Отбор без права на поражение (СИ) (fb2)

- Отбор без права на поражение (СИ) (а.с. Отбор для безликой-2) 690 Кб, 195с. (скачать fb2) - Дарья Сорокина

Настройки текста:



Отбор без права на поражение Дарья Сорокина

Глава 1

Ли

Девушка, в которую влюблены тысячи зрителей не смотрит в объектив. Прямо сейчас для неё существует только один человек, и он держит её за руки и вот-вот произнесёт слова, после которых жизнь той звёздной красавицы с экрана больше не будет прежней.

На что я рассчитывала, когда надевала подвенечное платье для финала отбора невест? Обычное дело, перед последним эпизодом популярного телешоу двух конкурсанток показывают в самый волнительный момент. Примерка наряда, визит к стилисту, фотосессия. Мне не пришлось играть волнение и радостное предвкушение на камеру, я была честна с поклонниками. Те чувства не были прописаны сценаристами, я проживала их и до сих пор проживаю, пересматривая записи моего последнего сезона в роли подставной невесты.

Странное чувство. Ощущение вторичности и неправильности момента угнетает. Один и тот же ролик крутится передо мной, и каждый раз картинка подёргивается рябью. Помехи и белый шум раздражают слух. Я зажмуриваюсь до ярких слепящих кругов и обхватываю голову руками, зажимаю уши и беззвучно кричу, но мой крик тонет в безумной какофонии звуков, лейтмотивом которых медленно, но неотвратимо становится раз за разом набегающая на берег волна. Вскоре стихия полностью поглощает ужасный треск, успокаивает, и я опасливо открываю глаза. У меня под ногами влажный песок, на котором нарисован портрет мужчины. Что-то есть в его печальном и немного виноватом взгляде, а я никак не могу разгадать эту загадку. У меня не хватает деталей, штрихов на песке, только сердце щемит при виде слишком знакомых и чужих черт лица. Мне нужно чуть больше времени. Я вот-вот пойму, кто он, узнаю что-то о себе и собственных чувствах. Но море решает за меня. Преисполненное ещё большего сожаления, чем нарисованный на песке незнакомец, оно нежно облизывает берег, словно большая лохматая собака со вспененными белыми кудряшками. Верная собака, послушная и очень печальная…

Девушка, в которую влюблены тысячи зрителей не смотрит в объектив. Прямо сейчас для неё существует только один человек, и он держит её за руки и вот-вот произнесёт слова… на которые ей будет наплевать.

— Прости, но ты выбываешь.

Девушка напустит деланно угнетённый вид и даже всплакнёт, чтобы вызвать сострадание у зрителей.

Изображение на экране сужается до тонкой горизонтально полоски и исчезает навсегда.

Это была я. Это была моя история…

Закрос кричит. Орёт на какого-то древнего и вот-вот изобьёт его. Арф’Хейлу наплевать. Он смотрит на фальшивого Сциа’Тхана с каким-то отрешённым спокойствием, от которого кровь стынет в жилах. Этому беловолосому мужчине настолько всё равно, что падай на него в данный момент деревянная балка, он бы и шага в сторону не сделал.

Зато мой вопрос заставил эту парочку вздрогнуть:

— А кто это, и почему вы ругаетесь?

— Ты убил её! — шипел безликий, а потом из его горла вырвался рёв, от которого бушующее внизу море, показалось кротким котёнком: — ТЫ УБИЛ ЕЁ!

Всего на мгновение на лице Арф’Хейла промелькнул ужас, но он тут смахнул его, точно попавшую в глаз чёлку.

— Не драматизируй и не пугай Кайла, а то он решит, что я на самом деле кого-то прикончил.

— Жаль, что не Саманру, — непроизвольно вырвалось у меня изо рта, и древний нервно рассмеялся, а вот у Закроса брови сшиблись на переносице с такой силой, точно два самолёта налетели друг на друга.

— Если бы я не знал, как сильно она любит трусливый кусок дерьма, носящий твоё имя, я бы не посмотрел на то, что ты кузен Ивнар, что Ирри в тебе души не чает, я бы своими руками приблизил твой неотвратимый конец, Налтар.

— Валяй! Она уже не любит меня. Ей всё равно.

Закрос издал какой-то нечленораздельный звук больше похожий рычание и с трудом выпустил древнего из рук.

— Ты даже не представляешь, что ты натворил.

Арф’Хейл молчал и упорно избегал смотреть в мою сторону. Вопросов с каждой секундой у меня становилось всё больше, а ощущение собственной избирательной слепоты раздражало.

— Мы уходим, — бросил мне безликий, а тот, кого он назвал Налтаром наконец подал голос:

— Куда?

— В комнату Мёрка и Крега, клянусь, если останусь с тобой в одном помещении, всё кончится плохо. Кайла я забираю с собой, пока ты ему мозги ещё раз не поджарил. Идём, Кайл.

Закрос подхватил с пола мою и свою сумки, запихнул подмышку одеяло с подушкой и двинулся к двери.

Быстро подобрала свои постельные принадлежности и засеменила следом за Сциа’Тханом, у которого разве что искры с крыльев не слетали. Пугающее зрелище.

Уже выходя из комнаты, обернулась на древнего, надеясь, что вот-вот дымка в моей голове развеется, и я снова обрету что-то очень-очень важное. Но ничего не произошло. Незнакомец, так и остался незнакомцем, только сердце в последний раз отчаянно налетело на рёбра и разнесло по телу щемящее чувство. Тряхнула головой, лишь немного всколыхнув непроглядный туман, прочно обосновавшийся внутри, и последовала за своей крылатой нянькой.

В бывшей комнате Мёрка и Крэга разливалась гнетущая тишина, нарушаемая только вознёй Рилтара. Он был настолько раздражён, что ему стоило огромных усилий не швырнуть наши сумки об пол. Даже страшно немного стало за яйца волатили. Не разбил бы…

В моей голове роилось множество вопросов, но я сама себя останавливала, боясь ещё сильнее разозлить безликого.

Он заботливо заправил обе кровати, и даже подушку мне взбил. Я бы умилилась этому жесту, если бы перья не повылезали наружу от серии мощных ударов.

— Можешь ложиться, — не глядя на меня, бросил Рилтар.

От этого странного поведения в горле, словно распорку поставили. Ещё вчера он ласкал меня под струями тёплой воды, а сейчас смотреть не хочет. Что происходит? Чего я не вижу?

Так и осталась стоять посреди комнаты, борясь с собственным телом. В очередной раз проиграла это бесполезное сражение и стала девушкой. В этом проблема? Ему не нравится, когда я парень?

— Что ты творишь? — он сорвал одеяло с постели и набросил мне на плечи. — А если камеры всё равно пишут? Будь серьёзнее, Кайл!

Рил, наконец, встретился со мной взглядом. Ждала, что он будет полон недовольства, но всё оказалось гораздо хуже, безликий смотрел так, словно я смертельно больна и вот-вот перестану дышать, или уже перестала.

По сердцу резанул недавний крик:

— Ты убил её!

Поёжилась, сильнее укутываясь в одеяло, которое Рилтар сжимал вокруг меня.

Спроси его, Ли! Спроси, кого убил Налтар!

Не могу. Страшно.

СПРОСИ!

— Рил, кого убил тот мужчина?

Глава 1.2

Рил

Почувствовала. Напугал её, до сих пор пугаю, хотя самого колотит сильнее. Понял ещё в коридоре: что-то случилось. Отпихнул от себя надоедливого Райана, без него проблем на этом шоу хватает.

Толкнул дверь и почти сорвал её к чертям с петель, но опоздал. Налтар уже вовсю копался в мыслях Ли, ломал, резал без анестезии и жалости. Не опухоль он удалял из сердца Ли. Ему казалось, что эта любовь червоточина, что она мучает девушку. Только это были крылья. Непомерно тяжёлые. На таких не сразу взлетишь. Их нужно принять, научиться летать, сквозь боль и слёзы. Осознать, подготовиться. Но он не дал ей. Убил чувства, не позволив узнать правду, не позволив взлететь. Она бы не сбежала, она бы ответила ему. Я знаю. Просто знаю, потому что я бы тоже принял. Я бы остался с Ивнар до её последнего вздоха. Но древним виднее. Проще выстроить стены, прогнать любимых, чем позволить кому-то разделить их проклятье.

Я знаю… На своей шкуре прочувствовал. Так хорошо знаю, что самому горло сдавливает от рыданий. Она это я. Моя Ли, это я в прошлом. Такая же выброшенная на берег рыбёшка, которой сказали: теперь твой дом там. Учись дышать заново, учись жить заново. Но у меня хотя бы осталось имя, подаренное любимой, моя дочь, моя память. У Ли не осталось ничего, кроме двух шрамов на спине. Живи и думай, откуда они!

Смотрит на меня. Не так смотрит. Неправильно. Во взгляде нет сомнения, она полностью доверяет и отдаётся мне. Готова своё покалеченное Арф’Хейлом сердце отдать без остатка, а я не хочу не потому, что охладел. Чушь. Я люблю её и такую: разную, многоликую, уничтоженную. А вот её чувства сейчас — ложь. Настоящая Ли вздрагивала от моих прикосновений, смущалась. Она шла ко мне навстречу, словно выходила из неспокойного моря. Волны толкали её ко мне, но тут же утягивали назад, напоминали о старой любви. А она всё упорно сопротивлялась, вставала на ноги и шла…

Боги, это невыносимо, держать её и быть причастным к тому, что натворил Налтар. Я был в курсе, дал ему слово молчать, а он взял и поступил так с нами. Всех троих покалечил своим решением. Как я могу теперь быть вместе с Ли? Это насилие над ней. Она не выбирала меня, её заставили.

— Рил, кого убил тот мужчина?

Умная. Всё видит, всё подмечает. Что сказать ей?

— Это фигурально. Не по-настоящему, Ли.

Увы, не фигурально. Он тебя убил. Надругался над чувствами и памятью. Выпотрошил маленькую рыбку.

— Объяснишь?

— Это сложно.

— Я пойму.

Конечно, поймёшь. Только выдержит ли твоё сердечко и разум, сразу после вмешательства древнего. Я помогу тебе вернуть себя, Ли. Постепенно. Даже если потеряю, даже если ты его выберешь, а ты выберешь его. Потому что если не выберешь, то это будет не моя Ли, а какая-то другая девушка.

Схожу с ума. Колотит от бессильной злости так, что руки вот-вот вспыхнут огнём. Слишком хорошо я вжился в тело в Сциа’Тхана. Ещё немного и смогу играючи пламенем управлять. Не зря нам ставят сдерживающие печати и регистрируют как скот, мы страшные твари, способные на всё.

— Кто твоей команде?

Она смешно хмурится, вспоминая, копаясь в своих покорёженных мыслях.

— Касти… Аарон… А ещё мне нужно выбрать кого-то из персонала.

Ювелирная работа, Налтар. Как можно было так филигранно удалить себя, не задев остальные воспоминания? Выскажу ему своё впечатление при следующей встрече. Надеюсь, меня не дисквалифицируют за сломанный нос Арф’Хейла. Найду слепую зону среди камер и сделаю то, что уже давно пора было сделать.

— И кого ты позовёшь? — через силу улыбаюсь, и мышцы лица в наказание судорогой сводит.

Одно хорошо: отвлечь рыбку от расспросов, оказалось не так уж и сложно.

— Джет. Я позову Джета Лоулесса.

Хей-хей-хей! Это же ещё одна мразь в моём личном чёрном списке!

— Что-то не так?

Проницательные голубые глаза высверливают у меня в пульсирующем черепе две дырки.

— Тебе не нравится мой выбор? — продолжает пытать меня взглядом.

— Джет… он…

Сглатываю гадкие слова и давлюсь ими.

— Договаривай.

— Ублюдок твой Джет.

Опять нахмурилась и без всякой задней мысли выдала:

— Вроде нет… Он чистокровный Кха’це.

Спазм на лице резко проходит, и я слышу свой смех. Искренний и несдерживаемый. Вот же наивное чудо! Прижимаю её ещё крепче и шепчу в самое ухо:

— Давай сегодня спать вместе? Я подвинусь.

Глава 1.3

Рил

Сам не ожидал от себя такой просьбы, но отпустить её дальше, чем на пару шагов этой ночью не смогу. Она ещё слабее, чем я думал. Вот так просто по щелчку пальцев позволила сотворить с собой такое. Маленькая доверчивая Валай Клао. Что было бы с ней, не будь я так одержим ей, не пройди я кастинг. Кто бы защитил тебя, Ли?

Она смущённо кивнула мне, соглашаясь на приглашение и, путаясь в длинных штанах, забралась на кровать. Не могу сдерживать улыбку, наблюдая за ней и ревнуя к выключенным камерам. Да что там! К собственным глазам! Выключаю раздражающий свет, даже ему не позволю сегодня прикасаться к Ли. Ковыряюсь в темноте в наших сумках и достаю мерцающие яйца волатили. Ставлю на стол, наслаждаясь оранжевым сиянием, которое нежно ласкает бледное личико, превращает зрачки в демонические огненные точки.

Ждёт меня. Скинула на пол штаны и натянула одеяло до подбородка. Сейчас я хочу поверить Райану в его бред о небесном браке, просто чтобы понять, что я делаю всё правильно, что заслуживаю эту девушку, что вселенная на нашей стороне. Но не получается. Неправильность давит, ложь иссушает. Единственное, что я могу: обнять её и не выпускать до утра. Слушать частное дыхание и слишком меткие вопросы.

— Рилтар. Это твоё настоящее имя?

— Теперь, да.

— А какое имя тебе дали родители?

— Я не помню их. Имя своё тоже не помню, может, они даже не успели мне его дать.

— Тогда, кто назвал тебя так?

— Женщина, которую я любил.

— Мать Ирри?

— Да.

Мне удивительно легко говорить всё это сейчас. Сложнее чувствовать нотки ревности в голосе Ли. Я не облегчу это чувство. Ивнар навсегда останется в моём сердце, и моя безликая понимает это. Понимает и принимает, как я принимал её любовь к Налтару.

Больше ничего не спрашивает. Касается пальцами моего лица, смотрит так пристально и смешно, словно надеется разглядеть что-то ещё.

— Покажи мне!

Не просит. Приказывает!

— Что показать?

Мне нравится её мягкая, почти кошачья требовательность.

— Себя покажи. Настоящего. Не Закроса Мьенвана. Не Рилтара Теанвана. Хочу увидеть тебя.

Сложно не улыбаться, когда тебе велят сделать то, о чём ты сам мечтаешь. Ивнар боялась увидеть меня истинного, она создала для себя образ идеального Арф’Хейла и поверила в него, а я вместе с ней. Эта ложь затянулась, прикипела чужой маской намертво, и даже моя собственная дочь не знает правды.

— Не боишься разочароваться? Не так-то просто будет видеть во мне прежнего Закроса, когда я стану собой.

Не отговариваю её, проверяю. Пойдёт ли до конца? Конечно, пойдёт. Это же моя Ли!

— Не боюсь.

Даже не сомневался.

— Тогда отвернись!

— Это ещё зачем? — её брови забавно вздрагивают.

— Не могу, когда на меня смотрят. Стесняюсь.

— Думала, Закрос Мьенван не знает такого слова. Да и потом, ты же не нужду при мне собрался справлять… Хотя, ты порывался со мной как-то в туалет.

Закатил глаза. Всё-то помнит. А моей извращённой душонке ведь было на самом деле интересно посмотреть, как она выкрутится, сгорая от стыда у писсуара. Уверен, талантливая Валай Клао, талантлива во всём. Жаль, не увидел.

— Закроса Мьенвана не существует, забыла?

— Так же как Кайлин Верани, но все те девушки — они на самом деле осколки меня. Не думаю, что Закрос появился из ниоткуда, ты вложил в него что-то своё. Я не права?

— Права.

Более чем права. Тысячу раз права. И сейчас ты увидишь насколько! Я сам влюбился в каждый твой осколок. Пугливая Унни Орелей, чья кожа излучала мягкое лунное сияние, а голос сводил с ума своей чистотой и глубиной. Беззащитная Атмэ, смотрящая на мир слепыми глазами и ощупывающая пространство тонкими пальцами. Сексуальная до умопомрачения Ксир с кроваво-красными волосами и чёрными как ночное озеро глазами. Это всё она. Ли. Моя чужая безликая.

— Я жду, Рил.

— А я всё ещё жду, когда ты отвернёшься.

— Хочу смотреть, как ты меняешься.

— Это слишком интимно, — приблизил своё лицо к её ещё ближе, а ведь на подушке и так мало места для двоих.

— Интимнее, чем моя нога, закинутая тебе на бедро?

— Ой, а я и внимания не обратил.

— Дурачишься…

— Привыкай, это осколок моей души, — передразнил безликую, гипнотизируя её губы.

До утра могу шутливо препираться с ней. Случайно задевать её тело, непослушными ладонями. Они сами, клянусь! Лишь бы только не спать, лишь бы не увидеть завтра Налтара, Саманру, Джета. Проснуться в моей квартире, чтобы в соседней комнате сопела Ирри, а Ли прижималась к моей груди и слушала… слушала, как сильно я люблю её.

— Привыкла…


Теплом по губам её ответ. Таким будоражащим, что хочется ещё этого жара, неровного дыхания.

— Я всё равно заставлю тебя закрыть глаза, Ли.

— Как? — зачем-то спросила меня, хотя уже прекрасно знала ответ.

Глава 2

Ли

Играет не по правилам. Безумный Сциа’Тхан. Печальный Арф’Хейл. Желанный Валай Клао. Кто целует меня сейчас? Не знаю. Сейчас я слепая Атмэ. Требовательная мягкость его губ и податливость моих. Твёрдость груди под пальцами, крошащаяся от ударов его сердца. Импульсы, перетекающие в моё тело, заставляющие меня дрожать и меняться. Бесконтрольно, внезапно, без боли и страха. Так естественно и привычно. Кто я? Взмахнуть ресницами, посмотреть на него, на себя в отражении его глаз. Успеем. Сейчас я хочу целовать его. Гладить сломанные рёбра и с каким-то преступным упоением наслаждаться его болезненным вздохами. Ради меня это сделал, вот доказательство его заботы. Не красивые слова, а боль, которую он терпит. Я тоже ненормальная, раз мне нравится это, нравится быть особенной для него…

Он отстраняется. С трудом прекращает наш поцелуй, и я даже с закрытым глазами, чувствую улыбку на его губах. Победную? Смущённую? Должна увидеть его, должна посмотреть на нас сейчас же.

— Ну, привет, — ласково шепчет безликий, а я смотрю на него и не знаю, как реагировать. — Ты такая красивая, такой я тебя и представлял себе, Ли.

Долго смотрю на него и жду подвоха, а Рил даже не скрывает улыбку на таком знакомом и уже любимом мне лице.

— Разочарована? — когтями по сердцу этот вопрос. Как я могу быть в нём разочарована? Он первый мужчина после Джета, который проявил ко мне заботу. Настоящую, искреннюю. Он не оттолкнул лицемерную актрису, а принял и открылся сам. Разглядел в таких разных образах осколки моей души и собрал их воедино.

— Нет. Не разочарована, я…

— Удивлена, да?

— Ты же не изменился совсем! Ну почти. Ничего не понимаю!

Он остался собой. Это всё тот же Закрос. Только глаза у него больше не ядовито-жёлтые. Теперь в них разливается тягучая древесная смола с лучиками солнца, навсегда попавшими в липкую ловушку. Каштановые волосы с лёгким медным отливом лежат в привычном беспорядке. На переносице едва заметные веснушки, придающие взрослому мужчине шкодливую мальчишескую перчинку. Всё это делает Рила таким обычным, родным, домашним. А ещё теперь я вижу нашу разницу в возрасте. Он уже далеко не мальчик. В уголках глаз наметились морщинки, а на висках едва-едва пробивается проседь.

— Ты будешь смеяться, Ли.

— Не буду, — обиделась на его глупое предположение. С чего мне смеяться над ним? — Объяснись!

Он нежным касанием завёл мне за ухо прядь волос. А я ведь даже не знаю, какого они цвета, и сейчас это не так сильно тревожит меня. Я хочу знать, почему Рилтар выбрал свою настоящую внешность для образа Сциа'Тхана.

— Я подумал, а вдруг, это шоу посмотрит кто-то из моих настоящих родных. Наивно было надеяться, что спустя столько лет, кто-то узнает во мне своего потерянного ребёнка. Но я просто решил попытаться. Знаешь, иногда даже когда ты сам уже родитель, тебе всё равно не хватает мамы и папы. Я не хотел всю жизнь оставаться безымянным сиротой…

Рилтар несколько раз с силой моргнул, а мне словно тяжёлая ладонь опустилась на горло. Мы так невыразимо похожи, что это пугает. Но у меня всегда был Джет, и я никогда не считала себя брошенной. Но даже если моя непростая жизнь казалась мне счастьем, через что же пришлось пройти моему безликому? Когда-нибудь я обязательно спрошу его. Когда-нибудь он расскажет, а я буду слушать, впитывать его боль, заставлю больше не чувствовать себя одиноким сиротой.

— Значит, Закрос Мьенван настоящий?

— Вроде того. Я только крылья оставил. Ты уж извини, отращивать их заново выше моих сил.

— Понимаю, попробовала сделать себе похожие, но даже расправить их не смогла. Кожу натянуло ужасно, а выглядела я как общипанный цыплёнок.

Рилтар беззвучно рассмеялся, окутывая меня жаром своего близкого дыхания, и я снова заворожено уставилась на него. Идеален. И он с самого начала понравился мне таким, какой есть. Как ему только в голову могло прийти, что я буду разочарована?

— Хочешь, посмотреть на себя?

А вот этот вопрос всерьёз озадачил меня. Полюбить Рилтара любым, казалось мне таким простым, а вот с собой всё обстояло куда сложнее. Вдруг я вызову у себя отвращение? Идиотские мысли, но отогнать их от себя я не могла.

— Не готова? — догадался Рил, и я замотала головой. — Тогда я расскажу тебе, какая ты. Можно?

— Можно.

— У тебя шикарная грудь, — это внезапное признание заставило меня прижать ладони к двум упругим половинкам, которые оказались гораздо меньше, чем у Кайлин Верани. А вот и первое открытие. Блеск! У меня маленькая грудь…

— Дурак, — я бы стукнула его, если бы руки были свободны, а Рилтар сверкал мне игривой улыбкой Закроса Мьенвана и откровенно веселился.

— Без шуток. Мой любимый размер, кстати. Убери ладошки. Мне продолжать, или ты перестанешь бояться и подойдёшь вместе со мной к зеркалу?

— Скажи честно, у меня нос крючком и мелкие поросячьи глазки?

Наивная. У кого спрашиваю? Опять же отшутится.

Только он не стал. Нежно поцеловал мой нос, а потом и дрожащие веки.

— Не крючком. Скорее, картошкой. Ммм. И на вкус картошка, — рано радовалась, он премерзко лизнул меня и снова ехидно оскалился. Ему точно тридцать семь? Или сколько там? Ведёт себя, как ровесник Касти Пелса.

Ощупала мокрый кончик носа. Ничего не картошка! Аккуратный носик.

— Давай же, Ли! — Он потянул меня за руки, поднимая с кровати. — Говорю, же ты красотка, и я в тебя безумно влюблён.

— Влюблён? — повторила слово, которого Рил сам от себя не ожидал, а уж я тем более.

Он так невзначай бросил это среди комментариев о моей груди и шуток про нос.

— Ну, не совсем влюблён. Не очень точное слово. Нравишься. Ты нравишься мне. Только и всего.

Снова его обезоруживающая улыбка, прогоняющая страхи, и вот я уже послушно слезаю на пол. Ступаю по мягкому ковру и смотрю только на моего безликого, который неумолимо ведёт меня к зеркалу на стене.

Сейчас. Вот-вот одной тайной в моей жизни станет меньше. Я увижу, какой природа создала меня изначально, какой я стану, когда соглашусь на регистрацию. Именно такой я буду вместе с Рилтаром в нашей новой жизни.

— Закрой глаза, Ли.

Слушаюсь. Замираю, когда безликий заходит мне за спину и гладит мои длинные волосы, аккуратно причёсывая их пальцами. Прямые. Они прямые, я чувствую это.

— Ещё немного. Подожди.

Жду. Я и не собиралась торопиться. Сейчас я вся превратилась в слепую Атмэ, ловлю разливающуюся в воздухе нежность, тону в объятьях безликого, который прижимает меня своей груди, расправляет огненные крылья.

— Теперь можно…

Он касается губами моего уха, а я медленно открываю глаза, чтобы встретиться с самой загадочной личностью в моей жизни.

Глава 2.2

Рил

Её веки дрожат, словно вся тяжесть мира разом прилила к глазам и теперь не даёт посмотреть перед собой. Ей страшно, а я даже представить не могу, какие мысли сейчас терзают Ли. Единственное, что я могу, это шептать что-то нежное и глупое. Я буду рядом с ней в этот миг, я уже рядом. Всегда.

Она затаила дыхание и вот-вот увидит саму себя. Медленный взмах ресниц, и голубые глаза

Кайлин Верани глядят с недоверием на хрупкую девушку в отражении, над которой нависла массивная тень от моих крыльев.

Но сейчас Ли смотрит не на меня, она разглядывает каждую черту своего вновь обретённого лица, взвешивает на ладонях блестящие чёрные локоны и не понимает.

Зато я понимаю.

Каждый образ моей безликой был соткан из крохотных деталей, которые она брала у самой себя взаймы. Полные губки, которые сейчас слегка приоткрыты, она подарила восхитительной Ксир из четвертого сезона. Тонкий носик и фарфоровая кожа достались Лунной Деве из первого. Нежный изгиб бровей и скул она повторила, став Атмэ, а чёрные, отливающие опалами и обсидианами волосы я помню у Даэмоны из третьего отбора невест.

Все эти образы были не только осколками её души, она невольно вдыхала в них что-то от себя настоящей и она сама это видит и чувствует, прикасаясь к собственному лицу, обнимая себя за плечи, наслаждаясь настоящими слезами, струящимися по щеками.

— Это я? Это, правда, я?

— Это, правда, ты.

Такое воссоединение было трогательнее и искреннее шоу, где встречались разлученные много лет назад родные и друзья. Их радость не шла ни в какое сравнение с состоянием Ли, впервые встретившейся с собой.

— Они прямые! У меня прямые волосы. Всегда мечтала. А глаза, Рил! Это мой любимый цвет!

Я улыбался её незамутнённой радости и молчал, что прямые волосы Валай Клао могла сделать себе в любой момент, как и голубые глаза. Но разве именно это ей было важно? Она бы так же умилялась кудряшкам. Она бы не расстроилась даже, если бы у неё на носу имелся костяной нарост, напоминающий рог. Потому что это была бы она! Такая, какой сотворила её природа, а не чья-то фантазия или бездушный сценарий для телешоу.

— Я красивая…

— Я так тебе и сказал, Ли.

Она повернулась ко мне, оторвавшись от зеркала, привстала на носочки и прижала ладони к моей груди, в которой сейчас творилось настоящее безумие. Я и она. Мы настоящие здесь и сейчас.

— Эта я никогда не целовалась, Рил.

— И что ты предлагаешь? — спросил каким-то пьяным задыхающимся голосом, в котором умиление и нежная влюблённость столкнулись с похотью и страстью.

— Поцелуй меня.

— Эта версия меня тоже очень неопытная. Вдруг я налажаю, Ли?

Её ладошки превратились в два кулачка и несильно стукнули меня.

— Не шути со мной. Не сейчас, пожалуйста.

Милая Ли. Я шучу не для того, чтобы тебя обидеть. Я волнуюсь так сильно, что боюсь за собственное сердце. Оно напирает на рёбра, подыхает и тут же воскресает, чтобы свести меня с ума бешеным ритмом. Я шучу, чтобы оттянуть серьёзность момента, чтобы не думать о завтрашнем дне, когда мир снова пустит когти и клыки в твоё тело и душу и начнёт рвать на части. Я шучу, чтобы не плакать.

Но плачешь ты. Чувствуешь недолговечность момента, который я так бездарно трачу на глупые слова. Целую каждую горькую слезу и мысленно прошу прощения, впитываю твои страхи, которым очень уютно вместе с моими. Бояться вместе так просто. Всё в этой жизни проще, когда ты не один. Я не один, Ли. И ты не одна.

Краду её первый поцелуй. Забираю эту девушку себе, присваиваю то, что мир не отнимет. Отрываюсь от податливых губ и, задыхаясь шепчу:

— Обещай мне, Ли. Обещай!

— Что? — отвлекает меня, увлекает новым поцелуем, от которого я окончательно теряю рассудок.

— Больше ни с кем ты не будешь такой. Обещай, что эта Ли будет только моей навсегда.

Не имею права просить о таком. Это высшая форма эгоизма. Так нельзя. Она свободная женщина.

— Обещаю. Эта Ли будет только твоей. Эта Ли не хочет никого кроме тебя, Рил.

Как отпустить её после этой ночи? Я уже не смогу.

— Запомни этот момент и своё слово. Потому что я не забуду.

— Зачем мне кто-то ещё?

Искренне удивляется, смущённо улыбается припухшими губами. Но я-то знаю ответ на этот вопрос.

— Завтра у нас трудный день. Нам необходимо немного поспать. Кое-кому снова нужно стать брутальным Сциа’Тханом, а кому-то опять примерить на себе образ парня.

Она хотела скорчить недовольное личико, но на неё тут же накатила зевота.

— Как скажешь. У тебя нет шоколадки? Есть хочу.

Глава 2.3

Ли

Думала, что не смогу уснуть, но тепло, которым окутал меня Рилтар, усыпляло. Мы ещё какое-то время смотрели друг на друга в свете мерцающих яиц волатили и молчали. Я пыталась разгадать, что кроется за грустным взглядом моего Валай Клао, но эта загадка ускользала меня, дразнила пушистым хвостом огненной лисицы из-за угла, и стоило коснуться её кончиками пальцев, как она отпрыгивала и снова гипнотизировала танцем пламени на рыжем меху.

Я смотрю на тебя и осознаю, что всё возможно, счастье близко, а всё, что пытается встать между нами: этот конкурс, предубеждения, наши различия…

О каких различиях он говорит? Рил и я оба безликие? Не понимаю.

— Почему тогда ты не выбрал меня?

— Потому что в нашей сказке нет счастливого конца.

Всё будет. Конкурс подойдёт к концу, и мы уедем. Рилтар, Ирри и я. Мы справимся! Почему ты не веришь в нас?

— Я наклонился бы ближе, чтобы лучше чувствовать твоё и моё смущение. Знаешь, я тоже в любви новичок. Ты была моей первой и единственной.

— Я люблю тебя, Ли. С первого взгляда полюбил, с первого слова. Прости меня, так было нужно.

— Прости. Мне важно было это сказать. Ты подходишь, Ли! Это я тебе не пара, а теперь ты должна всё забыть.

СТОЙ! Я не хочу забывать!

Жар от тела Рилтара становился нестерпимым, и мне даже почудилось потрескивание деревянных щепок в костре и обжигающий запах чистого пламени. Это уже совсем не было похоже на магию Сциа’Тхана. Распахнула глаза и увидела перед собой двух парящих лисичек волатили, охваченных огнём и пытающихся лизнуть меня оранжевыми язычками.

— Рил… — шёпотом позвала безликого, надеясь, что он не станет делать резких движений и не спугнёт опасных зверьков.

— М? Уже утро?

— Нет. Вставай!

— Зачем, если ещё не утро? — недоумевал Рилтар.

— Затем, что это ты завёл двух демонов, которые легко могут спалить весь замок. Давай, мастер, приручай их, пока они не полезли ко мне с поцелуями.

— Вот чёрт! — он распахнул глаза и в ужасе уставился на своих питомцев. — Почему так рано? Они должны были вылупиться от силы через год!

— Поздравляю. Видимо, магия Сциа’Тхана их разбудила. Не мог их осторожнее лапать своими огненными руками. Нам конец, сделай что-нибудь, Закрос Мьенван!

Одна из лисичек зашлась икотой, и каждым спазмом выплёвывала целый фонтан огненных брызг, которые прожигали на одеяле глубокие тлеющие дыры.

Любая нормальная девушка на моём месте должна была запаниковать или как минимумиспугаться. По крайней мере я так считала. Хотя, кто, вообще, знает, какой должна быть нормальная девушка, и существуют ли они вообще? Скажите об этом Имериде и она рассмеётся вам в лицо! Но вопреки всему я не паниковала, а отчего-то хохотала так громко, что одна из лисичек мгновенно ощетинилась огненными иглами и угрожающе зашипела на меня сквозь зубки.

Только меня это не остановило. Я зажимала себе рот ладонью так сильно, что из глаз потекли слёзы, а икота добралась уже до меня. Успокоиться никак не получилось. Стоило мне лишь раз взглянуть на Рила, как новая истеричная волна смеха сдавливала моё горло. Валай Клао забавным жестом попытался стереть прожжённые дыры с одеяла, что у него совершенно не получалось и ни за что не получилось бы, зато кончики пальцев у него быстро почернели от сажи. Этими же пальцами он оставил росчерк у себя на лбу, а я всё смеялась и смеялась уже даже не над ним. Мне было хорошо и легко. Вот она я, рядом с любимым мужчиной, который открыл для меня новый мир, настоящую меня, который заботится и опекает без видимой корыстной причины, и который прямо сейчас впервые не знает, что делать. И это мне тоже безумно нравится в нём.

С трудом подавив очередной смешок, я тряхнула плечами и медленно повернулась к волатили. Теперь шипели уже трое. Две лисички и я. Они — из дальнего угла комнаты, я — стоя на четвереньках на кровати. О чём думают два новорождённых существа, внезапно оказавшиеся не в своих уютных скорлупках, а в просторной комнате рядом с незнакомцами? Им страшно? Любопытно? Ново? Да, всё вместе! Нужно им помочь немного.

Ненавижу любые трансформации зубов. Вообще не люблю всё, что связано с зубами. Это какой-то глупый ничем не подкреплённый страх, ведь, у врача я не была ни разу. Резцы в детстве выпали сами собой, первый, помню, застрял в украденном на рынке яблоке. Как же я рыдала, думая, что это такое наказание. Хорошо, что Джет быстро успокоил меня и объяснил, отчего выпадают зубы, так что, увидев через пару дней второй, торчащий из жесткой краюшки хлеба, я уже не заплакала, но страх остался до сих пор.

Осторожно-осторожно я меняла форму, превращая улыбку в устрашающий оскал с острыми клыками. Не больно, но неприятно. Невесомо провела языком. Хорошо. Похоже. Теперь глаза. Повторить вытянутые зрачки и охваченную пламенем радужку волатили тоже было нетрудно, а с ушами у меня никогда не было проблем. Несколько мгновений, и вот я что-то вроде большой мамы-лисы. Надеюсь, что они считают так же.

Резкие недоуменные повороты головок, недоверчивый прищур. Отлично. Любопытство начало брать верх над страхом, а шипение сменилось вопросительным воркованием, очень похожим на птичье.

Рилтар не двигался, затаив дыхание, он наблюдал за двумя детёнышами и мной, а я повторила воркование волатили, только с утвердительной ноткой. Парочка замерла на мгновение, а затем наперегонки рванули ко мне, стараясь прижаться как можно ближе. Тонкие коготки больно впивались в кожу, и я запоздало пыталась сделать её грубее и покрыть мехом.

— Ты же знаешь, чем их кормить? — я обняла лисичек, надеясь, что они нескоро почувствуют подвох и не спалят меня заживо.

Рил все ещё приходил в себя, и не сразу среагировал на мой вопрос.

— Эй, я ещё тут, и если не поможешь, то мне придётся несладко, когда поймут, что я не их мамочка.

Сработало. Мой заговорщик тряхнул фальшивыми огненными крыльям и снова принял воинственный вид брутального Сциа’Тхана, который знает, что делать в любой ситуации.

— За мной. На кухню.

Он первым слез с кровати и, уже взявшись за ручку двери, обернулся ко мне, не сдерживая знакомую смешливую улыбку.

— Ничего не забыла, Ли?

— А?

— Будет сложно объяснить откуда в замке появилась демонически привлекательная Валай Клао. Не подумай, такой ты мне нравишься больше, но нам стоит вернуть Кайла.

— Точно, — как-то быстро я забыла, где нахожусь. К хорошему легко привыкаешь, но дьявольский конкурс ждет своего участника.

Нехотя влезла в шкуру Кайла Верани и пыталась максимально скрыть проступающее на лице разочарование, благо волатили не давали расслабиться.

— Это не навсегда. Скоро кончится этот отбор, и тебе не нужно будет скрываться.

— Я знаю, Рил. Только не выиграй его, пожалуйста.

Смеётся.

— Ты тоже, Кайл.

— Договорились. Проиграем вместе.

Только нельзя мне проигрывать, Джет четко обрисовал мои перспективы, но не сказал, что ждет в финале. Тюрьма, или что похуже?

Когда мы покинули комнату, то пришлось прекратить обличающие разговоры. Мы снова стали закадычными друзьями-соперниками Кайлом и Заком.

На внешней лестнице лисички крепче прижались ко мне и заскулили, почуяв рядом враждебное море, которое этой ночью никак не могло успокоиться и пугало даже меня. Прошептала зверькам что-то ободряющие, а они синхронно укнули. Всего один пролёт, и мы снова окажемся в тепле спящего замка.

— Ты отлично справляешься, Кайл, — похвалил Закрос и заботливо придержал дверь.

Непогода осталась снаружи, только странное необъяснимое одиночество накатило сильнее, когда гул волн стал тише. Чувствовала себя предательницей, что никак не может успокоить агонизирующее море. Ещё и Зак непривычно молчалив и задумчив. Я бы непременно придумала, как заставить его улыбнуться, если бы не волатили в моих руках, которые перестали бояться, а начали любопытно озираться в столовой.

Шагнули на кухню, и чуть не закричала с перепугу, уловив движение в темноте.

— Дали?

Огненные блики лисичек добрались до ещё одной неспящей это ночью души. Она сжимала огромное ведро с мороженым и, совершенно не смущаясь нас с Закросом, утопила там ложку явно не в первый раз.

— Салют, — она говорила в нос, как при сильной простуде, вряд ли мороженое уже успело подкосить здоровье нашей принцессы, скорее всего, она плакала. — Только свет не включайте, хорошо?

Мне ли не понять такое состояние. Хотя стоп. Не понимаю, что могло её так сильно расстроить? Райян же не выбыл, или я вижу не всю картинку? Она даже не обратила внимания на двух вылупившихся из яиц демонят, просто смотрела куда-то в пустоту и поедала мороженое не морщась.

— Оставлю вас, — шепнул Закрос. — Плачущие девочки вводят меня в ступор. Пойду в погреб, поищу, чем накормить наших с тобой деток. Не скучайте.

Взял и слинял. А я вот тоже не знаю, как реагировать на такое знакомое и пугающее состояние Далиилы. Я ведь так же сидела и плакала когда-то… Или нет? А почему я плакала? Неприятный гул в голове сменился какой-то тупой отрешённостью.

— Хочешь погладить? — предложила девушке. Волатили тоже неспокойно чувствовали себя рядом с расстроенной редганкой.

— О, — она немного опомнилась и отставила ведёрко, покрытое мелкими капельками. — Конечно, хочу!

В темноте Дали напоминала чёрную кошку. Крадучись, она переступала по холодному кафелю босыми ногами, пока не оказалась рядом со мной. Я немного волновала, как среагируют лисята на новую знакомую. Но они совсем не проявляли враждебности к принцессе и позволили погладить себя.

— Волатили — хорошие эмпаты, они чувствуют настроение окружающих, — пояснила девушка, видимо, тревога на моём лице была слишком красноречивой. — Да, мои хорошие, плакса Дали вас не обидит.

Она улыбнулась, а мне стало чуть легче на душе.

— Тебя кто-то расстроил?

Принцесса помотала головой, а на её глаза вновь навернулись слёзы.

— Я очень плохая, Кайл.

— Не заметил такого за тобой.

— Просто ты меня совсем не знаешь, — её пальцы перебирали искрящийся мех, а затем медленно переместились на мою ладонь. Выше, и вот она уже закатывает рукав рубашки и касается золотого браслета, подаренного дальрабийцем.

Замерла, когда Дали отдёрнулась с отвращением, словно дотронулась до мерзкого ползучего гада, а затем задрала и свой рукав.

— Несвобода бывает такой разной, Кайл. Это необязательно работа на каменоломне или прислуживание Лордам, иногда это клетка иного рода, когда тебя заставляют делать отвратительные вещи, а ты ничего не можешь изменить. Только спасти хотя бы кого-то…. Отослать, чтобы не увидел и не разочаровался.

Её рука бессильно упала вдоль тела под тяжестью браслета, такого же как у меня.

— Зачем же Мёрк сжульничал на пляже? Тогда у меня была бы возможность объясниться с ним без камер! А он взял и отыскал камень первым, используя свои тени…

Мёрк Уиздом? Что здесь происходит? Я ошиблась в своей теории о влюблённом в принцессу Райане? Далиила Фолье здесь такая же пленница, как и я…

Она поднесла палец к губам и с мольбой посмотрела на меня. А что я могу сделать?

— Пожалуйста, не проиграй, Кайл!

Глава 2.4

Где же Закрос? Что так долго можно делать в подвале? Нервно требовало ответов моё измученное сознание, потому что сейчас только невозмутимая брутальность Сциа'Тхана может вернуть мне почву под ногами. А её слишком уж часто выбивают в эти дни. Покушения, отравления, попытки утопить меня во время шторма. Ладно, в последнем только я виновата, никто силком не тянул меня в море, я сама поплыла выполнять задание вопреки здравому смыслу.

Да где же он? Пусть вернётся и объяснит, почему наша принцесса тоже оказалась скованной контрактом с дальрабийским переводчиком-наёмником. Что у него есть на неё? А ещё пусть он поскорее накормит двух волатили, потому что они начинают облизывать мои руки и вовсе не ласки ради. Эти две плотоядные огненные-лисички, прикидывают, с какой стороны я вкуснее. Как же всё не вовремя!

Сциа'Тхан толкнул дверь в кухню плечом.

— Могли бы и открыть мне, — недовольно ворчал древний, придерживая целую гору странных предметов, которые даже с натяжкой нельзя было назвать едой.

Проигнорировала его недовольство и подняла руку Далиилы вверх, чтобы он точно разглядел браслет дальрабийца на её запястье, но Закрос не выглядел удивлённым, пожал плечами и прокомментировал:

— Подозреваю у каждого второго на отборе есть такой подарок от нашего восточного друга. Добро пожаловать в наш уютный клуб рабов Райана, принцесса.

— У каждого второго? — нервно спросила Сциа'Тхана. — Нас в этой комнате трое, и все мы умудрились заключить с ним контракт. Где-то в твои расчёты закралась ошибка, Мьенван!

Поморщился.

— Мы с тобой на каком этапе наших отношений вдруг решили начать по фамилиям друг к другу обращаться, не напомнишь, Верани? — едко поинтересовался Зак.

Далиила со смешком многозначительно повторила слово "отношения", а я поджала губу. Мне и Закросом его теперь называть не нравится. Но здесь, даже среди спящих ночью камер видеонаблюдения, я не могу позволить себе выдать его. Безликому есть, что терять в этой жизни в отличие от меня.

— Дали, это не такие отношения, как ты подумала, — быстро попыталась исправить ситуацию, но судя по разрастающейся на лице редганки улыбке, я сделала только хуже.

— Все правильно, она подумала, — ухмыльнулся Закрос, расставляя на столе свои находки, среди которых я узнала кристаллики камфоры и бесформенные кусочки древесной смолы.

Ноздрей мягко коснулся умиротворяющий запах ладана. Вновь перед глазами пронеслись картинки из детства, как мы с Джетом приходили поесть в бесплатных церковных столовых. Сердобольные монахини всякий раз пытались втихаря подлить ещё один половник несчастному голодному ребёнку, что злило брата и заставляло нервно озираться. Мало кому нравилось такое неравноправие. Недовольные гости столовки охотно устраивали драки из-за лишнего куска, а мы спешно покидали насиженное место на пустой желудок.

Теперь руки у Закроса точно пропахнут ладаном, и остаток ночи я просплю спокойно, если мы доберёмся до кровати сегодня.

— Зачем всё это? — Далиила склонилась над столом и с интересом перетёрла между пальцев камфару. — Напоминает ингредиенты для девичьих гаданий.

— Волатили питаются чистым пламенем, — сказал фальшивый Сциа'Тхан таким тоном, словно это было что-то из программы начальной школы, куда я, кстати, никогда не ходила.

— И? Что мешало тебе просто включить плиту? — спросила безликого, и получила в ответ взгляд в духе: я должен объяснять тебе простые вещи на пальцах?

— Ты предлагаешь научить этих двух маленьких демонов, пользоваться конфорками? Показать голодным неуправляемым волатили источник безграничной еды?

Что ж логика в его словах была, не спорю, не стоит показывать лисичкам газовые плиты, идея, действительно, не самая хорошая. Но будем честны, купить яйца волатили ещё большая глупость, а это уже было инициативой Закроса, точно не моей.

Ли

Дали почти легла на стол, а древний начал походить на шамана, колдующего над ингредиентами: белая смола, соль, ладан, камфара. Лисички тоже с любопытством наблюдали за происходящим. Сциа'Тхан замер над месивом на столе со спичкой.

— Не держи их так крепко, когда они почуют серу, то уже не будут контролировать себя. Ты можешь пострадать.

Кивнула и чуть ослабила хватку. Волатили разминали крылья и невесомо царапали когтями мои запястья.

Чирк. Закрос быстро бросил спичку на стол, и пламя взвилось вверх, выплёвывая фонтаны искр и заставляя жмуриться. Лисички рванули вниз, пихая друг друга и высовывая язычки. Если бы я не знала, что огонь их родная стихия, то испугалась бы за двух детёнышей, которые разве что не купались в оранжевых всполохах.

— Не так уж сложно, — древний отряхнул ладони и теперь тоже наблюдал за вознёй двух новорожденных малышей, а я смотрела только на него. Смаковала в уме это неведомое слово "отношения" и мечтала поскорее уехать отсюда вместе с ним. Но до конца сезона осталось ещё слишком много участников и заданий, значит, у организаторов ещё будет возможность отравить нашу жизнь самым изощрённым образом, а пока…

Мы трое невольно улыбались, наблюдая за танцем искр, пламени и двух демонических существ. Закрос осторожно нащупал мою руку под столом и крепко сжал. В этом жадном прикосновении было так много всего: надежда, страсть, обладание, а главное обещание:

— Мы справимся, Ли — обжигающе шепнул он на ухо, а я очень хотела ему поверить.


Глава 3

Три часа утра. Я даже не пытаюсь уснуть на горном серпантине. Автобус старательно облизывает каждый поворот, но меня всё равно укачивает. Хотя, может, дорога тут вовсе ни при чём, а сказывается мандраж перед большим концертом. Неделя подготовки прошла слишком быстро, а запись клипа пронеслась в кромешном тумане, и только мозолистые пальцы всё ещё судорожно перебирают в воздухе невидимые струны, помня каждую репетицию, каждый урок Чеда, каждое чёртово баррэ, отдающее резью на раздражённой коже. Я даже не знала, что такое баррэ до этого сезона. Я просто бренчала на старой расстроенной гитаре забавы ради. Иногда ради быстрых денег в переходах.

Каким-то непостижимым образом Ришес втолкал в мою голову нереальный объём информации и научил такому, что я сама не освоили бы лет за десять. Он гений. Серьёзно. Лишь во время занятий с конкурсантами мужчина сбрасывал свой дешёвенький образ скандальной рок-звезды и становился собой, увлечённым музыкой профи. Я ждала, что он окажется жёстким садистом, но нет. Чед не пытался пропихнуть нам в глотку свои уроки, он терпеливо разжевывал все и радовался даже незначительным успехам своих птенчиков. Так нас и называл. Представляю, как посмеивался Закрос. Тот ещё птенчик.

Никто из конкурсантов не должен был видеть выступления соперников вплоть концерта. Мы не знали ни жанра их композиций, ни текстов песен. Единственное, что хоть как-то могло выдать оппонентов это задумчивое мычание на кухне и мелодичные постукивания пальцев по крышке стола. Обсуждать грядущий конкурс было строго запрещено, команде бы сразу засчитали техническое поражение, и потому все старательно берегли свои секреты.

С тех пор как мы в очередной раз стали соперниками с Закросом, оба приняли решение не обсуждать репетиции с Чедом Ришесом, да у нас на это едва ли оставалось время. После отбоя мы, как два порядком задолбавшихся родителя, шли кормить своих новорождённых волатили. Далииле на удивление понравилось это занятие, и она приходила помогать нам ухаживать за лисичками. Мы трое обзавелись незаживающими ожогами на руках, и если бы не подскакивающие рейтинги с эпизодами, где показывали зверят, Джет Лоулесс бы точно поставил нам жёсткий ультиматум. Но раз зрители довольны, довольна и его кошачья морда. А стало быть, стилистов с визажистами он успокоит, а те обязательно сделают что-то со сгоревшей чёлкой Далиилы Фолье и моими опалёнными бровями. Отрасти я новые, это бы выглядело странно, потому пришлось терпеть модную процедуру по наращиванию. Хорошо, что я ненастоящий парень. Я хотя бы попыталась получить удовольствие, в отличие от Мьенвана. Он причитал всю дорогу, мешая мне расслабиться в косметическом кресле. Сам виноват.

Зато наградой за страдания мне стали тайные прикосновения Закроса. Он всё так же сжимал мою ладонь под столом и нежно потирал её большим пальцем. Приятное и такое домашнее чувство. Мы одни и у всех на виду, и только нам одним известно то, что неведомо другим. Настоящая я. Настоящий он. Мы есть друг у друга.

Самым большим сюрпризом для зрителей, конечно же, стал мой выбор участника команды, но никто не говорил, что я не могу позвать самого распорядителя Джета Лоулесса, запрет касался только принцессы.

— Ты точно не в своём уме, — брат совершенно не злился, а был весел из-за внезапно свалившейся на него перспективы выступить со мной на одной сцене.

— Возможно, а ты сейчас же поедешь домой за скрипкой, — безумно хотелось вновь услышать его игру, но ещё больше я мечтала спеть с ним вместе, погрузиться наши общие воспоминания. Я бережно храню их, Джет, в самом сердце, и в паршивые минуты своей жизни поднимаю на поверхность, как золотые самородки из мутной воды.

— Крошка, ты думаешь, я отправился в замок Реонвана без своего сокровища?

— А я всегда считала себя твоим сокровищем, братец.

Он вдруг стал непривычно серьёзен:

— Ты для меня больше, чем сокровище, Ли. Ты для меня всё.

Если и было хоть что-то хорошее в этом мерзком отборе, так это внезапная возможность провести время с братом. Мы репетировали, ссорились, смеялись, доводили Касти и Аарона до исступления своими выходками, а после получали нагоняй от Чеда. Это была лучшая неделя за весь сезон. Жаль, что она так быстро закончилась. Скоро кого-то выгонят с отбора. Возможно, это будет Закрос. Возможно, это буду я. Рано или поздно всё закончится, а пока меня успокаивает едва уловимое дыхание Кха’Це. Он задремал в соседнем кресле. Ему не страшен горный серпантин. А через проход спит мой безликий и даже во сне умудряется поддерживать своё искусственное пламя.

Умиротворённость момента нарушает лишь тяжёлый взгляд, который буравит меня сквозь спинки сидений. Его владелец тоже не спит в этот час.

Налтар Реонван следит за каждым моим шагом. Этот пугающий Арф'Хейл и его молчаливое созерцание бросает меня то в жар, в то холод, и если остальные участники вызывают у меня вполне объяснимые чувства: настороженности и соперничества, то с этим мужчиной все очень непросто. Он больше походит на мой персональный глюк, словно я сидела с ножницами за журналом пока не натолкнулась на его снимок, а затем неумело вырезала его и приклеила на общее фото с остальными конкурсантами.

Он лишний.

Он словно появился из ниоткуда.

Он вызывает в груди болезненное жжение и тоску.

Закрос Мьенван в его присутствии отводит глаза и мгновенно прекращает любые разговоры.

А я? Чувствую себя ещё более паршиво, не несмотря ни на что, я отчего-то не хочу, чтобы сегодня он проиграл…

Глава 3.2

Ли

Саманра и Чед Ришес отчаялись успокоить беснующуюся толпу фанатов. Они бесконечно скандировали имя Зака, визжали и трясли стягом. Ведущим пришлось терпеливо ждать, пока гости концерта придут в себя.

— Это было горячо, очень горячо! — Саманра помахала себе ладонью на лицо. — Но мы ведь ничего другого и не ждали от нашего Сциа'Тхана!

Она несправедливо игнорировала заслуги других участников команды Зака. Как бы паршиво я не относилась к Райану, парень сотворил чудо, стоя за диджейским пультом: ударные, клавишные. Он мастерски вплёл это в песню, подарив ей объём. Эарон обрамил композицию ненавязчивым басом. Лишь Кендрак смотрелся блекло, на фоне остальных участников, ему дали соло на каком-то совершенно незнакомом мне восточном инструменте. Благо это длилось недолго, и Закрос вновь разорвал стадион своим ураганным голосом.

Это можно было назвать пением с большой натяжкой, он занимался сексом с этой многотысячной толпой, доводил их до исступления припевом:

Уступи мне, проиграй мне.

Будь моей!

В этот миг проигрывали даже парни, которых девушки притащили с собой. Все хотели проиграть Закросу, кроме меня. Потому что я уже это сделала, выбрала его, сплела с ним свои пальцы и теперь мечтаю идти дальше рука об руку в тот мир, где соревноваться нам больше не придётся.

Рубашка безликого была сырой, крупные капли пота стекали по лицу, а огненные волосы прилипали ко лбу. Но он был доволен. Улыбался, хоть и догадывался, что после такого выступления у моей команды будет мало шансов.

Перевела взгляд на команду Налтара. В отличие от меня и Касти, они совершенно не нервничали. Пока Саманра рассыпалась в комплиментах Сциа’Тхану, на сцену вынесли литавры. Судя по тому, что Вирджил Веб сжимал в руках две колотушки, этот инструмент приготовили для него. Неожиданно. Ирри Теанван поглаживала треугольник и распевалась. Имерида сосредоточенно настраивала что-то невообразимое. Затрудняюсь даже сказать, что именно за инструмент она принесла, но там были и струны, и что-то вроде горна, и даже трещотка. Воительница подкручивала колки, проверяя натяжение струн. Оставшись довольна звуком, она оставила своё музыкальное чудовище в покое.

— Не знал, что Налтар тоже играет на скрипке, — вслух проговорил брат с откровенной досадой в голосе.

— Боишься конкуренции, Джет? — решила подстегнуть его, лишь бы отвлечься хоть немного.

— Нет. Просто у нас всё меньше козырей. Закрос заставил всех взмокнуть. Налтар и команда будут рассчитывать на оригинальность. Плюс у них в команде премиленький ребёнок. Нам будет очень непросто выступать последними.

— Ты мог подкрутить жеребьевку.

— Я за честную игру, малышка.

Заржали оба. Джет Лоулесс и за честную игру? Не в этой жизни уж точно, и не в оставшихся восьми. Или сколько их там у хитрого Кха’Це в запасе?

— А теперь поприветствуем вторую команду, — ревел Чед Ришес на весь стадион.

— А я ещё раз представляю вам следующих участников. Налтар Реонван — глава дома Реонванов, Арф'Хейл, чьё слово способно пробудить ужас глубин.

Завороженные аплодисменты. Без того фанатизма, что достался Закросу. Налтару хлопали по другой причине. Страх, восхищение, тайна. Все это стягивало воздух вокруг древнего, мешая связно мыслить и дышать.

— Ирри Теанван. Племянница Лорда Реонвана. Очаровательная Арф’Хейл, которая поразит вас своим ангельским голосом, — сообщил Чэд.

Даже странно, что он ограничился таким скромным представлением и не сопроводил его парой шуточек. Но один папаша явно успел напрячься и сжать руки в кулаки. Переживает. Улыбнулась. Пока у меня ещё слабо вяжется развязный образ Закроса с заботливым отцом-одиночкой Рилтаром, но кому как не мне знать об играх и притворстве?

— Имерида Дагхольц — женщина оркестр, — хлопала Саманра. — В этой команде она отдувается за всех. Только посмотрите на устройство в её руках. Имерида, как называется твой инструмент?

— Госпожа Клинг, вы все равно не запомните, — снисходительно ответила северянка.

— Я буду очень стараться! — Саманра оттопырила нижнюю губу, что совершенно ей не шло.

— Йок-Харк-Стонг-Троба-Хельменграхт.

Ведущая несколько тщетно попыталась повторить название, вызывая довольное улюлюканье у толпы при каждой ошибке.

— Сдаюсь! Мне это точно не выговорить. Чед, осилишь?

— Легко! Йок-Харк-Стонг-Троба-Хельменграхт, — без запинки проговорил Ришес.

— Ты настоящий дьявол, — она толкнула соведущего в бок.

— Нет же. Саманра, у меня преимущество. Я готовил их к выступлению всю прошлую неделю, за это время я смог выучить мудрёное название.

Новые смешки в толпе.

— А ещё я знаю, что тебе достался ученик, которого ты обучал почти с нуля, — ведущая сверилась с планшетом. — Это так?

— Да, но в защиту Верджила Веба скажу, этот парень смог подружиться с литаврами за пару дней.

— Уже не терпится послушать. А вам?

Зрители ответили дружным свистом, а участники приготовились к выступлению. Налтар Реонван водрузил скрипку на плечо, а затем сделал то, чего я не ожидала и к чему не была готова. Он обернулся за кулисы и встретился со мной взглядом.

Для тебя Ли. Мы с морем поём только для тебя, — пронеслось где-то на пограничье сознания и потрёпанной памяти, а затем гулкую тишину разрешали пронзительные струны…

Глава 3.3

Ли

Бежала за кулисами, огибая сцену, обгоняя музыку, ветер и удары волн о скалы. Безумно хотела увидеть лицо Арф’Хейла во время его выступления. Понятия не имею, отчего это было мне так важно. На конкурента хочу посмотреть или разгадать секрет того загадочного взгляда? Брат крикнул мне что-то в спину, но останавливать не стал. А я всё бежала, не понимая, что так оглушительно стучит: литавры или моё собственное сердце. Почти врезалась в крыло Сциа’Тхана, который уже поджидал меня на месте. Он понимающе улыбнулся и развернул меня к сцене за плечи. Почему меня терзает неприятное чувство недосказанности. Зачем безликий здесь, я точно знаю, он хочет посмотреть на свою дочь. Рилтар сильно переживал, что не может поддержать её как отец. Но это неправда. Вот он в первом ряду, смотрит на своё дитя и не может скрыть восхищенного взгляда, а она… Уверена, она чувствует, что папа рядом. Её слегка дрожащие ручки сжимают треугольник, а затем ударяют по нему гвоздём, прерывая пронзительную скрипку, сходящую с ума в неудержимом соло, соединяющем в себе непокорность волн и ветра.

Смычок замер на полустоне, а Налтар Реонван открыл глаза, опустил скрипку вдоль тела и запел. Весело и беспечно на языке Арф'Хейл, превращая грубый говор древних в задорную песню.

*.*.*

— Никогда бы не подумала, что древние такие! — вжалась в спинку автомобильного кресла, но всё равно сползала вниз к булькающей болотной жиже, медленно наполняющей салон.

— Какие? — Арф’Хейл радостно улыбался, как если бы мы праздно сидели где-нибудь на песчаном берегу, а не застряли посреди леса в трясине.

— Такие как ты! — На доброе мгновение потерялась в его смеющемся взгляде, в в двух ямочках на его щеках.

— А поподробнее? — он отстегнулся и наклонился ко мне, я же крепче вцепилась в ремень безопасности.

— Eidelyosk! — ответила ему на его же языке, а Налтар вдруг рассмеялся.

— Как метко. А ты точно это имела в виду?

— А разве eider не означает сумасшедший? — ещё больше растерялась.

— У Арф’Хейл существует более двадцати пяти синонимов слову безумие, но ты выбрала самое точное. Что такое Lyosk, Ли? Как переводится это слово?

— Любовь, — почему-то ответила шёпотом и уже с досадой дёрнула застрявший ремень. Мешает.

— Eidelyosk означает безумие, вызванное любовью. Сильная страсть, что сродни преступной одержимости. Многие считают это серьёзной патологией. Такое чувство разрушительно, Ли. Токсично. Оно отравляет разум, топит в омуте отчаяния и жгучего желания.

— Простите, господин Реонван, я не это имела в виду, — отчего-то опустила взгляд, встретившись с тягучей синевой глаз древнего, а он осторожно поднял меня за подбородок и поправил:

— Налтар. Не зови меня именем семьи. Для тебя я Налтар, и уж точно не господин.

— Налтар, — послушно повторила, гадая, сама ли я это сделала, или он заставил меня магией. Даже если он очаровывает меня прямо сейчас, я не боюсь. Боюсь только собственного сердца, которое скачет в груди так неистово, как ещё совсем недавно по кочкам прыгал внедорожник Арф’Хейла. А теперь и меня затягивает в омут. Всё глубже и глубже. Я тону, Налтар, и ни один эвакуатор меня уже не достанет.

— Скажи ещё раз, Ли. Назови меня безумцем.

— Da ir eidelyosk, — послушно шепчу ему уже в губы.

— Jeg ir eidelyosk. Jeg lyosker da, Lie.

Даже моих скромных познаний хватает чтобы понять, что он только что сказал. Налтар не даёт мне опомниться, ловит мой шумный выдох, становится моим вдохом, и уже совсем неважно, кто он, а кто я: кто могущественный глава дома Реонванов, а кто безликая вне закона. Мы оба свихнулись, Налтар. Вместо того чтобы перегрызть ремень и сбежать от тебя, я глажу ямочки на твоих щеках, зарываюсь пальцами в волосах на затылке, прижимая тебя ещё ближе. До боли. Отчаянно и безумно. Eidelyosk. Это обо мне. Я влюбилась в того, кто никогда не выберет паршивую Валай Клао. Если он узнает правду, то его признание сменится приговором, щедро сдобренным ненавистью и разочарованием. Не позволю этому случиться. Проиграю отбор, вопреки установке Джета. Сбегу. Спрячусь. Как же хорошо, что я пристёгнута…

Квадрокоптеры съемочной группы находят нас, когда капот внедорожника уже полностью скрылся в болоте, а губы немеют от поцелуев. Слишком рано.

— Сохраняйте спокойствие, господин Реонван, сейчас мы вас вытащим, — громогласно объявили подоспевшие спасатели, заставив нас расцепиться.

Мы были в мутной воде по пояс, когда Налтар спросил со смущённым смешком:

— Как думаешь, тачке хана?

— Хана, — вынесла неутешительный вердикт. — Но насколько я помню, у главы дома Реонванов большая коллекция авто. Одним больше, одним меньше?

— Я бы променял их все на эту, Ли.

— Что же в ней такого особенного? — невинно спросила древнего, мечтая услышать, что особенной её сделал именно этот день.

— Спрашиваешь? В этой машине я впервые поцеловался с девушкой, — неожиданно признался древний.

Ревность ударила наотмашь, и вопрос вырвался раньше, чем я успела прикусить язык или поменять тон на более беспристрастный.

— С кем?

Не хочу знать. Зачем мне это сейчас, когда я так счастлива?!

— С тобой, — нежным шепотом по коже.

Не успеваю переспорить, удивиться, не поверить не. Зад машины грубо цепляют к лебёдке и резко выдергивают из болота, возвращая нас обратно в чистый и сухой мир, который совсем скоро станет для меня выжженным полем.

*.*.*

— Jeg ir eidelyosk.

Игриво поёт Налтар на родном языке, крутит пальцем у своего виска, а потом вместе с Ирри тянет толпу за собой задорным Ае-Ае-Ио под бой литаври инструмента Имериды.

Только мне совсем невесело. Я смотрю на него и ничего не понимаю, только слёзы катятся по щекам. Они что-то знают в отличие от меня. Что это было только что? Морок, наведённый древним и его пением? Океан, подвластный семье Реонван очаровал меня причудливой картинкой?

Я хочу спросить его. Хочу унять сердце. Хочу вернуться на то болото и задать свои вопросы.

Закрос замечает мой состояние и растерянно утягивает меня дальше от сцены, ведь, я всего в шаге от того, чтобы выйти под рампы и закричать.

— Здесь камеры, — сухо бросает мне безликий, а на его лице ещё большее страдание и вина.

Киваю. Слушаю эти чёртовы Ае-Ае-Ио и тону в океане синих глаз, в зловонном болоте, в своей покорёженной памяти.

— Всё будет хорошо, Кайл, обещаю, — кладёт мне руки на плечи, пытаясь унять мою дрожь.

Не верю. Ты лжёшь, Рилтар. Твоя дочь поёт дуэтом с этим Арф'хейл. Ты точно знаешь больше, чем говоришь. Все вокруг лгут!

Вырываюсь и, не удостоив безликого взглядом, возвращаюсь к Джету, на ходу утирая злые слёзы.


Глава 3.4

Налтар

— Кто бы мог подумать, что глава дома Реонван способен на такое дурачество? — Саманра изобразила мой жест у своего виска под одобрительные выкрики толпы. — Налтар, дорогуша, расскажи, о чём эта песня? Eidelyosk, я правильно произношу?

— Совершенно верно, — старался сильно не морщиться во время общения с ведущей, но после того как она разве что не танцевала на коленях у моего кузена Ихтара, это стало чертовски трудно: — Она о безумной любви. О том, как даже из самых скучных зануд она делает кого-то другого.

— Под занудой ты имеешь в виду себя?

Да!

— Разумеется, нет! Посмотрите на Верджила, вот это трансформация!

Помогло. Ведущие переключились на остальных участников, и я выдохнул. Небольшая передышка перед тем, что меня ждёт за сценой. Затылком чую на себе ненавидящий взгляд Рилтара. Я сам себя ненавижу. Стёр Ли память, клялся себе, что сделал это ради неё. Не будет картинок прошлого, не будет боли, когда я уйду. Но едва дверь в ту ночь в комнате закрылась за её спиной, море вгрызлось в стену замка, тщетно надеясь вразумить меня. Пытался объяснить ему, что так будет лучше для всех, но стихия не слушалась. Всю ночь волны не давали мне спать.

— Что ты хочешь от меня?! — кричал на пределе сил, стоя босыми ногами на мокром песке.

Острые брызги отрезвляющей пощечиной ударили по лицу. Это не море бесновалось. Море обижено молчало, с тех самых пор как я стёр Ли память в первый раз. Этот шторм вызвал я сам даже не словом семьи Реонван, одними лишь мыслями изничтожил пляж и разметал половину лодок на своей же станции.

— Что же ты хочешь, Налтар? — спросил самого себя.

Её? Осторожно подсказали проницательные волны, замедляя бег.

Качнул головой, а море снова недовольно плеснуло мне под ноги.

— Ей будет больно.

Ей уже больно, глупый мальчишка.

— Это временно. Я всего лишь короткий эпизод её жизни. Совсем скоро полностью исчезну из этого мира.

Тяжелый усталый вздох вместо ответа. Недолгое молчание в ночной тишине.

Ты исчезнешь из мира, но не из её снов. Даже твоего слова не хватит, чтобы она забыла тебя и свои чувства. Ты видел цвет кольца, Налтар. Такое не забывается.

— Я справлюсь.

С кем? С собой? У меня плохие новости для тебя, Налтар, твоё слово сильно, но что ты будешь делать когда собственное сердце воспротивится магии самого могущественного из Арф'Хейл.

Боги!.. Уже тогда оно знало, что я проиграю сам себе и своим чувствам. На обратной дороге я заглянул на кухню, привлечённый огненными всполохами в темноте. Увидел под столом две сплетённые ладони и окончательно двинулся. Eidelyosk. Так и родилась эта идиотская песня, как отчаянная попытка достучаться до девушки, от которой сам же и отказался. Я безумен, море, ты знало?

Это не безумие, Налтар. Я зову это глупостью. Ты просто глупый мальчишка.

*.*.*

— Ты глупый мальчишка, — зашипел на меня Рилтар. — Чего ты добиваешься? Как после всего этого Кайл сможет выступать? Ты видел его лицо?

Молчал. Мечтал оказаться с ним наедине, чтобы он дух из меня вышиб. Перед камерами не рискнёт, но я чую, что он на грани.

— Молчишь. Нет, ты не можешь быть настолько глупым, ты знал. Ты всё знал. Ты жесток, Налтар.

Даже спрорить не стал с ним. Жестокость, глупость, жертвенность и в то же время чудовищный эгоизм. Вот он я. Сам не знаю, что делать со всем этим.

Глупый мальчишка. Как меня только не называли за закрытыми дверьми, и только Рилтар способен говорит правду в лицо, без жалости и подобострастия. На равных. Не боясь моего слова и не поддаваясь мне.

— Он странный.

Как часто все вокруг говорили это, пугливо озираясь.

— Ихтар, наберись терпения. Твой кузен ещё слишком юн, и многое не понимает. В частности, важность выбора будущей жены.

Ухмыльнулся, стоя на пороге зала совета. Зайти и прервать их разговор, пусть почувствуют себя неловко, гадая, как много я успел услышать, или помедлить и узнать ещё что-то новое о себе.

— Он вообще не думает о супруге.

— Налтара с девушкой-то ни разу не видели.

И вот опять старая тема.

— А почему тебя так сильно волнует потомство Реонвана, Ихтар? Зачахнет эта ветвь — другие станут толще, не ты ли мечтаешь о власти? — насмешливо спросил кто-то из совета, а я не мог понять, кого пытается подстегнуть этот голос, меня или кузена.

— Дети Реонвана усилили бы другие ветви всех Арф’Хейл, — бесстрастно ответил мой двоюродный брат.

— Если сам лорд Реонван способен к продолжению рода. Я ни на что не намекаю, но отсутствие у Налтара интереса к женщинам наводит на определённые мысли.

Смешки.

Довольно!

Толкнул двери. И вошёл в зал, сдерживая поднимающийся в груди гнев.

— Совет ждёт не дождётся увидеть в моей постели женщину?

Неловкое молчание и сдавленный кашель в гробовой тишине.

— Лорд Реонван, мы печёмся обо всей нашей большой семье. Процветание дома Реонванов принесёт процветание всем.

— Единственная незамужняя Арф’Хейл приходится нам с вами племянницей, Лорд Теанван, и ей всего семь.

— Почти восемь, — поправил меня Ихтар.

— Это не меняет того факта, что я состою с ней в близком родстве, а сама она слишком юна.

— Все мы находимся в близком родстве друг другу, Налтар. Мы древние, у нас не могло быть иначе.

— В данном случае совет может сделать исключение, лорд Реонван, и дождаться детородного возраста госпожи Ирри Теанван. Это всего лишь пять-шесть лет. Возможно, меньше. Мы подключим врачей семьи.

Погодите… Что они сейчас говорят. Я и Ирри?! Малышка, что совсем недавно сжимала пухлой ручкой мой указательный палец. Нет… Меня замутило от такой перспективы.

— Нет, — едва скрывая ужас и отвращение в голосе, отрезал я.

— Тогда у нас другое предложение для тебя, Налтар. Почему бы не провести кастинг среди наиболее подходящих под наши параметры женщин, а ты уже сам выберешь себе супругу или наложницу. Даже бастрадам семьи Реонван мы будем рады. Твоё Слово должно жить.

Мысль о том, что меня принимают за какого-то племенного бычка, мгновенно отрезвила. Хуже в данный момент себя чувствовала лишь супруга Ихтара. Она послала мне понимающий взгляд и сжала подол платья с такой силой, что на тонких бледных запястьях проступили вены. У её мужа было много наложниц и детей, а бесплодная жена нужна была лишь для голосов в совете.

Не обреку ни одну Арф’Хейл на подобную жизнь и унижение, и уж точно не возьму в жёны Ирри Теанван.

— Что ж… Я согласен с советом. Я найду вам супругу, но на моих условиях.

Не было никаких условий. Меня обвели вокруг пальца дешевым шантажем. Никто не собирался женить меня на Ирри, им было важно устроить тот самый отбор с безликой. И вот теперь моя любимая снова здесь. Сражается, чтобы проиграть в конце, а я совсем ей не помогаю. Я просто глупый странный мальчишка, мечтающий услышать её песню и найти там знаки. Ты же услышала мои, Ли?

Глава 4

Джет

В общем хаосе и волнении никто бы не заметил состояние моей малышки. Она металась за сценой, как маленькая Кха'Це, по-кошачьи вздрагивая от вездесущих стилистов, которые пытались догнать её и привести в порядок. Ещё немного и зашипит на них, выпустив коготки. Моя девочка. Едва сдержал улыбку и сделал персоналу знак, чтобы оставили в покое Верани. Лучше они сейчас все равно не сделают, а толпа внизу не разглядит, что у Кайла растрепались волосы и ворот рубашки съехал. Им уже плевать на такие мелочи. Драйв, безумие, ожидание, выкрики.

Пьянящее ощущение добралось даже до меня. Никогда не был по эту сторону сцены. Даже не догадывался насколько это заражает. Мне нравилось стоять за всем этим, играть, придумывать сюжеты и роли. Не я не участвовал сам. Все это время наивно полагал, что Ли тоже весело, что личности для неё не более чем диковинные платья. Только сейчас я понял, что натворил, и куда загнал нас обоих. Особенно её. Но я буду рядом с моей деткой так долго, сколько нам позволят, а после буду биться за неё один или с помощью Рилтара с Налтаром. Но захотят ли эти оба ввязаться в драку, когда дело дойдёт до открытой конфронтации? У Рила дочь, а глава дома Реонван даже не догадывается, что ждёт его в финале. А если узнает, помешает или встанет на сторону мучителей?

Блеск. Теперь и у меня руки задрожали.

— Проведи её до конца Лоулесс. Пусть вся империя узнает её историю. Сделай всё красиво.

Они знали, где прячется Ли. Сделали меня инструментом для её окончательного пленения. Шантажировали тюремным заключением. За себя я не боялся, но подвергнуть Ли тому, через что проходили бесправные Валай Клао я просто не мог. Слишком уж яркий пример есть перед глазами.

— Мы всегда можем выбрать другую безликую для Налтара. Он и не заметит подмены. Можем даже имя назвать, хотя ты её знаешь прекрасно. Спишь с ней, Лоулесс.

Блеф. Реонван не идиот, все это понимают, им нужна именно Кайлин. Та самая загадочная девушка, укравшая сердце древнего. Я пытался набивать нам с Ли цену, выторговать иные условия, хотел разобраться, зачем им все это. Но где мне удавалось отыграть хотя бы одну монету, я тут же проигрывал десять и закапывал нас глубже в долговую яму.

— Кайлин его любит без всех этих отборов. Если вы видите её супругой Налтара, почему не благословите их брак. Пусть будут вместе, — осторожно предложил я.

Смешки. Над моей отчаянной наивностью смеются?

— Покажи нам сказку, Джет. Пусть вся Империя увидит, на что готов пойти Арф'Хейл ради безликой.

Понимание разворачивающейся политической интриги пришло не сразу. Мой сюжет начали безбожно кроить. Кто-то мешал и пытался вывести Ли из игры. Невыгодная жеребьёвка была лишь разогревом. Но и здесь я был готов к такому исходу, объяснил Далииле простенький трюк с платком. Послушная умная девочка, понимает, что на кону. Затем Закрос утащил Крошку прямо из-за под моего носа и чуть не довёл меня до помешательства. Благо я подслушал разговор Райана и Кендрака и узнал, куда пропали эти двое. Затем подтасовка результатов игры в "правду или ложь" в прямом эфире. Но и здесь Ли вышла победительницей, разгромив всех на кулинарном поединке. Она тогда рассказала всем нашу историю, а я стоял по ту сторону мониторов и гладил холодное стекло, вспоминая, как же свободны и счастливы мы были раньше.

Последующее отравление Кайлин, халатность во время шторма не оставили мне сомнений в том, что среди персонала есть вредитель, и самое паршивое — камеры ничего не засняли. Никаких зацепок, лишь подозрения, но я не вижу мотивов. Зачем кому-то пытаться выгнать Кайла, которого сами древние опекают и ведут до конца? На сердце принцессы он точно не претендует. Это не могут быть мои наниматели. Когда Ли чуть не утонула, меня тут же призвали к ответу. И вместо того, чтобы провести с моим котёнком больше времени, я расписывался в своём бессилии. Я подозревал Мёрка и его тени, но Дали почти сразу же развеяла мне сомнения, а чтобы я окончательно успокоился, сама же его и выгнала. Недолгое затишье, а потом я учуял на скорлупе Волатили следы гормона роста. Я никак не мог поймать за руку нашего подрывника. Он слишком хорош. Но только пока. Рано или поздно он или она ошибётся. Надеюсь, лишь что это случится раньше, чем пострадает Ли. А ей уже давно несладко. Особенно после выступления ублюдка Реонвана. Рилтар успел мне рассказать, что древний натворил с её воспоминаниями, и мне стоило больших усилий не исполосовать его холеную рожу.

Кайлин беспокойно мерила закулисье размашистыми шагами, потом резко останавливалась и прижимала ладони к глазам. Хотелось подойти к ней и оторвать руки от лица, успокоить. Но это бы выглядело странно. Я просто распорядитель, а Верани лишь конкурсант. Сейчас Кайл, Касти и Аарон очень забавно волнуются. Сделал знак одному из операторов, и он направил камеру на их троицу. Весьма выгодный момент, надо будет смонтировать его для истории, это поможет нам выиграть несколько баллов при голосовании за лучшую группу вечера.

— Ты как? — участливо спросила Саманра и положила мне руку на плечо.

Вовремя я отвлек операторов. Пока они были заняты конкурсантами, мог перевести дух. Накрыл её ладонь своей.

— Паршиво, Сэм. Как там Ришес?

— Заводит толпу, я на сцене лишняя сейчас. Он дал мне перерыв глотнуть водички и подышать. Его интерактив рассчитан ещё минут на пять. Чэд заготовил попурри из двадцати хитов таких бородатых годов, что я боюсь даже предположить, родились мы с тобой тогда или ещё нет. Почему ты не настоял на том, чтобы он сыграл что-то новенькое. Эти соплячки внизу не узнают ни единой композиции.

— Я за нестареющую классику, Сэм. Вот под эту мы впервые поцеловались.

Она улыбнулась, когда наших ушей коснулась знакомая мелодия.

— Ты лжец, Лоулесс. В твоей дешевой разбитой тачке не было аудиосистемы! Там даже кресел не было, мы сидели на деревянных ящиках, из которых торчали гвозди.

— О, а ты не забыла. Но я не лгу, я тогда настукивал её по приборной панели. Тук-тук-тук. Узнаешь?

— А я думала, у тебя нервишки шалили от близости со мной.

— И это тоже.

Молчали, слушая гитару Ришеса, дающую новую жизнь забытым песням. Судя по несмолкающим овациям, народу заходит. Классика же. Вот только время до нашего с Ли выступления неслось слишком быстро, стремительнее безудержного соло.

— Твоя сестричка ненавидит меня, — с сожалением выдохнула Саманра.

— Моя, ничего не путаешь? — крепче сжал её руку, отсчитывая последние мгновения, когда мы снова вернёмся к своим ролям.

— Я так больше не могу, Джет. Это невыносимо смотреть на неё и молчать. Тебя не было на том чертовом ужине Арф’Хейлов, где они решили судьбу целой расы. Моего народа, Джет! А Налтар и Рилтар были с ним заодно. У него было слово, а он им не воспользовался!

— Ты сможешь, Сэм. Продолжай отвлекать её, пусть ищет врага в тебе и не лезет во все это дерьмо. Мы что-нибудь придумаем вместе. И запомни, — заключил её собирающееся разреветься личико в ладони: — Ты ни в чем не виновата.

— Думаешь? Я бросила её, когда родители погибли. Заботилась только о своей шкуре, пока она хлебала помои в подворотне с беглым уголовником Кха’Це.

— Ну я же исправился, и ты исправилась. Ты сама её нашла, Сэм. Иногда ангелы-хранители принимают причудливые лики: уголовник Кха-Це и и беспринципная стерва.

— Это всё она, Джет. Не мы, а она наш ангел. Она сделала нас лучше.

— Вполне возможно, а теперь иди объяви нас, пока у тебя тушь не потекла.

— Никогда не была такой плаксой, Джет, — она шмыгнула носом.

— Я тоже.

Все еще не решаясь выпустить мою руку из своей, она подняла на меня взгляд. Такой серьёзный, что я сам крепче вцепился в её ладонь.

— Я все обдумала, Джет. Когда закончится это гребаное шоу, я расскажу все Ли, а потом пройду обязательную регистрацию, и мы с тобой перестанем прятаться по углам. Хочу быть со своим милым котиком. Мне же хорошо с хвостом?

— Лучше с рогами. Но я не настаиваю, Сэм. Ты ничего мне не должна, тем более становиться Кха’Це. Представь себе двух мохнатых существ в одной квартире. Ужас.

— Я так хочу. Иногда мне кажется, что Валай Клао пришли в этот мир, чтобы разделять чужое одиночество, чтобы не было на свете таких вот грустных пушистых мордашек. Люблю тебя, Лоулесс, и в перспективе в квартире должно быть больше двух мохнатых. Понял?

Она потрепала меня по щеке на радость заинтересованным камерам, которые давно привыкли к эксцентричной и развязной Саманре Клинг. Знали бы они, какая она на самом деле недотрога. Поцеловались мы только на двадцатое свидание. Я всё считал.



Глава 4.2

Ли

— А мы объявляем конкурс для наших дорогих участников и участниц! — Саманра вернулась на сцену, после того как чуть не изнасиловала плечо моего брата своими когтями. Надеюсь, он сможет играть, и она ничего ему не повредила.

— … на ваших билетах есть персональный код, активируйте его на официальном сайте текущего Отбора и пройдите нехитрый тест. Вам нужно будет назвать максимально точное количество и порядок, в котором несравненный Чэд играл сегодняшние композиции. А ещё только сегодня вы сможете купить лицензионный диск с оригиналами этих песен и бонусной импровизацией от Ришеса, которую прямо сейчас для вас уже обрабатывает наш звуковой цех. — Саманра приложила ладонь к губам и заговорщически продолжила: — На вашем месте я бы не медлила и приобрела диск, он поможет вам легко пройти тест, но я вам ничего не говорила.

Энтузиазма речь ведущей ни у кого особо не вызвала, пока она не добавила:

— Победитель получит шанс пойти на ужин с любым из наших конкурсантов на выбор, даже с теми, кто выбыл на самом первом этапе.

Стадион мгновенно осветился тысячами экранов, и даже в ложе Далиилы загорелся огонёк. Я-то знаю, кого бы она позвала.

Обернулась на ещё сильнее побледневших мужчин. Кому-то скоро не повезёт. Гадкое чувство шевельнулось при мысли, что кто-то выберет Закроса. Шансы велики, он уверенно держит позицию самого популярного жениха. Отвернулась, лишь бы не смотреть на лжеца. Надеюсь, ему достанется самая двинутая фанатка.

— Почему я не могу участвовать, — ныла Ирри и висела на руке своего отца.

— Ты можешь в любой момент поужинать со всеми нами.

— Точно, — опомнился ребёнок, но тут же добавила: — Но это же не совсем свидание.

Тяжелый вздох:

— Ну хочешь, я с тобой посижу сегодня вечером.

— Ох, Зак, ты думал, я выберу тебя?

Какой неловкий момент у них там назревает.

— А разве нет?

— Прости, но я хочу погулять с Касти.

Бум. Где — то взорвалась межконтинентальная баллистическая ракета класса "земля-земля". Лучше отойти подальше пока не сшибло ударной волной и не забрызгало. Лопатками чуяла, как Пелс сжался до размеров ногтя под убийственным взглядом Сциа'Тхана, а его гитара издала сдавленное "пэу". Всего на долю секунды я забыла о своей обиде на безликого и невольно улыбнулась. Но одного лишь милого эпизода с ревнивым отцом недостаточно, чтобы простить ему явный сговор с Налтаром.

— Внимание. До вашего выхода двадцать секунд. Аарон, барабанная установка готова, — сообщил один из многочисленных людей Джета.

Парень кивнул и крутанул палочкой между пальцев, демонстрируя всем что он собран и поборол своё волнение.

Наша подготовка по объективным причинам длилась дольше всех, и внезапная викторина была очень кстати. Она сгладила неловкий момент перестановки оборудования на сцене. Мы репетировали это десятки раз, я знала, после каких слов Саманры нужно выходить. Ремень гитары приятно тянул плечо.

Три.

Два.

Один.

Свет. Крики со всех сторон, а затем мы дружно разорвали зал…

Без лирической мелодии, без подготовки. Мы просто синхронно ударили по струнам и утянули всех присутствующих в иную реальность, где мы были другими, не простыми парнями с гитарами, мы были бунтарями, воителями, дерзкими и свободными, сжимающими не грифы, а бутылки с зажигательной смесью. Вот я и Джет на днище перевёрнутого автомобиля, смотрим на чуждый и такой враждебный мир. Вот Касти перебирает пальцами ленту автомата, а Аарон прикрывает нас на обвешанной пушками тачке. Кто мы? Зачем мы здесь? Не знаю, но мне нравится наш странный бунт, и я пою изменённым голосом, рычу в микрофон, а брат поёт со мной.


Я бунт с миллионом лиц.

Я пожар, пожирающий старый мир.

В нём больше не будет границ,

Когда я займу собой весь эфир.


Я любовь с бездной в груди,

Я истина на стенах подворотни.

Не оборачивайся, у нас всё впереди.

Мы с тобой здесь и сегодня!

Не уверена, что мы победим с этим. Слишком много скрытого подтекста, а местами перебор с пафосом. Но мы искренне старались. Рвали свои души на части, стряхивали пот с лица, пытались унять дрожь, а когда всё закончилось, то нам действительно показалось, что мы очутились в новом мире. Где нет расовых предрассудков, бедных и богатых. Где нет боли.

Я была даже благодарна Саманре, когда она вернулась на сцену, расхваливая наше выступление и продолжая играть с толпой. Нельзя жить в мире иллюзий, и одна лишь песня ничего не изменит. Ведущие в очередной раз напомнила про конкурс, про призовое свидание, про голосование навылет, которое состоится уже вечером. Никто не знает, чем оно обернётся для каждого из нас. Двое участников сегодня покинут проект и откажутся навсегда от своих целей, будь то чувства к Далииле Фолье, или нечто другое…

— А давайте пригласим на сцену нашу принцессу. Ручаюсь, у неё есть парочка напутственных слов для наших героев. Прошу всех участников нашего юбилейного отбора выйти на поклон.

Интересно, как Далиила переместится к нам из своей ложи?

Толпа всё не унималась. Судя по крикам и визгам, Закрос уже вышел из-за кулис. Безумно хотелось посмотреть на него. Отправить ему очередной злой взгляд, но я прекрасно понимала, что это напускное, сердце не согласно с моими суждениями, оно шепчет правильные вещи, показывает, каким был бы мой идеальным мир. А он там, рядом с безликим навсегда.

Пока мы кланялись публике, ложа Далиилы к её же удивлению откололась и с громким стрекотом двинулась к сцене над изумлёнными зрителями.

— Круто, да? — самодовольно спросил Джет. — Техники управляют дистанционно из-за кулис. В движение конструкцию приводят простые квадрокоптеры.

— И немножко магии? — передразнила брата.

Он всегда добавлял эту присказку, когда пытался объяснить мне что-то, что он считал слишком сложным для маленькой девочки.

— И немножко магии, — улыбнулся брат.

Ложа эффектно приземлилась на сцену, а Дали продолжала держаться за подлокотники кресла.

— Госпожа Фолье, можете расслабиться. Вы в безопасности, — ворковала Саманра. — В окружении своих верных принцев.

— Да уж, не земле мне как-то комфортнее, — призналась девушка и осторожно поднялась с места.

— Как вам выступление?

— Прекрасно, я и не знала, что мои женихи настолько талантливы. Догадывалась, конечно, но чтобы настолько… — принцесса всё ещё нервно потирала пальцем экран своего смартфона, на котором я без труда заметила страницу с викториной. Не думаю, что нашей невесте разрешат отправиться на свидание, даже если она выиграет.

— Понравился ли вам кто-то особенно сильно, — Саманра поднесла микрофон к смуглому личику принцессы, но Дали только и успела что вдохнуть воздуха для ответа, как ведущая отдёрнулась и погрозила девушке пальцем: — Ай-ай-ай, никаких фаворитов. Судьбу команд решат наши зрители сегодня вечером в прямом эфире.

Они с Чедом в последний раз перечислили наши имена и попрощались со зрителями до сегодняшнего вечера, когда целых два участника должны будут покинуть отбор, приближая неотвратимый финал.

Глава 5

Ли

— Живее. До следующего эфира осталось всего четыре часа. А нам ещё возвращаться с замку и занимать свои позиции, — Джет быстро переключился на роль распорядителя отбора и сгонял всех в автобус.

Самого распорядителя и двух его новых ассистентов уже поджидал вертолёт.

Оцепление охраняло путь нашего отъезда, чтобы толпы фанатов не прорвались и не устроили беспорядок.

Выдохнула лишь в автобусе и впервые за долгое время первой заняла свободное место у окна. Лишь бы соседство оказалось приятным в этот раз. На всякий случай привалилась к стеклу и сделала вид, что сплю. Не помогло, едва мы тронулись, как на неровной дороге нас затрясло. Сдалась и села ровно.

— О, Кайл, ты проснулся?

К удивлению обнаружила рядом с собой взлохмаченного Касти. Да ладно? Не Закрос, не Райан, серьезно? Поискала взглядом безликого. Оказалось, что тот сел с Налтаром, а дальрабийский переводчик оставался подле своего хозяина. Оба были спокойны, в отличии от Сциа’Тхана с древним. Эти двое явно обсуждали что-то важное, но разобрать их разговор не смог бы никто, так как их защищал артефакт Райана. Вот бы послушать, что они так тщательно скрывают от окружающих?


— Знаешь, на самом деле я не хочу уходить с проекта, — грустно изрёк Пелс, всё ещё пытавшийся склонить меня к беседе.

— Мы все не хотим уходить. — Равнодушно пожала плечами.

— Да, но — он замялся, посмотрел на телефон и не рискнул сказать то, что на самом деле было у него на душе. — Что если после конкурса, я больше не увижу её? Кто она, а кто я? Она древняя…

— Всегда можно обменяться телефонами, попробуй, Дали не похожа на заносчивую красотку, — подбодрила парня. — Погоди, редганы же не древние, или ты о?.. Ох, Касти, все так серьёзно?


Он кивнул, а я уже видела словно в замедленной съемке, как Рилтар сворачивает шею глупому мальчишке.

— Говорят, у неё строгий и даже жестокий отец, — прошептал Пелс.

— У Ирри-то? А кто так говорит? — с трудом сдерживала смех. Давненько мне не было так весело.

— Закрос сказал, а ему передал Налтар, которому Рилтар Теанван приходится кем-то вроде двоюродного дяди или кузена, точно не знаю, но все древние друг другу родня. — Он нервно дёргал себя за брови. Увлечётся, и стилистам придётся не сладко.

— Погоди, — что-то во всем этот меня сильно напрягало. Налтар и Рилтар родственники?

Вот и ответ на первую загадку, почему Ирри пела с древним. Ещё сильнее разозлилась на Рила за недомолвки. Надеюсь, он чувствует мой взгляд через спинку сидения.

— Слушай, Касти, мы же оба понимаем, что у вас большая разница в возрасте, — что я несу? Сама влюбилась в мужчину постарше. — Романтические отношения между вами, вряд ли буду возможны в скором времени.

— Это ты не понимаешь, Кайл! — вскричал парень, и пришлось шикнуть на него, потому что только глухой не обратил на нас внимание в этот миг.

— Это не романтические чувства! — уже тише продолжил Касти. — Мне просто хорошо с ней рядом, хорошо с ней болтать и петь, я не думаю о ней в каком-то ином ключе.

— Ну, тогда не вижу ничего плохого в вашем общении. Но лучше объяснись с Рилтаром Теанваном до того, как он заставит тебя прыгнуть под поезд. Убеди его в искренности намерений, — какое-то высокопарное получилось у меня наставление, но я действительно не знала, что посоветовать парню в этой ситуации. От себя я могла лишь поговорить с Рилом.

— И все же, Касти. То, чувство, что ты описал очень похоже на любовь. Смирись и прими.

Он лишь благодарно улыбнулся, а я в который раз убедилась насколько мир сложное и одновременно простое место.

Кормили нас как в столовой для бездомных. Один из многочисленных работников Джета зачерпывал половником какую-то вязкую субстанцию и шлёпал ей о тарелки. Даже после тяжёлого дня никто не был настолько голоден. Сказалась ли тошнотая дорога в горы, адреналин приправленный стрессом или гадкий вид предложенной еды, но даже бездонная бочка по имени Закрос не смог в себя это пропихнуть.

Все наскоро переоделись и, следуя инструкциям Саманры, устроились в зале, напротив огромного монитора. Я все выглядывала своего безликого, но его не было на месте. Ускользнула из стремительно обрастающей стойками с камерами комнаты, и вышла в коридор.

— Не в ваших диктовать мне условия, — раздался холодный голос Райана совсем рядом. — Своё требование я уже высказал.

— И это кабальное требование! — возмутился Налтар. — Это будет наша последняя сделка с тобой, и ты нас всех освобождаешь в тот же миг. Дальше каждый идёт своей дорогой.

— Повторю, даже у древнего нет такой власти, — уже не так твёрдо ответил дальрабиец.

— Уверен? — насмешливо поинтересовался глава дома Реонван. — А я навёл справки на одного переводчика, и знаю чуть больше, чем все остальные на этом шоу и в стране. Как думаешь, кому подороже продать информацию о настоящей цели визита вашей подозрительной парочки? Пресса? Или слить информацию разведке, вот они удивятся.

— Ты не посмеешь, — шипел Райан. — Ты будешь молчать!

— О, это твоё желание? Повтори, чтобы я услышал его получше. Поверь, я знаю множество уловок обойти твою просьбу и рассказать всему миру правду. Забыл, кто я?

— Хорошо! — огрызнулся переводчик. — Сделка состоится.

— И она состоится в любом случае, независимо от итогов голосования, — подал голос Закрос.

Что-то мне не нравился его тон. Обречённый, сломленный. Совсем на него не похоже.

— По рукам, я освобожу вас от браслетов. Это всё, надеюсь?

— И её, — хором добавили Налтар и Зак.

О ком они? О Далииле?

— О, как вы спелись. А как делить своё сокровище придумали уже? Или график понедельный установите.

Шорох одежды, отчетливый стук, словно кого-то крепко приложили на стену.

— Ты даже не представляешь, на кого поднимаешь руку, древний, — хрипел дальрабиец.

— Сделка, — прорычал Реонван, и в этот же миг браслет упал с моей руки с громким звоном.

Мужчины по ту сторону стены затихли и прислушались, я же быстро подборала проклятый дар дальрабийца и рванула обратно в зал. Что это сейчас было? Закрос спелся с Налтаром, и вдвоём они шантажировали этого жуткого Райана. Но что же такое они ему пообещали? Нужно будет обязательно спросить у Рила, мне совсем не нравится то что я застала. Что такое пожелал дальрабиец, то готов в один миг лишиться трёх послушных джиннов? А ещё, судя по всему Реонван знает мой секрет.

Голова болезненно загудела, а сердце вновь болезненно сжалось. Уже не первый раз это происходит со мной при мысли о древнем. Это пугает, и с этим ничего нельзя поделать. Против моей воли накатывают чувства, а потом так же быстро схлынивают, как волны с пляжа. Не догнать и не поймать. А песок все крутится-крутится в воде, мутит её, мешает увидеть, что на самом дне.

Рил и Налтар вернулись вместе. Древний казался бледнее, чем обычно и едва контролировать прорвавшуюся силу. Его глаза то и дело вспыхивали синим, а пальцы перебирали воздух, вбирая из него малейшие крохи энергии… Мой безликий тихо проговорил Реонвану что-то на ухо, отчего мужчина мгновенно успокоился и решительно кивнул. Отлично, я опять не в теме происходящего. Отвернулась к огромному экрану на стене. Действительно, зачем меня посвящать в свои планы, проще за спиной все решить, как обычно.

— Хватит дуться, Кайл, — нарочито весело посоветовал Закрос и сел на пол рядом со мной.

Камеры тут же взяли нас крупным планом. Мне кажется, я уже начинаю слышать скрип с которым всякий раз фокусируются объективы. Как же раздражает.

— Я не дуюсь. Вы с Налтаром теперь лучшие друзья?

— Всё сложно, Кайл. Скажем так, он единственный, кому я могу доверять.

— А я? — Требовательно взглянула в его желтые глаза, а он возьми и продолжи свою игру.

Потрепал меня по коротким волосам и рассмеялся:

— Ревнуешь, Верани?

Отсела от него, а Закрос Мьенван притянул меня обратно и шутливо отдал честь камерам.

— Да-да, смотрите на нас, котятки.

Уверена, по ту сторону экранов от умиления запищала не одна девчонка. Чокнутый мир…

Нас уже транслировали в реальном времени, но официальный выпуск начался лишь с появлением Саманры и принцессы.

— Дали, каково тебе осознавать, что сегодня от тебя ничего не зависит. Зрители решат судьбу конкурсантов вместо тебя. Что чувствуешь: злость, беспомощность, страх? — нагнетала ведущая.

— Знаешь, Саманра, я чувствую лёгкость. Мне даже нравится именно в этот момент не быть ответственной за, возможно, ошибочное решение, — она нахмурилась, когда встретилась взглядом с дальрабийским переводчиком. — Я уповаю на зрителей. Пожалуйста, будьте честны и объективны.

Тут ей не о чем переживать. Объективный зритель обязательно выгонит Кендрака при первой же возможности. Но все три выступления были по-настоящему крутыми, так что финал может быть весьма непредсказуем.

А что наши участники?

Она долго и муторно расспрашивала каждого о чувствах, волнении, и том, что мы будем делать, если вылетим с шоу.

— Ещё не решил, Кайл?

Откуда в голосе Саманры просквозила подозрительная нежность?

— Первым делом навещу свою сестру Кайлин. Попрошу у неё совет, как склеить разбитое сердце.

На слове сестра, ведущая как-то странно дёрнулась, но сказала лишь:

— Желаю вам с ней пока не встретиться.

И всё? Никаких издёвок? Улыбка и вполне себе доброе пожелание. Что мир стоит на грани гибели? У нас тотальное всепрощение, дружба и любовь?

— А мы даём слово Чеду, он сейчас с операторами связи и готов вот-вот подвести итоги народного голосования. Чед, как дела? Сколько голосов обработали?

— Рад, снова тебя слышать, Саманра. — Чед стоял буквально облокотившись на паренька с гарнитурой. — Ребята, трудятся в поте лица! Профессионалы своего дела, в чьей компетентности можно не сомневаться. — он потрепал оператора по плечу, но тот оставался безучастным и смотрел только в монитор перед собой.

— Не томи, сколько ждать результатов. Мы тут все как на иголках. Впервые за все время отборов целых два участника должны покинуть проект.

— Мне тут подсказывают, что сердечки в поддержку ребят все ещё поступают, и нужно дождаться закрытия голосования, чтобы дать всем шанс показать свою любовь. Самое время и нам вручить зрителям первые подарки, ты же не потеряла их, Сэмми?

— Разумеется, нет. У меня же не прокуренная дырявая память, как у одного забытого всеми музыканта, — невинно ответила она своему соведущему. — Дорогие зрители, сейчас вы первыми увидите клипы, записанные на сегодняшние песни, возможно для кого-то они станут решающим толчком отдать свой голос нашим женихам. Не упустите последний шанс, телефоны конкурсантов вы увидите в левом углу ваших экранов. Пристегнитесь, откройте окна, будет жарко!

Глава 5.2

Я знал, к чему всё идёт, что Райан обязательно воспользуется своим нечестным преимуществом. Но я не был готов так быстро проиграть. К поражениям вообще сложно подготовиться заранее, ведь в глубине души ты надеешься на чудо, веришь в собственные силы, даже когда все складывается против тебя. Верил же, что Ли не утонет, знал, что Налтар спасет её. А сейчас моя очередь рисковать.

Выдохнул, когда браслет соскочил с моей руки. Налтар тоже встряхивал запястье и потирал запревшую кожу. Сколько мы отыграли очков, и придётся ли нам жертвовать одной из и так немногочисленных фигур на доске, пока непонятно. Только выбора у нас всё равно нет. Сделка есть сделка. Не сегодня так завтра дальрабиец поставит нам жесткий ультиматум.

Дождался, пока гневные шаги Райана стихнут в коридоре, и посмотрел на древнего.

— Даже не начинай, Закрос, ваша команда не могла проиграть.

— Ты видел выступление группы Кайла, объективно они были лучшими, а значит под ударом окажется Кендрак и его переводчик. А они только что выторговали себе иммунитет.

— А если и я вылечу? Где гарантии, что мой рейтинг все ещё держится в топе? У Имериды и Верджила тысячи подписчиков. Они вполне могут проголосовать за них, и тогда я тоже вылечу. Мы не можем оставить её совсем одну, Зак!

— Она не останется одна, Имерида уже пообещала прикрыть тебя.

— А кто прикроет тебя? — нервничал Налтар, а затем вдруг наполнился решительности. — Я заставлю Эарона уйти, я смогу.

Его глаза вспыхнули синим. Ох, уж этот эмоциональный мальчишка. Так он точно не просто вылетит, а загремит в тюрьму, несмотря на все свои титулы.

— Не Эарона ты будешь останавливать, кое-кто другой может потерять контроль во время эфира. Не дай ей раскрыться и не дай никому обидеть её.

Сжал его плечо и дождался пока глазам древнего вернётся привычный оттенок.

— Ей будет больно…опять, — только и сказал Налтар.

— Сейчас ты вдруг решил подумать о её чувствах? Не поздновато?

Он не успел ничего мне ответить, опаздывающих конкурсантов уже звали люди Лоулесса, и нам пришлось последовать за ними.

Не хочу, чтобы всё закончилось для Закроса вот так, я чертовски привык к этому парню, а еще не хочу расставаться с Ли в такой момент, но иного выхода у нас просто нет. Надеюсь, Налтар придумает способ вывести Райана из игры, а я… Что ж увидим.

Ли уже заняла свое место в зале, который Реонваны явно использовали в качестве кинотеатра, только вместо стульев везде бвли разбросаны подушки. Взял одну и устроился рядом с маленькой грустной Валай Клао. Врубил Закроса на максимум и заставил её улыбнуться.

Сейчас наш отснятый клип казался мне придурковатым. Я весь увешанный перьями гримасничал, как малолетний рокер, тряс рогатой головой и активно соблазнял абстрактную девушку. Мрак, надеюсь, Ирри никогда не узнает, что творил ее отец. Почему-то Джету непременно хотелось изобразить меня в образе дьявола искусителя. Остальным женихам из моей команды рожки сделали поменьше, что не могло не почесать моё эго. Вот только размер накладных костяных наростов не поможет мне выиграть сегодня. Было жутко стыдно, что Ли видит меня таким. После ночи откровений опять предстать перед ней ряженым уродцем, казалось мне глумлением над нашими чувствами. Но моя Валая Клао не сводила взгляда с экрана и едва заметно улыбалась. Интересно, о чём он думает прямо сейчас? Верит ли в мою победу? Она, как и я, отчаянная и наивная.

После клипа запустили рекламный блок, затем предоставили слово Ришесу. Он высказал своё экспертное мнение по поводу работы с нашей группой, похвалил навыки Райана и Эарона, в очередной раз напомнил, про викторину, на которой разыгрывалось свидание с одним из женихов и пообещал огласить результаты сразу после выступления команды Налтара.

Даже завидовал в чём-то Реонвану, ему можно было быть собой. И пусть он лгал Ли о своих истинных чувствах, но в этой песне он был честен с ней, с собой, с целым миром. Признавался всем в своей незрелости и безумной любви. Моя безликая и на него смотрела, не отрываясь, пыталась своей изломанной душой вспомнить его и узнать, хмурилась, но не могла преодолеть внушение Налтара.

Не хочу такой победы. Понимаю, что Ли лучше остаться со мной, я смогу дать ей всё. Защиту, заботу, любовь, семью. Но осознанный ли это выбор, или она станет моей от безысходности?

Глупые мысли, Налтар буквально подарил мне нашу Кайлин, а мне всё это кажется неправильным. Нашу? Я, правда, так сказал? Усмехнулся своим мыслям. Недалеко я ушёл от безумно влюблённого Арф’Хейла, а может я даже хуже.

— Eidelyosk, — Беззаботно улыбался древний с экрана, находясь в гармонии с собственными чувствами. Ты кричишь ей о любви Налтар, а я всего лишь шепчу, потому что мой голос сорван уже давно.

Едва задорная песня Арф`Хейла стихает, схлынивает наваждение и с безликой. Ей возвращается тревожность. Она нервно ёрзает на подушке, боится грядущего голосования, а я ничего не могу пообещать ей, не хочу лгать за несколько минут до…

Снова реклама, затем надоедливая болтовня Саманры и Дали. Ведущая пытается пробить принцессу на эмоции, выяснить, что та почувствует, когда один из её женихов отправится на свидание с незнакомкой или незнакомцем, выигравшим викторину.

Далиила отшучивается, делает вид, что ей не всё равно, неумело избражает волнение, ведь, единственный, кого она любит сейчас далеко и в безопасности. Вряд ли кто-то в своём уме выберет жуткого Мёрка Уиздома. Как бы заносчиво это сейчас ни звучало, но бояться свидания вслепую стоит мне.

— Кайл Верани, — выкрикивает Чед Ришес, и безликая испуганно вздрагивает.

Все с облегчением переводят дух, и только нам с Налтаром совсем не нравится такой расклад. Ловлю тревожный взгляд древнего.

— Несколько слов, Кайли-малыш, — Саманра тычет безликой микрофоном в лицо.

— Это очень лестно, я не ожидал, что меня выберут и искренне думал, что за всех отдуваться будет Закрос.

— Никто не ожидал, — скривилась ведущая, но быстро вернула себе мерзкую улыбку. — А каково тебе секси Сциа'Тхану осознавать, что ты на этом отборе оказался не самым горячим для кого-то.

Мне то нормально, но то, что из всех мужчин, включая брутальную Имериду, выбрали Кайла, меня нереально веселит.

— Я не горячий, Саманра? Ты что-то путаешь. — Заставил крылья вспыхнуть огнём, в объективах тут же заплясали оранжевые язычки, и ближайший ко мне оператор чуть не повалил стойку с камерой и рампой с перепугу.

Выпуск всё тянулся, клип Верани долго не запускали, а давали возможность каждому участнику высказаться, поделиться эмоциями, потому что для каждого, это могут быть его последние минуты здесь. И я тоже наслаждался подаренными мгновениями, моя Ли была так близко, на расстоянии случайного касания, и я касался её украдкой, а когда камеры отвлеклись на Касти Пелса, то шепнул на ухо.

— Надеюсь, ты будешь вести себя прилично на предстоящем свидании.

— Ну уж нет, Закрос, я прям оторвусь. Представь, если викторину выиграл симпатичный парень? Уже не так весело да?

Я аж поперхнулся. Как-то не подумал, что в нашем искажённо-толерантном мире такое вполне возможно.

Прежде чем я успел придумать что-то колкое, Ришес объявил третий клип.

Горящие перевёрнутые тачки, мир в огне. Кайл со следами сажи на лице, Джет с опалённым мехом на морде и подранными ушами, даже Касти выглядел мужественно. Касти… ещё одна моя головная боль. То, как этот синеголовый позёр смотрит на мою дочь, вызывает у меня приступы праведного отцовского гнева. Но Ирри-то? Она у меня умная девочка, а ведётся, ловит каждый взгляд сирены, и между ними вдруг вспыхивает что-то пугающе правильное, но нихрена неприемлемое. Кто бы дал мне совет в этой ситуации, прибить парня прямо сейчас или утопить за замком Реонванов под покровом ночи.

— Касти не обидит её, — шепчет Ли, уловив моё смятение.

— Ещё бы обидел, тогда его я обижу, — наградил сирену злым взглядом.

— От меня ему тоже достанется, — обещает Налтар, подсаживаясь рядом. — Мне редакторы сказали к вам перебраться для более яркой концовки.

Врёт, это я его попросил. Древнего ждёт непростая задача: не дать Ли превратиться на глазах тысяч зрителей, если она потеряет контроль.

— Момент истины, — торжественно сообщил Ришес. — Голоса подсчитаны и сейчас мы вывесим их на ваши экраны. — Третье место, — ведущий отбивал пальцами по воздуху барабанную дробь: — Песня Eidelyosk, команда Налтара Реонвана!

Камеры взяли крупным планом лица участников группы. Имерида благодарно кивнула, Верджил рассеянно хлопал в ладоши, а я моя Ирри выбежала в зал и повисла на шее у Налтара.

— Вы были на высоте, парни и леди. Несравненная Имерида и малышка Ирри, если бы не те два тюфячка в вашей команде, вы были бы первыми, — вещал с экранов Чед. — Готовы услышать, кто на втором месте?

Нет. Я не готов. Черт, как же сильно я хочу обойти Кайлин и её команду, мне так важно остаться с ней здесь и сейчас. Всегда!..


Очередной рекламный блок дал мне несколько минут передышки, а затем:

— Второе место. Команда Закроса Мьенвана!

Ну, вот и все. Я проиграл тебе. Прости меня, Ли.

Глава 6

Налтар


Только теперь понял, о чём говорил Рилтар, когда просил успокоить Ли. Я чувствовал нестабильность в её измученном превращениями теле. Паника снедала изнутри остатки её самообладания, но Ли пока держалась, а я был наготове подставить ей плечо.


— Вот это поворот, дорогие зрители! — воскликнула Саманра. — Хотя, что это я? Вы же сами так проголосовали, негодники. Эй, Закрос, ещё один удар по твоему самолюбию. Второе поражение за несколько минут. Ты в порядке? Если что в у нас есть штатный психотерапевт, не стесняйся.


Рилтар тоже был на грани, а шуточки ведущей только усугубляли его состояние. Но он держался гораздо лучше Ли и меня, вместе взятых. Напустил на себя равнодушный вид и расслабленно улыбнулся. Я даже поверил ему на мгновение.

— Просто хотел дать шанс другим ребяткам проявить себя.

— Но ты же понимаешь, что это может стать твоим последним этапом. Прямо сейчас в прямом эфире мы запустим голосование на вылет, и никто не знает, кто покинет проект после. Любовь зрителей — штука непостоянная, Зак, ты сам это видишь.

— О, Саманра, я уже знаю исход голосования, — он прижал палец к губам и подмигнул ведущей.

На мгновение Клинг даже растерялась и заглянула в планшет за ответом. Но там его не было. Ответ знаю я, сам Закрос, а ещё о нём догадывается Ли.

— И кто же вылетит из твоей команды?

— Всё просто, это буду я. К чёрту голосование, хочу решить свою судьбу сам.

В комнате стихли даже самые невнятные шорохи, а один из операторов вдруг оглушительно закашлялся, приводя всех в чувство.

— П-повтори, что? — Саманра часто-часто моргала своими накладными ресницами, и буквально вдавливала в череп крохотный наушник, ожидая помощи редакторов.

— Я ухожу, Сэм, все просто.

— Но… Но как же Ли… Далиила, — продолжала запинаться ведущая, но взгляд она бросила не на принцессу, она испуганно следила за Кайлом.

Это что-то новенькое. С каких пор Клинг переживает за безликую? Или она боится, что рейтинги шоу рухнут после ухода Закроса? Что ж надо было раньше думать, до того как пригласили этих дальрабийцев на отбор.

— Дело в том, что я не хочу лгать принцессе. Моё сердце принадлежит другой, — он повернулся к камерам. — Я знаю, милая, ты смотришь сейчас. Знаю, ты там. Я увидел тебя лишь мельком и влюбился с первого взгляда. Жди меня, скоро я отыщу тебя, и мы будем вместе.

Когда Рилтар успел стать таким придурком? Но я даже отсюда слышал, какой визг подняли фанатки по ту сторону экранов, представляя, что вот-вот на их пороге окажется Сциа’Тхан.

Отвлёкся. Упустил момент, когда Кайл бросился к Закросу. Парни со слезами на глазах выглядят жутко, особенно если это не парень, а девушка, особенно когда она плачет из-за другого мужчины. Особенно, когда ты любишь её больше океана, когда она твой океан.

— Ты не можешь так поступить!

Кайлин кричала, балансировала на грани превращения, и присутствующие не могли не заметить странного колыхания волос, лёгкой судороги, пробегавшей по лицу, превращая его в жуткую гримасу.

— Ты не можешь уйти! — громче, отчаяннее, больно. Как же мне больно, Ли. И я не знаю, что больнее, твоё страдание, или моя сорвавшаяся с поводка ревность.

В общем хаосе и смятении метнулся Закросу за спину и посмотрел Ли в глаза. Она ещё не успела провернуть свою трюк со слепотой, чтобы помешать мне. Обошёл Сциа’Тхана, шагнул к парализованной безликой и прошептал:

— Всё будет хорошо. Ты справишься, мы справимся.

Я бормотал ещё что-то успокаивающее, лишь бы прямо сейчас не случилось непоправимое. Ли нельзя за решётку. Ей могут дать больше, чем мне осталось, а я не могу допустить, чтобы это стало нашей прощальной встречей. Я хочу, чтобы она была счастлива, мне так важно увидеть это в её глазах. Может, я даже встречу однажды её семью, детей. Мельком в торговом центре. Она будет уставшей, но счастливой, катить коляску, а я надвину дурацкую шапку на глаза. А может, она будет много путешествовать, вести блоги, записывать видео. Я буду самым преданным её подписчиком. До последнего вздоха, до последнего лайка.

Включили рекламный блок. Прибежал Джет. Ругался с Закросом, успокаивал Саманру, которая нервно обмахивалась планшетом. И только Ли предоставили мне. Хотелось увести её отсюда, в который раз пообещать, что всё будет хорошо, и я не оставлю её в этот раз. Но мы не могли уйти сейчас. Слишком много камер, слишком много вопросов.

— Он не может уйти… — повторяла Ли, а я продолжал гасить её сознание. Сейчас никто не видит её агонию, она страдает тихо без слёз и криков. Позже ей станет ещё хуже, ведь, я не дал ей выпустить боль здесь и сейчас.

Прости меня, Ли.

— По местам! — командовал Джет. — Сэм, сделаешь краткий пересказ произошедшего. Добавь немного драмы. Надеюсь, больше никаких сюрпризов не будет? Никто хочет свалить с проекта досрочно? Налтар, Вирджил, Имерида?

Я ждал. Имерида обещала покинуть отбор, но она молчала и старалась не смотреть мне в глаза. Да какого чёрта здесь происходит?

Закрос тоже не понимал, так же таращился на северянку, а она никуда не собиралась. Зато Сциа’Тхана забрал с собой Лоулесс. Отлично, просто отлично! Ли сжала мою руку, когда огненные крылья качнулись напоследок и скрылись в дверном проёме.

Им даже попрощаться не дадут? Так нельзя.

Слушал Саманру через слово. Она натурально всхлипывала по Закросу Мьенвану, словно он не проект покинул, а погиб в перестрелке. Обещала никогда не забывать краснокрылого демона, завидовала его избраннице. Вот только его избранница сидела рядом со мной и глядела в пустоту.

— Как ты, малыш Кайл? Будешь скучать по своему старшему братишке?

— Разумеется, Саманра, — ответил за Ли, сейчас она была полностью подконтрольна мне и даже не пыталась сопротивляться.

К счастью, на этом допрос Кайла прекратился, и Саманра переключилась на Дали, а потом на Вирджила. В её излюбленной манере, она отпускала в адрес писателя колкость за колкостью. Интересовалась, помог ли отбор вернуть его утерянное вдохновение, и готов ли он к вылету с проекта.

Веб отшучивался, говорил, что верит в свою победу и уже написал поглавник нового романа, за основу которого взят отбор невест для знатного лорда. Надеюсь, в его книге у героев будет счастливый конец.

Имерида оказалась ещё менее разговорчивой, чем Кайл и совсем не велась на провокации ведущей. Я же продолжал надеяться, что она уйдёт. Мне нужен этот отбор, я должен остаться здесь.

— Господин Реонван, вы так вцепились в брата вашей несостоявшейся невесты. Так сильно хотите расставаться с Верани? Пытаетесь через парнишку впечатлить финалистку прошлого отбора?

В его тоне неприкрытое пренебрежение. Она такая смелая стала, с тех пор как завела дружбу с моим кузеном?

— Верани навсегда останется в моём сердце.

— Но не в вашем фамильном древе, правда?

Стиснул зубы, и теперь уже Ли сжала мою ладонь, успокаивая. Надеюсь, Саманра не наговорит лишнего, иначе все мои игры с памятью пойдут прахом. Кайлин всё поймёт, и тогда доверия от неё мне точно не добиться. А нам нужно работать сообща дальше. Не хочу больше стирать её память.

— Зачем Верани дряхлое древо с сухими безжизненными ветвями?

— Невысокого же вы мнения о своём наследии, господин Реонван. Не боитесь осуждения родни?

— Наследие без наследников ничтожно, а осуждать меня имеет право лишь о окена и…

— И кто?

— Та, чьи чувства я отверг однажды.

— Какие подробности, дорогие зрители. И что ж мы имеем в остатке? Заносчивый Налтар, любимый сын морей. Интересно, графоман Вирджил, который опоздал с идеей для романа лет на десять, и надежда всех женщин Имерида. Победит, и все наши мужчины останутся свободными. Выбор, кажется, очевидным, но что скажете вы? Кто будет бороться за чувства Далиилы Фолье? У вас есть всего пять минут отдать предпочтение одному из конкурсантов, набравший меньшее количество баллов, покидает отбор. Империя, ты готова голосовать?

Империя была готова, но был ли готов я?

6.2

Налтар

— Какой напряжённый момент! — делилась Саманра со зрителями, когда время для голосования истекло.

На экраны вывели наши лица с незаполненными полосками голосов. Совсем скоро я узнаю, смогу ли я дальше защищать Кайлин, или мне придётся уйти вслед за Рилтаром. Наверно, стоило переломить себя и позаигрывать с публикой, прикинуться хорошим парнем, а не надменным древним. Но я просто не смог. По ту сторону камер хищные взгляды следят за каждым шагом моей любимой, ждут когда она оступится, раскроется, проиграет. И я просто не могу быть с ними милым.

— Хотите сказать что-то напоследок? — ведущая направила на меня микрофон, словно заряженный пистолет.

— Воздержусь.

— Как знаещь, Налтар. Возможно это твой последний шанс признаться.

— Для признаний у нас был отдельный этап отбора, разве нет?

— Ох, Налтар, — она снисходительно закатила глаза. — Не повезёт же твоей избраннице. Ты редкостный зануда. Сложно поверить, что несколько часов назад ты вытворял на сцене.

Ничего не ответил на её колкость. С Ли я не был занудой, она делала меня другим. Я улыбался, дурачился, сбегал на болота и тонул, тонул без шанса на спасение.

— Чед, дай слово своему милашке с наушниками, что он там насчитал по голосам?

— Знаешь, Сэм. Не скажу, что наблюдаю какой-то ажиотаж в голосовании. Очевидно, зрительницы никак не могут отойти после внезапного признания Закроса. Судя по немногочисленным сообщениям в поддержку наших конкурсантов, фанатки убежали надевать чистые трусики и ждать в гости влюблённого Сциа’Тхана.

В студии оглушительно рассмеялись, и от этого гвалта Кайл задрожал и сильнее прижался ко мне. Саманра проследила за нами и презрительно хмыкнула. Да и пошла она к чёрту. Если сейчас я нужен Ли, я никуда не уйду, и на голосование мне будет плевать. Останусь здесь, это мой замок, я глава Дом Реонван! Моё слово закон! Сам их всех выгоню, кроме Верани.

— И всё же, Чед, мы жаждем знать, кто прошёл дальше.

— Тогда следи за циферками на экране, Сэмми, ты же умеешь счетать?

— Сладенький мой, умею, хотя есть вещи недоступные мне, например, я не могу даже прикинуть, как много лет назад ты был популярен и был ли?

Они обменялись ещё парой явно постановочных шуток, и только после этого приступили к объявлению итогов:

— Вирджил Веб. Писатель с миллионными тиражами, переведённый на пятнадцать языков, и покоривший не одно читательское сердце. Сегодня ты набрал двадцать три тысячи шестьсот одиннадцать голосов. Ты доволен результатом?

— Это почти как мой первый тираж, — улыбался Веб.

— О чем была та книга, Вирджил? — Саманра тянула время, заставляя меня нервничать всё сильнее.

Да озвучьте вы уже эти чёртовы результаты!

— Это был эротический триллер с элементами детектива, ты не можешь не знать, по нему ещё сняли фильм десять лет назад. Это же времена твоей юности.

Ха, Вирджил тонко-тонко, Клинг уже на пороге бешенства.

— О, это не там, где психотерапевт сам слетел с катушек и закрутил роман с опасной пациенткой? — пропела ведущая.

— Именно, Саманра, говорю же, ты видела фильм, — кивал писатель.

— Редкостная гадость, — брезгливо поморщилась ведущая. — Особенно описания постельных сцен. Выглядело, словно написано мальчиком-девственником. Я бы зачитала прямо сейчас пару отрывков, да рейтинг программы не позволяет.

— Ну, я же только начинал, — оправдывался Веб, но Клинг уже потеряла к нему интерес и снова вступила в порядком надоевшую мне перепалку с Ришесом.

— Тридцать семь тысяч триста пятьдесят восемь, — проревел Чед. — Вот это результат! Мне кажется, за неё голосовали и девушки, и парни. Имерида Дагхольц, друзья, гарантированно проходит в следующий этап.

Северянка благодарно поклонилась камерам. Вот и всё. Автор бестселлеров и женщина-воин, а чем прославился я? Тем, что в прямом эфире разбил сердце милой девушки. Зрители точно ненавидят меня. Едва ли я получу хоть один голос.

— Момент истины, дорогие зрители, кто же с позором вылетит, не добравшись до самого желанного этапа отбора. Всю следующую неделю наши конкурсанты будут ходить на свидания с Далиилой Фолье. Целый день с принцессой на каждого, смогут парни и девушка удивить и влюбить в себя нашу обсидиановую красотку и заслужить поцелуй. После короткой рекламы узнаем, кого вы выбрали для неё: графомана Вирджила Веба или бессердечного Налтара Реонвана. Оставайтесь с нами.

Глава 7.1 (Рил)

Глава 8

— Очень интересный ход, — Джет уже поджидал меня у выхода из замка и крутил на когтистом пальце брелок от машины.

— Совсем недавно ты так не считал и отчитывал меня перед всеми, как малолетнего ребёнка, — хмыкнул, вспоминая истерию Лоулесса в зале.

— Забылся и не вышел из роли жадного до рейтингов распорядителя. Прокатимся?

— А как же твой эфир? Разве тебе не нужно дёргать за ниточки и управлять своими марионетками? Там сейчас ещё и Налтар вылетит с отбора, а Ли останется совсем одна.

Джет лишь устало вздохнул.

— Все не так просто, Зак. Судьба Налтара только в его руках, подкрутить онлайн-голосование я не могу. Зато моим марионеткам нужна помощь, не хочешь стать частью моей команды? Ты же явно не собирался так просто уйти, признайся, ты же думал занять место одного из операторов?

— Думал тебя оглушить и прикинуться Джетом Лоулессом.

Кинул сумку с вещами на заднее сидение не самой вместительной тачки в империи и послушно устроился на пассажирское место.

Джет Лоулесс оказался виртуозным водителем, нёсся по серпантину на спорткаре, плавно входя в повороты. Я едва успевал следить за его стремительными манипуляциями с коробкой передач. Это у Кха’Це в крови такая ловкость? Он словно заранее предсказывает каждый изгиб и кочку.

— Моя реакция в разы быстрее твоей, и почему они сделали тебя лицом компании, — нарушил молчание Джет.

— Всё ещё не можешь простить, что придуманный персонаж увёл твой контракт?

— Я не обижен, скорее не могу понять решение Рейдж Моторс

— Думаю, дело в том, что Кха’це слишком сильно отличаются от других рас. Мало кто хочет ассоциировать себя с тобой. В Рейдж Моторс это тоже понимают. Как бы мир отчаянно ни стремился ко всеобщему равенству, сопереживать кому-то вроде меня легче, чем зверолюду. Помню, как в бедном квартале, где жили сплошь редганы и Кха’Це, случился пожар, и я тогда поймал себя на отвратительной мысли, что окажись там древние, валай клао, или другие расы без когтей, шерсти и смуглой кожи, я бы переживал их страдания и гибель острее. Это подсознательное, Джет.

Он усмехнулся.

— Видимо, поэтому для отбора выбрали бедняжку Дали. Она совсем не интересна зрителям и нужна лишь для контраста и гадкого финала этой истории.

— Ты уже знаешь, чем закончится отбор?

Джет кивнул и утопил педаль газа, когда мы оказались на ровной дороге. В ушах свистело, и продолжать разговор мы уже не могли, потому я лишь строил догадки, пока брат Ли вёз меня в город. Для кого юная Фолье выступает на контрасте? Официально на отборе всего две девушки Дали и Имерида. Но последней никакой контраст не нужен, она ходячая уникальность. А вот Ли раз за разом пытаются разоблачить.

— Сегодня всё пошло чуть-чуть не по сценарию. И во всём виновата переменная, которую изначально не учли. Это ты. Кайл не должен был так остро реагировать на твой уход, понимаешь? — Джет сбросил скорость и продолжил. — Сюжет должны были вывернуть и исказить немного позже, окончательно сделать Налтара героем в глазах зрителей. Вот он признаётся в любви не Далииле, а Кайлин Верани. Внимательные зрители все заметили ещё на отборочном этапе и уже строят теории. Потом он отдаёт ей ингредиенты, а вот древний бросается в бушующее море и спасает якобы брата своей бывшей возлюбленной. Но если проанализировать твой внезапный уход, то он тоже работает на Реонвана. Ты предатель, кинул Верани, когда был так нужен, зато Налтар остался, вцепился в мальчишку, как в родного. Гениально. Кто тебя вынудил?

— Райан… — До меня медленно начинало доходить, что этот отбор лишь продолжение незаконченного прошлого.

— У дальрабийцев тут тоже свой шкурный интерес, я догадываюсь, что пообещали этой парочке за эту роль, — оскалился Джет.

— И какой же интерес у них?

— О, вот им как раз единственным нужна Далиила Фолье с её потрясающим даром искать в недрах земли ресурсы. Только представь: кризис, упадок туризма из-за жестких нравов наших восточных соседей, всё это может решить одна талантливая девочка, чувствующая землю. Она найдёт что угодно: топливо, драгоценные камни, может даже целую цивилизацию, погруженную в тысячелетнее забвение, поднять на поверхность.

— Хоть кто-то искренне хотел помочь девочке? — вдруг стало совестно перед Дали, я был так одержим спасением Ли, даже не задумывался о ещё одной пленнице отбора.

— О, об этом чуть позже. Я тоже умею искать союзников, тем более, когда на конкурсе грядёт нечто, способное в корне изменить происходящее не только на экране, но и в мире.

— И ты, конечно, не скажешь мне?

— Мне проще, когда мои марионетки не видят всей картины до конца, тогда вероятность, что вы все испортите, сводится к нулю. Ты просто делаешь, что я говорю, и не задаешь вопросов.

С одной стороны, мне не нравился тон Джета, с другой, из всех нас он действительно владеет информацией. В его лапах записи с камер, с ним ведут переговоры загадочные организаторы.

— Не хочешь узнать результаты голосования? — Кха’Це потянулся к радио, раньше, чем я успел ответить “нет”.

Не хочу. Как бы это ни было эгоистично, но победа Налтара пугает меня. Я хочу и боюсь его помощи. Чем дольше он будет рядом с Ли, тем быстрее она вспомнит Арф’Хейла, и как бы сам древний не сопротивлялся своему чувству, он сдастся ей, он просто не сможет отпустить её вновь. Я видел в его глазах отчаянную решимость, а его глупая песня расставила все по местам. Мне больно, но отчего-то спокойно. Больно за себя, спокойно за них.

Глава 7.2 (Рил)

— И с огромным перевесом на первое место в нашем голосовании выходит Налтар Реонван! — кричал Чэд Ришесь, озвучивая совершенно невероятную цифру голосов, полученную древним.

— Это не накрутка, — Джет почти сразу же выключил радио. — Вот, о чем я говорил. Зрители поверили в его любовь к Ли. Мы должны быть готовы, Рил, скоро всё изменится, готов ли ты примерить новую роль?

— Что за роль? — спросил без особого интереса, потому что единственную роль, которую мне на самом деле хотелось примерить — роль отца Ирри и… Кем же я хочу быть для Кайлин? Я знаю кем, но мне тяжело выразить это не только словами, но и в мыслях. Я устал ждать, устал верить в собственное счастье, устал разочаровываться в себе и мире.

— Тебе не понравится. Ты же у нас законник, а я слегка преступил закон, вместе с одним отчаянным парнем. Ты же закроешь глаза на наш проступок? — Он резко свернул с основной дороги.

Лоулесс же не об убийстве сейчас говорит таким невинным тоном, да?

На горизонте появился знакомый фургончик, а с ним на сердце стало тревожнее, я отлично помню, как мы с Ли удирали от него, не зная, что там пряталась охрана безликой. Спокойнее от того, что там люди Джета мне не стало, а когда Кха’Це грязно выругался при виде двух фигур, подпирающих спинами створки, сомнений в том, что, задумал кот не осталось. На таком фургоне только и заниматься, что похищениями граждан империи. Не хватает только выцветшей надписи “мороженое” и пломбира на боку развалюхи для полноты картины.

— Ты же сказал, что у тебя один помощник?

В одной из фигур я быстро узнал Мёрка Виздома по расползавшимся от его ног теням. Парень даже не скрывал свою выходящую из-под контроля силу, словно прям сейчас собирался на штурм замка Реонванов.

— Да сказал, — процедил Джет. — Эй, Мёрк, а больше ты никого не решил позвать на нашу пижамную вечеринку? Вы же понимаете, что мы не косички друг дружке собрались плести?

Тёмный пропустил выпад Кха’Це мимо ушей, и кивнул в сторону Крэга Толрея.

— Ему можно доверять!

— Я с Мёрком до самого конца, — неубедительно пробормотал дракон.

Только Крэг совсем не выглядел уверенным, а был бледен и с трудом справлялся с дрожью во всём теле. Его пальцы выбивали искры для невидимой сигареты, которую парень отчаянно хотел закурить. Бедняга! Из его видеодосье помню, как он гордился тем, что бросил пагубную привычку много лет назад. Видимо, парня всё-таки накрыло.

— Серьёзно? Уиздом, а ты предупредил своего болезного дружка о последствиях? Если нас поймают, то мы не только потеряем возможность контролировать происходящее на отборе, мы с вами отправимся за решётку, ну кроме него, — Джет ткнул в меня когтем. — У него связи и покровительство сильных мир сего. Его или отмажут, или вернут обратно в бордель. Ты же там успехом вроде пользовался, Закрос?

— Лучше в тюрьму. — Дёрнул плечами. Вспоминать то времечко я не хочу, а уж повторять тем более.

Да что же они собираются делать такое, что меня отправят в рабство их под стражу?

— Нас не поймают, — усмехнулся Мёрк, а Крэг зашёлся кашлем от эфемерного сигаретного дыма. — Мы уже все сделали. Быстро. Чисто. Без свидетелей.

— В каком смысле вы всё сделали? — Мне казалось, что я вижу, как под мехом побледнел Кха’Це.

Если даже этот парень так откровенно разнервничался — дело дрянь. А ещё меня начинает утомлять тотальное неведение и нависшая угроза. Кто-то собирается рассказать мне, что происходит, и почему мы тусуемся с бывшими участниками отбора у ржавой ни разу не подозрительной тачки?

— Мы выследили и похитили объект, — уже не так уверенно сообщил тёмный, а вертикальные зрачки Джета сузились до угрожающих щёлок.

— Вы должны были следить за его передвижениями, составить список, с кем он общается, а нейтрализовать уже после прощального интервью с Закросом…

На лице тёмного отражался мучительный мыслительный процесс, и я понимал беднягу Уиздома, потому что сам ни хрена не понимал и тупил не меньше.

— А можно для новобранцев нашего политкорректного отряда рассказать, кого и зачем вы должны были похитить?

— Он внутри? — обреченно спросил Джет.

Мёрк Уиздом кивнул и уже не выглядел таким самодовольным. Кха’це зло чесал себя за ухом и что-то бормотал под нос.

— Как она? — тихо спросил тёмный, пока Лоулесс постукивал пальцами по двери фургончика.

Забавно, сейчас, когда Мёрк уже не считает меня своим соперником, то кажется весьма дружелюбным парнем. И если бы не его пугающая магия и неизвестная мне жертва похищения в фургоне, я бы даже руку ему пожал. Но боюсь, мои инстинкты тут же заставят меня заломить ему руки за спину и отвезти в участок.

— Держится, — ответил тёмному. — Дали даже пыталась выиграть викторину Чэда, угадай, кого бы она позвала на свидание, если бы ей позволили?

На мрачном лице появилась искренняя улыбка. И почему любовь всех превращает в законченных идиотов? Вот из-за неё мы стоим и не знаем, что делать дальше. А в фургоне либо труп, либо… очень надеюсь, что не труп.

— Вы бы меня посвятили в происходящее, я, может, накидал вам идей. Кто у вас там…сидит?

Джет тяжело вздохнул.

— Организаторы решили слить меня. Они считают, что я не справлюсь с переломным моментом отбора и помогу Ли сбежать. Для меня они подготовили замену. Более лояльного распорядителя.

— А с тобой что будет?

— Ну, я личность весьма примелькавшаяся. Не думаю, что меня грохнут среди бела дня. Подстроят что-то в духе несчастного случая, или как-то подставят. Либо сдохну, либо сяду, вариантов в моём случае немного. Но ни с того света, ни из тюрьмы я уже не смогу управлять отбором.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Ты же работал под прикрытием, верно, Зак? Вот и у меня есть свой двойной агент. Нас ждут громадные перемены, но мы должны оставаться в эпицентре, должны помешать забрать наших любимых, — Джет толкал пафосную речь, пока пытался расковырять ржавый замок. — Вы нахрена так упаковали его, а?

Мне становилось не по себе. Вокруг разливалась не только сила Мёрка, что-то древнее и до ужаса знакомое плескалось, угрожало, поглощало.

— Что ж, Зак, это наш новый распорядитель отбора. Дальше все должно было идти по его правилам и по указке великих древних семей.

— Итхар… — я в ужасе смотрел на брата своей мёртвой возлюбленной, неудивительно, что я ощутил родство. Слово семьи Теанванов — моё слово.

В его седых волосах запеклась кровь. Чёрные тени Уиздома держали Арф’Хейла за руки, прикрывали глаза ладонями, зажимали рот так, что древний мог только гневно мычать. И даже от этого сдавленного звука, было жутко. Я знал силу Итхара, и он лишь немногим был слабее Налтара. Но море не выбрало его, почувствовало червоточину в сердце и не заговорило со своим сыном.

— Я подумал, что ты идеальная кандидатура заменить, господина Теанвана на его новом назначении.

Идеальная. Никто даже не сможет уловить разницу в нашем магическом фоне. Я воспроизведу силу до мельчайшего витка и узора, я смогу стать Итхаром, смогу отомстить ублюдку, что пытается отнять у меня дочь, Кайлин, мою жизнь и имя, жизнь всех Валай Клао.

— Я сделаю это, — сказал голосом главы дома Теанван. Итхар услышал это и в панике попытался вырваться, но тени Мёрка крепко держали его, пока моё тело послушно менялось, превращаясь в ненавистного мне Арф’Хэйла.

Крылья опали на землю, и тут же истлели, пламя сменилось холодной водой, а глаза наполнились силой.

— Отлично, — одобрительно кивал Джет, а Мёрк и Крэг с опаской поглядывали на точную копию того, кого они недавно оглушили и похитили. — На повестке дня осталось всего два вопроса: каким образом мне умереть, и как Закрос с Итхаром появятся в студии одновременно?

Крэг Толрей робко поднял всё ещё дрожащую руку:

— У меня есть идея.


Глава 8

Ли

Слабо понимала, что происходит, лишь ощущала ликование того, кто держал меня за руку. Он вёл меня по коридорам замка, постоянно проговаривая в моей голове одно и то же:

— Всё хорошо. Мы справились.

С чем? Я отчаянно собирала по кускам события прошедшего вечера, которые резко оборвались, едва пара голубых глаз опутала меня магией.

Было голосование. Моя команда победила, это точно. Но я не рада. Почему я не рада?

Пронзительный гул, словно память сопротивляется, я сопротивляюсь. Случилось что-то нехорошее, отчего мне больно. Гадкое чувство, словно меня предали, и я не могу с ним бороться, оно забирает всё больше места в моей душе, и моя боль сильнее магии Арф’Хейла.

Он не мог поступить иначе, Кайл. Он сделал это ради тебя.

Налтар Реонван вторгается в мои мысли, куда ему соваться никак нельзя, на него я тоже обижена. Но за что? За то, что он манипулирует мной, мешает отдаться боли и отчаянию, он словно подставляет мне костыли, когда я хочу упасть и больше не вставать. Зачем мне костыли, если я летала. Зачем, Налтар?

Прости меня.

В его голосе ещё больше боли, и я уже не так сильно злюсь. Верю ему, но прощать не собираюсь, потому что не знаю в чём провинился древний. Но чувствую, что он много от меня скрывает.

Мы останавливаемся перед дверью нашей с Рилом комнаты. Сегодня я буду там одна, Рил уехал, а волатили ради безопасности поместили в огнеупорный вольер.

Дождусь, когда красные огоньки камер погаснут, и дам волю слезам, а пока… туман в моих мыслях рассеивает, влияние Налтара ослабевает, и ко мне возвращаются собственная воля.

— Зайдёшь?

Приглашаю его, стараюсь держать свои эмоции в узде, чтобы древний не почувствовал подвоха.

Он стоит на пороге и не решается зайти. Видит две кровати, но лишь на одной примято одеяло и лишняя подушка в изголовье. Наблюдаю за лицом древнего, за бегающим взглядом, за дрожащим кадыком.

— Я… Я, пожалуй, пойду, Кайл.

Пятится. Снова смотрит на кровать. Долго. Тряхнул головой. Что с ним такое?

— Ты любишь его? — легким шепотом вырвался его непрошеный вопрос, не оставляя микрофонам шанса услышать.

Что я должна ответить?

— Я борюсь за сердце Далиилы Фолье, как и вы, господин Реонван, — пытаюсь оставаться равнодушной, но за меня отвечают две давно остывшие подушки.

Рилтар не позволял себе лишнего, мы лишь болтали после отключения камер, когда вновь могли стать собой. Он признался, что мечтает сделать всё правильно, ходить на свидания со мной, ухаживать, познакомить с Ирри.

— Я задал другой вопрос, — к глазам Арф’Хейла вернулась магия, а в голосе сталкивались грозные волны.

Испугалась. Попятилась вглубь комнаты, стараясь не смотреть на древнего.

— Постой… — Он одёрнул себя, и его радужки вновь стели бледно-голубыми: — Я не хотел использовать магию, это случайно.

— А на шоу тоже не хотел? — Упёрлась в стол, а Налтар подходил всё ближе.

— Мне пришлось. Я пытался защитить тебя, там было много камер…

— И что бы случилось?

Он не может знать! Мы с ним не были близки.

Были.

В этот раз в моей голове раздался не голос Налтара. Это были мои мысли, вышедшие из-под контроля. Что-то подавляемое вдруг начало прорываться наружу. Арф’Хейл не колдовал, стоял на расстоянии вытянутой руки и не знал, что ответить.

Помнишь, что он сказал Саманре?


— Верани навсегда в моём сердце, — повторила слова Налтара. Отбор. Наша ночь. Финал. Его отказ. Всё это вихрем проносилось перед моими глазами.

Прорвавшиеся наружу воспоминания сминали меня, заставляли вновь прожить ту любовь, навалились двумя годами одиночества. За несколько мгновений моё сердце успело разбиться сотни раз, а осколки мешали сделать вдох и расправить лёгкие.

Колени подогнулись, и я осела на пол. Я любила его, а он заставил меня всё забыть. Зачем? Пытался раз и навсегда отделаться от безродной безликой? Боялся, что попытаюсь посягнуть на его семейное древо? Или он это сделал из благородства, чтобы я не страдала?

Он всё знает обо мне! Она знает, кто я такая. Тогда, поцеловав Кайла, он целовал Ли. Тогда в пещере он спас Ли. Ему мало одного раза, он продолжает играть со мной, продолжает манипулировать.

— Убирайся… — рычу ему сквозь стиснутые зубы. Не хочу плакать при древнем, не хочу показывать ему свою слабость, хочу, чтобы он ушёл сейчас же.

Но глава дома Реонван не уходил, сел рядом и молчал, больше не пытаясь извиняться или влезать в мои мысли. Мы просто молчали, пока не выключились камеры, молчали в унисон с уставшим замком.

Я молча, уткнувшись ему в плечо, а он молча обнял меня.

— Я ненавижу тебя, — сказала голосом Кайла, но не убрала руки Арф’Хейла, позволила им крепче прижать меня к древнему.

— Это даже лучше. Ненавидь меня всегда, пожалуйста.

— Лучше для тебя или меня?

— Что хорошо для тебя, хорошо и мне, Ли… — уклончиво ответил Налтар.

Мне о стольком хотелось его спросить, но я не решалась, лишь дала шанс той Кайлин Верани из прошлого побыть рядом с тем, кого она когда-то любила. Утром всё будет иначе, моя любовь уже не принадлежит ему, и даже вернувшаяся память ничего не поделает с этим!

Так и уснула на его плече, сидя на полу. Моё тело никак не реагировало на близость древнего, сердце не замирало и не ускоряло бег, но мне было спокойно, как если бы ласковый океан накатывал на мои босые ноги тёплыми волнами. Я всё смотрела за охваченный дымкой горизонт и ничего не ждала. Я и сейчас ничего не жду от него, а он ничего мне не предлагает. Мы просто здесь и сейчас, ничего и никогда. Но ему больно, а я не могу помочь, потому что не знаю о его печалях. Древний закрыл от меня своё сердце уже давно.

Глава 8.2

Ли

Проснулась я уже на своей кровати. Не на той, на которой спала с Рилом. Расценивать это, как намёк Налтара, я не стала. Если честно, устала анализировать его поведение. Это совсем не было похоже на попытку загладить вину, а помощь и забота Арф’Хейла горчила хуже похлёбки, что я приготовила на испытании.

Откинула одеяло и поставила ноги на пол. Он не казался мне таким холодным вчера, всего день назад в этой комнате было тепло и уютно, а теперь я хочу сбежать вслед за моим безликим. Подняла взгляд на камеры, красные огоньки мерзко подмигивали из углов под потолком. Эти всевидящие твари всегда встают по расписанию. Захотелось скорее начесать на лицо непослушные волосы, чтобы никто по ту сторону экранов не видел моих глаз.

Я слезла с кровати и пошла к окну. Море сегодня было особенно красивым и спокойным. Утреннее солнце подсвечивало на поверхности воды золотистые ромбики, а весь пляж искрился серебром. Интересно, если я наплюю на сегодняшние мероприятия, а просто проведу весь сегодняшний день на берегу, Джет будет вне себя от злости, или простит свою внебрачную сестрёнку? Отличная же идея!

Быстро умылась, нашла немятую футболку и свежие джинсы в ворохе одежды Кайла, переоделась и выглянула в коридор. Никого. На кухне тоже было пустынно, все дружно отсыпались после утомительного концерта. Этим нужно воспользоваться. Нарезала себе несколько бутербродов и двинулась к северному выходу из замка. Там как раз была старая узкая лестница, ведущая к маленькой затенённой бухте. Меня точно нескоро найдут, и я смогу привести мысли в порядок и решить, что делать дальше без Рила. Надеюсь, он найдёт способ хоть как-то дать о себе знать.

Влажный песок ещё не успел нагреться, и штаны на заднице быстро намокли. Но мне было плевать, я вытянула ноги и поигрывала пальцами, между которых застряли песчинки. Слишком уж у меня аккуратные ногти на ногах для парня. Улыбнулась своему внезапному наблюдению, но исправлять ничего не стала, просто наслаждалась одиночеством, бутербродом и своими розовыми не мужскими ногтями.

— Море желает тебе приятного аппетита, — мягко раздалось у меня за спиной.

Обернулась. Сегодня Налтар выглядел гораздо лучше, чем вечером. Он улыбался и мило щурился на солнце.

— Думаю, у моря есть заботы помимо меня, — быстро избавилась от очарования Реонвана, воздействовал ли он на меня магией, или старые чувства напоминали о себе, разбираться не стала.

— Ты прав, у моря много забот, но оно находит время для каждого. А ещё оно просит тебя не быть такой занудой.

— Уверен, что это море со мной говорит, а не ты? — смахнула с футболки крошки, и оглядела бухту. Интересно, где в землях семьи Реонванов есть свободное местечко, о котором океан не доложит Налтару и не сдаст меня.

— Я бы не посмел заговорить с тобой после всего, что случилось. Но ты же не откажешь морю в непринуждённой беседе?

Он сел рядом на мокрый песок и даже не поморщился.

— Мы с морем отлично беседовали вдвоём без переводчика.

— Правда? Я помешал вам?

— Немного.

— Я могу уйти.

От покорности в его голосе хотелось рвать на себе волосы. С ним явно было что-то не так, Налтар словно находился в какой-то пугающей гармонии с собой. Казалось, что он принял непростое решение и теперь смирился с ним. Мне не нравилось это.

— С тобой всё в порядке? — спросила, впервые за долгое время не боясь, смотреть ему в глаза.

Мне больше не было страшно, уверена, Налтар не станет играть с моей памятью вновь.

— Ну, если отбросить чудовищную ревность, то да, я в порядке.

— Это был твой выбор, всё могло быть иначе, — понизила голос, воспоминания резанули по сердцу, но я справилась.

— Могло. Море, говорит, что я идиот. — Арф’Хейл покрутил у виска.

— Хоть кто-то говорит тебе правду.

— Да уж, хотя одна девушка была со мной честна.

— Но слепа, — быстро осекла его. Его намёки начинают заходить слишком далеко.

Он все понял и не стал развивать эту тему. Поднял горсть песка и беззлобно бросил в море.

— Дразнится, — пояснил древний, а затем встал и отряхнулся. — Наверное, результаты жеребьёвки уже вывесили, посмотрим, кто первый идёт на свидание с Дали?

— Зачем тебе всё это, — тоже встала, чтобы не смотреть на древного сверху вниз, но Налтар всё равно был намного выше меня.

— А тебе?

Не нашлась что ответить. Я буду лгуньей, если скажу, что ни разу не раздумывала над возможностью объясниться с ним. Мне так хотелось верить, что он ищет способ рассказать мне, почему так жестоко обошёлся с нашими чувствами.

— Видишь, Кайл, мы зашли в тупик, никто не хочет говорить первым.

— Просто, мне нечего тебе сказать, Налтар.

— Я купил кольцо в тот день…

— Да, для другой девушки, но стоило бы предупредить об этом до того, как ты переспал с Кайлин Верани.

Он сделал глубокий вдох, но тут же повернулся к морю. Глаза древнего вновь стали лазурными, а из груди вырвалось раздражённое:

— Нет!

Налтар говорил со мной, он спорил с поднимающимися волнами, которые совсем не собирались уступать своему сыну.

— Нет… — повторил он уже мягче: — Я просто не смогу. Это не честно. Не теперь!

Не произнеся больше ни слова, он повернулся к морю спиной и зашагал обратно к каменной лестнице.

— Вот и поговорили, да? — улыбнулась уже успокаивающейся воде, и, клянусь, сквозь шелест песчинок и волн, мне почудилось:

Идиот.

Глава 9.1

Ли

После того как Налтар ушёл, лучше мне не стало. Беззаботное настроение отказывалось возвращаться, и я невольно раздумывала над странным поведением древнего. Его взгляд, случайно брошенные фразы. Я никак не могла собрать все знаки и разобраться. В итоге в очередной раз махнула рукой на причуды лорда Реонвана и со старческим кряхтением поднялась с места. Солнце уже начинало порядком припекать голову, а ещё стрекот вертолёта и назойливых квадрокоптеров с камерами начали мешать моему уединению.

— Салют, — хором поприветствовали меня близняшки в смешных жёлтых пижамах с нецензурными призывами на груди. У каждого было замазано по одной букве в слове, но смысл угадывался легко. Аарон и Эарон посылали весь мир в не самое приятное место. Если Джет увидит, будет вне себя.

— Все ещё спят? — На кухне я заметила только Имериду, и нет я не выглядывала Налтара, чтобы продолжить наш разговор.

— Дальрабийцы у себя, вышли на жеребьёвку и свалили обратно. Имерида не поделила что-то с Касти, и они теперь не общаются. Наш малыш на эмоциях сбежал в библиотеку, — быстро ввёл меня в курс дела Эарон, и я отчего-то смутилась спросить о Налтаре, как если бы простое любопытство могло выдать моё смятение и давно погасшие чувства.

— Я предлагаю нарушить романтическое уединение Касти и крошки Ирри Теанван, она же за ним потащилась. Вот мерзость, у них же явно что-то намечается, — Аарон взял вазу с камина и сделал вид, что его тошнит.

— Ирри осталась здесь?

Теперь, когда Рилтару не нужно играть роль Сциа'Тхана, он вполне мог вернуться со своей дочерью домой.

— Ага, звонил её отец. Жуткий мужик, но девчонка его быстро уболтала, — Эарон смешно спародировал тоненький голосок юной Арф’Хейл: — Папочка, дядя Налтар за мной присмотрит, ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста.

Рассмеялась. Ирри вьёт из отца верёвки, но на её месте я бы тоже хотела тусоваться здесь, чем смотреть это шоу по телеку. Для неё этот мир похож на сказку, и она не знает, что на самом деле кроется за улыбками конкурсантов, и как сильно жмёт будущее свадебное платье Далиилы Фолье.

— А сам дядя Налтар не хочет приглядеть за своей племянницей, — сделала вид, что не очень то хочу нянчиться с подростком.

— Дядя Налтар свалил на своём вертолёте. Они с принцессой отправились на свидания, а зная сколько денег у его семьи, нам ловить после него нечего, будем брать оригинальностью.

— О… Он первый?

— Какое удручённое “о”, — хохотал Эарон. — Мы вот так же страдали, когда его объявили. Надеюсь, Дали не поведётся на бабло и разглядит настоящих мужчин. — Он толкнул брата, и они уже дружно заржали.

Не хочу вас расстраивать, ребята, но Дали уже нашла своего настоящего мужчину, и вам ничего не светит. Но даже зная про принцессе неинтересен Налтар, я всё равно явственно ощутил неприятный укол. Эта ревность лишь фантомный отголосок старой болезни. Мне всё равно.

— Ну что, пошли следить за извращенцем Касти? — Потирал руки Аарон, и мы направились в библиотеку.

Ирри и сирена не занимались ничем подозрительным, и даже не дёрнулись, когда мы застали их врасплох, они разложили огромный географический атлас и водили по нему руками.

— Хотите к нам? — предложил Касти. — Мы тут ищем города участников этого отбора. Пока нашли Кендрака, Закроса, Веба и Имериды, покажите, откуда вы родом?

— Я родился и жил в столице, — поделилась с ребятами, и они тут же прилепили на карту стикер с моим именем. Близнецов это занятие увлекло больше, чем меня, они сели рядом с Ирри и принялись дополнять их исследование, время от времени подшучивая над остальными участниками.

За их спинами работал телевизор с выключенным звуком, и по бегущей строке в новостном блоке, я узнала о волнениях в одном из бедных кварталов столицы. Схватили нескольких Кха’Це, закидывающих бутылками с зажигательной смесью недавно открывшийся супермаркет. Сделала громче.

— Сеть супермаркетов “Купи и забери”, подверглась атаке со стороны местных предпринимателей, которые не в силах конкурировать с заниженными ценами в сети, которая может позволит себе работать в этом районе в убыток.

Как же в убыток. Сначала они демпингуют цены, а после взвинтят их до небес. Безумно жаль владельцев маленьких семейных магазинчиков, последний шанс Кха’Це заниматься легальным бизнесом. Последний шанс местных жителей покупать продукты по низким ценам.

Снова вывели на экран крупный план разъярённого нападающего, который даже не снимал фартук с логотипом своего магазина. Схватила себя за плечо, словно саму себя сдерживала, чтобы не присоединиться к бунту и самой не закидать магазин горючкой.

Ненавижу их всех.

— И срочная новость. Благодаря успешной операции наших правоохранителей совместно с известными домами Арф’Хейлов удалось найти и закрыть одно из отвратительнейших заведений. Прямо сейчас вы видите кадры, на которых измученных Валай Клао выводят на улицы из дома удовольствий, вот только на их бледных лицах вы вряд ли увидите это самое удовольствие. Предоставим слово нашему корреспонденту. Дайниз, тебе слово, расскажи нам все подробности случившегося.

Миловидная Ксир по имени Дайниз в красках описывала, через что пришлось пройти пятерым безликим, попавшим в руки работорговцев. То, что было горячими фантазиями элитных клиентов этого заведения, обернулось кошмаром для молодых людей. Три девушки и два парня испуганно жались друг к другу. Выглядели они ужасно. Глаза разных цветов, рога, у кого-то был болезненного вида хвост. Все пятеро истощены и едва ли помнят самих себя.


— Жесть, — присвистнул Аарон. — Теперь понятно, почему Валай Клао были не против принудительной регистрации. Как же много в нашем мире долбанных извращенцев!

А что если и моих родителей заставили пройти через что-то подобное? Вдруг они до сих пор где-то взаперти, страдают и уже не надеются на спасение.

— Отличный мужик этот, Хонтал, — Эарон похвали капитана, который вёл расследование и обещал жителям империи, что остановит произвол в отношении безликих.

После слово представили спикеру от Арф’Хейлов он горячо заверил, что древние окажут посильную помощь пострадавшим Валай Клао, обеспечат защитой, помогут с реабилитацией и ещё много-много всего, включая особый статус, о котором они объявят чуть позже, когда законопроект получит одобрение. Под одобрение толпы он накинул на плечи худенькой Валай Клао свой дорогой пиджак.

Нахмурилась. Откуда у древних такой повышенный интерес к моей расе? Но происходящее смутило только меня. Близнецы, Касти и Ирри разве, что не хлопали, а малышка добавила.

— Я знаю Хонтала, он папин начальник.

— Твой отец работает в органах, ошизеть, — воскликнул Аарон. — Касти, ты знал?

— Знал, — буркнула сирена.

— А после короткого прогноза погоды мы вернёмся к трансляции шоу, — вещал ведущий новостей, считывая заготовку с телесуфлера. — Понравится ли Далииле Фолье свидание с лордом Реонваном, кто выиграл в конкурсе ужин с Кайлом Верани. А ещё первые сегодня вечером, мы узнаем, куда пропала любимица прошлого отбора и сестра одного из наших участников. Вы уже догадываетесь, о ком идёт речь. Признаюсь, тот неожиданный финал разбил сердце не только Кайлин, но и моё. Вспомним, как это было.

Зал, украшенный цветами. Счастливая девушка, верящая в чудо.

К чёрту, не хочу смотреть, как Налтар растопчет вновь мою любовь, и ещё меньше хочу узнать о тех теориях, что будут строить в эфире. Возможно, они даже найдут какую-нибудь опустившуюся девушку для интервью, она представится Кайлин, или хуже… Они могут заставить меня сделать это самое сенсационное заявление. Швырнула пульт на диван и пошла к выходу. Хватит с меня!

— Эй, Кайл, ты чего? — звали меня на четыре голоса, но я не оборачивалась, боялась, что увижу себя на экране, и моё сердце не выдержит в этот раз.

— С-стоять!

Столкнулась нос к носу с Джетом.

— Куда собрался мой кудрявый конкурсант? Я тебя не отпускал.

— Джет, давай не сейчас.

Брат заметил, как трясутся у меня руки, перевёл взгляд на экран телевизора и положил мне руку на плечо.

— Нужно будет отснять твою подготовку к свиданию с таинственной незнакомкой, выигравшей конкурс. Могу дать тебе максимум полчаса на поплакать. Хватит?

Улыбнулась. Умеет же он разрядить обстановку.

— Не хочу я больше плакать. Пойдём. Ты уже знаешь имя счастливицы или счастливца? Кому сегодня достанется общество Кайла Верани, — я погрузила пятерню в свои волосы и взъерошила их на макушке. По взгляду брата поняла, что сексуальным это не выглядело.

Беззаботность мгновенно сошла с лица Джета:

— Знаю.

Глава 9.2

Ли

— Что ты чувствуешь перед встречей с незнакомкой, Кайл?

Саманра сегодня сама не своя. Она, конечно, профи, но я не могу не заметить нервозность ведущей. Что-то во взгляде, в постукивании пальцев по подлокотнику стула сильно меня напрягает.

— Так это девушка? — изображаю радостное предвкушение. — Господин Лоулесс даже намека никакого не оставил

— Ага, девушка. Очень миленькая, — как-то неубедительно проговорила Саманра, и в её глазах сверкнуло что-то очень недоброе, отчего я крепче вжалась в спинку.

По всему пустынному залу ресторана расползалась неприятная атмосфера, а официанты напоминали бездушных марионеток. Стояли в дальнем углу в ожидании нашей гостьи и, кажется, даже не дышали.

— Уж не ты ли составишь мне сегодня компанию? — попыталась разрядить обстановку, лишь бы не видеть на себе этот взгляд ведущей. Смотрит на меня, словно меня казнят через пару минут.

Получилось. Саманра чуть расслабилась и вполне искренне ответила:

— Из всех наших женихов, Кайл, я бы тоже выбрала именно тебя и с удовольствием с тобой поужинала. Но не судьба, мне придётся покинуть тебя сегодня вечером, милый.

— Буду скучать, Сэм.

Не буду. Кто бы ни выиграл викторину, — ее общество мне будет куда приятнее компании этой размалёванной гадины.

— Удачи. А мы прощаемся с вами, дорогие зрители. — Саманра повернулась к камерам, — Наша скромная победительница решила обойтись без свидетелей, и кто знает, чем всё закончится, котятки. Может, именно сегодня Кайл встретит свою настоящую любовь.

Она помахала в объективы, и через пару секунд эфир прервали. Я тут же вскочила из-за стола и прикрикнула на ведущую:

— Что всё это значит?

— То и значит, — невесело отозвалась Клинг. — Вы будете одни.

Я в панике смотрела, как операторы отключают оборудование, стойки с камерами поспешно выкатываются из зала. Никогда бы не подумала, что отсутствие свидетелей так сильно меня испугает. Но предстоящий ужин с незнакомкой, которую явно побаивается даже Джет, совсем меня не радовал.

Свет в зале приглушили, рояль в дальнем углу ожил и заиграл непринуждённую мелодию, а из кухни начал доноситься перезвон посуды и негромкие голоса. Ладно, в ресторане ещё остаётся персонал, ничего со мной не сделают. Поужинаю, буду мила с победительницей, постараюсь держать дистанцию и не ляпнуть лишнего. Просто представлю, что камеры всё ещё здесь, а брат наблюдает и страхует меня. Что бы он нашептал мне в наушник?

— Соберись, Ли. Будь застенчивым красавчиком Кайлом. Она выбрала тебя, у тебя уже преимущество.

Только воображаемому Джету удалось приободрить меня, как двери распахнулись, и услужливый лакей пригласил хрупкую невысокую девушку. На её лицо падала тень от шляпки, скромное небесно-голубое платье не прятало тонких бледных лодыжек. В туфлях на высоком каблуке ей явно было некомфортно, вены на стопах слегка вспухли, но на походке незнакомки это никак не отражалось. Она шла по залу преисполненная грацией аристократки. Простой маникюр, отсутствие украшений на пальцах и запястьях, лишь небольшая сумочка через плечо. Странная девушка.

Я невольно поднялась с места и отодвинула стул для гостьи. Даже не знаю, было ли это моим собственным желанием, вызванным воображаемыми наставлениями Джета, или я просто не могла воспротивиться магии, исходящей от девушки.

Она благодарно кивнула, села за стол и расправила ладонями невидимые складки на платье.

— Присаживайся и ты, Кайл. Мне неловко, что ты стоишь, — ласково предложила незнакомка. Но сила в её голосе не предлагала, она приказывала. Меня словно в спину подталкивали к моему месту, а под конец надавили на плечи.

— Я так рада встретить тебя, Верани. Столько слышала о тебе.

Попыталась поблагодарить из вежливости, но не смогла, губы не двигались, а голос девушки полностью подчинил меня.

— Ох, прости меня. Иногда я забываюсь, какое влияние оказываю на окружающих.

Словно в доказательство ее слов к нам подошел официант с выражением всепоглощающей преданности и верности на лице, разложила приборы, услужливо налил в бокалы вино.

На бледных губах моей победительницы заиграла улыбка, но глаз я так и не видела из-за шляпки, зато мне вернулась способность говорить.

— Кто ты?

— Я? — она искренне задалась этим вопросом, а я воспользовалась заминкой схватила со стола вилку и направила на девушку в тщетной попытке защититься от её способностей.

Она не двинулась с места, лишь сняла свою шляпку. Длинные седые волосы скользнули по бледным плечам. Такие же как у Налтара, такие же как у Рилтара и Ирри. Серебро, морская пена, лунный свет на воде.

— Ты же не собираешься драться со мной, Кайл, — холодная усмешка в её голосе, и вот я уже кладу вилку на стол, и слушаюсь древнюю. Разумеется, я не собираюсь драться.

Если одним лишь словом она может вот так мной манипулировать, то от её взгляда я окончательно потеряю волю и разум.

— Не нужно бояться, я больше не собираюсь вредить тебе, — мягко, почти ласково убеждает меня, и я безганично верю ей. Конечно, она больше не навредит…

— Больше? А вы уже вредили мне?

Почему я так вежлива с ней? Неужели сейчас меня на самом деле заботит этикет при общении с древней?

— Женщины с разбитым сердцем совершают глупые и нелогичные поступки. Кто-то сбегает ото всех и прячется от целого мира в крохотной квартирке.

Она все знает! Нет смысла играть. Проще посчитать тех, кто ещё не в курсе, что я Валай Клао, чем тех, кто раскусил меня.

— Едва я услышала о тебе, Верани, как разум мой помутился от гнева. Одна лишь мысль, что ты и тебе подобные смогут занять моё место, или место другой Арф’Хейл, толкнула на преступление. С моими способностями ничего не стоило уговорить одного из операторов вколоть тебе наркотик. Это должно было тебя прикончить, но тогда я не брала в расчёт ускоренный метаболизм Валай Клао, — она закусил ноготь, и все ещё не поднимала на меня взгляда.

— Так это ты пыталась убить меня?!

— И я сожалею. Я мыслила мелочно и не дальновидно. На твоё место пришла бы другая, и план древних воплотили уже с другой безликой. А потом я увидела в прямом эфире, как Налтар спас тебя, и даже меня проняло. Я подумала, если наши мужчины захотят жениться на безликих ради продолжения рода, что помешает такой как я, поступить так же? Зачем мне брак с бесплодным Арф'Хейл. Кто сказал, что проблема в женщинах нашего рода. И тут я вспомнила Ивнар Теанван и её наложника. Признаюсь, я всегда считала Рилтара кем-то вроде лишённого имени и звания древнего. Такое бывают, иногда нас отлучают от семьи за проступки, за непослушание.

Девушка наконец подняла на меня взгляд бесцветных глаз. В них больше не было магии, и я очень сомневалась, что древняя вообще меня видит.

— Я лишилась фамилии после развода с Ихтаром Теанваном. Не смогла родить ему ребёнка, и я меня вычеркнули сразу из двух семей. Но море великодушно и позволило мне вновь собрать силу по крупицам. И вот мы здесь безликая и безымянная. Отбросим вражду?

— А я с тобой и не враждовала. Это ты пыталась меня убить.

— Но не убила же. Я и сейчас могу легко заставить тебя вспороть себе горло, скажем, этой вилкой, и мне ничего не будет за это. Для всех в империи я официально лишена силы.

— Что ты хочешь от меня?

Бывшая леди Теанван пригубила вино, и хищно облизала губы.

— От тебя мне нужно всего лишь две вещи. Совсем скоро Джет Лоулесс покинет должность распорядителя Отбора, и на его место придёт мой бывший муж. Он хочет лично убедиться в том, что ты победишь и заставишь империю поверить в любовь древних и Валай Клао. Условия в обществе уже созданы, ты же смотришь новости?аж

— Что будет с Джетом? — испуганно спросило древнюю.

— Без понятия. Уволят, арестуют, прикончат, — пожала плечами девушка. — Но речь не о нём. Я хочу, чтобы в финале ты убила Ихтара. Да, я не простила ублюдка, и в этот раз чётко расчитала дозу, этого с лихвой хватит остановить сердца трёх Валай Клао.

Передо мной на стол лёг шприц с золотистой жидкостью. Но я не убийца. Я не смогу.

— Запомни, Кайл, финал, цветы, белое платье и игла в сердце. Но не на камеру, отведёшь его под каким-нибудь предлогом в тихое местечко и прикончишь. Главное, не попадись. Ты нужна мне. Ты символ веры, любви и свободы безликих.

— Я не хочу.

— Если бы ты знала все прегрешения Ихтара, ты не была бы столь категорична, Ли. Ты же в курсе, что он содержал бордели, куда продавали таких как ты? И после своих подозрений о личности Рилтара Теанвана я покопалась-таки в его прошлом. Именно из такого заведения его и выкупила Ивнар. Ей бы просто не хватило ни денег, ни власти, если бы не её брат. А то, что безликого наградили словом, как тебе? Все ради безнадёжно больной сестрицы, чтобы скрасить её последние годы. Даже грязному безликому оставили фамилию древних, а меня отлучили от семьи. Но широкий жест о наделении вас свободой от регистрации преследует весьма корыстную цель. Древние шедры, но забирают они куда больше Догадаешься, или подсказать?

Я молчала. Вспоминала репортаж и измученных Валай Клао, щурящихся на ярком свету. Рилтар прошёл через подобное? Сжала руки в кулаки. Мой Рилтар страдал по вине древнего, а после получил от них лишь подачку в виде роли наложника. Теперь это ждёт всех нас?

— Бери шприц, Ли. Мы остановим тиранию Ихтара вместе.

Не могла ослушаться, смотрела в бесцветные глаза Арф’Хейл и совсем не была уверена, что будущее, которое видит она лучше, уготованного Лордом Теанваном.

— Ты сказала, что у тебя два приказа, — взвесила на ладони смертоносную инъекцию для мучителя моего народа. Но ему на смену придёт кто-то более жестокий.

— Я порядком устала от вашего затянувшегося отбора, хочу немножко форсировать события и показать зрителями то, что они на самом деле хотят. Не эту редганку я вижу принцессой. Ты принцесса этого отбора, Ли.

— Что ещё я должна сделать?

— Счастливый конец, Кайлин. Только и всего. Я помогу.

Глава 10

Ли


Из ресторана выходила на онемевших ногах. Шприц, словно заряженный пистолет, оттягивал карман пиджака, доказывая, что все произошедшее действительно правда. Я будущая убийца, и убить я должна древнего, которого даже толком не знаю. Он дядя Ирри, кузен Налтара. Что они подумают обо мне после всего, как я буду смотреть им в глаза, зная, что натворила? Даже если он не лучший представитель Арф’Хейлов судить его должны по закону, но не так!

Задрала голову к небу, вспоминая последние наставления безымянной.

— На всякий случай если ты решишь попытаться найти лазейку и не выполнять мой приказ, лазейки нет. Ты не сбежишь, никому не расскажешь, не наложишь на себя руки, ты делаешь, что тебе велено, получаешь свою свободу и сказочную жизнь.

Сказочная жизнь, а за неё заплатит весь мой народ и один мерзавец.

— Хей, Кайл, — прямо у моих ног затормозила крохотная двухместная машинка, больше напоминающая откормленного жука, чем транспорт. Из окна высунулась голова Саманры Клинг, наспех обмотанная платком для маскировки. — Садись!

Стоит ли бояться её теперь, когда все окончательно полетело в бездну? Видимо, нет. Открыла дверь с пассажирской стороны и села рядом с ведущей. Ни камер, ни охраны. Где все?

Но это оказалось не самым странным, едва я закрыла дверь, как Сэм повисла у меня на шее и разразилась чудовищными рыданиями, сквозь которые я едва ли могла понять хоть одну связную фразу. По всхлипам и стонами собрала что-то в духе: Я думала, она убьёт тебя!

— Я в порядке, Саманра. — Похлопала её по дрожащей спине. Странностей всё больше.

Клинг не поверила и вжалась крепче в меня, так близко, что мне начинало казаться, что это я рыдаю, а не она.

— Что она с тобой сделала? — Сэм утёрла чёрные разводы с лица и попыталась взять контроль над прорвавшимися эмоциями.

— Ничего такого, честно. Выпили вина, поели устриц. Гадость редкостная, но говорят, влияет на либидо. Ты уж поосторожнее жмись ко мне, — неловко пошутила. Такая шутка бы больше подошла Закросу, но не скромняшке Кайлу. Саманра тоже не оценила её, хлопала ресницами, и таращилась на меня, как инквизиция на произнёсшего чудовищную ересь.

— Ты лжёшь мне, Кайл. — она качала головой.

Лгу. Но при всём желании не могу сказать правду. Ничего не могу, могу только улыбаться и заверять, что я в порядке.

— Не лгу. Смотри, я цел.

С её ресниц сорвалось ещё несколько крупных капель. Она не играет, я бы почувствовала фальшь. Это настоящее, но так не переживают за простого конкурсанта, а задавать ей вопросов не хочу. Очень уж вся эта ситуация смущает. Клинг и слёзы.

— Знаю, о чём ты думаешь. — Она вернула руки на руль. — С чего бы этой стерве проявлять такие эмоции?

— Нет, что ты!

Да, да, да и ещё раз да!

Она усмехнулась. У меня не получается так виртуозно врать, чтобы скрыть неприязнь к ней, и Сэм чувствует это.

— Ты дорог мне, Кайл. Я прямо сейчас не могу сказать тебе больше, но обещаю, что скоро всё будет хорошо. Нам просто нужно продержаться до конца.

Блеск, у меня ещё больше вопросов теперь! Она сбежать со мной хочет? Вот так неожиданный поворот.

— Я люблю твоего брата, — внезапно выпалила Сэм. — Боги, как это странно звучит, когда я вслух это говорю. Но да, чёрт возьми, я люблю Джета.

— К-к-какого ещё Джета? — вопросов меньше не стало.

— Ой, хватит уже, Ли, не ломай комедию, я всё давно знаю, ещё с первого сезона. Он ещё тогда просил приглядеть за тобой на отборе. Давай-ка съедим по мороженке, обсудим все и угостим настоящую победительницу викторины, а? У меня есть её контакты.

— Она же не окажется психопаткой? — я все ещё переваривала откровения Клинг, и перспективу породниться с ней, когда она возьмёт фамилию Лоулесс. Если она возьмёт его фамилию! Если, мать вашу. Вот так сестричка у меня будет! Как так, Джет? Как тебя угораздило?!

Чертовски многовато открытий для одного дня! И что значит приглядывала за мной? Да я тогда боялась её больше остальных участниц, вместе взятых!

— Без понятия. У меня есть только имя. Проверим на месте! Вбей пока её адрес в навигаторе.


Оказалось, что сюрприз ждал вполне себе милую Атмэ по имени Филья. Девушка держала крохотный магазинчик дизайнерских свадебных платьев, который не пользовался особой популярностью. По объективной причине. Атмэ практически полностью слепые.

— Мало кто хочет рискнуть и купить наряд у Атмэ, — смущённо оправдывалась Филья. — У нас особое восприятие цветов, и шью я больше по наитию. Я чувствую мир через ощущения, запахи и звуки. Сейчас я покажу вам.

Атмэ бесцеремонно принялась ощупывать Саманру, прикидывая размер, а после суетливо изучала модели на стендах. Платья едва ли можно было разглядеть в кромешной темноте бутика, но Филья отлично ориентировалась в своей вотчине.

— Это! Госпожа Клинг, пройдите в примерочную, я помогу вам одеться.

Сэм вдруг окончательно оробела и даже с места не двигалась.

— Смелее, ты вроде собиралась замуж за моего братца, — подтолкнула её к примерочной.

Всё ещё не могу переварить происходящее и не до конца уверена, что рада за Джета.

— Знаешь, я думала это всё будет немного не так. И для этой цели у меня уже припасены любимые джинсы. Даже бирки ещё не сняла с ним.

— Рвёшь каноны и традиции, госпожа Клинг?

— Нет, просто… Просто мне кажется, я не заслужила платье. Я много ошибок натворила в этой жизни.

— Ну тогда сделай ещё одну, — отозвалась Филья и тряхнула платьем, которое тут же заиграло едва уловимыми переливами колокольчиков, а ткань зашелестела, как луговые цветы под прикосновением ветра. Я даже запахи почувствовала. Невозможно!

Сэм зачарованно притронулась к наряду.

— Хорошо, сделаем это!

Пока они возились за ширмой, я прогуливалась между манекенами, раздумывая, а заслужила ли я платье. Столько лет дурила империю, играла в любовь на камеру, достойна ли я своей сказки и Рилтара? Я даже не знаю, где он сейчас, ни адреса, ни телефона. Заявиться к нему на работу? Вроде бы имя его начальника Хонтал, можно легко найти номер их столичного участка. Я даже потянулась к карману с мобильником, но тут же вспомнила о шприце и приказе бывшей леди Теанван. Есть вероятность, что Рилтар лично схватит меня и посадит за решётку. Что тогда я увижу в его глазах? Точно не страсть и любовь. Он будет разочарован, он не простит меня. Как ни крути, Ихтар его семья, а я… Я просто дева в беде.

Быстро вытерла слёзы, пока Атмэ не почувствовала их в воздухе.

— О, боги! Меня словно обнимает целая вселенная, — восхищённо проговорила Сэм и вышла из-за ширмы. Филья вела её к небольшому подиуму в центре магазина, а затем щёлкнула выключателем и включила подсветку.

Платье совсем не шло Сэм. Золотистое свечение никак не сочеталось с её светлыми волосами, а нежные крохотные перья на рукавах выглядели нелепо вместе с хищными острыми ногтями. Все было не так. Длина, скромный фасон. Неправильно. Неестественно. Вот только Саманра смотрелась в зеркало, и видела что-то своё. Она прижимала ладони к лицу, пряча румянец, а её глаза блестели от слёз.

— Филья… я не знаю, как ты делаешь это, но… Я… оно прекрасно.

Не стала портить момент и расстраивать Атмэ. Девушка улыбалась проделанной работе, а мы заявились именно за тем, чтобы порадовать её.

— Тебе же не понравилось, правда, Кайл? — догадалась Сэм, когда Филья понесла наряд обратно к раздетому манекену.

— Платье красивое, но тебе не идёт.

— Ты ошибаешься, — сказала Клинг без намёка на обиду. — Просто ты не попробовала взглянуть на меня глазами Фильи.

— И что бы я увидела такого? На твоей свадьбе же гости не будут состоять сплошь из Атмэ.

— А ты попробуй, — настаивала Сэм.

— Тогда ты угостишь меня после. Устриц на такое превращение мне явно будет маловато.

— Идёт, тут рядом есть семейный ресторанчик, — подмигнула Клинг, и я с тяжёлым вздохом принялась перестраивать свои глаза, слух и обоняние.

Темнота комнаты больше не давила на меня, и мир наполнился новым, ранее сокрытым от меня. Я улавливала мелодичные переливы шорохов в комнате, даже висящие на плечиках платья издавали нежные звуки, я слышала биение трёх сердец в комнате, чувствовала дыхание, тёплую кровь в венах.

Кровь. Моя кровь, кровь Саманры.

Так не бывает. Дёрнулась в своём сходящем с ума теле и едва смогла удержаться в облике Кайла. Каждая моя клеточка кричала об одном: Сэм мне не чужая! Не просто не чужая, она… она…Кто она такая, чёрт возьми?

— Мне нужно подышать, — комната поплыла перед глазами. — И я схватилась за край стола, чтобы не упасть.

— Кайл! — голос Сэм едва пробивался сквозь гул в моей голове.

Все эти годы. Все эти годы она была рядом! Я ненавидела её, боялась, мечтала встретить и не разглядела, пока она носом меня ткнула.

— Кайл…

Голос Саманры уносило всё дальше и дальше от меня, пока сознание, измученное потрясениями одного дня, не покинуло меня, спрятавшись в спасительном забытьи.


Глава 10.2

Я не знаю своих родных. Не помню отца и мать. Я сменила несколько приёмных семей прежде, чем осознала, что мной пользовались и сбежала. Единственный, кто заботился и любил меня, уголовник и мошенник по имени Джет Лоулесс. Совсем недавно мой мир был совсем крохотным, в нём были только я и мой названый брат, но всё вдруг начало стремительно меняться. Я впервые безответно влюбилась, но сразу же почувствовала горечь одиночества и предательства. Я нашла друга, такого же как я, с израненным, но прекрасным сердцем. Я полюбила его по-настоящему, захотела стать частью его мир и семьи. У меня появились друзья забавные братья Демпси, скромняшка Касти Пелс, Далиила Фолье. Я обзавелась врагами: бывшая леди Теанван, Ихтар, Райан со своими играми и интригами тоже не внушает доверия. И вот теперь я встретила родную кровь. Саманра Клинг — Валай Клао, как и я. Сомневаюсь, что это её настоящее имя и личность. Я хочу узнать её, понять, кто мы друг другу, и почему она не открылась мне раньше, когда я так сильно нуждалась в ней.

— Кайл!

Тревожится, гладит мой лоб, зовёт. Мне нужно открыть глаза, нужно вернуться в игру.

— Это правда? — первое, что шепчу ей, когда смазанное пятно принимает знакомые очертания Саманры.

Атмэ нет рядом, но я слышу её голос. Она отменяет вызов скорой, услышав, что я пришла в себя…

Сэм кивает, и слёзы срываются с её ресниц и падают мне на лицо.

— Мне духу не хватало. Я так хотела, чтобы ты сама догадалась, но чем дольше я тянула, тем сложнее было. Даже отыскать тебе в этом огромном безумном мире оказалось проще, чем рассказать правду.

— Моя сестра выходит замуж за брата, мне срочно нужно выпить, — приподнялась на локтях, попутно ощупывая себя. Ну хоть обморок не повлиял на внешность, я все ещё Кайл.

— Я за рулем, а тебе я пить не разрешаю! Ты совсем ещё ребёнок, — сквозь слёзы смеялась Сэм.

Рассмеялась и я. Боги, я начинаю терять границы моей маленькой вселенной, и сколько бы ударов вы ни готовили мне в будущем, я готова стоять до конца, лишь бы больше не потерять никого, лишь бы все, кого я встретила и кого полюбила были рядом всегда.

— Тогда наш план с мороженкой все ещё в силе. Филья, ты же с нами? — не без помощи Сэм встала на ноги.

Атмэ прислушалась, видимо, пытаясь убедиться по моему голосу и биенью сердца, в порядке ли я. Удовлетворившись моим состоянием, она кивнула.

— Я знаю прекрасное место, и там самое вкусное мороженое в империи, — предложила девушка.

Весь вечер мы слушали только её. Словно дорвавшись до живого общения, Филья рассказывала о своей работе, о мечтах стать известным модельером. Она, не стесняясь, делилась планами и хвасталась первым заказом, который ей оставили на прошлой неделе. Она не жаловалась, но дела её явно шли не очень хорошо.

— Мы могли бы дать тебе хорошую рекламу на шоу, — предложила Сэм. — Приведём к тебе Далиилу, отснимем хороший сюжет про примерку, к тебе потом толпы клиентов повалять.

Филья лишь покачала головой:

— Далиила Фолье не нуждается в моём платье сейчас. Она несчастлива и не любит никого из оставшихся конкурсантов. Моё платье станет саваном для её любви, я так не хочу. Но я бы хотела сшить наряд для Кайлин, — теперь Атмэ смотрела прямо на меня.

— Свадьба Кайлин не состоялась, — отрезала я, стараясь быть равнодушной.

— Да, но её история была единственной настоящей за все годы. Я так ждала, что они с Налтаром будут вместе, — мечтательно пропела Филья и облизала ложку с мороженым. — Она же все ещё любит Налтара?

Сэм с тревогой посмотрела на меня, но я держала чувства в узде.

— Налтар бросил её у алтаря, он отверг чувства Ли, — возразила ей, мне совсем не нравится, куда зашёл весь этот разговор.

— Жаль, а я так хотела выведать у тебя хоть что-то. Если честно я думала, что они с Налтаром решили всех обмануть. Сбежали и тайно обвенчались где-то на краю света. Растят детишек.

— И почему тебе так это важно?

— Не знаю. Ли была той, на кого хотелось быть похожей, словно она вобрала в себя всё самое чудесное, что может быть в женщине. Иногда мне даже казалось, что она чуточку Атмэ, — Филья рассмеялась в ладошку. — Приведи её ко мне, Кайл. Я сошью ей лучшее в мире платье.

— На мой взгляд, все эти отборы полный бред, а моя сестра самая обычная девушка. Ли не икона для подражания, она делает ошибки, она не такая сильная, как многим кажется, — выпалила, не подумав, но Филья продолажала снисходительно улыбаться.

— Ты не прав, Кайл. Начнём с того, что ты сам участвуешь в этом бреде, значит, что-то тебя подкупило. Вмазать Налтару по роже, или найти себя, но для всех нас это сказка, понимаешь. Вера в любовь и идеальную жизни, которой никогда не будет. Но мы же можем мечтать. Смотри, я слепая Атмэ, и я шью платья. А завтра глухой парень начнёт танцевать, парализованная девочка станет спортсменкой, бесплодная Арф’Хейл решится сделать одну сироту счастливее и наконец познает радость материнства. Нам это важно, Кайл. Без мечты трудно жить.

Напоследок Сэм сделала групповое сэлфи с нашей новой знакомой, возражений она не принимала, и тут же запостила в сеть с кучей хештегов.

Уже начало темнеть, когда мы сели в машину. Наедине с Саманрой я чувствовала себя ужасно неловко. Она понимала это и не начинала разговор первой, включила радио, чтобы отвлечься.

— Для тех, кто только что присоединился к нашему эфиру Налтар Реонван и Далиила Фолье прямо сейчас находятся на премьере новой романтической комедии. Они заняли вип ложу и готовятся к просмотру. Кто знает, чем закончится этот сеанс, — сообщил диджей.

— Я переключу, — Сэм потянулась к аудиосистеме и выбрала свой плейлист.

— Могла бы и оставить. Мне плевать, чем занят Налтар.

— Ты любила его.

— И что? Все ошибаются.

— Я понимаю, что сейчас глупо играть в заботливую сестру, и нам нужно много наверстать, но я готова выслушать тебя, если ты хочешь поговорить о Налтаре или Рилтаре.

— Для меня ты все ещё Саманра Клинг.

— А так?

Ее волосы стремительно начали темнеть, бронзовый загар поблёк, а глаза стали насыщенно голубыми. И если у меня еще оставались сомнения в том, что в наших жилах течёт одна кровь, то едва я увидела истинный облик Сэм, они тут же развеялись. Отрицать сходство с незнакомкой из зеркала я уже не могла. Этой Сэм подошло платье Атмэ, Филья всё правильно почувствовала, я была слепа.

— Я о другом хочу поговорить. Наши родители…

— Ох, ты сразу с этой темы зашла. Лучше бы мы о мальчиках поболтали, — она крепче сжала руль. — Ты носишь их фамилию. Кайлин Верани — твоё имя при рождении. Мы с Джетом все хотели тебе рассказать после того отбора, но произошедшее с Налтаром смешало все карты. Ты сбежала, а древние очень быстро взяли нас в оборот, начали готовить эту чертову реформу и новую игру.

— Сэм, — перебила её. — Где наши мама и папа сейчас?

— Мне так жаль, Ли. Я обязательно отведу тебя на их могилу.

— Как? — спросила так тихо, что едва расслышала саму себя. Я боялась услышать ответ, боялась, что их замучили и превратили в рабов, я не хотела, чтобы они страдали при жизни.

— Авария, каких сотни. Такое бывает, Ли.

— Ты помнишь их?

— Смутно, но я писала дневники и сохранила старые снимки. Я бы показала, но не ношу их с собой. Это слишком опасно, когда ты двойной агент и дуришь древних, — она невесело подмигнула.

— Почему ты не рассказала раньше.

— Мне было восемь, когда мамы и папы не стало. Тебе едва исполнилось три, и нас тут же определили в приютдля бедных. Я приглядывала за тобой, но, как и все дети Валай Клао, ты была нестабильна, а родители не хотели регистрировать нас, считали, что мы должны сами принять такое решение однажды. Со дня на день нас бы раскрыли. Я испугалась, ведь я часто слышала омерзительные истории о тех, кто мучает нас. Но как выжить на улицах с трёхлеткой на руках? Я оставила тебя, Ли. Я, правда, не знала, как поступить тогда… Я пойму, если ты никогда не простишь меня за тот трусливый поступок.

— Я прощаю, — быстро ответила, чтобы Сэм перестала терзаться. — Я знаю. Я жила на улице, но у меня был Джет. Ты поступила правильно, вдвоем мы бы погибли…

Она кивнула, а я продолжила:

— В новостях я видела репортажи о спасенных из заточения Валай Клао, — запнулась, подбирая слова. — Ты не?..

— Нет, мне повезло больше, чем им. Я была очень осторожна. Первым и единственным, кто раскусил меня, был Джет. Но от него вообще сложно что-то скрывать, — она нежно улыбнулась при мысли о моем брате.

Я в очередной раз попыталась превозмочь заклятие безымянной и предупредить Сэм, что Джету грозит опасность, и ему нужно быть на чеку как никода, но у меня не вышло. Магия бывшей леди Теанвана сковала мою волю, не давая даже шанса сделать шаок в сторону. Надеюсь, у меня есть время, чтобы придумать, как отослать брата подальше от замка Реонванов.

Саманра заметила моё состояние:

— Все будет хорошо, Ли. Ты же знаешь Джета, у него всегда есть гениальный план на любой случай. Мы выпутаемся.

Верила ей, потому что и правда прекрасно знала Джета. Он не будет сидеть и ждать чуда, он будет бороться, даже когда шансов уже не останется. Таким был каждый наш день на улице, но мы выжили. Мы здесь. Что нам кучка аристократов, когда против нас были целые банды голодных оборванцев?

— Мы еще обязательно поговорим, — пообещала сестра прежде, чем вновь принять облик Саманры Клинг.

Её крохотная машинка затормозила перед встрепенувшимся на поле вертолетом, который должен был переправить нас в замок Реонвана прямиком к вечернему эфиру, где я выполню один из первых приказов безымянной Арф'Хейл.


Глава 11

Рилтар

Давно хотел оказаться по эту сторону камер. Не для того, чтобы подглядывать за условными соперниками, скорее, я хотел начистить морду тому, кто за нами следил всё это время. Но сегодня у меня другая роль. Я под видом ассистента изучаю внутреннюю кухню отбора. Слежу за работой Джета, потому что совсем скоро мне предстоит заменить его на этому посту. В кармане телефон Ихтара, и я в любой момент, готов ответить позвонившим голосом главы дома Теанван. Надеюсь, мне хватит оставшихся дней почерпнуть мудрость Джета и натянуть на себя шкуру брата Ивнар.

— Тут всё как в стратегии. Управляешь юнитами, как в примитивной компьютерной игрушке. Мозгов у этих ребят ещё меньше, чем у ботов, делают, что скажешь без вопросов. Я сам их подбирал и дрессировал, — не без гордости поделился Лоулесс, переключаясь с одной камеры на другую. — Но о наших планах персонал не в курсе, надеяться на их адекватное поведение в случае форс-мажора не стоит. Если со мной что-то случится тебе сразу же нужно брать над ними руководство, пока не разбежались как перепуганные тараканы. — Дарни, какого дьявола у тебя камеру цветы из вазона загораживают, ну включай мозги! Готовность пять минут.

Саманра и Кайлин уже приехали. Признаюсь, я успел поволноваться за Ли, когда узнал, что она в сопровождении Клинг укатила на свидание с победительницей викторины. Но выглядели обе вполне дружелюбно. Может, успели поладить в пути? Или Сэм не смогла не влюбиться в скромняжку Верани и его забавные кудряшки. Внутренний Закрос тут же приревновал не то Ли к Саманре, не то наоборот. Улыбнулся моей безликой. За образом блондинистого мальчишки я все равно видел только её, и я бы поменялся с безмозглыми операторами лишь бы стоять сейчас там, рядом с ней, чувствовать аромат её кожи, ловить каждый вдох и выдох, смотреть и никогда не отворачиваться.

— Скоро приедут Далиила и Налтар, я хочу крупные планы лиц наших конкурсантов, нужно сделать быстрое слайд-шоу под отбивку. Давайте попробуем, начиная с Аарона Дэмпси. И-и-и-и-и хлоп хлоп хлоп, чувствуете ритм? Это прямой эфир, второй попытки не будет. Дарни, мать твою, отойди от чёртовой вазы и дай мне крупный план на Кайла. Ещё раз! Чэд, ты начинаешь непринуждённо болтать с Саманрой, спроси, как прошло свидание Верани и незнакомки, переключитесь на Кайла, покажите ту фотку со слепой дизайнершей. Кто-то пустит слезу, проникнется мечтами малышки Атмэ. Чэд, осилишь?

— Лоулесс, ты в край долбанулся, какие слёзы? — Ришес выдернул наушник и зло швырнул планшет через весь зал и чудом не зашиб Пелса. Лучше бы зашиб, гадёныш хвостом за моей дочерью таскается между эфирами, а я ничего поделать не могу, только таращусь на них из своей рубки и мечтаю испепелить парня взглядом через объективы камер.

Все были на взводе, Налтар и Далиила все ещё не прилетели, а до эфира оставались считаные секунды.

— Ну, давай, я пущу слезу, — робко предложила Саманра.

— Нет, Сэм, это не твой типаж.

— Ну, охренеть, — взвыл Ришес, которому уже вручили новый планшет и запихнули наушник обратно. — То есть реветь — это мой типаж?

— Это твои слова, не мои, — бросил в микрофон Джет Лоулесс.

Я никогда не смогу управлять этим балаганом так виртуозно, как это делает он. Тут нужны годы практики, а не пара вечерних эфиров. Это будет полный провал, когда Джета выведут из игры орги.

— Ждать уже нельзя. Начинаем эфир. Готовность на счёт пять. Дарни, скотина, я тебе скормлю этот грёбаный фикус если ты не сдвинешься в сторону.

— Это астора кустистая, господин Лоулесс, — отозвался оператор.

Джет грязно выругался и пообещал запихать пареньку в глотку эту самую астору кустистую парня вместе с его же пальцами, после он как ни в чём не бывало продолжил обратный отсчёт.

— … один… и мы в эфире, Сэм, погнали.

Едва началась трансляция, как суета и хаос резко закончились. Все были на своих местах, даже Дарни внял угрозам и передвинул стойку.

Отточенные реплики ведущих, ненаигранный влажный блеск в глазах Чэда, стервозность Саманры — все это переплеталось в гармоничную мелодию, которую выбивал из починённых безжалостный дирижёр Джет Лоулесс. Его слушались беспрекословно, точно этот Кха'Це владел словом Океана и способен был приказывать окружающим на расстоянии. Джет был повсюду: координировал операторов в зале, переговаривался со съёмочной группой на взлетно посадочной полосе, ругался с запоздавшим пилотом вертолета.

— Они на подлете. Запускаем нарезку из их свидания. Не успел посмотреть, что подготовили ребята из монтажной. Облажаются, оболью их кислотой, — процедил Кха'Це. Я не сомневался, он так и сделает. Этот дьявол заставил дракона и властителя теней похитить главу второго по значимости и силе дома Арф'Хейлов.

Экран в главном зале ожил и явил глазам конкурсантов искусно смонтированный видеоклип, какие часто заказывают новобрачные для показа на торжестве. Вот счастливая пара Налтар и Далиила кормят лебедей в императорском парке, куда не пускают простых смертных. Вот они ужинают на телебашне, посещают детский приют, который курирует дом Реонванов, дарят подарки розовощёким сироткам, среди которых ни одного Кха’Це или редгана. Фестиваль лицемерия и показухи. По лицу Дали и Налтара вижу, что им обоим это претит, но зрителям нужно прикоснуться к доброму и прекрасному в эти непростые времена.

Картинки меняются одна за другой, демонстрируют империи идеальную парочку, и я уже не слежу за ними, я наблюдаю за Ли. Она прижимает руки к груди. Там бьётся её непонимающее сердце. Вернулись ли к ней воспоминания о Налтаре, я понятия не имею. Но те чувства нельзя вычеркнуть магией, нельзя стереть их даже временем. Мне ли не знать. Я страдаю вместе с ней, а когда на экран выводят страстный поцелуй Дали и Налтара, едва могу усидеть на месте. Руки чешутся схватить Джета, выбить из него, чей жестокий сценарий сейчас мы лицезреем, но он также шокирован, отчаянно даёт указания операторам, пытается запустить рекламный блок, лишь бы прервать трансляцию, потому что одна израненная безликая больше не контролирует себя. Тугие кудряшки Кайла распрямляются, устремляются мягкой волной ниже плеч. Фигурка становится тоньше, ниже, одежда висит мешком. Длинные рукава полностью скрывают ладони Ли, а она вытирает ими настоящие слёзы с лица, которое знакомо всей империи.

Всем вокруг уже плевать в поцелуй принцессы, операторы послушно выполняют изначальный приказ Джета, наводятся на шокированные лица участников, и вот уже весь мир знает секрет моей безликой. Ей больше не сбежать и не спрятаться.

Этот сезон и выпуск обещают стать самыми рейтинговыми в истории, а цена рекламных блоков взлетит до небес.

Джет в ужасе хватается за голову, его детище окончательно вышло из-под контроля, и лезшая в объектив астора кустистая теперь не кажется такой уж проблемой.

Рекламу на канале всё не дают, а немая сцена повисает ровно до того момента, как двери залы не открываются. Кайлин вздрагивает и устремляет заплаканный взгляд к вошедшим. Налтару хватает секунды, чтобы заметить застывшее изображение его недетского поцелуя с Дали, а затем увидеть метаморфозу Кайла Верани.

Эфир прерывается на его полном отчаяния и безумной надежды выдохе:

— Ли…

Поздно. Уже слишком поздно.

Только сегодня, только в магазинах сети Пайоль два консилера по цене одного. Не позволь всем увидеть следы твоих слёз и бессонных ночей. Просто нанеси его на своё личико, и твои тайны и печали навсегда останутся при тебе.


Глава 11.2

Рилтар

Телефон Ихтара настойчиво завибрировал в кармане. Джет кивнул мне, и я ответил на вызов:

— Лорд Теанван, пора. Полиция уже выехала к замку Реонванов, постарайтесь не опаздывать, это должно быть во всех новостях.

— Выезжаю, — ответил голосом Ихтара.

— У нас мало времени, — суетился Джет. Он набрасывал для меня в блокноте последние рекомендации, пока эфир растягивался гигантскими рекламными роликами.

— Что будет с Кайлин теперь? — я спросил Кха’це, наблюдая за паникой в зале. Всем было плевать на появление Налтара, конкурсанты смотрели только на Ли, которая даже не пыталась поправить сползающую с плеча рубашку.

— Все будет хорошо, если ты останешься здесь, — Джет снова вернулся к управлению своей махиной.

К безликой подбежала Сэм. Быстро поправила воротник и крепко обняла. Понятия не имею, что случилось между этими двумя, но кажется их вылазка в город пошла обеим на пользу.

— Тридцать секунд до эфира. Начинаем, где закончили.


— Мне надо в туалет, Джет, — разнылась Саманра, и Кха'це закатил глаза.

— Это твой самый дорогой поход по нужде, Клинг! Чэд, ты один. Камеры на тебя, быстро перескажи события, которые были до рекламы.

Сэм уже выбежала из зала, и камеры в коридорах показывали, что направляется она вовсе в сторону туалетов, Клинг неслась к нам, на ходу размазывая тушь по щекам.

Она ворвалась в рубку, когда Ришес уже вовсю в красках описывал вновь подключившимся превращение Ли. Ее уже успели немного привести в порядок, налетевшие стилисты поправили прическу, убрали красноту с лица, но не стали трогать слёзы.

— Уходи. Катер уже ждёт тебя на причале, — задыхаясь, умоляла Сэм. Она вцепилась в край двери и с трудом стояла на ногах. — Беги, Джет! Ты ещё успеешь.

— Не могу, — отрезал он.

— Тебе конец, — она рыдала и даже не пыталась утереть слезы.

— Знаю. Все шло к этому, — невесело улыбнулся Кха'це и строго добавил: — Вернись в студию, это странно выглядит.

— Не могу. Я так больше не могу!..

— Скоро приедет Ихтар.

От этот имени Саманра зашипела кошкой.

— Выдыхай милая. Это наш Ихтар Теанван, — Джет кивнул в мою сторону, и в подтверждение его слов я изменил цвет глаз.

Клинг шмыгнула носом:

— В последние дни я встречаю слишком много Валай Клао. Не налажай, безликий, или сядешь до конца своих дней.

— Как ты разговариваешь с главой дома Теанван? — обрушил на неё мощь моего слова, и Сэм повела плечами, а затем перевела взгляд на Джета.

— А он хорош. Хотя его Сциа'Тхан мне нравился больше. Рада видеть тебя в новом обличьи, Закрос. Когда скажешь Ли, что ты здесь?

— Ей нельзя знать о нём, за Крошкой следит вся Империя. Чем меньше на неё давит груз секретов, тем лучше, — возразил Джет. — Как только мы соберём достаточно информации на организаторов, мы расскажем всему миру о тёмных делишках древних, а пока…

— Шоу должно продолжаться, — закончила за него Сэм и вытерла слёзы.


Глава 12

Ли

— Выбери удачный момент и покажи всем, кто ты на самом деле, — напутствовала безымянная, отправляя в рот очередную устрицу, которая тут же издала жалобный предсмертный писк на зубах древней.

— Тогда я попаду за решетку, а оттуда не смогу убить Ихтара Теанвана, — на какое-то мгновение я испытала облегчение. Я не стану убийцей. Тюрьма не самый страшный исход для меня. Другие Валай Клао страдали куда больше.

— Сможешь, мой бывший супруг уже подготовил почву для твоего триумфального превращения в Кайлин Верани, а себе он этим вырыл могилу.

Я очень жду вечерний эфир, не разочаруй меня.

Я думала, мне будет трудно разоблачиться на глазах тысяч и тысяч зрителей. Казалось, превращение будет долгим и мучительным, но я недооценили своё сердце и старые чувства к Налтару. Едва я увидела его с другой, как боль и обиды прорвали незримую плотину и обрушились на меня, подталкивая к краю.

И я спрыгнула в эту пропасть. Вновь стала Кайлин Верани, девушкой, чей образ принес мне столько страданий и зыбкого счастья. Безымянная не приказывала мне плакать, этого не было в сценарии Джета. Слезы сами катились по щекам, являя всей Империи слабость бывшей финалистки. Но мне было плевать на мир, лишь одному мужчине я не хотела показать себя такой. Рилтару Теанвану. Но его нет рядом, и я не смогу объясниться, не смогу рассказать о своих настоящих чувствах, о том что запуталась, о том, как мне плохо сейчас.

Но вместе с болью я испытала и облегчение. Я больше не играю и не лгу. Вот она я: безликая и бесправная преступница.

Никто кроме Сэм не двигался с места. Она подоспела ко мне, лишь бы Империя не увидела ещё больше. Рубашка и так едва держалась на плечах, а тонкая полупрозрачная ткань не оставляла даже простора для воображения. В кромешной тишине я слышала указания Джета, раздающиеся в наушниках сестры. Он бы спокоен, продолжал игру; как если бы ничего не случилось.

Но хуже всего было чувствовать на себя взгляд Налтара, первого, кого я полюбила. Единственного мужчину, с которым я провела ночь. Он уже не держал Дали, его руки сжались в кулаки, когда он перевёл взгляд с экрана на меня. Чего же ты злишься теперь? Не ты ли совсем недавно целовал принцессу так страстно? Работал на камеру? Меня хотел унизить в очередной раз? Так вот любуйся, у тебя получилось, мне не всё равно, мне всё так же больно.

— Ли…

Эхом в сердце его полустон. Замолчи. Не смей произносить моё имя так, словно ты что-то чувствуешь. Не смей будить в моём сердце надежду, когда я решила начать новую жизнь. Отвернись.

Но он смотрит, и в его взгляде печали хватит утопить нас обоих. Тебе жаль меня, Налтар? А я ведь на самом деле жалкая, не только шантаж привёл меня сюда. Я солгу, если скажу, что не искала ответы, что не хотела узнать, почему все закончилось фразой: Ты не подходишь!

Не слушаю Чэда Ришеса, которые окончательно сбился и несёт какой-то бред про безумную любовь не знающую преград. Безумная — это, видимо, обо мне. Ведь, именно такой я предстала перед зрителями. Отчаянная девушка, доведённая безответной любовью до глупого поступка. Эй, смотрите! Эта чокнутая превратилась в парня, чтобы достучаться до Налтара Реонвана.

Снова слёзы подступают к глазам. В этот раз они злые. Не хочется быть посмешищем, но завтра таблоиды не оставят мне шанса. Любовь Кайлин Верани опошлят, а моё имя станет нарицательным.

— Думаю, нашей Кайли стоит привести себя в порядок, — мурлычет вернувшаяся Саманра.

Гнусавит, словно сама ревела только что, но тоже пытается играть до конца, вручает моё дрожащее тело стилистами, которые уводят меня в темный коридор.

Дышу, пока никто не смотрит. Тру лицо пиджаком Кайла.

— Ты поосторожнее, — мягко убирает мою руку девочка-стилист. — Кожа опять будет красная, ни одним консилером уже не исправим.

— А он мне нужен? — истерично смеюсь, пугая их своим смехом. — Я могу себе рыбью чешую сделать прямо сейчас, думаете с простым раздражением на коже не справлюсь?

Нарочно покрываюсь жесткими чешуйками.

Стилисты растерянно переглядываются, слушают чьи-то указания в наушниках.

— Ох, прости меня, Джет, — срываюсь на злой крик. — Прости, что я слетела с катушек!

— Господин, Лоулесс хочет с вами поговорить, — тихо пискнула одна из моих похитительниц и протянула наушник.

— Хэй, Крошка, ты же помнишь, что я люблю тебя? — без какого-то либо заискивания говорит брат

— Я облажалась, Джет.

— Нет, крошка. Облажался я, ты иначе просто не могла.

— Что будет дальше? Тюрьма? Принудительная регистрация?

— Всё будет хорошо, слышишь? Будь собой, прятаться и играть больше не надо. Твоё сердце только твоё, милая. Просто пройди этот отбор до конца, покажи всем, чего стоят Валай Клао, и что вами нельзя манипулировать.

Можно, братец, можно. Я уже марионетка в новой и более жестокой игре. Наши шалости тут рядом не стояли.

Делаю вид, что его слова успокоили меня. Заверяю, что не обижу его помощниц и не покроюсь колючками, пока они накладывают мне макияж. Натужно смеёмся с братом, а девочки нервно переглядываются.

Когда меня наконец сажают в кресло, кожа и без их помощи выглядит идеально. Аристократическая бледность, легкий румянец, блестящие голубые глаза с ледяным блеском, длинные пушистые ресницы. Почти как чистокровная Арф’Хейл, только волосы сияют золотом.

Не сопротивляюсь, когда с меня начинают стягивать рубашку и брюки. Послушно влезаю в женское бельё, колготки и подвенечное платье. На запястье застёгивается тяжёлый браслет с кучей подвесок. Империи нужна куколка-невеста этим вечером.

Кайлин Верани грациозно вышагивает по коридору. Кайлин Верани уже нечего бояться.

— Кайлин Верани! — кричит Чэд Ришес, когда я возвращаюсь в зал уже в новом обличии.

Я чувствую на себя изумленные взгляды близнецов, Имерида хмурится, явно не оценив мою метаморфозу, Райн с Кендраком остаются равнодушными, Касти зачем-то показывает мне большой палец, Дали дёргает себя за рукав мешковатой толстовки. Не переживай, принцесса, ты-то как раз настоящая, это я фальшивка пришла воровать у тебя внимание зрителей.

А Налтар… Хах. А на него я даже не смотрю.

— Только взгляни на себя, — восклицает Ришес и пошло присвистывает. — А, ведь, я подозревал что-то такое в тебе. Аж отлегло, что девчонка.

— Правда? — кокетничаю с ним, кручусь, демонстрируя идеальный покрой своего белоснежного наряда, проигрываю подвесками на тяжёлом браслете.

— Да, чёрт возьми! Когда в присутствии парня, у тебя начинает шевелиться в штанах, это стрёмно, Ли. Клянусь, я уже начал думать о страшном! Фуф!.

Он вытер со лба пот.

— То есть при виде Закроса ты не хотел поменять команду, Чэд, а вот Кайл вскружил твою седую голову? — хохотнула Сэм.

— Да, Кайл всех вокруг себя собрал. Закрос, Налтар, братья Дэмпси, ты только глянь на них, Клинг. Эй, малышня, это женщина не из вашей лиги.

— Уверен, дедуля? — ухмыльнулся Аарон.

— Два молодых и горячих бьют одного прокуренного старпёра, — Эарон дал пять близнецу. — Как, думаешь, Аарон, а если мы вдвоём пригласим Ли на свидание, сколько у нас шансов завоевать её сердце?

— Думаю, в два раза больше, — смеялся второй Дэмпси.

— Мальчики, а вы не путаете отборы? В этом сезоне вы сражаетесь за сердце Далиилы Фолье, — погрозила пальцем Саманра.

— А мы голосуем за включение в отбор второй принцессы! — хором предложили братья.

— Боюсь, огорчить вас ребятки, но свидания с Кайлин у вас не будет, — Чэд, как-то невесело закончил спор близнецов, и нас в этот же миг со всех сторон окружил оглушительный рёв сирен, а усиленный громкоговорителем голос перекрикивал стрекот вертолёта.

— Кайлин Верани!

Такой меня и запомнит Империя, прежде чем наручники сомкнуться на запястьях. Ну хоть уйду красиво.

Тряхнула идеальной причёской и быстрой походкой двинулась к Налтару. Да, он спас мне жизнь. Да, он чёртов неприкосновенный древний. Да, я любила его. Да, это тоже проявление слабости, но мне это нужно сейчас. Отвесила ему звонкую пощёчину, так что боль по ладони разбежалась покалыванием сотен игл, а браслет мелодично стукнулся подвесками. Лорд Реонван не закрыл глаза и даже не пытался увернуться, словно ждал и хотел этого сам.

— Немедленно опустите, Кайлин Верани, или мы вынуждены будем применить силу к тем, кто насильно удерживает незарегистрированную Валай Клао. У вас пять минут, и мы начинаем штурм!


Глава 12.2

Ли

Не стала заставлять полицию ждать. Обвела на прощание взглядом всех, кто за последний месяц стал мне дорог. Даже Райан с его постоянными интригами уже не вызывал в сердце гнева. Меня накрыло какое-то опустошающее смирение. Вот только ноги идти не хотели, руку жгло после удара, а глаза вновь вспомнили о слезах.

Очень длинный коридор и слишком высокие каблуки. Я все шла и шла, а стрекот вертолета становился громче. Люди переговаривались по рациям, мигалки отбрасывали яркий свет. Все так киношно и нереально, как последние семь лет моей жизни. Даже дождь начался словно по заказу, капли отскакивали от униформы офицеров, подсвечивались тусклыми фарами патрульных машин.

Репортёры в прозрачных дождевиках уже направили в мою сторону микрофоны. Шоу всё не заканчивается.

Я медленно прижала ладонь ко лбу, когда прожектор вертолета поймал меня в круг света.

Роптание стало громче.

— Жива.

— Это она!

— Одеяло!

— Кайлин, это Кайлин!

— Носилки, быстро!

За оцеплением началась возня, микрофоны превратились в угрожающий частокол:

— Кайлин, пару слов…

— Госпожа Верани, вы не…

— Покажите ваш истинный облик, Кайлин!

Мне на плечи зачем-то водрузили одеяло, и чьи-то сильные руки стиснули меня в объятьях.

— Кайлин Верани в порядке, — сообщил всем присутствующим властный голос держащего меня мужчины.

Погодите…

— Её немедленно доставят в больницу, окажут необходимую помощь. Виновники в ее похищении будут наказаны.

Погодите! Больница? Виновники?

О боги! Я не преступница! Для них я жертва. А если есть жертва, то обязательно найдут, козла отпущения.

— Джет! — я кричала на пределе сил, рвалась обратно к замку. Я должна предупредить брата, он ещё сможет сбежать.

Все эти репортажи, нарочитое очернение Кха’Це, популяризация образа Кайлин, сочувствие к безликим, да моего брата разорвёт на части разъярённая толпа, если его не посадят.

— Всё хорошо, он больше не навредит тебе, — успокаивал меня вкрадчивый голос с такими знакомыми нотками моря.

— Нет!

Скинула с головы одеяло и посмотрела на “спасителя”. Древний! Я похолодела от ужаса и в очередной раз попыталась его оттолкнуть. Потрясения последних часов и недавнее превращение совсем не оставили мне сил. Арф’Хейл без труда помешал моему несостоявшемуся побегу и рассеянно улыбнулся камерам.

— У неё стресс. Тише, моя хорошая, мы увезём тебя в безопасное место, где никто тебя больше не обидит, а мерзавец Лоулесс не доберётся до тебя. Ты свободна.

— Он мой брат. Он не сделал ничего плохого.

— Тише, тише, — древний не прибегал к магии, ему это было не нужно, потому что подоспевшие врачи уже вкололи мне что-то, от чего тело мгновенно обмякло.

Арф’Хейл поднял меня на руки под щелчки и вспышки фотоаппаратов, а затем осторожно переложил на носилки. Медики суетились вокруг меня, приладили капельницу, напялили кислородную маску.

Драма, слишком много драмы.

— Именем семьи, Теанван, приказываю всем разойтись. Госпоже Кайлин Верани нужна срочная медицинская помощь и покой. На все ваши вопросы об этой многолетней операции по поиску пропавшей двадцать лет назад Валай Клао я расскажу вам на брифинге через полтора часа, когда буду уверен, что жизни моей подопечной ничто не угрожает.

Теанван… Вяло соображало моё засыпающее сознание. Меня вкатили в вертолёт, а я всё цеплялась взглядом за расплывающиеся лица, видела, как кому-то грубо заломили руки и вели к одной из патрульных машин.

— Джет Лоулесс, — в унисон протянула толпа журналистов.

— Зачем вы похитили маленькую девочку двадцать лет?

— Вы совершали в отношении Кайлин действия сексуального характера?

— Вы принуждали её к совершению преступлений?

Нет!.. Он мой брат. Он не делал ничего такого. Пожалуйста, отпустите его!

Меня никто не слышал, последним на борт поднялся Лорд Теанван, поправил мокрые седые волосы для прощального эффектного фото и помахал толпе, перед тем, как вертолёт оторвался от земли.

Я убью его. Я точно убью его за эту театральщину и унизительный арест Джета.

— Убью, тебя — прошептала Ихтару, превозмогая действия медикаментов.

Мои кулаки беспомощно разжались.

Клянусь, сквозь пелену, вызванную препаратами, всего на миг мне почудилось прикосновение моего Рилтара, что он взял меня за руку и попросил прощение.

Тебе не за что извиняться, Рил. Ты ничего мне не должен, ничем не обязан…У тебя своя жизнь, я не обижусь, если ты захочешь держаться подальше от всего этого, особенно теперь.

Глава 12.3

Неожиданный поворот приобрела история почти двадцатилетней давности. Напомним, что из семьи двух зарегистрированных законопослушных Валай Клао был похищен малолетний ребёнок. Поиски были осложнены тем, что девочку принуждали постоянно менять облики.


Ложь… Меня никто не похищал. Мои родители погибли. Так сказала Саманра. Я же могу верить Саманре, в её жилах течёт моя кровь. Мы же сестры?..


Виновником оказался Джет Лоулесс, всеми известный создатель и распорядитель популярнейшего в Империи Шоу, на котором одинокие сердце находят себе пару. Следователям удалось частично восстановить хронологию событий предшествующую насильному участию Кайлин Верани в отборах на протяжении последних семи лет. Девушка ещё находится в клинике имени Святого Локтара Теанвана под присмотром врачей. Она истощена и нуждается в помощи специалистов. Она искренне считала и считает Джета Лоулесса другом. У этого синдрома есть особое название…


Клиника Локтара Теанвана? Кто-то из Арф’Хейлов был причислен к лику святых? Меня всю затрясло от внутренного смеха. О, да. Как это умно, выставить меня чокнутой в новостях. Теперь моим словам нет доверия. Всё, что я скажу извратят и обернут против брата.


По словам очевидцев. Кайлин, или Фейт Ноберта, имя, данное ей при рождении, отказывается считать Джета Лоулесса преступником. Это распространённый случай, когда жертвы похищений привязываются к похитителю, оправдывая его злодеяния.


И только что мы получили подтверждение, что анализ крови Кайлин Верани полностью совпал с образцами, предоставленными семьёй Ноберта. После стольких лет безутешная семья сможет воссоединиться со своим потерянным ребёнком.


А теперь о грядущей отмене последнего сезона печально известного Отбора…


Кто-то выключил телевизор и навис надо мной тяжёлой тенью. От мерзавца тянуло тухлой рыбой и водорослями. Именно с этим запахом я начала ассоциировать Ихтара Теанвана в своем воображении.


— Интересно, а причислят ли вас, господин Теанван, к божественному пантеону после всего, что вы сделали для моего народа?


Слова давались мне с трудом, видимо, успокоительное ещё не вышло из крови. Я даже не понимаю, хочу ли в туалет, ко мне присоединили катетер. Ублюдки. Ни черта не чувствую.


— Я слышу в твоем голосе сарказм, а не благодарность, Фейт.

— Я Кайлин! — дёрнула рукой, и иглу капельницы вырвало из руки, забрызгав чистую простынь. — Чем вы меня пичкаете?

— Витамины. Твой организм сильно истощен, и полное восстановление займёт месяцы. Постоянные значительные трансформации вредны, — участливо заметил Ихтар и нажал на кнопку вызова врача.

Подоспевшая медсестра принесла новый пухлый пакет с медикаментами.

— Я не хочу, — прижала всё ещё кровоточащую руку к груди.

Ихтар сделал девушке знак и она вышла из палаты, оставив у меня в ногах свежие салфетки и пластыри.

— Значит, так… — он сделал над собой усилие, чтобы оставаться вежливым. — Кайлин, я не желаю тебе зла.

Он снял пиджак и принялся закатывать рукава своей белоснежной рубашки. Взял салфетки и протянул мне раскрытую ладонь.

— Позволь? Тут нет камер. В стенах больницы моей семьи нет места шоу.

— Тогда зачем, вы притащили меня сюда? Ради чего?

Он больно схватил меня за запястье и оторвал мою руку от груди. Салфетка тут же напиталась кровью, а Ихтар слишком долго гладил мою бледную кожу, которая под светом больничных ламп, казалась даже бледнее его. Он осторожно наклеил пластырь и заглянул мне в глаза.

Слепота! Я зажмурилась быстро перестраивая своё зрение, чтобы не попасть под тлетворное влияние Арф’Хейла, но не смогла. Удивленно хлопала ресницами, всё ещё видя перед собой древнего и больничную палату.

— Что вы со мной сделали?

— Какой-то время ты не сможешь меня облик. Это не навсегда, лишь на время твоего восстановления.

Подцепила прядь свои волос и поднесла к глазам. Черная. Нет, нет, нет.

— Так нельзя! Только Ему можно видеть меня такой! Это его безликая, я его безликая!

Кричала на Ихтара, размазывая по щекам слёзы.

— Ему? Ты говоришь о Налтаре? Он знал, кто ты такая на самом деле?

Насторожено спросил древний.

Налтар знал, что я Валай Клао, но вряд ли мне стоит говорит об этом вслух. Как бы я не злилась на Лорда Реонвана, но это поставит и его под удар.

— Налтар не знал об этом.

Я не лгала. Такой он меня никогда не видел и не увидит. Эта девушка принадлежит Рилтару.

— О ком тогда речь? — не терял интереса кузен Налтара.

— Ни о ком. Мало ли, что несёт эта безумная?

Он лишь хмыкнул и заботливо поправил меня одеяло, явно не собираясь уходить.

— Что будет с Джетом?

— Сложно сказать, — уклончиво ответил Ихтар. — Полиция все ещё ведёт допросы всех нынешних и бывших участников отборов, восстанавливают и анализируют события. Вспоминают, как вели себя твои персонажи, выглядели ли ты угнетённой. Это громкое дело, Ли.

— Я не была угнетённой!

— Но ты сбежала от Джета в конечном счете, — подловил меня древний. — Все знают эту историю.

— Я не от брата сбежала. Я…

Что сказать? Мне сделали больно, я страдала. Да, это Джет придумал мне роль, но он не заставлял влюбляться в Налтара и не заставлял спать с ним.

— В любом случае, — Лорд Теанван расценил мою заминку по-своему. — Будет суд присяжных. Джету предоставят адвоката. А там посмотрим: пожизненное, казнь, каторжные работы. Тут надо смотреть преступления за все годы. Джет рецидивист со стажем.

— Казнь? Присяжные? — я готова была рвать на себе волосы от ужаса. Присяжными могли стать только официальные граждане империи, имеющие особый статус и твёрдое финансовое положение, а все они смотрят телек, они не голодали, для них Джет — сволочь и мразь, похищающая младенцев из колыбели.

— Все в рамках закона, — невинно улыбался Ихтар.

— Послушайте… господин Теанван, — слова давались с другом, я буквально давилась ими. — Мой брат… Он далеко не ангел, но не заслужил такого суда. Умоляю, дайте шанс спасти его!

— Я подумаю, — он мерзко облизал губы и оценивающе окинул меня взглядом. — На что ты готова пойти ради его спасения?

На что угодно, ответила бы я, если бы мне не было так страшно и гадко, но Ихтар не ждал моего ответа. Его рука легла мне на шею, большой палец погладил дрожащие вены, а потом ладонь опустилась ниже, к завязкам на больничной робе. И без того хлипкий узел легко распустился.

Не дышала. Не двигалась.

— Разденься, — мягко сказал Ихтар, не прибегая к магии Арф’Хейлов.

Посмотрела на открытую дверь в палату, мечтая, чтобы кто-то пришёл и спас меня.

Древний проследил за моим взглядом и с пониманием предложил:

— Смущает? Я закрою.

Щелчок замка отсёк от меня весь оставшийся мир и надежду.

Дрожа от ужаса и невыплаканных слёз, я стянула сначала один рукав, потом второй.

— Убери волосы. Мешает.

Откинула их назад, не в силах заглянуть в глаза Арф’Хейлу от стыда и унижения.

— Скажи мне, Ли, если я попрошу тебя о большем ради Джета. Скажем, отдаться мне прямо здесь на этой койке. Ты сделаешь?

Молчала. Разве, ему не очевиден мой ответ?

— Говори!

Кивнула, перебаривая отвращение уже к самой себе, а не к Ихтару.

— Говори вслух! Скажи.

— Да.

— Полностью. Скажи, я бы переспала с Ихтаром Теанваном, чтобы спасти Джета Лоулесса.

Повторила слово в слово, умоляя небо, чтобы все это так и осталось в сослагательном наклонении, чтобы древний не посмел воспользоваться моим положением.

— Видишь, что он сделал с тобой, Ли. Суда ещё не было. Лоулесс просто находится под следствием, и тебе ли не знать, как газетчики раздувают новости, придумывая сенсации, как та, о якобы твоих настоящих родителях. Твоя слепая покорность ничем не отличается от покорности тех Валай Клао, кого выпустили из заточения. Это так просто, Ли, плыть по течению, качнуться по ветру, не выбирать, согласиться, чтобы выбирали за тебя. Еда, внешность, пара. Что в тебе настоящего? Где кончается образ, созданный Джетом, а начинаешься ты?

Я не знаю, но Рилтар знал, но он ушёл.

— Подумай об этом, безликая, и реши на чьей ты стороне.

— Предлагаешь выбрать тебя?

— Предлагаю трезво посмотреть на своё окружение и не жить в иллюзиях. Что мешало Джету обратиться к властям за помощью, когда он нашёл на улице голодного и измученного ребёнка?

— Он боялся, что меня вернут к прежней приёмной семье, которая мучила меня. Кто бы поверил нам? Уголовник и маленькая девочка.

— А он пытался, Ли? Хоть раз? Или иметь под рукой маленькую Валай Клао ему тоже было выгодно. Как часто ты ломала свои детские косточки, просовывая руку между прутьев решеток магазинов, отключая сигнализацию? Просто поразмышляй об этом на досуге и оденься, пожалуйста. Я не собираюсь принуждать тебя, я не Джет Лоулесс, хотя силы и власти у меня куда больше.

Он ушёл. Оставил меня один на один с гнетущими мыслями. Картинки моего детства больше не казались мне такими милыми и добрыми, а собственная жизнь в итоге превратилась в трагикомедию. Я, ведь, на самом деле чуть не сделала это с Ихтаром Теанваном, даже не будучи уверена, что он поможет.

Подняла над собой руку, вспоминая те самые переломы, как я вытягивала мышцы, кожу, кости. Как долго не могла вернуть форму руками, как в конечно счете потеряла и забыла себя настоящую.

Я долго смотрела на свою бледную нездоровую кожу со вспухшими темными венами.

Вызвала медсестру и попросила вернуть капельницу на место. Как приятно принимать решения самой.

Глава 12.4

Меня никто не держал взаперти. Никто не охотился и не покушался. В клинике Святого Локтара я впервые почувствовала свободу. Мной не помыкали, не манипулировали, не стирали память, насколько мне известно. У меня появилось время побыть один на один с незнакомкой, носящей мои ботинки, и пока эта девушка совсем не нравилась мне. Она оказалась слабой, внушаемой и лишённой даже намёка на гордость. Глядя на себя в зеркало, я подолгу пыталась отыскать в себе то, за что меня полюбил Рилтар, и любил ли он меня вообще?

В Империи не знали о настоящей мне, потому даже случайные журналисты, приходившие взять интервью у Ихтара, не обращали на меня никакого внимания. Персонал, работающий на семью Теанван, не болтал лишнего, а подкупить их ни у кого бы не хватило денег. И без того искушённые щедрым жалованием и благосклонностью Дома, они были безгранично преданы своему Лорду.

С каждым днём, проведённым здесь, я, к своему удивлению, всё больше убеждалась, что Ихтар не самый плохой представитель древних. В его клинике проходили лечение не только аристократы, но и малоимущие, и для всех были одинаково комфортные условия. Я честно искала подвох во всем этом, но счастливые слёзы исцелившихся не давали мне усомниться: тут правда помогают абсолютно всем. Даже потерявшие надежду не заканчивали свои дни в забытыми всеми Богами хосписе. С ними были рядом, им облегчали уход.

Я таскалась с процедуры на процедуру, зависала в комнате отдыха или больничной столовой, где кормили не хуже, чем в ресторане. За мной никто не следил, и даже камеры в коридорах казались простой формальностью, а не попыткой влезть в чью-то личную жизнь.

Первый тревожный звоночек я почувствовала лишь на третий день моей добровольно-принудительной реабилитации, когда увидела кордон из вооружённых охранников у кпп. Долго изучала рослых мужчин с автоматами, прикидывая, выпустят ли они меня или изрешетят. Или то, и другое разом.

— Они здесь для вашей безопасности, Ли, не пускают в клинику незваных гостей, — Ихтар застал меня врасплох, когда я украдкой выглядывала на улицу из-за каменного вазона.

С той самой сцены в моей палате мы не общались, и неловкость в его присутствии вернулась в пятикратном объеме.

— То есть, если я захочу выписаться, я могу сделать это в любое время? — На всякий случай отошла на пару шагов от Арф’Хейла, потому что он стоял так близко, что я могла улавливать не только его парфюм, но и приятный запах кожи. И да, больше в моём воображение он не вонял тухлой рыбой.

— Разумеется, мы никого не держим в больнице насильно, ну кроме пациентов из, — он понизил голос. — Ну вы понимаете.

— Психиатрического?

— К сожалению, они опасны не только для себя, но и для окружающих. Но у нас хорошая статистика по исцелениям даже от тяжёлых душевных недугов, могу провести для вас экскурсию. — По галантно подставил мне свой локоть.

— Я, пожалуй, сама.

Он улыбнулся одними глазами и убрал руку в карман.

— Клиника у нас молодая. Ей не больше десяти лет. Это было что-то вроде завещания моей сестры. Название тоже придумала она. Святой Локтар…

— …слышал море и словом своим мог заставлять людей самоисцеляться, — закончила за Лорда Теанвана.

— А вы весьма начитаны, — похвалил древний.

Хмыкнула.

— История основания клиники написана на памятной доске перед фонтаном, не надо быть высокообразованной леди, чтобы прочитать её.

— Чёрт, — неожиданно ругнулся древний, а затем так знакомо рассмеялся и взъерошил седые волосы, что моё сердце застучало быстрее.

Я схожу с ума? Вижу в этом мужчине другого Теанвана. Но Рил не стал бы лгать мне и прятаться под личиной Ихтара. Зачем ему это?

Тряхнула головой, прогоняя непрошеное сравнение. Он непохож на Рила. Это все тоска не даёт мне покоя.

— Тут почти нет Арф’Хейлов, они лечатся где-то в другом месте?

— Арф’Хейлов в принципе осталось немного. Но болеем мы нечасто, но если нас настигает недуг, то медицина бессильна, — они понизил голос.

— Так случилось с вашей сестрой?

— Да. Её смерть толкнула меня на создание этого учреждения. Она мечтала об этом. Я хотел назвать больницу в её честь, но не смог. Слишком болезненное напоминание.

— Но у вас всё ещё есть Ирри и Рилтар, — на последнем имени затаила дыхание, как же мне хотелось услышать хоть что-то о нём.

— Рилтар прячет от меня свою дочь, боится моего тлетворного влияния, — возразил древний.

— А вы его оказываете на неё?

Он всерьёз призадумался и выглядел весьма сосредоточенным:

— Я уже и сам не знаю и ничего не понимаю, Ли.

Молчали перед дверьми в психиатрическое отделение. Не самая увлекательная прогулка.

— Кстати, — он похлопал себя по нагрудному карману пиджака и вытащил телефон. — Я выступил с опровержением относительно Фейт и всей этой ерунды про твою якобы настоящую семью.

Он запустил запись с очередного брифинга, где именем своей семьи обещал наказать сми за распространение заведомо ложных новостей.

— Спасибо. Значит, они не мои родители?

— Расстроена?

— Я уже сама не знаю и ничего не понимаю, — процитировала Лорда Теанвана, и он тепло улыбнулся в ответ.

Не может законченный мерзавец, каким его выставляла моя безымянная нанимательница так улыбаться. Он должен быть жестоким негодяем достойным смерти, но я совсем не хочу его убивать.

— Ладно, смелее, — подбадривал Ихтар. — Я хочу кое с кем тебя познакомить. Они не кусаются и будут очень рады тебя увидеть.

Он толкнул дверь отделения и пропустил меня вперёд.

Глава 13

Рил

Как же я рад засадить Джета за решётку. С каким упоением я передавал ублюдка Хонталу. Но Кха’Це сам все понимал, не сопротивлялся, видимо, сохранил остатки совести и хоть раз поступил правильно, взял вину на себя, чтобы Кайлин не отправилась следом.

У Ли никогда не было детства, она не ходила в обычную школу, не испытывала радостей студенчества, подростковой влюблённости, заботы родных. Кто-то скажет, что несправедливо обвинять во всем только Джета, он опекал девочку, помог выжить на улице. Но так эту историю видит только Кайлин. А на самом деле?

Единственное, о чем меня попросил Лоулесс перед арестом — не рассказывать Ли всю правду. Это своего рода гарант, что и сам Джет будет молчать обо мне.

История этой парочки куда более запутана, чем виделось мне вначале. Фамилия Верани уже мелькала во время моих поисков пропавших конкурсантов. Но то была лишь дорожная сводка о двух погибших. В рапортах не было уточнения, что сорвавшиеся с эстакады супруги были Валай Клао, а в короткой вырезке из газеты того времени значилось, что сироты Верани были определены в государственный приют. Эта фамилия входит в десятку самых распространённых в Империи, и я не посчитал важным углубляться в исследование двадцатилетней давности, которое, возможно, не имело отношения к одной из конкурсанток, чьё имя, скорее всего, вымышленное.

— Я убил их, Рилтар. Это я подрезал чету Верани на автостраде. Я был глупым подростком, угнал чью-то дорогую тачку и просто хотел развлечься, склеить пару девчонок из бедного квартала. Думал, мне перепадёт, раз я на машине. Я не мог спать, есть, дышать после, всё думал о двух малышках, которых оставил без семьи. Но что я мог, Рилтар? Боги, они стояли держась за руки у деревянной таблички с именами мамы и папы, а я… Просто смотрел. Я бы спился и сдох, если бы не Ли. Я осторожно приглядывал за ней каждый день в течение нескольких лет её приютской жизни, а потом увидел, что с ней делают в приёмной семье, и пришёл в бешенство. Знаешь, как часто пожары сваливают на плохую проводку?

Джет жутко рассмеялся, отчего по моей спине пробежал холодок. Передо мной настоящий психопат.

Ли лучше не знать, что её брат убийца, это окончательно раздавит её.

— Ты не выйдешь больше, — процедил сквозь зубы.

— Сэм будет грустить, наверно.

— Сэм справится, она просто не знает, какое ты на самом деле гнильё.

Лоулесс не спорил и равнодушно готовился к суду, пока я пытался управлять больницей Ихтара. Но теперь меня ждало другое открытие, на этот раз уже о моей условной родне. Оказывается, брат Ивнар — чёртов непогрешимый святой. Кристально чистая бухгалтерия, поддержка благотворительных организаций, правозащитная деятельность, он направо и налево оказывал протекцию тем, кто не могу бы оплатить ответной услугой. Да по сравнению с ним Налтар был инфантильным юнцом, тратящим попусту свою cилу и деньги Дома.

— Быстро же ты вернулся, — беззлобно рассмеялся Ихтар на третий день своего похищения.

Из фургона его перевезли в один из домов Крэга Толрея, который такому соседству был не очень рад и дёргался от каждого шороха, в ожидании, что нас всех разоблачат и схватят.

— Оставь нас, — приказал дракону, и тот даже вопросов задавать не стал, вышел из комнаты, в которой Лорду Теанвана выделили только матрас и ржавое ведро вместо нужника.

— Ты крепко вляпался, Рилтар. Ты расскажи мне хотя бы, чего ради?

— Ты же понимаешь, что когда похищенный идентифицирует своего похитителя, это резко снижает его шансы на освобождение, — я тянул с ответом, потому что теперь я и сам не знал, на кой чёрт мы похитили Ихтара.

— Ты не убийца, Рилтар. В тебе всегда жило болезненное чувство справедливости и тягой к геройству, иначе зачем ты пошёл в полицию? Зачем бросился в омут с головой и полез спасать Кайлин? Ты не убийца.

— А её спасать было не нужно? Не с твоей ли подачки запустили этот отбор?

Лорд Теанван попытался поправить связанные за спиной руки и хоть немного облегчить дискомфорт. У него не вышло, и он лишь устало привалился к стене.

— Я хотел, как лучше. Слово Реонвана должно жить, Рил. Все, кого я люблю угасают. Родители, Налтар, Ивнар… Я никому не могу помочь, и как издёвка судьбы, сам я здоров. Я развёлся с женой, из страха, что она все же родит мне ребёнка, и её постигнет участь моей сестры, а затем угаснет и дитя. Одному проще, Рил. Я знаю, что и ты всеми правдами и неправдами проверял Ирри у врачей. Тебе тоже страшно.

Мне нечего было возразить, я действительно водил дочь по клиникам, каждый раз готовя себя к самому страшному.

— Налтар ещё совсем ребёнок, чем-то похожий на тебя. Все или ничего. Спасти любой ценой! Не стать обузой, — Ихтар тепло улыбнулся при мысли о кузене. — Он любит эту безликую, а она была явно неравнодушна к нему. Я просто хотел им помочь. У него уже два года как могла быть счастливая семья с ней.

— Из пушки по воробьям. Ихтар, ты устроил отбор женихов! Заставил Ли стать мужчиной!

— Сценарий писал не я, Рил. Я был спонсором и одним из организаторов. Вновь столкнуть Налтара и Ли не было нашей единственной целью…

— Да, параллельно ты вызволял Валай Клао из рабства, чтобы сделать инкубаторами для Арф’Хейл.

— Ты должен понять меня! — в отчаянии воскликнул Ихтар. — Я не принуждаю, я даю всем выбор, боги, я готов принимать их в семью. Рилтар, это не Ивнар дала тебе имя и фамилию, это я настоял. Убедил её, что ты будет правильно, что ты достоин. Её всё вполне устраивало, когда ты был безликим и безымянным.

— Нет, — качал головой, не в силах смириться с новой правдой. — Ты лжёшь.

— Зачем мне это? Рил, у меня никого нет, кроме Ирри, Налтара и тебя.

— Что будет со мной, когда я отпущу тебя?

Глаза Итхара осветило магическое сияние:

— Ничего. У тебя есть моё слово, слово Теанвана.

— Так просто? Отпустишь и простишь? — я с сомнением посмотрел на него.

— Никто же не знает, так? Ну кроме кучки лузеров с отбора, этого трясущегося дракона, теневого мага и Джета Лоулесса. Их слово против моего, кому поверят?

Я нервно пожёвывал губу. Я и сам уже не хотел держать его здесь. Ихтар действительно помогал таким как я. И он нужен в больнице.

— Но чтобы тебе было легче поверить, я попрошу тебя об одолжении. Помилование в обмен на услугу.

— И?

— Нужно доиграть. Убеди полицию ускорить допрос конкурсантов, уговори Ли вернуться на отбор под тем обликом, под которым сама захочет. Хочет бороться за сердце Далиилы, а захочет, у нас будет две принцессы. Свобода выбора!

— Хочешь, чтобы я девушку, которую люблю отправил ещё раз на этот конкурс?

— Ради красивого финала, да! Никто её не заставляет выходить замуж, пусть немного подыграет. Надо заставить остальных безликих выйти из тени, Рил. Показать им, что они могут быть свободны и счастливы. Поверь, это для общего блага. Никакой принудительной регистрации, мы дадим им покровительство семьи Теанван и Реонван.

— Звучишь как долбанный фанатик.

Ихтар рассмеялся.

— Так и есть, это всё Ивнар виновата. До сих пор помню, как она пришла ко мне за словом, чтобы я помог тебя забрать. Я относился к этому как к блажи, я поддерживал сестру после развода. Выполнял любой каприз. Все началось с тебя, Рилтар, и твоё участие в отборе это знак, ты должен это закончить. Это твоя история. Помоги мне.


Глава 13.2

Рил


Лорд Теанван попросил себе новую комнату и теплый унитаз. Дружно отправили Крэга в магазин за нормальной едой. Парень чуть в обморок не упал, когда увидел, что Итхар больше не связан. Но у меня было его слово, а древние держат данные ими обещания.

— Это ещё не всё, — Арф’Хейл пригубил кофе, найденный в шкафу на кухне.

— Я начинаю жалеть, что отпустил тебя, — сказал уже в шутку.

— Послушай, дело серьёзное. Моя служба безопасности доложила, что против меня готовится покушение. Это не новость, и такое бывает по несколько раз за год.

— И что смущает конкретно в этот раз?

У древних во все времена были недоброжелатели, но Ихтар личность слишком видная.

— Говорят, это кто-то из наших. Мои люди выявили стойкие следы внушения среди ближайшего окружения. Неизвестный действует осторожно, не привлекая особого внимания, копается в головах моих подчинённых, устраивает небольшие диверсии, подбирается ближе и ближе, а я не могу понять, откуда дует ветер.

— Если я буду вести расследование от имени полиции это спугнёт твоего потенциального убийцу.

— А я и не хочу официальное расследование. Пусть все остаётся как есть. Побудь мной ещё немного, может увидишь больше моего. Если тебя не раскусили в первые дни, значит, справишься, — предложил лорд Теанван.

— Ты шутишь, да?

— Совсем нет, Рил. Я не солдат, обложиться телохранителями я могу, но дать отпор неприятелю не в моих силах. Меня умудрились похитить эти два недалёких имперца под руководством Кха’це. У Крэга интеллект десятилетнего, как ты его взял в свою команду?

— Меня поставили перед фактом, да и выбирать было не из кого, а про десятилеток я бы попросил! Моей дочери десять, и она даст фору даже тебе в некоторых вопросах.

— Твоя Ирри умный ребёнок, с этим драконьим недоразумением я её даже не сравниваю, — быстро исправился Ихтар.

— Значит, ты предлагаешь мне продолжать играть тебя?

— Тебе не в новинку работать под прикрытием, Рил. Пару недель, не больше.

— А если твои же люди раскусят меня и грохнут до выяснения обстоятельств?

— Это вряд ли. У них есть особые протоколы на этот случай, а вот тот, кто в открытую достанет пушку, и есть наш убийца.

— Логично, — нервно рассмеялся от перспективы. — Никаких идей, кто тебя заказал?

Он покачал головой:

— Это кто-то либо очень богатый, либо один из нас.

Говоря “нас” Ихтар подразумевал и меня тоже. Странное чувство — осознать, что я принят в семью на таком официальном уровне, а не по просьбе бывшей хозяйки.

— Какая выгода Арф’Хейлам от твоей смерти? Тут скорее Налтару стоило бы ходить и оборачиваться, такой потенциал, а он растрачивает его на пустяки.

— О, — заулыбался лорд Теанван. — Слышу ревнивые нотки в твоём голосе, а ведь ты всегда поддерживал его больше меня. Интересно, какая безликая пробежала между вами?

— Лучшая на свете.

Наш непривычно душевный разговор прервал Крэг и три огромных шуршащих пакета.

— Что-нибудь ещё, господин Теанван? — произнёс дракон монотонным голосом, глядя в пустоту стеклянными глазами.

Ихтар не выдержал и заржал, я же из последних сил старался не выйти за грани снисходительной улыбки. Не вышло, присоединился к древнему, очень уж потешная рожа была у Крэга.

Его это не смутило, он продолжал стоять с каменным лицом и даже бровью не повёл.

— А я ещё недооцениваю силу самовнушения, — наконец-то заговорил лорд Теанван, и я хлопнул дракона по плечу.

— Расслабься, он тебе ничего не внушал.

— Правда? — быстро опомнился Толрей, и его взгляду вернулась осмысленность насколько это только возможно.

— Правда, — заверил парня, но он всё ещё с опаской следил за нашим пленником.

— Будь осторожен, Рил, — искренне пожелал Ихтар.

Кивнул ему, а ещё переместил сердце чуть правее. На всякий случай, если убийца будет стрелять в грудь, а не в голову. Всё как в старые добрые времена до моего затяжного отпуска. Прямо слышу, как Хонтал посмеивается надо мной. Когда все закончится, обязательно возьму Ирри и Ли. Махнём куда-нибудь втроём, где нет камер, интернета, политиканов и моря.

Горы. Определённо горы.

Глава 13.3

Рил


Передвинул сердце, а биться слабее при виде Кайлин оно не стало. Все так же ощущаю себя мальчишкой рядом с ней, готовым на подвиги и глупости. Так рядом и так далеко. Смотрю, радуюсь тому, что она идёт на поправку, привыкает к себе и учится доверять незнакомцу. Интересно, чувствует ли она меня? Иногда кажется, что вот-вот раскусит, а иногда я подыхаю от ревности к самому себе, ведь я вновь играю, но в этот раз уже реального мужчину.


— А вдруг они меня возненавидят? Я же использовала свои способности ради обмана. Для них я наверняка позор всех Валай Клао, — Ли пряталась за моей спиной.

На третий день я решил отвести её в психиатрическое отделение, где проходили длительную реабилитацию такие как мы. Сегодня у них была запланирована первая групповая терапия.

Юноши и девушки, годами подвергавшиеся насилию слабо доверяли персоналу, жались друг к другу, как новорождённые котята и едва ли разговаривали.

— Не думаю. У них есть кого ненавидеть, Ли. А о тебе они говорили только хорошее.

— Правда?

— Слухи, о том, что тебя забрал Ихтар Теанван и вероятно отвёз в свою клинику всё же ходят. Они ждут этот встречи.

Она тихонько рассмеялась.

— Что-то не так?

— Ничего, — она покачала головой, продолжая улыбаться. — Просто уже не первый раз замечаю, как вы говорите о себе в третьем лице, словно вы тоже Валай Клао.

Нервно сглотнул, а Ли испуганно затараторила и опустила взгляд, неверно расценив мой жест:

— Простите, если лишнего наговорила, я вовсе не хотела сравнивать вас с безликими.

Да уж. Это будет тяжёлый путь для Валай Клао, различия между нами и древними слишком сильны, чтобы за пару дней, мы смогли говорить на равных, даже у Ли это едва удается, а она едва замуж не вышла за главу дома Реонван.

— Думаю, моё общество в палате будет лишним. Заходи уже, эти ребята не кусаются, по крайней мере, не смогут превратиться во что-то кусачее.

Она ещё помялась немного на пороге, обернулась на меня в поисках поддержки, глубоко вздохнула напоследок и зашла в палату.

Постоял ещё с минуту у окна в палату, глядя как она застенчиво представляется. Уже через мгновение её принялись стискивать в объятьях другие безликие. Ей это не пользу. Больше внимания, больше любви, больше поддержки.

— Лорд Теанван, — тревожно позвал меня один из работников службы безопасности. Эти ребята находились в постоянном напряжении, ожидая возможного покушения. А меня порядком задалбливали взгляды которыми сопровождали эти парни каждое моё действие. Уверен по рации они так и передают друг другу: — Лорд Теанван направляется в туалет, проверить все кабинки, устранить возможную угрозу. Смыть, проветрить, продезинфицировать.

— Что такое? — мучительно вспоминал имя паренька.

— Младший сержат Дарнван, — он быстро пришёл мне на помощь. Видимо, Ихтар тоже не отличается хорошей памятью к своим подчинённым, а если он не помнит их толком, то как может быть уверен, что среди них нет потенциального киллера?

— Что такое, младший сержант Дарнван? — благосклонно ответил подчинённому.

— Доставили вещи Кайлин Верани из замка Реонванов.

— И?

— Вам стоит взглянуть.

Как же меня раздражает вся эта таинственность. Почему нельзя сразу сказать, что нашли в её вещах? Мужские трусы? Так это не новость.

Терял терпение, пока меня вели к лаборатории, и как Ихтар только справляется со всем этим официозом и правилами?

— Прошу вас, — Дарнван пропустил меня вперёд, а сам остался снаружи караулить массивную металлическую дверь.

Они не слабо начинают меня пугать этими своими протоколами безопасности.

— В чем проблема? Что нашли в вещах Кайлин?

Несколько лаборантов расступилось, явив мне шприц с янтарной жидкостью, лежащий в изолированном контейнере.

— Что это?

— Мы частично проверили содержимое и готовы с уверенностью заявить, что это очень сильный токсин, сделанный на основе плазмы крови заражённых Арф’Хейлов.

— И? — мне не нравилось, к чему вели эти белые халаты.

— Есть вероятность, что Кайлин Верани готовила диверсию против вас и других древних. Это по сути биологическое оружие, способное вызывать терминальную стадию болезни Арф’Хейлов. У неё был доступ к крови Налтара Реонвана, связи в преступном мире. Скорее всего, именно она готовит покушение на вас, или того хуже: теракт против древних. Заражённый этим древний становится заразен для сородичей.

— Ли? Вы видели эту девушку? Она террористка? — я нервно рассмеялся. — Она, конечно, отличная актриса, но чтобы вот так?

— Всё говорит против неё, господин Теанван. Нам вызвать полицию?

— Вы хотите героиню Империи объявить преступницей, вы в своём уме? Даже… Я повторю, даже если это так, мы будем действовать аккуратно. Постарайтесь проследить, в какой лаборатории это вывели, чью конкретно кровь использовали для токсина, кто мог нанять Ли, кому это выгодно в конце концов.

— Это тупик, лорд Теанван. Токсин создан в нашей лаборатории, но никто из наших сотрудников, находясь в здравом уме, не создавал это. Записи с камер уже просматривают. Кровь проверяем на наличие совпадений, но даже если мы найдём владельца, не факт, что он знал об использовании своего материала.

— Ваши варианты?

— Первое, что напрашивается, это Арф’Хейл, обладающий сильными способностями к внушению. Он мог заставить лаборантов создать токсин, — рассуждал белый халат.

— Но?

— Зачем древнему создавать потенциально опасный для себя же препарат?

— И сколько его вообще было создано? — подытожил я безрадостные рассуждения сотрудников клиники.

Великолепно, только хоть что-то начало складываться, как появилось это. И теперь от проблемы с покушением так просто не отмахнуться, если препарат косит древних, то моя Ирри находит в группе риска.

— Мы провели ревизию входящих в состав препаратов, которые пропали из наших холодильников, проанализировали количество плазмы и пришли к выводу, что таких доз могло быть создано не менее двадцати.

— Вакцина? — спросил, не теряя надежды.

— Вы знаете хотя бы одного излечившегося древнего? — вопросом на вопрос ответил лаборант.

О да. О таком знала бы вся Империя, но пока на слуху лишь те, кто болезнь не пережил. Дерьмо. Всё же с Ли мне придётся поговорить, и разговор этот приятным не назовёшь. Под угрозой жизни всех оставшихся древних.


Глава 14 Ли

Понятия не имею, какие методы лечения применяют в клинике имени святого Локтара, но всего через несколько дней после того душераздирающего репортажа Валай Клао выглядели гораздо лучше. Как и мне, им ввели инъекцию, препятствующую спонтанным и направленным изменениям, и сейчас в комнате сидели самые обычные юноши и девушки. Они улыбались, шутили и вовсе не напоминали жертв насилия.

— Нужно учиться отстраняться. Это же ненастоящая ты, — объяснил мне парень по имени Ксавир. — Тело — лишь оболочка. А сюда, — он постучал себя кулаком по груди: — Никому просто так не добраться.

— А ещё можно нарочно притуплять рецепторы и нервные окончания, и тогда ты ничего не почувствуешь, — добавила Мейрин. — Хотя не всем нравятся молчаливые и бесчувственные любовники. — Её взгляд на мгновение потускнел, видимо, у неё самой не всегда получалось отстраняться.

— Я себя зрения обычно лишаю при общении с древними, — поделилась с ребятами, пытаясь немного сменить и сгладить тему, и они понимающе закивали.

— Но древние не такие уж страшные, — возразил Ксавир. — Лорд Теанван был очень добр к нам.

— Лорд Теанван, очень странный, — смущенно захихикала самая младшая из Валай Клао.

— Странный? — переспросила девушку, чувствуя в своём голосе угрозу. С чего бы мне ревновать к Ихтару? Но к моему ужасу, теперь уже все безликие смеялись, глядя на мою реакцию.

— Не бойся, Кайлин, я не претендую на сердце твоего древнего!

— Я не!..

Я покраснела! Какого чёрта? В жизни не теряла контроль над собственным телом, но сейчас, когда препарат мешал мне управлять собой, все могли видеть мои настоящие эмоции, я ревновала и смущалась, думая о Теанване, не о том Теанване, о котором я мечтала на самом деле.

— Мы уже почти все получили приглашения от семей древних, — похвастался Ксавир. — Но Лорд Теанван, по слухам, ещё никому не предложил свою фамилию, думаю, он позовёт тебя.

— Он та-ак смотрел через окно в палату сейчас! Налтару Реонвану стоит поторопиться, а то так и останется обрученным с морем, и потеряет любовь всей своей жизни, — подхватила Мейрин, а я ещё больше разозлилась, словно попала на форум к фанатам очередного отбора женихов. Ихтару я просто благодарна за лечение и честность, вот и вся правда!

— Что ещё за приглашения? — уводила тему подальше о своих не существующих любовных метаний. Я уже давно определилась.

— Замуж, глупенькая! Меня уже позвали. — Мейрин вытянула левую руку с драгоценными кольцами на бледных пальчиках. — Уже трое древних предложили свою фамилию.

— И ты носишь сразу три кольца? Боишься обидеть женихов отказом?

— Отказом? — удивился Ксавир. — Она не собирается никому отказывать. Ты забавная, Ли, взаперти сидели мы, а новостей не знаешь ты?

Смотрела на безликих с непониманием, а они лишь снисходительно переглянулись.

— Арф’Хейлы очень быстро подсуетились и внесли поправки в свой семейных кодекс, который теперь позволяет им многомужество и многоженство, если они решают связать себя узами брака с Валай Клао.

— Погоди, — меня слегка замутило. — У тебя будет три супруга?

— Ага, — весело сообщила Мейрин. — Кузены Дарнван пришли вчера ко мне в палату, один из них, кстати, работает в этой клинике, навещает меня по нескольку раз в день. Очень сдержан и учтив, как многие Арф’Хейлы. За мной в жизни так красиво не ухаживали.

— И тебя ничего не смущает в таком союзе? — Я пыталась отыскать в лице Мейрин хоть тень сомнения, но ни один её мускул не дрогнул.

— Я годами жила в рабстве, а теперь три аристократа предлагают мне заботу, фамилию и титул. Я была игрушкой для богатых извращенцев, которые заставляли меня воплощать их грязные фантазии, теперь же я стану принцессой не хуже Далиилы Фолье с кучей красавчиков, сражающихся за моё внимание.

— Ксавир, тебя тоже завалили предложениями руки и сердца?

Он гордо кивнул:

— Сестры Тиернван очень смущались, пришлось помочь им и сделать предложение самому, очень милые девушки. Думаю, мы поладим.

— Тебе тоже не придётся выбирать, Ли. Реонван и Теанван наверняка уже готовят бумаги и собираются с духом, это было бы так чудесно! Вся Империя ждёт вашей помолвки, после того, как Ихтар забрал тебя на вертолёте во время прямого эфира, — мечтательно лепетала Мейрин.

Многомужество — последнее, что мне сейчас хотелось обсуждать. Сославшись на выдуманную, но очень важную процедуру, я покинула палату безликих, намереваясь засесть где-нибудь, где Ихтар Теанван точно не шастает, и куда камеры службы безопасности не добивают. Пока я металась от одной подсобки к другой, то невольно прокручивала в голове ситуацию. А что если Реонван и Теанван, действительно, сделают что-то подобное? И как реагировать на предложение древних? Вежливый отказ, или заехать обоим по лицу? Интересно, сколько стоят билеты на поезд до самой дальней провинции, и где мне взять денег, учитывая, что из вещей у меня только больничная роба?

Выбежала в коридор, посмотрела по сторонам. Ихтара поблизости не было, и я решила не рисковать, метнулась к лифтам, чтобы поскорее убраться из этого корпуса. Может, и не было никаких предложений, а слегка тронувшиеся умом Валай Клао придумали всё это?

— Подождите! — крикнула закрывающимся створкам лифта, и кто-то заботливо придержал их ладонью.

— О, Ли? Быстро ты, — немного растерянно спросил Ихтар, и меня пригвоздило к полу. Да, ладно? Из всех обитателей клиники святого Локтара я натолкнулась на того, от кого собиралась весь день прятаться.

— Да, там совсем не туда зашёл разговор. — Вжалась в стену кабины и с опаской смотрела на запрятанную в карман руку древнего. Не вытащит же он оттуда кольцо на ладони? Боги, я кольца боюсь сильнее пистолета!

— Не поделишься, мне бы не помешало отвлечься сегодня.

— Тяжёлый день? — я тоже увиливала, лорд Теанван — последний с кем я хочу говорить на тему полиаморных отношений.

— Не то слово… Ну так?

Лифт остановился на нужном этаже, но двери всё не открывались. Ну же… Быстрее! Поскреблась об них ногтями, под вопросительным взглядом Ихтара.

— Сейчас откроют, сегодня перепады напряжения с самого утра.

— Хорошо-хорошо, — Я максимально вжималась в двери, надеясь просочиться наружу сквозь щель между створками.

— Ты в порядке? — обеспокоенно спросил древний и положил мне ладонь на лоб.

Так не должно быть. Сердце не должно так оглушительно стучать в висках и болеть. Это не тот Теанван, не тот мужчина, но что-то в его взгляде приковывает меня, лишает возможности мыслить связанно, толкает навстречу.

Не отдёргиваюсь. Да и не некуда, наслаждаюсь приятной прохладой его ладони, и радуюсь, что в ней все же не было кольца. Или я огорчена?

— В порядке.

Лифт услышал это и решил окончательно меня добить, выключив свет.

— Да, что за день сегодня?

Ихтар принялся нервно жать по кнопкам лифта.

— Меня кто-нибудь слышит?!

— Лорд Теанван! — ответил перепуганный диспетчер. — Мы уже разбираемся с поломкой. Мастера должны были ещё на прошлой неделе проверить этот лифт, мы же предупреждали персонал не использовать его какое-то время.

— Значит, забыл, — раздосадовано ответил древний. — Сколько нам тут сидеть?

— Полчаса — самое позднее. Уже вызвонили техников.

— Закрутился, — оправдывался Ихтар, словно себя считал виноватым в этой ситуации.

— Да ничего. — устроилась на полу. В клинике имени святого Локтара даже в лифтах были дорогие пушистые ковры.

— Зато мы можем обсудить твою встречу с Валай Клао, — предложил лорд Теанван и сел рядом со мной так близко, что мы соприкоснулись локтями. Быстро отодвинулась, потому что вспомнила неприлично довольную Мейлин с тремя кольцами.

— Да уж, темно, и мне не так стыдно будет рассказывать то, что я услышала!

— Дай-ка, догадаюсь. Они хвастались тебе своими женихами и невестами? — рассмеялся Ихтар.

— В точку! Это правда?

Он слегка замялся, явно подбирая слова.

— Во-первых, всё на добровольной основе. Валай Клао могут отказать без каких-либо последствий. Права безликих полностью защищены, они получают защиту семьи, слово семьи и право принимать облик Арф’Хейлов. Во-вторых, подумай, Ли, что хорошего в своей жизни видели и те и другие? Безликие были в рабстве, а древние потеряли надежду на семью и детей. Если у них все получится, это будет шанс для всех нас.

— А вы бы смогли делить с кем-то любимую женщину?

Он тяжело вздохнул и какое-то время молчал.

— Знаешь, я много думал об этом. Сначала какое-то тупое благородство твердило, что я должен поступить правильно, как того захочет она, но когда я всё же решил не лгать самому себе, то осознал, что не смогу. Мысль, что кто-то другой, пусть даже мой друг, брат, кузен будет… Чёрт, я даже вслух сказать этого не могу. Я собственник и эгоист, Ли. Это плохо?

— Это нормально. Но разве не вы проталкивали эти законы, лорд Теанван?

— Да, но… — он как-то сдавленно рассмеялся. — Я её никому не отдам. Плевать на все эти поправки, я слишком далеко зашёл, чтобы уступить мою женщину какому-то сопливому древнему.

В темноте глаза Ихтара напоминали тлеющие синие угли. Тусклые, холодные, печальные.

— Вашей возлюбленной очень повезло, Ихтар.

— Думаешь? А мне вот кажется, она сейчас очень сильно злится и обижается на меня.

— За что?

— Поверь, там целый список, и я понятия не имею, как и когда я всё ей объясню… — он понизил голос, а затем прошептал уже в мои губы: — Особенно это.

Я так боялась эфемерного кольца в кармане, что пропустила поцелуй. Мне бы хотелось, чтобы Ихтар заставил меня, внушил ответить ему, но это было бы ложью. Не было никакого внушения, было лишь бесконтрольное влечение к малознакомому мужчине, который здесь и сейчас казался мне самым родным на свете. Его торопливые жадные прикосновение, досада от неправильного места, времени и обстоятельств.

Не останавливался, целовал меня, прижимал до невозможности близко, и я уже ничего не понимала, да и не хотела понимать. Если я попытаюсь хоть немного проанализировать происходящее, то жестоко разочаруюсь в себе, в мире, в Рилтаре, который должен быть здесь со мной, который не должен был допустить этого глупого неправильного поцелуя, а я не должна была поддаваться на очарование лорда Теанвана, знающего меня лучше чем, я сама.


14.2 Рил


Рилтар


Глупость. Страх. Ревность. Досада.

Я загнал нас обоих в ловушку, из которой не вижу выхода, потому продолжаю эту безрассудную выходку, целую свою же девушку, но схожу с ума от обстоятельств. Я не я, но она-то чувствует меня. Никогда бы Ли не прикоснулась к Ихтару по своей воле, и уверен сейчас она не понимает, что происходит, но стоит ей лишь немного очистить разум от обиды на сбежавшего с отбора Закроса, на ненавещающего её Рилтара, и она бы увидела, что я здесь. Рилтар, Закрос, подставной Ихтар и влюблённый идиот. Три в одном.


Не мог позволить себе первому отстраниться, понимал, что нужно дать ей возможность оттолкнуть меня, перекинув часть вины на мерзавца Теанвана. Потому целовал её до боли, до радужных кругов перед глазами, до нехватки воздуха, пока её дрожащие ладони не оказались у меня на груди. Смелее, Ли. Отпихни меня, потому что я уже почти забрался под твою больничную робу. Ещё чуть-чуть и таблоиды разразятся слухами о страстной сцене в лифте между Ихтаром Теанваном и бывшей финалисткой девятого отбора. Я себе не хозяин, Ли. Возьму тебя, а потом пойду корчиться от ревности и подыхать от досады, что сделать это не в своём истинном облике.

Застёгнутых пуговичек на её халате оставалось все меньше и меньше, а я нетерпеливо ждал реакцию моей безликой. Опомнилась, когда я задел ладонью обнажённую кожу на острой ключице. Отчаянный толчок в грудь, и вот я выпускаю её из объятий.

Всхлипывает. Растирает слёзы по щекам, бормочет что-то под нос. А я мерзавец понимаю, в чем причина. Изменщицей себя считает, не понимая, что не было у неё ни единого шанса сопротивляться, что я обиделся скорее, если бы она не почувствовала меня, не потянулась, не ответила.

— Я… Я… Я не такая, лорд Теанван, — её голос срывается. — Что же я наделала?..

— Не бойся, Кайлин, я все понимаю и не скажу ему ничего. Ты оказалась в трудной ситуации, срыв, лечение, а я был рядом. Это естественный порыв.

— Кому вы не скажете? — она на мгновение перестала плакать.

— Рилтару. Ты же из-за него переживаешь, угадал?

— Он… Я думала, что навестит или хотя бы позвонит, но… Прошло всего четыре дня. Но неужели, у него не было возможности?

Сколько обиды в голосе. Неужели, ты поверила, что я тебя брошу, глупая?

— Не было, Ли, прости, что молчал. Рилтар сейчас на важном задании, он вновь под прикрытием, и ему сейчас никак нельзя раскрываться, — я даже почти не лгал. Я под самым настоящим прикрытием.

— Тогда я сама расскажу ему о нашем поцелуе. Не буду врать ему, признаюсь, что дала слабину. Не простит — заслужила, — твёрдо проговорила Кайлин, и я уже почти сдался, почти рассказал ей правду, но нельзя. Она вполне может оказаться впутанной в эту историю с токсином. Всё-таки шприц нашли в её вещах, и это не совпадение.

— Задание Рила опасно? Ему же ничего не грозит?

— Как знать, — я призадумался и решил закинуть удочку, мечтая, чтобы моя Ли не имела отношения к случившемуся: — Он расследует появление опасной для древних инъекции. Ты что-нибудь знаешь?

Можно было не продолжать, она схватилась за сердце, а всего через мгновение у неё началось кровотечение из глаз и носа и ушей. Она не просто знает, прямо сейчас она пытается обойти прямой ментальный запрет и рассказать мне правду. Мои худшие опасения подтвердились, её используют. Ей что-то внушили.

— Остановись, Ли! — острожно тряхнул её. — Кто-нибудь, вытащите нас сейчас же!

Губы Ли едва шевелились, она все ещё боролась и хотела рассказать

— Молчи, слышишь. Ли, если это древний приказал, ты умрёшь, умоляю, ради Рилтара, — кричал уже в ужасе, потому что её кровь текла уже по шее, пропитывала робу, веки покрытые кровавой коркой медленно закрывались, а я придерживал её одной рукой, а второй пытался разжать створки лифта.

— Помогите! Вытащите нас, она умирает.

Снаружи послышался ответный удар.

— Ихтар? Это ты? — Налтар с другой стороны пытался помочь мне. — Давай вместе.

Пришлось положить Кайлин на ковёр. Её немой ступор завершился и перешёл в фазу припадка, тело билось в судорогах, а изо рта вырывался немой крик. Не смотреть, сейчас я ничем не помогу ей, нужно выбраться, передать её врачам, остановить все это.

Разжимали створки лифта вместе с Реонваном. В кабину ворвалась полоска света и выхватила из темноты искаженное мукой лицо моей девочки.

— Нет! Кайлин, — одними губами прошептал Налтар и чуть не упустил дверь. Я быстро подставил плечо и рывком расширил чёртовы створки. Древний ввалился внутрь и рухнул перед ней на колени. — Ты?!

Он бросил на меня злой взгляд охваченных магией глаз.

— Нет, кто-то другой внушил ей, она борется. Останови её!

— Нельзя, Ли. Пожалуйста, остановись, — приговаривал он, но ничего не помогало, Кайлин бледнела на глазах.

— Твоё слово сильнее, прикажи ей сдаться.

— Не могу. Приказ наложится на приказ, я не знаю, к чему это приведёт, Ли, я прошу тебя…

Но она уже не контролировала себя. Истекала кровью у нас на глазах, а её дыхание становилось все слабее и слабее.

— Налтар, прикажи ей, она умирает. Сделай же хоть что-то!

— Хей, Ли. Посмотри на меня… — мягко внушал Реонван. — Вот так, вот так. Не надо сопротивляться. Ты не нарушишь обещание, все хорошо. Мы поможем тебе выполнить приказ.

Она сдалась, перестала трепыхаться, лежала на руках у древнего и больше походила на безмятежно спящую, если бы не кровавые разводы.

Ли быстро погрузили на каталку подоспевшие работники реанимации, приладили кислородную маску и увезли дальше по коридору. Мы же с Налтаром смотрели друг на друга, перепачканные кровью нашей любимой женщины.

— Скажи мне хоть одну причину, почему я не должен вызвать тебя на дуэль, лорд Теанван, — прошипел Налтар.

— У меня есть целых две причины. Первая, я не делал этого, вторая — я не лорд Теанван.

Древний оказался сообразительнее моей Ли, гнев на его лице уступил озадаченности, но все вопросы потом, сейчас я хочу убедиться, что любимой ничего не угрожает, и врачи вытащат её с того света. Не говоря больше ни слова мы поспешили за врачами.

Глава 15

Рил


Стояли у дверей реанимации и просто ждали, потому что ничего больше мы сделать не могли, и это не просто сводило с ума, это выкручивало мне каждое долбанное сухожилие. Какие-то роковые мгновения приводят к непоправимому, и ты уже не можешь их переиграть. А ведь это ведь я спросил ее про токсин, если бы не мои игры в детектива, она бы не боролась сейчас за свою жизнь, кто знает, к чему придёт внушение Налтара. Он прав, это я виноват.

— Она спрашивала обо мне? — он спросил безо всякой надежды, а я не стал ему лгать:

— Нет.

— Это хорошо, значит, я все делаю правильно, и она никогда меня не выберет, — он невесело улыбнулся.

— Почему ты не навещал её сам? Двери святого Локтара для тебя всегда открыты.

— Для меня вообще все двери открыты, кроме одной, — он бросил взгляд крохотное окошко реанимационного отделения. — Полиция устраивала допросы всем участникам, мы почти ночевали в участке, Закросу Мьенвану очень повезло, что Хонтал его начальник. Потом оперативники сутками прочесывали весь замок, видимо, искали цепи и кандалы, изъяли камеры, личные вещи Кайлин, то есть, Кайла. Я подписывал кучу протоколов, почти не спал. Как только дали добро, выехал сюда. Сказать, сколько раз я останавливал себя, убеждал, что должен отпустить её? Не знаю, зачем я пришёл, но точно не зря.

— Не зря, — ответил ему с тяжелым вздохом. Если бы не он, я бы потерял Ли навсегда, она бы вот так просто погибла на моих руках, но мне духу не хватит сказать Налтару спасибо, потому просто смотрю на него с благодарностью. А он все понимает и без слов.

Из реанимации, наконец, вышел старший целитель.

— Лорды Реонван, Теанван, — почтительно поклонился, и я чуть шею ему не свернул за эти неуместные церемонии. — Кайлин Верани стабильна, но очень слаба. Мы столкнулись с новой проблемой, после такого обильного кровотечения, ей нужно переливание.

— Так в чем проблема, делайте, — нервничал Налтар. — В клинике на реабилитации несколько Валай Клао, пусть подстроятся под Ли.

— Мне очень жаль, господа, но все безликие сейчас проходят курс медикаментозной терапии, они не смогут даже цвет глаз себе поменять, не говоря уж о резус-факторе. В крови Кайлин Верани уникальный белок, который может повторить только другой Валай Клао. Мы отправили запросы во все известные учреждения, но реальность такова: если пациентке в ближайшее время не сделать переливание, то последствия могут быть необратимыми. Кома, слабоумие, инвалидность, смерть. Нам остаётся только ждать отклика и хотя бы одного незарегистрированного безликого, способного к изменениям.

Встретился с Налтаром взглядом, и получил от него утвердительный кивок. Поблагодарили лекаря за проделанную работу и поспешили исполнять наш невербально проработанный план.

— Ты же себе ничего не вколол, лорд Теанван? — едко спросил Налтар.

— Нет, — на ходу меняя состав своей крови и генерируя тот самый белок, благо даже стараться не пришлось, кровь Ли была повсюду: на мои руках, рубашке, а теперь и во мне.

В глазах потемнело от трансформации, но Реонван быстро подхватил меня за локоть.

— Идти можешь?

— Могу, — опёрся о него и ступал уже осторожнее, не хватало ещё сознание потерять до процедуры. Но в Налтаре я уверен, он из меня выкачает все до последней капли, чтобы спасти Ли. Это радует и немного пугает.

Под вопросительными взглядами медсестёр мы принялись рыться среди аккуратно разложенных капельниц и шприцов.

— Вам что-то подсказать, Лорды? — старшая медсестра уперла руки в бока и гневно посмотрела на нас.

— Набор для переливания крови, — мило попросил Налтар, а после короткой паузы добавил: — И шоколадку, пожалуйста. Ты какие любишь, Ихтар. С орехами или изюмом?

— Большие я люблю, чем больше тем лучше.

Мы быстро нашли пустую палату, и Налтар начал деловито разматывать шланги и собирать нехитрую конструкцию с пакетом-заборником для крови. Наблюдал за ним с какой-то щемящей тоской, представляя, какая нужда заставила его научиться всему этому, и как он сам ставил себе капельницы, лишь бы никто не узнал, о его недуге.

— Ты, главное, не отключайся, хорошо? — попросил древний и затянул мне на предплечье жгут.

— Развлекай меня светской болтовней тогда.

— Хах, я не совсем светский парень, ты же знаешь, а вот Ихтар, да. Глупое море, выбрало своим представителем не того.

— Ихтару не нужны советы моря, он знает, что делает, а вот тебя постоянно надо подталкивать.

— Уже слишком поздно, Рил, — грустно заметил Реонван и аккуратно ввёл мне иглу. — Я просто хочу, чтобы она была счастлива.

— Ты так похож на Ивнар…

— Ты уже говорил мне, и это ещё одна причина, почему Ли не нужно знать, я не хочу чтобы она стала похожа на тебя. Я слишком хорошо помню, что с тобой сделала новость о её кончине. Ли не должна пройти через это.

Он достал из кармана кольцо, улыбнулся каким-то своим мыслях и протянул его мне.

— Нет, нет, нет, Налтар, даже не думай, я не выйду за тебя!

Он рассмеялся и вложил кольцо в мою ладонь.

— Это для Ли. Я купил его после той ночи. Ты же не бросишь её?

— Так не честно, слышишь? После такого жеста, после твоей кислой рожи, как я могу?

— И я не могу…

Молчали. Странное чувство, сидеть рядом мужчиной, который до самоотречения любит женщину, которую любишь ты. Он не соревнуется со мной, не борется за её чувства, и я не могу принять эту жертву, но и отказывать от Ли не хочу.

Слабость накатывала все сильнее, но мысли оставались ясными. Я прокручивал в голове события сегодняшнего дня, искал выход из непростой ситуации. Я не хочу так. Не могу. Это не правильно. Со мной поступили так же, оставили в неведении, лишили возможности попрощаться.

— А что если бы у тебя появился шанс на выздоровление, ты бы… Ты бы сделал ей предложение?

— Рил, прошу. Не тогда, когда я уже смирился, я больше не хочу верить в чудесное исцеление. Для меня не будет счастливого финала.

Он непрошибаем.

— Появился токсин. Кто-то вывел яд против древних, полностью повторяющий вашу проказу, но если есть яд, можно найти противоядие, что если оно вылечит тебя, Налтар?

Я рассказал ему все. Про найденный у Кайлин шприц, про то, чем был вызван её приступ. Про то, что врачи в клинике уже усиленно выводят антидот, и это лишь вопрос времени, когда они найдут лекарство для древних. Я не мог не дать мальчишке надежду. Может быть, я был последним на свете глупцом или мерзавцем, но я должен был поступить правильно.

Он слушал. Думал.

— Это может сработать в теории. Целители говорили, что не понимают природу болезни, но если уже есть схожее вещество, работать им будет проще, но шансы не высоки, и это ничего не меняет, мы не скажем Кайлин.

Обручальное кольцо, что он купил для Ли, жгло мне ладонь, выкручивало сердце, ломало и уничтожило изнутри.

— Она обсуждала со мной новый закон древних, — зачем-то рассказал ему и это.

— Какой именно закон? Последнее время их выходило многовато, всех и не упомнить.

— Ты глава дома Реонван, ты первый его подписывал, Налтар, чёрт возьми, подумай хорошенько какой закон.

— А, — он как-то шкодливо рассмеялся. — Ты про полигамию? Угадал?

— Про неё самую… — как же трудно обсуждать с ним эту идиотскую тему, которую я буквально час назад разнес в пух и прах в разговоре с Ли.

— Это Ихтар предложил, старый извращенец, но я подумал, что это себя оправдывает в перспективе. Я слышал, что кузены Дарнван уже готовятся к свадьбе.

— Они хоть кому-то не растрепали об этом?

— Неа. Счастливые мерзавцы уже объявление в газетах дали. Застолбили свою безликую. Смешные, во всю готовятся к свадьбе. Вы с Ирри приглашены, кстати. Я-то шафером буду, я же глава дома Реонван. Большая честь, первый за последние пятьсот лет множественный брак. Дальрабию не берём в расчёт, для их страны это давно норма.

— И что ты сам думаешь об этом?

— Честно? — он продолжал посмеиваться и дико раздражать меня этим.

— Нет, я шутки ради обсуждаю с тобой этот деликатный вопрос, — рыкнул на него и тут же пожалел, перед глазами снова заплясали круги.

— Я бы для начала поинтересовался у кузенов Дарнван технической частью такого союза, но в целом… в целом… Чёрт. Ты застал меня врасплох, я могу немного подумать? — теперь его смешки уже стали какими-то нервными.

— Если бы я не был в теле Ихтара, в моих венах не вырабатывался белок для Кайлин, а ты не выкачал из меня полбочки крови… Я бы не бредил сейчас о многомужестве.

— Боги, Рилтар, всего же триста гра…, а не… Уже чуть больше, не отключайся, слышишь, эй! Рил, не спи, нам ещё помолвку с Кайлин обсуждать, да чёрт… Сестра!

Всё-таки начал терять сознание, но всё ещё слышал возню Рилтара, неприятный шлепок, с которым он вытащил иглу, а затем его очень серьёзный голос, звучащий в моих мыслях.

Мы не унизим её так, Рилтар. Мы не превратим наши чувства в очередное шоу, я не буду мешать вам.


Глава 15.2 Налтар

Внушил медсестре не болтать о Рилтаре. Для неё он был Ихтаром Теанваном, который вдруг занемог, а не безликим донором крови. Убедился, что ему ничего не грозит и поторопился к реанимации. Не знаю, хватит ли столько крови, но надеюсь, это поможет Кайлин прийти в себя.

Персонал не задавал вопросов, принял пакет и занялся девушкой. Я снова ждал. Минуты складывались в часы, за окном уже давно стемнело, а по подвешенному под потолком телеку начали крутить интервью участников последнего отбора. Они делились впечатлениями после закрытия шоу. Все безумно хотели захончить сезон и вернуться в замок. Братья Демпси уверяли всех, что в их родословной тоже были древние, а значит и они имеют права на множественный брак. Парочка призналась, что вернись они на шоу, что боролись бы за Кайлин. Мою Кайлин! Хотелось разбить эти две наглый рожи вместе с экраном. Уверен, мне бы никто и слова не сказал, устрой я вандализм в клинике моего кузена.

Мысли, о том, чтобы вместе с Рилтаром сделать Ли предложение, не лезли из головы. Это казалось мне неплохим выходом побыть с ней ещё немного, а после моей смерти не оставить одну. Но мне было страшно опошлить наши чувства, заставить любимую почувствовать себя грязной и ветреной. Я слишком хорошо знаю её. Помню её смущение от нашего первого прикосновения, поцелуя. Хочу оставить это в памяти до самого конца.

Имерида Дагхольц была весьма разговорчива, сказала, что рада закрытию шоу, что мечтала защитить Далиилу Фолье, видя, что её используют в политических целях. Она испытывала глубокое сострадание к Ли, но совершенно не догадывалась о её природе во время шоу.

Мёрк Уиздом заверял, что не оставит попыток достучаться до возлюбленной Дали и после шоу.

Про Кендрака и Райана стремительно прошёл слух, что они дурили организаторов. Дальрабийский принц поменялся местами с телохранителем, срезал волосы, чтобы не походить на благородного и прикидывался переводчиком, воизбежание возможных покушений.

Назревал грандиозный внешне политический скандал, очень надеюсь, что меня не отправят в качества после доброй воли. Я сыт интригами по горло.

Листал каналы, надеясь найти хоть один, где не будут обсасывать чёртов отбор и его участников.

— Как вы расцениваете поведение Налтара Реонвана? — спрашивала журналистка какого-то псевдоэксперта.

И правда, как?

— Уверен, лорд одним из первых раскусил истинную сущность Кайлин Верани и решил заполучить её в жёны ради продолжения рода, поговаривают, он не совсем здоров…

Сволочь. Уже набирал сообщение своим юристами, чтобы они придушили этот слух в зародыше, пока Ли окончательно не поправилась и случайно не прознала о моём диагнозе. Умереть я хочу тихо. Без жалости, теорий и внимания публики.

— Лорд Реонван, — мягко позвали со спины.

— Что? — почти прорычал на врача, но он оставался спокойным. В этом отделении привыкли к эмоциям родных.

— Кайлин Верани пришла в себя и хочет поговорить с вами.

Я даже переспросил. Как-то не верится, что она действительно желает видеть меня. Знаю, что она любит Рилтара, после всего что натворил, любви я не достоин, но сердце все равно верит и ждёт чего-то, а я даже не знаю, как правильно обрамить свои истинные мечты в мысли. Я пытаюсь был благородным, но истина проста и прозрачна. Ли нужна мне, я хочу быть с ней, хочу вязнуть на внедорожнике в болоте, держать свою леди Реонван за руку, до рассвета слушать наше нестройное дыхание, растить детей…

Идти к ней пытка. Нужно сбежать, но я не могу. Ей грозит опасность, она наверняка напугана.

Долго смотрим друг на друга. Она такая, какой показывало мне море. Идеальная незнакомка, девушка из моих снов и самых смелых фантазий. Моя чужая Ли. Тёмные воды волос, синие воды глаз, красные воды чувственных губ. Мой океан, моя любовь, моя жизнь, моё вдох выдох и самое важное Слово. Ли…

— Спасибо.

Искренне.

— Не за что. Я должен был прийти раньше, но весь этот кошмар с полицией затянулся. Простишь?

Кивает, смотрит на след от иглы на руке, и я знаю, о чем, она сейчас думает, и, словно проглатывая огромный металлический шар, усеянный шипами, говорю:

— Рилтар приходил, это он дал тебе свою кровь.

— Уже ушёл?

— Он вернётся, только разберётся с делами и обязательно вернётся к тебе.

Улыбаюсь. Обманываю себя, что рад, что рядом с ней будет сильный и заботливый мужчина. Это тяжело. Не могу не завидовать Рилтару. Ему повезло, у него семья, домашний уют и Кайлин. Невыносимо смотреть на неё и не иметь возможности сказать правду, упасть на колени и рассказать о чувствах, вырвать из сердца шипы и истечь кровью прямо здесь.

Я люблю тебя, Кайлин. Люблю, и не могу ничего с собой поделать.

— Спасибо, — повторила она, глядя на свои бледные кулачки, комакающие покрывало — Если бы не ты, я бы погибла.

— Для меня ты бы сделала то же самое, правда?

Так глупо хочу услышать, что не безразличен ей. Но хоть так.

— Конечно, Налтар.

Теплом по сердцу слова. Мягким домашним, таким, о каком я мечтал. И мне хватит этого, даже если это пустое обещание.

— Побудешь со мной?

— Конечно, Кайлин.

Улыбаемся друг другу. Придвигаю стул ближе и на следующие несколько часов становлюсь самым счастливым жителем Империи. Мы разговариваем обо всем. Смеемся над фанатскими сочинениями и артами, обсуждаем политику и строим теории, для чего дальрабийскому принцу Далиила Фолье. Умиляемся трепетной любви между Ирри и Касти. Я рассказываю Ли о небесных браках. Между нами нет неловкости и обид, есть лишь мой секрет.

— А помнишь… — начинает она, я, конечно, помню, но мне интересно услышать историю ее словами. Всю жизнь бы сидел и слушал.

Она между делом спрашивает о брате, а я обещаю посодействовать его защите. Даю ей слово Реонвана. Ли почему-то интересуется Саманрой Клинг, но я мало что знаю. Ведущая сбежала, едва полиция решила плотно заняться Джетом Лоулессом. Быстро всплыло, что девушка состоит с ним в очень близких отношениях.

Медсестра недовольно делает мне знаки, что посещение пора прервать, но Ли убеждает ее, что мое общество ей важно. Нам дают ещё десять минут. Я радуюсь этим мгновениям, но не переставаю корить себя, за потерянные два года.

Ли засыпает, слушая какую-то мою глупую историю из детства. Поправляю ей одеяло, и наконец могу сделать то главное, зачем я пришёл: пытаюсь разобраться, кто отдал ей приказ.

Внушение сильно, но замысловато и скрыто на первый взгляд. Это не совсем магия древних, но что-то родственное, близкое и неуловимое. Приказ не выполнен, и Ли до сих пор под ударом. Анализирую каждую деталь, каждую её случайно обронённую в разговоре фразу. Мы обсуждали многих людей, и никто не заставил её даже нахмуриться. Можно было бы закопаться глубже в её мысли, но это было бы опасно для нас обоих, внушитель мог оставить кучу ловушек в сознании Ли. Заденешь такую растяжку, и разум покинет девушку навсегда.

Единственный способ, помочь Кайлин — содействие приказу, но у меня ни единой мысли, кто и что от неё хочет. Я бы грешил на Райана, но у него другие методы и цели.

Врачи уже откровенно громко обсуждали, что надо бы вежливо попросить меня из палаты, но я не хотел уходить, так мало времени и так много хочется успеть. Я притворился спящим, лёг на краешек подушки Ли, наслаждаясь запахом её кожи, который не могли перебить медикаменты.

Моя безликая, моя жизнь, мой океан.


Глава 16 Рил

Когда я шёл к палате Кайлин, на меня бросали подозрительные взгляды все: от санитаров до пациентов. Медсёстры сказали, что с ней, всё в порядке, и лучше, чем сейчас, сложно выбрать момент. Так и не понял о чём они, но догадывался, учитывая, что кольцо Налтара все ещё было у меня в руке, а сам древний времени даром не терял и спал рядом с Ли, ну или делал вид что спит.

— Лорд Теанван, — с благоговением пропели сёстры.

— Пустите в палату?

Никаких вопросов, разве что ковровую дорожку не раскатали. В спину уперлось слишком много любопытных взглядов и несколько камер телефонов. Закрыл шторку ко всеобщему разочарованию.

— Налтар, я вижу, что ты не спишь. Подъём!

Он еще попытался притворяться с пару секунл, и даже зевнул для убедительности, но актёрское мастерство у парня явно не на высоте.

— Как она?

— Лучше. Проспит до утра, внушил ей важность отдыха. Единственное, мне не удалось понять, кто проделал с ней это? Она ничем не выдала ни себя, ни нанимателя.

— Тогда нужно оградить её от дальнейшего влияния извне, дождёмся, пока кризис минует, а тлетворное внушение ослабнет. Так?

Налтер покачал головой.

— Ничего не получится. Если она не выполнит приказ в ближайшее время, то случившееся в лифте повторится, и я уже не смогу остановить Ли, она убьёт себя.

— Тогда поможем ей выполнить приказ… Что ещё она говорила, хоть что-то?

— У неё теплые отношения с Саманрой Клинг, что мне показалось весьма странным, учитывая их…

— Не то, ещё!

— Очень сильное чувство вины, связанное с Ихтаром, оно буквально захлестывало меня, когда считывал её эмоции.

— И этому тоже есть объяснение, — вспомнил свой наш весьма несдержанный поцелуй и переживания Кайлин..

— Тогда я не знаю, предлагаю отпустить её и понаблюдать, куда она пойдёт и с кем заговорит, но Рил… Если я правильно понимаю, она собирается убить кого-то из древних, а может даже не одного. Подумай.

— Ихтар говорил о готовящемся на него покушении. Как считаешь, могли токсин вывести специально для него?

— Вполне, тогда чувство вины Кайлин мне понятно. Она переживает, что не может противостоять приказу. Хотя, как показала практика, может… Но почему обязательно токсин, у Ли наверняка были и другие способы убить Ихтара.

— Тоже не понимаю.

— Ей нужно вернуть этот шприц, только так мы поймём настоящие планы нашего внушителя, — быстро предложил Налтар.

— Она почувствует подмену, ты видел, как на отборе она дегустировала еду.

— Тогда верни ей настоящий токсин. Рил, она не может умереть!

— Инъекция в лаборатории под надёжной охраной, предлагаешь выкрасть единственное, что может спасти тебя от смерти, убить Ихтара или любого другого древнего.

— Я предлагаю выследить того, кто способен производить эту дрянь. Кайлин наша единственная зацепка, и она умирает.

— Отлично, ты нейтрализуешь камеры сегодня ночью, а я вырублю Дарнвана.

— Предлагаю поменяться, ты к камерам, а я займусь парнями в лаборатории. Давно не было настоящей практики, — он жутко оскалился, а синее свечение от его глаз нырнуло под вены и окрасило лицо фиолетовыми росчерками.

— Море свихнулось, когда подарило тебе силу, Налтар. Я же просто могу принять облик одного из сотрудников лаборатории и забрать препарат.

— Можешь, но есть опасность твоего разоблачения. Действуем по-моему, я справлюсь, а ты потрёшь мой визит в лабораторию.

— Осталось самое трудное, — вздохнул, глядя на шторку.

— Что же? — с непониманием спросил лорд Реонван.

— Увернуться от вспышек фотокамер и объяснить персоналу, что никакой свадьбы не будет.

Делить одну тайну с кем-то проще, чем бороться в одиночку. В Налтаре я уверен. Решимость в его взгляде даже пугает и заражает одновременно, предоставил лаборантов ему, а сам отправился к комнате охраны.

— Лорд Теанван. — быстро вскочил с места ответственный ночной смены. Молодой парнишка, не знавший куда руки деть при моём появлении. Он порывался то честь мне отдать, то приветственно протянуть ладонь. — Что-то не так? Вы. В такое время.

Он тёр уставшие от длительного наблюдения за мерцающими экранами глаза.

— Не спится, мне нужны кое-какие записи за последние дни, Род, — прочитал на его бейджике.

— Случилось чего? — он занервничал и резко повернулся к мониторам.

— Нет же, — я картинно махнул рукой, скопировав один из жестов Ихтара. — Только тебе я скажу по секрету, Родди. Мы планируем сделать документальный фильм о Валай Клао, я хочу подготовить удачные записи, что-то вроде хроники их лечения. Первые шаги в новом уже не таком враждебном мире. Можешь показать передвижения безликих за последние двое суток. Что-то интересное, например, походы в столовую, групповая терапия, визиты родных, друзей.

Род просветлел:

— Конечно, Лорд Теанван, для вас самое лучше, сейчас поищем, но тут несколько суток записи, придётся повозиться, хотите, я к утру подготовлю, чтобы вам не торчать.

Услужливый какой.

— Заманчиво, но я не тороплюсь, тем более, давно хотел сам понаблюдать за жизнью больницы с этого места.

— Тогда переключитесь на крыло в хирургии, там сейчас семь пациентов массово отправили на клизму, а туалет в том отделении всего один. Сейчас начнётся бойня похлеще чем на всех этих отборах, — рассмеялась Род.

Надо бы сказать Ихтару о такой деликатной проблеме в хирургии, сделал себе засечку на память, но все же не мог не сдержать улыбки. Правда же смешно и нелепо. Чёрт. Переключался между камерами, завидя приближение Налтара. Теперь нужно вырубить всю фиксацию у него на пути, чтобы мой новый друг не увидел древнего в лаборатории. Родди, к счастью, был занят внезапно свалившимся на него заданием, а я спокойно колдовал у мониторов.

— Как там ваша особая подопечная? — поинтересовался парень, продолжая отматывать записи, сделанные в психиатрическом отделении. — Слышал, ей стало плохо сегодня.


— Госпоже Верани уже значительно лучше.

В лаборатории собралось многовато сотрудников для этого часа. Что они там все забыли?

Родди явно хотел спросить что-то ещё, но общение с древним все же подразумевало особый этикет для таких, как он, потому он долго и обстоятельно подбирал слова.

— Я видел, что лорд Реонван заходил сегодня. Он тут нечастый гость. Что-то важное?

На моем месте Ихтар уже пресек расспросы охранника, но сегодня мне совсем не хотелось ни с кем ссориться, и я оставался вежлив. Уклончиво отвечал на вопросы, попутно изучая, как здесь хранят записи, и какие накопители памяти мне нужно будет забрать с собой, если не смогу удалить видео.

— Юный лорд Реонван мается со скуки и ищет себе развлечения, сбегая от своих повседневных обязанностей, — недовольно пробормотал я, надеясь, что Ихтар так же поносит кузена.

— Все как обычно! — рассмеялся Родди, и я вздохнул с облегчением.

Надеюсь, Налтар справится побыстрее, у меня уже заканчивается запас вежливости.

— А это ещё что такое? — озадаченно спросил парень и принялся увеличивать изображение. Я приготовился к худшему, мы где-то прокололись? Налтара скрутили?

— Что там? — я отчаянно сохранял хладнокровие, готовясь взять парня под контроль до того, как он нажмёт на тревожную кнопку. А там вызвоним Ихтара и будем загребать этот кошмар уже вместе. Только не факт, что ему будет какое-то дело до Ли, когда на кону целый род.

— А? Да в столовой, оказывается, есть булочки с корицей, а мне час назад сказали, что все кончилось.

— Может, новых испекли? — все ещё нервничая, предположил я.

Шею сверну мальчишке, клянусь морем.

— Наверно, — бурчал Родди с нескрываемой обидой в голосе.

Даже завидую, мне бы его проблемы. Париться из-за пустяков, что в столовой припрятали булочку с корицей, а не думать над заказчиком терракта, переживать за дочь и думать куда бы отослать её, пока угроза не уляжется. А ещё иметь очень слабое представление, как помочь Ли и не усугубить её без того ужасное положение.

— Справишься с заданием, я лично принесу тебе дюжину булочек с корицей, — обещал пареньку. — Ну это помимо премии.

Пусть Ихтар по возвращении отдувается.

— Спасибо, Лорд Теанван, — с благоговением лепетал Род.

Неплохо, я обзавёлся еще одним преданным помощником, главное, чтобы он так же не предал меня за булочку.

Готово.

Высветилось на экране Ихтара сообщение от кого-то по имени: Инфантильный идиот".

С трудом сдержал улыбку. Тут я с братом Ивнар тоже согласен. Но если быть до конца честным, я бы сам не знал как поступить на его месте.

— Родди, слушай, ты так шикарно расписал эти булочки с корицей, а не принесешь и мне парочку? Если будут прятать, скажи для лорда Теанвана. — Протянул ему карточку Ихтара. — А я пока посмотрю, что ты уже выбрал.

— С-с-спасибо! — он даже задыхался от восторга. — Я мигом.

— Не торопись, Род. Сегодня там смена у одной милашки Ксир. Она спрашивала о тебе у подруг.

— Обо мне? — удивился парень.

Перебор? Черт, видимо, я уже переигрываю. Но булочки с корицей явно были лишь поводом лишний раз посмотреть на работницу кафетерия.

— Она говорила что-то про заступившего на смену дежурного, переживала, что этот красавчик увидит на мониторе её вскочивший на носу прыщик.

— Нет, там никакого прыщика! — Он метнулся к двери и уже думать забыл о наблюдении.

— Я послежу, — сказал уже хлопнувшей за спиной Роди двери.

Боже, неужели со я стороны такой же влюблённый олух? Быстро подтёр записи с Налтаром. Делал это грубо, без склеек, но нам просто нужно выиграть время. Дверь неожиданно распахнулась, и я чуть не удалил весь вчерашний день.

— Налтар, чёрт, предупреждать надо.

— Долго ещё?

Его глаза до сих пор не пришли в норму и мерцали синим.

— Почти закончил, токсин?

Древний вытащил из кармана шприц.

— Забавно, да? Я сейчас держу в руках смерть своего народа, украл ради спасения одной женщины то, что может выкосить или спасти Арф’Хейлов. И самое смешное, я даже ни секунды не сомневался, и море молчало, не пытаясь остановить и вразумить меня.

— Море молчало, потому что тот, кого мы ищем владеет не одной такой ампулой, Налтар. Его нужно найти и остановить.

Он тяжело вздохнул:

— Понимаю, просто я так устал лгать ей.

— Я тоже, но это в последний раз. Ты вот самую главную правду сам не собираешься ей говорить.

— И не скажу, кому от этой правды лучше будет? Тебе или Кайлин?

— Тебе.

— Перебьюсь. Ну что, шоу продолжается? — невесело спросил Реонван.

— Ага, шоу с единственной участницей.

— А мы теперь зрители. Она никогда нас не простит.

— Зато не будет мучиться с выбором. Пошлёт сразу обоих.

Уже не смеялись, а сосредоточенно готовили оборудование, чтобы следить и прослушивать палату Кайлин.

— О, у меня ещё гости. Как знал, взял побольше, — Роди притащил целый поднос булочек.

— Ага, а теперь принеси-ка нам кофе, мы тут надолго, — приказал Налтар.

— Чего? — бросил он уже мне, когда поймал мой недовольный взгляд.

— Родди и так послушный наивный ребёнок, мог и не внушать ему свою просьбу.

— Нашёл чему париться, нас могут казнить за государственную измену, а он печётся о лёгком превышении силы. — Реонван откусил булку с корицей и блаженно зажмурился: — Давно не чувствовал себя таким живым, Рил.

Он серьёзно сейчас? И это после напоминания о казни. Жизнерадостный инфантильный идиот. Надо исправить его в телефонной книге Ихтара.

Глава 16.2 Рил

— Привет детка, я сегодня опять задержусь, — я чувствовал себя предателем, в который раз оставляя дочь одну. — Закрой двери хорошенько и никаких мальчиков!

Клянусь, сквозь расстояние уловил, как она закатывает глаза.

— Я не шучу, — строго предупредил ее, прекрасно зная, что чужим она не откроет. А вот про мальчиков я уже не был уверен.

— Да-да, папа, где-то разгуливает опасный маньяк с биологическим оружием, и я как Арф’Хейл и дочь полицейского под ударом. Все по-старинке. Код красный. Сигнализация включена, замки проверила. Можно я уже спать пойду, — она убедительно зевнула в диманике

— Умница-дочка.

Со спокойным сердцем отложил телефон и вернулся к мониторам, наблюдавшим за новой палатой Кайлин. Её ещё не перевели из интенсивной терапии, и мы с тревогой ждали первую реакцию нашей безликой на лежащий на кровати шприц.

Жестоко. Но это единственный шанс найти организатора.

— Каково это, Рилтар?

— Напугать любимую до смерти? Хреновое чувство, я думал, ты сам это ощущаешь прямо сейчас.

— Нет, я о другом. Каково быть… отцом?

Вновь он делает это со мной. Выворачивает душу, рвёт ее на части своими вопросами. У Налтара вряд ли будут дети, и мы оба это понимаем.

С опаской взглянул на спящего в углу Родди. Ему бы мы точно не сумели объяснить наш план, потому с кардинальными методами Реонвана спорить я больше не стал, когда он усыпил дежурного. В конце концов я сам недавно похитил древнего. Не мне судить Налтара. Вот только теперь мне полночи общаться с ним, а наши разговоры последнее время слишком непростые.

— Быть отцом, — задумчиво повторил за кузеном Ихтара. — Это заставляет быстро взрослеть, заставляет быть ответственным, строгим, серьезным. Но в то же время рядом с Ирри я сам становлюсь ребенком, я наряды для ее кукол шил и разыгрывал сцены свадьбы.

— Это странно, Рил, — он прыснул от смеха.

— Странно это шить крохотные трусы на куклу! Ты пробовал.

— Нет, — Налтар уже в голос смеялся, и уверен прямо сейчас он живо представлял себе мои счастливые минуты отцовского унижения, и я продолжал:

— Ты строг, но каждую секунду мечтаешь обойти собственные запреты и выполнить любой её каприз. Ты изображаешь усталость, но сам бежишь собирать с ней пазл среди ночи, ты хочешь для нее счастья, но боишься, что кто-то однажды займет твое место. Так надо, она растет, а ты сходишь с ума от ревности…

— Полегче, Рил. Ей всего десять. Касти ее пока не заберет у тебя, — он положил мне руку на плечо. — Вместе с тобой будем держать оборону. Пусть моя племянница пока поиграет с папой куклы.

— Вместе…

Я еще долго рассказывал ему о взрослении Ирри. О нашей первой встрече, о детском одеялке сшитом Ивнар, о каждой мелочи, пока наконец монитор не ожил. Ли зашла в палату, и ее мгновенно парализовало от ужаса, едва она увидела на постели шприц.

— Началось, — мрачно изрек Налтар и прибавил громкость на динамиках, чтобы не упустить ни звука.

Прости нас, Ли.

Глава 16.3

Только мне начинает казаться, что все постепенно налаживается, как новый удар идёт за ударом. Джет арестован, Рилтар на каком-то опасном задании, меня необъяснимо влечет к Ихтару, которого я должна непременно убить. А если я не сделаю этого, то умру сама. Я на своей шкуре ощутила последствия неповиновения приказу безымянной древней.

И вот на моей постели лежала новая инъекция для Ихтара…

Только мрак начался развеиваться, как Безымянная напомнила о себе. С её силой она могла внушить принести токсин кому угодно. Руки сами собой взяли шприц, а по телу мгновенно пронеслась волна облегчения, словно смерть от меня отступила на шажок, но она все ещё стоит за спиной и ждёт, кого забрать: меня или лорда Теанвана? А для меня ответ очевиден, я не хочу убивать.

Самое ужасное, что я не могу ни с кем попрощаться, объяснить или попросить прощения. Я просто умру, и произойдёт это очень скоро, а Рилтара всё ещё нет рядом. Может, оно к и лучшему? Не успеет привязаться ко мне, будет жить дальше с кем-то другим и Ирри.

Сердце сдавило от боли и ревности. Не хочу уходить, не хочу отпускать его, я уже поверила в будущее.

Села на край кровати и глубоко вздохнула, пытаясь успокоить накатывающую панику. Все кончено. Условие было отравить Ихтара в финале отбора. Шоу отменили, значит, он будет жить, а я не стану убийцей.

— Всё хорошо, всё хорошо, — повторяла себе уже вслух.

Через полчаса пришла медсестра, заставила лечь. В очередной раз измерила температуру, а после прикатила капельницу с физраствором. У меня скоро места живого на руке не останется.

Благо персонал обращался со мной как с хрустальной вазой, и сестра была очень осторожна, когда вводила иглу. Проверила, что раствор поступает в вену, поправила мне подушку, протёрла несуществующую пыль на тумбочке и уже направилась к выходу.

— А лекарство?

— Какое?

— От превращений.

— А. Лорд Теанван распорядился больше не давать вам препарат. Все пришли к выводу, что в случае очередного похожего приступа ваш дар может спасти вам жизнь.

— Ясно…

Меня ещё надеются спасти.

— А можно ручку и несколько листов бумаги. А лучше блокнот, пожалуйста.

Медсестра нахмурилась, но просьбу исполнила.

Через некоторое время я уже сжимала ручку, раздумывая над первым адресатом своего письма.

Джет. Мне многое нужно сказать брату. Возможно, я больше его не увижу. Рука дрожала, а из-за слёз я почти ничего не видела. Собралась с мыслями и начала писать.


Рил


— Что она делает, — нервно спросил Налтар, пытаясь разглядеть, что там карябает в блокноте Ли.

— Прощается со всеми, видимо, — у меня поперёк горла встала распорка.

Наша безлика прямо сейчас готовится к смерти, что у неё творится в голове?

— Мы должны что-то сделать сейчас же!

— Не понимаю, почему она так спокойна, и что мешало ей убить Ихтара раньше. Почему сейчас с этим шприцом она не бежит за мной? Чего мы не видим?

— Место, время, обстоятельства… Не знаю, может Лорда Арф’Хейлов должны убить публично, или во время какого-то важного события. Это политика или простая месть? Может заказчик, хочет присутствовать? — мучился древний.

А он прав.

— Ли как-то должны были вручить эту ампулу, она же попала в твой замок. Ихтар один из организаторов шоу продолжишь мысль? — я чувствовал, как картина проясняется, но лучше от этого мне не становилось.

— Отбор! Все вертится вокруг него, вот черт, — делано ругался Налтар, но я видел, что хочет вновь оказаться с Ли по ту сторону телеэкрана. Видел и не мог злиться на него. Я бы тоже хотел, чтобы весь мир увидел мою любовь к безликой, но я прячусь в тени.

— Надо срочно возобновить трансляцию, и Ли должна узнать об этом первой, пока у неё опять не началось кровотечение, и она не дописала последнее прощальное письмо, — нехотя заключил я, надеясь, что мы не ошибаемся.

— Кто будет гонцом дурной вести? Ты или я? — Реонван уже строчил кому-то сообщение, уверен, уже подключает свои связи, чтобы реанимировать шоу.

— Я бы дал ей поспать и набраться сил. Хватит с неё потрясений на сегодня.

— Намёк понял, — уже в открытую улыбался Налтар, и я не стал его останавливать. Не могу смотреть, как Ли плачет и пишет завещание. Путь море поможет ей ещё раз.

Море в облике последнего из Реонванов взяло мою Кайлин за руки всего через несколько минут. Море волновалось, запыхалось, смотрело влюблёнными синими глазами наша безликая даже не хотела сопротивляться и разрешила забрать свои печали.

Он не позволил себя большего, и не только потому что я смотрел на них. Налтар сам себя наказывал сейчас, но его взгляд… Так много нежности и самоотверженности, что мне стало страшно, а люблю ли я Кайлин так же сильно, как он. Может, это я не достоин быть с ней? Я никогда не смогу отдать ей всего себя, я всегда буду любить дочь, а моё сердце — болеть по Ивнар. Но я и не делю любовь на части, просто эта очень разная любовь. Любовь отца, бесправного мальчишки, раненого мужчины… Именно так, я люблю её, как мужчина. И всё же, как любит её Налтар?

Посмотрел на раскрытое на ладони кольцо, а затем сжал его до боли. Как же мне поступить?

Глава 17

Ихтар пришёл в мою палату раньше медсестры, которая должна была проверить ночную капельницу. Он, словно идеально подгадал момент, когда я проснусь. Отчего-то постоянно теребила волосы и пыталась расчесать их пальцами. Всё равно выгляжу я ужасно, и это мне явно не поможет.

— Вы что-то хотели Лорд Теанван?

Я даже не умылась. И изо рта наверно попахивает. Это нормальные мысли для той, кто вчера чуть не умер?

— Я хотел… — он не решался сказать вслух и явно подбирал слова.

Я же все ещё не отметала вероятность его признания. Отменил мне лекарства, чтобы я могла потренироваться в смене облика перед свадьбой? А ещё Налтар стал моим частым гостем за последние сутки.

— Я даже не знаю, как тебя… вас просить об этом, учитывая ваши чувства к Рилтару Теанвану…

Совсем плохо, он начал со мной на “вы”, а ещё припомнил о Риле.

— У вас же есть чувства к Рилтару?

С такой ломкой спросил меня об этом, словно от моего ответа зависела его собственная жизнь. Вот только его жизнь зависит от шприца под моей подушкой, а не от согласия выйти замуж.

— Есть… — шепотом ответила своему гостю, а ещё ты вызываешь нечто странное в каждой клеточке моего тела, и я не могу найти этому ни одного разумного объяснения, кроме того, что я ветреная и легкомысленная девушка.

— Тогда мне втройне неловко просить об этой услуге.

Ну вот. Началось.

— Мне срочно нужно в туалет, — быстро перебила Лорда, и он смутился ещё сильнее. Много времени я не выиграю, но хотя бы придумаю, что ему ответить.

— Ох… — он с пониманием посмотрел на мою почти пустую капельницу.

Ещё бы. Я за ночь уже раз пять вставала после всех этих вливаний. Спасибо врачам за заботу.

— Позвольте, я вам помогу. — Он протянул мне руку.

Какое знакомое рвение сопроводить меня по малой нужде. Помню одного заботливого фальшивого Сциа’Тхана, который так же рвался в мою кабинку, а теперь и думать про меня забыл.

— Не стоит. Капельница на колесиках. Справлюсь.

Слишком бодро для своего физического состояния вскочила с кровати, придерживая иглу. Аж в глазах потемнело и бросилась к двери в коридор.

— Кайлин, вы куда? В вашей палате есть отдельный санузел.

Вот же чёрт. Побег не удался. Пришлось возвращаться. Закрылась и включила воду. Сколько можно в теории проторчать тут, не вызывая подозрений? Опустила крышку унитаза и села сверху, обдумывая свои слова.

Лорд Теанван, мне лестно ваше предложение, но, как вы верно заметили, я испытываю крайнюю степень симпатии к вашему… к бывшему наложнику вашей почившей сестры и отцу вашей племянницы Ирри Теанван…

Боги, какой ужас! А мне обязательно так много говорить? Могу ли я ограничиться простым “нет”? Так и скажу ему, решено! И плевать на этот перестук в сердце, плевать, что упадническое настроение, как по волшебству, за ночь сменилось чем-то новым. Решимостью, верой в будущее.

— Кайлин, с вами точно все в порядке? — Он тихонько постучал.

— Да, Лорд Теанван. Вы смущаете меня, не могли бы вы зайти чуть позже? — я до последнего оттягивала грядущий разговор.

— Это не терпит отлагательств.

Может, изобразить кряхтение?

Сдалась. Открыла дверь. Бледность лица древних завораживает, серебро волос, аквамарин глаз. Какова черта, они так прекрасны?

— Что у вас за срочное дело? Рассказывайте.

— Я бы хотел попросить вашей…

Зажмурилась. Вдруг он внушит мне ответ?

— … то есть, вашего… Даже не знаю, вправе ли я после всего.

Я начинала злиться. Рубанул бы уже с ходу, быстрее бы закончили.

— Не могли бы вы доиграть свою роль на отборе. Я хочу возобновить шоу и закончить его красиво и логично. Это поможет оставшимся в тени безликим определиться с выбором.

В первые мгновения я даже не нашла что сказать, но клянусь, сначала по телу прокатилась волна разочарования, резко сменившаяся облегчением, а после ужасом.

Ихтар неумолимо приближает свою смерть…

— Я согласна! — ответила быстрее собственного разума. Тлетворное влияние Безымянной просто не оставило мне шанса сопротивляться.

Лорд Теанван наградил меня благодарной улыбкой и поклонился.

— Спасибо, Ли, тогда я приступаю к подготовке, отдыхайте и не думайте ни о чём.

Но я думаю, Ихтар, думаю и не знаю, как спасти тебя. Под моей подушкой лежит страшное оружие, а в блокноте — письма всем, кто мне дорог. Моё будущее туманно и неопределённо, как и твоё.

— Вы для этого перестали колоть мне препарат? Мне вновь нужно стать Кайлом?

— Ты можешь стать кем хочешь. Можешь прийти на шоу вот так. Уверен, вся Империя влюбится в тебя в первый же миг.

— Нет. Эта Кайлин принадлежит только одному мужчине и будет такой лишь для него, — твёрдо ответила Ихтару.

Я помню об обещании, данном Рилтару, Такой я буду лишь с ним.

— Рилтар счастливый мужчина, — заметил Ихтар.

— Надеюсь, он знает об этом, — невесело рассмеялась, поглаживая сгиб локтя. Он дал мне свою кровь. Я же не безразлична ему?

— А если не знает, я ему обязательно втолкую, госпожа Верани, — пообещал Лорд Теанван.


Тело этим утром передумало увядать, и я стремительно пошла на поправку. Препарат возвращал мою способность к трансформации и усиленной регенерации. Первым делом я перекрасила волосы, снова став блондинкой, и с каждым днём осторожно возвращала облик печально известной Кайлин Верани. Именно её мечтают увидеть зрители, её история нуждается в красивом финале. Я же лучше них знала, какой финал видит для меня заказчица. По вечерам я долго разглядывала шприц в своих руках, пытаясь разгадать непростую загадку, как спасти Ихтара и не погибнуть самой, когда до счастливого конца осталось всего несколько коротких перебережек.


Лорд Теанван заходил каждый вечер и в красках рассказывал, как идёт подготовка к финалу реалити-шоу. Удалось собрать почти всех женихов, больше всего радовались братья Дэмпси и Мёрк Уиздом.

— Мёрк вернулся?

— Ага, мы решили немного изменить формат. Это будет что-то вроде большого финала со всеми участниками, где вы с Дали сделаете свой выбор.

— А Закрос? — выдохнула я и тут же испугалась, что в моём голосе слишком много надежды. Но боги, как сильно я скучаю по его хитрым желтым глазам, безумно притягательной улыбке, огню в алых волосах.

— Мне жаль, мы не смогли с ним связаться.

Ещё бы. Связаться с выдуманной личностью у вас и не получилось бы. Изо всех сил старалась делать вид, что мне плевать на эту новость, пока Ихтар не продолжил.

— А теперь поговрим о не самом приятном, Ли.

Можно подумать предыдущая новость была хорошей?

— Близится суд над Джетом Лоулессом, и тебя вызывают как одного из главных свидетелей. Сегодня вечером к тебе придёт его адвокат, он хочет понять, как ты настроена и какую стратегию защиты он выберет. Ты же не против этого визита?

— Конечно, нет. Я сделаю все, чтобы помочь брату.

— Тогда отдыхай, скоро у нас будет много работы. И чуть не забыл сказать, прекрасно выглядишь, Ли, но я всё равно вижу в тебе настоящую Кайлин Верани. — Он коснулся своей груди, словно прислушивался к сердцу, поднял на меня взгляд и улыбнулся так, что моё сердце чуть не вырвалось к нему навстречу.

Что же ты делаешь со мной, древний? Так быть просто не должно!

Глава 17.2

— Готовность минута!

Такие знакомые слова, но уже новая глава моей истории. Мы с Дали сидели на пляже перед замком Лорда Реонвана. Для нас установили шатёр с развивающимся полупрозрачным пологом, вокруг были вкопаны стойки с камерами, которые не попадут в поле зрения поклонников Отбора. Зритель не увидит раскрасневшихся на солнце операторов, литрами пьющих бутилированную воду, не увидит Ихтара, на бледной коже которого искрятся капельки пота. Зрителю покажут двух девушек, немного взволнованно жмущихся друг к другу.

— Дали, возьми Кайлин за руку и чуть сожми. Вот так. Отлично. Когда я дам сигнал, — Ихтар беззвучно щёлкнул пальцами. — Ты сделаешь точно так же, как сейчас. Оператор сделает крупный план. Попробуем?

— А можно я все время буду держаться за Ли? — попросила моя напарница.

— Можно, конечно, но тогда это будет уже совсем другое шоу, — встрял Ришес, наш единственный ведущий.

Саманра все ещё скрывалась от полиции как предполагаемся соучастница Джета. Зато она умудрялась слать мне короткие сообщения с незнакомых номеров, в них она писала, что у неё всё в порядке, а ещё просила прощения, что не может быть рядом. Не винила её, просто надеялась, что мы наверстаем однажды.

— И… начали!

— Эта история, казалось бы, никогда не получит логического завершения. Политические интриги, покушения, похищения и рабство. Сколько потаённых проблем нашего общества вскрыло простое реалити-шоу, в котором двух девушек хотели сделать разменной монетой. Ради чего? Ради величия своей страны, рода. Потешить самолюбие или получить редкий неогранённый алмаз? — затянул Ришес.

Сейчас он больше походил на ведущего криминальной хроники, но никак не шоу о любви. Чуть не рассмеялась от этого внезапного сравнения, но взволнованная Дали напомнила мне, где мы обе находимся и как нам нужно себя вести. Возможно, после долгих недель в пропитанной запахами медикаментов больнице свежий морской воздух пьянил меня. Мне хотелось смеяться невпопад, подставлять лицо солнцу, ветру и брызгам моря. Поглядывала на Ихтара. В его взгляде не было неодобрения, значит, я всё делаю правильно.

Чед задавал нам глупые вопросы: не чувствуем ли мы друг друга соперницами в обновлённом формате шоу, который теперь назвали "Отбором для двух принцесс". Мы отшучивались, заверяли ведущего, что у нас абсолютно разные вкусы на мужчин. Ришес тоже пытался шутить, спросил у Дали, выбрала бы она Кайла.

— Я сразу почувствовала в Кайле Верани родственную душу. Это трудно объяснить, но я знала, что могу ему доверять, что он добр и заботлив. Почему нет? Я могла бы выбрать Кайла, но этого мы уже не узнаем, — она подмигнула ведущему.

Солнце припекало все сильнее, и мне уже стало откровенно жаль операторов. Во время больших рекламных блоков они сменяли друг друга, опрокидывали себе на голову целые вёдра воды.

— Ришес, сменишь направление беседы, отходим от обсуждения прошлых выпусков, — наставлял Ихтар. — Обсуждаем участников. Избегаем прямой оценки, говорим о достоинствах женихов, фантазируем о семейной жизни с ними. Готовность.

Это было даже весело. Мы вновь шутили, Далиила не играла со мной, она вела себя, как подруга, которой у меня никогда не было. Даже обсуждая свой возможный брак с Налтаром Реонваном, она была деликатна, переживала за мои чувства.

— Братьев Дэмпси можно поделить без боя, — смеялась Фолье. — Тебе Аарона, а мне Эарона.

— Может, наоборот? — улыбалась я.

— Имерида Дагхольц, девочки. Как вы представляете такой брак?

Мы очень обтекаемо обсудили тему сексуальных меньшинств. Высказались, что каждый имеет право на выбор и быть собой.

Облажаешься, и тебя потом разберут на цитаты, обвинят в нетерпимости и дискриминации, даже чернокожая Далиила Фолье могла попасть в немилость активистам, брякни она что-то лишнее. Мы обе выдохнули, когда Чед переключился на события связанные с Валай Клао.

— Мы все следим за судьбой твоего народа/ Кайлин. Видим положительную тенденцию, внимание и защиту древних семей, скажи, каково тебе живётся в этом новом мире?

— Знаешь, Чед. Я ещё не успела это все осознать, но да, я бы хотела жить открыто, быть собой, быть вместе с любимым, не прятаться за масками.

— Но сегодня на тебе маска, этот образ был создан для предпоследнего отбора, верно?

Ихтар махал ему руками, показывая прекратить скользскую тему немедленно, но поздно, Ришес озвучил это перед тысячами зрителей, и мне придётся держать ответ.

— Ты прав, Чед. Это не мой истинный облик, но и не маска. Мы же обсуждаем возможность быть теми, кем хотим. Я люблю эту девушку, люблю её историю и сама хочу узнать, чем она закочится. В последнем отборе я не играла в чувства к Налтару Реонвану, мои слёзы не были показными. Я была собой. Я любила. Я надела подвенечное платье.

— То есть, зрители не увидят загадочную безликую сегодня? — с сожалением спросил ведущий.

— Может быть, однажды. Пока я хочу остаться загадкой для вас и этот мой секрет увидит лишь тот, кого я люблю.

— Ты так уверенно говоришь, что мне кажется, ты все уже для себя решила, Кайлин.

— Возможно.

Конечно, решила. И все ещё жду чуда, что Закрос придёт на отбор, что сценаристы приготовили сюрприз, и он вот-вот появится.

— Тогда предлагаю больше не тянуть, а наконец-то позвать наших женихов.

Мы с Дали даже приподнялись с места, но никого не увидели. На пляже, кроме полумертвых операторов, Ихтара и врача, больше никого не было.

— Не туда смотрите девочки! — он показал на горизонт, где уже возвышался парус огромного корабля.

— Да вы шутите, — воскликнула Далиила, вскочила на ноги и бросилась к воде. Её чёрные волосы блестели на солнце, как самые тёмные в мире опалы, рассыпались по голым бронзовым плечам. Босые ноги покрылись мелкими мерцающими песчинками. Подол голубого летнего платья развевался на ветру. Она приложила ладонь ко лбу и вгляделась в горизонт.

— Ли, иди сюда. Смотри, настоящий корабль. Я такие видела только в музеях судоходного транспорта. Ух, какой он быстрый!

Подошла к Дали. Действительно, к берегу корабль нёсся подозрительно быстро для такого слабого ветра. С каждой секундой он увеличивался в размерах, и можно было даже разглядеть крохотные силуэты его пассажиров. Маловато, и почти нет экипажа, а для такой махины он точно нужен.

— Ах, все понятно, — всплеснула руками Фолье. — Его не ветер несёт. Это Налтар Реонван управляет морем. Вон он поёт на носу, гляди!

Я поколдовала над свои зрением и действительно заметила древнего, он вдохновенно пел что-то волнам, яростно размахивал руками, словно толкал корабль. Его седые пряди прилипали к лицу, морские брызги намочили одежду, а глаза… Именно в эту пронзительную синеву я влюбилась однажды, именно в эту радостную мальчишескую улыбку.

Кто-то успел вручить Далииле бинокль, и теперь она жадно рассматривала лица своих женихов. Я догадываюсь, кого она там выглядывала.

— Ух ты, и Закрос Мьенван приехал!

— Что? — Протёрла глаза и действительно увидела на корабле Сциа’Тхана. Он смог… Он пришёл! Дождалась.

Глава 17.3

Чем ближе подплывал корабль с женихами, тем сложнее было устоять на месте. Я была уверена, что закончу этот сезон досрочно. Повиснув на шее моего Закроса Мьенвана и больше никогда не отпущу.

На воду спустили шлюпки, и они так же плыли к берегу толкаемые магией древнего. Завораживающее зрелище. Лодки то и деke выносило на гребни волн. Они взлетали и падали. Объятые брызгами моря и подсвеченные солнцем, они больше походили на колесницы спустившихся с небес ангелов. Пение Налтара становилось громче и резче. Он почти слился с морем в едином порыве разрушить пляж перед собственным замком. Вода у берега вспенилась, забурлила, и мы с Дали отошли подальше на всякий случай. Операторы с разных ракурсов пытались заснять прибытие женихов, и даже мне было мало собственных глаз, чтобы проследить за танцем каждой лодки, за узорами, которые они вычерчивают на поверхности моря.

Громче, быстрее, яростнее. Волны столкнулись с берегом и разбились на миллиард алмазов, со звоном осыпавшихся в песок. Когда все улеглось, мы увидели принцев этого сезона, тех, кто откликнулся на приглашение довести шоу до конца.

Братья Дэмпси, Вирджил Веб, Имерида, Касти, Мёрк и Толрей, Райан уже без своего телохранителя, Налтар и, конечно, Закрос. Они все улыбались, но молчали, словно были иллюзией, привидевшимся нам миражом.

— Я думаю, в представлении наши герои уже не нуждаются, — включился в шоу Ришес.

Не нуждаются… Но я смотрела только на Закроса и сама ловила его взгляд. Но он вёл себя очень странно. Движения, немного растерянная улыбка. Все это совсем не вязалось с тем Закросом, которого помню я. Отвык от этого образа, или просто не хочет играть? Наблюдала за ним и понимала, что знаю его, но совсем не узнаю. Что-то было не так.

Чед спрашивал их всех о чем-то, но я не слушала ответов, а пыталась разгадать загадку поведения Закроса. Надо будет поговорить с ним, убедиться, что моих страхи ничем не обоснованны, и он все тот же развязный Сциа'Тхан. Может, Ирри теперь тоже в курсе его роли на отборе, и потому он ведет себя гораздо скромнее?

— Закрос, что ты скажешь теперь о своём лучшем друге? Признайся, ты знал, что Кайл девчонка? — приставал к нему Ришес.

— Ведешь себя как дознаватель из полиции, — Мьенван положил руку на сердце: — Ничего не знаю. Ничего не видел.

— Кто бы сомневался, — усмехнулся ведущий. — Никто ничего не знает, но с вами бок о бок жила девушка под видом парня. И ты чисто случайно с первого дня не отпускал её ни на шаг.

— Просто старался быть хорошим другом малышу Кайлу, — невинно отвечал Зак.

Те же шуточки и фразы, манера поведения, но что-то все равно не так. Ушло, то необъяснимо-притягательное, что я видела в моём подставном Сциа’Тхане. Сердце не понимало, оно чувствовало какой-то подвох, но я не решалась вскрыть его. Боялась, что меня ждёт жестокое разочарование.

— Ладно, красавчики, мы по вам, конечно, скучали и все такое. Вы устроили охренительное представление, Налтар в очередной раз доказал, что не только за красивые глазки признан главой дома Реонван. Это было реально круто, ваша светлость, — Ришес отвесил мужчине шутовской поклон, и все, включая Налтара рассмеялись. — Думаю, нам пора сразу с корабля на шоу. В последний раз свидание обломилось только нашему заклинателю моря, и он даже урвал поцелуй с Далиилой. Кайлин, все помнят твою реакцию, ты сильно ревновала?

Быть предельно честной со зрителям. Не лгать, не юлить.

— Да, немного по старой памяти. Я любила Налтара, но то было давно.

Старалась не смотреть на древнего, потому что чувствовала на себе его взгляд. Боюсь, что старые чувства напомнят о себе, а я больше не хочу жить прошлым. Разобраться бы для начала, что с Закросом, у меня же будет возможность с ним переговорить? Поблагодарить за кровь и попытаться не высказать ему все свои обиды за то, что толком не навестил меня в больнице. Даже записки не оставил!

— Давно, — повторил Ришес. — Но вот ты здесь, а, значит, готова к новым приключением. И у меня для тебя как раз есть одно. Даже два. Хочешь узнать?

— Ты интригуешь меня, Чед, не томи!

Не хочу я знать. Новые приключения меня вовсе не интригуют, они пугают до дрожи, а после пары часов на жаре я бы с удовольствием спряталась в прохладных коридорах замка до следующего прямого эфира.

— Все же в курсе нового закона и привилегии для Валай Клао?

У меня очень хреновое предчувствие.

— Та-ак, — только и вставила посреди неловкого молчания.

Все откровенно таращились на меня, словно я уже успела обзавестись парочкой мужей, пока лежала в больнице.

— Кое-кто решил воспользоваться новой поправкой и пригласить тебя на свидание вдвоём. Они очень волнуются, не будь к ним строга.

Я уже догадалась, кто выиграл жеребьёвку. Говнюки Аарон и Эарон Дэмпси подмигивали мне, как два семафора. Волнуются, да они едва не ржут в голос. А я-то считала их своими братанами! Ну, когда прикидывалась парнем. Теперь мне походу нужно идти и есть с ними мороженку, но уже в облике Кайлин Верани.

Бросила на Ихтара несчастный взгляд, но он лишь показал мне большой палец. Класс. Никакой поддержки от древнего. Только я, близнецы, толпа операторов и сюрприз-свидание. Я уже говорила, что ненавижу это реалити-шоу?

Глава 18

Аарон и Эарон подхватили меня под руки с обеих сторон прежде, чем я успела увернуться или хотя бы возмутиться. Они почти вприпрыжку утаскивали меня с пляжа, а я смешно перебирала ногами в воздухе.

Мы быстро миновали замок и направились к уже поджидавшей нас на подъездной дороге машине.

— Ей, Дэмпси, мне бы переодеться!

Босые ноги были в песке, подол летнего платья намок от морских брызг.

— Позже, — хором ответили парни и открыли для меня дверь авто.

Села с краю, чтобы в случае чего на ходу выпрыгнуть и сбежать.

— Двигайся, Кайли! — Аарон подпихнул меня задом, заставив сесть в центре.

— Трогай, — крикнул водителю Эарон и устроился с другой стороны.

Теперь эти двое зажали меня так, что улизнуть во время нашей поездки я точно не могла. Положила руки себе на колени, смотрела под ноги, мысленно отсчитывая время до конца этого неправильного свидания.

— Мне кажется, братец, она нас боится, — рассмеялся Эарон.

— Угу, два брата-извращенца начнут приставать, не отъезжая от замка Реонвана, — присоединился к нему второй Дэмпси.

Совсем несмешно!

— Расслабься, Ли. То, что о нас пишут фанатки — полный бред. Мы бы никогда не стали мутить с одной и той же девчонкой, тем более спать с ней вместе, — Аарон передёрнул плечами. — Это просто чьи-то влажные фантазии.

— Вот-вот, Ли, у тебя есть сестра?

— Что-то вроде, — осторожно ответила на безобидный вопрос, и вспомнила о Саманре с приятным теплом на душе. Они же не собираются подкатить к ней?

— Она занята, если что! — быстро добавила, осадить ребят.

— Да мы не об этом, — улыбался мой бывший напарник по музыкальной группе: — Ты бы могла представить себя, её и какого-нибудь мужчину в одной постели?

— Нет, боги, Аарон, это мерзко.

Они оба безобидно рассмеялись.

— Ну, с нами так же. Братья отдельно.

— А девушки отдельно.

— Тогда зачем вы позвали меня? Это же свидание, вроде как…

Они переглянулись, продолжая по-доброму улыбаться.

— Мы преследуем много целей: корысть — одна из них. А вообще, для нас ты все ещё Кайл, парень с которым весело было записывать песню и клип, отвечать на каверзные вопросы Клинг и проходить испытания, — поделился Аарон.

— По-моему, это называется дружбой, — помог ему брат.

— Именно, давай дружить, Ли!

— А давайте!

Паника прошла, уступив место чему-то уютному и озорному. Остаток пути неловкости уже не было, и мы болтали, словно я до сих пор была Кайлом Верани. Братья ничем не выдали свой заготовленный сюрприз, и мне оставалось только гадать, куда меня везут.

— Та-дам, — Эарон вытянул обе руки и показал на двухэтажное здание, на фасаде которого прямо сейчас монтировали огромную вывеску. — Круто, да?

— Наверно, круто, а что это?

— Прочитай, Кайли!

— Твинзкорт? И что это значит? — понятия не имела, куда меня привезли, но напоминало это салон или даже бутик. Витрины от пола до потолка, пока ещё пустые и немного пыльные, широкие двери.

— Это наша фишка. Магазин парной одежды. Выпускаем уникальные шмотки для близнецов, братьев, сестёр, парочек или настоящих дружбанов. Разрабатываем для всех свой собственный стиль, отражающий чувства и привязанности. Пошли покажем тебе всё! А ещё у нас будет к тебе небольшая просьба.

— Оказать нам честь, так сказать.

— Фотку для соцсетей!

Они обняли меня с двух сторон и сделали первое селфи на фоне здания.

Мы перешагнули через несколько строительных балок и вёдер с краской. Работа над магазином братьев Дэмпси ещё полностью не была завершена, где-то незакрепленная провисала проводка, стремянки привалились к бетонным стенам, в углу были свалены рулоны обоев.

— Из-за отбора мы немного отстали от графика, нет времени следить за рабочими, — оправдывался Аарон.

— Все равно, очень круто, — поддержала ребят, проведя рукой по загрунтованным стенам. — Большой у вас планируется магазин.

— А то! — ребята явно гордились проделанной работой. — Если у тебя вдруг не выгорит с лордом Реонваном, приходи к нам работать. Будешь нашим счастливым талисманчиком.

Аарон недовольно посмотрел на брата, и тот быстро осёкся.

— А с чего вы взяли, что собираюсь выйти за Лорда Реонвана?

Парочка переглянулась, раздумывая, делиться со мной или нет. Аарон продолжал делать близнецу смешные знаки.

— Ой, да брось, его тут нет, — успокаивал брата Эарон. — Кое-кто просто боится древнего до мокрых трусов. Короче, твой Налтар чёртов псих. В перерывах между допросами налетел на нас прямо в участке, угрожал. Мы то всего один раз обмолвились в интервью в шутку, и то в шутку, что позвали бы тебя замуж, а он сразу начал столбики вкапывать.

— Это совсем ничего не объясняет… Налтар приревновал к вам?

— Говоришь так, как будто мы ему не можем составить конкуренцию. — Буркнул себе под нос Аарон.

— Я не о том, — стало неуютно перед братьями, которых я явно обидела последней фразой. — Просто лорд Реонван ещё два года назад от меня публично отказался. На ревность он не имеет права.

— Скажи это ему. Зато понятно, на кой черт он припёрся на отбор. Арф’Хейл и редганка, это даже не смешно. Он тебя искал.

— Я поговорю с Налтаром, он не имеет никакого права угрожать моим друзьям, — злилась на древнего все сильнее, но Аарон быстро выдохнул:

— Даже не думай, а то он узнает, что мы тебе пожаловались! Это тупо, Кайли!

Пообещала ему, что буду молчать, сама же думала, все равно высказать все Реонвану. Какого чёрта он о себе думает?

Эарон прибавил шагу, гремя на ходу внушительной связкой ключей, а вот Аарон плёлся рядом со мной. В коридоре было прохладно в одном егком платьице, и мой спутник заметил, как ёжусь, снял с себя толстовку и протянул мне. Он как-то непривычно сутулился, прятал руку в карманах, оттягивая джинсы, потом ерошил свои светлые волосы на затылке.

— Эарон влюбился, — вдруг выдохнул он.

— Ух ты, в кого же?

— После вашей поездки с Саманрой, мы решили навестить того слепого дизайнера, мы ищем неординарных сотрудников и партнеров, она подходит. Так вот… Брат запал на Атмэ и, кажется, у них все серьёзно.

— Ты не рад?

— А? — Он опять не знал, куда деть свои руки. — Рад, конечно. Просто теперь я… Короче, я не боюсь Налтара, если что, — он резко сменил тему. — Лично я не шутил в интервью, Кайли. Ещё когда мы работали над клипом, когда записывали эту чертову песню, я что-то почувствовал. Думал, что запутался. Я вообще не понимал себя. То есть, мне всегда нравились девушки, а тут…

Он говорил сбивчиво, и я уже поняла, к чему он ведёт, но не находила в себе сил перебить его. Ему было так важно выговориться, а у меня безумно болело в груди, от этого признания на грани отчаяния.

— …блин, Эарон, будет ржать надо мной, если узнает. Я такой придурок, Кайли, но я, — он опасливо бросил взгляд на захлопнувшуюся дверь в конце коридора. — Я прямо сейчас все испорчу, и дружбы может не получиться. Просто знай, я люблю тебя, и останусь на отборе до самого финала. Я, как и Налтар Реонван, буду ждать твоего решения. Я не древний, не слышу голос моря, у меня нет ангара с тачками и вертолётами, но я готов слушать тебя всю жизнь, Кайли, слушать и петь с тобой, как на том концерте. Просто знай это!

Он не стал дожидаться моего ответа прямо сейчас, бросил на меня решительный взгляд, чтобы у меня точно не осталось сомнений в искренности его слов, а затем быстро прибавил шагу вслед за братом, оставив меня один на один с этим внезапным признанием и теплой толстовкой Аарона.

18.2

Долго не решалась пойти вслед за братьями Дэмпси, подгоняли меня только переговоры за спиной. Операторы уже приехали к магазинчику братьев и громко ругались, пытаясь пробраться через стройку. Да уж, сюрприз Аарон подготовил мне знатный. Зато получила новый отрезвляющий опыт, не я одна мучаюсь от безответного чувства, теперь вижу со стороны, как трудно отказывать. Может, Рилтар, тоже не знает, как в лицо сказать, что его чувства прошли.

Как же голова раскалывается от всего этого, почему так сложно стать старой версией себя и получать от шоу удовольствие?

Толкнула последнюю дверь и оказалась в огромной круглой зале со стеклянным потолком. В отличие от остальной части здания, тут ремонт был уже доделан. В центре находился небольшой подиум, по периметру стеллажи, вешалки, тумбы с одеждой всех цветов и фасонов. Всё парное.

— Сюрприз, — хором закричали Эарон и Филья, выскочившие на меня с двух стороны в одинаковых мешковатых толстовках с единственным словом на каждой. “Его” и “её”.

Невольно улыбнулась, глядя на эту до жути счастливую парочку.

— Я знала. Я знала, — пританцовывала Атмэ. — Как же я рада встретить тебя, Кайлин, я же говорила, что сошью для тебя платье.

— Ты так уверена, что я выйду замуж?

Слепые глаза Фильи уставились мне прямо в душу, а брови на её бледном лбу нахмурились.

— Уверена, я вижу в твоем сердце любовь.

Поймала на себе взгляд Аарона. Прости мне, но эти чувства не к тебе. Быстро начесала волосы на лицо, лишь бы не чувствовать эту пытку.

— Одной любви мало, Филья, чтобы быть с тем, кем хочешь. Он тоже должен хотеть этого.

— Он хочет, вселенная мне подсказала, — мистическим голосом сообщила Филья, а Эарон смущённо рассмеялся.

— Клянусь, обычно она не такая чокнутая, Ли. Детка, всеми этими пророчествами ты пугаешь нашу гостью.

— Я тебя пугаю, Ли? — виновато спросила девушка, и я показала ей двумя пальцами размер моего испуга:

— Ну если только самую малость.

— Тогда пойдём, я сниму мерку.

Не обращая внимания на мои сопротивления, Филья толкала меня к одной из комнат, расположенных по периметру круглого зала. Мы очутились в хорошо освещенном помещении со множеством зеркал и причудливой люстрой под потолком.

— Раздевайся! — весело приказала моя похитительница, словно собиралась подарок ко дню рождения развернуть. — Как управишься, вставай на тумбу, а я пока подкручу термостат, чтобы тебе было не так холодно.

Я с опаской взглянула на незапертую дверь. В зале уже вовсю началась бурная деятельность, я слышала голос Чеда Ришеса, ругань операторов. Что-то со звоном упало и разбилось, последовала несколько крепки словечек. Ничего нового. В подворотнях я слышала и похуже.

Отряхнула с ног остатки песка, скинула сандали, а после высвободилась из платья. Филья долго не возвращался, и мне становилось не по себе. Что если кто-то войдёт и увидит меня в одном белье?

Голоса за дверью становились всё громче, а моё желание подобрать одежду с пола всё сильнее.

— Извини, что так долго!

В руках у Фильи была самая обычная измерительная лента и ничего более.

— Ты только не пугайся, Кайлин.

Смешно! Стоит только кому-то сказать: не нервничай или не пугайся, как у тебя появляется жгучее желание делать именно это. Но испугаться я даже не успела, лента в руках Атмэ ожила и бросилась на меня. Она обвивалась вокруг моих лодыжек, бедер, талии, груди, шеи, а Филья быстро-быстро записывала результаты замеров в свой блокнот.

— Ты же не планируешь поправляться перед свадьбой? — обеспокоенно спросила девушка.

— Я и свадьбу-то не планировала, — пнула ленту, которая после выполнения замеров упала к моим ногам.

— Но я упорно вижу в твоём сердце любовь, Кайлин.

— А у любви всегда счастливый конец?

Она ничего не ответила на это, но Атмэ не раскрывают всех своих секретов, она лишь сказала:

— Твоё платье будет ждать тебя, Кайлин, я все равно сошью его, даже если ты сама не веришь в чудо.

К этому вопросу мы больше возвращались, а ближайшие два часа превратились в эпизод молодежной комедии, где девушка перемеряла кучу нарядов, а друзья оценивающе хлопали после каждого дефиле и показывали большие пальцы. Мне правда было весело влезать во все эти толстовки, пижамы, натягивать на голову смешные шапки. Братья Дэмпси подарили мне кучу вещей с фирменными принтами, и когда я уже готова была рухнуть от усталости и эмоций, сообщили, что свидание не окончено. Мы вновь сели в машину и в этот раз неслись по ночному городу в самый центр.

Я уже и забыла, какой бывает ночная жизнь со всеми этим барами, клубами и ресторанами. Мы остановились у здания, из которого лилась приглушенная музыка и нежно постукивали басы. Нестройное, временами фальшивое пение без ошибки подсказало, что это за место.

— О, боги, мы будем петь! Скажите, что мы будем петь? — я от нетерпения подпрыгивала на месте.

— Кажется, мы угадали с сюрпризом, бро, — Дэмпси были довольны моей реакцией, а я уже планировала, какие песни исполню этим вечером.

Хотела бы я всегда жить как сегодня, переживать только из-за того, что моя очередь никак не подходит. Громкая музыка, осипшие голоса, смешные танцы и не менее смешные песни. Кажется, я даже подпевала чему-то очень нецензурному и пошлому. Когда выходили из клуба, уже расцвело, и казалось что мы попали в какой-то параллельный мир. Всего минуту назад мы дышали сладковатым запахом дым машины, ультрафиолет подсвечивал белые принты, а коктейли приятно горчили, и вот мы снова в реальности.

— Спасибо, — искренне поблагодарила ребят. — Я не совру если скажу, что эту ночь я запомню навсегда.

— Мы рады, Кайли, — грустно улыбнулся Аарон и распахнул мне дверь машины.

18.3 (дополнено)

Ли


Медленно открыла глаза. Я как-то пропустила момент, когда очутилась в своей комнате. Вернее, в нашей с Далиилой спальне. По задумке сценаристов мы должны были жить вместе, чтобы в эфир попадало как можно больше бытовых сцен, нашей девчачьей болтовни или обсуждений мальчиков. А ещё к моему восторгу и одновременно ужасу, мне вернули наших с Заком Волатили. Лисички узнали меня в первый же день и долго не подпускали стилистов, сидели на плечах и рычали на всех, кто пытался сделать хоть шаг в нашу сторону. Пришлось долго беседовать с моими детками, чтобы они поверили, что их мамочка больше никуда не денется. Демонята послушно ждали в зачарованной клетке и даже позволяли персоналу кормить себя.

Голова зверски гудела после бессонной ночи, а в горле словно банда Кха’Це скреблась за территорию. Зато ноги были в тепле. Даже не в тепле, они словно горели. Резко села в кровати, и волатили чуть не кувыркнулись на пол, но вовремя взлетели и теперь недовольно смотрели в мою сторону.

— Я их выпустила, они очень соскучились по тебе, — пояснила Дали. — С добрым утром!

— И тебя, а который час?

Далиила кружилась перед зеркалом в моих новых вещах, а сумка с подарками братьев Дэмпси лежала раскрытая посреди комнаты.

— Уже почти обед, я принесла тебе поесть, пока табун мужиков не подъел все запасы. Ты же не против? Захотелось померить. — Она указала на белую толстовку с чёрными крыльями на спине.

— Нет конечно, думаю там половина для тебя и есть. Парные шмотки. У близнецов своя фишка, — широко зевнула. — Моя тогда тёмная.

— Идеально, жаль, что они не меня пригласили, я бы вынесла три такие сумки, — смеялась девушка и по-всякому забирала волосы, то в высокий хвост, то взбивала их, превращая в обсидианово черную гриву.

— Тебе чертовски повезло с Демпси. Мое свидание с Вебом было просто ужасным, — призналась Дали. — Верно говорят, нужно разделять личность творца и его произведения, но я правда не понимаю, как настолько самовлюбленный мужчина, мог создавать такие прекрасные книги.

— Наверно, в этот момент на него никто не смотрел, — на последнем слове зевнула, а Дали рассмеялась.

— Весь вечер он говорил о своих книгах, планах, книгах, планах, экранизациях, вначале было еще интересно, пока окончательно не превратилось в грандиозную пиар кампанию за меня и счёт отбора. Тебе повезло, что он тебя не выбрал.

— Ихтар озвучивал наши планы на сегодня? — невинно спросила соседку, и она вопросительно подняла бровь.

— Ихтар? Когда это вы так сблизились. Я даже Лордом Теанваном его называть смущаюсь.

— Я проходила лечение в его клинике. Общались немного. — отвела взгляд, а Дали издала очень красноречивое мычание.

— Тебе и сейчас не помешало бы лечение, — она клацала ногтями по экрану телефона пока не запустила что-то смутно знакомое.

— О нет… — я услышала свой голос и то, как я фальшиво пою песню из моего любимого мультфильма.

— О да, — она сделала громче. — Сейчас будет самый классный момент.

Вчерашняя я попыталась взять высокую ноту, но перешла на мерзкий писк, а после мучительно закашлялась.

— Какой кошмар! — Прикрыла лицо ладонями, а Дали включила на повтор.

— Да-да, страдай, это тебе за то, что повеселилась вчера, надеюсь, сегодня мне повезёт больше. Давай ешь и пошли узнавать результаты жеребьевки.

Я осилила только чай из термоса, при мысли о жевании у меня ныли виски и скулы. Сегодня кому-то достанется очень разбитая и уставшая принцесса.

— Дали, ты отправляешься на свидание с Имеридой, — вещал Ришес.

— Кайлин, а тебя ждёт вечер с Закросом Мьенваном.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Наконец-то я прижму его к стенке и узнаю, какого черта, он меня избегал, а ещё забросил наших лисичек. Бессердечный мерзавец!

*.*.*

— Тихо ты, — успокаивала Дали, с тоской поглядывала на то, во что я превратила подарки братьев Дэмпси, я раскладывала вещи по всей комнате, пытаясь выбрать хоть что-то подходящее для свидания с Заком.

Нам дали всего минут десять на сборы, и я пыталась сообразить хоть что-то женственное.

— Ты ведь понимаешь, что это все попадёт в эфир, и империя узнает, как сильно ты втрескалась в Мьенвана.

— Плевать.

— У тебя же голова болела, не мельтеши, а то и у меня мигрень разыграется.

Игнорировала её заботу. Нашла кофточку с блестящей надписью на каком-то неизвестном мне языке, а ещё ультраузкие джинсы. После больницы я изрядно похудела, потому влезла в шмотки, даже не прибегая к магии.

— Как я? — повернулась к соседке.

— Как влюблённая девочка-подросток. Думаю, и без финала ясно, кого ты выберешь.

Финал. Вот и вспомнила я о приказе безымянной. Прикинула в уме, сколько до него осталось свиданий, а я ведь даже и не придумала ничего. Села на край кровати и стиснула ладонями виски.

— Говорила же, полегче. Это всего лишь Закрос, он тебя и мальчиком обожал. Видишь, голова опять разболелась из-за него!

Но голова болела по другой причине. Очень скоро кто-то умрёт, а я думаю только о свидании с Рилом. Я поверхностная и эгоистичная. Хотя возможно, это мой последний шанс стать хоть ненадолго счастливой.

В дверь постучали, напомнив, что женихи уже ждут. Дали быстро расчесала мои растрёпанные волосы и мазнула мне блеском по губам.

— На удачу! Он никогда меня не подводил.

— Спасибо, — искренне поблагодарила девушку и на трясущихся от волнения ногах отправилась на встречу с мужчиной своей мечты.

Глава 19

Ли


Закрос в окружении камер уже ждал меня у машины и живо беседовал с Ришесом. Они непринуждённо смеялись и, завидя меня резко перестали разговаривать. Как же я хочу заполучить эту запись и узнать, какие вопросы Сциа’Тхану задавал ведущий, и что тот на них отвечал. Они же обсуждали меня и предстоящее свидание?

Ноги дрожали еще сильнее. Мы так долго не виделись с Рилтаром, что все произошедшее между нами уже начало казаться мне предутренним сном: красивым, ярким, но эфемерным. Махнёшь ресницами, и все растаяло в туманной дымке. Пока я ещё собираю бусины воспоминаний: наша поездка в приют за волатили, рейд по городу, молочные коктейли, угон машины шейха, прыжок в холодное озеро и ночь в мотеле. Если первые дни нашего знакомства оказались такими насыщенными и безумными, какова будет целая жизнь? Буду ли я Рилтару достойной спутницей, а Ирри подругой? Сестрой? В самых смелых мечтах не решаюсь назвать себя мамой, но я готова любить его дочь. Я уже люблю их обоих.

— Привет.

Дрожащая рука то убирает прядь за ухо, то нервно выправляет обратно. Вот и испортила я прическу.

— Привет.

Мне совсем не нравится выражение лица Закроса. Вместо привычной шкодливости, я вижу на нём вину, а воображение уже рисует сцену отказа вперемешку с горькими извинениями.

Но я рассеянно улыбаюсь камерам, не хочу признавать, что проиграла. Я готова бороться. Даже если он меня отвергнет, я все равно скажу, как сильно люблю его. Пусть это даже попадёт в эфир, пусть в который раз я превращусь в брошенную невесту, но моим эмоциям нужен выход как можно скорее.

Зак открыл для меня дверь, и я с трудом поборола желание высказать ему все здесь и сейчас, обнять и больше никогда не расставаться. К черту отбор! Сбежим до финала, спасем Ихтара бездействием.

Но я не смогла начать разговор, мне стала вдруг страшно и захотелось ещё один день пожить иллюзией.

— Пришлось немного поменять мои планы, после твоего отрыва в караоке. Думаю, сейчас тебе нужно спокойное времяпрепровождение. Угадал?

Кивнула. Жадно впитывала в себя каждую черточку его лица. Воскрешала в памяти настоящий облик моего Валай Клао. Крохотные морщинки в уголках глаз, седину на висках, грустный взгляд.

Его все это явно смущало, и он постоянно отводил глаза, наблюдая за уже приевшимся пейзажем.

— Тут недалеко, — единственное, что за короткое время сказал Закрос, и я кивнула.

Мы свернули на одной из развилок и вновь ехали в сторону моря. Открыла окно, чтобы теплый солёный воздух ворвался в салон и вытеснил холод работающего на всю мощность кондиционера.

Дышала как в последний раз, словно прямо сейчас я доживала последние минуты своей сказки.

Мы медленно спускались к подножью горы. Внизу уже отчётливо рисовалось современное здание, эффектно стилизованное под замок. Вокруг был разбит сочно-зелёный парк с пятнышками окутанных белесым паром озёр.

— О, это минеральные источники? — я быстро оживилась, представляя, как окунаюсь в них.

— Они самые? Нравится?

Он искренне улыбнулся, и по сердцу вновь разлилось тепло. Конечно, нравится. Да мне с тобой везде было бы хорошо. Хоть на курорте, хоть в подземном переходе.

— Шикарно, только я не взяла купальник.

И очень жаль, Дэмпси задарили мне и это, к нему в комплекте даже мужские плавки шли того же цвета.

— Нет-нет, у них там с этим строго, только голышом.

Я оторвалась от разглядывания курорта и уставилась на Зака. Он серьёзно? Купаться с ним голышом? А камеры? Меня же только камеры волнуют?

— Снимать видео на территории отеля запрещено. Нам разрешили снять короткий сюжет только на ресепшене и делать селфи в неограниченном количестве.

— А другие постояльцы не против, что мы будем тут с телефонами носиться?

— Неа, сегодня это место полностью в нашем распоряжении. Плюс курорт новый, для них это тоже реклама. Только представь, сколько заявок у них будет после эфира?

Но представляла я совершенно другое. Себя и Закроса голышом в горячем источнике. Может, все не так плохо?


На подъездной нас встречала администратор в белых одеждах. Штаны свободного покроя и такая же белая футболка с логотипом отеля: тремя голубыми волнами.

— Добро пожаловать, — она радушно поприветствовала нас и тут же вручила по планшету с опросом: — Стандартная процедура, прежде чем мы начнем. Аллергии, хронические заболевания, особенности организма, проблемы с сердцем. Наши терапевты должны знать о вас все, чтобы вы провели этот день с максимальной пользой для вашего организма. После вы посетите нашу уникальную сауну, которая стоит прямо над самой горячей точкой всего побережья.

Следом за анкетами она протянула нам по буклету, из которого значилось, что в этом месте более тысячи лет назад провалился и затонул вулкан, жар от которого до сих пор просачивается наверх. Жутковато знать, что где-то внизу находится огненное жерло, источающие тепло.

Быстро управилась со своей анкетой, а Закрос долго постукивал по пункту о расовой принадлежности. Это понятно, он пока не может признаться в том, что он Валай Клао.

— Замечательно, — ворковала администратор. — Я передам это вашим терапевтам на изучение, а пока я предлагаю вам сделать кое-что, что вас невероятно сблизит.

Она вела нас по каменной дорожке парка, скрытой от солнца за кронами деревьев, пока не остановилась у бревенчатого домика с двумя входами.

— Там раздевалка со шкафчиками и туалетами. Оставьте свои вещи и возьмите приготовленные для вас халаты. И никакого белья!

Пришлось ненадолго расстаться с моим Сциа`Тханом, а после — с одеждой. Нашла удобные тряпочные тапочки своего размера, и легкий дышащий халат, от которого приятно пахло душистыми травами.

Закрос вышел после меня и долго ворчал, что с трудом просунул эти штуки в отверстия. Под штуками он явно подразумевал крылья. Улыбнулась, хотя неловкость между нами никуда не прошла.

Сделали кучу фоток в халатах, запечатлели каждое причудливое дерево и статую с фонтаном пока шли по указателям до следующей точки нашего отдыха. Мы очутились на широкой площадке, где были разложены половинки кокоса с пахучими мазями внутри.

— Похоже на скраб, — Закрос перетёр тягучую массу между пальцами, а я нашла записку с инструкцией.

— Тут говорят, сначала мы должны распариться а после обработать этим кожу.

— Звучит забавно, а где сауна.

Мы оба крутили головами, пока не увидели каменную дверь, ведущую прямо в скалу, источающую струйки пара.

— Да ладно? — только и выдохнула я.

Внутри был темно, и пространство освещало лишь несколько дырочек под потолком. Уселись на гладкий камень и позволили пару творить свою расслабляющую магию.

Говорить мы все ещё не решались, потому капли, срывавшиеся с потолка были единственными, что заставляло меня вздрагивать.

Когда вышли наружу, то словно очутились в другом мире. Пришлось зажмуриться от яркого солнца.

— Чем тебя намазать? — закрос подносил скорлупки к носу и принюхивался: — Абрикос, а тут вроде манго, о смотри маракуйя.

— Ты не Закрос, да? — спросила, точно проглотив холодный стеклянный шарик.

— Прости меня, Ли… Я не хотела изображать его, нам всем пришлось.

— Как обычно, — я уже не пыталась останавливать слёзы. Мой мир все такой же неискренний и похожий на чужой сценарий. — Ты сейчас скажешь, что вы все пытаетесь спасти меня, или типа того. Угадала, Сэм?

— Ли, мы обе знаем, что назревает что-то ужасное. Я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Я не злюсь, Сэм, и я, правда, рада, что ты в порядке, я боялась, что тебя тоже схватили, как Джета.

— Нет, но дела у него неважные. Даже с твоими показаниями, его ждут долгие годы тюрьмы.

Молчали. Не могла обижаться на неё, просто чувствовала себя опустошённой. Рилтар снова ускользнул, и теперь я бы действительно хотела, чтобы он бросил меня, потому что я не переживу, если он пострадает, спасая меня…

— Ты не знаешь, где Рил?

Саманра неубедительно покачала головой, и я знала, она мне не расскажет. Я слишком ненадёжна для них и самой себя. Мои поступки и мысли едва ли принадлежат мне.

— Я выберу маракую, — попыталась улыбнуться сестре.

— Чудно, натремся и сделаем ещё кучу фоток?

— Фанаты Закроса сойдут с ума.

— Поделом!

Глава 19.2

Когда мы вернулись Закроса-Саманру тут же увели в сторону гримёры и редакторы для вечернего эфира, где он должен был поделиться впечатлениями о свидании и своими надеждами на финал. Мнение принцесс специально не транслировали, чтобы сохранить максимальную интригу до конца. Пользуясь тем, что все заняты, я прошмыгнула в спальню, легла на кровать и накрылась с головой. Пока сестра не видит, хочу нареветься вдоволь. Ей ни к чему это чувство вины, она думает что защищает и помогает. А я… Я просто устала.

Далиила вернулась ближе к полуночи и совсем не старалась вести себя тихо.

— Ты только представь… Это просто нереально, Ли. Эй, ты там спишь, что ли?

Она бесцеремонно откинула одеяло и увидела мои припухшие веки.

— Закрос накосячил? — без ошибки угадала виновника.

— Все сложно, — уклончиво ответила, да я и сама не знала, что тут говорить.

— Хочешь поделиться?

Отрицательно помотала головой.

— Сколько ты так лежишь?

— Не знаю, часа четыре. Выспалась на горячих источниках, пока мне делали жутко долгий массаж.

— Ага, попахиваешь ты как фруктовый салат. Маракуйя?

— Я её теперь ненавижу.

— Подозреваю, что за этим кроется какая-то душещипательная история? — с интересом подняла бровь Дали.

— Но ты её не узнаешь.

— Жестоко. Хочешь покажу, как я всегда справлялась с тоской и гневом? Фирменный рецепт от Фолье.

— Конечно, и расскажи о своём свидании. Оно по-любому было лучше моего.

— Ну да, меня не обмазывали тропическими фруктами. Вставай, расскажу по дороге.

Далиила вела меня к пляжу. Она в красках расписала, что весь день с Имеридой они провели на стрельбище и перепробовали все мыслимое и немыслимое оружие. От луков с метательными ножами, до снайперских винтовок.

— Всякий раз представляла вместо манекена одного дальрабийца, — принцесса потрясла браслетом, от которого не избавилась до сих пор.

— Имерида крута. У Мёрка теперь нет шансов?

— О, нет-нет. Тут самое интересное. Она не жених!

Я рассмеялась:

— Думаю, все в империи заметили, что она не жених.

— Да нет же! Она на отборе инкогнито. Короче, это мой личный телохранитель под прикрытием, прикинь? Папенька её нанял. Она настоящая профи.

Оказывается, не только меня опекают без моего ведома. С Далиилы тоже не сводят глаз. Но она была довольна, и я не могла не порадоваться за неё.

Когда мы подошли к самой кромке воды, редганка встряхнула руками.

— Валай Клао могут обучаться любой магии?

— Вроде того, мы копируем не только внешность других рас, но с магией труднее, когда не знаешь принцип.

— Тогда учись.

Она провела ладонью над водой, и вся поверхность покрылась мелкими мерцающими точками. Они покружились, собрались в несколько причудливых узоров, а потом поднялись в воздух и посыпались на нас. Подставила руку и мне в ладонь упало несколько крошек.

— Это золото!

— Ага, — непринуждённо ответила девушка. — О моем даре ты знаешь. А вот тебе секрет. Все в мире обладает сердцебиением. Издает слабый едва уловимый импульс. Вот ты, к примеру.

Она положила ладонь мне на грудь.

— Привычный перестук. Но и камни живут своей жизнью. Попробуй уловить пульсацию золота. Оно как бы позвякивает. Словно монетки в кошельки. Дзинь-дзинь.

Ничего не услышала. Мне даже показалась, что Дали издевается надо мной.

— Наверно с золотом сложно. Вот камень.

Она подняла с песка булыжник.

— Он сейчас ворчит, как старый день, что его потревожили.

— Ты чокнутая, — я смеялась уже в голос, а принцесса обиделась.

— Ты даже не пробуешь. Отвернись. Сейчас я закопаю его поглубже, а ты слушай ворчание.

Послушалась. Это было даже весело, но в успех я не верила.

— Готово. Ищи. Руками чувствуй, не ушами. Твои руки — твои уши.

И вот как с ней не ржать? Но я честно старалась, водила ладонями над песком, пытаясь не думать, как это смотрится со стороны, как вдруг.

Бубубубубу.

Ворчание!

Повинуясь новым чувствам, я попыталась притянуть к себе этого ворчуна, как вдруг он со шлепком врезался мне в руку.

— Эй! Больно.

Я сжимала камень, а Дали ошарашенно смотрела на меня. Судя по её лицу, в мой успех она сама не верила.

Громкие хлопки заставили нас вздрогнуть, а после похолодеть от ужаса. Медленной походкой к нам приближался Райан и неприятно улыбался.

Глава 19.3

— Какой занятный фокус, оказывается, Валай Клао ещё более интересны, чем можно вообразить. За пару минут научиться дару редганов. Поистине чудо.

— Чего тебе надо, Райан?

Я спрятала Далиилу за спину и шагнула к дальрабийцу, пряча страх за гневом. Это из-за него Рилтар ушел с отбора, именно в тот миг для меня все полетело к чертям. И пускай не он виноват, что я попала в лапы к психопатке, но я не могла отделаться от желания винить во всем его.

— Я с миром, девочки, уберите коготки.

Он щёлкнул пальцами и браслет Далиилы упал в песок.

— Видите, — он развел руками, а принцесса молниеносно пнула кандалы в море. — Готовы выслушать меня?

Мы с Дали переглянулись, общение с Райаном никогда не заканчивалось ничем хорошим.

— Назови хотя бы одну причину, почему бы нам не утопить тебя вслед за браслетом? — прошипела редганка, и лицо дальрабийца исказилось от злости, показывая его истинное нутро.

— В моей стране за подобные слова в адрес мужчины, вы бы уже стояли у позорного столба и учились послушанию сквозь боль и удары плетей.

— Ты не в своей стране, — смело ответила ему, хотя у меня уже подкашивались колени.

— Верно, в Империи поступай как имперец, — кисло улыбнулся мужчина. — У меня деловое предложение, оно вам понравится. Дали, будь добра верни мне мою игрушку. Тебе это несложно.

Принцесса отвела руку к морю, и браслет, описав красивую дугу, угодил дальрабийцу прямо в грудь, заставив мужчину зайтись кашлем. Но он сдержался и в этот раз.

— Я дам одной из вас три желания в обмен на поездку со мной в Дальрабию. Я не принуждаю никого к браку, мне просто нужно спасти мою страну от кризиса, и вы будете свободны.

— Свободны? — переспросила шейха. — Мы и так свободны.

— Не так выразился, прошу извинить, — он захлопнул браслет уже на своём запястье. — У меня есть карта, где, как полагают мои геологи, находится крупное месторождение газа. Но на его поиски и последующую разработку уйдут годы, а этого времени у моих людей нет. Три желания. В моей власти менять течение рек, я могу остановить песчаную бурю одним взглядом. Соглашайтесь.

— Можешь остановить бурю, но не можешь отыскать газ, какая ирония, — ехидно заметила Далиила. — По рукам, я поеду. И моё первое желание будет простым. Откажись от свидания завтра и извинись перед всеми женщинами мира за своё предвзятое и потребительское отношение.

— Слушаю и повинуюсь, принцесса, — скалился шейх.

Глава 20

— У нас с вами неожиданный поворот, — вдохновенно вещал Ришес. — Двое мужчин хотят выступить с важными для конкурса заявлениями. Первым слово предоставляется уже настоящему дальрабийскому шейху. Послушаем.

Если бы я не знала, что Райан находится под влиянием своего же браслета, я бы даже поверила его словам. Мы с Дали посмеивались над гримасами мужчины, а он откровенно страдал, признавая свою вину и предвзятость к женщинам.

Но настоящим сюрпризом стало заявление Касти Пелса. Он открыто заявил, что любит одну юную особо светлым и чистым чувством, попросил поклонниц принять его выбор и решение изменить формат своей музыки. Он сказал, что хочет изучать этнические мотивы и попробовать себя в фольклоре.

Кажется, мы даже отсюда слышали печальный вой фанаток, а где-то кулаком пробивал стену один злой отец. В студии я заметила ещё двух таких гневных мужчин. Налтар Реонван и Ихтар Теанван знали, что речь идет об их племяннице. Бедный Касти. Столько древних мечтают открутить ему голову.

В итоге свидания пришлось отменить по желанию женихов, а у нас с Дали выдался свободный день, который мы провели на пляже, тренируясь с Имеридой. Она обучала нас азам рукопашного боя, а к вечеру обещала показать как обращаться с ножом бабочкой.

— Я поеду с вами в Дальрабию, госпожа, — пообещала Имерида. — Магия магией, но я не доверяю этому южному прохвосту.

— Буду рада, — честно призналась девушка: — Ли, поехали с нами. Научим эту страну любить женщин.

— Заманчиво.

Не говорить же ей, что до этой поездки я скорее всего не доживу. Умру от непослушания приказу или сгнию в тюрьме.

Оставался всего один день до финала, где мы с Далиилой должны были сделать свой выбор. Выйти к зрителям в подвенечных платьях и отдать по розе своим женихам. Где-то в этот момент я вколю Ихтару Теанвану смертельную дозу токсина, а после буду как ни в чем не бывало принимать поздравления с помолвкой.

Этой ночью мне не спалось. Дали долго ворочалась, предвкушая свидание с Мёрком. Из всех женихов остался только он и дракон. Налтар потратил своё свидание ещё до закрытия отбора, так что никакой интриги уже не ожидалось.

Когда дыхание моей соседки стало ровнее, я вышла из комнаты. В каждой тени мне мерещилось всякое, а в каждом шорохе я слышала очередной заговор. Чего же я ждала от финала, кому мне вручить розу? Сценаристы уже в голос намекают на Налтара. Именно такой развязки все желают. Выстраданная любовь вопреки между безликой и благородным Арф’Хейлом.

Вышла на внешнюю лестницу и крепче закуталась в плед, который стащила из комнаты отдыха.

— Ты следишь за мной, Кайлин Верани?

Обернулась на знакомый печальный голос. Налтар сидел пролётом выше и был бледнее обычного.

— И не думала. Совпадение.

— Совпадение, — мечтательно повторил он, поднялся с места и пересел ко мне. — Как ты?

— Неплохо для Кайлин Верани, которая узнала, что Закрос вовсе не Закрос, что на маракуйю у меня аллергия, рядом сидит древний, бросивший меня у алтаря, а послезавтра мне нужно будет вручить кому-то белую розу.

— Я знаю, что тебе сказали сценаристы. Ты не обязана.

— Ты тоже не обязан. Но ты здесь и тоже чего-то ждешь от финала. Чего, Налтар?

— Честно?

— Попробуй, со мной так редко общаются честно.

— Я хочу, чтобы ты выбрала меня, хочу свадьбу, семью, детей. Недавно мне рассказали, что значит быть отцом. Звучит волнительно и очень интересно. Думаю, я бы справился.

— Грандиозные у тебя планы. Где они были два года назад?

— А вот тут я промолчу, ибо отвечать честно я не смогу.

— Ага, какие-то там обстоятельства.

— Неподъемные, Ли.

— А сейчас они вдруг исчезли? — спросила с каким-то звенящим чувством в груди.

— Нет. Они стали ещё неподъемнее, а моё желание поцеловать тебя лишь растёт с каждой минутой. Море свидетель, я люблю тебя.

— Ты мерзавец, Налтар, хотя море говорит, что идиот.

— И это тоже, — он мягко согласился. — Но мне стало легче. Быть честным с тобой хотя бы в чувствах, я так мечтал.

— И что мне делать с твоего честностью и твоими чувствами? Ты терзаешь меня, разве не видишь?

Старые невыплаканные слезы подступили к глазам.

— Вижу, — он дышал так тяжело и близко, что мне явственно чудилась какая-то болезненность в каждом вдохе, словно ему невмоготу проталкивать воздух в лёгкие. — Простишь идиота?

— Никогда не прощу тебя.

Потому что в моём сердце нет обиды, Налтар, лишь безграничная тоска по утерянному навсегда. Но я вдруг поймала легкий шепот в своей голове. Он умолял меня.

Стань его дыханием, Ли. Спаси моего глупого сына и его разбитое сердце.

Повернулось к морю, лизавшему серебристый пляж. Это оно со мной сейчас говорило?

— Ты что-то слышал, Налтар?

Он не ответил, уснул прямо на моём плече, а черные круги у его глаз явственно выдавали недосып. Накинула на него плед и ждала, что море даст ещё одну подсказку. Но оно ограничилось малым и больше сегодня не взывало ко мне.


Глава 20.2

*.*.*

— Двойное свидание! — радостно сообщил Мёрк Уиздом.

— Ура, — без особого энтузиазма хлопал дракон, и я разделяла его чувства.

Когда Дали в обнимку с тёмным пошли к машине, я пнула локтем своего спутника.

— Предлагаю напиться.

— Поддерживаю. Заодно проверим, чей метаболизм справится лучше: драконий или Валай Клао.

— Вызов принят, — пожала его руку.

Но нам не налили ни в одном баре, потому что двое влюблённых потащили нас в детский парк аттракционов.

— Мы перепробуем все, — кричала принцесса.

— Ура, — с одинаковым восторгом хлопала в ладоши я и Крэг.

Так мы и таскались за ними. Тоннель ужаса, тоннель любви, батуты, комната смеха, тематические фотосессии.

— Это унизительно, — бурчал Крэг, на которого напялили рога и кожистые крылья.

— Что ты знаешь об унижении? — бурчала в ответ, потому что меня просили изображать похищенную и плененную им принцессу.

— Вы такие душки, не влюбились ещё? — ворковал Мёрк, делая очередное фото.

Покосились с драконом друга на друга и синхронно изобразили приступ тошноты для наших компаньонов.

К счастью, вечер пришлось заканчивать раньше, нам подали машину, чтобы не произошло заминок с завтрашним финалом, а невесты выспались и выглядели на все двести.

В замке нас обеих намазали чем-то вонючим и зеленым, мыли, брили и делали маникюр.

— Хочу быть мужиком, — простонала Далиила, когда с её и без того гладких ног отодрали восковую полоску.

— Научить? — рассмеялась с надломом, потому что моим бровям пытались принять более благородную форму.

Очередная бессонная ночь сделала своё дело, и на утро я выглядела ужасно, вызывая отчаяние у стилистов, которые изо всех сил старались спрятать болезненную бледность на моём лице. А я им совсем не помогала, у меня не было сил даже румянец на щеках организовать. Пусть страдают вместе со мной.

Глава 20.3

Зрителей определённо ждал лучший финал отбора за всю их немалую историю, я же не находила себе места в гримёрке. Не могла ослушаться приказа бывшей леди Теанван. Моё подвенечное платье вот-вот станет нарядом убийцы.

— Ты как? — Ихтар заглянул в гримёрку за последними напутствиями, а вместо того чтобы предупредить его об опасности, прятала смертельную инъекцию в полах платья.

— Хорошо, — мой голос дрожал, но это последнее время часто происходило в присутствии этого древнего.

Мне было стыдно за свои странные чувства к нему, но он нравился мне, и дни, проведённые с ним рядом в клинике, определённо останутся в моей памяти навсегда, как и тот странный поцелуй.

— Уверена, что хочешь выйти ко всем? Если что, я оставлю дверь открытой и ты сбежишь.

— Больше я не сбегу.

— Значит, Налтар, да?

Он внимательно смотрел мне в глаза, пытаясь отыскать в них сомнение или что-то ещё. Зачем? Разве не ты попросил доиграть эту роль ради всех несчастных Валай Клао и древних в империи. Не ты ли попросил бы милой с Налтаром и дать ему шанс. Жестоко сейчас всего в паре мгновений до развязки спрашивать меня об этом.

— Он финалист, — только и отвечаю ему.

— Я знаю, что ты просила вернуть Закроса, когда вам с Далиилой дали возможность пригласить на отбор любого выбывшего участника…

— У него были все шансы. Империя голосовала за него, но он отказался приехать, значит, не захотел… — дала ему понять, что знаю про их трюк с Саманрой.

Отлично, вот и напомнили мне о том, что Рилтара скорее всего я не увижу больше. Может, после отбора я бы начала бить витрины, глядишь загремлю в его участок и посмотрю ему в глаза.

— Возможно, он просто не смог.

— К чему сейчас об этом? — Я поправила свободной рукой причёску и фату.

— Прости меня.

— Вы передо мной ни в чем не провинились Лорд Теанван.

Пячусь к туалетному столику, потираю пульсирующие виски, пытаясь избавиться от назойливого жужжания.

— А если я очень виноват, Ли?

Жужжит сильнее и с каждой секундой обретает отчётливое:

Убей. Убей. Убей его прямо сейчас!

— Нет! — кричу на всю гримёрку, чувствуя, как сопротивление болью отдаёт в голове. В нос бьёт запах крови, а над губой становится влажно.

— Ли! Кто-нибудь!

Какая знакомая сцена… Жаль без камер. Такой удачный получился бы кадр.

Кровь стекает по подбородку, капли марают платье, рука дрожит, но все ещё крепко сжимает шприц.

Либо я… Либо Ихтар. Сопротивление прикончит меня. Ну и плевать. Не хочу жить в мире сожалений и боли, не хочу быть женой Налтара Реонвана ради высоких рейтингов и благой цели.

— Не… подходи… — хриплю Ихтару, захлебываясь кровью.

Угрожаю ему шприцем, отгоняю.

— Тебе приказали! — догадался древний.

— Беги, тело не слушается. Я убью тебе, Ихтар.

Шагаю к нему, путаюсь в полах платья, но иду. Сознание уже не подконтрольно мне, толкает вперёд…

— Я не Ихтар, Ли… Хэй, моя Ли, моя Валай Клао, Закрос не пришёл по уважительной причине, — шепчет ласково, целует покрытый испариной лоб.

— Рил? — поднимаю на него заплаканные глаза, но рука успевает взметнуться, вогнать иглу ему в плечо и вдавить до упора поршень.

— Видишь, ты свободна, свободна… — вяло повторяет, и теперь уже его глаза покрываются мутной пеленой. — Ты дважды слову Арф’Хейлов пыталась противостоять, моя Ли. Ты всё же прости Закроса. Он влюблённый идиот, и Рила прости… он не лучше.

Держу его. Тяжёлый. Вместе оседаем на пол.

— Ты не умрёшь, Рил, — быстро утираю слёзы.

Вспоминаю токсин, которым отравили меня в начале отбора. Быстро воспроизвожу его в крови. Разум пьянит от мощного наркотика, но с ним я уже боролась и победила. Меня начинает лихорадить вместе с Рилтаром, вокруг нас сгущаются голоса, кто-то зовёт врачей.

— Папа!

Голос Ирри заставляет моего безликого сбросить оцепенение. Он ищет взглядом дочь, тянет к ней слабеющие руки.

Это я виновата. Я…

— Ты убиваешь себя, Ли, перестань, пожалуйста.

Поздно. Токсин в каждой клеточке моего тела, и я борюсь, заставляю свой измученный организм вспомнить антидот, если нет, умру вместе с Рилом. Мне не нужен этот мир без него.

Меня оттаскивают за плечи, пытаются погрузить уже бессознательного Рила на носилки, изучают лежащий на полу шприц. Задают вопросы, которые я уже не слышу. Они не успеют, не спасут.

Тело горит, я вся в огне. Свадебное платье неприятно липнет к взмокшей коже, а затем все резко прекращается. Гримёрка возвращается на места, но носилки с Рилтаром на полпути к выходу из замка.

Отпихиваю охранников, сбрасываю чертовы туфли и мчусь по коридору. Сейчас я один сплошной антидот, и мне так важно успеть к моему безликому. Борись и ты, Рилтар, у тебя дочь, у тебя… я. Я твоя и плевать на сценарии, плевать на боль в сердце из-за старых чувств, плевать на камеры и таблоиды.

С разбегу прыгаю на носилки, и санитары едва успевают не уронить нас с моим Валай Клао. Сижу на нём верхом и целую. Целую как никогда никого не целовала. Безумно, страстно, отдавая всю себя, лишь бы только он выжил. Меня вновь пытаются оторвать от Рила, но я не сдаюсь. Продолжаю целовать, пока его руки не поднимаются с носилок, прижимают меня ещё крепче.

— Чокнутая, Валай Клао, ты могла умереть, — бормочет мне в губы и до боли целует уже сам.

Чертовски отвлекают все эти санитары, и перед Ирри безумно неловко. Мы с ней толком и не познакомились ещё в моём новом обличьи. Но она же простит спасение своего отца, но кто знает, сколько токсина осталось в его крови? Нужно продолжать. Безумно нравится продолжать целовать его и больше не скрываться ни от кого.

— Именем семьи Теанван, — полупьяно приказывает Рил санитарам, всё ещё находясь под действием наркотика. — Уберите на хрен руки от моей Ли! Ирри, детка, не хочешь посмотреть, что там делает Касти? Клянусь, я уже в порядке! Почти в порядке. Если вы нас оставить на часок, все будет окончательно хорошо.

Смеётся, а юная леди Теанван закатывает глаза.

— Боже, папа, ты как маленький. Я поцелуев не видела?


Глава 20.4

Плачу. Слезы стекают по грязному подбородку, капают на Рилтара, который стал самими собой, моим мужчиной с морщинками и проседью, а я все не могу насмотреться, схожу с ума от счастья.


Еду вместе с ним на скорой. Ирри забрал настоящий Ихтар Теанван, а мой Рил уверяет, что с ним все порядке, уворачивается от игл и капельниц, смотрит только на меня, шепчет, пока никто не слышит:

— Давай сбежим, а?

Киваю. На следующем светофоре он вскакивает с места, хватает меня за руку, и мы выпрыгиваем из кареты скорой помощи. Ловим такси, водитель оглядывает моё платье с сомнением.

— Вечеринка с переодеванием! Я была невестой вампиром.

Он увозит нас прочь, а у нас ни копейки денег. Расплачиваюсь сережкой с драгоценным камнем. Вторую отдаем владельцу мотеля.

— Барри, мне как обычно, — с трудом отрывается от меня Рил, и вновь целует пока администратор изумлённо смотрит то него, то на меня, то на серёжку и не понимает, почему его сегодня зовут Бари, и что значит, как обычно.

Заваливаемся в номер. Смеемся, не верим, что оба живы. Тоскин короткими вспышками все ещё туманит разум. Но у меня ещё так много вопросов.

— Её поймали, Ли. Начальник службы безопасности дома Теанван, уже допрашивает её.

— Зачем она сделала это?

— Отчаянный шаг. Она тяжело больна, Ихтар развёлся с ней не зная, считал, что проблема в нем, решил дать ей шанс жить нормально, найти достойного супруга и завести детей.

— Древние такие древние… Но убийство любимого?..

— Она надеялась, что Ихтар найдёт противоядие. Спасет себя и её.

Я покрутила пальцем у виска.

— Поможешь? — повернулась к нему спиной и подняла волосы. — Хочу снять этот кровавый кошмар.

Он коснулся завязок, а потом вдруг убрал руки.

— Нам нужно поговорить, Ли.

— Нет нет нет, Рил. К черту разговоры. Последнее, что мне нужно это болтовня, я так ждала тебя.

Попыталась сама выпутаться из одежды, но это оказалось сложнее, чем я думала.

— Я не хочу начинать наши отношения с недомолвок, ты должна знать.

Почему то я подсознательно догадывалась, что он скажет что-то такое, отчего наша жизнь уже не станет прежней.

И он рассказал мне о Налтаре, почему древний отказал мне два года назад, и чего ему стоило отпустить меня тогда и сейчас. Все встало на свои места, болезненность лорда Реонвана, его странные речи, мольба моря. Я не думала, что моё сердце способно разбиться вновь, но оно опять разлетелось вдребезги.

Я даже не плакала, просто смотрела в пустоту, пытаясь понять, что чувствовал Налтар, глядя на наши отношения с Рилом. Я была груба с ним, отталкивая, не догадываясь о причинах.

— Сколько ему осталось? — шепотом спросила, боясь услышать ответ.

— Немного, единственную сыворотку, на основе которой можно было сделать лекарство он отдал тебе. Люди Ихтара не нашли запасов токсина. Он пожертвовал собой ради спасения тебя, Ли. Я не мог молчать, прости, я приму любое твое решение.

Решение было только одно. Оно не было продиктовано долгом или чувством вины. Оно не было правильным или благородным, оно было единственным. Рилтар прав, мы не построим наши отношения на костях Налтара, мы просто не сможем, чувство вины станет тлетворнее токсина, придуманного безымянной. Оно отравит нас и уничтожит.

Он все понял без слов, но я не собиралась отпускать его этой ночью. Правильно я поступлю завтра, а сегодня я его.

Больше не было слов и мыслей, только шорох одежды и горечь прощания с металлическим привкусом крови. Я люблю Рилтара, я люблю Налтара, обоих, такой разной и удивительно правильной любовью, моим разбитым сердцем.

Я долго лежала, прислушиваясь к стуку в его груди, он не затихал, становился все громче, а руки Рилтара рисовали крылья на моей спине.

— Я бы сказал, что дождусь тебя, Ли, но это ужасно, словно я желаю Реонвану скорой смерти.

— Я бы сказала, что вернусь к тебе, Рил, но это звучит не менее ужасно.

Я вызвала такси и молила небо, чтобы Рилтар не остановил меня, одно его слово, и я бы осталась с ним навсегда. Но он молчал, подарил мне на прощание долгий горький поцелуй и отвернулся, пряча слезы.

Заехала домой, чтобы переодеться. Без Джета квартирка словно вымерла, скоро будет очередное слушанье, где должны окончательно выбрать наказание для Кха`Це. Жаль, что на этом мои испытания не закончатся.

Приняла душ, гладила кожу, где всего час назад, меня касался Рил. Его тело и жар остануться со мной.

Не плакать. Налтар не должен понять, почему я вернулась. Он не хотел к себе жалости, да я и не жалею его. Мне лишь жаль потерянного времени, которое мы могли провести вместе. Два года — миг, когда умирает любимый, вечность для того, кто ждёт и верит в чудо.

Замок был погружен во мрак. Сложно поверить, что ещё вчера тут гремело самое популярное в стране шоу. Сотни людей работали на проект, суетилась полиция, репортеры, и вот наступила гробовая тишина.

Проводила красные огоньки отъезжающего такси, думая о Рилтаре, даже когда машина скрылась за горизонтом. Я не забуду его никогда.

Налтара нашла без труда, он сидел на пляже и смотрел на море, которое его явно корило и ругало.

Обернись. Она пришла.

Я тоже услышала этот голос, а затем встретилась взглядом с Налтаром. Но в этот раз я успела отбросить два года обиды, ревности и боли.

— Er lyosker da, — крикнула ему, заглушая радостные волны, и через миг оказалась в его объятьях.

Это не жалость и не благородство. Это любовь. Вернула ему кольцо, которое он отдал Рилтару.

— Я куплю тебе другое, — он вложил его обратно в мою ладонь. Боится. Кольцо зачаровано, и показывает истинные чувства носителя. Тебе страшно, что я разлюбила. Не бойся.

Смотри, Налтар, ничего не изменилось. Надеваю кольцо на палец, и его золотое сияние окутывает нас в ночи.

Эпилог

Налтар прожил три долгих года. Моя кровь, поборовшая токсин, смогла сдержать течение болезни и дать моему мужу стать счастливым.

Мы жили тихо и скромно. Свадьба прошла без гостей и камер. Я не хотела ранить чувства Рилтара, и Налтар понимал меня.

Мы много путешествовали, съездили в Дальрабию на разработку газовых месторождений, которыми руководили Дали и Мёрк, ставшие партнерами шейха. Ради меня девушка загадала ещё одно желание Райану и попросила дать Джету политическое убежище в своей стране. Саманра с моим братом охотно перебрались в другую страну и избежали тюрьмы. Они встретили нас счастливые, мохнатые и очень беременные. Сэм приняла решение стать Кха`Це ради возлюбленного, тем более что в Дальрабии у Валай Клао не было тех свобод и прав, которыми их наделили в Империи. Однако Райан и тут нашел лазейку, ему оказалась очень выгодна безликая в штате компании, которую умело обучала одна редганка.

Супругу Ихтара полностью исцелили, и они проходили реабилитацию у лучших психиатров Империи. Лорд Теанван поклялся вылечить супругу и начать все заново. Они даже отправили нам приглашение на ужин, но мы вежливо отказались, сославшись на моё положение.

На самом деле чувствовала я себя отлично. Морской воздух, возлюбленный рядом и постоянная поддерживающая болтовня волн сделали своё дело, и я была самой бодрой беременной Арф’Хейл. Это было моим решением, я сменила облик ради Налтара и приняла его фамилию, а море благосклонно наделило меня словом Реонванов.

Счастье и гордость во взгляде моего мужа, когда он держал на руках сына окончательно убедили, что все было не зря. Пусть сердце тянуло и болело, но я жила с этим.

Ирри стала крестной нашего ребенка. Она вызвалась сама, долго нянчила своего четвероюродного брата, прежде чем спросила?

— Линтар? Это типа Налтар и Ли?

Мы кивали и тактично не спрашивали об отце. Рилтар сам к нам не приезжал. Это тоже было правильно, хотя я знала, что мой муж часто созванивается с ним сам, в последние дни его жизни звонков стало больше, а на моем сердце тревожнее.

Каждый день мы принимали как дар, но все равно этого было мало.

Налтар ушёл тихо во сне. Его дыхание сначала стало быстрее, а затем стихло, оставив на губах счастливую улыбку.

Я не плакала. Попросила слуг увести ребёнка. Вызвала Ихтара, начала подготовку к прощальной церемонии, пока кузен Налтара утрясал юридические вопросы.

— Море выбрало тебя, Кайлин, это большая ответственность, — напомнил лорд Теанван. — Впервые оно говорит не с Арф’Хейл.

— Я знаю, Ихтар, — кивала ему, а он крепко обнял меня.

— Мне так жаль, Ли. Держись, мы все его любили.

Я любила и люблю. Моё кольцо оставалось золотым, даже когда лодку с телом Нальтара обняло и забрало море.

Гости разошлись, выразили свои соболезнования на прощание, и только мы с сыном и двумя волатили остались на пляже. Я с улыбкой слушала волны, а они теперь общались со мной голосом Налтара.

Линтар уснул в обнимку с волатили, которые вымахали с добрый пони обе. Гладила седые волосы сына, когда вдруг почувствовала теплую руку у себя на плече.

Обернулась и только ему одному позволила увидеть мои слёзы.



*.*.*


— Папа, убери ствол, ты не на работе. Ли, скажи ему!

— Я пристрелю мерзавца, где он? Тебе хоть восемнадцать-то есть?

— Папа, мне уже двадцать три, господи, да вы сами уже двоих успели заделать.

— Рилтар, в самом деле, она уже не ребёнок.

— Может, вы и поженились без моего ведома?

— Давно, сразу после окончания универа, Ли, скажи же ему.

— Рилтар, ты разбудишь детей.

— Где Касти, черт возьми?

Рилтар потрясал пистолетом.

— Ли!

— Рилтар!

— Ой, да успокойтесь вы обе, это не пушка, у меня там коллекционный коньяк, Хонтал подарил, могу я со своим зятем выпить? Я только что узнал, что стану дедулей.

— Самым сексуальным в всей империи дедулей.

— Фу, вы такие мерзкие, снимите номер, хотя нет, четвёртый братик — перебор.

— Сестричку?

— Заведите лучше собаку. Только не такую большую, как эти огненные демоны! Они вчера вылакали у меня весь бензобак! Опять!

Своими криками они все-таки успели разбудить детей, и даже Линтар недовольно тёр глаза:

— У меня контрольная всего через пару часов, вы дадите мне поспать? Ирри, подбросишь до школы, папе, видимо, за руль будет нельзя?

— Не вопрос, собирайся.

Смотрела на свою большую семью, слышала голос моря, поглаживала кольцо с золотым сиянием и была самой счастливой женщиной на свете.

Конец






«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики