Судьба на выбор. История попаданки (fb2)

- Судьба на выбор. История попаданки 655 Кб, 182с. (скачать fb2) - Татьяна Михаль

Настройки текста:



Судьба на выбор. История попаданки Татьяна Михаль

ПРОЛОГ

* * *

Даже боги иногда ошибаются, отправляя вверенные им души совершенно не туда, куда следовало.

И тогда, они покидают подвластные им провинции и спускаются к людям в облике старушек, добрых дядюшек или даже животных и исправляют свои ошибки.

Глава 1

* * *

Взрослая женщина, лет тридцати пяти, припарковала свой автомобиль у небольшого и старого дома. Несмотря на это, дом был милым: резные ставни, по карнизу спускался ярко-зелёный плющ, крышу дома украшал гордый петушок из дерева, выкрашенный в красный цвет. Дом был похож на пряничный.

Елена Валентиновна Сотникова перевела свой взгляд на визитную карточку, которую с трудом отыскала в своей сумке. Визитка была бархатистой сливочного цвета, с позолоченным орнаментом и надписью в старинном стиле: «Хотите изменить свою судьбу? Вам поможет гадалка Лидия. Улица Странников, дом 1».

На самом деле, Елена не доверяла гадалкам. В детстве уличная гадалка-цыганка предсказала ей чудесное будущее, богатого мужа-красавца и троих детей.

После второго развода она часто вспоминала эту обманщицу.

И зачем она сюда приехала, спрашивается в задачнике? Она ведь не верит во всю эту чепуху. Но Елена дала обещание своей тётке, что съездит к этой гадалке. А слово она привыкла держать. Но что, собственно, она теряет? Её будущее уж точно не может быть хуже прошлого!

Два развода, отсутствие детей, излишняя полнота в теле, тридцать пять лет уже… Осталась только престижная работа. Но работа — это не семья.

Елена взглянула на часы. Время приёма приближалось, и она уверено толкнула калитку и постучала в резную деревянную дверь, выкрашенную в ярко голубой цвет и местами облупившаяся.

Женщина, открывшая дверь, выглядела как обычная старушка, чья-то бабушка, но с волосами ярко-красного цвета.

А, впрочем, почему у бабушки не могут быть красные волосы?

— Входите, — любезно пригласила она её. — Уже жду вас.

Внутри дом был отделан в деревенском стиле: кругом яркие ткани с крупным рисунком, широкий диван и два кресла.

Елене вдруг захотелось поверить в чудо. Разве может человек с таким голосом и такой добродушной внешностью сделать что-нибудь плохое?

— Вы Лидия? — спросила вежливо Елена. Как-то обращаться к старушке только по имени было неловко.

— Я, дорогая моя. Присаживайся в это кресло. И рассказывай, чем могу быть тебе полезна?

Елена присела на самый краешек цветастого кресла и смущённо ответила:

— Меня зовут Лена и вашу визитку дала моя тётя… Вы, э-э… предсказываете судьбу?

— Ну что ты, милая, конечно же, нет, — ответила с тёплой улыбкой бабушка Лидия. — Я просто даю людям шанс изменить свою судьбу и прожить другую жизнь. Я умею только это.

— Умеете только это? — изумилась Елена.

— Только это, — радостно согласилась бабушка Лидия. — Так что если ты, дорогая Леночка, заинтересована, давай решим все финансовые вопросы и приступим к делу.

— А-а-а… — протянула со скепсисом Елена. — Финансовые вопросы… Да-да, конечно …

Бабушка Лидия резко перестала улыбаться и посмотрела на Елену ледяным взглядом.

— Да, милочка! У меня тоже есть расходы, поэтому я беру плату за свои услуги.

Елена слабо улыбнулась и кивнула.

— Мне хотелось бы побольше узнать о том, что именно вы делаете, прежде чем заключить… соглашение, — сказала она. — Я никогда не слышала, что можно изменить судьбу.

Бабушка Лидия посмотрела на Елену с прежней тёплой улыбкой.

— Я делаю именно то, что уже сказала: помогаю людям изменить судьбу. Что ещё непонятно?

Елена вздохнула, ощущая небольшое раздражение внутри.

— Хоть убейте, но я всё равно не понимаю вас. Объясните, пожалуйста, поподробнее! Очень прошу!

Несколько минут бабушка Лидия пристально смотрела на Елену. Неужели та действительно не понимает, как это — изменить судьбу?

Елене показалось, будто она её попросила объяснить, что такое хорошо и что такое плохо.

Но бабушка снова улыбнулась.

— Я могу поменять твою судьбу по тем критериям, которые ты сама озвучишь. Например, ты хочешь быть успешной актрисой или вообще мечтаешь стать мужчиной. Может ты хочешь увидеть другой мир и прожить жизнь там? Ты будешь в другом теле, с другой внешностью, будешь жить в другой семье, возможно в иной стране или мире. Говорить на другом языке. Примерно так. Есть вопросы?

— Вопрос: я стану другой, но останусь со своими знаниями и прожитым жизненным опытом? — выпалила Елена.

— По желанию. Хочешь — забудешь, хочешь — будешь всё помнить.

— А сколько это стоит? — спросила она.

— Одна тысяча рублей.

Елена даже растерялась.

— Вы поменяете мою судьбу за какую-то тысячу рублей?

Глаза бабушки Лидии весело заблестели. Она кивнула. Елена вытащила кошелёк.

— Даже если это не сработает, не жалко этих денег… — она протянула бабушке пятитысячную купюру. — Сдачи не нужно.

Бабушка улыбнулась, спрятала деньги в карман красного халата и указала Елене в сторону коридора. Она привела женщину в маленькую узкую комнатку в дальнем конце дома. Там было два окна, выходивших в самый тёмный уголок сада. Густой плющ ковром укрыл высокий забор, и деревья склоняли над ним свои густые ветви. Никакого другого цветного пятна не было. Ничего больше не нарушало мрачного тёмного тона.

В комнате стоял только один шаткий стул и повидавший времена стол, на котром стоял мутный шар, да ещё на полу лежал огромный вылинявший ковёр. На стенах, выкрашенных в тёмный коричневый цвет, — ни одной картины. В общем, это была странная комната.

— Это больно? — спросила она.

— Конечно, нет, — ответила бабушка Лидия. — Боль бывает только в жизни, а переход не причиняет боли. А теперь скажи, милая, какую судьбу ты желаешь?

«Всё это полный бред», — подумала Елена. — «Если это обман, то я лишусь пяти тысяч рублей, но если это правда всё, что она обещает… не то, чтобы я верю, но… А вдруг получится?»

— Я желаю быть молодой и красивой девушкой. Желаю выйти замуж, но чтобы муж был тоже хорош собой. Был полностью здоров и имел выдающиеся особенности, ну-у-у… вы меня понимаете? А ещё, чтобы он был обеспеченным, богатым. Также желаю, чтобы у нас была красавица-дочь, а потом можно родить и сына. И чтобы жили мы в большом доме… Нет, не доме. В настоящем замке! И мы были счастливы! И ещё хочу помнить свою прошлую жизнь и сохранить все свои знания.

Лидия рассмеялась искристым и вдруг молодым смехом, и сказала:

— Будет всё именно так. Только помни, назад вернуть свою прежнюю жизнь уже не сможешь.

— Я согласна, — кивнула она.

— Садись, клади руки на шар и закрой глаза, Леночка.

Она послушно села, положила руки на прохладное стекло шара и закрыла глаза, чувствуя себя неловко из-за абсурдности ситуации. И тотчас ей показалось, что она плывёт. Это было приятно.

— Открывай, — донёсся до неё голос Лидии.

Елена открыла глаза и обнаружила себя, сидящей всё в той же странной комнате, на одиноком расшатанном стуле, держа руки на мутном шаре и ничегошеньки не изменилось.

Она со скепсисом посмотрела на бабушку Лидию и спросила:

— Я так понимаю, ничего не получилось?

Бабушка Лидия вновь рассмеялась.

— Всё получилось, дорогая моя. Езжай домой, прими ванну и ложись спать. Завтра ты проснёшься той, кем загадала стать. А теперь ступай. У меня дел ещё полно.

Она шустро спровадила Елену за порог и закрыла за ней дверь.

Елена разочарованно вздохнула и произнесла:

— Что и требовалось доказать.

Она посмотрела на августовское небо и снова печально вздохнув, поплелась к своему автомобилю.

Не видать ей красивой новой судьбы. Так и будет волочить она свой век в одиночестве. Растолстеет ещё больше, заведёт сотню кошек и будет отравлять жизнь своим соседям.

* * *

Добравшись до дома и плотно поужинав, Елена, не зная, зачем это делает, приняла ванную, как сказала сделать бабушка Лидия и потом легла спать.

Стоило её голове коснуться подушки, как тут же её накрыла темнота.

Глава 2

* * *

Алишер Багир Ли Гор шагал по огромному замку, бросая лишь беглый взгляд вокруг. Его родовой замок, его дом был самым любимым и защищённым местом во всём этом мире. И возвращаясь с очередных заданий короля, он с огромным удовольствием мчался назад, домой, к своей дочери.

Быстрым размашистым шагом Алишер проходил один коридор за другим этого громадного замка. Он погладил по небольшому бархатному мешочку, который нёс, бережно прикрывая его рукой. Всякий раз, касаясь своей ноши, Алишер улыбался и старался не думать о том свитке, что передал ему король — в свитке значилось имя его невесты. И Алишер пока не хотел его знать. Будь его воля он бы и не женился больше — первой истерички жены ему хватило на несколько жизней вперёд. Хорошо, что дочь пошла вся в него — и тёмным даром, и характером, даже внешние данные его рода унаследовала, не взяв ничего со стороны бывшей жены, которая счастливо живёт-поживает в гареме юного царевича Халима, став главной и любимой женой. Он как сейчас помнит, как умолял Халим его развестись и отдать ему Кариссу. Долгая волокита и уговоры родителей Кариссы и короля, но Алишеру всё-таки удалось избавиться от жёнушки, оставив при этом тогда ещё годовалую дочь себе. А Карисса, как, оказалось, давно была влюблена в царевича и сейчас очень счастливо живёт, отравляя своим ядом младших жён Халима и плетя интриги. Но это уже не история Алишера.

Наконец он остановился перед нужной дверью. Снова улыбнувшись, он тихо вошёл и очутился во мраке комнаты.

Невзирая на темноту, Алишер без труда мог разглядеть всю обстановку. Ночное зрение у него превосходное, как и у всех представителей его древнего рода Ли Гор. Он видел, как колышутся нитевые занавески, окружавшие огромную резную кровать с четырьмя столбиками по углам, сплошь покрытыми резными позолоченными изображениями скелетиков, горгулий и гарпий. Кровать окружало облако из нескольких сотен метров бледно-голубой нитевой ткани, а стены были обиты светло-зелёной с золотым узором тканью.

Наклонившись над кроватью, Алишер улыбнулся при виде золотоволосой головки его малышки, выглядывавшей из-под пушистого стёганого одеяла. Он подошёл к окну и раздвинул тяжёлые шторы, чтобы лунный свет проник в комнату. Продолжая улыбаться, Алишер вернулся к кровати, и его взору не предстало ничего, кроме белокурого локона, замершего на простыне. Всё остальное было скрыто под ворохом ткани. Вытащив из-под мышки мешочек, Алишер развязал его и вытащил оттуда пухлого и увесистого чёрного котёнка, который шипел, царапался и пытался вырваться на свободу. Котёнок был редкой ремарской породы, и Алишер вёз его из самого Ремара в подарок дочери. Родители котёнка были уничтожены нежитью, и Алишер просто не мог оставить детёныша одного.

Король был доволен работой Алишера. Никто другой бы не смог утихомирить древнюю нежить, пробуждённую идиотами-фанатиками, возомнившими себя владыками мира.

Ремар — страна, соседствующая со страной Керем, где и жил Алишер. Супруга короля страны Ремар была сестрой короля страны Керем. И брат просто не смог отказать дорогой сестрёнке в помощи. А помощь прибыла в лице Алишера. Единственный в своём роде некромант и тёмный маг, который может упокоить и уничтожить любую нежить, а также взять под контроль дикую и строптивую тьму.

Поездка была недолгой, но Алишер не любил покидать свои владения и оставлять надолго свою единственную дочь, и всегда с радостью возвращался домой.

Немного приподняв одеяло, Алишер посадил котёнка на кровать рядом с дочерью, а затем, довольно усмехаясь, бесшумно опустился в небольшое кресло и стал наблюдать, как зверёк копошится рядом со своей соседкой и обнюхивает её.

Медленно, с огромным трудом и неохотой Мариям начала просыпаться. Она так не любила вылезать из этого тёплого гнёздышка — своей постели — и затягивала этот процесс так долго, как только это было возможно. Она немного пошевелилась, но глаз не разомкнула и чуть-чуть высунулась из-под одеяла. Когда котёнок первый раз зашипел на неё, Мариям поморщилась, во второй раз — улыбнулась. Только услышав звонкое Мяу-у-аррр, она открыла глаза и уставилась на пушистого чёрного зверька. Потом она, испугавшись, со вскриком и рывком села в постели, прижав пухлые ручки к груди. Откинувшись назад, Мариям во все глаза смотрела на желтоглазого ершистого котёнка, удивленно моргая.

Смех отца заставил её повернуть голову в его сторону, но даже теперь она не сразу поняла, что происходит. Но затем осознание того, что её любимый папочка вернулся домой из дальнего путешествия, всё же пришло к девчушке, и тогда она, издав радостный и громкий вопль, соскочила с кровати и помчалась к отцу, волоча за собой все одеяла.

Сильными загорелыми руками Алишер подхватил и прижал её к себе, закружил по комнате, а в это время позади них, на кровати обделался маленький чёрный котёнок.

— Папа! Я так соскучилась! — раздался звонкий голос его дочери, а тонкие детские ручки с силой обняли за шею отца. — В следующий раз возьми меня с собой. Без тебя плохо, папа!

Алишер погладил по спинке дочку, ощущая в душе щемящую нежность к этому маленькому и любимому чуду и сказал:

— Когда ты освоишь заклинание подчинения нежити, тогда я буду брать тебя с собой.

Девочка хитро засмеялась и, посмотрев на отца, гордо сказала:

— Пока тебя не было, я уже научилась подчинять нежить, папа!

— Какая же ты у меня молодец! — похвалил девочку отец. — И кого же ты подчинила?

— Я подняла усопшего пёсика жены нашего повара и хотела сделать ей подарок. Я же помню, как Шейла плакала, когда её пёсик умер. Я даже им управлять могла, папа! Если бы я сказала пёсику кусить кого-то, то он бы кусил, но я говорила ему, чтобы он только поцеловал свою хозяйку и других девчонок. Правда, почему-то она не обрадовалась воскресшему пёсику, а упала в обморок, когда он стал её облизывать. И все служанки повскакивали на стулья и даже на стол забрались, и визжали, как дохлые поросята! Моя нянечка назвала служанок трусливыми дурами, облила водой Шейлу, а потом мы пошли и вновь упокоили пёсика.

Алишер слушал рассказ своей дочери и удивлялся, насколько слабые нервы у его слуг. Только старый вояка-дворецкий, да нянька Мариям были адекватными и привычными к образу жизни, и сфере деятельности Ли Горов.

Даже обычную охрану пришлось заменить на подчинённую им нежить. От них толку и преданности больше, чем от трусливых людей.

— Ты такая молодец у меня! Горжусь тобой, Мари! Отдохну с дороги и днём научу тебя новым заклятиям.

Мариям высвободилась из объятий отца. Он жив и здоров, вернулся домой, так что беспокоиться больше не о чем. Теперь интерес девочки был целиком направлен на очаровательного чёрного котёнка. Мариям подбежала к постели и снова нырнула туда, при этом котёнок тут же начал громко мяукать и порыкивать.

— Фу-у-у! Он описался в мою постель! — недовольно воскликнула Мариям.

Алишер подошёл и взмахом руки, используя заклинание чистоты, убрал небольшое недоразумение, отчего постель девочки вновь стала чистой и заблагоухала свежестью.

Теперь, когда внимание Мариям было поглощено милым животным, Алишер внимательно оглядел комнату, особо отмечая, чтобы не было никаких попыток навредить Мариям за время его отсутствия.

Мариям подхватила котика на руки и крепко прижала его к себе, зарывшись лицом в мягкую чёрную шерсть.

— Как его зовут? — спросила она, гладя вредного котёнка.

— Тебе решать, — улыбнулся ей Алишер.

Мариям погладила котёнка, который в ответ зашипел.

— О, папа! Он такой забавный! Назову его Калюк!

(Калюк — означает упрямый, вредный, норовистый).

Улыбаясь, он наблюдал за тем, как лунные лучи и блики от зажжённых свечей прятались в густых волнах белокурых волос, как зелёные глаза блестели от восторга, когда Мариям играла с котиком. Его доченька была безумно любимой им. Она обладала характером, имела на всё собственное мнение и на любую свою очередную проделку отвечала отцу со всей серьёзностью. Мариям уже понимала, что такое ответственность, но зная, что отец её любит и простит любую шалость, продолжала играть на нервах слуг замка. Она обожала праздную роскошь, поскольку была просто создана для неё. Мариям была избалованным и обожаемым ребёнком, и Алишер был готов перегрызть горло любому, кто посмел бы её хоть как-то обидеть.

Алишер позвонил в колокольчик. На этот звук из соседней комнаты тут же прибежала нянька Мариям, одетая в длинную и болохонистую ночную рубашку и с нелепым чепцом на голове. Нянька имела внешность неприглядную — с крючковатым носом, тонкими губами и глазами навыкате. И была похожа больше на ведьму. Но несмотря на внешность, Урсула, а именно так звали няню Мариям, была преданной семье Ли Горов, хорошей наставницей и в дополнение виртуозно владела холодным оружием и могла постоять как за себя, так и за малышку. А за неё она готова была откусить кому угодно голову и оторвать все конечности голыми руками.

Урсула поклоном поприветствовала хозяина и после его разрешения подняла голову и начала снова укладывать Мариям спать. Всё-таки была ещё ночь. Котёнка Урсула пообещала сносить на кухню и накормить, и после этого обещания Мариям стала засыпать.

Алишер поцеловал дочь в пухлую и розовую щёчку, и покинул её спальню.

* * *

Высокий и статный мужчина развалился в удобном кожаном кресле в своём кабинете. Алишер был счастлив вернуться домой, почувствовать под ногами твёрдую землю вместо трухлявой палубы корабля, качающегося на волнах.

Он вынул из нагрудного кармана сюртука свиток, переданный ему советником короля. В свитке Алишера ожидал приговор — имя его невесты. Имя той женщины, что уже выбрал для него король. Он развернул жёсткую бумагу и, выражение его лица ожесточилось.

К свитку прилагался и портрет невесты. На нём была изображена молодая невысокая девушка с точёными чертами лица, аккуратным носом, пухлыми губами, что не улыбались и сине-серыми глазами, словно грозовое небо. И взирало это юное чудо на Алишера с портрета с испугом и какой-то одухотворённой печалью и тоской. Странная смесь, но именно так и было.

— Сара Ширин Ли Холл, — прочёл он вслух имя невесты. И произнёс его он так, словно выплюнул. — Удружил же ты мне Величество! Ох, как удружил — хоть вешайся!

Алишер был зол. Из всех молодых особ огромного королевства Керем и соседствующих королевств, Величество выбрало самую глупую и трусливую девушку, которая слыла настолько пугливым характером, что даже от одного слова «мужчина» её бросало в дрожь, а от слова «некромант» она теряла сознание!

И как ему жить с ней? Какой же она будет ему супругой? Какие же дети родятся у них? И родятся ли? Она, наверное, от одной мысли об их совместной ночи умрёт!

«Так может это и выход?» — зло подумал Алишер. — «Напугается в замке от его экспериментов и проделок дочери, да и отойдёт в мир иной. Или просто сбежит».

Алишер улыбнулся. А может после женитьбы снова пригласить к себе царевича? И увидев новую жену Алишера, он и её заберёт в свой гарем?

В любом случае, настроение у Алишера было испорчено и чтобы не тратить негативную энергию впустую, он направился в подвал, творить новые заклинания в области тёмной магии.

Глава 3

* * *

— Отец! Пощади! Не выдавай меня замуж за некроманта! Ты же рушишь мою жизнь! — всхлипывала молодая девушка. Она заламывала изящные руки и не знала, как ещё убедить своего отца не поступать с ней так жестоко.

— Сара! — чуть ли не взмолился уже мужчина. — Это приказ короля! Я не могу его оспорить или как-то повлиять! И уж тем более не стану его просить сменить для тебя жениха. Король считает, что оказывает нам огромную милость! Ведь Алишер Багир Ли Гор не просто знатен и богат, но и находится в ближайшем окружении Его Величества! Благодаря твоему замужеству мы станем ближе к Короне! Так что, прекрати истерику и лучше подумай, чем можешь вызвать интерес у такого мужчины как Алишер. Я уверен, что ему будут неинтересны твои вышивки и заученные молитвы к Богам.

Девушка закрыла лицо ладошками. Хрупкие плечи подрагивали, рыдания разрывали её грудь, а душа металась в настоящей агонии.

Сара вышла из кабинета отца и, не обращая внимания на окрик своей личной служанки, выбежала из дома.

Конюх подвёл для неё послушного коня, и Сара направилась туда, где смогут ей помочь. К женщине, что сможет изменить её судьбу.

Сара намедни случайно услышала разговор служанок, что в лесу на границе их владений поселилась ведьма, которая обещает изменить судьбу любого человека.

Не желает она становиться женой некроманта и тёмного мага! Его душа черна и он очень опасен. Сара видела, как начинают дрожать люди при упоминании только одного его имени! А подружки-то ей рассказывали, что он делает с умершими! Жуть! А ещё говорят, что Алишер покупает у бедняков младенцев и ест их! Ни за что она не станет женой этого чудовища! Лучше сразу умереть!

Сара спешилась с коня и подошла к синей резной двери и едва слышно постучалась.

Дверь со скрипом отворилась и перед Сарой предстала старушка с добрым лицом и ласковой улыбкой. Странность у неё была только одна — красные волосы. Но ведь у ведьмы могут быть любого цвета волосы, почему бы им не быть красного цвета?

— Помогите мне, — прошептала Сара.

— Проходи, девочка.

* * *

Сара открыла глаза и изумилась. Она находилась не в своей комнате и не в своём теле.

Страх на мгновения сковал её разум. Сильно вспотели ладони, и она издала невнятный звук, похожий на писк.

Она подняла вверх вздрагивающую руку и окончательно поняла, что перемещение удалось.

— Богинечка, помоги… — пробормотала Сара не своим мелодичным голосом, а более низким и грудным.

Ведьма не солгала, она сделала так, как и попросила её Сара: «Желаю быть независимой. Желаю быть сама себе хозяйкой! Неважно, в каком мире и теле я буду. Хочу, чтобы больше никто не смел выдавать меня насильно замуж! Сама хочу принимать решения о своей жизни!»

Сара поднялась с кровати и медленно обвела взглядом обстановку — странная мебель, абсолютно простая, но довольно удобная. Никакой роскоши и в помине не наблюдалось.

«Неужели я теперь отношусь к классу бедняков?» — испуганно подумала Сара.

Напротив неё стоял огромный белый лакированный шкаф с зеркалом.

Сара с бешено колотящимся сердцем подошла к нему и взглянула на себя новую.

— О, Богиня! — воскликнула она и приложила от испуга ладошки к щекам.

Саре на мгновение стало дурно. Вместо молодой девушки, какой она была раньше, на Сару из зеркала смотрела зрелая женщина.

Светлые волосы едва доходили до плеч и подстрижены были идеально ровно. Густая чёлка растрепалась и топорщилась в разные стороны. Большие серые глаза смотрели с ужасом и непониманием. Полные губы застыли в положении буквы «О».

Вместо тоненького стана у новой Сары было пышное тело.

Она не была страшненькой, она была симпатичной и очень даже милой, но кардинально отличалась от прежней неё.

Вдруг Сара почувствовала жуткую головную боль, она была так сильна, что у неё потемнело в глазах, и она грузно осела на пол, сжав с силой виски и громко застонав в голос.

Ощущение, будто разъедающая всё кислота заполнила её голову и желала сжечь её мозг изнутри.

Боль отступила так же резко, как и началась, зато в память Сары врезались обрывки чужой жизни. Они возникли неожиданно и перелистывались, словно то были страницы книги. Сара замерла, позволяя себе принять чужую память.

Спустя несколько долгих минут она уже знала о себе новой всё, начиная от имени и заканчивая вредными привычками.

Сколько она так сидела на полу — неизвестно.

Страх постепенно уходил, оставляя место грусти о прошлой жизни и своём юном теле.

Она печально улыбнулась.

Сара, точнее уже Елена — сама себе хозяйка. Именно этого она и хотела.

Чтож, пора знакомится с новым миром, познавать его и жить так, как хочется именно ей. И не важно, что её физический возраст больше прежнего, зато у неё имеется теперь такая прекрасная судьба!

Глава 4

* * *

— Госпожа, просыпайтесь! Швеи уже прибыли. Ваш отец будет гневаться… Госпожа…

Голова у Елены болела немилосердно. Кажется, она заболела.

В голове возникала какая-то чушь. Перед Еленой мелькали картинки. Ощущение было, что она смотрит кадры из кинофильма.

«Странный сон… И что там за госпожа, что всё никак не может проснуться… Неужели телевизор вчера не выключила…»

Мысли хаотично скакали и Елена никак не могла сконцентрироваться хоть на одной из них.

Она с трудом раскрыла слипшиеся от слёз глаза.

«Не помню, чтобы я плакала…»

Перед замутневшим взором Елены предстало лицо незнакомой девушки, которая с озабоченностью и зарождающейся паникой её пыталась растолкать.

«Это ещё кто такая?» — раздражённо подумала Елена.

— Ты кто такая и как оказалась в моей кварти… ээ-э-э… Где это я?

Елена захлопнула рот, осознавая, что голос принадлежит не ей.

Она протёрла глаза и осмотрелась.

Не её квартира и не её спальня! И лежит она не в своей кровати!

Неприятный холодок пробежал по спине.

Елена под недоумённым и обеспокоенным взглядом девушки, которую звали Лейла! Елена знала её имя! подняла перед собой руки и резко выдохнула.

Нежнейшая и идеальная кожа на руках! Невероятного сливочного оттенка! Тонкие кисти, пальцы длинные и такие изящные!

Елена вдруг широко улыбнулась.

Она тут же коснулась своей головы, нащупывая невероятно шелковистые и густые волосы, заплетённые в слегка растрепавшуюся косу. Коснулась лица, шеи, положила ладони на грудь и сжала её — молодая и упругая!

— Бабка-то не обманула, — прошептала Елена. — Всё получилось…

— Гг… гос…спожа! Что с вами? — заикаясь и в ужасе спросила горничная Лейла.

Елена посмотрела на личную горничную и счастливо расхохоталась, раскинув руки в стороны и падая обратно на мягкие подушки.

— Получилось! Получилось! Ура! Ура! Ура!

Тут же Елена резко вскочила с кровати, запутавшись в длинной ночной рубашке, что чуть не упала. Она схватила за плечи перепуганную горничную и спросила её:

— Где зеркало, Лейла? Мне срочно нужно зеркало!

— Вв… вот оно… — показала пальчиком побледневшая девушка. — За ширмой. Его никуда не убирали. Где стояло, там и стоит по-прежнему… Госпожа, вам нехорошо? Вы странно себя ведёте…

Елена, точнее уже Сара только отмахнулась от неё.

— Сара, — произнесла она шёпотом своё новое имя вслух. Нужно привыкать.

— Са-ра… — снова повторила по слогам. Хорошее имя, красивое.

— Да, госпожа, вас зовут Сара. Сара Ширин Ли Холл…

— Я знаю, — ответила Сара.

Она раздвинула створки расписной ширмы и натуральным образом с изумлением уставилась на своё новое отражение.

— Мать моя женщина, — пробормотала она и тут же начала стягивать с себя ночную рубашку.

— Что вы делаете?! — воскликнула Лейла. — Госпожа! Вы не должны самостоятельно раздеваться!

— Лейла, отстань. Не видишь, я хочу полюбоваться собой, — ответила улыбающаяся Сара.

Облако нежнейшей ткани упало к её ногам.

— Боже мой… — пробормотала Сара. — Да я невероятная красотка! Лейла, ты только погляди на меня! Какое лицо, какие глаза, губы… Ты только посмотри на эти идеальные ноги! На эту упругую попку! Она же у меня как персик! А грудь? Она как стрела гордо смотрит прямо!

Сара счастливо рассмеялась и крутанулась на носочках вокруг своей оси и, стала распускать свои новые тёмные волосы, что блестели в лучиках утреннего солнышка. Пропустила несколько прядей сквозь пальцы.

— Такие шелковистые…

Сара обернулась к Лейле.

— Я само совершенство!

Лейла была близка к истерике. С её госпожой что-то произошло! Она сошла с ума! Да и кто бы ни сошёл? Такая ужасная доля ей выпала — выйти замуж за Алишера Багир Ли Гора! Нужно доложить хозяину о безумном состоянии его дочери!

— Да, госпожа, — согласно кивнула Лейла. — Вы очень красивы. И позвольте вам напомнить, что швеи уже прибыли, ваш отец разгневается…

У Сары тут же всплыло воспоминание о замужестве: скорая свадьба; жених — монстр; он ест младенцев.

«Что за чушь?» — подумала она.

Остались небольшие отголоски чувств бывшей Сары — страх, паника, ужас, желание любым способом избежать женитьбы.

«Ну, дела-а-а…» — подумала новая Сара.

— Лейла, а посмотреть на жениха можно? — спросила она горничную, так как в памяти Сары не было изображения будущего мужа, кроме имени и страшных ассоциаций с ним.

— Вы не желали смотреть на его портрет, — ответила чуть успокоившаяся Лейла, когда её госпожа позволила себя отвести в будуар, где была уже готова ароматная молочная ванная.

— Сейчас зато возникло желание, — ответила Сара. — Это ещё что такое?

Сара указала на белую воду в ванне. Но ответить Лейла не успела. Память Сары вновь дала ей ответ.

— Ах, — махнула она рукой и засмеялась. — Что-то я сегодня рассеянная. Конечно же, это вода из молочного источника.

— Всё верно госпожа, — ответила Лейла, помогая Саре взобраться в ванную.

Сара опустилась в горячую белую воду, вдыхая нежнейший аромат ванили. Вода была такой приятной, чуть-чуть густой и обалденно пахла.

Лейла сполоснула её волосы, нанесла пенную смесь и начала массирующими движениями мыть ей голову.

«Определённо такой сервис мне нравится», — довольно жмурясь от удовольствия, подумала Сара. — «Раз бабушка Лидия изменила мою судьбу по заданным критериям, то значит и жених меня ждёт умопомрачительный! Я уже вся в предвкушении!»

* * *

— Я похожа на огромный торт с безе, — констатировала Сара, разглядывая своё отражение в высоком зеркале. Тёмные волосы и кожа цвета слоновой кости выделялись на фоне кипенно-белого подвенечного платья и впрямь напоминали пышный торт из взбитых яичных белков. Всё бы ничего, но на платье было нашито столько розочек, бантиков, бабочек, да ещё и разных размеров, что становилось дурно! Безвкусица наиневероятнейшая!

Склонив голову набок, она высказала новое предположение:

— А может, на куриные клёцки похожа… Не могу точно определить. Но однозначно, платье мне не нравится.

Кто-то из молоденьких швей хихикнул за её спиной, но главная швея, напоминающая по внешности старуху Шапокляк, сохраняла полную серьёзность.

— Ничего подобного, госпожа, — заявила она решительно. — Вы великолепны!

— Нет, — ответила Сара. — Это платье не подходит.

— Но госпожа! Ваш отец заказал именно этот фасон! — всплеснула руками главная швея.

Сара оскалилась.

— Тогда может он и замуж выйдет вместо меня?

Швея выпучила глаза.

— Что вы такое говорите, госпожа?

Сара вздохнула. С юмором у этой швейки было очень туго.

— Я ещё раз повторяю, что это платье мне не нравится, — сказала чуть жёстче Сара. — Дайте мне бумагу и перо, я сделаю набросок того, что хочу.

— Госпожа, это самоуправство. Я пожалуюсь вашему отцу, — недобро ответила швеиха.

Сара сложила руки на груди и, улыбнувшись, сказала:

— Лейла, пусть позовут моего отца.

Швея побледнела и потно сжала тонкие губы, отчего её форма губ совсем исчезла, образовав тонкую линию, обрамлённую глубокими морщинами вокруг рта.

Злые глаза швеи метали молнии в сторону Сары, но она не могла сказать ей что-то грубое. Хотя Сара видела, как эта грымза желает оторвать ей голову.

Также Сара имела честь утром познакомиться и с папочкой.

Тот ещё мерзавец оказался. Дочь для него была лишь инструментом для выгодного замужества, чтобы получить привилегии Короны. У Сары был старший брат, которому и досталась вся отцовская любовь и внимание. А дочкой он никогда сам не занимался, отдав её на воспитание нянькам и учителям. А когда Сара повзрослела, отправил её в школу для благородных девиц.

Папочка отметал невыгодные предложения и весьма был рад, когда король выдвинул кандидатуру некроманта.

Саре было в принципе всё равно на новоявленного родителя. Она в прошлой жизни получила родительскую любовь и нежность. К сожалению, трагедия унесла жизни её мамы и папы, когда ей было двадцать лет. Но они навсегда остались в её памяти и сердце. Она будет их помнить, несмотря на то, что живёт теперь в другом мире и другой судьбой.

Папочка Сары, Крэйн Ширин Ли Холл обрадовался, когда дочь заявила ему, что полностью разделяет выбор короля и согласна выйти замуж за Алишера Багир Ли Гора.

Крэйн обнял тогда дочь и сказал:

— Хорошо, что ты осознала, какой выгодный шанс преподнесла тебе судьба! Наша семья, благодаря деньгам твоего жениха и хорошим связям при дворе, возвысится! Ты обязательно должна будешь убедить Алишера, чтобы он похлопотал и твоему брату дали должность при Короне. Мальчику нужна хорошая карьера и выгодное место.

Сара тогда-то и поняла, что папочка меркантильный гад. Ага, конечно, должность при Короне — шутом, например. Папочка ведь не уточнил, какую именно должность нужно выпросить.

А братик тоже был под стать папаше — такой же тучный, лысоватый и с недоброй ухмылкой.

Мать Сары умерла при родах третьим ребёнком, который не выжил. Поэтому её новая семейка состояла из папы и брата.

В залу вошёл отец.

Все склонились перед ними, кроме дочери.

— Сара, в чём дело? — с порога недовольно поинтересовался Крэйн.

Сара даже рта не успела открыть, как заговорила швеиха.

— Господин, — пробормотала она. — Ваша дочь отказывается от свадебного платья.

Крэйн метнул разгневанный взгляд на дочь.

Сара усмехнулась. Вот же гадина!

— Ничего подобного, отец. Просто именно это платье мне не нравится, и я хочу другой фасон.

Крэйн мельком оглядел её.

— Великолепное платье, Сара. Пошито из лучшей ткани, достойное самой королевы!

— Это Моя свадьба, отец! И ты сам же говорил, что я должна понравиться своему жениху и увлечь его. А в этом платье я похожа на отвратительный и безвкусный торт!

— Сара, свадьба через три дня! Они не успеют пошить новое свадебное платье! — разгневался отец. — Ты выходишь замуж в этом платье! Это моё последнее слово!

Он оглядел притихших слуг, швей и, посмотрев на свою дочь, сказал:

— И мне не нравится, что ты вдруг стала проявлять характер, которого у тебя отродясь не было! Думаешь, что раз выходишь замуж за приближённого к Королю некроманта, то сразу можно показывать зубки родному отцу?

«Чего?» — удивилась Сара.

— Ты, моя дочь и будешь делать всё так, как я тебе прикажу! Независимо от того, чьей женой ты станешь! И ты выходишь замуж в этом платье!

«Самодур!» — зло подумала она.

Швея довольно усмехнулась.

«Старая карга…» — негодующе подумала Сара.

— Как пожелаешь, отец, — ласково пропела она. — Только потом не обижайся, если я не смогу убедить своего мужа, чтобы он похлопотал о должности для твоего старшего сына при дворе.

Крэйн побагровел, надул щёки, сжал кулаки, отчего побелели костяшки толстых пальцев.

Сара подошла к мужчине и смахнула с его плеча невидимую пылинку.

— Неужели я прошу так многого, отец? Я никогда тебя ни о чём не просила. — Сара говорила серьёзным и спокойным тоном. Это она умела. Крэйн прекратил надувать щёки и слушал её. — Я хочу выйти замуж в красивом платье, чтобы Алишер, увидев меня, лишился дара речи. Я хочу, чтобы он влюбился в меня с первого взгляда. Он ведь не знает, какая я и что я за человек. И первое впечатление всегда создаёт внешняя форма. Отец, я хочу быть красивой невестой. В этом платье я чувствую себя некрасивой. Дай позволение выбрать мне самой фасон. Обещаю, что платье, которое я хочу, будет волшебным. И я уверена, что эти замечательные швеи справятся за три дня. Они же профессионалы своего дела. Других бы ты не пригласил. Разрешишь, папа?..

Она закончила свою речь.

В зале было тихо. Все ждали, что же ответит хозяин.

Крэйн оглядел свою дочь, обошёл её по кругу и сказал с интонацией знатока:

— Ты права, дочь. В этом платье Алишера не заинтересуешь. Оно слишком… приторное для некроманта. Хорошо, выбирай сама.

Сара улыбнулась ему кротко и, склонив голову, благодарно произнесла:

— Благодарю тебя, отец.

Крэйн довольно кивнул и сказал швеихе, которая была, ой как зла!

— Сошьёте моей дочери платье, какое она пожелает к необходимому сроку!

— Господин, это потребует дополнительных расходов… — попыталась заикнуться швея.

— Пришлите список расходов после работы моему секретарю — он всё выплатит, — ответил Крэйн и покинул залу.

— Как прикажете, — поклонившись, ответила швея.

Когда Крэйн уходил, все присутствующие, кроме Сары склонились перед ним в низком поклоне.

* * *

Конечно же Сара не собиралась плясать под дудку Крэйна. Ещё чего не хватало. Пусть папочка сам суетится за своего сына.

Лейла и другие горничные заканчивали делать ей причёску.

Сара с удовольствием оглядела себя в зеркале. Через четыре часа она встретится в храме лицом к лицу со своим женихом.

Она не верила в сказки, что говорили про Алишера в этом доме. Мол, некромант жуткий человек, настоящий монстр! А все эти слухи были из-за того, что он обладал тёмным даром!

Да, в этом мире была магия, но обладали магическим даром далеко не все жители. И какая жалость, Сара тоже не обладала магией.

Все те, у кого была хоть малейшая искорка магического дара, стояли на учёте королевской канцелярии. Такие люди получали бесплатное образование, после им давали звание и хорошие должности. Они служили своей стране и королю. Сильные маги были очень богаты и знатны. А те, кто не обладал магией, стояли на ступеньке ниже, как, например семья Сары. И Крэйн страстно мечтал встать со всеми магами на уровне! И женитьба мага, да ещё и королевского некроманта на его дочери, должна была дать Крэйну желаемое.

Но это останется лишь его мечтой.

Сара в n-адцатый раз посмотрела на карманный портрет жениха.

«Хорош! Красавец мужчина! Какой взгляд, какое лицо — чувствуется порода. И он мой жених! Бывшая Сара, дурочка, раз отказалась от такого самца!» — подумала с улыбкой новая Сара.

На портрете был изображён Алишер Багир Ли Гор в полный рост.

В плечах косая сажень, русые волосы зачёсаны назад. Упрямый подбородок с ямочкой говорит о характере. Чёткая линия губ и чувственный мужской рот наверняка подарят невероятный поцелуй.

У мужчины были сложены руки на груди. Рукава чёрной рубашки закатаны до локтей. Какие у него руки! Сильные, загорелые, с длинными пальцами.

Девочки! Какая женщина не мечтает, чтобы её обнимали и ласкали сильные мужские руки?

Длинные мускулистые ноги обтягивали узкие штаны, заправленные в высокие сапоги.

Сара чуть не закапала слюной портрет Алишера и убрала его в маленький мешочек, который играл роль дамской сумочки.

— Причёска готова, госпожа, — сказала Лейла и положила на туалетный столик перед Сарой два футляра, обтянутых шёлковой тканью. — Это подарок вашего жениха. Родовые драгоценности. И ещё он прислал сундук с большим подарком и записку. Ваш отец хотел посмотреть, что там, но поверенный жениха сказал, что только вы можете открыть это всё.

В комнату две служанки внесли резной сундук из чёрного дерева, расписанный золотой краской. И маленький тубус, в котором находилось письмо.

Поклонившись, девушки удалились.

— Оу! Как мило с его стороны, — улыбнулась Сара в предвкушении. — Я просто уверена, что Алишер не такой монстр, как все его описывают, Лейла. Видишь, даже подарки прислал!

Девушка вздрогнула, а Сара тихо рассмеялась.

— Лейла, он некромант. Работает со смертью, в прямом смысле этого слова. И представь, если бы про него говорили, что он душка! Это было бы смешно! У некроманта должна быть соответствующая репутация. Поверь мне, он наверняка нормальный мужчина.

Лейла сглотнула.

— Простите меня за то, что я вам скажу. Но… Вы очень изменились, госпожа. Я вас не узнаю…

Сара грустно улыбнулась и посмотрела на Лейлу в зеркало.

— Просто я видела сон, Лейла. Сон, в котором я была другой и в этом сне я жила другой жизнью… Сон изменил меня. Большего я тебе не скажу.

Лейла округлила глаза и упала перед ней на колени.

— Госпожа! Такой вы мне больше нравитесь! Умоляю, заберите меня с собой! Я не хочу оставаться в доме вашего отца!

Сара нахмурилась.

— А что ты так резко изменила своё решение? Ещё недавно ты не желала ехать со мной. — Сару посетила догадка. — Может, отец тебя завербовал? Э-э-эм… то есть перетянул тебя на свою сторону и дал приказ следить за мной и докладывать о каждом моём шаге?

Лейла побледнела, сглотнула и опустила глаза.

— Да, — призналась она. — Он сказал, что если я не поеду с вами и не буду докладывать о ваших отношениях с некромантом, то он разорит мою семью. Мать и так тянет на себе двоих братиков и ухаживает за больным отцом! И если хозяин отберёт у них дом, то они умрут! Госпожа! Что мне делать?!

Сару словно окунули в ледяную воду.

«Вот тебе и сказка, Леночка», — сказала она самой себе.

— Поднимись, Лейла.

Девушка, утирая слёзы, поднялась с колен и затравлено посмотрела на свою госпожу.

— Я не знаю, почему, но я не могу вам лгать, госпожа…

Сара посмотрела на Лейлу и обратилась к памяти Сары о клятвах. Раз здесь есть магия, то значит, имеют силу и клятвы.

Бинго! Такое и правда было. Только Сара, глупышка, никогда не интересовалась этим. Да и ладно, главное есть клятвы, а новая Сара выяснит всё о них и как правильно составлять.

— Хорошо, — кивнула Сара. — Я возьму тебя с собой, но с условием.

— Всё, что угодно госпожа! — горячо выпалила девушка и хотела было снова рухнуть на колени, но Сара ей не позволила.

— Ты дашь мне клятву, что не будешь обманывать меня и будешь мне полностью верна, Лейла. И будешь отправлять докладные моему отцу, которые мы будем составлять вместе.

Лейла захлопала глазами, но когда увидела хитрую улыбку своей госпожи, тоже радостно улыбнулась.

— Спасибо вам госпожа! Да хранит вас Богиня Адиза*!

(Адиза — могущественная Богиня любви. Покровительница женщин, детей. Отвечает за материнство. Светлая и добрая Богиня).

- Теперь давай посмотрим на подарок жениха, — потирая ладошки, нетерпеливо сказала Сара.

Она открыла первый футляр и обе девушки недоумённо замерли над ним, открыв рот.

— Ох! — выдохнула озадаченно Лейла.

— Это что, такая шутка? — не поняла Сара, разглядывая сомнительный подарок.

— Боюсь, что нет, госпожа. Футляры передал поверенный вашего жениха. Он сказал, что господин передаёт своей невесте родовые драгоценности, которые вы обязаны надеть на венчание.

Сара раскрыла второй футляр.

В первом футляре, на белой шёлковой подложке находилось колье.

Чёрные камни, в глубинах которых словно плыли вселенные. И рядом с чёрными были прозрачные камни, сверкающие как звёзды. Это было загадочно, завораживающе и красиво. Если бы не одно но…

Белый металл с чёрными и бесцветными бриллиантами образовали паука!

Во втором футляре находилось кольцо, серьги и браслет.

Догадались?

Тоже были паучки!

— Может у него паук — символ рода? — задумчиво произнесла Сара, вынимая кольцо и примеряя на правый безымянный пальчик.

Она поиграла длинными пальцами и, создалось впечатление, будто паучок зашевелил лапками.

Из памяти бывшей Сары, она узнала, что девушка боялась пауков. Но Сара была равнодушна к членистоногим и отвращения к ним не испытывала, впрочем как и любви.

— Эти драгоценности никак не подходят к моему свадебному платью! — сказала Сара. — Так, а что там в сундуке?

Девушки вдвоём отворили тяжёлую крышку. Лейла убрала упаковочную ткань, что прикрывала сверху содержимое сундука и вынула на поверхность платье.

Пышное. Очень даже красивое. Можно сказать — великолепное и фееричное!

ЧЁРНОЕ!

Сара подошла к туалетному столику и достала записку. Развернула плотную бумагу.

«Дорогая моя невеста! Прекрасная Сара!

Шлю в знак своей благосклонности и надежде на долгую, счастливую семейную жизнь подарки: родовые драгоценности и платье, которые вы обязаны надеть на свадебную церемонию.

Надеюсь, они понравятся вам.

Ваш жених и господин, Алишер Багир Ли Гор».

Ниже стояла размашистая и резкая роспись.

Между строк так и чувствовались раздражение, наглость и даже злость.

Сара вдруг заливисто рассмеялась.

«Похоже жених не рад невестушке!»

Ей вдруг стало очень весело.

«Значит, поиграть решил, женишок? Думал, напугаешь меня паучками и чёрным платьем?»

— Лейла! Срочно переодеваюсь в платье, что прислал жених!

— Но госпожа! Это немыслимо! Чёрный цвет принадлежит страхам и печали! Чёрный — это одеяние тьмы и смерти! Это знает каждый. Вам нельзя!

— Лейла, мой жених — некромант. Он служит тьме и смерти! Наоборот, мой образ будет сексуальным, я буду выглядеть ещё более очаровательной.

Платье было без бретелей, с пышной юбкой, расшитое мелкими прозрачными искрящимися на свету бусинками, словно песчинками. Серебряной нитью был расшит корсет. К платью прилагались длинные чёрные перчатки.

— Ваш отец будет недоволен, — расстроено сказала Лейла.

— Покажу ему бумажку от Алишера, — ответила с улыбкой Сара.

«Ну что же, дорогой Алишер. Скоро мы познакомимся поближе. Твоя чёрная невеста в предвкушении встречи!»

Глава 5

* * *

Мужчина со злорадной усмешкой на губах активировал артефакт связи, выглядевший как обычное настольное зеркало — невероятно дорогая вещь, которая по цене равна стоимости приличного поместья.

Такие артефакты были только у именитых магов, королей и их самых приближённых людей.

Алишер нашёл талантливого артефактора, который жил в жуткой нищете и сгинул бы, не случись в его деревне беда — стихийное пробуждение нежити.

Именно в эту деревеньку десять лет назад был отправлен Алишер для упокоения нежити. Именно там он и встретил молодого артефактора, который теперь работает на Корону и живёт в шикарном поместье, отделанный чуть-ли не золотом. Но, несмотря на его образ жизни и довольно паршивый вкус, артефактор по имени Скольд, был талантливым мастером своего дела. И как только маги пропустили этот самородок?

Скольд и Алишер дружат до сих пор. Скольд был благодарен некроманту за новую жизнь, и самые первые разработки всегда показывает ему, а бывает и дарит затейливые артефакты, которых нет ни у кого, даже у короля.

Но это другая история.

— Гарольд? — обратился Алишер, смотря на зеркало связи, которое транслировало всё в реальном времени.

— Мой, господин, — склонил голову поверенный некроманта, Гарольд, держа в руке малый артефакт связи.

— Ты передал невестушке мои «подарки»? — продолжая коварно улыбаться, спросил его Алишер.

— Да, мой господин. Всё передал, в том числе и ваши слова. — Ровным тоном ответил Гарольд.

— Отлично. — Алишер взглянул на время. — Свадьба через несколько часов. Вы всё подготовили? Дом для невесты, её спальню, гардероб, личных слуг?

— Мой господин может не сомневаться, всё сделано как вы приказали, — также чинно доложил Гарольд.

Алишер растянул губы в довольной улыбке.

— Позвольте сказать своё мнение, господин… — чуть дрогнувшим голосом, произнёс поверенный.

— Говори, — махнул ему рукой некромант.

— Всё-таки это свадьба, мой господин и девушке может быть неприятно, что вы не будете присутствовать на своей же свадьбе… Это неуважение к святым традициям… — Гарольд не договорил, некромант его резко перебил.

— Гарольд, не лезь не в своё дело! Просто выполняй свою работу. Это у тебя получается блестяще. — Некромант постучал длинными пальцами по лакированной столешнице своего рабочего стола и произнёс. — А невеста… Будет лучше для всех, если мы встретимся только один раз для продолжения рода. Гарольд, я выдал тебе распоряжение с личной подписью и печатью, что ты являешься представителем жениха и вправе за меня заключить брачный союз. Я уверен, невеста будет счастлива моему отсутствию.

— Простите мне мою дерзость, господин. Всё сделаю, как вы приказали.

Алишер кивнул и провёл ладонью по зеркалу-артефакту, заглушая его.

Вдруг тяжёлая резная дверь кабинета отворилась, и в помещение ворвался маленький ураган.

Мариям подбежала к отцу, а за ней нёсся чёрный котёнок, высунув длинный розовый язычок и смешно затормозил, перекувыркнувшись через голову.

— Папа! — воскликнула Мариям. — Я не хотела! Папочка, я больше так не буду!

— Что ты опять натворила, Мари? — строго спросил её отец, поднимаясь с кресла.

— Я всего-навсего вложила в заклинание немного Тьмы, совсем чуть-чуть, папа! Я хотела, чтобы неодушевлённый предмет не просто перемещался, но и стал «живым», как зомби, которых мы подчиняем. Я хотела поиграть! Но что-то пошло не так! И он убежал!

— Мари! — воскликнул рассерженный Алишер. — Я тебе сколько раз говорил, чтобы ты не обращалась к Тьме! Ты забыла правило?

— Нет, — надула губы девочка. — Я помню правило — Тьму призывать могут только достигшие зрелости некроманты. Но папа! Я всего капельку добавила!

— Мари! Тьме неважно, сколько её призывают — капельку, либо целый океан! Она — Тьма, в любом случае! Она могла завладеть тобой! Слава Тёмному Богу, что в тебе бежит сильная кровь Ли Горов! Будь ты слабее, она поглотила бы тебя! Моё терпение лопнет, и я заблокирую твою тёмную силу до совершеннолетия, Мари!

Мариям топнула ножкой, а потом подумала и обняла отца. Девочка отчаянно воскликнула:

— Папочка! Я больше так не буду, обещаю!

В кабинет ворвалась взъерошенная и напуганная нянька девочки и быстро поклонившись, затараторила:

— Моя госпожа! Мы не можем их найти! Они все ускакали!

— Так! Мари, «что» ты оживила?

— Табуретку…

— Табуретку? Ты призвала Тьму, чтобы оживить табуретку? — удивился Алишер и посмотрел на Урсулу. — Ты обязана следить за моей дочерью, чтобы она не натворила бед на свою голову, Урсула! Как ты посмела это допустить?

Урсула промолчала. Она была верна своей маленькой госпоже и не рассказала, что Мариям её обвела вокруг пальца.

Алишер не знал, что Мариям сотворила свой фантом, за которым осталась присматривать нянька, а сама убежала ставить эксперимент. Урсула обнаружила подмену слишком поздно.

— Значит, по замку бегает бесконтрольная табуретка, наполненная Тьмой, — произнёс мрачно Алишер и с сарказмом добавил: — Просто замечательно, Мари!

— Кхм, кхм… — кашлянула няня и посмотрела многозначительно на Мариям.

Девочка шаркнула ножкой.

— То есть, я хотела сказать, что это были несколько табуреток…

Брови Алишера взмыли вверх.

— Так, Мари, конкретнее, сколько?

Девочка вздохнула.

— Ладно, не табуретки я оживила, а стулья… Все стулья, что были в столовой. Я не смогла их удержать своей магией, и они разбежались…

Мариям развела руками.

Алишер прикрыл глаза рукой и покачал головой.

— Урсула, сколько в столовой стульев?

— Триста семьдесят четыре, мой господин… — ответила невозмутимо Урсула.

— Вы будете обе наказаны! — указал пальцем на няньку и свою дочь Алишер. — Наказание озвучу, когда поймаю все стулья! А сейчас марш в свою комнату и чтобы носа не показывали!

Урсула низко поклонилась. Мариям сложила пухлые ручки на груди и обижено посмотрела в спину своего отца, который размашистым шагом вышел из кабинета.

— Мррр… Мя-а-у-а-ррр… — нравоучительно произнёс на своём кошачьем Калюк.

* * *

— САРА! — фальцетом заорал перепуганный папочка, когда вошёл в спальню своей дочери и увидел её наряд. — Ты смерти моей хочешь? ЧТО НА ТЕБЕ НАДЕТО?!

Сара невозмутимо позволила Лейле надеть на свои плечи нарядную чёрную накидку и также невозмутимо протянула под нос папочке письмо жениха.

— Что это? — зло проорал Крэйн.

— Письмо Алишера. А на мне надеты его подарки, которые он приказал выгулять на нашей свадьбе.

Крэйн прочёл несколько раз письмо, шевеля толстыми губами. Выдохнул. Осмотрел ещё раз свою дочь покрасневшими глазами, то ли от гнева, то ли он провёл бессонную ночь в пылких объятиях служанки…

— У Алишера весьма… специфичный вкус, — уже спокойным тоном ответил Крэйн, но при этом нервно поправил шейный платок. — Но чтобы больше не было сюрпризов, ты поняла?

«Хм… Будто это от меня зависит», — подумала про себя Сара.

— Как скажешь, отец, как скажешь, — ответила Сара.

Крэйн кинул на столик письмо Алишера и сказал:

— Карета готова, спускайся.

— Конечно, — оскалилась Сара. — Только носик припудрю.

Когда Крэйн ушёл, Сара поинтересовалась у своей горничной:

— Лейла, я только сейчас сообразила, что мои вещи не собраны! Ведь по правилам, сразу после обручения я отправлюсь в замок Алишера, но моя одежда?

— Госпожа, вы поедите в дом своего жениха, точнее уже мужа только в этом. Ваш муж обязан обеспечить вас новым гардеробом, драгоценностями и другой мелочью. Но если захотите что-то дорогое сердцу взять с собой, то я могу прямо сейчас начать сборы, потому что назад мы уже не вернёмся.

«Как странно. Об этом в памяти бывшей Сары ничего нет. Очевидно, девушка не интересовалась брачными обрядами. Знала бы раньше, хоть посмотрела бы, что можно взять с собой. Но времени уже нет. Ладно, надеюсь, Алишер не поскупится на новые шмотки для своей жены?»

— Да нет, ничего не надо, — улыбнулась Сара. — Ты случайно не знаешь, сколько мы будем ехать потом до замка Алишера?

— Нисколько, — ответила Сара. — Ваш жених организовал портал, который после церемонии сразу же перенесёт вас в его владения. А если бы мы ехали простым способом на лошадях, то думаю, за месяц бы добрались.

Сару передёрнуло.

«Месяц в пути? Как же хорошо, что мой, почти уже муж, маг!»

* * *

Радостное известие, выпущенное на свободу о замужестве единственной дочери господина Крэйна Ширин Ли Холла, вызвало к жизни вполне резонный вопрос, так и не получивший внятного ответа: почему об этом событии оповестили так поздно? Но, тем не менее, близнаходящиеся соседи, прибыли на свадьбу. Они задавались вопросом, а прибудет ли Королевская Чета?

Хотя тут же находился ответ — если бы Король соизволил присутствовать, то об этом бы оповестили заранее.

Храм двух Богов — Светлой Богини Адизы и её супруга Тёмного Бога Марона выглядел весьма живописно, среди сочной зелени густых деревьев, на фоне изумрудной травы и пёстрого цветочного ковра на аккуратных клумбах.

Возле храма толпился народ — соседи в разноцветных и пышных нарядах, простой люд и попрошайки, которые были особенно рады сегодняшнему событию, так их доход за этот день составит как за целый месяц работы.

Представитель Алишера Багир Ли Гора, Гарольд, уже находился у алтаря и ожидал невесту своего Господина.

Мужчина нервничал. Он считал, что негоже так поступать с молодой девушкой, которая по слухам была весьма впечатлительной и пугливой особой. Но слово Господина для Гарольда — закон.

Также с Гарольдом прибыла и охрана некроманта, что ожидала на заднем дворе храма, где был расположен и переносной портал.

Неживые воины были облачены в чёрные плащи, скрывающие их тела и лица.

Прибыли три кареты.

Из первой кареты выскочили шустрые слуги и, растолкав народ, засыпали каменную тропинку белыми лепестками диких роз, начиная от позолоченной кареты до самого крыльца храма.

Отворили слуги дверцы второй кареты, из которой грузно выбрались двое мужчин — один постарше, другой младше. И было видно их сходство. То были отец и сын Ли Холлы.

Крэйн открыл дверь позолоченной кареты и протянул руку.

В его толстую ладонь опустилась тонкая изящная ручка, облачённая в чёрную шёлковую перчатку.

Сара изящно вышла из душной кареты и стоило ей показаться полностью, как толпа ахнула в ужасе.

— Чёрная невеста! — кто-то крикнул из толпы.

— Невеста смерти! — добавили ещё люди.

Стали раздаваться шепотки.

— Какая наглость!

— Это немыслимо!

— Боги за такое накажут!

— Чёрное платье на собственную свадьбу надеть! Невероятно!

— Она такая красивая!

— Да брось! Она страшна как сама смерть!

— Какая безвкусица!

Сара, высоко задрав подбородок с прямой спиной, под руку взяв отца, шла в храм двух Богов.

В самом храме на церемонии венчания могли находиться только жених с невестой, отец невесты и жрец.

Ей было плевать на мнение всех этих людей. Она их знать не знает и ей не крестить с ними детей.

Войдя в храм, Сара уже вовсю улыбалась. Ей нетерпелось увидеть красавчика-жениха воочию. Она желала подарить ему свою улыбку, кротко опустить глазки, похлопать кокетливо пушистыми ресничками, соблазнительно закусить пухлую губку, а потом ещё томно повздыхать…

Темнота храма озарилась светом тысячи свечей, позволяя свету прогнать мрак и явить лица брачующихся.

«Какого хрена?!» — про себя воскликнула Сара и замерла, не дойдя до алтаря.

Крэйн издал звук, похожий на кряканье и тоже остановился, недоумённо озираясь по сторонам, словно кого-то пытался найти.

У алтаря стоял низкорослый горбун, наряженный в традиционный костюм жениха — белый камзол и белые брюки, заправленные в кожаные и белые же сапоги. Горбун улыбался Саре щербатым ртом, заложив руки за спину.

Горбун вдруг низко и довольно изящно поклонился и произнёс:

— Приветствую вас, будущая Госпожа Сара Багир Ли Гор.

— Где Господин Алишер Багир Ли Гор? — вежливо поинтересовался у горбуна Крэйн.

— Господин прислал меня, своего представителя для заключения брака, Господин Ли Холл. Моё имя — Гарольд. Вот официальный документ моего Господина.

Гарольд вынул из внутреннего кармана, сложенный вчетверо тёмно-коричневый лист бумаги и протянул Крэйну, но его перехватила рассерженная Сара и быстро прочла.

«Гарольд, слуга Алишера Багир Ли Гора, наделяется полномочиями жениха от моего имени с Сарой Ширин Ли Холл, для заключения брака. Все действия, совершённые Гарольдом законны и мной одобрены, а точнее, он представляет на время церемонии венчания меня, Алишера Багир Ли Гора.

Дата, подпись.»

Крэйн зло засопел и вырвал из рук дочери письмо, став его читать.

Сара подошла к горбуну и процедила:

— Как он посмел не явиться на собственную свадьбу?

— Простите госпожа, не имею чести знать, — ответил Гарольд и поклонился девушке.

Она сузила глаза и хотела сказать всё, что думает о женихе и всей этой бредовой ситуации, как вмешался Крэйн.

— Сара, всё в порядке. Считай, что рядом с тобой стоит господин Алишер.

Жрец, что находился за алтарём, прокашлялся и спросил:

— Может уже начнём церемонию?

— Нет жениха — нет свадьбы! — зло воскликнула Сара.

* * *

— Сара! Откуда у тебя взялась эта дерзость? Твоя задача молча выполнить требование — выйти замуж! И неважно, кто у алтаря — сам жених или его законный представитель! — проревел побагровевший от злости и раздражения Крэйн.

Гарольд согласно закивал.

Сара в жгучей ярости уставилась на папочку, словно надеясь прожечь взглядом дырку в его черепе.

И тут же её взор зацепился за его шевелюру. И как она раньше не заметила, какой он плешивый!

Фу-у-у!

Она не могла отвести глаз от убогой поросли; с этими нелепыми пучками Крэйн был похож на стареющий кактус.

— Значит, так! — заявила Сара, наконец, собравшись с мыслями. — Вы, Гарольд, напоролись на две проблемы. Первая: я выйду замуж только за настоящего Алишера воплоти. И никакие представители меня не устраивают. Я дам согласие на брак только Алишеру! И вторая проблема: я уверена, что Королю такой финт некроманта не понравится. Шутка ли, наплевать на свою свадьбу, наплевать на нашу семью и самое главное, наплевать на решение Короля!

Она ткнула пальчиком в побелевшего горбуна и процедила:

— Будьте уверены, я доложу Королю об этой выходке вашего Господина и распишу во всех подробностях, какие унижения я испытала… Ох, нет-нет! Лучше я пожалуюсь Королеве!

Вот тут нервы сдали у папочки.

— Сара! Уймись! О Боги! Что с тобой стало? Гарольд, простите дерзость моей дочери… Сара! Не позорь меня!

Но ей было плевать, что там вякает папочка.

— Но я могу и не жаловаться, — улыбнулась коварно Сара, продолжая неотрывно смотреть на Гарольда. — При условии, что мы прямо сейчас отправимся к моему жениху и наконец-то сможем заключить брачный союз. Я ведь не отказываюсь от свадьбы, а наоборот всеми руками «За»!

Её тон был жёстким и не терпящим возражений.

— При всём уважении, Госпожа, но во владениях моего Господина нет священного храма двух Богов и жреца…

Сара невозмутимо пожала плечами.

— Не вижу проблемы. Жрец есть, вот он стоит перед нами — возьмём его с собой.

Она посмотрела на алтарь.

— Судя по всему, алтарь переносной. И его захватим.

— Кхм… — задумался Гарольд. — Господину это не понравится… Но ему ещё больше не понравится, если Король будет гневаться… А если ещё вмешается Королева…

— Извините, Господа. Но это невозможно! — воскликнул в возмущении жрец.

— Не волнуйтесь, мы доставим вас и ваш алтарь назад в целости и сохранности, — пояснил со всей учтивостью Гарольд.

— Если свадьба сорвётся, Сара — я тебя убью! Придушу собственными руками! — яростно процедил папочка.

Сара лишь возвела горе очи.

«Кишка у тебя тонка», — подумала она.

Тем временем, Гарольд убеждал жреца отправиться к некроманту. Жрец «убедился», когда пожертвование увеличилось до трёх мешочков золота.

Жрец довольно улыбнулся, позвал помощника и передал ему мешочки, наказав незамедлительно отдать деньги детям-сиротам и вдовам.

Затем жрец возвёл руки чашей вверх и нараспев произнёс:

— Воистину, двое любящих сердец должны быть соединены! Я слышу, как Боги благоволят этому союзу! И кто я такой, чтобы не выполнить волю Богов!

Он опустил руки и уже будничным тоном сказал:

— Нужно взять этот алтарь и можем отправляться.

Глава 6

* * *

Алишер хлопнул дверью подземелья, и начал спуск, удерживая в руках последний стул — самый хитрый и изворотливый.

Все остальные «ожившие» стулья находились в его лаборатории под замком и гремели в своих клетках, намереваясь выбраться, но безуспешно.

Его дочь невероятно гениальный некромант и маг. Она будет также сильна, как и сам Алишер, а возможно, когда-нибудь и превзойдёт его.

Мариям не просто наполнила стулья Тьмой и «оживила» их, но и внушила КАЖДОМУ стулу, что он какой-то определённый зверь.

Это высшая ступень в магии — внушить неодушевлённому предмету какой-то образ и «оживить» его, а здесь внушению подверглись три сотни стульев!

Алишеру и его слугам-зомби пришлось ловить по всему замку стулья, которые возомнили себя кто лошадью, кто змеёй, кто собакой, а кто-то даже птицей и, взобравшись на высоту, они прыгали вниз, размахивая, ставшими гибкими ножками.

Хорошо, что он вовремя запер все двери и окна, потому что ловить стулья вне замка было бы гораздо проблематичней.

Поймав все стулья, проблема на этом не была решена — Мариям сплела заклинание хоть и сложное, но в силу своей неопытности и спонтанности, скрутила его в хаотично-перемотанный клубок.

Можно заклятие сравнить с нитками. Например, вам нужно взять клубок ниток и размотать его в одну прямую линию, только проблема окажется в том, что этот клубок не просто спутан, но ещё и перевязан и завязан во многих местах крепкими узелками.

Именно так и выглядело заклинание Мариям. Чтобы снять заклятие со стульев и вернуть их в прежний вид — ему нужно распутать его, медленно, кропотливо, постигая дзен.

Но можно было пойти и лёгким путём — просто уничтожить все триста семьдесят четыре стула и приобрести новые. Но Алишер не был бы таким сильным некромантом, если бы всегда выбирал самый лёгкий путь и не задумывался над решениями проблемы.

Заперев в клетке последний стул, мужчина выдохнул.

Снова посмотрел магическим зрением на заклинание дочери и, покачав головой, решил пока его не распутывать, а понаблюдать до завтрашнего дня, что случится дальше со стульями.

Алишер наложил силовую магическую сеть на клетки, чтобы стулья наверняка не смогли выбраться и уже со спокойной душой направился наверх.

Стоило ему вернуться на поверхность, как к нему подошёл дворецкий и низко поклонившись, доложил:

— Прибыла ваша невеста со своим отцом, Господин. С ней Гарольд и жрец с алтарём.

Выражение лица Алишера осталось невозмутимым, хотя внутри него разгорелся настоящий негодующий пожар ярости и гнева.

«Что же ты Гарольд меня подводишь?» — мрачно и негодующе подумал некромант и направился встречать «ненаглядную».

* * *

Портал переместил всех за несколько минут.

Вроде ничего такого особенного не произошло — вошла Сара в мерцающую разрядами образованную маленькой коробочкой арку, прошлась по небольшой тропинке и вышла уже в назначенном месте.

Только после этого перехода девушку жутко замутило. Тошнота горьким комом подкатила к горлу, а в голове образовался «вертолёт» как это бывает после бурной пьянки.

— Ох… — простонала Сара, молясь, чтобы всё скорее прошло.

Сару уже ждал у портала Гарольд и двое охранников. Ещё двое вышли сразу за ней. Потом вышел из арки жрец и самым последним был Крэйн.

И судя по всему, неприятные последствия перехода испытывала только Сара.

Естественно, настроение это ей не прибавило.

Когда Сара более-менее «договорилась» с организмом и тошнота с головокружением чуть-чуть отступили, она огляделась.

Они находились в потрясающем месте. Такой красоты Сара никогда не видела!

Сара вспомнила вдруг строчки стихотворения из прошлой жизни:

На высокой скале, где на фоне небес

Дикой чашей разросся чернеющий лес,

Где среди тишины водопад лишь шумит,

Белый замок, как лебедь, над лесом парит.

Перед ней стоял величественный замок! Застывшие в камне бывшей Елены мечты, фантазии, любовь к средневековой мифологии воплотились в этом чарующем замке.

Белокаменный замок, изящный и стройный, украшенный многочисленными балконами с арками, бойницами, круглыми и островерхими башенками, узорчатыми окнами. Можно описать его как воздушный и парящей в воздухе кружевной и сказочный замок.

И не важно, что башенки были украшены статуями химер, горгулий, драконов, разинувшие зубастую пасть. Они вносили какой-то особый шарм этой сказке.

Сад тоже радовал глаз. Были высажены разнообразные розы — красные, жёлтые, белые, цвета утренней зари, даже нежно голубого цвета! Они были вьющиеся, стелящиеся по земле, просто кустики, отдельно выросшие цветы — невообразимо прекрасно! Настоящее буйство красок окружало замок. Благоухающий аромат хотелось вдыхать и вдыхать.

Так и не скажешь, что здесь живёт могущественный некромант, по слухам, поедающий младенцев.

Правда, был один момент, портивший всё сказочное впечатление: садовники, что скрупулёзно подстригали розы, были скелетами. Да-да, обычные бело-жёлтые скелетики, которые ловко держали костяными пальцами длинные ножницы, ножи и ещё какую-то дребедень.

Мало того, возле центрального входа в замок стояли стражи — такие же фигуры, закутанные в чёрные балахоны, как и те, что сопровождали Гарольда. Эти же фигуры Сара заметила и на балконах башен.

И вот, наконец-то она смогла лицезреть главную достопримечательность этого замка — самого Алишера!

Мужчина был что надо — высок, светловолос, хорош собой… не маловажно, богат и знатен. Лучше, чем на портрете.

Бог ты мой… какой взгляд! Сколько страсти в этих глазах, ярости и огненной лавы. Некромант смотрит прямо на Сару так, словно сейчас готов её придушить! Сомнений не осталось: это судьба.

Сара расплылась в счастливой улыбке, и чуть было не бросилась к суженому со словами: «Я вся ваша, Алишер! Я влюбилась в вас с первого взгляда!»

Нет, нет. Сначала Сара помотает ему нервы и отомстит за неявку на собственную свадьбу!

Но было Саре ясно одно: чтобы заарканить такого мужчину, как Алишер, ей понадобятся все силы.

Вся его сущность словно кричала о том, как ему неприятна женитьба и как он не рад видеть свою невесту здесь!

Сара кокетливо поправила выбившийся тёмный локон, покрутила чёрное кольцо в виде паука — демонстративно. Медленно погладила бриллиантовые лапки паучка. И дерзко оглядела с ног до головы своего жениха.

Тут же в её голове завертелись мысли.

Новое тело хоть молодо и свежо, но нужно ухаживать за собой ещё с юности! Это Сара поняла, будучи в прошлой жизни тридцатипятилетней женщиной. Завтра же она начнёт приём витамина С, отыщет витамин В12. Неплохо было бы заиметь золотистый загар… Ещё она прочитает местную литературу, чтобы блистать искромётными фразочками перед Алишером, а то в памяти бывшей Сары только одни заунывные молитвы всплывают, отчего сразу хочется утопиться… В общем, ничем нельзя пренебрегать, раз нужно быть на пике физической и интеллектуальной формы.

— Мой Господин! — низко поклонился горбун.

— Приветствую вас, Господин Алишер Багир Ли Гор, — подобострастно произнёс Крэйн. — Я очень рад лично с вами познакомиться и породниться!

— Не могу ответить взаимностью, — ледяным тоном произнёс Алишер, с брезгливостью разглядывая папочку Сары.

Крэйн крякнул.

«ВАУ! Сколько властного тона, харизмы, внутренней силы таится в этом потрясающем мужчине!» — восхищённо подумала Сара.

Энергия и изящество, готовое взорваться насилием. Именно так можно охарактеризовать его ауру.

Сара вздохнула и двинулась к Алишеру, точнёхонько по воображаемой линии, каблучок перед носком, запустив в действие одновременно бёдра и проект захвата Алишера Багир Ли Гора.

Она застыла в полушаге от жениха, что прожигал её ненавистным взглядом и произнесла:

— Негоже обижать женщину, — ласково произнесла Сара. — Но я готова простить вас, Алишер. Ведь я понимаю, что внезапная женитьба для нас обоих стала сюрпризом, но думаю, что мы сможем найти общий язык.

«И не поубивать друг друга», — мысленно добавила она.

— Алтарь и жрец здесь, — можем пожениться прямо сейчас. — Она понизила голос и вскинула брови — в самый раз, чтоб не сморщить лоб. И улыбнулась, ослепляя Алишера блеском своих…

— У вас что-то в зубах застряло, — произнёс Алишер всё тем же ледяным тоном, от которого всем окружающим хотелось грохнуться в обморок. Всем, кроме Сары.

«Боже правый!» — Сара провела языком по своим идеальным белым зубам.

— Приберегала на десерт, — парировала она вслух.

Алишер холодно улыбнулся.

У него появились ямочки на щеках, одна чуть выше другой. Слегка надколотый передний зуб (неудачно упал в детстве? подрался с зомби? открывал пиво? Эээ… последнее точно не для этого мира). Морщинка меж густых бровей, придающая ему вид философа среди мелко плавающих обывателей. Одежда на нём превосходная, соответствующая его статусу — рубашка была такой белой, что светилась в солнечных лучах. Свободного покроя, с пышными рукавами и узкими высокими манжетами.

А эти невероятные зелёные глаза… Два сверкающих тёмных изумруда. Одним словом, Алишер был настоящий падший ангел, порочный и дерзкий.

И вдруг, у Сары снова закружилась голова.

«В чём дело?» — пронеслась у неё мысль.

И её вырвало прямо Алишеру на сапоги.

Одно радовало — его сапоги были великолепной работы.

* * *

Однако на лице Алишера не отразилось даже тени брезгливости или растерянности. Он преспокойно шевельнул длинными пальцами и на глазах всех присутствующих содержимое желудка Сары исчезло.

— Напомните мне, чтобы в следующую нашу встречу я надел старые сапоги, — с леденящим душу спокойствием произнёс некромант.

— Прошу прощения, — вяло улыбнулась Сара. — Что-то меня затошнило после перехода.

— Такая реакция бывает с теми, кто проходит через портал впервые, — со знанием знатока произнёс жрец, который до этого молчал как мышка. — Хочу напомнить вам, Господа, что свадебную церемонию всё же необходимо провести. Или вы передумали?

— Не передумали!

— Свадьба будет.

Одновременно произнесли Алишер и Сара.

Крэйн облегчённо выдохнул. Папочка Сары находился в предобморочном состоянии. Он готов был незамедлительно прикопать свою дочь под каким-нибудь кустом с розами! Это же надо так опозориться!

— Где мы можем провести обряд? — деловито поинтересовался жрец.

— Прямо здесь, — ответил Алишер и добавил: — И давайте без прелюдии. Переходите сразу к самому процессу.

Горбун помог жрецу установить алтарь и отошёл в сторону к отцу Сары.

— Прошу вас встать напротив алтаря, — с улыбкой доброго дядюшки произнёс жрец.

Алишер и Сара встали, куда было велено.

Жрец зажёг две свечи на алтаре и, сложив руки чашей у груди, зашептал молитву «О двух Богах».

— Ох, забыла сказать вам спасибо за чудесный свадебный подарок, Алишер. Гарнитур великолепен, как и платье, — кокетливо прошептала жениху Сара.

— Признаюсь честно, я надеялся, что мои подарки повергнут вас в глубокий траур и безысходную тоску, — наконец произнёс он. — Кстати, вам идёт чёрный цвет.

Сара недовольно поморщилась.

— Ну да, возможно раньше я бы и разочаровалась, увидь столь необычный свадебный подарок от своего жениха, но… Но я буквально недавно пересмотрела свои взгляды на жизнь, — ответила она с полуулыбкой.

— То есть, вы непостоянны, — мрачно констатировал Алишер. — Весьма дурное качество для девушки.

— Отнюдь, — серьёзно ответила девушка. — Постоянней меня вы не сыщите на всём белом свете, Алишер. Я верна своим принципам и идеалам. И став вашей супругой, могу поклясться, что буду верной и преданной вам, и семье. Надеюсь, вы тоже.

— Хм, — ухмыльнулся некромант. — Вы женщины всегда бросаетесь высокими словами, и чаще всего они расходятся с делом. Так что не нужно клятв, моя дорогая. Жизнь всё покажет.

Сара сжала зубы.

— Впрочем, если вы меня не устроите как жена или начнёте вредить моей репутации, вас всегда будет ждать с распростёртыми объятиями монастырь. Вы ведь так мечтали посвятить свою жизнь служению Светлой Богини.

Сара нахмурилась и недобро взглянула на будущего мужа.

«А я точно хочу за него замуж?»

— Уверяю вас, когда узнаете меня лучше, вы поймёте, какое счастье вам досталось, — кокетливо произнесла шёпотом Сара. — И Светлой Богине будет достаточно моего счастья.

Алишер улыбнулся одними уголками губ.

— Будьте осторожны, Сара. Я не тот, с кем можно играть, а то вас ненароком может настигнуть страшная буря.

Сара рассмеялась.

— Родившись женщиной, нужно уметь выстоять в штормовую погоду, Алишер.

Мужчина не ответил и лишь задумчиво посмотрел на свою невесту.

«Откуда у молодой восемнадцатилетней девушки, которая всю жизнь интересовалась лишь священными писаниями и вышивкой, такие мысли? Откуда эта смелость и дерзость? Я не чувствую от неё страха, а чувствую лишь её любопытство и ярое восхищение мной! Так кто же ты такая, Сара Ширин Ли Холл? Бедная овечка или волчица в овечьей шкуре? И кто же повлиял на тебя? Или до меня довели неверную информацию о твоём характере? Но ничего, я всё выясню…»

— Соедините ваши руки! — прервал мысли Алишера жрец, который наконец-то закончил молиться и восхвалять Богов.

Алишер взял ладонь Сары, которая к его удивлению, переплела с ним пальцы.

У девушки на губах блуждала счастливая улыбка.

Они протянули руки вперёд, и жрец перевязал их алой лентой.

— Перед лицом двух Богов — Светлой Богини Адизы и Тёмного Бога Марона, заключается союз двух сердец, двух душ! Согласны ли вы соединить свои жизни, Алишер и Сара?

— Согласны, — ответили оба.

— Ваши судьбы соединяются! Отныне вы пойдёте по жизни рука об руку, разделите вместе счастье и печаль! Боги видят, как Сара и Алишер становятся мужем и женой.

Жрец взял чашу, наполненную водой, и полил на их связанные руки.

— Вода, освящённая в храме двух Богов, смывает с вас прежние связи и привязанности! А теперь, дайте друг другу клятвы!

Алишер посмотрел на Сару и хорошо поставленным голосом, но безэмоционально произнёс:

— Я, Алишер Багир Ли Гор, из древнего рода некромантов, в этот час… клянусь заботиться о тебе, Сара до тех пор, пока мы являемся супругами. Я выбрал тебя в жёны и клянусь, что буду верным мужем.

«Ни слова о любви!» — заметила Сара. — «Но о какой любви может идти речь, если он совершенно мне не рад! Но ничего, придёт время, и ты полюбишь меня, Алишер!»

— Я принимаю твою клятву и взамен прошу услышать мою. Перед лицом всех собравшихся, а также перед Богами, я клянусь любить тебя, Алишер, вечно. Клянусь, что нежность моя и верность моя никогда не разочаруют тебя. Я буду беречь наше счастье и сделаю всё возможное и невозможное, чтобы и ты полюбил меня. Обещаю быть тебе верной женой, прекрасным другом, первоклассной любовницей, хорошей хозяйкой и матерью наших детей. Пусть наше счастье крепнет день ото дня! — выпалила Сара и, не удержавшись, добавила: — И только смерть разлучит нас!

Алишер чуть ли не до хруста сжал её ладонь. Она поморщилась и даже услышала, как в негодовании заскрипели его зубы.

Неужели она сказала что-то не то?

— Клятвы приняты! Сара становится супругой Алишера, который даёт ей своё имя. Отныне ты — Сара Багир Ли Гор! Перед лицом Богов, объявляю вас мужем и женой!

Вдруг налетел сильный ветер, сверкнула молния, и раздался оглушительный гром.

— Боги услышали ваши клятвы, господа! — довольно произнёс жрец.

Он развязал красную ленту и ахнул.

Удивлённо на свою левую руку уставилась и Сара, впрочем, как Алишер на свою правую.

Запястье украшала чёрная растительная вязь, образующая полукруг. Если приглядеться, то можно было увидеть и символы на ней.

Сара посмотрела на татуировку мужа и поднесла к нему свою руку. Соединяя запястья, получался полноценный круг.

Но вдруг, татуировки начали исчезать, таять и вот, их уже не стало.

«И что это было?» — удивилась Сара.

— О, бездна! Кто тебя просил призывать в клятву Смерть? — натурально прорычал Алишер. — Ты понимаешь, что ты навеки связала нас? Смерть поставила на нас брачную печать!

— Да-а-а? — заинтересованно протянула Сара и улыбнулась мужу. — Так это же прекрасно!

Алишер зло выдохнул.

— Позвольте поздравить вас, Господин! Моя дочь будет прекрасной женой…

— Гарольд, верни её отца и жреца туда, откуда их притащил, — не дослушав новоявленного родственничка, резко сказал Алишер своему слуге.

Тот поклонился и кивнул охране, что подхватили за локотки начавшего возмущаться Крэйна.

— Но постойте, Господин Ли Гор! А как же откуп? По закону мне положен откуп за невесту!

Сара даже рот раскрыла от изумления.

Алишер оскалился.

— Вам заплатят десять тысяч золотых, Ли Холл и я вас никогда не увижу! Не надейтесь на родственные отношения!

Глазки Крэйна счастливо заблестели и он довольно улыбнулся.

— Я согласен, Господин! Будьте счастливы!

Его последние слова прозвучали глухо в захлопнувшемся портале.

«О, мой Бог! Лейла!» — со страхом вспомнила Сара. — «Нужно срочно поговорить о личной служанке с Алишером».

Но Сара не успела и слова сказать, как вдруг раздался звонкий детский голос:

— Папа! А кто эта тётя? Ты видел, какая была молния?! Вот было бы здорово её поймать!

За девочкой неслась запыхавшаяся пожилая женщина, которой дай в руки метлу, а на голову натяни чёрный колпак, получится настоящая ведьма.

— Мари! Я не разрешал тебе покидать свою комнату! Ты всё ещё наказана! — строго отозвался Алишер, подхватывая дочь на руки.

«ДОЧЬ?!»

«У НЕГО ЕСТЬ ДОЧЬ?!»

— Мари, познакомься, это Сара. Она моя… жена.

Глава 7

* * *

— Сара. Это моя дочь, Мариям, — представил их Алишер.

— Жена?! — воскликнула девочка, приложив ладошки к пухлым щёчкам. — А зачем нам жена, папа?

— Давай поговорим об этом позже, хорошо? — устало сказал Алишер. — Лучше иди и переоденься к обеду.

— Хорошо, — согласно кивнула Мариям и с любопытством посмотрела на Сару. — Красивая. А ты тоже некромант?

— Нет, — улыбнулась Сара. — У меня нет магии.

Девочка сложила губы уточкой.

— Жаль, а то бы мы с тобой поиграли.

Сара нервно рассмеялась.

«Поиграли? В зомби-Апокалипсис?»

— Я думаю для игр не обязательно быть некромантом, — сказала Сара.

Проходя мимо чинно выстроившейся шеренги слуг у парадного входа замка, Сара заставила себя улыбаться и кивать, а в ответ тоже получила поклоны и приседания. По сравнению с замком Алишера, дом, где жила Сара казался сельской хижиной.

Наконец, они вошли в парадный холл. Он оказался настолько огромным, что у Сары перехватило дыхание. Пронзённое высокими колоннами круглое пространство устремлялось ввысь, к светло-серому куполу, расписанному фресками с изображением различных сюжетов — были изображены летящие драконы, всадники на скакунах, двухглавые птицы…

Сквозь высокие витражные окна лился солнечный свет, причудливо отражаясь в мраморе колонн и пола.

На несколько минут Сара забыла о своём благоговейном восхищении замком, который превзошел все её ожидания. Но как только она вошла в гостиную, последовав за Алишером и его дочерью, это чувство снова вернулось. Гостиная оказалась такой же огромной, с высоким сводчатым потолком, и тоже щедро расписанным фресками и богато украшенным лепниной. Мебель поражала своей суровой элегантностью, а бархатные шторы цвета выдержанного вина создавали уют. Каменные стены скрывались под картинами в тяжёлых деревянных рамах. А в отполированный пол можно было смотреться как в зеркало.

— Как здесь красиво! — восхищённо высказалась Сара. — Алишер, у тебя потрясающий замок!

— Благодарю, — сухо ответил некромант.

— А моя комната самая красивая во всём замке! — воскликнула Мариям, обернувшись.

Сара ей улыбнулась.

— Не сомневаюсь.

Девочка хихикнула и последовала наверх по лестнице за своей няней.

— Мой господин, — вошёл в гостиную Гарольд и доложил: — Я вернул Господина Ли Холла в его владения и жреца обратно в храм.

— Хорошо, — кивнул Алишер. — Теперь сопроводи мою супругу в её новый дом.

— Как прикажете, — поклонился Гарольд.

Сара в непонимании захлопала глазами.

— Пройдёмте, Госпожа. Портал уже перенастроен…

— Что? Какой портал? Я что-то не поняла… Алишер?

Мужчина опустился в одно из кресел и произнёс:

— Что не понятного? Мы поженились, выполнили приказ Короля, так что теперь можешь уезжать. Для тебя приготовили хороший дом с личными слугами. Ты ни в чём не будешь нуждаться, Сара. Когда придёт время — я навещу тебя. Всё-таки, ребёнок сам по себе не появится.

— Знаешь, Алишер, будь у меня магия, я превратила бы тебя в старую сухую палку! — воскликнула Сара.

Некромант хрустнул пальцами.

— Забудь про свою фамильярность, Сара. Для тебя я Господин.

— Я твоя жена! И не собираюсь никуда уезжать! — не обратила она внимания на последний его приказ.

— Не собираюсь вступать с тобой в полемику, — отрезал Алишер. — Хочу, чтобы ты немедленно исчезла. Гарольд?

— Госпожа, пойдёмте. Не вынуждайте меня применять силу, — грустно произнёс горбун.

Сара усиленно начала думать.

Начать возмущаться и настаивать на своём? Она была уверена, что этим только разозлит некроманта.

Взять и как покорная овца выполнить его требование? Тоже не вариант.

— А как же наша первая брачная ночь? — ухватилась она за возникшую идею, как утопающий за соломинку.

Некромант удивлённо посмотрел на неё.

— И ты не боишься? Готова к консуммации? — усмехнулся Алишер.

Сара упрямо задрала подбородок и ответила:

— А может это ты не готов? Может тебе просто нечем похвастать?

«Ой, ду-у-ура-а-а! Зачем я это ляпнула?!»

Сара мысленно начала себя костерить. Но сказанного не вернёшь.

Зелёные глаза некроманта наполнились настоящей Тьмой, став полностью чёрными. Тьма поглотила белки его глаз.

Стены и пол в гостиной с трескающим звуком в одно мгновение покрылись ледяными кристаллами изморози.

Воздух стал потным и холодным.

Сара выдохнула облачко пара.

— Ты играешь с огнём, Сара… — произнёс некромант замогильным голосом. В его руках заклубился чёрный густой туман.

Сара сглотнула, ощущая накативший вдруг леденящий душу животный страх.

Гарольд упал на колени и прислонил голову к ледяному полу. Горбун дрожал то ли от страха, то ли от холода.

«Ой, мама!» — в панике подумала Сара. — «Как же страшно! Дура! Совсем забыла, что он не простой мужчина с Земли?! Он, мать твою, некромант! Как превратит меня сейчас в какую-нибудь образину!»

— Я пошутила, — пискнула Сара.

— Ай-я-яй… Плохая шутка, Сара. — Процедил Алишер, медленно направляясь к ней.

Сара вторила его шагам, отступая назад.

— Да ладно тебе… то есть вам, мой Господин… — хихикнула она, чувствуя как в душе зарождается паника. — Я ничего такого не имела ввиду… просто подумала… э-э-э…

— Что ты подумала? — наигранно ласково прошептал некромант.

— Да так, ничего… — прошептала она и, оглянувшись назад, увидела, что дверь, ведущая на выход из замка, открыта. Она снова посмотрела в его наполненные Тьмой глаза, на его злое лицо и, приготовившись бежать, немного осмелев, сказала: — В общем, хватит меня пугать!

Алишер рассмеялся.

— Ещё даже не начинал.

Сара резко подхватила платье и стрелой ринулась на выход.

* * *

Сара бежала изо всех сил, даже не чувствовала под собой твёрдую поверхность пола, так отчаянно она стремилась на выход. Только незадача, почему-то дверь всё не приближалась.

Сара посмотрела вниз, на свои ноги и шокировано выдохнула — она сучила ногами в воздухе, в прямом смысле этого слова.

Девушка опустила подол платья, прекратив демонстрировать мужу стройные ножки в чёрных чулках и сложив руки на груди, произнесла:

— Уже не убегаю.

Она тут же почувствовала под ногами пол. Спасибо муженьку, опустил её вниз аккуратно.

Сара медленно обернулась и столкнулась с уже нормальным Алишером. Тьма из его глаз исчезла, и злости тоже не наблюдалось.

Сара подарила мужу самую прекрасную улыбку из своего арсенала (зря что-ли целый день тренировалась перед зеркалом?) и, захлопав длинными ресничками, пропела:

— Простите меня, глупую… — она прикоснулась кончиками пальцев к его руке, той самой, где Смерть поставила брачную метку. Алишер руку не отдёрнул — хороший признак. Она легонечко его погладила и продолжила: — Не прогоняйте меня, мой Господин и Повелитель тёмных сил! Позвольте доказать вам, что я хорошая жена. Я не капризная и очень послушная. Правда-правда!

Алишер хмыкнул и, прищурившись с подозрительностью в тоне, сказал:

— Тебя отведут в твои покои, Сара. Накормят и начнут готовить к брачной ночи. А потом я решу, что с тобой делать дальше.

Саре захотелось вцепиться когтями в его зелёные глаза и выцарапать их.

«Чурбан! Да как он смеет? Перед ним такая девушка стоит! Чуть ли не лужицей растекается, а он ведёт себя как болван! Рррр… А может, он голубой? Да нееее…»

Но вместо этого, она продолжала счастливо улыбаться.

Алишер хлопнул в ладоши и тут же, откуда не возьмись, подошли две странные служанки.

— Отведите Госпожу в её покои. Подайте обед и приготовьте к брачной ночи. Сделайте всё, согласно традициям.

Служанки поклонились.

— Сара, это твои личные слуги, — пояснил Алишер.

— Пройдите за нами, — деревянным и безэмоциональным голосом сказала одна из служанок.

— Спасибо, мой Господин. Вы так великодушны, — с ужасающей приторностью в голосе сказала Сара.

Алишер кивнул.

Сара сделала небрежный книксен своему супругу и последовала за служанками.

Они поднимались на четвёртый этаж. И уже подходя к дверям её комнаты, Сара поняла, наконец, что в них было странного!

Служанки были зомби! Натуральные зомби!

«Чтоб тебе икалось целый месяц, Алишер!» — в негодовании подумала Сара.

На девушках отсутствовали следы разложения: не свисали куски мяса, глаза не вываливались из глазниц, но! Они обе имели серо-желтоватый оттенок кожи, движения были резковатыми и какими-то механическими, а самое главное они не моргали! В смысле у обеих были широко распахнуты глаза, которые ни разу не моргнули.

И эти монстрячки будут ей прислуживать?

Фу-у-у!

— Располагайтесь, Госпожа, — сказала тем же тоном одна из девушек-зомби. — Обед подадут через один час и три минуты.

— Э-э-э… простите за вопрос, а вы — зомби? — решилась выяснить своё предположение Сара.

— Да, Госпожа. Но вы не должны нас бояться. Мы не причиним вам вреда.

— Это радует. А ещё вопрос, повар, он тоже того? В смысле он тоже зомби? — с тлеющей, но всё-таки надеждой, что повар обычный человек, поинтересовалась она.

— Повара — люди, — обрадовала Сару вторая девушка-зомби.

— Это хорошо, — расплылась в улыбке Сара и наконец-то огляделась.

Да, комната, точнее несколько комнат были такими же прекрасными, как и весь замок.

— Гардероб скоро доставят, Госпожа. Вам нужно принять ванную. — Произнесла служанка-зомби.

— О, новый гардероб — это хорошо. Покажите мне будуар, я буду рада освежиться. И можно спросить, как вас зовут?

— Можно, — ответили одновременно девушки-зомби и замолчали.

Сара вздохнула и повторила вопрос:

— Как вас зовут?

И зомби ответили:

— Сара один.

— Сара два.

— Чё? — натурально обалдела Сара, выпучив на них глаза.

— Мы не понимаем вопроса, — сказали Сары.

— Ну, Алишер! — прорычала Сара и сказала: — Как вас звали при жизни?

— Не помним, — ответили девушки.

— Тогда я дам вам новые имена! Значит, ты, которая под номером один, будешь… Алией. А ты, под номером два, будешь Шери.

Зомби впервые моргнули и поклонились Саре.

Сара злобно хихикнула. То-то же.

— Помогите мне снять платье и приготовьте ванную.

— Ванную уже готовит Сара 3.

Сара скрипнула зубами.

«Кажется, кто-то очень хочет проверить мои нервы на прочность. Но ничего, Алишер, у меня тоже есть зубки, когти, но самое главное мозги!»

* * *

Вы, наверное, думаете что служанка, готовящая ванную Саре, оказалась тоже зомби?

Вы ошиблись.

Сара 3 оказалась скелетом.

У бедной Сары чуть инфаркт не случился. Одно дело наблюдать за скелетами издали, а совсем другое видеть оживший скелет вблизи со светящимися зелёным светом провалами глаз и скрипучим женским голосом!

Скелетина несколько раз предложила Саре сделать расслабляющий массаж и предлагала помочь помыться.

Сара от страха забыла переименовать скелет и приказала больше не прислуживать ей, но услышала в ответ, что это невозможно, так как скелетина получила приказ хозяина служить Госпоже Саре. Отныне скелетина будет помогать Саре со всеми банными делами.

Глянув на мраморную ванну, Сара подумала об утоплении. Об утоплении своего мужа. Затем решила, что водная смерть для него слишком милосердна. Хотелось бы чего-нибудь более эффектного.

Взяв лист бумаги, Сара сдула пену с пальцев и, ловко орудуя пером, набросала плюсы и минусы Алишера:

Сексуальная привлекательность? — Плюс.

Чувство юмора?

Сара взглянула на скелетину, которая статуей замерла возле ширмы, прикрывающая вход в будуар и написала:

Чёрный юмор. И нарисовала жирный минус.

Хорошо управляет магией? Разве это важно для неё? Ну да ладно. Плюс.

Надёжный? Сара поставила вопросительный знак.

У него имеется дочь. Сара поразмышляла и всё-таки поставила плюсик.

«Нужны свежие идеи. Брачная ночь на носу. И эта ночь жизненно важна для всей операции по захвату Алишера».

«Мне срочно нужна Лейла!» — подумала Сара. — «Но как же попросить и убедить Алишера, чтобы он обязательно согласился на её служанку?»

Сара приподняла вверх ножку. Внимательно оглядела её и печально вздохнув, подумала:

«Даже в этом мире не придумали надёжное средство для удаления волос, которое избавило бы от них раз и навсегда! А ещё магический мир… То же мне, маги.»

— Мне нужен крем для удаления волос, — обратилась она к скелетине.

Скелет, стуча костями по мраморному полу, подошёл к шкафу и выудил оттуда белую баночку. Протянул Саре.

— Спасибо, — сказала она, осторожно забирая баночку и стараясь не прикасаться к костям скелетины.

Всё-таки Лейлы ей очень не хватает. Она так чудесно массирует Саре голову.

После всех процедур Сара вновь отказалась от услужливой скелетины, когда выбиралась из ванной.

Немного порадовалась, когда увидела, что новый гардероб уже принесли и распаковкой сундуков и сундучков занялись Алия и Шери.

Также, слуги принесли потрясающе вкусные блюда на обед.

Когда с обедом было покончено, её служанки-зомби положили на кровать какое-то странное платье. Или это было не платье?

Сара подошла и, осмотрев сие безобразие, воскликнула:

— Мама родная! А платье поуродливее нельзя было найти? Это что?

— Это ритуальное ночное платье для первой брачной ночи, — ответила Шери. — Вы его обязаны надеть для встречи супруга.

Сара взяла двумя пальчиками этот кошмар и брезгливо его осмотрела.

Серый длинный балахон с необработанными по краям дырками для рук и головы был расшит чёрной нитью. По центру была вышита какая-то абстракция: квадрат, в центре квадрата было что-то изображено, похожее на комара.

— Это ещё что такое нарисовано? Насекомое? На брачном платье?

— Это ритуальное обозначение Тёмного Бога Марона, Госпожа.

«Что-то память Сары такого не припоминает», — озадачено подумала новая Сара.

Она отбросила платье и, отодвинув своих служанок-зомби, направилась в гардеробную.

«Интуиция мне подсказывает, что муженёк подготовил для меня ещё много сюрпризов», — мрачно подумала Сара.

* * *

Алишер активировал артефакт связи.

Мужчина был мрачнее самой смерти.

— Алишер! Дружище! Приветствую тебя! Правда, не скажу, что рад лицезреть твою некромантсткую физиономию, — с весёлыми нотками в голосе отозвался через артефакт собеседник.

Алишер криво улыбнулся и откинулся на спинку кресла.

— Перейду сразу к делу, Хассан, — ответил Алишер.

— Как интересно… — произнёс Хассан.

— Моя новая жена, Сара Ширин Ли Холл, совершенно не похожа на пугливую и глупую особу, как было о ней заявлено. Мне нужна полная информация о ней, Хас. Полное досье, начиная с рождения. Хочу знать, с кем общалась, где училась, какие у неё страхи и мечты, и самое главное, проверь, не была ли она замешана в магических влияниях. Думаю, ты меня понял и не нужно объяснять, как делать свою работу, Хас.

— Ты снова женился? Поздравляю… — сказал и осёкся Хас, так как увидел помрачневшее выражение лица некроманта. — То есть соболезную… Значит, Сара Ширин Ли Холл… Постараюсь за месяц управится, Али…

— Срок тебе неделя, Хассан и не днём больше, — резко сказал Алишер.

— Но дружище! Я не успею так быстро! — возмутился Хассан.

— Хас, тебе напомнить о секрете, о котором знаем только мы вдвоём…

Хассан нахмурился.

— Ты — умертвие, Хас, которое я наполнил своей магией и можно сказать, дал тебе жизнь. Если о тебе узнают, то развоплотят либо отдадут кому-нибудь в обыкновенные слуги с подчинением хозяину.

— Ну ты и поганец, Алишер! Я для тебя столько информации нарыл в своё время! — разгневался Хас.

— И именно поэтому я и сохранил твою независимость, не подчинив, как обычного зомби, — лениво ответил некромант.

Хас тяжело засопел.

— Хорошо. Я всё сделаю за неделю, Алишер, но с одним условием.

Алишер сощурил свои зелёные глаза и, наклонившись к зеркалу, холодно произнёс:

— Хас, я обращаюсь к тебе весьма и весьма редко. И ты не смеешь ставить мне условия. Просто выполни свою работу за неделю.

Хассан вздохнул.

— Тогда жди в гости через недельку, Алишер. И только попробуй не угостить меня любимым блюдом, от которого я без ума.

Алишер улыбнулся.

— Мозги будут ждать тебя, Хас. До встречи.

И Алишер тут же погасил экран зеркала-артефакта.

Хассан был когда-то человеком. Он был частным детективом — виртуозным детективом и даже гением сыска.

Хассан и Алишер сотрудничали давно, и однажды, Хассан попал в переделку, из которой выбрался со смертельными ранениями. Ему не суждено было спастись и он пришёл, точнее уже приполз к Алишеру, который не захотел терять такого нужного специалиста.

Некромант предложил сыщику выбор — либо безболезненная и быстрая смерть, либо стать умертвием, не привязанным ни к кому.

Хассан выбрал жизнь, правда, он всё равно умер. Но, тем не менее, он помнит всё о себе, чувствует, также думает и работает в частном сыске. Его гениальность и работоспособность не исчезли, может даже стали лучше.

Только рассказывать о том, что Хассан не человек больше, нельзя было. Алишер нарушил закон, дав умертвию, а точнее зомби свободу. И помимо этого напитал своей магией, отчего Хассан и не выглядит как зомби.

Алишера отвлёк от воспоминаний стук в дверь.

— Войди! — приказал он.

Вошёл его дворецкий.

— Господин! Обед подан! Госпожа Мариям уже ждёт вас!

— Иду, — ответил Алишер и направился в столовую.

Он вдруг подумал, что его жёнушка должна была уже познакомиться со своими служанками с оригинальными именами. А также должна была увидеть ритуальное платье для брачной ночи. Алишеру пришлось потрудиться, чтобы найти в архивах те древние традиции, которые века назад канули в лету и не использовались боле. Но этого его жене не обязательно знать.

Алишер посмотрел на свою руку, где он явно ощущал брачную метку и вздохнул.

Его целью было заставить свою жену невзлюбить его, бояться и всеми правдами и неправдами пожелать уехать из его замка в тот дом, что специально он купил для неё. Пусть там жила бы себе тихо-мирно и его не трогала. Он заделал бы ей ребёнка и забрал бы себе. Не жизнь у неё была бы, а сказка. Но глупой девчонке захотелось показать характер!

«Ничего, дорогая, я не желаю привязываться к женщине и ты скоро это поймёшь. Поймёшь, что я не принц. В моём сердце есть место только для одной, для моей Мариям».

* * *

Придётся немало потрудиться, чтобы выполнить данное обещание и принести счастье в этот дом, доставить удовольствие и… что там ещё было? — ах да, и быть хорошей женой.

А ещё сохранить верность супруга.

Сара перебирала гардероб, свирепея всё больше и больше, с каждой отброшенной вещью.

Алишер, сволочь некромантская завалил её шмотками! ОДИНАКОВЫМИ!

Все платья были одного фасона — полностью закрытые, как у монашки. И плевать, что ткани великолепного качества — они были чёрных и серых цветов, либо чёрные с серыми вставками!

— Это просто какой-то кошмар! — злилась Сара. — Что за детский сад? Чего он добивается?

Сара вернулась в комнату. И с маниакальным блеском в глазах осмотрела великолепной работы шторы, покрывало на кровати и, ткнув пальцем в служанку, сказала:

— Срочно принеси мне ножницы и нитки!

Шери деревянно поклонилась и покинула покои Сары.

— Ну что ж, Алишер, ты не на ту напал, — улыбнулась Сара. — Я буду играть в твою игру, но только по своим правилам!

Ей вдруг пришла в голову гениальная идея. Она заглянула в будуар. Критически оглядела замершею статуей скелетину и сказала ей:

— Думаю, тебе понравится ходить в платье, а не пугать меня обнажённым видом своих костей.

Глава 8

* * *

— Мари, тебе не кажется, что Калюку не место за нашим столом? — с упрёком произнёс Алишер.

Мариям взглянула на своего питомца, который сидел на очень высоком стуле, и с довольным урчанием поглощал свежие кусочки сырого мяса.

Она пожала плечами.

— Ты раньше не был против Калюка за столом, папа. Мне совсем не хочется, чтобы Калюк ел с пола. Он всё-таки особенный котик, он мой котик. Он мой друг, папа.

— Урсула, вы должны были объяснить Мари, почему животные за столом не могут находиться! Мари! Калюк — кот и должен знать своё место…

— Папа, а твоя жена? Почему она не пришла обедать с нами? Или ты её кормишь с пола? — воскликнула Мариям и швырнула ложку в суп, отчего брызги разлетелись в стороны, и попали на няньку Урсулу и на Алишера.

Калюк даже ухом не повёл. Его занимало тёплое и такое сочное мясо.

— Мари! Что за выходки? — рассердился Алишер и резко замолчал. Потом выдохнул и покачал головой. Эта женитьба выбила его из привычной колеи. Уже и срываться на дочери стал.

— Прости, родная. Конечно же, пусть Калюк будет с нами. Он член семьи и мой подарок тебе.

— Почему твоя жена не обедает с нами? — настаивала на своём Мариям. — И ты обещал про неё рассказать!

Алишер до хруста сжал столовые приборы в руках.

Его дочь непогодам сообразительна и умна. Она даже разговаривает не так, как это делают все обычные пятилетние дети, а выдаёт чётко сформулированные вопросы и всегда задаёт правильные вопросы.

Алишер расслабил тугой узел на шее и взглядом дал понять Урсуле, чтобы она удалилась.

Женщина даже поесть не успела. Урсула поклонилась Господам и вышла из столовой.

Мариям сидела нахохлившись и смотрела куда угодно, но только не на отца.

— Мари?

Девочка резко отвернула голову.

— Ты даже не поинтересовалась, что стало с теми стульями, которые ты же и оживила, — спокойным голосом сказал Алишер.

— Я уверена, ты их все переловил, — буркнула Мариям.

Алишер вновь вздохнул. А что же будет, когда его дочери исполнится пятнадцать? Бездна! У неё характер, как и у него самого!

— Хорошо. Раз обед не удался, то давай поговорим о моей жене, — на последнем слове Алишер немного скривился.

Мариям повернула к отцу голову и сказала:

— Почему ты не рассказал мне о ней раньше? Она теперь должна стать моей мамой? И почему не было свадьбы? А бал ты тоже устраивать не будешь?

Алишер мысленно придушил Сару, Короля и отца Сары, за то, что тот принимал участие в её рождении.

— Не рассказал, потому что сам узнал недавно и не знал, как ты воспримешь эту новость. Моя женитьба была приказом Короля, Мари. Не я выбирал себе невесту.

— Она тебе не нравится? — удивилась девочка. — Она красивая. И имя у неё красивое — Сара.

— Нет, она мне не нравится, Мари. Красота не является главной составляющей симпатии, — ответил Алишер. — А имя у неё обыкновенное, даже не запоминающееся. Твоё имя самое лучшее в мире, Мари.

Девочка расплылась в довольной улыбке и спросила дальше:

— А раз она тебе так не нравится, почему ты не сказал Королю об этом и не попросил себе другую жену?

Алишер глухо рассмеялся.

— Потому что, Сара не только из рода Ли Холлов, обычных людей, но по материнской линии относится к роду Ли Эстра, Мари. Когда-то этот род был очень силён в магическом плане, пока они не нарушили закон и не были лишены магии. Это было очень давно, Мари. В роду матери Сары рождались всегда некроманты. Король ищет для своих магов подходящих партнёров, с сильными предками, надеясь, что дети от таких союзов родятся очень сильными магами. Некромантов мало, Мари и Король переживает, что если вдруг нас не станет, то кто же будет бороться с нежитью?

Мари округлила глаза.

— Ребёнок, что у вас родиться будет сильным магом? Тоже некромантом, как и мы с тобой?

— Не факт, Мари. Идея Короля абсурдна, но он зациклен на ней и пока он не убедится, что это провальная затея, его не переубедить.

— Но ты ведь меня не перестанешь любить, да? Даже если ваш ребёнок будет сильнее меня магически? — всхлипнула вдруг Мариям.

Алишер подскочил со стула и в два шага оказался возле своей дочери, и опустился перед ней.

— Дорогая моя, ты — моя душа и любимая дочь. Я всегда буду любить тебя, Мари и не важно, сколько детей у меня будет и какими они буду магами.

— Правда? — улыбнулась она.

— Могу дать клятву Смерти, — серьёзно сказал Алишер.

— Я тебе верю, папа, — сказала Мариям и крепко обняла отца за шею. Чмокнула его в щёку и, оторвавшись от него, серьёзным тоном сказала: — Тогда я заказываю братика!

— Му-а-о-а-р-р-р-р! — воскликнул Калюк, сыто откинувшись на своём стуле.

* * *

— Госпожа, вы занялись хорошим делом. Рукоделие успокаивает, — сказала деревянным тоном Алия.

Сара отрезала нитку и посмотрела на сотворённую красоту. Уроки кройки и шитья не прошли даром, а способность бывшей Сары виртуозно владеть швейной иглой осталась в этом теле.

— Пришло время дать вам инструкции, Госпожа. Как и приказал Хозяин, — подала голос Шери.

— Какие ещё инструкции? — повернулась Сара в сторону зомби-прислуги.

— За три часа до брачной ночи, мы обязаны рассказать вам, что нужно делать в первую ночь с мужчиной, — ответила Шери.

Сара замерла с гигантскими и тяжёлыми ножницами в руках. Всем корпусом повернулась к ним.

— Как интересно, — широко улыбнулась она. — Ну-ка, просветите меня, девочки. Что же я должна делать с мужчиной? Особенно интересно, что эти инструкции дал Алишер!

— Священный обряд единения супругов пройдёт на алтаре Тёмного Бога, что стоит в подвале замка, — монотонно и сухо произнесла Алия.

Сара от недоумения даже рот раскрыла.

— В подвале замка? Это шутка такая?

— Никак нет, Госпожа, — ответила Шери.

— Всегда мечтала быть с мужчиной в подвале, — недовольно буркнула она.

«Что же ты так противишься мне, Алишер? Кто тебя так обидел? Может, бывшая жена?»

— Вы должны будете лечь на алтарь в ритуальном одеянии. Когда вы ляжете, то должны поднять вверх платье и укрыть им своё лицо. Весь процесс единения вы не должны двигаться и не должны издавать ни звука, пока ваш супруг не закончит своё дело.

Сара расхохоталась.

«Ну, Алишер и шутник!»

— А почему я должна укрыть платьем своё лицо? Я же не уродина! — сквозь смех спросила Сара.

— Ваш муж должен быть сосредоточен на том, чтобы его семя в первую ночь дало жизнь, — ответила Шери.

— Ага, а если он посмотрит на меня, то его сперматозоиды упадут в обморок от моей красоты? — хохотала Сара.

— Не могу знать, Госпожа, — сказала Шери.

— А шевелиться-то, почему нельзя? — уже всхлипывала она.

— В покое ваше тело примет семя супруга…

— АХАХАХА!

Сара ухватилась за живот, она хохотала громко, пока не началась икота.

— Кто, ик… автор сего… бреда, ик? — спросила Сара своих зомби-служанок.

— Хозяин не сказал нам, Госпожа. Только перечислил правила.

— Понятно, ик…

Она выпила целый кувшин воды и с кровожадной улыбкой сказала:

— Давайте-ка снарядим меня в брачное одеяние!

— Но Госпожа! Вы испортили брачное платье! — с небольшой эмоцией в голосе воскликнула Шери.

— Конечно! — кивнула она. — Ещё не хватало предстать мне перед мужчиной в этом убожестве. То ли дело этот наряд…

Сара любовно провела рукой по самодельному костюму и, скинув с себя шёлковый чёрный халат, начала примерять дело рук своих.

«Что ж, Алишер. Ты готовил для меня незабываемую ночь любви, а я сделаю так, что незабываемой она станет для тебя».

* * *

Алишер Багир Ли Гор, стоял у распахнутого окна, глядя на темнеющее небо. Открывавшийся вид, был поистине великолепен: бесконечные зелёные лужайки и газоны, тщательно ухоженные его скелетами-садовниками, густые заросли розовых кустов, бесподобный аромат цветов, длинный и извилистый подъездной путь. А вдали — высокие холмы и дубовые рощи в роскошном убранстве уходящего лета. Но некроманта ничего не радовало. Скривив крепко сжатые губы, он выругался:

— Бездна!

Он произнёс это слово с большим чувством и в ту же секунду яростно стукнул по стене.

А потом начал шагать взад и вперёд.

Некромант был одет, как обычно, в плотно облегающие брюки, высокие чёрные сапоги и белую шёлковую рубашку, расстегнутую до середины груди. В каждом движении мужчины ощущалась огромная сила и едва сдерживаемая энергия; он чем то напоминал хищного зверя, готового к смертоносной атаке. Чуть приостановившись, он посмотрел на портрет, который небрежно лежал на его столе. Это был маленький дорожный портрет его новоиспечённой жены, Сары.

Он испытал мальчишеское желание скинуть портрет на пол и растоптать его. Но от этого жена не исчезла бы. Как жаль.

Жена.

Алишер подошёл к окну и запустил пальцы в свои растрёпанные волосы — невероятно густые и светлые, настолько роскошные, что в лучах солнца они светились золотом.

Видит Тёмный Бог, некромант был слишком занят своими делами, чтобы изображать из себя няньку для этой глупой девицы. А то, что Сара глупа, он не сомневался. Его жизнь была рассчитана по минутам, и ему совсем не хотелось, чтобы жёнушка вносила в неё путаницу. Близилась осень, время, когда земля особо сильна, перед тем, как заснуть на всю зиму. И ещё, ровно через неделю, ему пора было отправляться в столицу вместе с дочерью, на ярмарку. Он обещал Мари. А его вороной жеребец, в следующем месяце должен участвовать в скачках, и, бездна! Алишер не собирался пропускать это событие.

Некромант снова выругался.

— Бездна! Проведу с тобой эту ночь и запихну в Горскальд, — мрачно решил он. — Может быть, забеременеешь в первую ночь и будешь занята только собой.

(Горскальд — маленькое имение некроманта, состоящее из двухэтажного домика, отдельных построек (конюшни, курятник, коровник и т. д.). Именно сюда он намеревался «сплавить» свою жену).

О любви Алишер и не мечтал. Какая любовь? Любовь — это яд. Она хуже смерти. Алишер помнит, как страдал его отец от предательства матери. Как он угасал и не хотел жить. А его мать, проклятая женщина лишь смеялась над его слабостью. Когда-то великий и сильный мужчина, грозный некромант, его отец стал жертвой любви. Женщины приносят одно зло. Он никогда не будет никого любить. Никого, кроме своей дочери. Единственная отрада и его счастье. А женщины пусть катятся в бездну! Лицемерные гадюки. Вот кто они. И в этом Алишер убедился за свою жизнь, начиная с матери. Бесчисленное количество любовниц, его первая жена… Никто его не любил. И он никого не любил и не полюбит. Если это произойдёт, то лучше сразу вырвать себе сердце!

Алишер мрачно улыбнулся своим мыслям и в последний раз, взглянув на портрет своей жены, бросил его в горящий камин.

Мужчина направился в подвал.

Он надеялся, что жёнушка находится в обмороке.

— Всё готово? — спросил он Гарольда, своего верного слугу.

— Да, мой Господин. Антураж навели такой, что мне самому стало страшно там находиться, — доложил горбун.

— Прекрасно, — оскалился некромант.

Он спустился вниз и отворил тяжёлую дверь, входя внутрь помещения и замер.

«Это ещё что такое?!»

— Добрый вечер, мой супруг и мой Господин, — пропел томный женский голосок, от которого у Алишера по телу прошла дрожь.

* * *

— Туда точно никто не войдёт? — спросила Сара.

— Уверяю вас, Госпожа. Никто не войдёт. Приготовления все завершены, и мы обязаны привести вас заранее. После того, как вы окажетесь внутри, никто кроме вашего супруга войти в помещение не смеет.

— Супер! Э-э-э… то есть, это великолепная новость! Шери, найди лепестки роз и свечи. Много свечей, — дала распоряжение Сара.

— Слушаюсь, Госпожа.

— Алия, ты неси в подвал вино и фрукты. Можно и закусок каких-нибудь.

— Будет сделано, Госпожа.

— Отлично. Делайте. Я вас жду здесь.

Зомби-служанки удалились, а Сара принялась наводить марафет, подпевая себе под нос песню из прошлой жизни.

— Я в глаза твои, как в зеркало смотрюсь,

Отраженье потерять своё боюсь.

Не хочу, чтоб ты лишь гостем был,

В сумраке ночей, и судьбе моей.

Я люблю тебя, как любят в жизни раз,

Словно солнца в мире не было до нас.

От забот и мелких ссор ты меня увёл,

И ключи от счастья для меня нашёл.

Для меня нашёл.

Любовь, похожая на сон,

Сердец хрустальный перезвон,

Твое волшебное "люблю",

Я тихим эхом повторю.

Любовь, похожая на сон,

Счастливым сделала мой дом,

Но вопреки законам сна,

Пускай не кончится она…

(А. Пугачёва, «Любовь, похожая на сон»).

— Ах, у меня волшебный голос, — улыбнулась сама себе Сара.

В прошлой жизни её пение звучало ужасно, словно коту хвост отдавили, а сейчас у неё голосок мелодичный, звонкий, чистый. Красота! Да в такую не влюбиться просто невозможно!

— Госпожа, позвольте сделать вам причёску…

— А-а-а! — воскликнула от неожиданности Сара. — Никогда не подкрадывайся ко мне! Слышишь? Напугала до чёртиков!

Скелетина стояла рядом, чинно сложив ручки впереди себя.

— Простите, Госпожа.

Сара сделала глоток воды, успокаиваясь.

— Ты умеешь делать причёски?

— Да, Госпожа.

Сара с сомнением посмотрела на костлявые длинные пальцы скелетины, потом потрогала свои густые и длинные волосы и поняла, что сама себе сможет только косичку заплести.

— Ладно, — согласилась она с тяжёлым сердцем. — Только прошу тебя, не оставь меня без волос. У меня всё-таки брачная ночь на носу.

— Госпожа, не волнуйтесь, — произнесла скелетина.

— Кстати, я не дала тебе имя. Будешь… — Сара закусила пальчик и просияла. — А чего долго думать? Будешь Тиной! Тина, тебе нравится?

— Как скажете, Госпожа.

— Ну и ладно, — ответила Сара, рассмеявшись.

Скелетина прикоснулась длинными костяшками к её волосам, и они вдруг замелькали в воздухе, вокруг её головы со скоростью света.

Сара даже забыла, как дышать.

Но не прошло и двух минут, как Тина произнесла, делая шаг назад:

— Причёска готова, Госпожа.

— Да я вижу, — задумчиво произнесла девушка, разглядывая причёску. — Тина — ты настоящий талант, невероятная находка!

— Благодарю вас, Госпожа.

— Мне очень нравится, — расплылась Сара в улыбке. — За тебя я Алишера поцелую.

Скелетина по имени Тина действительно сотворила что-то невероятное. Причёска не была громоздкой. Она была лёгкой и элегантной. Несколько локонов спускались по оголённой спине. Причёска идеально подходила к её образу — роковой соблазнительницы.

— Сюда можно прикрепить и вот эту заколку, — Сара расправила чёрный шёлк заколки и довольно улыбнулась. — Невероятно роскошно. Что скажешь, Тина?

— Вы невероятно роскошны, Госпожа, — повторила Тина.

Сара подошла к зеркалу во весь рост, рассмотрела придирчиво себя и потом обула туфельки. Теперь весь образ был полностью готов.

Из зеркала на неё смотрела не Сара, и не Елена. Это была незнакомка — чарующая, яркая, соблазнительная. Такая не будет надувать губки, стрелять глазками и падать в обморок для того, чтобы получить желаемое. Такая женщина сама всё возьмёт! Необузданная, дикая, жестокая женщина-стихия! И вместе с тем талантливая, притягательная, чувственная и сильная.

— Алишер, ты круто попал…

* * *

— Впрочем я так и представляла, что Алишер сотворит что-то в таком духе, — сказала Сара, осматривая комнату, расположенную в подвале.

Сам алтарь выглядел как обычный прямоугольный гигантских размеров гроб с крышкой.

Она довольно быстро вместе с зомби-служанками убрала разбросанные кости, смели паутину.

Черепа они свалили в одну кучу, отчего образовалась приличная горка, как на картине В. В. Верещагина «Апофеоз войны». Даже трупики летучих мышей подвешенных на нитях над этой горкой смотрелись весьма символично.

Потом Сара расставила свечи и раскидала по полу лепестки роз.

— А скажи мне, Шери. Где ты так быстро достала лепестки роз? — поинтересовалась Сара, щедро посыпая ими каменный пол.

— Нарвала в саду, Госпожа, — невозмутимо ответила Шери.

Сара замерла.

— В саду? — ей стало на мгновение дурно. — Что ж ты их не нашла в другом месте?

— Вы не дали точных указаний, Госпожа. Самым быстрым способом достать лепестки, был сад с розами Хозяина.

— Этот самый Хозяин надеюсь, нас не прибьёт… — пискнула Сара. — Скажи, ты же не все розы истребила, судя по количеству лепестков.

— Нет, не все, Госпожа. Я собрала только с тех роз, которые завтра бы уже потеряли свои лепестки.

— Фу-ух, — облегчённо выдохнула Сара. — Успокоила.

Когда приготовления были завершены, Сара отправила служанок обратно. Сама она постелила на каменный алтарь мягкое одеяло, которое предусмотрительно взяла с собой.

Цистит она подхватить уж точно не желает!

Разлила вино по бокалам и принялась ждать.

Ждать пришлось не долго.

Дверь со скрипом отворилась, являя Алишера во всей красе.

— Добрый вечер, мой супруг и мой Господин, — произнесла Сара, вкладывая в голос всю свою чувственность и желание.

Она плавно спустилась с алтаря и подхватив бокалы с вином, лёгкой походкой от бедра, медленно направилась к мужу.

Сара специально шла медленно, позволяя его жадному взгляду рассмотреть её всю.

Начиная с чёрного корсета с фиолетовыми вставками, который великолепно приподнимал упругую и высокую грудь. Кружевные трусики-панталоны могли вскружить голову кому угодно! Панталончики едва прикрывала короткая полупрозрачная юбка, из чёрного тюля. Длинные стройные ноги были облачены в чёрные чулки на шёлковых подвязках. Каблучок визуально делал точёные ножки ещё изящней и соблазнительней.

Сара протянула обалдевшему некроманту бокал вина. Он машинально взял его, не сводя с неё глаз.

Сара удовлетворённо улыбнулась и пригубила вино.

— Ммм… вкусно. Попробуйте, мой Господин…

Некромант мотнул головой и поставил нетронутый бокал на выступ в стене.

— Ты почему не в ритуальном платье?! — прорычал он. — Во что ты превратила обитель Тёмного Бога?! Розы? Это что, мои розы?

Сара нервно сглотнула, но быстро взяла себя в руки.

Она улыбнулась и подошла очень близко к этому невозможному мужчине.

— Я старалась сделать так, чтобы наша первая ночь была незабываемой и хотела подарить наслаждение нам обоим… Предыдущее оформление не очень этому способствовало…

— Прекрати! — прошипел Алишер. — Ты должна была лежать в ритуальном платье и сделать всё по инструкции!

Сара хохотнула.

— Кстати, инструкция меня насмешила. Вы сами придумали или кто подсказал? — она тоже начала злиться.

Ноздри некроманта затрепетали. Он ухватил её за плечи, больно стиснув.

— Откуда ты только взялась на мою голову? — процедил Алишер прямо ей в лицо, обдавая тёплым дыханием. — Твои уловки ни к чему, Сара. Ты мне не нравишься.

— А что вам, собственно, не нравится во мне? — поинтересовалась Сара, приблизив близко-близко к его губам свои губы. Ещё миллиметр и они соприкоснуться.

Алишер резко выпрямился и отпустил её.

— А что в тебе может нравиться, Сара? — бросил он. — Ты понятия не имеешь, что значит быть женой некроманта. Я не понимаю, зачем ты стараешься мне понравиться. Уехала бы в поместье и жила бы там спокойно. Меня бы не видела и не слышала.

— Позволь возразить и объяснить, Алишер, — попросила Сара, снова начав обращаться к нему на «ты».

Алишер подошёл к неровной стене, прислонился к ней спиной и сложил руки на груди:

— Я тебя слушаю.

Глубоко вздохнув, она начала говорить.

— Это я не понимаю, зачем ты стараешься меня запугать и унизить. Ты даже ни малейшего шанса не даёшь показать, какая я на самом деле. Я хочу стать тебе хорошей женой, Алишер. Я буду помогать тебе во всём. Я стану тебе не только женой, но и хорошим другом. Но для этого нужно всего лишь одно. Чтобы ты подпустил меня к себе. Алишер, мы теперь связаны… самой Смертью. Я хочу стать счастливой, Алишер. И сделать счастливой тебя, твою дочь. Хочу, чтобы у нас сложилась настоящая семья. Я хочу родить тебе детей…

На его красивом лице не дрогнул ни один мускул.

На её глазах заблестели слёзы.

— Это всё? — спросил некромант сквозь зубы.

— Думаю, да, — ответила Сара. — Теперь ты видишь, я откровенна с тобой, Алишер. Я уверена в том, что нужна тебе. Я чувствую…

— Ты чувствуешь, — сказал он, отойдя от стены и направляясь к ней. — Ты решила. Ты, и только ты! Вот что я слышу из твоих уст! Тебе не дают покоя какие-то романтические бредни обо мне! Ты меня не знаешь, Сара. Ничего не знаешь о моей жизни.

Алишер свирепо уставился на неё.

— Ты втемяшила себе в голову, что нужна мне. — Последние слова Алишер произнёс с изрядной долей насмешки.

Подойдя еще ближе, он так низко навис над ней, что она даже отпрянула назад.

— Ты глупая девчонка! А мне нужна жена, которая занялась бы моим замком, моими детьми, стояла за моей спиной, делясь своими силами, когда мне трудно. Если бы мне понадобилась пустоголовая маленькая финтифлюшка вроде тебя, далеко ходить мне не пришлось бы. Таких, как ты, Сара, не меньше, чем сама Вечность. Мне не нужна милашка в постели. Мне нужна Жена! Настоящая женщина! Но такой нет ни на одном белом свете! Потому что вы женщины, умеете только красиво говорить и соблазнять мужчин, а в трудные минуты жизни предаёте и покидаете! — выпалив всё это на одном дыхании, он повернулся и решительно, зашагал обратно на выход.

У двери остановился и процедил:

— Ты не впечатлила меня, Сара. И я принял решение — завтра ты отправляешься в Горскальд. Брачная ночь свершится, когда у меня будет на то настроение.

Растерянно моргая, Сара стояла, совершенно сбитая с толку. Одёрнула на себе корсет, как будто это могло придать ей мужества.

«Он псих!» — подумала она и кинулась вдогонку за Алишером.

Несмотря на то что он шёл очень быстро и его не так-то просто было догнать, особенно в туфельках, Саре это удалось.

Она нахально перегородила ему дорогу, выставив руки в стороны, словно готовилась ловить его:

— Не знаю, почему ты так убеждён в том, будто тебе всё обо мне известно! Это не так, Алишер! Я…

— Сара, я изучил твой образ жизни, начиная с рождения от и до! Ты ничего не умеешь, кроме как вышивать и молиться Светлой Богини! Ты мне не подходишь, как женщина. Но волею Короля мы теперь связаны. Так тому и быть. Но вмешиваться в свою жизнь я тебе не позволю. Твоя задача — рожать детей и жить вдали от меня. Рядом ты только раздражаешь меня.

Он собирался обойти её, но Сара вцепилась в его руку, останавливая.

— Ты так говоришь, будто я собираюсь исковеркать тебе жизнь! Я собиралась…

— Что? — глаза Алишера метали молнии. — Что ты собиралась сделать?

Он отодвинул её в сторону и быстро стал уходить.

Не желая сдаваться, Сара вновь нагнала мужа и забежала вперёд, встала перед ним:

— Я тебе понравилась! Я это точно знаю, Алишер. И меня дико раздражает, что ты не даёшь мне не единого шанса. Почему? Чего ты боишься? Может ты боишься, что я окажусь хорошей женой и ты полюбишь меня?

Его лицо исказилось в гневе.

— Да! Я права Алишер. Ты боишься полюбить. Но ведь, Любовь и Судьба две подруги и они очень коварные дамы. Чем больше ты их избегаешь, тем быстрее они тебя настигнут. Позволь показать мне, какая я на самом деле, Алишер. Не отталкивай меня. То, что ты читал обо мне — это… не совсем правда. Мне пришлось… э-э-эм, делать вид, что я такая глупенькая. На самом деле, я совершенно другая. Прошу тебя… Прошу, мой Господин.

Внезапно лицо Алишера утратило своё злобное выражение. Похоже было, что последняя тирада Сары показалась ему почти забавной.

— Неужели ты предполагала, что, когда мы встретимся, я буду совершенно ослеплён твоей красотой и не замечу очевидного: ты годишься только на то, чтобы целыми днями просиживать в гостиной и сплетничать с такими же глупыми подружками! Неужели ты думала, что, когда я окажусь в плену твоей красоты, то забуду обо всём на свете, кроме моего неистового желания делить с тобой постель каждую ночь?

— Нет, — мягко возразила Сара и погладила его по руке. — Я вовсе так не думала, Алишер. Я считала…

Его глаза снова стали метать молнии:

— Мне надоело пустословие! Я дам тебе ровно неделю, Сара. Ровно неделя, чтобы я тебе поверил.

И он оставил её стоять там, где она была, а сам пошёл прочь.

«А как же наша брачная ночь?» — подумала Сара. — «И что с тобой не так, Алишер?»

Глава 9

* * *

— Господин, я прибыл к вам с новостями, — поклонился мужчина с невероятной внешностью — такой красоте могла позавидовать любая девушка.

Мужчина был невысок и строен. Длинные чёрные волосы, в которых плясали блики от огня, шёлковым покрывалом стелились по гибкой спине. Точёные черты лица, высокие скулы, пухлые чётко очерченные губы, миндалевидные чёрные глаза — он мог легко сойти и за девушку. Но мало кто знал, что этот юноша был беспощадным убийцей и садистом.

Он как ядовитый цветок — манил своей красотой и изысканными манерами, но в нужный час убивал своим ядом, заставляя несчастную жертву, корчится в ужасных муках.

— Говори, — раздался очень тихий ответ, похожий на шёпот злого и колючего ветра.

— Алишер Багир Ли Гор женился, мой Господин. Его женой стала Сара Ширин Ли Холл, — мелодичным голосом доложил убийца.

Мужчина, чей голос напоминал зловещий шёпот стоял у камина и смотрел, как огонь пожирал поленья.

Его высокая худая фигура была облачена в чёрную накидку, укрывающую лицо от любопытных глаз.

Мужчина обернулся к докладчику.

— Нази-и-и-р, — протянул он имя наёмного убийцы. — Это самая лучшая новость за последние шесть лет. Будем надеяться, что в этот раз у него родиться сын. Ты пока свободен Назир. Придёшь, когда понадобишься мне вновь.

Назир поклонился своему Господину и на мгновение задержал взгляд на его руке, что протянула ему увесистый мешочек с золотом.

Рука была ссохшаяся. Практически голый скелет, обтянутый кожей, покрытой трупными пятнами и вздувшимися венами. Острые жёлтые ногти уродовали руку ещё больше.

Назир забрал награду и снова поклонившись, с превеликой радостью покинул затерянный в горах дом своего заказчика.

— Чтож, Алише-е-эр… Скоро, очень скоро я снова стану молодым и сильным некромантом. Кровь твоего сына поможет мне в этом. И тогда, я уничтожу твой род раз и навсегда! Твоему отцу не удалось меня победить, не удастся и тебе!

Мужчина запрокинул голову и захохотал. Смех был каркающим с металлическими нотками. Безудержный дикий смех….

Его смех диким звоном отлетал от глухих каменных стен, эхом разбиваясь об их сырую мрачность.

Башня его дома возвышалась над бездной дрожащего тумана, молящего о пощаде глухими призывами. Возможно, свет мог бы рассеять эту мрачность. Но вокруг был только вечный туман.

Нотки смеха отлетали от неровностей башни и устремлялись вниз, к безудержным ноткам страха, чтобы слиться с ними в неземную жестокость, подобную бурной стихии.

Капюшон с лица безумца упал на плечи, обнажив голый череп, провалы глаз, в которых так и светилась лютая ненависть. Старческий рот искривился в злобной усмешке.

Он так долго ждал, подождёт ещё. Осталось немного.

Глава 10

* * *

— Кто сделал эту вышивку? — поинтересовался креативный директор дома Dior Раф Симонс. — Это так похоже на технику зардози. Неужели есть ещё такие умельцы?

Мужчина присутствовал на модном показе в Москве нового юного модельера, чьи работы с шумом и скандалом завоёвывали мир.

Раф рассматривал платье, которое по его профессиональному мнению было безвкусное и даже пошлое, кроме вышивки.

Вышивка была великолепной. Работа была сделана с помощью нитки, иголки и ничего более. Стежки были наложены хлопковыми нитями один слой поверх другого, придающие объём, движение, мускулы. А поверх тончайшими стежками лежали шёлковые нити.

— Великолепная работа! — восхитился Раф и обернулся к своему ассистенту. — Немедленно узнай, кто автор этой вышивки.

Раф Симонс в очередной раз понял, что современная мода катится в пропасть, а он желает возродить идеал Диора. То, что он ценил превыше всего в женщинах — это их женственность. И Раф не собирается уподобляться молодым дизайнерам, которые стараются в настоящее время превратить женщин в андрогинных существ.

— Месье Симонс, это действительно ручная работа. Вышивальщицу зовут Елена Валентиновна Сотникова. Но она больше не работает здесь. Её уволили за медленный темп работы.

— Болваны! — покачал головой Раф. — Но нам это только на руку. Найди контакты и свяжись с ней. Я хочу, чтобы она работала на дом Dior. Предложим ей должность ведущего специалиста по оформлению одежды. Такой самородок упускать — нужно быть глупцом!

* * *

Елена смотрела на торт «Графские развалины» и давала себе слово, что это самый последний кусочек. Больше к сладкому она не притронется. А с завтрашнего дня займётся спортом и правильным питанием.

Лена тяжело вздохнула и отправила в рот большущий кусочек восхитительного тортика.

«Ммм… как же это вкусно…» — блаженно подумала женщина.

В новой жизни, только сладости и стали для Елены чем-то прекрасным. А сама новая жизнь её разочаровала.

Как оказалось, Елена прошлая была помощником директора сети модных бутиков одежды. И справлялась с работой на отлично.

А вот новая Елена, увы, с этой работой справиться не смогла. Не хватало знаний, опыта, смелости, да много чего в новой Елене не было. И как результат, её уволили.

Тогда-то Леночка и поняла, что в этом мире поддержки ждать не от кого. Здесь она никому не нужна. Здесь она сама по себе и если её не станет, то этого никто и не заметит. Жизнь не остановится.

И тогда-то ей стало страшно.

Она привыкла, что за неё всегда всё решали. Жизнь ей никогда не принадлежала, а в этом мире всё так странно и ново.

Но ведь именно так и хотела она! Хотела быть независимой и самой распоряжаться своей жизнью.

Оказалось, что это очень сложно.

Бывшую Сару, новую Елену в этом сумасшедшем мире спасали только память женщины. Без этих знаний, что оказались настоящим сокровищем, Елена бы пропала.

После увольнения, она задумалась, что может предложить этому миру?

Что она собственно умеет?

И как оказалось, НИЧЕГО.

Она умела красиво вышивать, но смогут ли эти руки воспроизвести её технику?

Как оказалось, могут.

Елена устроилась на испытательный срок в модный дом одежды, где как раз требовалась вышивальщица. Только её новые руки не были так быстры и ловки, как руки Сары.

И на новом месте она тоже долго не задержалась, даже испытательный срок не прошёл, как её уволили. Слишком медленно работает.

У прошлой Елены были кое-какие накопления на счету и новая Елена, решила не отчаиваться, а выучиться на курсах на какую-нибудь востребованную профессию, например, на парикмахера…

Елена вздохнула, отправляя в рот очередной кусочек торта.

Зазвонил домашний телефон.

Елена нехотя поднялась со своего удобного кресла и сняла трубку.

— Алло.

— Здравствуйте. Мне нужна мадмуазель Елена Валентиновна Сотникова, — раздался приятый мужской голос с сильным акцентом.

— Это я, — осторожно ответила Елена. — Я, Сотникова Елена Валентиновна.

— Как я рад, что нашёл вас! Позвольте представиться, Мэт Найтли. Я ассистент Рафа Симонса, креативного директора дома Dior.

«Диор, Диор, Диор…» — заработали мысли в голове у Елены. И память тут же выдала информацию, что Диор — это французский дом моды, основанный модельером Кристианом Диором. Прошлой Елене очень нравились духи Dior.

— И чем я могу быть полезна дому Dior? — вежливо поинтересовалась Елена.

Раздался приятный смех.

— Мы хотим предложить вам работу. Ваша вышивка из осенней коллекции на показе моды покорила нас! Раф Симонс хотел бы назначить вам встречу. Завтра в десять утра вам было бы удобно?

— Ох! — воскликнула удивлённая Елена. Её вышивку кто-то оценил! — Да-да! Я приду! Называйте адрес.

Глава 11

* * *

Сару провели её зомби-горничные по бесконечным коридорам в огромную столовую, что была также прекрасна, как и весь замок.

Длинный-предлинный стол, укрытый белоснежной скатертью дразнил ароматами свежеиспечённого хлеба, булочек и ароматной каши.

Посуда была выше всяких похвал. Серебряные приборы начищены до блеска и отражали в своей поверхности окружающую обстановку, сервиз цвета топлёного молока так идеально подходил для завтрака.

Стол был накрыт на четыре персоны.

Во главе стола, очевидно, сядет хозяин замка, а по обе руки от него, — Сара и Мариям.

Четвёртое место, наверное, для её няньки. И вот вопрос: Сара должна сидеть с нянькой или малышка должна сидеть с ней?

Да и вообще считалось дурным тоном занять место за столом без главы семейства. Поэтому она решила осмотреться. А посмотреть было на что. Любой музей помер бы от зависти.

Сара, услышав приближающиеся шаги, обернулась на дверь, которая резко распахнулась. И в то же мгновение взгляд девушки встретился со взглядом некроманта.

Её сердце на мгновение остановило свой бег. Она невольно вздрогнула.

Сара пристально посмотрела в холодные зелёные глаза и не увидела даже малейшего признака доброжелательности или радости супруга. Алишер, казалось, заполнил собой всю гостиную, и в его внешности Саре даже почудилось что-то мрачное и угрожающее. Он был светловолос, но и в то же время он ощущался каким-то тёмным. Его глаза зловеще светились на резко очерченном лице с высокими скулами. Она, заметила вдруг, что на Алишере надета лишь тонкая рубашка, небрежно заправленная в брюки. Также на нём не было ни жилета, ни сюртука, ни шейного платка и даже рубашка была застегнута, не как следует. Сара прекрасно рассмотрела его крепкую, мускулистую грудь, поросшую светлыми волосками. Тёмные замшевые брюки некроманта туго обтягивали стройные ноги и они были испачканы грязью, зеленью, ещё чем-то жёлтым и склизким. Сапоги некроманта тоже были грязными.

Алишер сейчас был похож на настоящего Властелина Тьмы. И он смотрел на неё.

Внезапно осознав, что Алишер таращится на неё так же бесцеремонно, как и она на него, Сара чуть покраснела. И, опустив голову, уставилась на подол своего голубого платья. Но она всё равно ощущала на себе его взгляд — холодный, зловещий… и в то же время страстный.

— Папа! — вдруг раздался звонкий голосок Мариям. — Ты почему такой грязный? Фу-у-у! И от тебя воняет!

Мариям вприпрыжку подбежала к отцу и, рассмотрев его, рассмеялась.

Алишер кардинально изменился, стоило в столовую войти его дочери — холодный взгляд значимо потеплел, резкость ушла с лица, а улыбка сделала его лицо мальчишеским и озорным.

— Доброе утро, Мари, — сказал он дочери. — Я проверял на трупах одно новое заклинание, и оно не сработало должным образом. Пришёл сказать, чтобы вы завтракали без меня. Не могу пугать своим видом трёх дам.

Мариям внимательно посмотрела на Сару и широко ей улыбнулась.

Сара в ответ подарила свою улыбку этой малышке. Мариям была настоящей куколкой — миниатюрная, белокурая, с большими зелёными глазами. Вырастет настоящей красавицей. Но похоже найти жениха ей будет очень трудно, с таким-то грозным папочкой.

Мариям подошла к Саре и цепко ухватила её за руку. Потянула Сару к столу.

— Тогда пошли скорее. Я очень голодна! — сказала Мариям.

Сара посмотрела на дверь, но там уже никого не было. Алишер ушёл.

«Прекрасное начало дня», — мрачно подумала Сара. — «Новый день начался, а мы с ним даже словом не обмолвились».

* * *

Алишер возвращался в свои покои. Его совершенно не беспокоило, что подумает о его внешнем виде эта особа, его жена — его давно уже не интересовало, что о нём вообще думают люди.

Он всю ночь провёл в своей лаборатории — не мог уснуть после устроенного Сарой «сюрприза». Перед глазами так и стояла эта несносная женщина в невероятном платье! Эти ноги, грудь, губы… Она была настроена на ночь любви. Нужно было только принять её дар, но что-то остановило его и он разозлился! Разозлился на себя, на неё, что так соблазнительна и так красива! В Саре не было ни капли страха или сомнения, присущие юным девам.

— Бездна! — выругался он сквозь зубы.

А как она уговаривала его! Сначала догнала его, а потом так бесстрашно и прямо смотрела в его глаза. Приводила доводы, просила дать шанс, чтобы стать настоящей семьёй.

Семья. Для Алишера семьёй была только Мари и отец, который уже не находился среди живых.

Довериться женщине? Впустить её в свой мир, в свою душу? Чтобы его потом, как и отца ударила ножом в спину? Предала, вырвала сердце из груди и растоптала его?

Нет. Никогда.

«Но, проклятье! Сара была так убедительна! А сегодня, как она смотрела на меня. В её глазах так и застыл вопрос…»

Алишер разозлился сильнее, но мысли-предатели так и лезли в его голову.

Ворвавшись в свою спальню, он резкими и дергаными движениями сорвал с себя одежду и направился в ванную.

Но ни холодная, ни горячая вода не принесли покоя ни ему самому, ни его плоти.

И что ему делать?

* * *

— Ты и правда, не боишься лягушек? — удивлённо переспросила Сару Мариям.

— Правда-правда, — кивнула Сара, отправляя в рот уже восьмую умопомрачительно вкусную булочку, смазанную грушевым вареньем.

«Боже, как же вкусно!» — блаженно подумала Сара.

— Урсула тоже никого не боится, — сказала Мариям. — И папа мой никого и ничего не боится. А все остальные начинают визжать, как только видят лягушек, змеек или мышек. Но они же безобидные!

— Я тоже не понимаю, чего их бояться, — сказала Сара.

— Давай я тебе после завтрака их покажу! — воодушевилась Мариям.

— Госпожа, напоминаю, что после завтрака у вас начинаются уроки по географии, истории и чистописанию, — нравоучительно сказала Урсула.

Сара заинтересованно посмотрела на няньку. Внешне она была страшненькой, но вот глаза смотрели на девочку с любовью и нежностью. Даже в голосе чувствовалась привязанность к ребёнку.

Мариям недовольно надула губки.

— А можно и мне поприсутствовать на уроках? — спросила Сара у Мариям и у няньки.

— Ты же уже большая! Тебе учиться не надо… поскорее бы, и я уже выросла, — пробурчала Мариям. — Но если хочешь, то приходи.

— Мне очень интересно послушать. Вдруг тебе рассказывают что-то особенное и жутко интересное, что не рассказывали мне? — улыбнулась Сара

— Я думаю, что нужно спросить разрешение у Господина, — сказала Урсула.

— Но Мариям тоже Госпожа и она уже дала своё разрешение, — вежливо ответила Сара.

— И всё же я настаиваю, — задрала нос Урсула.

— Что плохого в моём присутствии? — спросила Сара.

— А я хочу, чтобы Сара пошла со мной на занятия! — воскликнула Мариям. — И не говори папе, Урси.

«Урси?» — Сара чуть не поперхнулась чаем.

Урсула поджала недовольно губы, но кивнула девочке.

Сара заговорщицки улыбнулась малышке. Та в ответ расплылась в широкой улыбке.

* * *

Алишер задержался на площадке второго этажа. До него донёсся звук женского смеха — красивый по тембру, нежный и весёлый. Сара, его жена. Алишер мгновенно откликнулся на этот звук — всё его тело почему-то сжалось. Тут он услышал ответный смех — радостное детское хихиканье своей дочери.

Та-а-к. У Мари сейчас занятия. А вот что там забыла его жена?

Алишер тихо остановился у приоткрытой двери. Он не хотел, чтобы его увидели, и он умел приближаться незаметно.

Судя по раскрытой карте, шёл урок географии. На полу была растелена ещё одна карта и над ней склонились Мари и Сара.

Учитель, высокий и худой мужчина преклонных лет чесал макушку и говорил:

— Нет, нет и нет! Ещё никому не удалось покорить вершины этих гор! В горах Меза слишком много нечисти! И вкупе с неблагоприятными погодными условиями созданы непреодолимые пути.

«Болван!» — подумал Алишер. — «Я самолично поднимался на гору Мезы!»

— Так, Госпожи, давайте-ка всё-таки вернёмся к моему плану урока — рассмотрим срединно-океанические хребты, запасы промысловых рыб и направления океанических течений…

Алишер с удивлением наблюдал как лицо его дочери и жены одинаково стали кислыми.

— А давайте вы расскажете о странствиях, путешествиях, приключениях… — попросила Мариям.

— Нет, нет и нет, — в своей манере ответил учитель. — Эти романтические бредни оставьте литературе. Итак…

— Я тебе расскажу одну историю, про мальчика Джимми и его приключениях с пиратами, как они искали сокровища, — прошептала Сара Мариям на ушко.

У Мариям в предвкушении заблестели глазки.

— Но сначала нам всё же нужно послушать учителя, — улыбнулась ей Сара.

Алишер всё услышал и задумчиво посмотрел на Сару.

Он наблюдал за ней. Смотрел на неё. Её тёмные волосы были заплетены в косу толщиной, пожалуй, в руку некроманта. И эта коса спускалась ниже поясницы. Кончик косы дразняще падал на ягодицы. Алишер вдруг увидел, что у Сары чрезвычайно соблазнительный задик — круглый и высокий… но тут он сообразил, куда, собственно, смотрит, и торопливо отвёл взгляд. Бездна! Что с ним происходит?!

Ещё раз посмотрев на Сару, он покачал головой и ушёл по своим делам.

* * *

Учитель жутко бесит!

Сара через пятнадцать минут возненавидела его. Учитель по имени Лонс был похож на сушёную рыбину, с такими же бледно-серыми глазами.

Рассказывал он до того нудно и неинтересно, что зубы моментально начинало сводить!

Это же надо умудриться испоганить такой интересный предмет, как география!

Мариям, девочка пяти лет, в которой энергия и жизнь бьют ключом, уже извертелась вся.

И дураку было понятно, что она учителя не слушает.

Если бы Лонс рассказал что-то интересное, а так…

— А теперь, посмотрите, Госпожа, как я буду строить климатограмму. На следующем уроке я попрошу вас повторить её.

«Эй, учитель, может расскажешь, лучше о том, как вас там в горах чуть камнем по голове не шандарахнуло? Или, может, всё-таки шандарахнуло, раз вы тут, на скучном уроке, а не там, среди остроконечных вершин с толпой нежити? Оставьте всё серое, и тусклое! Ребёнку пять лет! Нафига ей эта климатограмма? География — целый интересный мир! Нужно обязательно поговорить с Алишером!» — пронеслись мысли в голове Сары.

Она была возмущена.

— А-а-а-а! — вдруг заверещал учитель. — Что это? Уберите немедленно! Помогите!

Мариям заливисто рассмеялась.

Вокруг Лонса откуда не возьмись стали летать маленькие черепа с крылышками как у бабочек. Они порхали, открывали и закрывали со щелчком свои рты.

Лонс отмахивался, но его руки проходили сквозь них, словно это была… иллюзия?

— Мариям! — воскликнула Сара. — Малышка, это твоих рук дело?

— Да! — рассмеялась она. — Правда весело?

«Совсем невесело», — мрачно подумала Сара, наблюдая, как Лонс бегает по классу и верещит.

— Малышка, убери, пожалуйста эти черепа.

— Нет, — замотала она головой. — Он мне надоел!

— Если уберёшь, то я расскажу тебе ещё другую историю, про Кентервильское привидение. История очень страшная. Зуб даю, ты такой ещё не слышала.

— Да? Она правда страшная? А то я совсем не боюсь приведений.

Сара улыбнулась.

— Ты не узнаешь, пока я не расскажу эту историю.

— Ладно, — смиловистилась Мариям и сделала небрежное движение пальцами.

Всё сразу же прекратилось.

— Это возмутительно! Это непростительно! — заорал Лонс. — Я нажалуюсь вашему отцу, Госпожа!

— Если нажалуетесь Господину, то я сама сделаю так, чтобы эти милые черепа преследовали вас до конца дней. — Сара улыбнулась побледневшему учителю. — Это была просто иллюзия. Никакой опасности вам не угрожало. Думаю, вы сможете простить малышку, ведь правда? А на следующем уроке мы угостим вас булочками. Вы любите булочки, Лонс?

— Я люблю печенье, — произнёс, сбитый с толку учитель.

— Значит, будет печенье. Конфликт улажен, Лонс?

— Да, — кивнул учитель. — И сегодня не будет домашнего задания. Повторите пройденный материал, Госпожа. На сегодня урок окончен.

Лонс тут же сбежал из класса.

— Ещё нужно пережить историю и чистописание, — тоскливо сказала Мариям.

«И, похоже, нужно поговорить с Алишером. Но где гарантия, что он будет меня слушать?»

* * *

Сара приоткрыла дверь кабинета мужа и тихонько постучала.

— Алишер, я могу войти?

— Ты уже вошла, — ответил ровным тоном мужчина, не отрываясь от своих записей.

Ну раз на неё не наорали, и не сказали нельзя, то значит, можно.

Сара прикрыла за собой тяжёлую дверь и бегло осмотревшись, направилась к мужчине.

Алишер как настоящий царь восседал в просто огромном кресле, которое было украшено черепами, скрещенными костями и какими-то ещё подобными жутиками. Само кресло было обито чёрной кожей. И к слову сказать, Алишер весьма грозно и внушительно смотрелся в этом даже не кресле, а троне.

Сара села в кресло напротив Алишера, которое было абсолютно обычным, без всяких украшений.

— Я пришла поговорить о… Мариям. Точнее, об её учебной программе, — начала Сара, но не договорила, как её прервал Алишер.

— Я разрешаю тебе общаться с МОЕЙ дочерью, но лезть в её процесс обучения тебе запрещено. Вопрос закрыт. Что-то ещё?

Его тон был резким, не терпящим возражений.

«Значит так, да? Чую, даже доводы слушать не будет», — подумала Сара. — «Что ж, придётся стать серым кардиналом. Когда я тебя завоюю, дорогой мужинёк, ты будешь всегда прислушиваться к моему мнению».

— Да, есть кое-что ещё. Дома осталась моя верная горничная, Лейла. Я бы очень сильно хотела, чтобы она приехала сюда…

— Нет.

— Алишер, ты даже не дослушал.

— Всё равно нет.

— Да тебе жалко что-ли?! — не выдержала Сара.

Он наконец-то поднял голову от свитков и, недобро сверкнув зелёными глазами, холодно ответил:

— Твоя служанка работала в доме твоего отца. Я не доверяю Крэйну. В моём замке находятся только проверенные люди, и я не собираюсь подвергать опасности свою семью. Так что забудь. Я предоставил тебе хороших горничных.

«Ага, ага. Только они, чёрт тебя возьми, Алишер, зомби! А в будуаре мне прислуживает скелетина! Просто зашибись!» — у Сары только что пар из ушей не пошёл от негодования.

— Алишер, там не простая ситуация. Да, Крэйн, то есть, отец хотел, чтобы Лейла поехала со мной и доносила ему о том, как я тут живу. Она мне всё рассказала и не могла не согласиться на требование моего отца, так как он пообещал разорить её семью в случае отказа. — Сара подняла на него глаза. — Я обещала ей помочь. Обещала, что не брошу. Алишер, я дала слово.

Мужчина тяжело вздохнул и с минуту смотрел на Сару немигающим взглядом. Девушка даже ёрзать начала от этого пронзительного и неуютного взгляда.

Но тут некромант моргнул и ответил:

— Я тебя услышал. Раз ты моя жена и дала слово, то тяжесть этого обещания ложится и на меня. Я всё равно не возьму твою горничную на работу, тем более после того, что я услышал, Сара.

Сара зло скрипнула зубами.

— Но я решу этот вопрос. Девушка и её семья не будут больше зависеть от Крэйна. И также не будут знать, что такое нужда. Обещаю. На этом у тебя всё? Я могу спокойно поработать?

Сара удивлённо посмотрела на Алишера.

Удивил.

Действительно удивил.

Она думала, что он сейчас пошлёт её далеко и надолго, а он просто взял и пообещал помочь абсолютно незнакомой семье!

Сара в спонтанном порыве, издала радостный вопль, больше похожий на клич индейцев, вскочила с кресла и, навалившись всем телом на стол мужа, отчего её ноги задрались вверх, ухватила Алишера за уши и звонко чмокнула в губы.

— Спасибо, дорогой!

Мужчину натурально перекосило.

— Что ты творишь? — прошипел он.

— Что такое? — спросила Сара с улыбкой, сползая со стола. — Это я выразила свою радость и благодарность. Или ты видишь проблему?

— Знаешь, Сара, ты самая эмоционально неуравновешенная девушка, какую я когда-либо встречал! — толи удивлённо, толи ещё что, воскликнул Алишер.

— В любви и на войне все средства хороши. А брак — это революция! — рассмеялась Сара.

Алишер таращился на Сару так, будто её только что стошнило розами. Но всё равно оставался непоколебим.

— Я думала ты бука, а ты, Алишер, оказывается очень даже хороший человек…

— Боюсь, ты очень скоро уяснишь, что я куда хуже, чем ты думаешь. Сара, я же не вчера на свет народился.

Сара лишь улыбнулась и, наклонившись, потрепала его по руке. Алишер тут же убрал руку под стол.

Наивный некромантик. Опомниться не успеет, как его поглотит бездна Сариной логики, единственной в своём роде.

* * *

«— Папа, — сказала Вирджиния спокойно, — я провела весь вечер с духом. Он умер, и вы должны пойти взглянуть на него. Он был очень дурным при жизни, но раскаялся в своих грехах и подарил мне на память эту шкатулку с чудесными драгоценностями.

— Глядите! — воскликнул вдруг один из близнецов, глянув в окно, чтобы определить, в какой части замка находится каморка. — Глядите! Сухое миндальное дерево расцвело. Светит луна, и мне хорошо видны цветы.

— Бог простил его! — сказала Вирджиния, вставая, И лицо её словно озарилось лучезарным светом.

— Вы ангел! — воскликнул молодой герцог, обнимая и целуя её».

«Кентервильское привидение». Автор — Оскар Уайльд.

Сара закончила свой рассказ.

Мариям очень внимательно её слушала и после окончания рассказа, сказала:

— Сара, я никогда не слышала этой истории. Это история про освобождение и исцеление души старого призрака, заточённого в замке!

— Именно так, Мариям, — улыбнулась Сара. Она в который раз удивлялась сообразительности и даже мудрости этой совсем ещё малышки.

— Я очень рада за Господина Кентервиля, что его душа обрела покой. — Мариям вдруг лукаво улыбнулась. — Знаешь, Сара, мне очень понравилось, как он шутил над людьми. Особенно, когда его голова оказалась на обеденном блюде.

Мариям заливисто рассмеялась.

А Сара вдруг поняла, что вскоре малышка что-то такое ещё покажет им всем.

«Надеюсь, Алишер, когда узнает, откуда ноги растут, не убьёт меня?» — подумала она.

— Теперь давай спать, — сказала Сара.

— Я не хочу-у-у, — протянула Мариям и тут же широко зевнула.

Калюк, чёрный котёнок сладко спал в ногах девочки, смешно дёргая лапками и ушками — очевидно, ему что-то снилось.

— Даже твой Калюк уже давно спит, а ты ещё нет. Не порядок.

— Госпожа права. Вам нужно ложиться спать.

— Нет. Пока меня папа на ночь не поцелует, спать не буду, — возразила Мариям.

«Ооо… может и мне так же заявить Алишеру. Пока меня не поцелуешь, спать не буду!»

И в этот момент дверь в комнату Мариям тихо открылась. Вошёл Алишер.

— Что вы тут забыли? — тихо, но грозно прошептал супруг Саре.

— Папа! — воскликнула Мариям. — Я же говорила, что буду спать после того, как папа меня поцелует.

Алишер подошёл к дочери и поцеловал ту в лобик.

— Пап, а Сара мне рассказала такую интересную историю про Господина Кентервиля! Он триста лет был призраком и страдал, а одна девочка его спасла! А ты знал Господина Кентервиля?

— Гм… нет, Мари. Я не был знаком с этим Господином, — ответил Алишер. — Ложись спать и хороших снов, моя красавица.

— И тебе, папа, — зевнула Мариям и закрыла глазки.

Урсула, поклонившись Господам, выпроводила их из детской.

* * *

Они стояли за дверью комнаты Мариям и смотрели друг на друга: Сара с улыбкой, накручивая на пальчик выбившийся из косы тёмный локон; Алишер хмурился и злился, его губы были плотно сжаты в суровую линию.

— Доброй ночи, Алишер, — томным голосом произнесла Сара и приблизившись к мужчине, встала на носочки и прикоснулась своими губами к его плотно сжатым губам.

Он никак не отреагировал. Так и стоял, словно каменное изваяние.

Сара ещё раз улыбнулась мужу и развернувшись, направилась к себе.

Стоило Саре пропасть из виду, как Алишер выдохнул и зло произнёс:

— Проклятая бездна!

Прикоснулся пальцами к губам, что горели огнём от её невинного поцелуя. Да какой там поцелуй? Всего лишь прикоснулась к нему!

Алишер, злой как тысяча голодных зомби, направился в свою лабораторию, дорабатывать новое заклинание.

Настроение было как раз подходящее.

* * *

Возвращался Алишер из своей лаборатории под утро. Это была та самая грань суток, когда ещё темно, но уже на горизонте начинает заниматься рассвет.

Некромант шёл по коридору и был мрачнее тучи. Мысли о жене не выходили из головы. Сара была очень странной. Но не могла пугливая девушка измениться в рекордные сроки и стать бесстрашной и желающей его. Или могла?

Женщины — загадка.

Вдруг он остановился на полпути.

Дверь в спальню жены оказалась приоткрытой. Сквозь небольшую щель в тяжёлых шторах пробивалось мерцание рассвета.

Сара лежала в постели, скинув пуховое одеяло на пол, раскинув руки в стороны и крепко спала, похрапывая.

Алишер вдруг улыбнулся. Ему вдруг стало смешно.

Такая страстная натура, а спит точь-в-точь как его дочурка Мари.

Он тихо вошёл в её комнату и остановился, не в силах отвести глаз от этого прелестного личика. Тёмные волосы разметались по подушке. Алые губы открыты. В тусклом неровном свете казалось, что на её щеках играет румянец.

Она была очаровательной, несмотря на храп. Высокая грудь приподнималась в такт её вздохам.

И Алишеру вдруг хотелось не только смотреть на Сару, но и…

Он хотел её и прямо сейчас. Собственно, желание родилось ещё в ту проклятую ночь, которая должны была стать брачной.

«Чем же ты меня так привлекаешь, Сара?» — подумал Алишер.

Не ожидая от самого себя, он нежно провёл пальцем по щеке жены.

Она открыла глаза, сонно посмотрела, улыбнулась и произнесла:

— Ну, хоть во сне ты нормальный, Алишер. Ах, вот бы в реальности с тобой заняться любовью, а не в фантазиях…

Она вздохнула, перевернулась на левый бок и тихо засопела.

Алишер замер.

Она мечтает о совместной ночи с ним? С НИМ?

Он озадачено и удивлённо посмотрел на соблазнительную фигуру жены и покачал головой.

«О чём я только думаю?»

Поднял с пола одеяло и осторожно им укрыл девушку.

Взъерошив свои волосы, он вздохнул и также тихо покинул покои жены.

Глава 12

* * *

Приём в честь дня рождения модного дома Dior был не просто фееричным, а невероятно сказочным!

Елена смотрела на убранство залов, на разряженных гостей и диву давалась, сколько роскоши во всём этом!

Балы, которые устраивал её отец, можно смело называть нищенскими и убогими.

Блеск хрустальных люстр, звон бокалов с шампанским, где только одна бутылка стоит как весь её месячный гонорар. Драгоценности на женщинах и мужчинах поражали воображение!

Столько блеска она не видела никогда.

К Елене подошёл Мэт Найтли. Тот самый ассистент Рафа Симонса, который одним звонком перевернул всю её жизнь!

Теперь Сотникова Елена жила в Париже и работала на Dior. Её вышивкой восхищались. Она с удовольствием обучала своей технике других мастериц. С ней советовались, какой рисунок сделать на той или иной модели. Так не ценили её умение даже в родном мире! Елену поселили в роскошные апартаменты при модном доме и ей платили достойную зарплату. Она впервые была счастлива. До сего момента.

На этом приёме она чувствовала себя не в своей тарелке. Она не знала о чём можно говорить с этими людьми.

Елена надела восхитительное вечернее платье от Dior, сделала укладку, макияж и не узнала себя. Невзрачная внешность пропала. Елена выглядела роскошно. Но неуверенность и страхи никуда не делись.

— Скажи честно, радость моя, прекрасная Елена, ты хочешь через десяток лет таскаться на такие приёмы — с литром лака на черепушке, с липовыми губами — и строить глазки старпёру с геморроем, надеясь, что он расщедрится на колечко? Почему ты до сих пор ни с кем не познакомилась? Смотри сколько молодых мужчин в самом соку и смотрят на тебя так, словно хотят скушать.

Елена шокировано уставилась на Мэта.

Мэт был геем. Ей пришлось свыкнуться с мыслью, что в этом мире есть люди, которые предпочитают людей своего же пола. Дико, удивительно, но со временем привыкаешь.

— Ещё чего, — рассмеялась она. — Я сама себе могу купить кольцо, Мэт. А эти мужчины подходили и пытались познакомиться, но…

— Но?

— У того, что в ухе серьга, дурно пахнет изо рта. Меня чуть не стошнило.

Мэт хмыкнул.

— Либо зубы не почистил, либо завёл глистов.

— Вон тот низенький с крашеными волосами, обслюнявил мою руку и сказал, что хочет уединиться со мной в одной из комнат. Был ещё один экземпляр, довольно красивый и мужественный. Он сказал, что красивее меня нет никого в этом зале, но стану ещё краше, если закажу у него новую грудь и губы.

— Боже, Леночка. Они идиоты! Ты достойна настоящего мужчины!

— Вот и я о том, — улыбнулась Елена. — Здесь достойных я не увидела, кроме тебя, Мэт.

Он рассмеялся.

— Увы, дорогая моя, но у меня уже есть пара. — Но он тут же стал серьёзным. — Только прошу тебя, пообещай, что не будешь делать грудь и губы. Ты настоящая красавица, Елена. Не уподобляйся этим куклам!

Оба перевели взгляд на другой конец зала. Две ненатуральные блондинки лет за сорок, с пухлыми губами, готовыми треснуть от бесчисленных инъекций, и совершенно одинаковыми носами, заученно хихикали над остротами пожилых спутников, у которых на руках темнели старческие пятна, а объемистые брюха нависало над поясами.

Елена отметила, что у одной из дамочек поехал чулок. И стоптанные туфли также не пропустила.

Елену пробрала дрожь. Нет. До такого она никогда не докатится. Было жаль этих женщин. Это было даже не смешно. Это было трагично.

— Обещаю, Мэтт, — серьёзно сказала Елена.

Она даже в страшном кошмаре не могла представить, как ложиться под нож хирургу и что-то меняет в себе.

Она насмотрелась передач и наслушалась от жертв пластики, какие бывают последствия.

Да, внешность Елены кардинально отличалась от Сары, но она уже привыкла видеть себя не молодой девушкой, а взрослой женщиной. Зато теперь у неё своя собственная жизнь и она не зависит ни от кого. Она сама себе хозяйка и довольно успешная.

Что ещё надо?

Всего лишь любви.

— Мэт, я пожалуй поеду домой. Проводишь меня до такси?

— Но ещё будет салют и торт! — воскликнул Мэт.

— Я уверена, что салют можно будет посмотреть у тебя в истории инстраграмма. А торт… Ты же украдёшь для меня кусочек?

Мэт рассмеялся.

— Обожаю тебя. Конечно украду. И даже не один кусочек, а целых два или три.

* * *

Елена уехала на такси домой.

Её квартира находилась на седьмом этаже элитного дома. А на первом этаже как раз пасполагалось ателье дома Dior.

Поднимаясь по ступеням, она размышляла о своей новой жизни и о том, что Мэт всё-таки прав — начать отношения с мужчиной ей необходимо. Только есть одно но — Елена понятия не имеет, как на практике происходят эти «отношения».

Дома она с удовольствием сняла с себя нарядное платье, украшения и смыла косметику.

Какая-то дикая усталость навалилась на её плечи, и Елена понимала отчего — от одиночества.

Оказывается, быть счастливой, довольствуясь только своей независимостью и успешностью, невозможно. Нужен кто-то рядом, кому можно рассказать об успехах или неудачах, кого можно обнять ночью во сне…

В том мире её никогда не посещали такие мысли…

«Может, собаку завести», — подумала Елена, засыпая.

Короткая ночь уступила своё место утру — прохладному и сырому, но не менее прекрасному.

Трудолюбивый дворник уже расчищал тротуары от осенней листвы.

Начинался новый день.

Но так как это было воскресенье, многие жители Парижа ещё сладко спали.

И вдруг, в крепкий сон Елены ворвались неприятные звуки.

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!

Она поморщилась и перевернулась на другой бок.

Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!

— Что такое! — завопила Елена, подскакивая на кровати и сбрасывая с себя одеяло.

Она начала осматриваться, не понимая, что её разбудило и даже напугало.

Дзынь-дзынь-дзынь!

— В дверь звонят… — вслух сказала она, ещё до конца не проснувшись.

Взглянула на время на телефоне. 5.05 утра.

Кто в такую рань рвётся к ней? Тем более, в воскресенье!

ДЗЫ-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-Ы-ЫНЬ!

Елена, морщась, вздохнула, поднялась с постели и завернулась в тёплый халат.

Она подошла к входной двери.

— Лье-е-эночка-а-а! — заорал кто-то снаружи.

Елена невольно улыбнулась. Приятно, что она кому-то небезразлична и что её имя выкрикивают во весь голос.

Елена посмотрела в глазок.

Никого.

Подумала, посмотрела опять.

По-прежнему никого.

Прислушалась.

Хрип и сопение.

Может, маньяк?

Елена прикинула, не вернуться ли ей в постель, чтобы дождаться более приличного времени, а уж затем проверить, в чём дело.

Но любопытство пересилило.

Приоткрыв дверь (не снимая цепочки), она высунула нос в щёлку. По возможности огляделась. На пороге обнаружилась груда из двух тел, пахнущие мужским одеколоном. Что бы там ни было, вид у них был скорее спящий, чем угрожающий.

Она отворила дверь полностью.

Ткнула пришельцев пальчиком. Оба мужчин застонали, причём один из них умудрился застонать с акцентом.

Один из мужчин приподнял голову.

— Мэт?! — воскликнула Елена. — А ну поднимайся!

Мэт посмотрел на неё — обиженный, беспомощный, но всё равно стильный.

— Мне так плохо, Леночка, — сообщил он.

— И мне… — протянул кто-то ещё, лежащий тяжёлой тушей под Мэтом.

— Не вздумайте блевать у меня перед дверью, — предупредила Елена. — Что вы тут устроили? И кого ты привёл с собой, Мэт?

— Я хотел тебя познакомить… С ним… — Мэт неуклюже ткнул пальцем в мужчину. — Но мы немного перебрали… Прости…

Она нагнулась, чтобы помочь Мэту встать, и сама чуть не упала, поскольку второй мужчина ухватил её за лодыжку.

— Мне дурно от любви, — уточнил второй экземпляр, подняв на неё глаза.

Елена с усилием забрала свою ногу и всё-таки помогла Мэтту встать, и прислонить его к стене.

Встретилась взглядом со вторым мужчиной, незнакомым ей.

С трудом, но она смогла помочь подняться и незнакомцу.

— Заходите, — сказала она.

И двое мужчин, держась за стеночку, вошли в её квартиру.

— Леночка… там торт остался, — заплетаясь, произнёс Мэт. — Я всё же украл для тебя торт…

Елена снова выглянула за дверь и увидела возле стены напротив огромную коробку, перевязанную лентой.

Она подхватила её и внесла в квартиру.

А эти две пьянчуги уже завалились на её диван и крепко спали, попутно исполняя арию храпа.

Елена укоризненно покачала головой.

Принесла пледы и укрыла мужчин, немного задержав взгляд на товарище Мэта.

Его друг совершенно не был похож на гея, вот нисколько.

Она снова вздохнула и ушла к себе в спальню, чтобы попытаться снова заснуть.

* * *

Елена проснулась от шума, что доносился из гостиной.

Она накинула халат и, зевая, вышла к незваным гостям.

У Елены была квартира-студия, гостиная совмещена с кухней.

Она увидела, как на её диване лежал Мэт. На свои глаза мужчина положил кружочки огурцов.

Мэт издавал звуки страдающего диким похмельем, а ещё, кажется, портил воздух…

На кухне возился его друг — он жарил (судя по запаху) яичницу.

В кофеварке ожидал готовый кофе.

Кофе… Елена страстно полюбила этот чёрный напиток. Крепкий, с приятным ароматом, с лёгкой горчинкой, с привкусом опавшей листвы и нежных запоздалых цветов…

Мужчина обернулся и как только увидел Елену, смущённо улыбнулся.

— Готовлю завтрак. Помогать не нужно. — Пояснил гость с сильным итальянским акцентом. — Я немного похозяйничал, ничего?

— Я не возражаю, — ответила Елена тоже с улыбкой. — Мы незнакомы. Меня зовут Елена Сотникова.

— Джино Романо, — представился мужчина, отставляя сковородку и вдруг рассмеялся. — Мэт хотел познакомить нас. Он говорил, что у вас никого нет…

«Ооо… Значит Джино не гей. А Мэт решил поиграть в сводника», — подумала Елена, уже другими глазами рассматривая гостя.

Он был в мятой рубашке. Пиджак висел на спинке стула. Чёрные волнистые волосы были взъерошены и торчали в разные стороны. Но эта небрежность во внешнем виде его ничуть не портила.

«И почему же мужчинам идут взъерошенные волосы, а у женщин они выглядят ужасающе? Почему мужчинам позволено публично портить воздух, а несчастные женщины должны взрываться изнутри? Почему мужские костюмы скрывают все изъяны, тогда как женская одежда — сущая реклама целлюлита?» — задавалась вопросом Елена, рассматривая гостя.

Ну что сказать, Джино был хорош собой, даже очень. Только была одна проблемка. По крайней мере, для Елены проблемка — Джино явно был младше её лет на десять.

«Сколько интересно ему? Двадцать пять? Двадцать шесть? Ну максимум, двадцать восемь», — подумала Елена.

В этом мире нет ничего страшного в том, если мужчина младше по возрасту, но для Елены это табу.

Поэтому она бросила последний оценивающий взгляд на Джино и обратила всё своё внимание на Мэта.

— Кажется, вечер вчера удался, — рассмеялась она тихонько, подсаживаясь к другу.

— О-о-ох… — протянул Мэт. — Даже вспоминать не хочется, Лен. Мне так плохо не было уже очень давно.

— Дать тебе антипохмелин? — поинтересовалась с беспокойством Елена.

— Уже принял всё, что только можно… — вздохнул Мэт.

Елена тоже сочувственно вздохнула.

— Кстати, спасибо за торт, Мэт. Только у меня вопрос, а гостям хоть что-то осталось?

— Это подарочные торты для ВИП-персон, — пояснил Мэт и замолчал на секунду, а потом спросил: — Ты не открывала ещё коробку?

— Нет, — мотнула она головой. — Можем попробовать его за чашкой кофе.

Мэт убрал с глаз кружочки огурцов и хитро посмотрел на подругу:

— Обязательно открой торт, когда будешь одна. Уверяю, ты его оценишь.

Елена изогнула удивлённо брови.

— Заинтриговал.

— La colazione pronta, chiedo al tavolo! — крикнул Джино.

(Перевод с итальянского — Завтрак готов, прошу к столу!)

— Что он сказал? — спросила Елена у Мэта.

— Позвал к завтраку, — проблеял позеленевший Мэт. — Ты иди, а меня от одной мысли о еде тошнит…

Елена погладила его по руке.

— В следующий раз так не набирайся.

В ответ раздался только стон.

Яичница в исполнении Джино была восхитительна.

— Джино, потрясающе! Невероятно вкусно! — похвалила его Елена.

Он смущённо кивнул.

— Простите, Елена, что так спонтанно и ранним утром ворвались к вам, да ещё не в потребном виде, — произнёс покаянно Джино.

Елена пожала плечами.

— Ничего страшного. Главное, что вы оказались не маньяками…

Джино рассмеялся. Его смех прервал звонок телефона.

Звонили на телефон Джино, который находился в кармане его пиджака. Именно оттуда лилась задорная латинская музыка.

— Джино! Выключи скорее! У меня голова сейчас треснет! — захныкал Мэт.

Джино принял вызов.

— Pronto? Сhe? Merda! Fratello, mi dispiace, ho dimenticato! Tra quanto? Amato, io non ho un costume! Bene…

(Перевод с итальянского: Алло? Что? Ругательство! Брат, прости, я совершенно забыл! Через сколько? Амато, у меня нет костюма! Хорошо…)

Джино говорил громко, эмоционально и короткий разговор сопровождался яркой жестикуляцией.

— Елена, какой у вас адрес?

Елена не ожидала вопроса, поэтому, не задумываясь, назвала адрес.

Джино повторил адрес на своём итальянском и завершил разговор. С какой-то обречённостью опустился обратно на стул.

— Что случилось? — спросила Елена, отодвигая пустую уже тарелку.

— Я идиот! Я никчёмный сын и внук! — сокрушался Джино чуть не плача.

Мэт сел рядом с ними и спросил:

— Так может, всё-таки скажешь, что произошло?

— У моей бабули сегодня юбилей — девяносто лет. Она живёт в Шантийи*. Переехала из Италии за вторым мужем. — Рассказал Джино. — Сейчас звонил мой брат и спросил, готов ли я? Он подъехал к моему дому, а я…

— А ты болван, — закончил за Джино Мэт. — Я бы никогда не забыл про юбилей своей бабули.

Елена решила промолчать.

— И что ты расселся? — сердито спросил его Мэт.

— За мной едет мой брат и привезёт костюм… Елена, поблизости есть приличные магазины? У меня нет подарка…

— Ты дуралей, Джино! — всплеснул руками Мэт. — Сегодня воскресенье и все приличные магазины закрыты!

— Но хоть какой-то сувенирный магазин? — не терял надежды Джино.

Мэт проделал жест рука-лицо.

— За подарок из дешёвой сувенирной лавки, на месте твоей бабули, я бы разбил его о твою голову, — высказал своё мнение Мэт.

— У меня есть два красивых палантина от Dior первой линии. Правда они из прошлой коллекции, — сказала Елена. — Я их ни разу не носила… У них и упаковка роскошная.

— Откуда они у тебя? — натурально удивился Мэт. — Мы все непроданные коллекции первой линии сожгли!*

Елена улыбнулась.

— Когда их увидела, попросила у Рафа. Уж очень они красивые. Он разрешил и подарил два палантина, — пояснила Елена.

— А-а-а… — протянул Мэт.

Джино посмотрел на Елену, как на спасительницу.

— Я сейчас принесу и покажу.

Когда она вернулась, Мэта не было. А Джино крутился перед зеркалом, причёсывая буйную шевелюру.

— Где Мэт? — поинтересовалась Елена.

— Закрылся в ванной, — сказал Джино, подходя к Елене.

— Я не знаю, как отблагодарить вас, — произнёс он. — Вы — моя спасительница. Может, когда я вернусь, вы сходите со мной в кафе?

Елена смущённо улыбнулась.

— Не стоит благодарности. Вы друг Мэта, а значит и мой друг…

— Но я его друг не в том смысле, как, может быть, вы считаете, Елена…

Она рассмеялась.

— Я поняла. Вы — гетеросексуал, Джино.

— Да, — выдохнул он.

— Давайте я покажу вам палантины.

Она раскрыла две коробки. В них, красиво упаковано, лежали кашемировые палантины. Один был жемчужного бело-серого цвета. Другой был цвета чайной розы.

— Они прекрасны, — кивнул головой Джино. — Можно розовый? Бабуля любит этот цвет.

— Конечно, — сказал Елена, закрывая нужную коробку.

— Мне всё-таки очень неудобно…

— Перестаньте, Джино. Лучше в следующий раз не забудьте про день рождения родных, — с усмешкой произнесла Елена.

— Giuro!

(Пер. с ит. — Клянусь!)

Тут раздался звонок в дверь.

— Это, наверное, мой брат, — немного нервничая, сказал Джино.

Елена открыла дверь и замерла.

Перед ней стоял мужчина мечты, её рыцарь.

«Это он», — решило её подсознание и сознание, и даже гормоны высунули свои носы.

* * *

Представший перед Еленой мужчина был, что надо — очень высок, подтянут, темноволос, его карие глаза были так черны, словно сама ночь застыла в них. Он был невероятно хорош собой…

— Вы Елена? — поинтересовался у неё мужчина мечты.

— Я… ага… да… — она тут же спохватилась. И где её манеры? — Простите, вы брат Джино?

— Позвольте представиться, Амато Романо.

Голос такой бархатный и приятный, что у Елены по телу пробежало стадо мурашек.

— Проходите, он ждёт вас.

Мужчина вошёл в её квартиру.

В одной руке он держал чехол с костюмом.

— Амато! — подошёл Джино к брату. — Прости, что тебе пришлось суетиться из-за меня…

Амато и Джино обнялись.

— Переодевайся и в путь, Джино, — без лишних предисловий сказал Амато.

Джино подхватил костюм и завертелся.

— Елена, ванная занята Мэтом…

— Ты можешь воспользоваться моей спальней, чтобы переодеться, — разрешила она и обратилась к Амато, который рассматривал её жилище: — Сделать вам кофе?

— Благодарю, — улыбнулся чудо-мужчина. — Двойной чёрный, без сахара и молока.

«Ох! Он ещё и предпочитает очень горький кофе!» — восхищённо подумала Елена.

Она украдкой взглянула на его руки, но не увидела никаких колец.

«Надеюсь, невесты у него нет…» — подумала Елена.

Наконец-то из ванной вышел Мэт. Он завернулся в банное полотенце. С тёмных влажных волос капала вода. На лицо Мэт нанёс восстанавливающую маску, которую Елена недавно купила и ещё даже не успела опробовать.

— О! Здравствуйте! — воскликнул Мэт, рассматривая Амато. — Я Мэт Найтли.

— Амато Романо, — кивнул новый гость, с удивлением глядя на Мэта.

— Ооо… брат Джино… Он много о вас рассказывал, Амато и только хорошее говорил.

— Я очень рад, — улыбнулся Амато.

— Пожалуйста, кофе, — сказала Елена и поставила на обеденный стол две чашечки кофе — одну для себя. Она достала из шкафа вафельное печенье и насыпала в вазочку.

Амато молча сел за стол и пригубил чёрный напиток.

Елена не знала, как завязать разговор с этим мужчиной. А сам мужчина и не стремился к этому.

Мэт снова обосновался на её диване, закрыв глаза, лишь один раз посмотрел на Елену и поиграл бровями. Он несколько раз ей подмигнул, глазами показывая на Амато, что сидел к нему спиной.

— Ммм… я с вашим братом сегодня познакомилась, — вдруг сказала Елена. — Они вдвоём пришли ко мне в пять утра и принесли торт.

Амато коротко улыбнулся.

— Очень похоже на Джино — вечный тусовщик.

— Со временем это пройдёт… — сказала она.

Как-то разговор не складывался.

— Я готов! — воскликнул Джино, выходя из спальни Елены.

— Прекрасно. Поехали. — Амато поднялся из-за стола. — Спасибо за кофе, Елена.

Она пожала плечами.

— Не за что, Амато…

«Ну же! Скажи ему хоть что-то! Номер телефона попроси или свой дай!» — набатом кричало её сознание.

— Леночка, спасибо тебе за подарок для бабули. Ты меня по-настоящему выручила!

Елена улыбнулась, и они обнялись с Джино.

— Что значит, спасибо за подарок? — переспросил Амато. — Джино, ты не купил подарок?

— Не ругайте его, — дотронулась до его руки Елена. — Может так и нужно было, чтобы… чтобы именно эта вещь оказалась у вашей бабушки.

Амато вздохнул.

— Ты неисправим, Джино.

— Пока-пока! — крикнул им Мэт.

Дверь за братьями Романо закрылась. Елена прислонилась к ней спиной и коротко рассмеялась.

Мэт как-то загадочно на неё посмотрел, взобравшись с ногами на диван и сказал:

— Дай угадаю — тебе понравился Амато Романо, верно?

Елена почувствовала, как её щёки заалели.

Она не ответила и пошла мыть посуду.

Мэт рассмеялся и сказал:

— Вот и тебя коснулась птичка, по имени Любовь с первого взгляда…

— Ты ошибаешься, — ответила Елена.

Мэт подошёл к ней, сдирая попутно засохшую маску с лица и сказал:

— Нет, милая. Я в этих делах никогда не ошибаюсь. И кажется, ты нашла своего принца, Леночка. Я видел, как ты на него смотрела.

— Никак я на него не смотрела, — прошептала она.

— Не спорь со мной. И вот, что я тебе скажу, дорогая моя — планировать свадьбу всегда непросто. Планировать свадьбу без ведома жениха почти невозможно.

— Мэт!

*Шантийи (Chantilly) — небольшой городок, расположенный в 49 км от столицы Франции. Город является родиной известного десерта, шикарных кружев и знаменитого Кодекса Шантийи.

*Люксовый бренды всегда сжигают непроданные вещи из прошлых коллекций. Бренды объясняют так: это необходимо для защиты бренда и интеллектуальной собственности. Товар уничтожают для того, чтобы он не продавался на сером рынке по заниженным ценам и не попал в руки «не тех людей». Появление люксового бренда в дискаунтерах и стоках — удар по репутации, покупатели перестанут ассоциировать его с роскошью и престижем.

Глава 13

* * *

Прошло три дня, а Сара ни на миллиметр не сдвинулась в отношениях с Алишером.

У неё появилось ощущение, будто Алишер намерено избегает с ней встречаться. Он уже два дня не присутствовал за столом. Его слуга Гарольд каждый раз докладывал, что Господин очень занят в своей лаборатории.

Мариям расстраивалась.

Сара хмурилась.

Урсула была невозмутима.

Не смотря на отсутствие контакта с Алишером, её отношения с Мариям и её нянькой Урсулой начали устанавливаться самые наилучшие.

Мариям было интересно с Сарой. На уроках она больше не проказничала, а с удовольствием слушала, какие вопросы задаёт Сара учителям.

После уроков, Сара ей в картинках подробно объясняла пройденный материал.

И, наверное, впервые, девочке начали нравиться другие предметы, помимо магии.

Учителя вздыхали от облегчения, что не приходилось принимать успокаивающие отвары.

Урсула одобряла вмешательство Сары, так как Мариям рядом с ней была всё время занята и времени на проказы у малышки просто не оставалось.

Алишер видел, что между его дочерью и женой устанавливаются дружеские отношения. Он злился, но ничего поделать не мог. Сара не делала ничего плохого, а наоборот положительно влияла на Мариям.

Но тогда, откуда это раздражение?

Некроманта на мгновение охватила неясно откуда взявшаяся нежность к девушке. Сара так искренно улыбалась его дочери, когда он наблюдал за ней.

«Что за ерунда?» — Алишер замотал головой.

Он постарался подавить в себе это чувство. Мужчина сосредоточился на тлеющем в глубине его души гневе — ведь ему просто напросто отдали приказ и он его выполнил, женившись на Саре.

Алишер второй день сидел в своей лаборатории в гордом одиночестве, словно король, удаливший с глаз своих подданных. Мрачное помещение освещали лишь магические свечи. Сам некромант расположился в тени, возле тлеющего камина.

Он думал и думал, что ему делать. И Алишер никак не мог избавиться от преследовавшего его образа Сары. Он прогонял её из мыслей, но образ жены снова и снова всплывал в его сознании. И Алишера это жутко раздражало.

— Проклятье!

* * *

— Мари, скажи, ты была хоть раз в папиной лаборатории? — поинтересовалась у малышки Сара.

— Была, — ответила Мариям. — И завтра туда пойду. Папа учит меня магии в своей лаборатории.

— Ах, вот оно что… А как ты смотришь на то, если мы все вместе придём к твоему папе в лабораторию обедать? Но это в том случае, если он снова не будет присутствовать за столом.

Мариям на секунду задумалась и тут же расплылась в очень довольной и счастливой улыбке.

— Это прекрасная мысль, Сара!

Урсула вздохнула и сказала своё мнение:

— Господина вряд ли это обрадует.

Сара и Мариям посмотрели друг на друга и заговорщицки улыбнулись.

Когда стрелки часов приближались к обеденному времени, Сара уже знала, что ей делать. И, спустившись в столовую, она нашла Гарольда, который следил за сервировкой стола.

— Гарольд, — позвала его Сара.

Горбун обернулся на её голос и низко поклонился.

— Что будет угодно Госпоже? — поинтересовался Гарольд.

— Скажи, пожалуйста, господин сегодня обедает с нами?

— Увы, Госпожа.

— В своей лаборатории? — уточнила Сара.

— Да, Госпожа.

Сара улыбнулась.

— Отлично. Пожалуйста, принесите приборы для меня, Мариям и Урсулы в лабораторию моего мужа. Мы составим ему компанию… — Сара на мгновение замялась. — С сегодняшнего дня мы будем трапезничать все вместе, независимо от того, где это будет. Хоть в конюшне.

Саре, конечно, хотелось не только трапезничать с Алишером, но она понимала, что продвигаться вперёд следует постепенно. Только, увы, времени оставалось очень мало. Поэтому, приходилось спешить.

— Госпожа, поверьте мне, это очень плохая затея… — отчаянно забеспокоился Гарольд. — Господин может сильно рассердиться.

— Уверяю, Гарольд, наоборот, он будет счастлив. Только большая к тебе просьба — не сообщай Господину об этом.

Гарольд вздохнул и поклонился.

— Как прикажете, госпожа. Всё будет сделано.

* * *

К назначенному времени, Сара, Мариям и Урсула бесшумно, но целенаправленно отправились вниз, в лабораторию Алишера — на обед.

Тем не менее, перед тяжёлой деревянной дверью лаборатории Сара на мгновение заколебалась, ощутив укол неуверенности и даже страха, но всё-таки вошла первая.

Лаборатория делилась на несколько комнат.

Главная комната, она же холл, служила некроманту чем-то вроде гостиной и столовой одновременно.

Комната была квадратной формы. По одной её стороне располагались две двери, обе были заперты.

В самой комнате находился небольшой обеденный стол (который вместился бы и на кухне хрущёвки), четыре стула, одно большое кожаное кресло, огромный шкаф с книгами. Всё было тёмное, немного даже обшарпанное и какое-то несуразное. Каменные стены, пол и потолок уюта не добавляли, а ещё больше добавляли грубости интерьеру. И довершал неуютное убранство помещения уродливый камин, стилизованный под разинутую пасть скелета… динозавра?

Судя по этой комнате, замок строили давно. Очень давно. Наверное, это происходило в те самые времена, когда жилище служило ещё и убежищем.

Алишера пока не было.

— Миленько, — заметила Сара, оглядевшись.

— Я папе давно говорила, чтобы переделал комнату, но он не хочет. Говорит, что всё сохранилось в лаборатории со времён его прадеда.

— Ого, — удивилась Сара, другими глазами посмотрев на интерьер, но лучше он этого факта не стал.

Определённо, вкус у предшественников Алишера отсутствовал напрочь.

Они подошли к накрытому столу. Садиться за стол, пока нет хозяина — моветон, поэтому Сара жадно рассматривала, что подали сегодня на обед.

На столе красовалось множество накрытых стеклянными крышками блюд с горячими и холодными закусками на тарелках.

И тут, одна из запертых дверей резко отворилась, являя пред ясны очи Сары весьма помятого и уставшего некроманта.

Алишер даже войти не успел, как сразу же застыл на пороге. И в то же мгновение его уставшее лицо приобрело раздражённую гримасу.

Он оглядел присутствующих: улыбающихся Сару и Мариям, и склонившуюся в поклоне Урсулу.

— Сюрпри-и-из! — выдала Сара.

Он открыл было рот, чтобы спросить, что они здесь забыли, как вдруг заметил накрытый на четыре персоны стол.

— Гарольд! — крикнул некромант, что аж каменные стены задрожали.

В ту же секунду в комнату влетел дрожащий от страха горбун. Он низко поклонился своему Господину.

— Что это такое? — рявкнул Алишер. — Почему моя дочь с нянькой и жена находятся здесь? И почему стол накрыт на всех?

Гарольду не дали ответить ни Сара, ни Мариям.

— Это была моя идея, Алишер. Не ругай Гарольда. Я попросила его не говорить тебе…

— Папа! — топнула ножкой Мариям. — Ты с нами уже два дня не кушаешь! И сейчас ругаться начал! А я, между прочим, соскучилась и есть хочу!

Она надула пухлые губки и прижала крепче к груди своего котёнка Калюка. Вся поза Мариям так и кричала о её недовольстве.

Алишер на секунду прикрыл глаза, успокаиваясь.

Махнул рукой, отпуская Гарольда и сказал:

— Прошу к столу дамы. И прости меня, Мари. Больше не буду обделять вас своим вниманием.

И очень многозначительно посмотрел на Сару.

Та лишь кокетливо похлопала глазками, делая вид, что совсем-совсем ничего не поняла.

Мариям со всей детской непосредственностью радостно подбежала к отцу и вскрикнула:

— Ура!

Алишер подхватил дочь на руки и чуть-чуть подкинул вверх.

Калюк нервно мяукнул, так как находился на руках у девочки и ему не нравилось чувство полёта.

Мариям же нравилось, когда отец уделял ей много внимания.

За обедом прислуживали два скелета — личные помощники Алишера.

Они действовали бесшумно, чётко и слажено. Вовремя меняли испачканные тарелки на чистые и доливали морс в бокалы.

«Надо бы познакомиться с поваром и его помощниками. Готовят здесь невероятно вкусно», — подумала Сара, отправляя в рот очередной кусочек тушёной баранины.

Если Алишер думал, что буравя гневным взглядом свою жену, он добьётся того, что она не сможет есть и будет сидеть, и дрожать от страха, то он конкретно так ошибся.

Сара с прекрасным аппетитом пробовала все блюда.

Мариям, подражая Саре тоже с удовольствием всё перепробовала.

— Твой повар, настоящий волшебник, Алишер, — похвалила Сара. — Он настоящий мастер своего дела.

— Знаю, — скупо ответил он.

Сам некромант практически не притронулся к еде.

Разговор особо не клеился. Но Сара и не переживала, она обратила всё своё внимание на гастрономический процесс — пробовала, смаковала и наслаждалась.

Обед подходил к концу.

— Мари, какие у тебя сегодня ещё занятия? — поинтересовался у дочери Алишер.

— Стрельба из лука и верховая езда, — ответила малышка.

— Как здорово! — сказала Сара и тут же подумала: «А стрельба из лука для чего? Или Алишер готовит из дочери бойца спецназа?»

— Можно мне присутствовать на этих уроках? — спросила Сара, обращаясь к мужу.

— Нет. — Ответил он категорично и, увидев вновь расстроенное личико дочери, добавил: — Не в это раз, Сара. Я прошу тебя остаться, нам нужно поговорить.

Сара молча кивнула.

Когда обед закончился, Мариям и Урсула ушли.

Мари напоследок послала воздушные поцелуи отцу и девушке. Это Сара её научила.

Сара в ответ проделала жест, будто поймала её поцелуй и прижала его к сердцу.

Алишер был не в теме, поэтому толком ничего не понял. Мариям лишь рассмеялась над недоумённым взглядом папы.

Когда дверь захлопнулась, Сара вдруг почувствовала себя так, словно оказалась в клетке с тигром.

Она медленно обернулась и встретилась с серьёзным взглядом зелёных глаз мужа.

— Алишер… — заговорила Сара.

— Прекрати, — прошипел он. — Прекрати всё это!

— Эм… что прекратить? Я не понимаю…

— Свою игру в хорошую жену и мать моего ребёнка! — он стукнул кулаком по столу, отчего вся посуда на нём подпрыгнула с весёлым звоном.

Робкая девушка на её месте сжалась бы в комок от страха, но Сара была не робкая юная девушка, несмотря на молодое тело и буйство молодых гормонов, которые порой заставляют творить необдуманные поступки.

— Почему ты так решил? — спросила она тихо. — Откуда у тебя такие мысли?

— Потому что я гораздо старше тебя, Сара. Сейчас тебе нравится эта роль, но наиграшись, ты станешь другой…

Она подошла к Алишеру очень близко и толкнула его рукой.

— Сядь! И послушай меня! — безапелляционно потребовала она. Ей не нравилось смотреть на него снизу вверх во время этих разборок.

Алишер опустился в кресло и сложил сильные руки на груди.

— Говори, — дал он ей разрешение.

Сара хмыкнула и, пройдя по небольшой комнате, вернулась к мужу и остановилась напротив него.

— Это не игра, Алишер, — Сара тут же подняла вверх руку, требуя не перебивать её, так как мужчина открыл было рот, чтобы возразить. — Я повторяю ещё раз — нет никакой игры. Мне нравится твоя дочь, она чудесный ребёнок и я ни в коем случае не собираюсь заменять тебя в её воспитании. Стать для неё матерью? Почему бы и нет, если Мари сама того захочет. Время покажет, как всё будет. А насчёт нас… Алишер, ты ведёшь себя так, будто это Я тебя женила на себе насильно. Нас обоих поставили перед фактом. Я очень хочу, чтобы у нас с тобой получилась семья, Алишер. И в семью не играют. Семья — это труд. Но трудиться должны оба.

Алишер молчал, внимательно следя за Сарой.

Она пожала плечами и продолжила.

— Возможно между нами не вспыхнет то самое нежное чувство, о котором мечтает любая девушка… Но можно же просто относиться друг к другу с уважением. Слушать и слышать друг друга. — И Сара дала немного воли чувствам. Экспрессивно взмахнула руками и воскликнула: — Но почему-то ты не стремишься даже сделать хоть одну попытку и пойти мне на встречу! От тебя исходит только одна агрессия, Алишер! Ты даже с брачной ночи сбежал!

Алишер резко поднялся с кресла и ухватил Сару за талию, крепко прижав к себе.

Алишер был таким высоким и таким твёрдым. Сара и не догадывалась, что мышцы могут быть такими твёрдыми. Он прижал её к себе и зловеще прошептал:

— Глупая девчонка! Ты смеешь заявлять мне, что я сбежал… Я тебя пожалел. Но ты отчаянно желаешь, чтобы мы, наконец-то стали супругами?

Сара прерывисто вздохнула и подняла голову.

— Да, — был её ответ.

Алишер в ту же секунду впился злым поцелуем в её губы.

Его руки сжимали её талию и спустились ниже.

Поцелуй был болезненным и не приносил удовольствия.

Сара понимала, что если сейчас она не остановит его, то всё закончится плохо. Потому что Алишер, как и любой нормальный мужчина, себе такого не простит.

Она желала быть с ним близка, но не так.

Сара пытала вырваться из его стальных объятий, но это было бесполезно. И тогда она укусила его за губу до крови.

Это отрезвило мужчину.

Руки Алишера тут же выпустили Сару из плена. На мгновение их взгляды встретились, и зелёные глаза некроманта оказались на удивление тёмными. Он был разгневан.

— Ты так ничего и не понял, — прошептала она.

— Уходи… — прошептал он.

Сара, чувствуя, как в горле образуется горький ком, резко развернулась и покинула лабораторию.

Алишер смотрел ей в след. По его подбородку тонкой струйкой стекала алая кровь.

* * *

Сара ураганом влетела в свои покои.

— Ну, Алишер! — прошипела она рассерженной кошкой. — Я всё равно не сдамся!

— Что-то случилось, Госпожа? — поинтересовалась худышечка Шери.

Сара выдохнула, стараясь успокоиться, но не выходило. Губы горели огнём от яростного и злого поцелуя. Ей отчаянно хотелось вернуться в ту комнату и залепить мужу тонну пощёчин.

— Всё нормально, — ответила Сара. — Не покажешь, где мне найти Мариям и Урсулу?

— Пойдёмте за мной, Госпожа, — сказала зомби-горничная.

* * *

Мари занималась стрельбой из лука на заднем дворе, на специальной площадке, выделенной под её тренировку.

— Чуть выше локоть, Госпожа, — поправил руку девочки наставник. — Натяните сильнее тетиву и отпускайте.

Мари выпустила стрелу и та с невероятной скоростью попала ровно в цель!

Сара даже замерла от удивления.

— Вот это да! — воскликнула она. — Мари, ты такая молодец!

Мариям расплылась в довольной улыбке.

— Госпожа, с магией может кто угодно попасть в цель, — недовольно произнёс наставник. — Попробуйте не прибегать к своей магической силе.

Мариям повернулась к Саре и скорчила рожицу, которая предназначалась наставнику.

Сара хихикнула.

Урсула, которая находилась рядом, лишь покачала головой.

Урок продолжался.

Вдруг к Саре очень близко подошла Урсула и тихо произнесла:

— Будьте к Господину внимательнее, Госпожа.

— Что? — удивилась Сара. — В каком смысле? По-моему, я итак к нему внимательна, что больше уже некуда.

— Он на вид только кажется жестоким и невежественным, Госпожа. На самом деле, за этой маской скрывается чуткая и ранимая душа.

Сара вздохнула, вспомнив его ярость.

— А женщины, значит, не чуткие и не ранимые…

Урсула впервые за их знакомство улыбнулась и сказала:

— Женщины сильнее и гибче. А мужчины… Они такие хрупкие существа, Госпожа.

Сара изумлённо изогнула брови.

«А Урсула не так проста, как кажется», — подумала Сара.

* * *

Алишер до сих пор находился в своей лаборатории, запервшись здесь как в склепе.

Что с ним? И что на него нашло? Зачем набросился на девчонку, словно дикарь?

Некромант проследил взглядом за своими скелетами-помощниками, которые убрали последние напоминания об этой проклятом обеде.

Оставшись окончательно один, он решил хорошо подумать.

Слова Сары заставили его задуматься.

Она говорила серьёзно и, он совершенно не чувствовал в её словах фальши. Неужели Сара действительно желает, чтобы они стали семьёй?

Дать ей шанс?

Но если она также хитра, как и его мать, которая вскружила голову отцу, а потом предала?

Алишер запустил пальцы в волосы и снова вздохнул.

«Но почему она не оказалась такой, какой её описывали — незаметной и пугливой. Было бы всё намного проще…»

А её откровенный взгляд на него! Он отчётливо видел, как она смотрела. Проклятье! Он прекрасно понимал, что Сара и не догадывается о том, как все её мысли отражаются у неё на лице. Как же она смотрела… и куда! Её любопытство было настойчивым… и, без сомнения, чувствительным. Она разглядывала его грудь, его живот, его пах… Резко и глубоко вздохнув, Алишер поправил брюки, чтобы избавиться от тревожного давления. Проклятье!

Только этого ему и не хватало! Желать и влюбиться в собственную жену! Это именно то, чего не нужно.

Глава 14

* * *

Оставшийся день и вечер, Сара провела точно так же как и предыдущие — занималась с Мари, а потом рассказывала ей интересные книжные истории из прошлой жизни. Одно порадовало — Алишер ужинал с ними.

Сара надеялась, что возможно он придёт к ней этой ночью, потому что он смотрел на неё за ужином по-другому. Заинтересованно как-то смотрел.

Она приготовилась к его приходу — надела лучшую ночную рубашку из своего мрачного гардероба. Тина сделала ей лёгкую причёску, смазала её тело молочным маслом с тонким приятным ароматом. Потом, отослав своих зомби-горничных и скелетину, Сара принялась ждать. Но Алишер не пришёл.

Следующим утром они завтракали все вместе.

— Не желаешь ли покататься верхом по моим владениям? — вдруг спросил Алишер у Сары.

Сара чуть в обморок не упала.

— Хочу конечно! — воскликнула она.

— А я? — тут же надулась Мариям.

— А тебе будет дано особое задание, Мари. К нашему приезду сотвори что-то из второго уровня магии. Или ты не справишься?

— Ещё чего! Ещё как справлюсь! — приняла вызов Мариям с широкой улыбкой на губах. — Хорошо! Тогда катайтесь одни, а как приедете — я вас КАК удивлю!

— Только без лишнего энтузиазма, Мари, — попросил её Алишер.

Урсула печально вздохнула.

— Я буду ждать вас у конюшни, — сказал Алишер Саре, поднимаясь со своего места.

Сара, мгновенно потеряв интерес к еде, поцеловала Мари в щёчку и помчалась наверх, чтобы переодеться в костюм для верховой езды.

«Кстати, а у меня такой костюм вообще есть? Что-то я только одни платья видела», — пронеслась у неё мысль.

«Интересно, Сара прежняя умела ездить верхом? Потому что в прошлой жизни я лошадей видела только на картинках и по телевизору…»

В конце концов, какая разница — умеет или не умеет? Даже Мари ездит верхом. Чего там сложного? Села на лошадь и поехала себе тихонечко. Раз Алишер пригласил, то нужно ехать — она не могла упустить такой возможности.

— Али! Шери! Мне срочно нужен костюм для верховой езды! — заорала Сара, врываясь в свои покои.

— Тина, помоги снять платье, — сказала она скелетине, пока зомби-горничные ушли в гардеробную за костюмом.

— Ваша амазонка, Госпожа. И сапожки, — положила на кровать платье Шери.

— Погоди, — недоумённо сказала Сара. — Это же платье!

— Нет, Госпожа. Специальный костюм для верховой езды — жакет, юбка с запахом и штанишки, — пояснила ровным тоном Шери.

И Сара тут же стукнула себя по лбу.

«Ну ё-моё! Как я могла сразу не догадаться, что женщины в этом мире нормальных брюк не носят. Штаны для амазонки были настоящим кошмаром — похожи на мужские треники. Ужас! Получается и седло женское?» — Сару на мгновение охватил страх, но она от него отмахнулась как от назойливой мухи.

— Ладно, давайте наденем на меня этот ужастик, — мрачно сказала Сара.

Амазонка была такого же цвета, как и весь её гардероб — чёрного с серебристой вышивкой.

К костюму прилагались кожаные перчаточки и шляпа с вуалью.

«И как прикажете мне ехать верхом? В шлапе, да ещё и с вуалью?!»


Увидев предназначенную для неё лошадь, Сара решила, что она огромна. Нет, не так. Лошадь была просто гигантского размера!

Потом Сара посмотрела на седло и подумала — бляха муха!

Она видела, как другие ездят верхом, и у всех это отлично получается. Так неужели она не справится?

Конюх помог ей взобраться наверх. И очутившись в седле, она мёртвой хваткой вцепилась в него, боясь свалиться.

И как подсказала ей вдруг память — предыдущая Сара до ужаса боялась лошадей и не ездила верхом!

«Мамочка…» — страх сковал её.

— Готова?

Голос супруга, раздавшийся у неё за спиной, заставил Сару опомниться, и она взяла в руки поводья. Изо всех сил постаралась выглядеть беспечной, хотя ей это удавалось с трудом. Сидеть в дамском седле оказалось до безобразия неудобно. Одна нога моментально начала затекать.

— Конь очень спокойный, не тревожься, — сказал Алишер, окидывая Сару пристальным взглядом. — Ты боишься?

Сара широко улыбнулась — от уха до уха:

— Ты что? Конечно нет! Просто привыкаю к новому коню.

Выражение лица Алишера смягчилось.

— Тогда вперёд!

Глубоко вздохнув, Сара хлопнула пяткой по боку своей лошади и с удивлением обнаружила, что та сразу же пустилась иноходью следом за крупным жеребцом Алишера. Она улыбнулась. Оказывается, это не так уж и трудно. То есть это совсем-совсем легко!

Они спокойно и неторопливо проехали по равнине. Вид открывался потрясающий. Алишер молчал, а Сара совсем ничего не имела против, потому что уж слишком была занята тем, чтобы приспособиться к ходу лошади, не свалиться с седла и разобраться, что ей делать с поводьями. Но к её облегчению, конь просто следовал за конём супруга, так что Саре пока что оставалось лишь удерживаться в седле. Единственное, её нога совсем онемела от неудобной позы. Сара с завистью посмотрела на Алишера и на его удобное седло. Она во все глаза смотрела на супруга, хоть и видела лишь его широкую спину.

— Перейдем на галоп, — вдруг предложил Алишер ровным, невыразительным тоном, заставляя своего коня прибавить ходу.

Прежде чем Сара успела выкрикнуть: «Подожди!» или хотя бы подумать над новыми трудностями, её коняшка помчалась следом за удаляющимся конём некроманта. Сара чудом умудрилась не закричать во всё горло. Она просто изо всех сил вцепилась в седло и зажмурила глаза. Шляпу с ненавистной вуалью сорвал с её головы ветер и унёс в неведомые дали…

Сара напрочь забыла про поводья, и они, выпали из её рук, свободно повисли вдоль боков лошади. Конь тут же почуял свободу, взволновался и ускорил шаг.

Алишер услышал топот и обернулся — как раз вовремя, чтобы увидеть, что смертельно побледневшая Сара уже практически соскользнула с седла.

И тут случилось страшное — она всё-таки свалилась.

— Проклятье! — выкрикнул Алишер, стремительно разворачивая своего коня и соскакивая на землю. Он опустился на колени рядом с женой. Сара уже приподнялась на локте. Она посмотрела на Алишера и увидела перед собой вместо одного мужа целых два.

— Скажи, где-нибудь больно? — резко спросил он.

— Понятия не имею. Но наверное, всё в порядке, — дрожащим голосом ответила Сара. Но, конечно, она лгала. Потому что она чувствовала: ей грозит смерть от разрыва сердца!

Алишер внезапно сквозь юбку ощупал её ноги — бёдра, икры, лодыжки. Сара на мгновение застыла, чувствуя, как её тело загорается пламенем под его прикосновением. Потом он провёл ладонью по её ребрам, и она вообще перестала дышать. А потом смекнула, что к чему и страдающе застонала:

— Ооо… Ох… Больно-то как…

Алишер замер. На его лице чётко отразилось беспокойство и тревога.

Его лицо было так близко от её лица. Так близко, что если бы Сара чуть-чуть наклонила голову, они бы поцеловались. Но она этого не сделала, а лишь зажмурила глаза и снова застонала.

— Бездна! — выругался Алишер. — Почему ты мне не сказала, что не умеешь ездить верхом?!

Сара закусила нижнюю губу. На глаза девушки набежали слезы — оттого, что она себя незаметно для мужчины, больно ущипнула.

Алишер замер. Его всегда вводили в ступор женские слёзы. Мариям не в счёт.

«А нечего говорить со мной таким тоном! Нужно было вместо претензии поцеловать меня!» — раздражённо подумала Сара.

— Я хотела побыть с тобой… Ты впервые повёл себя… как муж и я не могла отказаться от конной прогулки. Никак не могла, Алишер.

Сара говорила тихо, чуть-чуть всхлипывая.

— Но в итоге, я всё испортила. Прости меня.

Он вздохнул.

— Это ты прости меня, — вдруг сказал Алишер.

Сара изумилась. А это точно её муж? Может его подменили?

— Я не владею магией целительства, но в замке у меня есть необходимые снадобья. Поедешь со мной, Сара.

А она и не возражала.

— Вернёмся домой, — сказал он.

Алишер подхватил бережно Сару на руки и посадил на своего коня. Девушка недолго думая, перекинула ногу на другую сторону — так сидеть было гораздо удобнее.

Алишер ничего не сказал.

Он привязал лошадь к своему жеребцу, вскочил в седло позади Сары и повернул в сторону замка.

Ощущать так близко этого мужчину было очень волнительно.

— Может продолжим прогулку? — попросила Сара. — Я уже лучше себя чувствую, правда-правда.

За её спиной раздался очередной вздох.

— Не думаю, что это хорошая идея. Лучше ты сначала научишься держаться в седле. Я беспокоюсь о твоём здоровье, нужно убедиться, что у тебя действительно всё в порядке, — ответил Алишер.

«Ну точно его подменили!» — подумала Сара. — «Такая перемена разительная!»

— Мне очень приятно, что ты беспокоишься обо мне, Алишер. И ещё я сегодня утром сильно обрадовалась, когда ты позвал меня на прогулку.

Она улыбнулась, потому что это была чистейшая правда.

— Этой ночью я почти не сомкнул глаз, — вдруг произнёс Алишер. — Я всё думал о нашем с тобой разговоре в лаборатории, если можно его так конечно назвать. И я пришёл к выводу, что во многом ты была права. Ты просила дать тебе возможность проявить себя, доказать, что ты совсем не такая, как… как я считал. И я решил предоставить тебе, точнее нам эту возможность. Я дам нам обоим шанс стать семьёй, Сара.

«Мир сошёл с ума», — подумала она. — «Но даже если это и так, то я совсем не против!»

— Я рада твоему решению, Алишер! — горячо выпалила Сара.

Она попыталась развернуться к нему, но это было не так уж и просто.

Мужчина тем временем только крепче прижал её к себе, и Сара отчётливо ощутила своим телом, что точно небезразлична Алишеру.

* * *

Подъезжая к замку, Алишер заволновался. Впрочем, Сара тоже занервничала и было от чего.

Абсолютно вся прислуга высыпала из замка и хваталась за голову, многие носились и выкрикивали нецензурные выражения.

Даже все зомби-слуги и скелеты были во дворе замка.

Не видно было только Мариям с Урсулой.

— Что случилось? — чувствуя пробежавший неприятный холодок по спине, задала вопрос Сара.

— Хотел бы я сам это узнать, — ответил Алишер, быстрее подгоняя коня.

Когда они оказались совсем близко, Алишер спрыгнул вниз, спустил на землю Сару и ураганом помчался в замок, не обращая внимания на крики слуг.

— Господин! Мы не понимаем, как это случилось!

— Это можно исправить?

— Господин, мы ничего не понимаем…

Сара поспешила за супругом и, ворвавшись внутрь замка, замерла с открытым ртом.

— Очуметь… — выдохнула она шокировано.

Представьте, вы заходите в дом и видите, что вместо пола у вас потолок с люстрой. А вместо потолка пол со всей мебелью.

Одним словом, замок внутри стоял вверх дном, в прямом смысле этого слова.

В центре гостиной, рядом с огромной люстрой, которая выглядела как новогодняя ёлка, стояла Мариям с опущенной головой. Она прижимала к груди своего котёнка, Калюка. Рядом с девочкой в низком поклоне находилась нянька.

Алишер вещал гневным тоном:

— Я сказал тебе, какой уровень магии применить?!

— Второй, — буркнула Мариям и, подняв на отца полные слёз глаза, вскрикнула: — Но папа! Вы вернулись слишком рано! Я всё обратно вернуть хотела!

Алишер воздел руки к небу.

— О, бездна! Мари! Ты не понимаешь, почему я сержусь! Да мне всё равно, что ты сделала с замком! Мари! Ты применила десятый уровень! Дочка, ты могла выгореть изнутри! И если бы я приехал и увидел тебя умирающей, я бы сам умер!

Мариям всхлипнула громче.

Сара зажала рот рукой.

«О Боже! Оказывается, могла произойти трагедия!»

— Но когда же, когда же ты будешь меня слушаться, Мари? Я ведь думал, что могу тебе доверять, а ты… вновь меня ослушалась, — с невероятным отчаянием в голосе произнёс Алишер и прижал её к себе. Крепко-крепко. — Боги, Мари, я возьму с тебя клятву, чтобы ты не использовала магию высшего уровня, пока не достигнешь совершеннолетия. И если нарушишь клятву — магия запечатается до этого срока.

— Папа! — дёрнулась в его объятиях Мариям. — Я обещаю…

— Нет! — резко оборвал её отец. — На твои обещания я больше не поведусь, Мари. Только клятва.

Потом Алишер посмотрел на Урсулу и процедил:

— Ты прекрасно знала, чем может обернуться такое баловство моей дочери! Ты приставлена к ней, чтобы не позволять ей творить не пойми что! Урсула, ты вынуждаешь меня прибегнуть к строгому наказанию!

— Как прикажете, Господин, — ответила женщина. — Я не снимаю с себя вины.

— Папа! — заплакала Мариям. — Не наказывай Урси! Пожалуйста! Она не виновата. Я её заморозила, чтобы она мне не мешала!

Сара не знала, что делать. Толи вмешаться, толи нет. Всё-таки происшествие серьёзное.

Но слёзы девочки сделали своё дело.

Сара подошла к мужу и Мариям.

— Алишер, — позвала она его мягко.

Некромант резко обернулся.

— Что? — рявкнул он. Его глаза метали молнии. Рот был плотно сжат в тонкую линию.

— Не наказывай никого. Пожалуйста. Я согласна с тем, чтобы ты взял клятву с Мари, но не более…

«Вот оно твоё воспитание, Алишер! Вседозволенность ни к чему хорошему не приводит!»

Он передал в руки Сары плачущую Мариям и махнул рукой Урсуле.

— Выйдите из замка. Мне нужно всё вернуть, как было. Об остальном я подумаю.

Мариям крепко ухватила Сару за шею, продолжая плакать. Она погладила малышку по спине. Кивнула Урсуле и они пошли на выход.

Оказавшись во дворе, Сара отошла подальше от взволнованных слуг. В саду вышла на беседку.

— Оставь нас вдвоём, пожалуйста, — попросила она Урсулу.

Нянька кивнула и отошла на значительное расстояние.

Сара уадила на скамейку Мариям и опустилась перед ней на корточки.

— Не обижайся на папу, Мари, — сказала она тихо и очень спокойно. — Он тебя очень любит и сильно испугался. Он не ожидал, что ты сотворишь такое… чудо.

— Я хотела поразить его, — всхлипнула Мариям.

— И ты поразила! — сказала Сара. — А меня так вообще в самое сердце! Я очень была поражена, Мари. Но так как у меня нет магии, то я даже и не знала, что магия может выжечь человека изнутри. Твой папа тебе доверяет, Мари. Он считает, что ты уже взрослая и ответственная. Представь себе, как он испугался за тебя, и что сейчас чувствует? Ведь когда мы кого-то сильно любим, то в порыве страха за любимого, можем накричать и отругать… Наверняка, он сейчас проклинает себя за то, что повысил голос на свою любимую доченьку.

— Да? — спросила Мари, утирая кулачками мокрые глазки. — То есть, папа не злится на меня?

— Он на себя злится, Мари, — сказала Сара, протягивая малышке платочек. — Если бы с тобой что-то случилось… я даже не знаю, что бы с ним произошло.

Мариям грустно пожала плечиками.

— Жил бы себе дальше…

— Нет, Мари, — покачала Сара головой. — Мужчины слабее женщин в эмоциональном плане. Твой папа тогда бы до конца жизни себя винил и не простил бы себя. А может, что похуже с собой сделал. Не знаю, стоило ли тебе такое говорить, Мари, но я думаю, ты всё понимаешь. Поэтому, хочу попросить тебя — береги своего папу, он у тебя один Мари.

Малышка закивала.

— Я поняла, Сара. Я попрошу у папы прощения и больше никогда-никогда не ослушаюсь его. Я не хочу, чтобы папочке было плохо.

— Какая же ты умница! — похвалила её Сара. — А чтобы удивить твоего папу, не обязательно прибегать к магии.

— А как по-другому я могу его удивить?

Сара улыбнулась.

— У меня есть идея.

Сара предложила малышке устроить для папы спектакль и задействовать в представлении няню, служанок-зомби и даже парочку скелетов.

— А ты будешь участвовать? Пожалуйста-пожалуйста! Давай ты тоже будешь участвовать! — попросила её Мариям.

— Как же я могу отказать такой милашке? Буду конечно! — осчастливила её Сара.

А спектакль будет по сказке «Золотой ключик или приключения Буратино». Эту сказку Сара ни один раз уже рассказывала Мариям и девочке она очень понравилась.

Догадались, кто будет Мальвиной?

— А папе понравится? Может про пиратов сделать спектакль? — спросила Мариям.

Сара задумалась на секунду. Ага, и скажет после такого спектакля Алишер, что рассказывает Сара его дочурке сомнительные сказки. Сара ответила Мари:

— Про пиратов предлагаю показать ему в другой раз.

Мариям кивнула, соглашаясь.

— И когда мы покажем ему спектакль? — загорелась идеей малышка.

— Сначала надо подготовиться, выучить роли, сшить костюмы, сделать реквизит…

Мариям тут же перебила Сару:

— У папы ровно через месяц день рождения! Давай мы ему подарим на день рождения этот спектакль?

— Отлично придумала, Мари, — согласилась Сара.

— И почему я не придумала этого раньше? — задала вопрос сама себе Мариям.

Сара только грустно улыбнулась.

«Потому что, малышка, у тебя не было мамы».

Глава 15

* * *

— Прости меня, папа. Я повела себя снова безответственно и очень раскаиваюсь. Я не хочу, чтобы ты расстраивался из-за меня и я готова дать клятву, что не буду больше использовать магию высшего уровня и призывать Тьму! — пылко произнесла Мариям.

— Ох, Мари… — выдохнул Алишер, обнимая дочку. — Надеюсь, ты на самом деле всё поняла и осознала.

— Поняла, папа, — сказала малышка.

Они были вдвоём в его кабинете. Мариям сидела у отца на коленях и крепко обнимала его за шею.

Алишер привёл замок в прежний вид, что был до того, как Мариям перевернула всё вверх дном. И он очень удивился, когда его дочь сама попросила поговорить наедине. И ещё больше удивился, когда начала просить прощение и раскаиваться в своём поступке.

«Неужели это Сара на неё так влияет? Удивительно…» — в замешательстве подумал некромант.

Когда клятва была дана и Алишер немного пришёл в себя, он вспомнил, что обещал позаботиться и о Саре. Его жена всё-таки ушиблась, упав с лошади.

Передав Мари на попечение няньки, Алишер направился на поиски жены.

— Где Сара? — спросил он своего слугу.

— В радужном саду, мой Господин, — доложил Гарольд.

Алишер тут же направился в свой любимый сад.

Радужным сад назывался не просто так. В этом уютном месте были разбиты два фонтана в виде водопадов, образовавших небольшое озерцо, над которым постоянно рождались радуги.

Было необычайно красиво.

Алишер сразу увидел свою жену.

Она сидела прямо на траве, на берегу озера, опустив босые ноги в воду. В саду неизменно пахло розмарином, гиацинтом, слышен был тонкий аромат жасмина, богатый запах розы. На высоких деревьях щебетали птицы, шустрые пчёлки жужжали над цветами и все эти звуки создавали удивительную музыку жизни, сливаясь с плеском воды.

Поразительно, но Алишер только что обратил своё внимание на эти детали. Раньше он просто воспринимал сад как единое целое, а сейчас увидел отдельно и жучка, ползущего по лепесткам белой розы и птиц, чьи голоса напоминали трель колокольчиков и что особенно, обратил внимание на Сару, что болтала ножками в воде.

Рядом с девушкой чёрный котёнок его дочери, Калюк, растянулся на солнышке, щурясь, почти закрыв глаза, подёргивая гибким хвостом при виде птичек. Если б рядом не было девушки, попробовал бы поймать, будучи быстрым, как молния. Но почему-то котёнок решил просто лежать рядом с девушкой и наблюдать за потенциальной добычей.

Алишер бесшумно приблизился и присел за спиной Сары на корточки, прокашлялся, привлекая к себе внимание.

Сара вздрогнула и резко обернулась.

— Напугал, — сказала она с улыбкой.

— Прости, — был его краткий ответ. — Хочу поблагодарить тебя за Мари. Это ведь ты с ней поговорила?

Она повернула голову и улыбнулась уголками губ.

— Я. И не за что, Алишер.

Сара хотела сказать о его неправильном воспитании, но промолчала. Слишком рано. Сейчас её слова не возымеют никакого результата, а только проявят агрессию мужчины. А он только-только начал оттаивать.

— Как твой ушиб? — поинтересовался Алишер. — Может, пройдём в замок и я посмотрю, насколько всё серьёзно, и дам тебе снадобье?

«Надо же, он не приказывает, а вежливо предлагает. Его или по голове чем шандарахнуло, что мозги на место встали, или ещё что…», — подумала удивлённо Сара.

— Хорошо, — согласилась она и приняла руку Алишеру, который помог ей подняться с земли.

Она обула на ноги свои чёрные туфельки, и они вместе пошли обратно в замок.

К разочарованию Сары, обследование было не таким, как она себе представляла. Она думала, что ей нужно будет раздеться, а супруг начнёт её ощупывать на предмет повреждений и осматривать…

Мечты.

Алишер лишь провёл вокруг неё чёрной палочкой, похожей на металлоискатель. Палочка оказалась артефактом, который загорелся бы зелёным светом в случае каких-либо повреждений, ушибов или болезней.

Но палочка осталась чёрной.

Сара была разочарована. Зато Алишер спокойно и удовлетворённо выдохнул, что его жена оказалась здоровой и никак не пострадала при падении.

— Всё хорошо. У тебя крепкое здоровье, Сара, — заметил он.

— Спасибо, — ответила девушка. Этому факту она и сама была очень рада.

— Раз всё хорошо, то думаю, ты ещё успеешь переодеться к обеду.

* * *

Обед и ужин прошли в спокойной обстановке.

Алишер не вспоминал об утренних инцидентах и был расслаблен.

Мариям живо рассказывала о своих успехах в стрельбе из лука.

Урсула как всегда была невозмутима и молчалива.

А Сара весь остаток дня задавалась вопросом «Придёт ли сегодня ночью к ней Алишер или нет?»

После того, как сгустились сумерки, и очередная сказка была рассказана Мариям, в детскую вошёл Алишер, пожелать спокойной ночи дочери.

Сара ждала его в коридоре и то и дело заламывала руки. Она очень нервничала.

Мужчина разительно изменился и это немного сбивало с толку. А может, он таким всегда и был, а просто он не допускал её до настоящего себя?

Наконец, Алишер вышел и тихонько закрыл за собой дверь детской и, на мгновение, задержав на Саре взгляд, сказал:

— Спокойной ночи, Сара.

Тут же резко развернулся и ушёл.

Сара в шоке уставилась в спину удаляющегося супруга и разинула рот в недоумении.

«ЧТО?! И ЭТО ВСЁ?!»

* * *

Следующий день прошёл без происшествий и каких-либо событий.

Мариям была весела и подвижна, но учителей сильно не трогала, лишь слегка их пугала своими шутками.

Алишер был вежлив и учтив. Вежлив настолько, что Саре хотелось головой побиться о стенку.

Но стоит отдать ему должное, своё обещание супруг выполнил — дал задание преподавателю Мариям по верховой езде научить сему искусству и его супругу.

Но на этом внимание Алишера к Саре заканчивалось.

После завтрака-обеда-ужина некромант запирался в своём подвале и от него не было ни слуху ни духу.

Тоска-печаль…

Сара понимала, времени у неё не оставалось совсем и что предпримет Алишер, было неизвестно. Судя по его поведению, он не собирался её отправлять от себя подальше, как намеревался ранее. Всё-таки он не враг себе. Мариям-то точно взбунтуется, если Сара уедет. Но с другой стороны — кто знает, что у некроманта в голове.

Вывод — раз гора не идёт к Магомету, то значит Сара сама отправляется к Алишеру.

Сара не стала больше ждать первого шага от мужа и с наступлением ночи отправилась в его покои.

Ночь была лунной… И такой светлой, что казалось, сумерки только-только опустились на мир. Полная сияющая луна заглядывала прямо в окно. И серебристый свет преображал всё вокруг, делая очертания предметов размытыми и мистическими. Ветер приносил в открытое окно запахи из сада: горько-сладкий аромат роз. В такую ночь просто невозможно было спать, внутри бушевали странные чувства. И Сара поняла, что эта ночь станет переломной в их с Алишером отношениях.

Она набросила на ночную сорочку лёгкий пеньюар, пощипала щёки для большего придания румянца, прикусила губки и бесшумно вышла в коридор. В замке было очень тихо, только ветерок гулял по коридору из раскрытых окон. Даже зомби-слуг не было видно и слышно.

Сара дошла до покоев супруга и замерла. Дверь была приоткрыта, изнутри лился свет. Сара, дрожа от предвкушения, рывком распахнула дверь и осторожно вошла.

Алишер, раскинувшись, лежал на спине на широкой кровати. Простыня сбилась до самой талии, одна ладонь прикрывала глаза, словно мужчина хотел защититься от слабого света горящих свечей, стоявших рядом. Другая рука прижимала к груди книгу. Алишер спал.

Сару, словно мотылька, притягиваемого к пламени, влекло к нему.

Мужчина был прекрасен.

Сара остановилась у кровати, не в силах оторвать глаз от Алишера, и стала внимательно разглядывать его. Лицо супруга, с ровным носом, чувственными губами и очень высокими скулами, было расслаблено во сне.

— Какой же ты красивый… — прошептала Сара, и её рука сама собой коснулась его волос. Её пальцы, лаская, погладили его густые золотистые волосы.

Сара без малейшего смущения посмотрела на его обнажённый торс. Алишер был крупным, сильным человеком. Плечи, грудь и руки были у него, как у плотника или лесоруба, и нигде не было ни капли жира. На груди, кудрявились светлые волоски, они сбегали на живот, скрываясь под простыней. Сара вдруг поняла, что он совершенно обнажён, что, кроме простыни, на нём ничего нет, и она, как зачарованная, уставилась на него.

Он вдруг негромко что-то прошептал и повернулся немного на бок. Книга упала на кровать и захлопнулась. Простыня соскользнула, открыв живот с кубиками пресса и крепкие узкие бёдра. Сару будто окатило жаром. Она провела ладонью по его шее, по плечу, по руке…

Алишер вдруг перевернулся на спину и одной рукой резко ухватил Сару за руку. В другой его руке блестнула сталь острого лезвия, приставленного к её горлу.

Сара нервно сглотнула. Такого приёма она уж точно не ожидала.

Его глаза, ещё сонные смотрели на неё напряжённо.

— Что ты здесь делаешь? — хрипло осведомился мужчина и отпустил её руку и убрал нож.

— Разве не понятно? — вопросом на вопрос ответила Сара, взбираясь к нему на кровать, по пути сбрасывая пеньюар.

Она пальчиками осторожно и очень ласково дотронулась до его обнажённого живота, к этим твёрдым кубикам пресса и погладила, продолжая смотреть в зелёные глаза.

Алишер замер, словно каменное изваяние, но в ту же секнду перехватил её руки, опрокинул на спину и навис сверху.

Саре было приятно ощущать его тяжесть на себе. Это было очень волнительно.

Его зелёные глаза пылали каким-то мистическим огнём, осматривая её лицо, приоткрытые губы, опускаясь ниже, на изгиб шеи, где часто билась жилка, на её высоко вздымающуюся грудь.

— Ты сама пришла… — хрипло выдохнул он ей в самые губы.

— Советую оценить мою храбрость, так как от тебя её не дождёшься… — широко улыбнулась она в ответ.

Алишер прижался к Саре крепче, поцеловал её в шею и прошептал:

— Играешь с огнём, Сара… Твои речи слишком дерзки…

— Хватит болтать, — простонала она. — Займись уже мной.

Его руки скользнули к её груди, и он сжал нежные полушария, прикрытые гладким шёлком сорочки.

У Сары перехватило дыхание. Каждой клеточкой, каждым нервом своего существа она чувствовала его прикосновение, она трепетала, она хотела большего. Она опустила руку вниз, чтобы погладить талию Алишера. Она дрожала…

Он застонал и одним рывком разорвал тонкую ткань.

Алишер немного грубо оттянул за волосы её голову. Наверное, он прочел в её лице то же, что и она в его, — неистовство. И голод. И тут он поцеловал её, бешено, со страстью, которая, словно взрыв, ошеломила их обоих. Он был близко, так близко, и Сара продолжала прижиматься всё теснее с бесстыдным пылом, на который, как думала раньше, никогда, даже в прошлой жизни, не была способна. Она желала его, и от этого никуда нельзя было скрыться. Они целовались и целовались, но поцелуев было недостаточно — со страстью, заученной когда-то, но теперь естественной и откровенной, она положила руки ему на плечи, распластала ладони, ощущая тугие мышцы.

Наконец, он оторвал губы от её губ, и Сара почти вскрикнула от отчаяния. Алишер дышал так же тяжело, как и она.

Он коленом заставил её раздвинуть ноги. Сара судорожно вздохнула и выгнулась под ним.

Её ногти впивались в его спину. Потом Алишер почувствовал её руки на своих ягодицах… и больше он не мог ждать.

Приподнявшись на локтях, он осторожно, но настойчиво проник в неё.

— Сара… — выдохнул он её имя со стоном.

Она громко вскрикнула.

Его горячие губы мгновенно поползли по её шее, добрались до обнажённой груди.

Времени не существовало, и словно железная клетка, в которой были заключены их сердца, лопнула раз и навсегда, а любовь, ещё очень хрупкая, но уже горячая, пылкая, истинная любовь затопила всё, как вышедшая из берегов бурная река.

Есть такие минуты, когда слова не нужны, а тело обладает более безошибочными инстинктами, чем разум.

* * *

Сара просыпалась медленно, собственное тело казалось ей невесомым и расслабленным. После первого раза они в эту ночь занимались любовью ещё дважды — с той же страстью и с тем же неистовством, словно никак не могли друг другом насытиться. Слов было сказано немного, но в глазах у обоих светилось некоторое ошеломление происходящим и, пожалуй, благоговение перед осенившим их чувством.

Сара слегка потянулась, поморщилась от боли между ног и повернулась к Алишеру, но его не оказалось рядом.

Девушка села в постели, отбросила со лба волосы и натянула одеяло до подбородка.

Негромкое позвякивание где-то возле камина привлекло её внимание. Алишер, полностью одетый, и как всегда безупречный, стоял рядом с большим, закрытым крышкой, подносом. Выглядел он спокойным и элегантным, ничуть не напоминая страстного любовника, который дарил ей безумное наслаждение всего несколько часов назад. Несколько секунд он смотрел на неё, потом в его взгляде появилось выражение той же ненасытной страсти, которая не давала им уснуть почти всю ночь, но он тут же нахмурился.

Сара улыбнулась:

— Я думала, ты ушёл.

— Я уходил. Ещё приказал принести завтрак сюда. Проведёшь этот день в моей постели. Твои служанки помогут привести себя в порядок и сменят простыни… — его взгляд упал на испачканное кровью постельное бельё.

Потом он взглянул на свою супругу и желание вновь охватило его тело. Не было на свете другого человека, чьи глаза улыбались бы постоянно, излучая… что? Тепло? Радость? Одновременно и то и другое?

Радовалась ли жена ему? После того как на протяжении нескольких дней подряд его поведение вполне можно было бы назвать оскорбительным?

— Да я в полном порядке, — сказала Сара и засмеялась.

Да, ещё и её смех. Искренний. Тёплый. Почти заразительный.

Некоторые люди словно несли в себе счастье, и Сара принадлежала к их числу. По крайней мере, он на это надеялся или же она первоклассно играла свою роль. Он ещё не разгадал её — настоящее ли её поведение или это всё игра? Но она — его жена.

— Это не обсуждается. И прости, что был не особо нежен… Обещаю, такого больше не повторится…

— Ты с ума сошёл?! — воскликнула Сара от негодования. — Как это не повторится? Что за дурацкие мысли тебе лезут в голову, Алишер? А меня спросить не судьба? Лично я всем очень довольна и наоборот, желаю, чтобы такие ночи повторялись и повторялись…

Алишер подошёл к кровати.

— Я мог навредить тебе, Сара…

Сара разозлилась.

«Что у него за каша вечная в голове?!»

— Слушай, я ещё раз повторяю — со мной всё замечательно. И мне всё понравилось. И я не больна, чувствую себя превосходно. Так что я спущусь к завтраку, как обычно.

— Я всё сказал, — отчеканил он. — Сегодня ты отдыхаешь здесь. После завтрака я принесу целебное снадобье, чтобы облегчить твои боли. Вечером ты вернёшься к себе.

«Какие боли? У меня ничего не болит!» — Сара была в полном недоумении. — «Что вообще происходит? Аллё, там на бронепоезде!»

— Да я вообще не понимаю, Алишер, зачем ты сам себе создаёшь трудности? Я всего-навсего лишилась девственности, а не руки или ноги! И не собираюсь я валяться в кровати весь день… Только если с тобой, — добавила она кокетливо.

— Я всё сказал… — повторил он свои слова.

Сара была в шоке.

Где там её любимая чугунная сковородка из прошлой жизни?

— Разрази тебя гром, Алишер! — заорала Сара и в гневе вскочила с кровати. — Что ты ведёшь себя, как…

Вдруг раздался оглушительный раскат грома и откуда ни возьмись, разряды маленьких молний ударили в Алишера.

Один разряд, второй, третий… седьмой.

Запах озона защекотал её ноздри, по телу пробежала странная дрожь, но очень приятная.

Алишер взмахнул рукой, призывая свою тёмную магию и вмиг всё прекратилось.

«Вот чёрт…» — подумала Сара. — «Это что такое было?»

Мужчина повернулся к ней слегка обугленный. Его идельной причёске пришёл конец — золотистые волосы натурально стояли дыбом и от них шёл сизый дымок.

Стильная и идеальная одежда была в подпалинах и также дымилась.

— Сара, — сердитым-пресердитым тоном прошипел Алишер, надвигаясь на неё. — Почему я только сейчас узнаю, что ты маг?

— Э-э-э… Правда? — изумилась Сара, отступая и пожимая плечами. — Представляешь, сама в шоке.

Глава 16

* * *

— Проклятье! — выругался Алишер, запуская пальцы в густоту своих волос.

Королевский архивариус закрыл все книги учёта магов и вежливо произнёс:

— Увы, мой друг, но ни со стороны матери Сары, ни со стороны её отца никто не обладал грозовой магией. Да и это настолько редкое явление, как я тебе и говорил, что знаю всех магов, обладающих этим даром. И все они давно лежат в земле.

Алишер тревожно посмотрел на зеркало-артефакт, по которому собственно он и вёл переговоры со старым и надёжным другом, архивариусом Россом, и понимал, его супруга — тёмная лошадка.

Её странное, непривычное вольное и даже дерзкое поведение, отсутствие страха перед мужчиной, раскрепощенность, живой ум, любопытство вызывали недоумение и иногда восхищение. А порой она говорила такие вещи, которые юная девушка, не познавшая жизни, никогда не произнесёт вслух. А её страстная натура? Какая она была отзывчивая с ним в постели…

Его супруга совершенно не вписывалась к той характеристике на Сару Ширин Ли Холл, которую ему дали.

И ещё этот дар — грозовая магия. Он даже предположить такого не мог!

— Что ты думаешь, Росс? Откуда тогда мог проявиться у неё этот дар? — поинтересовался Алишер. — И что самое странное, в детстве у неё не было никаких магических способностей, иначе…

— Иначе бы она уже стояла на учёте, — закончил за Алишера архивариус и накрутил на палец седой ус. Он всегда так делал, когда размышлял. — Странное дело, мой друг. Выходит, ты инициировал свою супругу в брачную ночь. И есть только одно объяснение — магический дар находился в спящем состоянии. От неё начнётся иная ветвь магов, Алишер. И честно говоря, я даже представить не могу, какой силы родится ваш ребёнок. Представь, если он унаследует оба дара?

Таких одарённых магов мир несколько веков не видел. Последний человек, который обладал разными видами магии был пра-прадед его величества.

Но обычно, у двух магов всегда рождался ребёнок с даром одного из родителей, чаще всего, унаследовали магию сильнейшего. В случае Алишера и Сары, магия смерти сильнее грозовой магии и их ребёнок будет некромантом, но с Сарой он уже и не уврен в этом.

— Сомневаюсь в этом, но время покажет, — мрачно ответил Алишер.

— Покажет-покажет, — улыбнулся Росс. — Но раз твоя жена теперь маг, тебе нужно представить её ко двору и поставить на учёт магов.

— Мне не нужно этого объяснять, Росс, — сказал он. — Просто…

Алишер вздохнул и покачал головой.

— Просто это всё очень странно. Первородных магов не рождалось сколько веков, Росс? Десять, двадцать? Ты знаешь ответ — со времён сотворения мира. Ты ведь прекрасно знаешь, что любой дар оставляет за собой след предков. А у неё — ничего, Росс. Пустота. Чистый лист. Словно она просто взяла и появилась из ниоткуда. Ведь в её роду были только некроманты, а сейчас грозовая магия. Я голову сломал…

— Пока ты её окончательно не сломал, лучше займись женой и дочкой, и поменьше думай. Тебе, мой друг, сейчас важно научить Сару контролировать свой дар.

Алишер выдохнул. Вот и ещё одна забота свалилась ему на плечи. Не жена, а ходячая тайна.

— Я уже выписал из столицы стихийного мага, — ответил Алишер. — Завтра он начнёт с ней занятия.

Росс кивнул.

— Это хорошо. Жаль, что нет в живых магов грозы. Твоей супруге придётся нелегко. Я поищу в архивах их дневники и заметки. Думаю будет полезно вам обоим узнать об этом даре подробнее.

— Благодарю, Росс.

Тот пожевал свой длинный ус и, выплюнув его сказал:

— У тебя ровно месяц, мой друг, чтобы подготовить супругу и привезти её ко двору. К сожалению, я не могу не оповестить его королевское величество о новом маге с даром, который мы уже и не мечтали вновь увидеть. Король будет только рад, и думаю, он может даже устроит бал в вашу честь. Ты ведь так и не устраивал бал по поводу своей женитьбы?

— Нет, — мрачно ответил Алишер. — Я тебя услышал Росс. Передавай моё почтение королю.

— Передам, — улыбнулся архивариус. — И не вешай нос, Алишер. Судьба не зря свела тебя с этой девушкой. Значит, наш мир ждёт что-то особенное или кто-то…

Архивариус весело подмигнул и завершил сеанс.

Алишер устало откинулся в кресле и прикрыл глаза.

Проклятье. Вся его размеренная и привычная жизнь катится в бездну. И виной этому была его жена.

Мужчина всеми фибрами души не переваривал балы и любые другие подобные мероприятия. Но он понимал, что в случае с Сарой этого не избежать. Появись у неё какой другой магический дар, не столь редкий, то и внимания бы никто не обратил. А сейчас, когда Росс доложит о Саре королю, поднимется шумиха.

Возможно, нужно приготовиться к тому, что скоро в его замке появятся гости.

Завтра должен Хассан дать ответ. Может он что-то интересное нашёл?

Алишер после разговора с королевским архивариусом не сомневался — с его женой что-то не так. Только что?

* * *

Сара крутила серебряные браслеты, инкрустированные драгоценными камнями на запястьях, и откровенно нервничала.

Алишер до завтрашнего дня навесил на неё изящные «кандалы», блокирующие магию.

Как он изъяснился: «Для твоей безопасности и безопасности окружающих. Не хватало мне ещё одного неконтролируемого мага в замке».

Саре пришлось согласиться, а как иначе? Она и сама понятия не имела, что может натворить со своими способностями.

Но сам факт, что она маг внушал девушке какой-то трепет, уважение к самой себе, подъём души, в конце концов.

Супруг обмолвился о приезде стихийного мага, который будет давать ей уроки по основам магии и управлению стихией.

Мариям, когда узнала, что Сара тоже обладает магией, обрадовалась и долго-долго упрашивала папу снять с Сары блокирующие магию браслеты и показать, что она умеет.

Алишер ответил дочери, что Сара ничего не умеет.

У неё после таких слов так и чесался язык ляпнуть, что уж поджарить дорогого мужа она уж точно научилась. Еле сдержалась от едкого замечания.

После завтрака Алишер заперся у себя в кабинете (хорошо, что не в подвальной лаборатории). Мариям была на занятиях, а Сара бродила у заветных дверей кабинета мужа и вся издёргалась.

В душе у девушки зарождалась, маленькая ещё совсем, но тревога, грозящая перерасти в настоящую лавину.

Откуда ждать неприятностей, можно было догадаться с одного раза, но вот только какого они будут масштаба?

Вы спросите, с чего это Сара начала тревожиться?

А с того, что Алишер задал Саре очень неудобные вопросы, такого типа, откуда у неё взялась грозовая магия, когда как в её родовом древе не отметился никто с такими способностями, начиная с основателей рода. Даже про бастардов упомянул.

Алишер очень подозрительно смотрел на неё и в его глазах читались подозрительность и недоверие. Что, ели он догадается? Что, если к ней захотят применить ментальную магию?

Сара знала из воспоминаний бывшей Сары, что такой вид магии существует, но применяют данную магию к считыванию мыслей и воспоминаниям крайне редко. Причина — большой риск навредить мозговой активности человека, с кого будут считывать информацию. В основном, данные способности применялись к преступникам.

Но уже немного зная Алишера, Сара не удивилась бы, пригласи он менталиста.

В сотый раз вздохнув и выдохнув, стараясь успокоить бешено колотящееся сердце, Сара решила узнать, что там надумал её супруг. Если она прямо сейчас ничего не узнает, то сойдёт с ума.

Сару даже посетила мысль — может рассказать ему всю правду? Но тут же её отмела. Неизвестно как он ещё на это отреагирует, с его-то тонкой душевной натурой.

Но потом снова вернулась к этой мысли.

Если логически рассудить, то какие могут быть нормальные и здоровые отношения в семье, если эта семья началась со лжи?

Стоит признаться самой себе — рано или поздно, даже самая надёжно сокрытая тайна окажется раскрытой. И если это произойдёт спустя годы, то придёт беда.

Да, сейчас тоже очень страшно! Настолько страшно, что у Сары натурально тряслись и слабевали ноги. Но если не признаться сейчас, то когда-нибудь потом будет слишком поздно.

Если и начинать новую жизнь, то всё-таки это нужно сделать без капли лжи и как можно скорее. Пока Алишер не нашёл какие-то докозательства или не догадался сам, что Сара не совсем Сара.

Она решила, что расскажет о себе Алишеру и будь что будет. Сара чувствовала, что так будет правильно.

В любом случае, даже если он от неё откажется, Сару не упекут в тюрьму, не казнят и не отправят в монастырь. У неё сейчас есть хорошая основа, благодаря которой она сможет жить и самостоятельно — это проснувшаяся магия. А маги в этом мире были на вес золота.

Сара подошла к тяжёлой двери и постучала. Ответа не последовало, но дверь открылась сама. Значит, ей разрешено войти.

* * *

В полумраке комнаты, при слабом освещении, в своём величественном кресле находился некромант и смерил Сару тяжёлым взглядом зелёных глаз.

Она подошла к столу и чуть наклонилась к мужчине, лёгкая улыбка коснулась её алых губ.

Алишер загляделся на её шею — одно из самых чувствительных местечек у Сары. Мужчина отчётливо понял это прошлой ночью. Что будет, если он сейчас прогонит все надоевшие ему мысли и прижмётся к её прекрасной шее губами? Как поведет себя Сара?

Он знал ответ на этот вопрос. Сара — живой заряд страсти, готовый взорваться от легчайшего прикосновения. Алишер сложил руки на груди, чтобы не протянуть их к жене. Он сам не мог дать ответ на вопрос, почему так себя ведёт с Сарой. Алишер подобно качелям, то позволял ей приблизиться к себе, то отталкивал, словно ему мешал какой-то барьер полностью довериться ей. Он не мог понять, что же ему мешает. Но своей интуиции некромант привык верить.

С Сарой было что-то не так. И пока он не выяснит, что конкретно, он не позволит себе покориться этой красавице.

— И? — спросил он.

— Что «и»? — переспросила Сара.

— Ты пришла ко мне в кабинет и молчишь, — сухо заметил Алишер, чуть прикрывая глаза, чтобы не смотреть на её губы и тонкие руки, которые совсем недавно ласкали его тело.

Сара тихо рассмеялась.

— Неужели я не могу зайти в кабинет, к своему мужу, просто так? Неужели для этого нужны причины?

Алишер вздохнул.

— И всё-таки?

Она обогнула стол и подошла к нему совсем близко, ухватила за руку и потянула на себя.

— Пойдём, погуляем по саду, — попросила Сара. — Хочу рассказать тебе одну сказку.

* * *

Сара и Алишер вошли в роскошную беседку, оплетённую дикой розой. Пахло бесподобно. Недалеко от беседки журчала вода в фонтане, пели птицы, подстригал газон одинокий скелетик… Но Сара не обращала ни на что внимания. Сейчас её волновала не окружающая красота, а внутреннее напряжённое состояние.

Сара присела на скамейку и разгладила складочки на своём платье.

Алишер сел напротив, не сводя с неё внимательного взгляда.

Девушка нервничала. Она не могла начать рассказ, но это нужно было сделать. Набравшись смелости, Сара посмотрела на своего супруга и грустно улыбнулась.

— Я хочу, чтобы ты знал главное, Алишер — я дорожу тем, что у меня сейчас есть; тобой; нашими ещё совсем непрочными, но отношениями; малышкой Мари. Я дала клятву у алтаря и не собираюсь её нарушать. Но есть кое-какие сведения обо мне, о которых ты обязан знать. Семья, построенная на тайнах и на лжи, не может считаться семьёй.

Она вздохнула.

Клятва, данная у алтаря. Любить, чтить и во всём слушаться супруга.

А ещё она пообещала комфорт, наслаждение и счастье — но без правды, какое счастье можно построить?

— Я тебя внимательно слушаю, — заговорил Алишер, сложив руки на груди.

И правда, её молчание затягивалось.

— Просто сложно говорить такие вещи… Только прошу тебя, дослушай меня до конца и не перебивай, хорошо? — попросила Сара и даже ладошки сложила в молитвенном жесте.

Алишер лишь кивнул.

Вздохнув в очередной раз, словно она пыталась ухватить последний живительный глоток воздуха и заговорила:

— В одном далёком мире и в одной далёкой стране, жила девушка. Точнее, уже и не девушка вовсе, а зрелая женщина. У неё не было родителей, не было детей и на тот момент не было и мужа. Одной радостью оставалась только работа и ещё сладости. Но в определённый момент жизни и они перестали приносить ей хоть какое-то удовлетворение. Этой одинокой женщине хотелось только одного — простого женского счастья. Хорошего мужа, которого с радостью встречала бы с работы. Ей хотелось целовать спящих детей в мягкие тёплые макушки, поправлять им одеяльца. Засыпать в надёжных объятиях мужа и встречать новый день со всей семьёй за большим столом. Ей хотелось состариться с этим мужчиной. Увидеть внуков, может даже и правнуков. Большая мечта была у женщины, чтобы был дом, наполненный детским смехом. Чтобы рука об руку она шла с одним-единственным мужчиной, до самой смерти. Именно об этом мечтала женщина.

Сара смахнула набежавшие вдруг слёзы на глаза и сглотнула образовавшийся горький ком в горле. Она вдруг живо представила, как Алишер крепко её обнимает, рядом с ними находится хохотушка Мари, а сама Сара ждёт их с Алишером сына. Ах, если бы всё так и сбылось!

Она подняла влажные глаза на мужчину и вздрогнула; Алишер смотрел на неё хмуро, зелёные глаза неестественно ярко блестели.

Но первые слова уже сказаны, назад дороги нет, нужно идти только вперёд. И как сложится её судьба после признания, неизвестно. Всё будет зависеть от Алишера.

Сара облизнула пересохшие губы и продолжила свой рассказ.

— Однажды, женщина попала на приём к гадалке. Та сказала, что умеет менять человеческие судьбы. Для этого нужно было лишь сказать, какую судьбу желаешь. Женщина перечислила важные для себя критерии счастливой жизни. Гадалка предупредила её, что вернуть всё назад будет невозможно. Она согласилась.

Сара замолчала на мгновение и наконец, произнесла самое важное:

— Следующим утром, женщина проснулась в другом мире и в другом теле. Гадалка не обманула, она исполнила… Она исполнила моё желание. Алишер, я родилась и выросла в совершенно другом мире. Я Сара только внешне. В этом теле находится душа другой женщины. Мне тридцать пять лет, Алишер. И признаваясь тебе во всём этом, я не знаю, чего ждать. Мне страшно. Но я хочу, чтобы ты знал — я не притворялась и не играла ни в какую игру, Алишер. Я приняла новую себя… Примешь ли ты меня такую…

Она выдохнула.

— У меня всё. Прости, если мой рассказ вышел сумбурным и непонятным.

Сара замерла, ожидая приговора, но Алишер молчал. Его губы были плотно сжаты, вся поза выдавала напряжение мужчины.

— Переселение душ… — произнёс он хрипло спустя несколько минут.

— Д… да, наверное. То есть, да. — Ответила Сара. Она чувствовала, как у неё бешено колотилось сердце в груди, норовя вырваться наружу, даже начала кружиться голова. Ладошки сильно вспотели. Ей хотелось взять и исчезнуть. Рассыпаться на атомы, чтобы не видеть только этого тяжёлого взгляда Алишера.

Он вдруг резко поднялся со скамьи и грозно приблизился к ней. Сара сжалась вся. Она не знала, что будет. Вдруг ему захочется провести с ней какой-нибудь эксперимент?

Но Алишер вдруг опустился перед ней на корточки и спросил:

— Что стало с душой Сары?

Она моргнула и замотала головой.

— Я не знаю. Возможно, она заняла моё место… Не знаю. То есть, ты мне веришь?

Алишер долго всматривался в её лицо, словно пытался прочесть что-то и сказал:

— Светлая богиня Адиза могла изменить ваши судьбы. Но в том случае, если изначально вы были не на своих местах.

— Ооо… — произнесла Сара.

— Как она выглядела? — спросил Алишер.

— Кто? — не поняла Сара.

— Гадалка. Как она выглядела?

— Эм… Пожилая женщина, лет шестидесяти, может больше, может меньше. Лицо приятное. Невысокая. И у неё были красно-рыжие волосы, — рассказала Сара.

Алишер криво ухмыльнулся.

— Пошли, — сказал он.

— К…куда? — икнула от страха Сара. — Что со мной теперь будет?

— В кабинет, — ответил он. — А насчёт того, что будет, я пока не решил.

«Ну просто великолепно! А мне, значит, придётся маяться и переживать, какое же решение он примет! Чёрт, чёрт, чёрт!» — мысленно выругалась Сара.

Она поднялась вслед за Алишером.

Он вдруг ухватил её за руку и быстрым шагом направился в замок.

Сара смотрела на его руку, которая держала её и думала, может, он переживает, что она убежит? Зачем же так хватать?

Она едва поспевала за его размашистым шагом и тревога всё сильнее нарастала. И было от чего тревожиться. Реакция Алишера была странной. Точнее, её не было вовсе. Она ожидала либо страшного гнева, либо может, радости? Но он отреагировал как-то посередине.

Глава 17

* * *

Алишер вёл супругу за руку. Он держал её крепко. Внутри него царил разлад. Сара оказалась настоящим «подарком».

Он чувствовал, что что-то не так с ней. Но именно такого даже предположить не мог.

Душа из другого мира! По правилам, он обязан доложить о таком феномене Его Величеству.

Поверил ли Алишер в её рассказ? Конечно, поверил. Он не почувствовал ни капли лжи в её словах. Впрочем, если положить руку на сердце, Сара никогда не лгала. Не договаривала, да. Но стоит ли её винить за это? Нет. Знай, он ранее, что Сара вовсе и не Сара, обязательно бы расторг брачную договорённость, отдал бы её на попечение совету магов и королю. А сейчас… А сейчас он не может так поступить. Всё-таки какое-то тёплое чувство уже зародилось к этой женщине. Видит Тёмный бог, он этого не желал, но произошло. И его дочка привязалась уже к Саре.

Он на мгновение представил, что Сары больше не будет в его жизни и какая-то тоска вдруг сжала сердце.

«Проклятье!» — выругался он про себя.

Всю жизнь он избегал любви к женщинам и в итоге, что получил?

Он посмотрел краем взгляда на идущую рядом Сару и едва заметно улыбнулся. Но улыбка была с привкусом горечи.

Её слова о женском счастье затронули его струны души, о которых он и сам не догадывался.

Стоит уже признаться самому себе, что он тоже мечтал о семье, о настоящей семье. Только сам же и закопал эти мечты в самых далёких глубинах своей души. Он это сделал, когда был совсем юн, но с лихвой познал, что такое горе и несчастье.

Он прекрасно помнит своих родителей. Как отчаянно и крепко отец, великий некромант, Андар Багир Ли Гор любил его мать, красавицу Энну. И как яростно она его ненавидела. Как и ненавидела своего сына, Алишера. Энна всегда находила причины оскорбить и принизить их — отца и сына. Оба были похожи как две капли воды.

И тогда Андар пошёл на крайний шаг — чтобы показать, насколько он всё-таки любит эту женщину, он доверил ей свои идеи, свои новые формулы в магических заклинаниях, которые сделали прорыв в магии смерти.

Зря он это сделал. Мать не оценила его доверие и любовь. Они ей были не нужны. Ей никто не был нужен. Алишер даже не знал, любила ли она когда-нибудь? Наверное, нет. Эта женщина могла любить только одного человека в своей жизни — себя.

А несчастный Андар? Зачем он жил с ней? Зачем потакал бесконечным капризам? Выслушивал издевательские упрёки и молчал? Отец всегда молчал. Грозный некромант, который в один миг мог уничтожить любого недоброжелателя, с Энной становился покладистым и… жалким. Именно таким помнит Алишер своего отца рядом с матерью.

Он даже радовался, когда её не было рядом и они оставались только вдвоём. Тогда отец снова становился собой — сильным мужчиной. Он учил его магическим заклинаниям, рассказывал интересные истории. Он был настоящим отцом и другом, на которого хотелось равняться. До тех пор, пока не появлялась Энна.

Нет, думал Алишер, это была нелюбовь. Это было какое-то больное и извращённое чувство. И ему никогда не понять отца, который всю жизнь терпел и за что-то любил эту женщину.

Итогом стало её предательство. Энна передала формулы давнему сопернику отца — Грегору. Они соперничали с ним с тех самых времён, как были адептами магической академии. Оба сильные некроманты. Но Андара выделяли первым. Его оценки и успехи всегда были лучше. Он всегда был впереди Грегора. И тот ненавидел Андара, потому что всегда, хоть немного тот был лучше, сильнее и умнее.

Его ненависть увеличилась, когда его отец получил должность королевского некроманта, а Грегор стал его помощником. Но ненадолго. Вскоре Грегор бросил всё и исчез, без каких-либо объяснений. Исчез бесследно и на долгие годы. Но однажды, он вернулся — соблазнил Энну (мать пошла на это лишь для того, чтобы насолить в очередной раз своему ненавистному мужу). Она передала Грегору формулы, которые с радостью присвоил себе.

Андар бы простил Энну за формулы, будь они прокляты, но не смог простить её измену.

Его мать умерла в монастыре. Женщина от отчаяния повесилась. Но Алишер не оплакивал её. Энна никогда не была ему матерью. Он не знал, что такое материнская любовь. Она никогда не пела ему колыбельные, не рассказывала сказки, как это делает Сара для его дочери. Он не знал материнского тепла и ласки. Кроме оскорблений в свой адрес, Алишер не слышал от неё добрых слов. Лишь изредка она притворялась заботивой мамой, когда отец устраивал балы. Но Алишер насквозь видел и чувствовал её фальшь.

Одним словом, у Алишера не было матери.

Грегор тоже прожил недолго. После того, как он возвысился за счёт украденных формул, он решил отобрать у Андара и остальное — должность, фамильный замок, земли и чтобы имя Багир Ли Гор исчезло в пепле времён.

Алишер помнит покушение на себя. Грегор, очевидно, сошёл с ума от своей ненависти и зависти, что решил принести в жертву сына Андара и получить его силу. Запретный ритуал, за проведение которого (даже упоминать запрещено о нём) назначается смертная казнь.

Отец успел вовремя. Своего сына он спас.

Грегора казнили.

После всех потрясений, седой и сломленный отец умирал день за днём. Он не болел. Андар просто угасал, не хотел жить. И буквально за один год из сильного мужчины, Андар превратился в старика.

Он прожил недолго.

И только похоронив отца, Алишер в первый и последний раз плакал. Он помнит вкус тех солёных слёз, что словно яд, выжигали из него всю душу.

Тогда-то он и пообещал сам себе, что никогда, ни одной женщине не позволит завладеть своим сердцем и душой. Никогда.

Но судьба распорядилась иначе.

* * *

Алишер достал с самой дальней полки толстую и очень старую книгу. Её страницы не просто пожелтели от времени, они ссохлись и были того коричневого оттенка, когда даже не эксперт по старине может легко понять, что перед ним настоящая древность.

Алишер очень бережно положил книгу на стол, вынул из ящика чёрные перчатки и после того, как надел их, аккуратно и медленно открыл фолиант.

Сара следила за его движениями в полном молчании и напряжении.

Алишер тоже не проронил ни слова. И только открыв книгу на нужно странице, произнёс:

— Посмотри сюда. Эту женщину ты видела?

Сара подошла к мужу и опустила взгляд на книгу.

Перед ней были три картинки, одна под другой. И на них были изображены две женщины разных возрастов и одна девочка. Их объединяло лишь одно — красно-рыжие волосы.

Изображения были старыми, бумага во многих местах протёрлась, но Сара всё-таки разглядела знакомые черты пожилой женщины.

— Да! — воскликнула Сара, узнав её. — Это она! Бабушка Лидия… Так она мне представилась.

Алишер хмыкнул.

— Тебе довелось пообщаться со светлой богиней Адизой, Сара.

— С ума сойти, — прошептала она.

— В облике пожилой женщины Адиза приходит к тем, кто ищет любви. Она даёт мудрые советы и направляет. Но я никогда не слышал и не читал, чтобы богиня меняла местами души людей. Тем более из разных миров.

— Тут ещё изображена красивая молодая девушка и девочка… — указала на картинки Сара.

— В облике девочки, Адиза приходит к женщинам, которые желают, но не могут иметь детей. В облике молодой красивой девушки она является к безнадёжным больным и исцеляет. Но это происходит не всегда. Богиня вмешивается в человеческие судьбы редко. Только тогда, когда жизнь человека важна для мира.

«Странно», — подумала Сара. — «Из памяти прошлой хозяйки она отчётливо помнит все молитвы и заповеди к светлой богине, но ничего нет даже подобного!»

— Я не знала даже… — как-то растерянно произнесла Сара.

Алишер посмотрел на свою супругу и сказал:

— Информация о богах содержится в древних и редких фолиантах. Эта книга принадлежала ещё моему пра-прадеду. Подобная есть в королевской библиотеке и может быть пару-тройку можно найти в других королевствах.

— Но как же академии магии? Храмы богов? — спросила его Сара.

— Боги не любят, когда их знают «в лицо», — пояснил Алишер.

Сара улыбнулась.

— И что теперь?

Её волновало будущее. Пока Алишер ведёт себя спокойно и адекватно, но надолго ли?

— Теперь… — сказал он и замолчал.

Закрыл книгу и убрал на место. Медленно и даже какими-то ленивыми движениями снял перчатки, бросил их на стол и посмотрел на Сару. Посмотрел серьёзным и задумчивым взглядом.

Девушка молчала. Но её состояние было близко к истерике.

«Почему он молчит? Что же он надумал?» — задавалась Сара вопросом.

— Мне нужно на какое-то время оставить замок, — нарушил вдруг тишину Алишер, не сводя с неё взгляда. — Вернусь к ужину. И пока меня не будет, я хочу тебя кое о чём попросить. Надеюсь, ты поймёшь меня.

Сара облизала вдруг пересохшие губы.

Алишер опустил взгляд на них, вспоминая их вкус и мягкость, но тут же прогнал приятные воспоминания.

— Что ты хочешь попросить? — хриплым голосом от волнения произнесла она.

— Я ПРОШУ тебя на время моего отсутствия оставаться в своих покоях, Сара, — медленно и практически по слогам произнёс Алишер.

Сара открыла было род, чтобы возмутиться, но тут же его захлопнула и согласно кивнула.

Алишер смотрел на свою супругу и прочёл во взгляде разочарование и обиду?

Её лицо отражало все эмоции. У Мари тоже была живая мимика.

Они с Сарой очень похожи.

Его сердце дрогнуло, рука поднялась невольно и потянулась к девушке, чтобы обнять. Но он тут же он замер, и рука безвольной плетью упала. Нет, не сейчас.

Сара видела, как Алишер смотрел на неё — с надеждой? Или ей показалось?

Сначала она хотела возразить, но потом решила согласиться с его просьбой. Ведь это важно, что Алишер не приказал, а попросил её. Сара понимала, что он беспокоиться о дочери, но Сара бы никогда не причинила ей вреда.

Обидно, что он не доверяет. Но только спустя время он сможет начать ей доверять. Но есть ли у них это время? Что же он решил?

Сару терзала масса вопросов, и не находилось на них ответов.

Алишер галантно проводил супругу до её покоев, поцеловал тонкие пальчики и удалился.

Сара смотрела ему вслед, и тревога сжимала её сердце. Нет ничего мучительней ожидания и безызвестности.

— Госпожа, может желаете молочную ванну? — поинтересовалась Тина.

Сара посмотрела на неё и кивнула.

— Пожалуй, приму.

Алишер выставил возле покоев своей супруги двух воинов зомби.

Он понимал, что его мнительность напрасна, но не мог по-другому.

— Пусть оседлают моего коня! — дал он задание Гарольду.

Сам мужчина вошёл в ученическую комнату, где Мариям постигала гранит наук. Поцеловал её в пухлую щечку и сказал, что вернётся к ужину.

Дал распоряжение Урсуле, чтобы к Саре они не ходили до его приезда.

Алишер хотел получить ответы на свои вопросы. И получить он их может только в храме светлой богини.

* * *

Алишер вошёл в храм. Тяжёлая резная дверь со стуком за ним захлопнулась.

Внутри храм оказался пуст. Статуя богини Адизы возвышалась до самого купола. Её лицо, вырезанное из камня, было опущено и укрыто вуалью. Видно было только лёгкую полуулыбку — добрую и всё понимающую.

Давно Алишер не заходил в храм Адизы. Он посещал либо храм двух богов, либо храм тёмного бога Марона.

Но сегодня была особенная причина ступить в это святилище.

Простые деревянные скамейки были пусты.

В лучах солнца, что пробивались сквозь узорчатые окна, плыли белые пылинки.

На алтаре дрожала зажжённая одинокая свеча.

Алишер плавно ступая, направился к статуе и опустился перед богиней на колени. Склонил голову и заговорил:

— Великая богиня света и любви, Адиза. Я пришёл к тебе с вопросами… Надеюсь, ты подашь мне знак…

Его голос эхом разнёсся по пустому помещению.

— Ты послала в наш мир иную душу…

— Ах… — раздался вдруг чей-то вздох.

Алишер вскинул голову и обернулся.

Позади него, на одной из скамеек сидела пожилая женщина и вязала носки из красной пряжи. Женщина улыбалась.

Алишер тут же вскочил на ноги и склонился перед женщиной в низком поклоне.

Перед ним находилась сама богиня Адиза. В образе милой пожилой женщины с красно-рыжими волосами.

— Великая Богиня… — но она его прервала.

— Прекрати эти реверансы, дружочек, — сказала она с усмешкой. — Лучше сядь рядом со мной.

Алишер послушно подошёл и опустился на скамью рядом с богиней.

Его охватил трепет. Не каждый день (точнее ни разу за всю свою жизнь) он не общался с богами с глазу на глаз.

— Хочешь узнать о своей жене? — сама спросила его Адиза.

— Да, — согласно ответил Алишер.

— Глупенький ты, Алишер. Всё никак не можешь прошлое оставить в прошлом, — покачала головой Адиза, рассматривая провязанный ряд. — Пришло время выбирать, как ты будешь жить дальше; пойдёшь ли по жизни один или всё же, отбросишь прочь сомнения и откроешь ей своё сердце.

— Почему она? Да ещё с другого мира? — поинтересовался у неё Алишер.

Богиня немного раздражённо вздохнула.

— Почему-почему? — она повела плечом, скидывая с плеч укрывающую её шёлковую шаль. — Боги тоже иногда ошибаются, Алишер. Она должна была родиться здесь. Большего тебе не скажу. Нечего смертному знать о делах богов.

Алишер находился немного в растерянности.

Богиня вдруг повернулась к нему и улыбнулась.

— Да вижу-вижу, что не даёт тебе покоя. Не такая она как твоя мать, Алишер. Не такая. У Сары светлая и чистая душа. И не только. Вы половинки одного целого, но так уж случилось, что девочка родилась в другом мире. Пришлось исправить оплошность, дорогой мой мальчик.

— Половинки? — переспросил Алишер.

— Именно. — Богиня рассмеялась. — Эх, ты! Как говорят в том мире, Фома неверующий. Пока ты своё сердце не раскроешь и не доверишься своей жене, до тех пор любовь не сможет полностью наполнить вас. Сердцу и зима мила, Алишер, был бы костёр. Доверишься — пойдёте плечом к плечу по жизни. И надёжнее тыла тебе не сыскать во всём мире. Всё, что было посеяно, давно взошло и покрылось прахом. Отпусти прошлое и живи СВОЕЙ жизнью, Алишер. Слушай своё сердце и верь ему — оно тебя не обманет. Вижу я, что тянет тебя к этой девочке. Вот и не противься. Впусти любовь и будет тебе счастье. Пойдёшь вопреки любви и познаешь только одиночество.

Алишер склонил голову.

— Благодарю вас, что снизошли до разговора со мной, великая и светлая Адиза. Я услышал ваши слова и благодарю за столь щедрый подарок, как Сара.

Богиня громко расхохоталась.

— Глупенький! В твоей душе остались сомнения. Думаешь, не увижу твоё недоверие? Эх, это всё влияние моего мужа. — Но вдруг женщина стала очень серьёзной. — Твоему отцу я давала знаки, Алишер. Он выбрал не ту женщину. Не для него она была рождена. Я не благословила их союз, но он пошёл вопреки самой природе, за что и поплатился. А его родная душа, половинка, находилась совсем рядом. Его ослепила не любовь, а жажда обладания первой красавицей. То было лишь тщеславие. Он поддался ему и лелеял, выращивал в своём сердце и сам же полюбил. Сам себя обманул. И сделал несчастным столько людей.

Алишер ошарашено посмотрел в глаза богини, в которых отражалась великая мудрость и даже вселенская грусть.

— Мне больно, когда мои дети не принимают мои дары. Я тебе всё сказала. А теперь ступай. Мой муж не очень любит, когда я общаюсь с его подопечными.

Алишер поднялся со скамьи и низко поклонился.

— Ступай-ступай, говорю, — поторопила его Адиза.

— Можно один вопрос? — набрался наглости Алишер.

Женщина со вздохом кивнула.

— Что стало с душой другой Сары?

Адиза улыбнулась.

— Она заняла место твоей жены. И нашла своё счастье в том странном мире.

Алишер кивнул.

— Благодарю.

Богиня махнула ему, чтобы уже отчаливал и Алишер не стал гневить божество, тут же направился на выход.

Вместо ответов, он получил новые вопросы.

Мужчина вскочил на своего коня и пустил скакуна во весь опор.

Пусть ветер рассеет его сомнение.

Тем временем, Адиза завершила своё вязание. Посмотрела на идеальные связанные носочки, улыбнулась и произнесла вслух:

— Любовь уже дала росток, мой мальчик.

Глава 18

* * *

Елена в одиночестве смотрела вечернюю передачу про то, как пары старались найти свою любовь и посторить семью, и печально вздыхала.

Она получила, что хотела. Но как оказалось, без любви-то счастья нет.

Эх, где же её принц?

Может, тоже податься в реалити-шоу и попытать счастья в поиске второй половинки?

Но тут же она отбросила эти мысли. Не сможет она, не тот характер, чтобы быть на виду у всего мира.

Елена снова грустно вздохнула.

Её взгляд то и дело возвращался к серебристому холодильнику, в котором стоял огромный торт.

«Попробовать его, что-ли? Не зря же Мэт постарался и уволок с презентации», — подумала Елена и, выключив телевизор, направилась ставить чайник.

«Хоть сладким побаловать себя, раз принца нет».

Вдруг раздался звонок в дверь.

Елена подумала, что может это Мэт снова пришёл. Больше некому к ней приходить, тем более в воскресенье вечером.

Она посмотрела в дверной глазок и обомлела. За дверью находился Амато Романо собственной персоной.

Елена тут же посмотрела на себя в настенное зеркало, быстро поправила взъерошенные волосы, посетовала на себя, что одета в плюшевый спортивный костюм. Хоть бы халатик был на ней. Но уже не переодеться. Не держать же такого мужчину в общем коридоре?

Елена волнуясь, открыла дверь и замерла. Мужчина ей улыбался и держал в руках огромный букет красных роз.

— Простите, что поздно, Елена. Не мог не отблагодарить вас за помощь, что вы оказали моему шалопаю брату, — произнёс этот чудо-мужчина с лёгким акцентом и красивым баритоном.

Елена сглотнула и тут же опомнилась.

— Ох. Проходите, пожалуйста.

Амато вошёл в её квартиру и вручил тяжёлый букет. От роз исходил потрясающий аромат.

— Это вам.

Елена с удовольствием вздохнула их аромат и широко улыбнулась.

— Не стоило. Мне было не сложно помочь. Но признаться честно, мне очень приятно, — ответила она.

Амато кивнул.

— Брат всю дорогу говорил о вас, — произнёс мужчина. — Джино редко покоряют женщины. Они для него больше развлечение. Но вы стали исключением.

— А что же он сам не приехал? — не могла не спросить она. Было любопытно, почему благодарить приехал именно Амато, а не Джино.

— Потому что, после нескольких бокалов шампанского, его внимание переключилось на внучку бабулиной подруги, — пояснил Амато.

Елена разочаровано кивнула. Вот тебе и раз. А сказал, что я его брата покорила.

— Не расстраивайтесь, Елена. Джино хоть уже и не мальчик, но в голове его до сих пор гуляет ветер.

Елена улыбнулась.

— Я совсем не расстроилась. И спасибо за цветы, Амато. Они прекрасны.

— Прекрасной женщине прекрасный букет, — сказал он.

Елена почувствовала, как её щёки заливает румянец. Было приятно слушать и принимать комплименты.

— Может, выпьете со мной чашку чаю или кофе? У меня есть потрясающий и ещё даже не распакованный торт. Мэт и Джино стащили его с презентации, представляете?

Амато кивнул и изящно снял с себя пальто.

— Не откажусь.

Елена обрадовалась.

— Проходите. Я сейчас только цветы в вазу поставлю.

Она положила букет на журнальный столик и кинулась в спальню за вазой, которая была совершенно простой и невзрачной на вид, но на самом деле, выполнена вазочка была из муранского стекла.

Она наполнила её водой из-под крана и вернулась в гостиную.

Цветы заняли место на журнальном столике и гармонично вписались в интерьер. Даже как-то веселее и уютнее стало. Или это ощущение уюта взялось от присутствия Амато?

— Чай, кофе? — поинтересовалась она.

— Лучше кофе, чёрный…

— Я запомнила, какой вы любите, — перебила она его с лукавой улыбкой.

Амато кивнул.

Елена налила ароматный кофе в две чашки и поставила на стол.

Достала из холодильника торт, разрезала белую ленту и открыла крышку, чтобы тут же выронить её от шока.

— Ого! — воскликнул удивлённо Амато. — Креативный дизайн у торта.

— Ради всего святого! Простите, Амато! Я не знала, что здесь такое… — воскликнула Елена, прижимая ладошки к пунцовым щекам.

Мужчина рассмеялся.

— Вы так мило смущаетесь, Елена. Могу сказать, что торт весьма… оригинален в своём исполнении, но не вижу ничего страшного.

— Я убью Мэта, — чуть не плача произнесла Елена.

Перед ними стоял торт, выполненный в форме мужского детородного органа со всеми деталями.

— Это просто кошмар, — произнесла она, не зная, куда деть глаза.

Тут же спохватилась, подняла крышку и хотела закрыть торт, но Амато перехватил её руку.

— Это не кошмар, милая Елена. Повар очень старался. Вон, какой размер даже соорудил, — его глаза смеялись. — Неужели не хотите попробовать?

— Вы издеваетесь надо мной? — прошептала она.

Амато тут же стал серьёзным.

— Простите. Не хотел вас обидеть.

Амато тут же встал со стула, сам накрыл торт крышкой и сказал:

— Предлагаю выпить кофе и съесть вкусные пирожные в одном чудесном ресторане. Вы не будете против?

Елена мотнула головой.

— Нет. Я не против. А с этим что делать?

Амато улыбнулся.

— Отдам брату.

Елена рассмеялась.

— Вы жестоки.

— Ни капли.

— Ладно. В шкафу есть верёвка. Нужно перевязать коробку.

— Я сделаю, — сказал Амато. — Переодевайтесь.

Елена, не веря в то, что прямо сейчас пойдёт с этим мужчиной в ресторан, ощущала, будто у неё за спиной выросли крылья. А торт? А в бездну торт!

* * *

Поход в ресторан вышел прекрасным. Оба наслаждались обществом друг друга. Амато оказался прекрасным рассказчиком и был вовсе не таким холодным и отчуждённым, как решила Елена в первую встречу.

Елена слушала и восхищалась им — умный, красивый, успешный и, как выяснилось, не женат.

Амато был также покорён Еленой. Она казалась ему какой-то неземной женщиной. Её речь словно журчала. Она говорила спокойным и приятным голосом, который хотелось слушать и слушать. Её элегантные манеры и нежность больше бы подошли девушке века девятнадцатого. Но Амато понравилась её утончённость и интеллигентность.

Несколько дней и встреч спустя, Амато предложил Елене встречаться. Женщина была рада и согласилась.

Нежное чувство коснулось итальянца и русскую девушку.

Елена нашла не только своё место в этом мире, но и женское счастье.

Глава 19

* * *

Прошло ровно две недели с того самого момента, когда Сара призналась Алишеру в том, кто она. В тот день мужчина не вернулся к ужину. Он прибыл уже поздней ночью.

В тот день, малышка Мари расстроилась, что папа так и не вернулся и вопреки просьбам няньки, пробралась через смежные балконы в коридоре в покои Сары.

Нянька осталась в комнате Мари. Девочка всего-навсего усыпила Урсулу.

Сара была не против компании Мариям, правда немного отругала её за то, что девочка рисковала собой и пролезла к ней через балкон.

— Просто папа зачем-то поставил возле дверей в твои покои стражу. Они бы меня не пустили. Ты его чем-то расстроила?

— Пока не знаю, Мари.

Потом последовала сказка на ночь и обе крепко уснули на её кровати.

Так и застал их Алишер, когда в половине третьего ночи вернулся домой. Он сразу зашёл к дочери и, взглянув на пустую кровать и храпящую в кресле Урсулу, в панике бросился в покои к Саре, где и увидел свою Мари, сладко спящую в её объятиях. А в ногах кровати раскинулся котёнок Калюк, который при виде Алишера громко мяукнул. Алишер почувствовал невероятное облегчение и, привалившись к стене, устало провёл рукой по лицу. Потом ещё раз взглянул на Мари и Сару и, отправился к себе, чтобы принять ванну и смыть с себя дорожную пыль. Но сначала он разбудил от магического сна Урсулу.

Нянька мгновенно начала извиняться, но Алишер лишь приказал ей отправиться в покои Сары и не покидать спящую Мари.

Выйдя из ванной, он неожиданно обнаружил Сару сидящей на краешке его огромной кровати. Он надел шёлковый халат и сел с ней рядом.

— Как ты умудрилась миновать охрану? — спросил он её хрипловатым голосом.

Сара улыбнулась.

— Через балкон.

Алишер покачал головой над её безрассудством.

— Я был в храме светлой богини, — произнёс он вдруг.

— Алишер, я так сожалею о том, что сразу тебе не сказала о себе…

Он накрыл её руки ладонью и ласково сжал их.

— Не извиняйся. Всё было правильно… — он помедлил и сказал: — Вчера ты сказала, что приняла себя новую.

— Да, — кивнула девушка.

— И я принимаю тебя, Сара. Ты — моя жена. И я очень хочу, чтобы мы стали семьёй.

Сара не верила своим ушам. Она точно не спит?

Мужчина не дал ей опомниться и накрыл своими губами её приоткрытые губы.

Сара закрыла глаза и выдохнула со стоном:

— Алишер.

Именно с этой ночи полностью изменилась их жизнь. Если вы думаете, что они предавались этой ночью любви, то ошибаетесь. Они проговорили до самого рассвета. Сара уютно лежала в его объятиях, а Алишер с удовольствием и нежностью прижимал супругу к себе.

Сара рассказала ему о своей прошлой жизни, кем была и как жила. Немного поведала и о своём мире. Алишер был озадачен тем, что в мире под названием Земля отсутствует магия. Он сказал, что магия однозначно есть, иначе бы у Сары дар не проснулся. Мужчина предположил, что, скорее всего боги Земли за что-то разгневались на людей и заблокировали их магию.

Сара лишь пожала плечами.

Алишер, в свою очередь, рассказал ей о себе и своей жизни.

После рассказа о детстве маленького Алишера, Сара долго плакала.

— Прошу тебя, не нужно меня жалеть, — произнёс он как-то устало.

Сара вытерла слёзы и сдавленно прошептала:

— А я тебя, большого дядьку и не жалею. Мне обидно за того маленького мальчика, который не получил материнской любви и не узнал, что такое семья.

Они говорили и говорили, раскрывали друг другу души, признавались в тайнах и секретах.

Между ними рухнули все преграды.

Сара смотрела в зелёные глаза своего мужа и думала, какой же он удивительный. И бесконечно красивый. И он — полностью принадлежит ей.

Время замедляло свой бег. И её душе было безмерно хорошо рядом с его душой. Распахнутые, открытые, бесстрашные в своём желании быть неразрывно близко, быть едиными. Быть целостными в этом единении и по отдельности. Быть принятыми такими, какие есть. И жить. Жить, даря свою любовь друг другу.

* * *

Утром, семью Ли Гор посетил Хассан, сыщик, нанятый Алишером.

Мужчины заперлись в кабинете и, Алишер узнал от него, что Сара накануне свадьбы обращалась за помощью к некой ведьме, которую Хассан, к его глубокому сожалению, так найти и не смог.

Единственное, что известно ему стало о той ведьме, это то, что у неё необычный цвет волос — красно-рыжий.

— Так что, господин, я уверен, что ваша супруга была подвергнута магическому воздействию. Но, увы, какому именно, я выяснить так и не смог.

Алишер уже и сам всё знал. И даже догадаться было несложно, что в образе ведьмы предстала богиня Адиза. Но Хассану этого не стоило знать.

— Это всё, что ты узнал? — лениво поинтересовался у сыщика Алишер.

— А больше ничего интересного о вашей супруге и нет, господин. Она вела довольно скучный образ жизни. Примерная и благовоспитанная девица до зубного скрежета.

— Я тебя понял, Хасс. За свои услуги ты получишь то, о чём мы договаривались. Гарольд отдаст тебе плату.

Хассан довольно улыбнулся. Зомби-сыщик очень любил мозги и (о несчастье), достать их было крайне сложно. Но у некромантов всегда имелись такие вот запасы.

— Гарольд, — позвал Алишер своего верного слугу. — Выдай Хассану его плату.

Гарольд поклонился, Хассан тоже и оба покинули его кабинет.

Как только за ними закрылась дверь, Алишер улыбнулся.

Всё же богиня правильно сделала. Скучная и нудная жена ему была совершенно ни к чему. Он рад, что его половинкой является эта чудесная и необыкновенная новая Сара.

Но тут же некромант нахмурился. Впереди королевский бал. Алишер терпеть не мог такого рода мероприятия и мысли о бале, всегда портили ему настроение.

* * *

Сара разочаровано простонала. Ей никогда не выполнить такого рода задания.

Девушка даже подумать не могла, что обучаться магии окажется НАСТОЛЬКО сложно.

Во-первых, основой для мага служили его руки. Для плетения заклинаний нужно было в определённые фигуры соединять пальцы.

Самым главным жестом была так называемая фигура «Геза». Нужно было соединить мизинец с большим пальцем. И не с внутренней стороны ладони (ха-ха, было бы очень просто), а сверху! Вы попробуйте, попробуйте!

Когда выяснилось, что пальчики Сары не так гибки, как нужну для магов, Алишер и учитель начали показывать ей специальную гимнастику для рук и пальцев, которой начинают заниматься юные маги, чуть ли не с рождения.

Мари виртуозно гнула пальцы в разные стороны и малышке понравилось давать советы взрослой Саре и объяснять ей, как правильно и в какой последовательности выполнять гимнастические упражнения.

Вообще, это была большая редкость, когда у человека в таком уже возрасте просыпался дар и, как правило, такие маги не занимали особо высоких должностей.

Ну и, конечно же, Сару решили обучить лишь для того, чтобы девушка могла контролировать свой дар. Ни в какую академию её не возьмут, да и Алишер не позволит. Где это видано, чтобы замужняя госпожа, пошла учиться! Моветон.

— Госпожа, вы снова неверно рассчитали формулу направления молнии. Если вы создадите такое плетение, то молния поразит именно вас. — Учитель подошёл к доске и переписал её выполненное задание. Потом обвёл допущенные Сарой ошибки. — Вот здесь вы поставили знак минус, а надо было плюс. И вот здесь корень не из двух, а из пяти. Это непростительные ошибки, госпожа. Я так понимаю, вы не усвоили алгеброидные теоремы молнии. Значит, на сегодняшнем уроке мы пройдём их снова.

Сара уронила голову на сложенные руки.

Девушка и подумать не могла, что она, будучи в прошлой жизни экономистом с высшим образованием, уважающая и любящая математические науки, в новом мире ни черта не будет понимать! Потому что её разум отказывался воспринимать эти формулы! Потому что так не может быть! По правилам математики нельзя было в том месте ставить знак плюс! Но это другой мир и её мозг находился в полнейшем ступоре.

— Хорошо, давайте снова повторим, — печально согласилась Сара.

«И зачем вообще у меня этот дар проснулся?» — подумала тоскливо Сара.

Мало того, что её мучили на уроках по основам магии, так после этих занятий, её домучивала противная тётка, похожая на сушёную воблу.

Вобла оттачивала её манеры. Этикет, мать его. Хоть память Сары помогала ей, как и тело, которое помнило все эти реверансы, но как оказалось, до совершенства Саре, ой, как далеко.

Всё-таки скоро королевский бал. И нельзя упасть в грязь лицом, опозорить себя и мужа незнанием элементарных правил поведения в высшем обществе. А их, как оказалось, тьма тьмущая. Некоторые даже предыдущая Сара не знала.

В общем, дни напролёт у Сары были похожи на ад. Только ночью ей было хорошо — в объятиях мужа предаваться пылкой страсти и любви.

Глава 20

* * *

— Тьфу, какая же гадость! — воскликнула Сара, выплюнув на ладошку кусочек клубники со сливками.

Она отложила пожёванный кусочек на салфетку и откинулась на подушки.

— По-моему, ягода гнилая.

Алишер выбрал другую ягодку, понюхала её и осторожно надкусил.

— Наверное, одна попалась испорченная. У этой превосходный вкус, — он обмакнул её в сливки и протянул ей ягоду.

— Невероятно, — проворчала Сара, — Целое блюдо клубники, но именно мне досталась гнилая.

Она взяла из его рук ягодку и закинула в рот, чтобы снова скривиться и выплюнуть.

— Кажется, у меня изменилось вкусовое ощущение. Клубника мне кажется не вкусной и сочной, как раньше, я чувствую гниль и горечь.

Она отодвинула от себя тарелку и устало вздохнула.

— Кажется, эта неделя свела меня с ума, Алишер. Мне хочется то плакать, то смеяться, то кого-нибудь придушить. Чаще всего придушить хочется воблу. То есть учительницу по этикету, Ванессу. Она вызывает невероятное раздражение.

— Через неделю мы должны появиться при дворе. Ванесса доложила мне, что твой реверанс уже можно назвать совершенством, — улыбнулся Алишер. — Потерпи ещё немного, дорогая.

— Да это я так, просто усталость какая-то странная, — пожаловалась Сара. — И если честно, на бал ехать нет никакого желания. Ооо… А завтра ещё приедут портные! Я точно умру!

Алишер рассмеялся.

— Я не позволю этому свершиться.

— У тебя в кубке ещё осталось вино? А то моё кислит.

Алишер передал Саре свой кубок. Она сделала небольшой глоток, чтобы тут же сморщится.

— Алишер! Повар подсунул нам бурду! — возмутилась она.

Алишер с недоумением взглянул на супругу и сделал глоток из своего кубка, потом и из её.

— Сара, вино отменное, — пожал он плечами. — Откуда эти капризы?

Сара почувствовала, как у неё защипало глаза.

«Ну вот, сейчас я ещё и разревусь», — подумала девушка, всхлипывая.

Алишер, что лежал рядом и читал книгу, с беспокойством посмотрел на Сару.

— Дорогая, что такое?

— Но почему мне всё время достается всякая гниль?! Ты не чувствуешь, а я чувствую, что во вкусе ягод и вина что-то изменилось!

Она вдруг поняла, что говорит с несвойственным ей раздражением, и ужаснулась. К тому же у неё глаза последние дни на мокром месте. Что за ерунда?

— Прости, Алишер. Видимо я нервничаю из-за этого бала, вот и срываюсь. Может я съела что-то не то за ужином, вот и чувствую странный привкус.

— Всё хорошо, — улыбнулся он ей. — Давай лучше я подниму тебе настроение.

Сара улыбнулась и прижалась тесно к мужу.

Алишер улыбнулся, и вокруг его глаз появились уже знакомые морщинки. Одним быстрым движением он взял её руку, поднёс к губам и нежно поцеловал.

* * *

За завтраком Мариям показала Алишеру и Саре свой рисунок.

— Я нарисовала нашу семью, — довольно сказала малышка. — Наш замок, папу, тебя Сара, Калюка и себя.

Из её каракуль вряд ли можно было бы понять кто есть кто, но само осознание того, что Мариям уже причислила Сару к семье, растрогало девушку.

«Ладно, со мной действительно что-то не так. Я же не плакса! Вот нисколько! Женщины, у которых вечно глаза на мокром месте, вызывают у меня раздражение», — подумала Сара, утирая салфеткой повлажневшие глаза.

— Мари, это восхитительно, — прошептала Сара.

— Молодец, милая. Очень красиво, — похвалил её Алишер.

Мари закивала.

— Я старалась. Повешу рисунок у себя в комнате.

Урсула как всегда была невозмутима и молчалива.

Котёнок сидел на стуле и лакал подогретое молоко.

Звон тарелок вернул всеобщее внимание к завтраку. Перед Сарой слуги-скелеты поставили блюдо — куриный суп с лапшой, щедро присыпанный петрушкой. Когда до Сары дошёл запах супа, она плотно, почти до боли сжала губы, с трудом сглотнула и схватила за костлявую конечность слугу-скелета.

— Убери суп, скорее и принеси… — с трудом произнесла Сара сквозь потно сжатые зубы. — Принеси кашу, пшённую или манную…

Скелет поклонился и забрал тарелку с супом.

— Сара? — забеспокоился Алишер.

Мариям с любопытством посмотрела на Сару и воскликнула:

— Я тоже не буду суп, а буду кашу!

— Всё в порядке, — сказала Сара. — Просто что-то запах супа мне не понравился…

— Ты побледнела… — произнёс мужчина. — Может, у тебя что-то болит…

— Нет-нет. Правда. Сейчас всё пройдёт.

Сара изобразила весёлость и беспечность, и заговорила про свои успехи в учёбе, чтобы сменить тему разговора.

— Ваша каша, госпожа, — деревянным тоном произнёс слуга-скелет и поставил перед Сарой, а потом и перед Мариям пшённую кашу.

— Ммм… Как вкусно! — сказала Мари.

Алишер улыбнулся.

Сара отправила первую ложку каши в рот. Слава светлой богине, ни запах, ни вкус каши ей не был противен.

* * *

Сара склонилась над тазом и распрощалась с завтраком.

«Это, ни в какие ворота не лезет», — устало подумала девушка.

Ей надоели эти странности, что происходят с ней последние несколько дней; то запахи раздражают; то вкус продуктов меняется; а сегодня ещё и рвота началась.

Просто великолепно! Как раз все эти сюрпризы случились незадолго до королевского бала!

Алишер разволновался и в срочном порядке вызвал королевского целителя, который должен был объявиться в их замке с минуты на минуту.

Мариям не пускали в покои Сары, девочка беспокоилась за неё и задавала всем вопросы, что же случилось с Сарой.

Алишер находился возле супруги и не знал, как же ей помочь.

Артефакт, который выявляет болезни и травмы не показал никаких нарушений в организме.

Алишер помог Саре умыться и лечь в кровать.

— Я умираю, — заплакала Сара. — Я ведь ещё так молода… Алишер, если я умру, не вздумай сделать из меня зомби!

На Алишера было страшно смотреть.

Он обхватил девушку за плечи и прижал к себе.

— Я не позволю тебе умереть!

В дверь раздался стук.

— Господин, прибыл целитель! — раздался из-за двери голос Гарольда.

Алишер подскочил и распахнул дверь, впуская целителя.

Тут же свой нос засунула Мариям, но Алишер мягко попросил дочку не входить, а лучше насобирать для Сары букет цветов.

Девочка кивнула и вместе с Урсулой убежала в сад.

Целитель довольно быстро поставил «диагноз».

— Вы абсолютно здоровы, госпожа, — улыбнулся пожилой мужчина.

— Что с ней, Патрик? — раздражённо спросил Алишер.

— Поздравляю вас, господин. Госпожа, вы беременны. Судя по данным моего артефакта, срок беременности четыре недели.

Саре захотелось стукнуть себя по лбу.

«Всё-таки, я идиотка! Ну, конечно же, тошнота, плаксивость… первые признаки беременности! Да ещё и дней красных не было…»

Алишер замер столбом, а потом очень осторожно, словно боясь чем-то навредить, сел на кровать, взял Сарины ладошки в свои руки и поцеловал тонкие пальчики супруги.

— Как же я рад, — прошептал он.

Сара почувствовала, что сейчас разревётся, от счастья.

«Боже, только четыре недели, а у меня уже такое состояние! Что же будет дальше?»

— Я оставлю вам специальные сборы для беременных. Чтобы ваш эмоциональный фон не балансировал из крайности в крайность. — Сказал целитель. — Из-за того, что вы оба маги, но при этом дар у вас различный, состояние госпожи столь нестабильно. Но сборы вернут баланс.

«Я беременна», — наконец дошла главная мысль до Сары.

Она прикрыла глаза и прошептала про себя: «Спасибо, светлая богиня».

Алишер вдруг склонился к жене и нежно прикоснулся к её губам.

— Фу, — отстранилась она, — От меня же несёт блевотиной!

— Неважно, — улыбнулся он.

— А мне важно, — скривилась Сара.

Алишер внимательно посмотрел супруге в лицо:

— Сара, ты недовольна? Ты не хочешь ребёнка?

«Я сейчас тебя стукну!» — захотелось крикнуть ей в лицо мужу.

— Никогда не говори так, я всегда хотела детей. Просто я немного напугана, — вырвалось у неё.

Он смягчился и заключил девушку в тёплые сильные объятия:

— Не бойся, Сара.

Девушка прижалась щекой к его мягкому жилету и забормотала, делясь своими страхами:

— Не хочу ранить твоих чувств, но скажи, если ребёнок — маг, то магия уже будет проявляться в утробе? Если малыш некромант? Или грозовой маг? Божечки, меня разорвёт от молний?

Алишер изумлённо посмотрел на Сару и отрицательно мотнул головой.

— Сара, в твою голову лезут совершенно бредовые мысли. Магия у ребёнка проявится лишь тогда, когда малыш родиться, и то, это будет лишь обозначение вида магии. А сама сила начнёт проявляться к трём годам.

Сара облегчённо выдохнула.

— Спасибо, что успокоил.

Алишер поцеловал её в лоб и улыбнулся:

— Если что-то тебя тревожит, сразу говори мне.

Сара хихикнула.

— Вдвоём бояться не так страшно, да?

Алишер лишь широко улыбнулся. Мужчина не скрывал своей радости и своей гордости.

— А как думаешь, у нас родится дочь или сын? — спросила она его.

— Я уверен, что родится сын.

Сара счастливо улыбнулась.

— Алишер, я ещё тебе не говорила этих слов, но хочу признаться… — она посмотрела в любимые зелёные глаза и погладила его по гладко выбритой щеке. — Я люблю тебя.

Вот и прозвучали заветные слова. Её улыбка не покидала счастливого лица. Сара ждала признания в ответ. Но Алишер лишь поймал её ладошку и поцеловал в самую серединку.

— Оставлю тебя отдыхать. Распоряжусь и сейчас принесут тебе отвар из сбора. Портнихам я сам закажу платье для бала.

Развернулся и покинул покои.

Сара почувствовала, как по её щекам покатились огромные градинки слёз.

— Не любит… — всхлипнула она сдавленно и расплакалась.

* * *

Алишер заперся в своём кабинете, и устало опустился в кресло.

Она призналась ему в любви. По глазам Сары Алишер видел, что она ждала эти слова и от него.

Он хотел сказать, что тоже любит. Но любит ли?

Когда любишь по-настоящему, то весь мир сужается до двух человек… И этот второй — становится настолько близким, что ты готов сделать на неё всё! Неужели, это и есть… Любовь?

Он уже начал растворяться в Саре. И он со священным ужасом понял, что ни его, ни её больше не существует!

Есть только ОНИ. Только вместе.

«Я идиот», — подумал он.

«Настоящий идиот. Сара моя половинка, моя судьба! Она носит под сердцем моего ребёнка! И я боюсь раствориться в семье, боюсь потерять себя?»

— Хватит! — рявкнул он сам себе.

«Пора уже признаться, хотя бы самому себе. Я люблю её. Она моя жена, моя женщина, мать моего сына. Она любит меня и мою дочь. И мы — семья».

Окончательно разобравшись в себе, Алишер решил признаться Саре в своих чувствах сразу после бала.

Почему не сейчас?

Потому что он решил, что одни слова ничего не значат, а вот поступки…

После бала он преподнесёт для неё подарок и признается в своих чувствах.

Да. Всё будет именно так.

Алишер тут же улыбнулся. У него будет сын. Сердце радостно затрепетало. Это потрясающая новость.

«Благодарю тебя, светлая богиня», — вознёс он мысленно благодарность богине.

«Теперь нужно сказать важную новость и Мариям, что у неё скоро родиться брат. Как того и хотела его малышка».

Глава 21

* * *

Сбор, выданный королевским лекарем, оказался настоящим сокровищем!

Всё недомогание, которое преследует беременную женщину, ушло, как не бывало.

Настроение у Сары вернулось в норму. Уроки по основам магии возобновились, как, впрочем, и уроки по этикету.

Жизнь вновь шла своим чередом.

Мариям восприняла новость о пополнении семьи с энтузиазмом. Малышка уже решила, каким проделкам будет учить своего братика. Отобрала для него самые любимые игрушки и книги.

Она попросила папу обязательно спросить её мнение, когда придёт время выбирать мебель и оформление для детской.

С Сарой они стали проводить ещё больше времени. Мариям часто прикладывала ушко к её плоскому животу и недоумевала, почему она не слышит братика?

Алишер и Сара смеялись. Казалось бы, идеальная семья.

Только немного огорчала Сару одна-единственная деталь в их отношениях с Алишером — он так и не признался, что любит её.

Но Сара видела и ощущала, как он стал относиться к ней. Супруг окружил её небывалой заботой и нежностью. Или это он так переживал за своего сына, а не за Сару?

Вот именно эти вопросы постоянно её и грызли изнутри, не давая в полной мере наслаждаться семейной идиллией. Но спросить напрямую у Алишера Сара не решалась — боялась услышать правду, что он её не любит.

А может, он просто сам ещё в себе не разобрался? Всё-таки, Алишер сильно изменился. Да и может ли человек, который не любит, с такой невероятной нежностью и лаской обнимать свою женщину, гладить её пока ещё плоский живот, доставлять райское наслаждение в постели?

Но Саре, как и любой женщине, помимо дел и поступков, отчаянно хотелось услышать и три заветных слова. Это мужчинам слова ни к чему, а женщинам они нужны как воздух.

Так и проходили дни в догадках — любит или не любит?

Тем временем, приближался день бала. Одно хорошо, что они прибудут уже на само открытие бала через портал.

Сара переживала и смозолила Алишеру весь мозг — не повредит ли этот портал их малышу. Она ещё хорошо помнит, как при первом переходе её тошнило и вырвало Алишеру на идеальные сапоги. Мужчина терпеливо каждый раз отвечал, что нет никакой опасности.

И наконец, наступила последняя ночь перед балом.

Саре не спалось. Под смех разбуженного мужа, она дважды вскакивала с постели и зажигала свечи, чтобы полюбоваться двумя разложенными в креслах возле их кровати платьями. Завтра ей предстоит надеть одно из них для королевского вечернего бала. Платья были великолепны. И, о радость! В них отсутствовали чёрные цвета. Одно платье было красивого насыщенного синего цвета, другое из невероятной золотой парчи.

«Определённо, я надену золотое платье», — и только после окончательного решения, она забралась в постель и прижалась к тёплому боку мужа.

— Выбрала? — сонно поинтересовался Алишер.

— Золотое, — натурально мурлыкнула Сара. — И хочу сделать тебе комплимент.

— Ммм? — промычал Алишер.

— У тебя превосходный вкус. Даже я бы не придумала ничего лучше. Платья шикарные. Спасибо, любимый.

— Всё для тебя, моя дорогая.

Сара подумала несколько минут и прошептала:

— Хочу, чтобы ты признался — любишь ли ты меня?

Но Алишер уже крепко спал.

* * *

— Когда я вырасту и меня пригласят на бал, я тоже буду самой красивой! Такой же красивой, как ты, Сара! — восхищённо произнесла Мариям.

Малышка сидела в высоком кресле, сучила ножками и разглядывала украшения в объёмных шкатулках.

Сара тем временем уже надела корсаж из золотой парчи и теперь стояла неподвижно, пока Шери прикрепляла накидку с фестонами, — настоящее произведение искусства из шёлка и филигранного золота.

— Мари, поверь, ты уже настоящая красавица. А когда вырастешь, ни одной девушки во всех мирах не найдётся краше тебя.

Мари радостно улыбнулась и кокетливо поправила свой бант в светлых волосах.

— Повернитесь, госпожа, — сказала Шери, расправляя ткань.

Золотые кружева сверкающей пеной окутывали обнаженные плечи Сары, придавая нежной коже прозрачность фарфора. Щёки, горевшие мягким румянцем, пушистые чёрные ресницы и брови, волнистые шоколадного оттенка волосы, глубина серых глаз — вот что увидела Сара в зеркале, и она сама себе показалась каким-то необыкновенным божеством.

Вдруг дверь распахнулась и вошёл Алишер. Вошёл и замер, рассматривая ту необыкновенную женщину, что предстала перед ним.

— Сара… — выдохнул он, натурально пожирая её глазами.

Сара и Мари заговорщицки переглянулись и улыбнулись. Мари захихикала.

— Что-то мне уже не хочется, чтобы тебя увидели другие мужчины.

— Ещё чего, — фыркнула она. — Там же будут не только одни мужчины.

— В этом платье раскрылась вся твоя красота. Сара — ты прекрасна.

— Спасибо, дорогой. Скажи, что мне надеть из украшений? Жемчуг? Но возможно он будет слишком скромен с таким платьем. Бриллианты?

— Бриллианты, — согласился он. — Надень серьги и ожерелье. А вот из колец одно-два, может быть, и с жемчугом.

Сара склонилась к футлярам с драгоценностями, поглощённая выбором украшений. Как оказалось, у Алишера очень много фамильных драгоценностей и многие из них по праву перешли к Саре.

Она передала ожерелье Шери и зомби-горничная застегнула его.

Приятная тяжесть камней опустилась ей на грудь. Длинные серьги искрящимися гроздьями заняли своё место в ушках.

Мариям восхищённо смотрела на Сару. Малышка уже давно натянула на себя бесчисленное количество ожерелий, браслетов и крутила в руках кольца.

— Вот эти! — протянула она кольца Саре.

Сара склонилась к ней и поцеловала в щёчку.

— Спасибо, моя хорошая.

Когда она подняла голову, Алишер прикреплял меч к своей усыпанной бриллиантами перевязи.

Сара долго смотрела на него, и неожиданно словно дрожь пробежала по её телу.

— А знаешь, дорогой, в тебе действительно есть что-то, наводящее ужас, — сказала она.

Алишер улыбнулся.

— А разве некромант должен быть иным?

Сара посмотрела на его лицо. Оно принадлежало ей. Она ласкала его, она знала на нём каждую морщинку. Она улыбнулась и прошептала: «Люблю тебя».

В костюме некроманта сочетались два цвета — чёрный и серебряный. Пальцы некроманта украшали перстни с чёрными бриллиантами, и только один перстень был с огромным рубином в виде черепа.

Она встала рядом с ним и пара, отразившаяся в зеркале, невероятно, но смотрелась гармонично и ярко.

— Мы не слишком вызывающе одеты? — поинтересовалась Сара.

Алишер улыбнулся одними уголками губ.

— Поверь, короля с королевой нам не пересилить. Когда их увидишь, тогда и поймёшь, что значит вызывающе одеться.

* * *

— Алишер Багир Ли Гор, с супругой! — оглушительно и звонко проорал королевский камергер.

Узорчатые высокие двери распахнулись и Сара с Алишером ступили в бальную залу.

Помещение, где оказались Сара с Алишером, отличалось от бесконечных коридоров дворца, прекрасными пропорциями и было невообразимо просторным. Даже огромное количество людей не могло затмить размеры этого пространства. Пугающе огромным ей показался очень высокий потолок, украшенный живописными иллюстрациями с райскими пейзажами, королевской охотой и магическими боями. Окна закрывали тёмно-синие тяжёлые шторы, затканные золотыми и серебряными нитями. Таким же шёлком были обиты кресла с высокими спинками и бесконечное количество диванов. Деревянные панели, были декорированы инкрустациями из белого камня в виде плодов, виноградных лоз и гирлянд. Всё это великолепие сверкало сусальным золотом, тщательно нанесённым на каждую деталь, листик за листиком. Сочетание золота с тёмно-синим шёлком придавало всему ансамблю отпечаток строгости и великолепия.

Бальная зала была создана мужчиной для мужчин. Это Сара отметила сразу.

В глубине этого огромного помещения был расположен величественный, настоящих гигантских размеров трон из цельного куска чёрного отполированного камня на мощных, вырезанных из того же камня, львиных лапах. Рядом с этой громадиной стоял трон поменьше, но тоже из чёрного камня и тоже на львиных лапах. Оба трона не пустовали. На них сидели король с королевой.

Поражённая, Сара еле передвигала ноги.

Она вцепилась в руку Алишера, тот пожал ладошку жены в ответ, поддерживая её своим присутствием.

Бесчисленные придворные, что шептались и шелестели своими пёстрыми нарядами, создавали неприятный шум.

Сара и Алишер по сверкающему паркету прошли через всю огромную залу. Два маленьких человечка-лилипута держали шлейф её платья из золотой парчи. Верный слуга Алишера Гарольд следовал за ними. В зале было хоть и красиво, даже роскошно, но неуютно и очень душно из-за обилия толпы придворных.

Они приблизились к королевской чете, и Сара исполнила самый свой лучший и изысканный реверанс. Сердце у неё отчаянно билось.

Наверное, идеальнее реверанса королевский двор никогда не видел (по крайней мере, Сара на это очень надеялась).

Алишер склонился тоже согласно этикету; отставил правую ногу чуть назад и опустил низко голову; руки развёл в стороны.

Сару умиляло такое идиотское мужское приветствие королю, но что поделать, этикет не она придумала.

Сара услышала звонкий и высокий, но мужской голос:

— Мы счастливы снова видеть тебя, Алишер Багир Ли Гор, и приветствовать… Должен сказать, твоя супруга прекрасна. Я не ожидал увидеть столько редкую женскую красоту. Что скажешь, моя дорогая?

Королева изогнула тонкую бровь и приветливо улыбнулась:

— Я поражена красотой этой девушки. Она станет украшением сегодняшнего бала.

Сара подняла голову и вдруг встретилась взглядом с блестящими голубыми глазами, весьма внимательно разглядывавшими её. Она встретилась взглядом с самим королём.

Король был одет роскошно и дерзко. Алишер не преувеличивал, говоря про вызывающие наряды. Не смотря на то, что роста король был невысокого, держался он так прямо, что выглядел куда представительнее всех окружавших его придворных. Нос у него был довольно длинный и тонкий, губы — крупные и улыбчивые. Густые длинные чёрные волосы, были завиты. Ноги были стройные, руки — изящные и тонкие. Под бесконечной пеной белых кружев и жёлтых бантов (Какой ужас! И бабочек!) угадывалось сильное и жилистое, натренированное тело.

Королева, под стать своему супругу, была высокой и очень худой. Её губы были тонкими, а нос коротким и вздёрнутым. Практически белые волосы, были подняты в высокую и затейливую причёску, в которую были вплетены нитки с бусинами из драгоценных камней, всех цветов радуги.

Платье королевы было очень пышным и яркого жёлтого цвета. Оно было такого насыщенного и яркого цвета, что казалось, будто сияет, отчего у Сары моментально заболели глаза. Но, не смотря на такие неординарные одеяния, взгляд у королевской четы был приятный и дружелюбный.

Король Дарон Аскольд Ли Шон Третий и Королева Тереза-Камилла Ли Шон, наконец, разрешили им подняться.

— Алишер, тебя проводят в мой кабинет. Расскажешь о своей семейной жизни. — Король лукаво посмотрел на Сару.

Алишер вновь поклонился и Сара поспешила тоже сделать реверанс.

Он повернулся к Саре и взял её за руку.

— Я ненадолго. Гарольд за тобой присмотрит. И никуда не уходи из зала, поняла меня?

Алишер говорил тихо, но твёрдо. В его голосе звучало волнение. Мужчине совсем не хотелось оставлять супругу в обществе придворных, но отказывать королю тоже было нельзя.

— Я присмотрю за твоей женой, некромант, — вдруг произнесла подошедшая к ним королева.

— Тогда я спокоен, ваше величество, — произнёс Алишер и поцеловал протянутую королевой ручку.

Когда Алишер ушёл вслед за королём, Саре стало неуютно.

К ней стали подходить незнакомые мужчины и женщины, королева называла каждого из них. Имена, должности, какие-то факты об этих людях прошли мимо её ушей. Она не запомнила никого.

У неё от бесконечных реверансов начала ныть спина. Комплименты, которыми осыпали её со всех сторон, были для неё, что пыль под ногами. Ей хотелось, чтобы скорее вернулся Алишер.

Королеву вдруг отвлекли, и она ушла со своей свитой в дальний конец зала и заняла один из диванчиков.

Сара пожалела, что её платье столь роскошно и привлекает излишнее внимание. Мужчины сыпали комплиментами, тянулись поцеловать её уже зацелованную ручку и просили первый, второй, третий…n-адцатый танец. Она всем отказывала, ссылаясь на своего супруга, грозного некроманта. Но разве для этих противных прилипал слова имеют какое-то значение? Пока Сара вежливо отказывала в будущем танце очередному восхвалявшему её красоту потному, усатому мужчине-колобку, как в этот момент, колобка кто-то очень невежливо оттолкнул. Его место занял высокий молодой человек с приятным лицом. Длинные чёрные волосы мужчины были распущены и укрывали его словно шёлковым покрывалом. Красив, ничего не скажешь.

— Вы покорили всех мужчин в этом зале, о богиня, сошедшая с солнечной колесницы, — пафосно, но певуче произнёс этот красавчик.

— Ахаха, не думаю, что стоит сравнивать меня с богиней… — она запнулась, не зная как обратиться к нему.

— Моё имя Назир, — представился он.

— Сара, — ответила она.

Он улыбнулся и сказал:

— Вы обворожительны, Сара и радуете не только мой взор, но и моё сердце. Знаете ли вы, что из всех присутствующих дам вы — самая очаровательная? Некоторые завистницы уже ломают от досады свои веера и рвут в клочья носовые платки, настолько поразило их ваше прекрасное платье.

— Платье выбирал мой муж. И сегодня особенный день — меня представили королю и королеве. Я не могла появиться на балу, устроенного в честь нас, в простом платьице.

— Вы находите короля приятным? — вдруг поинтересовался Назир.

Странный, однако, вопрос.

— Как же можно не найти приятным короля? — рассмеялась Сара.

— Правильный ответ, прекрасная Сара.

— Сара? — раздался недовольный голос Алишера.

Она радостно обернулась и ухватилась за его руку.

— Я думала, ты уже не вернёшься, — с укоризной сказала она.

Алишер неожиданно для Сары задвинул её себе за спину, с неприязнью смотря на молодого мужчину.

— Нази-и-ир, — протянул Алишер презрительным тоном. — Не знал, что ты снова вхож в королевский двор.

Назир беспечно улыбнулся.

— Всё меняется в этой жизни, Алишер. Всё меняется.

Назир поклонился и мазнул по Алишеру изменившимся вмиг холодным и резким взглядом.

Когда он исчез из поля зрения Алишера, он обернулся к Гарольду и раздражённо сказал:

— Я же приказал следить за ней!

— Алишер, ты чего? — удивилась Сара.

— Господин, я был начеку, — ровным тоном ответил горбун.

Алишер посмотрел на супругу и произнёс:

— Никогда не говори с этим человеком, поняла?

— С Назиром? — переспросила она. — А что с ним не так, он показался мне довольно милым и приятным…

Алишер больно сжал её руку и притянул к себе.

— Он наёмный убийца, Сара. Мало того, он ещё и садист.

Сара округлила от удивления глаза. Вот так новости.

— Я в шоке, — выдохнула она. — А так сразу и не скажешь. А что он тут забыл? И почему он тогда не в тюрьме?

— Потому что доказательств его убийств и зверств так никому и не удалось добыть.

— Кошмар… — выдохнула Сара.

— Сара! Доченька! Алишер! Дети мои, как же я рад вас видеть!

Стоило Саре услышать голос «папочки» как она тут же скривилась.

Алишер раздражённо вздохнул и натянув кривую улыбку, произнёс:

— Крэйн, не ожидал тебя увидеть на балу.

— Как же! Я ведь отец! Кстати, это было неблагодарно с твоей стороны, не сообщить родному отцу о королевском бале в вашу честь! Хорошо, что король оказался вежливей моей дочери и выслал приглашение. Ты даже ни одной весточки не прислала за всё время, — язвительно произнёс Крэйн, жадно разглядывая богатый наряд Сары и особенно её украшения.

Сара даже улыбаться не стала, она лишь пожала плечами.

— Простите… отец. Но выйдя замуж за Алишера, я перестала принадлежать семье Ли Холл.

— Если вы забыли, Крэйн, то я выплатил вам хорошую сумму золотом, чтобы больше не видеть вас. Или ваша память настолько коротка, что нужно её освежить? — в голосе Алишера прозвучали угрожающие нотки. Его зелёные глаза опасно сузились, а в руках заклубилась Тьма.

Крэйн сглотнул и умоляюще посмотрел на Сару.

Та в свою очередь предпочла изучить рисунки на потолке.

«На! Получи фашист гранату! Докладывать ещё тебе о своей жизни буду, ага. Счаз! Разбежалась!» — гневно подумала Сара.

— Простите, господин, — подобострастно произнёс Крэйн, поклонился и растворился в толпе.

Сара выдохнула.

— Потерпи немного, дорогая. Сам не люблю балы. Здесь вечно можно встретить тех, кого меньше всего хочешь видеть и слышать.

— А дома мы могли бы сейчас вместе принимать ванну… — мечтательно произнесла Сара.

Алишер вновь вздохнул и погладил ладонь жены.

Вдруг камергер короля потребовал тишины. Придворные в одно мгновение замолкли.

— Хочу сообщить приятную новость! — звонко прозвучал голос короля. — Как вы все знаете, сегодняшний бал посвящён одному небезызвестному некроманту и моему другу, Алишеру Багир Ли Гору и его супруге, Саре Багир Ли Гор! Недавно нам стало известно, что у супруга Алишера пробудился магический дар. И не простой дар, девушка является грозовым магом!

Раздался всеобщий вздох, пробежавший по толпе тревожной волной.

Саре захотелось стукнуть короля. Вот зачем он сообщил ВСЕМ?

Сара укоризненно посмотрела на Алишера. Тот склонился к ней и шепнул:

— Таковы правила, Сара. Прекрати прожигать короля гневным взглядом.

Сара надулась. Королю повезло, что Сара пока носит блокирующие её магию браслеты, иначе бы она уже устроила тут блеск молний и раскаты грома.

Сара злилась. Она вдруг ощутила спиной прожигающий взгляд и обернулась.

На неё странно и как-то зло смотрел Крэйн.

Сара передёрнула плечами.

Сейчас ещё этот гад-папочка что-нибудь придумает…

— Но это ещё не все новости! — улыбнулся король.

«О нет…» — подумала Сара.

— Алишер, король ведь не знает о моём положении, — с надеждой спросила она супруга.

Алишер посмотрел на Сару как на маленького ребёнка.

— Королевский целитель не мог не доложить королю о твоём состоянии, — объяснил Алишер.

— Семья Ли Горов ждёт пополнение! — радостно оповестил всех Его Величество. — Поздравляю тебя, мой друг! Надеюсь, твой второй ребёнок тоже будет некромантом!

Раздались оглушительные аплодисменты. К ним стали подходить придворные и наперебой поздравлять с обретением магии, с будущим пополнением в семье. Желали добра, здоровья… всё как обычно. Просто слова.

Саре захотелось оказаться прямо сию секунду дома, подальше от всех этих разукрашенных и фальшивых лиц, блеска драгоценных холодных камней и шелеста дорогой одежды.

Сара неловко ухватилась за мужа. У неё вдруг резко закружилась голова, а в груди стало не хватать воздуха, перед глазами заплясали цветные пятна.

— Сара?! — встревожился Алишер, прижимая супругу к себе.

Она стиснула виски и уткнулась носом в грудь своего мужчины. Втягивая в себя знакомый аромат мужа, она стала приходить в себя.

— Сара, родная, скажи что-нибудь?

Он хотел было уже подхватить её на руки и унести подальше от всех этих людей.

— Уже всё хорошо, — устало произнесла она. — Голова резко закружилась. И было бы неплохо выпить воды.

Алишер тут же кивнул Гарольду, чтобы тот принёс воды.

— Хочешь, прямо сейчас уйдём домой? — спросил он, целуя её в висок.

Сара хихикнула.

— И разозлим короля?

Алишер хмыкнул.

— Твоё состояние для меня важнее.

Саре стало приятно. Его слова тёплой патокой разлились в её сердце.

— Не переживай за меня. Если мне действительно станет дурно, то я скажу. Не хочу, чтобы ты потерял расположение царственной особы. Нам ведь не нужны проблемы.

Алишер вздохнул. Она была полностью права. Король обидится, если они прямо сейчас покинут дворец, так и не открыв бал своим танцем.

Алишер и Сара не видели, как в тени портьеры, укрывающей балкон, застыл молодой мужчина. На его совершенном лице играла холодная полуулыбка. Чёрные глаза следили за некромантом и его женой.

Назир резко развернулся, накинул на плечи плащ и покинул королевский дворец.

Его заказчик будет доволен принесёнными новостями.

Глава 22

* * *

Сара попросила мужа выйти на балкон и подышать свежим воздухом. Алишер стал пробираться сквозь толпу к балкону, ведя Сару вслед за собой.

Выйдя на свежий воздух, она вдохнула в лёгкие прохладный воздух.

— Как тут хорошо, — сказала она тихо. — А то я чуть не умерла от духоты в зале.

Алишер улыбнулся.

Вдруг с соседнего балкона раздались голоса:

— Проклятье! — воскликнул какой-то мужчина с басовитыми нотками в голосе. — Самое поразительное из сегодняшнего вечера, — это странная пара Ли Горов.

— Какая женщина, друзья мои! Роскошь! Повезло же некроманту. Мне говорили о её красоте, но я не верил. Правда, были разговоры о том, что она редкостная зануда, но то, очевидно, были лишь слухи. — Произнёс другой мужчина.

— И знаете, что меня больше всего поразило, — раздался женский голос. — Похоже, что она и впрямь влюблена в него. По правде говоря, этот некромант меня смущает.

— Он смущает всех, с кем бы ему ни пришлось встретиться, — кислым тоном вставил тот самый низкий мужской голос. — Говорят он любимчик бога Марона.

Один из придворных, усмехнувшись, сказал:

— Быть влюблённой в собственного мужа! Вот уж смешно! Этой юной особе полезно немного побыть при дворе. Тут её живо заставят расстаться с этим глупым предрассудком.

— Судя по вашим словам, можно подумать, что двор — это бордель, — сурово проговорила женщина. — А между тем, ведь это же хорошо и так естественно, когда супруги любят друг друга. И тут нет ничего смешного.

— Но любовь между супругами так редка! — вздохнул другой мужчина.

— А всё потому, что редко женятся по любви, — разочарованным тоном сказала женщина.

Люди с соседнего балкона удалились.

Сара и Алишер переглянулись.

— Будь моя воля, я бы никогда не появлялся во дворце, — произнёс Алишер.

Сара кивнула.

— Поддерживаю. Мне тут тоже неуютно и очень неприятно слышать все эти сплетни и разговоры.

* * *

Всех гостей и придворных попросили освободить центр бального зала.

Возле дальней стены поднялись тяжёлые шторы, открывая взорам всех присутствующих помост с музыкантами.

Музыканты с лютнами, гобоями, корнетами и флейтами замерли, ожидая движения дирижёра.

Под самым потолком вдруг зажглись тысячи дополнительных свечей. Стало ярче, чем днём. Свечи отражались в зеркальном паркете, в бриллиантах кавалеров и дам.

И вот королевский камергер объявил начало бала, который открывает, по указу короля пара Алишера и Сары.

И заиграла музыка.

Сердце Сары встрепенулось, потому что она поймала взгляд любимого мужа. И по его глазам поняла, что она не безразлична ему…

Сара сделала реверанс, получила в ответ поклон супруга. Алишер положил правую руку на её талию.

Наступила напряжённая тишина. Все замерли в ожидании.

Начался танец. Спина прямая. Ножки в её новых туфельках легко скользили по паркету. Её голова была чуть отклонена, ресницы полуопущены, чтобы скрыть счастливый блеск глаз… Её изящная рука лежала на его сильном плече…

И в этот момент не было пары прекраснее их.

Они смотрели друг на друга. Алишер Саре та-а-ак улыбался. А девушке хотелось плакать… но от радости и счастья. Это было здорово, кружиться в танце со своим любимым мужчиной. Её золотое платье развевалось. Голова слегка кружилась. Сара забыла обо всём на свете… кто она, где она. Они смотрели друг другу в глаза. И в этот момент оба были невероятно счастливы.


Когда звуки чарующей музыки смолкли, а танец подошёл к концу, они продолжали улыбаться, часто дышать и смотреть друг на друга.

Раздались оглушительные аплодисменты.

Их танец действительно был прекрасен. Прекрасен тем, что его исполняли любящие друг друга люди и эту любовь между ними увидел каждый присутствующий.

Вдруг, всех пригласили выйти на балконы.

Придворные стайкой высыпали наружу.

Алишер же повёл Сару в другую сторону. Туда, где их ждали король с королевой.

— Что происходит? — спросила удивлённая Сара у мужа.

— Скоро увидишь, — ответил он с загадочной улыбкой.

Они вышли на балкон, который располагался выше остальных.

Королевская чета посмеивалась и смотрела на ночное небо, чего-то ожидая.

Сара стояла рядом с замершим Алишером и ничего не понимала.

Но вдруг, раздался оглушительный звук, похожий на свист и звонкий гул одновременно.

И озарил ночное небо каскад огней ярким взрывом. То начался красочный салют!

Огни фейерверка сложились в предложение: «Я люблю тебя Сара».

Сара не верила своим глазам. Она подошла ближе к краю балкона и вцепилась в перила, наблюдая, как замершее в небе признание, состоящее из мириад сияющих огоньков, начинает осыпаться вниз.

— Я люблю тебя, — прошептал Алишер ей в самое ухо.

Сара словно вдали слышала аплодисменты, смех и радостные возгласы.

Король с королевой покинули балкон, понимающе переглянувшись.

По её телу прошла странная, но приятная дрожь. Она не сразу поняла, что говорит ей Алишер.

— Почему ты плачешь? — услышала она его голос.

Сара замотала головой и улыбнулась.

— Не могу поверить, что ты устроил такое… — она махнула рукой в сторону неба. — Я думала ты не любишь меня… так ждала этого признания…

— Тебе не понравилось? — расстроился Алишер.

Сара обвила его шею руками и прижалась губами к его губам.

— Как мне может не понравится? — прошептала она ему прямо в губы. — Спасибо, Алишер… Я тоже люблю тебя…

Прервав сладкий поцелуй, она его спросила:

— То есть, если бы мы покинули дворец, то я бы не увидела этого салюта?

— Не увидела. Но признание моё бы получила, — ответил Алишер.

— Я рада, что мы не ушли. — Она вдруг засмеялась. — А ты, оказывается, романтик.

— Это ты на меня так плохо влияешь, — в ответ засмеялся Алишер.

* * *

Из дворца Сара и Алишер уходили далеко за полночь.

Придворные продолжали веселиться и танцевать.

Многие уже выпили достаточно вина, чтобы уснуть на диванах и балконах. Сара, если честно говоря, не ожидала такого низкого падения некоторых придворных, но судя по всему, такое поведение во дворце было нормой. Кажется, этикет нужен только для тех, кто трезв.

Погрузившись в свои размышления, она и не заметила, как в мгновение ока они оказались дома, в полюбившемся уютном замке. Ей не верилось, что этот бал остался позади. Немного взглянув на жизнь при дворе, Сара поняла, что такая жизнь совершенно не восхитила её.

Сара ощущала ломоту во всём теле, особенно ныли колени — из-за бесчисленных реверансов. Она подумала, что статус придворного, вероятно, до самого преклонного возраста способствует поддержанию гибкости мышц.

Она мечтала сейчас о нескольких вещах — горячей ванне, чтобы смыть с себя запах пота, лёгком ужине и о постели, чтобы прижаться к Алишеру и заснуть в его объятиях!

Ею снова овладевал оптимизм. Она посмотрела на Алишера. Он её любит. И это самое главное.

Глава 23

* * *

Серое промозглое утро в этой части страны сменилось слепящим солнцем, высоко стоящим над горизонтом.

Посреди зелёных холмов, вырастающих в заснеженные горы, которые находились в вечном тумане, пробегала дорога, то сужаясь и изгибаясь, словно серпантин, то свободно и широко вновь появляясь у опушки мёртвых лесов. Дорога была неровная, но, тем не менее, Назир нёсся по ней с невероятной, прямо запредельной скоростью. Его вороной конь был под стать хозяину — сильный, дерзкий и злой.

Потом солнце село и всё вокруг погрузилось во мрак.

Вдруг где-то вдали завыл волк — раздался длинный тягучий вой. Волку ответил другой волк, затем третий, четвёртый — наконец эти звуки слились в дикое бешеное завывание, исходившее, казалось, из каждой точки мрачной горной окрестности.

Но Назир не обратил на вой никакого внимания. Он сам был словно волк — одинокий, злой и беспощадный.

Наконец, его путь завершился. Его конь, тяжело дыша, уже шагом вошёл во двор обширного, полуразвалившегося замка, высокие окна которого были невообразимо мрачны, а обломанные зубчатые стены вытянулись в зигзагообразную линию.

Назир ловко соскочил с коня.

Вдруг раздался резкий неприятный звук гремящих цепей, визг отодвигаемых массивных засовов, и большая дверь медленно со скрипом распахнулась. В дверях стоял высокий мужчина — Грегор, заказчик Назира. Одет он был, как и всегда, во всё черное и в руках Грегор держал факел, огонь которого трепетал в порывах пронизывающего ветра.

— Ты привёз хорошие новости, Нази-и-ир? — хрипло и зловеще поинтересовался у него Грегор.

Назир низко поклонился и ответил:

— Вам понравятся мои новости, господин.

Грегор склонил голову на бок и повернулся, быстро исчезая во тьме своего замка.

Назир пошёл вслед за ним.

— Ты голоден? — поинтересовался у него Грегор.

— Немного, — ответил правду Назир.

Грегор хлопнул в ладоши и зала, изначально освещённая лишь одной свечой, озарилась десятками факелов, закреплённых на шероховатых каменных стенах.

Зомби-слуги, внешне изуродованные магией своего господина, превращённые в отвратительных существ, ловко и быстро накрыли массивный деревянный стол.

Грегор подошёл к столу, сам снял крышки со всех блюд — и Назир накинулся на прекрасно зажаренного цыпленка. Затем он съел сыр с овощами и выпил бокал красного вина. Вышел вкусный и сытный поздний ужин. Пока он ел, Грегор молчал, с интересом рассматривая красивого молодого мужчину перед собой. В его мыслях промелькнуло, что когда он станет всесильным магом, то в первую очередь, вернёт себе молодость и красоту.

Когда трапеза завершилась, Грегор пригласил Назира в кабинет.

Они расположились в старых, протёртых от времени кожаных креслах, что стояли друг напротив друга у горящего камина.

— Я весь во внимании, — прошелестел его голос.

— Его жена обрела магию. Она — грозовой маг, — начал Назир с первой новости.

Грегор заинтересовано положил длинные высушенные пальцы на подлокотники кресла и пошевелил ими, словно паук, плетущий паутину.

— Как интере-есно, — протянул он. — Не может не радовать. Но ведь это не всё, ведь так, Назир? Из-за такого ты бы не примчался ко мне.

Назир кивнул.

— Они ждут ребёнка, — улыбнулся он, докладывая ему долгожданную весть.

Грегор тут же вскочил с кресла, и в одно мгновение, приблизившись к Назиру, ухватил его за горло, чуть приподняв.

— Ты говоришь правду? — прохрипел он, оскалившись, обнажив гнилые и обломанные зубы, обдав Назира зловонным и гнилым дыханием.

— Да, мой господин, — прохрипел Назир, не делая попыток освободиться и при этом, не испытывая страха. Он смотрел прямо в безумные глаза Грегора.

Тот резко отпустил его и захохотал — громко, с надрывом.

— ДА! — закричал он. — Это свершилось!

Он обернулся к Назиру и, постучав длинным пожелтевшим ногтем по подбородку, задумчиво произнёс:

— Жена Ли Гора маг. И в её утробе зародилась жизнь. Назир, ты принёс мне прекрасные вести! И мы меняем план. Мне нужен не только ребёнок, но и его жена.

— Оплата увеличится, — невозмутимо ответил Назир.

— Золото — ничто! — обозлился Грегор. — Доставь ко мне беременную девку Ли Гора! Она выносит ребёнка здесь!

Он подошёл к письменному столу и вынул оттуда несколько десятков мешочков с золотом.

— Твоя награда, — сказал Грегор.

Назир расплылся в довольной улыбке.

— С вами приятно иметь дело, мой господин.

* * *

Когда Назир был уведён слугами в предложенные ему покои для отдыха, Грегор сел у камина и тихо засмеялся.

Этот смех больше походил на надрывный кашель.

— Скоро-о-о, Алише-е-ер… Я обрету невиданную силу и отберу у тебя всё! Имя Ли Горов будет стёрто из памяти людей и истории мира! Уж я позабочусь об этом…

Снова раздался смех, более зловещий.

— Я отберу магию твоего сына и твоей жены, Алише-ер. Твой отец в могиле перевернётся, когда я обрётший силу буду ме-едленно убивать тебя. Ты познаешь все те муки и боль, что испытал я! Твой отец повинен в том, кем я стал!

Грегор сжал сухие руки в кулаки и на мгновение вернулся в воспоминания.

Когда его повесили и целитель объявил о его смерти, Грегора как недостойного похоронили в общей яме с другими казнёнными, засыпав яму влажной землёй.

Никто не знал, что Грегор загодя наложил на себя тёмное заклинание — если его настигнет смерть, то она не заберёт его. Он восстанет, но не будет уже человеком, и не превратиться в нечисть. Грегор застыл в промежутке между живым человеком и зомби.

Чтобы вернуть себе силу и человеческое обличье, Грегору нужна кровь младенца — некроманта. Запрещённый ритуал, но ему было всё равно на мнение жалких людишек.

Выбравшись с земли, Грегор вернулся в замок своего деда, который был полуразрушен ветрами и вечной непогодой. Замок пользовался дурной славой и про него забыли или просто не хотели вспоминать. Слишком много было в этих местах несчастных случаев и бед. Это было место, которое люди обходили стороной. Звери не рыли здесь свои норы, а птицы не вили гнёзда. Здесь жили только вечно голодные волки и бродили холодные ветра.

И никто не знал, что в подземельях его замка было спрятано золото. Много золота.

Грегору неуютный замок стал домом, где он долго вынашивал план мести.

И скоро он возродится. Снова сможет почувствовать вкус еды, воды, вина. К нему вернётся магия. Он станет живым и в его венах снова потечёт горячая кровь.

Глава 24

* * *

Спустя неделю после королевского бала наступил день рождения Алишера.

Сара и Мариям подготовили для него подарок — небольшой спектакль, в котором были задействованы почти все слуги замка, даже зомби-горничным и скелетине Тине нашлись роли.

Повара постарались на славу и приготовили изысканный праздничный обед.

Алишер, как поняла Сара, был не любителем больших и пышных торжеств, поэтому празднование прошло в тесном семейном кругу.

А ночью, Сара всё-таки надела свой наряд, сшитый на первую брачную ночь, который, как признался ей Алишер, поразил его в тот самый день до самой глубины души.

— Наверное, именно тогда ты уже пробила мою броню, — сказал с улыбкой Алишер, проводя ладонью по её затянутой в чулок стройной ножке.

Подарок Алишеру понравился.

Дни шли своим чередом.

Роскошная осень, вступившая в свои права, сменилась заснеженной и сказочной зимой, Сара хорошела и казалась ещё краше в своём положении.

Она радовалась, что её тело относилось к такому типу, когда беременные женщины полнеют только животом.

Рождение сына ожидалось на конец весны.

Семейное счастье и идиллия царили в замке Ли Гор.

Однажды, Сара озадачила супруга занимательной вещью — детской коляской.

Ужас! Оказалось, здесь не было детских колясок!

— А как же тогда молодые мамочки гуляют с новорождёнными? — спрашивала Сара.

Тот в ответ лишь пожимал плечами и разводил руками.

— А зачем с младенцами гулять? Пока ребёнок сам ходить не научиться, он находится в люльке, либо няньки выносят его на руках во двор.

Сара нервно хихикнула.

Бре-ед. Её сын такой участи избежит.

И началось каждодневное клевание мужниного мозга, чтобы он нанял рукастых мастеров, которые смогли бы воплотить её идею создать детскую коляску в жизнь.

И слава двум богам, такие умельцы нашлись. И уже мозг выносила Сара не мужу, а несчастным мастерам. Им в срочном порядке пришлось узнать и понять, что такое амортизаторы и блокировка колёс.

Сколько заплатил Алишер за колясочку, Сара даже думать не хотела. Но мастера, получившие хорошую оплату за выполненную работу, убежали от сумасшедшей госпожи со всех ног. И, кажется, даже золото их так уже не радовало.

Зато, у сына Сары и Алишера будет коляска. Она была похожа на небольшой кораблик из ценных пород дерева, с кожаным откидным козырьком.

Мариям даже несколько дней ходила обиженная на отца, потому что у неё-то не было коляски!

Так и шли дни, в подготовках к рождению нового человечка.

С Сары, для её огромной радости, снял супруг блокирующие магию браслеты. Сара-таки научилась изгибать пальцы и руки в невозможные фигуры и плести заклинания.

Она могла вызвать дождь, снег, град, притягивать молнии. Правда это были совсем маленькие молнии, небольшая тучка с кулачок с дождиком и крошечный град. Но самое главное, что она ведь могла!

А когда у неё портилось настроение или же девушка злилась, то её волосы начинали электризоваться и в помещение отчётливо начинал ощущаться запах озона.

Шёл шестой месяц беременности, последний месяц зимы, которая уже утомила Сару и Мариям. Им обеим хотелось солнышка и тепла.

И к огорчению Сары, Алишера вызвал король. На границе двух королевств, кто-то поднял старые захоронения. Зомби расползлись по селениям, и от них уже пострадало больше ста мирных жителей.

Алишер с подвластными ему другими магами срочно были направлены для разрешения проблемы.

Помимо этого, король лютовал и потребовал найти этого наглеца-преступника, который посмел сотворить зомби и отпустить их из-под своего контроля.

У Сары душа была не на месте, она умоляла, просила, требовала и плакала, чтобы Алишер не уезжал.

— Но они же могут и без тебя справиться! — всхлипывала она.

— Сара, это мой долг. И не в первый раз мне упокаивать зомби и ловить горе-некромантов и отступников, — со вздохом объяснял ей Алишер.

— Ты не понимаешь, у меня даже сердце болеть начинает, как только подумаю, что ты будешь так далеко! — причитала она.

— Сара, со мной всё будет в порядке. Успокойся милая и лучше думай о нашем сыне, — ответил Алишер и поцеловал супругу на прощание.

Сара, вместе с Мариям смотрела, как уходит он в дымку портала.

Алишер дал наказ Гарольду и Урсуле охранять Сару и Мариям.

Стража окружала замок двумя рядами, плюс на замок была нанесена мощная защита. Алишер был спокоен за свою семью, так как его замок был самым защищённым местом во всём королевстве.

* * *

Сара сутками просиживала в кабинете Алишера, буравя взглядом зеркало-артефакт. Алишер обещал связаться с ней, как только проблема будет решена.

Но прошло уже три дня! От Алишера не было никаких вестей!

Сара намеревалась уже сама отправиться во дворец короля, чтобы хоть там получить известия о муже. Но как оказалось, портал вышел из строя.

— Проклятое зеркало, — шипела Сара. Артефакт был настроен только на Алишера и она не могла сама активировать его. А заботливый супруг и подумать не мог, что его жена может так переживать за него!

Как же ей сейчас не хватало сотовой связи!

«Позвонила бы ему, смс-ку отправила, по скайпу с мужем пообщалась. А тут сиди сиднем и рисуй в своём воображении картины одна страшнее другой!» — рассуждала Сара.

Мари вела себя намного спокойней, малышка привыкла к таким вот папиным отлучкам. А для Сары это было в новинку. И ей совсем не нравилось сидеть и ждать. Ожидание, казалось, убивает.

Только малыш радовал её, когда толкался в животе. Она часто разговаривала с ним и пела песни. Алишер сначала скептически относился к такому её «общению», но потом и сам «втянулся», особенно, когда малыш реагировал на голос папы толчками.

И сейчас, малыш, чувствуя волнения своей мамы, забеспокоился сам и больно её толкнул.

* * *

— Алишер успокойся, друг, — сказал его товарищ Лин, тоже некромант.

— Как успокоиться?! — проревел взбешённый некромант. — Порталы кто-то специально вывел из строя! Артефакт связи не работает! Вызов оказался ложным! Лин! Моя жена беременна! Дочка, пяти лет! Они одни в замке!

— Твой замок защищён, ты же сам говорил, — попытался успокоить его маг огня.

— Проклятье! — выругался он, вскакивая на купленного в деревне коня.

«Нужно было послушать Сару», — корил он себя. — «Милая, я скоро вернусь, только не переживай. Всё будет хорошо».

Они неслись во весь опор. Возвращались домой.

Какого же было их удивление, когда селяне сказали, что никаких зомби поднято не было. И как оказалось, старые захоронения были нетронутыми.

Кто-то специально выманил сильных магов, испортил порталы и нарушил магическую связь между связующими артефактами.

Только для чего? Кто попал под угрозу? Король?

Ответы могли маги получить, только вернувшись во дворец, но Алишер спешил не для того, чтобы убедиться, в порядке ли король, он тревожился за свою семью.

* * *

— Госпожа, за воротами гонец. Он говорит, что принёс известия от господина Алишера, — доложил Гарольд. — Мы его не впускаем, так как господин запретил вход любым гостям.

— Что? — воскликнула Сара, откладывая книгу. — Он один?

— Да, госпожа. Он один, — кивнул горбун.

Сара закусила губу и посмотрела на обеспокоенную Мари. За последние дни волнение Сары передалось всем живым жителям замка.

— Гарольд, как-то можно узнать вести от гонца, не впуская его? — поинтересовалась Сара, чувствуя, как у неё дрожат руки.

Она так и знала, что что-то произойдёт!

«Богинечка, только бы с Алишером всё было хорошо!» — молилась Сара за супруга.

— Он отказывается говорить, пока не войдёт в замок, госпожа, — сказал Гарольд.

— Чёрт, — вырвалось у неё ругательство из прошлой жизни.

Она заметалась по комнате, заламывая руки, но быстро приняла решение.

— Урсула, уведи Мари в её комнату и запритесь. Гарольд пусть отдельная стража встанет охраной у её комнаты.

— Но Сара! — воскликнула Мариям.

— Малышка, прошу тебя, не капризничай. Мне самой очень страшно. Просто сделай, как я прошу. А потом я тебе всё-всё расскажу, хорошо? — умоляюще попросила её Сара.

Мариям обижено выпятила нижнюю губу, но согласно кивнула.

— Гарольд, позови дополнительную охрану и впусти гонца. Я хочу знать, что с моим мужем, — твёрдо сказала Сара.

— Но госпожа… — запротестовал было Гарольд. — Господин запретил!

— Гарольд! — воскликнула Сара. — Господина нет в замке! Я за него! Я и так нахожусь на грани от волнения и переживаний! А вдруг что-то случилось! Я хочу знать! Не могу больше быть в неведении!

— Слушаюсь, госпожа, — покорно поклонился Гарольд.

Спустя несколько минут, Сара спустилась в гостиную, которую заполнила зомби-охрана.

Она села в кресло, поглаживая свой живот и дыханием стараясь успокоить учащённое сердцебиение.

Потом встала с кресла, так как сидеть не могла из-за сильного волнения.

Двери отворились и в гостиную вошёл гость.

— Назир? — натурально удивилась Сара.

— Вот мы и снова увиделись, милая Сара, — сказал Назир и в его голосе прозвучал арктический холод.

Сара даже понять ничего не успела, как Назир молниеносным движением руки бросил на пол какие-то чёрные камни, из которых заклубился чёрный туман. Он схватил девушку за руку и толкнул её в туман и сам следом шагнул в чёрную дымку.

Дымом оказался портал.

— Госпожа! — закричал Гарольд.

Туман рассеялся так же быстро, как и образовался. Только в гостиной уже не было ни гонца, ни госпожи.

А зомби-охрана, которой коснулся туман рассыпалась прахом.

Глава 25

* * *

Сара чувствовала, как в её висках болезненно стучало, её стало сильно мутить, и последней отчётливой мыслью, прежде чем она открыла глаза, была надежда, что ей всё приснилось.

В нос ударил резкий запах разложения, гнили и сырости.

Она распахнула глаза и резко села на кровати. Тут же охнула от пронзившей голову боли.

Застонала и легла обратно. Положила руки на свой живот. Малыш не волновался и не пинался. Всё хорошо, только бы голова перестала болеть.

Она услышала звук переливаемой жидкости.

Преодолевая невыносимую головную боль, она приподнялась на локтях и посмотрела туда, откуда слышался звук.

Сара тут же почувствовала жажду. Но вмиг она о ней позабыла, когда к ней приблизился… приблизилось нечто.

Это нечто выглядело страшно. Определённо это существо когда-то было мужчиной, но от него остался лишь скелет, обтянутый серо-жёлтой кожей, покрытой трупными пятнами. Существо было высоким, с длинными паучьими пальцами и острыми когтями.

Его глаза, провалились, нос полусгнил, перекошенный рот противно улыбался.

Возможно, увидь Сара, этот ходячий ужас в первые дни своего пребывания в этом мире, она бы конечно, потеряла сознание или решила, что сошла с ума.

Но будучи замужем за некромантом, она имела представление о необработанных и ненаполненных магией зомби. Только этот зомби был каким-то странным.

Он протянул ей большую кружку.

Сара скривилась, рассматривая руку, которая оказалась рядом с её носом.

А ещё от этого монстра исходил тошнотворный запах тлена, гниения и чего-то ещё такого же мерзкого.

«Фу-у-у!» — была её первая мысль.

— Пей, — прошелестело существо тоном, не терпящим возражений.

— Что это? — спросила Сара, не спеша принимать кружку.

Существо улыбнулось шире, отчего кожа на лице натянулась и казалось вот-вот лопнет.

— Это вода. Пей, говорю. Вода уберёт последствие перехода через тёмный портал и головная боль исчезнет.

Сара, преодолевая брезгливость, стараясь не коснуться руками существа, забрала кружку и понюхала содержимое.

Вроде и правда вода.

Она набрала воды в рот, не глотая, а пробуя её на вкус, чтобы если что, тут же выплюнуть. Но существо не обмануло. Сара жадно выпила всю холодную воду. И как ни странно, но головная боль стала отступать.

— Кто вы? И зачем похитили? Вы хоть на минуточку представляете, кто мой муж? — зарычала на него Сара.

Хоть она и выглядела рассерженной и злой, на самом деле, ей было очень страшно. Страшно за себя, за Мари, за Алишера!

Он рассмеялся, и смех был таким же ужасным, как и он сам. Казалось, что существо зашлось в кашле.

Отсмеявшись, он произнёс:

— Я лучше тебя знаю, кто твой муж, Сара-а-а, — ответило существо шелестящим голосом. — И позвольте представиться, Грегор. Старый «друг» семьи Ли Горов.

У Сары что-то щёлкнуло в мозгу.

Грегор… Грегор? Он же умер! Его казнили!

— Грегор мёртв, — сказала Сара.

— А я похож на живого? — веселился он. — Посмотри сюда!

Он резким движением руки отодвинул воротник чёрной мантии.

На его тонкой шее был отчётливо виден тёмно-серый след. Такой след остаётся у висельников.

Сара сглотнула, отодвигаясь назад, к самой спинке кровати.

— Я стал таким из-за отца Алишера!

— Что вам нужно от меня…

Он оскалился, демонстрируя отвратительные зубы.

— Ты и твой сын. Вы ключ к моему возрождению, девочка. Но очень скоро ты сама всё узнаешь. А пока дай ощутить сердце твоего ребёнка…

«Что? Ему нужен мой ребёнок?! Мой сын?! Облезешь, тварь недобитая!»

Грегор протянул свою противную конечность к её животу и Сара резво соскочила с кровати.

— А ну не смей! — заорала она. — Мой муж найдёт меня и упокоит тебя уже на веки вечные! Понял, мразь!

Существо расхохоталось.

— Какая девочка досталась Алишеру… — протянул он сквозь смех, приближаясь к Саре и оттесняя её в угол.

Сара разозлилась. Никогда и никому она не отдаст своего сына и не позволит причинить ему вреда!

Она мгновенно вспомнила уроки магии и ловко сплела заклинание молний и направила его в ходячего недобитого мертвеца.

Молния угодила Грегору в глаз, из которого тут же пошёл дым.

Мужчина разозлился, зарычал, зажимая покалеченный глаз, и быстро покинул комнату.

Раздался звук закрываемого засова снаружи.

Сара выдохнула и медленно сползла по стенке, двумя руками в защитном жесте укрывая свой живот.

Немного придя в себя, Сара с трудом встала. Её ноги от пережитого страха и волнения чуть было не подкосились, но она сумела добраться до окна и, подтянувшись, выглянула наружу. Сквозь грязное стекло она увидела горы и густой чёрный лес. Поскольку она не имела ни малейшего представления, в какой точке мира находится, она не могла угадать, хотя бы приблизительно, своё местонахождение. Не найдя никакого утешения в унылой перспективе, открывавшейся перед ней, она вернулась на кровать, укрылась дырявым и пыльным пледом, так как в комнате было холодно.

— Алишер… пожалуйста, найди меня как можно скорее…

Сара пока лежала и согревалась, осмотрелась вокруг. Комната была крохотная и довольно тёмная, единственный свет проникал сквозь грязное и пыльное окно. Узкая кровать, на которой она лежала, стул со сломанной спинкой, комод с тазом и кувшином, ведро для отхожих дел да маленькое зеркало, висевшее на стене, составляли убогое убранство комнатушки.

Она вдруг тряхнула головой, прогоняя плохие мысли и тоску.

Алишер обязательно её найдёт и спасёт!

Сара представила себя героиней какого-нибудь боевика, который обязательно закончится хэппи эндом.

Она снова подошла к окну и задумалась, сможет ли призвать грозу, бурю, настоящий ураган? Если она находится на территории королевства, то бурю, возможно, кто-нибудь увидит.

По крайней мере, попытаться стоит.

Она сконцентрировалась на своей силе, сложила пальцы в нужном жесте, чувствуя, как магический поток струится к кончикам сложенных пальцев и начала плести сложное заклинание, вплетая в него призыв всех атмосферных стихий.

Осталось совсем чуть-чуть. Сара не обращала внимания на дрожь в теле и пот, который бисеринками застыл на её лбу.

Заклинание было трудоёмким и вызывало напряжение во всём теле.

И вот оно, последнее завершающее плетение и Сара отпустила заклинание, вложив в него всю свою силу.

Как только заклинание вырвалось на свободу, она почувствовала сильное головокружение и тошноту.

Еле передвигая ногами, Сара дошла до кровати и рухнула на неё без сил, уплывая в тревожный сон.

* * *

Алишер, на ходу соскакивая с уставшего и взмыленного коня, стремительно влетел в свой замок. Его окутало знакомое тепло и родной запах дома. Здесь ждала его семья. Ему не терпелось скорее обнять своих девочек — жену и дочь. Сказать, что он жив, здоров и невредим.

— Папа! — услышал он голос Мари, которая ураганом пролетела по комнате и врезалась в отца, с силой его обнимая, и задыхаясь в рыданиях.

— Мари! Доченька! Что такое? Почему ты плачешь? — он подхватил дочь на руки, которая заревела в голос и уткнулась носом ему в шею.

В помещение вошли Гарольд и Урсула. У обоих было траурное выражение лиц.

— Что произошло?! — рявкнул на них Алишер. — Почему Мари в таком состоянии?! Где Сара?!

Они опустили головы.

— Её… похитили… — сквозь рыдания, заикаясь, сказала Мари.

Его сердце пропустило удар. Алишер вместе с дочерью опустился в кресло, прижимая малышку к себе крепче. Некромант поднял взбешённый взгляд на своих слуг и спокойным замогильным голосом спросил:

— Что произошло?

Гарольд, склонив покаянно голову, рассказал, как всё случилось.

— Госпожа узнала гонца и удивилась ему. Она назвала его имя, господин.

— Кто?

— Назир.

Алишер до хруста сжал руки в кулаки.

— Мари, возвращайся в свою комнату, — поцеловал он дочь в волосы.

— Ты спасёшь маму? — спросила Мари.

Алишер вздрогнул. Мариям никогда не называла Сару мамой.

Он посмотрел в её грустные зелёные глазки и решительно сказал:

— Спасу, Мари. И верну её домой. Обещаю.

Мариям обняла отца и ушла с Урсулой в комнату.

Алишер отмахнулся от Гарольда, процедив лишь одно:

— Ты разочаровал меня, Гарольд. Ты позволил забрать у меня, своего господина самое дорогое. Не хочу тебя видеть.

Постаревший, за один трагичный день, горбун низко поклонился господину и удалился, рукавом утирая слёзы.

Алишер спустился в свою лабораторию, на ходу скидывая на пол плащ и закатывая рукава своей рубашки.

Он расчистил стол, смахнув с него все колбы, коробки и книги. Вынул из ножен небольшой ритуальный нож и провёл по ладони.

Как только выступили алые капли крови, он положил руку ладонью вниз на стол и заговорил заклинание, призывая Тьму.

Вокруг некроманта заклубилась чёрная блестящая туманность, окутывая его и ластясь к нему, словно игривый котёнок.

Когда призванная Тьма была здесь, Алишер прошептал:

— Найди мою жену. Найди Сару. На ней твоя метка. Метка смерти.

— Цена-а-а… — прошелестала Тьма.

Алишер глубже резанул себя по ладони, позволяя крови струйками побежать, закапывая стол и пол.

— Моя кровь. Пей.

Тьма жадно присосалась к ране некроманта, наслаждаясь тёплой кровью и его силой. Тьма была колючей и ледяной. Рука некроманта побелела, покрылась инеем…

Тьма отсутпила.

Она насытилась, цена была уплачена.

Тьма, юлой крутанулась вокруг Алишера, образуя воронку и схлопнулась.

Алишер с трудом сжал руку в кулак, чувствуя, как рана быстро затягивается, а холод её покидает.

Его зашатало. Тьма вытянула много сил. Он тряхнул головой, силой воли прогоняя слабость, и стал ждать.

Тьма найдёт Сару быстро. Всё-таки хорошо, что смерть отметила их.

Он сел в кресло и прикрыл глаза, надеясь, что силы к нему быстро вернутся.

«Сара, любимая, только держись. Я найду тебя».

Алишер мысленно уже представил, как уничтожит проклятого Назира и того, для кого он похитил его супругу.

А то, что Назир являлся всего лишь исполнителем, Алишер не сомневался. Этот сучий сын поплатится жизнью. Решение некроманта было хладнокровным и окончательным.

Затем Алишер поднялся, нашёл старые разовые порталы Тьмы.

Нашёл старый отцовский артефакт почтовой связи и принялся писать письмо королю.

Необходимо было, чтобы Назир был пойман в самое короткое время.

Написав подробное письмо, он положил его в конверт и отправил королю.

Глава 26

* * *

Сара проснулась как от толчка. Она распахнула глаза и чуть не заорала. Её окутывала, словно коконом блестящее желеобразное нечто.

Сара замахала руками, прогоняя непонятную субстанцию. Чёрная гадость закрутилась, набирая скорость и вдруг, исчезла.

Сара в недоумении захлопала глазами и сглотнула. Сердце бешено стучало, запястье нестерпимо чесалось. Она задрала рукав платья и замерла.

— Метка, — выдохнула изумлённо.

Брачная метка смерти светилась и вызывала небольшой зуд. Но он только порадовал Сару. Значит, Алишер уже знает о её пропаже и ищет!

Сара встала с кровати и подошла к окну.

Она молодец. За окном бушевал настоящий буран, выла метель, снег валил такой густой, что кроме белой пелены не было видно ничего.

Наступившее серое утро было холодным.

Сара с брезгливостью посмотрела на отхожее ведро и, вздохнув, пожелала Грегору самой мучительной смерти.

* * *

— Господин, завтрак для девушки готов, — прошамкал зомби-слуга Грегору.

— Оставь. Я сам отнесу, — зло ответил Грегор.

Сара его вчера порядком разозлила. Его внешность и так претерпела изменения, а эта мерзавка чуть не выжгла его глаз. Глазное яблоко провалилось и Грегору с трудом удалось вернуть его на место.

Он не чувствовал боли, но было дискомфортно видеть только одним глазом.

Он взял поднос, на котором находилась тарелка с дымящейся кашей, сыром, булочками и чаем.

Грегор мечтал уже скорее снова стать человеком и насладиться вкусом еды.

Он поднялся в дальнюю башню, а проходя мимо окна, криво усмехнулся.

А девчонка сильна. Вызвала сильный снегопад и ветер. Но не поможет ей это. Ни ей, ни Алишеру.

Замок находится высоко в горах; снега с ветрами здесь не являлись редкостью.

Он отворил засов и вошёл в комнату.

Сара сидела на кровати и с ненавистью посмотрела на своего похитителя.

— Твой завтрак, — как ни в чём не бывало, сказал Грегор. Поставил поднос на комод и удалился.

Он направился в подземелья замка. Туда, где было всё приготовлено к обряду.

Он совершит обряд сегодня, в полночь. Не будет он ждать рождения ребёнка. Он прольёт его кровь, пронзив одновременно мать и дитя ритуальным кинжалом. И магия, вырвется на свободу. Он умоется их кровью и возродится.

— Скоро я уничтожу тебя, Алишер, а потом и твою дочь. Не останется больше ни одного из Ли Горов…

— Мечтать не вредно, — раздался чей-то голос. — Так говорит моя жена.

Грегор почувствовал, как его тело опутывает в тугой кокон Тьма.

— Алишер?! — воскликнул удивлённо Грегор, оскалившись.

— Он самый. А вот ты кто? — подошёл к нему злой некромант.

— Я ГРЕГОР! Я ГРЕГОР! — заорал он. — ТВОЙ ОТЕЦ ПОЧТИ УБИЛ МЕНЯ! НО Я ВЫЖИЛ! СМОТРИ НА МЕНЯ!

Ни один мускул не дрогнул на лице Алишера.

Воздух в проклятом замке был удушлив, казалось, он весь пропитан серным запахом.

— Жаль, что не убил до конца, — холодно произнёс Алишер.

Затем он принялся выполнять свой долг. Ему было противно. О, это была работа мясника! Алишер извлёк свой меч и одним резким движением отсёк Грегору голову. Тьма, удерживающая его, отступила. Затем он отрубил его руки и ноги.

Но Грегор ещё не был мёртв. Алишер взял факел и поджёг его. Пламя жадно охватило разрубленное тело Грегора. Его рот в последний раз раскрылся в беззвучном крике. Тело быстро сгорело и рассыпалось, превратившись в пыль, точно смерть, которая должна была прийти десятилетия назад, теперь, наконец, утвердилась в своих правах.

— На этот раз всё кончено, — прошептал Алишер.

Грегор больше не вернётся из страны мёртвых.

Алишер развернулся и последовал за Тьмой, которая привела его в башню к запертой двери.

Он отворил засов и распахнул дверь.

— Сара…

* * *

Сердце её забилось от радости, когда она увидела своего мужа.

— Сара… — произнёс он, протягивая к ней руки.

Сара не веря своим глазам вскочила с кровати и закричав, бросилась к нему в объятия.

— Алишер! Ты пришёл! Пришёл!

Она заплакала, горько, навзрыд, целуя его, обнимая.

Алишер в ответ прижимал жену к себе, положил руку на её живот, чтобы убедиться, что и с сыном тоже всё в порядке.

Она оторвалась от мужа и сквозь всхлипы сказала:

— Там Грегор… Алишер! Он хочет забрать и убить нашего сына!

— Тшшш… — успокоил он её. — Грегора больше нет.

— Что с ним? Он мёртв?

— Да. Пойдём домой.

— С удовольствием.

— А как ты сюда попал? Порталы ведь не работают.

— Через одноразовый портал Тьмы. И вернёмся мы тоже через него, — Объяснил Алишер, вынимая из кармана брюк чёрные камни, которые были такие же как у Назира.

— Назир, — прошептала Сара. — Это он похитил меня.

— Я знаю. Он уже находится в руках королевского палача.

— Прости меня, — сказала она. — Я так переживала за тебя, что впустила врага в наш дом…

— Это ты прости меня… Это я не уберёг. Я допустил похищение. Прости меня, родная…

— Ох, Алишер…

Он поцеловал её в губы, подхватил на руки и шагнул в портал.

ЭПИЛОГ

* * *

У Сары и Алишера родился сын, они назвали его Даррэн. Даррэн Багир Ли Гор. И малыш родился не только с даром отца — некромантией, он унаследовал и материнский дар — грозовую магию.

Малыш был копией отца, только волосы были тёмными, как у Сары.

Вся семья не могла нарадоваться маленькому и крепкому малышу.

Мариям нравилось петь Даррэну колыбельные и рассказывать братику сказки, которые рассказывала ей Сара.

Алишер был счастлив.

Они не вспоминали то страшное происшествие, а просто похоронили его и жили дальше, смотря только вперёд, в счастливое будущее.

Гарольда Алишер простил, когда Сара заступилась за горбуна. И Гарольд отныне прислушивался только к мнению и советам Сары.

* * *

Когда Сара кормила Даррэна перед сном, к ней подошёл Алишер и опустился рядом на кровать, с любовью наблюдая, как его сын жадно пьёт материнское молоко. Это было так прекрасно и естественно.

Мужчина склонился к своей жене и поцеловал её долгим поцелуем, и когда им обоим стало невозможно дышать, поднял голову, дотронулся большим пальцем до её полной нижней губы и проговорил:

— Сара, я так люблю тебя. Я говорю редко эти слова, но хочу чтобы ты знала, моё сердце и душа навеки принадлежат тебе.

— Алишер, — произнесла она его имя почти беззвучно, со слезами на глазах. — Я тоже тебя люблю, мой родной.

Только сейчас Алишер осознал, в каких ограниченных рамках держал своё сердце до встречи с Сарой. От её признаний в любви у него в душе каждый раз вспыхивала радость, чистая, всеобъемлющая и до сих пор неизведанная.

Он принёс с собой свёрток и развернул его. В свёртке лежали красные связанные носочки для ребёнка.

— Откуда они? — спросила Сара.

— Подарок богини Адизы.

— Какие хорошенькие, — умилилась Сара.

«Благодарю тебя богиня за подаренное счастье! Спасибо тебе за эту судьбу».


Оглавление

  • ПРОЛОГ
  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Глава 13
  • Глава 14
  • Глава 15
  • Глава 16
  • Глава 17
  • Глава 18
  • Глава 19
  • Глава 20
  • Глава 21
  • Глава 22
  • Глава 23
  • Глава 24
  • Глава 25
  • Глава 26
  • ЭПИЛОГ