Присказка (СИ) (fb2)

- Присказка (СИ) 279 Кб, 19с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - (La donna)

Настройки текста:




Мила в очередной раз вышла на крыльцо и глянула на небо: может, день уже начал клониться к вечеру? Но нет, солнце стояло в зените точно приколоченное. Мила вздохнула, окинула тоскливым взглядом дорогу, но ничего интересного там не обнаружила: соседские гуси щипали молодую траву у канавы, старуха Тильда, в три погибели согнувшись под вязанкой хвороста, возвращалась из лесу. Мила коротко кивнула ей и, не дожидаясь ответа, вернулась в дом.

Она хотела было прибраться, но тут же отбросила эту мысль. Их единственная жилая комната была под завязку завалена мокрой шерстью. Та сохла на притолоке, лежала ровным слоем на столе и сундуках, была разложена на полу и даже на кровати. Увязывать шерсть без него Румпель настрого запретил, побоявшись неопытности своей молодой жены: стоит в тюк попасть малой толике влаги — сгниёт вся пряжа.

Остальные дела Мила успела переделать за утро: доверху наполнила бочку водой, вычистила хлев, побродила вдоль грядок их маленького огорода в поисках пробивающихся сорняков. Стряпать нужды не было: со вчерашнего дня осталась похлёбка, с завтрака — с десяток ячменных лепёшек. И всё же Миле хотелось хоть чем-то занять голову и руки, коротая время до прихода мужа. Она сняла с полки ящичек с швейными принадлежностями и выдвинула из-под стола свёрнутую рулоном холстину. Из неё Румпель собирался нашить мешков, и хотя Мила не слишком ловко управлялась с иголкой, уж эта работа была ей под силу. Она отхватила от рулона несколько локтей ткани, соединила края и принялась за шитьё.

Румпель обрадуется, подумала Мила, стараясь класть стежки поровнее, и снова вздохнула. Замужем ей жилось неплохо. Только одиноко. Подруг в деревне Мила так и не завела, а мужа за последние недели видела чуть ли не реже, чем в короткий период его жениховства. Румпельштильцхен был прядильщиком, но сейчас, когда пришла пора срезать с овец зимнюю шерсть, ходил на подённую работу, беря в качестве оплаты долю сострига. Он уходил из дому засветло, возвращался поздно и тут же начинал мыть и раскладывать на просушку свой дневной заработок. Да и после ужина времени миловаться у них, считай, не было: Румпель торопливо проглатывал свою порцию и усаживался за прялку.

— Я скучаю по тебе, — жаловалась каждый вечер Мила, а муж только улыбался:

— Вот пройдёт майский праздник, днями из дому выходить не буду. Ещё надоем тебе.

За этим обычно следовали нежные уверения Милы, что надоесть Румпельштильцхен ей никогда не сможет, поцелуи и короткие объятья.

По-хорошему, им и жениться-то следовало на майский праздник. Трижды обойти с другими весенними парами вокруг украшенного цветами и лентами столба, с торжественной процессией пойти в церковь, на венчание, а потом, когда к вечеру вся деревня соберётся на танцы, целоваться при каждом выкрике «горько». В общем-то, они и собирались так поступить, только вот не смогли дождаться условленного срока и, вопреки традициям, сыграли свадьбу в самый разгар сева. Да что там сыграли — у них и гостей-то никаких не было, а цветы, которые Мила могла бы вплести в девическую косу, ещё не расцвели. Недовольный настойчивостью Румпельштильцхена священник наскоро обвенчал их после воскресной мессы, они под руку прошлись по деревне, демонстрируя всем своё новое единство, выпили в трактире кувшин вина — кислого и отдающего плесенью — и отправились домой, где их ждали мясной пирог и тушёная репа с потрохами.

За свадебным обедом Мила разволновалась так, что совсем не ощущала вкуса пищи. Её бросало в жар от многозначительных взглядов и улыбок Румпельштильцхена, и она уже не могла думать ни о чём, кроме наступающей ночи, во время которой ей предстояло стать его женой уже не только по названию. Румпель не обманул её ожиданий. Он был ласков и терпелив, и выполнение супружеского долга оказалось не болезненным, а даже приятным. А ещё — в его объятиях Мила почувствовала себя в безопасности, чего не бывало с ней с самой смерти отца.

Посреди ночи новобрачную разбудил мерный тихий стук: в постели Мила была одна, а её новоиспечённый супруг сидел за прялкой. Когда Мила шутливо попеняла ему — мол, рада, что муж ей попался такой работящий, но хоть сегодня можно не сбегать от жены, — Румпель только рассмеялся смущённо, сослался на срочный заказ, назвал Милу своей «сладостью» и велел спать. Так, толком не начавшись, закончился их медовый месяц. Конечно, они засыпали в обнимку и просыпались в одной постели, а при каждом удобном случае — целовались. Только случаи выпадали нечасто, не ко времени всё было, не по правилам.

Что бы ни говорили злые языки, в причинах поспешности их брака не было ничего постыдного. Просто жизнь у родни стала для Милы совершенно невыносима, а Румпель не мог видеть свою невесту несчастной.

В общем-то, к тому времени Мила уже совсем смирилась со своим положением. Это в первые месяцы жизни у родственников






«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики