Albertalli_Chto-esli-eto-my.587384 (fb2)

- Albertalli_Chto-esli-eto-my.587384 (а.с. rebel-1) 1.03 Мб, 279с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) - Алберталли Б., Сильвера А.

Настройки текста:






Бекки Алберталли

Адам Сильвера


Что, если это мы


Перевела с английского Елена Фельдман


POPCORN BOOKS

Москва


Becky Albertalli

Adam Silvera

WHAT IF IT’S US


Бруксу Шерману,

агенту мироздания, который свел нас вместе,

а также Эндрю Элиопулосу и Донне Брэй,

которые расширили нашу вселенную


Часть первая

Что если


ГЛАВА ПЕРВАЯ

АРТУР


9 июля, понедельник


Я не ньюйоркец. И я хочу домой.

Этот город опутывает своих жителей паутиной негласных правил. Не застывать столбом посреди тротуара, не пялиться на небоскребы, не зависать у стены, чтобы почитать граффити. Никаких огромных складных карт, или забавных рюкзаков, или зрительного контакта. Упаси вас бог мурлыкать на улице песенки из «Дорогого Эвана Хэнсена» [1] . И уж тем более делать селфи на углу, даже если позади стоит тележка с хот-догами и целый ряд желтых такси — а это, между прочим, и есть самый типичный нью-йоркский пейзаж. Нет, вы, конечно, можете молча им полюбоваться, но не забывайте  быть крутым . Судя по тому, что я успел узнать о Нью-Йорке, это здесь главная заповедь: быть крутым.

А я не крутой.

Взять хоть сегодняшнее утро. Ошибка за ошибкой. Сперва я посмотрел на небо — всего только на секунду — и как взглядом к нему приклеился. С такого ракурса кажется, будто весь мир приподнялся на цыпочках, чтобы дотянуться до огненного шара солнца. Красиво. Пожалуй, накину Нью-Йорку десяток очков. Да. Красиво и сюрреалистично, и совсем ничего общего с Джорджией. Я разворачиваю телефон, чтобы сделать снимок. Заметьте, не сторис в инстаграме. Даже без фильтров. Просто мгновенный снимок.

Одна маленькая быстрая фотка.

Что тут начинается! Пешеходы меня растерзать готовы . О боже. Двигайся уже. Ну давай. Гребаные туристы. То есть я остановился на две секунды ради фотографии — и уже зачислен в нарушители спокойствия. Теперь я буду виноват в каждой задержке метро, дорожной пробке, даже во встречном ветре.

Гребаные туристы.

Хотя я, строго говоря, не турист. Я здесь живу — по крайней мере этим летом. И уж точно не занимаюсь осмотром достопримечательностей в понедельник после полудня. Я вообще-то иду по делам. Ну хорошо, в «Старбакс» за кофе для коллег — но это ведь считается?

Может, я делаю крюк. Может, хочу еще пару минут побыть вдали от маминого офиса. Обычно стажировки — это скорее скучно, чем ужасно, но сегодняшний день побил все рекорды по дерьмовости. Знаете, бывают такие дни, когда в принтере заканчивается бумага, в подсобке тоже ни листочка, и ты пытаешься втихую стащить немножко из ксерокса, но лоток с бумагой заедает, ты умудряешься нажать не ту кнопку, и аппарат принимается пищать как резаный?

А ты стоишь и думаешь: кто бы ни придумал ксероксы, этому человеку сейчас крайне не помешал бы поджопник. Скажем, от тебя. Или от другого милого еврейского мальчика ростом метр семьдесят, с СДВГ [2]  и темпераментом торнадо. Знаете такие дни? Ну вот.

Так что все, чего мне сейчас хочется, — это излить душу Итану и Джесси, но я до сих пор не научился одновременно идти и печатать.

Поэтому я сворачиваю с тротуара на самую обочину, ко входу в почтовое отделение — и ух ты! — здешние почты совсем не похожи на те, что в Мильтоне, штат Джорджия. У этой — белый каменный фасад с колоннами и латунными украшениями, и выглядит она так изящно, что на ее фоне я чувствую себя слишком простецки одетым. А ведь я даже при галстуке!

Я отправляю Итану и Джесси снимок солнечной улицы.   Нелегкий денек в офисе!

Ответ от Джесси приходит немедленно: Засранец. Хочу быть на твоем месте.

Понимаете, в чем штука: мы с Итаном и Джесси были лучшими друзьями примерно с сотворения мира, и с ними я всегда был Настоящим Артуром. То есть Одиноким Растяпой Артуром — в противоположность Жизнерадостному Инста-Артуру. Но по некоторым причинам мне нужно убедить их, что я просто тащусь от жизни в Нью-Йорке. Вот я и убеждаю. Неделями шлю сообщения в духе Жизнерадостного Инста-Артура. Не знаю, правда, насколько достоверно выходит.

А еще скучаю , — добавляет Джесси и разражается целой строчкой поцелуйных смайликов. Господи, она прямо как моя бабуля. Если бы моей бабуле было шестнадцать лет. Окажись Джесси здесь, она наверняка оставила бы у меня на щеке помадный отпечаток в форме губ. Главная странность в том, что у нас в жизни не было вот этой «уси-пусечной» дружбы — по крайней мере до вечера выпускного.

До вечера, когда я сказал Джесси и Итану, что я гей.

И я по вам скучаю , — признаюсь я.

ВОЗВРАЩАЙСЯ, АРТУР.

Еще четыре недели .  — Не то чтобы я считал.

Итан наконец отвечает самым двусмысленным из смайликов — со стиснутыми зубами. Ну и как это понимать? Если Джесси после выпускного превратилась в мою бабулю,




MyBook - читай и слушай по одной подписке