Весна [Ангел Каралийчев] (fb2) читать постранично

- Весна (пер. Евгения Иосифовна Яхнина, ...) 1.61 Мб, 270с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Ангел Каралийчев

Настройки текста:




Весна

ВЕСНА

1

Она пришла от дальних родников, позолотила звенья колодезной цепи, склонилась над бадьей и, омыв ясное свое чело, с силой подбросила бадью вверх.

Нетерпеливо постучалась в дверь мельнички — разбудила Михо-мельника. Поднялся Михо. Наскоро накинул на себя обсыпанную мучной пылью одежонку, раскурил свою глиняную трубку и пошел вниз, к запруде, потонувшей в зарослях бурьяна.

Пробралась сквозь лозняк и вбежала в деревню. Рано-ранешенько, еще до того, как орехчанки потянулись с коромыслами к Большой чешме. Разнеслось по улицам свежее, теплое ее дыхание. Громко хлопнув калиткой, ворвалась в просторный, ровный двор деда Димо Хайдука. Черный пес, лежавший под навесом, вскочил, погнался за нею, щелкнул зубами. Вскрикнув, перескочила она через плетень на гумно, пробежала в сад и, нагнувшись, обронила по-ребячьи чистые слезы на синие гиацинты и красные иглики. Сливы осыпали русые ее кудри нежной пыльцой.

Походила по гумну — чтоб следы отпечатались. Поцеловала веточки деревьев — и когда рассмеялась сквозь слезы, раскрылись зеленые почки. Взобралась на крышу сеновала, ухватилась за ветку шелковицы и стала раскачиваться — вверх, вниз, вверх, вниз. Затрещала ветка, обломилась, и она упала на крышу. Ударилась, белую ножку подвернула, смахнула черепицу с крыши. Попадала черепица на землю и разбилась на мелкие кусочки.

Потом повернула озорница к домам. Осторожно раздвинула ветви вишен, заслонявших окошки маленькой горенки, и сверкнули на солнце оконные стекла. Затаив дыханье, оглянулась лукаво вокруг и постучалась три раза.

— Илия! Илия! Что не встаешь, соня ты этакий!

А Илия спит себе крепким сном младенца, и чудится ему, что над его головою хлопают-бьются два огромных голубиных крыла.

— Вставай!

Илия цепляется руками за голубиное перышко и поднимается в воздух. Вот он уже летит над землей. Глянул — далеко внизу осталась деревня, и тонюсенькой шелковой нитью вьется речка. Колесом завертелось под ним родное Орехово и потонуло в голубом зареве. Вдруг оторвалось перышко, и он полетел вниз. Вот он уже падает камнем — сейчас убьется! Но чьи-то сильные руки подхватывают его, и он снова летит, снова взмывает к небесам. Вон уже и божье село видать. Петухи поют, лают собаки. А сердце колотится, вот-вот выпрыгнет из груди.

Кто там стучится в окошко? Кличет его. Шепчет чуть слышно:

— Пора, Илия, пора! Солнышко встало… Просыпайся, мой мальчик!

— Эй, Илия! Вставай, что ли! — загудел кто-то басом. — Ишь дурень, спит как убитый!

Илия мигом вскочил на ноги.

2

Поехал Илия в поле пахать. Утро усыпало дорогу бисеринками росистого смеха. Наступишь — и точно живые метнутся капли из-под ног. Сады покачивают ветвями по-над заборами, стряхивают с себя белый пух. Будто кто-то под каждой сливой рассыпал с утра по мешку козьей шерсти.

— В добрый час, Илия! — шепчет ему вслед покривившийся низенький домишко бабы Кынювицы, подмигивая темными своими окошками.

— Эй, подпояску-то подбери, нечего улицу подметать! — важно промолвил белый тополь и загляделся на пламеневшие вдали вершины гор.

Илия смущенно потупился.

— И на дом бабы Кынювицы не смотри, а то выскочит на порог старая колдунья, да как на тебя глянет! А глаз у нее дурной. Поглядит вслед — и непременно лихо за тобой увяжется. Все в этот день пойдет шиворот-навыворот. Либо соха за корни зацепит и сломается, либо вол занеможет, а то еще сторож застанет тебя, когда ты на чужую черешню заберешься.

— Не гляди, не гляди на нее, заколдует.

Волы весело помахивают хвостами, рогами покачивают, не отрывая глаз от синих пашен в дымке утра, от колышущихся всходов…

Колеса поют-заливаются.

Она уже и здесь прошла-поспела. Бегом спустилась по лугу. Разбудила бабочек и ласточек. Раскачала ясень с вороньим гнездом, раскидала старые перышки. Сбежала к реке, отломила ивовую веточку, смастерила дудочку и заиграла. Ду-ду-ду!

А из лесу выпорхнул голубь, закружился над ее головой, задел крылом русые косы — испугать захотел.

— Гу-гу! Гу-гу!

И она помчалась со всех ног. Да как закричит, как заплачет — ручьем слезы льются. Залила пашни своими слезами.

Подошел тут один человечек: сам с ноготок, борода — до полу. Встал перед нею и давай посмеиваться, подтрунивать. Достал из торбы жука, а тот как зажужжит:

— Бр-рррр!

Она и рассмеялась снова.

Да кто ж она такая? Зачем ходит среди нас? Никто ее не видит, а все знают. Всю-то землю взбудоражила. Пришла с утра — и прямо в окно, наклонилась над ним и что-то шепчет на ухо. Он






MyBook - читай и слушай по одной подписке