Попаданка в королевство тёмных эльфов (fb2)

- Попаданка в королевство тёмных эльфов 685 Кб, 202с. (скачать fb2) - Татьяна Михаль

Настройки текста:



Татьяна Михаль Попаданка в королевство тёмных эльфов

Пролог

* * *

Я никогда не думала, что окажусь в другом мире, но моё глупое желание исполнилось и более того, я оказалась в магическом мире, да ещё и среди тёмных эльфов.

Но не зря говорят: «Бойтесь своих желаний».

Эльфы оказались совершенно не милыми существами, как я их представляла и читала о них в книгах. Эльфы оказались суровой расой.

И я как попаданка совершенна не была интересна ни самим эльфам, ни уж те более, людям.

Людей в этом мире называли эа, и считались они чем-то вроде низшего класса — неровней великим и ужасным тёмным эльфам.

Но эльфы-мужчины любили человеческих женщин. Они покупали их на невольничьих рынках, продавали в богатые дома или, если кому повезёт, во дворец самого Повелителя Териаса Аша Арана.

Мне повезло.

Я оказалась во дворце.

Но повезло ли?

Глава 1

* * *

Ариана

В роскошных покоях гарема было странно.

Я была одна, как и остальные девушки. Нас не держали в общем зале, как я привыкла считать, исходя из реалий своего мира.

Нас выводили в общий сад один раз в день, чтобы мы могли погулять по роскошному цветущему саду, полюбоваться журчащими фонтанами, пообщаться друг с другом… Хотя, общения среди девушек не выходило.

По ощущениям, нас выводили гулять примерно на пару часов, а потом, снова загоняли по своим покоям, словно преступников в тюремные камеры, правда, дорого обставленные. Но какая разница, золотая клетка или нет? Ощущение заключения и неволи не проходило.

Мне приносили вкуснейшую еду: экзотические фрукты, даже близко не сравнимые с земными, сладости, ароматные напитки и небольшие кусочки мяса.

Я пыталась заговорить со служанками, которые были тоже людьми или, как любят говорить эльфы — эа. Такой же эа была и я. Но служанки-эа были либо глухими, так как не реагировали на мои вопросы, или делали вид, что не слышат меня, либо они имели чёткие инструкции не разговаривать ни с кем и строго их выполняли.

Даже когда я что-то просила, даже пыталась приказывать — меня, будто не слышали.

Вздохнула и затеребила амулет, что висел у меня на шее на кожаном шнурке, и наблюдала, как служанки набирают мне ванную.

Амулет был магическим. Благодаря ему, я могла понимать местную странную и очень сложную речь и говорить сама, чтобы меня понимали.

Только толку от этого?

Со мной всё равно никто не говорил.

Когда ванная была готова, служанки молча удалились, снова оставив меня одну.

Я распустила волосы и сняла с себя платье, а следом и амулет. Оставшись полностью обнажённой, я погрузилась в горячую ванну с лепестками ароматных цветов. И наслаждалась душистым запахом, исходившим от этой воды.

Всё бы ничего, но через какое-то время, я уже чётко поняла, что в таком состоянии, в котором меня держали, я очень быстро отупею.

Кроме того, нас выгуливали, словно каких-то экзотических зверушек. Вкусно кормили, купали в ароматной воде и красиво одевали, но больше ничего. Никому не давали никаких дел.

Мы не учились, толком не общались друг с другом, так как выходить было нельзя из своих покоев, да и невозможно — двери закрывались снаружи.

Не было ни книг, ни каких-то занятий. Я целыми днями лишь смотрела в зарешётчатое окно и потихоньку злилась.

Однообразные дни текли, превращаясь в одну сплошную скуку, и я быстро потеряла счёт времени. Я никогда не бывала одна так долго и никогда не жила такой спокойной жизнью.

За это время, пока я тут была, то успела вдоль и поперёк изучить свою комнату, которая вмещала в себя что-то наподобие гостиной, имела спальню и огромную ванную с местечком для своих туалетных дел.

Сад также успела изучить и облюбовать для себя один единственный сокровенный уголок среди высоких цветущих кустов, через раздвинутые ветви которых, можно было наблюдать, а точнее подглядывать за эльфами. Эльфы тренировались то на мечах, то на каких-то светящихся палках, похожих на катану, стреляли из лука, просто боролись между собой и даже, оттачивали магическое мастерство.

За подглядыванием меня ещё никто не поймал.

Это было моё маленькое секретное развлечение. Хоть какое-то разнообразие в этой сытой и ужасно скучной гаремной жизни.

Два часа такой прогулки пролетали как одна минута.

Не подумайте, я много раз пыталась заговорить с другими девушками, но те либо были пугливыми как лани и шарахались от меня, словно я прокажённое чудовище, либо ощеривались, словно крысы и грозились мне изощрёнными пытками, если я к ним ещё хоть раз приближусь.

Создавалось ощущение, что нормальных девушек тут и в помине не было.

Я уже даже начала задумываться, не сбежать ли мне отсюда? А то совсем не хочется сидеть в этой золотой клетке до скончания времён, как однажды, моё томление закончилось.

* * *

Ариана

Ранним утром, в мои покои вошли три эльфийки, позади них стояли девушки-служанки, опустив свои взгляды в пол. Две девушки держали в руках ворох разноцветной одежды, а третья прижимала к себе два небольших резных сундучка.

Было настолько рано, что даже ещё солнце не встало, а птицы, только-только запели.

— Поднимайся эа*. Нам поручено привести тебя в должный внешний вид.

Это было что-то новенькое. Скинула с себя одеяло и, прикрыв рот ладошкой, сонно зевнула, а потом улыбнулась.

— Рада вас видеть, а тем более, говорить…

Эльфийки никак не отреагировали на мою речь, а лишь приказали девушкам:

— Отмойте её, сделайте массаж, натрите маслами и удалите все кожные дефекты.

Девушки поклонились и, разложив наряды на софе, принялись шустро набирать ванную и доставать из сундучка разные баночки и мешочки.

— А ты, эа, не сопротивляйся всем процедурам — не усложняй работу служанок, — надменно произнесла одна из эльфиек. Высокая и статная, с чуть раскосыми глазами и длинным носом, глядела на меня так, словно я противная букашка, с которой волей случая, приходится возиться.

— Могу я узнать, для чего меня или для какого мероприятия меня собирают? — поинтересовалась я, немного напрягшись.

За время, проведённое здесь, я как-то расслабилась и позабылась, а ведь нельзя было терять бдительность, так как это дворец тёмных эльфов — коварных и суровых существ, которые презирают людей.

— Узнаешь, когда придёт время, — ответила другая эльфийка, тоже носатая.

Любопытно, однако.

— Всё готово, ирила**, — обратившись к главной эльфийке, сказала служанка робким и каким-то зашуганным голоском. Она не поднимала глаз, а всё время смотрела в пол и даже чуть горбилась, чтобы казаться меньше и незаметней.

— Ступай, эа, — приказным тоном сказала мне третья эльфийка, самая симпатичная из неприятной троицы, но не менее злобная и высокомерная. По крайней мере, именно её взгляд прожигал меня лютой ненавистью.

— Ладно, — пожала я плечами и пошла вслед за служанкой.

И попала я в косметический ад.

Нет, мне не драли волосы во всех местах. Их удалили при помощи крема.

А потом служанки тёрли меня какими-то мочалками, сотканными, словно из металлических стружек и мне казалось, что они сдирают с меня кожу заживо.

Когда на первый раз меня натёрли и потом обмыли прохладной водой, я буквально обругала их, запретив приближаться ко мне второй раз с этими пыточными устройствами.

— Сами себя трите, хоть затритесь! У меня кожа горит и болит! Смотрите, что вы наделали! — я трясла перед ними руками, которые были в самых настоящих кровоподтёках. Кожа на всём теле горела адским огнём. Я готова была рвать и метать от злости и боли.

— Прошу вас, потерпите ещё один раз, потом всё пройдёт… — прошептала служанка.

Другая же глядела на меня со слезами на глазах и дрожала, словно от страха.

— Я не хочу это терпеть, — сказала твёрдо.

— Эа! — крикнула носатая эльфийка, которая главная, обращаясь ко мне. — В чём дело?

— Вот в этом дело! — рявкнула я, показывая на израненную кожу. — Это не мытьё, а какая-то пытка!

— Эа, вы нарушаете правила, — тихим и зловещим голосом произнесла вторая носатая и кивнула служанкам: — Продолжайте.

— Нет! — воскликнула я. — Вы, блин, больные! Не слышите? Мне больно!

Эльфийки переглянулись и главная носатая кивнула.

Служанки выронили из рук пыточные мочалки и упали в ноги к эльфийкам, дрожа и рыдая.

Эльфийки, сняли с себя браслеты с правой руки, которые оказались и не браслетами, а намотанными лентами… из металла… похожие на… кнут…

Чёрт! Это ведь не то, что я думаю?!

Эльфийка с радостным и садистским блеском в глазах опустила свой вдруг засиявший алым светом кнут на спину одной служанки.

Тело девушки дёрнулось и задрожало. Плоский кнут, разорвал одежду служанки и… нежную кожу.

— Стойте! Нет! — закричала я в ужасе. — Остановитесь!

Вторая эльфийка хлестала другую служанку.

— Стоп!!! — заорала я и выскочила из ванной.

*Эа — обращение к людям. Обозначение таким обращением их низкое происхождение. Обратиться так к эльфу сродни смертельному оскорблению. (Прим. автора)

**Ирила или ирил — обращение к простым, незнатным эльфам. К Повелителю или знатным эльфам обращение другое. К знатным эльфам обращаются так — Ар'Ирила; Ар'Ирил. (Прим. автора)

Эльфийки не слушали меня. Они хлестали девушек, алая кровь брызгами разлеталась по светлому каменному полу, попадала на одежду эльфиек, на их кожу…

А третья, которая главная, как самая настоящая маньячка наблюдала за этим наказанием.

— Хватит!!! — но мои слова словно стенке предназначались.

Я подлетела сначала к одной эльфике и вырвала из её рук кнут, который вдруг, обжёг мою ладонь, словно я коснулась раскалённого железа. Откинула его от себя, как самую настоящую пакость и зло уставилась на женщин.

Другая эльфийка остановилась, прекратив бить девушку.

— Эа! — процедила главная носатая. — Только из-за сегодняшнего события, я не отправлю тебя на нижние этажи! Ты осмелилась не подчиниться нашим правилам, и за твоё непослушание, наказание получили служанки. Лезь обратно в ванную. Эа завершат все процедуры.

— Как вы так можете? — ужаснулась я. — Девушки ведь изранены! Вы до крови их избили! Отпустите их. Пожалуйста. Я сама могу помыться.

— Ещё одно слово, эа, — процедила та, которая была красивой, — и эти служанки лишаться сначала языка, потом губ, затем глаз…

Я тут же залезла обратно в ванную.

— Я всё поняла, — сказала я эльфийкам, глядя на них, как на самых своих злейших врагов. — Простите за мой бунт.

Главная кивнула, и несчастные девушки-служанки принялись меня снова надраивать. Девушки беззвучно плакали. Мне было так их жаль. Невыносимо. Я даже боли не ощущала. Лишь стиснула зубы и сжала руки в кулаки и старалась себя сдерживать, чтобы снова не выбраться из воды и не вцепиться этим остроухим тварям в их глаза и волосы.

После того, как моя кожа натурально кровоточила и горела, девушки начали смазывать меня маслянистым кремом, который при соприкосновением с моей кожей, тут же начинал светиться слабым голубым светом. Я завороженно глядела, как моя кожа тут же заживлялась и становилась невероятно мягкой, и буквально сияла изнутри.

Вот же твари, эти эльфийки. Ведь они могли сказать мне, что после тёрки, будет мазь, которая позволит ранкам зажить и боль вся уйдёт. Но нееет, я же видела, что им было в радость, наказать ни в чём неповинных девушек. Главная носатая знала, что я начну возмущаться. Видимо, такое происходит не впервые. А несчастным служанкам нельзя было рот открывать — иначе, снова наказание.

Глухое раздражение, зудящая под кожей злость и зарождающаяся ненависть — вот что я испытывала, когда эльфийки придирчиво разглядывали меня, когда служанки закончили втирать в мою кожу мазь.

Так и хотелось всем троим плюнуть в их надменные лица.

Но я стерпела.

Потом был массаж — уже с другим кремом, который безумно вкусно пах. Это был самый божественный аромат, который я когда-либо ощущала. Массаж был приятным и другой ситуации, я бы, конечно же, расслабилась, но не сейчас, когда мне делала массаж избитая и окровавленная девушка под напряжённым и внимательным взглядом трёх эльфиеек-надзирательниц.

После массажа, девушки принялись за мои волосы. Тоже смазали чем-то, после просушили их и аккуратно расчесали.

— Эа готова, ирила, — с поклоном, произнесла служанка.

— Уходите, — отправила их носатая.

Эльфийки начали шептаться у софы, где были разложены платья.

Я словно обнажённая статуя, подобно Венере, правда с руками, стояла и ждала очередных улучшений.

* * *

Ариана

Спустя бесконечность, когда меня заставили перемерить все эльфийские наряды, выбор остановили эти ушасто-носатые дамы на совершенно откровенном наряде!

Меня нарядили в лиф, края которого были сшиты из золотых металлизированных лент. Сам лиф, тёмно-бордового цвета идеально обхватил грудь, выгодно подчёркивая мои прелести.

Ткань юбки, цвета крови, в свете пробудившегося солнца, красиво вспыхивала алым огнём. Ткань была очень приятной.

Юбка имела два боковых разреза от самого бедра.

Держалась она на таких же золотых металлизированных лентах… А сверху на ткань юбки ложилось красивое золотое украшение, в виде витиеватых узоров.

Если бы не красные трусы, из такой же ткани, что и юбка, то при ходьбе, я «сверкала» бы своими прелестями. Но даже наличие трусов не добавляло мне радости.

Наряд, откровенно говоря, был слишком развратным, слишком открытым. Но, попробуй тут, возрази, вмиг снимут со своих рук эти гадкие кнуты и опустят их на спину.

— Надень на неё это ожерелье, Силивель, — сказала главная носатая красивой эльфийке.

На шею мне опустилось золотой ожерелье. Это была просто толстая золотая цепочка, выполненная в технике «кобра», если объяснить по земному.

Красиво и с развратным моим нарядом сочеталась.

Амулет мой остался при мне — слава богу.

На руки мне надели два толстых браслета — тоже из золота.

Волосы собрали на макушке и заплели в толстую и красивую косу, в которую тоже вплели золотые украшения.

Остались только ноги. Я думала, мне дадут какие-то туфли или сабо, или, туфли в виде чешек, в которых все девушки обычно ходили, но нет.

Ноги мои оплели золотым шнурком, начиная с большого пальца и практически до самых колен. Как он держался? Понятия не имею. Но зато, это была вся обувь.

Мда…

— Готова, — резюмировала главная эльфийка.

Другая носатая трижды хлопнула в ладоши и в мои покои служанки внесли поднос с едой.

Я с удивлением рассмотрела содержимое подноса и нахмурилась.

Сегодня не было тех изысков, что и обычно. Сегодня меня ожидал поистине царский завтрак — хлеб, да вода.

Когда служанка удалилась, уже красивая эльфийка хлопнула в ладоши и в покои вошла другая девушка, и принесла какое-то чудо-юдо.

Эльфийка забрала из рук служанки странное сооружение, похожее то ли на двухструнную скрипку, то ли я не знаю, что это, и коварно улыбнулась.

— Повелитель любит слушать музыку. Это эарху — музыкальный инструмент. Ты должна будешь скрасить сегодняшний вечер игрой на эарху.

Чего? С дуба рухнули?

— Но я не смогу. Я не умею играть на этом. Да я впервые вижу этот музыкальный инструмент!

Все три эльфийки гадостливо улыбнулись и главная носатая произнесла:

— Сегодня особый день, эа. Повелитель Териас Аш Аран выберет новых наложниц. Те, кто ничего не умеют и не понравятся ему, он отправит либо на потеху своим воинам, либо… — эльфийка улыбнулась шире. — Либо на женские бои.

Мои брови взлетели вверх от удивления.

— Бои? Вы серьёзно?

Эльфийки хмыкнули.

Красивая, которую звали Силивель, кивнула на инструмент, который они положили на стол и сказала:

— Когда солнце сядет, за тобой придут, эа.

А какого чёрта меня нарядили сейчас?! — разгневалась я.

Когда все ушли, я со злостью уставилась на странный инструмент.

Он представлял собой двухструнную скрипку. У неё внизу был прикреплён цилиндрический резонатор, снабжённый мембраной из коричневой кожи. Никакого смычка не наблюдалось.

Взяла в руки это чудо местного музыкального искусства. Приспособила в руках, словно маленькую гитару и ударила пальцами по струнам…

Чтобы тут же чуть не оглохнуть.

— Мать моя женщина… — простонала я. Откинула от себя этот инструмент и зажала уши руками.

Жуткий визг, пульсирующим эхом минуты три мучил меня, а когда затих, я выдохнула и покачала головой.

На этом кошмаре мне явно играть не стоит.

Но чёрт, на бои я тоже не хочу, как и на потеху к воинам.

Посмотрела на себя в зеркало, крутанулась на пальцах.

Играть на музыкальных инструментах я не умею, но зато, я работала в цирке.

Акробатика — моё призвание.

Мне есть, чем удивить Повелителя.

Хотя… Ещё нужно на него посмотреть.

Глава 2

* * *

Ариана

В моей голове играла музыка, я отсчитывала свой собственный ритм и танцевала по велению чувств восточный танец…

Музыка, что звучала только во мне, как волшебный и золотой бальзам, могучей и исцеляющей рекой струилась по жилам, проникала в самые дальние уголки моей души.

Я представила, как это было в цирке, что я в свете яркого светового луча, танцую, хоть сейчас и не парю под куполом цирка, но на меня смотрят с замиранием сердца благодарные зрители. И сегодня, моими зрителями станут настоящие эльфы. На меня будет смотреть истинный правитель тёмных эльфов, и я могу его покорить, пленить, взбудоражить его душу и экзотическим вихрем унести его в мир сказок тысячи и одной ночи…

Каждой клеточкой своего тела я чувствовала ритм исполняемого танца…

Я представила, как с улыбкой встретит меня тёмный эльф, и я сведу его с ума под ритмы своего восточного танца.

Я танцевала так, словно за мной наблюдал сам Повелитель.

А вдруг?

Когда он увидит меня, то я чарую его, как истинное пламя огня. Мои изгибы взволнуют его воображение. Взглядом я пообещаю ему наслаждение.

Мои движения были изящны и плавны, но внутренний ритм резко меняется, став чуть жёстче и откровенней. Добавляю в свой танец красивые трюки. Взмах рук, выдвинутая вперёд маленькая ножка, последние движения живота…

Финал.

Остановилась, глядя на себя в зеркало и улыбнулась.

Здесь должны прозвучать либо аплодисменты, либо меня встретит оглушительное молчание, потому что зрители всё ещё будут находиться во власти чар моего танца…

Выдохнула и снова улыбнулась своему отражению.

Потом расправила мягкие складки своей юбки цвета рубинового вина и потеребила золотую цепочку на шее.

Приблизилась к зарешотчатому окну (как на режимных объектах) и посмотрела на пейзаж, который надоел мне до оскомины: изумрудная трава, ровно подстриженная и залитая солнечным светом, и редкие пятнышки ярких цветов. Лёгкий ветерок не нёс с собой никакой подсказки, он приносил один лишь запах свежескошенной травы. Во рту у меня пересохло и я села за стол, чтобы выпить воды и съесть свой невероятно щедрый завтрак.

Ну что ж, и на том спасибо.

Съев всё и не оставив даже ни крошки, я с ногами забралась на софу и загрустила.

Ах, если бы я могла вернуться домой…

* * *

Как я попала в новый мир

Моим домом был цирк, моей семьёй — труппа. И я по ним очень скучаю.

А они?

Ищут ли меня? Переживают? Или попечалившись несколько дней, нашли мне замену и забыли о невысокой девушке Ариане?

Жизнь в цирке не самая лёгкая, и не каждая девушка смогла бы пережить все тяготы подобного искусства. Но у меня было другое мнение на этот счёт. Я жила цирком, я им дышала. Я обожала полёты на трапециях, на лентах и танцы в воздухе. Когда я выходила на сцену, я будто рождалась вновь.

А в остальное время я читала. Зачитывалась книгами про другие миры.

Я мечтала, что могу и сама оказаться в ином измерении, познакомиться с волшебными существами и встретить там свою любовь. Почему-то я мечтала оказаться среди эльфов. Они казались мне мудрыми, красивыми и самыми лучшими, идеальными и прекрасными существами во всех возможных мирах. В такие моменты, время для меня казалось, замедлялось, и я просто тихонько плыла по течению.

А когда наступало время тренировок или выступлений, я, словно проснувшаяся от долгого сна птица взмывала под купол цирка. И там, возле небес, я парила, раскрыв свои крылья, полная жизненной энергии и счастья.

А потом овации, цветы, восхищение…

Я скучала по всему этому.

Вздохнула.

Никогда бы я не подумала, что моё глупое, вот да, воистину глупое желание исполнится.

В тот злополучный день вся наша труппа отправилась на пикник. Мы жарили вкусное мясо, пили вино, слушали музыку, танцевали и радовались единению с природой.

За мной ухаживал директор цирка — молодой и амбициозный Валерий. Высокий и хорошо сложенный мужчина, и ухаживал красиво…

Но не лежала у меня к нему душа. Не могла я представить себя рядом с ним. Да и в принципе, парни, а потом и мужчины были все не те. Я ждала своего принца, свою любовь, чтоб взглянув на него, меня пронзила бы стрела любви, но пока, этого не происходило. Но я продолжала верить и ждать.

Мои отказы Валерий не особо воспринимал всерьёз. И в тот злополучный день, напившись, ему приспичило признаться мне в любви весьма своеобразным способом — завалить меня на осеннюю траву и показать, насколько он прекрасный любовник.

Я девушка хоть маленькая и хрупкая, но это лишь с виду. Прожив до совершеннолетия в детском доме, я научилась стоять за себя. А если учесть, что моё тело, было натренированным и сильным, то получается гремучая смесь.

Мои крики и слово «нет» он игнорировал и тогда…

Удар ребром ладони в горло, а затем для закрепления результата и доходчивости моего отказа, ещё и удар коленом в пах — и противник, поверженный хрупкой девушкой, корчится от боли на сухой листве.

— Ду… ра-а-а… — прохрипел горе-жених и я вместо того, чтобы вернуться к друзьям или поговорить со своим, наверное, уже бывшим директором, бросилась вглубь леса.

Мне хотелось побыть одной, совсем недолго.

Помню, как у меня тряслись руки, а в голове стучала паническая мысль, что этот мой поступок, мой отказ навсегда разлучит меня с этим любимым цирком.

Я брела по золотому лесу, пиная ковёр из ярких листьев, и размышляла, и вспоминала.

Я выросла в детском доме, и слово «семья» мне незнакомо. Родительской ласки и любви не удалось мне узнать.

«Может быть, именно поэтому, я не умею любить и не умею принимать любовь?»

Меня совсем малюткой подкинули на крыльцо полицейского участка (в то время, ещё участка отдела милиции).

Маленький свёрток с младенцем нашли представители закона и записку: «Её имя Ариана».

На этом всё.

Хотя нет — у меня была врождённая необычная особенность — уши.

Мои ушки были чуть заострённые, отчего в детском доме меня наградили кличкой «эльф», а в подростковом возрасте, меня дразнили уже по-другому — «ушастая».

Было очень обидно и неприятно осознавать, что я хоть немного, но отличаюсь.

И только тогда, когда я начала работать в цирке, вопреки уговорам друзей, всё же сделала несложную операцию — мои ушки стали такие же, как у всех людей.

Это сейчас я усмехаюсь и думаю, что не сделай я тогда операцию, в данный момент, сошла бы за свою среди эльфов.

У них ведь уши тоже были заострённые, похожие на древесный лист, а не длинные ослиные, как любят изображать в фэнтезийных мирах.

Вздохнула и подумала: «А быть может, я на самом деле не человек, а эльфийка?»

И представила, как меня родители, спасая от чего-то или кого-то злого, перенесли в чуждый мир.

Нахмурилась от данной мысли и тряхнула головой.

Нет, не хочу такого. Мне проще было думать и считать, что мои родители были или какие-то малолетки, или же алкаши-неудачники. Так проще, нежели считать, что родители были нормальные, хорошие и добрые, и лишь горе послужило причиной оставить меня одну.

Мои невесёлые мысли в тот день завели меня довольно далеко в лес.

Я заблудилась.

Пытаясь вернуться, я наткнулась на необычное большое сооружение.

Посреди леса?

Огромная арка из какого-то серого камня, покрытого зелёным мхом, мерцала в центре блеклым сиянием.

И туман.

Из арки стелился и клубился белый туман, расползаясь по осеннему лесу.

Я долго глядела на это чудо, а когда туман коснулся моих ног, я задрожала и ощутила угрозу.

В воздухе витал какой-то странный едкий запах, мешающийся с запахами леса.

Мои инстинкты буквально исходили криком, требуя, чтобы я прямо сейчас развернулась и бросилась бегством отсюда — и немедленно!

Но… если я уйду, то не узнаю, что там. Что кроется за этой аркой?

«А вдруг, там меня ждёт чудо?»

Истерично рассмеялась про себя. Двадцати пятилетняя девица, а всё ещё нахожусь во власти своих мечтаний и грёз! Смешно!

«Но ведь, я ЭТО вижу».

Вижу и мерцание, и странную арку.

С трудом, но всё равно совладав с инстинктами, я заставила себя сделать шаг вперёд по направлению к арке.

А потом, набравшись храбрости, сделала ещё несколько шагов вперёд, оказавшись полностью укутанной туманом, словно коконом.

«Ничего, всё хорошо. Ещё один шаг, теперь ещё один и ещё…»

И я уже в центре огромной арки и пока всё просто отлично.

От этой мысли мне полегчало на душе, и страх, от которого подгибались колени, улетучился. Я уверенней двинулась вперёд. Нахлынувшее облегчение сделало меня легкомысленной, потому что, сделав ещё несколько шагов, неожиданно меня ослепило невозможно ярким светом, оглушило свистом, разрывающим барабанные перепонки, а затем и мозг.

А потом случился полёт.

Мои ноги потеряли опору, и я полетела вниз!

Отсутствие воздуха.

Беззвучный крик и парализующий душу и тело животный страх.

Но вскоре, яркий слепящий свет сменился темнотой.

Сознание покинуло моё умирающее тело…

* * *

Разбудили меня странные голоса и незнакомая речь.

Разлепив, налитые, словно свинцом веки, я с трудом, но всё же, сфокусировала взгляд и смогла различить мужские лица и слабо улыбнувшись, пробормотала:

— Я жива… Жива… Помогите мне… пожалуйста… вернуться домой… Меня, наверное ищут…

— Аль сали эльяни эа! (пер. Какая необычная эа!)

— Ароэоельс ха ми зантраш. (пер. Красивая, хоть и одета странно).

— Нэсста. Ах марах эа, саан. Ай ми стэрс. Каэянам онес хи эа, роильджи морэ кхэ Ксилтара. (пер. Дурни. Похоже, что маленькая эа сбежала. Но нам лучше. Заменим её на ту эу, что вчера умерла и продадим в гарем Повелителя).

— Уэст. Аста виялдра ханзас тэ. (пер. Хорошо. Нужно её быстро подготовить к продаже).

— Я… не понимаю…

Мне помогли подняться с земли. Я находилась в лесу, который был не те лесом, из которого я пришла.

Этот лес был зелёным. Лето царило в этом лесном царстве.

А ещё арка.

Её больше не было.

Когда я сделала несколько шагов, придерживаемая под руки мужчинами, то вдруг, моя голову внезапно закружилась. Желудок свело так, что ещё один шаг, и он просто бы взорвался. Казалось, при малейшем движении, меня вырвет. Мои ноги подкосились, и один из мужчин подхватил меня на руки, продолжая что-то говорить на неизвестном мне языке. Сосредоточившись на дыхании, тошнота постепенно меня отпустила.

Я думала, что мне помогают, но оказалось, я попала в руки работорговцев.

Мне повезло в одном — меня продали во дворец Повелителя тёмных эльфов, когда как других девушек, порой ждала более незавидная судьба…

Глава 3

* * *

Ариана

За мной пришли эльфийки и служанки, когда солнце село.

Я не хотела брать музыкальный инструмент, который при игре издавал такие чудовищные звуки, но увидев испуганные глаза девушки-служанки, во избежание повторений тех истязаний, что произошли во время моего мытья, под внимательными взглядами эльфиек, точно ядовитую змею, я взяла в руки инструмент и получила одобрительный кивок.

Дверь за мной закрыли, словно отрезая путь возвращения в эти покои. Мы оказались в коридоре, по которому я каждый день шла, следуя за эльфами-конвоирами для выгула в сад. Белый коридор был освещён серебряными магическими светильниками, выполненными в виде белых цветов, и выложен чистейшим белым камнем, какой мне только доводилось видеть. Камень был похож на земной мрамор, и в бликах магического света красиво сиял.

Эльфийки неспешно скользили по холодному камню. Их движения сопровождались лишь шуршанием шлейфа по белоснежному полу. Мои ноги, украшенные лишь золотой лентой, чувствовали ледяной холод камня. Хотелось поджать пальчики и скорее обуться.

Я буравила спины высоких эльфиек.

Женщины двигались неспешной, даже ленивой походкой, слегка покачивая узкими бёдрами.

Я совсем немного общалась с эльфами, но наблюдая за ними, в особенности, когда шли тренировки среди мужчин (когда я тайком подглядывала), поняла одну истину — эльфы уважали магию и силу. Те, кто обладал магией, устанавливал свои правила, обязательные для всех, кроме них самих. Те же, кто магией не обладал, были вынуждены подчиняться правилам, установленным другими.

Знакомо?

Миры разные, а правила до невозможности схожие.

Магия в этом мире была у эльфов. Людей же, к сожалению, природа не наделила этими прекрасными способностями.

Правила, которые установили эльфы, делали людей их собственностью — попросту говоря, вещью.

Я не знаю, есть ли в этом мире другие расы, но исходя из тех данных, что я смогла узнать — моё положение было весьма удручающим. Одна надежда, что Повелитель сделает меня своей наложницей, хотя, если честно, не очень-то и хочется.

Но лучше так, чем предположить, что меня ждёт будущее женщины для утехи воинов Повелителя Териаса или же развлечением на кровавых женских боях. Это было равносильно предчувствию поражения. А я не проиграю.

Мы пересекла внутренний дворик с садом, где обычно нас, девушек, выгуливали. Пол дворика, как и обычно, был застелен травяным ковром. Мои босые ноги беззвучно ступали по мягкой траве.

Мы вышли за пределы сада и я, наконец-то, увижу новый интерьер или пейзаж.

Самым неожиданным было, что передо мной раскинулись настоящие джунгли — казалось, что растения поднимаются прямо из каменного пола. Я восхищённо ахнула.

— Как же красиво…

Эльфийки никак не отреагировали.

Я с любопытством и радостью ребёнка крутила головой, рассматривая всё вокруг.

Подняла к вечернему небу лицо и грустно улыбнулась — сверкающая россыпь звёзд, словно бы весело мне подмигивала. Две луны — одна чуть больше, другая совсем крошка, ярко светили, освещая этот божественный сад.

Загадочный и притягательный мир эльфов…

Невероятно красиво…

Мы прошли эту красоту и оказались в другом внутреннем дворике — в другом крыле, как поняла я.

Мы вошли внутрь дворца, который в этой части был невероятно прекрасен.

Здесь был каменный мозаичный пол с узором из нежных цветов.

Небольшие каменные фонтаны приятно журчали.

Восхитительной красоты люстры сияли магическим светом, радуя своим хрустальным богатством.

Мы приблизились к огромным закрытым дверям, которые мерцали, и казалось, будто двери были сотканы из света, — серебряные узоры медленно переливались всеми цветами радуги.

Это жидкое сияние завораживало.

Вход охраняли хорошо вооруженные здоровенные эльфы.

Эльфийки синхронно сложили пальцы в некий символ, и охрана тут же отворила перед нами магические двери.

* * *

Ариана

Это был зал для развлечений и представлений. Другими словами я назвать его не могу.

Стены обиты сияющими гобеленами, с подвижными изображениями на них танцовщиц; девушками, играющих на музыкальных инструментах и одетых в минималистичные одежды; даже любовные утехи тут были изображены.

Сам воздух был напоен сладким ароматом, словно кто-то неуклюжий разлил тонну духов.

В центре зала на помосте, словно на сцене, среди раскиданных подушек расположились знакомые мне девицы — будущие наложницы, либо игрушки для воинов, или — кто-то сегодня отправится на кровавые бои. Этих девушек я встречала каждый день на прогулке.

Я поняла, что моё одеяние было самым целомудренным, когда, как их наряды можно было назвать разве что украшением.

Именно к этой сцене меня и вели эльфийки.

— Мы пришли, эа, — сказала одна из них и кивком головы указала мне подниматься наверх.

Приподняла одной рукой свою юбку и взошла по каменной лестнице на помост.

Девушки встретили меня хмурыми взглядами, но две из них пододвинулись, давая мне возможность тоже сесть на мягкие подушки.

Я заметила, что ни одна из них не держала в руках какой-либо музыкальный инструмент. Только я одна была удостоена чести играть на этом эльфийском кошмаре.

«Плохо…» — подумала мрачно.

Села рядом с другими девушками и огляделась внимательней.

Эльфийки, что привели меня — ушли.

Сам зал был пуст, не считая нас с девушками и слуг, которые завершали последние штрихи — поправляли тарелки с фруктами; придирчиво рассматривали хрустальные кубки для напитков; взбивали подушки и выполняли прочие хозяйственные мелочи.

Ещё были музыканты, которые настраивали свои инструменты. Я их не сразу заметила, так как они находились на балконе за сияющей занавесью, которая не пропускала звуков.

С потолка струился мягкий янтарный свет.

Яркие диванные подушки, грудами были свалены вдоль стен на низких диванах, у которых стояли ряды столиков с щедрыми угощеньями.

Кроме скудного завтрака, во рту у меня сегодня больше ничего не было и, глядя на эти потрясающие яства, мой желудок громко заурчал, чем привлёк возмущённые взгляды девушек.

Улыбнулась им и пожала плечами.

И тут, мой взгляд упал на самое главное место в этом зале — трон.

Он намерено находился в тени, в конце зала и на возвышении — напротив сцены.

Я попыталась рассмотреть обивку. Кажется, она имела винно-красный оттенок.

Вдруг, раздался приближающийся смех и голоса — двери отворились и в зал с царским величием вошли гости — все эльфы.

Мужчины, женщины, кто поодиночке, кто-то парой. Они смеялись, громко разговаривали и рассаживались, видимо, на свои, уже законные места и бросали заинтересованные взгляды на сцену, где находились мы с девушками.

Стало очень неуютно и неприятно. Нас рассматривали как зверушек и шептались, и морщили свои носики и носы, кривили губы, бросали презрительные взгляды — одним словом, нас не считали равными себе.

Многие девушки скукожились от страха и волнения, некоторые, наоборот, гордо выпрямились, демонстрируя себя, как настоящий товар.

А я разглядывала гостей.

Многие девушки-эльфийки имели бледно-золотые волосы, распущенные или собранные в высокие причёски, и украшенные венками из свежих цветов или из драгоценных камней. Нежно-бронзовый цвет кожи, по-детски распахнутые голубые или зелёные глаза, острые ушки с наконечниками из драгоценных металлов, и высокие, стройные фигуры. Да, эльфийки не обладали пышностью бёдер, высокой и полной грудью, как человеческие женщины. На Земле эльфийки стали бы идеальными моделями — высокие, худые, плоские. Настоящие вешалки. А вот мужчины были все как на подбор — высокие, очень сильные, настоящие бруталы. В основном, брюнеты, но были и рыжие, блондины и даже русые.

Все эльфы были празднично одеты в свои самые лучшие наряды — яркие, дорогие, украшенные каменьями и магическими узорами.

Я посмотрела на своих соседок. Все мы были просто вопиюще противоречивы стандартам эльфиек. Девушки здесь были в основном блондинки и рыженькие. Одна была жгучей брюнеткой. У меня же волосы имели каштановый оттенок. Наши фигуры были стройными, но не худощавыми, как у эльфиек. А у меня, так и вовсе имелась пышная грудь, несмотря на тот факт, что я гимнастка, и красивой формы пятая точка. Тонкая талия, которая подчёркивала мою фигуру «песочных часов». А ещё — невысокий рост. Я разительно отличалась от эльфиек.

Гости смеялись и обсуждали сегодняшний праздник и делали ставки, кого из нас выберет Повелитель, а кого отправит на бои.

Почему-то меня несколько эльфов отправили на арену.

Брррр…

Упаси Боже.

Но вдруг, разговоры все стихли, и образовалась оглушающая тишина.

Я перевела взгляд на трон, который уже не находился в тени, а был подсвечен мягким светом.

Позади трона я увидела охрану.

Тишина не нарушалась ни единым звуком. Все затаили дыхание, как вдруг… полилась музыка — напряжённая, громкая, похожая на гимн.

Все гости поднялись со своих мест и склонили в своём почтении головы.

Вошёл ОН.

* * *

Ариана

На пороге стоял ОН — Териас Аш Аран, Повелитель тёмных эльфов. Могучий, суровый мужчина. Энергия и магическая сила, которого, невероятно ощущалась на коже. Его сила давила и заставляла опустить голову вниз. Но я, противясь этому желанию, во все глаза смотрела на этого невероятного мужчину. Едва ли не раскрыла рот.

Повелитель был одет в бело-золотые одежды. Белоснежный камзол, с золотой вышивкой не имел не единой складки или морщинки.

Короткий золотой полуплащ наброшен на одно плечо.

Облегающие сильные ноги белые брюки были заправленные в высокие сапоги из мягкой, тоже белой кожи.

Золотая нить сверкала вдоль рукавов камзола и по швам брюк.

Одна рука Повелителя покоилась на кожаном кушаке, другая — на инкрустированной драгоценными камнями рукояти меча…

Его длинные белые волосы сияли в лучах магического освещения, большими волнами они струились и спадали по могучим плечам, затянутым в камзол и по широкой спине…

Острые уши были украшены золотыми наконечниками с инкрустацией из ярко алых камней по краю. Ястребиное лицо Повелителя было непроницаемо спокойным. Он знал, какое впечатление производит на окружающих и знал, что он крайне опасен и силён.

«Боже…»

Он двигался как дикий и опасный зверь, плавной скользящей походкой. Энергия и изящество, готовое в одно мгновение взорваться неудержимой силой…

Глава 4

* * *

Ариана

Эльф медленно, но величественно прошествовал к своему трону и также величественно занял своё царское место.

Он небрежно взмахнул рукой и все подданные — ирилы и ар’ирилы, опустились в свои ложи, но говорить и что-либо делать, не смели.

Тут же, из-за трона вышел худощавый, сгорбленный и весьма некрасивый ЛЫСЫЙ! эльф, разряженный в бело-золотые одежды, как и сам Повелитель и хорошо поставленным голосом, заговорил:

— Повелитель тёмных эльфов и эа, Владыка Териас Аш Аран, сын Арана, Властитель Мира и Властелин царств иноземных, Предводитель тёмных эльфов и эа, наследник Арана Аш Хасума, защитник всех городов, Великий Правитель над всеми Правителями, брат Светила дневного и ночного, внук и наместник Богов, несравненный и никем непобедимый воин, владетель ценнейшего семени, неотступный хранитель жизни и смерти, справедливый судья, надежда и утешитель, устрашитель и великий защитник всех тёмных эльфов и эа, повелевает: церемонию отбора наложниц начать!

Тут же снова заиграла торжественная музыка.

От титула Повелителя Териаса я даже немного подвисла, чуть не открыв рот. Повелитель явно от скромности не помрёт.

Пока музыка играла, к нам тут же подбежали какие-то эльфийки в развевающихся ярких одеждах (откуда только выползли) и, торопя нас, хватая за локти и даже ноги, спустили с подиума и рассадили вокруг сцены, словно мы были куклы. Вокруг сцены находился широкий плоский круг-обруч, на который нас усадили. Обруч был поделён на секции.

Как я поняла, этот механизм будет крутиться, словно рулетка и нас по очереди будут выбирать, исполнять какой-то номер?

Пока я думала, эльфийки низко поклонились и, не поворачиваясь спиной к своему мега-крутому Владыке, который там всеми повелевает и всех защищает, но при этом и устрашает и, пятясь, удалились из зала прочь.

Музыка стихла, гости выжидательно дышали и нетерпеливо глазели на нас, предвкушающе улыбаясь.

Горбун, смешной походкой, словно гусь, доковылял до нас, оглянулся на Повелителя и после его разрешающего кивка, прыгнул, будто сайгак на чуть выступающий в полу квадрат, и наш обруч тот час пришёл в движение.

«Значит, я была права», — подумала мрачно, одной рукой сжимая музыкальный инструмент, а другой, ухватилась за край круга.

Словно на карусели мы сделали три оборота и обруч остановился.

Я оказалась прямо перед горбуном, который улыбнулся и издевательски мне поклонился.

Я глядела в ответ на него и не понимала, что, это значит выбор пал на меня?

Но что делать?

— Юная эа, — он протянул мне руку с кривыми и узловатыми пальцами.

А я, ощущала себя странно, словно я Алиса и попала в Зазеркалье и сейчас прибежит ещё кролик, Шляпник и мы все вместе сядем пить чай.

На самом деле, мне было очень страшно.

Вложила свою ладошку в руку эльфа-горбуна и он, сжав мою ладонь, чуть потянул на себя.

— Юная эа, будет играть для своего Повелителя на магическом инструменте — эарху! Редкий инструмент, редкая музыка, и тем более, редчайшая возможность встретить того, кто приручил столь коварный и сложный инструмент! Нам сегодня повезло! Прошу вас, юная эа. Поразите прекрасной музыкой своего Повелителя и тогда, вы, возможно, окажетесь среди его самых любимых наложниц…

«Засада…»

Горбун провёл меня на сцену и ушёл, оставив под любопытными взглядами.

Я глядела прямо — туда, где сидел великий мужчина этого мира — Повелитель Териас.

Он смотрел на меня, весьма скучающим взглядом…

Я тут же спохватилась и склонилась в глубоком реверансе. Алая юбка мягкими складками легла вокруг. Символично, но я будто опустилась на колено в лужу собственной крови.

Приподняв голову, увидела, что эльф чуть улыбнулся — едва заметно и взглядом дал понять, что мой поклон принят.

Поднялась на ноги, прижимая к себе проклятую эарху и не спешила играть.

Моя грудь высоко вздымалась, сердце в груди билось так, что казалось, сейчас разломает мне рёбра. Душа дрожала, и какой-то первородный страх ядовитым веществом разливался по венам, парализуя.

Прикрыв на мгновение глаза, я сделала глубокий вдох, а потом, шумный выдох. Набравшись смелости, заговорила:

— Прошу меня простить, Великий Повелитель всех миров, но сегодня вместо игры на эарху, я исполню танец, который, я очень надеюсь, понравится вам… И я…

— Дерзкая эа! — воскликнул эльф-горбун.

Но Териас поднял вверх ладонь, призывая его замолчать и кивнул.

* * *

Ариана

Развернулась вполоборота в сторону оркестра и громко произнесла:

— Прошу вас, маэстро, мне нужна мелодичная музыка…

Музыканты переглянулись и выжидательно посмотрели на своего Повелителя.

Последовал очередной величественный кивок его венценосной головы, и тут же заиграла музыка.

Я сделала неполный круг носком по полу — «деми ронд»* и на мгновение замерла, чтобы начать свой танец.

Заждавшиеся зрители встретили мою позицию жиденькими аплодисментами. Напряжённая, точно струна, я мысленно пожелала себе удачи.

Музыканты завели жалобную и тягучую мелодию, и я начала свой танец.

Скользящие движения, изгибы тела, изящные шаги и лёгкие прыжки. Мои эмоции все в танце, рассказывала зрителям о себе молча, музыкой и плавными движениями.

Начинала я с невинных движений, с каждым новым вздохом, раскрепощаясь и забывая обо всём. Музыка меня вела…

Танцуя, я слышала шумные вздохи, которые издавали мужчины на каждый мой новый элемент, и я буквально кожей ощущала их нарастающее желание.

Но мне были не важны эти зрители — сегодня я танцую только для одного мужчины…

Плавные вращения бёдер — обещание счастья…

Зовущий жест руки, и Повелитель видит, как пылает в моих глазах огонь…

Жалобно пели музыкальные инструменты, похожие на флейту, тихо рокотали барабаны, и плакали струны…

Мои откровенные позы, сменялись, манили и обещали…

Моё сердце сильнее забилось, когда я увидела живой интерес Повелителя.

Мне казалось, что на этой планете, в этом мире, были только я и тёмный эльф… Все остальные зрители для меня навсегда исчезли, просто растворились.

От макушки до пальчиков ног я была подобно змее и глядела в его глаза, не разрывая связь. Я словно под дудочку Повелителя, извиваясь, страстно танцуя, выбиралась из мешка, как делает это опасная кобра… И вдруг, резкий поворот, прогиб и напоследок, изящное сальто назад…

Музыка и мой танец, словно сговорились и одновременно завершились.

И тут же, не мешкая, я склонилась на сцене перед Повелителем, зал наполнился оглушающей тишиной.

Все ждали слово своего Повелителя.

Я кожей чувствовала напряжение, висящее в воздухе этого зала.

— Ты можешь встать, прекрасная эа, — прозвучал бархатный, густой и невероятно мягкий голос, словно пушистый мех коснулся моей обнажённой кожи.

Я вздрогнула.

Голос у Повелителя Териаса оказался невероятным, магическим.

«Он назвал меня «прекрасной эа»! Значит, всё хорошо?» — возликовало моё сердце.

Я повиновалась и поднялась. Гордо выпрямившись во весь рост, я не стала покорно склонять вниз голову. Вместо этого, вздёрнула гордо подбородок и взглянула прямо в магические, невероятно яркие тёмно-синие глаза эльфа.

— Какая огненная эа впорхнула в мой дворец, — хмыкнул эльф. Его чувственные губы растянулись в довольной улыбке. — Мне нравится твоя дерзость. Как твоё имя, эа?

— Ариана… — произнесла я и добавила: — Повелитель…

— Это был танец обольщения, Ариана? Ты желаешь меня обольстить?

На самом деле, моя цель — это найти способ вернуться домой… Но ответила я совершенно другое:

— Я желаю служить вашему удовольствию, Повелитель…

Гости-эльфы с удовольствием слушали наш интимный разговор, словно смотрели занимательный спектакль. И как это низко, что Повелитель позволяет всем этим напыщенным остроухим присутствовать здесь. Он выбирает себе женщин, но всё выглядит как представление, обыкновенное шоу…

— Уведите её, — приказал Повелитель и небрежно шевельнул пальцами.

«Скоро увидимся, маленькая эа…» — раздался шёпот Териаса у меня в голове, когда как сам мужчина молчал и уже не смотрел на меня.

Он маг — не стоит об этом забывать…

К сцене подошёл эльф-горбун и поманил меня вниз.

Спустившись, ко мне тут же подбежали эльфийки и, подхватив под локти, повели прочь из зала.

Я обернулась и увидела, что шоу продолжалось…

* Demi rond — (деми ронд) — неполный круг, полукруг (носком по полу, на 45°, 90° и выше). (Прим. Автора).

* * *

Ариана

Я думала, что крыло, в котором жила, роскошное. Но я ошиблась.

Эльфийки вели меня по коридорам, которые были настолько прекрасны, что даже описать словами не смогу.

Фантазия художников меня поражала. Настолько великолепно творить, могут лишь истинные гении.

Узоры на стенах и потолках, словно жили своей жизнью. Ясно, что это была магия, но какая!

Я бы с удовольствием исследовала дворец, любуясь его дивными красотами.

Меня проводили в широкие покои, которые явно принадлежали самому Повелителю. Или, быть может, это была комната для развлечений?

Стража без вопросов открыла перед нами тяжёлые двухстворчатые двери.

Мы вошли внутрь и я вновь поразилась красоте помещения. Толстые красочные ковры на каменном полу, блестящие магические светильники, мебель из дерева, выделанная искусными мастерами, яркие ткани повсюду: подушки, портьеры, покрывала, обивка мягкой мебели, гобелены…

Эльфийки указали мне на портьеры, за которыми скрывалась ещё одна дверь.

Эта дверь, как оказалось, вела в ванную.

Очень красивая, светлая и живописная большая ванная комната с маленьким бассейном, наполненным ароматной молочной водой. От воды исходил жаркий пар.

«Неужели, это и правда, молоко?»

— Здесь моются женщины Повелителя, — пояснила эльфийка. — По своим нуждам и после того, как побываешь в объятиях Повелителя, ты должна идти в эту комнату.

— А Повелитель где моется? — полюбопытствовала я.

— Ты не должна задавать никаких вопросов, эа. Слушай меня внимательно и запоминай, что тебе говорят.

Пожала плечами.

«Подумаешь…»

Эльфийки, больше не говоря ни слова, принялись меня раздевать!

— Эй, эй! — воскликнула недовольно, не позволяя им стянуть с меня наряд. — Я и сама могу раздеться и помыться.

Снова стать жертвой металлических мочалок мне вот совершенно не хотелось.

— Эа, тебя выбрал Повелитель, чтобы скрасить с тобой целую ночь. Тебе выпала честь быть первой среди остальных девушек, кого он сегодня, возможно, выберет. Если ему понравятся твои ласки и умения, то, быть может, он сделает тебя своей наложницей. Ты должна ждать Повелителя без этих одежд, эа, в его постели — чистая, благоухающая и готовая подарить ему радость.

Я буквально скисла.

«Может, мы просто с ним уснём? Спина к спине? Ну-у-у, я ещё могу рассказать ему сказку или сделать массаж…»

— Не стоит сердить Повелителя, эа, — произнесла другая эльфийка.

Я вздохнула и кивнула, позволяя им снять с меня всю одежду.

Эльфийка забрала мои волосы наверх, крепко заколов их каким-то затейливым приспособлением.

«Интересно, а намывали меня перед выступлением с какой целью? Повелитель всё равно не подходил к нам и не обнюхивал на наличие несвежести тела…»

Как будто, кто-то мне ответит, если я задам этот вопрос.

Оставшись обнажённой, прикрываясь руками, я медленно и аккуратно спустилась по ступенькам в молочный бассейн.

Эта субстанция оказалась густой и очень приятной. А ещё потрясающе пахла.

Я поглядела в сторону эльфиеек.

К моей радости, они сложили мой наряд в один из сундуков, что стройным рядком стояли на полках в темноте одной из многочисленных ниш.

Улыбнулась про себя.

Тереть они меня не стали, а лишь дали указание посидеть в ароматной молочной воде.

По моим ощущениям, минут через пять они приказали мне выбираться из потрясающего бассейна. А потом, в четыре руки довольно агрессивно натёрли меня чем-то вкусно-пахнущим.

После водной процедуры эльфийки отворили ещё одну дверь (потайную) и под локотки затащили меня внутрь (хотя я и не сопротивлялась).

Помещение оказалось спальней.

— Это спальня, в которой Повелитель проводит свои ночи с наложницами, — произнесла эльфийка, подтверждая мои мысли.

Значит, во дворце, есть ещё его личная спальня.

— Ты должна ждать его на этом ложе, эа.

Я промолчала, хотя хотелось сказать что-нибудь едкое.

«Это всё страх», — решила я, стараясь взять себя в руки и не поддаться истерике.

Мне было очень страшно, но даже страх не помешал мне насладиться красотой этой спальни греха.

Комната уступала размерами гостиной, но интерьер был выполнен в том же стиле. Самым главным атрибутом выступала огромных размеров кровать — она стояла на возвышении и была выполнена из очень красивого полированного дерева. Над кроватью распустился пышный балдахин из тяжёлой блестящей ткани тёмно-красного цвета, расшитый золотой нитью.

А в центре спальни с гордостью красовался выложенный разноцветным камнем, очаг, в котором сейчас не гудел огонь, и не трещали весело дрова.

Эльфийки распустили мне волосы, расчесали, а потом, снова как куклу, подхватив под локотки, дотащили меня до кровати.

Мне пришлось забраться под одеяло и вытянуться на прохладных простынях.

Матрас был очень мягким, словно перина, а подушки так и молили заснуть на них.

Меня укрыли одеялом, подоткнув его так, что получился кокон.

— Будь покорной, эа, — посоветовала мне одна эльфийка.

— Будь ласковой, — сказала другая.

— Молчи и просто выполняй желания и приказы Повелителя, — снова дала совет первая эльфийка.

— Ты должна лежать неподвижно и ждать, когда Повелитель придёт, — «обрадовала» меня вторая.

— А если не придёт? — спросила у них.

Пожелания лежать в кровати без движений и тупо ждать мужчину, хоть он и Повелитель эльфов, как-то меня не вдохновляли и радости не прибавляли.

— Придёт, эа. Просто лежи и жди.

«Ага, разбежалась».

Эльфийки задёрнули балдахин. Сразу стало темно — абсолютно ничего не видно.

Я прислушалась.

Кажется, они убрались отсюда.

Ну, наконец-то.

Я какое — то время полежала на кровати, прислушиваясь к тишине комнаты и слыша только, как колотится моё испуганное сердце.

Выждав примерно минут двадцать, я выбралась из плена душного одеяла. Потом распахнула тяжёлую ткань балдахина, впуская свет и воздух, и почти бегом, направилась в ванную.

Достала из сундука свой наряд.

Надела трусы, потом лиф. Пыхтя и ругаясь, кое-как справилась с юбкой, а точнее, со сложным замком на ней.

Обматывать ноги теми золотыми лентами не стала. Всё равно ведь босиком, что с ними, что без них.

Привычным движением рук свернула волосы в жгут и собрала их в тугую гульку на макушке.

Вздохнула и пошла, исследовать покои для утех Повелителя.

Глава 5

* * *

Териас

Отбор наложниц завершился.

Из тридцати прекрасных дев-эа, я отобрал для своих утех лишь десять из них. Три девушки не смогли увлечь меня своими природными данными, ни красотой, которой они не могли порадовать мой взор, ни талантами и я решил их судьбу — женские бои.

Остальных девушек раздадут самым лучшим воинам.

В сопровождении своей немногочисленной свиты — горбуна Дариэля, уродливого лицом и телом, но умного, проницательного и самого верного мне эльфа, я направлялся в свои покои, чтобы переодеться и немного расслабиться.

— Хороший выбор фаворитки, мой Повелитель, — произнёс Дариэль. Единственный эльф, который имеет право высказывать своё мнение, не спрашивая моего на то разрешения.

На вид неуклюжий и смешной, Дариэль был моим телохранителем, смертоносным убийцей и не знающим ни жалости, ни сострадания. Дариэль знал мои секреты, мои тайные желания и прихоти, выполнял любой мой каприз и приказ. Надёжный слуга и преданный раб, мой верный товарищ и лучший друг, и мой брат-бастард — проклятый моей покойной матерью. Покойная Повелительница-Мать не простила моего отца и его измену. Обладая сильнейшим даром проклятийницы, она знала, как испортить жизнь его любовницы, новорождённого эльфа и самого Повелителя…

Вспомнил вдруг слова матери, когда я был ещё совсем юнцом.

«Териас, у тебя может быть много наложниц-эа и даже наложниц-эльфиек, но когда ты встретишь свою женщину, ту единственную и полюбишь её навек — никогда не лги ей, не обижай, детей от другой не зачинай. Справляй свои прихоти только с эа… Любимая женщина от начала и до края, будет всегда с тобой, надёжной и верной опорой. Не будет она тебя ни за что винить, с колен всегда поднимет и просто будет тебя любить, если… Если ты её не заменишь… другой женщиной, и не предашь её другой любовью… А если вдруг предашь, как твой проклятый отец, знай, Териас, сердце и душу холодом сковывает так, что жизни, кажется, больше нет. Боль предательства терзает, словно в спину вонзают тупой и отравленный кинжал… Всё хорошее и прекрасное угасает, превращаясь в чёрную и вонючую гниль… Териас, ты остался для меня единственной радостью в этом мрачном мире. Я каждый новый день молю Пресвятую Праматерь, чтобы ты, встретив свою женщину, никогда её не разлюбил и не предал, ибо гнев женщины, познавшей предательство, может уничтожить тебя и всю Династию…»

Наши женщины не ревнуют к эа — они лишь развлечение. Эа не могут иметь детей от эльфов.

Моя мать была разгневана, когда узнала, что мой отец, её любимый мужчина и Повелитель сердца, полюбил другую эльфийку, забыв её…

Она не простила.

Отныне, пример моих родителей стал важным фактором в моей жизни при выборе наложниц — только эа, никаких эльфиек — ни светлых, ни тёмных.

К радости или нет, но свою единственную я ещё не встретил…

Тряхнул головой, прогоняя воспоминания давних лет.

Закрыв дверь своих покоев, за которыми остался мой верный Дариэль, я хлопнул в ладоши, призывая своего раба. Молодой эа помог мне снять праздничный наряд. Юноша был обучен раздевать и одевать меня так, чтобы не касаться моей кожи.

Обнажённый, я вошёл в обитель воды и, оказавшись в объятиях молочного эликсира, на несколько мгновений расслабился. Мои личные служанки-эльфийки помогли мне помыться и сделали массаж.

Когда я вернулся в свои покои, мой личный раб, быстро и ловко, набросил на мои плечи халат.

Обувшись в мягкие сандалии, я отправился по тайным проходам, к своей сегодняшней фаворитке, которая покорила меня своей необычной внешностью и диковинным, но призывным и страстным, обещающим жаркую ночь, танцем.

Улыбнулся, представив, как она ждёт меня — покорная, робкая, дрожащая, словно испуганная птичка, но при этом, желающая оказаться в моих объятиях…

Открыл потайную дверь и вошёл внутрь покоев.

Скинул халат, разулся и подошёл к кровати.

Резким движением отдёрнул тяжёлую ткань, скрывающую мою наложницу…

Кровать оказалась пуста.

— Вы очень приятно пахнете… — раздался у меня за спиной тихий и ласкающий слух нежный голос.

Я не услышал и не почувствовал эа за своей спиной?!

Ярость на непокорную эа обрушилась молниеносной вспышкой.

Резко развернулся и на мгновение замер.

Эа, полностью одетая в свой наряд для выступления, держала в одной руке фрукт, а в другой кинжал, который являлся украшение покоев, а не кухонным прибором для очистки фруктов!

* * *

Ариана

Териас явно был взбешён. В его глазах горел нехороший блеск.

«Что за глупость я ляпнула про приятный аромат? Не могла пооригинальнее его встретить? Хотя, куда уж оригинальнее? Надо было просто лежать в постели бревном и ждать его…»

Повелитель глядел на меня, гневно раздувая свои ноздри.

А я, несмотря на опасность ситуации, глядела на него в ответ, завороженная мощью и статью этого мужчины.

Высокий, сильный, красивый. Тело настолько великолепно, что я оторваться не могла.

Стыдливо коснулась взглядом его мужественности и почувствовала, как заливаюсь краской стыда.

Резко отвернулась и для надёжности, ещё зажмурила глаза.

— Дерзкая эа, как ты смеешь поворачиваться ко мне спиной? — раздалось шипение Повелителя.

Снова к нему повернулась и, глядя только ему в глаза, сбивчиво произнесла:

— Простите, Повелитель. Я… Вы… Вы настолько привлекательный мужчина, да ещё и обнажённый, что я смутилась…

— Твои слова расходятся с твоим поведением, эа, — сказал он с угрозой в голосе. — Ты встретила меня неподобающе.

— Простите…

— Я не позволял тебе говорить, — резко сказал он.

Захлопнула рот и кивнула.

— В твоих руках находится кинжал, эа. Этим кинжалом эльфийка-предательница пыталась заколоть Первого Повелителя Тёмных эльфов. Вопреки её желанию, кинжал не пронзил сердце Повелителя. Кинжал принёс смерть вероломной эльфийке, эа. Кинжал в твой руке — исторический предмет, который является, напоминаем, что даже самая красивая женщина, может оказаться ядовитой змеёй и нанести удар в спину.

Его голос звучал вкрадчиво, лился, словно патока, ласкал слух и завораживал, но при этом был опасным и обещал мне большие неприятности.

Посмотрела на невзрачный ножик и скривилась.

«Чёрт. А я им фрукт порезала и хотела его уже съесть. Хорошо, что эльф вовремя явился и рассказал историю этого предмета».

Положила ножик обратно на поднос, откуда я его и взяла, и вернула фрукт в вазу.

Мало ли, а то может, эти фрукты отравлены и символизируют какое-нибудь событие… Хотя, кушать уж очень хотелось.

— Простите… — пробормотала едва слышно.

Повелитель смотрел на меня, как на забавную зверушку со снисходительной усмешкой.

— На первый раз, эа, я тебя прощаю… — произнёс он и протянул мне в приглашении свою ладонь.

Сглотнула и, трясясь от охватившего меня страха и нереального волнения, вложила в его ладонь свою дрожащую ладошку.

Едва наши пальцы соприкоснулись, как что-то произошло со мной.

Хотела закричать, но не смогла. Хотела выдернуть назад руку, но силы словно оставили меня.

Моё тело словно пронзила молния. Болезненный разряд прошёлся по моим венам, парализуя и лишая голоса.

Повелитель вёл меня к кровати, словно безвольную куклу.

Мне было непонятно, больно и до животного ужаса страшно.

«Что происходит?» — билась в голове паническая мысль. — «Магия эльфа?»

Мужчина повалил меня на кровать и резко начал срывать с меня одежду.

А я, собрав всю свою волю в кулак, преодолевая дикую боль в теле, которая словно тысячеградусной лавой растекалась по моим жилам, оттолкнула от себя дикого эльфа и соскользнула с кровати на пол.

Дрожа всем телом и дыша так, словно я только что пробежала несколько километров быстрым бегом, я еле встала на ноги и, шатаясь, направилась в сторону выхода.

«Бежать!» — барабаном стучала в голове одна-единственная мысль.

Перед глазами вспышками появлялись разноцветные круги. Ко всем этим прелестям, меня сильно затошнило.

Но далеко я не ушла. Эльф быстро нагнал меня и резко рванул на себя. Моя шишка из волос распалась, и волосы волнами разметались по моим плечам. Териас тряхнул меня и прошипел в самые губы:

— Непокорная и дерзкая эа! Ты покинешь эти покои и это ложе только тогда, когда я тебе это позволю!

Гнев ртутью сочился с его слов. Он крепче сжал мои плечи (останутся синяки) и, склонившись, накрыл мои губы крепким, болезненным и подавляющим поцелуем. Повелитель силой заставил меня разомкнуть губы и коснулся своим языком моего языка.

В груди бился панический страх. Тело словно горело в адовом огне. Я не понимала, что происходит и хотела, чтобы весь этот кошмар прекратился.

«Неужели это Повелитель применил ко мне свою магию?»

«Если это так, то зачем?»

Одно знала точно, если сейчас не остановить его, то я сгорю в этом огне.

Со всей силы укусила эльфа за нижнюю губу. Раздался лёгкий хруст и рот наполнился солоноватой жидкостью.

Кровь.

Эльф оттолкнул меня от себя.

Не удержала равновесия и упала. Подняв на него взгляд, увидела над собой разъярённого мужчину.

— Простите… — выдавила из себя. — Мне очень плохо, Повелитель… Вы что-то сделали со мной…

Эльф схватил меня за волосы и потянул вверх, запрокидывая назад мне голову. Я вскрикнула от боли и вцепилась в его руку.

— Ты разочаровала меня, маленькая эа. За мою кровь, ты поплатишься своей кровью.

— Повелитель… — произнесла, чувствуя, как по лицу текут горячие, невероятно обжигающие и словно разъедающие, как кислота, слёзы.

Эльф отпустил мои волосы, набросил на себя халат и крикнул:

— Стража!

Хотела сказать ему, что со мной что-то не так, но язык распух, словно я наелась какого-то аллергена, тело уже не просто горело, а, казалось, что кожа стекает с меня, как с горящей свечи растаявший воск.

В голове зашумело, будто тысяча барабанов завела ритм, вводящий в транс.

Перед глазами комната закружилась, смазываясь и расплываясь.

Я растянулась на прохладном полу, каждой своей клеточкой тела ощущая, что во мне что-то происходит.

Эта огненная лава меняла меня изнутри, ломала, выжигала, перекраивала, чтобы потом, собрать заново.

Будто через толщу воды я услышала слова Повелителя:

— Увести её на нижние этажи и пусть готовят к следующему бою…

«Не-е-е-т! Я не хочу! Я не могу!»

Но сказать ничего не смогла.

Моё тело подняли с пола и понесли прочь.

Моё сознание вопреки боли карабкалось на поверхность, и я хотела вцепиться в Повелителя и закричать, чтобы он не отдавал меня на бои! Но не смогла. Темнота накрыла меня, словно холодная и спасительная волна, смывая всю боль.

Глава 6

* * *

Ариана

Боль ушла и накрыла темнота…

Снился мне сон — дивный, необыкновенный, о чей-то жизни… Уж точно не моей… Или?

«Моя родная… любимая… дочь…» — прошелестел нежный, ласковый и до волнующей боли знакомый женский голос. Мне казалось, будто когда-то давно, быть может во сне, этот голос пел мне песню…

«На свете много историй со сломанными судьбами, моя родная дочь. Но рассказать тебе хочу историю своей судьбы, чтобы ты узнала, почему осталась без отца и матери, в незнакомом мире, без магии и совершенно одна… Это история, в которой много любви и счастья и столько же горя, когда светлая эльфийка навсегда полюбила тьму — демона падшего мира…»

* * *

Лесное озеро сияло в свете ночного светила. Вокруг него удивительной красоты, распустились синие цветы, наполняя этот таинственный мир своим нежным ароматом.

Юная девушка сидела на берегу прекрасного озера и с трепетной улыбкой кого-то ждала…

Сияющая дорожка от ночного светила, словно волшебным ковром проложила для таинственного гостя путь…

Слышался лёгкий плеск воды, шептание ласкового ветра, но в одно мгновение всё стихло и словно замерло…

Над озером начал стелиться белый туман, с каждым ударом сердца юной девушки, становясь всё плотнее и гуще.

Её сердце забилось быстрее…

«Он пришёл!»

Радость озарила её юное лицо.

Она поднялась, привстала на носочки, чтобы скорее увидеть его и полной грудью вдыхала ставший холодным воздух.

И вот он, пришёл. Ступал по водной глади, словно это была и вовсе не вода.

Густой туман расступался перед ним, будто верный слуга.

Красивый мужчина… Бронзовая кожа, литые мускулы, хищное лицо, высокий, статный и невозможно прекрасный. Это был Её демон…

Увидев свою юную, нежную маленькую эльфийку, лицо сурового демона преобразилось, строгие черты смягчились, а чувственные губы подарили нежную улыбку.

— Эсталона, любовь моя, — голос демона волшебным звуком раздался в этом прекрасном и уединённом месте.

— Лерайе! — с радостью воскликнула она и протянула к любимому свои руки.

Мужчина обнял свою избранницу и, вдыхая её сладкий и нежный аромат, снова подумал, что увидев её всего лишь раз, навсегда пропал!

Эльфийка взглянула на него прямо и без страха, в чёрные как сама ночь, глаза демона и прошептала:

— Пять дней без тебя, Лерайе показались мне вечностью… Не хочу больше с тобой расставаться… Никогда…

Он улыбнулся и, расправив крылья, что по воле хозяина в один миг появились и, теснее прижав к себе хрупкое тело любимой, взмыл в безмолвную высь.

Прижимал любимую с безумством и радостью. Как только Эсталона появилась в его жизни, всё в один миг изменилось… закипела кровь от непознанного ранее чувства, оба мира заиграли новыми красками. Он полюбил жизнь…

Осознание, что настигла демона любовь не радовала, но никто не может противиться этому сильному чувству, которое может сломать волю даже самого сильного воина и, покарившись, он падёт к ногам любимой, чтобы быть рядом с ней всегда…

Демон из падшего мира, принадлежащий проклятой расе, народу, навсегда изгнанному многие тысячелетия назад из мира светлых, не должен любить эльфику, как и светлая прекрасная эльфа не может любить демона.

Союз тьмы и света невозможен, — скажут оба народа и, узнав об этой любви, уничтожат их обоих…

Демоны, когда-то пытавшиеся завоевать этот прекрасный мир, когда их собственный мир погиб от бесконечных войн и зла, проиграли и были навсегда изгнаны и запечатаны в падшем мире, где лишь один туман клубится по безжизненной земле и вместо звёздного неба видно только хлопья серого пепла…

Уродливый мир стал тюрьмой и домом для демонов, в который светлые эльфы загнали их при помощи своей светлой магии.

Демоны стали рабами.

Эльфы призывали их для служения и исполнения своих желаний.

Тёмная магия могла творить многое, что было неподвластно светлым эльфам.

Время шло…

Демоны научились жить в падшем мире и привыкли служить эльфам…

Но выход всегда можно найти… Особенно, когда кто-то случайно нарисует магический символ с ошибкой и по этой роковой ошибке демона призовут не как раба…

Так и случилась первая встреча Эсталоны и Лерайе.

Лерайе часами мог своей эльфийкой любоваться, хотел быть с ней свободным и в этом мире жить.

Но… он демон!

Оба знали — между ними бездна, оба мира будут против…

Но любовь… Ей всё равно…

С чувствами спорить бесполезно.

Много лет Эсталона и Лерайе встречались тайно. Но однажды, их любовь и страсть дала свои плоды…

— Я беременна… — чуть не плача прошептала эльфийка. — В моей семье ещё никто не знает, но… с соседней деревни нас люди видели вместе. Они молчат, потому что боятся! Но… всё равно все скоро узнают… Что нам делать, Лерайе?!

Он крепко обнял её… И небо содрогнулось от силы его любви!

«Ребёнок! У него будет ребёнок! От любимой!»

Демон был самым счастливым в этот момент. Но страх за Эсталону и ещё маленькое сокровище в ней, ледяным обручем сдавил сильное и храброе сердце.

— Нам нужно признаться, Лерайе. Я скажу своему отцу. Он поймёт и не станет прогонять тебя. Я скажу, что люблю…

Он накрыл её губы своими губами и прошептал:

— Если признаешься, то всем нам придёт смерть, Эсталона. За тебя я готов умереть, но не позволю, чтобы погибла ты и наше дитя.

Эсталона сбежала из дома и жила она тайно с демоном, высоко в горах, там, где небо скрывало их нежное счастье от глаз любопытных, людских и эльфийских.

Тёмной ночью, когда природа шумела и стонала, гром делил небо пополам, а дожди хлестали словно плети, у эльфийки и демона родилась девочка — маленькая, хрупкая, красивая… и очень громкая.

Её голос оповестил всему миру, что она появилась на свет.

— Ариана… — прошептал имя своей дочери безумно счастливый демон. — Означает «Священная».

— Очень красивое имя, родной мой, — прошептала уставшая эльфийка.

Но скрывать такую сильную любовь оказалось невозможно.

Люди, которые по злому случаю оказались в горах, увидели то самое место, увидели, что видеть им не нужно было… Они видели счастье… запретное…

Люди рассказали Вождю светлых эльфов о демоне, что соблазнил и обманом влюбил в себя эльфийку…

Рассказали о ребёнке…

И рассказ их сопровождался страшными словами, наполнен был ужасом, от которого содрогнулись светлые эльфы, что слушали этот рассказ…

Влюблённых и их дитя ждало наказание — смерть.

Лерайе сумел спрятать свою дочь в закрытом от магии мире, сохранив малютке право жить.

Красивым почерком демон написал на белом листе её имя — «Ариана» и вложил в кармашек драгоценного свёртка.

Жаль, что они уйти не могли в тот мир вместе с любимой — только юную душу можно было спасти.

Демон открыл портал, и магический вихрь навсегда унёс его малютку.

Он едва не закричал и не зарыдал от безумной боли, которая сердце и душу ему рвала, когда его малышка громко закричала, ощущая, как рвутся их кровные связи, как магия запечатывается в её крови…

«Этот мир станет для неё защитой. Ни демоны, ни эльфы мою дочь не найдут. Никогда. Там время по-другому течёт… Она будет жить долго. А когда вырастет, в этом мире уже тысячелетия пройдут и всё забудется…»

Он успел в последний миг вернуться к своей любимой.

В оковах, на суде светлых эльфов, она стояла гордая и прекрасная.

Магией тьмы, рассекая толпу, он полетел к ней, мощными крыльями рассекая душный воздух…

Он успел ей крикнуть: «Люблю!..»

Но не успела Эсталона ему ответить и только одинокая слеза покатилась по нежной щеке, когда магический клинок пронзил сердце его любимой…

Он подхватил её тело и закричал:

— НЕ-Е-Е-ЕТ!

Эльфы и люди, испуганные присутствием демона, бросили на него магическую сеть.

Охватило его тело страшное пламя, но он не чувствовал боли, не боролся с чужой магией, потому что не было смысла ему больше жить…

В магическом огне сгорали любовь и горе, сгорала нежность, пронизанная отчаянным безумством. Любовь демона и эльфийки — отверженная правилами и страхом. Любовь двоих, чьи души были единым целым, но не было ни в этом, ни в другом мире, им места…

От дикой душевной боли демона, небо разделилось на части, земля задрожала и застонала…

Боль демона светом вырвалась из его умирающего тела, разрывая грань между мирами, выпуская демонов падшего мира на волю…

Со всей демонической силою его душа устремилась за душой его любимой, чтобы встретившись вновь, больше никогда не расставаться…

Оба тела — светлой эльфийки и демона превратились в прах.

Ветер, подхватив серебристую пыль, унёс их в то прекрасное место, где они впервые встретились. И вокруг озера, зацвели чёрно-белые цветы, которые никому не даются в руки. Сорвав такой цветок, он в тот же миг рассыпался прахом…

* * *

Мир, в котором любовь двух сердец не приняли эльфы, начали завоёвывать выбравшиеся на волю демоны…

Долго длилась война, несколько столетий. Время стирало память о том, как она началась.

Забылась любовь тех двух сердец…

Светлые эльфы и демоны… Их кровь смешалась…

А когда мир начал погибать от долгой и кровавой войны, был, наконец, заключён мир…

Шло время. От союза демонов и эльфов рождались дети — рождались эльфы, но наделены они были демонической силой, магией тьмы.

Появилась новая раса.

Так появились тёмные эльфы.

Спустя ещё долгие годы, демоны покинули этот мир, найдя себе другой — более удобный для них.

Шли годы, пролетали столетия, и даже демоны стали лишь легендой и мифом. А историю любви светлой эльфийки Эсталоны и демона Лерайе забыли и эльфы и люди… Навсегда…

Глава 7

* * *

Ариана

«Не забывай нас, Ариана… Не забывай, чья ты дочь. Ты дочь Эсталоны и Лерайе. Могучи твои силы, моя родная, и пусть всегда будут благородны твои поступки…»

«Мама…» — прошептала в ответ. — «Мамочка… Как же я мечтала вас увидеть и услышать… Узнать, почему меня бросили… Но я и подумать не могла, что нас разлучила такая трагедия! Мне так больно за вас… Я очень скучаю по тому счастью, что так и не довелось нам испытать…»

«Прости, родная… Прости… Мы тоже очень скучаем… Моя душа болела за тебя. В тот мир нет нам хода… Но теперь, родной твой мир позвал тебя обратно, потому что ты нужна ему».

«Для чего? Я здесь чужая…»

«Слушай сердце своё и магию, моя родная. В этом мире нет никого сильнее тебя. Никого. Ариана — ты первородная тёмная эльфийка. В том, другом, чуждом тебе мире, прожив совсем недолго, в этом же мире, пролетели и пронеслись словно миг, тысячелетия… Мир изменился и обо всём забыл… Но ты, Ариана, помнишь. Твоя кровь, сильнейшая кровь предков, что течёт в твоих жилах, всё помнит».

«Я не понимаю…»

«Придёт время, моя любимая дочь и ты всё поймёшь…»

«Мне тебя так не хватало, мама…» — прошептала я, силясь увидеть её, как было в моём видении, но кроме ласкового голоса и тёплой темноты не было больше ничего и никого.

«Знаю. Мы тоже по тебе скучаем, родная. Придёт время и мы с тобой встретимся. А теперь, моя самая красивая эльфа, моя прекрасная дочь, мне пора уходить…»

«Нет! Пожалуйста! Не уходи! Поговори со мной ещё, хоть немного!» — закричала я, что есть мочи. Связки рвались от крика, боль терзала сердце и душу, тоска и печаль тисками сковали меня, но я понимала, что не смогу удержать её…

«Не могу…» — выдохнул мамин голос, наполненный той же болью, что и у меня. — «Живым — живое, мёртвым — мёртвое, Ариана… Мне пора уходить, а ты должна жить. Прощай, моя светлая тёмная эльфа… Помни, что отныне мы всегда с тобой рядом. Я и твой отец очень любим тебя».

Лёгкий поцелуй, словно тёплый ласковый ветер коснулся моего лба и всё стихло.

Она ушла…

Душа уносилась прочь, возвращаясь в тело, где меня ждали боль, одиночество и знание…

* * *

Проснулась я с надрывным вздохом, который едва не разорвал мои лёгкие.

Боль яростным огнём снова охватила моё тело, но я уже не боялась её. Я знала, что это за боль. И не она меня сейчас волновала, а те душевные страдания, которые сотрясали мою душу.

«Мои родители… Как же всё сложилось неправильно и несправедливо! Они ведь так любили друг друга! Они любили меня!» — мой детский эгоизм выбрался наружу и кричал, бился в агонии. — «Меня лишили детства какие-то дурацкие правила! Они лишили меня любви отца и матери, я не ощутила тепла её рук, а отец не кружил меня в небе, расправив свои огромные крылья! У меня не было детства… Мою семью лишили счастья, грубо отобрав у них право на жизнь… Но любовь не умерла. Их души, крепко связанные, остались вместе навечно… Как же мне хочется к ним…»

Моё тело била крупная дрожь. Я выла, словно раненный зверь и зубы громко стучали, отбивая дробь. Я помнила всё, что мне показала мама. Я будто прожила их жизни сама, ощутила их счастье, боль потери и горе от произошедшей трагедии.

Я рыдала, глотая солёные слёзы, а зубы всё клацали друг о друга — и я никак не могла остановить то отчаяние, что охватило меня.

Сердце разрывалось от боли и давящей пустоты. Хотелось вернуться в то прошлое, что я видела и остаться там навсегда.

Хотелось уснуть и никогда больше не проснуться ни в этом, ни в другом мире. Хотелось туда, где живут теперь мои родители…

Но время не вернуть и проклятые события не изменить.

«Я, Ариана, дочь светлой эльфийки и демона. Смерть моих родителей не должна быть напрасной. Ведь осталась я, их частичка, плод истинной любви двух прекрасных существ… Я должна помнить это и никогда не забывать. Надо жить. Жить дальше…»

«Я — тёмная эльфа. Во мне течёт сильная кровь и магия демона и светлой эльфийки. Если я нужна этому миру, то ему сначала придётся доказать, что он достоин меня…»

Даже самая страшная истерика проходит, душа продолжает болеть, но уже не так яростно. Боль притупляется и только ноет. Остаётся глухая печаль и пустота… Но крика и слёз больше нет.

* * *

Моё тело стало ощущать холод. Подо мной был каменный пол. Руки и ноги были закованы в кандалы, на длинных цепях, словно я — преступница.

Устроилась поудобнее на постеленной на каменном полу сырой соломе, чтобы меньше ныло и страдало меняющееся тело. Повинуясь своим инстинктам и зову магии, что просыпалась во мне, я села по-турецки и погрузилась в себя. Я собиралась привести себя в порядок. Больше не будет слёз, не будет страданий.

«Я буду сильной. Эсталона и Лерайе будут гордиться мной. И я обязательно узнаю, зачем понадобилась этому миру…»

Ту боль, что скручивала в жгуты мои мышцы и ломала кости, вызывала пробудившаяся кровь и магия моего отца — демона. Агрессивная магия тьмы, которой неведомы жалость и сострадание, меняла, делая сильнее. Она давала силу, но только через боль.

Благодаря его же знаниям, что в генах были заложены во мне, я теперь прекрасно знала, как моё тело собирается измениться. Нет, я не стану менять облик, словно оборотень. Я не поменяюсь внешне. Мои данные полностью останутся при мне, но я стану сильнее — структура костей, всех мышц и органов изменится, клетки переродятся, сначала образовав хаос, они начнут стремиться к порядку. Быстрее, сильнее, выносливее стану. Магия моя такой силы, что ни одному существу не сравниться со мной по мощи. Даже Повелитель тёмных эльфов, Териас, чья магия имеет огромную мощь, станет для меня совершенно неопасным существом.

Кровь и магия моей матери — светлой эльфийки сглаживала эту природную дикость, агрессивность и ярость, присущую демонам. Её нежная, ласковая и прохладная магия, как дуновение долгожданного ветра ослабляла боль.

Все мои мышцы горели, будто их окунули в расплавленный металл. Кости тихо хрустели, кожа бугрилась, и тело иногда выгибалось дугой.

Но я не кричала, не стонала, я с радостью встречала эту боль, потому что знала, что я такой родилась и я должна снова стать собой.

С каждой новой волной изменения я ощущала острую боль в спине, но пока не понимала, что там…

Тело начинало меняться и тут же исцелялось быстрее, словно моя магия подгоняла этот сложный процесс к скорейшему завершению.

Тело болело так, как никогда в жизни, но это всё потому, что каждая моя клеточка и все мои нервные окончания были живы и полны энергии.

Вскоре, боль прекратилась.

Я открыла глаза и на мгновение нахмурилась. Снова закрыла глаза и медленно их открыла. Я будто прозрела. Моё зрение полностью изменилось. Я видела всё по-другому. Серая и унылая камера, в которой меня заперли, имела столько оттенков, цветов, тонов и полутонов, что я сначала растерялась. За полсекунды разглядела все шероховатости в камнях, пылинки и песчинки, мелких насекомых, которые невооружённым глазом даже не видны.

А мой слух…

Я слышала, как наверху ходят эльфы. Их шаги были подобны топоту слонов. За стенами дворца кипела жизнь — эа, эльфы, звери, птицы, растения. Я всех отчётливо слышала слышала…

И я знала, что эти свои новые способности я могу «включать» и «выключать» по желанию, главное, научиться этому. За эти данные спасибо моему отцу-демону.

«Любопытно, сегодняшние тёмные эльфы обладают такими же данными или нет?» — подумала без особого интереса.

Хрустнула шеей, разминая её, и пошевелила плечами… Но тут же настороженно замерла.

Медленно повернулась и посмотрела себе за плечо…

— Мой Бог… — выдохнула изумлённо.

По обе стороны моего тела свисали чёрные крылья — огромные, мрачные, блестящие, сильные, а их концы распластались на каменном полу темницы.

Я коснулась пальцами своего правого крыла, и оно тут же шевельнулось. И только сейчас я ощутила приятную их тяжесть.

Вдруг, мои крылья стали укорачиваться и сужаться, а перья истончаться, превращаясь в чёрный, а потом и серый дым, который тоже растворился.

«Крылья. Ещё один подарок от моего отца…»

Потрогала свои уши, чтобы убедиться, что и они изменились. Но стоило мне коснуться кончика, как тут же меня прострелила сильная боль. Тихо застонала и часто задышала.

— Это что-то новенькое… — прошептала в пустоту.

Уши у меня остались прежними. Остроты как у эльфов так и не появилось, но появился какой-то маленький шарик, который от прикосновения к нему, жутко «возмущался» и отзывался острой болью.

Быть может, мои ушки ещё «вырастут»?

«Представляю, как удивится Териас и все его придворные прихвостни…» — подумала с некой долей злорадства, но внутри меня что-то встрепенулось и подсказало, что нельзя никому рассказывать о своих изменениях.

Ещё не время.

Моя магия, которую я хотела опробовать, но не могла, так как, прислушавшись к себе, поняла, что магию вызывать нужно только не во дворце, она гудела и радостно бежала по моим венам. Я сумела исцелить себя — и никто во всем дворце не знает, кто я, и что я способна летать.

И никто и не узнает, пока не придёт время.

И мне больше не требовался амулет для понимания речи…


Глава 8

* * *

Ариана

Не знаю, могла ли я сейчас выбраться из этой темницы или же нет.

Для этого, мне нужно вызвать свою магию, но я не знаю её возможностей и чтобы не навредить невинным и самой себе, мне приходится сидеть и просто ждать.

Мне необходим тот, кто поможет понять саму себя, поможет приручить магию и научит ею управлять.

Учитель, наставник.

Но где мне такого найти?

По сути, без магии я слаба… Но призывать её очень опасно.

Закрыла глаза.

Сделала глубокий вдох, потом медленный выдох и начала погружаться в себя.

«Слушай своё сердце», — сказала мне мама.

И моё сердце мне подсказывало ждать… Подсказывало, что время ещё не пришло.

«Время для чего?», — не понимаю я.

«Просто жди. Я подскажу», — произнёс внутренний голос.

Раздвоение личности?

Нет.

Более цельной, чем сейчас, я ещё никогда себя не чувствовала.

За стенами темницы я отчётливо слышала голоса. Им было невдомёк, что даже тихие разговоры просачиваются сквозь плотную каменную кладку.

Я всё слышу…

Постепенно голоса исчезли. Медитация без какой-либо магии может творить чудеса.

Находясь в блаженном состоянии, словно я и не в теле вовсе, а парю где-то в невесомости. И мне вдруг пришла мысль, что у моего отца или матери могли быть братья, сёстры, дяди, тёти и прочие, прочие родственники…

Получается, где-то там за стеной дворца, за далёкими землями или даже за морями, я, возможно, кому-то являюсь теоретической прапрапрапрапрапрапрапрапрапрапра… и чёрт ещё знает, сколько раз — пра прабабушкой.

Только какой толк от этого родства?

Вздохнула и распахнула глаза. Это осознание легло тяжестью на душе.

Грустно и печально.

Поднялась на ноги и обошла свою клетку по периметру, будто зверь, волоча за собой цепи, что звенели от соприкосновения с камнем.

Я провела рукой по неровной поверхности холодной стены, надеясь нащупать какую-нибудь брешь между стыков камней и металлических решёток.

Усмехнулась.

Похоже, темницу строил мастер своего дела.

Камеры напротив и дальше по коридору, не пустовали.

Я слышала дыхание людей и даже эльфов. Да, люди и эльфы дышат по-разному, теперь я это знаю и сама ощущаю.

Темнота не была для меня помехой, но эта темнота была иной — магической…

Вдруг, мои размышления прервали приближающиеся шаги и голоса.

Я вернулась на то место, где сидела раньше — на устланный соломой пол в углу камеры.

Голоса становились отчётливее, шаги, довольно спешно и целенаправленно приближались.

Коридор начал заливаться светом.

Трое стражников и две служанки-эльфийки остановились у моей темницы.

Тяжёлая дверь со скрипом отворилась, впуская в мою клетку столп яркого света, что лился от магических светильников в руках эльфиеек.

Эльфийки глядели на меня разъярённо и с явной неприязнью.

«Эх, знали бы они, кто я… И что без союза моих родителей, они никогда бы не появились на этот свет…»

— Отведите её к остальным! — рявкнула эльфийка.

Стражник снял с меня оковы, и довольно больно схватив за руку выше локтя, вывел из камеры.

Эльфийки шли первыми, эльф-стражник также меня держал за руку и вёл вслед за эльфийками.

Двое других стражников замыкали наш отряд.

Тёмные и мрачные коридоры вскоре сменились яркими и праздными.

Я вдыхала свежий воздух и щурилась от слишком яркого света.

Моё новое зрение стало слишком чутким и восприимчивым. Я пока не привыкла и не знала, как, контролировать свои органы чувств, чтобы можно было абстрагироваться от ненужных звуков, яркого света и не ощущать лишние запахи.

Запахи… Да, их было невероятно много.

В темнице пахло сыростью, гнилью, плесенью, а ещё болью, страхом, горем и бесконечными страданиями. Да, страх и боль тоже имеют свой запах. Теперь я это знаю и пахнут эти эмоции отвратительно, к сравнению, словно это жжённый пластик.

А здесь, наверху, моё обоняние радовалось.

Я шумно втягивала упоительный воздух, наполняя им свои лёгкие…

Минуя красочные и богато обставленные коридоры, меня привели в большой зал, где кроме трона, не наблюдалось больше никакой другой мебели.

Две девушки сидели на полу, склонив низко свои головы.

Их дрожащие тела и запах страха говорили сами за себя.

Меня подвели к этим несчастным, и стражник надавил мне на плечо, принуждая сесть рядом с ними на пол.

Стряхнула его руку со своего плеча, и гневно блеснув глазами, сказала:

— Сяду только тогда, когда сама этого пожелаю.

Мой голос вибрировал от силы, живущей во мне, и звучал громко и звонко.

— Эа! Приказываю тебе сесть! — рявкнула эльфийка. — Твоё место у наших ног!

Мне вдруг стало смешно. Я рассмеялась ей в лицо и с радостью наблюдала, как её хорошенькое личико искажается в злобе и ненависти, острые ушки побагровели. Краска гнева пятнами проявилась на её лице.

Да уж, красотка…

— Ах ты, жалкая человечишка… — зашипела эльфийка, замахиваясь на меня рукой, где на запястье у неё красовалось небезызвестное мне украшение-оружие.

— Скоро прибудет Повелитель, эа, — спокойным голосом произнесла другая эльфийка, перехватывая руку озлобленной. — Будь благоразумной и не гневи Повелителя…

Я не успела ответить, так как в зал вошёл Повелитель тёмных эльфов, Териас Аш Аран.

Как и в прошлый раз, он был одет так, что трудно глаз отвести. Только в прошлый раз, он был во всём белом, а сегодня, его украшал чёрный цвет, который, несомненно, ему очень шёл.

Белые волосы, казалось, сияли, на фоне чёрной ткани, лицо выглядело более хищным и резким.

Красив. Очень. А ещё, жесток и несправедлив.

Обида нахлынула на меня волной.

Он не пожелал меня выслушать, когда мне стало плохо, а скинул меня в темницы, словно я опасная преступница!

Сузила глаза, когда он не сел на свой трон, а подошёл прямо ко мне.

— Этих двоих эа уведите отсюда и отдайте воинам, — распорядился Териас, взглядом указав на дрожащих девушек.

Когда зал опустел, Териас обошёл меня по кругу, медленно рассматривая моё тело, облачённое в рваный и грязный костюм, в котором я танцевала для него.

— Знаешь, сколько женщин хотели бы оказаться на том празднике и порадовать меня, эа? — произнёс он с презрением. — Знаешь, как много женщин борются за моё внимание и место в моём гареме?

— Нет, — ответила прямо ему в лицо.

Я стояла перед ним, с гордо расправленными плечами, прямой спиной и глядела на него с вызовом и без страха.

— Снова, дерзкая эа, ты открываешь свой рот без моего разрешения, — произнёс он с ехидной улыбкой.

«Хорошо. Буду молчать», — подумала равнодушно и перевела взгляд с Повелителя на его трон, рассматривая богатую и искусную резьбу.

— На меня смотри! — произнёс он недовольно и пальцами схватил меня за подбородок. — Ариана… А ведь ты совсем не такая, как другие эа. Лицо у тебя нечеловеческое. Эа так не выглядят. Твоя красота бросается в глаза. Но не похожа ты и на эльфиек.

«Хм… Надо же, заметил».

— Кто ты, маленькая эа? — ласково поинтересовался Териас, продолжая крепко держать меня за подбородок.

Большим пальцем он коснулся моих пересохших и потрескавшихся губ.

— Позволяю тебе дать ответ, эа, — улыбнулся он.

«Так я тебе всё и рассказала», — подумала про себя.

— Мне нечего вам сказать, Повелитель. Я не помню, кто я и откуда.

Ложь. И мужчина чувствует её.

Он пальцами надавил на мои скулы и, склонившись так близко, что наши губы едва не соприкоснулись, произнёс с угрозой:

— Расскажи, эа, мне всю правду, и тогда, я оставлю тебя в своём гареме. Ты будешь моей наложницей, эа. Я люблю укрощать. А ты явно нуждаешься в воспитании.

Он улыбнулся и добавил:

— Можешь говорить. Я слушаю тебя, маленькая эа. Только, на этот раз, хочу слышать правду.

Взглянула в его ярко-синие глаза, едва не закрыв свои от блаженства. Териас пах просто божественно. Мой нос трепетал от его аромата и мне, подобно кошке, окунувшись в валериану, хотелось прижаться к нему и тереться, чтобы пропитать себя его волшебным запахом.

Усилием воли, подавив в себе это странное желание, я хрипло произнесла:

— Мне больше нечего добавить… Повелитель…

Он отпустил меня и, сделав шаг назад, небрежно произнёс:

— Жаль, ты могла бы стать моей любимой наложницей, эа. Но раз ты выбрала путь лжи, то это только твой выбор. Этот путь ведёт лишь к краху. Твоя судьба отныне — это кровавый бой на моей арене.

«Может, рассказать ему обо всём?» — спросила саму себя.

«Нет», — пришёл тут же категоричный ответ.

— Стража! — громкий голос Териаса эхом разнёсся по залу.

Стражники мгновенно вбежали внутрь и застыли подле меня, ожидая дальнейшего приказа своего Повелителя.

Я не удержалась и, вздёрнув подбородок, произнесла с нотками презрения, копируя манеру Териаса:

— Я не рабыня и не ваша игрушка, Повелитель, чтобы вы распоряжались моей жизнью. Вы не знаете, кто я и выносите приговор исходя из своих суждений. Вы даже не пытаетесь разобраться…

— Уведите её. Отныне, она — найсатури*, — приказал он, снова не став меня слушать.

*Найсатури — женщина-воин, но не воин в том понимании, будто женщина входит в состав войска Повелителя. Найсатури бьются на арене друг с другом или с дикими животными на потеху публике.


Глава 9

* * *

Обитель Хранителей мира Аскавидон

Тишина…

Полный покой, и умиротворение стояло в обители Хранителей мира Аскавидон.

Все семеро Хранителей были заняты важными делами.

В одной из башен, располагалось странное помещение, которое обладало необыкновенным свойством — помещение, иногда, казалось, становилось то больше, то вдруг, пространство сужалось до невероятно крошечных размеров.

Такой эффект давала пространственная магия, которой были пропитаны мириады фолиантов, хранившихся в этом помещении.

Нет, это была не библиотека обители. Это была комната, где Хранители держали в строжайшем секрете, записи своих видений будущего мира.

Обитель построили в месте, где билось сердце мира — магический источник. Он являл собой небольшое, но бездонное озеро, красивейшего лазурного цвета, завораживающего любого. В воды озера никто не мог войти без разрешения самого источника. Магия не подпускала к себе любопытствующих и только истинный Хранитель сможет войти в него.

Так было сказано в записанных дневниках.

Записи начали вестись много тысяч лет тому назад, когда война между эльфами и демонами была прекращена. Заключённый между расами хрупкий мир, не давал гарантии, что война не начнётся снова. Правители всех королевств отобрали самых одарённых эльфов и демонов, с даром предвидения. Дальше, свой выбор Хранителей сделал сам источник, поставив на виске лазурную магическую печать в виде рунной вязи, которая означала имя источника — Аскавидон.

Хранителям положено стало «охранять» мир от всякого зла. Они должны «видеть» будущее мира, а источник помогал им сохранять баланс, помогал «видеть» именно то, что важно для всего мира. Не станет источника — исчезнет магия.

Время шло, раса эльфов претерпела сильные изменения. Благодаря крови демонов, дар предвидения менялся, усиливался и однажды, тёмные и светлые эльфы, выбранные Хранителями мира, «увидели» приход истинного Хранителя мира.

На бесчисленных полках и полочках, тянущихся вдоль каменных стен, стояли потрёпанные, но важные книги — дневники, которые таили в себе все предвидения событий будущего мира и великих мира сего. Дневников было так много, что пересчитать их никто не смог бы, не применив силу магии.

По центру странной комнаты находился длинный стол, на котором выстроились стройные стопки магических листов и кожаных переплётов, баночки с магическими чернилами и самые лучшие перья для письма. Только здесь, в этой комнате Хранители записывали свои видения.

Каждый дневник был пронумерован годом, датой и именем Хранителя, который «видел» будущее и сделал свою запись.

В данный момент, в этом помещении, которое меняло размеры, за столом сидела женщина. Она полностью погрузилась в работу — писала свой дневник. Она видела, что у Правителя светлых эльфов родится сын, но прежде, его супруга родит двух дочерей и одного мёртвого ребёнка…

Женщина была на вид очень юная, но на самом деле, она была сильной светлой эльфийкой-Хранительницей, прожившей уже не одну сотню лет. Одета она была в чёрные узкие штаны, заправленные в высокие кожаные сапоги и тунику тёмно-зелёного цвета. Её огненно-рыжие волосы были заплетены в тугую косу, острые ушки были чуть оттопырены, что являлось редкой особенностью среди эльфов. Веснушчатое лицо, вздёрнутый нос, раскосые зелёные глаза, тонкие, но красивой формы губы — никто бы и никогда не подумал, что эта эльфийка — сильнейшая из Хранителей мира. Лишь печать источника «говорила» о её силе и мудрости.

Её лицо выражало глубокую сосредоточенность.

Алиша, светлая эльфийка и одна из семи Хранителей мира, за сто десять лет, которые прошли с той поры, когда её приняли в обитель, ни разу не пожалела о выбранной судьбе. Она благодарила высшие силы, что именно её, одну из сотен других претендентов выбрал источник на место нового Хранителя…

Шли долгие годы испытаний, но Алиша училась усердно. Спустя много лет, она поняла, что нескольких жизней не хватит, чтобы познать всю глубину и суть силы «видящей».

Пальцы Алишы замерли, она даже не закончила писать предложение…

Она нахмурилась и взглянула на запертую дверь. Стены обители были очень толстыми, пропитанными магией и силой самого источника, никакие звуки не могли проникнуть ни внутрь, ни наружу. Но Алиша, как, впрочем, и любой Хранитель, обладала способностью предчувствовать беду, даже когда само событие ещё не случилось и до него ещё много-много времени…

Алишу захлестнула волна дурного предчувствия. Она очень аккуратно сложила исписанные листы в кожаный переплёт, уже подписанный датой начала записи своих видений и отложила их на край стола.

Ни один Хранитель не возьмёт в руки дневник другого Хранителя, пока он находится не на полке. Дневник просто-напросто не дастся в руки другому.

«Всё буде хорошо. Мы справимся с любой бедой…» — подумала про себя Алиша и сдула со лба короткий рыжий локон, выбившийся из косы.

Вдруг, дверь распахнулась и Алиша увидела на пороге комнаты взволнованного Хранителя.

— Армас? Что случилось? — забеспокоилась Алиша, поднимаясь с кресла.

Армас, седовласый Хранитель, который, наверное, уже и сам не знал, сколько ему лет, никогда не выглядел взволнованным и обеспокоенным. Армас — единственный из их семёрки Хранитель, который всегда был спокоен, и даже, каким-то отстранённым. Но не сейчас.

— Источник призвал истинного Хранителя… — с порога сказал Армас.

— Великие силы… — пробормотала она от неожиданной новости.

Алише не нужно было объяснять большего — она и так всё поняла.

— Пойдём. Остальные уже ждут в зале совета, — произнёс Армас.

В зале советов остальные пятеро Хранителей — две женщины и трое мужчин взволнованно перешёптывались и строили догадки.

Когда Алиша и Армас заняли свои места, Армас заговорил:

— Источник призвал истинного Хранителя в наш мир, но никто из нас не предвидел это важное событие. И никто из нас не знает, кто он: мужчина или женщина; совсем дитя, только что родившееся, или уже взрослая особь, открывшая свою силу; из этого мира Хранитель или из иного; эльф, человек… или демон… Мы ничего не знаем.

— Как вы узнали, что объявился истинный Хранитель? — спросила молодая Хранительница Армаса.

— Источник… он изменился, — ответил за Армаса другой Хранитель, тоже молодой и прибывший в обитель всего несколько лет тому назад.

Алиша кивнула.

Предсказание.

Как и другие Хранители, она знала про то предсказание об истинном Хранителе, но оно было составлено и предвидено так давно и не имело точной даты, когда сие событие произойдёт, что все Хранители стали считать это предсказание не свершившимся…

Иногда, так бывает, но не в этот раз.

— Как и было предсказано Хранителями, когда магическая сила наших предков была иной и их видения ясными и истинными, по их предсказанию, источник сменит цвет своих вод с лазурного на кроваво-красный — это и будет знамение для всех нас, что истинный Хранитель нашего мира и силы магической вернулся домой.

— Источник выглядит страшно, Армас… Кроваво-красный цвет пугает и напоминает кровь…

— Про истинного Хранителя не сказано, что он несёт добро. Быть может, он есть само воплощение зла?

Хранители закидали Армаса и друг друга вопросами, на которые они хотели немедленно получить ответы, ведь именно от них, от их видений и предсказаний, зависит судьба мира Аскавидон.

— Источник сменит цвет своих вод с кроваво-красного на истинный цвет магии, только тогда, когда истинный Хранитель войдёт в эти воды…

— Но как нам его найти?

— Мы должны погрузиться в себя и призвать свои силы, призвать видения. Кто-то из нас увидит…

— Не станем откладывать это дело на завтра!

— Приступим сейчас же!

Глава 10

* * *

Ариана

Бой…

С ума сойти можно… Меня сегодня ожидал бой. Настоящий, непридуманный мною бой.

Но я не гладиатор, я не найсатури и совсем не воительница, хоть и обладаю силой и магией!

Но страха не было, я чувствовала только недоумение и неверие, что это происходит на самом деле.

«Это реально, как и то, что мои родители — светлая эльфийка и демон».

Меня несколько дней держали в темнице.

За день до боёв, меня перевели в другое помещение — светлую комнатку, напоминающую келью. Зато, здесь было полноценное окно, хоть и зарешетчатое, кровать и место для отхожих дел.

Мне выдали новую одежду — кожаные штаны, кожаный лиф, сшитый наподобие доспехов, наручи, перчатки, кожаный шнурок для волос и… всё. Обуви снова не наблюдалось.

«Опять мне ходить босиком?»

На следующее утро, меня и других девушек вывели на арену и выстроили нас в один ровный ряд.

Я внимательно осматривалась, стараясь запомнить и углядеть, как можно больше важных деталей.

Арена выглядела так, словно кто-то скомбинировал римский Колизей с магической силой. Стены были выложены из белого камня. Пол под ногами был усыпан жёлтым, мягким и тёплым песком. Над ареной возвышался магический купол.

Места для зрителей были ещё пусты.

«Представление» начнётся вечером, а пока активно шла подготовка.

Нам приказали стоять и не двигаться.

Эльфийки-надсмотрщицы внимательно осматривали каждую из нас.

А я рассматривала новых действующих лиц. На арену вывели других девушек — не с затравленными взглядами, а уверенных в себе, улыбающихся, даже хохочущих и отпускающих похабные шутки. Эльфийки хохотали вместе с ними и заткнулись они только тогда, когда появился грозный эльф с кнутом.

За ним на арену вышли… мужчины.

Их было десять и двое из них выделялись и сильно отличались от остальных. Они не были людьми, но и эльфами тоже не являлись.

Демоны?

Не похоже…

Это двое были высокими и на первый взгляд, очень сильными. Один был гораздо выше другого, с изуродованным лицом и чёрной повязкой на глазу. Оба мужчины были мускулистые, с мощными ногами, затянутыми в кожаные брюки. Торсы были такие же мощные с хорошо развитой мускулатурой. Руки — настоящие кувалды.

«Да уж…»

Один из них, тот, что с повязкой на глазу и шрамами по лицу, взглянул прямо мне в глаза.

Мысленно окрестила одноглазого «пиратом».

Холодный взгляд чёрного глаза смотрел прямо на меня без намёка на какие-либо эмоции. Этот мужчина неизвестной мне расы, был похож на истинного Бога Войны.

«Надеюсь, это не Арес собственной персоной? Хотя, я уже ничему не удивлюсь…» — мрачно подумала про себя.

Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше.

— Ты! Хватит глазеть по сторонам! — прямо мне в ухо рявкнула эльфийка-надсмотрщица, тыкнув мне под рёбра длинной палкой-посохом.

— Всем слушать внимательно и запоминать с первого раза! — крикнула она командным голосом.

Девушки не двигались и молча глядели на эльфийку.

— Сегодня, ваш первый бой, эа! Те эа, что выиграют бой, получат право стать свободными, либо, смогут продолжить служить Повелителю, тренироваться и выступать в последующих боях и получать за каждый бой вознаграждение! Выбор будет только за вами! Те, кто решит стать свободными — будут сразу же отпущены за ворота дворца!

Девушки взволнованно переглянулись. Каждая из них хотела получить свободу. Я тоже.

Но я, почему сомневалась, что Териас «играл» честно. Возможно, победителей, выбравших свободу, и отпускали на волю, но что их там ждёт? Новое рабство?

Или, быть может, их просто убивают, если не соглашаются биться снова и снова?

Интуиция мне подсказывала, что верным является второй вариант.

Нам никто ничего толком не объяснил, лишь сказали, что вечером будут наши первые бои, и кто-то сегодня умрёт. Всегда кто-то умирает…

Оружие нам выдадут перед началом самого боя, а до тех пор…

До тех пор, я снова оказалась в своей келье, в ожидании часа «Х».

А ведь на арене могло случиться всякое… Я понятия не имела, какая у меня магия и сила…

Ну что ж, вот и посмотрим, если придётся.

* * *

Ариана

Когда наступили сумерки, до меня начали доноситься голоса, а точнее, это был рёв ликующей толпы.

Несомненно, начиналась первая борьба.

Я стала гадать, как скоро меня выволочат на арену и заставят сражаться за свою жизнь?

Я прижалась лбом к холодной каменной стене и вздохнула. Страха не было. Сказать по правде, я была уверена в себе, будто смогу победить любую найсатури… Да только убивать я не собиралась. И умирать в мои планы тоже не входило.

Побег?

Но меня что-то останавливает, словно что-то или кто-то держит меня здесь.

Не понимаю.

— Мне очень страшно… — ветер донёс до моего слуха чей-то тихий шёпот. — Я не умею сражаться… Я умру сегодня…

Я ничего не ответила. А смысл отвечать?

Что я могу сказать? Что всё будет хорошо? Так это неправда.

Пообещать свою защиту? Но я сама о себе ещё ничего не знаю и о своих силах… Не могу я давать обещаний, когда не уверена в их исполнении.

«Если смогу, то помогу тебе…» — произнесла мысленно.

Подошла к окну и вдохнула жаркий и плотный воздух, напоенный ароматами цветов, вкусной еды, сладких напитков и страха…

Запах страха и священного ужаса распространялся в воздухе как кем-то пролитые духи.

А ещё пахло агрессией и жаждой смерти.

Я вдруг вспомнила историю Рима, когда смертельные поединки гладиаторов, звериные травли, морские сражения (наумахии) устраивались на потеху варварским императорам.

Жаль, что Повелитель тёмных эльфов, Териас, оказался таким же.

Злость вскипела в крови, и я положила руки на прутья своего окна и с силой сжала их.

Закрыла глаза и сделала глубокий вдох, а на выдохе, я представила, что эти прутья — не что иное, как простые деревянные веточки — тонкие, иссушенные и очень ломкие…

Хрясть!

Открыла глаза.

Я переломила прутья. В руках остались крошки и острые металлические кусочки.

Улыбнулась.

В победе своей я не сомневалась, только я не знала пока, как мне так победить, чтобы не убить соперницу. Нужно вырубить её таким образом, чтобы она просто потеряла сознание.

Надеюсь, Териас не станет показывать большой палец вниз? Это ведь не Древний Рим… Это другой мир… Со своими правилами.

Вдруг, по моей келье, эхом разнеслось ещё более дикое приветствие толпы и вскоре крики стихли.

Кто-то только что победил, а кто-то погиб на потеху кровожадной толпе и Повелителю Териасу!

Скрипнула зубами…

Так не должно быть! Люди, эльфы и если есть и другие расы — это не рабы!

Если кто-то желает добровольно сражаться и веселить таким способом публику — пусть… Но не по принуждению…

Хотя, именно страх питает публику, ужас радует их, когда несчастный, не зная, как себя спасти, кричит о помощи, молит о пощаде и всеми силами пытается выжить… Такое зрелище «слаще» для взора варваров, чем бой добровольцев.

Несколько минут спустя я услышала тяжёлые шаги, которые остановились за запертыми дверями моей комнатки.

Раздался щелчок замка и дверь открылась.

Мужчина-эльф в кожаных штанах и без рубахи, но в красном плаще сказал:

— Добро пожаловать на свой первый бой, найсатури.

— Смешно, — хмыкнула в ответ.

Эльф не обратил внимания на мой ответ, а лишь сказал, стоило выйти мне из кельи:

— Дай любую руку, найсатури.

— Зачем? — нахмурилась я.

Эльф шумно выдохнул и сам схватил мою левую руку. Не успела я отреагировать, как он надел на моё запястье чёрный металлический браслет и защёлкнул застежку. По руке тут же прошла неприятная дрожь, а в области браслета я ощутила холод, но вскоре, всё прошло.

— Что это? Что ты надел на мою руку?! — разозлилась я.

— Если решишь сбежать, найсатури с арены, то ты просто умрёшь. Вот, что я на тебя надел.

Мне захотелось выругаться и закричать, но я взяла себя в руки, подавляя негативные эмоции и сухо произнесла:

— Никогда не любила браслеты.

Внутренне я ощутила, что моя собственная магия, почувствовав инородное вмешательство в мою ауру, незаметно начала «убивать» магию этого гадкого браслета, делая его неактивным и бесполезным. В итоге, пока эльф меня вёл по слабо освещённым коридорам на арену, магический браслет-убийца превратился в обычную побрякушку.

Глава 11

* * *

Ариана

Меня подвели к выходу на арену.

Ведущий радостно вещал что-то о красочном бое найсатури, в котором одна найсатури — опытная и сильная, а другая, видимо я — новенькая эа, на которую пал гнев Повелителя Териаса Аш Арана, хрупкая и беззащитная.

Пока он ещё что-то рассказывал и кидался шутками, я немного размяла и разогрела свои мышцы.

Неизвестно, что меня там ждёт, и я не должна надеяться только на свою силу, надо быть ещё умной и хитрой.

Ведущий прокричал имя любимицы толпы:

— Найсатури Геллана! На её счету сто две убитых найсатури! Кроваво-красочный бой сегодня устроит для нас Геллана!

Толпа взревела и начал скандировать имя моей соперницы.

— Геллана!!!

— Геллана!!!

— Геллана!!!

Сто две убитых несчастных девушки… Да эта Геллана ненормальная… Психопатка! Маньячка!

Когда вопли немного стихли, ведущий представил и меня:

— Маленькая эа, срок жизни которой, скорее всего, окажется очень коротким. На её счету… ни одной убитой найсатури! Но! Давайте её поддержим! Её имя — Ариана!

Раздались вялые аплодисменты и смешки.

Эльф положил мне на плечо свою тяжёлую ладонь и произнёс:

— Удачи тебе, маленькая эа. Надеюсь, Повелитель вовремя остановит этот бой.

Я ничего не ответила на его слова и не обернулась, лишь сделала глубокий вдох, потом протяжный выход и задала один-единственный вопрос:

— Какие здесь правила?

Эльф хмыкнул и ответил:

— Правило одно — выживи или умри.

Я кивнула и вышла на арену.

Увидев меня, зрители откровенно засмеялись.

Мне было плевать на них.

Я обвела взглядом толпу эльфов, что восседали в своих ложах. Эльфы вкусно ели, вкусно пили и обсуждали происходящие на арене зрелища.

Стало гадко и неприятно.

Для них жизнь и смерть, боль и страдания — это игра, всего лишь цирковое представление и не более.

«Сволочи».

А потом, я нашла взглядом Его.

Териас Аш Аран восседал на роскошном троне, а за его спиной выстроилась надёжной стеной бравая охрана. У его сильных ног на мягких подушках, расположились наложницы в ярких одеждах. Девушки громко хихикали, переговаривались и пили вкусные напитки из золотых кубков.

«Праздник жизни, однако…»

Териас поймал мой взгляд, и я увидела, как сжались его челюсти и заиграли желваки. Мощные руки сжались в кулаки, но глаза… Ярко-синие глаза были наполнены волнением и переживанием.

«Уж не за меня ли он переживает?»

Долго разглядывать Повелителя мне не удалось.

Меня привлекла насмешка от моей соперницы.

Перевела на неё взгляд и вздохнула.

«Попала я крупно».

Геллана посмотрела на меня со злорадством и чувством превосходства. Она была уверена в своей победе.

Девушка была выше меня ростом на целых три головы. Её тело, казалось являлось одной сплошной мышцей, без грамма жира. Руки — настоящие кувалды, плечи как у Шварца, ноги — мощные столбы. Она оскалилась, приподняв губу, демонстрируя мне сточенные до остроты зубы.

Я нервно сглотнула.

— По правилам, новичок выбирает оружие! — прокричал ведущий, которого я никак не могла увидеть.

Ко мне выкатили длинный прямоугольный стол, застеленный блестящей ярко-красной тканью, напоминающей кровь. На ней гордо и опасно красовалось всевозможное оружие, название и назначение которого я даже не могла предположить.

Одно ясно — любое оружие убивает.

Прошла вдоль длинного стола, словно я в музее.

Толпа стихла. Лишь шепотки лёгким шелестом доносились до моего слуха.

Коснулась пальцем красивых парных мечей с необычными узорами на лезвиях и ведущий вдруг воскликнул:

— Выбор сделан!

«Что? Как сделан?»

Охрана подала мне эти самые мечи и удалилась, укатив назад стол.

Моей сопернице вынесли такие же мечи.

«Чё-ё-ё-ё-о-о-орт!»

Геллана явно умела обращаться с мечами и ловко их закрутила над головой, словно собираясь исполнить опасный и красивый танец с мечами. Жаль, конечно, что итог такого танца — смерть.

Я держала свои мечи, и они непривычно были для меня тяжелы и неудобны. Я стояла на арене, ожидая… сама не знаю, чего я ожидала…

Босые ноги согревал горячий песок, лёгкий тёплый ветер не холодил, а лишь сильнее распалял мою разгорячённую кожу.

Я слышала своё дыхание, слышала, как моя кровь бежит по венам… Чётко слышала каждый свой удар сердца…

Моргнула всего лишь раз и увидела, как под ликующий рёв толпы на меня несётся свирепая Геллана, ощерившись и намереваясь одним и быстрым ударом покончить со мной.

Как только она подлетела ко мне и занесла свои мечи надо мной, я сорвалась с места. Я пригнулась и ударила соперницу ногой в коленную чашечку.

У неё подкосилась нога. Она взревела и кровавой яростью наполнились её глаза.

— Что, хочешь подраться, детка? — спросила её, дразня и провоцируя.

И вдруг, мой голос, громко, звонко и чётко разнёсся по арене.

Толпа захохотала и зааплодировала.

Я приняла позицию, уверено стоя на обеих ногах, откинула в разные от себя стороны мечи — они только мешают мне. Всё равно не умею на них драться, да и в принципе драке не обучена. Буду импровизировать.

Геллана снова подскочила, оттолкнувшись ногами от земли, и провела серию красивых взмахов мечами, словно рисуя оружием узоры в воздухе, а я взяла в ладони песка и швырнула ей прямо в лицо.

Правила этого не запрещают… Ах! Правила ведь здесь отсутствуют!

Толпа вновь засмеялась, и раздались свистки и аплодисменты.

Геллана зашипела разъярённой кошкой, выкрикивая ругательства и обещая убить меня самым болезненным и кровавым способом!

Толпа ликовала.

Пока она пыталась очистить глаза от песка, я, не мешкая, отпрыгнула ей за спину и ударила ногой по ногам под коленкой.

Геланна растянулась на песке, и издала гневный рык.

И вдруг, Геллана ловко перевернулась, вскочила и очень быстро и сильно ударила меня ногами, по голеностопу, сбивая меня с ног.

Я с размаху упала на песок, и весь воздух выбило из лёгких. Перекатившись, я увидела, что надо мной нависла очень злая Геллана с двумя мечами.

Успела перекатиться и в то место, где я лежала мгновение назад, воткнулись острые мечи.

Я вскочила на обе ноги и добежала до своего оружия. Геллана снова оказалась рядом со мной и замахнулась на меня своим оружием. Я неуклюже отразила её атаку, и мои руки едва не согнулись от силы её удара.

Геллана попыталась сделать мне подсечку, но у неё ничего не вышло.

Потом она взмахнула одним своим мечом, и я отвлеклась на него. Зато другим она ударила меня в бедро. Боль пронзила меня невероятно вспышкой, и послышался хруст костей. Я повалилась на песок.

Следующий удар был не мечом, а ногами соперницы по моим рёбрам, и я отчаянно зарычала.

Превозмогая боль, я откатилась в сторону.

И вдруг, раздался громкий голос:

— Немедленно остановить бой!

«Териас! Да ты прямо вовремя… Чёрт тебя подери..»

* * *

Ариана

Эльф-лекарь залечил мою кровоточащую рану, а ещё при помощи магии убрал синяки, ушибы и ссадины с моего тела.

Я знала, что моя внутренняя сила сама бы залечила полученные ранения, но зачем ставить в известность тёмных эльфов?

Помывшись и одевшись в чистый и откровенный наряд наложницы, я вышла из комнаты к ожидавшим меня эльфийкам.

Они повели меня по коридорам дворца. Они вели меня к Повелителю.

Он желал увидеться со мной один на один.

Когда мы миновали длинный, богато обставленный и декорированный коридор, я увидела огромные двери невероятной красоты. Да, дворец Повелителя был полон сюрпризов и необычных магических красот. Белые лакированные двери, инкрустированные драгоценными камнями, распахнулись прежде, чем эльфийки прикоснулись к ним.

Они остановились. Одна эльфийка надменно произнесла:

— Повелитель ждёт тебя, эа.

Я вошла в зал и тут же застыла. Двери за моей спиной захлопнулись, отрезая путь назад.

Огляделась, не понимая, что вижу на самом деле — иллюзию или это была реальность?

Огромное зальное помещение являлось… пещерой.

Это была самая настоящая пещера, обставленная дорогой мебелью и освещённая магическим светом.

Каменные рельефные стены влажно блестели.

И пахло тут странно…

Мои ноздри затрепетали. Пахло озоном, зарождающейся непогодой и морским ветром…

Вдохнула этот упоительный запах и вдруг, услышала Его голос, который шёл из глубины этого сказочного места.

— Не стой на пороге, Ариана. Проходи. Я жду тебя.

Прошла вглубь пещеры, свернула за каменный выступ и снова резко остановилась, застыв в удивлении от увиденного.

В нескольких метрах под моими ногами ревел и пенился прибой, разбиваясь о скалы, а в небе, раскинувшемся над головой, сияло столько звёзд, сколько я никогда ещё в жизни не видела. В воздухе висела водяная пыль. Тончайшая вуаль из искрящихся капелек окружала Повелителя, но не касалась его. Мужчина стоял на балконе этого странного, но воистину прекрасного помещения и смотрел вдаль.

Клянусь, он чувствовал меня и знал, на каком расстоянии я сейчас стояла от него.

На балконе, сооружённом в этой пещере, находился небольшой стол. Он был накрытый на двоих.

Блюда из мяса, морепродуктов, овощей и фруктов явно были изысканными и вкусными.

Сглотнула вязкую слюну.

Я нормально не ела, казалось, уже очень давно.

Отвела взгляд от стола с яствами и посмотрела вдаль, на океан.

Я в своём мире и на море-то никогда не была, а тут…

Надо же, а я и не догадывалась, что рядом с дворцом имеется такая красота…

— Очень красиво… — произнесла ровным тоном, стараясь не показывать эльфу своего восторга и восхищения. Он не заслужил.

Териас перекинул за спину свою толстую хитросплетённую белоснежную косу и только потом, обернулся сам.

Мужчина посмотрел на меня внимательно, скользя по мне взглядом от кончиков пальцев на ногах до макушки и обратно.

— Тебе все раны заживили, — произнёс он, не спрашивая, а утверждая.

Согласно кивнула.

Повелитель указал рукой на стол и отодвинутое кресло, закиданное мягкими подушками.

— Садись и поешь, — сказал он. И это было не предложение. Это был приказ.

Хмыкнула про себя, но отказываться не стала. Я была голодна. Очень голодна.

Неспешно прошла к столу, но в кресло не села, а стала ждать, когда первым сядет сам Повелитель.

Когда он занял своё место, потом уже я, опустилась в кресло.

Несмотря на тёмную ночь и бушующий океан, меня обдувал лёгкий и приятный освежающий ветерок.

Я не прикасалась ни к еде, ни к питью, пока Повелитель не начнёт трапезу первым.

Он внимательно смотрел на меня, и казалось, будто, он читал меня, как занимательную книгу, только никак не мог понять, нравится ему сюжет, или он крайне в нём разочарован.

А я в ответ, тоже рассматривала Повелителя, но старалась делать это тонко и незаметно — не прямо глаза в глаза, а из-под опущенных ресниц. Пусть он считает меня безвредной и абсолютно неопасной эа, чем узнает всю правду обо мне.

Не верю я таким мужчинам, как Териас. Сначала в наложницах оказалась, пройдя дурацкие смотрины, потом он даже не выслушал меня, разбудив своей силой мою собственную магию, от которой я испытала неверотяную боль, думая, что умираю. Затем и вовсе отправил в темницу, а оттуда — на арену…

Но ему мало. Остановил бой и теперь, пытается другой уловкой узнать от меня правду. Неужели и правда, думает, что если пригласил в красивое место и вкусно накормит, то я тут же ему всё-всё расскажу?

«Эх, Териас, Териас… Доверие не таким способом завоёвывается…»

Хотя, сказать по правде, эльф был красив и производил впечатление охотника, прекрасного, непредсказуемого, опасного и смертоносного.

Будь я действительно эа или юной эльфийкой, вряд ли бы я устояла перед его обаянием.

Но я выросла в детском доме и повидала столько уродливых поступков от довольно красивых людей, что меня симпатичные мордашки не трогают.

Мужчина может быть красивым внешне, но уродливым внутри и может быть, совершенно некрасив, но зато его душа — прекрасна.

Я давно перестала судить людей (ну в этом мире, эльфов), по внешности. Поступки — вот что главное.

И на данный момент, Повелитель тёмных эльфов — Териас Аш Аран не набрал даже одного очка в свою пользу. Даже наоборот, пока он в моих глазах находился в сильном минусе.

Наконец, Териас первым взял столовые приборы и позволил мне начать поздний ужин.

Конечно же, угощение было изысканным; холодные блюда были в меру охлаждены, а горячие в меру подогреты. И никаких экзотических яств, которые могли бы испугать и вызвать отвращение. Правда, для меня абсолютно все блюда, являлись экзотикой.

— Странно, — сказал он, когда с первыми и вторыми блюдами было покончено.

Я была ему благодарна, что он позволил мне поесть в полнейшем молчании. Ненавижу, когда болтают за столом.

— Что именно странно? — решила подать голос вопреки тому, что он не разрешал мне этого.

Он взял в руки столовый нож и прокрутил его между своих длинных пальцев, унизанных перстнями.

— Ты явно не человек, Ариана. Ты не эа, — сказал он уверенно. — Но при этом, ты и не эльф.

«Какой наблюдательный».

Пожала плечами и не стала ничего отвечать. Пусть сам думает и гадает.

— Говорить правду ты не станешь, — сказал он с улыбкой. — Чтож, Ариана. Ты показала, что твоя воля имеет твёрдость и силу…

Он вдруг склонился ко мне и, улыбнувшись шире, произнёс:

— Но ты даже не представляешь, как я люблю загадки. Поверь, маленькая не эа — я тебя разгадаю и обязательно узнаю, кто ты.

«Флаг тебе в руки», — подумала я устало, едва сдерживая зевоту.

После такого бурного дня и плотного ужина, организм захотел просто-напросто отдохнуть.

— Съешь десерт, — приказал он, когда я никак не отреагировала на его «угрозу» разгадать меня.

Кивнула и невозмутимо съела свой десерт, который напоминал по вкусу меренгу.

Вкусно. Очень. Ела и жмурилась от удовольствия.

Этим и закончилась наша трапеза.

И, кажется, Повелитель был удивлён.

— Ты его съела… — сказал он поражённо.

Ну да. Съела. Сам же приказал. А чего он ожидал? Что я скажу, что после шести есть сладкое вредно? В моей ситуации ничего не вредно.

— Съела, — подтвердила я. — Что-то не так с десертом?

— Нет, нет… Всё прекрасно, — хмыкнул он и чуть тише добавил: — Ни одна эа не выносит запаха и вкуса эроки*. Не каждый эльф, не светлый и не тёмный не сможет съесть этот десерт целиком. Только самые сильные маги любят его… Но я не ощущаю твою силу, Ариана. Ничего не ощущаю. Ты словно закрыта каменной и непробиваемой стеной. Глухо, пусто… И мне это не нравится…

«Вот чёрт… Так и чувствовала, что Териас не так прост».

Снова пожала плечами, играя роль дурочки, и когда Повелитель разочаровано, вздохнул, мысленно зааплодировала себе.

Териас, старательно скрывая раздражение и гнев, проводил меня до роскошных дверей своей потрясающей пещеры и пожелал мне спокойной ночи.

Двери распахнулись. За порогом меня ждали те же самые эльфийки-служанки.

Меня довели до моих новых покоев.

Снова блеск и роскошь окружала меня.

Только вопрос — надолго ли?

*Эроки — название десерта. Приготовлен из редкого ингредиента, который могут употреблять в пищу только сильные маги. Люди не могут есть эроки, так как их организм отвергает это вещество. Слабые маги могут съесть всего пару кусочков, больше их тело принять не может. И только сильные маги с удовольствием уплетают этот десерт в любых количествах, так как он является своего рода, вкусняшкой для их магической силы.

Глава 12

* * *

Ариана

После ужина с Повелителем, прошло несколько дней.

Меня кормили, красиво одевали. Выгуливать, правда, не выгуливали. Снова со мной никто не разговаривал и я начала злиться, что моё положение опять вернулось к первоначальному — золотая клетка.

Хотела было уже начать призывать свою магию, несмотря на последствия для дворца и его обитателей, как ко мне пришли эльфийки и торжественно сообщили. Что сегодня вечером Повелитель жаждет видеть меня в своей ложе.

«Опять бои…» — подумала хмуро.

Эльфийки принесли мне красивый летящий наряд яркого цвета бирюзы, состоящий из брюк-шаровар с прорезями по бокам и короткого лифа, потрясающие украшения к наряду и… Та-да-а-ам! ОБУВЬ!

Служанки-эа снова меня отмыли пыточными мочалками, а потом смазали тело заживляющим и вкусно пахнущим бальзамом.

Эльфийки приступили к моему «украшению» уже ближе к мероприятию. Они уложили мои волосы в сложную причёску, состоящую из кос. Надели на меня летящий наряд, на шею опустилось тяжёлое ожерелье, а на руки — браслеты.

Обув меня в мягкие туфли, эльфийки придирчиво осмотрели меня и кивнув, приказным тоном сказали:

— Веди достойно себя, эа, не нарушай больше правил, если хочешь жить.

Промолчала, так как я могла бы им сейчас много чего сказать по поводу правил и всего происходящего во дворце.

— А теперь, пойдём.

Снова длинные и роскошные коридоры. Честно сказать, от этой красоты меня откровенно начинало тошнить. Захотелось простоты. Захотелось оказаться подальше от всей этой дворцовой суеты и жизни, несмотря на то, что я в принципе ни с кем не общалась и в основном сидела в своих покоях.

Я хотела оказаться на свободе, в лесу, в поле, у озера или реки, моря или океана… Неважно… Лишь бы подальше от этого дворца.

Надоел он мне вместе со своим Повелителем.

Меня привели в ложу Повелителя.

Здесь уже разместились другие девушки, которые напоминали ярких райских птичек, необременённых заботами, страхами и тревогами.

Трон пустовал, но это ненадолго.

Зрители уже размещались в своих ложах, кто на простые скамейки садился, а у кого-то были свои ложи, конечно, не такие как у Повелителя, гораздо скромнее, но всё же.

Вздохнула и чтобы не привлекать излишнего ненужного внимания, опустилась на свободные подушки, что были разбросаны у подножья трона.

Девушки на мгновение умолкли, разглядывая меня, а потом накинулись, словно стайка глупых птиц.

— Какие у тебя красивые глаза!

— А как тебя зовут?

— Я тебя раньше не видела…

— Ты уже была с Повелителем?

— Как тебе наш Господин?

— Ах! Так это ты выступала на том бое с Гелланой!

Их вопросы сыпались, сыпались и сыпались, не давая возможности мне даже ответить хоть на один из них. Если честно, я ожидала соперничества, драки, язвительных речей, но явно не этого…

Когда они замолкли, я натянуто улыбнулась девушкам и решила не рассказывать о себе, а наоборот, выяснить у них подробности о жизни во дворце, об этом мире и, конечно же, о самом Повелителе. Ведь, очевидно, дамочкам скучно, а поболтать они любят… Просто отлично.

* * *

Шерридан

Я сидел в общей комнате бойцов-мужчин и не обращал внимания на всеобщие разговоры. Я погрузился в свои думы.

«До сих пор не могу принять и поверить, что я в плену у проклятого Териаса. Правда, этот поганец обещал мне свободу, если я проведу ровно тысячу красочных и кровавых боёв. Сегодня, как раз, мой последний бой».

Уговор был скреплен клятвой на крови. Если Териас нарушит клятву, то лишится своей магической силы.

Последний бой, за плечами несколько долгих лет рабства и девятьсот девяносто девять выигранных боёв. Мои руки не просто по локоть в крови, я уже сам весь измазан кровью своих жертв — людей, эльфов, зверей… Убийца. Беспощадный и злой, но не имеющий права умереть, потому что я обещал…

Потому что я ещё не исполнил свою миссию. Но как только я достигну цели — можно будет и умереть, чтобы предстать перед Богом и ответить за все свои грехи…

Моя цель — добраться до Обители Хранителей, чтобы увидеть свою госпожу и любовь и рассказать ей о своих чувствах.

«Алиша… Я не забыл тебя… Я обещал, что приду и сдержу своё слово…»

Я часто думал о ней, о рыжеволосой эльфийке, своей госпоже, которой служил многие годы, живя вместе с ней в Обители.

По её поручению, я ездил к светлым эльфам, чтобы передать из уст в уста важное предсказание.

На меня напали и при помощи магии пленили, когда я возвращался в Обитель и уже долгие годы влеку существование раба и шута, сражаясь на арене, где судьи — толпа и ненавистный мне Териас Аш Аран.

Я представлял, как она без меня. Думает ли обо мне или уже забыла?

Хранители, когда любят, «не видят» судьбы своих любимых — злая насмешка и обратная сторона этого дара.

Но желание спастись и выйти отсюда с каждым новым выигранным боем усиливалось.

Выжить на арене — значило остаться здесь, в этом уставшем мире за счёт другой жизни — человека, эльфа, зверя… Не важно. Нужно было убить и не думать о об убитом товарище, с которым недавно сидел за одним общим столом…

Териасу было плевать на правила Хранителей и на то, что я один из тех эа, которые прислуживали Хранителям и защищали их жизни…

«Хорош защитник…» — подумал мрачно.

Я презирал народ, которым управлял Териас — тёмные эльфы пали в своём грехе и пороке. Они жаждали жутких и кровавых зрелищ.

«Но разве можно получать наслаждение от того, что на их глазах один убивает другого?»

До меня доносился запах жареного мяса и полукислого сидра.

Последний ужин.

Я старался ни с кем не разговаривать. Я, как и остальные ел мясо и пил невкусный сидр. Уже давно я перестал чувствовать вкус еды, забыв как проста, но вкусна была еда в Обители, особенно, когда рядом находилась Алиша…

Воины весело обсуждали сегодняшние бои, гадая кто с кем будет биться.

Я думал, что мой бой сложится с кем-то из этих эа или эльфов, на крайний случай, предполагал, что Териасу взбредёт в голову спустить на меня степного зоргаса*.

Но я даже на мгновение представить не мог, что подготовил для меня тёмный эльф.

Териас держит своё слово, но кто сказал, что он желает отпустить меня? Если я проиграю, то по договору, скрепленному кровью, я останусь у него в рабстве навсегда…

*Степной зоргас — огромный мамонтоподобный зверь с шестью лапами, многометровыми бивнями и острыми зубами. Свирепый и агрессивный зверь. Плотоядный. Самый крупный и опасный зверь, которого спускают на арену. Сдерживают его только магией. Убить его можно, зная его слабые места. (Прим. Автора).

* * *

Ариана

Зрители начали прибывать и рассаживаться по местам, без суеты и спешки — движения эльфов были плавными, выверенными и заученными, словно они много-много раз репетировали приход на трибуну, чтобы всё у них вышло синхронно.

Смотрелось это действо довольно забавно и даже смешно.

А потом, спустя несколько минут на трибунах воцарилась звенящая и зловещая тишина, и только песню ветра можно было услышать, да далёкие крики птиц.

Снова я увидела эльфа-горбуна, который подошёл к трону, встал перед ним, держа в одной руке трость из тёмного дерева, украшенную драгоценными камнями, и хорошо поставленным голосом, усиленным магией, произнёс:

— Повелитель тёмных эльфов и эа, Владыка Териас Аш Аран!

Девушки-наложницы повернулись лицом к трону и опустили взгляд в пол.

Я всё повторила за ними и наблюдала за происходящим из-под опущенных ресниц.

Все эльфы на трибунах склонились в земном поклоне, а все воины, которых вывели на арену, опустились на колени.

Наконец, вошёл Он, Териас Аш Аран, похожий на мифическое существо — высокий, сильный и как всегда надменный. Он был одет в бело-золотые одежды и высокие сапоги из мягкой белой кожи с золотыми нашивками и драгоценными украшениями по бокам. Белые волосы эльфа были распущены и гладким шёлком лежали по его могучим плечам. Его лоб украшал золотой обруч с большим алым камнем. Казалось, будто от тёмного эльфа исходит сияние.

Териас был прекрасен, впочем, как и всегда.

Рядом с ним стояла молодая девушка эа, похожая на фею, и её вид вызвал у меня приступ зависти.

— Это Калатея. Уже четыре дня, она любимая наложница Повелителя, — еле слышно произнесла рядом со мной сидящая девушка. — Не думай, что она такая же невинная, как выглядит. Калатея хитра и очень опасна. Троих наложниц отравила, которых выбирал Повелитель и обставила всё так, будто это не она, а кто-то из нас сотворил.

Девушка замолкла, а я внимательней посмотрела на наложницу рядом с Териасом.

«Подобрал себе подходящую партию», — подумала со злобой. — «Он хитёр и опасен, и она — змеюка».

Калатея была и правда, очень красива — хрупкая на вид, с нежными и утончёнными чертами лица. Невысокая, но с формами. Одета наложница была не так как мы. Наши одежды были красивыми, даже сказала бы роскошными, но похожими по фасону. А её наряд полностью отличался от наших, выдавая её положение, что она стоит выше всех нас. Из мягчайших шелков яркого жёлтого цвета было сшито летящее платье, которое идеально сидело на её фигурке. Её запястья, шею, ушки и голову украшали драгоценные украшения. Золотые цепочки были вплетены в её длинные и тяжёлые золотистые волосы, заплетённые в многочисленные косы. Калатея была великолепна. Она была почти так же красива, как Повелитель Териас… Но красота её была ядовитой. Я почувствовала — она действительно опасна. А ещё безумна. Душа её была чёрной и сгнившей. Именно как гниёт любая мёртвая плоть. И от её несчастной души исходило зловоние…

Сколько же ужасного эта молодая девушка успела сотворить, раз уже погубила свою душу?

Териас не чувствовал её сути и в принципе, не один эльф не ощущал истинной сути людей и эльфов, что, на самом деле, было мне на руку.

Я вздохнула и незаметно покачала головой.

«Не моё это дело. Это выбор Повелителя и на этом всё…»

Когда Териас величественно опустился на свой трон, а любимая наложница села у самых его ног, эльф-горбун виртуозно прокрутил между своих скрюченных и узловатых пальцев трость, инкрустированную драгоценными камнями и резко ударив ею о каменный пол, торжественно произнёс:

— Сын Арана, Властитель Мира и Властелин царств иноземных, Предводитель тёмных эльфов и эа, наследник Арана Аш Хасума, защитник всех городов, Великий Правитель над всеми Правителями, брат Светила дневного и ночного, внук и наместник Богов, несравненный и никем непобедимый воин, владетель ценнейшего семени, неотступный хранитель жизни и смерти, справедливый судья, надежда и утешитель, устрашитель и великий защитник всех тёмных эльфов и эа, повелевает: бои на свободу начать!

Воины, стоящие на трибуне, затрубили в рог.

Ведущий, которого так я и не увидела, прокричал:

— Воин Шерридан, выигравший девятьсот девяносто девять боёв, сегодня будет биться в последний раз!

Трибуны взревели.

— Победит ли он? Или проиграет? Сегодня, воин Шерридан либо выйдет на свободу, либо станет любовником Смерти!

— Или, быть может, он просто проиграет и останется рабом навсегда?!

Толпа загудела, заликовала и начала скандировать имя воина:

— Шерридан!!!

— Шерридан!!!

— Шерридан!!!

Не хватало только хлопков и топота ног…

На арену вышел он…

Я даже чуть привстала с мягких подушек.

Это был тот самый мужчина с одним глазом, похожий на пирата, которого я уже видела. От него исходила невероятная энергия силы и мощи и не хуже, чем от самого Териаса…

При этом, пират не был эльфом.

Человек?

Вполне возможно. Но он слишком крупный для человека…

Мне почему-то казалось важным, чтобы он победил и получил свободу.

Шерридан. А ведь он убил девятьсот девяносто девять раз…

Но почему, тогда, от него не исходит энергия, подобная энергии Калатеи?

«Я не знаю…»

Пока думала и рассуждала, прослушала имя противника пирата.

Но когда соперник Шерридана вышел на арену, я ахнула.

Ахнули и зрители.

Только Шерридан был спокоен, будто он знал, что будет биться именно с этим… чудовищем.

«Это что ещё за монстр?»

Человекоподобное существо, похожее на существо из земных легенд о йети.

Это существо было покрыто белой шерстью. Рот его скалился, обнажая два ряда острых зубов и крупные жёлтые клыки. Длинные крючковатые пальцы заканчивались острыми когтями.

Одет этот монстр был как самый настоящий воин и держал в своих гигантских руках-лапах длинную рукоятку с цепью, на конце которой, весело крутилась огромная шипастая гиря.

«Кистень или моргенштерн», — подсказала мне память, как только я разглядела это страшное оружие.

А у Шерридана был только меч.

Монстр крутанулся на месте, словно решил покрасоваться перед публикой и ударив себя в грудь, как самая настоящая обезьяна, издал громогласный рык.

Мало того, что этот монстр был на три головы выше пирата и шире его раза в два, так у него ещё помимо кистеня, имелся ремень на поясе, напичканный острыми ножаи разной длины.

Я сглотнула и обернулась назад. Посмотрела на Повелителя.

Териас сидел на своём троне — величественный, прекрасный, словно был сыном Богов, и я уловила в его взгляде самое настоящее удовлетворение и надменность.

«Это подстава…» — поняла я и разозлилась, возвращаясь взглядом к арене. — «Териас ни за что не допустит, чтобы Шерридан получил свободу. Девятьсот девяносто девять выигранных поединков — это опасный воин. Проще продолжать держать его здесь в качестве раба или убить».

«Чёрт…» — выругалась я мрачно.

Но потом, разозлившись на Териаса, мысленно произнесла, стараясь донести свой посыл до Шерридана:

«Ты победишь! Но если что-то пойдёт не так — я тебе помогу! Обещаю!»

Надеюсь, мои мысли долетели до него… Ведь я не знала всех возможностей своей силы…

Но вдруг, Шерридан вздрогнул и заозирался по сторонам.

«Услышал», — не смогла сдержать я улыбку.

Глава 13

* * *

Ариана

— Приказываю! Бой начать!

И начался бой…

Моё внимание тут же оказалось приковано к арене. Оба воина ринулись друг на друга и хищниками закружились по песку; их смертельный танец сопровождался лязгом оружия, который эхом отразился от каменных стен арены. Вдобавок ещё и возбуждённые зрители разразились криками и воплями.

Кажется, воины всего раз обменялись сильнейшими ударами. Гигант, похожий на йети, вооруженный кистенем, казалось, чувствовал себя уверено на арене. Он довольно порыкивал и выглядел настоящим хищником, готовым вот-вот напасть на свою добычу. Шерридан ловко уворачивался от ударов, не позволяя страшной шипастой гире пробить его кости, и не позволял цепи спутать его меч.

Я во все глаза смотрела на бой, не заметив, что даже затаила дыхание.

Они очень долго кружили, присматривались и обменивались ничего не значащими ударами.

Шерридан был крайне осторожен. Толпа зрителей недовольно начала гудеть, желая увидеть кровавое побоище, а не эти танцы на песке.

И вдруг, поддавшись рёву толпы, могучий зверь нанёс сильный удар, от которого Шерридан не смог увернуться. Страшное оружие одним ударом располосовало ему руку, плечо и грудную клетку.

Кровь алыми брызгами разлетелась, оставив влажный блестящий след на каменной стене и жёлтом песке под ногами бойцов.

Раненный Шерридан жутко вскрикнул, не совладав с сильнейшей болью, но он не рухнул на песок и не выронил из сильных рук свой меч, лишь крепче сжал оружие руками.

У меня сильно забилось сердце, а к горлу подкатила волна ужаса.

Зато толпа зрителей довольно загудела. Им нравилась кровь…

Шерридан взял себя в руки и отразил удары монстра. И даже сумел достать его своим мечом, нанеся совсем незначительные раны.

Я всё никак не могла понять, что он хочет сделать, так как, на мой взгляд его выпады и атаки были нелогичны… Наконец, поняла. Он хотел выбить из лап волосатого монстра его кистень. Но пока, ему это плохо удавалось.

А зверь, несмотря на свой огромный рост и немалый вес, не был неуклюжим. Он оказался не менее ловким и очень быстрым.

Я стала волноваться и переживать за Шерридана-пирата.

А его серьёзная рана, намного быстрее отнимала силы, чем он думал.

И вдруг, Шерридан провёл обманную атаку. Шипастая гиря с невероятной силой рухнула на то самое место, где только что находился сам Шерридан.

Шерридан-пират, предвидя этот самый удар, вовремя бросился прочь, высоко подпрыгнул и пролетел за спину могучего монстра и смертоносными ударами меча разрезал тому сухожилия на ногах, а потом вонзил меч в спину…

Толпа возликовала.

Монстр заревел так, что, казалось, стены арены затряслись и сейчас рухнут, а мои барабанные перепонки готовы были лопнуть от этого рёва.

Я мельком взглянула на Териаса и не смогла сдержать улыбки.

Териасу не понравилось происходящее. Он гневно сжал руки в кулаки. Его сузившиеся глаза метали молнии.

«Молодец, Шерридан!» — ликовало моё существо.

Вернулась взглядом к арене и замерла.

Нанесённые ранения зверю оказались мелким пшиком, которые его лишь разозлили. Он откинул в сторону свой кистень и из ножен достал короткие мечи.

Шерридан, сильно шатаясь от невыносимой боли, сосредоточенно защищался от сильных ударов, наносимых короткими мечами противника.

Несколько раз их мечи скрестились, и я поняла, что Шерридану непросто устоять под напором этих страшных атак.

Шерридан проскочил мимо противника, и лезвием рассёк его волосатое предплечье.

Они бились и металл звенел о металл. Шерридан вкладывал в борьбу много сил, как и волосатый монстр. И Шерридан начал сильнее уставать… Его рана была слишком серьёзной. И кровь, что непрерывно вытекала из раны, уже залила почти всю арену.

Зрители сначала голосили и свистели, радуясь красочному и кровавому бою, но по мере того, как разгоралось сражение и казалось, что финал наступит уже совсем скоро, возгласы затихли.

Бой не заканчивался. Монстр злился и свирепел всё сильнее, так как он, видимо, надеялся довольно быстро победить одноглазого воина. Но не вышло.

Шерридан терпел сильнейшую боль. Его рана выглядела не просто ужасно…

Наконец, Шерридану надоел этот бой. Он собрал остатки своих сил, запрыгнул монстру на спину и, зажав коленями его бока, занёс над ним меч, чтобы вонзить оружие в затылок своего противника…

Но Шерридан не успел…

Монстр с рёвом дёрнул Шерридана вверх через себя и с невероятной силой откинул его на песок.

Шерридан тяжело упал и от удара, поднялись столпы песка.

Толпа зрителей ахнула.

Монстр заревел и ударил кулаком себя в грудь, веря в свою победу.

Он занёс острые мечи над Шерриданом.

— Ну же… — прошептала я. — Вставай, Шерридан…

— Тише… — толкнула меня локтём наложница Териаса. — Тебя могут услышать…

— Плевать, — разозлилась я.

Шерридан поднялся на локтях, но потом снова упал.

Силы оставили воина…

А я вдруг увидела в замедленном движении, как мечи монстра опускаются, чтобы пронзить плоть Шерридана…

Секунда…

Раз… два… три… удар сердца…

«Я не позволю!»

Меня захлестнул слепящий гнев. Я позабыла об осторожности, да и вообще обо всём на свете. У меня осталась лишь одна мысль: «Остановить этот кошмар и спасти Шерридана! Он должен жить!»

Я вскочила с места. Запрыгнула на край балкона и закричала, раскинув руки:

— Не-е-е-ет!

Сила моего голоса, подчиняясь порыву моей воли, хлынула наружу яростной и неукротимой волной прямо на волосатого монстра, оглушив его и без чувств отбросив его в сторону от Шерридана

Многих зрителей, кого задела магическая волна моей силы, тоже отбросило прочь, свалив всех в одну кучу.

Даже прекратив кричать, я чувствовала, как магия из меня хлещет непрекращающимся потоком, и я не знала, как это остановить.

Вдруг, моя спина начала тяжелеть, лопатки стали сильно зудеть.

Вдруг, раздался всеобщий вздох.

«Крылья… Вот чёрт!»

Мои крылья распахнулись, являя всем присутствующим их красоту и мощь.

Воцарилась звенящая тишина.

На миг все застыли — кажется, никто из присутствующих просто не верил своим глазам.

Шерридан поднялся на обе ноги и, шатаясь, неверяще глядел на меня.

Я медленно повернулась в сторону Повелителя.

Он стоял у трона и глядел на меня с неукротимой яростью. Я ощутила тяжесть направленного на меня гнева.

Его любимая наложница находилась в обмороке, как и многие другие девушки-наложницы.

«Кажется, пора мне отсюда делать ноги…»

И тут, кто-то закричал:

— Демон!!!

— Это демоница!!!

И воцарился всеобщий хаос.

Эльфы визжали и убегали прочь со своих мест, затаптывая друг друга.

Воины Повелителя наставили на меня оружие

Териас направился ко мне.

Следуя интуиции, я прыгнула вниз, доверяя своим крыльям, которыми ещё не умела управлять.

Одна мысль билась в голове — «взять как-то Шерридана, поднять его и вместе улететь отсюда».

Но вдруг, меня что-то ухватило, словно на меня накинули лассо, и я как зверь, попавший в капкан забилась в этой невидимой ловушке.

Меня потянуло назад и что-то стало лишало меня сил, будто вытягивало их, или выпивало… Дышать становилось трудно, тело начало слабеть…

Териас! Это был чёртов Териас! Сволочь!

Он своей магией — опытный маг, быстро и ловко сплёл магическую прочную сеть, которая и пленила неуклюжую меня.

Последнее, что помню, это было то, как Териас злобно оскалившись, произнёс прямо мне в лицо:

— Вот я и узнал твой секрет, демоническая птичка.

* * *

Ариана

Очнулась я резко. Воспоминания тут же ворвались в моё сознание. Я ахнула и села на холодном полу, чуть морщась от пульсирующей головной боли.

«Шерридан… Что Териас с ним сделал? Надеюсь, пират жив…»

Огляделась и хмыкнула.

Териас не оригинален.

Меня снова бросили в темницу, надев на руки и на ноги тяжёлые кандалы.

Продолжая улыбаться, потянулась к своей магии, намереваясь избавиться от оков и выбраться отсюда.

Мне было важным найти Шерридана и убраться из дворца.

К чёрту это место.

Я нахмурилась. Магия не отзывалась. От слова совсем.

Начиная волноваться, снова потянулась, акцентируя внимание на своей силе — я её чувствовала, но слабо, словно она превратилась в мотылька, который бьётся внутри и желающий выбраться на волю.

Когда на пятый, а потом на десятый раз моя сила не отозвалась, я начала паниковать и осматривать себя.

«Что проклятый Териас со мной сделал?!»

На шее я нащупала широкую полоску, то ли из ткани, то ли из кожи, которая была обёрнута вокруг моей шеи как чокер.

Стоило мне коснуться этого «украшения», как меня словно током ударило.

Зашипела и отдёрнула руку.

Я потом ещё несколько раз пыталась дотронуться до этой магической штуки, чтобы снять её с себя, но с каждым разом разряды становились сильнее и болезненней.

«Странно, почему тогда «украшение» не бьёт меня постоянно?» — начала я думать, немного успокоившись. — «Возможно, оно действует так, потому я хочу его снять… И это явно какой-то блокиратор моей магии. Чёрт! Но я обязана его снять! Только как?»

Пока я отчаянно думала, а моя голова уже не просто болела, а взрывалась от боли, вдруг я услышала приближающиеся шаги.

Это был не один эльф, а пятеро.

Я поднялась на ноги. От моих движений, цепи зазвенели.

Моя темница открылась и ко мне в гости вошли пятеро эльфов-стражников во главе с их главой. Главный брезгливо оглядел меня, усмехнулся и спросил:

— Зачем ты пришла в наш мир, демоница?

Вздохнула.

Вот и начинается допрос.

«Хотела бы я вернуться назад, на Землю? Честно? Хотела бы. Там, на Земле, всё гораздо спокойнее и понятнее. А тут…»

Но это была лишь минутная слабость. На самом деле, я не хотела назад. Мой дом — здесь.

— Я не демоница и не враг вам, — ответила на его вопрос по-своему. — И мне нужно встретиться и поговорить с Повелителем. Отведите меня к нему.

Стражники переглянулись, а потом одновременно издевательски заржали.

Отсмеявшись, главный снова задал вопрос:

— Ты — шпионка?

— Нет. Я не шпионка, — ответила раздражённо.

— Почему ты остановила бой?

Бесите меня своими вопросами.

— Потому что так захотела, — процедила сквозь зубы.

— Смотрите-ка, Нортен, наша демоница хоть и без магии сейчас, но зубки-то показывает, — насмешливо произнёс главный эльф-стражник.

Я сложила руки на груди и снова сказала, чеканя каждое слово:

— Повторяю, я не демоница. Это раз. И второе — я прошу вас отвести меня к Повелителю. Это очень важно.

— Не думаю, демоница, — фыркнул эльф. — Если хочешь, чтобы Повелитель стал с тобой говорить, ответь сначала на мои вопросы. Зачем ты пришла в наш мир, с какой целью? Демоны снова собираются напасть?

Возвела очи горе и со стоном вздохнула.

— С вами бесполезно нормально говорить.

— Как и с тобой, демоница, — сказал эльф и рявкнул стражникам: — Научите её подобающе отвечать!

Ослабленная из-за блокировки магической силы, я могла лишь с ужасом вжаться в каменную стену.

В руках двух эльфов возникли магические нагайки, но не такие, как я привыкла видеть. Это было оружие — длинная скрученная плеть заканчивалась на конце остроконечной шипастой шишкой.

Первый эльф выпрямил плеть резким движением руки, и со свистом рассёк спёртый подвальный воздух.

— Не нужно этого делать… — прошептала я.

Эльф лишь предвкушающе улыбнулся и поманил меня к себе тонким и длинным пальцем.

— Иди сюда, маленькая демоница, — елейным голосом пропел мужчина.

Я сглотнула и лишь сильнее вжалась в твёрдость стены, лопатками ощущая неровности и шероховатости камня.

В ладонях зажала цепи, словно ища у металла поддержки.

В голове уже случился большой взрыв — моя несчастная голова невыносимо раскалывалась от боли.

Эльф приближался, сильнее сжав в руке нагайку.

Я напряглась и приготовилась получить сильные удары…

И началось.

В воздухе засверкало оружие — эльф наносил чёткие и выверенные удары.

Руками закрыла лицо и до боли прикусила губу, чтобы не закричать от вспыхнувшей адской боли.

К эльфу-мучителю присоединился другой мучитель. Он стеганул своей плетью, оплетая мои колени, и резко дёрнул на себя. Оплетённая, я рухнула вперёд.

Другие эльфы с противными улыбками наблюдали за моим избиением и унижением.

Я зарычала, чувствуя, как гнев поднимает свою скалящую голову.

Упёршись руками в пол, я, шипя от боли и гнева, попыталась подняться. Но тут же меня отбросили в сторону, поставленным ударом ноги.

«Жаль, что мои силы заблокированы, иначе, я сейчас бы вас стёрла в порошок…» — подумала я с ненавистью.

Я лежала на каменном грязном полу, пуская изо рта кровавую пену, и злилась на своё бессилие и ненавидя тёмных эльфов.

«Твари».

Перед моими глазами возникли ноги в чёрных сапогах, начищенных до блеска.

Эльф присел на корточки и рукояткой кинжала за подбородок повернул моё лицо к себе.

— Ну что, демоница, теперь будешь отвечать на мои вопросы?

«Он мне не поверит. А просто вести с ним разговоры и доказывать, что я лишь наполовину демон, впрочем, как и все они — бесполезно. Ничего. Я ещё всем воздам за свою боль и унижение…»

— Пошёл ты! — яростно плюнула ему в лицо своей кровью. — Мужчины, которые бьют женщин — это твари, которых как заразу надо давить и уничтожать…

Эльф поднялся и, стерев со своего лица рукавом камзола мой кровавый плевок, он небрежно сказал, уходя из моей темницы:

— Продолжайте до тех пор, пока её тело не превратиться в кровавую лужу.

На меня посыпались удары.

Эльфы били меня ногами, руками, избивали плетью.

Сначала я выла от боли, кричала, срывая голос, пыталась отбиваться…

Каждая моя надломленная кость сильнейшей болью отзывалась во всём теле.

А потом, боль ушла…

Я больше не чувствовала ударов, что продолжали сыпаться на меня градом и вдруг, где-то на периферии сознания, я услышала лёгкие, но быстрые шаги, которые приближались к моей темнице.

Двери распахнулись, впуская в окровавленное помещение ещё более сильный запах крови и смерти…

И вдруг, меня перестали бить и мучить.

Открыла глаза, я увидела, что на полу лежат два эльфа со свёрнутыми шеями и удивлением, застывшем в их глазах.

Приподняла голову и увидела…

«Шерридан…», — произнесла про себя, так как разбитые губы словно онемели, а голос от криков охрип.

Шерридан, с перекошенным от гнева лицом, залитым чужой кровью, внимательно переводил взгляд с одного эльфа на другого.

— Ты, раб, как смеешь мешать правосудию? — прорычал эльф-стражник.

— За убийство наших братьев ты поплатишься смертью, но умирать будешь долго и мучительно! — воскликнул другой.

Губы Шерридана в хищном оскале и смазанным движением мощной руки, он нанёс сильнейший удар по лицу эльфа.

Тот отлетел к противоположной стене и головой воткнулся в остриё, на котором висели цепи с кандалами.

Эльф был мёртв.

Другой взревел раненным зверем, и чуть согнув ноги, прыгнул на Шерридана, который ухватил эльфа за тёмные длинные волосы, заплетённые в две косы и энергично вздёрнул его. Эльф зашипел и задёргал ногами, а руками вцепился в мощный кулак одноглазого воина.

— Вонючие ублюдки, — процедил Шерридан. — Вы — не мужчины, а лишь мужское подобие, порочащее свой род. Вы — падаль у ног Териаса, который ничем не лучше своих подданных!

Резко вскинув руку с кинжалом, Шерридан вонзил остриё в сердце эльфа.

Тот захрипел и обмяк.

Шерридан откинул от себя уже мёртвое тело и подошёл ко мне. Повернул моё лицо в стороны и выругался, увидев ошейник, блокирующий мою магию.

— К… ка… Как? — выдавила из себя еле слышно.

— Расскажу, когда выберемся, маленькая демоница, — сказал мужчина. — Я обязан тебе жизнью и намерен вернуть долг.

В его руках оказались ключи от моих кандалов.

«Чтобы пробраться сюда, ему пришлось убить немало эльфов», — поняла я, устало разглядывая его лицо и одежду, залитые кровью.

Он взял меня на руки и, аккуратно прижав к себе, направился прочь из темницы.

Коридор, по которому мы шли, был заполнен телами убитых стражников, а потом я увидела главного стража, который отдал команду мучить меня — он был мёртв.

«Заслужил, сукин сын».

В конце коридора нас поджидал портал.

«И всё-таки, как он выбрался? И откуда взялся портал?»

Глава 14

* * *

Обитель Хранителей мира Аскавидон

Шесть Хранителей находились в глубокой медитации. Они сидели в нарисованном круге, исписанном рунами и магическими символами. Сам круг, руны и другие символы сияли магическим синим цветом, пульсируя в единый такт биения сердец Хранителей.

Армас — старейшина Обители и седьмой Хранитель контролировал медитацию.

Погружение Хранителей в видения было глубоким, так как им требовалось «увидеть» единое событие.

«Великие силы, пусть Истинным Хранителем окажется доброе существо…» — подумал Армас, наблюдая за пульсацией магического круга.

Хранители были погружены в самые глубокие слои подсознания.

Каждый из Хранителей видел всего лишь часть из единой существующей картины. Каждый был силён в своей области — и только сообща, они могли увидеть единое целое — они смогут узнать, где сейчас находится Истинный Хранитель, кто он или она, откуда пришёл или когда родился, и каким силам принадлежит его душа — добру или злу.

* * *

Алиша сначала видела просто туман, но чуть погодя, сквозь серебристый льющийся свет, проступили образы, которые становились всё ярче и чётче.

Алиша всё прекрасно рассмотрела и запомнила. Она была поражена тем, что довелось ей увидеть.

Открыв глаза, все Хранители некоторое время приходили в себя, возвращая свой дух и своё сознание в реальность.

Глубокий вдох и глубокий выдох — всё синхронно и едино.

Символы, руны и магический круг начали затухать, словно тлеющее пламя свечи.

Молчание сохранялось ещё довольно долго, пока последний — шестой участник медитации не пришёл в себя.

Глаза перестали быть полностью белыми и вернули обычное состояние.

Армас помог каждому Хранителю подняться.

Когда они покинули магический круг, вокруг них заклубился туманный вихрь, обозначающий, что медитация полностью завершена и никакая сущность не пришла за ними из тонких измерений.

Хранители прошли в зал совета.

Когда все заняли свои места, Армас заговорил:

— Я чувствую, что каждый из вас получил и изучил видение об истинном Хранителе. Где он?

— Это она, — произнесла молодая Хранительница Нирейна.

— Что? — переспросила Армас. — Истинный Хранитель — женщина?

— Да, — в один голос ответили шесть Хранителей.

Армас шумно вздохнул.

— Начнём с тебя, Эрлай, — произнёс Армас. — Рассказывай, что ты видел.

Каждый Хранитель рассказал о своём видении.

Когда стали известны факты, что истинная Хранительница — это первородная тёмная эльфа — первое дитя, рождённое от светлой эльфы и демона, Армас едва сдержал свои эмоции, которые впервые за долгие годы, рвались сокрушающим потоком из глубин его души. Во рту у Хранителя пересохло от полученных известий.

— Невозможно… Этого не может быть… — бормотал Хранитель, осторожно листая древний свиток с легендой о любви светлой эльфы Эсталоне и демона Лерайи.

— Но это так, — твёрдо произнёс тёмный эльф по имени Мориас. — Её кровь и магическая сила содержит в себе древнюю кровь демона и светлой эльфы.

— Прошло столько времени, многие события стёрлись из памяти всех народов или превратились в легенды, но находясь в замершем не магическом мире, она смогла, наконец, вернуться домой… — печально произнесла Алиша. — Я видела её воспоминания. Они печальны… И она так ещё молода, хоть её кровь и сила древнее всей нашей силы вместе взятой.

— И она совсем неопытна. Её сила опасна не только для неё самой, но и для всего мира, — серьёзно и с явным опасением произнесла Нирейна. — Она не умеет управлять своей пробудившейся силой.

— Где она? — спросил Хранителей Армас.

Ответил Морис:

— Истинная Хранительница оказалась в рабстве и была продана во дворец Повелителя тёмных эльфов Териасу Аш Арану. Она его наложница и… и найсатури.

— Найсатури? Истинная Хранительница мира — наложница и найсатури? — воскликнул Армас, впервые не совладав со своими эмоциями.

Крайне редко что-то так выводило его из себя, но эта новость была невероятно возмутительна.

— Она не знает, что она истинная Хранительница, Армас, — сказала Нирейна. — И мы нужны ей. Она спасла раба от смерти и навлекла на себя гнев Повелителя.

— Териас увидел в Хранительнице врага, когда она прибегла к своей силе и раскрылась перед ним, — произнесла Марика.

— И нужны как можно скорее, — глядя в глаза Алише, произнёс светлый эльф по имени Сервиус. — Алиша, я кое-кого увидел…

— Говори, — кивнула ему Алиша.

— Марика увидела спасение раба, который много лет сражается на арене на потеху Повелителя и его свиты. Он бьётся, чтобы получить свободу, но последний бой он бы проиграл, не вмешайся наша Хранительница, — тихим голосом рассказал о своём видении Сервиус. — Спасённым оказался… Шерридан.

Алиша округлила глаза и вскочила со своего места. Неверяще она прижала руки к груди и переспросила:

— Шерридан?

— Да, — кивнул эльф.

Другие Хранители тоже взволновались. Они знали о той боли, которую испытала Алиша, когда считала Шерридана погибшим.

И по воле высших сил, ни она, ни кто-то другой из Хранителей до сегодняшнего дня, не смог увидеть Шерридана — ни его смерть, ни его жизнь. Ничего. Лишь глухая стена поднималась, когда они настраивали свои чувства на мужчину…

Но у высших сил свои планы и когда пришло время, они дали знать о его судьбе…

— Нам нужно выстроить портал до Шерридана, — уверенно сказал Сервиус.

Алиша с благодарностью посмотрела на эльфа и одними губами сказала: «спасибо».

— Нам нужно строить портал к истинной Хранительнице! — возмутилась Марика.

— Не проще ли выстроить портал в королевство Повелителя Териаса и объяснить ему, кто именно у него находится в наложницах… — предложил Эрлай.

— Это слишком долго, — покачал головой Сервиус.

— Нельзя рассказывать Териасу об истинной Хранительнице. Никто не должен знать о ней, — сказал Армас. — Её захотят заполучить в своё личное пользование все властители мира! А она, следуя вашим видениям, молода, неопытна и может легко выбрать неверный путь.

— Да, — поддержала Армаса Алиша. — Хранительница должна научиться управлять своей силой, должна познать этот мир, почувствовать его, узнать его желания и войти в источник… Когда она обретёт себя, она буде вольна делать любой выбор… Надеюсь, он не станет последним для нашего мира…

— Всё будет зависеть от нас, — сказал Армас.

— Мы ей поможем, — произнёс Эрлай.

— Так, почему же мы должны выстроить портал именно к Шерридану, а не напрямую к нашей Хранительнице? — поинтересовалась Марика.

— Потому что истинная Хранительница пришла из другого мира — это раз, второе — её магия настолько сильна, что может разрушить портал или выбросить нас совершенно в другой точке мира, далёкой от нашей цели. И три — Алиша до сих пор связана с Шерриданом и портал приведёт нас прямо к нему. И тогда, мы без труда доберёмся до нашей цели.

— А как же стража, магия дворца и сам Повелитель? — нахмурилась Нирейна.

Армас улыбнулся и мягко произнёс:

— Мы — Хранители и мы сильны. Трое из вас, наконец, смогут проявить все свои возможности.

— Почему трое?

— Потому что, остальные будут готовить Обитель к приходу истинной Хранительницы, — сказал Армас. — Итак, идут Сервиус, Алиша и Морис.

Все хранители беспрекословно согласно кивнули.

Сервиус первый поднялся со своего места и сказал:

— Я прямо сейчас отправляюсь строить портал. Алиша, Морис, у вас есть время подготовиться к переходу.

Алиша возвращалась в свою комнату, чтобы взять с собой необходимые амулеты и исцеляющие эликсиры.

Её сердце часто-часто билось, пальцы на руках чуть подрагивали от волнения, а душа, одновременно рыдала, выла и смеялась.

«Жив! Он жив!»

«Шерридан, я иду за тобой…»

* * *

Шерридан

Боль рвала мои жилы, ломала мои кости и пытала моё тело…

Но я привык к этой боли — она стала мне верной женой, искусной любовницей…

Едва сдерживая стон, поднялся на ноги и подошёл к небольшому зарешотчатому окошку. Взялся руками за прутья решётки, и устало прильнул к ним лицом.

Я смотрел туда, где широкой полосой занимался рассвет.

Моя грудь тяжело вздымалась, лоб был покрыт испариной. Рваные раны продолжали кровоточить, насквозь промочив повязку.

Териас не снизошёл до милости прислать ко мне лекаря…

После того, что произошло на арене, я понимал, что моя жизнь кончена.

«Проиграл… И больше не свободен… Жаль только ту маленькую демоницу, что ценой своей жизни спасла меня. Лучше бы я погиб… Прости меня, Алиша…»

Зажмурил свой единственный глаз и выдохнул, чувствуя как по моему напряжённому и морщинистому лицу, потекла слеза. Она скатилась на мои потрескавшиеся до крови губы, и обожгла. Я слизнул её языком…

Соль…

Вернулся на свой настил из соломы, и со стоном на него опустившись, уронил голову на грудь.

Время — странная вещь. Иногда, кажется, что оно ползёт невозможно медленно и словно опытный палач, пытает своей скупостью.

«Я провёл тысячу боёв… Девятьсот девяносто девять боёв были за мной, но последний… Видимо, смерть моя судьба. И маленькая демоница всего лишь отсрочила мой час…»

«Я до сих пор помнил её взгляд, обращённый на меня и её силу, которая сокрушила моего противника… А эти крылья… Они до сих пор стоят у меня перед глазами — чёрные и мощные крылья, которые раскрылись в широком размахе… И лицо Повелителя! О, девочка! За то изумление, которое отразилось на лице ненавистного мне эльфа, я готов принять свою смерть! Жаль только, что и тебя пленили, маленькая демоница… Видят Боги, будь я свободен, я бы вызволил тебя…»

У меня кровь стыла в жилах от одной только мысли, что Териас прикажет своим эльфам сделать с моей маленькой защитницей.

До хруста сжал руки в кулаки и отчаянно простонал сквозь стиснутые зубы.

«Нет… Она не должна умереть… Я обязан ей…»

Снова поднялся на ноги, и чуть прихрамывая, нервно зашагал по своей темнице.

«Как мне ей помочь?! Если бы я был магом…»

Но я был бессилен, и это меня больше всего терзало и убивало. Плевать на ранения, которые вскоре начнут гнить и разъедать мою плоть. Плевать на мою жизнь, которая подошла к логическому завершению. Не плевать лишь на жизнь и свободу моей спасительницы…

Вдруг, спустя минуты, мои уши, помимо собственных ударов сердца, шаркающих шагов и шумного дыхания, уловили странные звуки — что-то неправильное, что-то знакомое, но позабытое…

«Магия», — пришло вдруг понимание и узнавание.

Но магам здесь делать нечего, они раскидываются силой в подземельях и рядом с узниками.

«Тогда, кто это?»

Вскоре послышались шаги и вскрики стражников.

А магия уже гудела, словно рядом оказался пчелиный рой.

— Портал… — вспомнил я. — Портал…

Именно портальная магия издавала такой гул. И плести заклятия по построению порталов умели только… Хранители.

Меня бросило в жар от понимания, что во дворец скоро проникнут Хранители.

«Из-за моей спасительницы», — понял я.

Кто-то из Хранителей «увидел» её в своих видениях…

«Спасите её! Спасите!» — билась пульсом отчаянная мысль, и сердце наполнилось надеждой.

Вдруг, воздух завибрировал и пришёл в движение, словно ветер ворвался в душные и вонючие темницы.

Пол и стены, казалось, пришли в движение. Все металлические элементы темниц зазвенели.

«Портал вот-вот откроется…»

Стражники кричали и звали на помощь магов. Они готовы были к нападению на тех, кто сейчас готов был прийти…

Сияние возникло, словно из ниоткуда, ослепив меня. Гудение стало ещё более сильным, что моим ушам стало больно. А стены уже тряслись так, словно сейчас произойдёт обрушение…

И в один миг всё прекратилось, но при этом началось.

Я стоял у своей двери, что глухой стеной отделяла меня от Хранителей, и когда я услышал их голоса и звонкую песнь схлестнувшегося оружия, я заколотил по двери и замер, когда услышал до боли знакомый, такой родной и любимый голос:

— Шерридан!

— Алиша? — не поверил я и произнёс громче: — Алиша!

И ещё громче:

— Алиша-а-а!!!

— Шерридан!!! Он здесь!

Моё тело пронзила невероятная слабость…

«Я уж и не надеялся её увидеть…»

Дверь моей камеры распахнулась от магического воздействия, и я кроме неё не увидел того хаоса, что устроили Хранители.

— Алиша… — выдохнул измученно.

— Шерридан… — из прекрасных глаз потекли слёзы. Её взгляд с ужасом исследовал меня. — Великие силы… Что Териас с тобой сделал?!

— Со мной всё хорошо… — произнёс я, не смея сделать шаг навстречу.

Алиша всхлипнула и кинулась ко мне, врезавшись в меня, словно хотела раствориться во мне, слиться со мной… Навсегда…

Дрожащими руками обнял нежное и хрупкое тело, яростно вдыхая её аромат, который первые годы мне снился, но потом я позабыл этот запах. Силился вспомнить, но не мог. И теперь, она рядом…

— Живой… — пискнула она.

— Алиша! Не время! — крикнул один из Хранителей, и бегло оценив моё состояние, добавил: — Нужно исцелить Шерридана и найти Хранительницу.

— Морис, исцели его! Раны просто ужасные! — воскликнула Алиша.

Другой Хранитель накладывал заклятие на входы в подземелье.

Немногочисленная стража, что была здесь, лежала на каменном полу. Мужчины не были убиты, а лежали в отключке. Хранители не убивают, но могут серьёзно наподдать.

Когда Морис принялся за моё исцеление, Алиша и Сервиус в двух словах рассказали мне об истинной Хранительнице, которая оказалась той самой маленькой демоницей, что спасла меня от верной смерти.

— Я не чувствую её силу, — сказал Сервиус. — Думаю, её заблокировали…

— Думаю, я знаю, где она, — сказал я Хранителям. — Есть только одно место, куда Териас отправляет сильно провинившихся наложниц…

И я тут же замолчал, потому что едва не задохнулся от боли…

— Шерридан? — испугалась Алиша.

— Прости, что не предупредил. Приходится тебя исцелять стремительно, — произнёс Морис. — Будет немного больно. Терпи, Шерридан.

— Делай своё дело, Морис… — сдавлено произнёс я и попытался улыбнуться Алише…

И вдруг, я ощутил мощную и крепкую нить силы Хранителя, которая невероятно сильным потоком собиралась отовсюду — от земли, из воздуха, бьющихся сердец живых существ — в единый клубок и эту силу, подобную пульсирующему нерву, он стремительно вливал в меня…

Когда рваные мышцы, сухожилия и все ткани стали срастаться, а треснутые кости снова стали целыми — я закричал. Не выдержал этой боли — она была сильнее той, что терзала моё тело.

— У всего есть своя цена, — произнёс Морис. — Терпи, воин.

Алиша плакала, но не вмешивалась.

Когда моё тело было исцелено и будто звенело изнутри от чистой силы и бурлило неистовой энергией, я, тяжело дыша, поднял на него благодарный взгляд и сказал:

— Благодарю, Морис…

— Прости, Шерридан, но глаз вернуть не смогу…

— Пустое, — улыбнулся ему и бодро вскочил на ноги, разминая крепкие и сильные ноги и руки.

— Теперь, нам нужно найти её, пока Териас и его маги не нашли нас первыми.

Поднял меч с каменного пола и указал на лабиринты коридоров.

— Нам туда.

— Далеко идти? — спросил Сервиус.

— Не очень.

— Тогда ступай, Шерридан и приведи сюда истинную Хранительницу, а я начну строить портал в Обитель. Морис и Алиша, мне понадобятся ваши силы. Справишься, Шерридан?

Я лишь оскалился.

— Справлюсь. Клянусь.

— Только вернись, — услышал я слова Алишы.

«Вернусь. Теперь я никуда не денусь».

* * *

Алиша

Мне до сих пор не верится… Не верится, что он живой… Правда, потрёпанный жизнью и испытанный судьбой, но всё же живой.

Сервиус начинал плести заклинание для открытия портала. Мне нужно было сосредоточиться на его словах, очистить разум и отпустить свою силу, чтобы он воспользовался моей и Мориса магией, так как его личной силы на второй портал явно не хватит.

Но мои мысли скакали как взбесившиеся блохи.

То перед глазами начинали всплывать картинки пленной жизни Шерридана, наполненной страданиями, душевными муками, вечным непростым выбором и бесконечными реками крови…

Мне хотелось кричать и помчаться к Териасу, чтобы собственными руками свернуть проклятому эльфу его шею.

Я не только видела, но и слышала голоса, а ещё и мысли, не только Шерридана, но и других пленённых… Это были мужчины и женщины, эа и эльфы…

Страшно.

Живя в обители и «видя» судьбы эльфов и людей, я воспринимала все видения посредственно и расценивала ситуации с абсолютно чистым и холодным разумом. Но когда дело коснулось важного для меня мужчины, моя магия яростно пожелала вырваться наружу и стереть с лица мира королевство тёмных эльфов, избирательно очистив земли от морально разложившихся эльфов и эа…

Конечно, я этого никогда не сделаю, но помечтать, порой, особенно в такие моменты, можно.

Я знаю, что теперь, моя жизнь снова изменится, но я верю, что только лучшую сторону.

Когда-то давно, я похоронила своего Шерридана, простилась с ним навсегда, оставив глубоко в сердце самые дорогие воспоминания. Но он как мифическое существо, преодолел время и тяготы судьбы и выжил. Вопреки всему, он выжил и будет всегда со мной.

Как принято говорить среди Хранителей, ничего не происходит просто так. Нет никаких событий, которые произошли бы случайно. Не бывает не того времени и не того места. Всё и всегда происходит с эльфами и людьми в нужно время и в нужном месте. Видимо, Шерридану суждено было оказаться в плену Териаса. Возможно, без него мы не нашли бы истинную Хранительницу или, могло бы произойти нечто более страшное, чем пленение истинной Хранительницы…

Нам не суждено «видеть» другой вариант развития событий, но суждено осмыслить произошедшее, понять, для чего и для каких целей Высшие силы послали нам или другим существам такие судьбы.

Мне хотелось плакать от радости и кричать, чтобы весь мир услышал о том, что мужчина, которого я любила и до сих пор люблю, жив.

У меня перед глазами стояло его лицо, когда он увидел меня…

Шерридан любит меня. Всегда любил и тоже, до сих пор любит. И он не забыл. Ничего не забыл.

Сервиус окликнул меня и попросил сосредоточиться.

Магический портал начал разрывать время и пространство.

Моя сила потекла к Хранителю, сплеталась с его силой и вливалась в заклинание, которое медленно, но верно расширяло портал и сужало время с пространством, чтобы оказались в нужной точке за считанные мгновения.

— Где Шерридан? — забеспокоился Морис. — Портал вот-вот откроется…

— Шерридан не подведёт, — сказала я, чувствуя нутром, что всё будет в порядке. Он справится. Он найдёт и приведёт истинную Хранительницу.

— Он уже идёт, — сказал Сервиус сквозь стиснутые зубы, уверенно продолжая открывать портал.

И только Сервиус произнёс эти слова, показался Шерридан с драгоценной ношей на руках.

— О, Высшие силы! — воскликнул Морис, увидев в каком состоянии, находилась Хранительница. — Что они с ней делали?

— Они издевались над ней, — мрачно ответил Шерридан.

— Мы тебе поможем, девочка, — прошептала я, глядя на ужасные кровоподтёки, ссадины, шишки и резаные раны… А ещё, я увидела… — Они надели на неё ошейник, блокирующий магию демонов…

— Пора! — крикнула Сервиус.

Мы не стали задерживаться в этом отвратительном месте.

Глава 15

* * *

Териас

Моя злость проснулась сегодня, когда стража и маги доложили о вторжении во дворец, который был оплетён сложнейшей охранной магией!

Это какая же сила должна быть у тех смертников, что они смогли не только пробить защиту, но и сделать это незаметно!

Помимо проникновения, неизвестные помогли бежать двум пленникам…

Последняя новость больше всего меня разозлила, вывела из себя и лишала здравомыслия.

Демоница, которая не сломалась под допросом, лишённая своей силы и проклятый раб, который должен был служить мне и биться на арене до конца своих дней!

Я был уверен, что демонице помогли бежать её пособники. И она посмела назло мне прихватить с собой Шерридана!

Я поднялся со своего трона и мрачно оглядел всех магов, советников и министров, восседающих за столом Советов. Никто не осмелился встретиться со мной взглядом. Кто-то быстро отводил глаза, кто-то уставился в одну точку, будто усердно медитировал на неё, а кто-то бегло оглядывал помещение и смотрел куда угодно, но не на меня.

Трусы и лентяи — вот кто составлял моё окружение. Боятся моего гнева, боятся отвечать за произошедшее. И я уверен, что сейчас они начнут перекладывать ответственность друг на друга.

Настроение опустилось ещё ниже, рождая ещё более сильное раздражение. Но я взял свои чувства под контроль.

— Как такое могло произойти?! — спокойно, но с угрозой вопросил я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Вы, мои маги, обладаете силой и знаниями, недоступные многим! Вы создали лучшую защиту моего дворца! Так вы говорили или я что-то путаю?

Маги ниже склонили свои головы и часто задышали, боясь моего гнева и наказания.

— Почему, никто из вас не ощутил вторжения извне и не предотвратил его?! А мои воины, которых вы, военачальники, обучали? Как моя стража, хорошо снабжённая оружием и обладающая отменной выучкой, смогла упустить двух пленных, которые не только на своих двоих не смогли бы уйти, но и ползти бы не сумели?!

— Позвольте, Повелитель… — проблеял один из моих горе-магов..

— Говори, — разрешил ему я.

— Мой Повелитель, — заговорил он, поклонившись, — сила, что проникла во дворец не идёт ни в какое сравнение с нашей силой. Я бы сказал, хотя вряд ли это возможно, но… — маг замолчал, глядя на меня и нервно сглотнул, боясь продолжить.

— Договаривай, — приказал я.

— Повелитель, по остаточной магии, я предположил, что во дворец проникли не демоны, как все мы сначала решили, а… кхм… в общем, похоже, это были Хранители.

— Хранители?! — взревел я и отметил, как вздрогнули все члены сегодняшнего совета. — Вы решили свалить всю ответственность на тех, кто призван хранить наш мир от серьёзных волнений? Клянусь Предками, всем вам ваша халатность с рук не сойдёт!

После моих последних слов все беспокойно заёрзали.

— Я не потерплю, чтобы кто-либо смел, проникать в мои владения, да ещё таким наглым способом и вызволял моих пленников! — заявил я. — Даю вам последний шанс выявить, кто за этим стоит. Во дворце явно есть пособники тех, кто проник во дворец. И отследите этих смертников! Мне нужно, чтобы демоница осталась у меня!

— Повелитель, а вдруг, демоницу и раба похитили светлые эльфы? Вдруг, она была послана сюда, чтобы узнать… — предположил один из советников.

— Что узнать? — спросил мрачно.

— Не знаю, — пожал эльф плечами. — Какие-то ваши секреты, наверное…

— Светлые эльфы на это неспособны, — уверенно сказал другой член совета. — Для чего им демоница?

— Почему не способны?

Началась дискуссия. Повалили различные варианты и предположения, кто мог проникнуть во дворец и похитить демоницу с моим рабом.

Я вернулся на свой трон и внимательно слушал, что говорили мои советники и маги.

— По легенде, тёмные эльфы произошли от союза светлых эльфов и демонов!

— Если они решили обрести с помощью этой демоницы новую силу? — поинтересовался маг. — Что тогда?

— Но для чего? Какова цель? Мир всё равно не поколебать, он находится в надёжных руках Хранителей. Они бы увидели это событие и предотвратили бы его!

— Так, быть может, это и не светлые? Быть может, это и правда, Хранители? Только они обладают достаточной силой, чтобы сплести заклятие и открыть портал.

Воцарилась тишина.

— Тогда назревает вопрос, — вмешался я. — Если это были Хранители, то для каких целей им нужна демоница и одноглазый раб?

— Хранители что-то знают, — сказал маг. — Повелитель, возможно, мир меняется… Что, если эта демоница не просто так оказалась на ваших землях?

— Мы можем очень долго строить предположения — одно безумней другого, но так и не узнаем правды, если будем и дальше здесь сидеть, — произнёс самый молодой член совета.

— Слушайте мой приказ, — произнёс я громко. — Первое, продолжайте искать хоть какие-то следы тех, кто проник в мой дворец. Я уверен, что вы найдёте хоть что-то. Второе — готовьтесь к походу. Я намерен посетить Обитель. Никто не смеет без приглашения и разрешения вламываться в мой дом и забирать то, что принадлежит мне. Даже, если это сделали Хранители.

Ни единого возражения не последовало — все боялись прогневить меня.

— Мой Повелитель, позвольте задать вопрос, — подал голос молодой эльф.

— Задавай, — милостиво разрешил я.

— Если вы найдёте свою демоницу и своего раба у Хранителей, то… То, что вы станете делать?

Я холодно улыбнулся и произнёс:

— Всего лишь заберу своё и проведу беседу с Хранителями, как не нужно поступать с Повелителем тёмных эльфов.

Советники и маги обеспокоенно переглянулись, нервно заёрзали, но возражать не посмели.

Что ж, кажется, судьба решила, что я засиделся во дворце. Пора размяться и навестить Хранителей.


Глава 16

* * *

Ариана

Проснулась я резко. Тяжело дыша, я прислушалась к себе.

Как ни странно, но никакой боли не было.

Тронула шею. Ошейник отсутствовал. Тут же, словно подбадривая меня, всколыхнулась внутри моя магия.

Облегчённо выдохнула.

«Мне приснилось заточение, блокировка магии и избиение?» — подумала немного озадаченно и тут же вспомнила. — «Шерридан! Меня ведь спас Шерридан!»

Оглянулась вокруг. Я лежала на мягкой и удобной кровати в просторной комнате. Убранство комнаты сильно отличалось от убранства тех покоев, в которых я периодически находилась во дворце Повелителя Териаса. Никакого пышного убранства и богатой мебели не было и в помине. Я увидела небольшой круглый и три простых стула. Напротив кровати стоял простой, но большой комод и пара сундуков. Пол не был застелен коврами, как в покоях дворца. Постель тоже была простой, без нарядных подушек.

Если говорить откровенно, то за всё время нахождения во дворце, я сильно утомилась от его величия, показной роскоши и излишней яркости.

Простота и свобода — это и есть счастье.

Я спокойно могу обойтись от роскошных вещей. Да и к чему они мне?

Встала с кровати и оправила на себе длинную льняную рубаху.

Приблизилась к окну и раздвинула тяжёлые шторы из грубой и тёмно-серой ткани.

Комнату тут же залил яркий свет.

Я восхищённо выдохнула, увидев раскинувшуюся перед моим взором невероятную красоту.

Возвышаясь на неприступной скале, окруженной густым тёмным лесом и необычным озером кроваво-красного цвета, стояла крепость. Я видела несколько башен, устремляющихся ввысь, в которых запутались небольшие облака. У подножия крепости поднимался белесый туман.

Я всем своим телом, душой и магией ощущала, что это место силы. Место, которое было невозможно прекрасным, неприступным и самым чудесным во всём этом мире.

Вдруг, раздались шаги. Они быстро приближались к моей двери и вскоре, дверь осторожно открылась.

Вошёл мужчина. Старец.

Я встретилась с ним взглядами и почувствовала, что как он прикасается ко мне своей силой, словно проверял, чтобы узнать…

«Чтобы узнать что?»

— Здравствуйте, — поздоровалась я. — Моё имя Ариана, я находилась во дворце Повели…

Он неуверенно поднял руку, останавливая мою речь.

— Хранительница с красивым именем Ариана, произнёс с какой-то счастливой и даже, я бы сказала, блаженной улыбкой. — Позвольте представиться — Армас.

Я кивнула, не очень понимая, что происходит, а он вдруг медленно и задумчиво произнёс, словно пытался разгадать некую загадку:

— Я не знаю, кто вы или что вы такое на самом деле, но я верю и чувствую, что вы не желаете никому зла, Хранительница Ариана. Вы особенная, не похожая на других. Об исинных Хранителях мира ничего неизвестно, но некоторые предполагают, что вы несёте только благо, другие считают, что вы откроете врата в миры для злых демонов, чтобы наш мир вновь поглотила тьма. Но я знаю, что в вас, Хранительница Ариана, нет зла…

— Я вас не понимаю, — сказала озадаченно. — Почему вы называете меня Хранительницей?

Старец улыбнулся и протянул ко мне сморщенную руку.

— Позвольте вам показать…

Осторожно я вложила свою ладонь в его, Армас крепко сжал мои пальцы и вдруг, я ощутила как в меня хлынула энергия, буквально заставляющая сделать глубокий вдох, чтобы справиться с этой силой… А потом, поток энергии, который напоминал сильный напор воды, прекратился. Комната исчезла, как и Армас. Я видела всё то, что он хотел мне рассказать…

Все знания Армаса о мире Аскавидон, вся его история передалась мне в виде образов, чувств, мыслей, переживаний… Всё, что видел и слышал когда-то Хранитель Армас, видела и слышала я.

Аскавидон пережил многое…

Года, столетия неровной цепью вились, и люди с эльфами много видели, но многое забыли, но этот мир помнил всё.

Аскавидон был очень стар, как мифы и легенды. Мир душой был очень стар и столько страданий ощутил, что до сих пор хребет его жизни вздрагивает от воспоминаний.

Судьба бросала этот мир в разные стороны. Люди и эльфы пережили миллионы бед и миллионы счастья. Когда-то, очень и очень давно, ещё до встречи моих родителей, между эльфами и людьми были стёрты границы равенства, времени и пространства. Магия была едина, и ей обладали обе расы. Эльфы и люди жили в дружбе и согласии…

Но однажды, что-то пошло не так…

Нарушились все мыслимые и немыслимые законы, разрушилось равенство между расами и мир начал страдать. Полилась кровь.

Земля стонала от смертей своих детей…

Мучились горы, когда их крушили эльфы при помощи своей магии, возводя свои дворцы и замки.

Ревели моря и реки, когда отравленная тёмной магией кровь убивала всё живое.

Новое поколение людей рождалось без магии. У эльфов магия осталась, но ту силу, что была когда-то, они утратили…

Наступил мир — хрупкий, неправильный и изуродованный.

Эльфы поработили ослабевших людей.

Но мир Асковидон любил своих нерадивых детей и всё им прощал. Мир на многое закрывал глаза. Он защищал и защищает, но когда его дети начали переходить границы разумного, что даже звёзды дрогнули, миру Асковидон понадобились помощники — Хранители, которым подвластно сдерживать глупых людей и эльфов.

Но вернуть миру былое величие и примирить все расы под силу лишь сплочённой магии и веры всех Хранителей, которых должен возглавить истинный Хранитель…

«Мир очень долго меня ждал… Справлюсь ли я?»

«Справишься, дитя Эсталоны и Лерайи», — пришёл ответ извне, и я распахнула глаза.

— Не задавай вопросов, Хранительница, — произнёс Армас. — Сначала вы должны посетить источник…

— Пожалуйста, не нужно ко мне обращаться на «вы», хорошо? — попросила старца, ощущая неловкость и до сих пор находясь немного в дезориентированном состоянии.

Армас загадочно улыбнулся и кивнул.

Он указал мне на выход. Хранитель повёл меня по лабиринтам коридоров, в которых мы не встретили ни одной живой души.

Я шла за ним и раздумывала об увиденном.

То, что я увидела — было странным, страшным и непонятным.

«Что хотел от меня этот мир? Примерить людей и эльфов? Но для этого люди должны вновь обрести магию! Только где её взять?»

«И до сих пор не могу поверить, что я — истинная Хранительница… И, до сих пор я не понимала, что это значит… Быть может, это какое-то недоразумение? Но какая из меня спасительница мира?»

«Я даже Шерридана спасти не смогла, хотя обладаю силой…»

Да, мне очень хотелось повидаться с Шерриданом, но внутренне я понимала и знала, что обо всём можно и нужно будет спросить после…

«А после чего, собственно говоря?»

Мы вышли к кроваво-красному озеру, гладь которого манила к себе и откровенно пугала.

Армас тронул меня за плечо и, вглядываясь мне в глаза, с мольбой в голосе произнёс:

— Ариана, прошу тебя, ты должна войти в источник…

Я с сомнением и опаской посмотрела на озеро и покачала головой.

— Что-то меня туда не тянет… — произнесла я мрачно.

Хотя я лукавила. Это странное озеро меня звало и манило, но именно этим и пугало.

— Источник призвал тебя. Мир ждёт твою силу и ждёт того момента, когда сможет доверить своё сердце истинному Хранителю… Не бойся… — сказал Армас и сделал несколько шагов назад, а потом и вовсе развернулся и ушёл, оставив меня одну.

Я долго смотрела на озеро и вскоре поняла, что все мысли оставили меня, а моя магия гудела и рвалась наружу. Источник уже не манил меня к себе ласково, он требовал, молил, стонал и кричал, чтобы я вошла в эти кровавые воды…

Шаг…

Другой…

Ещё один шаг…

Вдруг, моих босых ног коснулась приятная тёплая влага — это была вода Источника.

Стянула с себя рубаху и бросила её на берегу. Откинула все сомнения и тревоги и пошла в воду.

Когда я погрузилась наполовину, вода вдруг ярко засверкала, словно из вод вот-вот всплывёт звезда.

Вода пришла в движение и закрутилась вокруг меня воронкой, но страха не было.

Я почувствовала, как рябь волной прошлась по телу, оставляя за собой…

Искры света.

Я вся засветилась, как и сама вода. Вода, рождённая в огне, истинная кровь сердца этого мира.

Я ощутила, как моя магия полилась из меня, сплеталась с магией источника, рождая нечто новое и прекрасное.

В мгновение ока у меня за спиной возникли и распахнулись мои крылья.

Вода забурлила, окружая меня, скручиваясь искрящейся и пульсирующей воронкой двух мощных сил…

Моё сердце билось в такт с сердцем этого чудесного, но уставшего мира.

Я вдруг остро стала ощущала землю — до самого расплавленного ядра.

Я почувствовала, где находятся разбросанные вокруг источника залежи руд.

Каждое животное, каждая птица, насекомое, растение, подводная река — я ощущала всех… А они «видели» меня. Олень, пробегающий недалеко от источника резко остановился и принюхался, радостно ударил копытом, словно приветствовал истинную Хранительницу. Медведица с медвежатами замерла и с облегчением вздохнула. Она знала, что теперь её дети будут защищены. Волки, лисы, зайцы, мыши, коршуны, жучки и паучки — все, от мала до велика, кто находился рядом с источником, ощутили его пробуждение и приход истинной Хранительницы мира.

Не было в этот момент меня, как Арианы, я была миром, стала его глазами, ушами и руками — древесными с пальцами из тонких листьев…

Я дышала вместе с миром, наслаждалась его просторами… Это было прекрасно…

И вдруг, я вздрогнула, когда «увидела» спешащего в Обитель грозного тёмного эльфа, возомнившего себя Центром всего мира…

Гнев разлился в моих венах огненной лавой, и я опасно улыбнулась.

«Раз ты направляешься за мной, Териас, — подумала я мрачно, но при этом с неким странным удовлетворением, — пусть тёмный эльф только подойдет ко мне и вопросы задавать будет некому».

* * *

Ариана

Отбросила мысли о тёмном эльфе, отбросила свой гнев, словно стряхнула с себя невидимую чёрную сеть и погрузилась в волшебство источника.

Закрыла глаза и глубоко вдохнула пьянящий воздух, напоенный первородной магией и силой.

И я вдруг, стала всем и никем, поднялась высоко в небо и увидела мир с высоты птичьего полёта.

Источник как колыбель покоился под защитой могучих и труднопроходимых гор, которые венчались заснеженными вершинами, уносящимися ввысь, туда, где уже плывут пушистые облака. Подножия гор ковром укрывали хвойные леса, которые охраняли грозные звери.

Хранители в своей обители, как и сама природа, день и ночь находились на страже покоя этого чудесного, но уставшего мира.

Не по назначению магия этого мира применялась светлыми и тёмными эльфами. Щедрая Мать-природа не для того одарила своих детей силой, чтобы те растрачивали её на кровавые зрелища и на роскошь своих домов. Магия была дана и людям, и эльфам для защиты мира от угрозы извне, для долгой жизни, для лечения от недугов и помощи слабым, для волшебства… Но не для той грязи, в которую начали вплетать волшебную силу…

Эльфы стали напоминать мне самых настоящих грязных животных, которые гляделись в зеркала, любуясь собой и своим пижонством.

Они кричали о том, что всем нужно делать мир лучше, наказывая строго-настрого избавляться от дурных поступков, когда как сами продолжали осквернять этот чудный мир.

Они страстно мечтали о красоте, доброте и чистоте, но любили кровь, аромат страха и боли, желали блистать в глазах тех, кто слаб и телом и духом. Гордыня и великая магическая сила сделали из эльфов страшный народ, который погубит этот мир.

Везде клокочет злоба и жгучая ненависть.

Люди ненавидят эльфов за их силу и долгий век жизни, но боятся их до дрожи.

Эльфы ненавидят людей, называют их эа. А ненавидят за слабость и короткий срок жизни, ведь магии в них нет.

Тяжко мне стало. Мир делился со мной своим наболевшим, рассказывал и показывал, что делают эльфы с великой силой и как мир плачет, когда эта сила причиняет кому-то боль…

Медленно мой дух вернулся в тело, и я устало распахнула глаза.

Проблемы этого мира тяжёлым грузом легли на мои плечи. Этот мир возлагал на меня надежды и хотел, чтобы я изменила закостенелый и уже привычный для всех порядок.

«Но как мне всё исправить и изменить? Что я могу?» — испуганной птицей билась мысль в моей голове.

«Измени этот мир! Пусть вернётся добро!» — отчаянно кричал источник, — «Тебе то под силу…»

Я горько рассмеялась.

«Да ты смеёшься надо мной. Силы неравны. Я и море эльфов и людей!»

«Творцу переделать своих детей не под силу, но по силам менять их даже глупцам. А ты сильна и вовсе не глупа. Ты — первородная тёмная эльфа, вобравшая самые лучшие качества двух народов — светлых эльфов и демонов. Ты — сильна. Ты сможешь встряхнуть этот мир и направить его на новый путь. Начни, Хранительница и ты увидишь, как всё начнёт меняться».

«Легко сказать, но сделать…» — подумала со страхом и вздохнула.

«Ты не одна. С тобой моя сила, мои дети, что живут в лесах, горах и небе, а также те, чей мир лишь под землёй и в глубоких водах. С тобой Хранители и сила твоих предков. Ты не одна, моя Хранительница».

Голос, что напоминал хрустальный перелив, стал тише и исчез.

Вода прекратила волноваться. Источник снова превратился в ровную и чистую гладь. Но уже не кроваво-красного цвета были его воды, а цвета чистейшей небесной лазури.

Я медленно, находясь под впечатлением увиденного, возвратилась на берег и села на мягкую траву, приходя в себя.

Крылья мои вновь исчезли, даруя спине свободу.

Ощущала себя я очень странно. Физически готова была горы свернуть, а морально была истощена.

Слишком тяжёлую ношу мне дали, слишком серьёзные на меня надежды возложили. Страх сковал сердце.

Я не знала, что мне делать. Меня не учили спасать мир и менять людей, а уж тем более, эльфов, обладающих магией и из века в век, мнящие себя вершиной эволюции. А мне необходимо спустить остроухих на землю, и сбить с их голов корону.

Тяжело вздохнула и посмотрела на противоположный берег. Возле тенистого хвойного леса клубился серебристый туман. Клубы серебристой дымки свивались в завораживающие вихри и колыхались, словно пламя на ветру. От леса и правда, потянуло ветерком — свежим, напоенным запахом хвои. Ветер растрепал слипшиеся и мокрые от воды мои волосы. От клубящихся туманных вихрей веяло ожиданием. Мне показалось, словно это сам Дух леса вышел поглядеть на Хранительницу.

Не раздумывая, я надела рубаху на влажное тело и направилась туда, где клубился любопытный серебристый туман.

Взобравшись на небольшую возвышенность, окруженную древними деревьями я села на поваленное дерево и вздохнула. Серебряные клубы окружили меня, и я ощутила удивительную гармонию с окружающим миром.

Ласковой тёплой шалью обнимал меня туман, но я уже знала, это были руки лесного Духа.

Закрыла глаза и мне вдруг захотелось слиться с деревьями, землёй, травой; стать частью этого мудрого леса, единым целым с этим удивительным красивым миром.

Я на уровне эмоций ощутила вопрос.

«Можно ли познакомится со мной?»

«Конечно. С радостью…» — мысленно ответила я.

Дух леса радостным ветром высушил мои волосы, пощекотал мои щёки и растворился во мне.

Я позволила Духу узнать о себе абсолютно всё.

А лес в ответ поделился со мной своими знаниями.

Когда уже стало темнеть и на небе зажглись колючие и яркие звёзды, я поблагодарила лесного Духа и пообещала ему прийти завтра.

После этого знакомства, лес как будто стал гораздо ближе и при этом ощущался единым живым организмом. Я чуть ли не физически ощущала, как что-то оберегает и защищает меня.

Глава 17

* * *

Шерридан

— Я скучал и тосковал по тебе, Алиша, видят Боги, как же сильно я тосковал… Я задыхался без тебя… Я убивал людей, зверей и эльфов… Мои руки по локоть в крови… Даже больше…

— Не оправдывайся, Шерр… — грустно улыбнулась самая прекрасная женщина в мире. — Не ты убивал, а тот, кто приказывал… Ты сохранял свою жизнь, ты боролся… Покажи мне, Шерридан. Покажи, что ты испытал, я хочу знать о твоей боли и твоей жизни в рабстве. Покажи…

Она положила свои маленькие ладошки на мои щёки и привстав на носочки, приблизилась к моему лицу настолько близко, что я ощутил её тёплое и свежее дыхание. Её губы едва не коснулись моих губ…

— Алиша… — выдохнул я и отстранил от себя нежные ладони. — Не стоит тебе видеть всю грязь и боль, которая окружала меня…

— Покажи, — с нажимом и суровостью в голосе произнесла, а точнее, приказала моя любимая женщина. — Мне это нужно, Шерридан.

— Я боюсь, Алиша, что тогда твоё мнение изменится обо мне навсегда. Ты увидишь, как я убивал, без сомнений и сожалений. Я терзал чужую плоть и умывался кровью побеждённого соперника… Я слышал ликование толпы и иногда, мне это нравилось… Я привык жить в жестокости, Алиша. И, наверное, я бы сошёл с ума и навсегда потерял бы разум и хоть какое-то сочувствие, если бы не ты, Хранительница… Только память о тебе удерживала меня на грани и не позволила упасть в пучину кровавого безумия…

Она тряхнула своей рыжеволосой головой и твёрдо сказала:

— Шерридан, моё мнение никогда не изменится о тебе! Ты должен мне верить. То, что ты только рассказал, честно и без прикрас, лишь говорит о твоей чести.

Я горько хмыкнул.

«Честь? Какая честь? Этот прогнивший мир уже забыл о славных поступках».

— Хорошо, — нехотя согласился я и позволил Хранительнице проникнуть своей магией в моё сознание, в мою память и увидеть всё то, что я пережил, находясь в плену. Находясь в долгом, практически вечном рабстве у Повелителя тёмных эьфов…

«Бешеный пульс стучал в виске, лишая остатков рассудка. По телу прокатывала сильная дрожь от боли в кровоточащих ранах, но я, как и всегда, абстрагировался от боли.

Но не сегодня.

Сегодня моя боль брала над моей волей верх.

Сердце моё сжималось в агонии, словно оно открытым органом бухало в обжигающем аренном песке.

Мой противник был ещё совсем юный. Мальчишка — даже усы ещё не показались над пухлой губой. Но его горячая кровь и максимализм, затуманивали юный рассудок. Его кровь кипела в жилах, и он рвался в бой, хотел меня победить…

И я позволял ему наносить моему телу раны. Хотя едва его руки могли меч держать, и юноша быстро устал.

Это был неравный бой и несправедливый.

«Будь ты проклят, Териас! Будь проклят тот день, когда ты появился на свет!»

Я стиснул до скрипа, до хруста зубы и позволил мальчишке нанести новый удар. Он пырнул меня в грудь, целясь в самое сердце. Да только удар был неточным и неверным…

Сердце так не пробить. Нужно бить между рёбер и вонзить остриё чуть вверх и с силой…

Но я не скажу ему об этом…

Я не упал, хоть кровь моя и заливала золотой песок арены.

Я слышал яростный крик толпы. Им не нравился этот бой, ведь я позволял мальчишке себя убивать… Да только он никак не мог меня убить — сил не хватало, да умения.

Быть может, я и позволил бы ему себя убить, в конце концов, я умер бы от потери крови и он получил бы свою мимолетную славу…

Но вдруг, я услышал его дерзкие слова:

— Когда же ты сдохнешь, вонючий раб?

— Сдохну, когда придёт моё время, — ответил ему равнодушно. — В твоих глазах я вижу жажду победы, но не за свободу. Ты — доброволец? Но зачем тебе нужна эта бессмысленная битва? Ради чего ты пошёл на арену?

— За этот бой, за твою смерть, раб, Повелитель Териас обещал мне отдать одну девушку, которая добровольно не желает становиться моей…

Его слова прозвучали как отрава…

В мыслях тут же возник верный сигнал: «Убей!»

Под вой и крик трибун, где зрителей лишь радует уродливая смерть, я отразил неуклюжий удар горе-воина и оттолкнул ударом ноги далеко от себя его тщедушное тело.

Мой удар выбил из него дух, и пацан тяжело дышал, водя руками по песку в поисках своего меча.

Радостный крик толпы бил по ушам, разрывая моё сердце и сильнее пачкая уставшую и измаянную душу.

Я занёс свой меч над худеньким тельцем юноши, в котором уже не было ничего кроме злобы, жажды обладания и лёгкой наживы. Душа мальчишки прогнила…

«Проклятый мир!»

Камнем ляжет на моей душе эта молодая смерть, окончательно погребая под кроваво-золотыми песками последнюю надежду…

«Алиша…» — возникла вдруг на периферии сознания мысль о женщине, которая как хрупкая и тонкая соломинка вернула мне крупицы призрачной надежды.

«Нет, ещё не всё потеряно. Я должен жить и должен вернуться к ней».

Пока я мешкал, толпа от негодования ревела и мой противник встал.

Недолго думая, он нанёс удар мне в спину, но я знал, что именно так мальчишка и поступит.

Увернувшись, одним быстрым и отточенным движением, я вонзил свой меч в самое сердце молодого воина.

Он даже не успел осознать, что умер.

То была быстрая смерть, без боли и агонии.

«Пусть твоя душа получит шанс на перерождение», — подумал про себя, вынимая из отяжелевшего тела свой меч.

Его тело я не бросил, а мягко уложил на сверкающем песке. Ладонью закрыл мёртвые глаза.

Жизнь воина в заточении подобна вечной схватке: за победу — короткая слава и очень скоро ты должен будешь снова и снова убивать своих… нет, не врагов, а тех несчастных, что попали в плен или решили добыть кровью и смертью богатства и славы.

Призрачная мечта с привкусом гнили…

И таких глупцов я убил немало…»

* * *

Алиша

Я увидела и почувствовала всё то, что видел и чувствовал Шерридан.

«О, Великие силы! Сколько же было боли, терзаний, ненависти, крови, но при этом безумии, он верил и надеялся…»

Взяла в ладони его лицо и сказала:

— Каждый день я находила себе миллионы нужных и ненужных дел и забивала сознание разными мыслями об эльфах и людях, об их судьбах, стараясь не думать о себе, о тебе и… о нас.

Шерридан ласково взял мои ладони в свои руки и жадно поцеловал каждый мой пальчик.

— Алиша… — выдохнул он. — И я помнил. Каждый день, каждый час…

Я вздохнула.

— Знаю. Я тоже помнила и помню все наши встречи, до каждого мгновения… Твои глаза, Шерридан… Жаль, что мы не смогли вернуть тебе второй…

— Ничего, — улыбнулся он. — Главное, я снова с тобой, моя Хранительница. Могу прикасаться к тебе, обнимать, целовать… Я снова вижу и чувствую тебя. Для меня быть рядом с тобой — наивысшая награда и благо…

Его слова вызывали дрожь по телу и чувственные приливы.

Хранители не имеют права привязываться к кому-либо. Тот, кто выдумал эти правила, наверное, никогда не любил. А если и любил, то испытал одно разочарование.

Прижалась к этому большому, сильному и невозможно дорогому мне мужчине и вдохнула в себя его терпкий запах, стараясь наполнить им себя и навсегда запомнить…

— Как же сильно я соскучилась, Шерр… — произнесла я тихо. — И как же тебе много пришлось пройти и испытать.

— Не стоит вспоминать то плохое, что произошло, Алиша. Я не хочу, чтобы ты думала об этом, — жарко выдохнул он мне в волосы и прижал к себе ещё теснее.

Подняла к нему лицо и грустно улыбнулась.

Я видела во взгляде его единственного глаза то, что он пытался скрыть ото всех… грусть, усталость, беззащитность…

«Ах, Шерридан, если бы я могла излечить тебя и твою душу… Стереть горькие воспоминания…»

Его руки, тёплые и сильные блуждали по моему телу. В его объятиях было так спокойно, тепло и уютно, что мир сразу же сужался до бережных прикосновений его огрубевших ладоней. Каждое касание к моей коже было подобно молнии. Его руки и пальцы ласково перебирали мои волосы, касались моей кожи — сладко, убаюкивающе, дразняще и утешающе.

Он просто был рядом. Здесь и сейчас. Со мной.

Потянулась к его губам, и смело поцеловала.

Шерридан застонал и выдохнул мне в губы:

— Алиша…

Он будто спрашивал разрешения.

— Да, Шерридан. Да, — произнесла я.

И в то же мгновение сильные руки подхватили и уложили меня на мягкую кровать.

Его губы… манящие, сладкие, чувственные, но при этом, настойчивые и дерзкие. Весь мир переставал для нас существовать, время тихонько и на носочках замирало, чтобы вернуть те мгновения, что были у нас украдены волею злой судьбы…

Его слова…

О, мой Шерридан, я запомнила всё, что ты мне шептал. Все твои признания были волшебными. Разве могут мужчины так говорить?

Я становилась буквально одуревшей от внезапного счастья, ведь мы снова были вместе.

Шерридан чувствовал, как я дрожала от его горячих поцелуев. У меня кружилась голова и я еле слышно постанывала, умирая от наслаждения — лёгкого, невинного… Это были всего лишь поцелуи, но какие.

Мне отчаянно хотелось большего. И Шерридану тоже.

Я потянула его на себя. Наши губы не расставались ни на мгновение, а лишь яростнее сливались в невероятно чувственном, протяжном и глубоком поцелуе.

— О Алиша! — прошептал он потрясённо. — Если мы прямо сейчас не остановимся…

— Не вздумай останавливаться, Шерр… — прошептала в ответ. — Пожалуйста…

— Моя Алиша… Любимая…

— Да.

* * *

Шерридан

Когда она сказала «да», я крепко обнял её. Её тело, нежная кожа, сама её суть сводили меня с ума. Это невероятное блаженство и наслаждение быть рядом с любимой женщиной, которую уж и не надеялся когда-либо вновь увидеть…

Но она рядом.

Наши губы снова встретились.

Свежесть и близость желанной женщины будили во мне дикие желания, но я сдерживался, хоть сил уже практически не было и хотелось диким зверем наброситься на неё…

Одежда рвалась под нашими нетерпеливыми руками, освобождая наши тела, будто от оков…

Запах любимой женщины стал ярче и насыщеннее, и сводил меня с ума, лишал последних остатков разума. Исчезала вся реальность, оставляя лишь страсть и любовь.

Горячая и желанная.

Я губами скользил по её нежной коже.

У меня сжимались и разжимались кулаки. Мне мучительно хотелось накрыть её своим телом и овладеть ею. Я сдерживался из последних сил…

Очень ласково положил руку ей на грудь. Дрожь пробежала по всему телу Алиши, когда другая моя рука опустилась вниз и коснулась бархатистой поверхности бедра.

Я будто в агонии любовался её полной грудью, изящными линиями живота и длинными стройными ногами.

— Алиша! — произнёс я, задыхаясь от желания. — Ты так прекрасна!

Я отчётливо слышал, как сильно колотится её сердце. Моё же сердце бухало в разы громче, норовя выломать рёбра и вырваться наружу.

— Шерридан… Я так хочу тебя… — еле слышно прошептала она, блуждая своими ладошками по моим плечам и груди.

Сил моих нет, больше терпеть… Я больше, не могу сдерживать свою страсть…..

Алиша посмотрела на меня так, будто я был для неё всем миром, центром основного счастья…

Ради этого взгляда, ради её нежных слов любви стоило вытерпеть долгие годы рабства и пролить реки крови.

Всё ниже и ниже я прокладывал свои поцелуи…

Я до отчаянного безумия хотел и желал её, но в то же время сам оттягивал этот счастливый момент блаженства.

Её бёдра влекли к себе и, я не выдержав, нежно прикоснулся к ним своими горячими губами и спустился ещё ниже…

Вскрик страсти вырвался из её искусанных губ. Тонкие пальчики зарылись в моих волосах.

В своих мечтах я желал услышать её горячие и сладкие вздохи блаженства от моих ласк… Я их услышал.

«Моя Алиша. Моя Хранительница. Моя женщина. Только Моя».

Глава 18

* * *

Королевство светлых эльфов

Дворец великого князя светлых эльфов Наарана Хейрагона Второго пресветлейшего

Советник великого князя Дарреис-Эс

«Определённо, нынешние молодые умы не так гибки и изворотливы, как было во времена моей молодости», — подумал я с ленцой, разглядывая перед собой молодого эльфа, которого дорогие родственнички жаловали мне в секретари.

— Ступай, — махнул рукой. — Я подумаю насчёт тебя.

— Великий Дарреис-Эс, я очень надеюсь на вашу милость и благосклонность, — произнёс эльф, низко склонившись передо мной.

«Хотя-я-а-а… Льстить он явно умеет. Вон как загнул — Великим меня назвал», — усмехнулся про себя.

— Надейся, надейся, — подарил ему лживую надежду. — А сейчас ступай.

Едва эльф удалился, оставив меня одного, как тут же сработал магический артефакт, который в виде безделушки стоял у меня на письменном столе. Крылатый конь засветился ярко-зелёным светом, и я ощутил зуд в ладонях — оповещение, что мой осведомитель просит срочную аудиенцию.

«Так, так, так… Давненько Хранитель меня не навещал и новостей важных не приносил».

Пока князь находился на охоте, я мог спокойно принять Хранителя, не беспокоясь о лишних глазах и ушах.

Погладил фигуру крылатого коня, и свечение тут же прекратилось.

Накинул на плечи камзол и прислушался.

Тишина наполняла мой кабинет.

Кивнул своим мыслям и уверенно открыл потайной ход, что находился у меня за массивным книжным шкафом.

Две нужные книги сдвинул внутрь, а потом ещё одну выдвинул чуть вперёд и тут же сработал скрипучий механизм.

«Нужно что-то придумать с этим скрипом. Никуда не годится. Ведь кто-то может и услышать. Надо поразмыслить на досуге над нужным заклинанием».

С такими мыслями, я закрыл за собой тайный проход и спустился вниз.

Небольшое помещение, напоминающее каменный мешок служило для меня местом встречи с Хранителем.

Слабое освещение давало достаточно света, чтобы приложить руку к выбитой в стене схеме портала и послать магический ответ своему гостю.

И едва импульс был отправлен, я, как и прежде, завороженно наблюдал, как Хранитель быстро и чарующе прекрасно открывал портал.

Жаль, что портальная магия доступна лишь Хранителям, да и то, не всем.

— Приветствую вас, Хранитель, — почтительно произнёс я и склонил голову, едва светлый эльф вышел из портала.

— Не нужно лишних слов, Дарреис, — строго сказал Хранитель. — У меня важная весть, которую ты обязан в самые кратчайшие сроки донести до князя.

— Я весь во внимании, — произнёс быстро и облизнул вмиг пересохшие губы.

Находиться в небольшом помещении рядом с Хранителем, да ещё так близко было делом не из лёгких.

Мощь его ауры и магической силы давили, словно я оказался под толщей воды. В присутствии Хранителя тут же заложило уши, а после встречи, как и всегда, появится сильный звон в ушах, да ещё и давление подскочит.

«Снова слягу на пару дней», — подумал с неудовольствием. — «Но что поделать? Задуманное нами дело важнее всего».

— В мир пришла истинная Хранительница, — сказал эльф. И я не сразу проникся его словами.

— И что нам с этого? — нахмурился я, не понимая, что с того-то?

— Глупец, — начал злиться Хранитель. — Слушай внимательно и запоминай. Истинная Хранительница — дитя светлой эльфы и демона. Она — первородная тёмная эльфа. Демон укрыл свою дочь в другом мире, где время имеет отличные от нашего мира законы. Кровь первородной тёмной эльфы — самый необходимый и ключевой ингредиент, который поможет нам, наконец, очистить Аскавидон от скверны в виде тёмных эльфов. Она должна всем сердцем возненавидеть тёмных эльфов и тогда, её кровь станет настоящим оружием против них. Мир вздохнёт спокойно, и лишь светлые эльфы будут единственной высшей расой, правящей всеми низшими расами.

Я забыл, как дышать.

— Хранитель, неужели та легенда оказалась правдой? Дочь Эсталоны и Лерайи? — прошептал я изумлённо.

— Да, — сказал Хранитель и призвал свою магию, чтобы снова выстроить портал. — Передай мои слова князю и скажи, чтобы начинал готовиться. Пока истинная Хранительница не вошла в полную силу, медлить нельзя. Я пришлю весточку, когда мы направимся к вам с визитом. А теперь, иди.

Я поклонился Хранителю и быстро-быстро пошёл назад.

Посмотрел в потайное отверстие в стене и, убедившись, что мой кабинет пуст, спешно открыл потайную дверь.

Прислонился спиной к книжному шкафу, выдохнул и дрожащей ладонью вытер выступивший пот со лба.

Еле добрёл до кушетки и грузно на неё свалился. К дрожи прибавился звон в ушах и сильная головная боль.

Усилием воли дотянулся до магического колокольчика и позвонил в него, вызывая своего личного слугу.

— Лекаря… — прохрипел я, едва слуга вошёл в мой кабинет и добавил: — И мага… Быстро…

* * *

Королевство светлых эльфов

Великий князь светлых эльфов Нааран Хейрагон Второй пресветлейший

Я медленно поднимался по лестнице на большой, высокий каменный помост.

Яркое утро радовало тёплыми лучами светила.

В тяжёлом белом плаще мне было жарко, но применив охлаждающее заклинание, дискомфорт тут же прошёл.

Добравшись до помоста, я величественно приблизился к краю, чтобы меня увидели все мои подданные, пришедшие по срочному вызову, для сообщения важной новости.

За мной настороженно наблюдали знатные светлые эльфы, простые эльфы и даже эа. Многие из собравшихся здесь ожидали скверных вестей — в особенности те, что явились издалека.

Что ж, они были правы и неправы, одновременно.

Я воздел руки. По толпе прокатились шепотки и ропот, быстро перетёкшие в молчание. С помощью магии я усилил голос так, чтобы меня слышали все.

И я начал говорить, хоть и знал, что приоткрывая завесу смертельно опасной игры, могу проиграть, но я любил риск и любил власть. А ради власти я готов был даже рискнуть короной и собственной жизнью.

— Мой великий народ светлых эльфов и людской народ, что решил по воле своей служить князю светлых эльфов, я призвал вас сюда, чтобы сообщить о приближающейся опасности! Всем хорошо известно о молчаливой и холодной вражде между светлыми и тёмными эльфами. Но никогда светлые эльфы не желали войны и кровопролития, верно? Но теперь, я узнал, что Повелитель тёмных эльфов Териас Аш Аран призывает все свои силы, чтобы стереть с лица нашего мира светлых эльфов! Он желает завоевать наше королевство и уничтожить всех светлых! — После драматической паузы я продолжил: — В прошлом наши народы совершали невыразимо жестокие вещи. Мы как потомки великих светлых эльфов ответственны за то, что эа утратили магию, что демоны прорвались в наш мир и породили уродливую по своей сути расу — тёмных эльфов! Они долгое время порождали страх среди нас! Териас Аш Аран желает захватить власть над всем миром! Он желает сокрушить и поглотить нас! Наш разрушитель — Повелитель тёмных эльфов Териас Аш Аран!

В толпе раздались беспокойные перешептывания и вскрики.

— Великий князь! Но откуда эти слухи?

— Мы не слышали, чтобы Териас Аш Аран собирал армию!

— Он скорее соберёт армию из новых наложниц!

От последней фразы эльфы расхохотались.

— Вы сомневаетесь в моих словах?! — вскричал я. — Да будет вам известно, что тёмные эльфы призвали в наш мир силу, которая может сокрушить и уничтожить весь мир! Они призвали демона!

Толпа затихла.

— Тёмные эльфы — порождения демонов. Териас сумел распространить своё нездоровое влияние на большинство в нашем светлом королевстве. И что с ними стало? Они превратились в рабов, в наложниц и воинов для кровавых боёв на арене этого чудовища! Используя силу демона, Териас сумеет сокрушить нас, если мы не нанесём удар первыми. У нас нет выбора! — я снова выдержал паузу и с удовольствием отметил, как заволновались эльфы и люди. Тревога появилась на их лицах, а в их взглядах поселился страх: — Мы должны быть готовы к тому, что Териас вскоре начнёт наступление. Но я призываю вас! Мы должны действовать на опережение!

— И что же нам делать? — крикнул кто-то из толпы.

— Для начала, мы должны принять одну гостью — со всеми почестями и всем уважением, которого она заслуживает, и склонить её на свою сторону. Очень скоро нас посетит истинная Хранительница, которая прибыла в наш мир, чтобы победить зло в виде тёмных эльфов. Она должна узнать от вас, мои дорогие, что тёмные эльфы — зло! Рассказывайте самые страшные легенды, слухи и всё, что придумаете про тёмных эльфов! Пусть её сердце и душа содрогнутся, узнав об их страшных и омерзительных деяниях!

Толпа зашепталась, загудела, и пока этот ропот не перерос в оглушающий рёв, я крикнул:

— Мой народ, вы со мной?! Уничтожим тёмных эльфов раз и навсегда?!

— Да-а-а-а!!!

Я выждал несколько минут. Когда рёв толпы стих, я продолжил:

— Хочу, чтобы вы знали, я готов использовать каждую крупицу свой магической силы, чтобы победить врага. Но если я буду бороться один, то потерплю поражение. Увы. Если же мы будем сражаться вместе, то появится шанс избавиться от нависшей над нами угрозы! От проклятого Повелителя и всех тех, кто служит ему! Предупреждаю, что случится много смертей, но наши дети, будущее нашего мира станет, наконец, чистым. Мир выздоровеет благодаря нам… — Я на мгновение замолчал. — Кто-то из нас и наши дети станут законными жителями Асковидона. Больше не будет тёмных эльфов, порочащих всю нашу светлую суть своим существованием. Лично я охотно готов заплатить за такое будущее высокую цену! Вы со мной?!

— Да-а-а-а!!! — заревела неистово толпа, подкидывая в воздух то головные уборы, то цветы, то монеты.

Я довольно улыбнулся и кивнув своему народу, направился прочь.

«Пусть размышляют, смакуют мои слова и строят планы, как будут рубить тёмных. Начало правого дела положено. Народ готов пролить кровь за своего князя. Ложная весть о проклятом Териасе сделала своё дело, и светлые эльфы сильнее возненавидели его. Осталось только убедить в своей правоте истинную Хранительницу, которая так вовремя пришла в наш мир».

«Но я уверен в Хранителе, который перешёл на мою сторону и решил, как и я, избавиться от тёмных эльфов. Он сможет подготовить Хранительницу и настроить её против тёмных».

«Давно пора избавиться от них, как от гниющей заразы…»

Вернулся в свои покои и откинулся на мягкой софе. Прикрыл глаза, чтобы скрыть в них горящее торжество.

«Что ж, сын тёмной сучки-эльфы, которая предпочла мне твоего проклятого отца! Твой конец уже близок», — подумал со злорадством. — «Я сделал первый ход, и теперь любые твои действия, я смогу с лёгкостью использовать против тебя. Раньше я жалел, что не могу добраться до тебя также легко, как до твоих родителей и отравить. Но всё, что не делается — к лучшему. Теперь я смогу избавиться от всех тёмных эльфов. Я войду в историю, как освободитель!»

Глава 19

* * *

Ариана

После общения с источником, ни один Хранитель меня не побеспокоил вопросами о том, что же будет дальше.

Они лишь смиренно передо мной выстроились, и Армас произнёс следующие слова:

— Истинная Хранительница мира Аскавидон, первородная тёмная эльфа, дочь Эсталоны и Лерайи, Ариана… Мы, Хранители, рады приветствовать тебя в Обители. С твоего позволения и согласия, мы готовы стать твоими наставниками, учителями и друзьями. Мы обучим тебя высшей магии, расскажем тебе всё, что только захочешь знать.

Армас по-отечески улыбнулся и продолжил:

— Источник сменил цвет своих вод на истинный цвет — небесный. Такова магия мира Аскавидон. Мы не станем спрашивать тебя ни о чём, что показал тебе источник. Тебе нужно время обдумать и принять то, что ты увидела, Ариана. А пока, позволь пригласить тебя за наш общий стол, где уже стынет вкусный ужин.

— Благодарю, — улыбнулась в ответ и проследовала за Хранителями.

Армас, Алиша, Эрлай, Морис, Нирейна, Марика, Сервиус и… Шерридан — светлые и тёмные эльфы сидели за одним столом, а Шерридан так и вовсе являлся полукровкой — получеловеком и светлым полуэльфом. Его не признали ни эльфы, ни люди. Он был изгоем, никому ненужным в этом мире. Эльфийская кровь дала Шерридану долгую жизнь, физическую силу, выносливость, а человеческая кровь «одарила» отсутствием магии и человеческими ушами. Своё место и признание он нашёл в Обители, где собственно и вырос, обучился военному искусству и повстречал Алишу…

Таких смесков, как Шерридан умерщвляли, считая ошибкой, позором и уродливым смешением. Шерридану чудом удалось избежать подобной участи.

Слушая рассказ Хранителей, я всё явственнее понимала и осознавала, как же уродлив этот прекрасный мир.

Мне понятны его стоны и метания.

Не скажу, что и Земля, которая стала для меня домом, является примером благополучного мира, но всё же… Хотя, я ведь не углублялась в её проблемы.

Вздохнула и, отодвинув от себя недоеденный ужин, извинилась и сослалась на усталость.

Разговоры мгновенно стихли.

Стоило мне подняться со стула, как тут же все присутствующие встали из-за стола.

— Я провожу вас… — с благоговением заговорил Морис.

— Не нужно. Я помню дорогу до своей комнаты, — ответила извиняющимся тоном.

— Всё хорошо? — обеспокоенно поинтересовалась Алиша, держа за руку Шерридана.

Они были красивой парой. Он — высокий, могучий, истинный воин. И она — хрупкая, тоненькая и очень красивая эльфийка с огненно-рыжими волосами.

Я улыбнулась и покачала головой.

— Всё отлично. Правда. Просто… Как-то я немного в прострации нахожусь от обилия информации. Хочу отдохнуть и побыть одна.

— Вы не обязаны перед нами отчитываться, Хранительница, — немного резким и высоким голосом произнёс светлый эльф по имени Сервиус.

— Я уже просила Армаса и вас всех прошу, не нужно мне выкать, хорошо? А то я себя странно чувствую.

— Как пожелаете… пожелаешь, Хранительница, — согласился эльф.

Я ещё раз поблагодарила Хранителей за ужин и удалилась.

Чувствовала себя странно, будто что-то было не так. Неправильно как-то… Что-то беспокоило меня, но понять никак не могла, что именно.

Тряхнула головой, прогоняя назойливую тревогу.

«Просто усталость и осадок после общения с источником», — решила для себя.

Вошла в свою комнату, закрыла плотно дверь и неожиданно замерла.

Настороженно прислушалась.

«Кто-то находился здесь», — произнесла про себя.

Занавеска колыхалась от приоткрытого окна. Хотя я прекрасно помнила, что когда я уходила, окно было закрыто.

Потом я принюхалась.

Запах ощущался не такой, какой был тогда, когда я проснулась.

Но этот запах был мне знаком, только… что-то было в нём непривычное…

Я сделала несколько шагов вперёд и остановилась у комода, где стоял магический светильник.

Спокойным движением руки зажгла его и внимательно осмотрелась.

Сейчас мне как нельзя, кстати, помогло бы моё усиленное зрение и обоняние. Но я понятия не имела, как активировать суперсилу по своему желанию и по необходимости.

Приблизилась к кровати и обнаружила, что на ней кто-то лежал. Кто-то довольно большой.

Потрогала постель — холодная.

«Значит, уже ушёл».

«Но интересно, что за нахал тут был?»

«Судя по отпечатку — это не был кто-то из Хранителей. Они все хоть и высокие, но худощавые. Вот телосложение Шерридана идеально подходило. Но я сильно сомневаюсь, что именно он решил поваляться в моей постели».

Потихоньку начиная кипеть от гнева, я прокралась в комнату, в которой нужно было делать всевозможные туалетные дела. Этакая ванна с туалетом. Распахнула дверь — и остановилась как вкопанная, не зная, смеяться мне или кричать.

В моей ванной, которую я ещё не успела опробовать, плескался огромный серый волк.

Он поднял на меня свою большую морду, облизнулся и сделал то, что обычно делают все животные после очистительных процедур.

Волк начал отряхиваться.

От мокрой насквозь густой серой шерсти полетели огромные капли воды.

Помимо того, что волк итак создал вокруг ванны настоящие реки, после его оттряхивания, на полу образовалось целое море.

Моя одежда тут же промокла.

— Очень любопытно, — хмыкнула я, осматривая себя и морщась от запаха псины, которым пропахла вся ванная комната. — Как же ты сюда попал, и кто набрал для тебя воды?

Волк ловко выскочил из ванной и побежал к двери. Он остановился рядом со мной, и его жёлтые глаза уставились на меня.

— Ар-р-р-р-ф! — издал волк, сел, по-волчьи широко улыбнулся и свесил свой длинный розовый язык.

Я присела перед ним на корточки и погладила лобастую голову.

— Знаю, что напасть на меня сможешь, так как чувствуешь меня, верно? Знаешь ведь, кто перед тобой, да, волчара? — произнесла я с улыбкой.

Страха не было. Ни одно живое существо не сможет причинить мне боль или какой-либо вред.

Жаль, что только люди и эльфы этого не понимают даже на уровне инстинктов.

Волк зажмурился от моей нехитрой ласки и протянул мне свою мокрую и мощную лапу.

Пожав ему лапу, я снова ласково взъерошила густой серый мех, который всё ещё был мокрым, а как высушить его я не знала. Просто магичить наугад — нельзя. Я могла причинить волку своей магией вред, так как понятия не имела, как правильно управлять своей силой.

Почесала пса за ушами и стала гладить по голове до тех пор, пока он не начал счастливо прикрывать глаза.

— Какой красивый волк… Большой мохнатый волк-красавчик, — проворковала я.

Волк одарил меня двумя восторженными, хотя и весьма слюнявыми поцелуями, облизнув моё лицо.

Я выпрямилась и рассмеялась.

— Что ж, волчара, ты конечно, очень хорош собой, но знаешь, тебе всё-таки тут не место. Твой дом — это лес. Возвращайся туда к своей стае. Они, поди, ищут тебя…

— Р-р-р-р-р-р! — глухо проворчал волк и демонстративно завалился на один бок, показывая всем своим видом, что уходить не собирается.

Я упёрла руки в бока, подозрительно посмотрела на него и сказала:

— Вот, значит, как…

— Р-р-ры-арф! — был мне волчий ответ.

— Ладно, оставайся, — пожала я плечами и с грустью посмотрела на свою ванную, которая выглядела как после настоящего библейского потопа. Вода даже с потолка капала.

«Неужели этот волк принадлежит кому-то из Хранителей?» — подумала про себя.

«Завтра узнаю, кто решил устроить купание этого волчары именно в моей ванной», — подумала хмуро. — «Или, быть может, это некая проверка? Или посвящение?»

Не получив ответа, пожала плечами и вышла из ванной, не закрывая за собой двери, чтобы волк смог выйти.

А в спальне меня поджидал сюрприз — Териас, собственной монаршей персоной, нагло развалился на моей кровати, да ещё прямо в обуви. Одна его рука была закинута за голову, а в другой он держал и поглаживал клинок.

— А моя наложница оказалась с о-о-о-чень большим секретом, — произнёс он лениво, начиная крутить между пальцев тонкий, но острый, сверкающий в магическом свете, клинок. — Значит, истинная Хранительница…

Териас произнёс свои слова с таким видом, будто он едва сдерживал насмешливую улыбку.

— Как ты узнал об этом и как сюда попал? — спросила его, воинственно сложив руки на груди.

* * *

Ариана

Териас тихо засмеялся, чем начал бесить и злить меня.

Несмотря на его мужественную красоту и харизму, его притягательность уже не влияла на меня и никак не трогала.

«Видимо, эльфийские чары Повелителя действуют на более слабых магов и на людей».

По магии, возможно, я была наравне с ним, а быть может, и сильнее Повелителя.

Волк вышел из ванной и разлёгся у моих ног. Он навострил мокрые уши, а серый хвост нервно заходил ходуном.

Териас сел на моей кровати и неуловимым движением убрал клинок во внутренний карман своего сапога.

— Твоя тайна оказалась довольно неожиданной, Ариана, — произнёс эльф. — А раз так, то я открою тебе свою.

— Горю желанием узнать вашу тайну, — произнесла я таким тоном, будто Териас предложил мне покопаться в коробке с червями.

— Дерзкая, — улыбнулся он и тут же стал серьёзным. — Никто не знает того, что моя мать когда-то была ученицей одного, уже покивнушего этот мир, Хранителя. Её готовили для Обители, но как ты понимаешь, судьба распорядилась по-иному. Моя мать стала супругой Повелителя тёмных эльфов. Она обладала редким видом магии — она могла создавать и открывать порталы.

Териас замолчал и внимательно посмотрел на меня.

«Мать Териаса могла стать Хранительницей? Дела, однако».

— Её дар передался и мне, но в недостаточной степени, чтобы стать Хранителем и открывать порталы. По сути, во мне эта частичка силы бесполезна. Портальная магия отнимает много сил, но даже будь я всесильным магом, не обладая этой силой, никогда не открою портал.

— И как же вы тогда так быстро добрались?

— Благодаря амулету моей матери, который заряжен её магической силой, я и смог добраться до тебя в короткие сроки. Прости, моя наложница, что немного задержался… — с лёгкой усмешкой произнёс Териас. — Амулет вместил в себя много силы моей матери, но его хватит максимум на четыре перехода. До сего дня, один переход я уже использовал.

Териас вынул из кармана своего камзола кожаный шнурок с нанизанными на него четырьма крупными бусинами, демонстрируя их. Две бусины имели тёмно-красный цвет, а две светились золотым светом и даже, казалось, будто пульсировали.

Я посмотрела на артефакт с неподдельным интересом. Мне ещё не доволилось видеть воочию артефакты такой силы. Но я не стала показывать эльфу свою заинтересованость его амулетом и всего лишь хмыкнула.

— Из-за какой-то наложницы, вы рискнули и использовали амулет своей матери? — я была откровенно удивлена.

— Ариана, Ариана… — протянул Териас и спрятал назад свой артефакт. — Ты не просто наложница. Ты — сильный маг и к тому же, демоница. И как выяснилось, ещё и истинная Хранительница. Интуиция меня никогда не обманывает, так что, я не зря использовал амулет.

Вскинула подбородок и произнесла:

— Я не чистокровная демоница, Повелитель. Раз уж мы с вами ведём откровенный диалог, то знайте — я дочь Эсталоны и Лерайи. Мой отец — демон, спрятал меня в не магическом мире, желая спасти от страшной участи, а когда пришло время, этот мир меня «позвал» и вернул домой…

Териас медленно и напряжённо поднялся и приблизился ко мне. Волк утробно зарычал, и эльф остановился от меня на расстоянии пяти шагов.

— Как интересно, — задумчиво проговорил Териас. — Дочь светлой эльфийки и демона? Первородная тёмная эльфа, значит…

— Именно, — сказала я гордо.

— Любопытно, но по тебе так сразу и не скажешь. Уши совершенно другие… — произнёс Териас, рассматривая меня. — Как у самой обыкновенной эа.

— Какие есть, — ответила я, не собираясь рассказывать, что делала операцию.

— Почему ты сразу не сказала о себе? — нахмурился он и сузил свои ярко-синие глаза. — Или ты пыталась что-то выяснить?

— Ничего я не пыталась выяснить, — ответила довольно резко. — Я оказалась в этом мире, думая, что это какая-то роковая ошибка. Я хотела найти дорогу назад и вернуться в свой мир. Позже открылась правда о моём рождении и моей сути, когда вы меня отправили в темницу… Именно тогда у меня пробудилась магия… Точнее, она пробудилась, когда вы меня коснулись…

Рассказывать про дух своей матери я не стала. Уже очень много поведала Териасу о себе, лишняя информация ни к чему.

— Ты говоришь про тот день, когда я выбирал новых наложниц? — уточнил Териас.

— Да.

— Я применил к тебе лёгкое и безобидное заклинание, чтобы ты расслабилась, а то выглядела такой взбудораженной и нервной… Если бы я только знал или догадывался о том, кто ты… — тихо сказал Териас, водя по мне взглядом снизу вверх и сверху вниз. — Жаль, что всё так вышло…

Я подарила Повелителю злую улыбку и, покачав головой, произнесла:

— А я не жалею и даже рада, что всё вышло именно так. Я увидела вашу суть, Повелитель.

— Интересно узнать о тех выводах, что сделала обо мне истинная Хранительница, — улыбаясь, произнёс Териас и начал обходить меня по кругу, как хищник, который рассматривает пойманную добычу и решает, что с ней сначала сделать: поиграть или сразу убить и съесть?

Волк следил за ним, навострив уши и ударяя хвостом об пол.

— Выводы неутешительные, Повелитель и они сделаны совершенно не в вашу пользу, — ответила ему довольно сухо.

— Ты видела лишь одну сторону, Ариана. Ты видела внешнюю оболочку, но не содержание, — прошептал он мне на ухо, остановившись у меня за спиной.

— Сомневаюсь, что содержание сильно отличается от внешних проявлений ваших поступков, — парировала я и резко развернулась, оказавшись в опасной близости от эльфа, который горой возвышался надо мной. Чтобы сменить тему и разрядить обстановку, я спросила: — Волка сюда вы привели?

Териас улыбнулся и перевёл взгляд на настороженного волка.

— Нет, привёл его не я, — отозвался Териас. — И признаться честно, я сильно удивился, увидев его здесь. Стая обычно скрывается в лесах, и редко показываются на глаза.

— Стая? Так что, сюда могут заявиться и другие волки?

Териас невозмутимо пожал плечами.

— Вряд ли. Наверное, это ты его позвала. К слову сказать, он был очень грязным. Я лишь наполнил водой купель…

«Ага! Вот кто помог волчаре устроить потоп в моей ванной!»

— Я его не звала, — сказала в ответ и посмотрела на внимательного волка, который прислушивался к нашим голосам.

— Он к тому же Вожак, — произнёс Териас.

«Вожак?»

— Но зачем он сюда пришёл? — спросила у Териаса, надеясь, что он даст мне ответ.

— Спроси его сама. Это же ты истинная Хранительница мира, а не я, — улыбнулся Териас. — Может, ему нужна помощь или ещё что.

«Ещё бы знать, как спрашивать…» — подумала про себя.

— А может, он устал и решил уйти на покой. Или пошёл искать друга или подругу, — сделал предположение Териас. — Пока его не спросишь — не узнаешь, зачем он пришёл.

Я сузила глаза и внимательно посмотрела в лицо эльфа.

Он, очевидно, хотел увидеть, как я буду использовать свою магию. И он не знал, что я, как маг, абсолютный лузер, так как не умею и не знаю, как использовать свою силу.

«Что ж, Териас, я рассказала о себе очень много, но демонстрировать свои возможности, не собираюсь. Териас — Повелитель тёмных эльфов, а я истинная Хранительница и этот факт уравнивал нас по положению, а возможно, даже, я была и «выше» его. И я очень хотела ощущать себя не такой беспомощной. А для этого, мне необходимо приручить магию и узнать, как управлять ею, чтобы в один миг указывать место таким зарвавшимся личностям».

— Вы нашли меня и узнали, кто я такая, — заговорила я беспрекословным тоном. — Теперь, можете возвращаться назад, в своё королевство…

Териас рассмеялся:

— Дорогая Хранительница, я сколько угодно могу быть Повелителем, но я никогда не перестану быть мужчиной. Ты мне интересна и нужна. Я не уйду просто так.

Я опасливо сузила глаза.

— Что вы задумали?

— Ничего особенного… — сказал он таинственным тоном, глядя на меня смеющимся взглядом.

«Не понимаю, чего он веселиться? Я что, на клоунессу похожа? Я акробатикой занималась, а не юмором. Смешить не умею».

— Я вас не понимаю и не хочу понимать. Просто прошу… по-хорошему прошу, уходите, — сказала не своим голосом.

— Я, пожалуй, останусь в Обители на некоторое время, — «обрадовал» меня Териас. — Хранители будут мне не рады, но ты замолвишь за меня слово, Ариана.

— Да ни за что! — воскликнула я, откровенно удивляясь его наглости.

— А если этого не сделаешь, — прошептал он зловеще и угрожающе, — то клянусь своей магией, я верну назад то, что мне принадлежит по праву, и поверь, тебе это очень не понравится.

— Вы не сможете меня вернуть, — уверенно парировала я.

— А я и не о тебе говорил, Хранительница, — сказал эльф. — Хранители забрали не только тебя, но и моего воина — Шерридана.

«Сволочь!»

— А кто сказал, что и его вам кто-то отдаст? — спросила я воинственно, сжимая руки в кулаки и едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на этого самодовольного эльфа с кулаками. — Вы упустили этого воина, Повелитель. Теперь он свободен.

Териас победно улыбнулся и просветил меня:

— Этот воин связан со мной клятвой, Ариана. Клятвой на крови. Тот бой он проиграл, а значит, согласно клятве, должен остаться у меня. Навсегда. Я могу призвать магию и активировать заклинание, которое сделает своё дело и убьёт нарушившего клятву. Но могу и освободить его от этой ноши.

«Териас! Как же я тебя ненавижу!»

— Что вы собираетесь делать в Обители? — спросила его глухим голосом.

— Немного отдохну от придворной жизни, — ответил он уклончиво и снова развалился на моей кровати. — Ну, так что, Ариана, заступишься за меня перед грозными Хранителями?

Эльф закинул руки за голову и довольно улыбнулся, потому что знал мой ответ.

— Да, — сказала упавшим голосом и зло добавила: — Но придёт время, Териас Аш Аран и тебе придётся ответить за все злые поступки!

Я обратилась к нему на «ты» и неосознанно призвала магию, даже не поняв, как это произошло.

Магичекий ветер всколыхнул мои волосы и тут же затих.

— Будь осторожнее со словами, которые произносишь, Хранительница, — произнёс Териас, прекратив веселиться. — У магии Хранителей есть редкая и иногда весьма пугающая способность их выполнять.

Я откровенно жаждала испепелить Териаса взглядом, но пока я не научусь магии, вряд ли это случится.

Глава 20

* * *

Ариана

Получив моё согласие, а точнее клятву, Териас применил какое-то заклинание, которое позволило ему уйти из Обители незамеченным.

Как он объяснил перед уходом, в лесу, совсем недалеко от Обители, он со своими воинами и советниками разбил небольшой лагерь. А завтра, как ни в чём не бывало, он совершенно один прибудет в Обитель.

Я злилась на эльфа, но изменить ситуацию не могла.

Уже потом, когда моя комната опустела, и я осталась одна, не считая огромного волка, я логически подумала и спросила саму себя: «Неужели Хранители не смогли бы снять с Шерридана эту кровавую клятву?»

Начала злиться на себя, свою беспечность и доверчивость. Определённо, Териас был прекрасным манипулятором и как искусный кукловод ловко руководил такими глупышками как я.

«А вдруг Хранители не настолько могущественны?» — скромно вылезла одна интересная мысль. — «Я ведь не знаю всех их возможностей и самых уязвимых мест. А вдруг, не смогли бы?»

Тряхнула головой. Гадать смысла нет. Завтра всё узнаю. Тем более, я уже дала слово, чёрт бы его побрал!

Вздохнув, торопливо совершила приготовления ко сну, погасила магический светильник и скользнула, наконец, в постель, нагретую большим телом эльфа.

Посмотрела на волка, что улёгся возле моей кровати и снова вздохнув, свернулась клубочком под одеялом.

Едва задремала, как вдруг, услышала какой-то шум.

Резко распахнула глаза и подняла голову.

Тишина.

Неожиданно, на мою кровать вспрыгнул волк. Я едва не закричала, испугавшись, но тут же взяв себя в руки, попыталась спихнуть с себя его увесистое тело, но проще, наверное, стену сдвинуть, чем этого наглого волка!

Он начал кружиться у меня в ногах и наконец, шумно вздохнув, улёгся, едва уместив своё тело на кровати. Положил лобастую голову на мощные лапы и, моргнув пару раз, пристально стал смотреть мне в глаза своими жёлтыми глазищами, которые в темноте, казалось, светились потусторонним светом.

— Знаешь что? А ты довольно наглое создание, — произнесла я с лёгким недовольством.

Волк, естественно не ответил, а продолжал смотреть на меня.

«Ну и пусть смотрит. Главное, что есть меня не станет».

Слегка повернувшись, я смерила волчару задумчивым взглядом.

«Любопытно, и что же тебе от меня нужно?» — подумала про себя, снова устраиваясь под одеялом.

— Очень надеюсь, что к утру я не нахватаю от тебя блох и вшей, — произнесла я сонно.

«У меня нет ни блох, ни вшей, ни других паразитов, Хранительница», — прозвучал в моей голове глубокий мужской голос.

Громко завопив, я соскочила с постели и согнув ноги, дико заозиралась.

Волк мгновенно спрыгнул на пол, оскалился, грозно зарычал и ощетинился.

«Опасность?! — встревоженно прозвучал снова этот голос в моей голове. — Я не чую опасности».

Я включила магический свет и уставилась на волка, который спрятал свои впечатляющие клыки и вставшую дыбом шерсть. Он сел на задние лапы и уставился на меня как на самую настоящую идиотку.

— Это ты? — прошептала изумлённо. — Ты говоришь со мной?

Волк дёрнул ушами, не сводя с меня своего желтоглазого и весьма умного взгляда.

— Так… Я понимаю, что не сошла с ума, — сказала уверенно и уже нормальным голосом. — Это магический мир, я — истинная Хранительница, а ты — волк, который непонятно зачем, пришёл ко мне. Ещё раз спрашиваю, это ты забрался ко мне в голову?

«Я», — был мне короткий ответ.

— Любопытно… — пробормотала я, обходя волка по кругу.

Потом села на кровать и оказалась с ним лицом к лицу… точнее, к волчьей морде.

«Кто ты?» — спросила тоже мысленно. — «Оборотень? Заколдованное существо? Или волшебный зверь?»

«Я — Волк. Вожак и Князь серых волков. Моё имя — Айгар Бесстрашный. Мы ни с кем не говорим из двуногих, но ты — иная. Ты — истинная Хранительница. Я услышал тебя, когда ты соединилась с источником».

Бешено завиляв хвостом, волк, вдруг лизнул меня в щёку.

«Ты меня слышишь, и этим ты подтверждаешь свою суть, — уверенно заявил он, а потом поднял голову и испустил протяжный вой.

Я без лишних сантиментов закрыла ему пасть:

— Тихо! Не хватало, чтобы сюда все Хранители заявились!

«Как скажешь, Хранительница», — пробасил у меня в голове голос волка.

— С ума сойти, — покачала я головой, снова забираясь под одеяло. — Не думала, что буду говорить с животн… э-э-эм, то есть, с волком.

Волк не ответил. Он тоже запрыгнул ко мне на кровать и снова стал смотреть на меня своим пристальным взглядом, словно хотел о чём-то спросить, но почему-то не мог.

— Ты ведь не просто так пришёл ко мне, — сказала я.

«Нет», — ответил он и моргнул. А потом, когда он снова на меня посмотрел, я углядела в его взгляде бесконечный океан боли.

— Что привело тебя ко мне, Айгар Бесстрашный? — спросила волка, понизив голос.

Волк вскинул голову и спросил:

«Позволь показать тебе, Хранительница… А ты уж сама рассудишь…»

— Хорошо, — согласилась я.

«Что рассудить?» — промелькнула мысль и тут же исчезла, потому что волк, вдруг увлёк меня своим жёлтым взглядом в совершенно другое место…

А после того, что я увидела…

* * *

Князь волков Айгар Бесстрашный

Молодой и сильный волк, всегда таким я был и никогда не уступал другим. Меня боялись и уважали, что звери, что эльфы и другие расы, а мелкий зверь меня обходил и обходит стороной.

Я — Князь, Вожак всей стаи, законы знал и чтил: не разорял деревни, не нападал на скот, всей стаей мы всегда охотились в лесу, не трогая двуногих. Никогда.

Однажды, мы по следу раненного зверя шли, которого ранили охотники.

И вдруг учуял волчью кровь, а после увидел и её: когда-то белая шерсть волчицы окрасилась в один лишь цвет — цвет крови; она едва дышала — магический капкан не только переломал ей кости, но и жизненные силы тянул, как настоящий убийца-паук.

На мгновение я остановился — ещё блестели небесного цвета глаза волчицы, но жизнь её держалась на кончике слабого волоска.

Вдруг, я учуял — за нами шли охотники, они быстро приближались.

Нам нужно было уходить. Закон гласит — не убивать двуногих. Но двуногие, увидев стаю, могли от страха начать творить нечто злое и тогда, я бы отдал приказ — всех двуногих убить.

Но я не смог уйти, не смог бросить умирающую волчицу.

«Уходите без меня», — отдал стае я приказ.

Собрал все силы и начал грызть капкан, разрывая себя в кровь.

Моя верная стая не ушла. Волки ждали, молча и напряжённо слушая приближение охотников.

Из-за волчицы, я подставлял своих волков — они не уходили, а верно ждали Вожака, готовые при надобности вступиться в схватку.

Силы меня не подвели — я вырвал волчицу из проклятого капкана и повёл с собою, своим телом её прикрывая.

Стая далеко ушла вперёд, а мы плелись в хвосте, она едва могла идти, одна лапа была сильно перебита, но не мог я её бросить. Найди её охотники или хозяин капкана — и наступит для волчицы смерть.

Увёл её я самыми сложными тропами и спрятал в глубокой и тёплой пещере.

День и ночь я своим телом лечил её. Охотился и кормил. Выхаживал и видел в голубых глазах бесконечную благодарность.

Прошло много дней, волчица поправлялась, но всё равно была ещё слаба. А мне нужно было вернуться в свою стаю, и волчица безропотно меня отпустила.

«Спасибо тебе Айгар. Я в вечном долгу перед тобой. Иди. Твоя стая ждёт тебя».

«Я вернусь за тобой, Илея. Обещаю».

Я вернулся в свою стаю и мои волки так встретили меня, будто был им я чужой.

Скалили зубы на меня и дыбили шерсть на загривках, но кинуться боялись — знали, что никому меня не победить. Прошёл я вперёд и остановился. Ко мне вышел мой брат — тот, что не смог меня победить в поединке за власть.

«Ты больше не Князь, ты больше не Вожак, Айгар. Уходи».

«Тебя избрала стая?»

«Да, Айгар, стая выбрала меня, когда на третий день ты не вернулся. Стая не может жить без Вожака! А ты нарушил закон, бросив нас! Мы не можем ждать, когда ты наиграешься с изгнанной волчицей!»

Долго я тогда смотрел в глаза своего брата и глаза волков, которых я всегда считал своей семьёй, среди которых вырос и каждого знал от носа до кончика хвоста…

Волчьи законы жестоки — это так. Для Вожака нет милосердия и понимания.

Я был виноват.

«Правь мудро», — дал совет я брату и ушёл.

Меня никто не окликнул и никто не позвал.

Изгой.

Теперь я был изгой.

* * *

Вернулся я к волчице.

Она меня ждала.

Увидев меня, Илея сразу всё поняла.

«Прости… Из-за меня это…» — произнесла она и небесные глаза наполнились слезами.

«Не плачь», — сказал сурово. — «Такова судьба».

Мы зажили с ней вдвоём.

Шло время, но сердце не забывало стаю. Тоска, порой железной хваткой держала меня за сердце и сжимала с каждым разом всё сильнее и сильнее, причиняя невыносимую боль.

Волк, рождённый быть Вожаком и Князем, не может жить без стаи. Я понимал, что погибал…

Но однажды, всё изменилось.

Илея родила мне пятерых волчат — серых и белых.

Заботился я о своей семье, любил их и жили мы беззаботно.

Это была моя маленькая стая, где никто никого и никогда не предаст.

Иногда, я выл по ночам, скучая по тем, кого раньше семьёй своей считал. Эхом отзывался вой — меня помнили и также тосковали. Но тоска та была ностальгией. Боль ушла.

Так и жили мы с Илеей: растили маленьких волчат, любили и радовались каждому новому дню. Я искренне любил её — ведь она была моя судьба и жизнь моя. Навсегда.

А потом пришла беда…

Я охотился и почти загнал зверя, как вдруг, моё сердце пропустило один удар, заием другой и ощутил я невероятный страх.

«Илея!»

Я бежал назад, не чувствуя под собою лап. Задыхался, хрипел, но бежал.

«Лишь бы успеть…»

Недалеко от дома своего увидел я охотников-убийц. Эти охотились на зверя не ради мяса и трофея, а ради тех сил, что находятся в нас, Эти силы они используют в жестокой и какой-то неведомой мне страшной магии.

Охотников-убийц ненавидит сам лес, ненавидят все до единого звери, сама земля под ногами начинает стонать, когда эти бездушные двуногие ступают в глубины нашего леса!

Я увидел, как охотники-убийцы окружили волков — тех, кого я раньше вёл за собой и всегда защищал. Мою бывшую стаю.

Я не видел среди них своего брата, но увидел другого Вожака — слаб он был и слишком мелкий. Лапы его тряслись от страха, и хвост его был поджат.

«Трус!»

Волки, увидев меня, воспряли духом.

«Идите за мной!» — отдал я им приказ.

И стая подчинилась.

Они шли за мной, а охотники гнались за нами, но я ловко путал следы и уводил тех, с которыми когда-то был рядом.

Завёл волков тропинками за топи. Убийцам здесь было не пройти.

Я спас волков и благодарности не ждал, но стая не желала меня отпускать. Им нужен был Вожак, им нужен был Защитник — сильный, умный, храбрый и бесстрашный волк.

«У меня семья. Я никогда не оставлю их», — сказал я стае. — «Прощайте!»

«Айгар! Не уходи! Приводи их к нам, мы примем твою волчицу и волчат. Ты — наш. Ты — наш Вожак и Князь! И если сможешь, прости ты нас за то безумное предательство, за трусость… Виноваты мы перед тобой. Прости!»

«Давно простил».

И бежал потом к себе домой, туда, где меня ждала волчица. Приведу её в стаю и у нас будет большая семья.

Но… Беда не миновала…

Когда у скал меня не было, мою волчицу и волчат выследили охотники-убийцы.

Илея с детьми теперь была у них…

Вдруг я услышал писк — один волчонок спрятался.

Живой.

Сына взял с собой и увёл его в стаю. Оставил в стае и отдал жёсткий и беспрекословный приказ — охранять, заботиться и растить будущего Вожака!

В груди и теле волной разливалась ненависть — я стал жесток. Я шёл по следу тех, кто схватил и пленил мою волчицу и детей! Боялся представлять, что с ними могут сделать…

Когда я видел эльфов и людей — кровь яростью заливала мои глаза. Готов был им всем глотки перегрызть, потому что они были той же расы, что и те охотники-убийцы!

Долго я искал свою семью… Искал, сбивался с пути и начинал сначала…

Ночами, долго в небе раздавался мой вой…

«Илея, где же ты?»

* * *

«Помоги, Хранительница. Помоги мне найти мою семью. Навеки стану твоим рабом, только помоги… Молю тебя!»

Глава 21

* * *

Ариана

Вернувшись в реальность, я вдруг ощутила, что меня трясёт.

Нет, не от холода.

А от того, насколько же этот мир жесток.

Я постаралась взять себя в руки, но ничего не вышло.

Гнев буквально раздирал мою плоть, обнажая мышцы, а затем и кости. Отвратительно больно было ощущать этот новый для меня гнев.

«Я не в состоянии принять установленные порядки! Всё в этом мире неправильно! Абсолютно всё!»

Я понимала, всё, что сейчас происходит, всё, о чём мне поведал источник, поведал этот несчастный волк — неспроста. Близится нечто ужасное и я, вместе с другими Хранителями, обязана это предотвратить и не только. Мне предстояло буквально перекроить этот мир на новый лад. Уничтожить установленные порядки, выжечь их, стереть из памяти и зародить новые правила — только Добро и только Любовь должны править этим миром. А начать нужно со Справедливости.

Волк смотрел мне в глаза долгим взглядом, и я ответила ему не своим голосом:

— Айгар, Вожак и Князь волков, клянусь, что я помогу тебе. Будем верить, что твоя семья жива. Живодёров ждёт высшая мера наказания. Только так и никак иначе.

Мой голос вибрировал и был наполнен силой.

Айгар бросил на меня тяжёлый взгляд.

«Благодарю тебя, Хранительница».

— Не благодари. Есть вещи, которых в любом мире не должно быть. И мы должны уничтожить эти неправильности, которые убивают этот мир.

Перед глазами снова пронеслись видения, как волк искал свою семью, и снова я ощутила весь тот спектр чувств, которые пережил этот несчастный волк.

Я сжала руки в кулаки, не в силах совладать с той силой, что начала вибрировать вокруг меня и уплотняться.

Волк опустил голову, поджал хвост и отошёл от меня на безопасное расстояние, насколько ему позволяла это сделать моя небольшая комната.

Я, тем временем, поняла, что не в силах сдержать свой гнев. Вокруг меня тут же появились тени и заклубились за спиной. Затем, я ощутила свои крылья. Сначала призрачные, но через мгновения они обрели плоть.

У меня за спиной появились красивые, сильные и угрожающие чёрные крылья. Волк тихо заскулил, ощутив их неимоверную силу. Крылья не только изменили мой облик. Они придали мне дополнительную мощь и уверенность. Пальцы чуть вытянулись и у меня отросли когти. Зрение, обоняние и слух стали необыкновенно чёткими и чувствительными. И ещё… что-то только что завершилось во мне, будто некий недостающий винтик механизма, очутился на своём месте.

Этим винтиком явилась последняя капля моего терпения — обижать детей и братьев наших меньших не позволено никому, никогда и ни в каком мире!

Моя злость и гнев толкали меня вершить правосудие сию же секунду и я не могла взять под контроль эту силу — первозданную силу этого мира, который кричал, вопил от боли и корчился в муках, которыми щедро одаривали все жители Аскавидона.

Айгар взирал на меня со священным ужасом в жёлтых глазах, но не удирал, куда подальше. Он чувствовал мою силу и мощь и понимал, что я — существо, которое гораздо сильнее него и сильнее любого в этом мире, и только я способна помочь ему.

— Пойдём-ка, дорогой Айгар, разбудим Хранителей и «поговорим» с ними по душам, — произнесла я низким, хриплым и вибрирующим голосом, от которого у волка шерсть встала дыбом. — У меня много вопросов к Хранителям…

«Сейчас кто-то получит отменных звездюлей», — подумала про себя мрачно и взмахнула рукой. Магией вышибла дверь своей комнаты, хотя, я всего лишь хотела её открыть, но не рассчитала силу.

Волк, немного опасливо направился вслед за мной.

Армас

Хранительница Ариана вырвала всех нас из сна и собрала в зале, как провинившихся детей.

Она смотрела на нас с таким гневом, с такой злобой и яростью, что я на миг решил, будто само истинное зло вселилось в неё и теперь управляет.

Её чёрные крылья и густая тьма, которая клубилась за её спиной, словно плащ, завораживали и пугали.

Огромный волк сопровождал девушку и с укоризной глядел на нас своими жёлтыми глазами.

— Армас, что произошло? — шёпотом поинтересовалась у меня Алиша, прижимаясь к сильному плечу Шерридана. — Почему Ариана в таком разгневанном виде?

Остальные Хранители желали тоже узнать причину, по которой их разбудили и причину ярости истинной Хранительницы.

Лично мне ещё было любопытно, что в Обителе делает волк?

— Я сам ничего не знаю и не понимаю, — ответил я Хранителям.

— А жаль, что не понимаете! — раздался звонкий голос Арианы.

Она остановилась перед нами и посмотрела каждому в глаза. Воздух пропитался густой яростью Хранительницы. А её взгляд… Он был полон непонимания, гнева, злобы и… Обиды?

Она смотрела на нас, и казалось, будто время замерло, а всё вокруг застыло и ничего не имело значения, кроме гнева истинной Хранительницы.

Мы все стояли неподвижно, не отводя взглядов от её лица.

Я перебирал в голове самые всевозможные варианты и причины, по которым она могла так разгневаться.

— Чем мы прогневали тебя, Ариана? — спросила Алиша. — Почему ты так злишься? Твой гнев обжигает и причиняет боль… Ведь мы все связаны…

Ариана вскинула подбородок. Внезапно в воздухе появился запах озона, вокруг стали проскальзывать огненые искры. Ариана оскалилась и начала говорить.

— Вы все — Хранители мира Аскавидон! На ваши плечи была возложена тяжкая ноша, но каждый из вас был избран в Хранители неслучайно. От вас требовалось всего-навсего сохранять баланс этого мира, «видеть» угрозы и предотвращать их. Мир наградил вас великой силой, чтобы вы берегли его и защищали. Но нет.

Ариана прошлась вдоль нашей шеренги, гневно сжимая и разжимая кулаки. Её чёрные крылья подрагивали, реагируя на эмоции хозяйки. Волк гордым зверем сидел чуть поодаль и наблюдал за этим действом.

— Вы занялись лишь тем, что стали выполнять поручения зарвавшихся эльфов! — воскликнула она и резко распахнула свои крылья. — Вы стали «смотреть» в их будущее, вместо того, чтобы «видеть» истинные проблемы! А ведь мир столько раз молил вас о помощи… Он кричал и бился в агонии, стонал и корчился в невыносимых муках… А вы, будто оглохли и ослепли… Вот истинная причина, почему мир вернул меня домой — вы не справились! Вы все облажались…

На мгновение лицо Арианы изменилось — исчезли обида, злость и ярость. Один только страх имел над ней власть. Она подошла к нам ближе, и посмотрела каждому в глаза. В её глазах стояли слёзы.

— Посмотрите на этого волка. Внимательно посмотрите, и вы увидите его судьбу, — произнесла она упавшим голосом и указала когтистой рукой на огромного серого зверя. — Его зовут Айгар. Он Вожак и Князь волков. Айгар пришёл ко мне просить о помощи, потому что все вы оказались глухи!

«Волк пришёл сам? Да ещё Вожак стаи и Князь?» — пронеслась удивлённая мысль. — «Воистину, происходит нечто странное в мире!»

— Его пару и его детей схватили охотники-убийцы. Понимаете, о ком я говорю?

— Мы не можем следить за всеми жителями этого мира, Хранительница, — недовольно сказал Сервиус. — Мы «смотрим» за теми, кто может нести истинную угрозу и не позволяем случиться трагедиям. Это всего лишь волк. Его судьба и судьба других зверей не так важна, как чья-то другая. Ты много не знаешь, Хранительница и твои суждения и обвинения оскорбительны!

Волк зарычал и вздыбил шерсть.

Слова Хранителя были отвратительны.

— Оскорбительны мои обвинения?! — прошипела Ариана, и молниеносно подлетев к Сервиусу, схватила его за горло одной рукой и подняла над полом, словно он был пушинкой. — Я вижу тебя насквозь, Хранитель Сервиус! Вижу, что вопреки данным обетам и клятвам, ты заходил за грань своих желаний и преступил черту… Всего один шаг и ты разрушил всё то светлое и прекрасное, что было когда-то в твоей душе. А ещё светлый эльф…

Она поцокала языком. Сервиус пытался призвать свою магию, но сила Арианы была колоссальной, а её ярость буквально поглощала жалкие попытки Хранителя избавиться от её удушливого натиска.

— Пу… пх… пхпу… сти-и-и… — хрипел он, задыхаясь.

— Ариана… Хранительница… Молю тебя, отпусти Сервиуса, — с мольбой попросила её Нирейна. — Ты ведь не убийца.

«Великие силы, что же увидела о Серивиусе Ариана? Неужели, он пошёл по неверному пути?»

Ариана перевела взгляд на нас, и коротко улыбнувшись, разжала пальцы. Эльф упал и закашлялся, жадно хватая ртом воздух. Он скорчился на полу и бросил исподлобья на Ариану полный негодования, злобы и страха взгляд.

— Нирейна, — произнесла её имя Ариана и погладила эльфийку по щеке. — Ты боишься за него, а ведь он обманул и предал всех вас.

— Что? — в один голос воскликнули Морис и Алиша.

— Не может этого быть, — произнёс я дрожащим голосом, ощущая правоту её слов.

— Что ты натворил? — процедил Эрлай.

— А я не верю, — сложила руки на груди Марика. — Сервиус — Хранитель и портальный маг! Он не предатель! А вот истинная Хранительница вполне похожа на злого демона!

— Марика, — покачал я головой. — Ариана не лжёт. Мне ты веришь?

Сервиус, поднявшись на ноги, отряхнул полы своего халата и гордо произнёс:

— Я не сделал ничего такого, что повредило бы нашему миру!

Ариана запрокинула голову и заливисто рассмеялась, а через мгновение её смех резко прекратился.

— Уничтожение целой расы — это, по-твоему, ничего такого? Разве это не есть зло и вред?! — свирепо воскликнула она.

«Великие силы! Сервиус! Неужели, правда? Ты решил пойти против законов нашего мира?»

— Серивиус! Что ты натворил? — воскликнули Алиша и Эрлай.

Сервиус не дал ответа.

Возник ветер, который резкими порывами начал рвать наши одежды и морозить наши тела насквозь.

Ариана снова оглядела каждого из нас.

— Тёмные эльфы погрязли в разврате и утонули в крови убитых невинных эльфов и людей на развлекательных боях! Светлые эльфы мечтают вырезать всех тёмных и править этим миром! Безумные маги похищают зверей и тянут из них силы, чтобы творить чудовищную магию! А Хранитель, тот, кто клялся защищать и творить добро, плетёт заговор против тёмных эльфов, надеясь, что если их не станет, то мир очистится, как от скверны! Я ведь верно излагаю твои мысли, Сервиус?!

Хранители ахнули.

— Не гневайся, Хранительница. Лучше дай совет, что нам делать, — вставил своё слово Шерридан.

Ариана долгим взглядом смотрел на него и сказала:

— Твои тело и душа познали много страданий, Шерридан. Ты вынес много боли. У тебя внутри всё сгорало дотла, но вновь и вновь ты возрождался и жил дальше. Боролся и ждал. Тебя удерживала только любовь. И только она не сломила тебя, и ты не поддался разрушению. В твоём сердце нет страха, нет больше ненависти. Любовь там правит…

Алиша заалела от этих слов и теснее прижалась к мужчине.

— Хранители — это те, кто любит этот мир, со всеми его жителями. Хранители — это те, кто умеет прощать и направлять.

— Но ты не выглядишь той, кто прощает! — воскликнула Марика.

Ариана медленно обернулась к ней и произнесла:

— Меня этот мир позвал вовсе не для прощения.

— А для чего же? — процедил Сервиус.

Ариана улыбнулась и приблизилась ко мне.

— Армас, ты всё понимаешь и один лишь ты «увидишь», кто я, — сказала она.

Её сила сплелась с моей, и я увидел и почувствовал всю мощь её гнева. Но то был гнев самого мира.

— Не губи, — прошептали мои губы. — Спаси этот мир, Хранительница. Не становись на путь разрушения.

— Я хочу нести свет в своих руках, Армас, но невольно рождается только тьма, — горько произнесла Ариана. — Милосердия никто не поймёт и уже не спасёт оно. Только радикально можно помочь миру обрести покой и гармонию.

— Я не верю! — воскликнул я и взял в свои руки её холодные ладони. — Ты не губить наш мир должна, а спасти! Источник изменил свой цвет на истинный цвет. Ты — не зло, Ариана. Ты — добрая первородная тёмная эльфа.

— Армас, а ведь добро всегда шагает рядом со злом, как день и ночь, как свет и тьма. Баланс мира нарушен и поверь мне, ни один эльф не изменится, ни один не поменяет своих убеждений и не излечит прогнившую и пропащую душу. Спасутся лишь те, кто готов меняться и кто ещё сохранил любовь и добро в своём сердце.

— Что ты собираешься делать? — нахмурился Шерридан.

Ариана распахнула свои мощные крылья, вдруг к ней приблизился волк и сел верным псом у её ног.

— Первым делом, мы найдём семью Айгара и покончим с теми, кто творит злую магию со всеми живыми существами!

— Мы не воины и не судьи, Хранительница, — произнёс Эрлай.

— А кто же вы тогда? — вопросительно изогнула она одну свою бровь.

— Мы «видим» зло и предотвращаем его, уничтожаем ещё в зародыше, — попытался оправдаться Морис. — Но мы не вершим суд над всеми расами.

— Тогда почему зло, которое похищает зверей и мучает их, вы не уничтожили ещё в зародыше?! — воскликнула Ариана.

— Мы не выбираем видения и предсказания, — ответила Алиша. — Но мы не снимаем с себя вины за то, что много зла в мире стало происходить. М ымногое пропустили, не увидели или не заметили.

— Алиша! — недовольно произнёс Сервиус.

— Разве Ариана не права? — спросила Алиша всех нас. — Мы расслабились и позабыли своё истинное предназначение! А ведь в древних свитках сказано, что Хранители — это стражи. Они хранят покой и мир, борются со злом и помогают каждому, кто просит их о помощи. Мы далеки от истинного значения Хранителей… Признайте это и давайте уже взглянем правде в глаза. Мы не справляемся. А наши видения стали скудны и малозначимы, и всё оттого, что мир нам перестал доверять. Мы не оправдали его надежд.

— Ариана задурила тебе голову! — процедил Сервиус.

— Сервиус! Замолкни! — одёрнул его Эрлай.

— Хватит! — остановила всех Ариана. — Мне не нужны ваши благословения или ваша вера моим словам. Вы — Хранители и если в вас осталась хоть капля той ответственности, которую на вас возложили, то вы пойдёте со мной. И ещё, в нашем деле нам станет помогать один тёмный эльф.

Хранители переглянулись.

Эрлай как раз был тёмным эльфом.

— Не ты, Эрлай. Но все вы этого эльфа знаете — Териас Аш Аран.

Хранители словно окаменели. Шерридан так и вовсе сжал руки в кулаки, а его лицо ожесточилось. Алиша вздрогнула, удивлённо и непонимающе посмотрела на Ариану.

— Не смеши нас, Хранительница! Териас не станет помогать! — сказал насмешливо Сервиус.

— Его мнения никто не спросит, — ответила Ариана. — Но знайте, что он-то как раз и станет помогать.

Наблюдать за изменённым поведением эльфа было странно. Никогда не привыкну к тому, как меняются лица тех, с кого снимают маски. Серивиус, который всегда казался мудрым, вежливым и ответственным Хранителем, оказался интриганом и лжецом.

— Подумайте над моими словами и утром, мы начнём поиски.

Глава 22

* * *

Ариана

Несколькими часами позже, всё ещё находясь в дурном настроении и яростном гневе, я засела за картой мира Аскавидон и изучала её при свете магического ночника. Айгар сидел рядом со мной. У двери стояла принесённая кем-то из Хранителей миска с едой для волка, к которой зверь так и не прикоснулся.

— Ах, Айгар… — произнесла я устало. — Грядёт беда, настоящая трагедия. Светлые и тёмные эльфы совсем потеряли разум. Мне тревожно и горько от того, что могут погибнуть многие из-за своей гордыни, злобы и расовой ненависти. Все признаки указывают на то, что этой трагедии не избежать. И самое отвратительно, знаешь что, Айгар?

«Что, Хранительница?» — спросил волк.

— А то, что я своими руками должна задушить то зло, которое как спрут распространяется по миру со скоростью света. На моих руках окажется кровь… Много крови, Айгар… И кто я буду после этого?

«Двуногие, что сбились с пути верного, пусть прольют кровь свою — твои же глаза пусть прольют слёзы за их жизни. Твои слёзы погасят костёр их страшных грехов».

— А кто погасит костёр моих грехов, Айгар? Кто прольёт за меня свои слёзы?

«Тебе дарована огромная сила, но и огромная ответственность. Эту ношу тебе придётся нести. Но если ты, Хранительница, не вмешаешься, то подаришь злу прекрасную возможность пролить реки крови. Так не лучше ли их кровь пролить, чем будут убиты невинные?»

— Может, всё обойдётся, и я смогу изменить этот мир к лучшему без убийств и смертей? Может, дать им второй шанс? — спросила у Айгара, прекрасно зная, что это невозможно.

«Враг он всегда враг, Хранительница Ариана. И мало кто искренне принимает второй шанс. Злоба и ненависть будут жить в их сердцах и ждать подходящего момента. Но если сделаешь это безрассудное добро, то очень скоро предадут тебя. Двуногие не чтят законов, Хранительница. Это я познал на собственной шкуре».

Я поднялась из-за стола, подошла и распахнула окно. Шумно вдохнула холодный ночной воздух, который совсем немного охладил мой огонь, который продолжал бушевать внутри.

Посмотрела на свои руки, на длинные когти. Шевельнула плечами, ощущая тяжесть крыльев.

Пока гнев не уляжется, я не смогу вернуть прежний облик.

Но нужно брать свою силу под контроль. Не дело это. Тем более, когда случились такие резкие перемены в моей судьбе.

«Кто бы мог подумать… Я, обычная девушка, которая когда-то занималась воздушной акробатикой и выступала в цирке, теперь должна изменить и спасти магический мир…»

Закрыла глаза и приказала:

«Прими прежний облик!»

Ничего не произошло.

Я начала злиться уже на себя. Какая из меня, к чёрту, истинная Хранительница мира, если я с самой собой совладать не могу?!

«Давай же! Повинуйся мне и прими прежний облик!» — более сурово приказала своей силе.

По телу прошла дрожь, но я не изменилась.

Сжала руки в кулаки, когти впились в ладони и выступила кровь. Я яростно прошипела про себя:

«Немедленно! Прими прежний облик!»

И о чудо! Я ощутила, как по телу пошла ощутимая волна, и мой угрожающий вид сменился прежним. Я снова стала собой и все чувства притупились. Теперь я могла думать и рассуждать. Ненависть и ярость отложу на потом. А сейчас мне нужна ясная голова.

— Теперь стало хорошо, — пробормотала я, прикрыв на секунду глаза.

«Тебе нужно лечь спать. Утром будут мысли светлыми, нежели сейчас», — произнёс Айгар. — «Ложись и спи, моя Хранительница. Я буду охранять твой сон».

Улыбнулась и погладила волка по густой и жёсткой шерсти.

— Ты прав, Айгар. Утро вечера мудренее.

Оставила все тяготы до завтра.

Забралась в кровать и закрыла глаза.

В комнате воцарилась оглушительная тишина. Несмотря на то, что я снова стала собой, и мои чувства не так сильно рвали мне душу, всё равно, мне хотелось закричать. Но она не могла этого сделать. Вспышки раздражения — это бесполезное занятие, которое ни к чему хорошему не приведёт. Слишком много зла и несправедливости вокруг. Помимо этого, важные и ключевые фигуры живут с шорами на глазах. Они стали глухи и слепы… Как мне быть?

«Айгар прав. Огромная сила — это огромная ответственность и очень тяжкая ноша».

«Господи, не дай мне потерять себя. Не позволь мне стать злой и несправедливой…»

«Не смей ставить себя над другими. Возвысивший себя над остальными будет рано или поздно повержен. Но как же быть, когда я должна буду принять решение и обречь на смерть так много людей и эльфов, чтобы спасти весь мир от разрушения? Какое же это тогда благо?»

«Войду в историю как Ариана Спасительница? Или… Ариана Кровавая?»

Я сморгнула слезу и стиснула зубы, злясь на себя и весь мир. Я считала себя хорошим человеком, точнее… Я ведь и не человек вовсе. Трудно привыкнуть.

«Неважно, — сказала я себе. — Ничто не важно, кроме спасения мира. Особенно неважно, что будут думать обо мне. Я должна помочь Айгару. Я должна открыть глаза всем эльфам и добрыми или же недобрыми методами изменить их взгляды на мир. Даже если для этого придётся убивать…»

«Ради этого меня и призвал этот мир, вернул домой. Чтобы я остановила беду», — подумала я и смахнула предательскую слезу. — «Клянусь, я буду сильной. И с завтрашнего дня начну свою миссию. А учиться можно и в процессе. Магию свою я приручу. Обязательно. А пока, мне нужно выспаться».

* * *

Ариана

Родившись, я, наверное, уже тогда была сломленной. Не телом, нет. Сломленной душой… Иначе, как я тогда могла сотворить такое зло?

А с чего я вообще взяла, что я добрая?

Мрака во мне всегда хватало — это факт…

Я стояла на возвышении и смотрела на дело рук своих — магия может творить многое…

Всё вокруг было залито кровью.

Ужас охватил всё моё существо. Я медленно опустила взгляд на свои руки — они тряслись, перепачканные в чужой крови. Душа завыла диким зверем и заметалась во мне, как обезумевшая птица, запертая в тесной и удушливой клетке.

Горы трупов — эльфы, люди, звери… Их тела остывали на стонущей от боли земле.

Я смотрела на это чудовищное побоище и не могла поверить, что это сотворила я.

Хотела развернуться и убежать, чтобы не видеть весь этот ужас, но не смогла сделать ни шагу. Я продолжала стоять перед трупами, задыхаясь от удушливо сладкого запаха смерти, и смотрела на их застывшие лица, неестественно изогнутые тела…

— Хранительница, ты совершила доброе дело — очистила земли Великого града от скверных эльфов и эа. Продолжайте, вы на верном пути. Следующим от вашей магии падёт последний город, и королевство, наконец, вздохнёт полной грудью. Свобода… Свобода от этой падали!

Чей-то одобрительный и очень знакомый голос буквально мурлыкал у меня над ухом.

Я повернула голову и встретилась взглядом с…

— Сервиус? — выдохнула я изумлённо.

Светлый эльф стоял у меня за спиной и победно улыбался.

— Для тебя, Хранительница, я добыл особый трофей…

Он скинул с плеча холщовую сумку, развязал грубые тесёмки и выудил на свет отрубленную голову…

— Смотри!

Сервиус держал за белоснежные волосы, залитые густой и тёмной кровью, голову тёмного эльфа. Его рот был открыт в беззвучном крике, а глаза закрыты…

Не может быть… Я не верю…

— Териас! — воскликнула я.

Воздух вышел из моих лёгких, но снова вздохнуть уже не могла. Тело моё затряслось в ужасе совершённого деяния.

Яростно завертела головой, зажмурила глаза и закричала:

— Нет, нет, не-е-е-ет! Я не могла! Это не я!

— Нет, Хранительница, это ты отдала приказ уничтожить всех тёмных эльфов и их сторонников, — улыбнулся эльф, убирая голову Повелителя тёмных эльфов обратно в сумку. — Ты — спасительница нашего мира, Ариана. Ты уничтожила всё то зло, что убивало всех нас. Осталось совсем немного и мир вздохнёт спокойно.

Я — Убийца. Я — Чудовище.

Мои ноги подогнулись, и я осела на мокрую от крови землю. Пальцами зарылась в хлюпающую почву и сжала руки в кулаки…

— Это не я… — пробормотала я, глотая злые слёзы. — Я не убийца… Я не могла так поступить…

Подняла лицо и посмотрела на пасмурное небо, затянутое свинцовыми тучами и прошептала:

— Что же я натворила?

— Ты сотворила добро, — сказал Сервиус. — Пойдём, Ариана. Нас ждёт Князь светлых эльфов. Он прикажет отлить статую в твою честь… Портал уже готов…

* * *

Проснулась я от своего собственного крика и волчьего воя.

Подскочила в кровати и, зажимая рот обеими руками, едва успела добежать до отхожего места, где меня вывернуло чуть ли не наизнанку. Дрожащими пальцами держалась за холодные стенки нужника и исторгала из себя всё, что съела накануне.

— Что это было? — задала вопрос в никуда, когда тошнить меня перестало.

Ответа не последовало…

Я умыла лицо холодной водой и на подрагивающих ногах вернулась в комнату.

«Ты кричала во сне», — заметил Айдар.

— Мне приснился настоящий кошмар, — ответила волку.

Заснуть я больше даже не пыталась. Холодный пот, покрывавший моё тело, был липким, как кровь тех убитых несчастных. Дышала я глубоко и медленно, терпеливо дожидаясь, когда затихнут позывы на рвоту и меня перестанет лихорадить.

«Это был всего лишь сон», — успокаивала себя. — «Просто кошмарный сон и ничего более».

Я сосредоточилась на дыхании. Вдох через нос, выдох через рот. Снова и снова. Тошнота начала отступать.

«Это был сон…»

Но я знала правду — то был не сон, а видение.

Страшное, безумное и чудовищное видение. И я не должна допустить его свершения.

И теперь-то я поняла, осознала до конца, что сила, которой я обладаю — истинное проклятие, нежели дар.

Из глаз невольно потекли слёзы…

Мне было страшно.

«Кто я такая, чтобы вершить судьбы эльфов и людей? Меня не учили этому… Помогите мне, Великие силы. Мама, папа — не оставляйте меня одну. Направьте на верный путь…»

Прикоснулась пальцами к щекам, стирая горячую влагу, затем начала убирать прилипшие к лицу волосы и заводить пряди за уши…

Уши…

Мои уши снова стали эльфийскими!

Глава 23

* * *

Ариана

Повелитель тёмных эльфов, Териас Аш Аран, предстал перед всеми Хранителями во всей своей красе — воинственный, гордый, надменный и как всегда, хорошо одетый, и выглядевший неприлично свежим и отдохнувшим.

— Рады приветствовать вас, Повелитель! — уважительно и почтительно произнёс Армас.

Не все Хранители склонили перед Териасом свои головы, в том числе и Шерридан. Воин остался стоять с гордо вздёрнутым подбородком. Его глаз метал молнии и испепелял огненной ненавистью тёмного эльфа.

Териас одарил каждого своим вниманием, задержавшись взглядом на Шерридане и Алише. Они держались за руки и постоянно переглядывались.

— Любопытно, — произнёс эльф и приблизился ко мне. — Смотрю, ты довольно убедительно поговорила с Хранителями, Ариана.

Он улыбнулся, глядя на то, как волк подошёл ко мне и встал между мной и Териасом, защищая меня от излишнего внимания эльфа.

— Не думайте, что причиной стала наша договорённость, — произнесла я едва слышно, но эльф отчётливо расслышал мои слова. И уже громче добавила: — Более важные обстоятельства вынудили меня убедить Хранителей в важности вашего нахождения рядом с нами, Повелитель.

— Любопытно, — повторил он и сузил свои яркие глаза. — Не думай, что заняв статус истинной Хранительницы, ты можешь распоряжаться моей судьбой, Ариана.

В его голосе прозвучала скрытая угроза.

Но я не боялась тёмного эльфа. Больше не боялась. Меня теперь страшили другие события — те, что уже настали и те, что ещё должны сбыться. Но начнём действовать по порядку.

— Оставьте свои угрозы, Повелитель, — сказала я резко и, уже мягче добавила: — Предлагаю уравнять наши с вами положения: я больше не стану обращаться к вам «Повелитель», а перейду на «ты» или, другой вариант — вы станете тоже обращаться ко мне на «вы».

— Наглая, — процедил Териас и посмотрел прямо мне в глаза, словно пытался пробраться сквозь них в самую мою душу. Я ощутила давление в голове, словно он и правда, пытался забраться ко мне в мозги.

«Ментальная магия? И такая тоже здесь есть?»

Стоило мне подумать, что не хочу, чтобы Териас пробрался ко мне в голову, как моя сила тут же вытолкнула его, да так, что эльф чуть покачнулся и от неожиданности сделал два шага назад.

— Любопытно… — опять повторился Териас, переставая быть оригинальным.

— Быть может, вы уже прекратите перешёптываниями, и мы, наконец, займёмся делами? — прозвучал звонкий и весьма недовольный голос светлого эльфа Сервиуса.

— Сервиус, — одёрнул его Армас. — Всему своё время. Помолчи.

Териас вздёрнул одну бровь и, убрав руки за спину, с интересом стал разглядывать светлого эльфа, что был очень не сдержан на язык, как впрочем, и на подлые поступки.

— А кто он такой, чтобы я молчал в его присутствии?! — неожиданно для всех очень зло воскликнул эльф. — Всем известно, что Териас Аш Аран — истинный Повелитель страданий, боли, унижений, подчинения и рабства! Чуть не забыл! Ещё любитель вида крови и смерти! Я ведь всё упомянул, Териас Аш Аран?!

Его имя Сервиус произнёс с искренней ненавистью, даже не произнёс, а буквально выплюнул, не скрывая своего презрения к тёмному эльфу.

— Сервиус! — в один голос воскликнули Хранители.

— Ты умом тронулся, мальчик мой?! — испугался за светлого Армас. — Что с тобой творится?! Откуда такая злоба и ненависть?! Ты — Хранитель! Ты не должен делить кого-то на плохого, а кого-то — на хорошего…

Сервиус дёрнулся в недовольстве.

— Что с вами творится?! Стоило спасти Ариану и услышать её речи, как вы сразу же стали подчиняться ей! Не нужен нам для спасения мира этот тёмный и она не нужна!

— Сервиус, ты не прав, — вдруг произнесла Алиша. Она виновато посмотрела на Шерридана и добавила: — Чтобы мир изменился, нужно измениться и нам самим. Или ты не готов к этому?

Сервиус не ответил. Он прожигал своим ненавистным взглядом Териаса и меня.

— Я никогда не питал особой любви к светлым эльфам, — заговорил Териас, не повышая тона и не используя уничтожительной речи. Он говорил ровно и спокойно, да только лицо его — ожесточённое с резкими чертами, «говорило» о том, что он сердит, точнее, невероятно зол и готов прямо здесь и сейчас наказать наглеца. — Но я всегда относился с уважением к мудрости и силе твоей расы. И скажу вам, Хранители и Хранительницы, что я никогда не прощал и не прощаю тех, кто наносит мне оскорбления. Хранитель Сервиус, я волен стребовать вашей смерти у истинной Хранительницы Арианы за нанесённые оскорбления и обвинения! Если сейчас же, не принесёте мне извинения, то…

— Никогда, грязный эльф! — ядовитой тварью прошипел Сервиус. И его лицо тут же исказилось в уродливой гримасе.

Териас помрачнел и потянулся к эфесу своего меча.

— Стоп! Хватит! — рявкнула я, и вдруг, я вновь ощутила, как меняюсь.

Определённо, изменения происходят только тогда, когда я испытываю сильные и весьма негативные эмоции.

Хранители были готовы атаковать зарвавшегося Сервиуса и скрутить его, чтобы тот не натворил ещё больших дел.

Волк Айгар порыкивал на Териаса, намереваясь не дать тому тоже совершить глупость.

Шерридан медленно положил ладонь на рукоять меча и в мгновение ока готов был порубить Повелителя, стоило тому сделать хоть один неверный шаг.

«Трудно тебе будет с ними, Хранительница», — прозвучал в моей голове голос Айгара. — «Их поведение напоминает поведение молодняка, которые бьются за высокий статус в стае. Как они будут спасать мир, если нет мира между ними и в их душах?»

«Ты прав, Айгар… Во всём прав… И я не могу дать ответ на твой вопрос».

— Я знаю, Териас Аш Аран не самый приятный тёмный эльф, — произнесла я, ощущая, как бурлит моя магия, и готова, в сей же миг усмирить бунтовщиков. — Но он будет крайне полезен в наших делах!

— Какой сомнительный комплимент, Хранительница, — процедил Териас, убирая руку с меча.

Он обвёл взглядом Хранителей и добавил:

— Я не потерплю пренебрежительного отношения к себе. Мне неважно, кто вы — Хранители или из простого народа. Пока, я готов забыть про этот инцидент и слова, которые вырвались из твоего рта, Хранитель Сервиус. Но, когда, Хранительница Ариана более не будет нуждаться в моей помощи, я заберу твою жизнь, светлый! Я никогда не прощаю!

— Буду ждать, Териас Аш Аран и с удовольствием буду рубить твою голову своим мечом! — воскликнул светлый глупец.

Последние его слова невероятно разозлили меня, ибо ещё свежи были в памяти видения из моего сна про отрубленную голову Териаса.

Резко выбросила в сторону светлого эльфа руку со словами:

— Хранитель Сервиус! Отныне, ты не сможешь произнести ни слова единого, пока я не дам волю твоим устам! Отныне, Молчание — твоя стезя! Молчи! Молчи! Молчи!

С моих пальцев сорвалось алое свечение, которое окутало голову Сервиуса и впиталось в него, как вода в губку. Тут же произошло что-то невероятное…

Хранители ахнули, даже Айгар и Териас были впечатлены моей магией.

Губы Сервиуса исчезли. На его красивом лице больше не было рта. Брови, глаза, нос… и острый подбородок, на этом всё.

Эльф схватился за своё лицо и со страхом посмотрел на меня. Он начал пытаться разодрать свою кожу в том самом месте, где только что находились его тонкие губы, но у эльфа ничего не выходило. Сервиус тут же стал призывать свою магию, чертить в воздухе глифы и руны, но кроме потери сил и бессмысленных призывов заклинаний, он не смог совладать с моим заклятием.

Он выглядел ужасно. Моя магия сотворила нечто отвратительное.

— Заклятие тишины… — прошептала испуганно Хранительница.

«Твоя сила пугает… Но в то же время, заслуживает уважения и искреннего восхищения, Хранительница», — произнёс Айгар.

— Сервиус, мальчик мой, прекрати изводить себя, — тронул эльфа за плечо Армас. — Ты не обратишь это заклятие. Только Ариана сможет его снять. Усмири свою гордыню и ненависть.

— Ты меня поразила, — улыбнулся Териас. — Великолепное проявление силы, когда ты в гневе. Но позволь взять с тебя слово, что на меня ты не станешь распространять свою магию.

— Ещё одно слово, Териас и ты тоже замолчишь! — прошипела я, злая, как тысяча гарпий.

— Сервиус! — окрикнула я эльфа. — Срок твоего молчания зависит от тебя одного! Если ты прекратишь вести себя как подросток и снова станешь достойным и верным Хранителем, то я прямо сейчас сниму это заклинание! Если нет — то срок твоего молчания может затянуться надолго. Выбирай!

Сервиус опасно сверкнул глазами и особо не раздумывая, показал мне указательный палец.

— Ты выбираешь первый вариант, — произнесла я и он кивнул. — Хорошо.

Я прикрыла глаза и подумала: «Надеюсь, я свои заклинания могу обратить…»

— Снимаю своё заклинание. Отныне, ты снова можешь говорить, Хранитель Сервиус. Боле нет на твоих устах печати Молчания. Ты снова говоришь, но сначала думаешь, прежде, чем произносить любое своё слово.

От эльфа тут же отделилось красное свечение, которое распалось вокруг его головы яркими искрами и, потухнув, исчезло.

Сервиус дрожащими пальцами коснулся своих губ и облегчённо выдохнул.

— Я говорил, Ариана, будь осторожней со своими словами — они могут сбываться с точностью сказанного твоего слова… — прошептала мне на ухо Териас.

Я повернула к нему лицо, и едва не касаясь его губ, ответила:

— Вот и не делай глупостей, тёмный, если не желаешь испытать на себе силу моего гнева.

Он хмыкнул и добавил:

— Постраюсь. Кстати, в сегодняшней суете забыл сказать, что тебе неверотяно идут новые ушки и этот облик…

* * *

Ариана

— Мне нужно знать абсолютно всё об этих магах, — сказал я строго, внимательно глядя каждому присутствующему в глаза. — Где они живут, где едят, на чём спят и обязательно, в каком месте творят свои чёрные дела. Не нужно забывать и про их родных и близких. Кому эти маги продают своё тёмное мастерство?

Хранители переглянулись и вздохнули.

— Что? — не поняла их переглядываний.

— Они боятся признаваться, — сказал невозмутимый Териас.

— Признаваться в чём? — начала я снова сердиться. — Нам нужно дело делать, а не в переглядывания и молчанку играть. Ну?!

— Дело в том, что услугами этих чёрных мастеров пользуются… — Териас небрежно, но при этом царственно пошевелил пальцами в воздухе в непонятном жесте и закончил свою мысль: — Пользуются все, кому нужна магия.

Я нахмурилась.

— Не совсем поняла. Армас, о чём он? — обратилась к Хранителю.

— Он прав, Ариана. Убийцы-охотники выслеживают и ловят сильных зверей и тянут из них жизненные силы для создания мощных амулетов, которые придают мощи и могущества уже имеющимся магическим силам. Иногда, такие амулеты приобретают или выменивают эа, если у них есть золото или нечто ценное… Одним словом, весь мир пользуется их услугами, Ариана.

Я стояла, потрясённая этими известиями.

— То есть, вы обо всём этом беспределе знаете! — я не спрашивала, а констатировала как факт.

— Не всё в этом мире подвластно нашим силам, Ариана, — произнесла Алиша. — Должен быть соблюдён баланс сил. И добро, и зло должны быть равноправны.

Набрала в лёгкие побольше воздуха, и на выдохе, не своим голосом процедила:

— Ваше счастье, что Айгар сейчас не здесь… Мне сложно принимать ваши объяснения, потому что это немыслимо. И если вы забыли, то баланс этого мира давно пошатнулся. Зло перевешивает на чаше мировых весов. И кое-кто позабыл о своих прямых обязанностях и теперь, из-за вас, я должна разгребать это дерь… эти нехорошие последствия!

Я взяла себя в руки, и лишь усилием воли утихомирив пробудившийся гнев, сказала:

— Значит так, нам нужно найти сначала одного такого умельца. Он выведет нас на остальных и на того, кто всё это дело курирует. Плюс, мы должны переловить всех этих охотников-убийц и вынести им соответствующее наказание.

— Смерть? — улыбнулся Териас.

Я посмотрела на него и улыбнулась в ответ — хищно и зло.

— Смерть — слишком лёгкое наказание, Повелитель тёмных эльфов, Териас Аш Аран. Иногда, некоторые личности заслуживают куда более жестокого суда.

— Что ты с ними собираешься делать? — поинтересовался Сервиус.

Перевела взгляд на него и сказала:

— Пока не знаю. Но возможно, оставлю их без лица. Тебе ведь не понравилось, не иметь возможности дышать и говорить?

Сервиус нервно сглотнул, но храбро произнёс:

— Я могу выстроить портал прямо сейчас. Я знаю одного такого мастера. Он живёт в королевстве светлых эльфов.

— Кто бы сомневался в твоих связях и знакомствах, — усмехнулся Териас.

Другие Хранители изумлённо взглянули на Сервиуса.

— Ты меня удивляешь, — в один голос сказали Эрлай и Морис.

Я обвела взглядом нашу маленькую и несовершенную команду и сказала:

— Сервиус, Шерридан и Териас идут со мной, Ну и, конечно же, Айгар. Сервиус, начинай строить портал. Шерридан — я рассчитываю на твой опыт владения мечом при случае.

Посмотрела на Териаса.

— Надеюсь, вести убедительные переговоры — это по твоей части, Повелитель.

— Не сомневайся, Ариана, — ответил Териас.

— Почему только они идут? — нахмурился Эрлай. — Мы тоже хотим принимать участие!

— Согласен! Я протестую! — возмутился Морис.

— Именно поэтому, — ответила строго. — Мятежи и бунты мне не нужны.

— Он прав, Ариана, — вступился вдруг за них Армас. — Вас слишком мало, а ты… Мы не можем потерять тебя, ты ведь совсем не обучена…

Армас тут же замолчал, наткнувшись на мой многозначительный взгляд.

«Прекрасно! Териас теперь знает, что я, как маг, абсолютный чайник!»

— Не обучена? — как словом, так и делом, переспросил Териас. — Я думал, Хранительница знает своё дело…

— Знаю, — перебила его. — Итак, хватит болтать. Меньше слов — больше дела. Берите всё необходимое с собой и пойдёмте.

«Айгар», — позвала волка. — «Мы скоро выдвигаемся. Будь готов».

«Я давно готов, Хранительница. Мои лапы зудят, как хочется скорее отправиться на поиски, а клыки ноют, потому что стремятся скорее вонзиться в плоть тех двуногих, что посмели похитить мою семью!»

«Ты будешь в своём праве отомстить, Айгар…»

Глава 24

* * *

Ариана

Сервиус всех нас предал…

Портал вывел нашу компанию не к охотникам-убийцам, а в подземелье для ритуалов.

И, кажется, это был именно дворец.

— Приветствую тебя, князь светлых эльфов Нааран Хейрагон Второй пресветлейший, — совершенно незнакомым голосом произнёс Сервиус. Эльф уже не походил на обычного Хранителя. Это был властный, гордый и невероятно злой светлый эльф. — Истинная Хранительница вместе с выродком тёмных эльфов перед тобой.

— Предатель! Ты пожалеешь! — прошипел Шерридан и выхватил из ножен огромный сияющий в свете огня свой меч.

— Поганый светлый! — процедил и Териас. — Мой меч срубит твою лживую голову!

Айгар вздыбил шерсть, оскалил пасть, демонстрируя всем остроту своих огромных клыков, и приготовился к нападению.

А я, не ощущала изумления и удивления. Нутром я чувствовала, что Сервиус прогнил и он давно уже не Хранитель. Предатели не могут нести эту ношу — их души разлагаются со скоростью света.

— Так и знала, — сказала я невозмутимо. — Но всё-таки, я дала тебе шанс…

— Ты выбрала неверную сторону, Хранительница, — надменно вздёрнув острый подбородок, сказал Сервиус. — Но ты ещё можешь встать на верный путь.

Он указал рукой в сторону толпы светлых эльфов и сказал:

— Вот те, кого ты должна спасти, Хранительница. Светлые эльфы нуждаются в твоём покровительстве и твоей силе. Прими нашу сторону. Уничтожь вместе с нами тёмных, чтобы мир вздохнул спокойно…

— Ты сошёл с ума! — выдохнул Шерридан.

Айгар зарычал ещё более грозно.

— От кого нужно спасать мир, так это от тебя, никчёмный эльф, — усмехнулся Териас, обнажая и свой клинок.

Светлые эльфы стояли и невозмутимо глядели на нас.

Вперёд выдвинулся самый статный из них.

Сам Князь.

— Вы очень молоды, Хранительница, — заговорил князь приятным, но чуть высоковатым голосом.

— Возраст не имеет значения, — ответила я и тут же добавила: — Не бросайтесь громкими и высокопарными словами, князь. Я не стану их слушать и воспринимать. Моё мнение давно сложилось об этом мире, и я знаю, чего вы хотите на самом деле. Вы чувствуете, что слабее по отношению к тёмным эльфом и гордыня вас раздавила. Вы хотите править этим миром единолично, и чтобы сама истинная Хранительница была у вас на посылках…

Эльф обаятельно улыбнулся и захлопал. Сделал два шага мне навстречу и резко остановился. Териас и Шерридан были начеку. Оба острых клинка моментально были приставили к горлу князя. А Айгар угрожающе остановился рядом — одно неверное движение и он лишиться одной части своего тела.

Воины князя тоже не дремлили и с лязгом направили остриё своего оружия на нас. А маги приготовили боевые шары.

Эльф поднял вверх руки, и воины тут же опустили оружие. Я же не давала команды убирать оружие.

— Ты не в том положении, Хранительница, чтобы говорить с такой непочтительностью. Так что, успокойся и просто прими единственно правильное решение, — сказал он с насмешкой в голосе. — Ты здесь слаба, а знаешь, почему?

— Уверена, вы меня сейчас просветите, — ответила ему в той же манере.

Он снова улыбнулся.

— Это место построено из камня, который блокирует демоническую силу. Ты здесь беззащитна, как слепой мышонок и не сможешь сделать ни-че-го. Твоя сила — пшик в таких местах. Ты даже обжечь маленькую блоху не сможешь, Хранительница. Я уж не говорю о своих воинах, которые в одно мгновение возьмут в плен твоих спутников. О! Сервиус, великий Хранитель, благодарю за то, что привёл ко мне и самого Териаса Аш Арана. Я рад вас видеть, Повелитель тёмных эльфов!

— Радуйся в последний раз, светлое отродье, — оскалился Териас. — Это твой последний свободный день.

Князь запрокинул голову и захохотал — громко и заливисто. Вторили ему и его подданные.

Я вдруг тоже засмеялась, и когда князь замолчал, со смехом произнесла:

— Князь, да ты ведь меня боишься, — я подняла руку, когда побагровевший от негодования князь решил, было возразить. — Нет, я не спрашиваю, князь — я утверждаю. Ты боишься меня… И правильно делаешь…

Королевство светлых эльфов

Великий князь светлых эльфов Нааран Хейрагон Второй пресветлейший

— Опасные слова, Хранительница говоришь… И неверные… — сказал я угрожающе.

— Мне всё равно, что вы думаете, князь. Истину я знаю лучше вас.

Я злился, потому что она была права.

Не ожидал я увидеть перед собой такую юную Хранительницу, но с силой, превышающую все возможные и невозможные представления.

Я лгал, что её сила в этом месте заблокирована. Истинная Хранительница, при желании и должном опыте, не устрашиться никакой преграды… Моя надежда, что она ещё слаба…

Я глядел в её лицо и видел перед собой свободную и гордую женщину, а не бесхребетное создание в виде сломленных рабов, что пресмыкаются у ног Великих.

Ни одна женщина не посмела бы даже взглянуть мне в глаза, но не эта…

Хранительница…

Стоит передо мной с невероятным чувством собственного достоинства и своим лишь взглядом и речами заставляет меня чувствовать себя полным ничтожеством.

— Страх — удел слабых, — произнёс я, едва сдерживая свой гнев. — А истина неведома даже таким сильным как ты!

Не размышляя более, я отдал приказ:

— Взять их в плен!

Но вдруг, при моих словах, Хранительница метнула на меня взгляд своих негодующих глаз, в которых затаилась ледяная ярость и решительность.

Она взметнула руки и начала меняться. За спиной Хранительницы выросли гигантские чёрные крылья, и тьма заклубилась у её ног, словно домашний зверь…

Подул резкий и холодный ветер, он начал бить, словно кнут. Я невольно пошатнулся, прикрывая лицо ладонью.

Мои маги и я сам, стали призывать свою силу и плести заклятия, с большим трудом стоя на двух ногах.

Краем глаза я заметил, что Териас помогает Хранительнице, вплетая в её заклятия свою силу!

— Не-е-е-е-ет! — закричал я яростно и ударил в силу Хранительницы свою магическую силу.

Вспышка и взрыв!

Земля под ногами задрожала. Сверху начали падать камни.

Магия будто взбесилась. Магический ветер рвал одежду, норовил сбить с ног.

Землетрясение усиливалось, как и ледяной ветер.

Могучая сила Хранительницы, казалось, бездонна.

«Она играет с нами», — понял я вдруг.

— Остановитесь! — крикнул, усиливая голос магией. — Хватит!

Хранительница ослабила мощь своей магии, Териас последовал за ней, убирая плетения своих заклятий.

Мои подданные и воины, кряхтя, поднимались с земли, часто дыша, и моргая страшными глазами, не веря, что столкнулись с такой силой.

В наступившей тишине каждое слово Хранительницы, напоминающей в данный момент истинное зло, будто молот, обрушивалось на меня:

— Тёмные эльфы, светлые эльфы, все эа и другие малочисленные расы мира Асковидон — свободны! Никто не смеет устраивать геноцид! Я это говорю всем! Я говорю это тебе, князь!

В её руках, на кончиках пальцев с длинными как у дикого зверя когтями сверкали молнии, которые она могла пустить мне в сердце и убить.

Стоя в подземелье с истинной Хранительницея, я впервые в своей жизни почувствовал безотчётный животный страх. Не будь я тем, кем я есть, то уже скорчился бы у её ног скулящим псом и молил о пощаде и прощении. Но я князь! И никто для меня не указ!

— Это твоё видение, Хранительница… Если ТЫ так решила, то ещё не значит, что это правильно, — с этими словами я дал тайный знак своему магу.

Придётся использовать силу, что спеленает зарвавшуюся девчонку!

* * *

Ариана

— Ты теряешь великолепные возможности, Хранительница, — произнёс князь, хищно улыбаясь. — Ты могла бы стать замечательной княжной. Отказываться от моего предложения глупо и…

— Ты желаешь разразить войну, светлый! — воскликнул Териас. — Но этому не бывать!

— Этого никто из вас уже не узнает и не увидит, — усмехнулся светлый эльф и махнул рукой.

Пол под ногами снова затрясся.

Я встревоженно перевела взгляд на Териаса, Шерридана и Айгара.

Предатель-Сервиус уже перешёл на сторону узурпатора.

Волк рычал и готов был сорваться и впиться клыками в глотки проклятых эльфов.

Шерридан не меньше, чем Айгар, скалился и рычал, держа на готове свой меч.

Териас выглядел спокойным, но напряжённым как натянутая тетива. Одно неверное движение эльфов, он тоже пойдёт в атаку.

Пол под ногами пошёл трещинами. А потом, я отчётливо ощутила магическую волну — сила была какой-то дикой, агрессивной, неправильной. А ведь магия она сам по себе нейтральна — она и не зло, но и не добро. Лишь в руках мага приобретает чёткие направления.

То, что ощутила я — было злом. Зло, которое родилось от ужаса, боли и страха.

Земля продолжала трястись, Териас и Шерридан уверенно подняли свои клинки и бросились на светлых эльфов с громким рычанием. Айгар бросился следом за ними.

Но они не достигли цели.

— Стой! — закричал Териас, резко тормозя и едва не врезаясь в преграду.

Шеридан увернулся в сторону.

Вдруг, из дрожащего пола преградой между нами и светлыми эльфами, вырвался столп света, и выросла стена уродливого грязно-серого цвета — Айгар бросился на неё, думая проскочить, но не вышло.

Он увяз в этой массе. Его тело изогнулось, он заскулил, и я увидела, как его охватили тысячи искр и разрядов, а потом сила уродливого серого цвета отшвырнула Айгара к моим ногам.

— Прощай, Хранительница! — засмеялся князь. — Ваша смерть будет мучительной и я этому несказанно рад!

— Клянусь! Я убью тебя! — прорычал Териас. — Твоя голова будет украшать мой трон в назидание всем тем, кто решится на уничтожение целого народа!

— Прощай, тёмный пёс! — захохотал князь и исчез.

Всех светлых эльфов, в том числе Сервиуса окутало сияние и тут же схлопнулось, словно сплющило их.

Это был скоростной портал.

— К нам приближается нечто обладающее магией — уродливое, сильное и, наверное, очень злое, — сказала я, вливая свою магию в тело Айгара.

Надеюсь, я делаю всё верно… Волк начал приходить в себя.

— Почему ты их не остановила?! — рявкнул Териас. — Почему стояла и не двигалась и смотрела, как они уходят, как твой волк мучается?! Почему ничего не сделала?

Я сверкнула в него глазами и ответила:

— Слишком много вопросов, Териас.

Но он был прав — я должна была защищать и предотвратить несправедливость, но вместо этого, позволила причинить боль Айгару и уйти предателю и психу. А всё, из-за той магии, что была абсолютно неправильной, извращённой больным разумом…

Мне стало не по себе, а моя сила, что клубилась вокруг всё сильнее, вдруг задрожала и как будто застонала, потому что то чудище, что приближалось к нам — страдало…

И тут, каменное пещерное помещение ослепительно вспыхнуло алым светом. Пол под нами взорвался!

Я едва успела удержать за лапы и голову Айгара, чтобы он не провалился в образовавшуюся пропасть.

Шерридан успел отскочить на противоположную сторону и ухватиться за острый каменный выступ.

Териас полетел вниз, но вовремя воткнул свой меч в скальную породу и сцепив зубы, начал карабкаться наверх.

Шерридан бросился к краю пропасти и протянул врагу свою руку.

Териас не проигнорировал помощь.

— Прекрасно! — воскликнул Териас. — Доверили свои жизни предателю!

Но я не успела ответить.

Из пропасти, вдруг вылетела клубящаяся масса с бесчисленными щупальцами взбесившегося чудовища. Щупы крутились и вихрились, ударялись о камни, обрушивая их в пропасть, а некоторые щупы имели острые когти размером с мечи!

— Великие силы! — воскликнул Шерридан.

— Порождение тёмной магии! — зло процедил Териас.

«Вот, что сделали маги! Это чудовище создано из жизненных сил всех живых существ, кого поймали охотники-убийцы! И я чувствую… Чувствую в этом монстре запах своих сородичей!» — прокричал изумлённый Айгар.

«О, великие Боги и все силы всех миров!» — подумала в ужасе, когда увидела ЭТО.

Вихрящаяся масса вздымалась, вертелась, но наконец, выбралось само чудовище. Трёхголовый монстр, похожий на гигантского червя с огромными пастями, жвалами и мордами, как из фильма «Чужой»…

Чудовище было слизким, тело его дрожало, как дрожит желе, если его тронуть…

И издавало трёхголовое чудовище страшный… нет, не рёв, а визг, разрывающий барабанные перепонки, кровеносные сосуды, глаза!

Териас создал вокруг себя и Шерридана защитный купол и прокричал мне:

— Прикажи своей силе защитить тебя и волка! Немедленно!

Тут же сосредоточилась на защите и приказала себе: «Поставь такой же защитный купол на меня и Айгара!»

И едва я произнесла последнее слово, наступила абсолютная тишина.

«Нужно убить этого монстра», — сказал Айгар. — «Убив его, освободятся души тех, кого они принесли в жертву, ради создания этого убийцы».

«Души?!» — переспросила его.

«Да, Хранительница! Теперь я ощущаю, что в этом монстре заключены не силы, а души моих собратьев и других существ! Они своими страданиями, болью питают монстра! Я слышал их стоны, пока ты не укрыла нас!»

Я опустилась перед волком и увидела в его глазах боль и слёзы.

«Ариана, ты — Хранительница», — прошептал Айгар. — «Ты — моя единственная надежда на спасение моей семьи. Я готов погибнуть, Ариана, только спаси их… Если они ещё живы… Но если нет, то не позволь их душам страдать!»

Я встретилась с ним взглядом, глянула на монстра, который уже практически заполнил небольшую пещеру своим мясистым и желеобразным светло-коричневым телом и сказала:

— Пока я жива — ты будешь жить, Айгар. Пока я дышу, и ты будешь дышать. А души несчастных мы освободим. Прямо сейчас!

Словно в ответ на мои слова, уже знакомая, но всё равно непонятная мне сила забурлила у меня внутри. Она тёрлась о мои кости, как трётся о ноги кошка, выпрашивающая внимание. Она ласково, но уверенно заполняла меня, мои вены, жилы, превращая меня в НЕЧТО. В нечто такое, что способно уничтожить не одного этого монстра. Я перестала быть собой, я стала магией, стала силой этого мира, — которого, окончательно достали выходки его детей!

Глава 25

* * *

Ариана

Длинные и жвалообразные челюсти у трёх голов монстра раздвинулись, и между зубами размерами с мечи, начал сочиться дым. Щупальца задвигались активнее. Монстр ощущал от меня угрозу и собирался атаковать.

Монстр собирался оглушить меня своими огромными щупами, а затем, сожрать.

Но монстр уже не был для меня гигантским. Я сама превратилась в подобие великана. Магия поглощала меня, моё тело и мою сущность. Теперь я была лишь силой этого мира, который подобно жнецу, стремится освободить земли от тех, кто приносит одни страдания и мучения.

Я вырастила из своей магической силы длинный меч с отравленным лезвием, подняла его и со всей силы замахнулась и рубанула им одну из голов монстра!

Грязно-белая кровь фонтаном разлетелась, заливая всё отвратительно и вонючей жижей.

Голова монстра полетела в пропасть.

Чудище рывком вскинуло две другие головы, он заревел с такой силой, будто гром прогремел. Посыпались камни, булыжники на головы моих товарищей.

Но я, ставшая самой магией, видела каждую мелочь в этой проклятой пещерной комнате.

Укрыла волка, эльфа и полукровку защитой, а сама продолжила бой.

Занесла меч.

Головы монстра заревели с новой силой, и из пастей вырвалось огненное пламя.

Огонь опалил меня — Ариану, но меня-силу не тронул. Я не ощущала боли, но я-Ариана, безмолвно кричала от ожогов всей своей плоти, но мне-силе неинтересные были мои стенания.

Пламя монстра было синим, и пахло сероводородом.

Второй удар моего магического меча снёс вторую голову чудища и несколько его щупов.

Земля уже не просто дрожала, она стенала и кричала от боли.

Меня Ариану колотило судорогой от панического страха и невыносимой боли. Но мне-силе хотелось скорее избавить несчастные души от гнёта и страданий.

Я увеличилась ещё больше и приблизила своё лицо к морде оставшейся одной головы, которая ощерилась и намеревалась плюнуть и испепелить меня новой волной огня.

— Освобождаю тех, кого пленили в это уродливое тело! — прогремел мой голос.

И молниеносным движением сильной руки вонзила остриё меча в мягкое место под челюстью чудовища.

Монстр вскинул пронзённую голову с громоподобным рыком, и в разрушенный потолок ударила иссиня-белая струя пламени.

Монстр был ещё жив, но уже бился в предсмертных корчах. Он яростно тряс одной-единственной головой и мощными щупами. Дыхание с хрипом и рёвом вырывалось из глотки.

Двумя руками я схватила голову монстра и зарычала подобно раненному зверю! Расширив свои челюсти, словно сама стала монстром, я впилась зубами в толстую, но желеобразную шею монстра и вырвала тому глотку.

Голова повисла на одном лишь хряще. Моё лицо и тело залило вонючей кровью монстра, что ударила фонтаном.

В это убийство я вложила всю себя.

Тело монстра осело и полетело вниз, в пропасть, откуда оно восстало.

— Души невинных, вы свободны! — прокричала властно моя сила.

И едва слова сорвались с губ, как из пропасти вспыхнул яркий белый свет. Столп света пронзил каменный свод потолка, и в этом лучистом свете, я отчётливо увидела прекрасные сияющие души…

Они счастливо смеялись и их голоса были подобны хрустальным переливам — прекрасная музыка освобождения ласкала слух и радовала сердце.

— Благодарю… — слышала от прекрасных созданий, что стремились скорее ввысь, туда, где их ждали покой, любовь и счастье.

Звери, люди, эльфы — в монстре, которого создали светлые эльфы томились и страдали души всех, кого они могли пленить и использовать в своих страшных, мерзких и отвратительных целях.

Души были свободны…

«Илея…» — услышала я и посмотрела на своего волка.

Он смотрел на прекрасную волчицу с маленькими щенятами. Она глядела на него призрачными ясными глазами, её шерсть колыхалась в порывах лучистого ветра.

«Помни обо мне, Айгар…» — произнесла она со вздохом. — «Помни, любовь моя и живи. Живи! Твой путь ещё не окончен! А я всегда буду любить тебя!»

«Илея!!!» — закричал Айгар, и столько боли было в этом крике…

Но волчица с волчатами ушла…

Прекрасное зрелище было, но грустно счастливое и такое болезненное…

Когда последняя душа ушла, свет медленно стих, оставив после себя сияющие белые пушинки. Они касались земли и исчезали…

Я ощутила, как уменьшаюсь, сила оставляла моё несчастное тело в покое, уходила, растворялась в воздухе и земле…

Став самой собой я опустилась на оба колена, а потом села на пятки, иначе я бы упала т невероятной усталости и напряжения. Никогда в жизни я не чувствовала себя такой измотанной.

Этот бой провела не я и победила не я, а сила, что таилась во мне.

И только сейчас я осознала… Я — сосуд…

Никакая я не истинная Хранительница.

Я лишь сосуд для той силы, что сама будет вершить Суд.

Но даже от этого осознания я ощущала апатию. Никакого торжества тем более не испытывала. Я ощущала лишь безразличие и вселенскую усталость.

Это была только одна битва — уродливая по своей сути, но справедливая. Тогда почему я испытываю невыносимую боль в своей душе, и мне хочется рыдать и кричать от отчаяния?!

Ответ пришёл тут же.

Потому что впереди меня ждёт ещё не одно сражение, убийство, кровь, жестокость и стоны умирающих.

Ужас я испытывала от перспективы будущего.

Одно — думать об этом и представлять, совершенно другое, когда это уже происходит наяву и вопреки моей воле. Сила убила и будет убивать моими руками!!!

Я уже знала, что буду ненавидеть себя.

С каждым днём… да кого там! С каждой минутой в этом мире я понимаю, что моя судьба ужасна и на мои плечи свалили непосильную ношу, которую всё равно я буду тащить на своём горбу, обливаясь потом, кровью, даже если от тяжести подломятся мои ноги и треснет позвоночник — всё равно буду нести.

Для этого я и родилась…

Сила будет разрушать не ради разрушения, и убивать не ради убийства — это освобождение. Удаление грязи, нарыва, болезни с тела этого мира… А я — всего лишь инструмент в руках этой Силы — острый скальпель, которым будут резать плоть…

Я бы многое отдала за то, чтобы прожить тихую и незаметную жизнь без крови и колоссальной ответственности, что на меня возложили. Но судьба решила за меня.

И сейчас я ощутила себя старухой.

Ко мне подошли мои товарищи — Териас, Шерридан и убитый горем волк — Айгар.

— Это была не ты, Ариана, — не своим, а изумлённым голосом произнёс Териас. — Ты была…

— Арина, тебя наполнила невиданая сила, — сказал благоговейным тоном Шерридан.

Я встала на ноги, проигнорировав предложенные руки Териаса и Шрридана. В первый момент ноги показались мне ватными и не хотели слушаться. Я посмотрела на Шерридана, перевела взгляд на Териаса, потом на Айгара и… заплакала.

* * *

Ариана

При помощи магии Териаса, мы выбрались наружу и оказались на залитой светилом зелёной поляне. Светило пронизывало пыльный воздух, в его золотых лучах плясали крохотные пылинки-пушинки, а освещённые травинки сверкали так, словно они были маленькими изумрудными копьями.

— Как ты, Ариана? — поинтересовался Шерридан.

Я села прямо на траву и пожала плечами.

— Не знаю… — сказала едва слышно.

Вздохнула и отказалась от попыток выразить свои ощущения словами — это было всё равно, что пытаться плыть через болото. Поэтому сказала лишь одно слово:

— Опустошена.

Посмотрела на свои залитые кровью руки. Они дрожали от напряжения, и всё, чего мне сейчас хотелось, это лечь и отдохнуть, а лучше, заснуть.

Пот каплями скатывался по моему лбу, бисеринками проступал над верхней губой и тёк по шее.

«Странно. Я всегда считала, что уж эльфы не потеют. А демоны и подавно. Но кажется, я какая-то вся неправильная».

«Зато, такой силы как у меня, нет ни у кого в этом мире», — подумала про себя с издевкой.

Не знала я, то ли мне плакать, то ли, как ни странно, радоваться и смеяться до слёз. Сила возбуждала и опьяняла, когда я ею пользовалась, особенно во время короткого боя с монстром, но теперь, задним умом, она внушала мне животный страх. Потому что эта сила была какой-то дикой, неуправляемой.

И это не я ей пользовалась. Нет. Это сама сила творила всё то, что считала нужным. Я лишь была для неё сосудом, маленькой шкатулкой, которая открывается, когда приходит время.

Никто из нашего немногочисленного отряда не разговаривал. Все были погружены в свои тяжкие мысли.

Я лишь указала направление рукой — знала, что нам нужно туда.

— Нам нужно идти туда.

Почему? Зачем? Что нас там ждёт? Да чёрт его знает. Понятия не имею!

Это сила меня вела. А сама себя я сейчас внутренне ощущала как мокрый кусок старой тряпки.

Но никто не посмел спросить, для чего мы идём именно в этом направлении.

Даже Повелитель тёмных эльфов промолчал и послушно шёл за мной, полностью доверяя.

Да, мои путники мне верили — я чувствовала это своим нутром, но вдруг, Териас сказал:

— Мы на землях светлых, Ариана. И судя по тому, какое у тебя сейчас лицо, мы идём воевать.

— А ты что, испугался? — спросила его устало, но при этом раздражённо. Мне не следовало срывать злость на ком-то из своих товарищей, но ничего не могла с собой поделать.

— Нет. Видишь ли, Ариана, здесь небезопасно, — сказал Териас, как отрезал.

— А для тебя — особенно небезопасно, — добавил он уже чуть мягче.

Я лишь недовольно поджала губы.

— Как бы мне не хотелось это говорить, но… он прав, Ариана, — произнёс Шерридан.

Один только Айгар молчал. Я слышала его мысли, он считал, что я на верном пути, и он пойдёт за мной, куда угодно, если понадобится, то даже в Ад.

— Хорошо, — сказала тоже резко и остановилась.

Шерридан и Териас тоже замерли. Айгар прошёл чуть дальше, водя своим чутким носом по воздуху.

— Возвращайтесь, — сказала им.

— Что? — не понял или не поверил моим словам Шерридан.

— Нет, — сказал резко Териас. — Не говори глупостей.

— Тогда не говорите и вы глупостей. Вы либо идёте со мной, либо возвращаетесь в обитель. Или в своё королевство, — сказала я спокойным тоном глядя в глаза то одноглазого воина, то Повелителя тёмных эльфов. — Я должна идти дальше и должна остановить князя, Сервиуса и всех тех, кто причастен к созданию того чудовища и желающих совершить страшные дела в Аскавидоне. Сила, что сидит во мне гудит, свербит и напряжённо выжидает, когда может приступить к наказанию виновных. Если я буду сидеть и ждать у моря погоды — случится беда. Эта сила…

Я вздохнула, опустила голову вниз и потёрла ладонями своё лицо. Потом снова посмотрела на эльфа и воина и сказала:

— Эта сила… она не моя.

— Что значит, не твоя? — нахмурился Териас. — Немедленно поясни!

Я усмехнулась. Териас продолжал корчить из себя Повелителя. Королевские замашки никуда не делись и не денутся — они у него в крови.

— Не смей так говорить с истинной Хранительницей, — попытался осадить эльфа Шерридан.

Териас сузил свои глаза и грозно взглянул на воина.

— Молчи, Шерридан, когда владыки говорят…

— Стоп! — оборвала его резко. — Сейчас не место и не время выяснять и обсуждать социальные неравенства и положения!

Териас сжал челюсти и процедил:

— Ариана! Пойми же ты, наконец: эльфы, эа… да весь мир! Все увидят в тебе благословение, когда узнают о тебе! Ты станешь для них — символом новой жизни! Но если с тобой вдруг что то случится… Или же князь наплетёт народу о тебе, как о злом существе…

— Князь считает, что я и вы вместе со мной — погибли, — сказала ему.

— Не считает, — сказал Териас тоном, будто говорил с умственно отсталой. — Магия, Ариана. Маги ощутили, что их монстр уничтожен. И поверь, они знают, что после битвы с ним ты слаба. Они готовятся и будут нас ждать. И одним высшим силам известно, что эта светлая тварь приготовила! И народ… Он может настроить народ против тебя, Ариана!

— Я снова должен согласиться с ним, — сказал Шерридан. — Он прав, Ариана. Нам лучше вернуться и подготовиться.

— Никакая беда мне не грозит, — сказала упрямо. — Поймите, князь со своими прихвостнями будет тоже считать, что мы вернёмся назад, чтобы подготовиться к наступлению. Он не ждёт меня.

— Твоё упрямство выводит меня из себя! — снова процедил Териас и взял меня за плечи. Чуть сжал пальцы и, приблизив своё лицо ко мне, чуть ли не по слогам произнёс: — Мы должны вернуться, Ариана. Я соберу армию из самых лучших воинов и магов. Все вместе мы выступим против князя Наарана Хейрагона и уничтожим светлых…

Скинула с плеч его ладони и толкнула эльфа в грудь.

— Нет! — рявкнула я. — Никакой армии! Никаких магов! Я не собираюсь устраивать войну и уничтожать светлых!

Приложила к своему сердцу кулак и, постучав по груди, сказала:

— Моя сила желает восстановить равновесие и справедливость в этом мире. Никакая война не сможет этого сделать. Никогда. Станет только хуже, поймите же вы, наконец!

Териас меня не слышал. Он в голос застонал от бессилия и ярости, что не может меня убедить в своей правоте и тряхнул головой, выражая своё недовольство. Белые волосы разметались по сильным плечам, а ярко-синие глаза эльфа метали гром и молнии. Он едва сдерживался, чтобы не закинуть меня к себе на плечо и не унести прочь с этих земель.

— Я тоже эльфа. Во мне как ни в ком другом бежит кровь светлых эльфов и кровь демонов. Я быстрее и сильнее, чем кто-либо. И сила… Сила мира, а точнее, крупица этой силы бурлит сейчас во мне. Я должна прийти ко всем народам и рассказать о себе. Должна восстановить то, что утрачено. Должна уничтожить всех тех, кто уже никогда не сможет вернуться на путь исправления. Должна вернуть веру и надежду всем эльфам, людям и другим расам, что мир скоро изменится. Что больше не будет рабства, не будет различия по расам — кто выше, а кто ниже… Я должна вернуть первоначальный порядок… Магию людям и…

— Ариана, — остановил меня Териас, глядя мне в глаза таким взглядом, будто видел перед собой буйную психопатку. — Ты что же, Богиней себя возомнила? Ты не справишься! Для таких дел нужны годы, столетия! То, что ты говоришь сродни тому, чтобы перевернуть мир с ног на голову! Это невозможно, обладай ты хоть ещё большей силой!

Я хмыкнула, а потом широко улыбнулась и, посмотрев на своих путников, произнесла:

— Жаль, что ты не веришь в силу своего же мира. Лучше скажите, вы со мной или как?

Глава 26

* * *

Териас

На землю опустилась тёплая ночь, небо посеребрил свет ночного светила.

Я накладывал охранное заклинание на наш лагерь и краем глаза наблюдал за Шерриданом, волком и Арианой.

Хранительница была задумчивой. Она неподвижно сидела на земле и смотрела в одну точку.

Когда закончил с магическим плетением, подошёл к девушке и сел рядом, глядя на то, как ловко и быстро одноглазый воин готовит на всех мясо убитого зайца.

Тронул девушку за плечо и сказал:

— Посмотри на меня, Ариана.

Она повиновалась, и я пристально вгляделся ей в лицо, словно впервые увидел её.

— Что? — спросила она, также внимательно разглядывая меня.

Улыбнулся кончиками губ и нежно, почти невесомо провёл кончиками пальцев по её губам, острому подбородку, бархатистой щеке, нахмуренной переносице, коснулся разлетающихся дугами бровей. И пока Ариана не успела что-либо сказать или возразить, наклонившись, я поцеловал её. Губы Арианы были сухи и плотно сжаты. Мне бы хотелось бы думать, что она замерла от страха, как обычно это бывало с моими наложницами, но я прекрасно знал, что это не так.

— Ты спятил? — выдохнула она мне в губы. — Что за игры, Териас?

— Нет, моя радость, — улыбнулся ей. — Никаких игр. Я всего лишь вспомнил, как ты танцевала передо мной, призывно глядела мне в глаза… Увы, у нас так ничего и не вышло… Хочу сказать, что я жалею…

Брови Арианы приподнялись в изумлении.

— Твоя радость? Сожалеешь? — она хохотнула и толкнула кулаком меня в грудь. — Териас Аш Аран, Повелитель тёмных эльфов, сожалеет, что у него ничего не вышло с глупой маленькой наложницей?

Стиснул зубы и процедил:

— Только что я выразил тебе свои сожаления. Будь моё поведение в ту ночь другим, и мы вряд ли бы сидели сейчас здесь у костра.

Она покачала головой.

— Нет, Териас. Ты сожалеешь не об этом. Ты сожалеешь, что будь всё по-другому, я бы находилась в твоих загребущих руках, и ты бы вертел мной, как только хотел и использовал в своих целях. Ведь моя сила в любом случае пробудилась бы. Но знаешь… Даже если бы я и влюбилась в тебя, у нас всё равно бы ничего не вышло.

— Почему?

— Потому что ты не привык принадлежать одной женщине, Териас. А я бы не захотела делиться своим с кем-то другим. Но и не это главное… Моя сила, что пробудилась бы во мне при других обстоятельствах, всё равно открыла бы мне глаза на суть всех вещей… Рано или поздно, но я всё равно оказалась бы в этом месте. Это мой путь, Териас. Только мой. А ты, Шерридан и Айгар сделали свой выбор сами. У меня же его нет. Сила, что во мне сделает именно то, что нужно миру, хочу я этого или нет, но случится то, что должно случиться.

Говорила ли эти речи сама Ариана? Или же это были слова силы?

Даже если это и так, сама Ариана тоже не так проста, как я думал раньше. Первородная тёмная эльфа… Если бы мне только удалось сделать её своей…

— Что будет потом? — спросил её.

Ариана долго смотрела на огонь, а потом сказала:

— Не знаю.

— Знаешь, — сказал уверено. — Я чувствую, Ариана, что знаешь.

Она посмотрела мне в лицо долгим взглядом, а потом тихо произнесла:

— Чтобы ни было дальше, я никогда не буду с тобой, Териас. Не я твоя судьба, уж поверь.

— Хм. Любопытно. С чего ты решила, что я думал о нас с тобой?

Она рассмеялась.

— Потому что у тебя на лице всё написано крупными буквами, Териас. Да и недавние твои поползновения говорят о многом.

— Чтож, тогда и меня послушай, Ариана. Чтобы ты там себе не думала и твоя сила тебе не шептала, но после того, как ты наведёшь… я надеюсь, что ты наведёшь порядок в нашем мире, мы вернёмся с тобой к этому разговору. Просто пойми, твои способности, твоя магическая сила не должны остаться легендой. Ты должна будешь дать нашему миру продолжение себя и…

— И тебя! — захохотала Ариана, запрокинув голову. — Териас, ты так предсказуем!

Она заливалась смехом — громко, ярко и безудержно, будто я сказал нечто очень смешное.

Я молчал и грозно смотрел на неё и ждал, когда же её истеричный смех прекратиться.

Шерридан и Айгар сели рядом с нами

— Что это с ней? — спросил воин. — Почему она смеётся?

— Хранительница решила, что я шучу с ней, — сказал зло, и резко поднявшись на ноги, ушёл к костру.

Териас

Злиться можно было лишь на самого себя. Это только я один сделал из неё сначала наложницу, после найсатури и более, бросил в темницу, где её пытала моя стража, пытаясь выведать секреты.

Кто мог только ведать тогда, что Ариана не демоница, а лишь наполовину и более — она первородная тёмная эльфа и истинная Хранительница мира.

Увязнув в расслабленности, я стал менее осторожным и не смог предвидеть иной исход.

Моя участь — сохранить свой народ. Не позволить светлым эльфам пойти на нас войной. Кровь невинных не нужна этому миру.

А я позабыл о своих обязанностях. Погрузился в пучину веселья, плотских утех и кровавых боёв, позабыв, что на моих плечах находится тяжкая ноша — королевство. Оно повсеместно требует моего пристального внимания и контроля.

Благодарю тебя, Ариана, за хороший урок и напоминание о том, кто я.

«Бойся гордыни, сынок», — говорил мне отец, когда он был ещё жив.

И только сейчас эти слова всплыли у меня в памяти…

За думами я не сразу заметил, что Ариана уже спит. Айгар охранял её сон и согревал жаром своего тела.

Шерридан лежал на импровизированном ложе и смотрел на ночное небо.

Воин не спал.

И мне не сомкнуть глаз. Пока мы здесь, на землях светлых, сон — это слишком опасная роскошь.

И едва я подумал об этом, как ощутил, что мой магический охранный круг нарушен.

Моё заклинание, которое осилить может лишь маг, начало рассеиваться, но я тут же влил свою силу по энергетическим нитям, замыкая заклинание на себе, подпитывая его не силой окружающего мира, а своей собственной.

— Шерридан, — позвал воина.

Тот сразу откликнулся и сел на корточки, держа меч на готове.

— На нас собираются напасть, — сказал я и оскалился.

Шерридан кивнул и затряс по плечу Ариану.

Я знал, что должно сейчас произойти. Всем своим существом чувствовал, как мой защитный круг полностью рассеивается. И даже моих сил не хватает, чтобы удержать его. Кто-то старается разрушить мою защиту, чтобы подобраться к нам… к Ариане.

Очень сильный маг…

И тут, пришло осознание.

Он не один. Их много!

Отбросил эти попытки восстановить охранные чары и потянулся к своему мечу и к той мощи, которую я мог дать своему оружию. Уверено взял за рукоять и, на мгновение, прикрыв глаза, мысленно произнёс заклинание.

Сила потекла в мой меч фиолетовым свечением. Я ощутил, как дрогнуло оружие, наполняясь силой.

Ариана и Айгар спокойно стояли и ждали.

Шерридан был напряжён, словно пружина, готовясь защищать Хранительницу ценой своей жизни.

Вдруг, совершенно внезапно, в наш лагерь полетел огненный шар.

Заклинание это могло привести к неминуемой гибели всех нас. Стоило бы этому огню коснуться поверхности земли и всё… Взрыв невиданной силы разорвал бы всех нас, и захоронил бы глубоко в земле…

Я отразил своим мечом огненный шар, который тут же погас.

Тот мерзавец, что послал его на нас, подстраховался, защитив себя от отдачи.

А дальше…

— Сервиус! — процедил я, увидев предателя, который являлся предводителем толпы светлых эльфов. — Я знал, что тебе пришло время сдохнуть!

Териас

Первая атака едва не лишила Шерридана способности к сопротивлению, но я тотчас же поддержал его.

Я бил и защищал нас своей магией, Шерридан орудовал мечом, сражаясь с ужасными порождениями проклятых магов. Айгар вгрызался чудовищам в горло, разрывая их и тут же нападал на новых. Его бока кровоточили, но он, будучи сильным вожаком и Князем волков, твёрдо стоял и держался на всех четырёх лапах, не щадя врагов.

Ариана была ещё слаба и сила, что наполняла её, когда той вздумается, в данный момент не приходила. Хранительница приняла свой враждебный внешний вид, раскрыв могучие крылья и не отдавая себе в том отчёта, вливала в меня свою личную силу.

Нас окружило слишком много магов — сильных и фанатично настроенных уничтожить нас. Сервиус, обладающий немалой силой, с ненормальным блеском в глазах, сплетал смертоносные заклинания.

Мне пришлось взять силу Арианы и создать защитный купол вокруг нас. Едва я отрезал нас от врагов, услышал, как Шерридан выдохнул.

— Клянусь Высшими силами, я снесу голову Сервиуса своим мечом!

— Попробуй, одноглазый воин! — воскликнул светлый эльф, каким-то невероятным чудом оказавшись вместе с нами под защитой магического купола.

— Светлый! — растянул я губы в улыбке. — Тебе конец, предатель!

Внутри защитного купола начал бушевать настоящий ураган, призрачные языки пламени вспыхнули и понеслись ввысь, к самим небесам. То был мой гнев, раздираемый плоть и душу.

Сервиус прищурил глаза и приготовил свой магический меч, готовясь атаковать меня.

Ариана было хотела вмешаться, зарычав подобно зверю, но я остановил её и Шерридана:

— Ариана, удерживай защитный купол. Шерридан и Айгар, не вмешивайтесь. Этот светлый выродок только мой. От моего меча он потеряет свою голову.

Сервиус оскалился и первым нанёс удар, вкладывая в этот удар свою силу, источником которой была не только его личная магия, но он подпитывался и силой тех магов, что стояли за границей защитного купола и пытались пробраться внутрь.

Но мой опыт и сила не уступали опыту и силе светлого. Я отбил его удар и занёс свой меч, пуская по нему молнию, порождённую бурей моего гнева и ярости.

Удар мечом, звон стали и Сервиус отбил мой удар, но молния, захватив в плен его меч, прошлась по руке эльфа и пронзила его тело. Раздался сдавленный вскрик боли, и он стал слабее.

Не позволяя сопернику набраться сил, я усилил атаку, добавив к молнии и силу огня и воздуха, грозя снести всё вокруг. Я рисковал, но мой риск был оправдан. Сервиус как и я напитал своё оружие магией, но не успел нанести удар, лишь отразил мой, но заклятие вновь поразило его, откинув его прямо на поверхность защитного купола.

Сервиус закричал от боли, она пронзила его тело, но вновь, напитанный магической силой других магов, снова отряхнулся и начал наступление.

— Умри, Териас Аш Аран! — закричал эльф, призывая всю свою мощь и занося меч для смертоносного удара.

Ярость вспыхнула в моей душе, и выплеск магической энергии был столь силён, что магическая сила хлынула сквозь меч с таким невероятным напором, норовя разорвать любого, кто осмелится меня атаковать!

Наши мечи скрестились, рычание вырывалось из наших глоток, глаза горели огнём бешенства. Ни я, ни светлый не желали уступать и умирать. Неожиданно, я ощутил толчок, и по моим жилам потекла сила.

Ариана.

Хранительница наполняла меня своей силой! Сила в ней вновь пробудилась и даровала мне невиданную мощь.

Отразил удар Сервиуса и одним молниеносным движением насквозь пронзил своим мечом его тело!

Светлый, не веря в произошедшее, уставился на меня и на рукоятку моего меча, который я продолжал держать. Разрушающая сила фиолетовым сиянием продолжала питать мой меч и эта же сила, потоком лилового огня, начала вытягивать и забирать силу Сервиуса. Свет охватил его тело целиком, проникая в потаённые глубины души и лишая не только магии, но и рассудка. Глаза эльфа выпучились, отражая невероятные по своей силе муки. С его губ слетел стон, в котором смешались и боль, и разочарование, и неверие.

Одним движением, я выдернул оружие из груди предателя и Сервиус тут же рухнул на землю. Его тело билось в предсмертных конвульсиях. Его тело выгибалось и тряслось, рот распахнулся в безмолвном вопле.

Одно бесконечное мгновение и для бывшего Хранителя Сервиуса всё было кончено.

С победным возгласом я обратил своё лицо к магам и порождённым ими тварям и вскинул меч, который окутывало сияние лилового цвета, чтобы видели все, как я отрубаю голову светлому!

Поднял с земли голову предателя и поднял её.

С другой стороны, за границей защитного круга, послышались слова проклятий и неверия в то, что это произошло.

Маги уходили и уводили свои чудовищные порождения.

Повернулся к Ариане и показал ей отрубленную голову Сервиуса.

— Я всегда держу своё слово, Ариана.

Хранительница, изменённая силой, с трепетом распахнула свои крылья и с ужасом прошептала:

— Исказилось моё видение, но сбылось…

Глава 27

* * *

Ариана

Я закрыла глаза, не в силах смотреть на отрубленную голову светлого эльфа, более того, Хранителя…

Не смотря на то, что он предатель и заслужил свою участь, я чувствовала свою вину.

Мои кулаки невольно сжались.

Пока на нас не напали, я успела задремать, и во сне ко мне пришло видение.

Меня и моих сопровождающих ждёт жестокие сражения. Я смогу повести за собой тысячи и тысячи эльфов и людей, даже десятки тысяч.

Нас ожидает звон стали, крики и стоны раненых, скрежет и хруст разрубаемых костей, сухожилий, черепов.

Наши ноги будут утопать в кровавой грязи.

Маги-предатели и маги, что встанут на мою сторону, будут пускать смертельные заклятия, уничтожая друг друга, убивая и своих, и чужих.

Моя жизнь и судьба превратится в войну.

Я, Ариана, что пришла по воле высших сил из мира Земля в мир Аскавидон и попавшая в королевство Повелителя тёмных эльфов Териаса Аш Арана в качестве наложницы, жалкой рабыни, за какое-то короткое время, обрела невиданную силу, познала прошлое своего истинного мира и узнала, кто я есть на самом деле и кто мои родители.

Сам мир выбрал меня в качестве сосуда и орудия, чтобы прекратить эту бесконечную агонию. Мир страдал…

Сила, что во мне бурлит во время гнева, разрушает мою личность, убивает меня. Она не знает жалости, она не есть ни добро, ни зло. Она лишь исполняет то, что задумано этим миром — избавляет его от зла.

Я снова начала метаться и сомневаться в себе.

Эта сила не по мне. Зря она выбрала меня.

Но едва у меня возникли эти мысли, как тут же, сила, что находилась во мне, встрепенулась, и я услышала голос внутри своей головы:

«— Прекрати изводить себя, Ариана. Ты на верном пути. Не вини себя за нынешние и будущие смерти. Их душам необходимо очищение, прощение и новое возрождение. Нужно действовать, покуда не стало поздно… Слушай меня, Ариана. Слушай и наконец, понимай. Когда-то на самой заре, когда ещё не было ни князей, ни повелителей, ни хранителей, ни королевств, над всеми стоял и правил единый Владыка. Люди и эльфы подчинялись одной власти. Никто сейчас и не помнит его имени. Владыка тот постиг мудрость всего мирозданья. Он был мудр и справедлив. Он обладал всей силой, которая только существует в этом мире. Он жил долго. Очень долго. Правил мудро и все были счастливы. Мир процветал.

Но однажды, он устал от жизни. Никто не может жить вечно, но коли, такой дар-проклятие дан, то должен тот его гордо, но в полнейшем одиночестве нести. Владыка тот решил уйти на покой. Он устал и больше не мог видеть и наблюдать, как раз за разом умирают его жёны, дети, внуки, правнуки…

Он понял, что и ему пришла пора, уйти вслед за ними.

Свою силу, мудрость и знания заключил он в источник, который должен был пробудиться лишь тогда, когда миру будет угрожать опасность.

Он умер, оставив после себя великое наследие.

Он был истинным Правителем мира и его Хранителем. Сила, что в тебе Ариана — это сила и мудрость Владыки. Ты должна подчиниться и вернуть миру былое величие. Слишком много войн, смертей, страданий, боли и криков слышит мир от детей своих. Так больше не может продолжаться…

Если ты сдашься и прекратишь верить в себя, то очень скоро никого и ничего не останется в мире Аскавидон, кроме выжженной земли и серого неба…

Прогони свои сомнения и жалость, истинная Хранительница».

«Я не просила эту силу и не просила делать из меня Хранительницу», — произнесла сурово. — «Почему высшие силы распорядились именно так?»

«Это твоя судьба…»

Нет. Я не верила в судьбу. Я всегда верила только в себя. А те, кто говорит, что такова судьба — это лишь оправдания трусов, которые стремятся оправдать и отречься от своих ошибок и проступков.

Если всё же судьба и существует, то она не властна над нами. Не судьба делает выбор. Не судьба. Мы сами хозяева своим поступкам. Всё в наших и только наших руках.

«Сила, что наполнила меня, досталась не благодаря судьбе. Я родилась уже с силой. Моя мать — светлая эльфа. Отец — демон. Я первородная тёмная эльфа. Я изначально таила в себе сокрушительную силу. И зная об этом, Высшие силы и выбрали меня. И избрали истинной Хранительницей, избрали сосудом, который уже был наполнен чистой силой и заполнили меня магией до краёв. Я сделаю своё дело — сделаю мир чище, избавлю от зла и дурной магии. Но проливать кровь невинных не стану. Будут наказаны по справедливости лишь те, кто этого действительно заслужил. Это мой выбор. Только МОЙ. И я не стану больше подчиняться Силе, что во мне. Я сама себе хозяйка и я управляю силой, а не она мной! Я лишь прошу наградить меня мудростью и знаниями в магии… Знаю, тебе это по силам…»

Голос мне не ответил, но я знала, что сила слышала меня.

Нет магии светлой, нет магии тёмной. Она едина.

Что люди, что эльфы, привыкли считать правым того, у кого меч длиннее, магическая сила мощнее, доспехи прочнее, а не тот, чья душа чище, а мысли не заняты тем, чтобы добиться власти.

— Териас, — позвала я тёмного эльфа, стараясь не смотреть на отрубленную голову. — Мне нужен твой портал. Открой его. Мне нужно, чтобы ты разверзнул время и пространство до самого князя.

— Ариана! — воскликнул Шерридан. — Мы не готовы.

Териас глядел мне в глаза и неожиданно для меня, и возможно для себя, он согласно кивнул.

Айгар ждал. Он желал как можно быстрее столкнуться со своими врагами, с теми, кто убил его волчицу и детей. Его нетерпение я ощущала кожей и слышала обрывки мыслей, в которых затаилась одна лишь ненависть и горе.

Как простить за такие чудовищные поступки врага? Где найти столько сил?

Я понимала, что иногда это просто невозможно.

— Они только что напали нас! — возразил Шерридан. — Повелитель! Как ты можешь соглашаться с Хранительницей?!

— Они начали первыми и раскрыли свои силы, Шерридан, — сказал Териас и улыбнулся мне. — Я верю в тебя, Ариана. Я «вижу», что ты теперь определённо готова.

— Да. Я готова. Шерридан, Айгар, Териас. Хочу выразить вам благодарность. За всё.

Териас на мгновение отвёл глаза.

— Даже за боль спасибо, — сказала я. — Мне нужно было пройти через это. Но когда, всё будет кончено…

Я прямым и жёстким взглядом посмотрела в лицо Териаса.

— Ты, Повелитель тёмных эльфов, Териас и ты положишь конец кровавым бойням в своём королевстве, дашь свободу всем наложницам и рабам, обеспечишь их достойной жизнью и никогда не вернёшься к прежнему образу жизни. Тебе придётся стать примером для всех своих подданных. Ты научишь вежливости своих слуг… Поверь, я не забыла, как они обращались со мной и несчастными служанками-эа… В твоём королевстве больше никто не должен страдать. Ты услышал меня?

Териас посмотрел на меня долгим взглядом и никак не отреагировал на ухмылку Шерридана.

— Почему ты это говоришь именно сейчас? — спросил он с подозрением.

— Потому что, Териас. Потому что, — ответила уклончиво, не став рассказывать своим путникам о том, что меня вскоре ждёт. — А теперь, прошу, открывай портал.

— Открою. Но для начала, предлагаю всем нам переодеться. Всё же, я Повелитель тёмных эльфов и все должны увидеть блеск моего величия! Ты, Ариана — истинная Хранительница и негоже тебе разгуливать в рабском тряпье. Ты должна выглядеть так, как…

— Как в тот день, — сказала я. — Когда я танцевала перед тобой.

Териас замер от моих слов и выжидательно смотрел мне в глаза, словно пытался прочесть в них что-то очень важное. И спустя долгие несколько минут, он продолжил:

— Айгар — волчий князь и ему необходимо достойное одеяние. Шерридан… Кхм… Ему определённо не пристало сопровождать нас в непотребном виде.

Я улыбнулась.

— Магия?

— Магия, — ответил эльф с улыбкой.

Королевство светлых эльфов

Дворец великого князя светлых эльфов Наарана Хейрагона Второго пресветлейшего

Советник великого князя Дарреис-Эс

Мой Князь поднялся с трона и приблизился к арочному окну. Он бросил своё взгляд к далеким тёмным холмам.

Где-то там, проклятая истинная Хранительница вместе с Повелителем тёмных эльфов движутся на нас.

Размышляя об этом, я почувствовал, как по телу побежали мурашки, а по спине прошёлся неприятный холодок. Предчувствие не обещало ничего хорошего.

— Истинная Хранительница — мой враг. А враги, к моему огромному сожалению, не исчезнут, как лужи после дождя под лучами светила… — в задумчивости произнёс князь.

Я сонно моргнул, таращась усталым взглядом прямо в спину великого князя Наарана Хейрагона Второго пресветлейшего.

Князь находился в своём дворце, но исходя из сложившейся ситуации, он, как и все его придворные, как, собственно и я, и его слуги и верные воины, не снимали доспехов. Мы были готовы.

Его лицо было ожесточённым, и о чём он думал, не сложно было догадаться.

Всем ясно, что ситуация сложна. Мы рассчитывали на истинную Хранительницу и её силу, но никто не мог предполагать, что она встанет на сторону тёмных эльфов.

Как жаль.

Великий князь Нааран Хейрагон мудр и придумает, как победить её. Не станет Хранительницы — и тогда падёт к ногам князя королевство тёмных эльфов и его Правитель.

Несмотря на то, что для мира Аскавидон уже довольно давно наступили смутные времена, все светлые эльфы знают, что именно Нааран Хейрагон Второй пресветлейший — истинный князь мира. Только он и только светлые эльфы должны славно жить в этом мире. Тёмных давно нужно было уничтожить, и видимо, сейчас наступило это время.

Князь смотрел вдаль из своего окна и думал. Вдруг, замерцали магические лампы. И в это же время из коридора, что вёл в тронный зал, раздались звуки приближающихся шагов.

Я тотчас выпрямился и расправил плечи, чтобы принять вид полнейшего внимания и интереса, когда князь отошёл от окна и сел на свой трон.

В тронный зал вошли маги, во главе которых стоял великий маг, чей ум и изобретательность не просто восхищали и поражали, но и пугали.

Ламирий — светлый эльф и маг, единственный в своём роде, и родоначальник того самого метода, когда жизненные силы и души зверей, эльфов и других рас шли во благо магической силы других.

У Ламирия было лицо не воина — худощавое, бледное, с вечно грустными глазами, впалыми щеками, тонкими губами и крючковатым носом. Он больше походил на больного, чем на выдающегося мага, который создал смертоносные заклятия и породил своей магией отвратительных чудищ.

Однако в нашем королевстве он служит самым главным магом.

Ламирий вместе с другими магами явился тоже в доспехах. Глаза его сверкали гневом.

Я с неприязнью наблюдал за ним.

— Великий князь, у меня плохие новости, — Ламирий даже не стал ждать, когда ему позволят говорить, демонстрируя бесцеремонное отношение к князю. Неужели он боится того, что когда-нибудь его же уста приведут к неминуемой беде?

— Раз начал говорить, то продолжай, — позволил магу князь, негодующе блеснув по нему взглядом.

Всё же, такое поведение мага не понравилось правителю.

— Истинная Хранительница, Повелитель тёмных эльфов и двое других — живы, мой князь, — отчитался Ламирий. — Помимо этого, Хранитель Сервиус был убит Териасом Аш Араном. отрубил Хранителю голову.

Маг говорил отрывисто, что было весьма необычно для него — резко и с нескрываемым гневом, будто таким образом он сможет быстрей дать понять князю всю степень угрозы, исходящей от тёмного эльфа и истинной Хранительницы.

— И ты со своими магами не смог их уничтожить?! — рявкнул князь. — Ты же клялся, что вместе с Сервиусом и созданными вами тварями, в два счёта расправитесь с Хранительницей и тёмным эльфом!

— Мой князь, Териас Аш Аран оказался слишком сильным магом. Помимо своей силы, он черпал силу из магии истинной Хранительницы. Она сама поделилась с ним магией. Он создал купол, сквозь который никто из нас не смог пройти и магия наша оказалась бессильной. Сервиус оказался в ловушке. Он достойно бился, но проиграл.

— Меня не волнует падение и смерть Хранителя! — разозлился князь. — Меня волнует тот факт, что ты!..

Князь быстрым и резким движением выхватил из ножен свой меч и блестящим остриём нацелил его на Ламирия.

— Ты! Зовущий себя великим магом не смог сокрушить их!

Ламирий даже не дрогнул. Он лишь сказал:

— Истинная Хранительница сильна, мой князь — это вы должны знать. И прямо сейчас она направляется сюда. Вместо того чтобы ссориться, нам необходимо подготовиться к её приходу.

Князь смотрел на мага долгим взглядом, а потом также резко убрал свой меч обратно в ножны и спокойным голосом сказал:

— Раз она направляется сюда, то приготовим для истинной Хранительницы и Повелителя тёмных эльфов достойный приём. Раз они идут на смерть, то пусть предсмертные проводы будут запоминающимися.

— Сила побеждает силу, — сказал маг. — Истинная Хранительница и тёмный эльф значительно сильнее нас. Но Хранительница не опытнее и не хитрее. Предлагаю запутать Хранительницу и лишить её бдительности. Князь, мой вам совет, сделайте вид, будто вы раскаиваетесь в содеянных делах и желаете встать на пусть истины. Она поверит сладким речам и когда расслабится, тогда-то мы и нанесём смертельный удар.

Князь удивлённо посмотрел на мага, потом перевёл взгляд на меня. Я пожал плечами. Что тут сказать? Признать правоту слов мага и услышать смертный приказ? Лучше промолчу.

Князь махнул на меня рукой и грозным тоном сказал магу:

— Ламирий, сейчас не время для шуток. Осторожнее с такими предложениями. Я никогда не преклоню колен пред Хранительницей, что выбрала не ту сторону и пошла против светлых эльфов!

— Я не шучу, мой князь. Лучше пожертвовать несколькими мгновениями унижениями, чем навеки сомкнуть глаза и испустить дух.

И тут, мой рот открылся сам собой.

— Никак не возьму в толк, Ламирий, почему ты решил, что Хранительница вместе со своими приспешниками рискнёт прийти прямо сюда.

— Молчи, Дарреис-Эс, — приказал князь, и я склонил голову. — Осторожность и предвидение Ламирия всем отлично известны, — но что-то в интонации князя говорило о том, что сказал он это не в качестве комплимента.

— Будь, по-твоему, Ламирий, — после некоторого раздумья, сказал князь. — Разыграем небольшой спектакль!

Глава 28

* * *

Ариана

Портал схлопнулся позади нас, отрезая путь к отступлению.

Я, Териас, Шерридан и Айгар находились во дворце князя светлых эльфов — Наарана Хейрагона Второго пресветлейшего.

Сильные, гордые и воинственные мы пришли покончить с тем злом, что творил князь вместе со своими приспешниками.

И нас уже ждали.

— Моё почтение, истинная Хранительница, — чуть склонил передо мной голову сам князь!

Придворные, советники и воины, что стояли позади князя, низко склонились передо мной.

«Что происходит?» — послала я мысленный вопрос Айгару.

«Я чувствую, как весь дворец пропах ложью, коварством и смертью. Не верь им, Хранительница. Они приготовили тебе западню», — ответил волк.

— Благодарю, — серьезно ответила я. И никто не понял, что благодарность моя была не для эльфов. Я благодарила волка.

Териас и Шерридан были готовы тут же вступить в бой.

Териас заготовил несколько заклинаний и держал ладонь на рукоятке своего меча.

Шерридан, как и эльф, был готов.

Айгар мечтал запустить свои клыки в горло своих врагов. Все, кто находился во дворце, Айгар считал виновными в смерти его любимой волчицы и детей.

Пощады не будет.

— Князь, — произнесла я с лёгкой полуулыбкой. — Что же это, вы решили сдаться без боя?

Губы эльфа дёрнулись, а руки сжались в кулаки — ему не по нраву были мои слова.

— Нам нужно поговорить, Хранительница. Думаю, вы должны услышать мои слова о прощении и… смирении.

— Твои слова — ложь, светлый! — процедил Териас.

Князь побагровел от злости, и видно было, что он едва сдерживается, чтобы не ответить на слова Териаса, но он смолчал и проглотил оскорбление.

«Он лжёт», — сказал Айгар.

Я совсем чуть-чуть отпустила свою магию и едва коснулась ауры эльфа и тут же ощутила на кончике языка вкус жжёного сахара.

Князь светлых эльфов лгал. Но мало того, он желал моей смерти и не простой, а жестокой, чтобы я и мои спутники корчились в муках и молили о скорейшем избавлении от мучений.

— Хорошо. Я готова выслушать вас, — сказала в ответ, осторожно глядя на воинов и магов князя.

— Прошу вас следовать за нами, Хранительница.

Путь по дворцу протекал в молчании и казался бесконечным. Когда нас, наконец, проводили в просторный зал для приёмов, я уж успела надумать себе всего самого неприятного.

Но попутно, размышляя над западнёй князя, я рассматривала и его дворец.

По своей роскоши и красоте дворец князя не уступал дворцу Териаса — обилие золота, магических красот, скульптур, картин и прекрасных тканей на окнах говорили о хорошем вкусе светлого эльфа.

Да только эта роскошь меня не трогала — я всем телом и аурой ощущала, как этот прекрасный дворец пропитан магией смерти, болью, слезами, мольбами и страданиями. Именно в этом дворце прибывали охотники-убийцы и маги, которые делали страшные вещи с живыми существами.

И даже сейчас, я ощущала, как внизу, под нашими ногами, страдали невинные.

Маги творили своё чёрное дело.

Вот что задумал князь — усыпить нашу бдительность и отправить туда, где из меня и моих спутников вытянут все жизненные и магические силы.

Я остановилась, ощущая в себе изменения.

Сила пробудилась, и она жаждала отмщения за тех, кто погиб напрасно и погиб в страшных мучениях.

Я была солидарна с Силой и позволила ей занять место.

Пусть она сейчас сделает то, что так желал этот мир — освободит всех тех, кто страдает и уничтожит всё и всех, кто причастен к чудовищным деяниям.

— Хранительница? — позвал меня князь, заметив, что я стою и не двигаюсь дальше за ним. — Что с вами?

Его голос заволновался.

Ещё бы, моё тело подрагивало и менялось. Мои глаза источали праведную ярость.

Сила наполняла меня и намеревалась в скорейшем времени покарать тех, кто это заслужил.

— Айгар! — крикнула я волка. — Найди тех, кто томиться в заточении! Шерридан — иди вместе с ним!

— Она раскусила нас! — закричал князь. — Убейте их!

Волк и Шерридан бросились прочь, мечом и клыками, расчищая себе путь.

Териас ловко развязал с себя белый с золотом плащ, развёл его полы в стороны, а затем сбросил его с плеч. Всеобщему взору открылись богато украшенные ножны истинного Повелителя, с торчащей из них двуручной рукоятью меча.

— Ариана, Нааран — мой! — с предвкушающей улыбкой, произнёс Териас.

— Как скажешь, — был мой ответ.

Князь и маги ударили одновременно.

Маг вызвал заклятие, с длинных пальцев которого сорвался вихрь, настолько чёрный, что казалось, будто сама тьма, вызванная этим магом, и заклятие устремилось в меня.

Сила, которой я позволила завладеть собой, усмехнулась и с удовольствием сытого кота, поглотила чёрное заклятие.

Улыбнулась удивлённому магу и отправила своё заклятие.

Моя магия угодила в самое сердце мага и с силой сжала его.

По телу мага побежали чёрные вены, глаза заволокло белой дымкой.

Чёрные нити стали оплетать тело мага. Его кожа внезапно стала быстро дряхлеть, скукоживаться, покрываться глубокими морщинами и желтеть. Я знаю, что он чувствовал, как его мышцы начали ослабевать, магия истаивать и силы начали покидать его.

Ему было знакомо это заклятие. Ведь он его создал. А я обратила его детище против создателя.

Рот его открылся в беззвучном крике и маг, который создал страшных тварей, создал того монстра, которого я убила, освободив невинные души, начал рассыпаться прахом. Магический ветер подхватывал серый прах и тут же уносил его прочь.

Его жизненная сила и магия рассеялись, я не для того уничтожила его, чтобы поглотить эту силу.

Ей место в небытие, только там.

Маги, служащие этому проклятому, увидев мою силу, не стали даже пытаться совладать со мной.

Они упали ниц перед моими ногами, и я услышала их мольбы о пощаде.

Но за всё нужно платить. Слишком много грехов за их душами, слишком много страданий причинили они.

Взмах моей руки и все маги, что пытались воззвать к моей совести и простить их превратились в каменные изваяния.

Их заточение в камне будет длиться до тех пор, пока они со всей искренностью не раскаются в своих ошибках и не признают их.

Я довольно оглядела дело рук своих — лежащих у моих ног светлых эльфов, обладающие магией, которую они усиливали за счёт жизненных сил невинных людей, эльфов и животных.

Сила та рассеялась. Эльфы, что стали камнем навеки останутся без магии.

Придворные и воины, глядя мне в глаза, кричали, убегали, кто-то рыдал и кричал, но я-сила была беспощадна.

Я «видела» каждого и все их грехи были у меня как на ладони.

Из моего горла вырвалось рычание и сила, подобно щупальцам, бросилась прочь от меня и настигла каждого в этом дворце — даже тех, кто пытался бежать.

Одного я только не тронула — князя.

Териас бился с Наараном и их бой напоминал ураган из колдовских вспышек и блеска стали. Князь с яростным рычанием набросился на Териаса, но тёмный эльф с лёгкостью отбивал удары светлого. Меч Териаса будто пел, рассекая разряженный воздух. Лезвие, словно размазалось, превратившись в подобие светящихся металлических лучей, выросших из рук тёмного эльфа.

Териас постоянно атаковал, не давая князю сотворить ни одного заклятия. Меч князя так же быстро танцевал и звенел, отбивая удары меча.

Князь явно умел хорошо сражаться, но он не был таким мастером, как Териас Аш Аран. Князь порядком уступал Териасу и физически и магически, и это стало понятно уже в первые секунды боя. Под его натиском князь вынужден был пятиться назад, то и дело, рискуя оступиться и упасть.

Нааран шипел проклятия сквозь стиснутые зубы, паника и страх читались в его глазах, когда он увидел, во что я превратила его магов, советников, придворных и верных воинов.

Князь проигрывал, он начал уставать. И он был один — помощи неоткуда больше ждать.

Все мертвы, все уничтожены и его власти пришёл конец.

— Тва-а-арь! — заорал с лютой ненавистью князь. — Ты такой же, как и твой отец — ничтожество! Я убью тебя, Териас! Придёт время я убью и тебя, как убил твоих родителей!

Териас на миг замер.

— Что?! — проревел он, замахнувшись над головой князя. — Так это ты отравил их!

Териас зарычал раненным зверем.

Князю оставалось жить считанные минуты.

Поняв это, князь ловко ушёл от удара Териаса, который бы тотчас срубил ему голову и, бросив свой меч, словно последний трус, он бросился прочь, задевая каменные изваяния, которые раньше были его подданными.

Териас мог с лёгкостью его нагнать или же, бросить в него смертельное заклятие, но он не стал этого делать

И я не стала вмешиваться.

Это было его право — расправится с князем, который уже очень давно сбился с пути, шёл и вёл за собой народ сомнительной дорогой.

Перехватив меч на манер копья, Териас метнул его клинком вперёд. Острие вонзилось князю прямо в спину и вышло из его груди. Светлый эльф лишь пошатнулся, но сумел устоять на ногах.

Он медленно повернулся к нам. Его взгляд, полный недоумения, медленно опустился вниз, на торчащее из груди лезвие, потом вновь поднял взгляд на Териаса.

Потом, князь рухнул на колени. Из его раскрывшегося рта толчками хлынул поток тёмной крови и побежал вниз по подбородку. Затем светлый эльф рухнул лицом вниз.

Териас выпрямился и расправил плечи, позволив себе вздохнуть — эльф не чувствовал торжества.

— Я столько лет искал убийцу своих родителей… — процедил он с ненавистью. — Он жил и смеялся надо мной.

— Его душа давно уже сгнила, Териас, — сказала я эльфу и положила на его плечо руку, чуть сжала. — Твоя месть всё равно не принесла бы тебе радости. Его муки не вернули бы твоих родителей. И раскаяния от князя ты бы тоже не получил.

— Я не от этого зол, Ариана, — сказал он резко и посмотрел мне в глаза. — Я зол на себя на то, что был слеп. Я обязан был догадаться и понять, кто убил моих родителей, но вместо этого, я позволил себе забыться в удовольствиях, кровавых развлечениях и не видел ничего дальше своего носа.

— Не стоит, — сказала я. — Не сердись на себя и не вини себя. Что было, то было, Териас. Главное — это не прошлое. Главное то, что ты начнёшь закладывать сейчас, чтобы будущее больше не искажалось, и чтобы гении, подобные убитому мной магу, никогда не попадали в руки безумцев.

Он слабо улыбнулся и произнёс:

— Из тебя получится замечательная Повелительница, Ариана. Я готов разделить с тобой свою судьбу.

Грустно ему улыбнулась и сказала:

— Я — не твоя судьба, Териас.

Подняла руку и коснулась его губ, призывая молчать.

— Всему своё время. А теперь пойдём. Есть ещё нечто чудовищное в этом дворце, что нужно уничтожить.

Глава 29

* * *

Ариана

Я с Териасом спустилась вниз, туда, откуда я ощущала прилив отвратительной магии.

Все маги, что творили зло — были мертвы. Моя сила уничтожила каждого во дворце, кто был виновен в том, что гибли невинные эльфы, люди и животные.

Глубоко под дворцом были построены лаборатории, темницы, в которых держали несчастных.

Сейчас двери темниц были раскрыты, а пленники освобождены.

Кого здесь только не было…

Айгар охранял волков — измученных, истощённых и других животных, которые скулили и жались по углам, испытывая страх и ожидая смерти.

Шерридан помогал тем, кто был ранен и освобождал тех, кто ещё был прикован.

Запах жжённого пластика заполнил мой нос — запах страха, точнее ужаса и безнадёги.

— Теперь я отчётливо понимаю, что Нааран умер слишком легко, — процедил Териас. — Его смерть должна была стать долгой и мучительной.

Я покачала головой.

— Нет. Нельзя уподобляться их поступкам.

— Хранительница, — позвал меня Шерридан, как только нас увидел. — Я понимаю, это ваша сила уничтожила всех.

— Да. Это была я.

— Вовремя, иначе нас с Айгаром здесь бы не было, — сказал он виновато. — Здесь лабиринты коридоров, Хранительница. Столько темниц и пленных, что я сбился со счёту…

— Мы их всех освободим, — сказала уверено.

— Есть ещё кое-что, — сказал он. — В одном из коридоров, за запертой дверью кто-то есть. Кто-то, кого не уничтожила даже ваша магия.

— Вот как? — хмыкнул Териас. — Там, где не помогает магия, всегда поможет меч! Он с шелестом выхватил свой клинок из ножен и сказал: — Веди, Шерридан!

Мы приближались к тому месту, и я отчётливее ощущала магию — тёмную и жестокую. Мы приблизились к огромной двери, за которой, должно быть, скрывалось гигантских размеров помещение. Из-за двери доносились монотонные удары, и дверь от этих ударов дрожала. Удары сопровождались металлическим лязгом.

Дверь не имела ни замка, ни ручки, ни замочной скважины — ржавое металлическое полотно, о которое кто-то бился изо всех сил, стараясь выбраться на свободу.

— Мне не нравится здесь, — сказал Териас. — Энергия прёт настолько чудовищная и сильная, что все мои инстинкты кричат: «Беги!»

— Я ощущаю то же самое, — признался Шерридан.

Даже Айгар поджимал хвост, но готов был ко всему, даже принять смерть.

— Нужно открыть дверь и уничтожить то зло, что там томится, — сказала уверенно. — Но сначала, вы все должны уйти отсюда и увести из дворца всех пленных.

Айгар зарычал на меня, недовольный моим решением.

Шерридан и Териас тоже возмутились.

— Ты не останешься здесь одна! — рявкнул Териас.

— Если суждено умереть, то я готов, Хранительница.

Я чувствовала их настрой. Ни за что они не покинут и не оставят меня одну.

Но возможно, за этой дверью нас действительно ждёт смерть, потому что поток энергии был чудовищным, будто сама тьма там поджидала нас.

Нет, я не позволю погибнуть ни Териасу, ни Шерридану, ни Айгару.

Лучше сама умру, но они будут жить.

Подошла ближе к огромной двери, закрыла глаза, призвала свою магию и медленно, очень осторожно принялась свивать потоки энергии, чтобы я могла открыть дверь.

Но вдруг мне стало неуютно. Я призвала всю свою магию, дверь вспыхнула белым огнём, а затем на ней появились надписи — руны и глифы сияли и пульсировали, будто живые. Я почувствовала, как моё же тепло вливается в эту магическую дверь, циркулирует по ней будто кровь.

Неожиданно, дверь вспыхнула, замерцала и начала истаивать на наших глазах, словно до этого была не нерушимым металлом, а иллюзией, мороком.

Всё стихло и ослеплённые магическим светом, мы приспособились к полумраку.

А потом, несколько мгновений спустя, из ледяной тьмы, появился звук — шипящий, медленный и злобный.

Я затаила дыхание, ожидая…

— Мне одному не нравится это? — спросил Териас напряжённым голосом.

Я и мои спутники ступили в чернильную тьму. Нас тут же окутал ледяной холод.

Териас зажёг магический свет.

И мы увидели густую пелену тумана, которая поднималась откуда-то из недр земли.

Мы подошли к обрыву.

Вокруг обрыва росли деревья и кусты — корявые, уродливые, они были чёрные, листья жухлые. Повсюду вокруг чёрной бездны царили увядание и запустение, как будто мы вышли к самому сердцу настоящего Ада.

И вот тут я поняла.

Вот оно.

Моя сила трепетала и рвалась наружу.

Не эльфы и не люди были виной того, что мир умирал.

Вот это место его убивало, подобно раковой опухоли, оно распространяло свою черноту, подобно ведьминой порче по венам Аскавидона, заражая кровь мира и медленно, но целенаправленно убивая его.

Этому месту было много лет. Оно настолько древнее, что, возможно, сами Боги не ведают, кто и когда создал его.

Глупые светлые эльфы пробудили тьму этой бездны. Своими деяниями и магией, что творили в лабораториях, эта тьма проснулась.

В каждом мире должен быть баланс тьмы и света, добра и зла.

Источник, который питал меня — это свет. А тьма, источник зла, болезней и страха — вот эта самая бездна.

По роковой случайности, а быть может, и нет — источник тьмы находится во владениях светлых эльфах.

Возможно, очень давно, был тот, кто следил за этим местом, охранял его, чтобы зло не проснулось и не вырвалось наружу…

Неизвестно, что же произошло. Известно то, что тьма проснулась и довольно давно. Силы перевесили чашу мировых весов и баланс нарушился. Эльфы стали жаждать крови, души чернеть, а магия беднеть.

Эту истину я поняла буквально за мгновение. И всеми силами я обязана запереть источник тьмы навеки.

— Миленькое место, — заметил Териас и хмуро добавил: — И подходящее для того, чтобы встретить здесь свой конец.

— Это источник тёмной силы, — сказала я. — Нужно его запечатать.

— Хорошее решение, — согласился эльф.

— Найти решение — это одно, воплотить — совершенно другое, — сказала я.

И едва мои слова прозвучали, как из глубины вырвался вихрь, несущий чёрную пыль, зловоние, ледяной холод и страх.

А потом, вихрь прекратился, и перед нами появилась… неужели это была сама Тьма?

Огромные крылья, сотканные из серого тумана, распахнулись за её спиной.

Огромное тело, напоминающее гибрид рептилии и гусеницы, вздымалось над бездной, подобно джину из волшебной лампы.

Чёрные змееподобные волосы развивались вокруг головы чудовища.

Чешуйчатое тело было грязно белого цвета. Она имела четыре руки, которые сжимались в кулаки.

Глаза — чёрные провалы. Безгубый рот наполнен острыми зубами. Острые уши были подобны эльфийским. Только это чудище совершенно не было эльфом.

Жуткая и грозная Тьма. Её длинный язык с шипением вырывался изо рта. Она колыхалась над пропастью и внимательно глядела на нас.

* * *

Ариана

— Что будем делать? — спросил Шерридан, сжимая в руке свой меч.

— Нужно уничтожить эту тварь, — прошипел Териас.

Айгар утвердительно зарычал.

«Это существо вызывает во мне страх, Хранительница. Это истинное зло. Нужно немедленно уничтожить существо!» — прорычал Айгар.

— Кто ты?! — спросила звонко, стараясь сдержать рвущуюся наружу силу.

Существо оскалилось, склонилось надо мной, подобно гигантскому монстру, и зашипело, пробуя раздвоенным языком холодный воздух.

— Ххххрррраааанииииитееееельниииицсссаааа-а-а-а-а… — прошипела она чудовищным голосом и из её рта на меня обрушилась ужасающая вонь.

Чёрные глаза Тьмы вспыхнули и вместо чёрных превратились в алые. Они горели, будто внутри неё пылал самый настоящий огонь.

Мы стояли неподвижно, словно изваяния, ожидая, что будет дальше.

Силу я уже не могла сдерживать, тоненьким ручейком она потекла с моих кончиков пальцев, но я задержала её, словно дёрнула за поводья, как непокорного зверя.

Не стоит злить это чудище… Неясно, что оно сделает сейчас, но готовой нужно быть.

Чтобы сила вырвалась наружу, мне необходимо было лишь прекратить сдерживать её и тогда, она сделает то, зачем наполнила меня, выбрав в качестве сосуда.

Вдруг, существо начало изменяться.

Теперь перед нами было существо, напоминающее зверя, сотканного из теней, на шести лапах, с шестью хвостами, могучими крыльями, гигантскими зубами-саблями и такими же когтями. Глаза чудовища горели красным пламенем, и из его рта высовывался всё тот же раздвоенный язык.

Монстр зашипел, зарычал, пригнулся и напал — на меня.

Чудище врезалось в меня с такой силой, что я не устояла на ногах и упала, придавленная гигантским телом.

Я тут же дала волю своей Силе, уступая ей место для битвы.

Пока моё тело менялось, а магия боролась с чудищем, Шерридан, Териас и Айгар рвали и рубили существо — но ни мечу, ни клыкам волка тело не монстра не подавалось. Разве можно разрубить тем или туман?

Но зато я ощущала плотность этого тела, силу и мощь тёмной магии.

Сверкнули острые клыки, и существо впилось ими мне в плечо.

Моё тело изменилось, и я стала такой же сильной, как и это существо.

Наши силы и магия были равны.

Я с шипением оторвала зубастую пасть от своего плеча и ногами упёрлась в брюхо монстра, со всей силы скинула его с себя.

Тут же вскочила на ноги и, распахнув крылья, закричала своим спутникам:

— Немедленно уходите отсюда!

Что они ответили, я уже не услышала.

Существо вдруг подпрыгнуло, ощерилось и выдохнуло на меня поток огня.

Ещё и огнедышащая тварь!

Но на этот раз я не оплошала. Смертоносный поток пролетел мимо и не затронул ни меня, ни моих спутников.

Сила во мне заревела, я ощутила, как тело моё снова меняется — внутри меня вспыхнул и заревел огонь. Волна света охватила меня и подхватила моё тело.

Через мгновение я оказалась преображённой. Теперь у меня была память и знания воина Света, того самого Владыки, участвовавшего в битвах, в которых он одерживал победы, он помнил о крови и жестоких ранах, о великой борьбе и великих победах.

Раздвоение личности сначала напугало меня, но потом, я улыбнулась и позволила Великому Владыке остаться вместо меня, и совершить грозную битву.

Сила — это и был Владыка…

В моей руке заблестел белым пламенем меч, чёрные как ночь крылья, окрасились в белый цвет.

Сильнее сжав в руке свой меч, я бросилась на существо, которое было самим злом.

Существо уворачивалось от ударов, бесновалось, рычало и шипело.

Но потом, чудовищная тварь ринулась мне навстречу. Она неслась с такой силой, что земля под ногами задрожала.

Я увернулась от смертоносных когтей и приготовилась к новой атаке.

Встав на задние лапы, чудовище зарычало и бросилось на меня, пытаясь раздавить, но я снова успела увернуться и нанесла удар своим сияющим мечом по толстой шкуре огромной твари.

Тварь заревела — меч, принадлежащий силам Света, легко мог уничтожить тьму.

Теперь уже я бросилась в атаку и начала яростно наносить по чудовищу удар за ударом своим мечом.

Монстр ревел, корчился, пытался увернуться, но всё было бесполезно — даже крылья существо не спасали. Куда бы чудище ни взлетало, стараясь укрыться от меня, я летела вслед за ним.

И тут случилось нечто неожиданное — чудовище вдруг содрогнулось, словно поражённое в самое сердце, и стало уменьшаться, продолжая реветь раненным зверем, а потом, вместо зверя, передо мной вновь предстало женское существо — раненное и ослабленное.

Она продолжала уклоняться от ударов моего меча, и шаталась, и шипела, дёргала своими многочисленными руками, призывая магию, но жизненные силы существа с каждой новой раной стали убывать.

Существо завопило от ярости. Потом, резко повернувшись в сторону моих путников, она вперёд вытянула свои руки и с визгом наслала на Териаса, Шерридана и Айгара тёмное проклятие. Я вскрикнула от ужаса и, взмахнув крыльями, успела закрыть их собой.

Тёмная магия рассеялась, коснувшись меня.

Существо тяжело дышало и, закрыв глаза, призывало тёмную силу, стремясь залечить свои раны и нанести сокрушающий удар, но я не позволю ей этого сделать!

Тьме плевать на пресловутый баланс Света и Тьмы, она извечно, во всех мирах, желает царствовать единовластно! Но этому не бывать — никогда и нигде.

И вдруг, слова сами собой сорвались с моих губ:

— Свет даёт возможность, Тьма ставит перед фактом. Свет даёт выбор, Тьма предоставит путь, ведущий к смерти. Свет прощает ошибки, Тьма — никогда. Но баланс должен быть соблюдён. Невозможен Свет без Тьмы, как и Тьма не будет жива без Света. Уйди в своё царство, забудь о вечном зле, оставь, как прежде всё было: вечные муки и вечное блаженство. Твоя истинная задача убаюкать уставшие души, оградить вечный день от светила, подарить всем народам ночь и ласку. Забудь про зло, забудь про гнев…

Существо вдруг скорчилось, упало на землю и начало извиваться, стонать и уменьшаться, пока почти не стала невидимой, а вскоре и вовсе обратилась в прах.

Бездна, из которой поднимался и плыл чёрный густой туман, начала, подобно ране, затягиваться твёрдой землёй.

Я снова начала обретать свой прежний вид. У меня кружилась голова, меня шатало, будто в качке, Териас подхватил меня на руки и тихо произнёс:

— Всё хорошо. Всё кончено. Ты победила.

Я вздохнула, слабо улыбнулась в ответ и сказала:

— Я так устала…

— Закрывай глаза и ни о чём не думай.

Глава 30

* * *

Ариана

Из своей ложи, вместе с другими зрителями я зачарованно смотрела на двух воинов, что выжидающе кружили по песчаному манежу.

Близился конец последнего раунда решающего поединка.

Оба воина были уже уставшими, мокрыми от солёного пота, но довольными друг другом.

Силы воинов были равными, но победитель выйдет только один.

Один воин — высокий, стройный и жилистый с длинными чёрными волосами, забранными в тугую косу. Он внимательно следил за соперником — высоким и таким же худощавым блондином, волосы которого были коротко сострижены, а виски выбриты в необычных узорах.

Блондин обрушил на брюнета серию мощных ударов мечом, стремительно оттесняя его к краю манежа. Брюнет уклонялся от ударов, отбивался, но всё же пропустил один — и получил ранение в плечо. Он на миг потерял равновесие, но сумел удержаться на ногах. Он зарычал, оттолкнул ногой противника от себя и начал атаковать в ответ.

Блондин растерялся от такой прыти соперника, а брюнет лишь усилил атаку. На мгновение тот пропустил важный удар и навзничь рухнул на песок. Меч выпал из рук и брюнет с победным кличем занёс своё меч над противником.

Толпа взревела.

Это была решительная и бесспорная победа.

Брюнет убрал свой меч, протянул свою руку сопернику и помог тому подняться на ноги.

Они дружелюбно обнялись.

Вышел судья и объявил воина с чёрными, как смоль волосами победителем!

Вместе со всеми я аплодировала стоя.

— Этот воин меня радует, — сказал Териас, спустившись со своего трона и встав рядом со мной.

Улыбнулась Повелителю.

— А меня радует, что ты прислушался ко мне и отменил кровавые побоища, заменив их добровольными боями на мечах и без смертельного исхода.

— Я ещё думаю устроить игрища, о которых ты говорила. Бегуны, прыгуны, танцы… что ещё…

— Стрельба из лука, метание ядра, плавание и много, многое другое. Я составлю список, — ответила задумчивому Териасу и рассмеялась. — Определённо, наше недолгое путешествие пошло тебе на пользу.

— Не только это, Ариана. Знакомство с тобой и последствия от этого знакомства полностью перевернули мой внутренний мир. Я будто жил слепцом, но ты излечила меня и я прозрел.

— Я рада, что ты начал менять свою политику и привнёс значимые реформы в своё правление. Не только твой народ, Териас, но и другие рады новому положению дел.

— Я распустил гарем, — вдруг признался он. — Больше нет наложниц. Эа и эльфы больше не враждуют. Опять же, благодаря тебе.

— Благодаря тому, что в мире установилось равновесие. И наконец, магия вернулась и к эа. Но нам ещё многое предстоит сделать, Териас. Это только начало пути. Начло долгого и сложного пути — люди и эльфы не сразу изменятся. Не сразу исчезнет вражда между светлыми и тёмными, но я рада, что уже сподвижки есть.

— Новый князь мудр и справедлив, — сказал Териас. — Надеюсь, он не собьётся с пути, как его предшественник.

— Хранители источника тьмы ему не позволят этого сделать, — сказала сурово. — Теперь светлые и тёмные силы всегда будут под контролем.

— Согласен… Кстати, ты обещала мне открыть тайну — кто моя суженая?

Расплылась в улыбке и с хитринкой в глазах посмотрела на Териаса.

— Ты ещё не догадался?

Эльф нахмурился и смешно дёрнул левым ухом.

— Сила предвидения мне не дана, ты же знаешь…

Взяла его за руку и прошептала:

— Взгляни на соседнюю ложу.

Он перевёл взгляд туда, куда я указывала взглядом.

Териас Аш Аран нахмурился сильнее и воскликнул:

— Ариана! Ты хоть и истинная Хранительница, но даже тебе не престало издеваться над самим Повелителем тёмных эльфов!

Его грозность меня рассмешила.

— Ты умный мужчина, Териас, но иногда невероятно глуп.

— В чём, интересно мне знать, ты видишь глупость? Ты указала на ложу, где расположилась Алиша со своим одноглазым супругом!

— Всё верно, — произнесла с протяжным вздохом и раскрыла тайну: — Твоя суженая, Повелитель тёмных эльфов Териас Аш Аран — это дочь Хранительницы Алишы и Шерридана. Именно она завоюет твоё сердце и займёт все твои мысли.

Лицо Териаса вытянулось, синие глаза эльфа округлились от удивления и он со священным ужасом в тоне, прошептал:

— Ты, наверное, шутишь.

Но это был не вопрос, а скорее неверие в моё признание.

— Никаких шуток, Териас. Как только родится их чудесная малышка и достигнет нужного возраста, тогда-то ты и вспомнишь мои слова.

Териас сглотнул и по-новому взглянул на Шерридана и его беременную жену.

— Не верю…

Пожала плечами.

— Всему своё время, Териас. Ну а теперь, мне пора возвращаться в обитель.

— Не останешься на праздник? — спросил Териас.

Покачала головой.

— Не люблю излишнее внимание к своей персоне. Да и заждались меня дома.

— А придворные мечтают познакомиться с тобой поближе.

Улыбнулась ему и похлопала по могучему плечу.

— Все, кто желает познакомиться со мной — найдут время и придут в обитель. А праздность — это не для меня.

* * *

Ариана

Вернулась в обитель и рассказала Армасу, Эрлаую, Морису, Нирейну и Марике, как изменилось всё в королевстве тёмных эльфов.

— Териас Аш Аран уже не такой, как был тогда, когда я его только встретила — он изменился. И изменения произошли в лучшую сторону.

— Твоя правда, Хранительница, — склонил передо мной голову Армас. — После того, как ты очистила наш мир от боли и страданий, всё стало по-другому: даже эльфы, люди и звери дышат полной грудью, и в их глазах и сердцах больше нет страха.

— Все эа рады магии. Как ты и просила, мы начали разрабатывать планы по строительству магических академий, ведь, сколько сейчас магов! Но это радость для всех, — улыбаясь, сказал Эрлай.

— Жаль, что Сервиус не увидит этих изменений, — с грустью в голосе произнесла Марика.

— Его сердце почернело, а душа уже не смогла бы принять эти изменения. Ни Сервиус, ни князь, ни маги, что творили зло, питая силу тьмы — они заслужили свой конец, — ответила строго. Мне было до сих пор больно вспоминать о том, как пал от меча Териаса Сервиус.

— Пойду к источнику, — сказал Хранителям. — Если понадоблюсь, ищите меня там.

Я рисовала в своих мечтах, прекрасный мир — сначала не верила, что это возможно, но теперь, шаг за шагом он меняется.

Больше не будет такого, когда мир — это тир, а его народы — мишень. Не станет больше кровопролитных войн — когда кто-то свой долг выполняет и гибнет. Не будут плакать семьи, теряя не только от войн, но и от болезней своих близких.

Зло разрушенья коварно — и мы, Хранители, обязаны стоять на страже и не допускать повторения беды.

Я — Ариана, дочь Эсталоны и Лерайи. Родилась в мире Аскавидон, но по злому року была укрыта в другом мире. Я выросла на Земле и вернулась домой, когда понадобилась миру.

Я могу многое, стихии покоряются мне. Я могу силой мысли и с помощью заклинаний расплавить металл, превратить его в прекрасное произведение. Могу призвать любого зверя и услышать его мысли. Могу заставить любое растение вырасти и распуститься за мгновение.

Могу измениться и, распахнув свои чернильные крылья, взмыть в небо и посоревноваться наперегонки с самим ветром. Могу гальку превратить в бриллианты.

Я могу всё — и так думала до сегодняшнего дня.

Любовь.

Я знаю, что меня где-то ждёт и ищет мой суженый. Возможно, он даже не из этого мира, видения о Нём пока недоступны мне в той мере, какой бы мне хотелось.

Я видела лишь его руки, спину, могучую грудь и массивные плечи. Лицо не открылось мне.

А его длинные и сильные пальцы были унизанные массивными перстнями.

Набухшие вены говорили о силе и мужестве. Большие ладони — о величии и крепости.

Такие руки удержат в момент падения, крепко обнимут и уверено сотрут бегущие по щекам слёзы.

Я жду его и верю в нашу встречу — в этом ли мире, или ином, не важно. Важно то, что есть где-то моя вторая половинка. И раз сила частично показала мне его, значит, мы скоро встретимся.

Любовь — вот то чувство, которое способно изменять миры к лучшему.

Села возле источника и обрадовалась, когда ко мне подошёл Айгар, он привёл ко мне свою волчицу, которая вскоре должна была подарить князю и вожаку волков маленьких и хорошеньких щенят.

Судьба щедра к своим героям и ниспослала верному своему волку-воину новую любовь.

Мантара — так звали его волчицу. Красавица — чёрная с подпалинами шерсть, умные глаза янтарного цвета и самое главное — преданная любовь к своему волку.

Красивая пара.

Обняла Айгара и Мантару и от души послала им своё благословение — чтоб бед никаких они не знали и увидели не только своих детей, но и внуков, и правнуков…

На краю леса, волков ждала их стая, и в этой стае был и сын Айгара, который выжил в тот страшный день…

ЭПИЛОГ

* * *

Кесарь

В один из ярких и тёплыхлетних дней, я, Кесарь Второй Сеера, великий генерал и командир целого легиона демонов, чувствовал, что грядут некие изменения в моей судьбе.

Я спустился в холодный и влажный склеп своего великого рода Сееры. При моём появлении, все магические лампы вспыхнули, освещая темноту склепа.

Опустился на каменную скамью, на которой можно было поразмышлять и пообщаться с давно ушедшими родными и близкими. Я глядел на каменные плиты, и тоска сковала моё сердце.

На всех плитах, кроме одной были выбиты даты жизни и смерти, а также имена погребённых великого рода.

Здесь покоился мой прапрадед Ксафан Сеера. Он умер на третий день после смерти своей любимой жены в возрасте восьмисот лет. Рядом покоилась его супруга — как говорили, красавица, каких свет не видывал, Эфа Сеера.

Покоились здесь и мой прадед, дед, мой отец, Кесарь Первый Сеера, любимая мать — Рамина, мои дяди, тёти, старший брат и малолетняя сестра.

Мой дед, мои отец, мать, брат и сестра погибли в сражении при перевороте и смене власти.

Вспомнив о сестрёнке, я грустно улыбнулся. Я горячо любил её.

Я задержал взгляд на пустой плите, где никто не высек имя. В своё время тут появится и моё имя, но не раньше, чем я встречу такую же большую любовь, которая настигла всех моих родных.

Я прощался, потому как, не знал, вернусь ли назад, а быть может, моя смерть настигнет и на чужих землях.

— Покойтесь с миром, — произнёс я вслух.

Мои слова эхом отозвались в сводах склепа.

Улыбнулся и, поднявшись со скамьи, направился к выходу.

— Покойтесь с миром, мои родные, — повторил я на прощание. — Я буду помнить, и любить вас.

Поднялся по ступенькам и вышел из холодного склепа под палящее светило.

Новый Владыка направлял меня и моих демонов с мирной миссией в мир Аскавидон.

Маги уловили кардинальные изменения мира и хотели знать, что там произошло.

* * *

Кесарь

К северу от могучих гор, расположившихся до дальнего края, где синее небо тесно соприкасалось с землёй, расстелилась удивительной красоты долина, уходящая ввысь к вершине, на которой стоял замок.

На этой долине раскинулось чудесной озеро. Всё дышало спокойствием и умиротворением.

Колючие ёжики звёзд низко висели над озером, мерцая и ярко подмигивая, будто желали сорваться и упасть в водную гладь.

Ночь опустилась на долину, скрывая от любопытных глаз мою фигуру и мои бесшумные шаги.

Я смотрел не на озеро, не на замок, не на красоты долины.

Я смотрел на прекраснейшую девушку — эльфийку, молодую и статную, одетую в светлые струящиеся по её идеальному телу одежды.

Тёплый ветер игриво трепал её тёмные распущенные волосы.

Много я услышал сказаний об этой местности и озере, что называли источником. Но особенно меня заинтересовала девушка, что жила здесь — истинная Хранительница, пришедшая из ниоткуда и уничтожившая зло этого мира, примирившая светлых и тёмных эльфов, вернувшая магию людям и эльфам, утратившим её. Говорили, что она прекрасна, как сами небеса, таинственна, как самая тёмная ночь, добрая, как мать земля, но справедливая, как карающий меч.

Её называли Арианой, дочерью светлой эльфы и демона, что сохранили и уберегли своё дитя во время кровопролитной войны в другом мире.

Это она вызвала изменения, которые заинтересовали моего Владыку. И теперь, я обязан познакомиться с ней.

Девушка вдруг вскинула голову и замерла, увидев меня.

— Я пришёл с миром, — сказал громко и показал ей руки. — Я без оружия.

Я — демон и моё оружие — это крылья, с острыми, как сабли навершиями, хитиновая броня, когти, что могут разорвать даже дракона и магия, способная обратить любого в камень.

Правда, мечи, стрелы тоже нам не чужды.

— Кто ты? — проговорила она спокойным голосом, в котором я не ощутил страха, скорее удивление и любопытство.

Улыбнулся и направился к ней.

Тихо шелестел лес и, приятными переливами плескалась озёрная вода.

— Приветствую тебя, ночной путник, — её мягкий мелодичный голос зазвенел, лаская слух.

Она меня даже не на миг не испугалась.

— Моё имя Кесарь Второй Сеера, прекрасная эльфа, — представился я и низко поклонился.

— Ариана, истинная Хранительница, — проговорила она задумчиво. — Откуда ты будешь, Кесарь?

— Таких как я называют демонами. Я прибыл из другого мира, чтобы увидеть и понять, что произошло с миром Аскавидон, — дал я тихий и вежливый ответ. — И позволь сразу спросить, ты — наполовину демоница? Слухи не лгут? Я чувствую в тебе нашу кровь.

— Всё верно, я дочь светлой эльфы и демона. Как ты прошёл в наш мир?

И столько было удивления и возмущения в её тоне, что я невольно рассмеялся.

— Мы можем войти в любой из миров, если пожелаем того, прекрасная Ариана, но не делаем этого, если нет в этом нужды.

— Значит, вы не собираетесь завоёвывать Аскавидон? — спросила она с явным облегчением. — Смотрите, мы можем дать достойный отпор, что будут только демонические пятки сверкать.

Я запрокинул голову и рассмеялся. Давно никто меня так не веселил.

Я вдруг проникся к этой хрупкой эльфе доверием, чувствуя в своей душе какую-то тягу к ней, словно я встретил родное и ласковое тепло, будто я нашёл свой дом.

Её глаза тоже улыбались и светились добротой.

Отсмеявшись, я ответил:

— Нет, мы не станем завоёвывать Аскавидон, но должны были убедиться, что мир не разрушен. И сказать по правде, я удивлён, увидев его изменения — столько радости, счастья и доброты практически повсеместно я никогда не встречал.

Девушка скромно опустила взгляд и тихо произнесла:

— Мы стараемся, чтобы всем в этом мире стало хорошо.

И вдруг слова сами сорвались с моих губ:

— Я знаю очень много и хотел бы поделиться с тобой своей мудростью и своими знаниями.

Она озадачено взглянула на меня и вдруг тихо попросила:

— А… позвольте взглянуть на ваши руки.

— Мои руки? — переспросил я, удивлённый данным вопросом.

Девушка молчала и ждала.

— Ну что ж… Если вы желаете увидеть мои руки, то прошу, вот они.

Протянул к ней свои руки, и она коснулась меня своими тонкими и нежными пальчиками.

Провела по внутренней стороне ладоней, обрисовывая линии на них, потом перевернула и коснулась моих перстней.

— У вас чудесные руки, — сказала она с какой-то одной только ей известной радостью и благоговением. — Я готова принять вашу мудрость и ваши знания, Кесарь Второй Сеера.

Улыбнувшись в ответ на согласие девушки, я протянул к ней руку и коснулся нежной щеки.

— У меня чувство, будто я тебя знаю, — сказал задумчиво, не понимая своей неожиданной тяги к этой прекрасной эльфе.

— Всё хорошо, — сказала она. — Пойдём со мной, я покажу тебе обитель, дам еды, комнату, а завтра познакомлю с остальными Хранителями и покажу наш источник.

Я безропотно пошёл за ней, ещё не ведая, что встретил свою великую любовь.

Конец