чем смогу. Но не бесплатно.

— Ни в одном мире ничего даром не делается, — согласился я, мельком просматривая карту подземелья. Тишь, гладь, благодать и еще двадцать метров кладбищ… куда мне их столько деть, не очень понятно, но это не так и важно. Запас карман не тянет. — Оставайся в безопасности и тепле столько, сколько посчитаешь нужным. Пока пользы от тебя больше, чем вреда… чувствуй себя как дома, но не забывай, что ты в гостях.

— Попробуй тут забыть, — горько усмехнулась дроу.

Помахав на прощание, я шагнул в следующий портал, прямо к уже склонившейся в приветственном поклоне хранительнице. Лавовая девушка выглядела совершенно сногсшибательно и куда соблазнительнее ведьмы, хоть и обжигала одним своим видом. И я в очередной раз напомнил себе — нужно раздобыть ей одежду. Камни я передал довольно давно, портной уже должен был закончить с работой. Пора его навестить. Но прежде уладить все формальности.

— Добро пожаловать домой, хозяин, — выпрямляясь сказала хранительница. — Докладывать о ходе стройки?

— Да, пожалуйста, — сказал я, осматривая изменившееся подземелье.

Комната возле сердца сильно разрослась, увеличившись в размерах как минимум в пять раз, по сравнению с тем, что было изначально. Причины тому был простые — крест на крест появились: выросшее до потолка черное дерево бесконечных побегов. Дыра в полу метр на метр, из которой торчали растущие минералы — бездонный рудник, с которого уже можно было собирать и золото, и серебро. Занявшая целый угол библиотека, легко угадывающаяся по стеллажам, заполненным тонким пергаментом. Стоящий посреди библиотеки корешком ко мне фолиант, размером не уступающий входу в бездонный рудник, был книгой бесконечного вызова.

В стороне, за первой дверью, расположились несколько метров грибных грядок как с обычными съедобными грибами, так и с магическими. С противоположной стороны стояла запаянная и доступная только через портал Владыки сокровищница. Набитая всевозможным оружием и добычей, часть которой уже пора было распродать.

Во втором круге стояла камера с важной пленницей, несколько появившихся казарм и жилые помещения приближенных. Бывший первый коридор катакомб. Дальше отвоеванная мной и активированная территория рядом с центром города, стрелами уходящая в две стороны: к выходу и к дому в районе торговцев.

— Мне удалось восстановить здание, которым вы интересовались, хозяин, — сказала хранительница. — Его фундамент стал частью подземелья, конструкции очищены от чужеродной магии, подступы перекрыты двухметровыми стенами, прямо соединенными с основными коридорами. Так же, как и новые территории.

— Отлично, — кивнул я, подходя к сокровищнице. — Пора приступать ко второй фазе плана. Что с книгой вызова, я могу ее использовать?

— Конечно, владыка. Только вы и можете, — улыбнулась хранительница. — Даже у меня с вашего приказа и разрешения не выйдет. Это может сделать только тот, чье сердце бьется в унисон с сердцем подземелья.

— Жаль. Я надеялся избавиться от необходимости личного присутствия, — поморщился я, подходя к книге. Толстая обложка, по виду гранитная, вросла в колонну постамента, на ее лицевой стороне пульсировало небольшое искусно выведенное сердце. Я даже замер на секунду, считая удары. И в самом деле точно как мое.

Стоило прикоснуться ладонью к переплету, как небольшой замок щелкнул, и обложка отошла вверх, а по руке будто пробежала молния. Книга меня узнала так же, как и я почувствовал единение с ней, она была словно частью меня, органом, который по странной случайности существовал и работал отдельно от моего тела, но от этого не становился менее родным.

Открыв первую страницу, я без подсказок понял, что нужно делать и провел ногтем по пентаграмме, выпуская силу подземелья. Мана поднималась снизу, по столбу кафедры, и спускалась по моей руке. Рисунок на листе начал выгорать под моими пальцами, превращаясь из ярко-красного в серый. Но в то же время встречающиеся потоки закручивались в одной плоскости — в тонкой бумаге, разрывая ткань плана.

В последнее мгновение я дернул за край листа, бросая обгорелый комок на пол. Он быстро пожух, посерел, а затем начал непомерно расширяться, увеличившись с размера в несколько сантиметров до полуметра. Полминуты, и образовавшееся «яйцо» лопнуло, представляя миру новое существо — крохотного элементаля, склонившегося в глубоком поклоне. Либлин с серой кожей и красными глазками подобострастно смотрел то на меня, то на хранительницу, не в состоянии определиться, кому оказывать почести в первую очередь.

— Поздравляю вас с первым лично призванным слугой, хозяин, — улыбнулась хранительница, коротко поклонившись. — Это большой шаг для любого владыки. Либлины пепла не самые сильные или умелые существа, но трудолюбивые и старательные работники.

— Это я тебя поздравляю, ты же будешь им руководить, — улыбнулся я, привязывая вызванного либлина к дому. — Первый жилец капсульного многоквартирника.

— Простите, хозяин, я вас не понимаю.

— Неважно, — отмахнулся я, задумавшись на несколько секунд. — Скажи, а могу я телепортироваться в подземелье не полностью? Как с рукой, когда я получаю доступ к сокровищнице?

— Конечно, хозяин, — улыбнулась лавовая девушка. — Не очень понимаю, зачем вам это делать, но все возможно. Подземелье — это часть вас, как вы часть подземелья.

— Вот как? А если тогда… — я открыл телепорт и засунул туда руку по локоть. Она высунулась в нескольких метрах от меня, и я с удовольствием помахал сам себе, а затем попробовал активировать книгу вызова. Но, к сожалению, та оказалась заблокирована. Надпись «заклятье будет готово к использованию через двадцать часов» была весьма красноречива.

Немного поэкспериментировав, я сумел наловчиться управлять телепортом, глядя на происходящее чуть сверху. В результате по подземелью летала только моя рука, которой я мог даже схватить за шиворот подвернувшегося либлина пепла. Со стороны это выглядело дико и очень знакомо. Что-то подобное я уже видел. Сто процентов. Осталось только вспомнить где…

— Хорошо. У меня осталось немного времени, но ничего страшного, подождут, — сказал я, возвращая обычное зрение и вынимая руку из портала. — Пора привести пленницу в чувство и начать торговлю. Настала пора захватывать катакомбы.

Глава 17

— Господин, вы вернулись? — спокойно поклонилась Вата. — Желаете навестить пленницу?

— Да, захвати еду. Нормальную, — проскрежетал я и, дождавшись, пока в моей широкой ладони окажется миска, второй рукой откатил в сторону дверь камеры. Исхудавшая эльфийка уже сидела на коленях, жадно глядя на меня слезящимися глазами. Условный рефлекс наконец привился, она несколько раз сглатывала слюну, но даже когда я поставил перед ней миску с бульоном, продолжала преданно смотреть только на меня.

— Чего ты хочешь? — пророкотал я.

— Служить вам, господин, — осипшим от голода голосом пробормотала бывшая жрица.

— Вот как? Неужели это желание сильнее голода?

— Да, господин! — уверенно сказала пленница.

— Хорошо. Я оставлю еду прямо перед тобой. Если миска будет пуста к следующему моему приходу, ты не годишься, — сказал я, закрывая дверь. В глазах эльфийки стояли слезы, но до последней щелочки света она продолжала смотреть только на меня. Последняя проверка самая жестокая из череды того, что я с ней делал.

— Куда дальше, господин? — не изменив выражения лица, спросила врач.

— Неудачливый убийца и дварф вернулись?

— Нет. Гном все еще ждет снаружи, дергаясь при каждом шорохе. Мы не стали запускать его в подземелье без вашего приказа, но и убить не решились, — отчиталась Выта.

— Хорошо. Посмотрим, готов ли он, — кивнул я, проходя по превращенному в казармы коридору катакомб. Вышло на удивление хорошо. По обеим сторонам стояли аккуратные, не слишком тяжелые двери, из-за которых доносились голоса птиц, жужжание пчел и звук накатывающих волн. И все это под землей. Магия… но стоило увидеть вышедшую из своей комнаты Елку, как стало понятно — все это делалось не зря.

— Здравствуйте, господин, — склонилась посвежевшая дриада. — Благодарю вас за столь потрясающие комнаты. Пусть их пока не хватает на всех, приходится спать по очереди, но они великолепны!

— Хорошо. Что с припасами? Магазином? — строго спросил я, не собираясь тратить время на выслушивание комплиментов.

— Мы уже перебрались в новое здание, отнесли все, что можно продать, в его подвалы, но… — Елка немного замялась, отвернувшись. — Мы побоялись начать продажу товаров без вас или хозяина дома, Пламенника.

— Чье это было решение?

— Совместное, господин, — ответила, вступаясь за дриаду, Вата. — Мы рабы и, пока на нас ошейники, не сможем вести себя как свободные граждане. Если стражники или другие господа спросят, где наш хозяин, мы обязаны будем ответить. Хотя продавцы рабы, это совсем не редкость, действовать полностью мы сами не можем.

— Я принимаю ваши опасения к сведению и свяжусь с Пламенником. Где Спартак?

— Он обустроил казарму во внешней части подземелья, — с готовностью ответила Елка.

— Хорошо. Может, хоть он не разочарует, — мрачно проговорил я, выходя во внешний круг подземелья. Захваченная в прошлый раз область и в самом деле превратилась в настоящие казармы. Между столбами были в несколько ярусов повешены гамаки. В углу стояли притащенные откуда-то деревянные манекены и мишени, а в дальнем коридоре был оборудован полноценный пост.

За столами сидело около двадцати рабов. Они быстро насыщались, гремя деревянными ложками. Судя по стоящему у стены оружию, орк начал успешное формирование отрядов. Вот только ни манекенов, ни ткани в достаточном количестве у меня в сокровищнице не имелось. А значит, они были принесены из другого места.

— Спартак!

— Я здесь, командир! — ответил гладиатор, поднимаясь. — Рады видеть вас дома в добром здравии!

— У меня другого и не бывает, — коротко прогрохотал я. — Откуда вещи?

— Добыли! — радостно заулыбался орк. — Разрешите отчитаться полностью?!

— Начинай.

— Вначале хочу вас познакомить с моими заместителями. Жрак уже работал на вас. А вот Дарт присоединился только недавно. И он вольный герой! — в полном восторге показал на орка Спартак. Я его не помнил, но одного взгляда хватило, чтобы понять, это один из спустившихся на второй уровень Бездны, а затем вновь поднявшихся с Тавром. — Они с другими поднялись вчера вместе с худосочным эльфом. А когда тот попробовал им приказывать — утащили его в катакомбы. Как раз наткнувшись на наш патруль.

— И с чего он стал твоим заместителем? Ты же его первый раз видишь?

— Я не подведу вас, Владыка, — громко сказал Дарт, получивший свое имя за черную татуировку в виде черепа, закрывающую всю верхнюю половину лица. — Мы хотим помочь братьям и достаточно сильны, чтобы это сделать!

— Верно, господин. Вчера по наводке гнома мы вместе ворвались в черное братство, гильдию убийц. Вынесли все ценное, перебили охрану, а затем подожгли. Все, как вы учили.

— Вы прикончили всех? Удостоверились, что дом пуст?

— Конечно! — уверенно кивнул гладиатор. Слишком уверенно.

— Хорошо, — сказал я, про себя выругавшись. Я должен был предусмотреть, что рано или поздно, почувствовав силу, они сами начнут выползать из подземелья. Да что там, я на это рассчитывал. Вот только оказался не готов. Один-два дома с разницей в неделю — это не много. Особенно для такого плотно заселенного города, но, если они сорвутся с поводка и начнут разорять все подвалы подряд, это может обернуться настоящей катастрофой для всех планов.

— Вы будете гордиться нами! — думая, что я одобряю его действия, сказал орк.

— Хорошо, что вас там всех не прикончили, — закончил я фразу, мрачно посмотрев на мгновенно замершего орка. — Патрули проверили? Пока таскали мебель, за вами никто не следил? Ты можешь поставить на это собственную жизнь?

— Нет, — помрачнев, сказал орк. — Что мы сделали не так?

— Кроме того что вы напали на противника, у которого не один десяток домов? Тащили вещи через катакомбы, оставляя следы, и гарантированно не вырезали всех убийц? — спросил я достаточно выразительно, чтобы все стало понятно без уточнения. — Планы меняются, поднимай всех. Придется подчищать за вами. Вата, мне нужна будет твоя помощь.

— Слушаюсь, Владыка. — посерьезнел орк. Похоже, товарищам придется подождать меня чуть дольше, чем я рассчитывал. — Собираемся, оружие и доспехи по полной!

— Господин! Я знаю, чем могу быть вам полезен! — сказал коротышка, стоило нам покинуть подземелье. Судя по его виду, гном спал тут же, в катакомбах, на одном из помостов для тел. — Открывать порталы! Если вы выведете меня за пределы моста, я смогу доставить вас куда угодно! В любое место, где побывал хоть однажды.

— За мной. Молча, — приказал я, не тратя зря время. Гном с трудом, но сдержался, а я направился к ближайшей точке на карте. Наркоманский притон? Отлично, мне подойдет.

Наспех выложенная слабая каменная стена меня совершенно не смущала. Разогнавшись за десяток метров, я своим окаменевшим телом пробил здоровенную дыру и, ввалившись в подвал притона, с ходу обрушился на ошарашенного охранника, попытавшегося поднять тревогу. Удар каменного кулака решил все вопросы.

— Собрать все наркотики и медикаменты, — приказал я, не оглядываясь и посылая наверх всех девятерых либлинов. Поднявшие уровень духи уже не были такими беспомощными, а может, сказался опыт, хоть и небольшой. Но когда я взобрался на первый этаж, драться, собственно, было уже не с кем. Вся охрана либо бегала, полыхая, либо уже отдыхала с пробитыми головами. За окном виднелось поднимающееся солнце и глухой заброшенный проулок. — Всех наркоманов наружу. Все ценное собрать.

— Есть, — мрачно ответил орк, и через несколько минут мы уже шли дальше, а за нашей спиной полыхало здание притона. Разбираться, кто там хозяин, кто наркоман принудительно, а кто добровольно, я не стал. Больных людей убивать — это как раненых котиков душить, отвратительно само по себе. Хотя я прекрасно понимал, что некоторые из них не смогут добровольно отказаться от вредной привычки, но пусть попробуют найти наркотики завтра.

Следующей станцией стала алхимическая лаборатория. Столько мерзости, заспиртованной во всевозможных растворах, я не видел даже в гильдии хоббитов-мутантов. А вот сражаться здесь тоже оказалось некому. Раннее утро не способствовало творческому порыву алхимиков, а охрану у заложенной кирпичом двери никто не оставил. Пять минут — и стена стала частью подземелья, после чего я просто отодвинул ее в сторону.

Пришлось задержаться, чтобы освободить нескольких рабов и перетаскать в подземелье реторты, горелки и химикаты. Через портал, естественно, а не напрямую через все катакомбы. Но, когда дело было завершено, Вата просто смешала несколько жидкостей, и зеленое пламя вспыхнуло, пожирая с одинаковой легкостью и камень, и дерево.

— Гильдия убийц, — предупредил Спартанец, показывая на едва заметный перечеркнутый кружок на арке коридора. — Это их условное обозначение.

— Отлично, значит, сюда даже заходить не будем, — кивнул я, вливая в стену подвала силу. Стоило полу на той стороне активироваться, и по моему приказу хранительница телепортировала подготовленную взрывную ловушку. Когда мы отошли на достаточное расстояние, заряд сдетонировал, разгоняя облака пыли по катакомбам. Через несколько секунд толчки повторились — ловушка перезарядилась и сработала снова. Здание, фундамент которого раскрошился и расплавился, затрещало и ушло под землю.

— Может, уже хватит? — спросил Радамант, появляясь из темноты коридора, когда восьмая точка была зачищена. — К чему весь этот шум?

— Взять его! — взревел Спартак, бросаясь на тифлинга с парными мечами, но я успел его поймать, оттолкнув назад.

— Мы не воюем со слугами распорядителя, — сказал я, останавливая всех. — Они позволяют каждому пройти испытание, и мы этим позднее воспользуемся. Идите к следующему дому черной гильдии. Вата, возьми зеленый огонь, он тебе понадобится. Не подведите меня. До вечера должны рухнуть все резиденции убийц и воров.

— Да, Владыка, — поклонился Спартак, отступая. — За мной!

— Что ты задумал? — спросил привратник ночи, когда мои соратники достаточно удалились на достаточное расстояние.

— Ничего из того, что станет невыгодно распорядителю, — уклончиво ответил я. — Катакомбы в моей власти, и я собираюсь их зачистить самыми быстрыми методами.

— И к чему такая спешка? — нахмурился Радаман. — Уничтожай твои слуги по одному вредителю в пару недель, никакого шума бы не было.

— Верно. Со дня на день гильдия убийц договорилась бы с ворами и контрабандистами и вышла общими силами на штурм катакомб.

— Теперь они атакуют сразу. Это если тебе повезет, и ты не нарвешься на их отряды в процессе зачистки, — возразил тифлинг. — Не лучший ход, если ты не хотел привлекать внимания.

— Все совсем наоборот, — улыбнулся я, оскалив каменные клыки. — Я хочу, чтобы они все ринулись в атаку. Необдуманную, неподготовленную, поспешную. Совсем не теми силами, которые могли бы собрать. И я взорву столько домов, сколько понадобится, чтобы они начали действовать сегодня.

— Это слишком грубо и не сработает просто так, — нахмурился тифлинг, прикидывая что-то в уме. — Впрочем, если тебе нужно вторжение, я его обеспечу. Ты с трудом отбился от пятерки убийц, думаешь, теперь ты настолько силен, что выдержишь напор десятка или полутора? Продолжай в том же духе, и к вечеру от твоего подземелья останется только пепел.

— Пусть приходят все. Только проследи, чтобы среди них не нашлось твоих друзей.

— У божественных героев нет друзей. Только братья, — оскалился Радаман, исчезая.

Что его улыбка означала, нетрудно было догадаться. Город распорядителя — город героев. Среди них тысячи спускались в Бездну. И даже если большинство не ходило дальше первого уровня, а то и вовсе оставалось на нулевом, были и истинные герои, те, кто добирался до пятого, шестого, а может, и десятого. При том что я сам только покинул четвертый.

Вот только я не герой и сражаться с ними на их условиях не намерен.

— Хранительница, мне понадобится твоя помощь и вся мана подземелий, чтобы подготовиться, — сказал я, телепортируясь к сердцу подземелья. — Отменяй все текущие постройки. Можешь убрать подачу маны и всего, что отнимает слишком много ресурсов. Я отмечу на карте, что должно быть построено в первую очередь.

За моими плечами уже было три отбитых атаки на подземелье и одно прохождение враждебного, хорошо сохранившегося лабиринта. Не скупясь на ресурсы и полностью передав лавовой девушке под управление либлинов, я вернулся к отряду. Без маны дела шли уже не так весело, но тактика: вломиться, разрушить и поджечь, — все еще действовала безотказно.

На десятой точке нас встретили во всеоружии, да только явно не рассчитали сил. Принимая на себя удары мечей и стрелы, я продавил защитников до самой лестницы в подвал, а затем пустил вперед готовых к бою и озверевших орков. Схватка трое на двадцать не могла окончиться ничем, кроме нашей победы.

«Внимание! Подземелье атаковано!» — появилась у меня перед глазами надпись, когда очередное гнездо наркоманов начало полыхать.

— Наконец-то, — с облегчением произнес я. — Возьмитесь за руки. Сейчас!

Телепорт сработал идеально. Нас перенесло во внешние казармы, от которых почти ничего не осталось. Соратники растерянно озирались, не понимая, куда попали. Все нажитое тяжелым трудом пошло в дело. Вся мебель, гамаки, оружие. Никакого права личной собственности, кроме своего, я не признавал. К счастью, остававшаяся на хозяйстве Елка быстро привела их в чувство, окликнув.

— Готовьтесь к битве, — приказал я, осматривая подземелье и считая красные точки, спешащие пройти через установленные мной блокпосты. На всех перекрестках, откуда только можно было попасть в катакомбы, на нас лезли враги. На четвертом их десятке я сбился со счета. Но главное тут было не количество, а качество и расположение.

— Лучники готовы выступать по вашему приказу, — сказала Елка, вооружившаяся стрелами и ростовым луком с пологими плечами.

— Хорошо. Жрак, ты следующий, — сказал я, максимально пригасив пламя и прикоснувшись к плечу девушки. Прыгнув на активированный пятачок, я резко отпрыгнул в сторону, одновременно зажигая жаровни на противоположной стороне коридора. Враги, выставившие вперед рабов и тяжело вооруженных рыцарей, не успели сориентироваться, и в спины их лучникам ударил залп длинных стрел с широкими крючковидными наконечниками.

А уже через мгновение после второго залпа я телепортировал стрелков обратно в казармы. Сразу схватив Жрака, отправил его с собратьями на головы дварфам. Как бы тяжело ни были одеты низкорослые рыцари, удары двуручных каменных молотов вбивали шлемы вместе с головами внутрь доспехов, ломая шеи и вминая металл в черепа. Я сам успел приложиться пару раз, прежде чем выдернул отряд обратно.

— Пятеро! — похвастал фавн, когда я протянул руку к Спартаку.

Отдохнувший отряд орков врубился в не ожидавших атаки воров, на полном ходу рубя длинными мечами и топорами вооруженных в основном кинжалами хоббитов. Я уже думал, что с этим отрядом мы справимся быстро, когда мне в шею прилетело несколько дротиков. Скачущий из стороны в сторону эльф разил без промаха, и уже трое свалилось с дырками в головах.

— В атаку! — взревел Спартак, и я не стал его останавливать, лишь немного подыграв орку.

Перепрыгнувший через голову гладиатора герой наслал какое-то заклятье, делающее эльфа невидимым, но стоило ему коснуться ногами активированного подземелья, как морок спал, а следом за ним слетела с плеч голова бывшего героя. Все было решено за пару ударов, и кровь фонтанчиком залила пол.

— Уходим, — приказал я, телепортируя команду. За несколько молниеносных ударов с разных направлений мы нанесли колоссальный урон. Разом прикончив больше двадцати врагов. Теперь они стали куда осторожнее, начав двигаться в несколько раз медленнее и постоянно оглядываясь. Единственная проблема — количество противников все время пребывало и, по моим расчетам, за несколько часов перевалило две сотни.

— Отдыхайте, точите оружие, лечитесь, — сказал я, отступая в тень.

— Господин. Разрешите сказать? — спросила Вата, подойдя ко мне, и, дождавшись кивка, продолжила: — Я хочу предложить вам несколько алхимических эликсиров. С зеленым пламенем, удушающим газом и безумием. Применять их в подземелье опасно, можно самим сгореть или отравиться, но для вас это не будет большой бедой.

— Мы используем все, что есть у нас доступе, — сказал я, забирая у нее запасы. — В каком радиусе они действуют?

— Огонь — тянется всего на пару метров и быстро потухает, — заметила врач. — Газы куда хитрее, но, если кто-то догадается использовать магию воздуха, без труда разгонит их или даже обратит против нас.

— В следующий раз вполне возможно. Но не сегодня, — улыбнулся я, качая головой. — Это не единая группа, а всевозможный сброд, который часто даже не знает о существовании других искателей приключений. Нет. Сегодня все решится просто.

Мне даже не пришлось телепортироваться целиком, чтобы использовать склянки. Руку в портал, глаза закрыть, смотря только на карту. Кинуть и тут же вынуть руку из телепорта.

В моем распоряжении оказались не только воины, но и десяток пятачков активации, через которые я посылал телепортом снаряды и отдохнувшие отряды. Но, если вначале было легко, вскоре они начали возвращаться с ранениями. Когда же при лечении очередного орка Вата лишь закрыла ему глаза ладонью, я понял, что больше рисковать нельзя.

— Остальных будем встречать в подземелье, — нехотя сказал я, глядя на неуменьшающийся поток красных точек. — Отдыхайте, перевязывайте раны. Пока противник рубит наши ворота — у вас еще есть немного времени.

— А что будете делать вы, господин? — спросила обеспокоенно Вата.

— Открывать филиал Ада.

Глава 18

Своими атаками мы не нанесли существенного вреда, лишь раззадорив противника и заставив его держатся большими группами, прикрывая тылы, и держа тяжело вооруженных дварфов в первой линии. Собравшиеся в кучу враги медленно продвигались по коридорам, слышались команды лидеров, маги, добравшись до подземелья, разламывали пол, втыкая посохи, и я сам дезактивировал целый коридор, забрав оттуда ману.

Несколько сотен бойцов и волшебников все же добралось до первого внешнего кольца, идя напрямик. От немедленного разрушения подземелья меня спасали только очень толстые стены и нежелание врагов ждать. Остановись они, дождись подкрепления и займись последовательным разрушением стен — вскоре от моего дома ничего не осталось. Но они оказались нетерпеливы.

Несколько раз потыкавшись в стены и убедившись, что под ними лишь камень, они не стали разрушать мое основное оружие. После устроенных налетов я не мог больше рассчитывать на успех солдат и миньонов, и теперь сам лабиринт стал моим мечом и щитом. Целых пятнадцать минут я ждал пока враги полностью войдут в мои коридоры. Сам погасил жаровни и убрал с пола ману, сконцентрировав всю ее в сердце подземелья. И мои ожидания окупились.

— Тут тупик! — выкрикнул один из передовых воинов.

— Не может быть, видите следы от волочения? Эти грабители должно быть прошли сквозь стены. Рубите их! Там проход! — сказал командир, оказавшийся эльфом, и вскоре на несчастную гранитную стену обрушился град ударов. — Ищите другие проходы! Нельзя дать им улизнуть, иначе нападения продолжаться!

— Тут тоже тупик… только что проход был, а сейчас стена! — сказали из хвоста небольшой армии, набившейся в каменную кишку. Они и в самом деле разрушали подземелье, но теперь, благодаря камню маны, я смог быстро восстановить контроль и поставить укрепление, перекрыв им выход наружу. А сразу за этим приказал подземелью вновь захватить область.

— Телепорт! Надо немедленно убираться отсюда! — выкрикнул, паникуя один из эльфов. — Месть не стоит моей жизни.

— Не открывается! — заорал, дрожа от страха другой. — Ломайте пол и стены! Они блокируют перемещение.

— А еще ментальные команды и здравомыслие. — Усмехнулся я, активируя огненные ловушки, расположившиеся в потолке и стенах. Взрывная волна смела первые ряды атакующих, а потоки пламени, жадно поглощающие ману, захлестнули отряды противника с головой, заставляя потерять направление и забыть о месте входа. За несколько секунд в духовке погибло несколько десятков врагов, и я отчаянно пожалел, что не успел возвести кладбища. Столько энергии и крови пропадает.

Единственная проблема — даже после использования всех ловушек, в живых осталось больше сотни врагов. Обозленные, потерявшие товарищей, они с утроенной силой обрушились на стены, в попытке прорваться к внутренним комнатам подземелья. В отличие от тупых гримлоков, даже разъяренные герои оставались разумными. Поняв, что их заманивают, они быстро скооперировались, начав рушить стену в одном месте, и всего за несколько минут сумели пробиться дальше, разворотив дыру метр на метр.

Я успел активировать перезарядившиеся ловушки, прежде чем последние враги убрались из каменной кишки, и отправил на тот свет еще десяток. Разгоряченная толпа с жутким криком ворвалась во внутренние помещения, перескакивая наспех возведенные баррикады, они мчались к единственному видимому противнику — ко мне. Десяток стрел вонзилось в плечи и торс, пробивая меня насквозь, но только несколько лучников сообразило, что это изображение.

К сожалению магия иллюзий или разума оставались для меня недоступны, так что я использовал древний фокус с зеркалом. Вместо серебра пришлось использовать идеально отполированный камень, политый водой, но мне помогло хорошо отражающееся пламя. Оно же создавало красочный конус света, не позволяющий рассмотреть, что происходит прямо у них перед носом, на участке в тени.

Через несколько секунд мои ожидания подтвердились. Крики первых глупцов, с разбегу угодивших в яму, наполненную кольями быстро сменились сдавленными стонами, когда на них сверху начали приземляться товарищи. Яма быстро наполнилась, не поглотив и десяти бойцов, и мне пришлось отправлять в рукопашную либлинов, самому вступая в бой.

— Рааа! — нечленораздельно орущий дварф, с дубиной, получил в лицо огненный шар, а следом — каменный кулак размозживший голову рыцаря вместе с опаленным шлемом. Отряхнув руку от застрявших в ней зубов, я чуть отступил, ровно для того чтобы лучники врага не могли меня достать, и предоставил поле боя каменным либлинам, приказав не экономить на мане.

Каменные шипы посыпались на врагов с потолка, скорость их полета оставляла желать лучшего, как и количество, но даже вскользь попавшая полуметровая сосулька выбивала дух из противника. К сожалению, это не могло сдержать толпу, и мне все чаще приходилось самому вступать в рукопашную. К счастью достижение четвертого уровня Бездны позволило на равных сражаться даже с самыми тяжело вооруженными противниками.

— Держать строй! — раздался волевой голос, и выглянув из-за укрытия я увидел его обладателя. Дварфа-героя, явно прошедшего не один десяток схваток. Одетый в удобный, неброский крепкий доспех, он собрал вокруг себя самых опытных и умелых воинов и магов. Этот костяк раньше был не виден за толпой орущих дегенератов-добровольцев, но сейчас стало понятно, кто именно является моей главной проблемой.

— Щиты держи, артельщик. — почти с презрением сказала эльфийская жрица, одетая почти так же, как убитая нами в подземелье несколько дней назад. — Мать Бездна с нами! Мы победим!

— Вместо проповедей, лучше используй магию на раненых. — огрызнулся дварф, но висящие в воздухе металлические щиты и в самом деле подогнал ближе к позициям ядра из двух десятков разношерстных воинов. По велению его кулаков вперед полетели двадцати сантиметровые гвозди, с грохотом вонзающиеся в стены и каменных либлинов. Несколько секунд, и я сам отдернулся, от обжегшей плечо боли.

— Есть! Мы ранили тварь! — довольно выкрикнул маг железа, поливающий коридор гвоздями. — Додавим, и все сокровища будут нашими!

— Меньше болтай. Вперед шаг! Не отрываемся! — выкрикнул артельщик, сдвигая щиты.

Мне оставалось только ждать, и отбиваться от пробежавших открытый участок воителей. Благо они не представляли, с чем именно борются и выскакивали прямо на меня, или на одного из соратников, укрывшихся за баррикадами в конце внешней жилой зоны. Подготовка выигрывала нам не только время, но и жизни. А вот спонтанно собравшиеся противники платили за свое нетерпение.

— Сейчас! — скомандовал я, поднимая огненные факелы из жаровен на стенах. Стрелки, долгое время всматривающиеся в темноту зажмурились от яркого света, в то же время оказавшись на открытом, идеально освещенном со всех сторон участке. Мои лучники и копейщики, поднявшись, начали прицельными выстрелами убивать всех, кто не успел укрыться за щитами, или просто лечь за тела уже складывающиеся в кучи.

Секунды растерянности быстро прошли, но стоили врагам больше чем половины оставшейся численности. Из пятидесяти осталось не больше двух десятков, но их вооружение, слаженность и выучка были в разы лучше, чем у любого из моих воинов. Каждый из оставшихся являлся героем как минимум второго уровня. А чаще всего — третьего. На счет двух главных — жрицы матери бездны и предводителя артели, я совсем не был уверен.

— Тени! — выкрикнул Спартак, указывая на едва заметные колебания воздуха. Когда сразу трое из моих подопечных рухнули, с простреленными головами. В них торчали короткие арбалетные болты. Дело рук убийц со знанием магии иллюзий, не иначе. Можно было выловить их всех, поджарить по одному, но уверенности что за то же время мне не перебьют большую часть людей не было.

— К казармам. — коротко приказал я, ограждая путь тонкой каменной стеной. Дважды повторять приказ не пришлось. И вскоре остатки небольшой армии укрылись в следующих помещениях. Мне пришлось прикрывать отступление, поймав еще несколько глубоко засевших болтов, но альтернатива была куда хуже. Стоило зайти в следующий коридор, и жриц начала последовательно разрушать своей силой подземелье, лишая меня доступа. На сей раз она не скупилась, вонзая свое проклятое древко даже в стены и потолок.

— Отходите к сердцу. — приказал я, глядя на выползающую в коридор стену щитов.

Занимая все пространство от пола до потолка, они не оставляли ни единого шанса попасть в противника, но в то же время регулярно открывали щели, чтобы выстрелить в прячущихся рабов. Я попробовал укрыться, но глава артели, почувствовавший магией железные снаряды, застрявшие в моей броне, выдернул меня в коридор.

За секунду до падения я успел активировать создание стены, вливая всю оставшуюся магическую силу. Камень вырос всего на полметра, но этой баррикады хватило, чтобы укрыться от летящих градом стрел и гвоздей. Враги, почувствовавшие вкус скорой победы, не экономили снаряды, собираясь прикончить вконец зарвавшегося монстра.

У меня правда на это было собственное мнение. Я долго ждал, пока толпа соберется в единственном по-настоящему прямом коридоре во всем подземелье, и когда они все втянулись, отпустил силу подземелья, располагавшуюся прямо за их спинами.

Взрыв оглушил, разорвал воздух, и ударная волна смела торчащие из стен зачарованные стрелы. Обагренные каменные снаряды пролетели у меня над головой и рухнули о противоположную стену, а все, кто оказался на их пути получили здоровенные двадцатимиллиметровые дыры в своих телах.

Большинство врагов рухнуло замертво, не произнеся ни звука. Некоторые, с разорванными барабанными перепонками и текущей из ушей кровью — орали, держась за голову. Другие прижимались к земле, и скрючившись в форме эмбриона. Эльфийка, по глупой воле судьбы открывшая для приказа рот, сумела выжить, и даже сохранить сознание, но ее левую ногу и половину таза разворотило снарядом.

— Первое массовое испытание взрывных пушек можно считать успешно оконченным. — довольно сказал я, выдирая из плеча длинный железный гвоздь.

Поднявшись из-за укрытия, и подойдя к раненым, я мгновенно определил двух еще живых, а главное полезных. Дварф артельщик сумел создать вокруг себя кокон из железных щитов, а потому обошелся лишь оглушением, и жрица, которая при лечении могла выжить. Но у меня на нее были совсем другие планы.

— Обыскать подземелье. Всех на алтарь, этого, — пнул я по дварфу потерявшему сознание. — ободрать до нитки, чтобы ни грамма железа рядом не было, и в пыточную. Опасайтесь хоббитов и внимательно осматривайте каждый метр, они могут уходить в невидимость и накладывать иллюзии. А эльфийкой я сам займусь.

С последними словами я схватил жрицу, вырвав из ее трясущихся пальцев ятаган, и потащил за собой. Раненая пыталась вырываться, накладывать заклятья, но у нее ничего не выходило. Хотя мое здоровье оставляло желать лучшего, борьба на моей территории позволила выиграть сражение. В этот раз. И я очень надеялся, что одного примера им хватит, чтобы больше не лезть в катакомбы.

— Трупы не сжигать и не раздевать. Чтобы после вытягивания крови можно было опознать. — приказал я, открывая камеру с пленной эльфийкой. Девушка, с искусанным и в кровь губами, сидела над полной миской бульона. — Хорошо. Можешь есть.

— Спасибо, хозяин. — не моргая сказала девушка, и дрожащими руками взяв миску, медленно выпила ее до дна. Она смотрела только на меня, хотя я поставил рядом еще живую жрицу, отчаянно пытающую исцелить ногу. Не то ее вера оказалась не слишком сильна. Не то силы подошли к концу, но у нее ничего не выходило. Дождавшись, пока пленница допьет, я закинул в камеру раненную эльфийку, и положил перед ней нож.

— Твое последнее испытание. Вот она. Одна из тех, кто посылала тебя на верную смерть. Из тех, кто учил тебя повелевать другими. Тех, кто считал, что вы имеете больше прав, чем остальные. Убей ее, и служи мне. Или оставь ее в живых — и сможешь уйти из подземелья, оставив вместо себя. Выбирай.

— Нет! Не слушай его! — запричитала раненая. — Он все врет! Уходи, предупреди сестер!

— Я уже давно решила, хозяин. — безумно улыбнувшись сказала эльфийка, вонзая кинжал в шею жрице. — Я ваша, хозяин.

— Хорошо. Тогда мне больше нет нужды держать тебя в камере. Теперь ты одна из моих слуг. — сказал я, жестом приказав убрать тело на алтарь. — Ты получишь собственную комнату, сможешь приходить и уходить в любое время, а кроме того, получишь истинную цель в жизни и настоящее знание.

— Да, хозяин. — безумно улыбнулась моя жрица.

— Как же мне тебя назвать? — усмехнулся я, глядя в отражающиеся в ее глазах язычки моего пламени. — Вы называете рабов вещами? Почему нет. Ты познала боль, творила ее для ложной богини, и будешь творить для меня. Теперь ты сама — Боль.

— Боль. Мне нравится, хозяин. Что мне для вас сделать? — спросила эльфийка, нежно поглаживая кинжал, который я ей дал.

— Вата, покажи своей новой подруге, как приносить жертвы. — сказал я, выдергивая очередной болт. — Приказывать ей могу только я, помогай, а не требуй.

— Да, господин, я все понимаю. — склонилась полукровка. — Что делать с ранеными? Вы будете их пытать?

— Только одного. Остальные нам без надобности. — сказал я, не уточняя что именно с ними делать.

Сегодняшняя ночь должна стать одной из самых кровавых в истории города Распорядителя. ВСЕ должны запомнить, что соваться в подземелье равносильно смерти. Даже хорошо вооруженной группой. Даже очень большим отрядом — почти армией. Только так я смогу спасти куда больше жизней, чем придется унести в этот день. И пусть страх неминуемой ужасной расправы станет синонимом катакомб.

— Тела, выкаченные, несите на поверхность. Кучами. По всему городу. Оберите их, оставив только нижнее белье и рубахи со штанами. Я вернусь через несколько часов, чтобы к тому моменту в подземелье снова было чисто.

— Да, господин. — хором ответили Елка, Вата и Жрак. Спартак был далеко, в соседней комнате, но я уверен — ему приказ тоже передадут. Мельком взглянув на карту, я телепортировался к одиночной красной точке, стоящей на одном из дальних активированных пятачков.

— Уже закончил? — спросил Радаман, коротким ножом подравнивающий ногти.

— Да. Город избавился еще от нескольких сотен преступников и ренегатов. — ответил я снимая с себя защитную форму, давно ставшую второй кожей. — Мне нужно поговорить с Распорядителем, и забрать несколько вещей от портного.

— И ты с какой-то стати решил, что я — извозчик? — поднял бровь тифлинг. — Тебе нужно, так сам и вызывай. Ты конечно славно позабавился, ничего не могу сказать. Давненько такой бойни не видел, с города дроу на девятом. Пожалуй, посоветую в качестве испытания посылать кандидатов на постоянной основе, раз в неделю. А возвращать только выживших.

— После нового заклятья моего дорогого Владыки подземелья вряд ли выживут достойные. Только самые удачливые. — как всегда неожиданно сказала кукла Распорядителя. Монстр, разрывая щупальцами пространство, втиснулся в нашу реальность, оставляя тело во вне. Вот только теперь, после спуска на шестой, я наконец видел его. Не целиком, но тень, смотрящую на меня девятью ярко горящими круглыми глазами с звездообразными зрачками. — Я доволен твоей работой, Ник. Как и показанным представлением. Не думал, что ты способен выжить в такой передряге. А эта показательная жестокость, ммм… ценю. Но награды не будет.

— Я на нее и не рассчитывал. Лишь надеялся, что мои действия придутся вам по нраву, а не вызовут отторжение. Ведь я собираюсь расширить зону влияния.

— Ты уже получил в свое распоряжение дом в городе, и я это разрешил. — промурлыкало божественное чудовище. — Что ты хочешь еще?

— Чтобы вы разрешили мне и моим слугам телепортироваться из подземелья по этому плану. Я выйду за город. Во владения Малфегата — к первому источнику магии камня у которого начался мой путь.

— Хочешь создать подземелье вне городских стен? — кажется, мне действительно удалось удивить Распорядителя, но он сомневался не долго. — Хорошо. Я даю тебе такое право. Действуй.

Глава 19

— Подходи, налетай, забирай, поджигай! — громко кричал я, зазывая народ в новую лавку.

— Может, «поджигай» все же лишнее? — спросила Елка, но я не обратил внимания на ее озабоченность. Быстро смотавшись на пятый этаж и перекинув партию на отдых в подземелье второго, я вернулся на поверхность. Развиваться сразу по нескольким направлениям оказалось почти непосильной задачей, и сегодня я собирался закрыть последний из текущих вопросов.

— Чо у тебя? — лениво спросил дварф, пивной живот которого не позволял не то что на собственные ноги смотреть — разглядеть спрятавшуюся под ним артель.

— Что с подземелья вынес, то и продаю. Налетай, пока не разобрали, — сказал я, показывая на вереницу обычных мечей, булав и клевцов, собранных за месяц приключений. — Горячие, как пирожки, закалить — и будут как новые.

— На кой ляд их здесь продаешь? Пойди да сдай в квартале кузнецов. Там их у тебя все примут. А в таком виде барахло это никому не нужно, — презрительно сказал дварф, но я заметил, как прищуренные глаза уже выловили из общей кучи по-настоящему ценные образцы. Зачарованное оружие с магическими рунами. — Нет у тебя ничего стоящего, так и знай.

— Хорошая шутка, — рассмеялся я, глядя на то, как жадно сжимаются кулаки жиртреста. — Мое вам пламенное предложение, отдаю весь хлам даже дешевле, чем на разбор оружейнику. Но если увижу, что не все в горн кинете, пойдете следом. Я герой четвертого уровня и вам это обеспечу. Как вам такое предложение?

— Угрожать мне вздумал, щенок?! — зарычал дварф, подаваясь вперед. — Да я тебя…

— Что? — спросил я, приближая свое лицо к его. Вот только огненные волосы не то, на что можно долго безболезненно смотреть. Борода дварфа завоняла и начала быстро скручиваться. Матерясь, дварф отвернулся, пряча обгоревшее лицо. — Мое предложение оказалось слишком горячим? Эх грусть, печаль, огорчение. Ничего не поделать, придется антимагические клинки продать остаткам гильдии убийц.

— Что ты такое говоришь?! — взвился отошедший было артельщик. — Наши мечи?!

— С чего это ваши? — удивленно хлопая глазами, спросил я. — Я их добыл, разорив гнездо снорглингов. Ну было там несколько десятков тел коротышек, так что поделать? К счастью, мне без разницы, кто их купит, главное, по какой цене!

— И по какой же? — проскрежетал зубами дварф, прекрасно понимая, что, если оружие против их зачарованных доспехов попадет к убийцам, по стране могут прокатиться громкие серии убийств знати. Десяток антимагических стрел при умелом использовании — это дюжина погибших баронов, смута и перевороты. А может, он и не понимал ничего такого, а просто являлся жадным барыгой, неспособным упустить по-настоящему лакомый куш.

— Двадцать серебра за кинжал, пять за наконечник и сорок пять за меч, — улыбнулся я, глядя на охнувшего торговца сверху вниз.

— Да ты в своем ли уме? — покрутил у виска толстым пальцем дварф. — Им красная цена в два, нет, в три раза меньше! Да зачарованные от камня двуручные мечи дешевле стоят!

— И то верно, — легко согласился я. — Меньше. У меня как раз их три штуки лежит.

— Врешь, — осекся торговец, и я легким движением руки положил на стол меч одного из хоббитов мутантов, погибших на нулевом уровне. Пальцы дварфа сами собой забегали по лезвию, проверяя бритвенную заточку. — Как… откуда?

— О, там столько барахла было, — с ленцой отмахнулся я, доставая из-под прилавка и опуская рядом с мечом чуть приплюснутую корону-шлем Железноборода. И тут же подхватывая ее, не давая коснуться жирными пальцами. — Только без рук. Эта мне особенно приглянулась, в ней была целая кладка икры. Хотя, может, снорглинги просто насрали туда? А, неважно. Смотри, какие камушки, тоже поди денег стоят.

— Отдай, — вмиг просевшим голосом сказал дварф. — Отдай немедля!

— За достойную цену почему не отдать… — улыбнулся я, пожав плечами, но дварф схватил со стола меч, направив его на меня. — Не советую. Съедят-с.

По мановению моей руки из темноты вышли несколько вольных, уже лишившихся ошейников. Зато в их руках были взведенные арбалеты, а на тетивах лежали болты с зачарованными наконечниками. Дварф, оскалившись, переводил взгляд с короны на угрожающие ему орудия и обратно. Несколько долгих секунд ему понадобилось, чтобы принять решение и положить меч обратно на стойку.

— Ты не понимаешь, что у тебя в руках, — проговорил он.

— Почему же? По словам знакомой эльфийки, это корона жирдяя, обиравшего ее отряды на спуске. Жирноборода… нет. Жидоборода? А! Железоборода. Точно! Она сказала, что завтра заберет ее в свою церковную коллекцию всего за три стони серебра. Так что, увы, железка уже не продается. Но уважаемый покупатель может посмотреть что-то другое.

— Это объявление войны. Никто и ничего у тебя не купит! Ты разоришься и пойдешь по миру! — сказал дварф, стуча кулаком по столу. На его несчастье, за разговором уже давно наблюдали несколько других торговцев, и когда брань дварфа стихла, а он вроде сказал последнее слово, я выложил на стойку еще один аргумент.

— Налетай, торопись! — будто не замечая жадных взглядов, крикнул я, катая по столу голубоватую жемчужину. — Последние камни маны из разрушенного города на нулевом этаже!

— Сколько у вас есть, достопочтимый Пламенник? — спросил уже знакомый хоббит в дорогих гильдейских одеждах. Раньше он смотрел издали, но упускать такой лакомый кусок, как подходящие к концу кристаллы маны, не собирался.

— Господин Вальдо Наггетс, глава гильдии торговцев? — улыбнувшись спросил я, на что тот с достоинством кивнул. — Наслышан о вашей потрясающей деловой хватке. Так что вам с большой скидкой и по стабильной цене — всего двести серебра за десяток грамм.

— Двести? — удивленно поднял бровь хоббит. — Простите, герой, но их цена сейчас сто пятьдесят, не больше.

— Так это сейчас, — улыбнулся я. — а что будет через месяц? Как я и сказал, город дварфов разрушен. Последняя партия кандидатов, как я слышал, не вернулась. Да что там — не смогла даже спуститься на третий уровень. Да и оттуда не было никаких вестей уже сколько? Неделю? Так что двести сейчас — это пятьсот через месяц или два. Я и сам всю партию распродавать не буду, оставлю на потом. Да и вам предлагаю исключительно из уважения.

— Но деньги вы хотите получить сейчас? — понимающе улыбнулся Вальдо.

— Вы улавливаете суть! — улыбнулся я в ответ, разводя руками. — Пусть деньги правят миром, у вас будет эксклюзивный товар. А пока можете посмотреть другие трофеи, что мне достались потом и кровью. Вот, например, отличного качества клинок… Секунду, прошу прощения, забыл представить вам мою прекрасную, но холодную подругу.

— Ни к чему, — спокойно сказала Вата.

После многочасового общения с девушкой я понял, что у нее какое-то повреждение лицевой мускулатуры и эмоционального профиля. Но для торговли лучше и придумать ничего было нельзя. Вечно спокойная девушка, одетая по последней моде, в лучшее из платьев, что мы смогли себе позволить, взгроможденная на туфли с высокой подошвой, с макияжем и прической, скрывающей кончики ушей, стала неотличима от настоящей эльфийки. Что нам и требовалось.

— Мы не будем торговаться за кристаллы маны. Они быстро взлетят в цене, — сказала она.

— Но я уже пообещал продать их по двести.

— Нет, дурацкое обещание, свою долю можешь продавать за сколько хочешь. Моя цена не меньше пятисот, — подыграла мне полукровка, слышавшая весь диалог. — На меньшее я не согласна. Да и корону с кольцами продавать неизвестно кому…

— Ну что вы, — улыбнулся хоббит. — Как неизвестно кому? У меня прекрасная память на лица, и если господина Пламенника я вижу во второй раз после его снисхождения в Бездну, то с вами уже однажды имел дело. Как поживает ваш хозяин? Я слышал, у него были какие-то незначительные неприятности?

— Не понимаю, о чем вы, — все так же спокойно сказала девушка.

— Прошу прощения. Возможно, я вас с кем-то все же спутал, — внимательно вглядываясь в лицо ваты, произнес Вальдо. — В любом случае я уверяю, надежнее покупателя вам не найти. Я готов немедля купить у вас оптом большую часть оружия и доспехов, особенно меня интересуют зачарованные. Взамен же я прошу незначительную скидку. Скажем, процентов десять на все снаряжение и камни.

— Он не продаст вам ни одного меча без одобрения гильдии кузнецов! — возразил стоящий рядом дварф с обгоревшей бородой. — А если продаст, можете забыть о наших поставках!

— Тех, которые уже прекратились? — вежливо улыбнувшись, спросил глава гильдии торговцев. — Если вы перестанете получать металл из Бездны, как будете ковать? Чем греть ваши магические наковальни и заряжать молоты? Чем подпитывать руны?

— Мы возобновим поставки. Не с этой партией, так со следующей! — напористо сказал дварф. — Наши кандидаты почти всегда проходили испытания и сейчас пройдут.

— Мало его пройти, надо еще добыть кристаллы и вернуться, — усмехнулся я, озаряя своей улыбкой спорщиков. — Слышал, уже тысячу лет у вас не было ни одного божественного героя. И не будет. Эльфы вон послали свой отряд в Бездну, даже не спросив у вас разрешения. Если их генералы и жрецы доберутся до играющего бога, у них станет на несколько божественных героев больше. А они и так в каждом городе свои храмы поставили.

— Это верно, баланс сил изменится еще больше, — кивнул, наблюдая за мной, Вальдо. — Хорошо, семь процентов, и я возьму все.

— Пять и только то, что мы выставим на продажу, — отрезала Вата.

— Вы разбиваете мне сердце… шесть с половиной и обязательно половину кристаллов маны, — цепко вглядываясь в лицо девушки предложил хоббит.

— Я не продам вам ни одной жемчужины дешевле пятисот монет. Раз мой друг назначил другую цену — пусть он с вами и торгуется, — отвергла его полукровка.

— Одну минуту, — попросил Вальдо, отойдя, он на ухо сказал что-то одному из помощников, и тот, несколько раз кивнув, умчался к другим лавкам. — Хорошо. Я куплю камни по двести. Но прежде вы скажете, откуда у вас такая уверенность в том, что они подорожают. То, что город разрушен, еще не говорит о недоступности камней. Смерть Железнобородов — неприятное известие, но оно не критично для добычи. А уж если либлинги переселились ближе к выходу, тем лучше для добытчиков, проще будет искать их икру и жемчуг. Да, прошлая партия сгинула в полном составе, но там были только высоколобые эльфы, посчитавшие себя достойнейшими. Группа, ушедшая позавчера, могла просто не дойти до третьего уровня. Так откуда уверенность, что они не справятся?

— А что вам говорит ваше чутье и деловая хватка? — ответил я вопросом на вопрос. — За последние двести лет кандидаты стали сильнее или слабее?

— Бывало по-разному, — задумчиво ответил Вальдо, потирая холеными пальцами гладко выбритый подбородок. — Но, если так судить, божественных героев не было уже очень давно. Бездна является главным поставщиком заклятий, сырья и маны для них. На камнях держится большая часть экономики правящих домов…

— Но сама Бездна долгое время была гостеприимна, — подсказал я ему. — Спуститься на нулевой уровень, не опасаясь ничего, дойти до города Железнобородых, забрать добытые рабами кристаллы и подняться наверх. Можно даже не сражаться — за тебя все сделает охрана. Сколько мест на центральной арене? А сколько из них занято ежедневно?

— Богу надоела игра в поддавки? — нахмурившись проговорил хоббит. — Возможно, распорядитель пришел в крайнее возмущение, когда пятерка эльфов прошла все испытания, угрозами подкупом или убийствами устранив остальных участников. Возможно… но тогда выходит, что ни следующая, ни какая другая группа не пройдет и не вернется с легким кушем. Кандидаты, рассчитывающие на легкие деньги, перестанут являться в город.

— Разве? А как долго правящие дома будут терпеть отсутствие поставок и резкое удорожание того, что есть в наличии? Во сколько раз камень, купленный здесь, станет дороже, пока доберется до столицы? В пять? Десять? А если они перестанут добираться?

— Это все очень интересные вопросы, но основанные только на ваших ощущениях, — покачал головой Вальдо. — Я уважаю героев, особенно тех, кто прошел, не договариваясь с остальными и даже против их желания. А еще больше уважаю тех, кто спустился ниже второго уровня и вернулся с хорошей добычей. Однако пока это ваши догадки. Сто восемьдесят за камни… и десять процентов на все волшебное оружие.

— Сто девяносто… — улыбнулся я, и яростный торг разгорелся по новой.

В результате мы сошлись на ста восьмидесяти пяти, но и снаряжение я тоже отдавал не только зачарованное. Все распродать не удалось, да я и не собирался, а особенно острым предметом спора стала форма оплаты. Для меня было принципиальным вопросом взять не только, да и не столько деньгами и товарами — сколько рабами. И не простыми, а подготовленными в ямах.

Гладиаторы, телохранители, убийцы, маги, мутанты — мне нужны были все, и я не отступал ни на шаг в этом вопросе. Хоббит держался до последнего, объясняя, что торговля рабами пусть и разрешена, но требует больших затрат. Их требуется обучить, одеть, вооружить и доставить в город. А все это время. В результате мы сошлись на том, что я беру не только лучших — но и простых солдат, правда, куда дешевле.

Один обученный гладиатор стоил как зачарованный меч. На него же можно было обменять десяток обычных рабов, и, перед тем как ударить по рукам, мы сошлись на цифре в пятьсот… рабов. Пять сотен мужчин, женщин и детей. Огромная цифра, о которой я и мечтать не мог. Хоббит совершенно не понимал, зачем они мне в таких количествах, но не стал спрашивать, а я не потрудился ему объяснить.

Полтысячи рабов — это настоящая армия. Армия, которую нужно содержать, обучать, обувать и одевать. Кормить, поить и обеспечивать крышей над головой. Еще утром всего этого у меня не было, сейчас же, вырвав из лап убийц, наркоманов и контрабандистов все катакомбы, целиком, я мог себе позволить обустроить их по собственному разумению.

Да, грибами долго питаться у них не выйдет, но, поговорив с дриадой, я нашел выход — подземные куро и свинофермы. Я в разведении животных ничего не мыслил, но Елка сумела мне доказать, что сможет посадить целый сад из салатов и картошки, если у нее будет время, семена и почва, я же всем этим пообещал девушку обеспечить.

Жрак, ставший новым начальником охраны лавки, а заодно и подземелья, начал обустраивать посты и расставлять патрули. Что до Спартака, я нашел ему другое задание. Едва отдохнувший орк переоделся, взял с собой нескольких товарищей и надел на шею только что снятое Болью металлическое кольцо. Его партия, охраняющая дрожащего от страха гнома, направилась в дальнюю вылазку.

Я бы с удовольствием и сам отправился с ними, ведь путешествие грозило стать смертельно опасным, но стал слишком заметной фигурой, во всех смыслах, а их задачу нужно было провернуть без шума и пыли. Так, чтобы никто даже не понял, что именно происходит. Когда же местные божественные герои поймут, в чем именно дело, окажется слишком поздно. По крайней мере, я на это очень рассчитывал.

— Солнышко скрывается, лавка закрывается! — громко выкрикнул я, складывая остатки оружия под стол. — Всем до завтра!

— Стой, я еще хотел… — выкрикнул один из опаздывающих. После Вальдо, снявшего торговую блокаду, нас буквально облепили разного рода торговцы, что и понятно, ведь у нас был первоклассный товар по ценам дешевле, чем у других, на добрую четверть.

— Завтра! Будет новый день, тогда и приходите, — улыбнулся я, за веревки закрывая ставни.

— Завтра будет новый день? — чуть слышно спросила Елка.

— Для вас он уже настал, — понимающе усмехнулся я. — Для других… для пяти сотен других настанет, когда они спустятся в подземелье. Не подведите своего господина.

— Да, хозяин, — склонилась все понявшая Вата. — Можете рассчитывать на нас. Всегда. Мы унесем вашу тайну с собой в могилу.

— Надеюсь, до этого не дойдет, — покачал я головой. — Оставляю лавку и подземелье на вас. Не продешевите. Завтра будет новый день.

— Завтра будет новый день, — хором ответили вольные, и я шагнул через огненный портал навстречу сердцу подземелья второго уровня и обворожительно улыбающейся хранительнице, наконец получившей свою брошь, создавшую платье. Или, по крайне мере, его видимость. И черт возьми, она стала еще привлекательней. Иногда девушки одеваются так, чтобы их хотелось раздеть, и это был именно тот случай.

— Добро пожаловать домой, хозяин, — сказала лавовая девушка, придерживая подол и кланяясь. — Желаете приступить к стройке? Открыть новое? Меня?

— Те… что? — чуть не ответив, я успел поймать себя на шальной мысли.

— Меня, — улыбнувшись хранительница подняла руки и закружилась, показывая свою фигуру с лучших сторон. — Благодаря вашим вливаниям маны в сердце подземелья и его расширению я стала куда сильнее. И настала моя очередь сделать приятное вам.

Глава 20

— Что-то ты долго, — сказала Химари, подбирающая стрелы для своего лука. Простое на первый взгляд занятие требовало большой сосредоточенности. Стоило взять чуть другую длину, оперение или форму наконечника, и баллистика снаряда в корне менялась. А учитывая, что дерева у нас в наличии не было, а девушке приходилось выбирать из разномастных трофеев, ситуация становилась еще сложнее.

— День выдался насыщенный, — мрачно ответил я, в очередной раз проверяя, жива ли Веста. Она не высовывалась наружу с самого захвата подземелья четвертого уровня, но, судя по всему, была в полном порядке. Да и подарок в виде броши от огра-портного приняла с благодарностью. — Успели отдохнуть?

— Я даже выспалась, — улыбнулась, потягиваясь, Химари. — Хотя Клора еще дрыхнет, у девочки небольшие проблемы с ростом уровня. Какие новости с поверхности?

— Кризис разрешился. Удалось загнать большое количество оружия и припасов. Так что в целом все неплохо. Осталось понять, как пробраться мимо черного дракона, и можно выдвигаться. Тан, ты со скелетами поговорил?

— Еще вчера, и тогда наше отставание составляло четыре дня, — отозвался лич, с интересом собирающий пазл из нескольких десятков костей. То, что у него получалось, сложно было назвать гуманоидом. Восемь лап, длинный раздвоенный хвост, череп, украшенный двумя смотрящими вперед острыми рогами на носу и лбу. — Теперь это уже четыре. К тому же их ведет Видящая, сомневаюсь, что даже по следам успеем догнать.

— И для этого собираешь скакуна? — уточнил я, рассматривая будущее произведение мастера некромантии. — Троих он сможет унести?

— В этом теле даже меня не утащит. Зато сможет быстро ловить мелкую дичь, вроде кобольдов. Они, конечно, не слишком питательны, но скелету много еды не нужно, — улыбнулся лич, пристраивая к позвоночнику хорошо знакомый звездный кристалл. — А здесь у нас будет желудок, не в прямом смысле, но надо же мне силы пополнять. Кладбища теперь своего у меня нет, я бездомный, так что пришлось создавать передвижной аппарат, почти самогонный. — На последних словах он со вздохом облизал губы. — Единственное, по чему действительно скучаю в этой вечности — хорошее вино.

— В чем проблема? Бери да заливай внутрь, стопроцентный спирт, говорят, отлично консервирует, — усмехнулся я, присаживаясь на кровать.

— Эффект не тот, — цокнув языком, пожаловался лич. — Впрочем, у меня и своей дури всегда хватало, а теперь, после спуска, проснулась часть сил и воспоминаний. Еще недавно я мог поднимать только крошечных скелетов и отдельных умертвий, а сейчас… Сейчас!

ГорТан развел руки в стороны и затараторил в два голоса. Пентаграмма появилась прямо в воздухе, никто ее не рисовал, светящийся круг с каждой фразой дополнялся символами, а затем опустился, укрыв скелет, словно одеялом. Кости вздрогнули, со стуком соединяясь друг с другом, и я успел заметить сплетающиеся воедино сухожилия.

— Моя первая за сотни лет костяная гончая! — в восторге сказал Тан, когда диковинная ящерица перевернулась, попытавшись встать на ноги. Вот только лапы расползались в стороны, не в состоянии поднять туловище. — Что за… — растерянно проговорил лич, осматривая свое творение. — Встань и ползи!

— А я тебе говорил, позвонки задом наперед соединены, — скептически заметил Гор через минуту, когда голему так и не удалось подняться. — А ты — и так сойдет, само срастется.

— Нашелся умник, сам только основы некромантии начал узнавать, а туда же, меня учить! — расстроенно огрызнулся Тан.

— А в чем проблема? Снимите заклятье и пересоберите заново, — сказал я, чем мгновенно заслужил презрительные взгляды сразу двух голов.

— Еще один дилетант, по ошибке получивший силы, — фыркнул лич. — Кости привязываются к душе. Обычно к родной — что куда проще, но в данном случае выдернутой из другого тела. Привязываются напрочь, при развеивании или экзорцизме они станут непригодны для повторного использования, а я их готовил несколько часов. Ладно, гончая не вышла, будет гусеничка. Зато не придется бегать ее догонять.

— Кто на уровне найдется.

Кто под топором помрет.

Все в хозяйстве пригодится

И в голема попадет! — весело продекламировал Тан, наблюдая за тем, как неудавшаяся ящерица, задирая лапы, ползает, выписывая круги. Зрелище получилось крайне комичное, и в то же время грозное. Из-за неправильного расположения конечностей существу приходилось изгибаться для каждого шага, а голова так и норовила боднуть пол.

— Твоему творению бы к костоправу сходить, — заметил я, качая головой.

— Движется? Нормально! Это временное решение, коллега, — довольно потирая руки, сказал Тан. — Во всем нужно искать плюсы. Да, немного хромает — зато уверенно держится у земли. Да, часть конечностей смотрит не в ту сторону, но в узких лазах сможет отталкиваться и от пола, и от потолка одновременно. Уникальная конструкция! А то, что нежизнеспособная, так она и не будет жить. Главное, чтобы еду мне добывала и послушно выполняла приказы.

— Еду? О чем ты?

— Мы, нежить, питаемся более высокой пищей, чем всякие смертные, — наставительно произнес Тан. — Можно сказать, духовной.

— Энергетические вампиры, в общем, — оборвал я его высокопарные рассуждения.

— Не сравнивай меня с этими паразитами, — скривился Тан. — Пить кровь из живых, чтобы поддерживать собственную не-жизнь, да еще в столь жалком состоянии… фу. Нет. Мы истинная нежить. Имеем и тело, и душу, и огромный магический потенциал. А главное, разум, способный осознать свое положение и не просто смириться с ним, но гордиться, не прячась за маской ложной жизни. Пусть некоторые из вампиров достаточно могущественны, чтобы держать под контролем своего разума целые острова, но все их существование лишь притворство.

— Мне кажется, Ник имел в виду совсем другое, — вмешалась в разговор Химари. — Это термин такой об ущербных людях, получающих энергию от общения с другими. Но к черту людей. Ты сказал, вампиры реальны?

— Более чем, — пожал плечами лич. — А что вас таки удивляет? Среди каждого народа рано или поздно находятся отщепенцы и уроды, желающие жить вечно, но не способные сложить в уме два и два и сродниться с планом смерти целиком. Большинство из них настолько больны, что не понимают отвращения живой плоти, постоянно цепляясь за свой хаотичный образ, и пытаются сохранить его всеми доступными способами.

— Угу, больные. Зачем пытаться походить на живых, — прокомментировал я.

— В точку! — не понял моего сарказма Тан. — Извращенный стиль мысли, загоняющий их в ограничения не-жизни и вынуждающий зависеть всю оставшуюся вечность от живой крови. Фу, какая мерзость. Именно потому им приходится постоянно жить в городах или поселениях. Хотя находятся те, кто в состоянии проспать в своих гробах тысячи лет. Тоже ведь какое извращение, создавать внешнюю филактерию, которая удерживает твою душу в теле…

— И что, нам такие встретятся? — настороженно спросила Химари.

— Что? — сбился с обличительной мысли лич. — А, встретятся? Нет, очень сомневаюсь. Бездна, конечно, бесконечна и в своем разнообразии, и в своей похожести. Уровни и планы не стоят на одном месте и могут меняться местами, но сомневаюсь, что нам встретятся достаточно большие поселения, чтобы прокормить даже парочку высших вампиров. А остальные, без крови, так, безумные вурдалаки — и ничего более.

— Ничего более, — повторил я, пытаясь уложить в голове еще один кирпичик этого безумного мира. В самом деле удивляться здесь было нечему. Те же либлины для меня оказались куда большим откровением, чем существование вампиров, так что шока новое знание не вызвало. Может, я просто начинаю привыкать к творящемуся вокруг театру абсурда?

— Будите Клору, — приказал я, поднимаясь. — Вы отдохнули, мне перерыв не нужен, пора двигаться дальше. Если мы отстаем на четверо суток с учетом поиска пути, может быть трудно найти правильную дорогу.

— Никаких проблем, — улыбаясь сказал Тан, показывая на творение рук своих.

— И как нам эта мертвая ящерица поможет? — скептически спросил я. — У нее же даже языка нет и носа, чтобы учуять запах.

— Зачем ей запахи, когда она чует души! — довольно заметил лич. — Пусть она и не очень гончая, тут ошибочка вышла, но зато со следа точно не собьется. Я использовал душу одного из пойманных кобольдов, узнавшего спускающуюся группу, так что он приведет нас точно к цели. Единственная проблема в скорости передвижения.

— Мы можем не брать с собой живых, — немного подумав, предложил я. — Пусть отсыпаются, а нам отдых и перерывы не нужны. Двинем ускоренным темпом, и тогда на времени привалов точно сэкономим. А в случае опасности я просто создам кусок подземелья и призову остальных на поле боя.

— А нашего мнения ты спросить не хочешь? — спросила Химари, вешая короткий меч на пояс. — Я здесь засиживаться не собираюсь, на себе почувствовала, что значит измениться на уровнях Бездны, прыгнуть через голову — почти однозначно сломаться, а я собираюсь дойти до самого конца. И даже не думай меня отговаривать!

— Твое дело, но, если сдашь, отправлю в лагерь без разговоров, — сказал я, направляясь к лежащей в гамаке хоббитке. — Клора, мы собираемся спускаться дальше. Ты в состоянии идти? Хочешь с нами или будешь дальше восстанавливаться?

— Я в порядке, — сказала воровка, садясь. От движения гамак закачался, и девушка схватилась за стену, чтобы не упасть.

— По тебе не заметно, что в порядке, — покачал я головой, помогая ей лечь обратно. — Рассказывай, в чем дело.

— Я… не знаю, — нехотя признала хоббитка. — Думала, смогу, выдержу темп. Но внутри все сдавливает… выворачивает. Наверное, Бездна просто не хочет, чтобы я шла дальше.

— А как тебе было на четвертом?

— Там я еще справлялась, хоть и с трудом. А вот при входе на пятый… Я потому и отошла в глубь коридора. Хоть немного легче. Думала, сможем все вместе, — всхлипывая и шмыгая носом, сказала воровка. — Старалась… но вы же все ненормальные! Мертвец огр, поглощенная тьмой и владыка подземелья. А я… я самая обычная!

— Только благодаря тебе нам удалось пройти то подземелье, — покачал я головой, кладя руку на плечо Клоры. — Если бы не ты и твои умения — нас бы всех расплющило, сожгло или расчленило летающими топорами. Так что ты ценный член нашей команды. Если тебе нужно время, чтобы приспособиться, я могу перенести тебя на четвертый уровень. Монстров там хватает, нужно очистить от них подземелье. К тому же тебя сможет прикрыть Страж.

— Вот только вы в это время будете двигаться вперед, — мрачно заметила хоббитка. — Нет, даже не думай, я не хочу, чтобы вы просто так оставались. Ради меня. Это слишком эгоистично. Но все равно… я… я думала, у меня получится.

— Погоди убиваться. А что, если вариант есть? — задумавшись, спросил я. — Это раньше тебе нужно было постоянно спускаться с нами, но есть же и другая возможность. Помнишь, как мы рванули на третий? Пропустив сразу два уровня мы с помощью эликсиров добрались до нужного места и без проблем вернулись назад. Нужно только найти зелье, которое позволяет проскакивать уровни, и ты сможешь с четвертого прыгать до седьмого, а с пятого до восьмого. У тебя будет куча времени, пока мы спускаемся ножками. Нужно только где-то зелье взять.

— У королевы грибов, — повеселевшим голосом сказала Клора, вытирая слезы. — Ты прав! У меня получится! Спасибо! — глубоко вдохнув, она спрятала ладони в рукава и кинулась мне на шею, обняв на секунду и тут же отпрянув. На щеке осталось небольшое покраснение, но в целом девушка осталась в полном порядке.

— Хорошо. Буду ждать от тебя новостей, — улыбнулся я, подав девушке бесконечную флягу. — Возьмешь задание у грибницы, можешь с собой пригласить нескольких вольных, чтобы они осваивались. А потом станешь самой сильной хоббиткой-героем за последнюю тысячу лет.

— Точно. И вернусь, поквитавшись с этими уродами, — зло и мечтательно сказала Клора. — Ни один барон не будет себя чувствовать в безопасности, когда я поднимусь. Они своих теней боятся будут и нанимать сотни охранников. И все это окажется бесполезно.

— Да, если тебе так будет проще, они ответят за брата и за всех, кого угнетали, — согласился я, поднимаясь. — А еще ты всегда сможешь рассчитывать на мою помощь. И не только мою.

— Ммм… а тело брата сохранилось? — задумчиво спросил Тан. — Эй, что вы на меня так смотрите? Совершенно нормальный, можно сказать, невинный вопрос. Если сохранилось, я мог бы его вернуть, не в том виде, конечно, разум штука тонкая… пока не началось вот это все.

— Нет, голову забрал распорядитель, — ответил я за хоббитку. — Так что теперь она вне досягаемости.

— А вот тут я бы не был столь категоричен, — с ухмылкой заметил лич. — Распорядитель не из тех, кто разбрасывается ресурсами. Если он что-то забирал себе, вполне вероятно, что где-то в шахтах, башнях или библиотеках его города шатается зомби с пришитой головой. Или летает говорящий череп-энциклопедия. Если его найти, можно выдернуть с плана смерти оставшуюся душу и привязать к телу, создав филактерию. Другое дело, что со своей собственностью распорядитель просто так не расстанется…

— Если ему предложить что-то полезное, вполне может, — сказал я, немного подумав. — Если ты этого очень хочешь, Клора, сможешь даже воскресить брата. Хотя я не уверен, что он будет рад такому состоянию. Возможно, лучше оставить все как есть и просто отпустить ситуацию, помогая другим. — Я попытался предложить альтернативу, но глаза девушки уже загорелись, а губы растянулись в глупой усмешке.

— Я… я смогу вернуть братика? — ошарашенно проговорила Клора. — Что для этого нужно?

— Эм. Кхм. Для начала — найти его тело. Придумать, как забрать его у полубога. Ну и, конечно, правильно провести ритуал воскрешения со всеми особенностями, — растерявшись от такого напора, проговорил Тан. — Лучше, конечно, оставить такое дело профессионалам, но, если очень прижмет, тебе придется освоить основы некромантии и иметь при себе приличное количество камней душ. Десяток крупных — только на вершины звезды для призыва из-за завесы.

— Я все сделаю. Пусть он не будет таким, как прежде, но, если сможет быть со мной, это неважно. Насколько сильнее мне нужно стать? Какого уровня будет достаточно?

— Планы смерти идут с нулевого по пятый, на каждом из них ты можешь получить единение, — ответил лич. — Я помогу тебе создать первую филактерию, через которую ты будешь прокачивать души убитых монстров, и в идеале это позволит быстрее получить единение. А после, когда ты почувствуешь, что эффект пошел, обучу первым начертаниям и заклятьям.

— Не волнуйся, я прослежу за тем, чтобы он не мухлевал и не отлынивал, — серьезно сказал Гор. — Быть мертвым не самое приятное занятие, но твоему брату не придется ни с кем делить тело. Так что уверен, он оценит твою заботу.

— Спасибо! Спасибо всем вам! — Клора, вскочив, полезла обниматься вначале ко мне, потом к оргу и напоследок к японке.

— А меня то за что? — просипела сжатая в объятьях девушка.

— Я обязательно сроднюсь с планом смерти и воскрешу брата! Начну немедленно, с третьего уровня, а потом на четвертый! — воодушевленно сказала хоббитка, собирая вещи. — А потом под зельями буду с вами быстрее копить единение! Теперь у меня точно получится!

Не прощаясь, она выскочила из внутренней казармы в коридор, и вскоре ее веселый голос раздался в жилых помещениях вольных.

— Ты правда сможешь научить ее некромантии? — спросил я у Тана.

— Если она разовьет единение с планом смерти, почему нет? — пожал плечом лич. — Все живые с ним породнятся рано или поздно. Но обычно они не стремятся избавиться от бренности и хаотичности своего существования. Возможно, она позже поймет это, а может, и в самом деле станет магом, способным подчинить смерть.

— В любом случае мы остались без вора, — заметила Химари, как раз закончившая собираться. — Не знаю, как именно она видела ловушки, может, это паучье чутье такое. Мне их видно не было. Но это и неважно, когда у нас есть такая тварюшка для испытаний.

— Но-но! Это произведение моего некромансерского искусства. Попрошу руками не трогать и под ловушки не совать, — сказал, отгораживая от нас недогончую, Тан.

— Угу, ты художник, ты так видишь. А то, что глаза чуть кривоваты и их четыре, так это проблема восприятия окружающих, — довольно оскалилась Химари.

— Прекращайте, — сказал я, открывая портал на крошечный активированный участок пятого уровня. — Осилим пятидневку за день?

Глава 21

Через десяток часов красный гранит успел примелькаться, и я больше не обращал на него внимания. Акценты Бездны медленно смещались от планов смерти к планам огня, и я чувствовал, как в груди разгорается пламя пожара. После перемещения на пятый Веста даже немного оживилась, но наружу выбираться не собиралась и вскоре сосредоточилась на сборе и накоплении маны для «сюрприза». Что она под этим имела в виду, естественно, не объяснялось, но я и не настаивал, радуясь, что спутница просто нашла занятие.

Психологическая травма, полученная из-за воспоминаний о гибели леса фей, могла выбить из девушки последние крупицы здравого смысла, и никакой психолог в таком случае уже не помог бы. Хотя мне и без нее проблем хватало. Несколько раз нам встречались небольшие патрули кобольдов. Не больше пяти ящеров. Разделаться с ними не составляло труда, так что мы и гончую накормили, и от врагов быстро избавились.

Голем показал себя с лучшей стороны, не видя разницы между полом и потолком. Хотя скорость его передвижения и оставляла желать лучшего, но чем уже был лаз — тем быстрее ползла Недогончая. В полном соответствии со своим шуточным прозвищем она не могла угнаться за остатками патруля, но это с успехом делали мои булыжники и стрелы японки.

Химари чувствовала себя в темноте даже лучше и специально отходила в сторону, чтобы не попадать в небольшой круг моего свечения. Выбрав Лаву в качестве первичной специализации, я лишился возможности скрывать свое присутствие, но отряды до десятка кобольдов мог просто затоптать в защитной форме. Как говорится, у носорога плохое зрение, но это не его проблемы.

— Заканчивай топать, — вынырнула из темноты Химари, и, прежде чем я спросил в чем дело, пещера резко расширилась, так что даже потолок пропал из виду. Стены расходились в стороны и тоже терялись вдали. Виденье камня выхватывало на самом краю зрения гигантские сталактиты — колонны, обвитые странными кружевами.

— Главный зал? — тихо спросил я, оглядываясь по сторонам.

— Может быть, — нервничая, ответил Тан, чья животина, а вернее, мертвечина рвалась вперед по отполированной сотнями ног дорожке — в самый центр поседения, откуда доносились нехарактерные для пещер звуки, голоса и даже гомон. — Может, обойдем по краю?

— Не факт, что с другой стороны найдется спуск, — мрачно вздохнул я, представляя ворох проблем, который мы сможем получить, если заявимся в поселение кобольдов. — Уверен, что голем не сбился со следа и ведет нас верной дорогой?

— Да. Но… в конце концов во всем нужно видеть положительные стороны. Познакомимся с местной культурой и колоритом. Можем даже заявиться к местному владыке, — без особого энтузиазма сказал лич, глядя на город. Теперь, чуть приблизившись, я смог рассмотреть, что кружева, обвивавшие колонны, это дома и строения. Кобольды, словно пчелы, тысячами облепили гигантские сталактиты, изрыли их нормами, и вся конструкция не падала только чудом.

— Соваться туда — чистой воды самоубийство, — заметила Химари, подходя ближе. — Мы на открытой местности, а тебя, как свечку, даже за километр видно. Не спрятаться и незамеченными не пробраться. Единственный способ — обойти, возможно, там найдется путь вниз.

— А возможно нет, и мы в любом случае потеряем несколько дней на поиск прохода, — покачал я головой, садясь за камнем. Ситуация в целом была не фатальной, но проигрышной, и легких вариантов выхода из нее я не видел. То, что идти надо было следом за группой, понятно, но заявиться в чужой город без подготовки и вправду казалось безумием. Хотя…

— Ты чего удумал? — спросила в растерянности японка, когда я, активировав защитную форму и встав во весь рост, направился прямо к городским окраинам. — Совсем с ума сошел?

— Может останемся? — спросил у Гора Тан. — Видно же, у лидера кукуха поехала. Делать нам тут совершенно нечего…

— Идем, — мрачно сказал огр и, опираясь на двуручный молот, потащил упрямящуюся вторую половину. Поняв, что все бесполезно, лич прекратил саботаж и зашагал следом за мной и Химари, даже не пытаясь воззвать к моему разуму. Зато, оценив ситуацию, он глубоко выдохнул и начал читать заклятье, в результате чего на черепе вновь загорелись магические печати и татуировки. Судя по всему, он готовил филактерию к скорой и неотвратимой смерти.

— А-ара-а, — выскочил мне навстречу колбольд с копьем наперевес, но, изловчившись, я поймал его за острие и, стряхнув на землю, поднял.

— Ты что на гостей бросаешься? Не исполняешь приказ хозяина? — прогрохотал я как можно более грозным голосом. — А ну, быстро зови старшего! Мигом! Где моя встречающая группа?! Где процессия?! Главного мне сюда!

— Ик, — только и смог ответить кобольд, с перепугу выпустивший облачко дыма изо рта и с другой стороны. Я скрестил руки на груди и со всей силы топнул, так что бедного ящера подбросило на месте. Вздрогнув, он очнулся. Схватился за копье. Потом перевел взгляд с меня, на центр поселения и, поняв, что я никуда уходить не собираюсь, с криком ринулся обратно.

— Ты реально псих, — выдохнула за моей спиной Химари. — А если бы он снова на тебя с копьем бросился? Или того хуже — целую армию бы за собой привел?

— Армия нас бы так и так ждала. Только на окрестных домах-колоннах их под пару тысяч, — заметил я, стараясь не смотреть вверх. — Попробуем пролезть на своей наглости и их тупости. Охрана на то и охрана, что в нее самые башковитые не попадают. Тот, кого он с собой приведет, явно будет умнее, но и доступ у него дальше.

— Может и сработать, — в полном восторге сказал лич. — Вот только, что ты собираешься делать, если они окружат нас толпой и поведут к дракону?

— Идти… а есть другие варианты? — пожал я плечами.

— Уже нет, — криво усмехнулась Химари, показывая на огромную толпу, накатывающую волнами по дороге. Сотни и даже тысячи кобольдов — армия, которую невозможно было победить даже всеми отрядами, имеющимися в моем распоряжении, окружала нас, идя сразу в несколько ярусов и занимая с первого по пятый этажи близлежащих трущоб и пещер.

— Где главный?! — рявкнул я, не двинувшись с места, даже когда копья почти коснулись моей груди. — Мелюзга, я тебя зачем посылал?!

— Я Вокра-Крылатый, верховный шаман племени Красного клыка, — сказал, спускаясь на широких перепончатых крыльях, кобольд-заклинатель, которого я уже видел. — Кто…

— А я тебя знаю! Это твою шкуру мне пришлось спасать, когда ты не справлялся с отрядом дварфов на третьем! — сказал я, наступая на приземлившегося коротышку. — Я гнал их до пятого уровня и что теперь вижу? Кто-то не справился со своими обязанностями, и мне приходится подчищать за тобой. Хочешь, господин узнает, что ты не добил всех?

— Я справился! — чуть не завизжал от такой наглости летающий кобольд.

— Да ну? А почему тогда я стою здесь, перед тобой, хотя отвечаю за зачистку выше второго? Господин приказывал тебе останавливаться? Ты доложил ему, что прошло куда больше, чем вы договаривались? — набросился я с вопросами на присевшего ящера. — Почему мне приходится выполнять твою работу, так мало того, твои подчиненные мне в этом еще и мешают! Ну-ка, объясни мне. Или доложить господину о провале?

— Не было никакого провала! Мы убили всех, кого надо было, — заявил кобольд, но даже по его бегающим глазкам все было понятно.

— Во-от как? И они не прошли всей толпой на шестой уровень прямо через центр поселения? А ты не мешаешь мне их сейчас догнать? — строго спросил я. — Господин велел тебе оказывать мне всяческое содействие, а вместо этого что?

— Господин ничего такого не говорил! — зашипел крылатый, впервые посмев податься мне навстречу.

— Либо забыл ты, либо господин. Но господин ничего и никогда не забывает, — сказал я вкрадчиво. — Ты что же, хочешь сказать, что господин мог что-то забыть?

— Н-нет. Я такого не говорил! — замотал головой Вокра.

— Верно. Потому как такого не может быть. А значит, он не мог не сказать, что я приду. Или он не посчитал тебя достаточно важным?

— Я важный! — уперев руки в бока, заявил кобольд.

— А раз ты важный, и господин ничего никогда не забывает, значит, ты в курсе, что я должен был прийти и меня нужно проводить вслед за искателями приключений, которые прошли здесь несколько дней назад. Чтобы я добил тех, кого ты уже победил, — подсказал я кобольду. — Верно, важный верховный шаман племени Красного клыка Вокра-Крылатый?

— Верно, — кивнул шаман, и его глаза от удивления вылезли из орбит.

— А раз верно, то какой Бездны мы до сих пор стоим тут, а не выполняем поручение господина? — спросил я, подытоживая разговор. — Идем!

— Идем! — как завороженный кивнул шаман, а затем, помотав головой, взлетел. — Дорогу, выполняем приказ господина!

— Очешуеть, — сдавленно выдохнула Химари, до последнего держащаяся за рукоять которого меча. Тан что-то хотел заметить, но Гор его вовремя боднул, заставив заткнуться.

Я тоже выдохнул, но тут же набрал полную грудь воздуха, чтобы казаться еще крупнее. Большинство кобольдов было мне до колена, и, учитывая узость нор, я легко мог заглянуть в ходы третьего-четвертого этажа. Огр на моем фоне смотрелся чуть бледнее, но рядом ползла гигантская восьмилапая ящерица-скелет. И уже совсем терялась Химари, старающаяся скрываться в тенях.

И все равно, даже при моем росте, масштабы поселения кобольдов поражали. Все мое подземелье легко поместилось бы на пятачке одной из площадей, расположенных между сталагмитами, уходящими в коричневую дымку. Где на такую ораву тварей набрать еды или воды без центрального водопровода, я просто не представлял. А уж проблемы канализации в таком городе и вовсе казались катастрофическими. Либо все это решалось с помощью магии, либо…

Присмотревшись внимательнее, я заметил торчащую из основания колонны толстую кость, вросшую больше чем наполовину. Да и в целом цвет материала сильно отличался от красного гранита. Вскоре мои догадки подтвердились еще раз — чем ближе к центру поселения, тем крупнее и толще становились колонны. А небольшие домики, сделанные из чего придется, быстро утопали в потоках отходов живущих выше.

— Вот уж и в самом деле — из говна и палок, — усмехнулся я, осматривая сооружение.

— Что вы сказали? — спросил, обернувшись, Вокра.

— Говорю, всегда мечтал о доме на самом верху, но габариты не позволяют.

— О да, — хихикая, сказал шаман. — Привилегия крылатых. Жить на самом верху и срать всем на головы… Всем!

— Верно, хочу, прежде чем спускаться, посмотреть на самую крупную башню. А то лезть вниз, зная, что ты надо мной летаешь, а остальные ползают и бегают, мне как-то не улыбается.

— Да. Посмотри, — сказал крылатый кобольд, мерзко похрюкивая. Наверное, уже начал представлять, как будет наверху делать свое грязное дело. Но мне это было откровенно безразлично. А вот увидеть, что может отложиться за пару сотен лет жизни тысяч кобольдов, не хотелось. К тому же была у меня одна идея. Рискованная. Вот только осуществить ее так просто не удалось.

— Вокра! — прозвучал откуда-то спереди требовательный командный голос, кобольд резко съежился и, сложив крылья, чуть не рухнул. Стоило повернуть за угол вслед за шаманом, и я увидел владельца голоса, внушающего уважение одним своим видом.

Трехметровый рогатый драконид возвышался даже надо мной в защитной форме. В его лапах блестело гигантское копье с длинным, отливающим фиолетовым цветом лезвием. Несмотря на толстую чешую, он не пренебрегал толстой броней, закрывающей как грудь и голову, так и конечности с пахом. Сомневаться в его мощи не приходилось, и я понял, что выиграть у него поединок не смогу. Да ему и не понадобится — под рукой целая орава подручных.

— Мелкий шелудивый ящер! — сказал драконид, схватив кобольда за шею. — Тебя поставили охранять границу и выполнять мелкие поручения, а ты даже с этим не можешь справиться!

— Но я… — сжался Вокра.

— Молчать! — взревел возвышающийся над ним, как скала, драконид. — Твое наказание определится позже. Теперь ты чужак. Повелителю будет интересно, кто набрался храбрости, чтобы забраться так глубоко. И это единственная причина, по которой я не разорву тебя на куски прямо сейчас. Следуй за мной и не отставай, иначе твои спутники умрут, а ты лишь ненадолго отстрочишь свою мучительную гибель.

— Во-первых, не ты, а вы, — сказал я, скрестив руки на груди. — Во-вторых, я и сам к нему иду. А в-третьих, этот кусок летающего отчаянья обещал показать мне самую крупную колонну по пути к вашему повелителю. Так ведь, Вокра?

— Д-да. Обещал, — быстро закивал кобольд.

— Самую крупную колонну? — не понимая в чем дело, поднял бровь гигант, морда которого больше подошла бы динозавру. — Слово этого отброса ничего не стоит, но я не вижу причин не показать тебе наше могущество. Здесь некуда бежать, и, прежде чем твоя жалкая жизнь оборвется, ты сможешь оценить истинную мощь армии нашего господина.

— ВЫ. Не ТЫ, — сказал я с нажимом. — Я гость, а не добыча. Даже если тебе это еще непонятно, твой господин позже подтвердит. Ты будешь умолять простить тебя за ошибку, и это вполне меня устроит. А пока — колонна.

— Не испытывай моего терпения, чужак, — подался вперед драконид, оскалив пасть, но я с легкостью встретил его взгляд, добавив огня на поверхность каменной брони. Противостояние длилось несколько секунд, а затем он, хмыкнув, отступил. — Ведите его за мной. Попытается бежать — убейте союзников!

— Даже не думал сбегать, — ответил я, следуя за возвышающимся над многотысячной толпой кобольдов монстром. Гор тихонько выругался, Тан молчал, грозно вращая глазами, а Химари покусывала губу, пытаясь найти хоть какой-то путь к отступлению. Вот только мы были посреди вражеского города. Окруженные таким количеством лучников и копейщиков, что они, даже если не будут целиться, выстрелив разом во все стороны, все равно нас убьют.

— Пять великих колонн начала, — сказал с явной гордостью драконид, показывая на огромные толстые колонны, уходящие к потолку. Дендро-фекальные здания в несколько десятков метров в обхвате окружали огромную дыру, к которой вели все дороги. В этих монументальных строениях и нижние ходы были весьма впечатляющего размера. Даже я мог войти внутрь, чем немедленно и воспользовался. А зайдя — спустил штаны и присел в углу.

— Ты что собрался делать?! — закричал провожатый.

— Уже делаю! Так что отвернись и подожди снаружи! — сказал я, выпуская огненную струю.

— Да как ты… Ар-р-р… Ладно, и за это ты тоже ответишь! — взревел драконид, резко разворачиваясь и выходя. — Если попробуешь сбежать, твои друзья умрут долгой мучительной смертью! А тебя мы все равно найдем и…

— Да все уже, чего разорался? — сказал я, полностью опорожнив кристалл маны. — Не приучен я свои дела делать на открытой местности. Вот и приходится терпеть. Туда, конечно, в ближайшие недели не зайти, запашек будет стоять тот еще, но зато на встречу с твоим господином я попаду с полностью очищенным организмом.

— Это хорошо, — зло усмехнулся драконид. — Не придется очищать перед тем как съесть.

— Ага, и это тоже, — невозмутимо ответил я, подходя к соратникам. — Чего ждем? Пока я еще раз в туалет захочу? Или пока твой господин начнет гневаться?

— Можешь не стараться. Он всегда в гневе, — недобро усмехнулся драконид, ведя нас за собой. Несколько кобольдов сунулись было в облюбованную мной пещерку, но резко отдернулось, чему я был несказанно рад. Вся основная толпа ящеров следовала за нами, куда бы мы ни пошли. Даже крылатый кобольд, обреченно опустивший голову.

Больше получаса нам понадобилось, чтобы, миновав башни и основную часть поселения, выбраться к просторному, совершенно не загаженному озеру, посреди которого возвышалась скала. Не поверив своим глазам, я протер их кулаками, чтобы убедиться — гора была золотая. Гигантский желтый самородок, на котором гордо восседал двадцатипятиметровый дракон, на черной шкуре которого еще оставались красные чешуйки.

— А. Новый владыка четвертого пожаловал на свою погибель, — растянув губы в улыбке и показав гигантские клыки, сказало чудовище. — Не придется за тобой охотиться.

— Это верно. Но у меня к тебе предложение получше.

Глава 22

— Предложение, у тебя? Ко мне? — рассмеялось занимающее целый остров чудовище. — И что же такой крошечный червячок может предложить? Богатства? Посмотри на мое ложе, тысячи тонн чистого золота, пропитанного душами мертвых. Рабы или слуги? Оглянись! Перед тобой величайший город кобольдов на всех планах.

— И все же, у меня есть нечто, чего у тебя нет и что ты не сможешь получить силой. — усмехнулся я, не склонившись под напором гигантского крылатого ящера.

— И что же это? — нетерпеливо, словно горделивый подросток, спросил дракон.

— Информация, и возможность путешествовать между мирами. — с улыбкой ответил я. — Ты сидишь здесь, прижатый с одной стороны владениями предка, с другой — великим водопадом, а с третьей — планами смерти. В твоем распоряжении весь пятый уровень, но что будет, когда ты захватишь четвертый? Он расположен сильно выше, почти пуст и полон смерти. Я уже не говорю о третьем. Что ты будешь делать, когда тебе некуда будет расширять владения по планам?

— Глупый маленький камушек. — усмехнулся дракон. — Тысячи моих миньонов могут легко захватать все верхние уровни, прилегающие к кольцу бездны. Но ты даже не знаешь разницы между планом бытия и планом материи. Все что ты видишь — лишь крупица в пустыне. Игольное ушко, через которое ты смотришь на океан, и думаешь, что узрел мир и он весь таков. Нет.

— Так поделись своей мудростью, если считаешь, что я и в самом деле не понимаю, что именно тебе предлагаю. Информация о божественных героях, тех кто спустился и встретил играющего бога. Знания о происходящем вне твоих владений. А главное — возможность влиять там, где твои кобольды не могут выполнить элементарных приказов. Они ведь так и не уничтожили дварфов, это пришлось доделывать мне. Как и встречать пятерых героев эльфов, что шли за твоей головой.

— Хочешь сказать, что жрица меня обманула? — зарычал, подаваясь вперед зверь. — Хочешь сказать, что я, первый из сыновей Дираднака, великий Эвдинднак, хранитель пятого уровня, царь миллионов и живой бог — ошибся?

— Она тебя предала, не выполнив обещаний. — пожал я плечами. — Одна из героев что шла за головой владыки здесь. Правда в несколько потрепанном виде. Тан, спроси свою подругу, правда ли она отправлялась убить владыку, пусть отвечает честно.

— Эм. Тут такое дело, начальник. Ты, когда ее убивал, немного переборщил, челюсть сломал не в том месте, позвонки… в общем отвечать она не сможет. А вот кивать и мотать головой еще как. — поторопился заверить меня лич. — Можете задавать любые вопросы, но только имеющие два ответа — да или нет.

— Если их буду задавать я, будет несколько не честно. — развел я руками, повернувшись к дракону. — Может вы их позадаете? Времени у нас вагон, я уж точно никуда не тороплюсь.

— Ты играешь со мной в какую-то игру, букашка? — рыкнул Эвдинднак. — Прочешите преддверия уровня и убейте всех, кого найдете. Если ты ждешь спасения или подмоги — они лишь станут приятным дополнением к моей вечерней трапезе. Как бы ты не выкручивался, сегодня ты умрешь, маленький владыка ничего.

— А сегодня это еще долго? — на всякий случай спросил я. — А то солнца здесь не видно, а по свечению водопада определять сутки не всегда удобно.

— Ты умрешь, как только мне наскучишь. — растянув толстые, покрытые чешуей губы улыбнулся дракон. — Перед смертью я узнаю все что мне захочется, и сожру тебя, не оставив даже филактерии. Из какого бы материала она не была — в истинном пламени дракона сгорает все!

— Все умрут. — пожал я плечами. — Сегодня или через тысячу лет, не велика разница, но я предпочту немного растянуть удовольствие. Вы можете спрашивать, а я сформулирую более четко, так чтобы ответ был всегда однозначен.

— Попытка выслужится не спасет тебе жизни, лишь оттягивая неизбежное. — громыхнул Эвдинднак — Ответь, мертвая, за кем тебя отправили? Кого ты должна была убить? А ты, лич в чужом теле, сиди смирно. Я чую магию смерти так же как ваш пот и страх. Попытаешься соврать или изменить ответ — и первым сгоришь в истинном пламени.

— П-понял, начальник. Никаких подтасовок. — ответил Тан, пряча руку за спину. Гор повторил его движение, но чуть запоздал.

— Как уже говорилось она отвечает только, да и нет. — улыбнулся я, поворачиваясь к умертвии. — Вас послали за владыкой подземелья? — спросил я, и дождавшись кивка продолжил. — Вас отправили в Бездну после того как группа с третьего уровня пошла вниз и частично погибла? Все подтвердилось. Чего и следовало ожидать. Их послали за головой хранителя уровня, и если хотите я поспрашиваю подробнее, так чтобы стала понятна общая картина.

— Я не почувствовал лжи в ответе или вопросе. — чуть задумчиво проговорил дракон, перебирая пальцами заканчивающимися тридцатисантиметровыми когтями. — Хорошо. Пусть расскажет о том какие это были герои.

— Это несколько сложнее, но я попробую. — со вздохом сказал я, вернувшись к умертвии. — Вас было пятеро? Вы были с рабами? Слуг было больше двадцати… — я задавал один вопрос за другим, так чтобы все они имели однозначные ответы, но ни в коем случае не привели ко мне. Постепенно мы разобрали и классы героев, и их предысторию, которой я знать не мог, а потому и сам получил множество интересной информации.

Выяснилось, что все пятеро — бывшие генералы армий вторжения в другие миры. Они сотнями лет вели за собой отряды, угоняя в рабство всех, кто попадется им под руку. Так же, как было во время налета на подмосковный поселок. Естественно, таких генералов было множество, ведь и отряды действовали по всей земле. И действовать должны были как можно быстрее, ведь сопряжение сфер длилось всего несколько часов.

Я уже знал, что истинной целью набегов являлись не рабы, а поиск одного единственного существа — видящего, и стоило генералам добыть желаемое, как святая Кламен ограничила всяческие попытки продолжить вторжения. Наоборот, эльфы сконцентрировались на сборе войск и отражении малейших угроз, которые могли ожидать их народ до того, как Видящая исполнит свое предназначение. Какое? Об этом знал только малый совет, или другой орган название которого угадать не получилось.

— Они остановили нападения на другие миры. — задумался на несколько секунд дракон, и из горла его донеслось громкое рычание. — Ты все равно умрешь сегодня, букашка. Но за принесенную тобой весть я сделаю это быстро. Возможно ты даже сумеешь возродится в своем подземелье и прожить какое-то время пока мои слуги не доберутся до тебя.

— Меняю безболезненную смерть на мучительную, с одним крошечным условием. — сказал я, воодушевившись. — Я здесь новенький, мало что знаю и в раскладе несилен.

— Хочешь историю перед смертью? — выдохнул черное облако дыма Эвдинднак. — Почему нет. Одну ты заслужил. Знаешь ли ты, что такое настоящая, абсолютная ВЛАСТЬ?! Над собой. Окружением. Слугами и даже временем и пространством, что тебя окружает? Когда я только родился, и был одним из десятков жалких вирмов седьмого уровня. День и ночь мы сражались за место, еду и само право на жизнь.

В первый, самый сложный год, мне удалось сожрать половину братьев и сестер. Я стал одним из сильнейших! Всего трое. Они были хитры. Свирепы и сильны, такие же как и я. Мы стали взрослее, смогли сами охотиться и добывать пищу. Отец разрешил нам расти в его владениях и добывать самим пищу. И с каждым годом я становился все могущественнее. Сильнее, быстрее, умелее — став дрейком. Как и мои соперники. Но отец лишь сокращал территорию.

Первой пала сестра, проявившая слабость. Она хотела заключить альянс, и мы ее растерзали. Я смог поставить в ее жизни точку, прокусив горло, но брат подло атаковал сзади. Долгих двадцать лет, я оставался слабейшим из пары, пока не освоил истинное пламя. Ради этого мне пришлось пойти на сделки и союзы, которые позже я разорвал, стоило брату сгореть вместе со всеми своими последователями.

Я возвысился! Стал велик и могуч! Мои крылья начали поднимать вихри, и тогда отец увидел во мне угрозу. Он признал меня соперником! Этот день был лучшим за сотни лет жизни, и хотя в тот день мне пришлось бежать — моя цель стала ясна и понятна, как никогда. Лишь один дракон может быть истинным правителем бездны, и им стану я!

— И что же такое абсолютная власть? — спросил я, когда понял, что дракон набирает воздух в легкие, чтобы залить нас местным аналогом напалма.

— Власть — это свобода! — нехотя выдохнув через нос, так что язычки пламени все же вырвались наружу, ответил Эвдинднак. — Свобода от всего и всех, и полный контроль!

— Интересная мысль. Хотя я бы сказал, что это не полная свобода — а полные оковы. О подданных нужно заботиться, город строить, посевами и уровнем управлять, но… на это очень спорный вопрос. — сказал я, спешно. — Но перед тем как. Я хочу рассказать самую последнюю… это даже не история. А так. Коротко.

— Говори уже, хватит растягивать время, ты все равно умрешь!

— Ну умирать так вместе, верно ребята? Возьмите меня за руки, а ты слушай. Когда я только получил аспект камня, понятия не имел ни о чем с ним связанным, а может и знал да забыл. Но не так давно понял одну вещь. Пористость пород разная в разных местах, и проникновение в них инородных тел тоже идет с разной скоростью.

— И что? — не понял дракон.

— А… так все просто. Спасибо за самый ценный подарок что ты сделал. — улыбнулся я, напоследок. — За время.

— СТО-ОЙ! — взревел Эвдинднак набирая в грудь воздух, но мы уже телепортировались в узкую пещерку под самой крупной башней города кобольдов.

— Бегом к дыре! — скомандовал я, готовя дракону небольшой сюрприз. Ну или большой, если отходы жизнедеятельности кобольдов хоть чем-то напоминают животные.

— Никого! — радостно выкрикнула Химари, и тут же отпрянула от выхода, а в место где она секунду назад стояла ударило сразу три стрелы. — Кого…

— Мы прикроем. — сказал ГорТан, выдвигаясь вперед. И все же лич среагировал быстрее, послав вперед обеих питомцев, ящерицу недогончую и умертвию отлично стрелявшую в ответ. Химари, скрывающаяся в тенях, даже успела поймать несколько стрел на излете тут же отправив их обратно, но потоки противников стремительно нарастали.

— Быстрее! Идем иначе они нас отрежут! — крикнула японка, выругавшись я напитал вынул из сокровищницы все подготовленные ядра и сложив их в кучу, выпрыгнул наружу, с ходу врубившись в толпу кобольдов. Полуметровые ящеры, со звериной ловкостью прыгали на нас со всех сторон, разя копьями. Горшки с живой слизью, и змеями, огненные шары и стрелы — все было направлено только на нас, и единственное что спасало — армия дракона распределилась по окрестным пещерам, ища наших мнимых союзников.

— ПОЙМАТЬ ИХ! — ревел Эвдинднак, взмывший к невидимому в дымке потолку пещеры. — ПРИКОНЧИТЬ!

— Быстрее! Прыгаем! — словно таран, не обращая внимания на неглубокие раны, я врезался в отряд кобольдов со щитами, перекрывающий нам путь в дыру, и скатился по склону. Рев взбешенного зверя перекрывал крики толпы, и едва Химари с ГорТаном спрыгнули, за их спинами ударила струя пламени, выжигающая десятки ящеров.

— Глубже! — задыхаясь от зловония выкрикнула японка. — О боже как тут воняет!

— Газы, нам нужно убраться как можно дальше пока здесь все не полыхнуло! — сказал я, как мог, гася собственный огонь. Не хватало еще послужить зажигалкой для огромного факела. Впрочем, желающий устроить нам горячие проводы быстро нашелся. Гнев дракона вместе с его криком и приказами был легко слышен и на глубине двадцати метров, куда мы быстро скатились по пологому склону.

— ДОГНАТЬ! — взревел дракон, скидывая хвостом в пещеру толпу ящеров, и не заботясь об их выживании. — КТО ПРИНЕСЕТ МНЕ ИХ ГОЛОВЫ — ПОЛУЧИТ КРЫЛЬЯ!

Громогласный голос, усиленный эхом, разлетелся по пещере, и воодушевленные кобольды помчались за нами целой толпой. А я с ужасом считал секунды и метры, понимая, что мы все еще можем находится в досягаемости моего сюрприза.

— Сейчас! — крикнул я, впечатывая собой в нишу Химари. — Открыть рты зажать уши!

— У меня ушей четыре, а руки всего две! — успел возмутиться Тан, а затем наверху громыхнуло. Да так что земля задрожала и на нас посыпалась пыль. Первый взрыв, слился с жутким каменным треском, и я уже подумал, что мои ожидания не оправдаются, когда в пещере полыхнул огонь, а наверху грохнуло еще раз, куда сильнее прежнего.

Пещера не выдержала такого издевательства. Порода просела, запечатывая выход, и мы остались наедине с несколькими сотнями растерянных, но очень злых кобольдов, вооруженных до зубов. Ящеры на прыгнули с разных сторон, стараясь вонзить свои миниатюрные копья как можно глубже, и после первого же пойманного в предплечье удара я понял, что этот вариант закончится моей смертью.

Возможно оно оказалось зачарованным, или просто кобольд очень сильным и обозленным, но наконечник вошел на несколько сантиметров в каменную броню, достав даже внутреннюю плоть, скрытую под защитной формой. И пускай мой ответный удар раскроил ему череп, легче от этого не стало. Недогончая, прыгнувшая на противников, смогла на секунду отогнать их назад, и нам этого хватило, чтобы отступить дальше в пещеры, которые трясло не переставая.

— Ты нас здесь всех похоронишь! — выкрикнула соизволившая выбраться наружу Веста. — О боги, для этого ли урода я себя берегла и готовила!

— Меньше слов, быстрее бег! — выдохнул я, ловя фею на лету и засовывая обратно в сердце. — Тан, что твоя гончая? След чует?

— Можно подумать тут есть особенный выбор. — фыркнул лич, которому для бега дышать не было нужды. — Вперед и вниз, и будет нам счастье. Лучше ответь, как так вышло, что весь его город начал рушится? Ты знал, что так выйдет?

— Больше надеялся. — на бегу ответил я короткими фразами, безошибочно сворачивая вслед за големом. — Пусть тут физика не везде работает. Но общие законы те же. И биология общая.

— Не отстают! — заметила Химари, проскальзывая в очередной узкий туннель.

— Надо выбрать место, уже, и сразиться! — выкрикнул Тан. — Иначе они нас настигнут и ударят всей толпой. Мы против такого количества не выстоим.

— Верно. С таким точно не совладаем даже если коридор резко станет уже в два раза. — выдохнул я, оглядываясь. — Телепортироваться не могу, маны на создание подземелья еще не набралось!

— Слышишь? — сказала Химари, и прислушавшись я понял, что по пещерам раздается уже знакомый яростный рев. — Он выжил! Явно не рад нашему побегу.

— Ничего. Переживет. К сожалению. — я на ходу запихнул в рот магический гриб, восполняя запасы маны, потраченной на создание взрывной ловушки, и активацию маной всех ядер. — Веста, готова?

— Да! — нехотя откликнулась фея.

«Лавовый взрыв!» — одновременно активировали мы заклятье, пробив первые ряды атакующих и еще сильнее закупорив и без того узкий проход по лабиринту. Кобольды все равно продолжали протискиваться, но уже по одному — два, и товарищи быстро смекнули, что надо делать.

Голем развернулся, прижимая первых прорвавшихся к полу. Стрелы Химари одна за другой засвистели в воздухе, поражая тех, кто пытался протиснуться дальше, а ГорТан, на пару с умертвией, встали по бокам прохода, и начали вбивать противников в землю. В буквальном смысле. Огромный двуручный молот оставлял на полу только влажные кровавые пятна.

Воспользовавшись недолгой передышкой, я подобрался к стене и начал всю передаваемую энергию из подземелий напрямую вкачивать в гранитные стены, истощая собственные сердца. Но у меня просто не оставалось выбора. Либлины камня, начали заращивать проход, а огненные сыпали малыми огненными шарами, не позволяя кобольдам расслабиться или полезть вторым слоем по головам первого. Либлины-скелеты встречали редких прорвавшихся ко мне тварей, шинкуя их на ровные куски длинными кривыми костяными лезвиями.

— Есть! — с облегчением выдохнула Химари, когда стена полностью сошлась воедино. — Выстояли…

— Даже не близко. — мрачно ответил я. — Это один коридор из огромной сети пещер, которую они знают, как свои четыре пальца. Мы должны убираться отсюда как можно дальше. Но хуже всего, то, что будет нас встречать ниже. Даже если молодой и буйный дракон не осмелится соваться в чужие владения, а я уверен, что он в такой ярости что ему все равно, нас все еще ждет его папашка. Судя по описанию сынка — милейшей души тварь.

Глава 23

Чем глубже мы спускались, тем дальше становился вой дракона, и тем меньше отряды догоняющих нас кобольдов. Но стоило затормозить хоть на минуту, как преследователи обнаруживали наше местоположение и атаковали с утроенными силами. В результате приходилось все время двигаться и сражаться.

Сама структура уровня мне благоволила — камень и огонь давали достаточно сил чтобы восполнять потраченные запасы и щедро осыпать врагов каменными гранатами, булыжниками, огненными шарами и постоянно создаваемыми либлинами, которых я научился отзывать за секунду до смерти, возвращая в тело до того, как они получат критические повреждения. Это не только избавило нас от боли, но и позволило быстро восполнять ударную силу в нужном месте.

Сложнее всего оказалось с либлинами кости — создавать их приходилось из соответствующего материала, а он быстро кончился. Так что мне буквально приходилось выдирать части из павших кобольдов, сразу после очередной стычки. К счастью я был не один такой. Тан, с каждым сражением чувствовавший себя все лучше, уже начал создавать зомби — кобольдов, которые успешно сражались на нашей стороне, а умертвия, под его командованием, без устали крошила метровых ящеров.

И все же, я держался на пределе своих возможностей, тратя почти столько же маны, сколько получал из окружающей среды. Даже открытый портал к сердцам подземелья не смог дать мне достаточное преимущество, и все что я мог — уничтожать набегающие волны, используя заклятья из библиотеки.

— Стрелы кончились. — зло бросила Химари, вешая лук за спину, и доставая короткий меч, который держала как мачете.

— Пока желудок недогончей полон — у нас хватает энергии души на воскрешение. — почти хором сказали Гор и Тан, до этого сосредоточенно, в два голоса, читавшие заклятья. Удивительно, как быстро неповоротливый огр из обычного громилы-бойца, превратился в самодвижущуюся крепость, постоянно пополняющую армию. Возможно на Гора повлиял проведенный над ним ритуал воскрешения, а может быть — воспитанная за сотни лет способность к обучению, но он стал куда более ценным соратником.

— Вытаскивать сюда вольных со второго нет смысла. Даже если некоторые из них прошли третий уровень — их сил все равно недостаточно чтобы прожить тут долго. — сказал я, переводя дыхание после возведения очередной стены. — Что с дорогой? Гончая чует след?

— Да, мы идем по нему, и он все отчетливее. — ответил огр. — Они опережают нас на день, максимум на два. Но столько мы не продержимся.

— Верно. — согласился я, осматривая небольшой рукав пещеры, в котором мы отгородились от преследователей, долбящихся снаружи. — Постоянное преследование быстро истощает наши силы. Отгородится не выйдет, все время находят обходные пути. В ловушку попадет от силы несколько десятков, а времени и энергии на это уйдет вагон.

— Не очень понял последнюю фразу, командир, к тому же перебить их всех можно, просто это займет очень много времени. Пока есть энергия и трупы — я могу творить настоящие чудеса. — самодовольно сказал Тан. — Упорядочивание хаоса жизни с помощью тел бывших сородичей, что может быть логичнее и прекраснее?

— Вообще мертвые должны спокойно лежать и никуда не дергаться, а не прыгать с оружием на перевес. — заметила Химари. — Может не будем продолжать лобовое сопротивление, а поступим хитрее? Отступим на четвертый, передохнем и с новыми силами атакуем врагов с неожиданного направления.

— Хороший вариант. Но не наш. — покачал я головой, примерно оценивая пройденный путь. — На каждом этаже, который мы проходили находилось или сердце подземелья, или живой хранитель и владыка. Дракон с пятого — скорее исключение из правил. Скорее всего он использует свою собственную власть и силу для руководства кобольдами.

— Думаешь где-то неподалеку должно быть подземелье? — не поверила японка.

— Уверен. И мумии и он сам говорили о том, что древний дракон правит с седьмого по пятые этажи. Мы выяснили что пятым он не правит, а выгнал туда сынка. Получается, что шестой должен быть свободен, или находится под удаленным управлением. Нужно только найти точку.

— И мы застрянем на неделю, не меньше. В городе жило действительно очень много кобольдов, даже если создать ловушки, которые их удержат или будут, не переставая убивать двадцать четыре на семь — это все равно может затянуться. — справедливо заметила Химари. — Нужны еще варианты. Или просто будем бежать, не оглядываясь.

— Мы можем создавать тотемы. — не слишком уверенно сказал Гор, и когда все, включая соседа, удивленно уставились на него — обьяснил: — в моем племени существовала магия, которую я не мог освоить, но о которой слышал и видел в действии. Тотемы кости — отпугивали диких зверей, крови — вытягивали жизненные силы, огня — атаковали врагов.

— А, вместилища диких духов и призраков. — поняв раньше остальных сказал Тан. — Метафизическое воплощение последних или основных инстинктов отдельных душ или их предсмертного желания. В принципе ничего сложного. Первые два я могу даже использовать, связав аспект смерти не с телом — а со строением. Будь я хранителеи м владыкой подземелья — сумел бы создать такое из подручных материалов.

— Для этого нужно призывать либлинов с их планов в материальный мир? — на всякий случай уточнил я.

— Если делать долгосрочные, сложные и многофункциональные объекты — конечно. — с умным видом попробовал задвинуть речь Тан, но на втором предложении понял, что ему придется уворачиваться от Гора, и прекратил паясничать. — Нет. Если использовать только базовые наборы — страх и жажду — достаточно снабдить их постоянным потоком энергии.

— С этим у нас проблем не будет. Я остановил рост подземелий и выработка маны постоянно держится на уровне пятнадцати единиц. Приходится постоянно тратить ее на возведение стен и сражения, но думаю справлюсь. — сказал я, прикидывая баланс энергии. — Сможешь передать мне чертежи или схему создания?

— Послушайте, это не так просто! Нужно научится сдерживать…

— Сможешь или нет? — строго спросил я.

— Да. — поморщившись ответил лич. — Мне претит сама идея такого варварского использования магических материй, но да, я могу создать основу для вашего хранителя, а она уже передаст готовые решения своему владыке.

— Отлично, в таком случае — не отвлекайся. Пусть недогончая ведет по следу, Гор бедет управлять телом, а мы с Химари прикроем ваши изыскания. — сказал я, отбирая у огра молот.

— На ходу? — обреченно произнес Тан, но ноги уже несли его следом за костяным големом.

Стоило выбраться из тупичка, как волна кобольдов едва не снесла наш крохотный отряд. Укрепленные каменные либлины, получившие бонус к движению, смогли встретить нападающих, отрезав от входа, скелеты своими клинками резали на куски прорывающихся одиночек, а мы с японкой поменялись ролями.

Переключившись на атакующую форму, я вобрал в себя огненных либлинов и постоянно меняя позицию осыпал противников огненными шарами. Химари же наоборот, взяв в руки короткий меч держалась на ближней дистанции, с яростным азартом рубя противников. После полутора месяцев сражений мне стало понятно, что девушка слишком много сил вкладывает в каждый удар, будто не живую плоть рубит — а бревно. Но я решил оставить замечания при себе, тем более что в процессе увидел куда более любопытную вещь.

Тень девушки, слившаяся с ее татуировкой, действовала сама по себе, помогая в сражении. Почти незаметно, но она вовремя оттягивала якудзу назад, от ударов, блокировала выпады и даже отражала выпущенные в нее стрелы. Но самым значительным, после чего я просто не смог игнорировать происходящее, стало легко различимое движение, когда Химари ударила направо, разрубая кобольда без доспехов, а тень одновременно с этим прыгнула на врага слева, откусывая ему голову.

Мои огненные шары тени очень не нравились, каждый раз, когда они пролетали мимо она, пряталась, сжимаясь, но магия огня отлично себя показала и отказываться от нее я не собирался. Да, прожечь даже тонкую пластину железа огонь был не в состоянии, но зато объединенные силы либлинов и моей атакующей формы позволяли заживо поджаривать сразу по несколько противников оказавшихся рядом. Хотя эффект и не мог сравнится с лавовым взрывом.

«Единение с планом огня достигло второго уровня! 5001 из 50000.

Единение с планом камня достигло второго уровня! 5005 из 50000.

Специализация Лава — получен второй уровень специализации!

Выберите улучшенное умение…»

Пронеслись перед глазами радостные надписи. Отвлекаться на выбор в ситуации, когда тебе пытаются отгрызть ногу я не стал, но про себя отметил что вскоре настанет пора очередного серьезного выбора в развитии. Каждый раз моя жизнь пусть и не переворачивалась в корне, после таких изменений, но открывала новые, неопробованные грани. Веста, на которой подъем уровня тоже отразился, блаженно улыбнулась, и тут же сосредоточилась, плетя заклятье.

Очередной огненный шар, посланный одновременно и мной и феей, получился в два раза больше и взорвался в толпе, раскидав кобольдов на несколько метров вокруг, словно обгорелые головешки. Парное заклятье превратило ящеров, оказавшихся в центре — в кровавый гуляш, избыточной прожарки и в нос ударил запах горелой курицы.

— Хорошо получилось! — удовлетворенно кивнул я, заметив, что нашей маны на заклятье почти не тратилось. Раз в минуту я мог такой шарик выдать без особых проблем, а вот противникам подарочек явно не понравился, и они на очередной штурм идти не спешили, что подарило небольшую, но такую важную передышку.

— Готово. — со вздохом облегчения произнес Тан, показывая ободранную шкуру кобольда, с которой еще свешивались окровавленные куски мяса и жил.

— Это что? — не понял я, разглядывая поделку и не видя в ней никакого смысла.

— Смотреть нужно через призму плана смерти. — презрительно сказал лич. — естественно, оценить красоту столь сложного магического узора обычным взором не удастся. Это первый из моих шедевров, созданный на единственном доступном холсте. Таким не стыдно и перед другими мастерами магии смерти похвастаться!

— Отлично, и как это поможет нам? — мрачно спросил я, вспоминая что хранительница владеет только магией огня.

— Мумии! — первой вспомнила японка, спрятавшаяся от залпа коротких стрел кобольдов, которые не спешили лезть под мои огненные шары. — Они же тоже твои слуги, и в смерти вроде разбираются, и с сердцем подземелья связаны.

— А ведь верно. — кивнул я, прикидывая варианты.

Уходить из подземелья, даже создавая точку для телепортации, могло быть слишком опасно. При возвращении мы могли оказаться в глубоком окружении и не справились бы с одновременно насевшими со всех сторон врагами. Оставлять такое открытие на самотек, на отдаленную перспективу — тоже не вариант, пропадет вся польза. К счастью я не единственный кто может телепортироваться.

— Попробуем. Удержите позицию в течении пяти минут. Этого мне хватит. — приказал я, возвращая оружие огру и берясь за создание форпоста.

Запасенная кровь подземелья начала разливаться по бардовому граниту, щедро сдобренному черными прожилками. Впитывалась она на удивление быстро, будто оказалась родной для присутствующих на этаже стихий. Впрочем, ничего удивительного в этом не было, особенно с учетом превалирующего плана огня, копящего силу с самого четвертого этаже, и постепенно вытесняющего воду и смерть вдали от водопада, идущего через планы.

— Хозяин, я рада вас видеть. Поздравляю с получением второго уровня единения с лавой! Вы все ближе к нашему плану огня, и я больше не опасна для вас. — ослепительно улыбаясь сказала хранительница, одетая в подчеркивающее ее прелести облегающее платье. Я бы даже сказал небольшие тряпочки, лишь усиливающие сексуальность форм. И это не осталось без внимания Весты, которая недовольно что-то проворчала. — Что прикажете?

— Многое, но не все сразу. — ответил я, показывая на лежащую под ногами шкуру кобольда. — Видишь этот свиток? На нем изображены письмена сооружения для подземелья, но использовать его могут только существа с аспектом смерти — наши подчиненные мумии. Нужно чтобы они его изучили, и добавили рецепт в строения. А ты, после, должна изучить их и предложить свои варианты.

— Странное желание, но я выполню все что вы скажете, хозяин. — поклонилась лавовая девушка. Даже не касаясь шкуры она телепортировала свиток в подземелье. — Как только мы изучим чертеж, я немедля вам сообщу. Так же спешу напомнить, что в подземелье нулевого этажа готовы волшебные грибы для пополнения маны и книга бесконечного вызова ждет вашего прикосновения.

— Это можно решить и удалено. Помоги мне активировать виденье на нулевой. — сказал я, открывая телепорт к катакомбам. Смотреть на собственную летающую по подземелью руку, отдельно от тела, было непривычно. Зато я сумел всего за несколько секунд сделать все полезные дела, требующие моего непосредственного присутствия.

Активировал фолиант вызова, получив либлина камня — уже второго либлина строителя для нулевого этажа. Собрал магические грибы, переместив их в сокровищницу для быстрого использования. Пролетел по подземелью — погладив подвернувшуюся под руку Боль, которая чуть в обморок не упала от оказанного внимания. И забрал несколько готовых свитков заклятий, с быстрым возведением стен и ловушек. Огненная пришлась как раз кстати, ведь я сразу поставил ее на активированный квадрат.

— Отлично! Как только чертежи строения будут готовы — сообщи мне. — приказал я хранительнице, возвращая на место руку. — Уходим! Дадим ловушке выполнить за нас работу.

Мы не успели отбежать и ста метров, как огненное облако поглотило крупный отряд кобольдов. Крики потонули в грохоте взрыва, а проход за нами завалило, выиграв несколько драгоценных минут. Вот только они были не в плюс, а компенсировали потраченное мною время, что тоже было не плохо, но в целом не спасало.

Стоило попасть в соседний рукав пещеры, как мы столкнулись с очередным выводком ящеров, и даже не сразу сообразили, что на этот раз все по-другому. Ринувшийся было в самоубийственную атаку отряд резко остановился в нескольких метрах от нас, отгородившись щитами, а потом через головы передних рядов полетели стрелы.

— За меня, быстро! — приказал я, активируя одно из заклятий, и возводя поперек прохода полутораметровую широкую стену. Несколько стрел ГорТан успел телом поймать, как и его умертвия. Химари с помощью своей неестественной ловкости и теневой твари прикидывающейся татуировкой сумела избежать ранений, а я с раздражением выдернул из плеча короткое кривоватое древко.

— Хорошо бьют. Слаженно. — заметила японка, когда очередная волна снарядов ударила в самый край каменного щита. — Хорошо, что потолок низкий, навесом нас обстрелять не могут.

— Я бы так рано не радовался. — заметил Тан. — Я использую голема в качестве второй пары глаз, и имею вам таки сказать, что их с каждой секундой становится все больше. Если мы здесь застрянем — легче уйти телепортом в подземелье. Там у нас есть друзья, они нас с благодарностью примут, поддержат.

— А враги в это время уничтожат активированную зону и нам придется снова спускаться на два уровня, но при этом не по прямой дороге, а через развалины города кобольдов. — покачал я головой, пытаясь придумать выход из безнадежной ситуации. — Нет уж. Мы должны прорваться, если что — используем ультимативные способности и пройдем через толпу просто на силе заклятий. На пару хороших залпов у меня сил хватит.

— Ими кто-то управляет. — заметила очевидную вещь японка. — До этого так они не дрались.

— Верно. Даже когда с ними летал крылатый шаман — они атаковали бездумно, кто во что горазд, а сейчас вполне организованный отряд. — согласился я, с помощью виденья камня сквозь стену рассматривая порядки врага. — Вот только никого, кто мог бы претендовать на роль командира я не вижу.

— А что, если это другие кобольды? — чуть озадаченно сказал Гор.

— В каком смысле?

— Все прошлые — были красными или пятнистыми. А эти, и вооружены лучше, и стоят ровно, и чешуя у них исключительно черная. — ответил огр, глядя на противников глазами голема, которому стрелы были нипочем. — Может мы спустились достаточно глубоко, и встретились с противниками не из прошлого города, а из того что ниже?

— Легче от этого не стало. — хмыкнул я, вытянув и тут же спрятав руку, по которой выпустили целый ворох стрел. — Не говорить они с нами пришли.

В следующее мгновение стена, за которой мы прятались, содрогнулась и пошла трещинами. Не веря я смотрел на огромный валун, прилетевший из рядов кобольдов, которые разошлись, до удара, а затем вновь сошлись, закрывшись щитами.

— Они используют баллисту… как это вообще возможно? — ошалело сказал я, укрепляя стену магией камня, с помощью либлинов. Следующий выстрел — который, судя по радостным крикам кобольдов, должен был уничтожить нашу баррикаду, вновь сотряс стену, но укрепление выдержало. Чего не сказать о наших нервах.

Одно дело — противостоять опасной, быстрой и хищной, но толпе. И совсем другое — организованной армии, использующей инженерные сооружения.

— Вот они значит, как. — закусив губу сказал я. — Ладно. Мы тоже не лыком шиты. На счет пять приготовьтесь бежать назад.

— Что ты собираешься делать? Взорвать еще одну ловушку? — скептически спросила Химари.

— Что-то похожее. — улыбнулся я, вливая ману подземелья прямо в камень, на котором мы лежали. Укрепить пол — вырастив на нем небольшой холмик примыкающий к стене, с помощью либлинов не составило труда. Активировать внутри ловушку и разделить каменную породу на отдельные шипы — тоже. — Бежим!

По моей команде все прыгнули назад, и чуть не угодили под ливень стрел, пытающихся поймать нас на отступлении. Отборная ругань Гора легко передавала состояние его спины, у огра будто выросли иголки, как у ежа. Но через несколько мгновений мы уже спрятались за скальным выступом, и товарищи, глядя на меня открыли рты.

Одноразовая взрывная пушка, а скорее большая мина направленного действия, сработала идеально. Толстые каменные сосульки пролетев несколько метров вонзились в отряд кобольдов, без шанса снеся и первую и вторую оборонительные линии. Даже баллисте досталось. Вот только мои надежды не оправдались, и враг не побежал.

— Именем господина Дираднака, держать строй! — взревел бас, и среди кобольдов наконец появился предводитель — драконид, на столько огромный, что ему приходилось пригибаться чтобы не биться головой о своды пещеры. — Мы прикончим героев и принесем их головы в доказательство своей верности! Вперед!

Глава 24

— Они прут строем! — сказала зло сказала Химари, до скрипа кожи сжимая в ладони короткий меч. — Надо отступать.

— И куда? В лапы преследователей? — меланхолично спросил Тан, оглядываясь по сторонам. С тыла к нам уже пробивалась армия красных кобольдов, они расковыряли возведенную баррикаду и по одному просачивались внутрь. Правда гибли под огнем своих же сородичей. — Вот если бы владыка подземелья создал телепорт.

— Уйти мы можем в любой момент. — ответил я, ища выход. — А вот вернутся, не потеряв при этом кучу времени — нет. Куда ведет след?

— Прямо за их спины. — сказал Гор, контролирующий голема наравне с Таном. — Если хотим идти прямо по нему — придется в начале разобраться с армией врага.

— Легче сказать, чем сделать. Нас здесь зажали, пробиваться или телепортироваться придется в любом случае. Вопрос только куда.

— Можно подумать у нас есть большой выбор куда! Решай быстрее, а то прикончат всех нас! — выругалась Химари, давно не выглядевшая так зло. Даже в яме, во время рабских поединков такого настроения у нее не было. Она, как загнанная в угол крыса, скалилась показывая клыки. Слишком длинные — для человека. Осталось в нас хоть что-то человеческое?

— Держитесь. — приказал я, вызывая для поддержки всех либлинов, и начав выливать на пол кровь подземелья, выискивая пустоты и старые сосуды. Не почувствовать направление, в котором кровь двигалась — стекая, оказалось просто невозможно. Она будто ручьем уходила по стенам и полу вниз, впитываясь словно в губку.

Подобного чувства родства у меня не было уже очень давно. Даже когда я захватывал первый источник камня — при полном соответствии планов духи оставались враждебными. Тут же — меня будто приглашали вложить как можно больше, и это вызывало больше опасений и предосторожности чем восторга. Бездна накрепко научила меня не доверять ощущениям безопасности и гостеприимства. Но я нашел в этом один явный плюс, который просто невозможно было игнорировать.

— Сколько тебе еще нужно времени? — спросила, готовая ринуться в ближний бой японка.

— Несколько минут. Сидите ровно и старайтесь не подставляться.

— Нет у нас столько времени, командир. Они уже рядом. — сказал Тан, вытаскивая из черепа толстую стрелу. — Блин, последнюю шевелюру испортили. Мне это тело несколько дней восстанавливать до исходного состояния.

Мне нужно еще… а, черт. Ладно! — выругавшись я схватил за плечи соратников и телепортировался к сердцу на второй этаж. Мгновение, и я уже вернулся с заклятьем наготове. Стена выросла прямо надо мной, и упала, сложившись домиком. Остатки маны пришлось влить в то, чтобы отгородится по сторонам, оказавшись в импровизированном саркофаге.

— О боги, что ты задумал?! — выругалась Веста, не собираясь вылезать из сердца.

— Единственное, что еще остается. — коротко бросил я, вызвав либлинов, постоянно ремонтирующих стены. Благодаря виденью камня я наблюдал как ко мне мчатся с двух сторон кобольды, с явным намерением прикончить, разбив тонкие каменные пластины, но стоило им встретиться и произошло странное. Вместо того, чтобы сообща разрушать мое укрытие они начали резать друг друга.

Приглушенные крики и вопли умирающих доносились даже через крышку саркофага. Взобравшиеся на холм кобольды умирали десятками, орошая его кровью, а я не мешкая напитывал всей доступной маной окружающие стены, не жалея даже запасов магических камней и сожрав все грибы. Потоки постоянно норовили уйти вниз, но я перенаправлял силу, активируя один квадрат за другим.

Вскоре стало понятно, что у красных кобольдов нет ни шанса. Даже когда они умудрялись напасть группой в два раза превосходящей противника, те умудрялись отбиться, а во всех критически опасных ситуациях в бой вступал драконид, своим гигантским молотом сметающий целые отряды врагов. Он же отдавал приказы, и организованный отряд Обсидиановых кобольдов сумел пробиться, а потом и закрепиться на моем надгробии.

Взревев, драконид со всей силы обрушил молот на каменную плиту, которую укрепляли и вычинивали трое либлинов камня. С первого же удара крышка пошла трещинами, по всей длине, а уже с третьего начала осыпаться внутрь. Скорости восстановления явно не хватало, и противник с довольно оскаленной мордой ударил еще раз, проламывая плиту.

— Есть! — усмехнулся командир Обсидиановых, вытаскивая застрявший молот. С треском выломав здоровенный кусок плиты толстыми когтями он откинул его в сторону, и взвыл от разочарования. — Где они?

— Не знаем, господин. — вжав головы в плечи ответило сразу несколько кобольдов. — Здесь были, вы же сами видели.

— Сбежали? Пусть. — зло оскалился драконид, которого я видел сквозь тонкую каменную плиту. Враг обрушил молот на пол, и начал читать знакомое заклятье, разрушающее подземелье. Но прежде чем он закончил, я уже деактивировал квадрат, перенеся кровь в другую сторону. Выиграв больше пяти минут, я сумел захватить пятнадцать метров площади, уйдя далеко за спину передовому отряду, и там, с помощью либлинов камня, устроил себе нишу в потолке.

Это было одним из главных моих открытий, в качестве владыки подземелья — до тех пор, пока врагу не встречается опасность на потолке, он не смотрит вверх. А даже когда встречается — быстро забывает, отвлекаясь на другие угрозы. А вот ловушки на полу, всевозможные ямы и поворотные плиты — большинство видит. Тем легче устроить падающие решетки, прессы или колья, способные разом уничтожить большой отряд.

— Обыщите все! Если враг не телепортировался, а сбежал, мы должны быть уверены, прежде чем докладывать господину. — приказал драконид, спрыгивая с пустого саркофага.

— А как же красные? Их все больше! — сказал хорошо одетый кобольд, за что тут же получил презрительный взгляд.

— Они лишь варвары, живущие в городе из отбросов. Если мы даже подумаем о проигрыше этому отрепью, господин будет разочарован. — надменно ответил драконид, одной силовой атакой уничтожая сразу троих противников. — Держите строй, перегородите путь и оттесните врага к узкому месту. Подкрепление прибудет завтра.

— А как же вы, господин? — вжав голову в плечи спросил кобольд.

— Я вернусь в полис. — бросил драконид, не собираясь вдаваться в подробности. Переступив разрушенную баллисту он с десятком личных охранников двинулся назад, но я не торопился сняться с места. Теперь сражение кобольдов шло с переменным успехом, и очередная волна красных даже оттеснила Обсидиановых к их изначальной позиции. Но потери были несопоставимы. На одного убитого обсидианового приходилось пять — шесть собратьев с пятого этажа.

Не знаю, может они не видели активированные полы, может не обращали на них внимания или просто не имели средства противодействия, но стоило командующему убраться, и я с новыми силами начал захватывать квадрат за квадратом. Через полчаса так просто мою зону было уже не разрушить, я захватил не только почти весь коридор, над которым висел, но и несколько соседних, а еще — спустился на несколько метров ниже. Там что-то было. Я чувствовал.

Вот только это нечто не вызывало никаких симпатий. Кровь подземелья, которую я щедро распределял от трех работающих сердец, только закрепившись начинала уходить внутрь. И если на нулевом этаже я мог один раз активировав область не задумываться о ее существовании — эту приходилось поддерживать постоянными вливаниями. Понимая, что бесконечно так продолжаться не может я телепортировался в один из глухих коридоров, рядом с нужным нам, а затем, замерив время на утекание крови, телепортировался на четвертый этаж.

— ТЫ! — набросилась на меня с кулаками японка. — Как ты мог нас тут бросить?! А если бы ты погиб, или тебя захватили в плен!

— Успокойся, если бы мне действительно грозило нечто подобное я просто телепортировался к вам. А так — подготовил площадку для наступления. Мы сможем уйти параллельным коридором, чтобы не вмешиваться в драку кобольдов.

— Дурак. — в последний раз ударила меня по груди Химари. — Но главное, что живой.

— А вот это вопрос очень и очень спорный. — глубокомысленно заметил Тан, которого снова потянуло на философские беседы. — Пациент скорее жив, чем мертв? Или мертв, чем жив?

— Мы закончили создание первых чертежей, хозяин. — ослепительно улыбнулась хранительница, открывая перед моими глазами список, в котором кроме привычных строений добавились тотемы и обереги, названные попросту башнями. Огненная, каменная, страха и смерти — каждая из них требовала на поддержание единицу маны подземелья в минуту, столько же, как и вызванные либлины и основные строения вроде рудника, дерева бесконечных побегов и прочих полезных зданий. Что делало невозможным их большое количество.

А вот возводились они всего за десяток минут и ставились как ловушки — их можно было перемещать телепортацией в любое активное место подземелья, чем я и собирался воспользоваться.

— Пять маны на портал. Семь на строения и два на либлинов. Остается девятнадцать из которых мне нужно еще четыре на поддержание зоны активации. — подсчитал я, прикидывая затраты. — Мы можем возвести пятнадцать башен!

— Как прикажете, хозяин. — без споров согласилась хранительница. — Куда вы собираетесь их устанавливать?

— Для начала не плохо было бы понять в чем их сила и слабость. Они разные, а значит и применять их можно в различных ситуациях. Расскажи подробнее.

— Конечно, хозяин. — поклонилась лавовая девушка, выгодно показывая декольте. — Все строения — первого уровня, так что не стоит ждать от них многого. Огненные башни поражают противника потоками, или одиночными огненными искрами. Каменные — стреляют иглами, и они самые прочные из всех. Костяные наоборот, очень хрупкие, создаются из соответствующего материала на кладбищах и, в зависимости от типа, могут либо пугать врага, заставляя его бежать, либо поглощать его жизненную силу, восполняя энергию подземелья.

— Последние нам будут особенно актуальны. — кивнул я, на ходу создавая план действий. — Можно их размещать не на полу, а на потолке или стенах?

— Конечно, хозяин. Под собственным весом они не развалятся. — лучезарно улыбнулась хранительница, после чего я поймал брошенный на нее, полный ненависти взгляд японки. — Хочу вам заметить, что отключенные башни не потребляют энергию, и могут быть возведены в любом подземелье. В начале я сомневалась, что из дикого тотема может выйти что-то путное, но теперь уверена в эффективности сооружения и советую укрепить им все этажи.

— Обязательно, но не сейчас. Можешь даже запланировать это себе, на будущее. — сказал я, выстраивая очередь строительства. — Вначале — башня вампир, она мне нужна прямо сейчас. Остальные могут подождать.

— Как прикажете, хозяин, я немедля телепортирую материалы с второго этажа, а после вместе с мумиями займусь их возведением. — ответила лавовая девушка, будто специально дразня Химари. — Первая башня будет через пять минут.

— В таком случае телепортируй ее сразу на место, а я отправлюсь контролировать ситуацию. — быстро проверив все подземелья, приказал я. В целом все было в порядке. В катакомбах шла торговля и жизнь, там скопилось уже больше пятидесяти рабов, которых Боль освободила от ошейников. На нулевом минотавр с товарищами достраивал лабиринт. Группа со второго зачищала очередное логово гримлоков. Ну а четвертый просто разрастался, возвращая прежние владения и активируя ловушки.

— Уходим. — приказал я, берясь за плечи Химари и ГорТану. — Держитесь ближе, там довольно узко.

Телепорт привел нас в скрытый от посторонних глаз закуток, и Химари тут же закашлялась от спертого воздуха. Пришлось перенестись еще раз — на открытый участок, и отгородится стеной от любопытных глаз. За время моего отсутствия площадь форпоста сократилась в три раза, что не могло не настораживать, но у меня все равно оставался доступ к потолку коридора где шло сражение красных и Обсидиановых кобольдов.

«Строительство башни смерти закончено. Готова для размещения». — выскочило у меня уведомление, и я немедля переместил странное сооружение, похожее на скрещенные кости, перевязанные жилами, но с камнями в виде глаз и когтями, собранными в ожерелья. Но, как бы оно не выглядело, эффект проявился почти сразу.

Уменьшавшаяся до этого активная область вздрогнула, а затем начала расти, расширяясь. Спустя несколько минут заметено стало и влияние на сражающихся. Кобольды стали заметно медленнее, неспешнее, но если обсидиановые держались на одном месте, то волнами прибывающие красные скоро начали теснить противника, пока те не вышли за пятиметровую зону действия башни. Теперь она работала только на красных, помогая их противникам, но меня больше интересовала не сторона победитель — а непредвиденный эффект от их противостояния.

— Если так продолжится и еще пара сотен умрет на одном месте, тут можно будет настоящее подземелье вместо форпоста возводить. — сказал я, наблюдая за разросшейся областью, с которой ручьями сила уходила вниз. — Вот только займет это несколько дней а у нас нет такого времени. Тан, приготовься. Сейчас мы телепортируемся в глубокий тыл к врагу, и тебе придется быстро сориентироваться куда бежать.

— Бежать от драки, вместо того чтобы сражаться? — недовольно спросил огр.

— Это по-нашему! — улыбнувшись сказал лич. — Не можешь победить — возглавь, не можешь возглавить — тикай с городу. Моя недогончая уже заждалась.

Телепортация прошла без проблем, мы оказались за поворотом, и нас даже не заметили в последних рядах. Голем, действительно в нетерпении переступавший с ноги на ногу, побежал, высоко задирая неправильно соединенные конечности, по следу, а мы не отстовая двигались за ним, оставляя далеко позади звуки нескончаемой битвы двух видов кобольдов. Под конец их оставалось по несколько сотен с каждой стороны, и, если обсидиановые не сдадут позиции, сражение будет длиться еще долго.

— Труп свежий. — довольно сказал Тан, показывая на встретившиеся останки коренастого бородача. — Теперь я уверен, мы отстаем не больше чем на день. Максимум на день и несколько часов. Тут двигалась большая группа. До сих пор много следов душ. Если хотите — могу воскресить его в качестве зомби и допросить. Но на это уйдет час.

— Нет, двигаемся дальше. Его история и так понятна — нарвались на отряд кобольдов, вышедших из параллельного коридора, в углу хорошо видны следы крови. — сказал я, не сбавляя шага. — Скорее всего именно за ними выслали тот отряд, на который мы наткнулись. Только не понятно, почему они вообще попали в такую ситуацию, когда с ними Видящая. Неужели она не смогла предусмотреть эту атаку, или специально на нее пошла.

— Как мы, когда останавливались перебить кобольдов для улучшения навыков? — спросила Химари, пополнившая в подземелье на четвертом запас стрел. — Я чувствую, как меняется моя сила. Будто она одновременно существует и со мной — и отдельно. Помогает в схватках.

— Если ты еще не заметила — она паре врагов головы откусила. — сказал я, покосившись на скалящуюся татуировку. — Может уже начнешь ее дрессировать? Может получится бессмертный и не боящийся ничего, кроме света и огня, питомец. К тому же, хоть ты и стала злее, тебя перестало бросать в крайности. Контроль над телом ты вернула.

— Или полностью потеряла. — тихо заметил Тан.

— Не говори глупости. — ударила по плечу огра девушка. — Я чувствую себя как никогда хорошо. Дайте мне любого врага — я его на куски порежу! Любого.

— А я бы так спешить не стал. — сообщил ГорТан, хором, но с совершенно разными интонациями. Жестом притормозив нас, он показал, что надо пригнуться и выглянул за угол. — Кажется мы пришли к очередному финалу.

— Какой еще финал. — недоверчиво фыркнула девушка, но стоило ей тоже выйти из коридора как она тяжело вздохнула. — Ох, е…

— Да что там уже. — нетерпеливо сказал я, стараясь максимально погасить свечение волос. Не слишком то получалось, они все равно были подобны факелу, так что пришлось прикрывать их ладонью. Выйдя на корточках из коридора, я увидел длинный спуск к обширной пещере, заставленной аккуратными рядами бараков. Настоящая средневековая крепость, посреди пещер.

Высокие стены, дозорные башни, вынесенные фермы и растущие на стенах леса. Широкий ров, заполненный водой из ложного моря, подъемный мост — все было построено на совесть. И это единственная причина по которой обрушившийся на полис дракон не разрушил его до основания.

Знакомый нам Эвдиднак крушил постройки, заливая потоками пламени оплавляющиеся укрепления. Гигантские фигуры драконидов пытались руководить обороной, но на фоне настоящего юного дракона они казались карликами. Потоки красных кобольдов, спускающихся из пещер, осаждали город с другой стороны, беря его в кольцо.

— Дай угадаю, нам в город, а потом вниз? — обреченно спросил я у Тана.

— Точно, именно там, где сейчас восседает перепончатая жопа. — улыбнулся лич, показывая в самое пекло. — Что будем делать? Лезть в самоубийственную атаку?

Глава 25

— Нам нужен план. — мрачно сказал я, отступая за угол. — Просто так соваться прямо в пекло мы не станем. Шанс что на не заметят конечно есть, но он не особенно велик, а стоит красным нас обнаружить как они тут же оповестят дракона. Ну а ящер с нами церемонится не станет, испепелит истинным пламенем.

— Разумная мысль, в кои то веки. — усмехнулась Химари, ложась на камни. — Вот только нисколько нас к цели не приближает и на вопрос «что делать» не отвечает. Если не идти на штурм, и не пытаться прорваться через укрепления, тогда что? Сидеть здесь, и ждать пока они друг друга перебьют? Пока силы явно на стороне красных.

— Надолго ли? Этот этаж не является основным ни для одной из сторон, вот только, лишившись города, красные всеми силами ринулись вниз, в то время как обсидиановые обороняются теми силами, что есть, — немного подумав, заявил Гор. — Рано или поздно, но к драконидам придет поддержка, и тогда они выдворят красных обратно на пятый. Может, просто дождемся, когда все успокоится?

— И сколько дней на это уйдет? — мрачно спросил я, осматривая поле боя. При всей надежности крепости сопротивляться дракону она не могла. Но и Эвдинднак не мог победить нахрапом. Пока он выжжет всех защитников, пока разрушит обстреливающие его башни и форты… уже видно, как он старается не соваться к центральной башне, постоянно меняя направление и издали поливая ее пламенем.

Толпы рубиновых кобольдов втекали в оставленные драконом проломы в стенах. Обсидиановые встречали их баррикадами и фланговыми атаками, но соотношение десять к одному было не на стороне обороняющихся. К тому же хоть гиганты дракониды и крушили нападавших десятками, юркие летающие кобольды осыпали их огненными заклятьями, и в обе стороны летели снаряды пращей и катапульт.

— Торчать тут смысла тоже немного, — сказал я, активируя участок вокруг нас с помощью крови подземелья. — Попробуем найти место, куда стекаются все силы на уровне.

— Зачем? Думаешь, здесь тоже найдется сердце подземелья или источник магии? — удивленно спросила Химари.

— Они есть на каждом этаже, вопрос только в их природе, — коротко объяснил я. — Как верно заметил дракон, мы видим только самый краешек плана, нанизанного на Бездну, словно на иглу. Таких источников и подземелий может быть на одном уровне бесконечное множество, мы просто смотрим у самого центра.

— И что тогда? — уже на ходу спросила девушка, когда я заметил направление течения крови. — Снова начнешь отстраивать подземелье?

— Посмотрим по ситуации. Может, и не придется. По крайней мере, нам нужна точка, куда можно отступить для перегруппировки и отдыха, — ответил я, пытаясь сориентироваться в бесконечных коридорах. Недогончая помочь мне ничем не могла, и приходилось каждые несколько минут останавливаться для того, чтобы выпустить кровь подземелья и проверить направление. Проблема состояла в том, что, во-первых, активированная область быстро сокращалась, а во-вторых, направление не равно пути.

Несколько раз мы заходили в глухие тупики, и приходилось возвращаться к развилкам. К счастью, это происходило достаточно быстро, и мы успевали телепортироваться на старые метки до их исчезновения. Случалось, что дальнейший путь оказывался завален, или переход из одной пещеры в другую был слишком узок, едва кобольд пролезет — тогда приходилось расчищать путь. В других случаях я даже был вынужден активировать большую область, чтобы телепортироваться из одного коридора в другой, и это выходило быстрее, чем ломать преграду.

На встречи с кобольдами наш путь тоже оказался богат, к счастью, это были не большие группы, а патрули в десять-пятнадцать особей, которые мы вырезали за считанные минуты. Учитывая полный набор либлинов, умертвию и голема, нас элементарно было больше. К тому же разница в силе начала сказываться уже ко второму сражению, а ведь я еще даже новый бонус не выбрал, оставив его для вдумчивого разбирательства в более спокойной обстановке.

— Мы уже так далеко спустились, что вряд ли найдем дорогу назад, — сказала Химари.

— Недогончая нас приведет, — отмахнулся я, разбирая с каменными либлинами очередной завал. — К тому же, может, нам повезет, и мы наткнемся на обходной путь. В любом случае это лучше, чем сидеть на одном месте в ожидании чуда. Конечно, шанс может представиться всегда, даже в самый неожиданный момент, но это не повод надеяться на удачу.

— Завтра будет новый день? — хмуро хмыкнул огр.

— Верно. Завтра будет новый день. Вот только не все происходит само собой. Его нужно приближать всеми силами, и тогда он будет. Иначе можно навсегда застрять в круговороте, трудясь и бегая как белка в колесе, но никогда не получая качественного скачка вперед.

— Слишком заумно, — поморщился Гор, а вот Тан кивнул, явно принимая аргумент.

— Вы заметили? Стало куда теплее, и воздух сухой, — сказала Химари, отвлекая меня от расчистки пути. — Даже в пустынных подземельях было прохладно и чувствовалась влага, а здесь ее будто выпарили.

— Ничего удивительного, — ответил я, заглянув в открывшуюся расщелину. Черный гранит подсвечивался снизу тонким лавовым ручейком. Попробовав рукой воздух, я недовольно поморщился. — Думаю, вам дальше со мной идти не стоит. Зажаритесь.

— Ты справишься в одиночку? — спросила, нахмурившись, японка.

— Уверен, что с ним все будет в полном порядке, — усмехнулся лич. — К тому же он никогда не остается один, с ним его тараканы и безумная женская половина.

— Это кого ты сейчас безумной назвал? — выкрикнула Веста, выпорхнув наружу и запалив по огненному шару в каждой ладони.

— Вот именно это я и имел в виду, — сказал Тан, прикрываясь умертвией.

— О боги! С какими же идиотами мне приходится общаться, — взвыла фея, выпуская заклятье вхолостую и пролетая в пролом. — Пойдем уже, сократим количество придурков на квадратный метр вокруг меня до одного.

— Стой. Вначале отправим их в безопасное место, — сказал я, активируя область. — Идем, я перемещу вас на четвертый.

— А можешь на пятый? Рядом с городом красных? — немного подумав, спросила Химари. — Хочу потренироваться, ты верно сказал, с тенью надо что-то делать. Может, сумею освоить пару трюков без того, чтобы лезть в пекло. У меня еще остался неиспользованный амулет, так что смогу в случае опасности телепортироваться на нулевой уровень.

— Вот будет сюрприз для новых героев, сразу встретиться с противником, пятикратно превосходящим их по силам, — заметил, хмыкнув, Тан. — Идея хороша. Меня тоже на пятый. Собиру останки, подкоплю армию мертвых. Что-то мне подсказывает, что она нам в ближайшее время может пригодиться.

— Армия мертвых, — задумчиво проговорил я, перебирая активные точки фортов. — Хорошо. У меня есть для вас участок не слишком далеко от окраин. Попробуйте оттуда, но при опасности немедленно убирайтесь выше. Если окажетесь в подземелье, можете перебраться на четвертый и встретиться с Клорой. Она как раз должна была натренироваться достаточно, чтобы спуститься до мумий.

Отдав распоряжения, я открыл портал на пятый уровень и, отправив соратников на охоту, вернулся к Весте. Фея очень давно не выбиралась наружу надолго, и я уже подзабыл, как она может выглядеть. К тому же она сильно изменилась, будто повзрослела разом на несколько лет. Теперь передо мной была уже не взбалмошная, жаждущая мести девочка, не понимающая последствий своих действий, а молодая женщина, пережившая трагедию.

После возвращения очередного кусочка своей души она стала более несчастной и серьезной. Молчаливой и замкнутой. И в то же время более цельной. Вернув травмирующие воспоминания о своем прошлом, она взвалила на себя груз ответственности за них. Как и должно быть. Такой она мне нравилась куда больше.

— О боги, о чем ты только думаешь? — недовольно фыркнула Веста, когда мы начали подниматься по узкому коридору, идя к истоку лавы, которая меня совсем не обжигала.

— Как ты? Все еще хочешь вернуть воспоминания? — спросил я.

— Не знаю, — чуть помедлив, ответила огненная фея. — Это тяжело, помнить о прошедшем. Я искренне хотела возвращения былых сил. До последнего верила в победу и всемогущество, а теперь… больше не уверена. Если у меня оставались только самые приятные и при этом извращенные воспоминания, то что будет дальше?

— Ты окончательно потеряешь себя сегодняшнюю, но зато станешь прежней, — ответил я, перебираясь через очередной валун, преграждающий путь наверх.

— О боги, да понимаю я, — недовольно выкрикнула Веста. — Но не знаю, хочу ли. Что хорошего в том, чтобы помнить такое? Зачем это нужно? И эти феи… Бездна! Все! Я не хочу больше об этом слышать ни слова!

— Ты начала понимать, — хмыкнул я, решив сменить тему. — Смотри, впереди озеро лавы.

— Жерло вулкана в пещере, — кивнула фея, соглашаясь. — Мана утекала сюда?

— Да, судя по карте, форпост расширяет свою зону именно в этом направлении. Видишь, потолок в нескольких местах протек, — сказал я, заглянув в магический интерфейс. — Вопрос только в том, что это нам дает. Даже если источник плана магмы где-то там, внизу, я сгорю раньше, чем доберусь до него. Может, огненные либлины могли бы спуститься, но сомневаюсь, что у них получится поднять источник или подчинить его.

— О боги… можешь не продолжать, — выдохнула фея, пролетев над самой поверхностью лавового озера. — В этот раз будет совсем не так просто, как в предыдущие. Источник куда крупнее, к тому же поврежден. Его защищает дух, а возможно, и не один. Сильный дух, не либлин и не простой элементаль.

— Страж? — нахмурился я, вспоминая чудовище с четвертого этажа. — Может, мне активировать область и призвать его сюда, до того как мы начнем ритуал?

— Стражи не могут отходить далеко от своих сердец. Как и нормальные владыки подземелий, — сообщила фея, в задумчивости зависнув прямо над центром озера. — Он здесь, на глубине двух метров. Сил у меня прибавилось, достану и отсюда, но тебе все равно придется меня защищать.

— Вряд ли лава поддастся огню, — рассудил я, вызывая на активированную область башни смерти и страха. Пару каменных и одну огненную я добавил больше для порядка, чем надеясь на их эффективность. Затем вызвал всех либлинов, проверив, чтобы они могли сражаться без риска упасть в лаву. — Хорошо. У меня все готово. Можешь начинать.

— Ну, держись, — сказала фея, закатывая невидимые рукава и погружая крохотные ручки в огненное озеро. Несколько секунд ничего не происходило, но я прекрасно помнил предыдущие сражения и был готов к любому развитию событий. Кроме того, которое произошло.

Пещера затряслась, пол пошел трещинами, а с потолка начали падать здоровенные куски, поднимая фонтаны лавовых брызг. Едва удерживая равновесие, я успел заметить, как в трещины выливается лава, а один из пузырей, поднимающихся после рухнувших булыжников, начинает непомерно раздуваться.

Башни среагировали быстрее. Сразу несколько лучей поглощения энергии потянулись к башням смерти. Хорошо видимые огненные следы впитывались сооружениями, восполняя запас маны у каменных башен, осыпающих пузырь десятисантиметровыми иглами. Длилось это недолго, всего несколько секунд. Резко поднявшись к потолку, пузырь лопнул, заливая потоками лавы все мои постройки и не успевших спрятаться либлинов.

Шагнувшее мне навстречу чудовище имело львиное тело, гигантские крылья, хвост скорпиона и человеческий торс, увенчанный рогатой демонической головой с клыкастой пастью. В руках монстр держал трехметровое копье с горящим наконечником. Прежде чем я успел сказать хоть что-то, страж взревел, сотрясая стены, и прыгнул вперед, вспарывая копьем воздух.

Выпад оказался столь стремителен, что я не успел уклониться, в последнюю секунду отбив удар рукой. Древко скользнуло по каменной броне защитной формы, оставив только чуть посветлевшую полосу, но противник уже атаковал снова, ударив передними лапами. В этот раз я вовремя отскочил и, открыв сокровищницу, вытащил заветный двуручник мастера мутантов.

Искусство схватки на мечах обошло меня стороной, но зачарованный двуручник уже не один раз выручал в самых разных ситуациях, так что и на этот раз я думал «отмахаться», просто держа противника на расстоянии. В конце концов меч магический, против камня, а значит, должен работать и против лавы, в состав которой именно он и входит.

Так я думал ровно до тех пор, пока тварь не перехватила лезвие голой рукой и не дернула на себя, одновременно целясь мне в живот копьем. Подпрыгнув в последнюю секунду, я сумел пропустить оружие врага между ног и, отбросив бесполезный меч, ухватиться обеими руками за рога чудовища. Чего-чего, а удара лбом в свой лавовый нос оно точно не ожидало.

Взревев от боли, страж отшатнулся, но я не собирался отпускать его, со всей силы молотя закованным в камень кулаком по лицу. Отбросив копье, монстр обхватил меня руками и сжал так, что доспех затрещал и начал разваливаться. Адская боль в позвоночнике чуть не выбила из меня дух, но тут чудовище явно просчиталось, драться честно я не собирался.

Схватив его ладонями за виски я что есть сил вдавил большие пальцы в его глаза, монстр взревел, пытаясь сбросить меня. Ударил передними львиными лапами, раздирая нагрудник. Но я не собирался упускать добычу. Отведя одну руку, я мгновенно вернул ее назад, только уже со стилетом, погрузившимся глубоко в глазницу стража.

Любое живое существо уже погибло бы от повреждений мозга, но магическая тварь лишь взмахнула крыльями в попытке отлететь. Чудовище, даже лишенное зрения, сопротивлялось изо всех сил, и мне пришлось отпрыгнуть, чтобы впитать в себя всех либлинов и восстановить силы. Монстр вызывал невольное уважение за свою мощь и стойкость, но оказался на моей территории.

Две оставшиеся башни смерти продолжали откачивать из него силу, увеличивая площадь активного подземелья, и я воспользовался телепортацией, обрушившись на хребет ничего не подозревающего стража сверху. Монстр мгновенно перестал набирать высоту, резко снизившись, а я обрубил одно из его крыльев зачарованным мечом предводителя скелетов.

Полетев кувырком, чудовище рухнуло, а я за секунду до столкновения с полом успел телепортироваться на активированную область. Тварь почти лишилась крыла, но и мечу досталось, в нем зияла выщерблина на пол-ладони глубиной, такое заточкой не поправить. Покрепче сжав в руке остатки зачарованного меча, я шагнул навстречу поднимающемуся монстру, вытаскивающему из глазницы стилет. Второй его глаз уже пришел в норму и горел нечеловеческой злобой и жаждой крови.

— Живучая тварь, — выругался я, приготовившись ко второму раунду. Мои раны, благодаря трем синхронно бьющимся сердцам подземелий, тоже затягивались за секунды, а вот оружие восстановить было не так просто. Страж же просто окунул руку в лаву и достал точно такое же копье, как вначале.

Теперь он двигался куда осторожнее, не собираясь больше подставляться. Мне это тоже было выгодно — стоящие на потолке башни продолжали выкачивать из него силу и осыпать иглами, хотя никакого визуального эффекта я не заметил. А вот чудовище, видно, почувствовало ослабление и, резко взмахнув ладонью, метнуло копье прямо в одну из пяти оставшихся башен.

Я прыгнул вперед, надеясь поймать противника безоружным, и попал под сдвоенный удар передних лап. Не знаю, так ли лягают лошади, но добавки мне не хотелось. Нагрудная пластина выдержала только чудом, треснув и прогнувшись вместе с ребрами. Я отлетел в сторону, и страж мгновенно оказался сверху, обрушивая длинные когти на поломанную броню. Телепорт в корне ничего не изменил, меня поймали прямо в воздухе, еще до приземления, и впечатали в стену ударами мощных лавовых кулаков.

Страж, питающий силу из озера рядом, не собирался сдаваться. Лишив меня оружия, он перешел в контрнаступление, и мне едва удавалось блокировать его рукопашные удары и уворачиваться от хвоста. Ни перевести на болевой, ни просто зажать конечность существу с совершенно иной, не человеческой физиологией я не мог. Любой переход в статику оканчивался ударом жала. Оставалось только отводить удары в стороны.

Уверившись в окончательной победе, монстр взревел, пытаясь протаранить меня рогами, и я с удовольствием встретил его лицо подставленным коленом. Взвыв, страж отпрянул, но теперь я уже не позволил ему уйти от рукопашной схватки. Безжалостно используя все свое оружие из сокровищницы, я втыкал в стража один меч за другим, пока он не стал больше походить на подушечку для иголок.

Пошатываясь, страж начал спускаться к озеру, пытаясь восстановить силы, но я схватил его за хвост, доставивший столько проблем, и, упершись обеими ногами, потащил его назад. Монстр взвыл, припадая на передние лапы, поврежденные во время битвы, но я не сдавался. Активировав либлинов, приказал тащить что есть силы, не обращая внимания на повреждения.

Мечи, расплавленные огненным нутром стража, выпадали один за другим, чудовище выло в попытках добраться до спасительной лавы, но благодаря впитанной силе уже почти всю пещеру занимало мое подземелье. Активируя заклятье, я мгновенно создал несколько стен, отгораживая бьющегося в агонии монстра от сердца подземелья. А спустя всего несколько секунд все вокруг изменилось.

Стены озарились яркой вспышкой, лава вскипела, пойдя частыми пузырями, и в центре озера поднялся остров, на котором красовался только что отстроенный алтарь.

«Получено четвертое сердце подземелья.

Получен бонус за соответствие сердца подземелья и специализации — Лава.

Получен бонус за специализацию.

Выберите бонус».

— Кончено, — устало улыбнулась Веста, поднимаясь. Мне пришлось проморгаться, чтобы принять новую действительность, ведь девушка разом выросла из крошечной феи в стройную и статную женщину. — Удивлен? Не все мне оставаться маленькой, все же я королева лавовых троллей. Настала пора занять положенное место.

С этими словами она коснулась алтаря, и тот оплыл, превращаясь в трон. Словно так и должно быть, Веста уселась на каменное, еще не остывшее кресло и, откинувшись на спинку, закинула ногу на ногу.

— Что происходит? — с опаской спросил я, понимая, что активация подземелья прошла не по плану, и, хотя оно числилось в моих владениях, доступа к строительству у меня нет.

— Хватит юлить, Ник. Мы оба понимали, что рано или поздно это должно было произойти, — усмехнулась фея. — Не место двум личностям в одном теле, как не место и тебе здесь. Я долго готовилась, копя силы. Но ты уже не в первый раз поломал все мои планы, слишком усердно стремясь вперед. Мне нужна месть, и с помощью этого подземелья я ее получу. А теперь…

Веста требовательно вытянула руку вперед, и я почувствовал, как из меня вырывают сердце.

Глава 26

— Ты сдохнешь вместе со мной, — прохрипел я, держась за грудь. — А я воскресну. Как владыка подземелья.

— У меня было достаточно времени, чтобы подготовиться, наслушаться твоих миролюбивых проповедей и принять верное решение, — жестко усмехнулась фея. — Будь ты на нулевом этаже, возможно, тебя бы спас распорядитель. Но подземелья ниже точно так же твои, как и мои. Ты умрешь, а я впитаю всю силу. Подожду немного и вернусь на поверхность с огромной армией лавовых элементалей. Вся это революция, свобода, новый день — чушь.

— Мне жаль, если ты так думаешь, — сказал я, поднимаясь, сердце бешено стучало, норовя выскочить даже сквозь каменную броню. — Ты ничего не выиграешь от своего предательства, только проиграешь. Погибнешь вместе со своими грандиозными планами и обидами. Мы могли бы вместе спуститься и получить силу.

— Спуститься? — фея на секунду замерла, а затем расхохоталась, не в силах сдержать истерику. — О боги, ты и вправду такой идиот? Не понимаешь, верно? Ничего не понимаешь…

— Ну так объясни мне.

— С какой стати?! — заорала Веста, резко подавшись вперед. — С какой стати мне тебе что-то объяснять? Ты ведь воспринимаешь все это как само собой разумеющееся. Тебя воскресили? Но ты не слушаешься. Тебе подарили подземелье — но ты пошел вниз. Для тебя приручили либлинов трех видов, одних за другими! А ты все равно рвешься неизвестно куда, каждую секунду рискуя своей и МОЕЙ жизнями! Хватит! Я не полезу в пасть дракону!

— Ты боишься, — понял я, глядя на бьющуюся в истерике девушку. — Боишься умереть.

— И я не понимаю, почему ты не боишься. Может, погибла лучшая часть твоей души? Разумная? А та, что осталась, жаждет странного? — схватившись за перила, спросила фея. — Ты творишь непонятное. Жуткое. Как ты можешь на равных относиться к младшим духам, живым существам и полубогам?! И ты думаешь, что это я схожу с ума?

— Если тебе нужна была только сила, то какого черта ты хочешь застрять здесь?

— О боги! Я уже проходила испытания, идиот! Я УЖЕ встречалась с играющим богом, — заорала Веста. — Как до тебя не доходит? Он МНЕ ничего не даст! Ничего! Только тебе! И ради этого я должна рисковать своей жизнью? Нет! Хватит. Это мое подземелье, мое единение с планами и моя месть.

— Ты столько говоришь о мести, но нужно тебе искупление и прощение, — сказал я, направляясь прямо к фее.

— Что за чушь ты мелешь? — презрительно спросила принцесса лавовых троллей.

— Ты не можешь простить весь окружающий мир за свое поражение. Не можешь простить божественных героев, которые тебя победили. Не можешь простить сородичей, которые предпочли плохую жизнь гордой смерти. Не можешь простить союзников, которые оказались недостаточно сильны.

— Они все предали нас! Предали меня! — прокричала фея, брызжа огненной слюной.

— Верно. Но главное, кого ты не можешь простить — саму себя, — сказал я, приближаясь. — Тебе нужно искупление. Нужно, чтобы тебя простил кто-то другой, прежде чем ты сможешь простить себя сама, и я тебя прощаю.

— Что за чушь ты несешь? — не поняла Веста. — Я же… Я убью тебя!

— Я прощаю тебя. За все твои неудачи.

— Нет! Стой! — выкрикнула девушка, сильнее сдавливая кулак. Я пошатнулся, почувствовав, как сердце останавливается, но заставил себя шагнуть вперед.

— Я прощаю тебя. За твой дрянной характер. За всех, кого ты убила и кого не смогла.

— Стой! Не приближайся! — в панике закричала Веста, вжимаясь в кресло.

— Я прощаю тебя. За все причиненное зло. За все унесенные жизни и каждую душу, что ты не смогла спасти. — Дойдя до трона, на котором билась Веста, я наклонился и заключил девушку в объятья. — Я прощаю тебя за всех твоих родных и близких, за врагов и друзей.

— Почему? — взвыла, стуча по моей каменной спине, фея. — Почему?!

— Я прощаю тебя, потому что каждый заслуживает прощения. Но не каждый заслуживает свободы и второго шанса. Ты готова?

— Что? — Веста вздрогнула и забилась с утроенной силой. — Нет! Я не хочу умирать!

— Я готова, хозяин, — раздался позади меня мурлычущий голос хранительницы.

— Действуй, — сказал я, сжимая в объятьях фею.

— НЕТ! — выкрикнула Веста, но огненная ладонь уже пробила мою спину, лишенную брони, и вырвала еще бьющееся сердце.

Осколки духов огня, смерти и камня, которых я поглотил, сжались в одной точке, и новое сердце ударило в первый раз, вычищая дурман и слабость из моего тела. Я требовательно протянул ладонь, и хранительница с поклоном положила на нее сердце феи — ее филактерию. Веста ошеломленно смотрела, как оно продолжает биться, с каждой секундой все медленнее.

— Что теперь? — хрипло спросила принцесса лавовых троллей.

— Ты предала меня, и я не могу тебе больше доверять. Но ты уже умирала однажды, и где-то, возможно, найдется еще не один осколок твоей души. Ты хотела этого подземелья? Ты его получишь. Но не как хозяйка или владыка, а как слуга, — с разочарованием проговорил я, кладя сердце на алтарь. — Видят боги, я никогда не хотел тебе зла, но останавливаться не намерен. Хранительница, свяжи ее цепями магических клятв.

— Как прикажете, хозяин, — поклонилась девушка.

— Как… Как ты можешь… — со слезами на глазах выкрикнула Веста. — Мы с тобой слуги одного плана, а он даже не владеет магией! Почему ты послушалась его?

— Именно, — гордо сказала хранительница, опуская на сердце ворох печатей. — Князь огня одарил тебя силой, но ты пренебрегла обязанностями. Увлекшись своей местью, ты потеряла все доверие, тебя терпели из-за самопожертвования короля каменных троллей. Но ты вновь предала доверие, взбунтовавшись против хозяина.

— Я не буду тебе служить! Я разрушу все, что ты хочешь построить! — закричала Веста, бросаясь в меня с огненными шарами. Но те рассеялись, не долетев полуметра.

— Ты не понимаешь, но это не страшно, — улыбнулся я, полностью восстановив контроль над подземельем. — В прошлый раз тебя заключили на тысячи лет, но оставили одну, позволяя копить злобу и силы. Я не стану тебя истязать. Не стану принуждать. Но разрешу выполнить свою мечту. Ты хотела отомстить? Теперь у тебя есть такая возможность.

— Что? — не поняла Веста, со страхом смотря, как ее сердце растворяется в сердце подземелья. — О чем ты говоришь? Ты сделал меня рабыней, запер меня здесь!

— И это меня ты называла идиотом, — вздохнул я, усевшись рядом с восстановленным алтарем. — Хранительница, объясни ей.

— С удовольствием, хозяин, — поклонилась лавовая девушка. — Ты больше не жива и не мертва. Теперь ты навечно заключена в сердце подземелья и погибнешь только тогда, когда оно будет разрушено. В то же время, если хозяин сочтет нужным, ты сможешь отправиться в любое место любого подземелья и делать там то, что прикажут.

— О, как я люблю приказывать, — усмехнулся я. — Только этим и занимаюсь.

— Ты хотела получить власть над подземельем, и теперь у тебя как у хранительницы она почти ничем не ограничена, кроме воли хозяина, — продолжила объяснения лавовая девушка. — Больше того, твоя душа привязана к сердцу подземелья, и ты можешь призывать и распоряжаться младшими элементалями, если это не противоречит желаниям хозяина.

— Не противоречит, — усмехнулся я, подходя к едва живому стражу. — Нужно позаботиться, чтобы он не погиб, а перешел на нашу сторону.

— Как прикажете, хозяин, — тут же оказалась рядом хранительница. — Мне продолжить объяснять вашей новой слуге ее обязанности?

— Нет. Достаточно, — ответил я, вытаскивая мечи из тела стража. — Как уже сказал, я прощаю тебя, но доверять больше не могу. Возможно, убей я тебя, ты обрела бы вечный покой. А может возродилась через несколько часов из другого осколка, ничего не помня. Вот только ты и вправду сделала мне много хорошего, а я такое не забываю.

До тех пор, пока я жив, навредить ты мне не сможешь, магические цепи не дадут. Хочешь — можешь прозябать здесь, упиваясь своим горем до бесконечности. Но если решишь действовать и победить божественных героев — придется развивать это подземелье и собирать армию элементалей. Ровно то же, что нужно и мне. Твоя сила и власть как хранительницы в десятки, а то и в сотни раз выше, чем была до встречи со мной. Хочешь ты это признавать или нет. Но главное, я обещал тебе месть и сдержал свое слово.

— Ты… и вправду хочешь оставить меня в живых? После всего, что я сделала? — ошарашенно проговорила Веста. — Но… как я смогу отомстить, находясь здесь? На шестом уровне Бездны?

— Если бы тебя интересовало хоть что-то, кроме твоей мести, ты бы давно поняла, — ответил я, вытащив из едва живого стража последнее оружие. — Может, мои действия и выглядят несколько хаотично. Прыжки между тремя, а теперь уже четырьмя сердцами не помогают нарисовать единую картину. Но если бы ты присмотрелась хоть немного, то поняла бы, что на каждом уровне я выполняю четко поставленную задачу, которая всегда ведет к одному и тому же. Отбрось свою ненависть и подумай как следует.

— Ты говоришь ерунду, — помотала головой Веста. — Как могут быть связаны катакомбы, лабиринт мумий и подземелье второго уровня?

— А еще лабиринт минотавра на нулевом, — напомнил я принцессе лавовых троллей. — Что есть мир Кольца и мир Бездны? Это мир героев, подчинивших себе все и вся. Герои помладше руководят артелями, отрядами и гильдиями. Чуть серьезней — баронствами и графствами. А самые выдающиеся — империями, которые у вас называют сторонами.

Вся экономика государств основана на магии. Той, которой обладает герой наравне с простолюдином. Вот только магия требует энергии, а ее получают либо от рабов через ошейники, либо из магических камней, добываемых в Бездне. Таких, как осколки твоей души. А теперь давай вместе подумаем. Что сделал я?

— Освободил горстку рабов-горняков, добывающих кристаллы? — не слишком уверенно предположила Веста.

— Это тоже. Я перекрыл поступление новых героев в Бездну, сделав бессмысленным спуск с рабами. Их просто мгновенно заберут у тебя, оставив ни с чем. Я уничтожил добычу камней маны — что явно скажется на экономике даже не одного, а нескольких государств, пусть и не сразу. Я начал массово выкупать рабов, лишая владельцев дешевой силы.

Но самое главное, я открыл для бывших рабов возможность спуститься в Бездну. Теперь они, те кого угнетали тысячелетиями, сами смогут стать героями. И что тогда будут делать старые герои, лишившиеся магической подпитки? Вначале обратятся к церкви, именно эльфы умеют перекидывать энергию души от одного другому.

А после, когда ресурсов станет еще меньше, и цены на камни повысятся, а рабы начнут массово сбегать, освобождаемые вольными? Тогда все четыре стороны, привыкшие к благоденствию, либо объединятся для новых походов, в чем я лично сильно сомневаюсь, либо начнут драться за последние крохи. И вот тогда. Тогда можно будет выходить из тени.

— Если тебя вначале не сожрет дракон, — усмехнулась Веста. — Чем это отличается от моей мести? От того, что предлагала я?

— Всем, — вздохнул я, поняв, что простого объяснения не получилось. — Одиночка, даже сколь угодно сильный, не сможет победить четыре государства с регулярными армиями. Совсем другое дело, когда приходится вмешаться в конфликт, идущий внутри страны, когда любое усилие может пошатнуть чашу весов. Если все получится, те же дварфы будут звать нас в союз, чтобы победить остальных. Сами приведут в свой лагерь. Но до этого еще очень далеко.

— И что теперь? Ты просто оставишь меня здесь и уйдешь? — не веря, спросила Веста.

— С какой стати? От безделья ты только быстрее с ума сходить начнешь, погружаясь еще глубже в пучины своей ненависти. Нет уж, хватит с меня «мстюнь». Что мы можем построить на этом уровне так, чтобы оно оказалось эффективнее остальных? — спросил я у хранительницы и тут же получил внушительный список строений. Хотя многие из них дублировались с конструкциями других уровней, легко выделялись явные фавориты.

Лишившись души Весты в качестве подпитки, я сильно просел по регенерации маны, но зато и подземелье получило целых три единицы восстановления. Это, а еще имеющаяся по умолчанию синергия камня и огня, давало не одиннадцать, а целых шестнадцать единиц маны в час. Что позволяло выстроить куда больше требовательных к расходу строений. Кроме того, элементарная кузня, получала бонусы от лавы, требуя вместо десятка маны на предмет всего пять. Учитывая это и увиденное в боях с кобольдами, я наконец решил выбрать бонус.

«Специализация второго уровня «Лава».

Бонус специализации — вызов среднего лавового голема.

Бонус владыки подземелья за 4 активных сердца — рунный кузнец».

«Ник. Возраст 21 год. Возраст души неопределяем. Вид — владыка подземелья.

Класс: владыка подземелья. Вторичный класс: носитель душ.

Здоровье: 50 из 175. Пассивная регенерация: 5 в час. Регенерация во время отдыха: излечение средних повреждений (75 ед.) за 8 часов сна.

Физическая защита: Костяная броня, слабая, поглощение 5 урона. Иммунитет к атакам обычным огнем. В защитной форме броня равна удвоенному здоровью, поглощает средний урон физическими атаками (10). Иммунитет к атакам огнем и лавой. Слабая защита от воды.

Физическая атака. Атака без оружия в обычной форме — 30 физического, 15 огненного урона, скорость средняя. Атака без оружия в атакующей форме — 30 физического урона, 55 от огня, скорость высокая. Атака без оружия в защитной форме — 55 физического, 15 огненного скорость — средняя.

Магия. Запас маны 7 из 40. Восполнение: 5 из 25 в минуту, сильное. Источники восполнения: малые духи камня (5), малые духи огня (5), слабые духи смерти (3), родная стихия (8), магия Бездны (4). Расходы магии: восстановление здоровья (20).

Единение с планами: Камень, третий уровень (зрение камня), 5290 из 50000. Смерть, второй уровень (костяной доспех), 3320 из 5000. Огонь, третий уровень, 5140 из 50000.

Магия подземелья. Запас маны 73 из 2000. Восполнение: 7 из 16 в час, слабое. Источники восполнения: сердце подземелья (11), единение стихий (2), хранительница Веста (3). Траты: рост 5, ремонт 4, поддержание портала с Владыкой (5) (владыка в подземелье, расхода нет).

Доступные переключаемые заклинания: защитная форма, атакующая форма.

Активируемое заклятье: вызов строения или ловушки, призыв стражей, вызов либлинов: огненные (3, третий уровень, защита от воды, малые огненные шары), каменные (3, третий уровень, зрение камня, каменные шипы), костяные (3, второй уровень, костяная броня), вызов среднего лавового элементаля, форпост (создает активную строительную область), пополнение маны подземелья (конверсия 10 к 1).

Совместные заклятья: каменный шип, взрывной огненный шар, струя пламени, ростовой каменный щит.

Навыки обращения с оружием: рукопашный бой (продвинутый).

Дополнительные навыки: рунный кузнец (создание и применение рун).

Основной класс — Владыка подземелий. Сила класса полностью зависит от развития подземелья. Размер владений: большой. Статус сердец подземелья: здоровы. Нападений нет. Количество хранителей: 4. Сердец без хранителей: 1».

— Способностей стало больше. Из-за роста уровня либлинов и синергии, — сам себе заметил я, вчитываясь в строчки оповещений. — А что насчет рунного кузнеца. Как мне это поможет?

— Вы можете заключить силу любого заклятья в предмете, хозяин, — подсказала хранительница. — Если вам будет известно плетение или схема ранее недоступного заклинания, которое не появлялось в библиотеке, — вы также сможете его использовать. Кроме того, теперь вы сможете не только видеть жилы ваших подземелий, но и чужих. А также различать направление движения магической энергии и находить сердца подземелий, независимо от того, есть ли у них хранители и владыка или нет.

— Получается, если я раздобуду схему зачарования антимагического оружия дварфов — смогу сделать топор или меч, который рубит железо? И наоборот, если найду схему от металла — умею сотворить броню, от которой железные стрелы отлетать будут?

— Вы все поняли правильно, хозяин, — поклонилась с улыбкой хранительница. — Пусть это и потребует в несколько раз больше маны, чем при обычных условиях, но вы сможете создавать магические предметы.

— Асбестовый плащ, который невозможно пробить секирой, — усмехнулся я. — Или футболку защиты от пуль. Кастет огненных шаров. Черт, сколько всего вкусного можно выковать. Хорошо. В первую очередь сюда стандартный набор, от дерева до библиотеки и книги вызова. Затем кузню и кристалл маны. Это уже займет Весту полезными делами на ближайшие несколько дней, а то и недель.

— Можно подумать, я буду выполнять твои приказы, — фыркнула не слишком уверенно Веста.

— Будешь, потому что это и в твоих интересах. Сейчас же нужно восстановить силу стражей. С ними двумя и толпой либлинов уже можно и с драконом побороться, — с этими словами я оставил фею думать над новым образом жизни, телепортировавшись на второй этаж к элементной кузне. Лезть в бой с голыми руками, когда можно к нему подготовиться — непозволительная глупость.

— Что. Хозяин Ник. Делать? — спросили трое либлинов, появляясь передо мной.

— Творить, — улыбнулся я. — Теперь, когда вам доступна магия, а мне узоры, мы наконец можем создать что-то действительно мощное.

Глава 27

Сказать всегда проще, чем сделать, и совместить силы заклятья и предмета мне удалось только раза с десятого, потратив все свитки и большую часть маны подземелья второго уровня. Набор заклятий у меня был крайне скудным, а вот сил хоть отбавляй, так что вскоре начали появляться простенькие, но мощные вещи.

Первое, что мы с либлинами сделали, — двуручный молот, при ударе наносящий не только физический, но и огненный урон. Затем амулет, пропуская через который ману, можно было безостановочно возводить стены без участия духов камня. Закончилось все браслетом каменных шипов, тоже вещь в хозяйстве полезная, хоть и не особенно.

— Чего грустите, хозяин? — спросила хранительница, глядя на то, как я кручу в пальцах красивый браслет, украшенный стилизованной розой.

— Если я скажу, что в душе стало пустовато, это объяснит все?

— Ваша душа — это только ваше дело. Вполне возможно, что вы с ней еще встретитесь на нижних уровнях Бездны, — сказала лавовая девушка, легко пробегая пальцами по моему плечу. — Что же до тела, то после освобождения от Весты вы сможете впитать еще два вида духов, воспринимайте это как новую, неожиданно открывшуюся возможность, а не провал.

— Только это и остается, — горько усмехнулся я. — Мне казалось, что я готов к ее предательству, не раз видел, как ветераны, старшие товарищи, сходят с ума. Опробовал связывание клятвой на мумиях, подстелил соломку, договорившись с тобой. Но такое все равно всегда происходит неожиданно. К счастью, трудотерапия вдалеке от сражений — одно из самых эффективных средств борьбы с такими отклонениями.

— Я могу вам чем-то помочь, хозяин? — спросила хранительница, недвусмысленно держась за тонкие завязки на платье.

— Хочешь воспользоваться моей слабостью? — понимающе посмотрел я на лавовую девушку, но она не собиралась отступать. Повернувшись чуть боком для лучшего обзора, она выгнула спину, показывая себя с лучшей стороны.

— Черт. Ладно. Посмотрим, не сгорю ли я в пламени твоей любви, — сказал я, активируя атакующую форму, иммунную к огню и лаве. Хранительница хищно улыбнулась, рухнув в мои объятья, и за несколько часов сумела убедить в том, что многовековой опыт при идеальном теле, воплощающем любые фантазии, может стоить действительно очень многого.

— Даже не знаю, смогу ли я после такого нормально воспринимать обычных девушек, — сказал я, выдохнув облачко черного дыма. Хранительница дунула на поднимающуюся гарь, превращая ее в аккуратный круг.

— Обычных не бывает, хозяин, — улыбнулась лавовая девушка, чмокнула меня в щеку и поднялась, создавая из пламени новое платье взамен порванного в порыве страсти. — Если вы когда-нибудь захотите повторить этот чудесный марафон — только позовите. И я приду не как слуга и не потому, что вы мне приказываете.

— Вот как? В таком случае я воспользуюсь твоим предложением при первом же удобном случае. А сейчас телепортируй ко мне Химари…

— Вы и в самом деле ненасытны, хозяин, — покачала головой хранительница.

— И ГорТана, — закончил я фразу, и лавовая девушка кокетливо прикрыла рот. Через мгновение оба запрашиваемых уже очутились в подземелье, застигнутые как были. И если японка просто подкидывала мачете, которое в результате упало не слишком удачно, после того как девушка плюхнулась на пол, то огра мы улицезрели в весьма странной позе.

Двухголовый немертвый глубоко погрузил руку в собственный живот, с живейшим интересом ковыряясь в открытой ране. Голова Тана даже высунула язык, так сосредоточенно он изучал свой внутренний мир. Гор тоже был занят, бормоча заклятье, он поддерживал плетение на животе. Обоим было немного не до того, и наше появление рядом они прозевали.

— Что это ты делаешь? — с интересом спросил я у огра.

— А? А!!! — выкрикнул Тан, подавшись назад и беспокойно оглядываясь по сторонам. — Что? Как? Какой Бездны?! Вы совсем сдурели, я же забился в самый темный угол, чтобы мне точно никто не мешал!

— Ну так что ты делаешь?

— Самомодуляцией занимаюсь, не видно? Это, между прочим, глубоко личное, даже интимное занятие, и нечего тут подглядывать! — выругался лич, отворачиваясь и пряча от нас внутренности, но не переставая в них ковыряться.

— Мне кажется, или это очень похоже на онанизм? — спросила, поднимаясь с пола Химари и подбирая упавший рядом меч. — Стоило бы предупреждать, прежде чем телепортировать.

— Согласен, не подумал, — кивнул я, с интересом рассматривая вновь изменившуюся татуировку девушки. — нашла общий язык со своим зверем?

— Да, но по сравнению с твоими изменениями это мелочь, — задумчиво произнесла японка, осматривая меня с ног до головы. — Что произошло?

— Скажем так, мы приняли решение разойтись, но остаться друзьями, — усмехнулся я, пытаясь заполнить жгучую пустоту в душе. Все же безумная кровожадная тварь долгое время была моей второй половинкой.

— Это к лучшему, — безапелляционно заявила Химари. — Что теперь?

— Снаряжаемся, как только наш товарищ прекратит ковыряться и зашьет свое тело. Есть у меня несколько интересных задумок, но не хватает знаний для их воплощения. Одно из негативных последствий отсутствия внутри Весты — магия перестала быть простой.

— И все равно это лучше, чем делить свое тело с чужой разумной личностью, — фыркнула японка, неосознанным привычным движением поглаживая голову теневого зверя.

— Я все равно что общежитие, одним жильцом больше, одним меньше, — отмахнулся я, показывая на занимающихся своими делами либлинов. — Просто непривычно без ее постоянного присутствия и тепла, но это пройдет. Завтра будет новый день.

— Ты повторяешь это как заклинание, — оскалилась, показывая неестественно выросшие клыки, Химари. — Хотя, кто его знает, может, так и есть.

— Все, я закончил, — удовлетворенно сказал Тан, оборачиваясь. Лапами огр держал края раны, которые медленно сливались воедино, не оставляя даже следа. — Что за срочность? Зачем нас выдернули? Понимаю, тяжело обойтись без моего выдающегося присутствия, все же я один из божественных героев, покоривших Бездну! Архилич! Интеллектуал.

— И просто красавец, мы знаем. А сейчас как раз настал момент, когда ты можешь продемонстрировать на практике все свои самые выдающиеся способности.

— Чую подвох, — нахмурился Тан.

— Что ты? Никакого подвоха. Ты мастер рун и узоров, твоя душа держится в теле за счет одного из таких заклятий, и я не раз наблюдал за тем, как ты создаешь пентаграммы, воскрешая мертвых.

— Не воскрешая, — наставительно поднял палец к потолку лич. — А поднимая. Разница таки очень существенная. И это не только слова, хотя и они имеют существенное значение в магии. При проведении ритуала нет ничего, что было бы несущественным.

Воскрешение — это возврат в состояние жизни. Хаотичная, отвратительная практика, которая только множит энтропию. Поднятие мертвецов — совсем другое дело! Мы не заставляем их двигаться к ложной жизни, не требуем от их тел выполнения неестественных функций. Мы, некроманты, запечатываем души в телах, скованных порядком и смертью. Если их не разрушат внешние силы, они навечно останутся именно такими, какими мы их подняли.

— И что же ты тогда сам с собой делал? — поинтересовалась японка. — Явно что-то менял.

— У всех свои недостатки, — пожал плечами Тан. — Но мое тело, в отличие от ваших, существует исключительно по моим правилам, а не действует само по дурацкому циклу жизни. У меня никогда не заболит живот, не будет несварения или инфаркта, я не устану и не проголодаюсь, если, конечно, мне достаточно энергии плана или собранных душ. Я бы с удовольствием помог вам, да и вообще всем освободиться от гнета хаоса жизни!

— Даже не думай! — японка пригрозила личу коротким мечом, неведомо как оказавшимся в ее ладони. — Предпочту оставаться живой как можно дольше.

— Как носитель одной из стихий чистого хаоса, огня, не поддержу твое начинание, — улыбнулся я. — К тому же сейчас нашим стихиям придется работать сообща.

— И зачем же, позвольте узнать, вам это нужно? — недовольно фыркнув, спросил Тан.

— Я получил возможность создавать предметы с рунами. Проще говоря, зачарованные или магические вещи. И есть у меня одна задумка, которая сможет сильно повысить наши шансы в будущей схватке, — сказал я, выкладывая браслет перед соратниками. — Химари, попробуй надеть его и пожелать, чтобы из стены вылетел каменный шип.

Японка, с готовностью надевшая безделушку, несколько секунд хмурилась, пытаясь понять, что от нее требуется. Кряхтела, да так, что глаза стали нормальных размеров, и все равно не добилась никаких результатов. Но когда я уже подумал, что браслет не работает, девушка расслабилась и щелкнула пальцами, после чего с потолка упала метровая заостренная сосулька.

— Как у тебя это получилось? — спросил я, внимательно оглядывая руку девушки.

— Не знаю. Просто взяло и сработало, — пожала плечами японка, еще раз щелкнув пальцами. — Ты отметил количество зарядов цветами?

— Да. Хотел для наглядности просто сделать шары, проваливающиеся внутрь, но либлинам этого показалось мало, — ответил я, найдя наконец причину столь быстрого озарения. Заключалась она, естественно, в крошечной тени, тянущейся через всю руку к запястью девушки. Интересно, на сколько ее татуировка разумна? — Тан, я хочу привязать к такому браслету заклятье, но не знаю его узора. Из разряда смерти.

— Любое заклинание, относящееся к магии смерти, требует очень точной и деликатной настройки, — наставительно произнес Тан, будто профессор на лекции. — В зависимости от вида, размера или даже цвета кожи применение одного и того же узора может привести к катастрофическим последствиям. Сокращению срока нежизни голема в десятки раз. Сокращению прочности костей и суставов. Замедлению из-за внутренних жидкостей у зомби. А про умертвий, сохраняющих часть воспоминаний, я и вовсе молчу! Одно и то же заклятье просто не будет работать на разные виды.

— Мы решим эту проблему. В конце концов, для моих целей она может оказаться не критичной. Смотри… — следующие полчаса я подробно расписывал, что и как должно быть сделано, уговорив лича пойти на некоторые академические уступки. С ним вообще иногда было невозможно спорить, но я смог доказать состоятельность своей логики.

Даже понимая, что каждая минута промедления отдаляет от меня сестру, я не рвался воплощать в жизнь мечты Тана и быстрее погибнуть. Тем более в истинном огне дракона, которым меня стращал Эвдинднак. Пришлось потратить больше девяти часов на последовательную выплавку дополнительных элементов брони, оружия и бижутерии. Каменные либлины постарались на славу, но под конец даже их запала и фантазии не хватило, так что несколько одноразовых колец вышли просто гладкими пластинками с минимальным узором.

— Что ж, по крайней мере, выглядит это интересно, — пришлось признать Тану, когда перед нами предстали одетые в доспехи и вооруженные самодельным оружием либлины. — Но вы же понимаете, коллега, что в данном виде вызвать их невозможно, а на переодевание и вооружение уйдет больше пятнадцати минут?

— Естественно. Как и то, что постоянно приходится искать компромисс между весом и функциональностью. Но тут ничего страшного нет, я буду телепортировать их как есть, целиком. А вот учиться пользоваться большинством функций придется на практике, заряды на предметах не бесконечны, а пополнить их от душ либлинов не выйдет.

— Значит, мы наконец готовы выдвигаться? — нетерпеливо спросила Химари, примерившая легкий керамический нагрудник из шестиугольных чешуек. Учитывая то, что я мог делать их в неограниченном количестве, никакой проблемы с восстановлением возникнуть не должно было.

— Прежде чем мы уйдем, я хотел бы пообщаться с одной подопечной, — неожиданно для нас сказал лич. — Клора, девочка встала на путь некромантии, и я должен посмотреть, каких успехов она смогла достигнуть, возможно, уже появились предпосылки к ее обучению. Может, она поняла прелесть смерти и решила отринуть глупые понятия хаоса жизни?

— Надеюсь, что нет, — фыркнула японка, проверяя новый композитный лук. — Иначе я в ней совсем разочаруюсь. Вначале сдалась на полпути, а потом и вовсе решила все бросить ради братца, который погиб. Это же глупо!

— Это ты так мягко намекаешь на то, что мне не стоит идти за сестрой?

— Нет! — резко возразила Химари. — Конечно, это тоже глупо, но тут она хоть жива. К тому же направления совпадают. Нам все равно вниз, так почему бы по дороге не найти одну сумасшедшую девчонку, когда от другой ты избавился?

— Нам это еще аукнется, но Клору и в самом деле стоит повидать. Если она освоилась на четвертом, то вместе с группой, да под эликсирами, они вполне могут участвовать в битве на шестом. А лишними бойцы нам точно не будут, — признал я, внутренним взором окидывая подземелье на четвертом. Девушка нашлась в компании десятка вольных, отдыхающих в одном из склепов. — Чтобы не создавать таких же проблем, пойдем сами.

— Господин! — вскочил дозорный, сидящий с копьем у комнаты, когда мы телепортировались в коридор прямо перед ним.

— Вольно. Молодцы, даже в подземелье не забываете о постах.

— После того как нас чуть не сожрало одно из созданий хранителей, посчитав биомусором, решили так не рисковать, — сказала, смеясь, хоббитка. Теперь она выглядела куда лучше, даже щеки порозовели, хотя с нашего расставания прошло едва больше суток. — Я рада видеть вас во временном лагере добытчиков!

— Вот как? Вы уже даже и название придумали? — усмехнулся я, осматривая потрепанное вооружение и доспехи отряда.

Конечно, они старались поддерживать его в порядке, точить, ремонтировать и чистить. Но с первого взгляда было понятно — снаряжению доставалось ничуть не меньше, чем бойцам. Меня это проблема обошла стороной, все, что я использовал, быстро выходило из строя, но и трофеи появлялись соответствующие. К тому же моим главным оружием оставались кулаки, а доспехом — защитная форма.

— Что интересного нашли за время спуска? — спросил я, присаживаясь на один из саркофагов. Команда тут же зашевелилась, доставая из наплечных сумок редкие трофеи.

Золотые и серебряные украшения, драгоценные камни и прочий бесполезный мусор, который применить в моей жизни было некуда. И без расспросов стало понятно, что они собираются вернуться с этими сокровищами на поверхность и зажить как короли. Но меня куда больше заинтересовали редкие камни души.

— Вот эти я готов обменять на новое оружие и доспехи, — показал я на небольшие камушки. — А вот этот даже на магический предмет с одним из выбранных вами свойств.

— Волшебные вещи? — удивленно спросила Клора, и, чтобы не объяснять на пальцах, я вытащил из сокровищницы молот, вручив его хоббитке.

— Попробуй взмахнуть.

— Он для нее, мягко скажем, великоват, — усмехнулся здоровенный фавн, бугрящийся мышцами. — Позвольте мне?

— Конечно, — я кивнул, одной рукой протягивая оружие, но стоило мне отпустить рукоять, как плечи фавна рухнули вниз. — Странно, мне казалось, ты сильнее.

— Плотность у мяса и камня несколько разная, — глубокомысленно объяснил Тан. — То, что у вас мышцы менее выражены, ничего не значит.

Принимая его доводы, я хотел забрать неподъемное оружие у бойца, но тот собрался с силами и взмахнул молотом, на грани которого ярко вспыхнул огненный шар. При ударе о стену раздался грохот, треск, и молот откинуло назад с утроенной силой. Фавн закружился, едва удержавшись на ногах, зато и в стене осталась не вмятина, а глубокая воронка. Хорошо, что я это увидел до того, как самому в бой идти, такое надо запомнить.

— Ого, — восхищенно проговорили бойцы, столпившись у выбоины. — Таким с первого удара можно панцирь бронеящера вскрыть! И песчаный ужас не страшен будет!

— Рад, что вам нравится, — улыбнулся я, одной рукой поднимая молот и отправляя его в сокровищницу. Сам же про себя отмечая, что взрывные кастеты могут оказаться не такой уж и хорошей идеей. — Как я и сказал, могу изготовить вам оружие или доспех по выбору. Честно говоря, я хотел взять ваш отряд с собой, но в таком виде и с этим снаряжением не выйдет. Лучше подготовьтесь и спускайтесь сами. Тан, у тебя были какие-то вопросы к Клоре?

— Уже отпали, — мрачно посмотрел на хоббитку лич. — Она такая румяная, бойкая и юркая… Такая живая, что прямо противно. Вместо того чтобы проникнуться смертью, она, наоборот, получила к ней сопротивление.

— Значит, я не смогу воскресить брата? — расстроилась девушка.

— Ничего страшного, я уверен, мы что-то придумаем. Например, можно создать амулет с наложенным на него заклятьем поднятия мертвецов, — предложил я, строго посмотрев на некроманта. — Верно?

— Таки почему сразу я? — возмутился Тан. — Ну, хорошо-хорошо. Можно, хотя придется регулярно его перезаряжать. К тому же я настаиваю, если надо не просто получить марионетку или зомби, а полноценное умертвие, которое можно потом совершенствовать и улучшать, потребуется куда больше времени и сил. Это не так просто!

— В общем, нужны будут камни душ, но вопрос решаемый, — подытожил я, а затем, немного подумав, вручил хоббитке кольцо с ярко-красным рубином. — Кольцо огненных шаров, всего десять зарядов, но ты сможешь его подзарядить в любом из моих подземелий. Удачи вам в путешествии, добытчики, всегда буду рад видеть в моих владениях.

— Спасибо, господин! Будем стараться! — почти хором ответили искатели приключений, а Клора, восхищенная кольцом, глубоко поклонилась.

— Куда теперь? — спросила Химари, когда мы оставили вольных обсуждать приобретения и дальнейшие планы.

— Нужно отпросить погулять одну кошечку, или кто там эти сфинксы?

— Ничего так «кошечка», — прокашлявшись, сказала Химари. — Это же монстр!

— Верно, но наш монстр, — улыбнулся я, глядя на гиганта, перегораживающего проход к сердцу. — Пора его выгулять и заняться уже драконом.

Глава 28

Не став встречаться с Вестой, мы телепортировались сразу на окраину подземелья шестого уровня, а оттуда прошли извилистыми коридорами к главной пещере. Если на нулевом она представляла собой каменную долину, покрытую кораллами и освещаемую вечным водопадом, на втором — галерею колонн-сталактитов, а на третьем — грибной лес. То пятый и шестой оказались похожи: главные пещеры шли не через весь уровень, а только в нижней части, освобождая место под города.

И в этот город пришла война. Война, к которой все было подготовлено. Десятки башен, осадных машин, баллист и сетей. Высокие стены и неприступные бастионы. Но даже эта готовность не спасла город от истинного пламени, выдыхаемого драконом. Чудовище расплавляло сами камни, и стены растекались, словно нагретый на солнце пластилин. И все же… Удивительно. Но благодаря подготовке город не пал почти за сутки нашего отсутствия.

Больше того, защитники умудрились достигнуть паритета с толпами красных кобольдов, и ведущим их драконом. Отстояли центральную башню и несколько пристроек возле замка. Сгорали в огненном дыхании десятками, но новые защитники вставали на место павших. Поднимались из глубин бездны, оттесняя уже заканчивающиеся потоки с пятого этажа. Да и дракон хоть и выдыхал пламя, но струи были уже далеко не такие большие.

— Дай угадаю, нам нужно в замок, — произнесла Химари, когда мы рассматривали укрепления, спрятавшись под каменным навесом. — В самое пекло.

— Здесь высвободилось столько душ, что определить точное направление не так просто, недогончая может потерять след, — сказал Тан, всматриваясь в бушующее пламя. — Но направление верное — нам туда. Как так вышло, что большая группа смогла пройти через все владения двух драконов, и их никто не сожрал? Видящая?

— Видящая, — кивнул я, выбирая участок для планируемой атаки. — Если мои предположения верны, она должна предугадывать будущее. Или различать потоки магии. Для нас это не так важно. Главное, ей есть что предложить всем этим монстрам. Иначе они бы ее просто так не пропустили. Даже не так важно, что это, у нас его нет и быть не может, а потому придется пробиваться с боем.

— Мама меня всегда учила — двое дерутся, третий не лезь. Мы и так задержались, может, стоит еще подождать? Пусть вымотаются, отступят, а мы прошмыгнем во время затишья, — предложила японка, умерившая свой обычный боевой пыл. — Лезть туда сейчас — самоубийство.

— Нет, если мы будем строго следовать плану, — сказал я, отступая. — Не стесняйтесь использовать вещи, и мы доберемся куда быстрее.

— Тратить драгоценную магическую энергию на такую ерунду, — сокрушенно покачал головой Тан, активируя кольцо. Камень перед ним вздрогнул, пошел трещинами и начал осыпаться, освобождая для нас проход.

Логика была крайне простая. Выстоять против армии, а особенно двух, мы не в состоянии даже теоретически. Так зачем пытаться, если наша цель не биться с ними, а пройти дальше? Исходя из этого максимально простого факта, я решил открыть свою шахтерскую компанию, занимающуюся быстрой прокладкой шурфов. Каждые несколько сотен метров приходилось делать ответвления и лазы на поверхность — для проверки направления, — но в целом мы и под землей двигались не слишком медленно.

Основную часть работы я, естественно, взял на себя: камень — моя стихия, и мне не нужно тратить драгоценные артефакты на расчистку. Но, пока я отдыхал, приходя в себя и собирая заново запасы маны, соратники продолжали мою работу, не останавливаясь ни на минуту. Благодаря такому разделению труда, мы могли проходить по двадцать метров за раз и уже преодолели половину пути до крепости, когда шум битвы зазвучал прямо над нами.

— Что-то мне эта идея уже не кажется такой вдохновляющей! — громко сказал Гор, перекрикивая громыхание сотен ног над нашей головой. — Если они провалятся прямо на нас, уже не отобьемся.

— Если провалятся, тогда и будем думать, — ответил я огру. — Мы к такому повороту готовы, но лучше бы обойтись без лишних жертв, особенно среди нас.

— Вот последнее я полностью поддержу, — согласилась Химари. — Пора подниматься. Скоро уже ров должен быть, который вокруг города. Не боишься, что мы прямо в него проход выроем?

— Ты же видела, он почти испарился из-за пожаров, а даже если и нет, я успею перекрыть проход стеной, и мы просто зароемся глубже на несколько метров, — ответил я, удостоверяясь, что стены подкопа выдержат толпу над нами. Красных кобольдов у стен крепости собралось целое море, а потому под их массой туннель и в самом деле мог обвалиться. Другое дело, что в действительности он нам был не особенно и нужен.

Каждый раз, когда мы рыли ход наверх, для определения направления, я оставлял активированный квадрат. На него в случае опасности можно было быстро телепортироваться, к тому же по нескольким точкам я выстраивал прямую, по которым двигался наш отряд. Можно было рискнуть и рыть строго вниз, но зрение камня показывало только на несколько метров, и определить, куда мы попадем и попадем ли, оказалось несколько проблематично.

— Надо было рискнуть и спуститься по стене, — проворчала Химари, заступающая на прокладку туннеля. — Все веселее, чем в этой дыре торчать.

— Ага-ага. И сразу стать жертвами дракона, которому на открытой местности нас прикончить — раз плюнуть, — ехидно ответил я. — Нет уж, лучше так, чем быть расплавленным в лепешку. Хотя из тебя выйдет симпатичная кучка пепла.

— Ну спасибо. То-то ты на меня последнее время даже не смотришь, — фыркнула японка.

— А можно вы таки будете свои отношения наедине выяснять? — недовольно спросил лич.

— Согласен, меньше разговоров — больше дела, — сказал Гор, помогающий поддерживать заклятье. — Лидер, ты ни о чем не забыл?

— Думаешь, уже пора? — хмыкнул я, посмотрев наверх. — Может, и правда… нет, слишком шумно, мы так посреди воинства выкопаемся. А, судя по карте и прямоте туннеля, движемся мы в верном направлении.

— Я не о том — башни. Если собирать души, то лучше места не придумать, — заметил огр, на лице которого светился некроманский узор. — Над нами целая армия умерла, и продолжают гибнуть сотни, ты сам говорил, что лучше шанса увеличить подземелье не будет.

— Уломал, чертяка языкастый. — хмыкнул я, телепортируя заранее подготовленный тотем из костей прямо на потолок. Активированная область вздрогнула, и мгновенно начала расти, мне лишь оставалось указать направление. Стоило камню пропитаться кровью подземелья, и он подавался куда охотнее, мне даже не пришлось растрачивать собственные силы.

Башни смерти давали меньше маны, чем жертва на алтаре, и даже кладбище, но, в отличие от последних, были весьма мобильны, а потому я щедро ставил их вдоль всего пути следования, быстро расширяя свои владения прямо под носом у дракона и его армии. Близость к планам огня и камня тоже делала свое немаловажное дело, усиливая мои здания и постройки. Даже мне перепало достаточно маны, чтобы компенсировать потерю Весты.

— Стой. Слышишь? — замерла Химари, резко одернув меня. Я прислушался, но вокруг почти ничего не поменялось, разве что шум битвы стал чуть слабее, но мы могли к нему просто привыкнуть. Однако стоило всмотреться с помощью зрения камня, и я понял, что над нами толстая сложенная рядами порода.

— Хорошо, мы добрались до крепостной стены. Еще немного, и окажемся во внутренних помещениях, а там и до спуска уже рукой подать, — удовлетворенно сказал я, ставя последнюю башню смерти. Просто так, на всякий случай. — Можно заваливать туннель, теперь мы сможем телепортироваться сюда из любого места, так что ползти на карачках больше не придется.

— Отлично, а то я уже вся черная и совсем не от магии тьмы, — пожаловалась Химари, извозившаяся до состояния шахтера без каски.

В этот момент земля вздрогнула, да так, что нас подбросило внутри коридора, и потолок начал быстро оседать. Поймав один из амулетов на шее, я мгновенно возвел стены-, упершиеся в потолок прямо над нами и не позволившие камням обрушиться на наши головы. Будто этого мало, воздух начал быстро прогреваться, так что это почувствовал даже я.

Не сговариваясь, мы бросились вперед, расчищая путь с утроенной скоростью. И когда сумели отползти на десяток метров, за нашими спинами в туннель обрушился расплавленный до состояния лавы поток. Огненная жижа растекалась, словно воск, остывая при контакте, образуя каменную черную корку и быстро расползаясь в стороны. Куда быстрее, чем мне бы хотелось, и чем мы успевали рыть.

Чтобы сдержать новую угрозу, я создал еще одну стену позади нас, но тонкий камень быстро начал нагреваться, превращаясь из черного в коричневый, а потом и вовсе в красный. Когда же цвет дошел до оранжевого — платину прорвало, и лава ринулась за нами с утроенной силой. Я только и успел, что сделать еще одну перегородку.

— Двигайтесь вперед, а я сделаю отвод для лавы, — приказал я, отправляя друзей вперед и вызывая либлинов, без помощи которых умудрялся обходиться все это время. — Делаем яму, быстро, глубоко, любой формы.

— Как. Хозяин Ник. Прикажет, — хором ответили остроухие малыши с кошачьими хвостами и припали к граниту. Примерно рассчитав высоту потока, я сделал прямо перед ямой уступ, который должен был задержать наше испепеление, а затем наращивал его с каждой секундой, не забывая увеличивать толщину. Духи камня тоже не отставали, втроем они быстро зарывались в глубину, так что только треск стоял.

— Уходим, — приказал я, вытаскивая помощников, когда и так уже находившийся под самым потолком уступ начал подтекать и нагреваться. Как лава, заполняющая узкий проход, так долго не остывала, для меня оставалось загадкой, но сдаваться я не собирался, возводя еще одну стену уже после метровой ямы. Возможно, дело тут было в магической природе огня, что расплавил крепостную стену. А может, в самом плане, близком как к огню, так и к камню.

— Есть! — довольно крикнула Химари, заставив меня обернуться. — Здесь спуск в подвалы замка, мы добрались до внутренней части.

— Тихо ты! — попытался заткнуть ей рот Тан, который обычно сам никак не мог умолкнуть, но было уже слишком поздно.

— Лазутчики! Сюда! — раздался обеспокоенный крик снаружи, и мне пришлось броситься на выручку матерящимся друзьям. Бежать на четвереньках было не слишком удобно, но меня подстегивало не только беспокойство за соратников, но и вновь начавшая нагреваться последняя заслонка. Выскочив посреди стихийно образовавшейся обороны, я выпустил поток огня в сомкнувшиеся щиты обсидиановых кобольдов.

— Дальше! Уходим вверх! — приказал я, понимая, что, если нас здесь зажмут, через несколько минут останется только пирог «владыка подземелий под хрустящей обсидиановой корочкой». Кобольды, естественно, никуда нас пускать не спешили, выставив копья промеж стены щитов. Да только мы к схватке были готовы куда лучше и, в отличие от обороняющихся, свои запасы даже не начали тратить.

— Шипы! — крикнула Химари, зажимая кольцо большим пальцем и одновременно ударяя по стене крепости. Тонкий обруч раскололся, выпуская магическую волну, и рассыпался пылью. Но из каменных блоков ударила целая серия шипов, пронзая застигнутых врасплох защитников. Кобольды ругались и стонали, строй мгновенно распался, и я врубился в его остатки, круша взрывным молотом и щиты, и плоть.

ГорТан держался чуть позади, не спеша выпускать своих питомцев и продолжая на ходу в два голоса читать длинные заунывные заклятья. И с Вестой я их не очень понимал, а теперь, без сожительницы, они и вовсе превратились для меня в совершенную ерунду, но мне было совершенно наплевать на форму. А вот содержание. Я ухмыльнулся, вспоминая договоренности, достигнутые с личом.

— Здесь враг! — выкрикнул одинокий дозорный, мгновенно затихая навсегда со стрелой, торчащей из глазницы. Вооружившаяся композитным кремний-углеродным луком Химари в несколько раз улучшила свою скорость и меткость, мне же оставалось брать только разрушительной мощью. Что на себе и почувствовали ворвавшиеся кобольды, получившие лавовую гранату в самый центр отряда.

— Дальше! — крикнул я, оглядываясь в бойницу.

Дракон заметил воздействие башен смерти и теперь разрушал их, в ярости обрушивая хвост на землю. Облака гари и пыли, поднимавшиеся после каждого удара, закрывали наступающие ряды красных кобольдов, уже захвативших дальние рубежи, но меня куда больше волновала раздувавшаяся грудь Эвдиднака. И через секунду худшие мои опасения оправдались, когда струя пламени обрушилась на стену, внутри которой мы бежали.

— На пол! — успел крикнуть я, увлекая за собой Химари. Огонь ворвался в бойницы, и воздух быстро накалился так, что японка начала задыхаться, жадно хватая ртом воздух. Понимая, что бессильная против пламени напарница такими темпами может отправиться на тот свет, я возвел перегородку и, схватив девушку подмышки, бросился из помещения в соседнюю галерею.

— Я ждал вас, — довольно усмехнулся гигантский драконид, перегородивший дорогу.

— И еще подождешь, — бросил я, перепрыгивая через парапет.

— Стой! — выкрикнул в бешенстве воин, бросившись за мной. Я же подбросил девушку, компенсируя векторы силы, а сам с грохотом обрушился на мгновенно треснувшую плиту. Боль молнией пробежала по принявшим защитную форму ногам, но я сумел не только устоять, но и поймать Химари, упавшую на пару мгновений позже.

— Да ты джентльмен, — сдавленно выдохнула японка, выбираясь из моих объятий.

— Стой, трус! — кричал, спускаясь по лестнице, командир кобольдов. Он так спешил, что перескакивал по несколько ступеней и совершенно не замечал ГорТана, оставшегося наверху. — Лучники! Огонь!

— Действуем по плану, — сказал я, опускаясь на одно колено и запуская создание форта.

— Поняла, — кивнула девушка, хватаясь сразу за два амулета. Мгновение — и на только что активированной земле выросло несколько стен, прикрывших нас с обеих сторон, а в следующую секунду рядом телепортировался огр.

— Лучше бы меня там оставили, — недовольно сказал Тан, прикрывая голову от летящих со стен стрел. Одежда на спине огра истлела, а кожа была неестественно красной.

— Верно, ты еще не пропекся, — сказал я, хлопнув соратника по ожогу. Гор зашипел, сцепив зубы, но не закричал. — Двигаем дальше, к крепости.

— Убью! — взревел драконид, обрушивая на наши хлипкие укрепления гигантский молот. Трехметровый ящер обладал жуткой силой, его чешуя срослась в единый доспех, каждый кулак был размером с наковальню, но и обычной, выкрашенной в черный с золотом броней и оружием чудовище не пренебрегало.

Только что возведенная стена разлетелась мелкими осколками, едва не зашибив поднявшуюся Химари. А враг даже не закончил движения, развернув и ударив под другим, совершенно диким углом. Его мастерство и скорость поражали, и в открытой схватке, даже с магическим оружием, у меня не было бы ни единого шанса. Я не был воином, умелым фехтовальщиком или стрелком. Я, как и прежде, оставался владыкой подземелья.

Отскочив в сторону, я выкинул ему навстречу мешок, на который противник не обратил внимания, мгновенно отбив в сторону. А в следующую секунду в мешке началось шевеление, и тонкая асбестовая ткань лопнула. Либлины собирали себя по частям — заранее сложенным вместе и уже одетым в доспехи. Не придавший значения мелюзге воин получил сокрушительный удар по внутренней стороне коленной чашечки и припал на одно колено.

Взмывшие к небесам огненные духи, окружившие своими телами красные жемчужины, осыпали бойницы огненными шарами. Каменные либлины орудовали тяжелыми булавами на длинных рукоятях, а костяные — тонкими, но прочными копьями.

Потерявший равновесие драконид отвлекся на духов, едва не пропустив удар моего молота. Но в последнее мгновение успел парировать его рукоятью. Взрыв отбросил мое оружие вверх, осыпая морду врага осколками. Драконид зажмурился, а затем взревел, отбрасывая бесполезную палку и хвостом сбивая либлинов с ног. Костяные оказались достаточно проворными, чтобы избежать удара, а вот каменных отшвырнуло на несколько метров.

— Взять его! — скомандовал я, обрушивая гнев духов огня на атакующего командира врага.

— Стреляйте! Ну же! — в ярости выкрикнул трехметровый ящер, пытаясь закрыться от летящих в него огненных шаров, но никто ему не ответил. — Лучники! Пли!

— Нет уже никаких лучников, — меланхолично заметил ГорТан, закончивший заклятье. — Кончились. С одной стороны, всех зажарили… с другой.

— Ты еще наш план расскажи, — зло бросил я, ища взглядом Химари, которая с помощью теней сумела прокрасться к следующим укреплениям и, нещадно тратя амулеты и кольца, пробивалась внутрь последнего ряда стен. — Готово? Прикончим тварь и отправимся дальше.

— Спасибо за ожидание, — усмехнулся ГорТан, и со стены обрушился град стрел. Вот только не на нас, а на драконида.

— Что вы делаете, придурки?! — взвыл трехметровый ящер, получивший несколько чувствительных повреждений. Теперь его осыпали со всех сторон, и он просто не мог прикрыться от всего. В порыве ярости монстр бросился прямо на меня, надеясь прикончить молниеносной атакой и завершить сражение.

Я не воин и не фехтовальщик. Я не герой. Я владыка подземелья, и мое подземелье всегда со мной.

В последнее мгновение с силой опущенная на пол нога драконида провалилась, и он рухнул в метровую яму с кольями. Нелепо взмахнув руками, враг зацепился за край, а в следующее мгновение мой молот обрушился на его тупую башку, взрывом разметав мозги твари на несколько метров вокруг.

— Кончено, — с облегчением выдохнул я, осматривая поломанную голову молота. От постоянных взрывов она раскололась на несколько кусков и уже совершенно не годилась для использования. — Идем дальше. Как твои питомцы?

— Благодаря амулетам и кольцам, я сумел собрать настоящую армию, — улыбнулся лич. — Честно признаюсь, идея ползти через поле боя, активируя подземелье и собирая тела, казалась мне совершенно дикой. Теперь я готов признать, что ошибался, это лучшее решение из возможных.

— То ли еще будет, — усмехнулся я, отзывая либлинов и телепортируя части их тел вместе с доспехами и оружием в сокровищницу. — Сколько твои зомби смогут удерживать стену?

— Достаточно, чтобы враг не понял, что происходит, и не бросился за нами в погоню, — самодовольно ответил Тан. Земля вновь затряслась, и стоящая за нами стена начала проседать, обваливаясь внутрь. — А может, и нет!

— Быстрее! — выругался я, забираясь в туннель, вырытый японкой, потратив еще несколько каменных жемчужин, чтобы закрыть проход. Волна пламени ударила нам вслед, но мы уже были внутри крепости в окружении собственной армии зомби-кобольдов. Выскользнув с другой стороны от входа, я бросился к стоящей у внутренней стены девушке. — Что там?

— Стража, очень много стражи, и еще один форт, — обреченно сказала та, и, взглянув, я понял ее настроение. В небольшом дворике стояла та самая башня, которую так и не смог взять с налета Эвдиднак. Пламя почти не тронуло ее стены, а сквозь тонкие бойницы виднелось множество баллист и окружающих их драконидов.

— Ничего. Пойдем уже привычным путем, под землей. Выход мы уже знаем…

Договорить я не успел, раздался жуткий рев, и с небес обрушилась часть внешней стены. Центральная башня содрогнулась, несколько секунд казалось, что она даже выстоит, а затем струя пламени сдула защитников. Потерявшие целостность укрепления затрещали и с жутким грохотом рухнули вниз, запечатывая проход на седьмой уровень.

А сверху руин приземлился дракон.

Глава 29

Струя пламени ударила по верхней кромке стены, и жирные черные клубы дыма от сгоревших тел пеленой закрыли потолок пещеры. Волна горячего воздуха отбросила стрелы, и даже те, что попали в дракона, не могли нанести никакого урона, отскакивая от толстой роговой брони. Немногие выжившие защитники из числа драконидов и кобольдов держались на противоположной от нас стене, что нисколько не делало нашу позицию лучше.

— Теперь вы полностью в моей власти, крысы! — захохотал дракон.

— Не загоняйте крысу в угол, — усмехнулся я, осматривая получившуюся арену.

— Пути к отступлению отрезаны, и дорога вниз завалена, — мрачно сказал Гор. — Он сожжет нас, даже костей не останется.

— Только если мы будем стоять на месте. Амулеты телепортации у всех есть? Ну вот. Химари — налево, ГорТан — направо. Отвлеките его, а я займусь нашей победой.

— Я только нашел новых друзей, а вы таки хотите, чтобы я всех их потерял? — покачал головой Тан, в руке которого сиял разукрашенный амулет некроманта. — Он одним залпом сжег больше сотни зомби.

— Не нас, а это главное, — сказала Химари, взлетая по лестнице на второй этаж. Огр, ведущий толпу нежити, отправился в другую сторону. Пока дракон не знает о нашем истинном положении — у меня есть все шансы выиграть эту схватку. На напарников я особенно не рассчитывал. Стрелы, даже зачарованные, почти не наносили монстру урона, а миньоны лича сгорали за секунды.

Победа над подобным чудовищем представлялась немыслимой, но только на чужой территории. Каждая секунда позволяла мне влить во внутренний двор разрушенной крепости ману подземелья, создавая форпост. Стена — бывшее последнее укрепление обсидиановых драконидов — стала трибуной арены, в центре которой восседал дракон.

— Я вас вижу, крыски! — взревело чудовище, выпуская струю пламени, мгновенно оплавившего каменную галерею и превратившую лестницы в сплошные откосы. Порхающая между тенями лучница выпустила очередную стрелу, взорвавшуюся у глаза монстра, и тот рефлекторно отдернул голову, зажмурившись, а потом с утроенной яростью набросился на башню, в которой скрылась девушка.

Длинные, отливающие сталью когти раздирали в пыль каменные блоки, оставляя глубокие трещины. Развернувшись, дракон обрушил свой длинный шипастый хвост на стену, и обломки с грохотом начали падать вниз. Химари едва удержалась на ногах, посылая одну стрелу за другой, что еще сильнее злило монстра.

Наклонив голову, чудовище прыгнуло вперед, рогами пробивая стену и пытаясь сожрать девушку, казавшуюся на его фоне крохотной. В последний момент японка нырнула в боковое ответвление, выпустив пару взрывных стрел прямо в ноздри дракона, и тот, не снеся такого издевательства, изрыгнул пламя, даже не вынимая из пролома головы.

Потоки огня вырвались из стены по обе стороны, опалив и дракона, и немногих оставшихся защитников крепости, между которыми ловко маневрировала Химари. Монстр, поджаренный собственной атакой, вжал шею в плечи, замотав почерневшей головой. И в ту же секунду на него обрушилось сразу несколько длинных копий из осадных машин, захваченных зомби, поднятыми Таном.

Я не рассчитывал на успех, но один из снарядов пробил крыло, вызвав новый яростный крик. Дракон взревел, резко разворачиваясь в поисках обидчика. Шипастый хвост поднял облако пыли и гари прямо рядом с моей позицией, и я не стал ждать лучшего момента.

Башни смерти появились прямо на глухой стене в нескольких метрах от меня, и за то время, пока дракон пробивал когтями укрепления лича, начали выкачивать его жизненную силу, передавая ее создаваемому подземелью. Всего несколько секунд, но таких важных. Стоило настенным арбалетам замолчать, как я активировал башни огня и камня, расположившиеся неправильным кольцом по всей стене. Тонкая, всего в несколько сантиметров толщиной, линия сосудов подземелья позволила замкнуть круг, телепортируя подготовленные строения.

Осыпаемый со всех сторон снарядами дракон взревел, расправил крылья в попытке взлететь. Поднявшись на пять метров, он завалился на порванное крыло и обрушился всем своим весом на крепостную стену, заставив строение пошатнуться и разрушив несколько переходов. В еще большей ярости он с новыми силами разрывал когтями активированную поверхность, стараясь прекратить ливень атак, но я старательно восстанавливал и укреплял кольцо.

Каждый прорывный сосуд я заменял двумя, не только соединяя участки по кратчайшему пути, но и постепенно углубляясь в помещения рушащейся крепости. Не стараясь подняться к вершине стен, я, наоборот, вливал всю полученную ману в основание, стремясь к фундаменту и особенно к разрушенной башне, под которой покоились не только сотни заживо погребенных драконидов и кобольдов, но и путь на седьмой уровень.

Враг, оказавшийся в окружении, яростно бил все, что попадалось ему на глаза. За несколько минут он уничтожил почти все башни, которые я готовил на протяжении суток. Пришлось телепортировать даже те, что я оставлял для укрепления первых этажей. Но видимых повреждений дракону это не наносило.

Каменные шипы и иглы отлетали от костяной брони, а те редкие снаряды, что застревали между гигантскими чешуйками, перемалывались в пыль мощными движениями дракона. Огненные шары лишь подсвечивали чудовищную стать монстра, не оставляя даже опалин, и только вытягивание жизни приносило минимальный результат. Но я и не надеялся сразить дракона строениями, предназначенными для борьбы с искателями приключений и мелкими монстрами. И все же башни стали оружием победы.

Они выигрывали самое драгоценное, что сейчас могло у меня быть, — время.

Не замечающий происходящих вокруг изменений дракон прыгал от башни к башне, разрушая их одним взмахом чудовищных когтей. Длинные лапы и шипованный хвост позволяли ему атаковать сразу несколько моих строений на разных участках, и количество заготовленных тотемов быстро подходило к концу.

— Вам конец! — довольно взревел дракон, ударом лапы смахивая последние укрепления.

Химари, за десять минут выпустившая больше сотни стрел и дважды поменявшая колчан, телепортируя припасы из другого подземелья, вновь выпустила взрывные стрелы по твари, теперь метила только в крылья и глаза. Поймавший направление дракон обрушил хвост, но не на то место, на котором находилась девушка, а рядом — на переход, отрезая ей путь к отступлению.

Японка тенью перелетела в противоположную строну, но Эвдиднак лапой перекрыл выход, почти сцапав лучницу длинными, кривыми, словно сабли, когтями. С видимым удовольствием он поднял морду, с шумом набрав в грудь воздух, выпустил струю пламени, поджигая даже камень и превращая один из последних целых участков в оплавленный булыжник.

— Вам некуда больше бежать! — довольно взревело чудовище, да так, что затряслись развалины. Повернувшись кругом, дракон обрушился на последний не задетый огнем участок, и Тан телепортировался вслед за Химари.

— Все, — тяжело выдохнул огр, очутившийся у меня за спиной. — Больше мы его не удержим. Теперь вся надежда на то, что твой план сработает.

— Можно подумать, у нас есть варианты, — криво усмехнулась японка, глядя на нацелившуюся на нас морду. — У меня даже стрелы кончились. Все готово?

— Нет. Но я сделаю так, чтоб было, — ответил я, телепортируя товарищей к сердцу подземелья на шестом. — Теперь это только моя битва.

Я прыгнул в портал, открытый за спиной монстра, за секунду до того, как его пламя поглотило подвал, где я все это время прятался. Вызванные по щелчку либлины закружились, осыпая врага ничего не значащими ударами, но отвлекло его это не больше, чем жужжание мух. Вот только они были не мухами, а моими рабочими пчелками. А пчелы могут больно жалить.

Один из огненных либлинов, на которых дракон не обращал никакого внимания, подлетел прямо к глазу чудовища и активировал заложенное взрывное ядро. Взрыв ослепил монстра на один глаз, дракон жутко взревел, беспорядочно нанося удары по окружающим его развалинам, сотрясая стены. Один из них обрушил потолок над галереей, в которой я искал убежища. Камни завалили выход, но я успел телепортироваться на другую территорию. Вот только сделал это необдуманно и внезапно оказался на открытой местности.

— Ты! — монстр бросился вперед, не собираясь упускать добычу.

Когти дракона со скрежетом ударили по каменной кладке, высекая сноп искр и кроша развалины в труху. Я же провалился сквозь землю, а точнее, через открытый в полу портал, оказавшись на очередном активированном участке. Три последних хитро запрятанных в стенах башни смерти продолжали расширять зону подземелья, хотя большая часть захваченного уже была выжжена истинным пламенем.

Еще пара либлинов погибла от чудовищного удара хвостом, в то время как огненные устроили настоящие полеты камикадзе. В результате за минуту у меня остались только костяные духи, прыгающие меж камней и помогающие башням выкачивать из врага силы. Но долго такое продолжаться не могло.

«Объединение форпоста с подземельем закончено», — появилась долгожданная надпись, и я немедля открыл три портала к сердцам.

Дракон интуитивно ударил струей пламени в центральный, и я не успел его закрыть, мгновенно лишившись большей части заготовленных предметов. Зато из двух противоположных в это время выпрыгнули стражи: сфинксы лавы и смерти. Они в три раза уступали размерами дракону, но все равно представляли собой внушительное зрелище.

Чудовище, понявшее, что его будут атаковать с двух сторон, попробовало взмыть в воздух, но порванные крылья позволили лишь немного подпрыгнуть, подняв тучи пепла и каменной пыли. Сфинкс смерти прыгнул, сумев ухватиться за шипастый хвост, и вгрызся в чешую своими длинными клыками. Он оказался не в состоянии пробить ее, но погрузил когти глубоко под пластины брони, выдирая их с мясом.

Дракон завертелся, словно собака, пытающаяся поймать свой хвост, и прозевал мгновение, когда длинное лавовое копье с шипением обрушилось на его позвоночник, пробив шипованную спину и вскипятив плоть. Лавовый сфинкс, удачно прыгнувший с самых высоких развалин, налег на древко всем телом, погружая копье в тело врага.

Взревев от боли и досады, которые дракон испытал впервые в жизни, чудовище ударило хвостом о стену, пытаясь размолоть сфинкса смерти. Однако страж четвертого уровня крепко уцепился за врага, не выпуская его хвост, даже когда нижняя часть самого сфинкса оказалась раздроблена и отвалилась.

Лавовый страж, понимая, что скоро очередь дойдет до него, с утроенной скоростью начал колоть спину врага и успел спрыгнуть за мгновение до того, как дракон, поджав крылья, перевернулся на спину в попытках раздавить надоедливого противника. Приземлившись, как истинная кошка, на все четыре лапы, сфинкс лавы подскочил к противнику и ударил копьем с разбега, соединив в себе лошадь вместе с рыцарем. Дракон резко отскочил в сторону, и оружие, на полметра вошедшее в жилистую плоть, сломалось в руках стража.

Эндваднак победно взревел, обрушивая лапу на зазевавшегося сфинкса и прижимая его к земле, словно котенка. Набрал воздуха и выпустил струю пламени, превращая раздробленный камень мостовой в лужу кипящей лавы. Не став дожидаться, пока моих стражей окончательно уничтожат, я отозвал раненых, телепортировав их к сердцам подземелья. А затем и сам ушел на безопасное расстояние.

— Крыса! Я тебя найду! Найду и сожру! — взревел раненый, разъяренный дракон, крутясь волчком и пытаясь понять, куда я исчез.

— Ты меня уже нашел, — усмехнулся я, активируя наконец готовую западню.

Пропитанные кровью подземелья одновременно вздрогнули, и десятки взрывных ловушек выпустили направленные в центр снаряды. Каменные копья метровой длины градом ударили в дракона со всех сторон. Ни увернуться, ни заблокировать эту атаку было невозможно, и гигантский ящер захрипел, пораженный десятком снарядов из одноразовых пушек.

Эффект превзошел все мои ожидания, крылья дракона окончательно порвались, а левое так и вовсе болталось поломанное. Лапы и брюхо чудовища кровоточили, обильно заливая камни дымящейся влагой. Хвост был выгнут под неестественным углом, явно давая понять, что больше им пользоваться дракону не удастся. И только голова, которую ящер успел прикрыть, оставалась почти целой.

— Ты не победишь, червь, — прошипел дракон, и над его рогами начала формироваться гигантских размеров печать, светящаяся в воздухе. Определить, что это: ультимативное заклятье или попытка побега, — я не мог, но допускать ни того, ни другого не собирался. Прыгнув вперед на активированный квадрат поблизости от морды твари, я призвал свой последний довод — недавно полученное заклятье вызова лавового элементаля.

Точная копия моей защитной формы бросилась на морду твари, в то время как я, укрывшись за обломками стены, спешно формировал новую взрывную ловушку прямо под пузом чудовища. Мое главное оружие все еще было не готово, и я не понимал, как так вышло. Возможно, разозленная Веста не выполняла своих обязанностей, или хранительница отвлеклась, но сейчас приходилось пользоваться тем, что есть.

Лавовый элементаль в прыжке ударил сплетенными в замок кулаками по морде дракона, прерывая заклятье. Сила была такой, что одна из чешуек между глаз чудовища треснула, а голова дернулась, руша рисунок пентаграммы. Не в силах вздохнуть полной грудью дракон выпустил небольшую струю пламени, охватившую левую сторону моего элементаля, но тот продолжил драться, не чувствуя боли.

Вовремя подкинутый каменный молот позволил ему продержаться на несколько мгновений дольше и даже нанести дракону ощутимую рану, окончательно разбив правый глаз. Но всего через минуту от моей копии остался только расплавленный холмик. От истинного пламени не спасал даже иммунитет к огню и полное единение с его планом.

Такая же судьба постигла бы и меня, бросься я врукопашную против дракона. Ведь сила и выносливость у копии были точно такие же, как и у оригинала, а защита даже выше. Но, к счастью, мне было безразлично, что скажет о моей храбрости погибающее чудовище. Удостоверившись в том, что все готово, я вышел из укрытия и встал прямо перед мордой твари.

— Ты! Трус! — взревел монстр, даже не понимающий, что настали его последние мгновения. — Я прикончу тебя своим пламенем!

— Попробуй, — улыбнулся я, глядя на то, как дракон вдыхает раскаленный воздух. — Я не воин, я не маг. Даже не герой. Я владыка подземелья и буду делать свою работу.

Безошибочно определив, когда дракон будет готов выпустить пламя, я активировал ловушку, и грудь чудовища разорвало на куски. Огонь вырвался наружу, выжигая все вокруг и заливая обломки крепости всепожирающим пожаром. Подожженный собственным истинным пламенем дракон не в силах ничего сказать, даже рыкнуть или просипеть, бился в конвульсиях.

— Ты так привык к тому, что самый сильный, всемогущий и неповторимый, что даже вонзившийся в бок кусок скалы не показался тебе достаточной угрозой, — усмехнулся я, вызывая на поле боя всех соратников. — Мне лишь нужно было сформировать взрывную ловушку из осколка и вовремя ее активировать.

— Поверженный дракон, — в восхищении проговорила Мюриэль, держащая на коротком поводке эльфийку, стоящую на четвереньках. — Вам и в самом деле это удалось.

— Вы убили дракона? — не веря прохрипела Клора, залпом осушившая зелье спуска. — Вы убили дракона!

— А можно я сделаю из него драколича? — спросил с надеждой Тан. — Ну хотя бы просто костяного дракона? Обещаю использовать его только по назначению.

— В моем племени верили, что у драконов жесткое, но очень питательное мясо, — сказал Тан. — И каждый, кто отведает его, может получить магические способности.

— Вы так рассуждаете, будто готовы его на суши разделывать, — хмыкнула Химари. — он между прочим еще жив. Но если что — мне шею.

— Там шеи на пятьдесят человек хватит, — усмехнулся я, разглядывая бьющегося в агонии монстра. — Он наводил ужас на два уровня Бездны, а погиб от рук нового владыки этого подземелья. Начинается новый день.

— Нет, — донесся до меня громовой голос. В пещере резко потемнело, и я увидел заслонившую светящийся водопад гигантскую тень. Закрывая своими крыльями весь вход в главную пещеру, на нас мчался черный дракон с горящими по всему телу лавовыми венами, рядом с ним побежденный Эвдиднак был словно котенок в сравнении с тигром.

Обращая на нас столько же внимания, сколько на блох, он приземлился, сдув могучими взмахами крыльев всю пыль и гарь, для того чтобы удержаться на месте, мне пришлось уцепиться в скалу, только я и огр остались на месте — остальных сдуло к черту, и они валялись на разном удалении от активированной площади подземелья.

— Ты жалок, — пророкотал дракон, глядя на подыхающего сородича. — Видящая не соврала, ты и в самом деле проиграл жалким искателям приключений, а еще надеялся стать владыкой всех планов. Ты даже не достоин зваться моим сыном.

Эвдиднак попытался что-то сказать, шевеля губами, но старший дракон, скривившись от отвращения, придавил его к земле лапой, а затем одним движением оторвал голову и сожрал ее, забрызгав кровью подбородок. С задумчивым выражением морды легендарный ящер стиснул челюсти, с хрустом ломая на зубах череп своего потомка, и, склонив голову набок, одним глазом посмотрел на меня.

— Эм. Кажется, на такое сражение мы сегодня не рассчитывали, — произнес я, активируя портал и запоздало понимая, что он не открывается.

— Магия принадлежит мне, букашка. И ты никуда не уйдешь, — усмехнулся дракон.

Глава 30

— Кажется, у нас возникло некоторое недопонимание, — сказал я, пока мысли бешено метались в голове. Сражаться с чудовищем, закрывшим собой половину пещеры, казалось совершенно невозможным. По крайней мере, в том состоянии, в котором мы пребывали сейчас. Выдохшиеся, потратившие весь запас стрел, зелий и возведенных строений.

— У тебя нет и не может быть никакого понимания, букашка, — фыркнул, выпустив из ноздрей два широких потока огня, дракон. — Такие, как ты, просто не могут осознать своего места в мирах Бездны. Вы лишь корм для младших. Блохи, способные только чуть подпортить настроение.

— Отлично, я так и думал. Что вам до блох, верно? — криво усмехнулся я, глядя на то, как ГорТан безуспешно активирует уже четвертый амулет телепортации. Остальные постепенно приходили в себя, пытаясь спрятаться за обломками крепости, к которым их отнесло порывом урагана, поднятым крыльями ящера.

— Боишься? Правильно делаешь, букашка, — уголки длинных и толстых губ дракона едва заметно дернулись вверх. — Я позволю остальным твоим собратьям сбежать, если ты скажешь, каким обманом тебе удалось покорить четыре сердца подземелья.

— Остальным? — на всякий случай уточнил я.

— Ты умрешь здесь, какие бы хитрости и подлости твое мелкое нутро ни придумало. Отвечай, иначе они умрут раньше, — прогремел дракон. — Три.

— Боюсь, тут нечего рассказывать, я просто…

— Два.

— Каждый раз это было по-разному! Где силой, где хитростью. Но всегда в одиночку, — торопливо сказал я, давая товарищам шанс убежать как можно дальше.

— Один, — выдохнул ящер, и струя огня ударила по замершей вдалеке темной эльфийке. Одежда, кожа, мясо, кости… сгорали слой за слоем, будто кто-то сдирал старые обои со стены. Кости продержались всего несколько мгновений, но и они рассыпались прахом, который не осел кучкой пепла, а будто растворился в воздухе. Вот она, сила истинного пламени. — Три. Два.

— Распорядитель! Полубог нулевого уровня помог мне получить первое сердце подземелья.

— Полубог кольца? — пророкотал дракон, на мгновение задумавшись. — Значит, ты его избранный герой? Давно, очень давно у этих земель не было другого владыки, кроме меня. Не было и не будет!

— Дираднак! — раздался требовательный голос Мюриэль, и я не поверил глазам. Стоит, целая и невредимая, хоть и голая. А ведь даже камни, на которых она испепелилась, испарились. Или то была не она? Рабыни я нигде не видел. Но еще удивительнее было не это. Дракон, могучий древний легендарный дракон, владыка двух планов Бездны, вздрогнул и повернул голову. Говорить он ничего не стал, хотя по его морде было заметно удивление и растерянность.

Струя истинного пламени — вместо тысячи слов!

Камни, за которыми пыталась укрыться дроу, оплавились и растеклись лужицей за несколько мгновений. Когда нестерпимо яркий огонь начал утихать — на месте, где стояла ведьма, стала видна глубокая, метров трех в глубину — воронка. Но и этого дракону показалось недостаточно, вдохнув еще раз, он поглубже залил огнем целый сектор, испепеляя все, что в нем было живого. Даже перестал обращать внимание на меня, подарив несколько драгоценных секунд на подготовку.

— Разбегайтесь! — приказал я, сам бросаясь в сторону. — Укрыться не выйдет!

— Особенно тут не побегаешь! — проорал в ответ Гор, перебираясь через развалины стен. Полуметровый заборчик, да и тот только местами, вот и все, что осталось от могучей средневековой крепости. Тан отчаянно создавал длинное плетение, пентаграмма которого уже насчитывала шесть кругов, висящих в воздухе.

— Как ему удается колдовать? — спросил я, безуспешно пытаясь активировать хоть одну из способностей, полученных от элементалей или от единства с планами, но ничего не выходило.

— Смерть! — ответил на ходу огр. — Огонь и камень — принадлежат ему, а смерть — нет.

Я смачно выругался, понимая, в какой заднице все мы оказались. Если он и в самом деле полностью блокирует все, что связано с огнем и камнем, я совершенно безоружен. Магия не работает, только первичные формы, которые мне никак не помогут против такого монстра. Строений нет, все башни и ловушки потрачены, от подземелья на этом уровне остались жалкие клочки. Еще его отпрыск разрушил большую часть активной земли в пещере.

Остальным сражаться с этим монстром тоже было несподручно. Несколько выпущенных в отчаянье стрел просто отскочили от толстой костяной брони, покрытой кристаллами. Мечи и топоры, даже зачарованные, наносили только крохотные выщерблины. Здраво оценивая все наши силы, я раз за разом приходил только к одному результату — в сражении у нас нет ни шанса.

Но три метра — это три метра. Не десять, не пятнадцать и даже не пять. Пусть у нас нет возможности убить тварь, но никто не сказал, что нельзя сбежать. Воспользовавшись мгновениями, выигранными эльфийкой, я запрыгнул на стену и, с трудом найдя разрушенную лестницу в подвалы, начал разгребать завал.

— Все сюда! Быстрее! — крикнул я, откидывая в сторону здоровенную глыбу. — Если уйдем достаточно глубоко под землю — он нас не достанет.

— Не успеем! — с досадой сказал ГорТан, первым оказавшийся рядом.

— Ты прав, не успеем. Так — точно. Но… — я со всей силы обрушил каменный кулак, усиленный защитной формой, на груду мелких булыжников, застрявших между крупными глыбами. Рука погрузилась в каменную крошку глубже локтя, и я нащупал основой завал. План был рискованный, но лучшего у меня не имелось. Вложив все оставшиеся силы, я активировал камень, а затем влил в него избыточное количество крови подземелья. — В стороны!

Фонтан щебня, пыли и каменной крошки ударил на несколько метров в высоту, создав плотное серое облако. Ни дышать, ни смотреть в нем было практически нереально, но для меня это не составляло проблемы, а остальных можно и за ручку провести. Заглянув внутрь, я убедился, что взрывная ловушка сработала просто прекрасно, разом пробив почти метровую дыру в подвалы. Если постараться — даже огр влезет.

— Сюда! — позвал я товарищей, выхватывая их из плотного пылевого тумана. — Прижмите тряпки ко рту, чтобы не задохнуться.

Хватая товарищей, слепо шарахающихся в пыли, я по одному засовывал их в дыру, стараясь работать как можно быстрее. Драгоценные секунды, подаренные самопожертвованием Мюриэль, нельзя было тратить попусту, и когда ГорТан, словно пробка, застрял в узком проходе, я, совершенно не жалея огра, подпрыгнул, надавив всем весом ему на плечи.

— Выдохни! — рявкнул я, и нежить с треском сломанных ребер провалилась внутрь. — Проходите глубже!

— Здесь некуда! — донесся голос снизу. — Все завалено!

— Ну и черт с ним, — выругался я, выходя из пыли. Моим глазам предстало жуткое, но в чем-то даже комичное зрелище. Занимающий полпещеры дракон гонялся за мелькающей тенью Мюриэль, поливая огнем последних нападающих красных кобольдов. Прыгая и изгибая шею так, чтобы достать перескакивающую от укрытия к укрытию эльфийку, он, словно гигантская кошка, игрался с мышью, пытающейся спастись всеми способами.

Пламя слизывало по полметра камня. Сжигало всех неудачников, что не сумели убраться с его дороги. Дракон не делал никаких поблажек ни своим, ни чужим, с одинаковой эффективностью испепеляя и рубиновых и обсидиановых кобольдов. И с каждым разом лишь на секунды не успевая за Мюриэль. Это зрелище было бы жутким, если бы все это время дроу не умудрялась выживать.

— Сюда! Скорее! — крикнул я, помахав рукой беловолосой эльфийке.

Ведьма ничего не ответила, в очередной раз прыгнув в сторону, и я понял, что у нее просто нет возможности дойти до нас. Как бы она ни была хитра и проворна, после каждого залпа огня жизненное пространство во круг нее сокращалось, и с каждым разом места для маневра оставалось все меньше. Дракон и в самом деле игрался с ней, не оставляя даже шанса на выживание. Он смотрел на нее как на долгожданную добычу.

В голове промчалось воспоминание о нашей беседе с Мюриэль, когда она сказала, что ей неинтересно сражение с Эвдинднаком и всеми остальными, и единственны бой, в который она готова вступить, — сражение с легендарным драконом. Судя по всему, у них были давние счеты, о которых я понятия не имел. Но главное, что эти счеты были обоюдными, а значит, дроу и в самом деле насолила древнему ящеру. Вот только жить ей оставалось не больше минуты.

Я должен был ее спасти, вмешаться в битву и найти решение. Но все это было совершенно нереально. Что я мог?

Я даже не воин. Да и самый умелый боец ничего не смог бы сделать против такого чудовища. Даже лезвие двуручного меча, погрузившееся на полную длину, не достанет до его сердца или жизненно важных органов. А для того, чтобы перерубить его шею, нужно собрать сотню дровосеков, которые будут работать несколько дней.

Я не маг. Возможно, существует в этих мирах какая-нибудь сильно могучая волшба, способная уничтожить подобного монстра, но пока все, с чем я сталкивался, не смогло бы оставить даже царапину на его шкуре. Монстр полностью контролировал потоки магии огня, камня и пространства, не позволяя использовать даже порталы.

Лучники? Даже не смешно. Обладай я всеми технологиями нашего родного мира, даже притащи в эту пещеру танк — ничего не поменялось бы. Разве что использование тактических ядерных зарядов смогло бы существенно подпортить жизнь этому монстру. Но одновременно уничтожило бы и всех нас, разрушило стены и потолок.

Я еще раз окинул взглядом пещеру. Большая ее часть уже покоилась под обломками. Сотни убитых при штурме, во время сражения с молодым драконом пятого уровня и, наконец, испепеленных пламенем легендарного змея. Разрушенные башни, вытоптанные фермы, рвы и реки, засыпанные трупами. Не битва, не приключение — настоящая, безжалостная, не разбирающая лиц, полов и возрастов война. С одинаковой безучастностью пожирающая всех.

— Хватит, — устало сказал я, посмотрев на мечущегося дракона. — Я сказал ХВАТИТ!

Голос, многократно усиленный магическими потоками и резонирующий с активированной землей, прокатился по подземелью, и даже Дираднак, легендарный дракон, на мгновение дернулся, посмотрев в мою сторону. Всего на секунду, но этого хватило, чтобы воспользовавшаяся моментом дроу ускользнула из его ловушки.

Взревевший от досады ящер плюнул в меня огненным метеором, и, отскочив в сторону, я едва разминулся с булыжником полуметрового размера. Земля содрогнулась от удара, и лавовые брызги оставили оранжевые, быстро остывающие следы на камнях. В ярости дракон взвился в небо, набирая полную грудь воздуха и намереваясь утопить всю пещеру в огне.

— Хватит, — мрачно проговорил я, глядя на приближающуюся неотвратимую смерть. — Я не воин, не маг и не инженер. Я владыка подземелья. И весь этот уровень — мой дом. Хочешь разрушить его… я тебе помогу.

Закрыв глаза, я активировал виденье владыки. Не было времени на строительство. Не было времени на придумывание красивого плана. Не было времени даже на то, чтобы зарыться в землю. Но это уже совершенно не важно. Зажмурившись, я нашел нужную область и одним движением воображаемой руки отсек целый пласт активированной скалы.

Грохот и треск прокатились по пещере, заставив дракона сбиться с ритма и начать оглядываться. Но даже легендарный ящер не мог предусмотреть того, что произойдет дальше. Я и сам не верил в план до конца. Но продолжил разрушать собственное подземелье, на активацию которого потребовалось столько крови и душ кобольдов. Нарезал его, разделяя, как коржи в торте.

Взревев, Дираднак выпустил поток пламени, метя прямо в меня, и в этот момент сверху обрушились первые вековые сталактиты. Гигантская сосулька весом в несколько тонн ударила по хребту змея, мгновенно потерявшего равновесие. Еще одна прошла по крылу, разрывая толстую шкуру, и легендарное чудовище просело на несколько метров, бросившись к выходу из пещеры.

Именно в то место, которое я активировал первым.

Каменные сосульки рухнули, будто сомкнулись гигантские челюсти, и едва успевший затормозить дракон отпрянул, спасаясь от камнепада. Ряд за рядом сталактиты обрушивались, сокращая пространство пещеры. Слои гранита заполняли неестественную полость, оставляя все меньше жизненного пространства для дракона, который уже не думал об уничтожении надоедливых букашек, а пытался спастись.

Он открывал целый сноп порталов, пытаясь уйти от обстрела, но не мог протиснуться ни в один из них. Сталактиты исчезали, не долетая до шкуры твари, а затем появлялись уже в других местах. С тем же успехом я мог бы обстреливать его из рпг или гаубиц. Но стоило ему чуть замедлиться в попытке развернуть пространственную дверь пошире — как несколько сосулек упало прямо на его спину, обрушив змея на землю.

Легендарное чудовище с грохотом рухнуло на дно пещеры, но этот звук потонул в барабанной дроби камнепада. Дракон с трудом поднялся на лапы, отпрыгивая от потока камней, ударил струей пламени, превращающей пыль в обсидиановый дождь, но, мгновенно поняв бесполезность своего подхода, отпрыгнул в сторону, в последний момент разминувшись с пластом гранита весом в несколько десятков тонн.

Закрыв глаза, я все нарезал и нарезал остатки своего подземелья на шестом уровне, почти добравшись до его сердца. Камни цеплялись друг за друга, отказывались падать по нужной мне траектории. Владеющий магией земли и огня змей отбрасывал снаряды потоками огня, но не мог справиться с камнепадом. И когда вход завалило, а пещера погрузилась в темноту, только всполохи его пламени освещали учиненный мною апокалипсис.

Дракон метался из стороны в сторону, пытаясь найти выход, открыть портал или хоть щель, в которую можно было бы безбоязненно забиться. Его гигантская туша крушила каменные зубцы и остатки укреплений. Но в очередном потоке пламени я заметил еще одну тень ничуть не меньшего размера. Только девятиглавую.

Теневая гидра будто вытягивала из окружающего пространства тьму, соперничая с черной дырой по плотности. Стоило огню угаснуть — и головы твари обрушивались на дракона, разрывая его и забрызгивая лавовой кровью окрестности. Чем больше дракон сопротивлялся, чем больше огня разливал вокруг — тем яростнее на него нападала гидра.

Дираднак извернулся, одним мощным движением сцапав сразу несколько голов гидры, и, дернув на себя, постарался перехватить противника за туловище. Оставшиеся головы вцепились в шею врага, но даже раненый легендарный дракон оставался сильнее. Все решали секунды, и я поставил на последний заряд все.

Потолок треснул, оголив сердце подземелья, и с него начала вытекать лава. Но перед этим вниз обрушилась каменная треугольная глыба, приземлившись на хребет змею и прижав его к земле многотонным грузом. Чудовище взревело, невольно выпуская добычу из пасти, и попыталось выползти из-под обвала, но лапы его только скребли по полу, оставляя глубокие следы, не сдвинув монстра ни на сантиметр.

Легендарный дракон едва дышал, его грудную клетку придавило, и последние струи пламени едва доставали на несколько метров. Не нанося гидре никакого вреда. Его противник — девятиглавое чудовище — тоже едва стояло на толстых, словно колонны, лапах. Извернувшись, оно навалилось сбоку и, придавив морду Дираднака к земле, раз за разом било его по шее.

Кровь дракона смешивалась с кровью подземелья, вытекающей из открытой раны на сердце, а рядом с чудовищем на активированную плиту приземлилась Веста. Фея огня смотрела на чудовище со смесью восхищения и страха. Но стоило ей чуть подвинуться вперед, как гидра зашипела, не подпуская к своей добыче. Возмущенная Веста подняла руку, на которой уже загорелся огненный шар, но появившаяся хранительница перехватила ее запястье.

— Оставь ее, — приказал я, телепортируясь ближе. — Это их схватка.

— Но… он же прекрасен, — проговорила растеряно Веста. — Существо из огня, гордости и боли. Он не должен умирать так! Мы должны сделать его своим союзником!

— Нет, — покачав головой, я переместил всех спрятавшихся товарищей на безопасный участок. — Это ее добыча и ее месть. Верно, Мюриэль?

— Моя, — прошипело сразу несколько голов гидры. Убедившись, что я не буду мешать, девятиглавая вернулась к разделке чудовища, с каждым укусом погружаясь все глубже, и вскоре шея дракона сузилась на полметра. Легендарный змей все еще сопротивлялся, пытаясь вырваться, но я тоже не сидел без дела и всю активированную землю связывал, превращая ее в оковы для монстра. Оковы — и кладбища.

— Вы чувствуете, хозяин? — спросила, жадно облизывая губы, хранительница. — Его кровь и сила переходят в сердце. Возможно, этот этаж станет самым сильным из всех. Если, конечно, мы сумеем совладать с его дурным нравом.

— Ты уж постарайся. У нас и так смотрительница не самая спокойная здесь, так еще и такой источник силы. Нельзя пренебрегать такими запасами.

— А можно я сделаю себе костяного дракона? — с надеждой спросил Тан. — Маленького?

— Если сможешь выудить из желудка большого череп — рискни, — пожал я плечами. — А теперь давайте займемся трофеями.

— Это затянется надолго, — мрачно усмехнулась Химари и была совершенно права.

— В таком случае я оставляю это на вас, — кивнул я, поднимаясь. — А мне нужно глубже. К видящей, которая недавно была на седьмом. Возможно, я еще сумею ее догнать. Тан?

— Эм… я остаюсь, — покачал головой лич. — Я никогда не клялся в вечном служении, а дракон сам себя не поднимет. К тому же, судя по окружающим разрушениям, в ближайшее время вам ничего не угрожает. Я перенаправлю потоки, так что недогончая будет подчиняться вам. С ее помощью вы сможете увидеть следы нужной души. Если вам все же критически понадобится помощь — телепортируйте меня, и всего делов.

— Что ж, справедливо. Клора пока пойти не сможет, сил мало. Я верну тебя к твоей группе. Химари?

— Да, — уверенно ответила девушка, встряхнув головой. — Мы шли за силой, и сегодня я, кажется, увидела краешек своей. Я с тобой.

— Мюриэль?

— Ты помог мне осуществить часть моей мести, — сказала вернувшая свое обольстительное тело темная эльфийка. — Сотни лет я копила силы ради этой схватки. Все души, что я забрала, все камни маны — собранные и выторгованные. Осталось еще несколько уродов, заслуживающих смерти, и нам с тобой по пути.

— Надеюсь, несколько уродов — это не такие вот монстры? — спросил я, показывая на обезглавленное тело дракона, из которого продолжала выливаться кровь.

— Нет, что ты. Они намного, намного хуже, — улыбнулась Мюриэль. — Ты вскоре сам все увидишь.

— Жду с нетерпением, — проворчал я, отправляя товарищей по подземельям. Хоббитку — на четвертый. Тана — на шестой. — Идем. Время не ждет.

После устроенного мной землетрясения большинство подземных ходов между шестым и седьмым уровнями Бездны завалило, погребя под толщами камня целые легионы драконидов. Армии великого, легендарного, непобедимого, но, увы, мертвого Дираднака спешили на помощь своему повелителю и оказались жертвами собственного господина.

Пропитывая кровью подземелья завалы, я у каждого такого могильника ставил по башне смерти, ускоряющей распространение моего влияния. Сердце седьмого уровня оказалось совершенно разрушено, выкачано без остатка жадным драконом, и даже прорвать проход на план огня у меня получилось, только вызвав Весту и хранительницу на активированный участок. Странно, но стоило смешанной крови дракона и подземелья коснуться сердца, и оно начало биться. Хоть и слабо.

Торопясь за сестрой, я ни разу не открыл интерфейс, хотя мне пришло несколько уведомлений о полученных бонусах и разовом увеличении единения сразу со всеми планами. Моя сила напрямую зависела от силы моих подземелий, а кровь дракона и активация пятого сердца подняли ее на новый уровень. Но все это пока не имело никакого значения — ведь путь вниз оказался открыт нараспашку.

— Аккуратно, — предупредила, зевая, Мюриэль. — Если собираешься сунуться на восьмой уровень без подготовки, лучше тебе быть поосторожнее. У них все же есть видящая, и то, что мы за несколько часов проскакали целый уровень, не значит, что мы у цели.

— Полностью согласна, — сказала Химари, вглядываясь в темноту. — Я вижу кровь, целые лужи.

— Какого черта? Схватка с дрвконидами? — спросил я, активируя атакующую форму и вызывая лавового элементалая. В исходящем от него пламени нам удалось разглядеть лежащие в куче обнаженные тела. Единственным, кто сидел чуть поодаль, сжимая бок, был тяжело дышащий эльф. — Этот еще жив.

— Ненадолго, — мрачно сказала Мюриэль, подходя ближе. — Тьма уже начала забирать его душу.

— Вы опоздали, — прохрипел раненый, открывая глаза. — Опоздали. Теперь вам ее никогда не догнать…

Конец книги

Важно!

Продолжение и многие другие книги вы найдете в телеграм-канале «Цокольный этаж»:

https://t.me/groundfloor

Нравится книга?
Давайте кинем автору награду на АТ. Хотя бы 10–20 рублей…

https://author.today/work/84346.


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • Глава 27
  • Глава 28
  • Глава 29
  • Глава 30
  • Важно!




  • «Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики