Хьюстон. Кожа и кружева. Книга 1 (fb2)

- Хьюстон. Кожа и кружева. Книга 1 [ЛП] (а.с. Кожа и кружева-1) 576 Кб, 163с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Шоу Монтгомери

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



Шоу Монтгомери Хьюстон Кожа и кружева. Книга 1

Глава 1

Хьюстон

– Окей, сначала разберёмся с самым сложным. Если и после этого всё ещё будешь заинтересован, я тебе всё покажу. Потому что это большая квартира, а я не требую продавать органы, чтобы оплатить её аренду.

Я не дал парню сказать ни слова, когда открыл дверь. Я сразу же ринулся в бой, изо всех сил стараясь игнорировать его большие карие глаза и удивлённое выражение лица.

Напомнив себе, что мне не надо отвлекаться на сексуального плюшевого мишку в образе парня, пока не узнаю, сколько у него тараканов в голове, я продолжил.

– Я работаю из дома, так что буду тут практически всё время. У меня легкое ОКР, так что если ты неряха, это будет проблемой. Я гей. И если ты гомофоб, или такой же чокнутый, как те придурки с плакатами, я даже не хочу этого слышать. Я и так уже с ума сошел от дюжины разных людей за прошедшую неделю, так что оставь это дерьмо при себе.

Он не убежал с воплями, как тот нервный бухгалтер, и не расплакался, как невысокий парень, который потерял контроль, потому что видимо все хорошие квартиры были заняты геями, так что это хороший знак.

Очень жаль, что я ещё не закончил свою речь.

– В квартире есть стиралка и сушилка, так что в прачечную тебе ходить не придётся, но также это значит и то, что мы будем видеть вещи друг друга. Ну, так вот, я ношу женское бельё, и не планирую выслушивать истерику каждый раз, когда мне надо постирать. Если это проблема, ты уже знаешь, где выход.

Его рот был открыт, но оттуда не вылетело ни звука. Я его уже сломал? Последнего соседа хватило на шесть месяцев.

– Алло? Ты всё ещё заинтересован в аренде?

Он наконец-то моргнул, и длинные ресницы привлекли ещё больше внимания к его сексуальным карим глазам.

– Ты не требовал залоговый депозит. Просто оплата за первый месяц?

Не совсем тот ответ, который я ожидал, но ок.

– Ага.

– Тогда я бы хотел посмотреть, пожалуйста.

Его голос прозвучал немного напряженно, но ровно.

Похоже на то, что я вроде как нашёл человека, в которого стоило вцепиться. Ну, в любом случае, соседа. Надеяться на что-то, кроме этого, было бы просто смешно, учитывая, как сложно найти приличного соседа. Если я не мог найти адекватного незнакомца, который бы игнорировал мои пристрастия, как можно даже думать о том, чтобы найти себе партнера, который их оценит?

– Заходи, и я тебе всё покажу.

Я отошёл от двери, пытаясь казаться немного дружелюбнее. Если уж его не отпугнуло ничто из сказанного мной, то я не хотел, чтобы он думал, будто я людоед. Я обычно довольно адекватен, пока мне не приходится день за днём иметь дело с дебилами и идиотами.

И это причина, по которой я работаю из дома, а не как обычно.

Новый парень был невысоким, но достаточно широким, так что его тело намекало на мышцы под одеждой. Не то чтоб я присматривался. По статистике, он, скорее всего гетеро, но, учитывая растущее количество людей, которые определяли свою сексуальность не столь жёстко, были разумные шансы, что он, по крайней мере, мог интересоваться.

Не то чтобы это имело для меня значение.

– Гостиная здесь.

Для квартиры, расположенной так близко к центру города, тут было очень просторно. Расположение и размер и были той причиной, по которой я за неё ухватился. Но по этой же самой причине мне обычно требовался сосед.

Успешная карьера давала финансовую устойчивость, так что мне не требовался кто-нибудь, чтоб разделить ипотеку или коммуналку, но всё же это существенно облегчало бюджет. Я не сторонник сумасшедших расходов, но мне нравится путешествовать, и когда есть кто-то, кто может присмотреть за жильём в твое отсутствие, а также поможет собрать больше денег – это идеальный вариант. А с моим стремлением к досрочному погашению ипотеки у меня даже не было возможности пойти на компромисс.

Обычно.

В последнее время мне не очень везло.

Только начав искать соседей, я начал с женщин, и это неплохо работало до тех пор, пока последняя не оказалась немного странной и не поверила, что я на самом деле гей. Я нашёл её голой в моей постели, едва она прожила в квартире всего месяц.

После этого всё пошло под откос, и быстро.

Мне, наконец, удалось её выпереть, но это была неловкая пара месяцев. Начав поиски следующего соседа, я нашёл гетеропарня, который отказывался понимать, что каждый мой взгляд не был приглашением к флирту. Я никогда не был более благодарен, чем когда его перевели куда-то на Средний Запад.

Следующий сосед продержался два дня, пока он не увидел мои трусики в стиралке, так что я даже не уверен, можно ли назвать его соседом.

Кем бы ни был новый парень, по крайней мере, он не казался тем, кого так уж легко смутить.

Он просто ходил по гостиной, спокойный и любопытный.

– У меня будет на кухне достаточно места? Мой последний сосед никак не мог освободить мне достаточно места. Я не против делиться, но одной маленькой полки в шкафу и в холодильнике недостаточно, чтобы что-нибудь приготовить.

– Я не против выделить тебе столько места, сколько нужно. У меня почти нет кухонной техники, так что пустых полок много. Еще я не против, если ты будешь брать какие-то вещи, до тех пор, пока ты компенсируешь их убыль и моешь после себя.

Я небрежно пожал плечами и указал в направлении кухни.

– Взгляни.

Он кивнул и направился к арке, которая разделяла две комнаты. Оглянувшись на меня, он остановился и протянул руку.

– Я Рис, приятно познакомиться.

– Хьюстон. Аналогично.

Я не собирался быть слишком дружелюбным, пока не пойму, что он действительно вменяем и заселится.

Я ждал у двери, пока Рис проходил в кухню, открывая шкафчики и проверяя всё намного более детально, чем кто-либо, когда-либо здесь живший. Он реально умел готовить? Я был неплох в готовке, но когда нужно готовить только для себя, я не всегда видел в этом смысл.

Я попробовал взглянуть на комнату его глазами. Вспомнилось, как агент по недвижимости рассказывал о количестве дополнительной площади и модернизированных электроприборах, но я перестал его слушать после того, как убедился, что квартира не хуже любой другой в этом районе.

Кухни и ванные комнаты влияли на стоимость жилья, но, кроме этого, я их почти не замечал. Гранитные столешницы, качественные шкафчики и хорошая компоновка означали, что мне не придётся многое менять, если я решу продать квартиру раньше, чем планировал.

Наконец-то кивнув, как будто поставил печать, подтверждающую качество, Рис глянул на меня.

– Можно посмотреть спальню?

– Конечно.

Я пошёл назад в жилое пространство, и он последовал за мной.

– У тебя будет первая спальня и ванная в коридоре. Они нормального размера, но если тебе понадобится дополнительное место под офис или что-то вроде того, дай мне знать, и мы сможем что-то придумать.

Он заглянул в ванную, снова молча кивнул, затем пересёк холл и пошёл в спальню. Хозяйская и гостевая спальни были довольно больших размеров. Была только одна маленькая комната, но я использовал её под офис. Так что я не удивился, когда он удовлетворенно хмыкнул и улыбнулся.

– Я недавно видел несколько комнат размером со шкаф.

Он начал бродить по пустой комнате, и, казалось, прикидывал, где что будет, меряя пространство шагами по странной траектории.

– Я никогда не жил в месте, где бы люди так гордились крошечными квартирами.

– Ты здесь давно?

– Нет. Я только что получил новую работу. Фирма предоставляет временное жилье, но мне хочется своё пространство.

Он продолжал бродить по комнате, заглядывая в шкафы и продолжая мерить пространство шагами.

– Думаю, это подойдёт.

Он долго смотрел на меня своими большими карими глазами. Ему надо прекратить делать это со мной.

– Ещё какие-то правила или факты, о которых мне надо знать? Я не большой тусовщик, но мне бы хотелось в перспективе иметь возможность привести кого-то домой, не создавая проблем.

Я пожал плечами. Мне всё равно, кого он трахает, пока они не лезут ко мне.

– Просто снизь уровень шума и не ходи голышом в общих зонах, и всё будет в порядке.

Его лицо сморщилось, а голова склонилась, как будто он не понял, что я имел в виду, и мне пришлось пояснить.

– У меня было несколько интересных соседей в прошлом году.

Рис медленно кивнул.

– Могу пообещать, что буду в одежде, вещи будут чистыми, и не будет громких вечеринок.

– Мне подходит. Контракт на кухне, там несколько вопросов о твоём доходе. Прочти, чтоб удостовериться, что нет проблем.

Когда мы направились обратно к другой стороне квартиры, Рис заговорил.

– В объявлении сказано, что въехать можно сразу же?

Его голос был спокойным, он крутил головой, изучая обстановку. Он был совсем не похож на предыдущих искателей жилья, как и на моих предыдущих соседей – я мог только надеяться, что это было хорошим признаком.

– Конечно.

Я копил деньги на очередное путешествие в Европу, так что чем раньше, тем лучше.

– Хорошо. Я говорил с людьми, у которых хранится мой контейнер с вещами, и они обещали, что помогут переехать, если я найду что-то быстро.

Когда мы дошли до кухни, он ещё раз огляделся.

– У тебя отличная кухня. Ты уверен, что я могу ею пользоваться и раскладывать вещи по шкафчикам? Это точно не будет проблемой? Мой последний сосед собирался освободить для меня место, но его не хватило даже на один шкафчик, так что мне практически постоянно приходилось есть вне дома.

Вытащив документы из папки, я обвел рукой кухню.

– Нет, занимай на здоровье любой свободный ящик. Я часто ем вне дома, так что мне все равно, разве что ты оставишь беспорядок.

Он глянул на меня, и, по-видимому, это из-за короткой стрижки его глаза были такими заметными.

– Ну, обычно я готовлю больше одной порции, так что если захочешь – можешь угощаться.

Жизнь научила меня не верить такому, но спорить с ним я не собирался.

– Держи.

Взяв бумаги, он начал их читать. Это был стандартный договор аренды, так что я не думал, что он найдёт что-то особенное. Разобрав несколько пунктов, обсудив его финансы и вписав дату начала и конца аренды, мы подписали контракт, и дело было сделано.

Я радовался, что закончил с этим, потому что поиски соседа занимали возмутительное количество времени. Но я не собирался расслабляться, пока не выясню, какие у него тараканы. Вряд ли его невозмутимое выражение лица плюшевого мишки продержится долго.

Он сказал, что не большой тусовщик, но это вполне могло значить, что он любит в одиночку накуриваться. Наличие кого-то, скорее всего, означало бы, что у него в спальне вращающаяся дверь для женщин. И скорее всего, пришлось бы по ночам слушать, как какая-то девушка кричит о том, какой он невероятный. Боже, это были долгие три месяца.

Я не уверен, что снова смогу перенести постоянный недосып. Сонный любитель травки начинал казаться мне всё лучшим и лучшим вариантом.

– Так ты сказал, что работаешь в IT?

Там же проверяют на наркотики, правильно?

Рис откинулся на спинку стула, и его рубашка натянулась на груди, чётко очерчивая мышцы под одеждой. Я пытался не таращиться, но в отличие от тощего парня с паранойей, который скорее всего был «в шкафу», Рис был, на самом деле, моим типажом.

Дерьмо.

Я любил невысоких, коренастых парней. Сексуальные мужчины, с которыми можно обращаться, не рискуя причинить им серьезный вред, заводили меня. Я собирался быть осторожным, независимо от того, насколько он был горяч, создание некомфортной обстановки было не тем, что я хотел сделать.

Рис кивнул.

– Да, я обычно работаю с небольшими компаниями, которые находятся в процессе роста, и у них появляется потребность в собственном IT-отделе. Моя новая работа связана с интернет-стартапом, который наконец-то вышел за рамки того, с чем могут справиться их нынешние сотрудники, и нуждается в реальной помощи IT-специалиста. После того, как в прошлом месяце их сайт несколько раз рухнул из-за большого количества трафика, они поняли, что то, что было раньше, не работает.

– Звучит интересно.

Вообще-то не совсем, но это было лучше, чем парень, занимающийся налогами. А я был в финансовой сфере, так что это о чём-то да говорит.

Улыбка Риса из просто приятной стала наполненной настоящим удовольствием. И это адски отвлекало. Может, мне удастся убедить его носить маску в квартире. Но и этот образ тоже был чересчур отвлекающим, так что я его отбросил, и попытался слушать.

– Это прекрасная возможность. Я попал к ним на их начальном этапе развития, и буду отвечать за весь отдел.

Затем он рассмеялся и небрежно пожал плечами.

– Который прямо сейчас состоит из меня одного, и нескольких технически подкованных людей в их отделе маркетинга, по крайней мере, некоторое время, но они говорили о его расширении в течение следующей пары лет. Я думаю, мы неплохо устроимся.

– Здорово. Попасть в растущую компанию – замечательный шанс в долгосрочной перспективе.

Не зная, что еще сказать, чтобы это не стало бизнес-лекцией, я отодвинулся от стола.

– Давай я принесу тебе ключ. Как ты думаешь, когда твои вещи попадут сюда?

– Спасибо. Два или три дня максимум, если верить менеджеру, с которым я вчера разговаривал. Он сказал, что у них эта неделя не загружена, и что если мне получится что-то быстро найти, то не придётся долго ждать доставки.

Рис прошёл за мной в гостиную.

– Я позвоню тебе, как только узнаю свой точный график. Я нацеливаюсь на пятницу после обеда, если у них получится. Для них это может быть сложно, но мне даст полноценные выходные, чтобы разместиться.

– Так, пожалуй, лучше всего.

Порывшись в боковом ящике стола, я нашел один из запасных ключей.

– Тебе, наверное, много чего нужно привести в порядок на новой работе.

Передавая ему ключи, я старался не замечать, как снова вспыхнули его глаза, когда он заговорил о работе.

– На самом деле, пара парней, которая раньше этим занималась, неплохо справлялась. Они просто не могут продолжать делать две работы. Плата довольно хорошая для маленькой компании, и все кажутся дружелюбными. Я думаю, будет интересно.

После того, как я показал ему ещё что-то в квартире и помог снять некоторые мерки в комнате, он отправился по своим делам, пообещав позвонить мне, чтобы назвать точное время появления грузчиков.

Два дня – недостаточно времени, чтобы организовать доставку, но он казался уверенным. Поэтому я сделал себе мысленную памятку проверить своё расписание и убедиться, что в этот день у меня не запланировано никаких встреч.

Возможно, мне следовало бы узнать его поближе или позвать парня на ланч, но я просто хотел насладиться моими последними моментами тишины перед тем, как разразится буря. Он казался милым, но такими же поначалу казались и остальные.

Закрыв дверь, я начал мысленно подсчитывать свои финансы, чтобы посмотреть, как это будет работать, если я решу не брать очередного соседа по комнате. Это было бы выполнимо, если бы я сократил сумму, которую откладывал ежемесячно на сбережения и инвестиционные цели, и растянул время между отпусками.

Но развитие бизнеса, вероятно, было лучшим выходом.

С двадцати лет я работал бесчисленное количество часов, впахивая как проклятый, создавая свой личный портфель сбережений и инвестиций, и продумывая лучший способ работать самому на себя. Как бы сильно мне ни нравился фондовый рынок, общаться с бесчисленным количеством людей, которые никогда не слушали, и отвечать снова и снова на простые вопросы, было не мое. У меня просто не было на это терпения.

Тем не менее, торговля моими собственными вложениями и подготовка деловых предложений для новых компаний было тем, с чем мне было удобно. Если в течение следующих нескольких месяцев я возьму еще нескольких новых клиентов, это даст мне необходимую гибкость, на случай, если Риз тоже окажется чокнутым.

Посмотрев время на мобильнике, я направился в спальню. Мой мозг находился в слишком многих местах одновременно, чтобы садиться за работу. Я сделал, сколько смог, на своей собственной торговле, перед тем, как пришёл Рис, и ещё где-то неделю не собирался начинать следующий бизнес-план, так что это был неплохой день, чтобы отдохнуть. Тренажерка была, пожалуй, наилучшим выбором.

Зайдя в спальню, я начал раздеваться, отвлёкшись, чтобы закрыть двери. Мне надо начинать уделять внимание таким вещам. Бросив рубашку на кровать, я снял обувь, и продолжил снимать остальное.

Соблюдение строгого графика и дресс-кода в рабочее время, хотя и не столь официального, как на Уолл-стрит, делало работу из дома проще. Но когда я схватил тренировочное снаряжение и направился в ванную только в нижнем белье, я рассмеялся.

Посмотрев в зеркало, я покачал головой. Как такое могло случиться, что именно я оказался самым здравомыслящим человеком из всех соседей по квартире, которые у меня были в последнее время? Бизнесмен-Доминант в ярко-розовых коротких трусиках не должен быть первым номером в списке нормальных. Не то чтобы я волновался о том, что именно включает в себя «нормальность», но всё равно, это становилось до нелепого смешно.

– Тебе надо чаще ходить в зал! Эти трусики смотрелись намного лучше пять фунтов назад!

Я погрозил пальцем мужчине в зеркале. Но для того, кто большую часть дня проводил в сидячем положении, и у кого был слишком легкий доступ к холодильнику, я выглядел неплохо.

Я не мог не попытаться представить, что бы подумал Рис.

Я давно принял то, что мне нравилось и кем я был, но я не мог не думать о его реакции. Он был спокоен и невозмутим, когда я выпалил это, но как бы остальное поразило его? Домы должны были быть жесткими и одетым во всё кожаное, и размахивать паддлом[1] или стеком, а не разряженный в атласные трусики или кружевное боди.

Я выглядел чертовски хорошо в этом боди, хоть с лишними пятью фунтами, хоть без.

– Окей, вали в зал, лентяй. У тебя никогда не вернутся назад те кубики на прессе от рассматривания себя в зеркале или мыслей о новом соседе по квартире.

Ради второго найти энергию для упражнений, очевидно, будет трудно. Всё, что мне нужно сделать – подождать, пока Рис въедет, и весь блеск исчезнет. Не было ни шанса на то, что он окажется таким же идеальным, каким моё воображение хотело его сделать.

Мужчина, который был бы сильным, подтянутым, сексуальным, не впадал в шоковое состояние при виде женского белья, гей и сабмиссив – не тот, кто может совершенно случайно появиться прямо у меня на пороге.

Глава 2

Риз

– Так как дела с квартирой? –  полуголый Эли шлёпнулся на край моего стола, едва прикрытый своими кружевными белыми бойшортсами и подходящим обтягивающим танк-топом (майка на широких бретелях). – Он кажется психом, или всё нормально?

Это очень хороший вопрос.

И я очень горд тем, что мне удалось сохранить зрительный контакт, пока он меня пытал.

Судя по сплетням, которые мне удалось подслушать, и не то, чтобы это было так уж и трудно в офисе «Кожи и Кружев», Эли в последние недели превратился из кокетливого, но все же бизнесмена, в грёбаного почти полуголого и без конца впадающего в крайности психа. Единственное, что я понял, это  связано с выбешиванием нового фотографа, и, похоже, все остальные тоже не слишком что-то понимали.

Но независимо от причины, это делало работу с ним практически невозможной.

Как я должен говорить о технической стороне постов в блоге, когда рядом постоянно отсвечивали обнажённые части тела Эли? Это не совсем то, что я себе представлял, присоединяясь к компании. Да, я знал, что всё будет немного иначе. Работа на компанию, продающую мужское феминное бельё и фетиш-одежду должна была стать уникальным опытом. Но общее ощущение было тёплым и дружелюбным, даже если к этому немного трудно привыкнуть.

– Я не знаю. Он казался… вроде как странным.

Я не был уверен, как описать Хьюстона. Он был агрессивен и сексуален настолько, что это просто чертовски отвлекало, но я не был уверен, потому ли это, что он был расстроен, или потому, что он действительно был Домом.

Я хочу, чтобы он был Домом.

– То есть ненормальным? Тебе не нужно снимать что-то только потому, что тебе кажется, будто ты должен. Я говорил тебе, можешь пользоваться корпоративной квартирой наверху столько, сколько нужно.

Эли был одет ну совсем отвлекающе, но в то же время был серьёзным и милым.

Интересное сочетание.

– Нет, он кажется нормальным.

Надеюсь.

– Мне кажется, это просто трудности с поиском соседа. Он атаковал меня и сразу  стал загружать тем, что, по его мнению, могло меня оттолкнуть. Я стоял там просто обалдевший.

– Например?

– Да ничего ненормального.

И пожалуй ничего, о чём бы он хотел, чтобы я рассказал своим сотрудникам.

– Просто это звучало, как будто он столкнулся с чересчур большим количеством осуждающих людей из-за той онлайн-рекламы, которую запустил. Он даже не спросил, где я нашел объявление.

Эли наклонил голову, и на его лице появилось любопытство.

– Я думал, зная, что ты увидел объявление в BJ's, ему будет спокойнее.

– Нет, он даже не спросил. Я думаю, он предположил, что я видел другое.

Эли драматически вздохнул, и покачал головой.

– То объявление было таким ванильным, что я бы даже не дал тебе приблизиться к той квартире.

И он был прав. И собственно Эли и привёл меня к этой квартире. Когда я впервые увидел в сети объявление Хьюстона, то даже внимания на него не обратил. Что-то в том, как оно было сформулировано, представило Хьюстона властным и контролирующим, и не в хорошем смысле.

Но ровно до тех пор, пока я не увидел объявление, которое он вывесил в BJ's, гей-баре в сомнительной части города, и даже решил позвонить. Оно было жестким и конкретным, и возможно из-за обстановки, в которой я заметил объявление, Хьюстон мне показался больше Домом и меньше придурком.

Однако, представление Эли о «хорошей» и «не ванильной» квартире привело нас к некоторым интересным вариантам.

– Я не ищу сексуальные качели в гостиной или что-то подобное.

Фыркнув, Эли засмеялся.

– Это было шикарно! Я всё ещё думаю, что тебе надо было снять то жильё. Цена – отличная, и она сказала, что ты можешь пользоваться любыми приспособлениями, которые понадобятся.

– Она жуткая.

И то, как она предложила использовать её игрушки и игровое пространство, заставило меня нервничать.

Эли легкомысленно пожал плечами.

– Она горячая, если уж тебе такое по душе.

Я тоже пожал плечами, ни капли не заинтересовавшись.

– От неё несло вибрациями сталкера, будто она хранит трупы в подвале. Нет, даже если мне такое по душе, ты ни за что в свете не заставишь меня там жить. Между Доминой и чокнутой есть большая разница. Иногда грань между ними нечёткая, но не в её случае.

Наклонившись вперёд, Эли ухмыльнулся.

– Тебе не нравятся доминирующие женщины?

– Мне нравится само доминирование, пол не имеет значения. Но не люди, которые заставляют меня думать, что я попаду в эпизод одного из этих шоу о пропавших без вести. Я не хочу, чтобы полицейские расспрашивали моих родителей о моей сексуальной жизни, большое спасибо.

Открытость в том, как они говорили о своей личной жизни, была одной из вещей, которая подтолкнула меня к работе с этой компанией.

Но излишняя откровенность порой казалась странной.

Они дали понять, что если бы я был гетеро и ванилькой, они бы поняли, но лучше, если не буду. Я был шокирован. Мне всегда приходилось скрывать свои интересы на всех работах, которые у меня когда-либо были.

Ни разу никто на собеседовании не заявлял, что его удручает тот факт, что я произвожу впечатление нормального.

Слова Эли, не мои.

– Но качели и тот набор в третьей спальне? Они  невероятны.

– Тебе нравится, ты и въезжай, а меня оставь в покое.

Никто из тех, кто «просто ищет соседа» не открывает дверь в кожаном наряде для БДСМ–клуба.

– Я слишком гей, чтобы обратиться к ней. И у неё нет частей, вызывающих мой интерес.

Эли пошевелил бровями и улыбнулся.

– Кроме того, она очень заинтересовалась тобой. Разве она не сказала что–то вроде того, что ты лакомый кусочек?

– Даже не собираюсь туда. Посмотрю, как получится с Хьюстоном, и если никак, поймаю тебя на слове и воспользуюсь предложением пожить в квартире компании, пока найду себе что-то другое.

Корпоративные квартиры были в основном хозяйственно-бытовыми помещениями на третьем этаже здания, принадлежавшего Коже и Кружевам. Во время собеседования они сказали, что купили здание у парня, который планировал превратить склад в маленькие квартиры, но у него не срослось с финансированием.

И они вместо того, чтобы отделить помещение и превратить в квартирки, оставили его для тех, кому это было надо. Из шести доступных обычно две-три были свободными для работников, которые находились между домами или просто нуждались в месте для ночлега на пару дней.

Я оценил это, когда впервые приехал в город, но мне нужно больше расстояния от работы. Впрочем, Эли и остальным ребятам это вроде как не было необходимо. Они больше похоже на большую семью, чем на сотрудников, так что это делало стиль отношений более интересным.

И привело к появлению полуголого Эли у меня на столе.

– Готовишься к съёмкам?

Я указал на его наряд, который становилось всё труднее и труднее игнорировать. И никто меня не мог за это не мог винить – его невозможно не заметить, и – он ещё как горяч!

Когда мне предложили небольшую комнату на первом этаже с остальными офисами или более просторную комнату на втором этаже рядом с главной фотостудией и местом, где модели вели блоги и проводили встречи, я подумал, что на втором этаже будет удобнее.

И я уже сомневался в своём решении.

Эли ухмыльнулся и принял драматическую позу.

– Да. Роман скоро придет, поэтому я должен быть готов. Я точно знаю, что я хочу сделать, и это его выбесит.

Я покачал головой, стараясь не оказаться втянутым в его войну.

– Он вроде как… хорошо работает. Немного нудный, но…

– Осуждающий, дёрганый и самовлюблённый.

Эли фыркнул, и его обычно весёлое настроение пропало и перешло во что–то практически злое.

– Если бы он не обращался так искусно с камерой, Престон давно бы уже выпер его пинком под зад.

– Эм, я думаю, что как раз тот факт, что тебе нравится сводить Романа с ума, и есть причина, по которой Престон держит его рядом.

Вражда между двумя мужчинами стала легендой офиса.

Эли ухмыльнулся.

– И это тоже. И всё же я бы предпочёл его увольнение. Так будет веселее.

– Не дай ему свести тебя с ума.

Я не был точно уверен, что стало причиной вражды двух мужчин, но чувствовал, что Эли был скорее обижен, чем рассержен. Просто я ещё и не уверен, что мы достаточно сдружились, чтобы что-то говорить.

– Никогда.

Он подмигнул мне и спрыгнул со стола, так, чтоб я рассмотрел его задницу. Стараясь не краснеть, я только покачал головой, а Эли рассмеялся.

– Я ухожу, но позже хочу поговорить с тобой о графике ведения блога – больше не хочу проблем с упавшим сайтом.

– Тогда оставайся одетым.

Падение сайта легко было исправить – последний месяц каждый раз, когда Эли проказничал в своём блоге, сайт падал. Мне удавалось поддерживать его в рабочем состоянии с начала своей работы здесь, но по выражению лица Эли я видел, что он готовится протестировать мои исправления. Просто нужно продержаться еще несколько недель, пока у меня появится возможность поговорить с Престоном о нескольких обновлениях.

– Это будет совсем не весело.

Эли ещё раз мне подмигнул, и вышел из офиса так, будто шёл по подиуму. Его каблуки только раззадоривали мои фантазии. И если из-за его походки он преувеличенно вилял задницей, я собирался это игнорировать.

Также я собирался поблагодарить вселенную, что мы оба – сабмиссивы. Он ещё та заноза в заднице. И мне всё ещё не верится, что я узнал это о нём всего лишь за пару дней общения. КиК – действительно самое странное место, в котором мне когда–либо приходилось работать, но оно начинало нравиться мне всё больше и больше.

И я надеялся, что в случае с Хьюстоном будет так же.

Эли с другими сотрудниками потащили меня по нескольким своим любимым барам. Мы были в техно-клубе и элегантных заведениях, которые из кожи вон лезли, а в результате закончили ночь тем, что провели практически всё время в их любимом захудалом баре – BJ’s.

В моей ценовой категории было всего несколько квартир хорошего размера, поэтому я сразу вспомнил другую рекламу, когда увидел объявление на доске у туалетов. Эли поспрашивал у владельцев, и они описали Хьюстона как вежливого парня, и, вероятно, Доминанта, судя по тому, как он формулирует предложения, но в остальном – как обычного.

Ничего подобного мужчине, который открыл дверь.

Я надеялся, что к тому времени, как в пятницу подъедет мебель, он будет более расслабленным, раз мы уже немного привыкли друг к другу. Я всё ещё не был уверен, что о нём думать. Это суровое выражение и командный тон заставили мои пальцы на ногах подогнуться, но потом он заговорил о трусиках, и определить что-нибудь стало труднее.

Его квартира выглядит великолепно. Как и Хьюстон.

Широкие плечи и узкая талия делали его сексуальным, но выражение глаз и мои мысленные образы того, что он носил под одеждой, сделали его еще более горячим. Как я должен сидеть напротив него за завтраком, зная, во что он может быть одет?

Может, было бы проще, не будь я в состоянии представить всё это визуально, но с тех пор, как я начал новую работу, в сексуальных парнях в женственном нижнем белье, бегающих вокруг, недостатка не было. Так что представить Хьюстона в чём-то крошечном и шелковом было не так уж и сложно, как он, возможно, думал.

Мне нравилось сексуальное нижнее бельё.

Я просто никогда не осознавал, что оно нравится мне и на мужчинах, и на женщинах, пока не попал на новую работу. Но, в свою защиту могу сказать, что это не было чем-то, с чем я часто сталкивался. С той кучкой парней, с которой я встречался на протяжении многих лет, до постели не доходило ни разу, так что шанса понять, что они носят под верхней одеждой, у меня не было.

Но, учитывая, что большинство из них были скучными, то вероятно, ничего интересного. Также это причина того, почему ни разу не зашло слишком далеко.

Довольно рано в колледже я понял, что мне нравятся доминирующие женщины, и, посетив однажды клуб с Доминой, с которой я встречался, я понял, что и доминирующие мужчины мне тоже нравятся. Она веселилась, заставляя меня краснеть и заикаться, пока я пытался разобраться.

Я был смущён и растерян, но, всё же оглядываясь назад, я благодарен ей за то, что она не позволила мне спрятаться от осознания этого всего, и это не было чем-то, чего бы она заставила меня когда-либо стыдиться.

Я был поздним цветочком, как говорила мама, и к тому времени, когда я начал понимать, что мне нравится в женщинах, я даже не думал, что мне могут понравиться и мужчины.

У меня не было особого шанса изучить эту свою сторону, и как только я нашел что-то, что мне понравилось, я не увидел необходимости продолжать исследования себя. Я встречался с парнями на протяжении многих лет, но в районе, где я жил, всегда было легче найти доминантных женщин, чем мужчин – или, по крайней мере, доминантных мужчин, которые не обращали внимания на тот факт, что я би.

Мои Домины не были удивлены или обеспокоены этим фактом, но вот о парнях, с которыми я встречался, я не мог сказать то же самое. Самый быстрый способ закончить свидание с нудным парнем – сказать ему, что твоим предыдущим партнёром была женщина. Возможно, это не было честно по отношению к большинству парней, но после нескольких ужасных свиданий подряд я решил отдохнуть от мужчин.

Когда мы с Лорел порвали, я не спешил возвращаться к свиданиям. Но судя по моей реакции на Хьюстона, я был один слишком долго. Неужели прошло лишь несколько месяцев? Оглядываясь назад, скорее всего, больше.

Пора выяснить, как обстоят дела в местных заведениях, где встречаются геи.

Если я влюблюсь в нового соседа по квартире, всё станет очень неловким.

Когда зазвонил телефон, я чуть не вскочил со стула. «Мда, тебе надо на время выбраться за пределы своей головы».

Глубоко вдохнув, я поднял трубку.

– Риз на связи.

Модернизация их телефонной связи была следующей в списке после того, как получится сделать сайт достаточно стабильным, чтобы он смог выдерживать ярых фанатов Эли. В наши дни и эпоху человек не должен догадываться, кто ему звонит.

– Риз, это Престон.

Глубокий, ровный голос владельца компании прозвучал по телефону.

– Можешь спуститься на пару минут? Хочу обговорить с тобой предложенные тобой обновления.

– Конечно, как только пройду полосу препятствий.

Это смешно, потому что это правда, и он знает это. Престон лишь рассмеялся.

– Не дай им тебя отвлечь.

В съемочные дни и так пробираться сквозь массу полуголых тел достаточно сложно, но когда Эли и Роман стояли вместе в списке, это было почти невозможно. У всех сотрудников находилась причина прогуляться по студии, чтобы услышать, как Роман бесится.

– Эли и Роман снова на фотосессии.

Я не был уверен, кому больше сочувствовать – Эли за то, что ему приходится иметь дело с отношением Романа, или Роману, не понимающему, что Эли драконит его специально.

Престон хмыкнул, но не казался обеспокоенным.

– Рано или поздно они это решат.

Или сожгут это место на хрен. Но я достаточно умный, чтобы не произносить это вслух. Я может и новенький здесь, но не я один видел жар, который они производили.

– Надеюсь. Окей, сейчас спущусь. Если потороплюсь, может, успею пройти мимо них до того, как бабахнет.

Смеясь, Престон отключился, и я повесил трубку. Ему они казались смешными, но для меня этого очень стрессово. Борьба и гнев, казалось, лишь добавляли Эли тонуса, но на меня это действовало противоположным образом.

Очень сложно справиться со своенравными сабмиссивами. Но с доминантами с шилом в заднице – слова Эли, не мои, справиться ещё сложнее. Выглянув за дверь, как сталкер, я выругался.

– Твою мать.

Они уже начали. Мой офис находился недалеко от главной студии, поэтому в дни съемок он был заполнен, но мне нравились шум и суматоха. Как правило. Эти двое – совсем другая история. Делая все возможное, чтобы держаться подальше от них и от линии огня, я осторожно обошел по краю комнаты, уворачиваясь от моделей и случайных сотрудников, которые явно находились там, чтобы понаблюдать.

При ярком свете и открытости я бы себя чувствовал неловко, но Эли это, кажется, только заводит. Доводить Романа до предела, кстати, тоже кажется, заводит Эли. Я не очень это понимаю, но просто надеюсь, что меня там уже не будет, когда всё окончательно шарахнет.

Они либо собирались заняться потрясающим бурным сексом, либо убить друг друга.

В любом случае, это не моё дело.

– Это не съёмки порно!

Слова Романа эхом разнеслись по комнате, когда я наконец–то добрался до двери. Я подпрыгнул из-за полных гнева интонаций.

– Это что угодно, чем я нахрен хочу, чтобы оно было! Это мой блог и моё грёбаное бельё!

Эли не сдерживался. Мне не стоить смотреть на них. Я – один из тех дебилов в ужастиках, которых рубят на части или пожирают инопланетяне. Ага, я идиот. Но это затягивает, и я ничего не могу с этим поделать. Они стояли нос к носу, широкое тело Романа возвышалось над более изящным Эли, но сексуальный мужчина в кружавчиках не отступал.

Нет, он просто наклонился, поправил свой налившийся член, и жарко глянул на Романа.

– Это мой блог, моё тело, и моё бельё. Я могу делать с этим всё, что мне на хрен захочется, так что подбери сопли, целка, и делай фотки. В любом случае это, наверное, всё, в чём ты хорош.

Эли рявкнул, и продефилировал мимо, покачивая бёдрами и неся перед собой выпирающий  член.

Взрывоопасно.

Они убьют друг друга.

Выйдя из двери, я с облегчением вздохнул. Действительно надо было брать комнату на нижнем этаже. Эти двое однажды доведут меня до сердечного приступа.

Я отправил во вселенную мольбу. «Хочу встретить кого-то… но, пожалуйста, не посылай мне никого такого же чокнутого, как эти двое».

Глава 3

Хьюстон

Раньше, готовясь к появлению новых соседей, всё, что я делал по дому – так это поправлял какие-то детали и проверял, чтобы в комнате не было пыли. Иногда перед самым их переездом я проходился по ковру пылесосом, и на этом всё. Я никогда не проходил по кухне, чтобы проверить чистоту шкафчиков либо протереть холодильник. Но спустя пару часов после того, как Риз сказал, что снимает комнату, я обнаружил себя делающим именно это.

МАНИАКАЛЬНО.

Мама всегда шутила, что по тому, насколько чистой была моя комната, она могла сказать, насколько я напряжен или чувствую себя виноватым. Когда я учился в старшей школе, её едва не хватил сердечный приступ, когда она обнаружила меня чистящим зубной щёткой пол в ванной – это было вечером перед тем, как я решил сделать перед ней камин-аут.

Она подумала, что я либо умираю, либо сбил кого-то, за что она всегда обещала меня убить, так что, в любом случае, в её мыслях я уже был трупом. И моё признание в том, что я гей, стало для неё таким облегчением, что ей уже было всё равно.

Когда я во второй раз начал перекладывать все в буфете, мне пришлось силой заставить себя остановиться. Если уж я начал раскладывать консервы по алфавиту, значит, время заняться чем-то другим. С квартирой всё в порядке. Он же уже сказал, что хочет переехать, и даже заплатил за первый месяц.

Я не был уверен в том, что же именно меня так нервировало – то, я что хотел своего нового соседа, или то, что я не отпугнул его, даже ведя себя ну крайне честно и откровенно. Я должен был отпугнуть его. Да любой даже вполовину нормальный человек сбежал бы сразу же, так ведь? Один молодой парень, похожий своей одеждой на баристу, лишь раз глянул на меня и просто развернулся. Уходя, он покачал головой и что-то пробормотал о неправильном номере.

Я даже не удосужился догнать его. Если он настолько пришёл в ужас, едва я открыл дверь, что даже не осознал, что мы не общались по телефону, то утруждать себя речью я даже не собирался. Он бы сбежал после первой стирки белья.

Или после того как я привел бы в квартиру парня и наклонил его для звучной порки перед тем, как трахнуть. Ну нет, он бы сбежал после первого же крика или сдавленного стона, и пофиг, что это было бы по обоюдной договорённости.

Я надеялся, что у Риза больше выносливости.

И это звучало грязно.

Я не собирался думать о нём таким образом. То, что у него были огромные карие глазища, из-за которых мне хотелось увидеть его обнажённым и на коленях у моих ног, не означало, что я собираюсь разрешать себе и дальше об этом думать.

Обычно.

Большую часть времени.

ПОЧТИ ВСЕГДА.

Я не собирался позволять чему-либо выйти из-под контроля – ни моему поведению с ним, ни моим фантазиям, и не имеет значения, что он так сильно воплощает образ моего идеального мужчины. Это – просто фантазии. Как только он переедет, сразу же станет ясно, что он – не сабмиссив, и совсем не вариант. Он пригласит женщину, или скажет что-то о том, насколько странная штука БДСМ, если это вылезет в каком-то ситкоме или документалке. Не было ни шанса, что он останется таким же идеальным.

Заставив себя покинуть кухню, я направился в спальню, собираясь сделать что-нибудь расслабляющее, даже если это убьёт меня. Сняв одежду, я аккуратно разложил все вещи, и подошёл к комоду. В захламленной спальне я просто не могу спать, так что комната была опрятной, а на поверхностях не было ничего лишнего.

Роясь в комоде, я выбрал пару синих атласных трусиков, сексуальных и удобных, и взял красные шелковые пижамные штаны. Когда Риз переедет, к ним добавится и рубашка, но это будет моей единственной уступкой любому соседу. Это не было похоже на то, как если бы я ходил в ночнушках – они пропускают холод, да и просто мне не нравятся. Но мягкие шелковые штаны – просто идеальный вариант, чтобы слоняться по дому и расслабляться.

А это как раз и было тем, что я собирался делать.

Мой член практически не смог игнорировать это сочетание атласа и шелка. И то, как штаны облипали тело, идеально подчёркивало то, что он проснулся. Так что, возможно, мне придётся быть немного осторожнее с Ризом, чем с другими соседями по квартире.

Он был настолько горячим, что это могло вызвать проблемы.

Придя в кухню, я разогрел остатки китайской еды, и ушёл в гостиную на диван. Схватив пульт, я клацал по каналам, пока не нашёл вроде бы интересную историческую документалку. Может это и не самый захватывающий вечер, но я не работал и не убирал дом, так что это уже хорошо.

Когда в середине шоу зазвонил телефон, я практически проигнорировал его. Но, подумав, что это могут звонить по работе, я поднялся и последовал на шум. Я не особенно носился с телефоном в нерабочее время, так что совсем не удивился, услышав его в офисе.

Когда я схватил его, звонок почти перевёлся на голосовую почту, так что перед тем, как принять вызов, у меня не было времени глянуть, кто звонит.

– Алло?

– Эм, привет, это Риз. Я просто хотел поговорить с тобой о пятнице, – мягкий голос Риза донёсся из трубки, и каждый мой нерв проснулся и напрягся.

– У тебя получилось дозвониться в транспортную компанию?

Я не был уверен, что он сможет так быстро всё организовать, поэтому, когда он издал подтверждающий звук, я удивился. Риз сразу же ответил:

– Да, они готовы пойти навстречу, и всё привезут в пятницу где-то около десяти утра.

– Кому-то надо расписываться где-то, или...

Должно быть, я говорил грубее, чем мне казалось, потому что он прервал меня, и я услышал улыбку в его голосе.

– Я встречу их, так что тебе ничего не придётся делать.

Желая убедиться, что он всё продумал, я продолжил вопросы.

– У тебя есть кому помочь с переносом вещей?

– Да.

Я практически увидел его уверенный кивок, и извращённой части меня захотелось, чтобы он добавил «Сэр» к своему ответу.

– Несколько человек с работы сказали, что помогут. Мой босс даже позаботился о том, чтобы все смогли взять отгул. Они отличные ребята.

– Хорошо.

И удивительно. Многие из моих предыдущих соседей сами делали всю работу, так как не хотели, чтобы я помогал, но не могли найти никого другого. Оглядываясь назад, могу сказать, что это должно было стать предостережением. Если они были слишком больными на голову, чтобы завести друзей, то мне, пожалуй, не стоило разрешать им переезжать ко мне.

– Они, эм, немного громкие, но имеют добрые намерения, и я постараюсь не попадаться на твоём пути, так как не хочу мешать твоему графику или прерывать работу. Я понимаю, что твой дом – это также и твой офис, и сделаю всё возможное, чтобы уважать этот факт.

Я слишком много услышал в сказанном им, и что-то в том, как он это сказал, нарисовало в моём сознании картину милого саба на коленях в ожидании своего Хозяина.

Стремящегося угодить.

Желающего показать Хозяину, каким хорошим он может быть.

Отчаянно жаждущего порки, которая, и он это знал, обязательно случится.

А мне придётся взять своё воображение под контроль, или же каждый раз, когда он будет попадаться мне на глаза, у меня будет стояк. Прочистив голос, и стараясь не звучать так, чтобы стало понятно, что у меня эрекция и я хочу нагнуть его, я попробовал его успокоить.

– Не волнуйся об этом. Я понимаю, что переезд – сложная штука, и позаботился о том, чтобы у меня не было ничего важного в этот день. У тебя есть о чём волноваться и без того, чтоб я велел тебе вести себя хорошо из-за того, что говорю по телефону.

И это как раз таки и не прозвучало правильно.

Соседям по квартире не говорят вести себя хорошо, это говорят САБАМ.

Блядь.

Он быстро кашлянул, но ничего не сказал о моей оплошности. Он просто не понял, что я сказал? Или он просто отнёс это к моим странностям? Наконец, Риз снова заговорил.

– Спасибо. Я ценю это. Сложно найти кого-то, с кем можно поладить. Я думаю, что в результате у нас будет много чего общего.

Для моего слуха эти слова показались слишком продуманными для случайного комментария. Но я знал, что снова слышал то, чего не было. С тем настроением, в котором я находился, для меня ВСЁ могло звучать грязно.

– Я тоже так думаю.

Может и нет, но я не собираюсь это говорить, чтоб не показаться засранцем.

– Ну, я буду в пятницу утром. Эм, есть что-то ещё, что мне надо сделать или подписать?

Это было произнесено нерешительно, и я бы даже сказал, немного нетерпеливо.

– Я думаю, мы всё обговорили вчера. Дай знать, если все-таки понадобится помощь с переездом или по какой-то причине не получится встретить ребят из доставки.

И надо прекращать разговор, пока я не ляпнул ещё что-то нелепое.

Сказать ему вести себя хорошо… и что же ты собираешься сделать следующим? Назвать его непослушным мальчиком?

Риз угукнул низким голосом в подтверждение.

– Конечно, и ещё раз спасибо. Увидимся в пятницу.

Он быстро отключился, и я бросил телефон назад на стол.

– Ты в жопе.

Он с ума меня сведёт. Я даже думать не стал о досматривании документалки, и поплёлся в свою комнату. В данный момент был только один способ, которым я хотел расслабиться, и это – не просмотр ТВ. Войдя внутрь, я так толкнул дверь, что она чуть не сорвалась с петель, и растянулся на кровати.

Я даже не удосужился раздеться и просто положил ладонь через штаны на ноющий член, лаская его длинными поглаживаниями. Это явно не займёт много времени, и я не был в настроении, чтобы оттягивать оргазм. Оттягивать оргазм саба – невероятное удовольствие, но когда речь идёт лишь о моём кайфе, то я похож на большинство обыкновенных людей.

Твёрдая длина моего члена натянула трусики, и я таки сдался. Одной рукой сдвинув мягкие штаны и бельё, я наклонился к тумбочке, и выдавил в руку лосьон. Крепко сжав член, я закрыл глаза, и представил саба, растянутого вдоль моей кровати. Привязанный за все конечности, он бы изгибал спину, трахая кровать, пытаясь дать своему члену достаточно трения, чтобы кончить, но это было бы бесполезно. Тугое кольцо для пениса, обхватывающее его эрекцию, не давало бы ему финишировать.

Ускоряя движение руки, я представлял, как порю своего саба, наблюдая, как его задница становится розовой, пока он корчится и стонет. Образ был таким идеальным, что я всё ближе и ближе приближался к краю. И я собирался игнорировать тот факт, что я, наконец, кончил на воображаемую картину кареглазого сабмиссива, умоляющего своего Хозяина дать ему кончить.

Дотянувшись до салфеток на столе рядом с тумбочкой, я вытер грудь, куда попали полоски спермы. Доснимав одежду с ног, я встал и отправился в ванную, где собирался помыться, после чего – прикидываться, что я не дрочил на образ моего гетеросексуального, и вроде как очень ванильного соседа по квартире.

Покачав головой своему отражению в зеркале ванной, я чувствовал себя нелепо.

– Ты так попал…

Глава 4

Риз

Повесив трубку, я поносил себя на чём свет стоит. Мог ли я яснее продемонстрировать какой я нуждающийся саб? Пофиг, что я действительно нуждающийся саб, которому до отчаяния необходима порка и обстоятельный трах. Хьюстону этого не надо знать.

Также ему не надо знать и то, что я в краткие сроки стал одержим тем, что он носит под одеждой, и теми сексуальными штучками, которые увижу во время стирки. Ежедневная работа в помещении с полуголыми мужчинами, и пролистывание страница за страницей сексуальных фото на сайте тоже, как бы, не помогало. Теперь я просто могу представить Хьюстона ВО ВСЁМ, от милого и простого, до эротичного и порочного.

– Ты идиот.

– Почему ты идиот? – голова Эли показалась из-за дверного косяка, улыбаясь и явно ища, что бы учудить, судя по дразнящему блеску в глазах.

– Ты наконец-то сделал что-то потрясающе шаловливое?

Смеясь, я покачал головой. Пока что, по крайне мере.

– Нет, я просто понял, насколько глупо звучал по телефону.

Эли даже не попробовал скрыть любопытство. Он всего лишь фланировал в одних крохотных маленьких трусиках, в остальном оставаясь голым, если не считать ярко-розового лака на ногтях, которого ранее не было.

– Кому ты звонил?

– Новому соседу.

Пожав плечами, я откинулся в кресле, и потянул шею.

– Я просто сообщил ему, когда приедет грузовик с вещевым контейнером. Тебе всё ещё не сложно помочь? Я, правда, признателен, но я знаю, что много…

– Нет.

Эли поднял руку и прислонился обнажённой ягодицей к моему столу.

– Никто из нас не против помочь. Мы все здесь – семья. Странная, долбанутая, может немного грешащая кровосмешением, но всё же семья.

Я знал, что своей небольшой речью он хотел дать мне почувствовать себя легче, но вместо этого я смутился и ощутил любопытство. Вот начало и положено. Проигнорировав странности, я сосредоточился на том факте, что по-видимому я уже тоже семья.

– Спасибо, я ценю это.

Эли ухмыльнулся.

– Так почему же звучал по-идиотски?

Да, надеяться на то, что он забудет эту часть, не стоило.

– Да ничего особенного, я просто пообщался с ним не очень профессионально.

Эли не собирался попасться на удочку и успокоиться.

– Если у тебя не срослось с «профессионально», то я думаю, он – отвлекающ… или горяч?

– Эли.

Я закатил глаза и попытался не дать ему догадаться, насколько же он прав, но это оказалось бесполезно.

– Оу, он аж НАСТОЛЬКО горяч? Расскажи мне об этом сексуальном загадочном мужчине. Мы знаем о нём, что он гей. Ты сказал что-то о том, что он занимается финансами и работает из дома. Ты вроде как сказал, что он был немного не в себе, и просто наехал… Оказался главным… Взял ответственность… Взял контроль…

Эли самодовольно осклабился и станцевал небольшой танец счастья.

– Хмм, мне кажется, у нас здесь наклёвывается что-то интересное.

– Ничего интересного. – По крайне мере, ВЕРОЯТНО. – Он был просто немного суровым.

– Суровым, как Дом, который воспылал страстью к своему новому загадочному соседу? –

Эли явно понравилась эта фантазия. – Готов поспорить, что ты ему ни капли о себе не рассказал, и он теряется в догадках.

В моих мечтах разве что.

– Ты идиот.

Как и я.

– Я великолепен и прав. Увидим, когда я приеду в пятницу. У меня офигенный радар на Домов. – Эли пожал плечами. – Они всегда оказываются говнюками, но я их за милю чую.

Учитывая его причудливые почти-отношения с Романом, я бы не рассчитывал на его радар. Он даже не мог увидеть... Нет, я не хочу быть в это втянутым. Это не моё дело.

– Я бы не хотел, чтобы ты выяснил, что он мудак, но спасибо. Мне нужно где-то жить, и я не хочу, чтобы меня выперли из-за того, что я приставал к нему. Кроме того, ничего в нём не говорит о том, что он Дом, как и никто в баре также не сказал о том, что он Дом, разве нет?

Туманные намёки в счёт не берём.

Эли пожал плечами.

– Не в этом дело. Я не спрашивал, Дом ли он. Я просто узнавал, не больной ли он на голову, когда ты нашёл объявление.

Какая огромная помощь.

– Ну, он не чокнутый, и это всё, что меня волнует.

С большой комнатой и шикарной кухней он может как угодно сходить с ума, пока не поднимет арендную плату. Он даже может ходить по квартире в таком же сексуальном наряде, как у Эли и других парней, и я даже и слова не произнесу. Неа, ни единого слова.

Стоны не считаются.

Отодвинувшись от стола, я застонал, пока вставал – слишком уж много часов я провёл в сидячем положении.

– Окей, у меня всё.

Эли глянул на часы и поднял бровь.

– Тебя не должно было быть здесь уже несколько столетий назад.

Я пожал плечами, не беспокоясь о времени.

– Я знал, когда соглашался на эту работу, что рабочее время может быть странным. И с учётом отгула в пятницу, всё как раз в порядке. Престон сказал не переживать по поводу использования оплачиваемого больничного для переезда, так что я хочу убедиться, что не оставлю вас, ребята, в беде.

– С нами всё будет хорошо. Я ведь даже пообещал не обновлять свой блог, пока ты переезжаешь, разве не так?

И он глянул на меня так, будто я должен им гордиться.

– Да, спасибо, что согласился не ломать сайт снова, пока я не смогу с этим разобраться. – Если это прозвучало саркастически, я не собираюсь расстраиваться.

Как, очевидно, и Эли, потому что он улыбнулся и выпрямился.

– Счастлив помочь.

– Спасибо.

Меня окружают сумасшедшие люди – ничего удивительного, что моё собственное здравомыслие не могло угнаться за всеми дикими фантазиями, несущимися в моей голове.

Закрывая всё на ночь, я направился прочь из офиса.

– Ты кончил?

Эли осклабился.

– Ещё нет, но ты можешь меня вдохновить.

– Эли.

Закатив глаза, я просто стал уходить.

Эли рассмеялся и выскочил из комнаты вслед за мной.

– Что на счет ужина? Тебе явно скучно.

Мне пришлось рассмеяться. Мне скучно?

– Я не хочу возвращаться поздно, так как мне ещё нужно сегодня собрать вещи.

Я оглянулся и увидел, что Эли машет рукой, как будто я ляпнул что–то нелепое.

– Ты живёшь на одном чемодане. Тебе собираться от силы 15 минут.

К несчастью, он был прав. Но в свою защиту могу сказать, что чемоданов – два, плюс несколько коробок в моём автомобиле. Когда мы направились к лестнице в конце холла, я твердо на него взглянул.

– Я всё ещё не собираюсь поздно возвращаться. Не тяни меня в странные бары.

– Эй, в этом «странном баре» ты нашёл соседа. Так что, думаю, с тебя причитается.

Эли оживился и почти протанцевал вверх по лестнице.

Больше нельзя было игнорировать то, как он был одет.

– Почему ты голый?

– Я не голый.

Он остановился передо мной и покачал задницей, чтобы перед моим лицом замелькали трусики.

– Хорошо, почему ты здесь танцуешь в одних трусах?

Я мог и не спрашивать, но что-то было такое, в этой компании, из-за чего мой здравый смысл испарялся.

Глянув назад, он мне подмигнул.

– Это спор.

Я идиот.

– Что за спор?

Сияя, он остановился на лестнице и принял постановочную позу.

– Следующие два дня мне надо носить только трусики или нижнее бельё, и тогда я выиграю.

Мой внутренний идиот не смог сдержаться.

– Почему? Зачем?

Эли, должно быть, понял, о чём я спрашиваю, так как ухмыльнулся и продолжил идти.

– Один из тех, кто регулярно комментирует блог, хотел найти способ свести Романа с ума, и предложил спор. Если выиграю я – он пожертвует две тысячи долларов молодёжному ЛГБТ-центру в центре города, и он утверждает, что эта идея просто выбесит Романа.

– Он же не знает, как ты выглядишь, нет?

Парням везло, что они не привлекали сумасшедших, но, увидев некоторые комментарии в его блоге, мне бы хотелось, чтобы все они были осторожнее.

Эли лишь отмахнулся и направился по холлу на верхний этаж, по-видимому, взяв курс на мою комнату.

– Конечно же, нет. Он согласился на то, чтобы тем, кто подтвердит, что я придерживался условий спора, был Престон, а я сказал, что буду постить в блоге кучу селфи.

– В блоге?

Это именно то, что он сказал?

Срань.

– О, это то, что я забыл тебе сказать.

Казалось, его это не беспокоило, он лишь пожал плечами и драматично взмахнул руками.

– Всё будет в порядке. Я собирался это упомянуть, но меня отвлекли. Ты стенал о своём новом соседе, и сбил меня с курса.

– Ну да, я виноват. – Когда я отпер дверь, мой сарказм был очевиден.

– Видишь.

Меня наградили огромнейшей улыбкой, и взглядом, каким смотрят на маленького ребёнка, сказавшего что-то умное. Отомкнув дверь, я только покачал головой.

– Эли.

– Всё будет в порядке. Никакого падения сайта, просто собираюсь запостить несколько селфи, чтобы показать, что я участвую в споре.

Он был таким серьёзным и милым, насколько мог выглядеть, будучи практические обнажённым. Господи, мне несколько дней придётся иметь дело с Эли в одних лишь плавках?

Пропуская нас двоих внутрь, я смотрел, как он подошёл к моей кровати, и плюхнулся на неё.

– А что о споре сказал Роман?

В комнатах были раскладные диваны, превращающиеся в удобные кровати, но я не удосужился утром сложить свой, и начал жалеть об этом. Эли просто удобно растянулся, по полной наслаждаясь тем, что заставил меня смущённо поёжиться.

Его улыбка стала шаловливой, и я пошёл к маленькой мини-кухне, чтобы убрать его со своего поля зрения. Это не очень-то помогло, так как произнесённое им заставило меня обернуться.

– Я не много ему об этом рассказал. Он, может, думает – и я понятия не имею, откуда у него эта мысль, – что этот спор является моей идеей, придуманной по пьяни прошлой ночью.

Откинувшись на столешницу, я нахмурился.

– Ты солгал ему?

Это не было похоже на Эли. Он любил ЧЕСТНО доводить Романа до сумасшествия.

– Нет.

Его глаза блестели, явно довольные тем, что вывели Романа из равновесия.

– Я просто солгал кому-то другому, и они сказали ему то, что, как они думали, является правдой.

– Эли!

Я даже не знал, что сказать.

– О, это был всего лишь этот любопытный водитель из курьерской службы, который чересчур долго задерживается в вестибюле. Он как раз входил, а я выходил из офиса Престона, и его глаза чуть ли не выскочили из орбит.

Парень из курьерской доставки должен был оставаться лишь в холле, настолько невинном, что в него даже детей можно приводить, но у него всегда были удобные поводы, чтобы пройти дальше, в остальную часть здания. Он не был жутким в полном смысле этого слова, просто очень тихим, и на всё смотрел так, будто рухнул в кроличью нору.

– Роман взорвался, желая узнать, что, чёрт возьми, происходит, и я просто ушёл. Так что парень с доставки любезно предоставил ему информацию.

Эли был немного похож на диктатора, завоевавшего Европу. Это немного тревожило.

– Ты сумасшедший.

Он ухмыльнулся.

– Ага.

Покачав головой, я попробовал повернуть разговор на какую-то… менее жуткую тему.

– Я не возьму тебя голого на ужин.

– О, ты берёшь меня на ужин?

Он медленно выпрямился, но не встал, лишь медленно спустил ноги с кровати, и сексуально мне улыбнулся. Он, наверное, очень много лет позировал перед камерой, так как улыбка не выглядела фальшивой и нелепой.

– Я оденусь для свидания. Одежда и всё остальное.

Он с ума меня хочет свести. Если кому-то и нужен Дом и быть звонко отшлёпанным, так это Эли.

– Ты попросил меня выйти в люди с тобой. Это должно быть моим свиданием.

– Никаких забираний слов назад.

Наконец поднявшись, он глянул на меня с широкой ухмылкой, и отправился к двери, специально качая бёдрами взад и вперёд, точно зная, как же сексуально это смотрится.

– У меня внизу есть одежда. Через пять минут встретимся у задней двери.

– Хорошо. Посмотрим, хочет ли кто-то ещё пойти с нами?

Я не был уверен, хорошей или плохой идеей является увеличение компании, но подкрепление – точно было хорошей идеей.

– Конечно, я гляну, кто ещё здесь болтается.

Он отвернулся и, ухмыляясь, принял позу возле дверной рамы.

– Ты так долго сегодня работал, что возможно застрял здесь только со мной.

– Это пугающая мысль, Эли.

Он лишь рассмеялся, и важно пошёл по коридору, без сомнения, покачивая задницей взад и вперёд.

– Ты же знаешь, что ты меня любишь.

Не в этом дело.

Покачав головой, я отправился в ванную с единственной мыслью, которая крутилась в моей голове. Пожалуйста, не дай Эли взбесить Хьюстона. Я сказал себе, что это займет лишь пару часов в пятницу, и всё пройдёт хорошо, но не поверил сам себе.

Эли точно взбесит Хьюстона.

Глава 5

Хьюстон

Я не мог решить – они совсем чокнутые или просто веселятся.

Может и то, и другое. А может, просто я старею… и становлюсь скучным.

Если б я лучше понимал их взаимоотношения, задача была бы легче, но я не мог разобраться, кто с кем встречается, или же они тут все просто валяют дурака. Сочетание мужчин и женщин также сбивало с толку. Кто-то – явно гей, как тот флиртующий милашка, бросающий на меня странные взгляды, но другие – вот с ними совсем не так очевидно.

Это и не должно иметь какое-то значение, но я как бы пытаюсь понять, кто же Риз, и эти ребята явно мне в этом не помогают.

Он гей?

Гетеро?

Он действительно флиртует с каждым из них, или просто прикалывается? Мне нужно быть в состоянии выбросить его из головы. Он же даже ещё не въехал в полном смысле этого слова, а я УЖЕ слишком много о нём думаю.

А когда он заселится, явно станет ещё хуже.

Риз с друзьями на буксире появился как раз перед тем, как приехал его вещевой контейнер. Я предложил помочь, и благодаря тому, что все работали вместе, разгрузка не заняла много времени. Но вернуться к работе стало совершенно нереально.

– О, гляньте, что я нашёл… – из комнаты Риза донёсся громкий, смеющийся голос.

Риз застонал.

– Эли, я же говорил тебе не трогать ту коробку.

– Знаю, потому я её и открыл. Ты же собирался не дать нам увидеть самое интересное.

Я практически мог увидеть ухмылку на его лице.

– Эли!

Отчаяние Риза было очевидным.

По хихиканью, донёсшемуся из комнаты, стало ясно, что Эли, тот, который флиртовал, совсем не чувствовал себя виноватым в том, что нашёл что-то эдакое. Впрочем, другие тоже не испытывали никакого раскаяния, если смех и подтрунивание можно считать признаком его отсутствия.

Наркотики? Порно?

– О, и оно вибрирует.

Секс-игрушки?

– Эли, положи назад.

Я не могу понять, действительно ли Риз смущён, или же просто подыгрывает.

Эли фыркнул, совсем не слушая Риза.

– С этим можно было бы так поугорать в блоге. Ты представляешь, что скажет тот засранец?

Я почти мог видеть, как Риз вздохнул.

– Тогда ты и, правда, будешь делать порно, гений.

Порно? Он же вроде сказал, что это друзья с работы?

Из-за стены донеслись смешки, и я попробовал сосредоточиться на своём ноутбуке. Слова и графики сливались, из-за чего думать было невозможно. Где он на хрен работает?

– Он такой придурок, – драматический ответ Эли снова вызвал взрыв смеха. – Ты видел, каким злющим он был вчера?

– Да, я думал, ему полностью снесёт крышу.

Казалось, тема совсем не казалась Ризу такой смешной, как Эли.

– Он думает, он такой...

– Эли, – мягко сказанный упрёк прозвучал от одной из девушек.

– Хорошо, всё, больше не жалуюсь ни на каких засранцев.

Пауза. И снова Эли.

– Нас же накормят за то, что мы помогли, да?

– Я не уверен, что поднести две коробки, а потом порыться в вещах, которые тебе было сказано не трогать – это помощь… отдай мне это, проныра.

Снова смех, и я закрыл ноут. Я сегодня точно ничего не сделаю. Картинки, всплывающие в моей голове, слишком уж отвлекали.

– Эй, я помогала.

Думаю, голос принадлежит шатенке, которая держалась рядом с Ризом, но не уверен. Она не много разговаривала, пока я был рядом, так что я подумал на неё лишь руководствуясь методом исключения. И один тот факт, что я могу отличать их по голосам, уже указывает на то, что мне нужно заниматься своими делами.

– Да, ты помогла.

Я услышал улыбку в голосе Риза. Но она звучала дружелюбнее, как будто он относится к этой девушке иначе.

– Спасибо, что разложила всё это. У меня бы это заняло столетия, и скорее всего, я бы обходился тем, что в коробках и чемодане, пока они не опустеют.

– Ну, я не могу позволить тебе выходить со мной в таком виде.

Её голос звучал тише, чем у других парней, но всё же я расслышал, как она рада, что Риз её заметил.

Выходить с ней?

Они встречаются?

– То есть, ты это делала из корыстных побуждений, а?

Смеющийся голос Риза притянул меня, и мне снова пришлось себе напомнить не лезть в чужие дела.

И вообще, это всегда мои стены были такими тонкими, или просто у него открыта дверь?

– Конечно.

Когда девушка ответила, из комнаты Риза снова донеслись смешки.

– Я собираюсь этим наслаждаться, и хочу, чтобы мы выглядели здесь самыми сексуальными.

– Ну, об этом не могу судить, – Риз, казалось, немного нервничал, но следует признать, что, не видя его, трудно быть уверенным. – Однако, я в нетерпении, хотя и куча времени прошла с того момента, когда я делал что-то такое.

– Ребята, вы так повеселитесь.

Голос Эли выделялся больше всего, хоть мне и были слышны замечания других людей о свидании.

– Ты тоже приходи, если хочешь.

Предложение Риза казалось искренним, так что может и не о свидании шла речь?

– Мне слишком много дел надо сделать.

Даже я понял, что это отмазка, и не только я один – ещё несколько ребят позвали его с ними, но Эли просто игнорировал подколки.

– Ну, если передумаешь – мы будем рады. Прошлым вечером ужин был прикольным, так что этот будет даже лучше.

Её голос звучал чистосердечно, и я слышал в нём воодушевление.

Ужин? Они с Ризом не встречаются?

– Ну, я же шикарный, – сквозь легкомысленное поддразнивание в голосе Эли я различил отчётливый чмок, и все засмеялись. – Конечно же, ты хочешь, чтобы я пришёл.

Кого он поцеловал?

– Эли, держи губы при себе.

Риз звучал так, как будто имел дело с непослушным ребёнком.

Он поцеловал Риза? Может, шатенку, чтобы заставить Риза ревновать?

– И что в этом прикольного? – Эли явно не расстроился от такого упрека.

Все дружно заржали, а мне оставалось только догадываться, что он такого сделал, что так рассмешило всех. Это похоже на прослушивание телепередачи, когда ты не видишь изображения, и не уверен, кто из персонажей разговаривает. Раздражает, но затягивает.

– Ладно, думаю, на этом всё. Остальное разберу потом. Ребятки, готовы к ланчу?

До того, как Риз успел сказать что-то ещё, его прервал Эли.

– Я не закончил рыться в твоих вещах!

– Закончил, – засмеялся Риз.

– Оставь его вещи в покое.

Я не смог в этот раз вычислить говорящего, только нечёткий мужской голос.

– Вы хотите заказать пиццу или куда-то пойти?

– Давай куда-то двинем. Нет смысла сводить с ума соседа Риза, – снова шатенка.

– Мы шикарные!

Точно Эли. Я лишь головой покачал.

– И громкие.

Сарказм Риза был с оттенком смеха.

– Пошли, у него наверняка полно работы. Чем вы хотите пообедать? Я угощаю.

– Китайская еда? – Эли прозвучал взволнованно.

Тихая девчонка снова отозвалась.

– Тайская?

– Бургеры?

Кто это сказал, я не уверен, но я однозначно поддерживаю этот выбор.

Посмотрев на часы, я понял, что уже больше времени, чем ожидал. Учитывая, что уже практически два часа, я не особо продвинулся в работе. Перенос полдюжины коробок и матраса даже рядом не стоял с моим списком задач. Когда я отодвинулся от стола, в мою дверь постучали.

Подойдя к двери, и открыв её, я увидел Риза, который приветствовал меня улыбкой.

– Привет. Как дела с комнатой?

– Отлично. Намного больше места, чем мне казалось сначала, так что всё влезло просто идеально.

Он оглянулся на гостиную.

– Мы идём на обед, и я решил глянуть, вдруг у тебя есть желание пойти с нами. Я знаю, что из-за всего этого шума ты скорее всего поработал не особо продуктивно, но…

Его улыбка начала исчезать, и у меня аж рука зачесалась, так потянулась к нему. Но этого не было в программе.

– Конечно. Я многое успел раньше. Я утренний человек. Но всё же не хочу вторгаться в пространство твоих друзей.

– Нет, не волнуйся об этом.

Риз ободряюще улыбнулся, и из-за этой улыбки его глаза стали ещё теплее.

– Тогда хорошо. За чем решили пойти?

Я не уверен в том, кто победил, но надеялся, что…

– Бургеры.

Идеально. Хоть мне и придётся забыть о кубиках на прессе, к которым я так стремлюсь.

– Звучит отлично. Вы уже выбрали место?

Риз пожал плечами.

– Да я как-то не знаю ничего тут, так что выбирают они. Если у тебя есть идея, предлагай. Никто из них не стесняется озвучить свою точку зрения, ну, кроме Ханны, она довольно молчаливая.

Ханна? Это та девочка, которая смотрела на меня настороженно?

– Они кажутся хорошими друзьями.

Очевидно, это слишком расплывчатый намёк, так как Риз лишь кивнул.

– Да, мне повезло.

Он указал на гостиную.

– С Эли и другими ребятами я познакомился на работе, а потом через них – со всеми остальными.

Значит ли это, что он не встречается с ней?

Когда мы вошли в гостиную, болтовня прекратилась, едва они взглянули на меня. Риз, казалось, не заметил странного поведения. Но я чувствовал себя так, будто бы стою под прожектором.

– Куда вы все-таки решили пойти?

Эли наверное решил стать пресс-секретарём компании.

– Закусочная на углу Четвертой улицы, она недалеко, и в ней классные бургеры.

Я согласно кивнул.

– Я бы тоже предложил это место.

Ухмыляясь, Эли глянул на Риза.

– Рад услышать, что босс одобряет.

– «Босс»?

Я что-то упустил.

Риз кашлянул, недовольно взглянув на Эли.

– Эм, ты проделал отличную работу, распоряжаясь разгрузкой контейнера с вещами.

Я не сделал ничего необычного. Или сделал?

– Прошу прощения, я что-то... – Риз быстро меня прервал.

– Нет, не надо. Ты не сделал ничего неправильного, а просто не упускал никого из-под контроля, и я думаю, что без кого-то распоряжающегося всё заняло бы больше времени.

Тёплые карие глаза моргнули, глядя на меня, и у меня появилось ощущение, как будто бы он на что-то намекал.

– Иметь… лидера при таком большим количестве… исполнителей, вероятно, было хорошей идеей.

Эли тихо заржал, когда одна из девушек, блондинка, которую Риз представил как Андрию, двинула ему локтем в живот.

– Эли.

Риз сурово глянул на Эли, хоть мне показалось, что тот закатил глаза.

– Ребята, готовы идти?

Так как общее единодушное согласие было в том, что все голодны, мы вышли из дома. Это было похоже на то, как если бы цирк паковался для переезда. Люди ринулись между разными машинами, решая, кто где сидит. Я на самом деле не в восторге от того, когда во время дороги приходится от кого-то зависеть, у меня мания контроля, так что я собирался ехать сам. Но как-то всё закончилось тем, что в машине оказались лишь Риз и я.

Я не совсем уверен в том, как так случилось. Но, судя по хихиканью девушек и понимающей улыбке Эли, это не была случайность.

Не то чтобы я знал, что с этим делать.

– Я удивлён, что ты не захотел поехать со своими друзьями…девушкой?

Риз кашлянул, и, мельком глянув на него, я увидел, что он слегка покраснел.

– Эм, нет, я уже некоторое время один. Они просто друзья.

Один – это хорошо. Но все равно это не даёт мне достаточно информации.

– А, просто так сразу и не скажешь. Они все очень…

Я не был уверен, как правильно построить предложение.

Риз засмеялся, кивнув.

– Да, я понимаю. Они все очень раскрепощённые и открытые.

– Я, пожалуй, с этим соглашусь.

Но всё равно это мне ни о чём не говорило. Он сознательно давал расплывчатые ответы? Или он думал, что я так или иначе сам пойму? Я бы предположил, что он по умолчанию гетеро, но с наличием Эли в этой компашке всё становилось не так уж однозначно.

Мне не нужно было забывать напоминать себе, что это не мое дело.

– Как дела с работой? Всё ещё нравится?

Нейтральная тема. Мне нужно поговорить с ним о чём–то нейтральном.

– Всё отлично. Все реально хорошие люди, а компания достаточно маленькая, и поэтому моё мнение тоже имеет значение. Когда я что-то рекомендую или хочу изменить в их системе, то нет кучи людей, которые сомневаются в моих идеях. Это в разы менее напряжённо, даже если задействовано много выдающихся личностей.

Возбуждение Риза отвлекло меня от того, что я собирался спросить, где он работает.

– Выдающихся личностей?

– Ну, ты же видел сборище, – Риз пожал плечами и указал на машину перед нами. – По большей части они все – очень эмоциональные, артистичные люди. Это действительно ОЧЕНЬ ОТЛИЧАЕТСЯ от моих предыдущих работ, но я этим наслаждаюсь.

– Должен признать, не уверен, что смог бы так. Мне нравится моя тишина.

Произнесённые слова сделали меня похожим на скучного старого пердуна. А он рассмеялся.

– Да, я не уверен, что это сработало бы хорошо с тобой, но я ценю твою помощь, и то, что ты всем командовал. Надеюсь, это было не слишком громко. В большинстве случаев, если мы все собираемся, то идём куда-то, так что в будущем это не станет проблемой.

– Да нет, всё в порядке. Они все были милыми, и я хочу, чтобы ты также чувствовал себя, как дома.

Если выпереть его друзей, он гарантированно будет чувствовать себя незваным гостем.

Он глянул на меня и поднял бровь, явно подтрунивая.

– Пока у меня не будет слишком много диких вечеринок?

Я ухмыльнулся.

– Конечно, это само собой разумеется.

Риз только засмеялся.

– Не волнуйся, твои мир и спокойствие в безопасности. Я думаю, с оглядкой на то, как я занят на работе, мне понравится, что в доме атмосфера поспокойней.

Прежде чем я успел проанализировать, почему мне понравилось, что он назвал это домом, мы въехали на парковку.

– Вот и приехали. У них самые лучшие бургеры.

– Отлично. Я с голоду умираю.

Когда мы припарковались и вылезли из машин, я все еще так и не выяснил, кто же он такой. Это не моё дело. Но он не отрицал, что увлекается женщинами, когда я ранее упомянул возможность того, что какая-то из девушек – его партнёрша. С другой стороны, Эли и одна из этих девчонок ну совершенно явно перетасовывали, кому и где сидеть таким образом, чтобы Риз оказался в моём автомобиле.

Это же ведь должно что-то значить, так?

Саркастический голосок где-то у меня в голове не смог промолчать. Да, это значит, что я схожу с ума и мне нужно свидание или БДСМ-сессия.

Я либо закончу тем, что заставлю вежливого, практичного соседа чувствовать себя очень неловко, либо тем, что моим сабом будет какой-нибудь чокнутый. Оба варианта – плохие, и, к сожалению, типичные для меня.

– Давай, босc, пошли.

Усмешка Эли стала практически развратной, и я услышал, как Риз от смущения застонал. Мне пришлось проигнорировать ту маленькую часть меня, которой хотелось представить, как он стонет по иным причинам. Эли лишь подмигнул нам обоим.

– Ризу может понадобиться кто-то, кто поможет ему решить, что ему есть. Ему нравятся свидания, на которых им командуют.

Свидания?

Командуют?

Это же не моё дело, кто или что ему нравится.

Так ведь?

Глава 6

Риз

– Пожалуй, всё могло бы быть и лучше.

Покачав головой, я смотрел, как Хьюстон идёт в дом. Повернувшись к Эли, в то время как остальная часть компании направилась к своим машинам, я нахмурился.

– Какого хрена? Ты хотел, чтоб он почувствовал себя неловко?

Эли пожал плечами, не переживая из-за моего недовольства.

– Что? Он на тебя запал. А как он командовал! Абсолютный Дом, и ты это знаешь.

– Он мой сосед!! Он под запретом, разве что тебе хочется, чтобы я жил на твоём диване, когда он меня выпрет!

Есть столько вариантов, почему всё может пойти не так…

– И он не запал на меня, и не все парни с командирскими замашками Доминанты!

Я уже когда-то сделал подобную ошибку, и не собираюсь снова на это попасться.

Эли раздражённо выдохнул, глянув на меня, как на придурка.

– Да, глядя на него, каждый из нас подпрыгивал и пытался не выдать «Да, Сэр», даже Диллон, а он ведь даже не гей!

Ну, так просто Хьюстон выглядит горячо, когда ведёт себя властно и всем распоряжается.

– Он просто подумал, что вы придурки или же прикалываетесь над ним, или что-то в этом роде.

Я не осилю столько драмы и на работе, и ещё и дома!

Эли выставил бедро, и драматично покачал пальцем туда-сюда, выпустив свою внутреннюю королеву.

– Сладенький, он же даже не отрицал этого. Он точно знал, что я имею в виду. Если бы он не был хоть немного знаком с БДСМ, он бы так быстро дал заднюю, что мы не успели бы голову повернуть. Так всегда бывает.

Возможно. Не то чтобы я был готов это признать.

– Ты чокнутый.

Эли ухмыльнулся.

– И прекрати манерничать, Романа здесь нет, и он этого не слышит.

Я заметил, что Эли включает стереотипного эпатажного гея, только когда Роман находится где-то рядом и может это услышать. Мне понадобилось слишком много времени, чтобы это понять.

Он пожал плечами.

– Мне нужно практиковаться находиться в образе. Он так шикарно бесится из-за этого. Ты слышал, что он сказал?

К несчастью.

Недавно Роман пронесся через мой офис, меча громы и молнии и громко бормоча сквозь зубы о королеве, которая не может достаточно контролировать свой член, чтобы сделать профессиональную фотосъёмку.

– Нет.

Я ни за что это не повторю. Не знай я на самом деле, что Роман – тоже гей, я бы подумал, что он гомофоб. Но в данном случае, он – Элифоб. И не то чтобы Эли хоть как-то пробовал помочь в этой ситуации.

– Давай просто скажем, что он на грани взрыва, и скоро у меня будет новый фотограф.

Эли мимоходом прислонился к своему авто, но его ухмылка была не такой довольной, как несколькими минутами ранее.

– Кто-то адекватный и не такой осуждающий.

Слишком уж страстная у них борьба, чтобы он был таким безразличным ко всему этому. Гнев – это не противоположность притяжению, равнодушие – вот противоположность. А между этими двумя нет и намёка на равнодушие. Но это всё еще не мое дело, чтобы я мог что-то высказывать по этому поводу.

– Я уверен…

Я начал говорить, что они разберутся, но понял, что да, это ни фига не правдоподобно.

–Твои фото, которые он делает, всегда получаются обалденно, и трафик на твой блог вырос за последний месяц в три раза.

Людям нравились маленькие ремарки Эли «об этом фотографе», и расплывчатые намёки, что «он» не считал, что бельё выглядело достаточно хорошо. Каждый раз, когда Эли писал, что Роман просто намекнул на то, что его поведение в процессе фотосессии – не профессиональное, аудитория блога сходила с ума, защищая Эли.

Это не говоря уже о том, что продажи каждой вещи, которую одевал Эли на любую из их жарких фотосъемок, взлетали до небес.

И никто не собирался обращать на это внимание этих двух мужчин, пока они не разберутся в дерьме, которое происходит между ними.

– Мои фото получаются обалденными, потому что я – шикарен, а одежда, которую в последнее время присылают – просто супер.

Он улыбнулся, искренне радуясь этому.

– Сейчас настолько больше вариантов, чем когда я только начал вести блог… В то время я должен был искать женские вещи, которыми и приходилось довольствоваться. А сейчас же – есть все виды трусиков и ночнушек, смоделированных именно для мужского тела. Видеть эти изменения просто невероятно!

– Должен признать, что раньше я бы, скорее всего, этого не заметил, но начав работать в этой компании, я понимаю, что ты имеешь в виду.

Когда я только начал искать в сети, чем же занимается компания, то совсем не ожидал, что рынок фетиш-одежды и мужского феминного белья окажется таким растущим сектором.

– Не могу дождаться, как вырастут продажи после появления новых линеек белья.

Глаза Эли загорелись, и в них появились деловая хватка, которую он пытался не выдать.

– Мы заключили несколько партнёрских соглашений, и думаю, это шикарно сработает!

К счастью, мне ни о чём из этого не надо переживать.

– Не моё дело, но, ребята, – вы молодцы. Ты и Престон вместе создали великолепную компанию.

Эли поднёс палец к губам.

– Шшш.

Смеясь, я покачал головой.

– Ты псих с паранойей.

Он ухмыльнулся.

– Ты говоришь так, будто это что-то плохое. Окей, нужно идти.

Он указал на несколько ребят, которые не очень-то терпеливо стояли в ожидании.

– Увидимся в понедельник. Повеселись с сексуальным соседушкой! Я бы и сам не смог выбрать лучше. Очень горжусь тобой.

У меня такое чувство, что он был бы даже ещё более доволен, знай он сексуальный секрет Хьюстона – хотя я и не собираюсь его выдавать.

Я всё ещё не знаю, является ли этот нюанс чем-то, о чём он разговаривает открыто, или же замалчивает, но пока он сам не поднимет эту тему, я не скажу ни слова. Это не совсем слон в комнате2 – скорее, сексуальные трусики, свисающие с потолка. Но, в любом случае, это будет игнорироваться.

Смеясь, я крикнул ему вслед:

– Ты ненормальный.

Он ухмыльнулся и принял позу селебрити.

– И тебе это нравится.

Ухмыляясь, я направился в здание, пока остальные начали разъезжаться. Я рад тому, что познакомился с ними, и действительно благодарен за их помощь, но спокойствие и тишина будут очень в тему, – ну, до тех пор, пока между мной и Хьюстоном не начнут твориться странные вещи.

Он просто игнорировал подначивающие комментарии от Эли и ребят, или не понял, на что они намекали? Я не совсем уверен, что именно это было, и, если честно – чем бы мне хотелось, чтобы это было. Да даже чувствовать влечение к соседу по квартире – уже плохая идея. Когда я добавил и остальные моменты – это оказалась САМАЯ УЖАСНАЯ идея.

Что не мешает ей быть очень заманчивой.

Поднимаясь в лифте, я пытался выбросить всё это из головы. Хьюстон – просто мой сосед. Ничего больше. И не может быть никем больше.

Войдя в квартиру, я увидел Хьюстона, идущего из кухни, и окликнул его.

– Надеюсь, они тебя не выбесили за обедом.

– Нет, было забавно.

Он остановился в дверном проёме.

– И не думаю, что и я им действовал на нервы. Хотя не уверен, что я понравился Эли.

Было почти похоже на то, что он собирается сказать что-то ещё, так что я подождал, но, наверное, он передумал, так как просто пожал плечами. Я не представляю, как объяснить странное поведение Эли. Постоянное намеренное сталкивание Хьюстона и меня вместе не было незаметным.

– Он просто Эли.

Если Хьюстон не понял, что Эли пытался сделать, я не собираюсь привлекать к этому его внимание, и делать ситуацию неловкой. А если же ПОНЯЛ, но не знал, как прекратить вмешательство Эли, не говоря мне, что он не заинтересован, напрямик, то этого я также не хочу слышать.

Этот разговор был бы просто кошмарным!

Я лучше буду жить с фантазией.

Не то чтобы я планировал фантазировать о своём новом соседе. Неа. Никаких фантазий о том, как выглядит его сексуальное феминное бельё, или что он может делать как Дом. Плохая идея. Я умнее этого. Или, по крайней мере, собираюсь прикинуться, что умнее.

Мне нужно с кем-то перепихнуться.

Хьюстон криво улыбнулся и кивнул.

– С этим я соглашусь. Я просто рад, что с твоими друзьями будет легко общаться. Так не всегда бывает.

У меня возникло ощущение, что Хьюстону не всегда везло с людьми, которые жили с ним.

Надеюсь, я сломал этот шаблон, и не пополню в результате список личностей, которые сорвали ему крышу.

– Я не собираюсь ничего усложнять, а они по большей части классные. – Просто шумные и излишне любопытные. – Так что не думаю, что это будет проблемой.

Он кивнул, но явно не поверил мне. Он казался… настороженным и недоверчивым, как будто был готов к тому, что всё пойдёт наперекосяк, и просто ждал катастрофы. Или, может быть, я просто загоняюсь.

– Спасибо за помощь.

Я никогда не был таким неуклюжим в общении. Если б я таким был, никогда бы ни с кем не перепихнулся. Я же уже собирался начать с ним разговор о погоде, если не возьму себя в руки. Не то чтобы у меня никогда не было соседа по комнате. Я понимаю, как узнавать людей, я умею флиртовать, и женщины, с которыми я встречался, и у меня были сцены, не думали, что я – безнадёжный задрот.

Так ведь?

Вероятно тот факт, что главными были они, тоже играл немалую роль, но всё равно…

Хьюстон снова кивнул мне, очевидно, это было его обычное «я-не-знаю-что-сказать» движение, и дёрнул головой в сторону своей комнаты.

– Мне нужно сделать несколько вещей, после чего я отправлюсь в зал. Ключи у тебя есть, чувствуй себя как дома, и если что-то нужно – сообщи мне.

– Отлично. Спасибо.

Когда он ушёл, мне пришлось выбросить из головы шальную мысль, желающую узнать, что же он наденет. Не. Моё. Дело. Тряхнув головой, чтобы очистить её от разных картинок, которые не собирались её покидать, я попытался набросать план на вечер. В первую очередь – распаковать вещи и организовать пространство. Комната – большая, и практически всё уже сделано, но я не уверен, что мне нравится как все лежит.

– Окей, заправиться кофеином и заняться комнатой. По завершении – продукты.

Я надеялся, что «чувствуй себя как дома» было кодом, значащим кроме всего прочего также и «Да, можешь брать мой кофе», потому что он мне понадобится. Прошлой ночью я слишком поздно лег, а утром встал слишком рано. На работе мне спокойно дали выходной, что просто великолепно, но всё же ещё есть некоторые вещи, которые мне нужно сделать и посетить.

Во-первых, Эли опубликовал несколько откровенных фото, сделанных в зеркале прошлой ночью, и я хотел убедиться, что сайт нормально выдерживает дополнительный трафик. К счастью, всё осталось на своих местах и работало нормально. Даже мой мозг, хоть я не смогу никогда выбросить образ этих трусиков из своей головы.

И не то чтобы я чувствовал себя виноватым.

Это ОН прислал копию чёртовой штуки в одиннадцать ночи, вместе с подмигивающим смайликом, сообщив мне о том, что через две минуты собирается обновить блог. О, как же ему повезло, что я не Дом! Эли – саб, просто ОТЧАЯННО нуждающийся в порке.

Маленький наглый проказник.

Так как Хьюстон – очень организованный, найти кофе и поставить чайник оказалось легко. Сделав себе мысленную заметку купить позже кофе в магазине, я бродил по кухне, пробуя сообразить, что же ещё мне надо сделать. В комнате стояло ещё несколько коробок с кухонным барахлом, которые я не разрешил ребятам распаковать, – у меня аж руки чесались самому в них залезть. Слишком уж много времени прошло с тех пор, как я последний раз этим всем мог пользоваться.

Я преуменьшил то, насколько меня расстроил предыдущий сосед по квартире. Это наверное была какая-то форма пассивно-агрессивного поведения, которую я никогда не пойму – он пометил каждый уголок квартиры, чтобы убедиться, что мне не слишком комфортно в его пространстве.

Никогда ещё переезд не был таким приятным.

По Хьюстону не похоже, что ситуация повторится. По крайней мере, учитывая то, что половина кухонных шкафчиков – пуста. Из его кратких разговоров за бургерами, я понял, что он любит еду, просто ему не интересно готовить лишь для себя. По-быстрому намешав кофе, я попробовал придумать некоторые вещи, которые я могу сделать, и которые понравятся Хьюстону.

Не то чтобы я пытался сделать так, чтобы он меня замечал.

Просто нам обоим нужно есть. Всего-то.

И никаких фантазий о том, как он бросает меня на пол и трахает до потери сознания, так как ужин был такой обалденный, что он должен поиметь меня прямо здесь, неа. Никаких грязных мыслишек обо мне, связанном как его раб. Нет, совсем никаких. Ничего шаловливого или кинкового в этой голове нет.

Просто саб, которому ОЧЕНЬ НУЖЕН ПЕРЕПИХОН.

– Разобрать, закупиться, кровать.

Может даже принять холодный душ.

Двинув с чашкой через квартиру, я едва успел войти в спальню, как через коридор донёсся голос Хьюстона.

– Я забыл отдать тебе ключ от почтового ящика.

Я поставил кофе, и пропустил, что он сказал дальше, но вроде как это было что-то о «взять ключи» и «тренажерка». Наверное, имеется в виду, чтобы я взял ключи до того, как он уйдёт из дому. Я направился к его комнате, и, постучав в приоткрытую дверь, позвал его:

– Я пропустил окончание о…

БЛЯААААААААДЬ.

Хьюстон стоял возле комода в дальнем конце комнаты, и рельефные мускулы и спина, будто изваянная скульптором, предстали перед моими глазами. Хьюстон был голый. Практически голый. Яркие синие трусики, обтянувшие его зад – вот была и вся его одежда.

Кружевные вставки сзади обхватывали верхнюю часть его ягодиц, оставляя нижнюю часть обнажённой. Ткань обвивала его бёдра, и я точно знал, как невероятно это выглядит спереди. Его член должен лежать на одну сторону, полуспрятанный и полувыставленный на обозрение, играя в прятки самым развратным способом.

Я точно знал, как он выглядит спереди, так как видел такое же бельё на работе.

Но, тем не менее, у меня никогда не было желания встать на колени и пробежать языком по трусикам, когда в них одет тот же Лейн, модель с работы. Не то чтобы его задница не была классной, но что-то в том, как выглядит Хьюстон, заставило мой рот наполнится слюной.

Хьюстон тем временем прочистил горло, и, наконец, я увидел, что он смотрит на меня в зеркало. Он стоял слишком близко к комоду, чтобы я мог увидеть что-то ниже пояса в его передней части, но суровое выражение лица и то, как одна бровь приподнялась как бы говоря что-ты-блядь-делаешь, заставили меня попробовать ответить.

– Ты сказал… и ключ… и уходишь…

Мда, я придурок, который не может связать и двух слов. Впрочем, Хьюстон не выглядит злым. Один уголок его рта поднялся, и, кажется, пытался не засмеяться надо мной. Ну, лучше уж пусть его смешит то, что у меня не хватает мозгов, чем он на меня взъерепенится.

– Я сказал, что дам их тебе, когда вернусь из зала.

Его голос понизился, и по мне пробежали мурашки. Я превратился в стопроцентного непослушного мальчишку, который не слушал, что он говорит.

Или может это просто фантазия крутится в моей голове.

– О. Извини.

Наверное, мне надо бы пошевелиться, но, положа руку на сердце – я не смог.

Он же невероятен. Широкий и сильный, раздетым он кажется ещё выше. Я всегда думал, что у меня нет типажа мужчин, который бы был «моим». Может я просто недостаточно на эту тему размышлял, но если бы даже несколькими минутами ранее меня кто-то об этом спросил, скорее всего, я бы дал лишь общее и расплывчатое описание.

Всегда в первую очередь я замечал доминирование. Как один лишь пристальный взгляд может пришпилить меня к месту, и возбудить. Как просто взгляд может заставить меня упасть на колени. И вот в этот момент я понял, что ответ на вопрос «какой твой типаж парня?» больше никогда не будет расплывчатым. В глазах Хьюстона кроется именно вот такое доминирование, но кроме этого есть и ещё нечто.

Он сексуальный, у него отличное телосложение, и я знаю, что его прикосновение будет твёрдым и невероятным, но от уверенности и знания в его глазах – просто дух захватывает. Хьюстон знает, кто он и чего он хочет. И это вернуло меня к тому моменту, когда агрессивный, доминантный мужчина распахнул дверь и выдал мне, что он носит феминное бельё, и не собирается ни от кого выслушивать комментарии по этому поводу.

– Риз.

Глубокий, грубый голос Хьюстона выдернул меня из фантазии, которая соткалась в моих мозгах.

– Да?

Мои глаза нашли его глаза в зеркальном отражении, и я попытался вспомнить, что же я должен делать.

– Подойти и возьми ключ с кровати.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять слова, вышедшие из его рта. Его губы дико отвлекали… Они изогнулись в полуулыбку, из-за которой мне захотелось наклониться и попробовать их.

– Ключ?

Что-то знакомое, но…

Он, наконец, усмехнулся, из-за чего я издал низкий стон.

– Ключ от почтового ящика, мальчик. Подойди и забери ключ с кровати. У тебя есть десять секунд, или я отойду от комода, и ты увидишь больше, чем рассчитываешь.

Чёрт.

Ключ. Ключ к почтовому ящику.

– Ключ от почтового ящика.

– Именно. Подойти за ним.

В его глазах всё ещё стоял смех, но от стальной нити в голосе по моему позвоночнику пробежала дрожь.

Моим ногам понадобилось несколько секунд, чтобы начать двигаться. Ноги стали как будто немного резиновые, но всё же они держали меня, пока я пересекал комнату. Забрав ключ со стёганого одеяла, я повернулся к Хьюстону. Боже, какой же он потрясающий! Мышцы на его заднице умоляют о прикосновении и поклонении…

– Риз.

Только когда я замер от его строгого голоса, я понял, что иду К НЕМУ.

– Да?

Сэр. Я та-ак сильно хотел добавить это слово, что практически почувствовал его на языке, но не мог. Это не правильно. Он – сексуальный, и почти голый, и использует на мне этот грубый голос, но он не МОЙ Дом, он ничей Дом вообще.

По крайней мере, я не думаю, что он Дом.

– Я собираюсь переодеться для спортзала, а у тебя есть дела, которыми нужно заняться, так ведь?

Даже в том возбуждённо-отвлечённом состоянии, в котором я был, до меня дошло, что он вероятно очень на меня злится. Прямо в ярости. Недовольный до того, что аж пар из ушей идёт. Ну, по крайне мере, смущён.

Я даже не задался вопросом, что же я собираюсь сказать, всё вылетело автоматически.

– Да. Мне нужно распаковать кухонные коробки, купить продукты, и возможно я переставлю мебель в комнате.

– Ты сообщишь мне, если понадобится помощь с перестановкой чего-либо. Это ясно?

Выражение на его лицо делало очевидным тот факт, что это не обсуждается.

– Да, Сэр.

Снова, всё вылетело само собой.

– Хороший мальчик. Иди, мне пора готовиться, а тебе не нужно видеть, как это выглядит спереди.

Его голос смягчился, и эта ухмылка снова появилась на губах, пока я шёл к двери.

Когда я остановился у двери и оглянулся, то лишь неопределённо пожал плечами, уж слишком его обнажённое тело было отвлекающим для слов. Мне реально надо больше мозгов, и потрахаться, так как это единственное оправдание тому, что я выдал, выходя за дверь:

– Я уже видел такие на Лейне. И я могу почти точно представить, как в них выглядишь ты.

Глава 7

Хьюстон

Лейн?

Что ещё на хрен за Лейн?

Я стоял, наблюдая, как он вышел за дверь, машинально закрыв её за собой. Он сбросил на меня одну грёбаную бомбу за другой, и потом вышел, сказав, что видел кого-то по имени Лейн в женских трусиках?

Да что на фиг такое только что произошло??!

Я пялился в зеркало на дверь, как будто ожидая, что она в любую секунду откроется или хотя бы объяснит мне настоящую суть произошедшего. Ничего из этого не произошло. Наконец, отступив назад, я повернулся и прислонился к комоду, пытаясь отдышаться и взять свой член под контроль.

Что. За. Хрень.

То, что он вошёл без предупреждения, я могу понять. Он постучал. То, что дверь открылась от стука – моя вина. Возможно, моя вина также и то, что он не расслышал, что я сказал. Я в этот момент снимал одежду, и голос мог быть невнятным.

Но вот всё остальное просто потрясло меня.

Когда он только вошёл в комнату, я ожидал смущённых извинений и быстрого ухода. Не утверждений, будто бы он не знал, что я ношу феминное бельё, и что я оскорбил его деликатные чувства или что-то ещё, а просто быстрое «виноват» и выход за дверь.

Ничего подобного не случилось.

Когда он вошёл, у меня чуть сердце не выскочило из груди от ужаса. Не то чтоб я отказался от своих предпочтений или чувствовал себя плохо из-за того, что мне нравится, но он сексуальный и милый, а ещё и адекватный сосед по сравнению со множеством других. Хоть и несколько часов не могут считаться долгим периодом знакомства с человеком, но ничего из того, что я ожидал, не случилось. Он просто стоял и пялился, рассматривая меня с практически голодным выражением, и вдруг, блядь – облизнул губы.

Его глаза так пристально сканировали моё тело, что я почти ощутил его прикосновение. Когда он опустил руку вниз и рассеянно поправил свой член, МОЙ член чуть не выскочил из трусиков, на которые он так пристально глазел. Я думал, что горячее он уже не может стать, но когда он, наконец, встретился со мной взглядом, и у него появилось это сексуальное, одурманенное выражение на лице, мне захотелось взять его в руки… и отшлёпать за то, что он вошёл ко мне.

Это вообще похоже на обращение в журнал Penthouse Letters (журнал для взрослых, куда люди присылают письма со своими фантазиями), гейская версия с Домом в женском белье.

Лишь на секунду проявилась вспышка страха, когда он, казалось, осознал, что сделал, но на тот момент последнее, что я собирался делать – так это орать на него. Были же другие, гораздо лучшие альтернативы. Особенно для парня, который так красиво подчиняется указаниям.

Необходимость покоряться моим приказаниям, казалось, пробилась сквозь затуманенное сознание и желание. И это было желание, да. Я не собираюсь признавать, сколько времени прошло с тех пор, когда на меня последний раз кто-то так смотрел, но его реакция – очевидная.

Потребность.

Сексуальное возбуждение.

Подчинение.

Я всё ещё и на одну сотую процента не уверен, что парень – гей, тем более, сабмиссив, но на один краткий миг, когда он подошёл за ключом, и посмотрел на меня, нуждаясь в одобрении или указаниях, вот эта вот часть была совершенно ясной.

Наверное, это хороший знак, что ему, по крайней мере, любопытно, но понял ли он сам это?

Мне надо отступить. Я знаю это. Но как только я посмотрел на дверь, представляя его по ту сторону, я уже знал, что это невозможное задание. Я не хочу игнорировать то, что случилось, как и позволять ему прятаться от этого.

Но, черт возьми, какого хрена самому сексуальному, самому идеальному парню надо оказаться моим соседом по квартире??!

Хотя смотреть и наслаждаться увиденным – это не то же самое, что прямо объявить о своей заинтересованности. Я просто обалденно выгляжу в трусиках, да, но его реакция не означает, что кроме наслаждения увиденным там есть что-то ещё. «Смотри, но не трогай» в данном случае превратилось в «посмотрел не обязательно предполагает потрогал». И то, что он считает меня горячим в трусиках, не значит, что он хочет подчиниться.

Я не сомневаюсь, что он отреагирует правильно, это очевидно с того ограниченного количества указаний, данных ему мной. Но есть парни, которые считают подчинение формой слабости, и хоть и хотят подчиняться, себе этого не позволят.

А вдруг Риз – именно этот тип парня? Я не знаю его достаточно хорошо, чтобы строить хоть какие-то предположения. Сидит ли он в комнате, ругая себя за случившееся? Выпал ли он в осадок из-за гея в женских плавках со стояком? Не то чтобы он увидел слишком много, но всё же…

Наконец, оттолкнувшись от комода, я закончил снимать трусики и полез в верхний ящик. Хоть они и сексуальные и удобные, но с эрекцией, которой я щеголяю, бегать в кружеве я точно не буду. У меня такое предчувствие, что кружева будут только натирать, потому что, ясное дело, стояк мой не скоро пройдёт.

На автопилоте одеваясь, я не спускал глаз с двери. Она была закрыта, но я не стану отрицать, что какая-то часть меня жаждет снова увидеть, как она открывается. По-видимому, у меня появилась фантазия, и она останется со мной ой как надолго.

В конце концов, мне придётся выяснить, что же делать. Я могу игнорировать слона в комнате так же хорошо, как соседа, особенно, учитывая, что в этом случае обычно Я являюсь слоном в кружевном белье. Но я не хочу игнорировать его реакции. Огромная часть меня подталкивала к тому, чтобы посмотреть, куда всё зайдёт, но ещё есть и меньшая моя часть, которая громко настаивала на том, что мне нужно отвалить и дать ему немного пространства.

Дать пространство, а не дать сбежать – а это разные вещи.

Особенно если он хочет большего. Мне просто надо выяснить, что для него «больше». Бросив одежду на кровать, я надел спортивную обувь и направился к двери. В моей голове проносится такая куча вопросов, и такую кучу моментов я не знаю о нём. Сабмиссив? Гей? Гетеро? Просто интересующийся? Мне нужно прояснить некоторые из них хотя бы для того, чтобы выбросить его из головы.

И мне и, правда, нужно начать запирать дверь в свою комнату – или хотя бы закрывать её до конца.

Нет смысла отпугивать нормального соседа по квартире, если он просто удивился, а совсем не заинтересовался настолько, как мне показалось. Чёрт, да ни за что я не могу так ошибиться. Ему – ЛЮБОПЫТНО. Я просто не уверен, ЧТО ИМЕННО.

Проходя мимо его двери, я не сдержался и окликнул:

– Я иду в зал. Дождись меня, если понадобится помощь с перестановкой.

Возможно, это прозвучало грубее и настойчивее, чем я намеревался, но учитывая то, какой стояк у меня до сих пор, этого и следовало ожидать. Но ТОЧНО не произнесённого с придыханием: – «Да, Сэр», прозвучавшего из комнаты Риза.

БЛЯТЬ!

Что он там делает?

Картинки того, что он может там у себя делать преследовали меня и когда я вышел из квартиры, пытаясь взять свою эрекцию под контроль. Может, меня и не арестуют за непристойное поведение, но вот тренироваться с практически каменным болтом – решительно невозможно. К сожалению, у меня такое чувство, что в ближайшие недели это будет насущной проблемой. По крайне мере, пока я не разберусь с этим дерьмом.

Упражнения не помогли. В общем-то, я оказался ещё больше выбит из колеи и сбит с толку, чем перед тренировкой. Бег заставлял работать моё тело, но вот для мыслей осталось много места. Я пытался сосредоточиться на работе и отчётах, которые мне нужно просмотреть, но всё бесполезно.

К тому времени как я добрался домой, мой член был уже мне подконтролен, но вот всё остальное во мне бегало по кругу. Войдя, я дал двери захлопнуться, и направился в сторону спален. Дверь комнаты Риза оказалась открыта, но вот его самого нигде не видно.

Он хорошо оформил комнату. Мебель сделана из цельного дерева, и не похожа на общаговскую, но вот кровать немного отодвинута от стены, а тумбочки стоят у противоположной стенки. Он явно всё ещё не закончил с упорядочиванием вещей, но, по крайней мере, он следовал указаниям и ждал, пока я помогу ему переставить мебель.

Говоря себе, что его следование моим инструкциям ещё ничего не значит, я направился в кухню. Вернувшись мыслями на пару минут назад, я не смог вспомнить, стоял ли на Ризовом месте в гараже автомобиль. Подходя ближе к кухне, я услышал, как Риз разговаривает сам с собой.

– Нет, сюда не надо. Мне будет слишком сложно его достать, когда понадобится.

Потом последовало какое-то негромкое ворчание, которое я не понял, но тут же улыбнулся, услышав:

– Всего лишь ещё несколько грёбаных дюймов. Разве я многого прошу?

Да. Особенно потому что мне нравится, как он выглядит.

Подойдя к двери, я прислонился к косяку и наблюдал, как он наклонился, перебирая коробку. Насчёт места в кухне он явно не шутил. Мои пустые шкафчики – наверное, единственная вещь, в которой он заинтересован.

– Тебя интересует только моя кухня, я это знал.

Я прикалывался, но он подскочил и покраснел.

– Я, эм, извиняюсь за...

Я знал, что он собирается сказать, поэтому переключил тему. Не желая неловких извинений, я покачал головой.

– Не переживай об этом. Мне следует не забывать лучше закрывать дверь.

– Если ты…

Он умолк, явно не зная, что сказать.

– Я уверен.

Пробуя сменить предмет разговора, я глянул на коробки.

– Ты не шутил, когда сказал, что у тебя есть кухонные принадлежности.

Он засмеялся и пожал плечами, наконец-то начиная выглядеть более свободно.

– Мне нравится… Мне нравилось готовить для бывших девушек.

Риз слегка покраснел, явно чем-то смущённый.

Девушки значат гетеро. Но то, как он на меня смотрел, оставляло вопросы по этому поводу.

– Ну, если тебе нужен кто-то, чтобы доедать остатки, то я – твой человек.

Я улыбнулся, когда он обернулся на меня с взглядом «да-ты-шутишь».

– Сначала мне возможно надо будет почистить несколько вещей, да и купить какие-то продукты тоже будет неплохо.

– Да, я не уверен, что имеющегося у меня хватит для готовки. Оставшаяся тайская еда ещё нормальная, если ты голоден.

– Это просто неправильно. Тайскую еду легко готовить. Её нет смысла заказывать.

Он посмотрел на меня так, как будто бы я тинейджер, на каждый приём пищи съедающий пиццу на вынос.

Я фыркнул. Выражение ужаса на его лице было слишком милым.

– Есть, если ты не представляешь, как её готовить, и ещё меньше хочешь учиться.

Он вздохнул, покачав головой.

– Я сделаю тебе её. Если ты будешь брать на вынос подобную еду, я с ума сойду.

Он полез обратно в коробки.

– Когда я всё выложу, то собираюсь пойти в продуктовый магазин. Есть что-то ещё, чего ты хочешь?

Наблюдая, как его задница оттопыривается, соблазнительно натягивая джинсы, было трудно оставаться сосредоточенным на разговоре. Зачем говорить о продуктах, когда прямо здесь есть другие, более соблазнительные блюда?

– Мне нравится итальянская кухня.

Он выпрямился, глянув на меня, пока ставил в шкафчик что-то похожее на блендер.

– Дай догадаюсь, лазанья?

Влюблён в лазанью. Я улыбнулся ему своей наилучшей, «я–такой–невинный» улыбкой.

– Да. Мне нравится лазанья.

Он лишь рассмеялся.

– Ты не выглядишь так невинно, как тебе кажется. Но да, я сделаю тебе лазанью. Однако нам нужно достать помидоры, если я думаю делать соус.

– А разве соус не бывает в банках?

С какой стати он будет его делать?

Я говорил серьёзно, но он драматично схватился за сердце, будто у него телевизионная версия инфаркта.

– Это ужасно – говорить такое кому-то!

– Значит, мне не стоит говорить тебе о том, что у меня есть упаковка замороженной лазаньи, которую нужно просто закинуть в духовку? Эти маленькие пластиковые контейнеры, в которые их пакуют, очень удобные.

Ещё до того, как я договорил, его нос сморщился, как будто он понюхал испорченное молоко.

– Точно нет.

Риз начал быстрее опустошать коробки.

– Это совершенно не подойдёт. Да, нужна серьёзная поездка за покупками.

Мне стало интересно, что бы он мне приготовил, если бы я ему сказал, что большую часть недели ем еду на вынос.

– Знаешь, прям годы утекли с того момента, когда я ел жареную курицу не из автокафе.

Смеясь, Риз покачал головой.

– Ты ужасный.

Я ухмыльнулся и выпрямился.

– Это обеспечит мне жареную курицу?

– Возможно.

Его улыбка сказала, что да, так что я проигнорировал устный ответ – у меня будет жареная курица.

А ещё у меня будет намного больше походов в спортзал.

Подойдя к коробкам, я огляделся.

– Может, я и не умею готовить, но я могу помочь разобрать коробки. А ещё я собираюсь помочь с оплатой продуктов. Это будет честно.

– А я собираюсь позволить тебе это, так как у меня такое чувство, что ты собираешься заставить меня прыгать на кухне. Эти предметы ты знаешь, это вот это для чизкейка и такое вот для домашнего хлеба.

Он рассеянно присел на корточки и полез в коробку, передав мне оттуда что-то похожее на сырную тёрку на стероидах.

– Положишь это в тот шкафчик?

Я взял приспособление, но посмотрел на него долгим взглядом перед тем, как отправиться к полке.

– Домашний хлеб?

– Ты будешь наказанием, я просто знаю это.

Может я и был наказанием, но если кто-то и сойдёт с ума, так это я.

Глава 8

Риз

– Клянусь богом, если ты сегодня вечером снова напишешь в блоге о Романе, ещё и сопроводив своими полуголыми фотками, я сам тебя убью. И тебе не придётся переживать, что Роман сделает это первым, – окей, может это и немного слишком жестко, но Эли сводит меня с ума. – Так что помоги мне боже, если ты ещё раз попробуешь обрушить сайт в моё нерабочее время, я буду говорить с Престоном обо всём этом дерьме.

– Но... – Эли выглядел раскаявшимся, но мне пришлось напомнить себе, что точно так же он выглядел и последние два раза, когда у нас был этот разговор.

– Нет. С меня хватит. В последнее время мне пришлось отменять свои планы и слишком часто передвигать график. У меня теперь даже есть кухня, но из-за тебя приходится работать столько сумасшедших часов, что последние два вечера пришлось перебиваться фаст-фудом. Хьюстон начинает дуться. Если мне придётся и сегодня отменить его лазанью, с ним будет невозможно жить.

И если это прозвучало слишком похоже будто у нас настоящие отношения, я настроен это игнорировать.

Эли либо пропустил глубинный смысл моего заявления, либо был слишком удручен, чтобы обращать на это внимание.

– Ты любишь его больше, чем меня!

Его надутый вид не вызвал во мне жалости.

– Это работает только тогда, когда ты с кем-то спишь. Попробуй еще раз.

– С тобой совсем не весело.

Эли вздохнул и откинулся на спинку стула, на удивление совершенно одетый. Что очень странно.

За время съёмок и пари я уже привык к Эли, ходившем в одних только трусиках.

Глядя, как он вошёл в мой офис в джинсах и футболке, мне захотелось перекреститься и начать готовиться к апокалипсису.

– Потому что я устал. Я серьезно, Эли.

Мне обещали сорокачасовую рабочую неделю, а не шестидесятичасовую.

– Я буду вести себя хорошо.

Он искренне мне улыбнулся, но я уже слишком умен, чтобы снова на это попасться.

– Просто подожди несколько дней, потом ты снова сможешь постить. К тому времени я всё обновлю, и ты сможешь снова продавать билеты на свое шоу, не сломав сайт.

Престон наконец-то дал добро на даже ещё большее обновление, чем мы изначально планировали. Не было никакого способа избежать этого.

Трафик на сайте увеличился вдвое за последние три месяца, и Престон знал, что это произошло из-за почти каждодневных душеизлияний Эли. Если бы фанаты Эли просто смотрели, то Престон может и не одобрил бы столько обновлений, но фанаты Эли покупали то, что Престон называл военными трофеями, чтобы поддержать Эли в его борьбе с Романом.

Когда Роман сказал Эли, что тот идиот, так как принимает ставки от незнакомцев, Эли снова обрушил сайт и продал трусики, которые носил, когда сделал свой видеопост с разглагольствованиями. Когда Эли помешался на том, чтобы выиграть спор, – и я до сих пор не думаю, что Роман понял его суть, – его подписчики пожертвовали почти пять тысяч долларов в молодёжный ЛГБТ–центр, в знак протеста против Романа.

Я просто устал от всего этого безумия.

У меня есть прекрасная кухня и сексуальный мужчина, который отчаянно нуждался в том, чтобы я для него готовил, а я, блин, застрял, разбирая учинённый Эли бардак.

– Больше никаких постов в нерабочее время. И мне пофиг, сколько ты выпил, или что Роман сказал. Если мне придётся – я заморожу твой блог на ночь.

Я звучу ну точно как родитель, отчитывающий своего сына подростка, но это именно то, что я сейчас чувствую. Мой «подросток» как раз находится в самом разгаре неудачного разрыва с парнем, с которым даже не встречается, и из-за этого страдаем мы все.

Но если эти двое не разберутся с этим своим дерьмом, у меня крыша поедет.

Эли, наконец, сел прямо, реально оскорблённый.

– Это просто подло.

– Ты меня вынудил. Следуй ты правилам, у нас бы не было этого разговора.

Я точно превратился в свою мать.

 – Но...

 – Неа. С меня хватит.

М-да, я отчётливо помню, как и это она тоже говорила.

 – Теперь, я иду домой, и ты тоже. Не подходи к компьютеру. Найди что-то на ТВ и закажи еду с доставкой. Никаких постов в блоге, или фоток, или работы, или чего угодно ещё. Возьми выходной на ночь.

На что уж я много работал, но вот Эли, казалось, всегда делает ещё больше, впахивая как проклятый. Должно быть, он наконец-то понял, что я говорю серьёзно, так как откинулся на спинку стула и кивнул. Это было пугающе не похоже на Эли, и, наверное, «сводить Эли к доктору» надо включить в список. Может он чем-то заболел.

Ага, я как моя мамочка.

Я не могу быть своим отцом, который сказал бы ему смириться и двигаться дальше. Тряхнув головой, чтобы прогнать мысленный образ моих родителей, я встал.

– Иди домой.

Заставив подняться, я подтолкнул его к двери. Пока мы шли по студии, Эли, наконец, стал выглядеть лучше.

– Нетфликс и пицца из того нового местечка кажутся неплохим вариантом.

– Это где такие странные начинки?

На неделе мы получили меню из новой пиццерии, и некоторые сочетания просто невероятны.

 – Ага, хочу попробовать что-то новенькое.

Его улыбка стала шире.

 – Если она окажется хренью, тогда я поужинаю мороженым.

У Эли – метаболизм колибри. Я его иногда ненавидел.

 – Звучит как идеальный ужин. Если лазанья получится, я завтра принесу её остатки, правда, если получится вырвать их из рук Хьюстона. Утром я закинул нужные ингредиенты в мультиварку, чтобы сделать домашний соус, и это наверняка сводит его с ума.

Эли засмеялся и пошевелил бровями.

 – Тебе нравится доводить его до этого.

Дело-то не в этом. Проигнорировав комментарий, я направился к лестнице и главной двери. Когда Эли сделал крюк в сторону главных офисов, я остановился.

 – Иди домой, Эли.

Он махнул рукой в ответ на мою заботу.

 – Мне просто нужно сделать несколько вещей до того, как я уйду. Бумажная работа, ничего с блогом, честное слово.

Эли казался искренним, поэтому я кивнул.

 – Хорошо, но быстро, а потом езжай домой. Ты слишком много работаешь.

 – Я не добавлю тебе дополнительной работы. Не тогда, когда ты хочешь ублажить твоего возможного хозяина.

Ну он зараза.

 – Он не мой кто бы то ни было. Всего лишь мой сосед, которого я всё ещё пытаюсь умаслить, чтобы мне не пришлось в ближайшее время менять жильё. Большая кухня и спальня, и низкая арендная плата, помнишь?

Я не хочу переезжать.

Эли рассмеялся.

 – Он запал на тебя.

 – Он хочет бесплатный ужин.

По крайней мере, я думаю, это – ВСЁ, чего он хочет.

 – Иди повеселись с соседом.

Только от Эли это могло прозвучать так грязно.

Подняв средний палец, когда он чуть не заржал на заднем плане, я пошёл из офиса, довольный тем, что он вроде как вернулся к себе прежнему. Мне просто нужна одна полная ночь отдыха, без сумасшедших экстренных звонков от Эли или Престона по поводу сайта.

Одна ночь, чтобы потусить с Хьюстоном, и может узнать, чем он ещё занимается кроме работы и спортзала… вроде связывания, наказания … еще какие-нибудь хобби вроде этого.

* * *

Хьюстон встретил меня в дверях.

 – Нужно запретить оставлять что-то подобное на кухне на весь день. Этот запах очень отвлекает.

Я рассмеялся, настолько смешным был его серьёзный вид.

 – Я приму это к сведению.

Он обиженно фыркнул и направился обратно в свой кабинет.

 – Ты уверен, что сегодня я получу лазанью? Ты то же самое говорил о жареном картофеле и супе.

 – Ты же получил суп!

На этот раз мне удалось отмазаться.

Он, нахмурившись, обернулся, и если бы не его огромный рост и в целом доминирующий характер, я бы сказал, что он надулся.

– Но ты обещал, что с супом будет печенье.

Стараясь не улыбаться, я кивнул.

– На работе всё должно быть хорошо.

ДОЛЖНО БЫТЬ, иначе я прибью Эли.

Хьюстон вздохнул и покачал головой.

 – Поверю этому, когда увижу. Кажется, ты работаешь на дебилов, не признающих границ.

Иногда мне приходилось соглашаться с ним.

 – Основные обновления не займут много времени. После этого, в основном, будет обслуживание и небольшая реорганизация сайта, чтобы облегчить поток трафика.

Он кивнул, но явно мне не поверил.

 – Я лишь надеюсь, что тебе адекватно платят за ту дополнительную работу, которую тебе приходится делать. Немного неоплачиваемой сверхурочной работы – это одно, но ты с этим уже далеко зашёл.

Да не совсем, но я не собираюсь говорить это, когда у него такое выражение лица. И поскольку он не был моим Доминантом, он не лгал. Чёрт, он вероятно вообще ничей не доминант.

 – Я прорабатываю этот вопрос с Престоном.

Ну, он сказал, чтобы я считал своё количество сверхурочных часов, и он добавит их к моему отпуску. На этот момент я уже могу, пожалуй, поехать в Австралию и две недели исследовать необжитую местность, и при этом даже не исчерпаю отпуск. Я лишь надеюсь, что он не пожалеет, когда я и правда начну использовать эти дни.

Но прежде чем я начну использовать свой оплачиваемый отпуск, нужно сделать что-то с Эли и Романом. На них невыносимо смотреть.

–Убедись, что все твои договорённости имеют письменный вид, Риз. Словесных контрактов недостаточно для решения деликатных вопросов.

Хьюстон, наверное, подумал, что это прозвучало слишком резко, поэтому после небольшой паузы добавил:

– Финансовая сторона и тому подобное – вот что имеет значение.

Мы уже говорили о деньгах, поэтому у него не должно быть необходимости в уточнении, так ведь?

– Он прислал мне детали по электронке, так что я думаю это должно быть вроде как контрактом. Если бы это было что-то более… личное, тогда бы я настоял на прорабатывании всех пунктов договора лично. Сесть и пройти все пункты… детали очень важны.

Конечно же, мы говорим о финансах.

Хьюстон посмотрел на меня долгим взглядом, и на мгновение мне показалось, что он что-то скажет. Но, в конце концов, он кивнул, и сменил тему разговора. Неужели я неправильно его понял? Может быть, мне просто кажется всякое, потому что я хочу, чтобы оно на самом деле было так?

Возможно.

 – Я через минуту выйду, чтобы помочь. Мне нужно закончить несколько дел. Возможно, я не так уж искусен в готовке, но я умею убирать.

Он говорил серьезно, но я только усмехнулся. О да, он умеет убирать.

 – Спасибо.

Хьюстон, похоже, не понимал, что здесь смешного, но и вопросом по этому поводу не задавался, скорее всего, относя это к моему безумию. Он убирал больше, чем кто-либо из тех, кого я знал. Я вроде как не бешу его, даже когда кладу что-то в неправильное место, или случайно разбрасываю вещи, и за это я ему благодарен. Я просто все время отвлекаюсь.

Я оставлял ключи на кухне или на сушилке, а он шел за мной и убирал их на место. Помнить о том, что нужно искать вещи там, где я их бросил, было очень трудно, и мне бы пришлось ходить по всему дому в поисках ключей, а не всего лишь подойти к столику у входной двери. Его цель, казалось, состоит в том, чтобы держать меня собранным, но это больше походит на заботу с его стороны. И мне из-за этого сохранять дистанцию намного труднее.

«Да, Сэр» уже слишком часто срывалось у меня с языка, и в один прекрасный момент я просто ляпну какую-то глупость, если не смогу осознать тот факт, что он не доминант.

Всё же не забыв положить ключи на маленький столик, где они и должны лежать, я отправился в кухню. Хьюстон всегда мыл посуду, когда я готовил, так что убирать уже было нечего, но у меня ушло несколько минут на подготовку и проверку соуса перед тем, как перейти к остальному.

Этот долгий рецепт не был моим любимым, но у меня есть время, так что я не заморачивался. Хьюстону понравится – он всё равно ест соус из банок, так что в любом случае ему сравнивать не с чем. Добавив несколько приправ, которые идут в конце, я выключил технику и начал всё выкладывать.

Донёсшийся из-за двери голос Хьюстона напугал меня.

– Соуса немного останется?

Он рассмеялся, когда я подпрыгнул и сердито на него зыркнул.

– Предупреждать надо.

– Извини.

Но его дьявольская ухмылка говорила о том, что он не раскаивается.

Нахмурившись, я поставил яйца на столешницу. Надо с ними поаккуратнее.

– Немного, а что? Обычно я делаю несколько порций сразу, но эта мультиварка не такая уж большая.

– Просто интересно.

Он подошёл к столу и сел.

– Я всю вторую половину дня вдыхаю этот запах, и уже создал список блюд, с которыми он, вероятно, будет отлично сочетаться.

– Его должно хватить на пиццу позже на неделе, или на что-то такое.

Может даже запечённые зити или спагетти. Мои размышления прервались низким стоном Хьюстона.

Блять.

– Как же вкусно это звучит.

Он облизнул губы и посмотрел на меня долгим взглядом.

– Ты уверен, что для тебя это не слишком трудно? Я не хочу, чтобы ты всё своё свободное время проводил, пытаясь мне угодить.

Еда. Он просто говорит о еде.

– Всё нормально. Я… эм, мне нравится… готовить для тебя.

Если он хочет, чтобы я следовал рецепту, то ему надо перестать творить со мной такое. Отвлекать меня – это ещё ничего, но то, как он на меня смотрит, вызывает в моей голове сумасшедшие образы.

И, правда, прошло слишком много времени с тех пор, как я был сабмиссивом, так как отвернуться от него и вернуться к столешнице оказалось труднее, чем должно было быть. Сосредоточиться. Мне нужно на чём-то остановить внимание, чтобы вытащить мысли из воронки… или из темницы, в моём случае.

 – Как сегодня работа?

Он недовольно заворчал.

 – Я собирался взять нового клиента. Он хочет сделать интернет-стартап и ему нужен бизнес-план. Я запросил его исследования и копии имеющегося на данный момент материала. И получил я фотокопии салфеток из Старбакса с сумасшедшим чертежом графической схемы связей, которые я, кажется, делал в начальной школе. Ничего такого, что имело бы смысл, и он и правда не понимает, почему этого не достаточно.

Хмыкнув, я обернулся к Хьюстону.

 – Салфетки?

 – Да.

Хьюстон драматически вздохнул.

 – Куча маленьких записок. Может это и хорошая идея, блин, которая может изменить весь интернет, но я не могу понять достаточно, чтобы появился какой-то смысл.

 – И что он сказал, когда ты велел ему это переделать?

Я искоса взглянул на Хьюстона:

 – Потому что я знаю, что нет ни шанса, что ты ходил вокруг да около, и не объяснил ему доходчиво.

Хьюстон рассмеялся.

 – Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Я просто фыркнул, и ждал, пока он продолжит речь. Наконец он ухмыльнулся:

 – Ладно, тогда я, возможно, предложил ему потратить некоторое время и усилия на действительно планирование бизнеса, если он хочет добиться успеха. Потом я дал ему несколько советов. Я был очень полезным.

 – Значит, ты дал ему тонны домашней работы и провозился с ним из-за того, что он выполнил задание лишь наполовину? У меня в школе были учителя похожие на тебя.

Я широко улыбнулся, когда он начал посмеиваться, но не стал отрицать сравнение.

 – Держу пари, это был очень длинный список.

 – Несколько страниц – и потом я послал ему счёт за трату моего времени.

Хьюстон покачал головой.

 – Он просто пробовал заставить кого-то другого делать за него всю работу. Я ему предельно ясно дал понять, что не стану продумывать за него бизнес-схемы, или искать для него новую работу. Он предпочёл не слушать меня.

– Ты думаешь, он будет следовать твоим указаниями, и впрямь вернётся к тебе с реальной информацией?

 – Возможно. С некоторыми людьми трудно определить, ищут ли они просто… помощи или кого-то, кто действительно всё возьмёт под свой контроль. Может быть любой из вариантов; и я всё ещё пытаюсь выяснить.

Его голос был странным, и, оглянувшись, я увидел, что он с любопытством на меня смотрит.

Я улыбнулся ему.

 – Ты выяснишь. Ты довольно хорошо берёшь на себя ответственность, и я уверен, что со временем ты всё выяснишь.

Любопытный взгляд не исчезал, и мне пришлось бороться с желанием посмотреть вниз – застёгнута ли у меня ширинка.

Ответ был произнесён ровным голосом, но что-то в нём заставило меня поёжиться.

 – Надеюсь, что так.

Меня спас телефон.

Мы оба подпрыгнули от нарастающего звука звонка. Вытянув мобильник из кармана, я тихо выругался, увидев имя, высветившееся на экране. ПРОБЛЕМА. Новый ник Эли в моём списке контактов. Проведя пальцем по экрану, я даже не поздоровался.

 – Что ты сделал?

Его кричащий голос донёсся из динамика.

 – Этот мудила сказал, что он рад, что я наконец-то одел хоть какую-то грёбанную одежду, но стиль «бомжатский шик» – не подходящий вариант для офиса!

Боже правый, им нужно-таки трахнуться и покончить с этим.

 – ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ?

Мой голос повышался, и я начал слышать звуки уведомлений, приходящих одно за другим.

 – Ну, я сказал ему, что он может сделать со своим сраным отношением, и показал ему!

Визжащий голос Эли заставил меня оторвать трубку от уха.

 –Твою мать, Эли!

Я практически мог видеть, как Эли размахивает руками, слетая с катушек. Крик не так уж и страшен, но он и близко не спокоен.

 – Всё было не так уж и плохо, но теперь я получаю странные сообщения об ошибках и какую-то ошибку хоста, и мой компьютер орёт на меня! Престон дошёл до белого каления!

 – Я сейчас буду, но это – последний раз!

Я УБЬЮ ЕГО.

Повесив трубку, я быстро глянул на телефон, бормоча все ругательства, которые только приходили в голову! Бегущая строка сплошных матов от Престона заставила меня вздрогнуть, и я мог только представить, насколько он взбешён. Из его потока слов удалось понять лишь то, что Эли вроде как пропесочил «этого засранца» и пошел вразнос, так всех взбудоражив, что сайт просто не смог справиться с нагрузкой.

 – Я ему говорил, что так и будет.

Ворча, я посмотрел на смущённого Хьюстона. Он просто нахмурившись смотрел на телефон.

 – Я не получу лазаньи, да?

 – Извини.

Я начал так быстро убирать, как только мог.

 – Сайт снова упал, и мне нужно разгрести этот бардак. На следующей неделе я уже всё обновлю, просто не было времени. Всё уже так устарело…

 – Иди. Я уберу.

Он выглядел таким понимающим, и команда была произнесена очень чётко, но я знал, что он расстроен. И у меня такое ощущение, что не только из-за лазаньи. Он изо всех старался дать нам возможность получше узнать друг друга, но каждый раз, как только мы начинали разговаривать, Эли наносил удар.

– Спасибо.

Я таки смог удержать постоянно рвущееся из меня «Сэр».

Выбежав из кухни, я крикнул, схватив ключи:

– Я сделаю тебе лазанью в эти выходные, обещаю!

Когда я пробегал, Хьюстон проворчал что-то, похожее на наказания и порку. Я знал, что мне послышалось, но спросить, что он, собственно, имел в виду, не было времени. Компания большинство денег зарабатывала по вечерам, когда множество людей не на работе, а в уединении у себя дома, и каждая минута упавшего сайта – это потерянный доход.

Эли будет мне чертовски сильно обязан.

Глава 9

Хьюстон

Он меня с ума сводит – вот только я не уверен, специально или нет.

За неделю, прошедшую после того самого случая с трусиками, я многое узнал о своё новом соседе:

Он пьёт слишком много кофе.

Его последний сосед был дебилом.

Его последние серьёзные отношения были с женщиной.

Он одинок уже достаточно долго, и готов к новым свиданиям.

И он до хрена работает сверхурочно.

Но, конечно же, есть такие бесконечные вещи, которые я всё ещё не знаю – его сексуальная ориентация, его сабмиссивность, почему Эли звонит в ненормальное время и орёт об «этом мужчине», а потом что-то о блоге, из-за чего Ризу приходится быстро бежать на работу, и кто, на хрен, такой Лейн.

Я уже начал думать, что мне следовало добиться более четких ответов, но он все время был либо рассеянным либо занятым, а настаивать на большем казалось мне грубым… и странным.

Хотя грубость и странность уже представлялись не таким уж и плохим вариантом, потому что, по меньшей мере, позволят мне сосредоточиться на работе. Когда его не было, делать всякую рабочую хрень было проще, но как только он приходил домой, мой мозг начинал бегать по кругу.

Я уже даже начал перестраивать свой день, чтобы когда он приходил, у меня не оставалось ничего важного. Я уже перенёс три встречи, и у меня такое чувство, что ничто не изменится.

Взглянув на часы, я с удивлением обнаружил, что на сегодня уже пора заканчивать. Когда я только начал работать из дома, то заметил, что дико перерабатываю, и на то, чтобы понять, что мне нужно установить какие-то границы, ушло совсем немного времени.

И в 17-00 в пятницу я достиг этой границы. Вставая и потягиваясь, я заставил себя выйти из офиса. Направившись в кухню, я пробовал вспомнить, что же я хотел взять на ужин. Я уже начал привыкать к хорошему с Ризом, желающему готовить большинство вечеров. Так было до тех пор, пока ему не поступал срочный звонок от Эли, так что в этот вечер мне нужно позаботиться о себе самому.

Я больше чем кто-либо другой понимаю, что работа важна, но когда Эли позвонил в тот момент, как Риз только начал готовить лазанью у меня возможно было несколько жестоких фантазий о том, куда засунуть этот телефон. Но когда Эли начал вопить, что он снова сломал сайт, и что-то ёще о «грёбанном мужчине», мне стало жаль Риза.

А ещё я впечатлён тем количеством синонимов, которые он придумал для слова «пиздец».

Но всё равно я так и не получил свою лазанью.

Роясь в холодильнике, я услышал, как открылась входная дверь, и раздался голос Риза.

 – Привет.

Не совсем «милый, я дома», но очень близко. Я не могу понять, он вообще осознаёт, что делает такие вещи, или нет? Доминант во мне получал извращённый толчок, когда он делился со мной своими планами на день, или вот так искал меня, приходя домой. Тот факт, что он так легко стал называть это место своим домом, тоже порадовал моего внутреннего доминанта.

 – На кухне.

Когда его голова просунулась в дверь, он усмехнулся.

 – Всё ещё жалуешься, что не получил лазанью?

 – Конечно же, нет.

Я небрежно пожал плечами, но знал, что он видит, что я лгу.

 – Но если бы ты приготовил её для меня, как и собирался, я бы сейчас доедал оставшуюся.

Риз засмеялся и прислонился к дверному косяку.

 – Как насчёт того, что я приготовлю тебе её завтра? Я уже согласился вечером куда-то пойти с ребятами с работы, но у меня нет никаких планов на оставшиеся выходные.

 – Я поверю в это, когда действительно почую запах готовящейся еды.

Закрыв холодильник, я прислонился бедром к столешнице и попробовал выглядеть просто любопытным, но не по-сталкерски.

 – Куда вы, парни, идёте?

Он пожал плечами. Тем не менее, у него на щеках  проступил лёгкий румянец.

 – Просто поужинаем дома у Ханны, а потом двинем в клуб в центре города с несколькими ребятами с работы. Не думаю, что приду поздно.

Кивнув, я строго на него посмотрел.

 – Просто будь осторожен. Некоторые из этих райончиков становятся опасными после наступления темноты.

Он широко улыбнулся и покачал головой, явно решив, что я просто слишком волнуюсь.

 – Никакого пьяного вождения, и мы припаркуемся недалеко от клуба. Честно.

 – Просто будь осторожен.

Я хотел добавить… «и не слишком веселись». Однако я всё же достаточно умён, чтобы удержать это при себе.

Смеясь, Риз пошёл из кухни.

 – Увидимся позже. И я сделаю лазанью завтра, обещаю.

 – Да лучше уж сделай, иначе я начну думать, что ты лишь дразнилка, болтун, и динамщик.

Как только это вылетело из моего рта, я уже знал, что мне не стоило это говорить. КАЖДЫЙ РАЗ (!) когда я открываю рот, есть пятьдесят шансов из ста, что я ляпну что-то на грани непристойности.

Из глубины холла донёсся смешок. Этот звук совершенно не соответствовал тому образу Риза, который был у меня в голове. Слава богу, его ответ оказался лёгким, дразнящим и ни капельки не обиженным.

 – Это единственная вещь, в которой меня никогда не обвиняли.

БЛЯДЬ.

Он вообще представляет хоть немного, как это прозвучало?

Картинки в моей голове не давали возможности сосредоточиться на еде. Покопавшись еще несколько минут в холодильнике, я, в конце концов, сдался. Еда в морозилке или остатки – не то, чего мне бы хотелось. Особенно если это значит, что у него не хватит соуса на лазанью.

 – Наружу. Тебе надо выйти из дома.

 – Что?

Риз вошёл в дверь.

 – Ничего.

Признавать, что я разговариваю сам с собой – не то, что я собираюсь делать.

Не то чтобы я не мог заставить свой мозг работать. Он был... НУ БЛЯДЬ.

Его джинсы как будто вот просто нарисованы на нём. Он слишком плотного сложения, чтобы быть твинком, но они обхватывают практически каждый мускул и выпуклость. КАЖДУЮ ВЫПУКЛОСТЬ. Его футболка не намного лучше…она даже ЕЩЁ БОЛЕЕ отвлекающая. Эта тонкая, как бумага, хлопчатобумажная футболка была не такой тесной, как брюки, но это просто давало ей возможность двигаться, и подчеркивало его скульптурное тело.

Я знал, что скрыть мою реакцию не было никакого способа; я просто не был готов к такому. Однако он, похоже, не возражал. Его щеки слегка покраснели, но глаза сверкали, и он сменил позу, выставив бедра так, что это привлекло еще больше внимания к его толстому члену, четко очерченному в практически нарисованных джинсах.

Я слегка улыбнулся, и он соблазнительно прикусил нижнюю губу.

– Спасибо. Но мне пора идти, а то я опоздаю.

Он что, только что поблагодарил меня за то, что я трахнул его глазами?

Когда он вышел из квартиры, закрыв за собой дверь, я все еще не был уверен. Гетеросексуальные мужчины не говорят спасибо за то, что ты считаешь их горячими.

Или благодарят?

Да к черту ужин, мне надо выпить. Направляясь к двери, я быстро свернул за кошельком и обувью, и через несколько минут уже вышел из квартиры. Поездка через город в BJ’s не заняла много времени. Сумасшедшие смешанные сигналы от Риза продолжали снова и снова звучать в моей голове.

Я вошёл в бар, зная, что он будет полон, но стоящие практически дыша друг другу в затылок мужики были совсем не тем, чего я ожидал. Пробираясь к стойке, я нашёл место в дальнем углу и сел. Бар был битком забит и я настроился на ожидание. К счастью у Джейка, владельца заведения, не заняло много времени принести мне выпивку.

Джейк кивнул мне и прислонился к стойке.

 – Давненько не виделись. Что будешь есть?

 – Был занят. Что под рукой.

Наблюдая, как он успешно передвигается по маленькому пространству, я оглядел комнату.

 – Почему сегодня столько народу?

Парень, сидевший рядом со мной, обернулся и мечтательно вздохнул. Эндрю – партнёр Джейка и та ещё заноза в заднице.

 – Сегодня работает ангел Хадсона. Они оба здесь, и такие горячие, что можно воспламениться.

Технически это прозвучало как предложение, но оно не имело никакого смысла, чтобы хоть как-то помочь. Взглянув на Джейка, я приподнял бровь.

 – Перевести потрудишься?

Он громко расхохотался.

 – Помнишь маленького твинка с большим членом?

 – Это трудно забыть.

Он для меня был слишком крохотным, но сразу ясно, что он будет идеальным для какого-нибудь Дома.

 – Хадсон – ещё один завсегдатай, и теперь они – одно целое. Скажем лишь то, что эти двое собирают толпищу.

Джейк поставил моё пиво и кивнул головой в другую сторону бара.

 – Видишь?

Я не мог точно видеть, что делали эти двое мужчин, но мелкий парень стоял между ног высокого парня, извиваясь так, будто готов кончить. Большая часть зала смотрела на их выступление, и толпа явно оценила, когда рука Дома опустилась и, судя по стону официанта, шлёпнула парня по заднице.

Эндрю прав, они – горячие, но не за их просмотром я пришёл в бар. Я и так уже достаточно выбит из колеи. И рассматривание того, как Дом и его эксгибиционист-саб устраивают шоу, точно не улучшит моё настроение. Мне нравится наблюдать за подобными вещами так же, как и парню за стойкой, но не тогда, когда я знаю, что дома меня не ждёт ничего, кроме правой руки.

Ну, технически всегда есть парни, готовые обменяться дрочкой или минетом, но это не то, чего я хочу. И, учитывая то, что у меня под одеждой, я не собираюсь раздеваться перед абы кем.

Некоторым парням всё равно, но у многих всё же было слишком много мнения о том, что не является их делом. Кроме того, есть только один парень, на котором сфокусировался мой пенис, и он был не дома, а где-то тусил с друзьями. Тусил в «трахните-меня» одежде, которая совсем не выглядела так, будто бы гетеропарень пошёл искать девушку.

Гребанные смешанные сигналы.

– Всё в порядке?

Вопрос Эндрю прорвался сквозь удручённость и туман, застелившие мой мозг.

 – Ага.

Пожав плечами, я сделал большой глоток пива.

Он лишь фыркнул.

 – Ну да. Они такие горячие, что половина бара чуть не обкончалась, когда Хадсон схватил член Ренди, а ты даже не заметил?

 – А? – Я огляделся и обнаружил, что Дом перекинул саба через плечо и уносит его в заднюю часть бара.

 – О.

 – Так что давай я спрошу ещё раз, раз уж моё порношоу уже закончилось.

Эндрю повернулся и опёрся локтём о стойку бара, устроив голову на руке.

 – У меня есть лишь несколько минут, так как его перерыв не очень большой, и я не думаю, что Хадсон в ближайшее время собирается снять с него клетку для члена. Так что давай выкладывай, пока моё шоу не началось снова.

Джейк засмеялся и направился в другой конец бара. Я только пожал плечами в ответ Эндрю. Я сюда хожу уже годами, и хоть я и не особо-то люблю делиться, того факта, что я гей и Дом никогда не скрывал.

 – Новый сосед. Он отвлекает.

 – Оооо.

Глаза Эндрю загорелись, и он оживился, наклонившись вперёд. Маленькая любопытная королева драмы.

 – Скажи-ка, он горяч?

 – Да. Но наверное гетеро? При этом – смешанные сигналы. Некоторые его друзья вроде как геи, но среди них также и много женщин. Единственные прошлые отношения, о которых он упоминал, были с женщиной, но я думаю, он меня проверял.

Я не собирался упоминать тот факт, что проверял он меня тогда, когда на мне кроме трусиков ничего не было. Это уже совсем не их дело, или что-то, что уже ранее выплывало в разговорах. Но учитывая тот факт, что за последние несколько лет у меня было несколько клиентов, стоящих на коленях, это уже наверняка не секрет.

 – Честное слово, у меня здесь происходят подобные разговоры минимум раз в месяц. Повторяй за мной – «Гетеропарни только для дрочки, но не для любви». Эндрю лишь покачал головой.

 – Их послали на землю, чтобы они выглядели мило и дали какое-то разнообразие фантазиям, но не для, собственно, свиданий, траха, шлёпанья или что там тебе нравится.

Смеясь так сильно, что мне пришлось поставить пиво, чтобы не разлить, я покачал головой.

 – Я не собираюсь становиться преследователем гетеропарня.

По крайней мере, не думаю, что собираюсь. Всё так неоднозначно.

 – Его просто трудно читать.

Или же я – просто тюфяк, не готовый услышать отказ.

Эндрю наклонил голову и с любопытством посмотрел на меня.

 – А может он просто настолько порясающий, что вырубил твой гейдар?

 – Возможно.

Что–то он точно вырубил. Я просто ещё не уверен, что именно.

– Ну тогда вперёд. Пригласи его на свидание или пройдись мимо обнажённым или что–то в этом роде, и посмотришь, что он скажет. – Брови Эндрю поднимались и опускались. – Если он возбудится, значит, он в нашем лагере, а если переедет – ну, значит, нет.

Отличный совет.

Джейк подошёл и поставил на стол тарелку с кренделями.

 – Ты хочешь, чтобы он получил обвинения в сексуальных домогательствах или типа того.

Эндрю пожал плечами.

 – Ну, только если он действительно гетеро.

Как будто это единственная проблема с его идеей.

 – И я как бы не совсем уж классический парень, так что на самом деле я не хочу его удивлять ещё и этим.

Неа. Момент с феминным бельём прошёл на удивление хорошо, но я не уверен, что так же пройдёт и разговор о доминантах и сабмиссивах. Моя любовь к женскому белью кардинальным образом отличается от желания нагнуть его и отшлёпать эту высокую, круглую задницу, и смотреть, как он извивается и просит дать ему кончить.

М-да, этот разговор будет тяжёлым, как тонна кирпичей.

Эндрю снова вздохнул.

 – Да, любопытство по поводу того, каков член другого парня – это одно, но некоторые парни не очень хорошо воспринимают ту часть, где «а давай-ка посмотрим, нравится ли тебе быть отшлёпанным».

Громкий крик разнёсся по комнате, избавив меня от необходимости придумывать ответ для Эндрю. Он выпрямился в кресле и посмотрел в заднюю часть здания, совершенно невозмутимый, но возбуждённый.

 – О, он собирается кончить. Интересно, выпустил ли Хадсон его из клетки.

 – Джейк, мне понадобится ещё одно пиво.

ЭТО БУДЕТ ДЛИННАЯ НОЧЬ.

Глава 10

Риз

– Это было неожиданно неловко.

Откинувшись на заднее сиденье авто Ханны, я закрыл глаза.

– Скажи, что не я один думаю, что они все...

Я даже не знал, как описать всё, чтобы не показаться грубым. К счастью, Эли таким не страдал.

– Трагически ванильные для БДСМ-группы? – Он драматически вздохнул. – Ханна, где ты их отрыла?

Она хихикнула, и, открыв глаза, я увидел, как она пожала плечами.

– Когда я последний раз здесь была, всё было не так уж плохо.

Эли фыркнул.

– И когда же это было? В каменном веке?

– Шесть месяцев назад! Мне там попались несколько неплохих парней, но у нас не было искры. Не знаю, что случилось, – она завела мотор, но не включила передачу. – Ей-богу, в моё прошлое посещение большинство присутствовавших уже не первый год вели такой образ жизни, и было множество Доминантов и сабмиссивов.

– И сегодня было множество: высокие нудные парни, низкие нудные парни, и странная дама с собачкой в сумочке. Видишь, разнообразие, но не совсем тот ассортимент, который ты хочешь получить на БДСМ-тусовке. – Эли был ещё более взвинчен, чем обычно – последняя фотосессия с Романом оказалась тяжёлой.

Они вообще-то вроде как поладили, и это пугало.

В какой-то момент стало так тихо, что мне пришлось высунуть голову из двери, чтобы убедиться, что не нужно звонить Престону, чтобы сообщить о найденном в главной студии трупе. Неа. Всего лишь два профессионала делают фотоснимки. Такое впечатление, что их захватили пришельцы.

К сожалению, что-то случилось, и к концу съёмок они начали орать друг на друга. Ну и всю вторую половину дня у Эли было ужасное настроение, поэтому Ханна предложила ему пойти с нами в БДСМ-группу.

По идее, это должна была быть небольшая группа, регулярно проводящая мероприятия, целью которых было знакомство одиноких людей, увлекающихся БДСМ. Но что-то пошло ужасно неправильно. Большинство мужчин и женщин были совершенными новичками в теме, и понятия не имели, что делать. Новичок – не обязательно значит "плохо", но некоторые из них были просто странными.

– Я всё ещё не могу поверить в реальность дамы с собачкой. Кто притаскивает биологическую собаку на такие мероприятия? То есть, с человеком, изображающим щенка на поводке у меня проблем нет, но не с настоящей собакой...

Эли всё ещё качал головой.

– Собака – ещё не самое странное, – я изо всех сил старался не рассмеяться. – Когда она спросила, действительно ли я сабмиссив, я подумал, что это немножко странно, но потом она сказала, что спрашивает потому, что когда прошлый раз привела домой парня, сказавшего, что он саб, он отказался мыть пол.

– Ну, она всё же лучше, чем мелкий твинк, который явно слишком сильно пересмотрел тот БДСМ-фильм, потому что в первые же секунды знакомства спрашивал у каждого, сколько он стоит.

Ханна хихикнула, и обернулась на сиденье, чтобы посмотреть на всех.

– Он не искал красную комнату боли, он хотел перепихнуться в пентхаусе. (при пер. –отсылка к фильму "50 оттенков серого").

Эли ухмыльнулся.

– Нам удалось сбежать, не наделав трагических ошибок, да и вообще, мы там были самими шикарными, так что я назову это победой.

– Принимается, но я голоден. А мне пообещали еду.

Я умирал с голоду. Я солгал Хьюстону, уверяя, что мы поедим у Ханны, но она говорила, что на вечеринке будет еда.

– Прошлый раз у них был полный шведский стол, как часть вступительного взноса. Он обслуживался и было всё прилагающееся. Я тогда хорошо провела время, так что говорю вам, они должно быть сменили владельца или руководство, или что-то в этом роде.

Ханна явно чувствовала себя виноватой из-за того, как прошёл вечер, но она то ни при чём.

– Ты можешь загладить свою вину, оплатив первый заказ. Бургеры, а потом нужно выпить, – Эли прислонился к двери и нахмурился. – Я сегодня не в том настроении, чтобы меня лапали в простом клубе подражатели Доминантам.

Музыка – это хорошо, но в остальном я с Эли, наверное, соглашусь. Я пошёл потусить, надеясь выяснить, чего же я хочу, и выбросить Хьюстона из головы, но там вообще никто не мог с ним сравниться. Он был сексуальным и Доминантом без чрезмерной агрессивности в повседневном общении. Он даже был милым, когда ворчал, что не получит обещанную лазанью.

Ни у кого там не было ни единого шанса, особенно когда у меня дома был Хьюстон – не то, чтобы он действительно у меня был...

Блин, да я даже не уверен в том, что он Дом или что я ему нравлюсь. Однако то, как он на меня смотрел, развеяло некоторые эти страхи. Я почти чувствовал прикосновение, когда его взгляд прошелся по моему телу. Оно среагировало, и я ничего не мог с этим поделать, но это совсем не остановило его. Нет, он даже больше, чем один раз сфокусировал взгляд на моём члене. И нет никаких сомнений в том, что он счёл меня горячим.

Этого-то, я думаю, достаточно?

Я просто хотел бы знать больше о том, что ему нравится и чего он хочет от отношений. Когда я спросил о его предыдущих отношениях, его ответ был расплывчатым и мало чем помог. Что мне остаётся делать – подойти прямо и спросить, нравилось ли ему шлёпать предыдущих партнёров? Эй, что ты думаешь по поводу наручников и паддла? Ты когда-нибудь думал о том, чтобы контролировать оргазм партнёра? У тебя есть клетка для члена?

Да, это сработало бы.

Он, вероятно, выпрет меня так быстро, что у меня голова закружится.

Но никто не заказывает еду так, как он, не будучи хоть немного знакомым с БДСМ, так ведь? И блядь, у него был такой взгляд, что мне хотелось прямо там встать на колени, и умолять о чем угодно, что он может дать. Удовольствие... боль... Я мог представить всё это.

Да, да, мы только что познакомились. Что в сущности не имеет для меня большой разницы – я же не собираюсь прямо сейчас играть свадьбу. Я просто хочу, чтобы он перегнул меня через колено и отшлёпал, а потом оттрахал, в это время будучи в каких-нибудь своих сексуальных трусиках.

– Ты меня вообще слушаешь?

Голос Эли прорвался сквозь мои фантазии. Зараза.

– Видно же, что нет.

Ханна фыркнула на мой ответ, а Эли только рассмеялся.

Вероятно, повторяя уже второй или третий раз, Эли начал заново.

– Сначала Мак-авто, а потом BJ's, или настоящий ресторан, а потом куда-то в центр города, или какое-то сочетание всего этого?

Они затащили меня в один из клубов в центре после первого же дня на работе. И это не то, что я хочу повторить.

– Только не тот нудный, где сидят парни, считающие себя слишком крутыми, чтобы танцевать. Если тебе хочется музыки, мы можем пойти в тот другой клуб, он не так уж и плох, но если ты хочешь просто нажраться и творить фигню, тогда поехали в BJ's, он нормальный. И ради бога, ни один из нас не одет подобающе для традиционного ресторана. В Мак-авто, Ханна, чтобы нас не арестовали.

Она засмеялась и кивнула.

– Ну, с нами всё не так уж и плохо, но вот этот голый парень точно отправит нас на нары. И я, например, не хочу звонить никому, чтобы пришли выручать нас.

Эли был не совсем голым, но в его узких джинсах были стратегические дыры, поэтому его розовые трусики были видны, а очертания его члена и задницы играли в прятки с каждым, кто проходил мимо. Да, в ресторан вроде Applebee’s его точно не свозишь.

– Я не буду звонить Престону и спрашивать имя адвоката.

– Можешь позвонить Хьюстону, – поддразнил Эли, его внутренний проказник начал вылезать наружу. – Могу поспорить, он будет рад помочь, но только после того, как ты пообещаешь вернуть услугу сексуальными любезностями – непристойными и грязными.

– Чувак, нам всем будет легче, если тебя оттрахают.

Но да, у этой идеи есть и свои достоинства. Поспорить могу, Хьюстон смог бы придумать какое-нибудь сказочное наказание.

Ханна взволновано взгвизгнула.

– О, это может быть новой идеей для блога... Непристойные похождения Эли... Фантастические фантазии Эли... Эли и...

Когда Эли застонал, я не смог удержаться, чтобы не вставить свое слово.

– Эротические фантазии Эли!

Ханна просияла и завела машину.

– Вот это – идеально!

– Престон будет ржать до усрачки.

Глаза Эли загорелись, и было видно, что идея ему пришлась по душе. Он был в какой-то степени эксгибиционистом, и казалось, его заводит сводить людей с ума.

– Хоть я и не уверена, что он хочет, чтобы мы все в результате попали в новости, так что блог отпадает – но в люди выходить с тобой мы не собираемся.

Впрочем, BJ's – не совсем публичное место, и я не думаю, что им есть дело до нашего внешнего вида. Хотя эти розовые трусики, надетые на Эли, могли стать причиной нескольких странных взглядов в нашу сторону.

Однако не похоже что он беспокоится по этому поводу, так что и я тоже, пожалуй, не буду. У меня и так есть идеи получше, если уж становиться одержимым чем-то. Хьюстон. Я уже и так похож на какого-то жалкого подростка, влюблённого в крутого парня, который его никогда не замечает.

Ну, меня он заметил – а вот знать бы, что делать дальше... Это уже проблема.

Захватив еду и проехав через город, мы припарковались и направились в BJ's. По пути мы получили несколько дразнящих улыбок и пару-тройку комментариев по поводу Эли, размахивающего красным флагом перед быками, но в целом всё было не так плохо, как я думал – как и в первый раз, когда Эли притащил меня сюда, и большинство парней выглядели грубоватыми, но на самом деле, оказалось, придерживались идеи "живи сам и давай жить другим".

Кроме маленького официанта, у которого в последний раз, когда мы его видели, был стояк. И то, что его оставили одного, не казалось частью игры.

Я чуть не упал, когда увидел, как он заходит. Да, он был сексуальным, но не это было самым удивительным. Удивительным было то, как парни приветствовали его, и звучащие сумасшедшие комментарии – вот что меня шокировало. Он же только покраснел, а змей в его штанах даже ещё сильнее затвердел. Ну а когда появился его парень и Дом, всё вообще накалилось до предела.

Очевидно, что его рабочий график держится в строжайшем секрете, но Эли явно был знаком с партнёром хозяина заведения, и хотел удивить нового парня. Меня.

Когда мы пересекли комнату и подошли к освободившейся кабинке, улыбка Эли превратилась в улыбку кота, сожравшего канарейку.

– Угадай, кто решил сегодня вечерком выбраться из дома?

– А?

На столе всё ещё стояла куча пустых бутылок, но я знал, что скоро кто-то придёт и уберет их. Как ни странно, они могли не обращать внимания на то, что кто-то занимается сексом в туалете, но не на чистоту столов.

Когда они оба начали смеяться, я решил осмотреться.

Блядь.

– Что он здесь делает?

Хьюстон сидел за стойкой бара. Я не был уверен в том, заметил ли он нас уже, так как он склонился над стойкой, глядя в телефон какого-то парня.

– Бухает?

Эли посмотрел на меня как на придурка.

– Он же сказал, что останется дома. – Так ведь? Оглядываясь назад, я не мог такого припомнить.

– Это имеет значение? Разве ты не говорил, что он просто твой сосед?

Ханна одарила меня слишком невинным взглядом, который испортила, когда усмехнулась.

– Просто сосед, да.

И я не лгу.

Эли фыркнул.

– Но это не то, чего бы ты хотел.

– Мы не всегда получаем то, что хотим.

Я пожал плечами, пытаясь выглядеть непринуждённо, и в то же время не спускать глаз с Хьюстона.

– Я не думаю, что ему это интересно.

– Ага, продолжай повторять это и дальше. Всё равно более правдоподобным это не станет, – дразнил Эли.

– Что?

Что-то в его взгляде заставило меня взглянуть на Хьюстона.

Он смотрел на меня, пристально и горячо. Хьюстон стоял, облокотившись на стойку бара, обхватив одной рукой полупустой бокал, и его язык тела был непринуждённым, но что-то в выражении его лица говорило, что он был каким угодно, но только не расслабленным.

Голос Ханны понизился.

– Он смотрит на тебя так, как будто ты какой-то десерт, в который он хочет погрузиться.

Эли рассмеялся.

– Ты такая типичная девушка, Риз же не брауни. Хьюстон смотрит на него, как будто хочет его сожрать. И шоколада не надо.

– Шоколад надо всегда. А ты только что доказал, что, несмотря на эти штаны, ты типичный мужлан.

Ханна выглядит такой тихой, я ожидал что она проглотит сказанное Эли дерьмо, но она доказала, что когда захочет, может за себя постоять. Я же просто проигнорировал их, понимая, что их оскорбления не всерьез.

– Как ты думаешь, что происходит?

Что-то должно было измениться. Когда я выходил из дома, он не смотрел на меня таким взглядом. Нет, он явно дал понять, что я выгляжу обалденно, но ничего схожего – тут Эли прав – с желанием сожрать меня.

– Он наконец-то решил взять тебя в оборот, и теперь лишь ждёт подходящего момента?

Попытка Ханны выдать желаемое за действительное лишь заставила меня вздохнуть.

– Очевидно, нет.

Я пытался звучать не так жалко.

Но он всё равно смотрит на нас, хоть мужик рядом с ним и продолжает говорить с невероятной скоростью. Что могло...

– Привет, я.. эм... мне надо... – запинаясь, произнес маленький официант, отрывая меня от Хьюстона.

Он начал убирать со стола, но что-то явно заставляло его нервничать. Паренёк густо покраснел, сквозь обтягивающие джинсы отчетливо проступали очертания клетки для члена. Мальчик отлично вписался в нашу компанию, хотя, судя по его нервозности, он вроде как не осознавал этого.

Я улыбнулся, пытаясь его успокоить.

– Привет, спасибо.

Эли же, не чувствуя необходимости держать язык за зубами, или же он всего лишь хотел, чтобы парню было удобнее, просто наклонился вперёд.

– Рэнд, так?

Эли взял на себя контроль, пока официант просто на него смотрел.

– Твой Хозяин хочет шоу. И знаешь, если у тебя будут вот такие, ты его реально с ума сможешь свести.

Откинувшись назад, Эли продемонстрировал ошеломлённому официанту свои трусики, стратегические дыры и всё остальное.

– Я... гм...

Эли либо не заметил шока парня, либо же просто решил продолжать дальше, потому что кивнул, будто речь шла о пустяках.

– У меня когда-то был Хозяин, который также любил клетки. Мне тоже нравилось, но это очень усложняло работу – эту штуку слишком заметно под трусиками.

– О, я... Хм... Слышал, что ты зарабатываешь работая моделью... феминного мужского белья?

Твинк начал обретать голос, как только понял, что мы совсем не шокированы. Чтобы шокировать нашу компанию потребуется что-то большее, чем клетки для члена и некоторый эксгибиционизм.

Даже если я выгляжу катастрофически нормальным, как выразился Эли.

Эли кивнул.

– У меня есть блог и ещё несколько разных штук, но такое бельишко – это сексуально и прикольно. И сколько людей могут похвастаться тем, что могут вычесть трусики со своих налогов? Мой бухгалтер в прошлом году чуть язык не проглотил, когда увидел некоторые мои квитанции.

Официант захихикал и оглянулся на своего Хозяина.

– Хм, я не уверен...

– Шлюхи? Другие модели? Половина этих ребят из реалити-шоу?

Ханна начала считать свои идеи, подгибая пальцы, на что Эли закатил глаза, а Рэнд рассмеялся.

Я покачал головой и прислонился к стене.

– Я не уверен, что шлюхи платят налоги.

Рэнд, посмеиваясь:

– Обычно это не обсуждают.

Он действительно отлично вписывается в нашу компанию. Я лишь пожал плечами.

– Зато это абсолютно обычно для этих двоих.

– Только для них?

Он одарил меня милой лёгкой улыбкой.

– Честно скажу, я был гораздо более нудным до того, как начал работать с Эли.

И это не ложь.

Рэнд кивнул, явно начиная чувствовать себя с нами комфортнее.

– Ты работаешь моделью?

– Нет, – я засмеялся, покачав головой. – Не могу представить себя в таком виде перед объективом камеры. Я занимаюсь компьютерами и работами по сайту.

– Он, тот гений, который не даёт сайту рухнуть каждый раз, когда я добавляю новый пост в блоге, – Эли ухмыльнулся и наклонился вперёд, словно посвящая Рэнда в какую-то тайну. – Им нравится смотреть на мои трусики.

Рэнд рассмеялся, и румянец залил его лицо.

– Я знаю. Эндрю показывал мне некоторые твои фото. Они... просто очаровательны, – он оглянулся на бар, глядя на парня, сидящего рядом с Хьюстоном. – Он так разволновался, когда вы вошли, что вытащил свой телефон, чтобы показать нам. Надеюсь, это же ничего?

Эли просиял и растянулся в кабинке, как пин-ап модель.

– Я люблю публику, – затем он подмигнул Рэнду. – Как и ты.

Рэнд улыбнулся и кивнул более непринуждённо, уже не выглядя таким нервным, как когда только подошёл к нам.

– Значит, перед тем как Джейк...

– Я плачу тебе не за флирт! – голос Джейка прокатился по комнате.

Рэнд вздохнул.

– Начнёт слетать с катушек. Простите, ребята. Дайте мне убрать эту фигню, и потом я принесу вам выпить.

– Ты знаешь, я думаю, что он на самом деле платит тебе за флирт, так что этот "аргумент" не имеет смысла, – Ханна посмотрела на Джейка и пожала плечами. – Разве нет?

Рэнд, наконец, проиграл бой и снова покраснел, но всё же заговорщически кивнул ей и улыбнулся.

– Что вам принести?

Приняв наши заказы на выпивку, Рэнд начал собирать мусор. Он явно пытался устроить свое обычное шоу для беспокойных клиентов, которым наскучила наша вполне обычная беседа. Но что-то мешало этому.

Флиртовать с незнакомцами – легко, а вот быть сексуальным перед людьми, с которыми у тебя начинаются приятельские отношения – куда труднее. К счастью, парень попал в идеальное окружение, которое поможет ему преодолеть ношу "сексуальный перед своими новыми друзьями".

Эли только покачал головой.

– О нет, сладенький, я могу сделать это лучше.

Он выскочил из кабинки и напустил на себя игривый вид, если извивающиеся, флиртующие, почти проститутки играют в какие-то спортивные игры. Одарив нескольких парней за соседним столиком жеманным взглядом, выпячивая задницу и наклоняясь, Эли выглядел идеально.

Ну, идеальной потаскушкой-эксгибиционисткой.

Рэнд покраснел, но смотрел, как Эли устраивает своё импровизированное шоу. Зная Эли, могу с точностью сказать, что он проклинает тот факт, что он недостаточно обнажён. Я видел его фотосессии и слишком часто был мишенью в его почти голом флирте, чтобы волноваться по поводу того, не заведёт ли он меня.

Это было просто частью того, чтобы быть в его круге общения.

Его задница выгнулась, а каблуки, которые он носит, сделали ноги ещё длиннее, из-за чего в стратегических отверстиях замелькали трусики. Затем он начал медленно собирать бутылки, выпрямился, кокетливо улыбнулся Рэнду, и поставил пустые бутылки на поднос. Когда он снова наклонился, какой-то старый чел, чей возраст близок к той границе, когда "от секса у него сердце остановится", выкрикнул:

– Ох ты черт, на нём женские труселя!

По залу прокатился тихий смешок, а Эли лишь опёрся локтём о стол, и повернулся, чтобы улыбнуться старому чуваку, одновременно покачивая задницей.

– Но разве же они не выглядят в разы лучше на мне, сладенький?

Этот грязный чел, по-видимому, с энтузиазмом кивнул, так как Эли обернулся и взял ещё одну бутылку. Медленно выпрямившись, потершись членом о стол, и заставив толпу застонать, он развернулся, и снова поставил бутылку на поднос.

– Вот как игривая шлюха собирает мусор.

Подмигнув Рэнду, Эли сел назад в кабинку, вытягиваясь, и будучи явно довольным собой. Рэнд, приняв вызов, подставил свой поднос на ближайший столик. Он послал сидящим там парням воздушный поцелуй, и оттопырил задницу, когда потянулся. Рэнд устроил всем настоящее шоу, и к тому времени, когда стол был убран, Эли выкрикивал непристойные похвалы, а большинство посетителей поправляли свои члены через джинсы.

Но на бедном Рэнде всё ещё была клетка, и его растущее отчаяние ясно проступало в расширенных зрачках и тихих стонах. С придыханием Рэнд сказал нам, что через минуту принесёт нашу выпивку, но никто из нас на это не купился – он слишком возбужден. Его руки тряслись, когда он взял поднос и направился к бару, где подошёл прямо к своему Хозяину, и бросился прямо в объятия Дома.

Возбуждённого, нуждающегося Рэнда живенько унесли прочь, судя по словам некоторых парней, второй раз за ночь. Надеюсь, с него скоро снимут клетку или дадут кончить. И осознание того, как логично я размышлял о его сексуальной жизни, заставило меня увидеть, насколько странным стал мой мир.

Я всё ещё считаю, что это самый лучший бар в мире. Ну, я так думал, пока не оглянулся и не вспомнил о Хьюстоне, сидящем за стойкой, чей горячий пристальный взгляд был направлен прямо на меня.

Блядь.

Глава 11

Хьюстон

– Я бы узнал эту задницу! Не может быть, что он – один из моделей!

Слова Эндрю звучали тихо, когда он сгорбился над телефоном, утверждая, что ищет что-то, на самом деле просто используя Риза и его приятелей как возможность полазить на сайте.

Их появление убило меня наповал. Мало того, что друзья Риза были одеты ещё более развратно, чем он, так на Эли ещё и виднелись розовые женские трусики из-под джинсов. Несколько посетителей явно этого не оценили и высказались, но большинство клиентов, казалось, не обратили на них внимания.

До тех пор, пока он не начал дразниться и извиваться на столе, стремясь превзойти Рэнда.

Вот тогда-то это самое большинство посетителей очень даже обратили внимание, и если волну непристойных комментариев можно считать каким-то признаком, то им это понравилось. Риз же просто ухмылялся и смеялся над их выходками, а потом поправил член, явно возбуждённый двумя разыгравшимися мужчинами.

Он был возбуждён МУЖЧИНАМИ.

Трусики Эли, похоже, тоже не давали ему покоя.

Глядя на него – на них – было сложно думать. Эндрю привлек моё внимание, как только они вошли, и в считанные секунды открыл сайт, выдав мне всю информацию об их работе. Когда он начал гадать о роли Риза, я объяснил, что он – мой новый сосед, который, судя по его словам, занимается компьютерами и всяческими веб–штуками для сайта.

Эндрю же с энтузиазмом воскликнул, что Риз годится в модели... И что наверняка надо просто хорошо поискать, чтобы найти того на сайте. Мне пришлось согласиться, только негромко. Я пытался сохранить какое-то хладнокровие, но не был уверен, что у меня получится. Он сказал, что работает с компьютерами и дизайном сайта. Вот и всё.

– Ты отбить его планируешь, что ли? Мне стоит волноваться?

Джейк наконец-то подошёл к нам. Когда Рэнд начал просто болтать с ребятами, многим клиентам стало скучно от того, что Эндрю назвал "шоу на танцполе", и они наводнили бар, требуя ещё выпивки.

– Нет. Он живёт со мной.

Это видимо сильно разожгло любопытство Джейка, так как он проигнорировал оклики посетителей, и сумасшедшие звуки, которые все издали, когда Дом снова понёс маленького официанта в заднюю часть бара. Эти двое набросились друг на друга, как кролики.

Джейк поднял бровь.

– Потрудишься объяснить?

– Нет.

Эндрю захихикал.

– Он – новый сосед Хьюстона, и Хьюстон по уши в него влюблён, но, похоже, ничего не сделал по этому поводу.

Я лишь плечами пожал.

– Я вроде как думал, что он натурал. Когда я спросил о последних серьёзных отношениях, он сказал, что сейчас без пары, а до этого был с женщиной.

Джейк фыркнул.

– Он явно не натурал.

Ухмыльнувшись, Эндрю кивнул, и посмотрел на меня с выражением "ну ты и идиот".

– Ты что, в пещере живёшь? Он должно быть би или что-то в этом роде.

Покачав головой, он поднял одну руку.

– Гей.

Потом, подняв другую руку, он произнес так, словно я – дитя пятилетнее.

– Натурал.

Убедившись, что завладел моим вниманием, он сделал паузу, а затем продолжил.

– Нет такого, что ты или гей или натурал. И ты это знаешь. Между ними есть всяческие забавные варианты.

– Я...

Честно говоря, я об этом даже не подумал. Пожав плечами, я почувствовал себя немного неловко.

– Он ничего не говорил о парнях.

– Ну да, ты же был такииим дружелюбным! – Эндрю закатил глаза. – Спорим, что ты пролаял что-то вроде: "Я – жеребец, я гей, я крутой и агрессивный", да? – Эндрю даже не стал дожидаться ответа. – Он, наверное, думал, что ты не поймешь.

Возможно.

– Ты псих.

Эндрю ухмыльнулся.

– Это не значит, что я не прав.

Проигнорировав эту часть, как и страстные крики сзади, которые звучали так, будто Рэнд наконец-то освободился от клетки для члена, я вернулся к наблюдению за Ризом. Он знал, что я пристально на него смотрю. Он даже не пытался это скрыть. Его друзья продолжали смеяться и смотреть в мою сторону, а потом он опускал взгляд на стол и снова смотрел на меня.

Они явно дразнили его из-за чего-то, что имело отношение ко мне, но у меня было чувство, что я не являюсь предметом их шуток. Может ли быть такое, что они дразнят его, так как я ему НРАВЛЮСЬ? Или, по крайней мере, за то, что ему что-то любопытно? Я всё ещё не уверен, что у него есть какой-то опыт с мужчинами.

– Мы установили, что он явно не натурал. И это не ответ на мой вопрос.

Джейк посмотрел на меня долгим взглядом, но я не мог вспомнить, о чём он спрашивал. Я только пожал плечами, и он вздохнул, явно обнаружив, что мне не хватает интеллекта.

– Я должен беспокоиться?

– Нет.

Я покачал головой. Хоть я и не уверен в том, что собираюсь делать, но это явно не будет чем-то стрёмным.

– Да, – вздохнул Эндрю, возражая мне. – Потому что он снова начнёт игнорировать всё, что происходит между ними. Это будет трагично.

Джейк фыркнул и покачал головой.

– Это не бесплатное живое порно-шоу только для тебя одного, или юмористическая гей-версия на телеканале Холлмарк. Оставь его в покое.

Эндрю начал дуться.

– Но...

Джейк покачал головой.

– Никаких "но". Оставь его в покое. Если он хочет продинамить горячего парня лишь потому, что испугался, что этот сексуальный, действительно любопытный молодой человек, целый день работающий с полуголыми мужчинами, позирующими в феминном мужском белье, не заценит его трусики, то это его выбор.

Я фыркнул.

– Сволочь.

– Ага, – Джейк кивнул, одарив меня озорной ухмылкой. – Но эта сволочь пойдёт домой с возбуждённым любовником, который весь последний час фантазировал о всяких пошлостях, а ты, мой друг, вероятнее всего закончишь с правой рукой, потому что не хочешь рискнуть.

Это удар ниже пояса, но – он прав.

И когда Джейк направился в другой конец бара, прикрикивая на людей, чтобы они успокоились, Эндрю засмеялся.

– Он прав. Я люблю приходить в ночные смены Рэнда. Лучшее бесплатное порно на свете.

Покачав головой, я откинулся назад и посмотрел на Риза. Может ли он сейчас думать о том же? Как бы мне ни хотелось спросить, я не могу. Он же мой сосед. Я не хочу, чтобы он думал, что я его вышвырну, если у нас ничего не получится, но и жить с ним, если я ему нравлюсь, но он не переносит доминирование, я не хочу.

Прямо как между молотом и наковальней – ты возбуждён и тебя привлекает кто-то, кого, вероятно, нельзя получить.

Когда Эндрю начал хихикать, мне следовало догадаться, что что-то происходит. В мою защиту стоит отметить, что он сгорбился над телефоном, с кем-то переписываясь, и это не выглядело слишком странно, чтобы пробудить у меня подозрения. Но вот когда в другом конце помещения рассмеялся Эли, мне стало интересно.

– Что ты делаешь?

– Ничего, – последовал быстрый ответ.

Ну, разумеется.

– Я же не вчера родился.

Эндрю фыркнул и начал было что-то говорить, но потом рассмеялся и кивнул. Яростно переписываясь и делая что-то с каким-то приложением для рисования, он перед ответом помедлил несколько секунд.

– Ты абсолютно слеп.

– Засранец.

– Это моё прозвище, сладкая попка. Что он сделал? – Джейк, наконец, вернулся и прислонился к стойке бара. Рэнд со своим Хозяином вернулся с, гм, веселья, но у Рэнда был такой сонный и взъерошенный вид, что все понимали, чем они занимались. Клиенты веселились, подтрунивая над ним по этому поводу, продолжая заказывать у Джейка выпивку.

– Не знаю, но он что-то задумал.

Наклонившись, я попытался посмотреть, что он делает, но как только Эли снова начал ржать, он быстро убрал телефон из моего поля зрения.

Джейк же просто наклонился и выхватил телефон из рук Эндрю, который начал мямлить и поскуливать, но не слишком протестующе. Он в основном пытался не смеяться, пока Джейк бегло просматривал сообщения. Наконец тот фыркнул и взглянул на Эндрю.

– Риз знает, что вы, два юмориста, творите?

Эндрю, наконец, перестал хихикать и вздохнул.

– Не совсем, но первым начал Эли.

– Эндрю! – прорычал Джейк.

Эндрю лишь невинно моргнул ему в ответ.

– Но смешно же, да?

Джейк покачал головой, но в его глазах плясали весёлые огоньки.

– Хьюстон же тебя прибьёт. И я ему позволю.

ЧТО ОН НАХРЕН СДЕЛАЛ??

– Что? Каким боком сюда притянут Риз? Что, блядь, происходит?? – не получив моментального ответа, я встал. Слишком я стар для такого дерьма.

Когда я оттолкнулся от барной стойки, Эндрю схватил меня за руку.

– Не уходи. Извини.

Он казался слегка раскаявшимся, но я не куплюсь на это.

– Не собираюсь спрашивать ещё раз. Моё терпение лопнуло.

Я был объектом достаточного числа шуток, чтобы понять, когда мне не понравится то, что произойдёт дальше.

Джейк одарил Эндрю взглядом типа "я же тебе говорил", и передал мне телефон.

– Пролистай до конца.

С первого взгляда это не имело никакого смысла, какая-то прикреплённая к текстовому сообщению картинка. Глянув на верх экрана я увидел, что она пришла от Эли. Удержавшись от того, чтобы посмотреть в противоположный край комнаты, я пролистал вверх, чтобы увидеть, что же это.

Поставить галочку "да" или "нет"?

На картинке было два квадратика, на каждом по "да" и "нет".

– Что это за хрень? Вы снова в начальную школу попали?

Жёсткий голос Джейка прорвался сквозь моё раздражение.

– С этими сообщениями рекомендую проверить и более старые. Продолжай листать вверх.

Ужас подкрадывался ко мне, пока я водил пальцем вниз по экрану. Блядь. Это точно как те старые письма, бывшие популярными, когда я был мелким. Ты мне нравишься? Выбери "да" или "нет".

Однако в данном случае здесь было явно более взрослое направление. Он хочет сделать с Ризом что-то кинковое? Тогда обязательны отметь квадратики "да" или "нет". Было выбрано "да", и отправлено как раз перед тем, как Джейк схватил телефон.

– Блять.

– Дальше будет ещё интереснее. Возможно, тебе стоит начать с самого начала.

По голосу Джейка было очевидно, что он пытается не рассмеяться.

Заставив себя пошевелить пальцем, я перешёл к началу разговора. В одном Эндрю был прав – это затеял Эли. Первым шло плохое фото Риза с подписью "Нравлюсь ли я Хьюстону?" внизу. Эндрю отписал "Ржунимагу, да". Отсюда-то всё и началось.

Хочет ли он взять Риза за руку?

Хочет ли Риз поцеловать его?

Хочет ли Хьюстон трахнуть его?

Хочет ли Риз быть топом?

Сообщения всё продолжались и продолжались.

– О чём ты на хрен думал?? Он же подумает, что я больной на голову! Особенно по кинковой части.

– Эм, скорее всего, нет.

Эндрю пожал плечами и указал на сообщение, к которому я ещё не добрался.

"Хочет ли Хьюстон быть Домом Риза?"

И после него шёл маленький комментарий, который привлёк моё внимание.

"Так как Ризу это бы понравилось, он – Саб."

ЧЕГО БЛЯДЬ??

– Эмм... Под ним тоже прочти.

Волнение Эндрю снова начало вылезать наружу.

Я даже смотреть не буду.

– Эндрю, я собираюсь...

– Любить меня веки-вечные! – ухмыляясь, прервал он.

Вот теперь-то мне надо посмотреть. Я снова глянул вниз, и увидел наполовину скрытый вопрос. Прокрутив его, чтобы можно было прочитать всё сообщение, я проскочил "да", которое он отослал Эли, и перешёл к следующему.

"Риз – би?"

Мой палец скользнул по экрану ещё до того, как я успел подумать, что я делаю. От ответа моё сердце бешено заколотилось где-то в горле.

"Да. Теперь спроси меня, был ли он с мужчинами".

Судя по следующему изображению на телефоне, ответ – явное "нет". Мне было очень трудно осознать, что я увидел. По словам Эли, Риз – би, я ему нравлюсь, он никогда не был с парнем, любит тему кинка, и ищет Доминанта.

Это не может быть правдой.

– Не прикалывайтесь над людьми. В следующий раз, когда вы решите сделать кому-то подобную гадость, человек может повестись, и что вы тогда будете делать?

Я на это попадаться не собираюсь.

Эндрю наклонил голову и посмотрел на меня как на идиота.

– Эм... поздравим его с тем, как ему повезло, и пожелаем удачи с новообретённым вроде как девственником, который хочет, чтобы его шлёпали и проделывали прочие извращенные штуки?

Он слегка кивнул мне, глядя очень серьёзно.

– Да, Эли – не засранец. Ну, то есть, всё же засранец, но честный засранец. А тебе надо стопудово разыграть сцену с девственником, так как это может быть невероятно горячо.

ДА РАДИ БОГА!

– ЭНДРЮ!

С меня хватит! Вся моя гребанная жизнь была там, в его телефоне, и я ничего не мог с этим поделать! Я вот даже не знаю, как в этот момент реагировать. Конечно же, Риз так и мечтает заполучить Доминанта в женских трусах, который иногда ведёт себя как мудак, и у которого точно нет нормальных друзей.

– С меня хватит.

Отойдя от бара, я развернулся и вышел, отказываясь даже взглянуть на Джейка, Эндрю, или, боже упаси, Риза. Мне предстояло снова искать нового соседа, новых друзей, и, блять, даже хуже, новый бар.

Эндрю окликнул меня, и за моей спиной послышался какой-то шум, но мне уже было всё равно. Пошли бы они нахрен. В моей жизни я не хочу и не нуждаюсь в подобной драме и больше не собираюсь подставляться.

Глава 12

Риз

– Какого чёрта?

Я почувствовал смутный страх, когда увидел, как Хьюстон вылетает из бара.

И когда Эли тихо пробормотал: "Вот срань.", я уже знал, кого винить.

– Что ты сделал?

Он слишком быстро выпил пиво и хихикал, переписываясь с кем–то по телефону, ну а Ханна и я просто это игнорировали. Она жаловалась на своё последнее свидание, а я изо всех сил старался не смотреть на Хьюстона. Очевидно, мне следовало лучше смотреть за Эли.

– Ничего.

По лицу же видно, что он лжёт.

– Я не идиот. И, кроме того, ты выглядишь дико виноватым.

Я откинулся на спинку стула, и уставился на него.

И тут на его лице появилось раскаянье.

– Всё вышло из-под контроля. Я пытался помочь. Честно.

Это звучит плохо.

– Твоя "помощь" затрагивала и Хьюстона?

– Ага.

– Это предполагало и излишнюю откровенность обо мне?

Как только этот вопрос вылетел у меня изо рта, я понял, что он звучит глупо.

– Ага.

Ханна усмехнулась.

– Ты дебил.

– Эли.

Получилось грустно, и совсем не так сердито, как я хотел.

– Покажи мне.

Он медленно протянул мне телефон. Пролистывая текст, я застонал.

– Твою маааать, Эли...

В этих глупых сообщениях, похожих на интернет-мемы, он выложил все. Одна часть меня хотела попросить, чтобы он показал, как он это сделал, но бОльшая часть была просто сокрушенной. Хьюстон знал всё.

ВСЁ. От моей влюблённости и до моей сабмиссивности.

– Есть одна хрень, которую ты не знаешь. Он, скорее всего, думает, что это просто насмешки над ним или что-то вроде этого.

Закрыв глаза, я откинул голову назад.

– Мне придётся искать новую квартиру. Он подумает, что я кое-что рассказал вам, и возненавидит меня.

– Рассказал что? – нахмурился Эли.

– Ты не говорил, что он скрывает свою ориентацию, или что-то вроде того. Это же гребаный гей-бар.

– Не об этом. Это о другом?

Я даже не был уверен, что сказать. Я сделал всё возможное, чтобы уважать его личную жизнь, но это только ухудшило ситуацию.

– Какие другие вещи?

В его голосе ясно слышалось сожаление, но естественное любопытство не могло быть подавлено.

Голос Джейка прервал его.

– Он носит женское бельё, как и ты. И после этого трюка, который вы двое провернули, он думает, что для Риза это будет уже перебор, так как он даже не был уверен, что ему нравятся парни.

– А?

Джейк посмотрел на меня как на дебила.

– Ты же говорил только о девушках, тупица. Как он мог, по-твоему, догадаться, что тебе и парни тоже нравятся?

Приватность личной жизни уже видимо улетела в окно, так что я просто пожал плечами.

– Я думал, что это очевидно, после того, когда вошёл к нему, когда он был практически голым.

– Когда это было? Ты заныкал этот момент.

Сожаление Эли исчезло, как только история снова стала хорошей.

– В первый же вечер после моего переезда. Произошла какая-то неразбериха, и мне показалось, что он сказал зайти к нему в комнату. Он как раз переодевался, и боже, на нём были такие же трусики, как и на Лейне во время той первой фотосессии, на которой вы заставили меня присутствовать.

Даже этого воспоминания было достаточно, чтобы мой член зашевелился.

– Они шикарные, – кивнул Эли. – У Хьюстона великолепная задница; они, наверное, смотрелись чертовски горячо. А ты видел содержимое?

– Нет, он стоял лицом к комоду. И это уже больше чем мне стоило говорить.

Ну, ужас же. Хьюстон точно меня возненавидит.

– Вам двоим нужно больше говорить и меньше строить догадки.

Джейк всё ещё смотрел на меня, как будто у меня мозгов как у репы.

– Он думает, что эти два гения всё испортили, и на самом деле не верит, что Эли знает достаточно, чтобы честно рассказывать о твоих предпочтениях.

Я взглянул на Эли.

– А ты рассказал?

Все сообщения я не читал, но его восторженный кивок заставил меня поверить, что он был откровенным. ОЧЕНЬ ОТКРОВЕННЫМ. Я снова посмотрел на Джейка.

– Зная его, можно предположить, что он и впрямь был честен.

– Итак, я так понимаю, ты – би, девственный в плане парней, сабмиссив, которого не беспокоят предпочтения Хьюстона, и который хочет увидеть, куда же всё может зайти?

Джейк с бесстрастным лицом смотрел на меня и просто ждал.

Мой взгляд метал кинжалы в Эли.

– ИЗЛИШНЕ откровенно.

– Спасибо. Вам, ребятам, был нужен пинок.

Эли пожал плечами.

– В свою защиту могу сказать, что если бы ты сказал что-то про всё это феминное бельё, я был бы более конкретным об этом в сообщениях, и ему бы не пришлось волноваться. Это реально ТВОЯ вина, что ты скрываешь такие важные вещи от своих друзей.

 – Это не МОЯ вина, придурок. – Я покачал головой. – И что мне теперь делать? Он же был в ярости.

– Не на тебя. Впрочем, в ближайшее время я бы не стал приводить Эли домой. И Эндрю тоже.

Джейк, кажется, не думал, что всё так плохо, как казалось мне, но не ему же спать в автомобиле.

Что-то из этого, наверное, отразилось на моём лице, так как он снова начал говорить.

– На самом деле он в ярости не на тебя. Он подумал, что они отняли у него шанс, а сам даже не был готов намекнуть на то, вокруг чего вы, парни, ходили вокруг да около. Он нерешительный из-за какого-то дерьма в отношениях с прошлыми партнёрами, слишком долго взвешивает все "за" и "против".

– Извини, Риз, тебе явно нравился парень, но ты явно не собирался ничего предпринимать по этому поводу.

Может Эли и правда раскаивается, но я был слишком расстроен, чтобы обращать на это внимание.

– Потому что я не хочу жить в своей тачке, придурок.

Почему ЭТО не было очевидным для окружающих? Разрывы – плохая штука, и я не собирался быть бездомным из-за того, что не могу удержать свое хозяйство в штанах из-за горячего соседа.

Эли пожал плечами.

– Ты можешь снова жить в рабочей квартире. Я всё улажу с Престоном.

Это ни хрена не то, что я предпочёл бы услышать.

– Спасибо, но мне как бы нравится моя новая квартира, как и сосед, идущий в придачу к ней. Хьюстон – милый и чистоплотный, и не действует мне на нервы. Да, он мне интересен, и он горяч, как самый адский ад, но, прежде всего, у меня не было никакого способа узнать, что он увлекается БДСМ. – Мой голос начал звучать громче, и мы стали привлекать внимание публики, но мне уже было всё равно, – у меня также не было способа выяснить, какое его отношение к бисексуалам, как и то, какие парни ему нравятся. Так что уж простите, что я не торопился, и не творил всякую фигню.

– Ну, для протокола – ты ему нравишься, он – Дом, и он бы так медленно всё делал, что вы бы скорее всего никогда и не поцеловались даже, – пожал плечами Джейк. – Так что да, он злится, но если он тебе нравится – то вот твой шанс. И вероятнее всего, что он у тебя единственный, к сожалению. За что Эндрю и просит прощения.

Оглянувшись, я увидел удрученного Эндрю, сгорбившегося у стойки бара, и вид у него был действительно раскаивающийся, в отличии от Эли. Эли как раз таки всё ещё был убеждён в своей правоте, и что скоро в ней убедимся и мы. Какая-то часть меня надеялась, что он прав, но голос реалиста в моей голове призывал не лгать себе.

Спать в машине – полный отстой!

– Парни, нет никакого способа узнать, что он чувствует. Да, он зол, так как его поставили в неловкое положение, и он точно сейчас допрашивает своих друзей, потому что, если честно, я тоже. Но этого недостаточно, чтобы на это опереться. Он зол и обижен, и я даже не уверен, что могу сегодня возвращаться домой. Ему стопудово сейчас не до меня, – я начинал превращаться в королеву драмы, но принимать решение я был не готов. Нет ничего плохого в том, что мне нужно больше грёбанного времени перед тем, как кому-то открыться.

Джейк наклонился вперёд, положив руки на стол так, что его глаза оказались почти на одном уровне со мной.

– Он не обидит тебя.

– Это-то я знаю. Но и рядом я ему сейчас на фиг не нужен, – а ещё я не уверен, что хочу увидеть отказ на его лице.

Я звучал жалко и жалобно, но я чувствовал себя потерянным. С того момента, как я отдавал кому-то контроль, прошло очень много времени, и единственный человек, которого я недавно встретил, и на чьих коленях мне хотелось свернуться и разрешить ему делать, что он хочет, был так зол, что у меня и шанса не будет никогда.

– Риз, я буду с тобой честен. Знаю, что не так уж много раз мы виделись, но я его знаю не один год. Он – отличный парень и великолепный Доминант. Судя по слухам, – Джейк, наконец, быстро усмехнулся, – потому что я никогда с ним не спал, и он обращает внимание на то, что его сабмиссивы хотят и что им нужно. Скорее всего, он не свернёт всё после того, как вы закончите сцену. Он просто немного более эксцентричный, но я знаю, что он тебя заметил, и что ему очень интересно, чего же ты хочешь.

Джейк дал нам несколько секунд переварить сказанное перед тем, как продолжить.

– То, что ты считаешь его привлекательным – это очень далеко от того, чтобы западать на парней и быть сабмиссивом. Сейчас у него голова идёт кругом, но как только он снова сможет себя контролировать, сразу же закроется. Если тебе интересно, куда это зайдёт – это твой единственный шанс.

Как же меня вымораживает всё в этой ситуации – и эта поспешность, и то, как много всего просто упало мне с неба, и то, как, скорее всего, ужасно неправильно всё пойдёт. Я не тороплюсь с принятиями решений, но после уже не склонен к сомнениям. К тому времени, как я прыгаю с кем–то в постель, или становлюсь сабмиссивом, я уже знаю, чего я хочу.

А сейчас все наоборот.

Хочу ли я пойти на что-то подобное? Будет ли оно того стоить? На самом деле всё сводится к... стоит ли он этого? Стоит ли Хьюстон того, чтобы я выставил себя таким образом и рискнул услышать отказ? Конечно, Эли сказал, что я могу жить в корпоративной квартире, а не в своей машине, но кроме этого есть ещё такое количество разных деталей, что просто невозможно собрать и проанализировать их все.

– Ханна, я готов идти домой. Ты можешь меня подвезти или мне вызвать машину? Мне всё подойдёт.

Такси, Убер... пешком, мне уже все равно. С меня хватит.

– Конечно, – она потянулась ко мне и взяла мою руку, сжав её.

– Поехали. Эли?

Он вздохнул.

– Я тоже иду. Риз, прости, я сожалею.

– Я знаю, – выскользнув из кабинки, я подождал, пока они тоже выйдут.

Джейк сделал шаг назад и пожал плечами.

– Решать тебе, но если ты хочешь заполучить его, или хотя бы посмотреть, что из этого может получиться, то тебе нужно делать что-то прямо сейчас. Если ты подождёшь даже хотя бы сутки, то это уже будет почти невозможно.

Ну, пиздец.

***

– Эли, я больше не хочу это слышать, – он прыгал туда-сюда между извинениями и уверениями в том, как он прав, а я же просто хотел, чтобы ночь наконец-то закончилась. Но учитывая тот факт, что я даже не добрался до дома, мне ещё очень далеко до укрытия.

Моя сестра когда–то выкладывала на Фейсбуке картинки о том, что в трудных  ситуациях надо построить форт из одеял, и спрятаться от мира – и теперь мне кажется, что это хорошая идея.

Обратная дорога домой была тихой, только редкие замечания Эли нарушали тишину. Но по мере того, как мы приближались к месту моего проживания, он становился всё более разговорчивым, вероятно, понимая, что это – его последний шанс убедить меня, что он прав.

– Говорю тебе, по тому, как он смотрел на тебя, всё стало ясно. Он влюблён в тебя, и хочет связать тебя и проделать с тобой всякие извращенные штуки.

Эта идея не должна возбуждать меня.

– Эли, ты прям сделал его больше похожим на маньяка или серийного убийцу, чем на партнера.

Ханна фыркнула, но вроде не собиралась вмешиваться.

– Преследователь и серийный убийца лишь в том случае, если ты этого НЕ ХОЧЕШЬ, но ты же ХОЧЕШЬ, поэтому я не переживаю.

Если меня когда-нибудь арестуют, то только потому, что сделаю с Эли что-то плохое. Скорее всего, после того, как он скажет "Поверь мне" или "Я прав". И никто и никогда меня не осудит.

– Не в этом же дело.

Может всё же в этом, но я просто устал и растерян.

Поездка домой должна была помочь мне понять, что же делать, но я всё ещё чувствовал себя потерянным. Никогда у меня ни одни отношения не начинались подобным образом. Все парни вокруг меня такие придурки?

Эли – придурок.

Роман – злой придурок.

Эндрю – глупый придурок.

Джейк – дурак, потому что в отношениях с Эндрю.

Список можно продолжать, но насчёт себя я уже точно определился. Я – чокнутый, потому что окружаю себя сумасшедшими мужчинами. Если вокруг вас – одни придурки, есть шанс, что это – ваша вина.

Наконец заговорила Ханна.

– Эм, я на стороне этого идиота так-то. Это вроде как моя позиция.

Она рассмеялась, когда я вздохнул и откинулся назад, чтобы закрыть глаза.

– Я знаю, что тебе это не нравится, но тебе придётся взять инициативу и дать Хьюстону понять, что ты действительно в нём заинтересован. Если он думает, что тебе могут не нравиться парни или что ты – не сабмиссив, значит на его пути много препятствий, даже если ты игнорируешь всю эту историю с одеждой.

Она вздохнула.

– Что, кстати НУ МЕГАГОРЯЧО. Я вроде как даже ревную.

Выдав лающий смех, я всё же согласился с ней.

– МЕГАГОРЯЧО. Ты даже не представляешь.

Каждый раз, как я закрываю глаза, я вижу его невероятное тело в тех трусиках. Мягкое, женственное бельё, обнимающее накачанные мускулы и сексуального Дома... Невыносимо эротическое сочетание.

– Плохиш, – она хихикнула, подъезжая к стоянке. Я не мог не посмотреть на другой её край, где должна находиться машина Хьюстона. Его место было пустым...

Когда я отстегнул ремень и собрался вылезти из авто, Эли положил руку на моё плечо, останавливая меня.

– Если хочешь – я зайду к вам, и извинюсь. Я не должен был вторгаться в его личную жизнь.

– Нет, у меня такое чувство, что он ещё не готов тебя видеть. Да и вообще, его даже дома нет, и кто знает, когда он вернётся, – или в каком он будет настроении. – Оставь включенным телефон, так как мне может понадобиться твой диван.

– Понял, – он серьёзно кивнул. – Всё, что тебе понадобится. Но, чувак, я не буду перетаскивать твою кровать посреди ночи, так что попробуй хотя бы уговорить его на хранение вещей здесь, пока мы сможем все собраться чтобы всё упаковать.

– То есть, чтобы они пришли помочь убрать срач ЗА ТОБОЙ?

К сожалению, никто этого не будет спрашивать.

Он пожал плечами.

– Ну конечно, ведь для этого и есть друзья.

Покачав головой, я вылез из авто.

– Ханна, спасибо за поездку. Увидимся позже, ребята.

Её улыбка была более обеспокоенной, чем у Эли.

– Береги себя, и позвони мне, если понадоблюсь.

Эли лишь усмехнулся.

– Будь наглее и сделай что-то, что привлечёт его внимание.

Спрятаться в кровати – вот как по мне лучшая идея.

– Пока.

Пока я поднимался в квартиру, я всё ещё не был уверен в том, что же мне делать. Слишком уж много вариантов. Игнорировать всё, как и надеяться на то, что он сделает так же, кажется неправильным, будто я упускаю что-то важное, особенное. Так, ты смотришь слишком много фильмов, реальная жизнь не похожа на грёбаный телеканал Hallmark.

Войдя внутрь, я был благодарен за тишину. Подойдя к дивану, просто свалился на него, и уставился в потолок. Знаю, что мне, скорее всего, надо убраться к себе в комнату, и дать ему какое-то пространство, но это – не то, чего я хочу.

ВСЕ сказали, что он и правда мной интересуется, что это – не лишь одно моё воображение. И все едины в том, что он – Дом. Ему просто снесло крышу то, что я знаю слишком много о нём, в то время, как он не знает о мне ничегошеньки. Так что справедливо. Нужно показать Хьюстону, что я не убегаю в дальние дали от того факта, что он – мужчина или Дом.

Я лишь просто надеюсь, что он не против всей этой хрени а-ля "никогда не был с парнем".

Я встречался с ними. И с некоторыми из них поцелуи входили в список. Это не тот случай, когда ты не знаешь, что заводят ли тебя парни. Неопытный – не значит глупый или смущённый. Хотя меня и не очень-то волнует эта часть – все согласились с тем, что ему понравится всё это вроде "девственник в плане мужчин".

Улыбнувшись, я с этим согласился.

Хьюстон – контролирующий и немного властный, так что, скорее всего, это входит в его область интересов. И в мою. Мне нравится мысль о том, что он может стать первым Доминантом, которому я подчинюсь. Он вызывает у меня улыбку, а ещё он вызывает у меня пускание слюней и стояк. Бляааааадь, эти трусики... И у него их дохрена, так как он знал, что когда-нибудь мне придётся их увидеть, а это значит, что шкафы ими забиты, так ведь?

Мне так страшно...

Поднявшись, я начал раздеваться. Чёртовы доминанты, которые заставляют сабов делать всю работу. Рубашка, брюки, носки – всё оказалось аккуратно сложенным на диване. Штаны были такими узкими, что я не надел под них ни боксеров, ни чего-то другого, так что когда я опустился на колени в центре гостиной, я был голым и с более чем полустоящим членом.

Глубоко вдохнув, я закрыл глаза и попробовал расслабиться. Надеюсь, он не из тех, кто накручивает круги и дуется всю ночь напролёт. Я не хочу находиться в ожидании часами – моё терпение на пределе, и я, в конце концов, заработаю язву от переживаний.

Всё будет хорошо.

Хьюстон же каждый вечер приходит домой, и обнаруживает в своей гостиной голого саба в ожидании. Да, всё определенно летит прямиком в ад. Ну, по крайней мере, я не смогу сказать, что я не пытался. А он не сможет сказать, что я – гетеро. Дебил – да, но не гетеро.

Блядь.

Ему нужно поскорее тащить свою задницу домой.

Глава 13

Хьюстон

Что.За.Нахрен.

Боже, он прекрасен! Обнажённый, стоящий на коленях, глаза опущены в пол... Он был воплощением сабмиссивности. Он выглядел спокойным и в ладах со своими желаниями – пока кто-то не заметит его быстрое дыхание или как дрожат его руки, лежащие на коленях.

Послание было ясным, как и его полутвёрдый член.

Сделав один медленный, глубокий вдох, я позволил стрессу и беспокойству растаять. Независимо от того, что сделали те придурки, я знал, что Риз не опасается ничего из этого. Но он вроде как боится, что Я этого не пойму.

Положив ключи и телефон на столик в прихожей, я прошёл в гостиную. Его дыхание замедлилось, как будто моё молчание успокоило его. Вряд ли он находится здесь слишком долго – я не ездил вокруг больше нескольких минут, прежде чем понял, что хочу домой. Но я не собирался использовать никаких шансов на что-то с ним.

Не позволяя себя сомневаться в том, чего я хочу, и что он предлагает, я сел в одно из огромных кресел.

– Подойди Риз. На мои колени.

Он поднялся бесшумно и грациозно. Его мускулистое тело не должно было двигаться так плавно, но это выглядело так, будто вода поднималась с пола. Подчинение и коленопреклонение явно не новы для него, но вот МУЖЧИНА – ново. И я не могу отрицать тот факт, насколько это возбуждающе. Это – смешно и старомодно, но мне дико нравится та мысль, что я – первый мужчина, с которым он поделится собой.

Риз медленно подошёл к креслу, наконец-то встретившись со мной взглядом, когда я протянул ему руку. Он без колебаний забрался ко мне на колени, – лишь просто прижался ко мне и вздохнул, а его первые произнесённые слова прозвучали тихо и низким голосом:

– Мне это нравится.

Риз раздавил бы среднестатистическую женщину, если бы попытался сесть на неё, даже будь он пониже. Не то чтобы я собирался вспоминать его прошлое, по крайней мере, пока.

– Я рад. Мне тоже нравится держать тебя вот так.

Он стал спокойнее, и его голос зазвучал с бОльшей силой.

– Мне жаль, что они заставили тебя чувствовать себя неловко, но мне не жаль, что я пользуюсь возможностью прояснить некоторые вещи с тобой.

У меня вырвался тихий смех, и я крепче обхватил его гладкое тело.

– Я бы предпочёл найти иной способ разрулить всё.

Риз кивнул.

– Если ты ещё не догадался, я – сабмиссив и би.

– Рад это слышать. Я что-то такое и предполагал, когда обнаружил тебя прекрасно обнажённым и выставленным напоказ на моём полу, – я не такой уж и идиот.

Он издал низкий звук, похожий на смех, но я не был уверен.

– Тебе нужен ковёр помягче.

– Нам придётся озаботиться этим и найти для тебя что-то получше.

Я позволил одной руке скользнуть вниз и погладить его колени, игнорируя его член до тех пор, когда я буду точно знать, что мы делаем.

Он кивнул и крепче прижался ко мне, а его руки начали рассеянно ласкать мою грудь.

– Они сказали, что ты – Дом, и что я тебя интересую.

– Да, – я не совсем уверен в том, что ещё сказать, но в то же время знал, что он хочет большего. – Я заметил тебя ещё в тот первый раз, когда тебя увидел. Эти большие карие глаза так пристально на меня смотрели.

В этот раз звук прозвучал более отчётливо – определённо это смех.

– Ты был горячим. И немного пугающим. Но всё равно горячим.

Улыбаясь, я начал ласкать его ноги, желая, чтобы большая часть его тела не была скрыта от меня.

– Я просто был немного раздражён. Предыдущие претенденты были более чем чокнутыми.

– И ты ожидал, что и я буду таким же.

Это не было вопросом, но я всё равно ответил.

– Я был уверен, что ты развернёшься и пойдёшь прочь от этого двинутого мужика. А ты просто стоял там, как будто ничего особенного не было сказано. Я немного даже начал переживать, что ты слишком шокирован или поехал крышей.

Я слышал улыбку в его голосе, но его лицо всё ещё было опущено и прижато к моему плечу.

– Может немного, но это скорее из-за того, что в тот момент в моём мозгу не было крови. Она вся ушла намного южнее.

Посмеиваясь, я поцеловал его в макушку, не в силах больше сопротивляться. Он вздохнул, и левой рукой потянулся вверх, чтобы обхватить мою шею, обнимая меня.

– У меня была очень похожая реакция, и я только сильнее злился, потому что ты не дал никаких намёков на то, гей ты или гетеро. Но учитывая, что ты – би, теперь всё обретает смысл.

Юмор пронизал голос Риза.

– У меня не так уж много опыта с парнями, а когда дело касается мужчин–доминантов, то и ещё меньше. Я даже не был уверен, как же спросить тебя, не Дом ли ты часом.

Потом он пожал плечами.

– Или не счёл бы ты меня ненормальным.

Я думаю, это вполне обоснованный страх.

– А потом еще все эти проблемы с соседями по квартире. Я буду честным и скажу, что я действительно не хочу искать нового соседа. Ты – горячий и сексуальный, и выглядел просто невероятно, стоя для меня на коленях, но если ты превратишься в психа, если у нас с тобой ничего не выйдет, я хотел бы знать об этом сейчас, чтобы уже начать готовиться на всякий случай.

Я был честен, но Риз только рассмеялся. Когда он, наконец, отдышался, то поднял голову.

– То есть, если я правильно понял, ты не говоришь, что если я псих – то ничего не выйдет, ты просто хочешь быть предупреждён и готов, если я псих?

– Да.

Учитывая, как меня влекло к нему, и как прекрасно он свернулся у меня на коленях и груди, я не собирался мириться с необходимостью удерживать руки подальше друг от друга.

Его улыбка стала шире, и он покачал головой

– Я не псих и не собираюсь планировать всякую хрень, независимо от того, к чему мы в результате придем, но мне бы хотелось верить, что я могу действовать как разумный взрослый. По крайней мере, пока не найду где жить. Если всё станет плохо ну очень внезапно, чьей бы виной это ни было, то есть жильё от работы, которым я могу пользоваться до тех пор, пока найду себе что-то другое.

Жильё от работы. Работа.

– Почему ты не сказал, что работаешь на "Кожу и Кружева"? – я и, правда, не понял эту часть.

– Когда ты впервые начал рассказывать обо всём, я действительно удивился, и не был уверен в том, что ты мне поверишь. Я представил, что говорю это, и понял, что прозвучит как будто я прикалываюсь над тобой или что-то вроде того, – он пожал плечами, выглядя немного смущённым. – Ты просто вышел и выдал всё. И сказать тебе, что я магическим образом работаю на компанию, которая продаёт такие же вещи, показалось мне ужасной идеей. Ну, а позже сказать такое казалось не разумным.

Окей, в тот первый день и правда был шанс, что всё пойдет неправильно.

– Понимаю. Я был немного...

– Враждебным? – вмешался, улыбаясь, Риз. – Агрессивным? Засранцем?

– Кажется, кто-то нуждается в наказании, – мой твёрдый взгляд заставил его покраснеть, но обеспокоенным он не казался. – Возможно, мне придётся нагнуть тебя через колено.

– Это, хм... это не очень похоже на наказание, – его румянец только усилился, но он не отвёл взгляд.

– Будет, если я не позволю тебе кончить.

Его взгляд стал однозначно порочным.

– Эм, это тоже может быть проблемой.

А дела-то идут всё лучше и лучше.

– Тогда мне придётся стать покреативнее, когда я захочу напомнить тебе о том, как хорошо ты должен себя вести.

– В твоем исполнении "креативный" звучит очень соблазнительно, – с придыханием произнес он.

Я не смог не ухмыльнуться.

Спасибо.

Риз покачал головой и свернулся калачиком в моих объятиях.

– Это нормально? Я имею в виду... – последовала короткая пауза, прежде чем он нашел в себе силы произнести эти слова. – Мне это нравится. Это то, чего я хочу. Я хочу быть твоим сабмиссивом, пока мы придерживаемся ограничений и всякого такого, но как насчёт тебя?

– Да. Мы обсудим ограничения и безопасные слова, а потом ты сполна получишь то, что тебе интересно, – Риз застонал, из-за чего я улыбнулся. – Возможно, если ты будешь очень хорошим, и я буду знать, что ты честен по поводу своих желаний, то я награжу тебя.

Риз замер.

– Как именно?

В его голосе явно слышалось любопытство, поэтому я продолжил.

– Как далеко у тебя заходило с мужчиной?

Он весь напрягся.

– Мы целовались. И... – в его голосе послышалось смущение. – И мне разок подрочили.

В этой истории было больше, чем я понял, так как его реакция была более нервной, чем я ожидал, учитывая то, что он был спокойным и обнажённым, когда я вошёл в квартиру.

– Тебе понравилось?

Произошло что-то, чего он не хотел?

– Да, – его твёрдый голос немного успокоил мои переживания.

– Тебе придётся объяснить мне, почему ты чувствуешь из-за этого беспокойство. – Я крепче прижал его к себе, дав возможность не торопиться с ответом. Однако отступать я не собирался, по крайне мере до тех пор, пока он не использует своё стоп-слово, и даже тогда нам бы пришлось придумать какой-то способ разобраться с проблемой.

Наконец, Риз вздохнул.

– Я всё ещё был довольно-таки неопытным сабмиссивом, и моя...моя Домина водила меня в клуб. И вот там... моя Домина помогла мне понять, что я не совсем натурал, как я предполагал.

Это было так тщательно и нейтрально сформулировано, что я даже не был уверен, как же продолжать разговор.

– Тебе понравилось, и ты согласился на всё, что происходило?

Казалось, он даже удивился этому вопросу.

– Да. У меня же было стоп-слово.

– Тогда почему тебе неловко, Медвежонок?

– Медвежонок?

– С этими большими карими глазами и удивленным, но безмятежным выражением лица, когда я впервые увидел тебя, ты мне напомнил медвежонка, – которого я хотел отшлёпать и сделать с ним что-то пошлое, так что может не совсем уж обычного мишку. Но всё равно плюшевого и милого.

– Отлично, – в голосе Риза звучал смех. – Некоторых парней называют Мальчиками, Любовниками, Милашками... А меня – игрушкой. Даже не секс-игрушкой.

– Так ты хочешь, чтобы я называл тебя Дилдо? Или сказал "Зажимы для сосков, встань на колени"? Я могу попробовать, но не уверен, что получится естественно, – к тому моменту, как я договорил, Риз чуть под столом не валялся со смеху, да и мне было трудно сохранять серьёзное лицо.

– Если это мои единственные варианты, то я, пожалуй, согласен на Медвежонка.

– Как насчёт... Зверушка? – я позволил руке, ласкающей его ногу от колена до лодыжки, подняться выше, давая понять, что я беру курс на более шаловливое направление. Когда мои пальцы начали дразнить чувствительную складку между его ногой и пахом, я усмехнулся. – Тебе это нравится?

Его дыхание сбилось, и он издал тихий, исполненный желания звук. Когда он полностью сдастся, то будет великолепным. Наблюдая, как он борется с тем, чтобы не извиваться когда я поглаживал складку, я не мог не представлять, как же он выглядит, будучи ещё более возбуждённым. – Риз?

– Да? – он настолько затерялся в мыслях, или же даже в ощущениях, что я не был уверен, слышал ли он вообще мой вопрос. Но он достаточно давно в подобных увлечениях, так что его вопрос должен включать какое-то почтительное обращение. Протянув руку, я быстро ущипнул его за сосок.

Ущипнул достаточно легко, так что не переживал по этому поводу, раз уж в его список предпочтений входит и порка, но он сразу понял, что он сделал не так.

– Прошу прощения, Сэр. Да, Сэр.

Делая медленные круги вокруг нежного соска, я кивнул.

– Молодец. Ты помнишь вопрос, или я должен его повторить?

Он судорожно вздохнул и покачал головой.

– Мне нравится... Зверушка.

Моего милого мальчика очень легко отвлечь. Это будет забавно.

– Отлично, – мой ноготь прошёлся по верхушке соска, и Риз заскулил. – Тебе нравится это, Риз? Тебе нравится, когда с твоими сосками так играют?

Он выдавил из себя ответ, и это был больше стон, чем слово.

– Да, спасибо.

Какой же он невероятный.

– Я рад. Думаю, мне понравится играть с твоими сосками. Ты когда-нибудь кончал лишь от того, что кто-то с ними играет? – я не буду прикидываться, будто бы у него никого не было. Нет никакого смысла изобретать велосипед, если достаточно простого вопроса.

Он поднял голову и посмотрел на меня долгим взглядом. Возможно, пробуя понять, будет ли его ответ иметь обратный эффект. Наконец, он покачал головой.

– Я был близок к оргазму, но никогда не кончал подобным образом, Сэр.

Я осторожно сжал сосок и медленно покрутил его между пальцами, наслаждаясь тем, как он задыхается и выгибается.

– Думаю, мы можем натренировать тебя кончать по команде, когда я играю с твоими сосками, – оттянув кончик ровно настолько, чтобы заставить Риза поёжиться, я кивнул. – Да, Зверушка, ты будешь выглядеть так сексуально, кончая просто от того, что я играю с твоими чувствительными кнопочками.

Это не был вопрос, и он вроде как это понял, так как просто дал удовольствию захлестнуть себя, не ответив.

– Я думаю, это хорошая награда для моего мальчика. Что скажешь, Зверушка?

– Да, Сэр. Ох... – он почти смог снова себя контролировать. Пока я не сменил сосок. Я не мог позволить ему думать, по крайней мере, пока. У меня всё ещё есть вопросы.

– Молодец, – он слегка покраснел, но не стал скрывать, как сильно он возбуждён, и как ему нравятся мои прикосновения. Риз был настороже и немного нервничал, когда я вошёл, но как только он принял решение, казалось, тут же перестал думать о том, чего хочет.

– Тебе нравится, когда твои соски сосут и играют с ними? – по его стону я понял, что иду в правильном направлении, так что продолжил. – Я бы мог надеть на них зажимы и мучить их, пока ты будешь извиваться и умолять. Тебе бы понравилось такое, Зверушка?

Риз тяжело выдохнул, но не смог выдавить из себя ни слова, поэтому я надавил на него сильнее. – Ты хочешь, чтобы мой рот оказался на этих сосках?

– Пожалуйста... Да... Сэр... – смотреть, как он отчаянно пытается выговорить слова между волнами удовольствия, которые казалось пробегали через него, было захватывающе.

– Хороший мальчик, – переключившись на другой его сосок, я дал ему секунду, чтобы перевести дыхание. – На днях ты сказал, что снова готов начать встречаться. В тот момент я ещё это не понял, но ты имел в виду, что готов искать Хозяина или Хозяйку, так?

Тяжело дыша, Риз кивнул.

– Да, я пробовал понять, поймёшь ли ты.

– В том, как ты это сказал, было что-то особенное, но я не хотел, чтобы ты чувствовал себя неловко, – прогонять нормального соседа, который не возражает против того, что я ношу? Блин, нет.

– После того случая в твоей комнате я подумал, что ты можешь быть Домом, но не был уверен. Ты никогда не упоминал сабов или чего-либо похожего на БДСМ-клуб, – он небрежно пожал плечами и прижался ко мне.

– В свою защиту скажу, что у меня соседи сбегали посреди ночи, узнав, что я гей. И я не собирался выкладывать кому-то что-то подобное до тех пор, пока не будет необходимости.

Риз засмеялся.

– Ну и везло же тебе.

– Ты не представляешь. Один из претендентов прямо перед тобой начал плакать и говорить сумасшедшие вещи вроде "все хорошие квартиры принадлежат геям".

Он, улыбаясь, поднял голову.

– Ты шутишь.

– Нет, я ожидал, что ты будешь таким же ненормальным, как и остальные, – протянув руку, я обхватил ладонью его лицо. – Со мной никогда не было такого, чтобы кто-то такой идеальный, как ты, запрыгивал на мои колени.

Он мило покраснел и опустил взгляд.

– Со мной тоже.

Пробежав пальцами по его челюсти и шее вниз, я наблюдал, как он слегка ёрзает и извивается, и мысленно отмечал все его чувствительные точки. Я по натуре – трудоголик и собираюсь обнаружить все до единой.

У Риза перехватило дыхание, когда я, наконец, приблизился к его соскам, но в его надутых губах отобразилось явное разочарование, когда я обошёл чувствительные бугорки и начал рисовать воображаемые линии на его груди.

– Мужской рот когда-нибудь обхватывал твой член?

Его глаза расширились от удивления, но он медленно кивнул. Соединив все точки, я снова заговорил.

– Та же Хозяйка, которая позволила, чтобы тебе дрочили в клубе?

Риз издал слабый звук и медленно кивнул, явно не желая отвечать. Пришло время выяснить, из-за чего он такой робкий.

– Почему рассказ об этом расстроил тебя, Зверушка?

Наклонившись ближе, я сдался и нежно поцеловал Риза в лоб. Он вздохнул, снова положив голову мне на плечо, и закрыл глаза.

– Несколько раз парни начинали психовать, когда понимали, что я би. Как будто они могли подцепить от меня вшей или что-то другое.

– Я не настолько оторван от реальности, чтобы думать, будто у тебя не было опыта с другими людьми. И учитывая тот факт, что ты принимаешь мои пристрастия, с моей стороны было бы глупо не оказать тебе такую же любезность, – иначе я окажусь ещё тем лицемером. Типа, принимай меня в женских трусах, но твои пристрастия меня вымораживают.

Он тихо хихикнул, и медленно поднял голову.

– Ты бы удивился, узнай, сколько людей так не считают.

Я снова поцеловал его в голову.

– Ну, это мы прояснили, но мой вопрос всё ещё без ответа.

Подняв бровь, я ждал, уже не так терпеливо.

Он выглядел немного смущённым.

– Да, она позволила ему, эм, пососать мой член. Хотя кончить мне не позволили.

Пытаясь уловить вербальные и невербальные подсказки, я на мгновение задумался.

– Значит, вы были в клубе или на вечеринке, и она имела право делиться тобой с другими людьми?

Он покраснел, и, казалось, почувствовал облегчение, что вопрос прозвучал очень буднично. Кивнув, он следил за моей реакцией.

– Да.

– Тебе это понравилось, или ты просто сделал это, потому что она так хотела, а это не было в списке твоих ограничений?

Тут большая разница.

– Потому что она хотела с этого начать, но когда я оказался там, и отошёл от шока, мне понравилось, – с каждой деталью, которой он делился со мной, он становился всё более уверенным в том, чего он хочет. И, мне хочется надеяться, начинает верить, что я не сбегу прочь.

С моего последнего посещения клуба прошло немало времени, но я всё же не питаю отвращения к исследованию разных вещей. Позволив своей руке снова двигаться, я погладил мускулы на его груди и прессе, наблюдая, как он снова начал двигаться.

– Тогда нам придётся обсудить границы. Мне нравится идея выставлять тебя напоказ и заставлять нервничать, но некоторыми вещами я всё же не собираюсь делиться.

Он густо покраснел, явно понимая, на что я намекаю, и кивнул. Мои пальцы продолжали опускаться всё ниже, и он медленно расслабил ноги, позволяя мне увидеть эрекцию, вздымающуюся из его тела.

– Красивый, сексуальный мальчик. Ты смотришься даже лучше, чем я представлял.

Проводя подушечками пальцев по его мускулам, я медленно приближался все ближе и ближе к его члену. Он боролся с желанием поежиться, но было ясно, чего он хочет.

– Скажи мне, что ты хотел. Расскажи мне, о чем ты мечтал, Зверушка. Если я пойму, что ты честен со мной, возможно, награжу тебя поскорее.

Риз издал раздосадованный стон, и я прямо мог увидеть битву, происходящую в нём. Он хотел подчиниться, и хотел большего, что явно очевидно, но также это было трудно, так как для нас всё резко изменилось за очень небольшой промежуток времени.

Лаская его пресс и возвращаясь к чувствительной складке, я наслаждался тем, как он извивался и гнался за удовольствием. Когда наконец-то прозвучали слова, они были окрашены потребностью, но смущение, ранее казавшееся неправильным, исчезло. Он, возможно, ещё нервничал, но страхи по поводу моей реакции уже, похоже, его не беспокоили.

– Мне нравится, когда меня доводят до предоргазменного состояния и отсасывают, но не разрешают кончить.

– Молодец, – я медленно приблизил руку к его члену, вознаграждая его за ответ новым прикосновением. – Мне очень понравится дико тебя заводить, а потом заставлять ждать. Я могу держать тебя напряженным и нуждающимся в оргазме все выходные, заставляя моего мальчика оставаться голым и возбуждённым для меня. Тебе бы такое понравилось?

Мы оба знаем ответ на этот вопрос, но его кивок и жалобное хныканье позволили мне приблизиться к его награде. Проводя пальцами по жестким волосам, окружавшим основание его члена, я наслаждался отчаянными звуками, которые вырывались из него.

– Расскажи мне ещё, Зверушка. Что ты ещё хотел?

Когда мои пальцы скользнули вокруг корня его члена, едва касаясь его, он выдохнул следующую фантазию, готовый рассказать мне все, чтобы получить прикосновение, которого он жаждал.

– Я хочу сосать твой член. Я хочу почувствовать, как он скользит у меня во рту и глубоко в горле.

– Хороший мальчик.

Взяв его толстый, идеально вылепленный член в руку, я обернул пальцы вокруг его длины и начал медленно его гладить, пока он дрожал.

– Да... Сэр... да...Ооох... – его слова превратились в стоны и вздохи удовольствия, пока моя ладонь ласкала головку его члена.

– Ты когда-нибудь сосал член и чувствовал, как он скользит в твоём рте? – жёстко лаская его, я наблюдал, как его голова откинулась назад, и он застонал протяжно и глубокого. Грубо его гладя, я наслаждался честными ответами.

– Нет, она никому не позволяла войти в меня подобным образом. Им было разрешено лишь прикасаться ко мне и отсасывать мне, – что-то в том, как он выдохнул эти слова, заставило меня задуматься.

– Но всё же она входила в тебя, так? Это было лишь для неё. Засовывание чего-то длинного и толстого в твою тугую дырочку... Готов поспорить, что тебе это понравилось, так ведь, Зверушка?

Я не против быть боттомом, но игрушки мне не доставляют удовольствия, по крайней мере, не так.

– Даааааа.... – он протяжно выдохнул слово и почти умолял о большем, так как моя рука замедлилась.

Улыбнувшись, я издал одобрительный звук, и начал двигать ей быстрее. Но всё равно не так быстро, как он бы хотел.

– Хороший мальчик. Расскажи мне ещё. Я знаю, что в твоей голове крутятся и другие пошлые вещи. О чём ты ещё фантазируешь?

Дрожь пробежала по его телу, и, кажется, ему было тяжело думать, но вместо того, чтобы отпустить его член, я подтолкнул его словами. У меня не было никакого желания отпускать моего мальчика.

– Скажи мне, чего ты ещё хочешь. Ты мечтал о подчинении и ощущении болезненного удовольствия, которое только твой Дом может дать тебе. Ну же, не заставляй меня наказывать тебя, непослушный мальчик. Я хочу иметь повод наградить тебя этой ночью. Хотя всё же в другое время я буду развлекаться, наказывая тебя.

Что бы он ни собирался сказать, оно затерялось в его стонах. Как же чертовски идеально.

– Тебе нравится знать, что тебя будут мучить и наказывать лишь потому, что мне так хочется, так ведь? Какой ненасытный саб.

В конце концов, ему удалось выдавить из себя слова, которые были наполнены отчаянием и потребностью, но также и честностью, которая разбила мои оставшиеся сомнения.

– Я хочу сосать твой член, и научиться доставлять тебе удовольствие, и хочу, чтобы ты жёстко меня трахнул и заставил кончить.

Он сбивчиво говорил о том, как невероятно будет это ощутить, и как сильно он хочет узнать, на что это похоже... каково будет ощутить МЕНЯ в НЁМ.

Я не собирался полностью сбрасывать со счетов идею об игрушках; мне понравилась картинка в моей голове, где его плоть сжимается вокруг длинной, твёрдой пробки, или растягивается, пока он медленно трахает себя дилдо. Хоть у Риза и не было Дома или серьёзных отношений с парнем, но нет никаких сомнений в том, что он знает, чего хочет.

А я хочу дать ему это.

Усилив хватку на его члене, я ускорил движение, и подтолкнул его ближе к краю, удерживая его там, наблюдая, как наслаждение давит на него.

– Ты хочешь сосать мой член и научиться доставлять мне удовольствие... научиться радовать своего Дома, своего хозяина? Дай мне услышать, как ты это скажешь. И тогда я дам тебе кончить. Дай мне услышать, чего ты хочешь... поддайся мне, мой жаждущий мальчик.

Его тело сжалось и напряглось, и он выкрикнул, почти взорвавшись, но едва сумев сдержаться. – Пожалуйста...да...Хозяин...да...твой...пожалуйста... – остальные слова вышли бессвязным беспорядком, который был не тихими предложениями, но мольбами о большем и о том, чтобы быть взятым... использованным...

Он был невероятным. Прекрасным. И я бы всё это пропустил, так как был слишком нахрен пересравшим, чтобы открыться и задать простой вопрос. НИКОГДА БОЛЬШЕ,

– Кончай.

Ещё один жёсткий рывок на его члене, и мой сексуальный саб взорвался – грубая ласка и слишком сильное желание, как только он получил разрешение. Когда волны чувственности и страсти захлестнули его, он ухватился за мою руку, крепко её держа.

– Вот так, мой прекрасный мальчик, покажи мне, как тебе хорошо.

Когда исчезли последние следы удовольствия, я ослабил хватку, и просто дразнил его член, наслаждаясь тем, как он дёргается от ощущений, когда их почти слишком много. Он лежал прямо в моих объятиях, довольный и расслабленный, без паники и без страха.

Мой уверенный, решительный, сексуальный сабмиссив.

МОЙ.

Глава 14

Риз

Всё изменилось. Я лежу в его объятиях, моя тревога ушла, и ничто больше не имеет значения. Между нами будут ещё разговоры о том, чего мы хотим, и обсуждения ограничений, но это всё подождёт. В этот момент всё, что я хотел сделать, это прижаться к нему как можно ближе, чтобы его сильное тело обвилось вокруг моего.

Никогда я ещё не был так сильно благодарен за свой маленький рост. Ещё бы немного выше, и на его коленях уже было бы неудобно, но вместо этого было чудесно. Исходящий от него жар, грубое прикосновение его одежды к моей коже, то, как его прикосновение становится мне постоянным напоминанием о том, что я – голый, а он – нет...

Прошло так много времени с тех пор, как я мог позволить всему идти своим чередом, и это оказалось лучше, чем я мечтал. Я не ждал его достаточно долго для того, чтобы задеревенеть (ну, не мои ноги, в любом случае), но между тем, как ушли тревоги и появилось наслаждение я почувствовал себя легче, чем за последние месяцы – но всё ещё измотанным и хорошо использованным.

Если это то, что я почувствовал от одной лишь его дрочки мне, то я не могу уже дождаться, что произойдёт, когда он станет креативным. Его рука, наконец, отпустила мой член, но я лишился его прикосновения лишь на время, требующееся для того, чтобы схватить салфетку с края стола, и потом он вернулся ко мне, аккуратно вытирая свою руку и немного спермы, полоски которой пересекали мою грудь.

Когда он меня вытер настолько, насколько это было возможно, его пальцы вернулись назад, чтобы погладить мою слишком чувствительную длину, после чего прошлись по моему бедру и вверх по груди, рисуя случайные узоры на моей коже. Я не мог удержаться, чтобы не подпрыгивать и не издавать тихие звуки каждый раз, когда его прикосновение возвращалось к моему члену, но он просто издавал тихие смеющиеся звуки.

– Скажи мне своё стоп-слово, Зверушка, – порочная улыбка в его голосе заставила мои пальцы свернуться. Ему нравилось видеть, как я подпрыгиваю, и игра с моим всё ещё чувствительным членом явно возбуждала его. Доказательство этому было прижато к моей ноге, мощное и длинное.

Я отказался смутиться из-за моего стоп-слова, оно хорошее на самом деле.

– Ситх[2].

Хьюстон засмеялся, но не перестал трогать меня.

– Итак, ты не только специалист по компьютерам, но ещё и гик[3]?

Я поёжился, когда его нежные пальцы погладили мои член, и попытался улыбнуться.

– Конечно.

– Рад знать. Помни своё стоп-слово, Зверушка.

Его прикосновение слегка изменилось, стало чуть более жёстким и грубым. И хоть разница была не такая уж и большая, у меня перехватило дыхание, и я боролся с желанием поёжиться. Это было не совсем больно – это было похоже на ощущение, как будто искры пробегают сквозь меня. Одна часть меня хотела отстраниться, но бОльшая часть хотела лежать там и скулить, позволяя моему Дому делать всё, что он хочет.

Это было так чертовски давно... Слишком давно, самбиссив внутри меня аж звенел, купаясь в почти боли, которую Хьюстон хотел, чтобы мы перенесли для него. Так. Охренительно. Горячо.

– Если это чувствительно, подумай о том, что ты будешь ощущать, когда я заставлю тебя кончить дважды подряд, а потом оберну твой член в красивое кольцо для пениса, чтобы ты был неэрегированным для меня. Ты будешь издавать самые красивые звуки, когда я буду играть с тобой, Зверушка. Я не могу дождаться.

Его грубый голос прокатился через меня, и каждый нерв ощутил его.

Он продолжал ласкать мой член, улыбаясь при каждом звуке, который вырывался у меня.

– Сначала я заставлю тебя испытать оргазм, дразня твои чувствительные соски, а потом – твой член, ровно настолько, чтобы подтолкнуть тебя к краю. Потом, я тебя растяну на кровати, разведу тебе ноги, и заставлю тебя кончить ещё раз с моими пальцами глубоко внутри тебя, и может даже с моим языком, если ты будешь очень послушным мальчиком, Зверушка. Тебе понравится такое, да? Даже если твоё тело, – он потянул мой наполовину твёрдый член, заставляя мои пальцы поджаться, а меня – заскулить, – нежное и очень чувствительное, ты ведь захочешь, чтобы мой рот был на нём, так ведь, Зверушка?

Картинки, которые он создавал в моей голове, были соблазнительными и прекрасными. Он бы заставил меня кончать снова и снова, а потом наслаждался, играя с моим телом, пока я был слишком чувствительным, вероятно, не в состоянии решить, хочу ли я, чтобы он остановился, или хочу большего.

Но это бы не зависело от меня.

Один палец скользнул вниз от моего члена и начал дразнить мои яйца, намекая на то, что он однажды собирается сделать, куда он собирается поцеловать меня.

– Ты будешь умолять и извиваться, зная, что от тебя ничего не зависит, но все равно желая этого. И как только ты кончишь, а эта тугая дырочка стиснется вокруг моих пальцев и будет влажной от моего рта, я надену на тебя кольцо, и тогда начнется настоящее веселье.

Он легонько коснулся чувствительных мышц, и я застонал, а мои ноги раздвинулись ещё шире. Хьюстон издал тихий смешок, и покружил пальцем вокруг моего отверстия, но не попытался войти им в меня. Я должен был бы быть благодарным, что он не сделал этого без смазки, но по бОльшей части я остался нуждающимся в этом и разочарованным.

– Пока нет, Зверушка. Нам нужно поговорить об ограничениях и проработать некоторые моменты перед тем, как я трахну твоё сексуальное тело. А это то, чего ты хочешь, так ведь? Почувствовать, как я погружаюсь в тебя, и беру тебя, чтобы сделать моим.

Он явно не собирался быть каким-то Домом-по-выходным, который играет роль только в спальне. Нет, одержимость, звучавшая в его голосе, говорила о том, что он собирается взять столько, сколько я готов ему дать.

– Да.

Слово вырвалось прежде, чем последние остатки предосторожности в моих мозгах смогли вмешаться.

Бля, да кого я пытаюсь обмануть, я не хочу быть осторожным или просто играть время от времени. Я хочу, чтобы меня наклонили над диваном, отшлёпали и наказали за то, что я пришёл домой поздно и не позвонил. Я хочу быть в его власти, когда слишком долго работаю, и не устанавливаю на работе границ. Я хочу правил, и наслаждения и боли.

– Я хочу быть вашим, Сэр.

Его рука сжалась на моём всё ещё чувствительном члене, и я выгнулся в его хватке, задыхаясь от этого ощущения. Его ответом был ещё один низкий смешок, но в его голосе было что–то более глубокое, чем просто удовольствие.

– Тогда я сделаю тебя моим, Зверушка.

Я знал, что мой сексуальный, практически с ОКР сосед все ещё здесь, но также он наконец–то позволяет мне увидеть и другую свою половину. Ту часть, которую он прятал, и которую, судя по словам Джейка, вроде как оттолкнул от себя. Он боялся, что эта его часть отпугнёт меня?

Возможно, если бы я был новичком в БДСМ. Возможно, если бы я ещё не знал, кто я и чего я хочу. Если бы я впервые наткнулся на всё это, он бы просто адски меня ошеломил. Да один бы лишь его взгляд заставил бы меня уже умчать подальше. Но когда я сижу, свернувшись калачиком у него на коленях, позволяя прекрасной почти боли омывать меня, то нет иного места, где я хочу быть.

– Пожалуйста, Господин.

Я не представлял, о чём я умоляю. Остановить его прикосновения не было моей целью, но просить о большем казалось глупым. То, как работали мои нервы, вызывало короткое замыкание в мозгу, и я больше ничего не мог сделать.

Я почувствовал, как член Хьюстона дернулся подо мной, и понял, как сильно ему нравятся мои мольбы. В моей голове проносились яркие образы, как я связанный, а он подводит меня к самому краю. Он собирался свести меня с ума. Просто самым лучшим, самым неприличнейшим образом.

– Сначала нам надо поговорить, Зверушка.

Его рука постепенно расслабилась. Я наконец-то смог думать, так как он отпустил мой член, но, сидя расслабленным в его объятиях, я сразу же начал скучать за его прикосновением.

– Иди и положи руки на кофейный столик, но не сгибай ноги, и выставь задницу. Мне нужно прихватить несколько вещей перед тем, как мы начнём наш разговор.

Он похлопал меня по заднице, когдя я попытался заставить ноги работать достаточно для того, чтобы слезть с его колен. Без его прикосновения в комнате вдруг стало прохладнее, но осознание того, что я сейчас буду выставлен на его обозрение, быстро согрело меня снова.

Гладкое дерево под моими руками было прохладным, и я выпрямил ноги, выгнув спину – я хотел, чтобы он знал, что я сделаю всё возможное, чтобы следовать его инструкциям.

– Очень хорошо, Зверушка. Но раздвинь ноги ещё немного, вот так. Красота.

Я слушал его передвижения, когда он поднялся и начал перемещаться по комнате.

– Жди меня именно в такой позе.

– Да, Господин.

Я закрыл глаза и позволил удовольствию от его слов захлестнуть меня. Я всё ещё нервничал, и знал, что есть ещё много чего, что может пойти не так, но я хотел этого. Я хотел покоя и удовольствия, которые наступали от осознания того, что мне не нужно делать ничего, кроме того, что говорит мой господин.

Всё было просто и идеально. Хьюстон командует. Это расслабляет и кроме того ещё и даёт мне цель вне работы и друзей. Мне так не хватало простого действия – ожидания. Когда я встал на колени, ожидая его прихода, я нервничал, но в то же время меня охватило и спокойствие. Особенно когда он вошёл в комнату, и сразу же понял, что я пытаюсь выразить.

И ничто из того, что я ему сказал, его не отпугнуло.

Не было ни лекции о том, что би – это просто ярлык для парня, который не может признать, что он гей, и никакой паники, так как то, что я би, конечно же, значит и то, что я не могу жить семейной жизнью с одним человеком. И хвала яйцам, у него не поехала крыша из-за чего-то, что я делал ранее. Представление людей о БДСМ бывает таким жёстким, что мысль о том, что моя Госпожа давала меня кому-то ещё, может заставить их чувствовать себя дико.

Хьюстон же сразу же воспринял всё это одним махом, и лишь хотел знать, как я к этому отношусь. Вот и всё.

– Кто-то ждёт не очень терпеливо; я думаю, твои мысли где-то разбрелись, – голос Хьюстона заставил меня подпрыгнуть, и я изо всех сил пытался не шевелиться.

– Прошу прощения, Сэр, – решив, что честность может добавить мне несколько очков, я продолжил, – я думал о вас.

Его рука ухватила меня за задницу, и начала мять одну ягодицу. Хьюстон что-то тихо промычал, но я не смог понять от удовольствия ли это он, или же потому, что просто задумался.

– Я не уверен, пытаешься ли ты умаслить меня или нет, Зверушка, но я думаю, что небольшое напоминание о том, что нужно быть хорошим мальчиком, вполне уместно.

Хвала яйцам.

Его сжавшаяся рука дала мне понять, о чём он думает. Моя голова опустилась ниже, и дрожь возбуждения пробежала по спине, а слова получились полными желания и отчания. Не было никакой возможности скрыть, как сильно мне этого хотелось.

– Я прошу прощения, Господин. Пожалуйста, помогите мне быть хорошим для вас.

ПОЖАЛУЙСТА, ВЫПОРИ МЕНЯ.

ПОЖАЛУЙСТА.

ХОТЬ НЕМНОГО.

Мне надо ощущить этот пробегающий сквозь меня жар, ощущить его прикосновение, и знать, что он метит меня как СВОЕГО. Да, с тех пор, как меня вот так нагибали, прошло слишком много времени, но вот эти вот последние пару дней, прожитые с ним, – вот именно они так быстро подтолкнули меня к краю.

Чувство постоянной неизвестности было невероятно стрессовым, и хотеть его, но знать, что не получу, делало появляющиеся в моей голове фантазии невероятно изнуряющими. Когда то, что я хочу, находилось прямо передо мной, и так близко, что я почти ощущал его вкус, моим постоянным спутником стало невероятное измождение.

Я приторможу и, в конце концов, задумаюсь, это неизбежно, но вот именно сейчас – я собираюсь наслаждаться этим. Ничто из того, что я видел в Хьюстоне, не вызывало у меня беспокойства или настороженности. У нас может ничего не сложиться, или окажется, что нам нужно разное, но он не является тем, от кого я хотел бы убежать.

Вспышка боли, прошедшая сквозь меня, когда его рука опустилась в первый раз, быстро превратилась в жар и желание. Я не смог сдержать отчаянный стон, вырвавшийся из меня. Хьюстон тихо рассмеялся, и его рука снова ударила меня по противоположной ягодице.

– Вот то, что тебе надо, да? Ты будешь так красиво смотреться с моими отметками на твоей заднице. Каждый раз, когда ты ненадолго присядешь, ты будешь вспоминать меня, да? – я слышал порочную усмешку в его голосе, и знал, как сильно ему это нравится.

– Да, Господин.

Я сделал все возможное, чтобы четко вымолвить эти слова, но между желанием и жаром было трудно сосредоточиться.

Он начал быстро шлёпать мою задницу рукой, распределяя шлепки по всей поверхности, но усиленно проходясь по чувствительному месту прямо над моими ногами. Возможно, завтра оно будет болеть; для сильной боли этого, в общем–то, недостаточно, но я буду чувствовать её в каждом движении, даже после того, как следы исчезнут.

– Какая сексуальная задница, просто создана для порки.

Хьюстон сделал паузу, достаточную, чтобы провести пальцами по моей коже, вызывая во мне дрожь. Мой член уже наполовину затвердел, хотя я только что кончил, но это было слишком хорошо, и я не смог не среагировать.

Когда его пальцы прошлись по расщелине моей задницы и над моим отверстием, я снова застонал, а он рассмеялся, и грубо сжал мою ягодицу, после чего вернулся к дальнейшему исследованию моего тела. Каждая моя клеточка была чувствительной, а каждый нерв – на пределе, поэтому легчайшее прикосновение его пальцев посылало через меня волны удовольствия.

Я изо всех сил старался не шевелиться, но из меня вырывались тихие звуки, а ноги дрожали от этих попыток. Я получил ещё одно, последнее, похлопывание по заднице, и Хьюстон отодвинулся от меня.

– Раздвинь ноги пошире, Зверушка. У меня тут есть кое-что, что обеспечит нам очень продуктивную беседу.

Блять.

Заставив ноги двигаться, и оставляя себя открытым его взгляду, я зажмурился и заставил себя не шевелиться. Любопытство боролось с желанием быть хорошим для него, и я не был уверен в том, что же выиграет.

Звук, раздавшийся позади меня, был безошибочно узнаваем – смазка.

Хлопок крышки, идеально грязный звук, когда он выдавил её... Я попытался расслабиться, но был слишком возбужден, слишком на взводе, чтобы заставить свои мышцы слушаться. Один скользкий палец покружил вокруг моей тугой складочки и я почувствовал, как его другая рука обхватила мою задницу, медленно потирая все еще горячую кожу.

– Ты так потрясающе выглядишь. Я мог бы продолжать, и ты, я думаю, тоже. Но у меня есть к тебе несколько вопросов. Мы поговорим об ограничениях, и я выясню, что именно тебе нужно.

Его слова должны бы были быть простыми и почти сладкими, но они были горячими и полными желания.

Когда его палец, наконец, мягко коснулся моего отверстия, я попытался расслабиться и впустить его. Я хотел этого. Я хотел его. Я мечтал о нем в течение нескольких дней, а уж о том, чтобы меня взяли таким вот образом – намного дольше. Мне хотелось попросить его быть быстрее, но я понимал, что это будет глупо. Это лишь гарантировало бы то, что мне пришлось бы ждать дольше.

От ощущения того, как он проскальзывает в меня, у меня перехватило дыхание. Нервы затанцевали, а мышцы натянулись ровно настолько, чтобы мне захотелось бОльшего. Видя, что я не сопротивляюсь этому ощущению, Хьюстон мягко продвинул палец глубже, и удовольствие затопило меня.

Еще один стон вырвался из меня, когда он коснулся простаты. Хьюстон хмыкнул, но затем сделал что-то такое, что заставило мои пальцы поджаться, а удовольствие рикошетом пронзило меня. Мой ранее наполовину твердый член стал полностью эрегированным и отчаянно нуждался в большем.

Когда я почувствовал, как он вытаскивает палец, и лишь его кончик – единственное, что еще оставалось внутри меня, я вскрикнул почти в панике. Я не был готов тому, что на этом и закончится, он не мог остановиться на этом. Хьюстон начал водить успокаивающие круги на моей заднице, и второй палец скользнул в нее рядом с первым.

Это могло бы быть больно, но всё, что я почувствовал, это облегчение от того, что он не убирает пальцы, и что ничто еще не закончилось.

– Это мой умирающий от желания мальчик.

Он медленно погрузил свои пальцы в меня, давая мне привыкнуть к этому ощущению, но я не хотел времени на привыкание. Я хотел жжения, и я хотел большего. Сжавшись вокруг его пальцев, я попытался умолять без слов, которые могли бы навлечь на меня неприятности.

Он снова негромко рассмеялся и шлепнул меня по заднице, но вместо того, чтобы замедлить темп, начал трахать меня быстрее. Его пальцы растягивали меня, потирая тот идеальный комок нервов, делающий всё еще более невероятным.

Когда он, наконец, вытянул пальцы, я задрожал, и крик протеста вырвался прежде, чем я смог остановить себя. Хьюстон же просто проигнорировал его, хотя и быстро поднёс что-то твердое к моей дырочке. Тупой кончик того, что я принял за пробку, начал давить на меня, и растянул меня еще больше. Все было немного размыто и почти идеально к тому времени, когда оно полностью вошло, и моя задница сомкнулась вокруг его основания, крепко держа игрушку внутри меня.

От похоти и желания у меня кружилась голова, но я также чувствовал, как моя сабмиссивность обволакивает меня, словно успокаивающее одеяло, которого так долго не хватало. Руки Хьюстона совершали длинные размашистые движения по моей заднице, дразня пробку и все еще чувствительную кожу после предшествующей порки.

Я не знал, как долго он держал меня так, но к тому времени, как он начал понуждать меня выпрямиться, все, что я хотел сделать, это прислониться к нему и впитывать удовольствие.

– Это мой хороший мальчик.

Пробка сдвинулась и коснулась моей простаты, заставив меня задохнуться, но Господин не стал дожидаться, пока я отдышусь. Он только улыбнулся и обнял меня, помогая мне сохранить устойчивость.

– Снова ко мне на колени. Пришло время для нашего разговора.

Потребовалось мгновение, чтобы слова полностью осознались, но к этому времени он уже вел меня обратно к креслу. Снова свернувшись калачиком у него на коленях, на этот раз наполненный пробкой и вихрем эмоций и желания, проходящих через меня, я просто расслабился, прижавшись к нему.

Я бы сделал всё, что он захочет, но вот думать было почти невозможно.

Когда он заключил меня в свои объятия, проводя по мне руками с большей уверенностью, чем в первый раз, я только вздохнул. Но Господин не дал мне расслабиться. Он потянулся к боковому столику и схватил листок бумаги, и я не мог вспомнить, лежал ли он там ранее.

Его глубокий, твёрдый голос дал понять, что он не намеревается дать мне убежать от ответа.

– Границы, Зверушка. Мы обсудим всё из этого списка, и если ты будешь вести себя хорошо, то получишь награду, когда мы закончим.

– Я.. Я.. Это... – мой мозг не не мог обработать информацию. – Да, Господин.

– Хороший мальчик, – слова Хьюстона были нежными, но выражение лица было порочным, и я почти не хотел знать, что он скажет дальше. – И я знаю, что это тяжело, Зверушка, но у меня есть кое-что, что поможет тебе сосредоточиться.

Рука Господина снова потянулась к маленькому столику. В этот раз появился маленький пульт дистанционного управления. И прежде чем я успел понять, для чего предназначен этот маленький прибор, пробка начала вибрировать, и молния ударила в мой хребет. Мой член был до боли твердым, и все, что я мог делать – это извиваться на коленях Господина, пока он играл с игрушкой, помещённой глубоко в меня.

Когда он, наконец, её остановил, и я смог сфокусировать на нем взгляд, он улыбался.

– Это гарантирует, что я получу хорошие полные ответы от моего мальчика. А теперь первый, – он указал на длинный список, лежащий на подлокотнике кресла. – Скажи мне, как ты относишься к порке, Зверушка.

ПЗДЦ.

Это будет ДОЛГАЯ НОЧКА.

Глава 15

Хьюстон

Мой мальчик так хорошо справлялся со всем, но к тому времени, как мы прошли половину списка, он уже был при последнем издыхании. Дрожащий, с невероятной эрекцией, он пытался подобрать слова, но отвечать на вопросы о своих границах оказалось труднее, чем он думал.

Мы разобрали достаточно моментов и вопросов, на которые я хотел получить ответы, чтобы знать, где мы находимся, но за ним было так интересно наблюдать, что я не хотел останавливаться. Отпустив кнопку на пульте, я обнял его, пока он обвис на мне и пытался вспомнить, что он говорил до того, как ему понадобилось немного поощрения, чтобы продолжать отвечать.

– Нет и... – Риз сделал прерывистый вдох и попытался снова. – Господин, какой был вопрос?

Крепче обняв его, я начал гладить его руку и ногу долгими, успокаивающими движениями. – Думаю, на сегодня мы закончили. Ты очень хорошо...

Но Риз прервал меня, с отчаянием в голосе и расширенными от безумного желания глазами.

– Нет, но Господин, пожалуйста, я хочу постараться. – Его дрожащие руки схватили мои. – Я могу сделать это.

Так чертовски идеально!

– Я знаю, что можешь. Но я обещал тебе награду, если ты будешь хорошим мальчиком.

Пробежав пальцами по его ногам, я потянулся и ущипнул его за один из сосков, чтобы посмотреть, как он извивается. Он так прекрасен в моменты, когда его дразнят и доводят до предоргазменного состояния, и я знаю, что он будет еще более невероятным, будучи связанным и полностью в моей власти.

Судя по реакции на вопросы о связывании, у Риза не будет вообще никаких проблем с этой практикой. Проведя рукой вниз по его груди, пока он пытался взять свое дыхание под контроль, я обхватил пальцами его напряжённый член и начал дразнить достаточно как раз для того, чтобы заставить Риза извиваться.

Недостаточно, чтобы кончить, но вполне достаточно, чтобы свести его с ума.

– Какую награду хочет мой мальчик? В этот раз я позволю тебе выбрать, Зверушка.

Мы уже обсудили, что он не хочет и ему не надо контролировать большую часть того, что происходит в спальне. Награда, наказание, секс или сцена – казалось, он предпочитал уступить во всём своему Доминанту.

И меня это вполне устраивает.

Мой внутренний помешанный на контроле фрик наслаждался мыслью о том, что Риз будет находиться в моих руках и под моим контролем. А знание того, что он не возражает против такого способа жизни не только в спальне, но и в целом дома, вообще чистое совершенство. Нам обоим придется учиться, потому что у меня никогда раньше не было подобного вне спальни, да и он тоже никогда не жил с кем-то подобным, но я нашёл хороший способ получать очень четкие ответы от моего питомца.

Риз только моргнул, глядя на меня, слишком возбужденный и слишком растерянный, чтобы осмыслить информацию. В последние несколько минут ему стало труднее думать, и я знал, что лишь необходимость сосредоточиться достаточно хотя бы для того, чтобы говорить, была единственной вещью, удерживающей его от погружения в глубокий сабспейс.

Я гладил его член длинными, медленными движениями, как раз чтобы держать его на грани, но, надеюсь, все еще в состоянии думать.

– А какую награду ты хочешь, Зверушка? Ты хочешь кончить вот так? Ты хочешь, чтобы мой рот был на этом сексуальном члене? Что порадует моего мальчика?

Мы обсудили награды и наказания, хотя я знал, что рано или поздно у нас обоих возникнут новые вопросы. Риз понимал все варианты во время нашего разговора, но теперь я начинаю думать, что я зашёл слишком далеко. Или, по крайней мере, слишком далеко, чтобы просить его сделать выбор.

Мой мальчик, наконец, покачал головой и тяжело сглотнул, выдавив из себя слова.

– Да... я... награда…

Не предложение, но, по крайней мере, я его не сломал. Не торопя его, я старался, чтобы мои прикосновения были осторожными и легкими, не доставляя ему большего удовольствия, чем мог выдержать его мозг. Я также не хотел дать ему кончить, если только это не было тем, о чём он собирался попросить.

В конце концов, он выдал целую фразу.

– Я хочу, чтобы ты трахнул меня.

Мой член дернулся, и я изо всех сил попытался не застонать.

– ТЫ этого хочешь или думаешь, что Я этого хочу, Риз? Я знаю, что это большой шаг для тебя. Спешить некуда. Я могу играть с тобой ещё, и...

Он наклонился вперед и прикоснулся своими губами к моим, заставляя меня замолчать. Когда он отстранился, то мягко улыбнулся, наконец-то в состоянии говорить.

– Именно этого я и хочу. Я представлял, как твой член будет скользить во мне, в первый же день, как только я сюда переехал. И у меня нет никакого желания ждать.

Риз наклонился и снова поцеловал меня. В этот раз – с бОльшим жаром и желанием. Отодвинувшись, он протянул руки и обнял меня, одарив озорной улыбкой.

– Разве ты не хочешь лишить меня девственности, Господин?

ПЗДЦ.

Да, я – долбаный неандерталец, но, черт возьми, это было горячо.

– Ты играешь нечестно, милый саб. Возможно, мне придется наказать тебя за это позже. После того, как я сделаю эту задницу своей. Это то, чего ты хочешь, да? Чтобы твой хозяин взял тебя и трахнул? Чтобы заявить на тебя права?

Риз застонал и кивнул, покачивая бедрами так, что его заткнутая пробкой задница потерлась о мою ногу. Мой нуждающийся мальчик явно был готов к большему. И к ещё одному наказанию, если он не будет осторожен. Он просил, чтобы его трахнули, а не дали кончить. Это разные вещи.

Крепче сжав его член, я притянул его ближе и захватил его рот в горячем поцелуе.

Я собирался подарить моему мальчику незабываемую ночь.

Его губы были мягкими и сильными, и то, как легко он их подставил, не пассивно, но и не перетягивая на себя контроль, заставило меня хотеть большего. Но если я не буду осторожен, он спустит еще до того, как мы доберемся до самой лучшей части. Отстранившись, я в последний раз нежно чмокнул его, а затем ущипнул за головку члена. Этого было недостаточно, чтобы причинить боль, просто чтобы ошарашить его и привлечь внимание.

– Ты что, должен был трахать себя этой пробкой? – я прорычал эти слова, и он замер, качая головой и стараясь не двигаться. Прежде чем он успел ответить, я продолжил: – Твое удовольствие принадлежит мне, Зверушка. Это понятно? – Рис застонал, когда я снова начал ласкать его член. Быстрая вспышка боли не уменьшила эрекцию, но я хотел удержать его прямо на грани безумия. По крайней мере, до тех пор, пока мой член не погрузился глубоко в него. – Зверушка, это понятно?

Ему удалось ответить со второй попытки, но это потребовало больше усилий, чем мои предыдущие вопросы.

– Я ... Я ... Да, Господин.

Он будет прекрасным, погружаясь в сабспейс, но не сегодня. И, к сожалению, мне придется позволить ему снова начать мыслить, хотя бы немного, если я хочу затащить его в спальню. Отпустив его член, я стал ласкать его ногу и руки.

– Ты встанешь, и я отведу тебя в свою спальню, Зверушка. Тогда ты получишь свою награду.

Риз кивнул и медленно начал подниматься на слегка нетвердых ногах. Он все же сумел сохранить равновесие, поэтому я потянулся за смазкой и встал, положив руку ему на спину, помогая сохранить равновесие. Когда мы вышли из комнаты и стало ясно, что он не нуждается в моей помощи, чтобы идти, моя рука спустилась вниз по его заднице и слегка толкнула основание пробки.

Он задохнулся и остановился на мгновение, прежде чем сделать следующий шаг.

– Вот это мой питомец. Кому принадлежит твоё удовольствие?

Еще раз покачав игрушку, я услышал его резкий вдох. Он запнулся на ответе, но, в конце концов, смог его дать.

– Тебе, Господин.

– Совершенно верно. Что бы мы ни делали, Зверушка. Теперь, как мы уже говорили раньше, когда мы находимся на публике или рядом есть другие люди, я не буду давить на тебя или смущать тебя – если только это не то, чего ты сам хочешь, Зверушка. – Я тихо рассмеялся, когда он покачал головой и застонал от разочарования. – Я видел, как ты смотрел на Эли и Рэнда в баре. Всё же мы обсудим это прежде, чем я приму какое-либо решение.

Его ответ был прерван, так как я снова подтолкнул пробку, а затем переместил руку, и сжал его задницу. На этот раз уже не так нежно, как ранее, но я знал, что он все еще чувствует это по тому, как он выгибается, и по небольшой заминке в его походке.

Я не был уверен, что он не станет нервничать, когда мы подойдём ближе, но учитывая то, как его дыхание участилось, а эрекция подпрыгивала вверх и вниз, возбуждение, казалось, было его единственной реакцией. Я еще раз похлопал его по заднице и бросил смазку на кровать.

– Поднимись и встань на колени в центре. Я хочу увидеть моего сексуального мальчика.

Мой взгляд был прикован к Ризу, когда он подошел прямо к кровати и забрался на нее. Промелькнувшая пробка и его розовая задница, соблазнительно выставленная напоказ, пока он пробирался к центру матраса, просто не давали возможности отвести взгляд. Когда он опустился на колени, положив руки на бедра и раздвинув ноги, я начал раздеваться.

Я не торопясь складывал одежду и не позволял себе спешить. Ризу нужно было время, чтобы отдышаться, и я хотел дать ему перерыв, чтобы убедиться, что он не передумает. Но с его твердым членом, все еще выставленным напоказ, и тем, как его глаза следили за каждым движением, я не думал, что это произойдет.

Рубашка и туфли ушли запросто. Носки полетели в корзину с грязной одеждой, и я потянулся за поясом. Медленно вытягивая его через петли, я наблюдал, как глаза Риза отслеживают моё движение, и он облизнул губы. Я знал, что в его голове крутятся фантазии, но не собирался давить на него в этот раз.

Мне нравилось видеть, как удовольствие и желание пробегают по его лицу, и нравилось слишком сильно, чтобы прервать это.

Он, возможно, был возбужден и сходил с ума от желания, но я почувствовал собственное учащенное сердцебиение, и обнаружил, что двигаюсь еще медленнее. Не желая показывать свою неуверенность, я повесил ремень на крючок в шкафу и снова вышел на середину комнаты.

Риз покусывал нижнюю губу, и его язык высунулся и лизнул нежную кожу, когда он пристально смотрел на меня. Расстегнув пуговицу и молнию, я дал брюкам соскользнуть на пол. Наклонившись, чтобы поднять их, я услышал низкий стон, исходящий от кровати, и повернул голову, чтобы увидеть Риза, наклонившегося вперед, чтобы лучше рассмотреть всё.

Начав приподниматься, я прочистил горло, приподняв одну бровь, как только удалось привлечь внимание Риза к своему лицу, а не к нижним частям моей анатомии. Когда я увидел потребность и желание в его глазах, без каких-либо оговорок относительно того, что на мне надето, мои нервы успокоились.

Черные атласные трусики, очень похожие на голубые, которыми он восхищался, были почти простыми по сравнению с остальными, что были у меня, но они все еще удерживали взгляд Риза. Они едва сдерживали мой твердый член, расположенный с одной их стороны.

Оставив их на себе, я не спеша пересек комнату. Риз наблюдал за мной, его пальцы рассеянно поглаживали колени, в то время как он напрягся, чтобы не двигаться. Шелковистая ткань терлась о мой член, делая мои движения еще более медленными и ровными.

Когда я подошёл к краю кровати, то переместил одну руку, чтобы провести пальцами по своей эрекции и пальцем по краю трусиков. Риз застонал и, наконец, сдался.

– Могу я прикоснуться к тебе, Господин?

От этих обходительных слов мой член дернулся, и Риз издал сдавленный звук, который заставил меня улыбнуться.

– Ты сказал, что хочешь получить награду, чувствуя, как мой член скользит глубоко внутри тебя. Ты никогда не говорил о том, чтобы прикоснуться ко мне. Мой питомец просит две награды?

Риз выглядел ошарашенным. Он явно хотел и того и другого, но принять решение было выше его сил. Когда он, наконец, начал отвечать, я покачал головой, прежде чем он успел заговорить. – Я не могу дождаться, когда почувствую на себе твои руки, Зверушка, так что назовем это моей наградой в эту ночь.

Его лицо выражало смесь облегчения и возбуждения, а подергивающиеся руки переместились на колени, но все остальное тело оставалось неподвижным, пока он боролся за контроль. Забравшись на кровать, я откинулся на подушки в нескольких дюймах от его тела и вытянулся.

– Иди сюда, Зверушка.

Риз двигался медленно, и если бы не то, как он смотрел на меня, и легкая дрожь, пробежавшая по его телу, я бы не понял, насколько он нетерпелив. Покачивая твердым членом, он оседлал мои ноги, взглянув на меня, чтобы убедиться, что все в порядке, а затем позволил своим рукам начать исследовать мою грудь.

Он не торопился, прослеживая мышцы и позволяя своим пальцам находить маленькие точки, которые заставляли меня стонать. Он не торопился, хотя я знал, где он хочет поласкать меня. Я не был уверен, о чем именно Риз думал, но помимо невероятного удовольствия, мне нравилось видеть вспышки эмоций и мыслей, которые мелькали на его лице.

К тому времени, как его руки ласкали край трусиков, мы оба тяжело дышали, и ткань была влажной от предэякулята. Когда пальцы Риза, наконец, пересекли какой-то невидимый барьер в его сознании, он начал говорить.

– Я никогда не думал о парнях, носящих такие вещи, пока не начал работать на новом месте. Это не было чем-то, с чем у меня были проблемы; я просто никогда по-настоящему не рассматривал это. Но, работая там, я начал проявлять любопытство. – Его пальцы прошлись по моей эрекции, потирая гладкий материал о мой член и делая его еще тверже, если это было возможно. – Когда я увидел тебя, стоящего в дверях, такого широкого и почти сердитого, когда ты говорил о трусиках, я растерял почти все мысли в голове. Я понятия не имел, что сказать. Ты был похож на ходячую, говорящую фантазию.

Его прикосновение было невероятным, но желание в голосе было еще горячее.

Когда я не прекратил его исследования, он взглянул на меня и начал двигаться вниз по кровати, растягиваясь между моих ног. – А потом я увидел, как ты стоял у комода. Черт, все это пронеслось у меня в голове, когда ты просто стоял там. Ты выглядел потрясающе.

Его лицо опускалось до тех пор, пока его щека не уткнулась в мой член, сам же он не пытался лизнуть или даже освободить меня от трусиков, просто продолжая медленное исследование моего тела. Это было невыносимо. Он либо забыл, что я еще не кончал, либо просто был полон решимости исследовать моё тело.

Возможно, и то и другое.

И поскольку у него было не так уж много шансов исследовать мужское тело, он, вероятно, был любопытен, но нервничал. Пусть у меня и такой стояк, что аж больно, но я сделаю все возможное, чтобы мой питомец не торопился. Даже если я раньше умру от сердечного приступа.

Когда он, наконец, украдкой взглянул на меня, его глаза были исполнены жара, но я видел, что он нервничает. Он наклонился и поцеловал основание моего члена через трусики.

– Можно посмотреть, как ты выглядишь?

Кивнув, потому что все, что рвалось из моего рта, было либо слишком грязным, либо слишком дразнящим для серьезного момента, я приподнял бедра, чтобы он мог сдвинуть кружево вниз. Когда моя эрекция освободилась и трусики оказались чуть ниже бедер, он снова наклонился, прижимаясь ко мне губами.

Затем исследовательская работа над моим телом возобновилась.

Он либо кинестетик по натуре, либо пытался свести меня с ума.

Когда я не остановил его, потому что его рот был так близко к моему члену, что, честно говоря, это даже не пришло мне в голову, его язык начал прочерчивать по нему дорожку вверх. Из меня рвались тихие стоны, и я даже не пытался скрыть, как его прикосновения подействовали на меня. Я не хотел, чтобы возникло какое-то сомнение по поводу того, насколько его прикосновение было невероятным.

Он лизал меня и тёрся носом, но не брал в рот. Я знал, как это будет приятно, но мои мысли вернулись ко всему, о чем он говорил, и я знал, что этому была причина. Дав ему идти так далеко, насколько ему комфортно, я попытался расслабиться и разрешить ему узнать, что мне нравится, но оставаться пассивным было почти невозможно.

Когда я дошёл до своей грани, я поднес руку к его лицу и обхватил щеку.

– Иди сюда, Зверушка.

Рис поцеловал мой член в последний раз, и затем начал ползти вверх по моему телу. Его член терся о мой, заставляя нас обоих стонать, и я весь содрогнулся, когда это ощущение затопило меня. Я наклонился и легонько шлепнул его по заднице. Он застонал, скорее от удовольствия, чем от боли, и отодвинул свою твердую длину от моей.

– Прошу прощения, Господин.

– Я в этом не уверен, Зверушка, – притянув его к себе, я завладел его ртом в долгом поцелуе, руками лаская его спину и спустившись по его заднице, чтобы подтолкнуть пробку, я углубил поцелуй, и желание нарастало всё больше. Я чувствовал вкус пива, которое он пил раньше, но в основном это был Риз.

Никакого одеколона. Никаких причудливых спреев или странных запахов, прикрывающих его. Мне нравился чистый вкус и запах, и что ему не за чем спрятаться. Когда я, наконец, отстранился, я перекатился так, что оказался нависшим над ним, окружив его и вжимая в кровать, я спустил трусики вниз по ногам и небрежно бросил их на край кровати.

– Теперь моя очередь, Зверушка.

Риз моргнул, глядя на меня, и в его глазах вспыхнуло желание.

– Благодарю Вас, Господин, – потом он вытянул шею и нежно поцеловал меня. – Я рад, что это с тобой, Хьюстон.

Он явно хочет вывернуть мою душу наизнанку.

– И я тоже, – один быстрый, почти невинный поцелуй напоследок, и я начал спускаться по его телу. Играя с чувствительными сосками, я лизал и покусывал их, наслаждаясь тем, как он задыхался и извивался подо мной. Подёргивая их зубами, я слушал, как он стонет и тихонько вскрикивает.

Успокаивая нежную кожу языком, я чередовал соски, оставляя их прекрасно красными и влажными.

– Держу пари, что ты будешь выглядеть потрясающе в зажимах или даже с пирсингом, чтобы я смог потянуть их и развлечься.

Он застонал, и я поднял голову, чтобы увидеть широко раскрытые глаза. Хм, а это была новая идея или что-то, чего он уже давно хотел? В любом случае это выражение не было полным отрицанием. Отложив эту мысль на время, я начал спускаться по его телу.

Когда я, наконец, добрался до паха, то отодвинулся достаточно для того, чтобы раздвинуть его ноги. Устроившись между ними, я лег и начал проводить с ним такое же тщательное исследование, как и он со мной. Прислушиваясь к вырывавшимся у него звукам и стонам, я пытался запомнить каждую мелочь, которая заводила его и подталкивала к оргазму. Я не всегда буду позволять ему кончить, но мне хотелось, чтобы каждый раз, когда я буду дотрагиваться до него, он был на грани.

Проведя языком по стволу, я обхватил губами его член, дав ему скользнуть глубоко в мой рот. Держа Риза за бедра, я проглотил его твердый, толстый член, наслаждаясь тем, как он двигался и умолял, зная, что это всё равно ничего не изменит.

Его орган был тяжелым и широким, немного короче моего, но все еще длинным для его тела. Я не мог дождаться, когда он будет ходить по дому голым и с эрекцией. Кольцо для члена вокруг его эрегированной длины, чтобы он был выставлен для меня напоказ, было бы идеальным способом провести субботу.

Когда головка его члена уперлась мне в горло, он начал умолять.

– Пожалуйста, Господин. Я сейчас кончу. Пожалуйста. Я хочу, чтобы ты сначала оказался внутри меня. Пожалуйста.

Оторвавшись от его члена, я лизнул его в последний раз.

– В следующий раз я оберну кольцо вокруг основания твоего члена, и хорошенько повеселюсь, проверяя, как долго я смогу заставить тебя продержаться.

Он никак не мог решить, будет ли это наградой или наказанием. Его рот все время открывался, но ничего не выходило. С немного похотливой усмешкой я лизнул его в последний раз и раздвинул его ноги шире, подтянув их к груди, чтобы он был открыт для меня.

Казалось, Ризу потребовалось мгновение, чтобы понять, что я собираюсь сделать, потому что он просто смотрел на меня, когда я снова опустил голову. Он издал сдавленный стон, когда я облизал основание пробки и подтолкнул ее ртом.

Лубрикант не числится среди моих любимчиков, поэтому я играл с ним не так много, как хотел. Но Риз был на том этапе, когда получил слишком много удовольствия, поэтому я не сожалел об этом. Тем не менее, делать римминг моему мальчику и чувствовать, как его тело будет сжиматься и извиваться, когда я буду ласкать его анус языком, стоит в начале моего списка дел.

Когда я протянул руку и начал вынимать пробку из его тела, он издал рваный стон, и его тело, казалось, боролось, чтобы удержать игрушку внутри себя.

– У моего мальчика нуждающаяся дырка. Ты готов почувствовать меня внутри себя? Готов к тому, что я заполню тебя?

Он был прекрасен. Прерывистое дыхание и расширенные зрачки придавали ему почти безумный вид, но он лежал, распростёршись передо мной и открывшись, словно хотел, чтобы я разорвал его на части, и был готов отдать мне все. Он бы так прекрасно улетел, но с этим придется подождать.

Какая-то маленькая моя часть следила за всем, что я хотел сделать с ним и показать ему. Крошечная часть, которая дразнила и указывала, что это было только потому, что я хотел удержать его, чтобы убедиться, что он знает, что я не хочу его отпускать.

Его умоляющие слова были полны желания. Никаких колебаний. Никакого страха.

– Пожалуйста, Господин. Хьюстон, пожалуйста, займись со мной любовью.

Бороться с его сладкими словами было невозможно.

Глава 16

Риз

Все было настолько идеально, что казалось нереальным. Его прикосновение, ощущение его губ на моем теле, ощущение его тела под моими руками – это было все, что я мог пожелать, а мы даже на приблизились к финалу. Твердая эрекция, вздымающаяся у него в паху, дала мне понять, что он тоже не хочет заканчивать.

Раскрытый настежь и настолько готовый, что я уже умолял о большем, я мог бы нервничать или смущаться с кем-то другим, но с Хьюстоном всё казалось правильным. Точно так же, как это было с самого начала, я был возбужден и удивлен, но готов увидеть, что произойдет с этим неприветливым, сексуальным мужчиной.

Я не был уверен, как долго мы лежали на кровати, но мне казалось, что он уже часами держит меня на краю. Это было невозможно, но все было немного не в фокусе, и я знал, что могу почти коснуться сабспейса. Еще одна ласка, еще один поцелуй, и я погрузился бы в совершенное забытье. Но Хьюстон держал его вне досягаемости.

Я был одновременно расстроен и благодарен.

Мне хотелось видеть все, что он делал и не терять ни минуты удовольствия. Но если я не погружаюсь в сабспейс, то хочу, чтобы меня трахнули. А он не торопился с этим делом.

– Пожалуйста, Господин.

Я старался быть послушным, но это было уже слишком. Временами, когда его рот дразнил мой член, я терял способность сдерживать отчаянные мольбы. Хьюстон, казалось, не возражал. Есть большая вероятность того, что он накажет меня за это позже, но эта вероятность только делает всё происходящее ещё более эротичным.

Неизвестность действовала на нервы и возбуждала.

Встав на колени между моих ног, Хьюстон наконец достал презерватив из ящика стола и смазку с кровати. Я не мог скрыть ни облегчения, ни волнения. Мой член дернулся и напрягся, и это было все, что я мог сделать, чтобы держать руки подальше от него и лежать спокойно.

Я зажмурился, потому что вид его сильного тела, нависшего надо мной, был почти невыносим. Послышалось шуршание обертки и характерный звук смазки. Я напрягся на мгновение, больше от предвкушения, чем от страха, когда один палец начал обводить мои сжатые мышцы, но его тихие, успокаивающие слова пробились сквозь желание.

– Расслабься ради меня, Зверушка. Покажи мне, как сильно ты этого хочешь, Риз, – он продолжал медленную ласку, не предпринимая дальнейших шагов.

Рациональная часть моего мозга понимала, что он хотел убедиться, что я все еще готов, но эта моя часть не очень хорошо сообщалась с моим ртом, потому что ничего осмысленного издать я просто не мог. Тихий стон был всем, что я смог выдать, но я сделал все возможное, чтобы расслабиться и прижаться задницей к его руке.

Он издал тихий смешок, но его безумно нежное прикосновение изменилось. Следующее кружение был быстрее, и тогда он надавил на середину, пропуская только кончик пальца. Я не смог сдержать отчаянных всхлипываний. Та срывающая крышу игрушка растягивала меня целую вечность, и я был готов к чему-то большему, чем просто кончик пальца.

Хьюстон моей смерти хочет.

Можно умереть от неудовлетворения?

– Какие красивые звуки издает мой мальчик, – от этих тихих, полных жара слов меня пробрала дрожь, и я прямо заскулил.

Хьюстон издал тихий, почти смеющийся звук и начал медленно трахать меня. К тому времени, когда весь его палец оказался внутри меня, я был в исступлении и таком чертовском желании, что мне аж больно было. Все было чувствительным и ждало, когда он пошевелится, чтобы начать эту дразнящую ласку, которая была всего лишь намеком на то, каково это на самом деле.

Когда он начал вытаскивать палец, я вцепился в постель так сильно, что почувствовал, как что-то из неё оторвалось от матраса, но либо так, либо я потянусь к нему и потребую, чтобы он трахнул меня, что, наверное, не самая лучшая идея, раз уж ему так нравится мучить меня.

– В следующий раз мне придется тебя связать.

Я не мог решить, нравится ему эта идея или нет. Заставив себя открыть глаза, я увидел, что он выглядит почти разочарованным, но тут в его глазах вспыхнуло желание, и член закачался вверх и вниз от картинок, мелькающих в его голове.

– Благодарю Вас, Господин.

Да, тогда бы было не за что хвататься, не было бы ничего, что заставляло бы меня двигаться, умолять. Я был бы в его власти, пока он не разрешит мне кончить.

Два пальца вошли в меня, растягивая быстрее и шире, чем все, что он бы мог запихнуть в меня. У меня на мгновение перехватило дыхание, чувственный опыт того, что меня открыли, и едва заметная вспышка боли были слишком невероятны, чтобы сосредоточиться на чем-то еще.

– Это мой сексуальный мальчик. Извивается на моих пальцах, умоляя, чтобы его трахнули. О да, мне придётся тебя связать, и ты не сможешь сосредоточиться ни на чем, кроме моих прикосновений. Это будет невероятно, Зверушка.

Его тихие слова продолжали говорить мне, насколько я сексуален, и как он не может дождаться, чтобы погрузиться в меня, скользнув в меня своим членом.

Он, казалось, делал все возможное, чтобы заставить меня кончить прежде, чем его член коснется моего тела. Но это было не то, чего я хотел. Мне нужно почувствовать его внутри себя, и я хотел кончить, сжимая его, пока он изо всех сил мне вставляет.

Слова лились рекой, но я не мог уследить за ними. Все во мне было сосредоточено на этих двух пальцах, а затем на прекрасном моменте, когда он добавил третий. Я знал, как расслабиться на его прикосновениях и не дать своему телу бороться с тем, что я хочу, но вот думать было почти невозможно.

Все, чего я хотел, это почувствовать его внутри себя.

Когда его пальцы вышли из меня, я знал, что будет дальше, и ожидание сводило с ума. Мои глаза захлопнулись, и меня начало трясти. Лишь эти несколько секунд каким-то образом подняли все на уровень выше. Хьюстон вытянулся надо мной. Я чувствовал тепло его тела, когда он окружил меня. Затем он руками обхватил мои ноги, подталкивая их выше к моей груди, давая мне мимолетное впечатление, как будто я связан только для него.

Картинка была слишком горячей, и я попытался отогнать её. Почувствовав, как его член прижался к моему отверстию, я открыл глаза. Он наклонился, чтобы прижаться еще одним нежным поцелуем к моим губам.

– Последний шанс, Зверушка.

– Я...ты... – мой мозг работал недостаточно, чтобы найти слова, которые убегали от меня. Наконец, я сдался и просто покачал бедрами, потирая свое расслабленное отверстие о него. Должно быть, этого было достаточно, потому что он вошел в меня одним медленным движением.

Это было совсем не похоже ни на игрушку, ни на его пальцы. Ожог и растяжение вызвали во мне поток ощущений, каждый нерв воспламенился, и это было похоже как будто бы молния пронзила мой позвоночник. Должно быть, я начал двигаться, потому что обнаружил, что его руки жёстко держат мои поднятыми над головой, когда он толкнулся глубже.

Удерживая меня, он только подтолкнул меня ближе к оргазму. Когда он, наконец, полностью вошел, он дал мне только мгновение, чтобы привыкнуть к этому чувству, прежде чем начал двигаться, трахая меня длинными, медленными, сводящими с ума движениями.

Я потерял счет безумным звукам, которые издавал, и мольбам, которые, в конце концов, начали срываться с моих губ, когда он двигался внутри меня. Мне нужно было больше, но я ничего не мог поделать, кроме как взять все, что он давал мне. И это делало всё еще более эротичным.

Когда он, наконец, начал трахать меня всерьез, вбивая свой член в меня так, что касался моей простаты, это высвободило плотину эмоций и ощущений, которые я едва смог сдержать.

Я был так близок к оргазму, что чувствовал, как он бьется во мне, и сабспейс, наконец, начал брать верх. Порка, вопросы, эта пробка, поцелуи и облизывания, когда он толкал меня выше... это все обрушилось на меня. Я чувствовал, как мое тело стискивается вокруг него, сжимаясь и пытаясь получить больше от каждого толчка, достаточно, чтобы отправить меня за грань, но Хьюстон не позволял этого.

– Пожалуйста...пожалуйста... пожалуйста ... – я только наполовину осознавал, что слова вырываются наружу. Все, что я мог делать, это смотреть, как он двигается надо мной, и чувствовать каждый толчок его бедер.

Хьюстон слегка подвинулся, подтягиваясь достаточно высоко, чтобы дотянуться до моего твердого члена, который оставил влажные следы на моем животе. Крепко сжав его в руке, он отдал один глубокий приказ, прежде чем невероятно сильно ударить своим членом по моей простате.

– Кончай.

Все развалилось на кусочки. Осознание того, что мне больше не нужно сдерживаться, высвободило всю сдерживаемую потребность и удовольствие, и мой оргазм взорвался, как фейерверк, пронзивший меня насквозь. Удовольствия взрывались одно за другим, и мне казалось, что я не кончал уже несколько недель.

Когда я сжался вокруг него, извиваясь от избытка удовольствия, я почувствовал, что его ритм сбился, и знал, что он кончил вместе со мной. Презерватив не давал мне быть по-настоящему помеченным, но я знал, что не забуду этот момент никогда.

Я потерял чувство времени где-то после того, как оргазм начал угасать, потому что, когда все вернулось в фокус, я оказался в его объятиях, а он лежал рядом со мной. Хьюстон улыбнулся, когда я, наконец, моргнул, глядя на него. Я попытался заговорить, но его рука поднялась и начала ласкать мое лицо, так что я закрыл глаза и просто впитывал ощущение его кожи на своей.

– Теперь ты со мной? Тебя не было несколько минут, – в его словах было немного беспокойства, поэтому я кивнул и попытался ему улыбнуться. Мышцы моего лица, казалось, не были такими усталыми, как все остальное во мне, поэтому они сработали достаточно хорошо.

Хьюстон усмехнулся, и я почувствовал, как он поцеловал меня в лоб. – Это хорошо. – Он не засыпал меня вопросами, он просто держал меня, пока я плавал в невероятных ощущениях, все еще проходящих через меня. – Сегодня ты останешься здесь, со мной. Мы можем обсудить все остальное завтра, но сейчас – ты мой, Зверушка.

Успокаивающие прикосновения переместились к моим волосам и вниз по шее в долгих ласках, которые заставили меня застонать. Это не было эротично, но так замечательно и подталкивало меня к забвению сна. Я был так благодарен, что все получилось, но не знал, как это сказать.

Прильнув ближе, я прижался лицом к его шее и поцеловал. Его объятия стали крепче, и рука скользнула вниз по моей спине, заставляя меня выдохнуть. Чернота давила на меня, и я не мог ничего сделать, кроме как погрузиться в нее.

Я хотел сказать ему что-нибудь, чтобы он понял, как все было прекрасно, но все вышло так тихо, что я даже не был уверен, слышит ли он меня.

– Держи меня, – потом усталость взяла верх, и это было последнее, что я помнил.

****

Я проснулся, завернутый в сильные руки и укрытый слишком большим количеством одеял. Я знал, где нахожусь, и еще глубже зарылся в тепло, обжигавшее мне спину. Повернувшись на бок, когда Хьюстон хмыкнул, я улыбнулся и прижался лицом к его обнаженной груди.

Никто из нас не озаботился одеждой, так что я чувствовал его эрекцию у своей ноги. Обычно я не человек утром без кофе, но мне казалось, что я проспал несколько дней. И поскольку сон не был вариантом, я был готов к тому, чтобы Хьюстон тоже просыпался.

Кроме того, я хотел есть.

Ставя маленькие поцелуи по его груди, я медленно переместил ногу так, чтобы она ласкала его член. Я почувствовал, как он дернулся и затвердел еще больше, поэтому я подвинулся и стал дразнить его соски своими губами. С моими исследованиями прошлой ночью проблем не было, так что я не думаю, что у него возникнут проблемы сейчас. Есть правила, которые нам придётся выработать, но я попрошу прощения позже, если понадобится.

Он, кажется, так же сильно, как и я, любит, когда с его сосками играют, поэтому я не торопясь лизал и сосал их, дразня их до состояния жестких маленьких шишечек, а затем подул на на них. Хьюстон проснулся в середине моей забавы, но просто притворился спящим, пока не стало очевидно, что я не собираюсь сдаваться.

Разлепив один глаз, он издал легкое ворчание, от которого мне захотелось рассмеяться.

– Риз. Еще, наверное, слишком рано.

– Но я хочу есть.

А еще я хочу выпить кофе и понять, где мы находимся после вчерашнего.

Может, он и хочет спать, но мне нужно было убедиться, что у нас все хорошо, и что он действительно серьезно относится ко всему, о чем мы говорили.

Слова Хьюстона прозвучали низко и грубо.

– Мне придётся приковать тебя цепью к кровати в следующие выходные, чтобы не было никакой херни вроде "я-проснулся-мне-надо-действовать".

Так что, возможно, он говорил серьёзно.

– Значит, нам нужно обсудить правила, чтобы я знал это в следующий раз, – я позволил своей ноге снова начать ласкать его член. – И я буду знать, как разбудить тебя, и если ты не против...

Через секунду я обнаружил, что лежу на кровати и смотрю на проснувшегося Хьюстона. Он зарычал на меня, его голос был хриплым ото сна.

– Ты начинаешь то, что, я знаю, твоя задница не сможет закончить этим утром. У тебя сейчас всё чувствительное, и как бы мне ни хотелось почувствовать твой рот вокруг моего члена, тебе, похоже, этим утром нужно, чтобы тебя наполнила еда, а не моя сперма.

Подошло бы и то, и другое.

Очевидно, он сосредоточился на том, чтобы накормить меня, так как быстро меня чмокнул и начал слезать с меня.

– Давай. Душ, а потом я приготовлю завтрак.

Учитывая, что, когда я приехал, в его холодильнике не было ничего, кроме яиц, я надеялся, что он действительно сможет их приготовить.

– Я не против сам что-то приготовить.

Он глянул на меня с пошлой ухмылкой.

– По выходным я могу держать тебя связанным и обнажённым, как моего секс-раба, но я не позволю тебе превратиться в горничную. Ты готовил ужин всю неделю, а сегодня обещал мне лазанью, так что теперь моя очередь.

– Спасибо.

Надеясь, что не пожалею об этом, я сел и позволил ему стащить меня с кровати, провести в ванную и включить душ. Хьюстон поцеловал меня и отошёл в сторону.

– Я должен принести тебе полотенце. Сейчас вернусь.

Когда он вышел из комнаты, я воспользовался уединением, чтобы помочиться и проверить свою задницу в зеркале ванной. К сожалению, она выглядела почти нормально, но я все еще чувствовал онемение и отголоски порки прошлой ночью, когда двигался.

Хьюстон усмехнулся, переступая порог.

– Мне следовало отшлепать тебя сильнее? Похоже, ты разочарован тем, что не видишь моих отпечатков на своей заднице.

Немного смущенный тем, что меня поймали, я кивнул.

– Эм, да?

Мне нравилось, когда меня шлёпали руками и паддлами, и что-то в том, что это чувствовалось и на следующий день, и были видны отметины, а не только обесцвечивающаяся розовая кожа, было горячим. Боль и удовольствие, казалось, соединялись в моей голове, и хотя это было больно, это продолжало подталкивать меня выше, заставляя хотеть большего.

– Я запомню это, – он подошел ближе и грубо схватил обеими руками мои ягодицы, сжимая их так, что я застонал. – Но я не буду делать это только в выходные. Я собираюсь отправлять тебя на работу так, чтобы ты чувствовал боль и каждый взмах моего паддла, когда сядешь. И люди, с которыми ты работаешь, поймут, что с тобой делали, мой греховный питомец.

Возможно. Но, учитывая все, чем они делились, я не особенно волновался.

Мой член выдал меня прежде, чем я успел ответить. Хьюстон продолжал мять мою задницу, но снова усмехнулся.

– И я думаю, что тебе это нравится... или, по крайней мере, твоему члену нравится.

Я только тихо застонал и кивнул. Когда Хьюстон отошел, я нахмурился. Он же лишь шлепнул меня по заднице.

– Душ. Я ничего не говорил о том, что ты кончишь сегодня утром.

Из-за этого мой член только ещё больше затвердел. Сказанное было не так уж радужно, но зато очень воодушевляло.

Не будучи уверенным в том, был ли он Хозяином 24/7, но решив не испытывать судьбу, я кивнул, следуя за ним в душ.

– Да, Сэр.

В голове у меня крутились вопросы, но я постарался отогнать их на время. Спешить было некуда. Я не думал, что он куда-то исчезнет. Судя по тому, что он говорил во время нашего разговора в гостиной, он очень серьезно относится ко всему, что бы между нами ни происходило.

Я никогда ни с кем не жил с таким укладом, и, честно говоря, даже не приближался, так что не мог сказать, действительно ли я хотел этого, но мне нравилась идея иметь возможность не думать ни о чём, когда я вернусь домой и просто позволить ему взять контроль.

После хаоса работы это звучало как рай.

Горячая струя воды, хлынувшая из лейки, заставила меня застонать. Это было прекрасно, почти слишком; вода массировала мышцы, снимая растяжение и онеменение, пока Хьюстон держал меня. Через несколько минут он потянулся за шампунем и начал намыливать мне волосы. Я прислонился к нему, закрыв глаза и просто впитывая его прикосновения.

Он провел руками по моей голове и волосам. Это самый лучший душ на свете! К тому времени, как он загнал меня глубже под струю воды, чтобы промыть волосы, я был уже как глина в его руках. Ну, весь как глина, кроме моего члена, он был все еще тверд как камень и полностью наслаждался прикосновением Хьюстона, даже если его игнорировали.

Душ был достаточно просторным для нас обоих и не казалось переполненным, даже когда он начал перемещать меня, чтобы вымыть остальные части моего тела. Он тщательно, но нежно намылил мой член и прошелся по моей все еще чувствительной дырочке. Как бы сильно я не хотел пошалить, когда мы проснулись, его сдержанность, вероятно, была хорошей идеей... По крайней мере, на некоторое время.

Когда я был достаточно чист, чтобы удовлетворить его, и не мог решить, был я более возбужден или расслаблен, он бегло помыл себя мочалкой. Я хотел помочь, но он был полон решимости накормить меня и позаботиться обо мне, не отвлекаясь. Это немного расстраивало, но все равно было приятно.

Когда вода начала становиться холоднее, он убедился, что я ополоснулся, и выключил ее.

– Давай тебя высушим.

После того, как с той же заботой была вытерта вода, он отступил назад и быстро вытерся. Окинув меня взглядом, который больше походил на осмотр, чем на что–то эротическое, он кивнул.

– Тебе холодно?

– Нет, – честно говоря, мне было слишком жарко в постели, да и в остальном доме было комфортно.

– Ладно, тогда я не буду беспокоиться о твоей одежде. Я хочу, чтобы ты сказал мне, если тебе станет холодно, и мы сделаем теплее в доме. Понял? – его голос был тверд, когда он повесил полотенце.

Судя по выражению его лица, я буду проводить дома большую часть времени нагишом.

– Да, Сэр, – обнажение – это правило, которому я определенно могу следовать.

– Ладно, можешь идти чистить зубы и делать все, что тебе нужно, но я ожидаю, что через пять минут ты будешь стоять посреди спальни, – его твердый голос говорил, что это не вопрос и не просьба, а вежливо сформулированный приказ.

– Да, Сэр,– приняв его кивок за прощание, я поспешил из его ванной к себе.

Я вернулся с секундами в запасе. Хьюстон ждал меня, одетый в джинсы и рубашку на пуговицах, которая заставляла меня чувствовать себя еще более голым. Я вышел на середину комнаты и тихо встал. Он снова посмотрел на меня тем взглядом, который, как мне показалось, означал, что он о чем-то задумался. Когда он, наконец, кивнул и отошел от кровати, на которую опирался, я не был уверен, что произойдет.

Он направился к шкафу. – Несколько раз погладь свой член. Я хочу, Зверушка, чтобы ты был эрегированным для меня. Но помни, что прикасаться к своему члену ты можешь только тогда, когда у тебя есть разрешение, это ясно?

Более чем.

– Да, Сэр, – и одного этого приказа было достаточно, чтобы я снова возбудился, но я обхватил пальцами член и начал медленно его поглаживать.

Когда он вышел из шкафа с плутовской улыбкой, в его руке было что-то маленькое, и мне потребовалась секунда, чтобы понять, что это было.

– Это будет прекрасно смотреться на тебе.

Он обернул кожаное кольцо вокруг основания моего члена, обращаясь с ним почти грубо. Этого было достаточно, чтобы мои пальцы ног вжались в ковер, и внутри меня забурлило желание. К тому времени, как мой член был "в узде" к удовлетворению Хьюстона, я не мог вспомнить, почему этим утром я не старался сильнее заставить его заняться со мной любовью.

Хьюстон провел пальцами по моему попавшему в ловушку твёрдому члену и выглядел очень довольным собой.

– Думаю, я должен тебе завтрак и кофе, – затем он подошел ближе и поцеловал меня, позволяя своему телу касаться моей эрекции, пока я стонал ему в рот.

Утро обещало быть долгим.

Глава 17

Хьюстон

Смотреть, как он готовит лазанью, одетый лишь в старый фартук с надписью "Поцелуй повара", который я когда-то получил как прикол, не должно быть так жарко. Но нам придётся купить ему новый фартук, потому что он определенно будет голым дома столько, сколько я смогу разумно оправдать.

– Будет много лазаньи. У тебя будут остатки на несколько дней, обещаю.

Риз просто покачал головой, пока я смотрел на него, все еще не уверенный, что её будет достаточно много.

– Эти морозильные камеры недостаточно велики. Ты уверен? – меня посадили за кухонный стол, а он тем временем все разложил по полочкам и занялся организацией и планированием.

Он дал мне приготовить ему завтрак, и мы некоторое время сидели на диване, смотря новости и спортивный канал, но когда пришло время готовить для меня лазанью, он не позволил мне ничего трогать.

Яйца были не так уж плохи!

Лишь немного резиновые. В свою защиту скажу, что голый Риз со стояком, пьющий кофе за столом, отвлек меня больше, чем я ожидал. Риз съел свою долю, вместе с колбасой и тостами, которые я приготовил, но решил, что большой поздний ланч с лазаньей звучит лучше, чем ожидание ужина.

Очевидно, мне придется еще раз попытаться показать ему, что я не совсем рукожоп на кухне.

– Я поверю в это, когда увижу, – я не собирался спускать его с крючка за то, что он заставил меня ждать аж до тех пор, пока у меня на тарелке не окажется гора лазаньи, а остальная часть будет надежно спрятана на потом.

Он только смеялся и продолжал смешивать начинку. Прежде чем он смог ответить, скорее всего, что-то дразнящее, чтобы получить еще одну порку, из другой комнаты зазвонил его телефон. Он нахмурился и посмотрел на дверь.

– Я должен глянуть. Извини.

Мы оба знали, кто это будет.

Я последовал за ним из кухни, не желая выпускать его из виду. У меня было такое чувство, что если я не останусь рядом с ним, то снова потеряю его из-за безумия Эли. Мы оба вздохнули, когда нашли его телефон в гостиной, почти разряженный, с именем "Проблема", мигающим на экране.

Когда Риз провел пальцем по телефону, мы оба нахмурились.

– Алло?

Из динамика донесся визг Эли.

– Этот мужик....

Я, наконец, потерял всякое терпение. Выхватив телефон из рук Риза, я быстро пробормотал ему извинения, а затем зарычал на Эли:

– Если ты запостишь что-нибудь на этом сайте, да поможет мне Бог, я приду туда, и накажу тебя. Больше никаких драм. Мне все равно, что он сделал или даже кто он такой, ты взрослый человек, способный принимать лучшие решения, чем я видел. Ты возьмешь себя в руки и уйдешь от этого проклятого компьютера. Ты понимаешь меня, Эли?

Секунд на десять воцарилась мертвая тишина, потом раздался прерывистый вздох.

– Да, Сэр.

– Отлично. Я отдаю телефон Ризу. Ты извинишься за то, что звонишь ему только в истерике, а потом найдешь себе другое занятие. Все ясно? – игра в Мистера Милого Дома не дошла до сопляка, но я надеялся, что твердая рука или голос в моем случае помогут.

Эли снова драматично вздохнул, но я услышал, как у него перехватило дыхание, говорившее, что он все еще взвинчен больше, чем он хотел бы признать. Мне было все равно, о ком идет речь, ни один парень не стоил такой драмы, и Эли должен это увидеть.

Кем бы ни был этот осел, Эли надо получить от него немного пространства. Иначе мы никогда не переживём этот ядерный взрыв.

Передав трубку Ризу, я поцеловал его в лоб и вернулся на кухню, чтобы дать ему немного уединения. Он не казался злым, но я должен буду извиниться за то, что наехал на него. Я не собираюсь захватывать его жизнь, но ему нужно было установить какие-то границы, иначе у нас никогда не будет спокойных выходных без Урагана Эли, вызывающего хаос.

Налив себе еще одну чашку кофе, потому что они, вероятно, задержатся, я сел и поиграл с телефоном, проверяя биржевые сводки, и просматривая электронную почту. К тому времени, как Риз вернулся, у меня уже был хорошо составленный список дел на понедельник.

Он бросил на меня обеспокоенный взгляд.

– Извини.

Это было не то, как я себе представлял, начнётся разговор.

– Он уже что-то запостил?

Риз быстро улыбнулся, но покачал головой.

– Нет, ты до него достучался. Спасибо тебе за это. Если бы ты не вмешался, я бы, наверное, помчался обратно на работу. Я должен извиниться перед тобой, потому что я вроде как сказал, что он может прийти на ланч.

Моя лазанья уплывает от меня, я знал это.

Внезапно я почувствовал себя не так уж плохо из-за того, что вмешался в разговор.

– Похоже, ему нужен друг.

Это было полушутливое заявление, но я все еще был расстроен. Риз только улыбнулся и подошел, встав передо мной.

– Спасибо за понимание, – он наклонился и поцеловал меня.

– Однако, как бы он ни выбешивал тебя, ты не можешь отшлепать Эли. Ему это слишком понравится.

– Договорились. Но другие наказания все ещё на повестке дня?

Я просто хотел убедиться, что понял правила.

Риз рассмеялся.

– Да.

– Хорошо. И я думаю, ты должен мне объяснить, что, черт возьми, с ним происходит. Особенно если он будет есть мою лазанью, – я бросил взгляд на столешницу. – Если он съест все мои остатки лазаньи, ты будешь мне должен.

Он усмехнулся.

– Сексуальные услуги или больше еды?

По выражению моего лица он понял, что это был нелепый вопрос.

– И то и другое, конечно.

Риз серьезно кивнул, но его глаза смеялись.

– Я понимаю, Господин, – затем он наклонился ближе и потерся своей эрекцией о мою руку. – Но можно мне одеться? И, может быть, сделать что-нибудь с этим?

– Одежда и оргазм? Ты об этом спрашиваешь? – Риз серьезно кивнул, но эти смеющиеся глаза выдали его. – Вот насчёт этого я не знаю. Это слишком много, чтобы просить за один раз, и это даже не было очень хорошей просьбой.

Риз медленно снял фартук и бросил его на пол. Его эрекция вырывалась, твердая из-за кольца на члене. Он оседлал мои колени, и я обхватил руками его бедра, чтобы поддержать его.

– Простите, что я был непослушным, Господин.

Блять!

Мой член подпрыгнул и за считанные секунды превратился из просто твердого в нешуточное яростное возбуждение. Риз покачал своей задницей на моей эрекции и одарил соблазнительной улыбкой.

– Я знаю, что тебе придется наказать меня позже за непослушание, но, пожалуйста, разреши мне одеться. И я был с эрекцией в течение нескольких часов, а ты прикасался ко мне и сводил с ума. Я буду послушным позже. Честное слово.

Дразнящая, соблазнительная сторона Риза просто неотразима. И он прав: его поведение определенно приведет к наказанию позже. И я хорошо повеселюсь, наказывая его. Но сейчас я знал, что, пожалуй, мне не стоит оставлять его эрегированным слишком долго. Опустив одну руку с его бедра на член, я понимал, что в будущем он проведет много времени в клетке для члена, переживая боль.

Обхватив пальцами его член, я ласкал его длинными, медленными движениями, которые только усиливали его желание.

– Позже я обязательно проконтролирую, чтоб ты вел себя хорошо, Зверушка. Но сейчас я позволю тебе кончить. Сколько у нас времени до прихода Эли?

Нет смысла начинать что-то медленное, если он придёт через пять минут.

Риз сделал глубокий вдох, затем выдавил из себя слова.

– Около получаса; он был на работе и сказал, что сначала должен сбегать домой.

Это не так уж и много, но я провел пальцем по его яйцам и спустился к его дырочке. С ним всё было хорошо, когда я дразнил внешние края, но когда я вошёл одним пальцем в его плотный вход, то увидел небольшую боль на его лице. С большим количеством смазки, с одним или двумя пальцами всё будет отлично, но я не собираюсь торопить его с чем-либо еще.

Позже мы выясним, как он себя чувствует, но сейчас у меня есть другая идея. Переместив пальцы обратно к его члену, я похлопал его по заднице другой рукой.

– Иди залезай на кровать. Я хочу, чтобы ты стоял на четвереньках, когда я войду.

Риз спрыгнул с моих колен и помчался обратно в спальню, с подпрыгивающим перед ним членом. Не торопясь, я последовал за ним, медленно расстегивая на ходу рубашку. Добравшись до спальни, я положил рубашку на край кровати и начал снимать брюки.

Риз пристально посмотрел на светло-голубые бойс-шортсы, появляющиеся из-под моих брюк. Он облизнул губы, и его тело придвинулось ближе, все еще стоя на четвереньках, но выглядело так, будто он рванулся бы ко мне при малейшем поощрении.

Лаская свой член, я наслаждался выражением его лица и ощущением ткани на моей коже. Почему большинство мужчин предпочитают простой хлопок и скучные ткани, я не представлял. Шелк, атлас и кружева были гораздо более приятными альтернативами, и я думал, что в один прекрасный день все больше мужчин поймут это.

Низкий голос Риза выдавал его нетерпение.

– А можно я потом посмотрю и на другие?

Я провел пальцами по своему члену.

– Мои другие трусики?

Он кивнул, наблюдая за моей двигающейся рукой.

– Да, Сэр.

– Конечно, и в те дни, когда ты будешь очень послушным, я мог бы даже позволить тебе выбрать, какие из них я буду носить. Как тебе такое? – мне думается, что это звучит чертовски эротично.

Риз беспомощно уставился на меня. Наконец, он сказал:

– Горячо.

Улыбаясь, я старался не рассмеяться.

– Я очень рад. После того, как ты увидишь, что у меня есть, может быть, я даже позволю тебе помочь мне купить что-нибудь новое.

Риз издал еще один низкий, исполненный желания звук, и кивнул.

Подойдя ближе к кровати, я просунул один палец под пояс трусиков и провел другим по своему члену. Глаза Риза почти пожирали меня.

– Господин, пожалуйста.

– Что "пожалуйста", Зверушка? – я убрал руку от своего члена, но скользнул ей по передней части трусиков, и сжал яйца, которые заполнили переднюю часть ткани.

– Можно попробовать твой вкус? – сказанные низким голосом слова были сексуальными и сладкими. Забравшись на кровать, я задержался, чтобы достать смазку из ящика и положить ее на тумбочку. Когда я растянулся на подушках, а рот Риза был в нескольких дюймах от моего тела, я снова начала дразнить свой член.

– Ты можешь попробовать мой вкус, пока я играю со своим мальчиком. Если ты будешь хорошо себя вести, я разрешу тебе кончить, – мысль о том, чтобы оставить его с эрекцией и болью от неё, пойманным в ловушку в его же одежде, но с невозможностью кончить, пока Эли не уйдет, возбудила меня еще больше, но с этой фантазией придется подождать.

– Благодарю Вас, Господин.

Его сабмиссивность работала на полную силу, Риз просто ждал, дрожа от возбуждения, но готовый оставаться в таком положении так долго, как я того потребую. Он должен быть очень благодарен за такие краткие временные рамки, иначе я заставил бы его ждать очень долго.

Он был слишком красив, чтобы спешить.

Наблюдая за его напряженными мышцами, пытающимися оставаться неподвижными, я хотел подтолкнуть его прямо к краю и просто удержать там. Но эти большие карие глаза умоляли об оргазме и, возможно, прикосновении ко мне.

– Иди сюда, Зверушка.

Проворно преодолев последнее расстояние, губы Риза целовали мой член, который все еще был плотно прижат к телу тканью, заставляя его вздрагивать от прикосновений под жарким дыханием и нежными короткими ласками. Когда он начал водить языком по всей длине, дразня меня через ткань, я застонал.

По его взгляду я понял, чего он хочет, и помог ему спустить трусики с моего члена и вниз по ногам. Как только я обнажился, его исследование продолжилось на полной скорости. Мое сердце ускорилось, когда он снова начал свои сводящие с ума ласки. Без ткани, которая лишь мешала бы, это было еще более возбуждающе.

Чтобы отвлечься, я потянулся за смазкой, когда он начал лизать вокруг головки.

– Так много или так мало, как ты хочешь, Риз. Здесь нет правильного либо неправильного.

Он взглянул на меня, кончик моего члена был на расстоянии дыхания от его рта.

– Я хочу этого. И я хочу практиковаться снова и снова, пока не сделаю это именно так, как ты хочешь.

Риз, должно быть, увидел вопрос в моих глазах, потому что смущенно улыбнулся.

– Прошлой ночью я хотел, чтобы в первый раз, когда ты трахнешь что-нибудь, это была моя задница, а не рот.

Какой же он милый.

Проведя рукой по его волосам, я притянул его к себе для быстрого поцелуя.

– Прошлая ночь была потрясающей, и все в ней было прекрасно.

Когда я отпустил его, чтобы он мог отстраниться, он нежно мне улыбнулся.

– Ты прав. Все в ней было прекрасно.

Риз снова стал на четвереньки и опустился на кровать, и его рот оказался возле моего члена, а задница – приподнятой и соблазнительно выгнутой к изголовью кровати. Я знал, на что он намекает, и с его позой рядом со мной я могу легко ему дать именно то, что он хочет.

– Раздвинь для меня ноги, Зверушка.

Я опустил свои уже готовые пальцы к его заднице, нежно обводя дырочку. Он вздрогнул и тихо застонал, но послушно раздвинул ноги, когда взял головку моего члена в рот.

– Это мой хороший мальчик.

Я легко ввёл кончик хорошо смазанного пальца в него, и он замурлыкал от удовольствия.

– Сейчас я разрешу тебе разрядиться, и даже вытащу твой член из кольца. Но иногда я буду оставлять тебя с эрекцией и в полном отчаянии.

Медленно трахая его задницу пальцем, я почувствовал, как мой член коснулся задней части его горла, и он отодвинулся достаточно, чтобы сосать и лизать меня. Я боролся с желанием проникнуть глубже в его рот, тихими стонами удовольствия говоря ему, как сильно я наслаждаюсь его прикосновениями.

– А иногда разрешу тебе достичь оргазма, не давая твоей эрекции спасть. Я оставлю всю эту сперму в ловушке внутри тебя и заставлю тебя ждать остальной части твоего удовольствия.

Риз издавал отчаянные звуки, когда я рассказывал ему обо всех тех забавных вещах, которые мы будем делать вместе. Ну, то, что я собираюсь проделывать с ним, развлекаясь. Но у меня было такое чувство, что он не будет возражать. То, как его бедра качались вверх и вниз, и низкое урчание, заставляющее мой член вибрировать от удовольствия, были довольно хорошим индикатором.

– Тебе ведь это понравится, правда?

Скользнув глубже в него, я, наконец, поласкал пальцем его простату. Мышцы сжались вокруг меня, и появилось такое ощущение, как будто его тело тянет меня глубже, отчаянно желая большего.

– Мой сексуальный мальчик – хороший боттом для меня. Но я ничего не могу поделать с тем, что мне интересно, как он поступит, когда я буду трахать себя, сидя на его члене.

Мой член выскочил прямо изо рта Риза, и его голова дернулась вверх, глядя на меня, как на сумасшедшего. Смеясь, я вытащил палец и шлепнул его по заднице.

– Я не говорил, что ты можешь остановиться. А еще я не говорил, что ты не будешь топом. Я сказал, что собираюсь использовать твой член для своего удовольствия. А это совсем разные вещи, Зверушка.

Нажатием я вернул его голову вниз, так как его рот имел лучшее применение, чем просто быть открытым от шока, и Риз обернул свои губы вокруг моего члена еще более вдохновенно, чем раньше. Удовольствие пронзило меня, и я проклинал свою глупую "идею о многозадачности", так как мне нужно было достаточно сосредоточиться, чтобы снова начать играть с ним.

Протянув руку между его ног, я снял оковы с члена. Шок немного остудил Риза, но озорные мысли, проносящиеся в голове, казалось, даже больше его возбуждали, потому что вскоре он был возбужден еще сильнее, чем раньше. Зная, что у нас не так уж много времени, я решил ускорить процесс, и снова вошёл в него, давая пальцу пробежаться по его простате, дразня его концентрированным удовольствием.

– Тебе ещё нельзя кончать, Зверушка. Я хочу чувствовать, как этот рот обволакивает меня, и я хочу, чтобы сначала моя сперма хлынула в твой рот.

Медленные круги вокруг его простаты и грязные словечки заставили его бороться с тем, чтобы не кончить.

Тело Риза сжалось вокруг моего пальца, и я чувствовал, что его потребность кончить давит на него, в любой момент готовая взорваться. Грёбаный Эли и его ненормальность. Риз снова взял меня глубоко в рот, дав моему члену коснуться задней части его горла, и я, наконец, перестал бороться с желанием кончить.

– Вот так, Риз, заглоти меня, Зверушка.

Его горло сжалось вокруг меня всего на мгновение, и я взорвался; сперма выстрелила из меня длинными струями, которые заставили его сглатывать, безумно желая получить все это. Его растянутые красные губы и блаженно–жаждущее выражение лица, когда он ждал своего удовольствия, были невероятны.

Он самый красивый саб, которого я когда-либо видел.

Когда он слизывал остатки спермы с моего члена и смотрел на меня своими большими карими глазами, умоляющими и расфокусированными прямо перед его оргазмом, я, наконец, разрешил ему кончить. Попав по его простате одним быстрым толчком, остальными пальцами я обхватил его ноющие яйца и передвинул ногу достаточно для того, чтобы его член коснулся ее.

– Кончай.

Глаза Риза чуть ли не закатились назад, и он издал грубый крик, когда оргазм обрушился на него. Позволив ему оседлать мой палец и отчаянно упираться членом мне в ногу, я поддерживал его удовольствие так долго, как только мог.

Когда он, наконец, опустился на меня, задыхающийся и измученный, я вынул палец и стал ласкать его долгими, успокаивающими движениями. Что нам обоим было нужно, так это вздремнуть, но у нас оставалось всего несколько минут до того, как Эли появится в дверях, и я не был уверен, насколько откровенным Риз будет с ним.

Захватив Риза в объятия, я нежно поцеловал его, наслаждаясь тихими протестующими стонами.

– Пригласить его было твоей идеей. Так что, в каком бы виде ты ни решил его встретить, – я не против любого выбора, но я планирую одеться, Зверушка.

Глаза Риза расширились, когда он понял, как долго мы были в спальне.

– Блядь.

Я рассмеялся, когда он спрыгнул с кровати, пытаясь на шатких ногах добраться в ванную. Когда я старался стереть всё из себя, и услышал звук льющейся воды, я даже не попытался последовать за ним в душ. У нас недостаточно времени для отвлекающих факторов. Печально. Я оделся и начал приводить комнату в порядок.

Риз вышел из ванной через несколько минут, и с мокрыми волосами побежал искать одежду, бормоча себе под нос что-то про Эли и проклятый блог. Обычно я был довольно хорошим покупателем, даже когда дело касалось трусиков и прочего, поэтому я никогда не просматривал блог сайта Кожа и Кружева. Но мне либо придётся научиться ставить больше вопросов, либо просто вернуться и действительно прочитать некоторые из бессвязных постов, которых я избегал в прошлом. Потому что я не могу быть единственным человеком, который понятия не имеет, что происходит и кто этот “грёбанный мужик”.

Тихие проклятия и раздосадованное рычание доносились из комнаты Риза, заставляя меня смеяться, но к тому времени, когда Эли позвонил в дверь, Риз был одет и выглядел достаточно презентабельно. Как по мне – то у него всё ещё тот сексуальны вид человека, которого хорошо трахнули, но он не был голым, и мы оба были чистыми, так что меня это устраивало.

Когда он открыл дверь, я отступил назад, надеясь, что драма закончилась, но не тут–то было. Эли просто бросился на Риза, с причитаниями и в истерике.

– Престон уволил Романа!

Вот срань.

Я никогда не получу свою лазанью.

Глава 18

Риз

Бросившись на диван, довольно удачно имитируя Эли, я вздохнул.

– Это было утомительно.

Хьюстон плюхнулся в свое любимое огромное кресло и кивнул.

– Согласен. Но, в конце концов, ты его успокоил. Я был очень впечатлен.

Рассмеявшись от его искренней серьёзности, я повернулся, чтобы лучше его видеть.

– И ты получил свою лазанью.

Я думал, что Хьюстон, с его твердым голосом и успокаивающим обаянием, был единственной причиной, по которой у Эли перестала ехать крыша. Хьюстон, с другой стороны, считал Эли сумасшедшим и сказал, что он просто подвёл черту, чтобы остановить безумие и драму.

– Столетия спустя после обещания её.

Хьюстон нахмурился и бросил сердитый взгляд на кухню.

– И он съел большую часть моих заначек.

У нас был запас на еще, по крайней мере, один прием пищи на неделе, но я не собирался этого говорить. Заставив себя подняться с дивана, я подошёл и свернулся калачиком у него на коленях.

– На этой неделе я приготовлю тебе что-нибудь вкусненькое, так что у тебя будет много заначек. Мы подберём что-то из твоих любимых блюд. Как это звучит?

Руки Хьюстона крепче сжались вокруг меня, и он прижал меня к себе.

– Идеально. До тех пор, пока я действительно это не получу, а этот ненормальный не двинется снова на своих постах.

То, что я смогу каждый вечер быть дома без постоянной необходимости бегать на работу – это чудесно, но я не был уверен, как я отношусь ко всему остальному.

– Ну, с уходом Романа все должно успокоиться.

– Похоже, ты не очень-то этому рад, Зверушка, – рука Хьюстона начала рассеянно гладить мои волосы, а его усталый голос звучал очень смущенно.

– Он казался абсолютно несчастным, когда говорил о Романе.

– Я знаю, – я вздохнул, когда волны стресса начали таять под его прикосновением. – Но что-то в том, как они смотрели друг на друга, и в искрах, которые не просто летели, а взрывались вокруг них, заставляло меня думать, что они, в конце концов, разберутся со своим дерьмом.

Они были похожи на одну из тех киношных пар, которым просто нужен был подходящий момент, чтобы понять, что они идеально подходят друг другу. Не то чтобы я собирался говорить это Хьюстону. В какой-то момент он узнает о моей любви к сентиментальным фильмам, но сейчас нет причин торопиться с объяснением моей одержимости.

Хьюстон помолчал достаточно долго, обдумывая мои слова, прежде чем ответить:

– Иногда у людей есть химия, но они просто не могут функционировать вместе. В чем бы ни заключалась проблема Романа, Эли будет лучше без него. Компании, вероятно, тоже.

Хьюстон, казалось, прокручивал эту идею в голове, и я чувствовал, как он кивает, обдумывая все это.

– Да, из того, что вы оба сказали, я понял, что он талантливый фотограф, но любой, кто создает столько проблем в офисе, заставляет бизнес где-то терять деньги. Время, заработки, упущенные возможности, общий моральный дух и просто неэффективность должны быть приняты во внимание.

– Возможно, ты и прав. Я знаю, что продажи растут, а трафик на сайт зашкаливает, но последние пару раз, когда им приходилось быть вместе в комнате, напряжение было такое, что хоть ножом режь. – Я не был достаточно знаком с этим бизнесом, чтобы знать, как это повлияет на ситуацию, но все равно это было грустно. – Я просто хотел, чтобы они были счастливы.

Закрыв глаза, я заставил мышцы расслабиться и попытался отогнать напряжение, накопившееся за время спонтанного визита Эли.

– Я также хотел, чтобы они успокоились и начали действовать, но этого, похоже, не было в планах судьбы.

Хьюстон фыркнул.

– Я не уверен, что Эли понравится кто-то спокойный и функциональный.

Я нахмурился, пытаясь посмотреть на это с его точки зрения.

– Даже не знаю. Он реагирует на тебя, когда ты используешь эту голосовую манеру Дома, и говоришь ему, чтобы он перестал нести чушь.

Я был невероятно впечатлён, когда Эли перешел от истерики к разумному обсуждению во время телефонного разговора. Это также неплохо сработало, когда Хьюстона, наконец, достала болтливая королева драмы, бросившаяся на диван. Эли был в совершенно истерическом состоянии, и не видел причины успокаиваться.

Хьюстон кивнул, и его подбородок коснулся моей головы.

– Да, но он также любит фейерверки и, кажется, питается страстью.

Что-то я не вижу смысла.

– Я просто не могу себе этого представить. Даже смотреть на них изнурительно; жить так было бы слишком стрессово.

Хьюстон поцеловал меня в макушку, начал медленно водить рукой кругами по моей спине.

– Именно так я и думаю, но каждому нужно что-то свое.

– Ну, мне просто нужен Дом, спокойный, грубоватый, и выглядит сексуально в трусиках, – я улыбнулся, когда он засмеялся, и его рука скользнула к моей щеке.

– Ну, мне просто нужен сабмиссив с большими карими глазами, сексуальным телом и нежным сердцем, который будет мириться с моим безумием, – он наклонился и чмокнул меня в губы, едва касаясь их.

Когда он отстранился, я улыбнулся, прижимаясь к нему.

– Думаю, это хорошо, что я нашел тебя.

– Это очень хорошо, Зверушка, – его ласковые слова вызвали у меня желание улыбнуться, но затем они приняли иной оборот, чем я ожидал. – Слишком много ужасных соседей по квартире, так что я мог сделать что-то радикальное.

Я ткнул его локтем в живот.

– Так романтично.

Хьюстон рассмеялся и кивнул.

– Настолько романтично, что я даже не собираюсь наказывать тебя за это.

А вот это вот совсем не весело.

– Ну, а если твой саб захочет, чтобы его наказали?

Улыбка Хьюстона стала шаловливой, и он понизил голос.

– Тогда мне придется дать ему именно то, что он хочет.

От его слов у меня по спине побежали мурашки.

– Почему это больше похоже на угрозу, чем на награду?

Он издал низкий смешок.

– Потому что ты не только сексуальный, но и умный.

Усмехнувшись, я повернул голову, чтобы поцеловать его в шею.

– Я достаточно умён, чтобы понять, когда я нашёл идеального мужчину.

Нам предстоял долгий путь, и я знал, что впереди будет много мелочей. Но за то короткое время, что я знаю его, я нашёл надежного и любящего мужчину, который сделает все возможное, чтобы дать мне все, что, по его мнению, мне нужно.

Даже со всеми этими забавными мелочами, которые делают его уникальным, он не может быть более совершенным.

– И мне, возможно, иногда придется чуть ли не под нос совать всякую всячину, но когда я выучу урок, он не забудется, – он обнял меня и откинулся назад, чтобы заглянуть мне в глаза. Одарив меня нежной, почти блаженной улыбкой, он пожал плечами. – А ты, Зверушка, застрял со мной.

– Будешь меня преследовать и держать при себе, м?

– Абсолютно. До тех пор, пока ты не поймешь без всяких сомнений, что любишь меня, – его нежный поцелуй, захвативший мой рот, дал мне почувствовать, как он изливает в меня все, в чем признался и на что намекнул.

Жизнь может неожиданно измениться, но я никогда бы не догадался ещё неделю назад, когда смотрел на неприветливого мужчину, который объявил, что он гей, носит женские трусики и его не волнует то, что я думаю, что я встретил человека, которому я захочу отдать все.

Своё сердце.

Свою сабмиссивность.

Своё будущее.

~~~

Примечания

1

паддл (прим. пер. паддл (англ. рaddle — «весло, лопатка») – шлёпалка — инструмент в виде лопатки, как правило кожаный или деревянный. Используется при телесных наказаниях.

(обратно)

2

Си́тхи – персонажи из вселенной «Звёздных войн», адепты тёмной стороны Силы.

(обратно)

3

Гик – человек, чрезвычайно увлечённый чем–либо; фанат. Изначально гиками именовали людей, увлечённых высокими технологиями (обычно компьютерами и гаджетами).

(обратно)

Оглавление

  • Шоу Монтгомери Хьюстон Кожа и кружева. Книга 1
  •   Глава 1
  •   Глава 2
  •   Глава 3
  •   Глава 4
  •   Глава 5
  •   Глава 6
  •   Глава 7
  •   Глава 8
  •   Глава 9
  •   Глава 10
  •   Глава 11
  •   Глава 12
  •   Глава 13
  •   Глава 14
  •   Глава 15
  •   Глава 16
  •   Глава 17
  •   Глава 18
  • *** Примечания ***




  • «Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики