Жасмин: В поисках звёздного сапфира (fb2)

- Жасмин: В поисках звёздного сапфира (и.с. Уолт Дисней. Нерассказанные истории) 782 Кб, 100с. (скачать fb2) - Кэти Маккалоу

Настройки текста:




Жасмин

В ПОИСКАХ ЗВЁЗДНОГО САПФИРА


Кэти Маккалоу


JASMINE'S QUEST FOR THE STARDUST SUPPHIRE


Маккалоу, Кэти. Жасмин: В поисках звёздного сапфира / Кэти Маккалоу: [пер. с англ. О. Н. Колышевой]. – Москва: Эксмо, 2019. – 224 с. – (Уолт Дисней. Нерассказанные истории).


Спокойные дни в Аграбе закончились – в городе бушуют песчаные бури, угрожая сровнять его с землёй! Жасмин и Аладдин выясняют, что дело в старинном проклятии. Давным-давно оно было наложено на Аграбу из-за беспечности двух друзей: человека и загадочного гуля. Теперь отважной принцессе и Аладдину придётся отправиться на поиски осколков разбитого тысячу лет назад волшебного сапфира и пройти сложнейшие испытания. Однако всё не так просто: в одиночку человеку проклятие не снять. Ему обязательно должен помочь гуль. Но ведь гулей не существует, они – создания из древних мифов! Как же принцессе спасти свой народ от гибели?


Для всех искателей приключений


Пролог


Тёмной безлунной ночью небо над Аграбой на миг озарилось небывалым светом. Сияние исходило от яркой кометы. Искрящийся цветной хвост следовал за ней, создавая мерцающие переливы и окрашивая небосвод удивительными красками.

В пустыне закружился песок, поднятый внезапным порывом ветра. Через несколько мгновений всполохи света исчезли вдали, словно их и не было...


Глава 1


В игровой комнате дворца принцесса Жасмин склонилась над шахматной доской, готовясь передвинуть фигуру. Напротив девушки сидел её отец – султан Аграбы.

– Не торопись, – предупредил он. – Играть в настольные игры – всё равно что управлять королевством. Необходимо думать на несколько шагов вперёд и рассматривать все варианты развития событий. Ты должна быть уверена, что каждое решение, которое ты принимаешь, лучшее.

– Думаю, я делаю правильный выбор, – задумчиво ответила Жасмин.

– Ну что ж, тогда ходи! – Султан улыбнулся и жестом пригласил её передвинуть фигуру.

Но теперь принцесса уже не была так уверена. Нахмурившись, она смотрела на доску.

– А мне нравятся игры на скорость, – сказал Аладдин, стоявший рядом со столом и наблюдавший за происходящим. Абу, его любимая обезьянка, проворчал что-то в знак согласия с плеча хозяина. Аладдин поднял съеденного коня и «проскакал» им по краю стола.

– Скорость и риск. – Он улыбнулся и схватил две другие фигуры, стоявшие рядом с доской.

Аладдин был бывшим уличным вором, но оставил в прошлом преступную жизнь после того, как влюбился в Жасмин, и теперь жил во дворце. Тем не менее его тяга к действию и живость характера никуда не исчезли.

– Скорость, риск и ловкость! – продолжил он, подбросил шахматные фигуры в воздух и принялся жонглировать ими. За его спиной развевались задёрнутые занавеси, за которыми шумел разбушевавшийся к вечеру ветер.

– Не мешай, я пытаюсь сосредоточиться! – запротестовала Жасмин, стараясь не смеяться над выходками Аладдина. Она снова повернулась к доске. Сколько девушка себя помнила, она всегда любила настольные игры, но прежде это было чем-то несерьёзным, просто развлечением. Теперь султан использовал их, чтобы обострить ум Жасмин и научить её лидерству, потому что знал – однажды правление Аграбой ляжет на её плечи. Прежние забавы должны были подготовить принцессу к решению вопросов жизни и смерти, с которыми ей придётся иметь дело в будущем.

После долгих раздумий над всеми возможными комбинациями, Жасмин взяла слона и пере- Л4естила его на три поля вперёд. Султан просиял.

– Отличный ход! – похвалил он, прежде чем лукаво улыбнуться. – Но ты недостаточно подумала о последствиях. – Его королева заскользила по доске и столкнула слона, тем самым освобождая себе дорогу прямо к королю.

– О-о-о, – протянул Аладдин, хоть и не совсем понимая, что означает этот шаг, но зная, что султан каким-то образом одолел Жасмин. Принцесса пыталась научить Аладдина шахматным правилам, но ему нравилось придумывать свои собственные. Это делало игру намного интереснее, но только до тех пор, пока Аладдину не надоедало часами сидеть на месте и пялиться на доску. Какой смысл в игре, если она не приносит веселья?

Жасмин разочарованно застонала. Что она сделала не так? Как могла не предвидеть ход отца? Если бы она сделала другой выбор, её королю не грозил бы шах и мат. Каждая партия, которую она проигрывала, заставляла её всё сильнее переживать из-за будущего.

У Жасмин никогда не было шанса по-настоящему проверить свои лидерские качества. Она помогла Аладдину и Джинну победить Джафара, злого советника султана, который пытался взять под контроль королевство, но тогда она действовала инстинктивно, а не стратегически. Принцессе отчаянно хотелось доказать отцу – а заодно и себе самой, – что, когда придёт время, она будет достойна (и способна) править Аграбой.

Абу, которому наскучила игра, вскочил на стол и схватил короля.

– Абу! – закричала девушка, когда маленькая обезьянка с фигурой в лапке бросилась к окну.

– Я поймаю его, – подскочил Аладдин, но, прежде чем он успел сделать шаг, сильный порыв ветра сорвал занавеси и снёс лёгкого Абу, подняв его над полом. Тот заверещал от ужаса, но мгновение спустя благополучно приземлился на руки хозяина, а ворвавшийся в окно ветер закружил по комнате песок.

Выглянув на улицу, юноша заметил в небе синюю четырёхконечную звезду, светившуюся под тусклым диском луны. Прежде чем он смог рассмотреть её как следует, в глаза ему попал песок, заставив отвернуться.

– Закрой шторы! – крикнул султан. Аладдин сморгнул и ухватился за плотную бархатную ткань. Жасмин бросилась ему помогать, взявшись за штору с другой стороны и прикрывая лицо свободной рукой.

Яростные порывы ветра мешали. Ветер грохотал и ревел, как чудовище, пытающееся прорваться внутрь. Наконец им удалось справиться с тяжёлыми занавесками.

Абу распушил мех, избавляясь от пыли. Жасмин провела пальцами по своим густым волосам, и на пол посыпался песок, вскоре образовав небольшую кучку у её ног.

Аладдин тем временем стоял неподвижно, размышляя.

– Ты видела это? – спросил он Жасмин. – Ту синюю звезду в небе?

– Всё, что я смогла увидеть, это песок, который был повсюду, – ответила девушка. Она повернулась к отцу: – Это продолжается уже несколько дней. Я знаю, что иногда в пустыне бывают песчаные бури, но не помню, чтобы они длились так долго.

– Я тоже, – подтвердил султан, смахивая песок со своей белой бороды. – У нас сезон бурь – зима, а до неё ещё несколько месяцев. Весной ветра обычно спокойнее.

Аладдин подошёл к окну и отодвинул край шторы, выглянув наружу.

– Стой! – закричала Жасмин. – Песок опять залетит в комнату!

– Я просто хотел проверить, там ли она ещё. – Юноша посмотрел через узкую щель. В воздухе клубилась плотной завесой пыль, а небо было тёмным. Но Аладдин был уверен, что ему не померещилось.

– Это так странно, – промолвил он. – Звезда была голубого цвета, и я чётко разглядел четыре луча.

– Звучит так, словно ты говоришь о глиняной звезде на арке над воротами в Аграбу, – заметила Жасмин, смахивая песок с шахматной доски.

– Она и правда была похожа, – задумчиво согласился Аладдин, – но арка находится в противоположной стороне города, ту стену не видно из этого окна. Звезда, которую я видел, светила именно над пустыней.

Порыв ветра пробрался-таки через проём в шторах, и Аладдин задёрнул их.

– Это напомнило мне старую детскую песню, – поделился султан с улыбкой. – Сияет голубая звезда, как фонарь... Что-то про ветер... Как там точно? Я что-то подзабыл.

– Я помню, – подхватил Аладдин. Он перевязал шторы шнуром. – Когда я жил на улице, мы с друзьями часто пели её, чтобы надоедать друг другу.

Он несколько секунд тихо мурлыкал мотив, вспоминая мелодию, а потом запел:


Горит голубая звезда, как маяк,

И ветры задули. Ведь подан был знак:

Закончилось время, итог подведён

И скоро конец, тот, что был предрешён.

Спеши же! Ты должен осколки собрать

Иль встретить шторма, что векам не унять...


– Осколки чего? – поинтересовалась Жасмин, когда он закончил.

Аладдин пожал плечами:

– Я не знаю. Это просто старая песня. Я никогда не думал о том, что это могло означать.

В этот момент шторы поддались порывам ветра и распахнулись снова. Когда Жасмин и Аладдин кинулись их закрывать, принцесса увидела то, о чём говорил её друг: на небосводе действительно висела удивительная голубая звезда. Она ярко сияла, несмотря на яростно извивающиеся вихри песка, словно силясь пролить свет на что-то важное внизу.

А потом она исчезла, так же неожиданно, как и появилась, скрытая плотной пеленой пыли.


Глава 2


Рано утром Жасмин и Аладдин отправились в королевскую библиотеку в надежде найти что-нибудь, что помогло бы им разгадать тайну рассвирепевших ветров. Жасмин просматривала книги, посвящённые истории Аграбы. Она искала доказательства, что ветер не так необычен, как она боялась, и скоро пройдёт. Пока Абу развлекался, взбираясь по самым высоким полкам, Аладдин собрал несколько томов с мифами и легендами.

Молодые люди расположились за длинным столом.

– Ты должен сперва помочь мне просмотреть вот это, – попросила Жасмин, указывая на книги по истории, – вместо того чтобы читать сказки. Этот ветер не выдуман, а существует на самом деле, и нам нужно найти реальную информацию о нём. – Шторы перед закрытыми окнами библиотеки затрепетали, словно соглашаясь со словами Жасмин.

– За старинными сказаниями часто прячется правда, – не согласился Аладдин. Он знал, что порой в легендах содержится больше истины, чем многие люди привыкли полагать. – Например, в мифах часто встречаются истории о джиннах.

– Тут ты прав, – неохотно кивнула Жасмин, – Но как узнать, что в этих историях реально, а что вымысел? – Она листала книгу, возвращаясь назад в прошлое Аграбы. Девушка уже добралась до начала века, но до сих пор не нашла ничего интересного. Погода в королевстве всегда была достаточно устойчивой и мягкой. Дожди шли несильные – их едва хватало на то, чтобы поливать растения в пустыне. Ветры приходили и уходили, постепенно стачивая камни и превращая их в песок. Иногда высоко в горах можно было увидеть молнии, но вспышки света всегда оставались в облаках и никогда не достигали земли.

Жасмин перевернула ещё одну страницу, дойдя до главы, заполненной изображениями различных частей города, включающими королевский дворец и рынок. Она заметила старый рисунок высоких ворот города и парящей над ними арки – тогда в воротах не было глиняной звезды, как сейчас. Вместо неё в этом месте стены зияла большая брешь. Жасмин бегло просмотрела текст под иллюстрацией. В нём говорилось о том, что когда-то арку украшал гигантский сапфир в форме звезды.

– Сапфир в форме звезды? – повторила принцесса в замешательстве. Она думала, что в арке всегда была глиняная звезда. Впервые в жизни она услышала о драгоценном камне.

Аладдин посмотрел на Жасмин.

– Нашла что-нибудь интересное? – спросил он.

– Здесь говорится, что вместо глиняной звезды над воротами Аграбы изначально располагался огромный сапфир, но в какой-то момент он был уничтожен, – объяснила Жасмин и прочитала до конца: – Место, на котором находилась драгоценность, оставалось пустым в течение нескольких десятилетий, и в конце концов в нём. была установлена глиняная звезда, которую мы можем увидеть сегодня.

– Как странно, – удивился Аладдин.

Жасмин покачала головой:

– Похоже, это неправда. Здесь также говорится, что тот сапфир был уничтожен гулем. Но даже дети знают, что гулей не существует. Это просто монстры из страшных историй, которые рассказывают на ночь глядя.

Гули нередко встречались в сказочных книгах, которые принцесса читала в детстве. Они описывались как жуткие зеленокожие существа, способные превращаться в любое животное или человека, конечно же, чтобы творить зло.

– И тем не менее о них написано в твоём учебнике истории, – заметил Аладдин. Абу вскочил на плечо хозяина и кивнул в знак согласия.

С этим трудно было поспорить.

– Вот бы спросить у Джинна, – вздохнула девушка. – Он может знать, что здесь случилось на самом деле.

– Если только он тогда не был заперт в своей лампе, – возразил Аладдин. – Так или иначе, в последнем сообщении, которое мы получили от него, говорилось, что Джинни всё ещё путешествует. Кто знает, где он сейчас.

– Ты прав, – вздохнула Жасмин. – Похоже, нам придётся разбираться во всём самим.

– Где-то здесь была целая книга легенд про гулей… – Молодой человек принялся копаться в куче книг на столе. – Нашёл! – Он вытащил увесистый том со старой потёртой обложкой и открыл его на странице с оглавлением. Абу спрыгнул на стол и стал следить за пальцем хозяина, который двигался вниз по строчкам.

– Ага! – воскликнул Аладдин.

Жасмин подошла ближе и прочитала вслух заголовок: «Бог песка и сапфиров».

Юноша раскрыл книгу на нужной странице и радостно указал на красочную иллюстрацию. Здесь был ещё один рисунок городских ворот Аграбы, но на сей раз с блестящим синим сапфиром в виде звезды в арке.

– Бог песка соткал сапфир из пыли падающей звезды, – прочёл Аладдин вслух. – Эта упавшая звезда была создана магией, собранной за миллионы лет. Он подарил сапфир основателям Аграбы, пообещав, что это поможет сохранить мир и спокойствие в королевстве для процветания его жителей.

Далее рассказывалось о том, как злой гуль взобрался на арку, вытащил сапфир и бросил вниз на мощёную дорогу. Камень разбился на четыре части, которые мгновенно исчезли.

Жасмин указала на следующий отрывок и, в свою очередь, прочитала: «Магия, которая сохраняла стабильный климат Аграбы, развеялась, и её место заняло проклятие, угрожающее уничтожить всё королевство, если части сапфира не будут найдены и возвращены Богу песка...»

Девушка посмотрела на Аладдина:

– Это же та детская песня, о которой вы с отцом говорили вчера, – сказала она. – Про осколки и голубую звезду, помнишь?

Глаза Аладдина расширились.

– И ветры задули...

Взгляды Аладдина и Жасмин встретились.

– Шторма, что векам не унять, – зачарованно договорил он.

– Может ли такое быть на самом деле? – озадаченно спросила принцесса. – Может ли ветер, который обрушился на город, быть как-то связан с разрушенным сапфиром?

– Если сапфир и вправду был волшебным и действительно сохранял погоду в равновесии – тогда в этой легенде и во всём происходящем определённо есть смысл, – произнёс Аладдин.

– Погоди, – прервала его Жасмин. – Сапфир был уничтожен много веков назад. Тогда почему буря поднялась только сейчас?

– Рассказ ещё не закончился! – Аладдин перевернул страницу. – Смотри! Вот оно! «Бог песка использовал свою магию, чтобы отсрочить наступление хаоса на тысячу лет. Когда этот срок приблизится к концу, он, чтобы предупредить людей, отправит на небо комету с хвостом, сверкающим всеми цветами радуги».

Жасмин ахнула:

– Прямо как ту, которую мы видели на прошлой неделе? Она была абсолютно такой, как описывается в легенде!

В тот вечер несколько дней назад Жасмин и Аладдин вышли на балкон подышать свежим воздухом. Луны не было, но небо усеивали миллионы мерцающих звёзд. Аладдин пел Жасмин новую песню, которую он только что написал, когда великолепный всплеск света озарил небосвод, и на нём появилась сверкающая разными цветами радуга.

Жасмин вспомнила ветер, который последовал за той вспышкой. Он налетел, как только погасла последняя из разноцветных искр. Первое дуновение было приятным, но ветер быстро набирал силу и в конце концов заставил молодых людей покинуть балкон.

– С тех пор буря и не утихает, – потрясённо заметила принцесса.

Её друг кивнул. Более того, ветер с каждым днём становился сильнее.

Как будто призванный словами девушки, свирепый порыв ударил в ставни, и те резко распахнулись. Холодный воздух ворвался в комнату, заставив трепетать страницы книг. Жасмин и Аладдин бросились закрывать ставни, а книга легенд о гулях упала на пол.

Абу спрыгнул со стола на книгу. Едва увидев страницу, на которой случайно открылся том, он тревожно застрекотал и принялся взволнованно подпрыгивать.

– В чём дело, Абу? – спросила Жасмин, удивившись необычному поведению обезьянки. Она взяла книгу в руки. Аладдин подошёл и заглянул ей через плечо.

– Это окончание легенды, – сказала принцесса. Большая часть листа была заполнена изображением Луны. Она ярко, но устрашающе светила на фоне иссиня-чёрного неба. Текста почти не было – лишь одна-единственная строка пересекала страницу. Жасмин прочитала её:

– Если осколки сапфира не будут найдены к тому времени, когда первая полная луна взойдёт над пустыней после появления радужной кометы, всему придёт конец.

Аладдин взглянул на лунный календарь, размещённый на стене.

– Следующее полнолуние... – Он изучал календарь, то и дело останавливаясь. Наконец юноша повернулся к Жасмин и, встретив её взгляд, сказал: – Следующее полнолуние наступит уже через три дня.


Глава 3


Жасмин и Аладдин бросились прочь из библиотеки в поисках султана. Они нашли его в тронном зале. Жасмин захватила книгу по истории и сборник легенд, чтобы рассказать отцу то, что они только что узнали.

– Но гулей не существует, – не сразу поверил султан.

– Может, и так, – согласилась принцесса, – но в арке действительно была другая звезда: рисунки в книге по истории это доказывают. И ветра, которые бушуют сейчас в Аграбе, тоже настоящие.

Странное свечение над пустыней было той частью загадки, которую они еще не успели разгадать. В легенде о голубой звезде ничего не говорилось, но она так сильно напоминала сапфир, изображённый в книге, что было очевидно – она появилась неспроста. К тому же упоминание о ней было в песне.

– Нам нужно отправиться в пустыню, – сказала Жасмин отцу. – Осколки разбитого сапфира могут быть там. Если мы сумеем найти их и собрать вместе, возможно, ветер утихнет.

– Нет! Там слишком опасно, – категорично возразили ей.

– Мы будем осторожны, отец, – заверила Жасмин. – Мы можем взять ковёр-самолёт. Обещаю, если ничего не найдём, то сразу же вернёмся обратно.

В этот момент в комнату вошёл капитан королевской гвардии. Лицо его было обеспокоенно.

– Ваше величество, – обратился он, – мы получаем всё больше сообщений о повреждениях на улицах и особенно на рынке.

Султан издал напряженный вздох, и его чёрные брови нахмурились.

– Ничего не поделаешь, – сказал он серьёзно. – Мы должны закрыть рынок ради безопасности людей.

Аладдин и Жасмин переглянулись. Закрыть рынок означало лишить горожан доступа к продовольствию, а продавцов – возможности зарабатывать себе на жизнь.

Султан тоже это знал и уже думал о следующих шагах.

– Организуйте отряды, которые будут доставлять еду и воду гражданам, пока ветер не стихнет, – велел он капитану. Тот кивнул и направился к двери.

– Подожди, – остановил его султан. – Мы также должны создать приют для пострадавших, где они смогут быстро получить помощь. – Он на мгновение задумался. – Пожалуй, можно отвести под это старые конюшни за дворцом. Отправлю людей их убрать. Всё должно быть готово к завтрашнему рассвету.

Капитан ещё раз кивнул и отправился исполнять распоряжения.

Жасмин уставилась на отца, удивляясь, как быстро он выработал стратегию и как уверенно отдавал приказы. Как будто у него не было никаких сомнений в том, что следует делать.

Правитель подошёл к своему столу и начал что- то писать.

– Как только я удостоверюсь, что приказы выполнены, я буду готов. – Он взглянул на Жасмин. – Если эта звезда действительно существует, то в пустыню должен отправиться я, моя дорогая. Я не могу позволить себе потерять тебя из-за этих жутких ветров.

Жасмин бросилась к султану:

– Ни в коем случае, отец! Ты должен остаться здесь. Ты – единственный правитель Аграбы. Твои люди нуждаются в тебе, особенно сейчас, в это непростое время.

– А ты, Жасмин, будущий правитель, не забывай об этом, – твёрдо ответил султан.

– Да, и мой долг будущего правителя – помочь всем нам, – продолжала настаивать принцесса. – Тогда ты сможешь заверить людей, что мы делаем всё, что в наших силах, и что решение проблемы, возможно, уже найдено. Я сделаю это, отец. Пожалуйста, доверься мне! – взмолилась девушка.

Султан взял Жасмин за руки.

– Я всё понимаю, дитя мое. Я никогда не сомневался в тебе. Всегда помни, что я твой самый преданный поклонник!

Аладдин многозначительно кашлянул. Отец его возлюбленной поднял брови и улыбнулся Аладдину:

– Я знаю, вы чувствуете то же самое, молодой человек. Однако, как родитель, я могу претендовать на первое место в этом соревновании.

Аладдин кивнул, как бы соглашаясь, но потом взглянул на Жасмин и произнёс одними губами: «Я всё равно номер один».

Жасмин подавила смешок. Эта милая сцена немного развеяла её тревогу.


* * *


Позже в тот же день Жасмин и Аладдин упаковали две сумки с провизией на несколько дней и отправились в путь. Они решили начать своё путешествие от ворот Аграбы, где под защитой городских стен можно было бы относительно безопасно поднять в воздух ковёр-самолёт. Жасмин прищурившись смотрела через щель в шарфе, которым она прикрывала лицо под плащом. Она могла видеть голову Абу, который выглядывал из- под накидки Аладдина.

Пробираясь по улицам города, они увидели разрушения, причинённые ветрами. Тележки продавцов были опрокинуты, а их содержимое – разбросано повсюду. Осколки разбитой керамической посуды и обрывки гобеленов валялись прямо на земле.

Когда друзья добрались до ворот, солнце начало клониться к закату, заставляя песок на ветру сиять золотом. Жасмин посмотрела на глиняную звезду в арке.

– Надеюсь, все четыре части сапфира действительно найдутся в пустыне. – Девушка была уверена, что они должны отправиться в пустыню, но что делать потом – так и не придумала. У неё пока ещё не было плана и выработанной стратегии.

Пока принцесса говорила, краем глаза она заметила кое-что новое: паря над землёй, к ним приближался красивый тканый гобелен. В каждом его углу располагалось изображение свирепого тигра, но ничего угрожающего в этом чудесном предмете не было – дружелюбнее коврика и представить было нельзя. Мгновение спустя он встал на дорогу перед Жасмин и Аладдином, балансируя на двух кистях, словно на ногах.

– Здравствуйте, Коврик, – поприветствовала его Жасмин с улыбкой, обрадовавшись при виде старого друга. – Спасибо, что ты помогаешь нам.

Ковёр опустил кисточку, как бы говоря: «Это честь для меня». Ещё одно движение, и он завис в полуметре над землёй, а затем опустил один угол, приглашая Жасмин и Аладдина ступить на него.

Когда ковёр начал набирать высоту, Абу заметил суриката, затаившегося у городских ворот. Голова животного была чуть наклонена, как будто он с любопытством обдумывал то, что только что услышал. Секунду спустя зверёк исчез в тени, а его мех напоследок сверкнул каким-то странным зеленоватым оттенком.

Волшебный ковёр поплыл к пустыне, а Абу не сводил глаз со зверька, который быстро бежал по песку следом за ними. Вскоре животное скрыла пелена пыли.


Глава 4


Жасмин и Аладдин крепко держались за края ковра, плотно натянув капюшоны на глаза, чтобы защититься от песка. Их сумки лежали рядом. Абу, спрятался в ногах Аладдина, завернувшись в край хозяйского плаща.

Путешествие было непростым: ковёр продирался сквозь песчаную бурю, его бросало из стороны в сторону, а передний край загнулся вверх из-за встречного ветра.

Жасмин почувствовала, как одна из кистей волшебного ковра коснулась её руки – тот пытался привлечь её внимание. Девушка посмотрела вниз и увидела несколько неясных фигур.

Внезапно на них налетел особенно яростный порыв. Ковёр дёрнулся в воздухе, потерял равновесие и перевернулся. Пассажиры вскрикнули, но не отпустили ткань и вместе с их магическим транспортом рухнули на песок.

– Вы целы? – встревожился Аладдин. Принцесса упала на бок, но ковёр-самолёт и песок смягчили удар.

– Я в порядке, – ответила она, пока Аладдин помогал ошеломлённому Абу выбраться из-под мешка, который упал прямо на него. Коврик кивнул передними кисточками, показывая, что он тоже цел и невредим.

Те неясные фигуры, которых Жасмин видела вдали, поспешили к ним, оказавшись семьёй кочевников с тремя верблюдами.

Как и пассажиры ковра, кочевники был облачены в плотные плащи с капюшонами, а на верблюдах были кожаные головные уборы с жёсткими пластинами по бокам, которые защищали животных от песка.

– Мы видели, как вы упали, – озабоченно произнесла одна женщина. – Вы... – она остановилась, узнав Жасмин. – Ваше высочество! Что вы делаете здесь, посреди пустыни?

Жасмин не знала, что ответить этим странникам. Знали ли они легенду о сапфире? Поверят ли они ей?

У земли ветер был немного спокойнее, чем в вышине, что облегчало разговор.

– Скажите пожалуйста, заметили ли вы четырёхконечную звезду на небе? – спросила принцесса новых знакомых. – С голубым свечением?

– Да, конечно, – ответил хриплым голосом один из кочевников. – Её свет помогал нам не потерять дорогу в бурю.

– Моя прабабушка говорит, эта звезда указывает путь к одной из частей волшебного сапфира, сотканного из звёздной пыли Богом песка, – сказал мальчик лет двенадцати, самый юный член группы. Он указал на сгорбившуюся старую женщину рядом с ним, чей посох был почти в два раза выше, чем она сама.

– Вы знаете эту легенду? – спросила Жасмин, удивлённо переглянувшись с Аладдином.

– Разумеется! – воскликнула пожилая женщина. – Правда, моя семья не верит в сказки.

– Это моя бабушка Мариам, – представил старушку один из людей. – А я Ахмед. – Затем он кивнул на другую, более молодую женщину и мальчика. – А вот моя жена Сара и наш сын Малик. Там позади, с верблюдами, мой брат Омар, – он махнул в сторону худого человека, стоявшего чуть дальше остальных. – Мы направляемся в дом брата моей жены в Фаризе, чтобы переждать там бури.

– Пожалуйста, расскажите нам, что вы знаете о легенде, – обратилась Жасмин к Мариам.

– По-твоему, это только легенда? – усмехнулась старушка, воздев свой посох над песками пустыни. – Эти ветры говорят об ином. Как и свет звезды в небе. Этот свет является знаком, который сложно не заметить. История гласит, что он, словно маяк, приведёт к каждому из четырёх осколков сапфира. После того как все они будут собраны, проклятие злого гуля разрушится.

Маяк не был упомянут в легенде, которую нашёл Аладдин, но Жасмин знала о нём из других сказок, которые могли быть разными версиями одной и той же истории. И уж точно эта голубая звезда, как и ветер и радужная комета, были не мифом, а реальностью. Новые детали доказывали, что интуиция, которая погнала Жасмин в пустыню, не подвела её, и девушка мгновенно почувствовала прилив уверенности и сил.

– Вот почему мы здесь, – сказала Жасмин кочевникам. – Чтобы найти осколки. – Но пока она говорила, ветер взревел особенно неистово и поглотил её слова.

– Сюда! – Ахмед помахал Аладдину и Жасмин, силясь перекричать бурю.

Друзья поспешили за Ахмедом и другими кочевниками, в то время как волшебный ковёр плыл позади, неся Абу и их поклажу.

– На самом деле не гуль уничтожил тот сапфир, – произнёс голос неподалеку. Жасмин обернулась. Сначала она подумала, что это Омар, брат Ахмеда, но потом увидела силуэт Омара, ведущего верблюдов через дюны впереди. Человек рядом с ней был ниже ростом и моложе, а его плащ казался зеленоватым.

– Ну, не только гуль, – поправился молодой кочевник. – Это были гуль и человек, они действовали вместе. Правда, произошло всё совершенно случайно.

– Гуль и человек? – переспросил Аладдин с сомнением в голосе.

– Это одна из версий легенды? – уточнила Жасмин.

Молодой кочевник покачал головой.

– Это чистая правда, – ответил он. – Гули вовсе не злые. Они просто проказники. Много лет назад люди дружили с этими существами. Но, после того как сапфир разбился, гулям пришлось скрыться. А люди тем временем напридумывали всяких историй, превращая гулей в монстров, тогда как они хотят, ну, я имею в виду, хотели, просто жить в мире и покое.

– Вперёд! – поторопил их Ахмед. Он махнул рукой, и остальные последовали за ним. Наконец они достигли небольшого убежища. Места здесь было достаточно для всех, включая верблюдов.

Жасмин всё ещё могла слышать гул ветра за стеной, но в ушах у неё зазвенело от внезапно наступившей тишины. Солнце почти зашло, и сумерки разлились вокруг них мягким голубым светом, в котором всё вокруг было видно. Крошечный изумрудный геккон пронёсся по песку мимо ног Жасмин. Она оглянулась в поисках кочевника в зелёном плаще, чтобы ещё расспросить его о гулях, но он куда-то исчез. Затем она заметила, что все предметы отбрасывают глубокие синие тени. Принцесса подняла глаза и воскликнула:

– Смотрите!

Синий свет, освещавший землю вокруг них, исходил не от заходящего солнца, а от...

– Маяк! – восторженно воскликнул Аладдин. Действительно, в небе над ними ярко светила голубая звезда, которую они видели, ещё находясь во дворце.

– Части сапфира должны быть где-то здесь. По крайней мере, одна из них, – заволновалась Жасмин. Жаль, если не все, но это всё же лучше, чем ничего. С чего-то надо было начинать.

– Давайте попробуем покопать здесь, посмотрим, вдруг мы что-нибудь найдём, – предложила принцесса.

Вдруг её прервала странная вибрация, исходящая от земли.

– Что происходит? – воскликнула Сара. Остальные обеспокоенно оглядывались.

Жасмин заметила, что в песке образовался провал, который быстро увеличивался в размерах.

– Скорее, отойдите назад! – лишь успела крикнуть принцесса. Яма стремительно становилась всё шире, затягивая в себя песок у ног Жасмин. Ковёр-самолёт развернулся, собираясь подхватить девушку, но отверстие, словно магнит, притягивало к себе взгляд, и даже Коврик не мог противиться этой магии. Яма продолжала расти, угрожая поглотить их всех...


Глава 5


Жасмин и другие отступили, а песок завертелся вихрем, будто водоворот. Внезапно из-под земли появилась фигура: странная женщина, одетая в наряд, который, казалось, был соткан из десятков шарфов различных оттенков жёлтого и коричневого. Она сидела за низким каменным столом, а перед ней стояла доска для игры в нарды.

Женщина потрясла головой, скидывая песок с головного платка цвета шафрана, а затем смахнула последние крупинки с коленей. Её золотые серьги в форме колец сверкали, а медные браслеты звенели.

– Ух! – заявила она, глубоко вздохнув. – Как приятно снова очутиться на свежем воздухе! Если вы спросите меня, то я вам скажу, что тысяча лет под землёй – это невероятно много!

Жасмин во все глаза смотрела на женщину. Откуда она взялась? Почему она сидит за доской для игр? Имеет ли она какое-то отношение к разбитому сапфиру?

– Я чувствую, у вас есть вопросы, – сказала женщина, как будто читая мысли принцессы или, что более вероятно, читая выражение её лица. – Почему бы мне не начать с того, чтобы представиться: меня зовут Рамла, и я одна из хранителей!

– Хранителей? Хранителей чего? – тут же спросила Жасмин.

– Осколков сапфировой звезды, разумеется! И это всё, что я вам скажу, пока вы не докажете, что достойны знать больше, – Рамла указал на доску для нард. – Сыграем?

– Прямо здесь? Прямо сейчас? – спросила ещё более озадаченная Жасмин.

– Эта доска здесь явно не для украшения! – со смешком сказала таинственная женщина. – Сядь же! Садись! Мне что, ещё тысячелетие тебя ждать?

– А может, всё же я поорудую лопатой? – простонал Аладдин. – Нарды? Как по мне, выкопать яму размером с Аграбу и то легче!

– Что-то мне подсказывает, что обойдётся без ям, – прошептала с азартной улыбкой принцесса. – Я могу попробовать сделать это. – Она кивнула на доску с голубоватым оттенком. Вместо традиционных круглых чёрно-белых фишек по обе стороны поля стояли маленькие звёздочки, одни чуть темнее, а другие – светлее. Кости выглядели как обычные кубики, с которыми Жасмин была знакома, но вместо точек на каждой из граней также были нарисованы крошечные звёзды.

– Мне придётся сыграть, – решилась девушка. Страж был, очевидно, связан с легендой, – Это своего рода проверка. – Принцесса обернулась к Рамле за подтверждением своей догадки.

Женщина из песка подмигнула в ответ.

– Я позволю тебе сделать первый ход, – произнесла она, передавая Жасмин кости. – Правила такие же, как всегда, но мы сыграем только одну партию. Убери все свои фигуры с доски, и ты выиграешь!

Жасмин села и бросила кости. Выпала тройка. Не очень хорошее начало. Но нарды были игрой, которую она прекрасно знала и в которой была очень хороша благодаря годам тренировок с отцом.

Аладдин и кочевники собрались вокруг, наблюдая за ходом поединка. Волшебный ковёр вновь встал на две кисточки и устроился рядом с Маликом, тоже внимательно следя за игрой.

Абу вскочил на плечо Аладдина, чтобы лучше видеть, и заметил, что крошечный геккон, который недавно вертелся возле Жасмин, теперь сидел на сумке, лежащей на одном из верблюдов. Маленькая рептилия, казалось, тоже уставилась на доску.

Аладдин пожалел, что был так невнимателен, когда Жасмин пыталась научить его играть в нарды, потому что теперь он не понимал, выигрывает ли девушка или нет. Тем не менее он ясно видел по блеску в её глазах и прямой напряжённой спине, что борьба идёт весьма упорная.

В какой-то момент Жасмин позволила себе улыбнуться. Она продумала все будущие шаги и выработала стратегию перемещения фигур по доске. Через несколько ходов она выиграет!

Но когда очередь перешла к Рамле, и она подбросила кости, те на миг, как по волшебству, зависли в воздухе. Когда они упали, Жасмин не поверила своим глазам.

– Двенадцать! Чудесно! – защебетала Рамла, и в уголках её губ появилась хитрая улыбка.

Лицо принцессы омрачилось. Неужели женщина обманула её? Используя магию, она заставила кости упасть так, что теперь ей можно было сделать два хода подряд. Это было то, с чем Жасмин никогда не сталкивалась, играя со своим отцом. Как она могла выработать стратегию, если хранительница мошенничала?

Рамла завершила ход и сняла несколько своих фигур с доски.

– Твой бросок! – весело проворковала она, передавая Жасмин кости.

Жасмин взяла кубики и заколебалась. Что, если Рамла не позволит им упасть самим, а опять прибегнет к уловкам?

– Мы можем остановиться, – предложила Рамла, снова словно читая мысли принцессы. – Никакого вреда, никакого обмана – но и никакого сапфира!

Жасмин заставила себя успокоиться. Никто не выигрывает, если не пытается. Она подняла руку, чтобы бросить кости.

– Однако, – добавила вдруг Рамла, заставив руку девушки замереть, – если со следующим броском ты проиграешь, тебе придётся отправиться вместе со мной под песок. Я там жить могу. А вот ты – нет,

Кочевники ахнули.

– Что? – воскликнул Аладдин. – Ты ничего не говорила об этом перед началом игры!

– Ты прав, – согласилась Рамла. – Прошу прощения. Тысяча лет под землёй немного повредили мою память. – Она постучала себя по виску, звеня браслетами.

– Она лгала. Обо всём лгала! – Аладдин бросился к принцессе. – Остановись, оно того не стоит. – Ковёр-самолёт и Абу энергично закивали в знак согласия.

Неуверенность и волнение заставили сердце Жасмин учащённо забиться. Неужели Рамла на самом деле утащит её под песок, если она проиграет? Принцесса взглянула на лицо хранительницы. Та больше не улыбалась. Её глаза были мрачны и зловещи.

Жасмин глубоко вздохнула и попыталась ещё раз всё обдумать. Часть сапфира была здесь. Она чувствовала его энергию в песке под ногами, её пульсация усилилась с начала игры. Остановить партию означало упустить редкую удачу. Если вернуться в город ни с чем, они проиграют намного больше.

Жасмин вдохнула ещё раз, а затем твёрдо произнесла:

– Я продолжу играть.

– Тогда бросай кости, – велела Рамла. Её слова прозвучали приказом.

Рука Жасмин дрожала, когда она подняла кубики. Едва девушка разжала ладонь, от спокойствия, в котором она пребывала мгновение назад, не осталось и следа. Желудок сжался от ужаса, как будто она спрыгнула с утёса. Что, если это решение было неправильным? Какой же из неё получится в будущем правитель, если в ней столько сомнений и страхов?

Жасмин зажмурилась и услышала, как кости со стуком упали на стол, а затем громкий вздох Аладдина и других. Она затаила дыхание. Ощущения, что она утопает в земле, не было. Девушка приоткрыла один глаз и уставилась на кости.

– Молодец! – воскликнула Рамла, в голосе её сквозило ликование.

Не веря тому, что она видит, Жасмин открыла оба глаза. Нет, это действительно так – все её фигуры вышли из игры. На мгновение они зависли в воздухе, вращаясь и мерцая, а затем исчезли вместе с доской, будто были всего лишь миражом.

– Но где же...

– Поздравляю, моя дорогая, – продолжала Рамла. – Ты прошла это испытание. Ты была готова рискнуть жизнью, чтобы найти сапфир, и доказала, что достойна получить его.

Часть стола, за которым играли Жасмин и Рамла, исчезла, и перед ними появился мраморный ларец. В его глубине даже сквозь крышку было видно голубое мерцание. Кочевники настороженно попятились, а ковёр-самолёт и Аладдин, наоборот, придвинулись ближе, заинтригованные увиденным. Абу подпрыгивал на плече Аладдина, тоже заметно волнуясь.

– Давай, – скомандовала Рамла. – Открой его.

На передней стороне ларца располагались две витые латунные защёлки. Жасмин легко подняла одну, но другая отказывалась сдвинуться с места.

– Она могла заржаветь, – сказала Рамла. – Представь, сколько лет ларец простоял закрытым.

– Может, его нужно просто дёрнуть посильнее? – произнёс знакомый голос. Из-за верблюдов вышел кочевник в зелёном. Остальные странники переглянулись, когда он подошёл к столу.

– Прошу прощения, молодой человек, – выступил вперёд Ахмед. – Мы знакомы?

– О, эм... нет, – ответил парень. – Я вроде как сам по себе. Я... Как бы это сказать... отделился от своей группы. – Он неопределённо махнул рукой в сторону, а затем протянул ее к ларчику, намереваясь откинуть вторую защёлку. Та легко поддалась. Вместе с Жасмин они подняли крышку.

Ярко-синий мерцающий осколок лежал внутри, освещая всё вокруг удивительным светом.

– Сапфир! – закричал Аладдин. В тот же миг осколок сам собой сорвался со своего ложа, упал на землю и начал подпрыгивать, как будто в нём клокотала беспокойная энергия.

– Ох! – воскликнула Рамла. – Похоже, он немного взволнован от того, что так долго сидел взаперти.

Жасмин, Аладдин, а затем и все кочевники попытались схватить камень, но тот отскакивал, уклоняясь от их рук. Абу прыгнул за ним, однако лишь приземлился мордочкой в песок. Наконец, ковёр-самолёт подлетел с другой стороны и накрыл собою сапфир.

Свет просачивался сквозь красочное плетение ковра, заставляя каждую нить сиять. Из кисточек посыпались искры, ткань затрещала, зашипела, и плетение начало распадаться.

Между тем, пока все были отвлечены удивительным зрелищем, кочевник в зелёном плаще поспешил прочь и исчез за верблюдами.

Через несколько мгновений светящиеся нити ковра погасли, и он перестал двигаться. Коврик распластался на земле, а в том месте, где под ним лежал осколок сапфира, образовался небольшой холмик.

– Вот. – Мариам протянула Жасмин большой кожаный мешок. Аладдин осторожно приподнял уголок ковра-самолёта, и они с принцессой переложили камень в мешок и затянули шнуры.

– Спасибо, друг, – сказал Аладдин ковру-самолёту, но ответа не последовало.

– Коврик? С тобой все в порядке? – озабоченно спросила Жасмин.

Ковёр-самолёт приподнял переднюю кисточку и слабо кивнул. Он попытался подняться с земли, но последние силы покинули его, и он плюхнулся обратно на песок.

– Бедняга, – смущённо произнесла Рамла. – Осколок, должно быть, впитал в себя магию вашего ковра. После стольких столетий, проведённых взаперти отдельно от других частей сапфира, он, должно быть, накопил слишком много энергии, которая требовала выхода. Благодаря вашему другу он пришёл в норму.

– Вернётся ли его магия? – встревожилась Жасмин.

– Я не могу сказать, – ответила Рамла. – У меня, конечно, много потрясающих талантов, но я не могу предсказывать будущее! – Она засмеялась.

Принцесса с болью смотрела, как коврик печально сгорбился, услышав это. Она взглянула на Аладдина и поняла, что тот не меньше расстроен, что храбрый поступок ковра мог стоить ему драгоценного дара, возможно, даже навсегда. Жасмин и Аладдин положили свои ладони на вышитую ткань в знак утешения, а Абу мягко похлопал по одной из его кисточек.

– Всё будет хорошо, – пообещала Жасмин. Я уверена, что, как только мы найдём оставшиеся части сапфира, ты придёшь в норму. Ковёр затрепетал под её рукой, словно говоря: «Не беспокойся обо мне».

– Смотрите! – воскликнул Малик, указывая наверх.

Остальные подняли головы к небу.

– Маяк! Он пропал! – удивилась принцесса. Действительно, небо над ними было совершенно ясным, но голубая звезда исчезла. Буря всё ещё бушевала, но сквозь неё пробивалось слабое серое свечение приближающегося рассвета.

– Теперь он в другом месте, – успокоила Рам- ла. – Указывает, где спрятан второй осколок.

– Однако, хотя мы и нашли первый, ветер не стал тише, – разочарованно произнесла Жасмин.

– Буря не прекратится, пока не будут найдены все четыре части сапфира, – объяснила песчаная женщина.

Из мешка с камнем повеяло холодом, и он попытался вырваться из рук Жасмин, но она лишь крепче сжала свою ношу.

– Почему он так делает? – спросила она.

– Каждая часть сапфира содержит в себе энергию той или иной природной стихии. Этот осколок связан с ветрами. Он тоже успокоится, как только сапфир снова станет целым. А ещё его энергия защитит вас, и вы сможете безопасно пройти через песчаную бурю.

– Но как же мы найдём остальные части? – задала Жасмин главный мучивший её вопрос.

– Ах да! – воскликнула Рамла. – Чуть не забыла! Части целого стремятся друг к другу. – Она махнула рукой в сторону мешка, который продолжал дёргаться в руках Жасмин. – Этот осколок приведёт вас к следующему. Кроме того, каждый из них имеет свой собственный маяк, а заодно и хранителя, который будет защищать его и пожелает убедиться в чистоте ваших намерений.

Хранительница осколка хлопнула в ладоши, зазвенев браслетами, и каменный стол погрузился в песок. Она подняла руки над головой и улыбнулась восходу солнца:

– Не могу дождаться, чтобы наверстать упущенное и узнать все новости за последнюю тысячу лет! О! Ещё кое-что! – Женщина снова посмотрела на Жасмин. – Так как в разрушении сапфира виноваты человек и гуль, то теперь всякий раз, когда вы будете доставать новый осколок, человек и гуль должны быть рядом и делать это вместе.

– Но это просто не может быть правдой! – возмутилась Жасмин. – Я только что достала осколок из ларца, и здесь не было никакого гуля!

Рамла нахмурилась.

– Хм. – Она постучала пальцем по губам.

Я что-то неправильно поняла? Нет... Я почти уверена... О, ну ладно! Вам не кажется, что маленькая тайна делает любое дело чуть интереснее?

Жасмин и Аладдин обменялись ошеломлёнными взглядами.

– Интереснее? – переспросил Аладдин. – Мы имеем дело с вопросами жизни и смерти!

– Я уверена, что вы готовы принять этот вызов, – хитро прищурившись, сказала хранительница. Она взмахнула руками, и множество шарфов закружилось вокруг неё.

– Подождите! – У Жасмин всё ещё было так много вопросов. – Как нам узнать, где находятся оставшиеся части сапфира?

– Это ещё одна загадка! – весело закричала Рамла из водоворота коричневого, жёлтого и мерцающего золотом шёлка. Через мгновение она исчезла.

Ахмед и его семья были потрясены:

– Это совершенно...

– Невероятно! – воскликнул в восторге Малик.

Мешок в руках Жасмин начал дёргаться сильнее, словно пытаясь привлечь её внимание.

– Он будто бы тянет меня в сторону... Похоже, на юг, – сказала она неуверенно.

Поскольку семья Ахмеда двигалась в этом же направлении, они предложили сопровождать искателей осколков до тех пор, пока их пути не разойдутся. Друзья с благодарностью согласились.

Пока Малик помогал Аладдину сворачивать ковёр, Жасмин искала кочевника в зелёной мантии. Он был прав, утверждая, что сапфир разбили человек и гуль, и она хотела расспросить его подробнее о той версии легенды, но странного незнакомца нигде не было видно.

– Куда делся этот молодой человек? – спросила Сара, вторя мыслям Жасмин.

Абу указал на верблюдов и застрекотал, подняв лапку с оттопыренными четырьмя пальцами.

Все посмотрели на навьюченных кораблей пустыни.

– Откуда взялся этот верблюд? – удивился Ахмед, ведь раньше их было только три. Жасмин заметила, что одно животное было немного меньше других и его окрас, казалось, имел слабый зеленоватый оттенок.

– Может быть, он принадлежит тому другому кочевнику, – предположил Аладдин.

Ахмед шагнул к верблюду, но тот метнулся в сторону и исчез в буре.


* * *


Убежав в пустыню, верблюд превратился в ящерицу. Прозрачные перепонки, игравшие роль век, защищали его глаза от песка. Он помчался обратно в Аграбу. Недалеко от города он преобразился в змею и приблизился к небольшому отверстию в земле. Ещё миг, и он скрылся в ямке, взмахнув напоследок чешуйчатым хвостом.


Глава 6


В толще песка под Аграбой раскинулась сложная сеть узких тоннелей, и все они сходились в одной точке – обширной подземной пещере. Там предводительница гулей Умаб собрала всех своих сородичей, которых насчитывалось около сорока, для объявления.

– Ветры снаружи усилились, и пока на их ослабление надежды мало, – начала Умаб. – До сих пор туннели не пострадали, но сейчас как никогда важно, чтобы все оставались подальше от проходов, ведущих на поверхность...

Большинство гулей парили над полом в виде призраков. Они напоминали людей, но тела их имели зеленоватый оттенок и были почти прозрачными. Ноги позволяли им ходить, но они также могли передвигаться, плывя по воздуху. Несколько гулей беспрестанно меняли свой внешний облик, лениво превращаясь из одного маленького существа в другое: из мыши в краба, из цесарки в черепаху. Они откровенно скучали и не слушали речей Умаб, стремясь поскорее вернуться в убежища и снова заснуть.

Пещера была украшена множеством блестящих предметов, которые так любили все гули, от латунных графинов до медных медальонов. Каждая вещь стояла на своей полке, вырезанной в красных глиняных стенах. Отражения некоторых предметов можно было увидеть в воде бассейна в гроте, спрятанном в глубине пещеры.

Лейли, одна из юных гулей, стояла возле грота, почти не обращая внимания на слова предводительницы. Её внимание было сосредоточено на множестве входов в пещеру. Она ждала брата и всюду искала его следы. Куда он запропастился?

Вдруг Лейли почувствовала, как что-то сжало её лодыжку. Она посмотрела вниз и увидела, что вокруг её ноги обернулась змея. Она нахмурилась и сбросила её.

– Где ты пропадал? – прошептала она змее, хотя уже догадывалась, каков будет ответ.

Змея упала на грязный пол и превратилась в жука. Он подлетел к лицу Лейли, трепеща зелёными крылышками.

Она отмахнулась от него и недовольно прошипела:

– Бедэйр! Прекрати!

– Лейли? Что случилось? – окликнула её Умаб со своего места. Несколько их соплеменников бросили любопытные взгляды в глубь пещеры.

– Нет, ничего. Извините.

– Как я уже говорила, – продолжала Умаб, – туннели должны использоваться только для того, чтобы попасть из одной пещеры в другую. Не стоит разгуливать по ним просто так.

Между тем жук превратился в гуля.

– Я видел его, Лейли, – сказал он.

– Тссс!

Бедэйр понизил голос:

– Я видел кусочек сапфира!

– Если Умаб узнает, что ты снова вылезал на поверхность... – возмущённо зашептала его сестра в ответ.

– Ты меня не слушаешь.

– Я слушаю, – возразила Лейли. – И я уже говорила тебе, что я устала от твоих сказок. – Бедэйр давно без конца говорил о сапфире, не просто давно – столетиями! По его словам, Бедэйр и Ниддал, его лучший друг-человек, как-то раз решили посоревноваться, кто сможет быстрее забраться на вершину арки над въездными воротами в город и первым коснуться сапфира. Чтобы уравнять их шансы, Бедэйр превратился в человеческого мальчика. Ниддал выиграл, но его рубашка зацепилась за один из железных зубцов, удерживающих гигантский камень на месте. Бедэйр превратился в медведя, чтобы сильными лапами освободить Ниддала, и в результате сапфир вывалился из паза и упал вниз...

В этой истории было много невероятных деталей, но самой нелепой была мысль, что человек и гуль могут быть лучшими друзьями! Все знали, что люди боятся гулей, поэтому те с давних пор живут под землёй.

– Это не сказка, – в очередной раз принялся настаивать Бедэйр. – И я могу это доказать. Первый осколок сапфира найден, и они ищут остальные, но мы должны им помочь!

– Они – это кто? – поинтересовалась Лей- ли. – О ком ты говоришь?

– Бедэйр! – окликнула их Умаб. – Если то, что ты хочешь сказать, настолько важно, почему бы тебе не поделиться этим с остальными?

Бедэйр приблизился к Умаб.

– Нет, Бедэйр! – закричала Лейли, но брат проигнорировал её.

– Эти ветры пришли потому, что тысяча лет истекла! – произнёс молодой гуль. Новость, которой он должен был поделиться, была слишком серьёзной, чтобы молчать о ней.

– Мы должны восстановить сапфир, пока не стало слишком поздно!

– Опять эта сказочная чепуха про сапфир, – пробормотал кто-то в толпе. Этот комментарий поддержали многочисленные стоны и ворчание.

– Первая часть камня уже найдена! В пустыне! – продолжал Бедэйр. – Я сам её видел! Я помог принцессе Жасмин найти её!

Умаб нахмурилась.

– Ты помогал принцессе Жасмин? Дочери султана Аграбы? Это правда?

– Я ничего не выдумываю! Я подслушал, как она и её друг Аладдин говорили о поисках частей сапфира, и последовал за ними в пустыню, и...

– Последовал в пустыню? – воскликнула Умаб. – Пожалуйста, скажи мне, что ты не пытался говорить с ними. – Гулям было строго-настрого запрещено общаться с людьми.

– Не волнуйся, – ответил Бедэйр. – Когда меня заметили, я превратился в кочевника, а потом в верблюда.

– Они заметили тебя? – Большие тёмно-зелёные глаза Умаб выражали ужас. Толпа гулей загудела.

Лейли издала тихий стон. Её брат признался, что нарушил почти все законы их общины. Он не только поднялся на поверхность, но и изменял свою внешность перед людьми.

Другие гули тут же отодвинулись от Бедэйра, как от прокажённого.

– Бедэйр, я предупреждала тебя не один раз: если люди снова поверят в наше существование, не будет конца тому, в чём они начнут нас обвинять. Они и песчаные бури скинут на нас! – Стены загрохотали, словно вторя словам Умаб. Изумрудное кольцо упало с одного из уступов на пол пещеры. Предводительница подхватила его и направилась к Бедэйру.

– Но, если мы восстановим сапфир, ветер утихнет, -- возразил Бедэйр. – Мы поможем людям, и они поймут, что всё, что о нас рассказывают, – неправда. И тогда мы сможем снова подниматься на поверхность, когда захотим!

– А разве кто-то хочет подняться? – прорычала Умаб. Остальные забормотали на разные голоса в знак согласия. Большинство из них теперь глядели на Бедэйра.

Молодой гуль смотрел на сердитые лица сородичей, опечаленный тем, что никто из них не помнит прошлого.

– Раньше мы так чудесно проводили время в Аграбе! – напомнил он. – Устраивали каверзы, смешили людей, делали их жизни веселее. Вы должны помнить об этом! – Но гули лишь качали головами и отворачивались.

Бедэйр застонал в отчаянии. Веками Умаб настаивала на том, что контакты гулей и людей всегда приводили к беде, поэтому-то они ушли в подземелья. Возможно, изначально у кого-то из них и были сомнения на этот счёт, но с годами все поверили, что их воспоминания были ложными, а рассказы Умаб – правдой. Бедэйр знал, что гули верили, будто Умаб защищает их, но сам считал, что все её рассказы лишь приучили гулей бояться и отняли у них все радости.

– Я больше не собираюсь слушать эту чепуху, – заявила предводительница, угрожающе подойдя к Бедэйру. – Ты понимаешь, какую опасность навлёк на наши головы? Люди могут затопить туннели и уничтожить наш единственный дом!

Гули настороженно слушали, столпившись вокруг Бедэйра. Сестра поспешно пробиралась через них к брату.

– Он понимает, всё понимает, – быстро сказала Лейли, возникнув перед предводительницей. – И останется внутри. Я прослежу...

– Я не могу! – запротестовал Бедэйр. – Мне нужно вернуться обратно. Мы нужны им. Им нужен гуль, чтобы...

– Хватит! – в гневе закричала Умаб. Её голос эхом раскатился по пещере. – Мне больно это говорить, Бедэйр, но ты сам только что признался, что тебе нельзя доверять. Откуда мне знать, что ты больше не будешь лезть людям на глаза?

Прежде чем Бедэйр смог ответить, Умаб провела рукой над его головой. Другие гули ахнули, когда Бедэйр в мгновение ока сжался в зелёный клубок и был поглощен изумрудом в кольце Умаб.

– Нет! – закричала Лейли.

– Прости, Лейли, но ты должна понимать, почему я это сделала, – сказала Умаб, кивнув на полыхающее светом кольцо. – Защищать всех вас – мой долг. Особенно в такие нелёгкие времена.

– Как долго он пробудет там? – спросила Лейли, надеясь, что наказание не продлится более одного-двух дней.

– Пока я не решу, что он не представляет для нас угрозы, – ответила предводительница. – Определённо он не выйдет раньше, чем пройдут песчаные бури. – Изумруд на кольце яростно вспыхнул.

– Но...

– Там ему будет лучше, – прервала Лейли Умаб, передавая ей кольцо. – Там он будет в безопасности.


Глава 7


Лейли сидела в маленькой пещере, где она жила с Бедэйром, кольцо лежало перед ней на скале. Изумруд печально пульсировал.

– Мне жаль, – сказала Лейли, угадывая мысли брата. – Ты знаешь, что я никак не могу заставить Умаб передумать. Она волнуется. О тебе, обо всех нас.

Изумруд вспыхнул, его луч отразился от красивого кулона, одного из десятков блестящих предметов, украшающих их пещеру. Большинство вещей, развешанных в туннелях, заржавели или потускнели за прошедшие века. Но в этой пещере было много того, что Бедэйр принёс из своих нелегальных вылазок на поверхность, и они всё ещё сверкали и блестели. Долгое время Лейли прятала их, делая отверстия в стенах и запечатывая их глиной. Но с течением лет гули всё больше и больше отдалялись от сородичей, много спали и редко выбирались из своих пещер, в основном только если их вызывала Умаб. Непрошеные гости давно уже к ним не заявлялись.

Бедэйр утверждал, что любовь гулей к сверкающим предметам – это глубокое врождённое чувство, а не просто традиция. Он считал это важной особенностью их задорного характера, благодаря которому они умеют изменять внешность и любят разыгрывать людей. Вернее, любили, пока не спрятались под землёй.

Хотя Лейли всегда злилась, когда Бедэйр об этом говорил, в глубине души она иногда задавалась вопросом, не был ли он прав. Она отказывалась признаться, но иногда её посещали смутные воспоминания о счастливых временах, когда они выходили за пределы туннелей, о совместных приключениях с жителями Аграбы. У других гулей такого рода воспоминания с каждым столетием тускнели, пока не начинали казаться снами. Но у других гулей не было братьев, так часто рассказывающих о жизни наверху. Лейли вечно терзали сомнения. Правда ли то, что она помнила? Или это просто влияние историй брата?

Кольцо оставалось тёмным, и Лейли могла представить Бедэйра внутри, задумчивого и подавленного. Эти ветры могут продолжаться годами. Как он вынесет такую долгую ссылку?

А как она сможет вынести жизнь без Бедэйра, который, хоть постоянно и раздражал её своими шалостями и мольбами убежать вместе, всё равно был её любимым братом? Ей нужна по крайней мере возможность общаться с ним.

– Помнишь, мы превращались в мышей и забирались в лампы в зале заседаний, заставляя пламя в них мигать? – спросила Лейли кольцо. – Так мы передавали друг другу тайные сообщения. Ты помнишь? – Пару столетий назад они перестали играть. Лейли это наскучило, так же, как и другим гулям надоело разыгрывать друг друга, а не людей. Это было ещё одной причиной поверить словам Бедэйра о том, что главной радостью в жизни гулей были шутки над людьми, которые заставляли смеяться и тех, и других. Смех в туннелях теперь был редкостью.

Кольцо мигнуло один раз, затем последовала серия медленных и быстрых вспышек. Лейли напрягла память, чтобы расшифровать это послание. Бедэйр повторил последовательность, и наконец Лейли поняла:

– Да! Я помню!

Произнеся это, она имела в виду и свои собственные мысли, и то, что Бедэйр пытался ей сказать.

Кольцо продолжало мигать, иногда так быстро, что Лейли не успевала расшифровывать слова брата. «Помедленнее!» – просила она не раз, но в конце концов всё поняла, и это её не обрадовало.

– Нет, Бедэйр. Я не могу, – запротестовала она. – А если Умаб поймает меня? Мы оба окажемся запертыми в кольцах. – Изумруд излучал яростное свечение, за которым последовала серия коротких импульсов.

Лейли плавала по пещере, взволнованная.

– Какая разница, что там происходит? Это не влияет на нас, пока мы остаёмся здесь. Здесь мы в безопасности.

Наступила пауза, а затем кольцо вспыхнуло и погасло А4ягко, умоляюще. «Если ты не хочешь сделать это для Аграбы, сделай это для меня».

Лейли молчала. Она любила Бедэйра. Он был единственной семьёй, которая у неё когда-либо была. Гули появились, когда была создана Земля, из той же магической пыли. Как и у людей, среди них были мальчики и девочки, но вот родителей у них не было. Все гули разделились на небольшие группы братьев и сестёр. У некоторых было по десять братьев и сестёр. У других, как у Лейли и Бедэйра, не было никого, кроме них. А ещё, хотя у гулей не было родителей, у них была Умаб. Она присматривала за ними, как мудрый защитник, любящий, но строгий.

– Это слишком опасно, – настаивала Лейли. Изумруд вспыхивал снова и снова, Бедэйр продолжал спорить и умолять, пытаясь убедить Лейли, что сапфир восстановит погоду и отношения между людьми и гулями.

Лейли по-прежнему скептически относилась к утверждениям Бедэйра, но что, если он был прав хотя бы частично? Частые вылазки помогали ему узнать, что на самом деле происходит наверху, в этом смысле он был более осведомлён, чем Умаб.

Если поиски сапфира приведут к тому, что Умаб освободит Бедэйра, то Лейли обязана попробовать.

– Я сделаю это, – сдалась она наконец.


* * *


Через несколько минут Лейли, приняв облик гадюки, выглянула из крошечной норки. Она смотрела на песок и колебалась, нервничала и боялась. Сильная сторона гулей заключалась в том, что они могли принимать любую форму, но они становились так же уязвимы, как и те, чей облик принимали. А ещё в любом облике гули нуждались в еде, отдыхе и приюте и могли быть ранены или даже убиты.

Зелёное свечение, исходящее от изумрудного кольца на её хвосте, осветило выход наружу. Бедэйр повторил инструкции, которые он дал ей ранее.

Лейли зашипела в ответ: «Я знаю, знаю». Она напомнила себе, что рискует только ради брата, и это того стоило, собралась с духом и выскользнула из норы.

Лёгкую змейку мгновенно отбросило ветром, но она превратилась в слона и приземлилась с глухим ударом на четыре крепкие ноги. Песок бил по её зеленоватой коже, но она оставалась непоколебимой. Кольцо теперь сидело на кончике бивня и сверкало: «Молодец!»

Лейли глубоко вздохнула. Она так до конца и не определилась с воспоминаниями о наземной жизни, но что-то такое было в воздухе вокруг, что заставило её почти поверить в то, что эти воспоминания были настоящими.

Пыльный ветер ударил ей в голову, заставив гигантские уши захлопать. Она покачала огромной головой и понюхала песок. Лейли сразу ощутила опасную энергию ветра и что-то неестественное в происходящем, что-то, что должно было быть исправлено. Её чувствительность гуля пробудилась, и она вдруг почувствовала такую силу, какой она не ощущала годами... десятилетиями... веками. Она глубоко вдохнула и уверенно нырнула в шторм.


Глава 8


Жасмин вглядывалась в бесконечные песчаные дюны, продолжая своё путешествие на верблюде. Сара следовала на втором верблюде, а Мариам – на третьем. Ахмед, Малик и Омар шли рядом, как и Аладдин, державший на плече Абу.

Аладдин подошёл к ковру-самолёту.

– Как поживаешь, дружище? – посочувствовал он. Ковёр поднял две кисточки, как будто показывая Аладдину поднятые вверх большие пальцы.

Мешок с камнем начал подрагивать в руках Жасмин, и она покрепче затянула верёвки. Осколок был удивительно лёгким, несмотря на свой размер, даже почти невесомым. Как и обещала хранительница, сапфир создавал защитный барьер вокруг них, так что единственные движения воздуха, которые чувствовала Жасмин, исходили холодными дуновениями из мешка.

Они шли уже несколько часов, и желудок Жасмин урчал от голода. В какой-то момент они остановились в оазисе, чтобы дать отдых верблюдам и немного вздремнуть, но вскоре Жасмин проснулась от беспокойства и из-за того, что веревки мешка, которые она завязала вокруг запястья, начали дёргаться. Странники немного подкрепились финиками и хлебом. Прошёл ещё один день, и надежда Жасмин на то, что оставшиеся сапфиры будут найдены в пустыне, стремительно угасала.

Мешок нетерпеливо дохнул холодом.

– Я хочу найти другие осколки не меньше, чем ты, – с досадой сказала ему Жасмин.

Принцесса не сводила глаз с горизонта, и это позволило ей первой заметить вдали туманный образ.

– Я что-то вижу! – закричала она.

– Маяк? – спросил Аладдин.

– Нет, не совсем, – девушка прищурилась и разглядела сперва две высокие фигуры, а затем ещё несколько поменьше: мужчину, женщину и двух маленьких девочек верхом на козле. За ними тащился осёл с несколькими сумками.

– Сестра! – закричал мужчина, замахав руками. Сара подняла ладонь в ответ и слезла со своего верблюда, чтобы представить семью, когда та приблизилась.

– Это мой двоюродный брат Юсуф, – познакомила Сара. – Его жена Нур и их дочери Мона и Дина. Они живут в Аль-Бандаре, деревне на берегу залива. – Омар помог Мариам слезть с верблюда, чтобы она могла обнять девочек.

– Что вы делаете здесь, в этой пустыне? – спросил Ахмед Юсуфа.

– В заливе не всё хорошо, – ответил Юсуф, – Всю неделю льют непрекращающиеся дожди, в воде закручиваются смертоносные водовороты. Волны прибивают сотни мёртвых рыб к берегу каждый день.

– Юсуф чуть не утонул, когда его лодка перевернулась, – добавила Нyp. Они тоже направлялись к брату Сары в Фаризу, пока погода в заливе не успокоится.

Жасмин и Аладдин обменялись взглядами. Осколок, который они нашли, был спрятан посреди песчаной бури. Судя по всему, нестабильная энергия осколка вызывала бури и шторм. Если в заливе тоже беда с погодой, это может быть подсказкой, где искать следующий осколок.

– Как ты думаешь, может ли вторая часть камня быть там? – спросил Аладдин у Жасмин.

Принцесса кивнула. Мешок рядом с ней подпрыгнул и качнулся, по-видимому, в знак согласия. Семья Юсуфа посмотрела на него с опаской.

– У вас там какое-то животное? – спросила Мона.

– Не совсем животное, – ответила Жасмин, а затем рассказала новым знакомым о путешествии и обо всём, что произошло до сих пор.

– Мы видели её! – воскликнула Дина. – Ту голубую звезду!

– Она висела в небе над заливом, – пояснила Мона.

Нур кивнула.

– Мы тогда подумали, что это просто искажённое отражение луны на поверхности воды, – сказала она, – но теперь кажется, что это мог быть...

– Маяк! – воскликнули Жасмин и Аладдин одновременно.

Юсуф объяснил, что рыбацкая деревня совсем недалеко:

– Сразу за следующей дюной вы увидите окраину Аль-Бандара.

Жасмин и Аладдин настаивали, чтобы Ахмед и его семья продолжили свой путь к родственникам в Фаризу.

– Мы справимся, – заверили они новых друзей. Принцесса подняла мешок с сапфировым осколком. – Ведь у нас есть то, что приведёт нас к следующему осколку, а заодно и защитит.

– Возьмите хотя бы одного из наших верблюдов, – предложил Ахмед. – Он поможет нести ковёр и припасы.

Жасмин покачала головой. Она решила, что Ахмед и его семья и так уже достаточно для них сделали.

– Я могу сам нести ковёр, – заверил их Аладдин. Он перебросил друга через плечо, а затем взял одну сумку. Жасмин взяла другую.

Абу протянул руки, чтобы помочь нести мешочек с финиками и орехами.

– Ну уж нет, Абу, – со смешком возразил его хозяин. – Мы оба знаем, как быстро этот мешочек станет легче, не так ли?

Абу невинно пожал плечами.

– Ты можешь нести вот это, – Аладдин протянул обезьянке пустую флягу из-под воды. Абу нахмурился и фыркнул, но всё же потопал вперёд, волоча за собой флягу.

Прежде чем разойтись, Жасмин поблагодарила новых друзей за помощь.

– Вы делаете великое и храброе дело, ваше высочество, – произнесла Сара. – Редкий король так рисковал бы ради своих подданных.

Остальные члены семьи согласно закивали.

– Она редкая принцесса, – подтвердил Аладдин, гордо улыбаясь.

Жасмин тоже улыбнулась в ответ, но её улыбка была не такой уверенной. Возможно, она поступает смело и они вскоре остановят надвигающуюся беду, но разве более достойный правитель не нашёл бы к этому моменту уже все четыре части камня?


* * *


На вершине дюны рос кустарник, что свидетельствовало о том, что вода уже близко.

Аладдин хмыкнул и переложил ковёр на другое плечо.

– Думаю, будет справедливо, если я понесу тебя некоторое время, – сказал он. – После того как ты столько раз возил меня. – Ковёр благодарно похлопал хозяина по спине.

Ни Аладдин, ни Жасмин не заметили маленькую зеленоватую мышку, притаившуюся позади них. Зато увидел Абу. Он тревожно заверещал и ударил хозяина по лодыжке пустой флягой для воды.

– Прекрати, – вскрикнул Аладдин. – Нам некогда останавливаться на обед.

Абу снова ударил хозяина флягой, когда мышка промчалась мимо них, а затем обернулась. Что-то зелёное сверкнуло на её лапке.

– Мне показалось, или у этой крысы кольцо на ноге? – не поверил Аладдин, протирая глаза.

– Это полёвка, а не крыса, – поправила его принцесса и достала из мешочка ядрышко миндаля.

– Привет, малыш, – обратилась она к зверьку. – Хочешь орешек? Изумруд в кольце вспыхнул и погас, словно отвечая на её вопрос.

– Вы это видели? – спросил Аладдин. – Как будто там внутри горит свечка.

Жасмин подошла ближе, но как только она это сделала, полёвка внезапно превратилась в пантеру. Жуткий хищник вцепился в мешок, который был привязан к запястью Жасмин, вырвал его и умчался прочь.


Глава 9


Лейли бежала, мягкие кошачьи лапы стремительно несли её по пустыне. Кольцо, надетое на один из когтей, пульсировало от ярости. Бедэйр был расстроен из-за того, что она украла осколок, но Лейли не доверяла людям. Она решила забрать камень под землю. Умаб увидит его и поймёт, что брат говорил правду. Лейли была уверена, что это убедит Умаб освободить Бедэйра из кольца. А после этого предводительница могла бы собрать целую армию гулей, чтобы найти остальные части сапфира.

Лейли оглянулась назад. Принцесса гналась за ней. Высокий юноша, её спутник, положил свёрнутый в рулон ковёр на песок рядом с маленькой обезьянкой и тоже бросился вслед за воровкой. Однако догнать сильного зверя шансов у них не было.

Вдруг в глаза Лейли попал песок, и она покатилась по земле. Пантера превратилась в ящерицу, но мешок с сапфировым осколком дёргал её, пытаясь оттащить обратно к принцессе, и в конце концов перевернул лёгкое тельце.

Жасмин и Аладдин мчались к мигающему зелёному огоньку. Пантера каким-то образом исчезла, и теперь кольцо, казалось, двигалось само по себе по песку. Когда они подошли ближе, то увидели, что на самом деле золотой ободок был надет на лапу зелёной ящерицы, которая изо всех сил пыталась удержать мешок в зубах. Ящерица бросилась под ноги Жасмин, и та потеряла равновесие, стараясь не наступить на рептилию.

Затем существо понеслось мимо Аладдина. Тот бросился ему наперерез, Тяжёлый мешок мешался, и ящерица закувыркалась по песку – прямо к Жасмин.

Кольцо слетело, и Аладдин подхватил его. Ящерица мгновенно превратилась в зеленоватую девушку-призрака, которая зависла в воздухе перед ним.

– Гуль! – воскликнул он в потрясении. Изумруд в кольце дико засверкал. Аладдин заинтригованно прищурился. – Тут что, заключён джинн?

Лейли превратилась в ворону, вырвала кольцо из рук Аладдина и вернулась в облик гуля.

– Ух ты, – восхитился Аладдин. – Это было потрясающе!

Лейли промолчала, но в душе была согласна. Прошло много времени с тех пор, как она изменяла внешний вид столько раз подряд в течение одного дня, не говоря уже о нескольких минутах.

Жасмин, крепко сжимая мешок, подбежала к ним. Лбу оставил ковёр и сумки и поспешил присоединиться к своим друзьям.

Принцесса оглядела Лейли:

– Кто же ты?

– Это гуль, – объяснил Аладдин. – Самый настоящий гуль во плоти. Ну, или из чего они там сделаны...

Лейли уставилась на Аладдина.

– Я не «он», – отрезала она. – Я Лейли. А это мой брат, Бедэйр. – Она подняла кольцо. Изумруд вновь вспыхнул.

Абу смотрел на мигающий изумруд, широко раскрыв глаза, а Жасмин и Аладдин обменялись любопытными взглядами.

– Приятно познакомиться, – сказала Жасмин кольцу.

Кольцо замерцало, и Лейли перевела:

– Вы уже встречались. На игре в нарды. – Ещё одна серия ярких импульсов осветила кольцо. – Он помог тебе открыть ларец. Я понятия не имею, о чём он.

Значит, Рамла была права, поняла Жасмин. Гуль и человек нашли осколок вместе.

– Почему он в кольце? – поинтересовалась принцесса.

– Из-за тебя! – яростно воскликнула Лейли. Кольцо засияло тёмным светом. – Ладно, не совсем из-за тебя. Это долгая история, но его заключили туда в наказание, и поэтому я здесь. Он заставил меня прийти сюда. – Ещё одна яркая вспышка. – Чтобы помочь вам, – неохотно добавила Лейли.

– Если ты здесь, чтобы помочь, зачем ты украла мешок? – недоумённо уточнила принцесса.

Лейли колебалась. «Скажи им», – подал сигнал Бедэйр. Лейли вздохнула и рассказала об Умаб и законах гулей.

– Я просто хочу освободить брата. Я знаю, что люди ненавидят нас. Почему вы должны мне помогать? – закончила она.

– Потому что нам с Аладдином тоже нужна твоя помощь, – ответила Жасмин.

Кольцо вспыхнуло.

– Бедэйр говорил об этом, – вынуждена была признать Лейли.

– Ты не сможешь восстановить сапфир в одиночку, – продолжила Жасмин. – И мы тоже не можем.

Ещё одна вспышка.

– Да, – согласно кивнула Лейли. – Бедэйр подтвердил твои слова.

– Ну так что? – спросила Жасмин. – Будем сотрудничать?

Лейли внимательно посмотрела на девушку. Принцесса, казалось, говорила искренне, и Лейли знала, что Бедэйр не оставит её в покое, пока она не согласится.

– Да, хорошо, – вздохнув, наконец сказала девушка-гуль.


* * *


– Ты действительно ей доверяешь? – шёпотом спросил Аладдин у Жасмин, когда они возвращались за ковром и сумками.

– Мы должны ей доверять. Ведь и ей приходится довериться нам, – тихонько ответила Жасмин.

– Ну не знаю, – Аладдин бросил подозрительный взгляд на Лейли, которая в этот момент кивала кольцу, вернее Бедэйру, который что-то ей втолковывал при помощи света.

– Давным-давно я поверила вору, которого встретила на улицах Аграбы, потому что чувствовала, что в глубине души он хороший человек. И я не ошиблась. – Девушка лукаво улыбнулась своему спутнику.

– С тобой слишком сложно спорить, – сдался он.

Тут к ним подплыла Лейли.

– Вы говорите обо мне? – спросила она строго.

– Конечно. Как раз обсуждаем, как здорово, что мы тебя встретили, – дружелюбно отозвалась Жасмин.

Наконец они подошли к сумкам. Аладдин взглянул на ковёр и понял, что ему жутко не хочется тащить тяжёлый гобелен всю дорогу вверх по холму.

– Может быть, ты могла бы превратиться в верблюда и понести всё это? – спросил он Лейли.

Та уставилась на нахала.

– Я тебе не вьючное животное, – отрезала она.

– Что ты, я совсем не это имел в виду! Просто так ведь будет проще и быстрее, а ты тоже в этом заинтересована. – Аладдин примирительно поднял руки. Абу застрекотал в знак согласия.

Вместо ответа Лейли превратилась в блоху. Одним прыжком она миновала Аладдина, вторым – перескочила через голову Абу. Обезьянка попыталась схватить жучка, но напрасно.

– Поделом тебе, – засмеялась Жасмин.


* * *


Как и обещал Юсуф, за дюной они увидели деревню. Сапфировый осколок указывал им путь, а по дороге попадалось всё больше растений. Они приближались к заливу.

Сперва им стали встречаться крошечные финиковые пальмы, затем – маленькие фруктовые сады с фигами и абрикосами, миндалём и фисташками. Абу поспешил к деревьям, чтобы полакомиться упавшими фруктами.

Со временем путникам стали встречаться каменные и глиняные дома, небо над которыми было тёмно-серым. Грозовые тучи клубились и рокотали, словно живые.

Жасмин почувствовала каплю прохладной воды на щеке.

– Дождь, – произнёс Аладдин, протягивая ладонь.

– Просто брызги, – ответила принцесса, но спустя несколько минут непогода усилилась. Аладдин и Жасмин натянули капюшоны, хотя и понимали, что вскоре их плащи промокнут насквозь.

Лейли превратилась в гуся и заковыляла рядом с остальными. Дождь стекал с её перьев, которые она время от времени отряхивала, окатывая Абу, который пронзительно визжал, выражая глубокое недовольство.

– Он не двигается, – Аладдин указал на мешок с сапфиром.

Принцесса тоже это заметила. По мере приближения к заливу притяжение ослабевало.

– Должно быть, мы почти на месте, – предположила девушка, стараясь придать голосу больше уверенности, чем она ощущала на самом деле.

Жасмин попыталась разглядеть маяк сквозь ливень, но видела только покрытое облаками серое небо, которое мрачнело с каждой секундой.

Наконец они добрались до деревни. Маленькие каменные домики выстроились вдоль узкой улочки, которая выходила на большую городскую площадь. Лейли превратилась в человека: маленькую девочку с тёмными волосами и в зелёном плаще, похожую на младшую сестру Жасмин. Несколько жителей деревни удивлённо проводили их взглядами.

– Как насчёт того, чтобы перестать менять облик на публике? – язвительно предложил Аладдин.

– Трудно что-то разглядеть в такой дождь, правда? – громко произнесла ему в ответ Лейли. Услышав это, растерянные прохожие смахнули капли дождя с ресниц, пожали плечами и двинулись дальше по своим делам.

Жасмин улыбнулась. Она указала на дальнюю сторону площади, где под широким брезентом раскинулся рынок:

– Давайте попробуем узнать побольше о том, что тут творится.

Аладдин сбросил с плеч ковёр-самолёт.

– Сначала нам нужно найти место, где припрятать Коврик. – Дождь напитал шерстяные волокна гобелена, сделав его вдвое тяжелее.

– Туда, – уверенно заявила Жасмин. Она повела всех к конюшням рядом с рынком, где стояли ослы и верблюды торговцев. Там они арендовали небольшое стойло для ковра.

– Мы вернёмся, как только сможем, – пообещала принцесса, когда Аладдин развернул своего мокрого друга на соломе, чтобы тот просох. Ковёр взмахнул кистями, уверяя друзей, что он будет в порядке.

Выйдя из конюшни, они услышали отчётливый громкий голос, перекрикивающий гул толпы на рынке.

– Я дам тебе два за пять... или я мог бы взять десять за три... Нет, нет, больше одиннадцати я не возьму. И это моё последнее предложение.

Жасмин и Аладдин обменялись взглядами и принялись всматриваться в толпу, сквозь которую мелькала странно знакомая синяя щека, потом чёрный хвостик и изгиб огромного золотого кольца в большом синем ухе.

– Это... он? – с надеждой спросила Жасмин.

Аладдин кивнул и усмехнулся, а затем поднёс руки ко рту и громко крикнул:

– Джинни!


Глава 10


– Эге-гей! – В ответ над толпой взмыла синяя рука. Аладдин и Жасмин принялись прокладывать себе дорогу среди торговых рядов под брезентом, за ними, с трудом не отставая, следовали Абу и Лейли. Каждая из лавок была окружена людьми, но Джинна было сложно упустить из виду. Они нашли его перед тележкой с фруктами, в одной руке он держал несколько гранатов. Джинн бросил свои покупки в корзину, стоящую на земле, и заключил друга в медвежьи объятия.

– Я... не могу... дышать... – задыхаясь, выдавил юноша. Джинн, рассмеявшись, отступил.

– Я тоже, я тоже, у меня дух захватывает от радости, когда я вижу вас обоих! – он тепло улыбнулся и поклонился Жасмин. – Друзья мои! Как же нам было весело в былые времена, помните? Обстановку немного накалял этот надоедливый Джафар, конечно, но какие были времена, какие времена! – Джинн смахнул счастливую слезу. – Но хватит об этом. Держите гранаты! – Он бросил Аладдину и Жасмин по крупному увесистому фрукту.

– Это наша подруга Лейли, -- представила принцесса девочку, застенчиво стоящую в сторонке.

– Привет! – тут же отозвался Джинн. – Любой друг Аладдина и Жасмин... ну, и так далее, вы поняли! – Ещё один гранат достался Лейли.

– Извините! Вы за них не заплатили, – начала ругаться приземистая пожилая женщина в платке, расшитом пёстрым узором с фруктами.

– Кажется, мы сошлись на семи? – ответил Джинн, роясь в крошечном шёлковом мешочке.

– Мы не сошлись на семи, – с нажимом ответила торговка. – Ты должен мне как минимум вдвое больше!

– Семь с половиной, – непреклонно отвечал синекожий пройдоха.

Аладдин наклонился к Джинну и прошептал:

– Зачем тебе торговаться? Разве ты не можешь просто пожелать всё, что захочешь?

– Это так скучно, – ответил Джинн. Он щёлкнул большим пальцем об указательный, как будто подбросил невидимую монету. Мгновение спустя большой золотой диск появился в воздухе над головой женщины. Он завис на миг, прежде чем упасть ей на ладонь.

– Вот так, – сказал Джинн. – Здесь в десять раз больше, чем ты просила. Сдачу можешь оставить себе.

– Ну и утомил же ты меня, друг мой, – проворчала продавщица, кладя монету в карман.

– Что-то мне подсказывает, что тебе это понравилось, – подмигнув, ответил Джинн. Он щёлкнул пальцами, и в руке у него возник букет полевых цветов. Он протянул их торговке, и её хмурый взгляд мгновенно смягчился в улыбке.

Лейли всё ещё смотрела на свой гранат, не зная, что с ним делать. Абу, обиженный тем, что его не угостили вместе со всеми, ловко прыгнул и отобрал у неё фрукт.

– Эй! – возмущённо воскликнула девочка. Не обращая на неё внимания, обезьянка скрылась за бочкой с зерном, чтобы спокойно насладиться добычей.

– Вот, – сказала Жасмин, протянув Лейли горсть алых, как рубины, зёрен.

Следуя примеру Аладдина и Жасмин, Лейли положила их в рот и начала жевать. Вдруг её глаза широко раскрылись. Угощение оказалось невероятно сочным, кислым и сладким одновременно. Лейли ничего не ела с тех пор, как гули ушли в подполье. Её воспоминания о вкусах и запахах пищи, как и воспоминания о смене облика, за прошедшие века почти полностью стёрлись.

Джинн заметил, что кольцо на пальце Лейли вспыхнуло.

– Это то, о чём я думаю? – спросил он. Будучи запертым в лампе в течение десяти тысяч лет, Джинн остро переживал, когда его магические собратья оказывались, как и он когда-то, заключены в тюрьму.

– Нет, – быстро выпалила Лейли, пряча руку за спиной. – Это просто солнечный луч отразился, вот и всё.

– Здесь нет солнечного света, – задумчиво отметил Джинн. Он изучал зелёный плащ Лейли и слабый зелёный оттенок её кожи. – Если я не ошибаюсь... – начал он. – Великие небеса, ты гуль!

– Ты знаешь о гулях? – спросил Аладдин.

– Знаю ли я о гулях? – Джинн фыркнул. – Да мы с ними троюродные братья! Или, подожди, может быть, двоюродные братья троюродных братьев через тётю по материнской линии... В любом случае, мы точно родня.

Джинн наклонился к Лейли и сказал, обращаясь к кольцу.

– Эй, друг, выходи! У нас тут намечается веселье!

Лейли прижала руку к груди:

– Он не может выйти. Он в ловушке.

– Я не думал, что у гулей есть хозяева, – удивлённо произнёс Джинн.

– У нас их нет! – гордо отрезала Лейли, оскорблённая этим предположением. – Мы полностью независимы. Это гуль поймала его в ловушку. Наша лидер, Умаб.

Жасмин поспешно рассказала Джинну обо всём, что произошло с тех пор, как они покинули Аграбу, а заодно о песчаных бурях и проклятии. Она показала ему мешок с первым осколком, поведала об игре в нарды и объяснила, как сапфир впитал в себя магию ковра.

– Нет! Я не могу в это поверить! – воскликнул Джинн, услышав последнюю новость. – Бедный Коврик! – Он сокрушённо покачал головой. – Как ему, должно быть, тяжело.

По ходу рассказа Бедэйр вспыхивал внутри кольца, добавляя свои детали к истории. Лейли была удивлена, что Джинн понимает его сигналы, но вместе с тем и встревожена. Она была уверена, что их тайный шифр никому не был известен.

– О, это старый код, – объяснил Джинн. – Его часто используют, попав в лампу или, скажем, в кольцо. Или, когда не хотят, чтобы люди знали, о чём вы с друзьями болтаете. Без обид, ребята. – Он виновато взглянул на Аладдина и Жасмин.

Джинн подтвердил, что дожди начались в Аль-Бандаре вскоре после появления падающей радужной звезды. Сначала все решили, что это просто короткий шторм, который быстро пройдёт. Но дни шли, ливни становились всё сильнее и непредсказуемее. Иногда наступало короткое затишье, за которым следовала новая буря. Рыбаки рассказывали, что их временами подхватывало и несло неизвестно куда странное течение, а вскоре на берег начало выбрасывать погибшую рыбу.


* * *


Рассказывая, Джинн вёл их через деревню к берегу. Жасмин и Аладдин с трудом поспевали за другом, натянув капюшоны в попытке укрыться от дождя. Абу поднял с дороги маленькую пальмовую ветвь и нёс её над головой. Лейли превратилась в пеликана и летела над ними. Изумрудное кольцо было крепко зажато в лапке.

Возле берега возвышался небольшой холм. Воздух был наполнен странным солёным запахом, который принцесса заметила ещё на рынке, но теперь он ударил в нос в полную силу. Достигнув вершины холма, спутники увидели залив – широкое синее пространство с пенистыми белыми гребнями, венчавшими неспокойные волны. Жасмин была поражена.

Хотя они с Аладдином уже летали над океанами во время их первого путешествия на волшебном ковре, к воде Жасмин не приближалась. Это было великолепно. Ей чудилось, что морской простор не имеет границ и уходит в бесконечность.

Лейли тоже была ошеломлена. Девушка-гуль никогда не видела ничего подобного – такого большого и удивительного. Это была просто вода, но она казалась живым существом – в данный момент по-настоящему озлобленным, бушующим и издающим жутчайший грохот, когда волны разбивались о берег.

За один день Лейли повидала больше, чем за целое тысячелетие! Земля, весь мир кругом вдруг показались ей поистине драгоценными, а поиск сапфира – главным делом жизни. Она должна во что бы то ни стало предотвратить уничтожение такого великолепия!

Лейли полетела вперёд к усыпанному продолговатыми серебряными ракушками берегу.

Приглядевшись повнимательнее, она поняла, что некоторые из них двигаются. Это были не ракушки – это были рыбы! Они беспомощно барахтались на песке, выброшенные бурными волнами.

Удивлённо вскрикнув по-пеликаньи, Лейли опустилась пониже и схватила одну из рыбок, чтобы бросить её обратно в залив.

Подоспевшие Жасмин и Аладдин начали было ей помогать, но оказалось не так просто удержать в руках скользкую ёрзающую рыбу. Принцесса понимала, что они тратят время даром. Нужно было скорее найти сапфировый осколок, чтобы спасти тех обитателей залива, которых пока ещё не постигла такая же печальная участь. Но её доброе сердце всё равно рвалось хоть как-то помочь задыхающимся бедняжкам.

Кружащая над волнами Лейли вдруг опустилась ниже и вскрикнула, привлекая внимание принцессы. Потом зелёный пеликан взмыл ввысь, потерялся на мгновение в облаках, а когда появился вновь, тучи расступились, пропуская яркий синий свет, льющийся с неба.

– Маяк! – возликовала Жасмин.


Глава 11


Очередная туча опять загородила звезду, но голубое свечение всё ещё отражалось в неспокойных водах залива.

– Нужно купить лодку, – заявила принцесса спутникам. Они поспешили к тому месту, где несколько рыбаков боролись на пристани с канатами, оборванными разбушевавшейся стихией. Никто из них не согласился выйти с ними в море.

«Это слишком опасно», – отвечали все. Лодку найти тоже не удалось.

– Приливы разбили и потопили уже больше дюжины разных судов, – объяснил один из мужчин. – У нас и так теперь их не хватает.

– Что же, придётся идти самым неинтересным путём, – со вздохом решил Джинн и щёлкнул пальцами. Мгновение спустя перед ними появилась симпатичная лодочка с белым парусом.

Друзья сели в лодку, с трудом представляя, что делать дальше. Лейли летела над ними. Дитя пустыни Жасмин, как и Аладдин, не умела плавать и не представляла, как надо грести. Она крепко держала мешок с сапфиром, который снова ожил и рвался вперёд. Парус почти сразу сорвало с мачты и унесло в море. Синекожий великан сотворил им вёсла, но, хотя они гребли изо всех сил, продвинуться дальше при таком сильном течении и ветре было практически невозможно. Время от времени рядом с лодкой образовывались водовороты, которые разворачивали судёнышко и сбивали его с курса. Солёная вода, высоко плещущая через борта, заливала даже глаза. Мордочка Абу уже приобрела тот же зелёный оттенок, что и перья Лейли, которая тоже с трудом боролась со шквальным ветром.

– Мы не сможем подобраться достаточно близко! – закричала Жасмин, когда очередной водоворот снова сбил их с курса.

Лейли полетела вперёд, и, едва она достигла луча света, льющегося от маяка, воздух и вода вокруг неё словно успокоились. Она оглянулась на лодку. Жасмин изо всех сил старалась удержать руль, а утомлённые мужчины налегали на вёсла.

На кольце замигали зелёные вспышки. Бедэйр знал, что ей нужно делать. Лейли внимательно выслушала, кивнула и направилась вниз, к отражению маяка в волнах. На лету она превратилась в карпа и, достигнув поверхности воды, тут же заработала хвостом, уходя в глубину.

Хоть под водой было спокойней, песок, поднятый стремительными течениями, забивал глаза. Не потерять направление становилось всё сложнее и сложнее. Однако Лейли чувствовала магическую энергию осколка – он был совсем близко. Ориентируясь только на ощущения, она двигалась вниз, пока не врезалась во что-то твердое. Лейли моргнула широко раскрытыми рыбьими глазами и услышала странное пение, доносившееся словно откуда-то издалека. Мгновение спустя она почувствовала, будто что-то выталкивает её из воды.

В конце концов Лейли была выброшена в лодку, которая тоже уже успела добраться до спокойной воды. Оправившись от изумления, она приняла человеческий облик.

– Ты что-нибудь нашла? – тут же бросилась к ней Жасмин.

– Не знаю, – ответила Лейли. – Я ударилась обо что-то, кажется, оно начало двигаться, а затем...

– Смотрите! – закричал Аладдин, указывая на трёх радужных сомов, появившихся в воде рядом с лодкой. Их серебристые головы качались над поверхностью.

– Кто это приплыл к нам на волшебной лодке? – пропели они в унисон. Голоса удивительных рыб звучали как струнные инструменты, звук казался приглушённым толщей воды.

– Мы пришли за сапфиром, – ответила Жасмин. Она уже без труда догадалась, что поющие рыбы были хранителями второй части разбитого камня. – Мы нашли первый осколок, и он привёл нас сюда. – С этими словами девушка подняла повыше мешок, который в этот момент словно испустил вздох.

– Значит, вы ищите осколок? – промурлыкали сомы, и голоса их зазвучали игриво. – Мы храним его от тех, кому он может понадобиться в недобрых целях. – Рыбы кружились вокруг лодки и продолжали петь: – Мы загадаем вам три загадки. Три раза вам придётся дать ответ. Ответите верно – получите осколок, но если ошибётесь – гибели вам не миновать.

– Мы готовы, – решительно кивнула Жасмин.

Рыбы разделились, чтобы окружить судёнышко.

Когда они вновь заговорили, стало казаться, что их слова плывут к Жасмин и её друзьям со всех сторон:


Песчинка попала в меня и мешает,

Нежнейшую плоть без конца раздражает.

Но времени бег её покорит

И камешка грань в красоту превратит.


– Но в этом же нет никакого смысла! – с отчаянием в голосе воскликнула Лейли,

– Как и в любой загадке на первый взгляд, – пояснил Аладдин.

Жасмин задумалась. Она с детства любила всякие головоломки. Принцессе нравилось их разгадывать, но, правда, не когда на карту поставлено так много. Груз ответственности давил на неё, и от этого было трудно сосредоточиться.

– Ты начинаешь разгадывать, словно разматываешь клубок. Начинаешь с первого слова «песчинка», – стал рассуждать Аладдин, – а потом доходишь до конца: то есть до слова «красота». Что красиво и сделано из песка? Что-то вроде... стекла! Ответ «стекло»?

– Нет! – хором проворковали рыбы. Огромная волна хлынула на лодку и подбросила её в воздух. Спустя мгновение кораблик рухнул обратно, едва не перевернувшись, и теперь неистово раскачивался на поверхности. Абу застонал и свернулся в клубок, и даже синяя кожа Джинна слегка позеленела.

Аладдин, Жасмин и Лейли крепко держались за борт лодки. Вспышка паники пронзила сознание принцессы. Взяв себя в руки, девушка принялась усиленно думать. Вдруг она вспомнила, что когда крупинка песка попадает внутрь устрицы и беспокоит её мягкое тело, та начинает обволакивать песчинку специальным веществом, и спустя годы на её месте образуется...

– Жемчужина! – крикнула Жасмин.

– Да-а-а! – протянули рыбы и, не медля ни минуты, приступили к следующей загадке:


Иногда широки, а порою узки,

И тесно сплелись, словно пальцы руки.

Их много внизу, наверху вовсе нет.

Гадаешь, каким будет верный ответ?

Там прячется вор, там же гуль обитается,

Там кто-то живёт, ну а кто-то скрывается.


– Может быть, это лампа? – прошептал Джинн.

Аладдин взглянул на него скептически:

– В которой можно спрятать вора?

Джинн пожал плечами:

– Всё в мире возможно.

– Тогда загадка вообще потеряет смысл, – присоединилась к обсуждению Жасмин. – Это не просто какая-то ёмкость, это что-то конкретное. Нужно подумать над словами «Их мною внизу, наверху вовсе нет».

Бедэйр вспыхнул изнутри кольца.

– Ну конечно! – воскликнул Джинн.

– Что? Что он сказал? – нетерпеливо спросил Аладдин.

Жасмин посмотрела на Лейли. Та колебалась. Она не хотела ошибиться, хотя и доверяла брату.

– Ну же, давай, – подбодрила её принцесса. Лейли перегнулась через борт и посмотрела прямо на рыб.

– Туннели? – робко спросила она.

– Верно! – подтвердили сомы. – Вы оказались умнее, чем мы думали. Последняя загадка будет посложнее.

Странные создания оплыли лодку по кругу, а затем поднялись на хвосты и пропели:


Как правильно жить он однажды решил.

Грозы, ветра, твердь с водой укротил.

Разбитое вам починить суждено,

Но вовсе не вам ткать судьбы полотно.

Тот первый, который смог камень создать,

И будет энергию в нём укрощать.

Поправит, что сломано, долг не отринет,

Беду отвратит и проклятие снимет.


Жасмин нахмурилась.

– Это очень сложная загадка, – запаниковала Лейли. – Разбитое что? Да вокруг сейчас вообще не найти ничего целого! И кто вообще может укротить грозы и ветра?

Аладдин не слушал её, неуверенно улыбаясь. Для него всё было очевидно, но разве мог ответ быть настолько простым? Он взглянул на мешок с осколком сапфира, который снова спокойно висел, словно в нём лежал обычный булыжник. «Да, – подумал юноша, – эта загадка и должна быть простой для того, кто знает легенду и явился сюда не просто так».

– Бог песка! – уверенно крикнул он. Вместо ответа сомы погрузились под воду.

Аладдин похолодел. Неужели он ошибся? Жасмин предупреждала, что легенды в большинстве своём были лишь выдумками. В конце концов, он никогда не видел Бога песка. Принцесса в отчаянии глядела на него, крепко сжимая мешок и боясь, что в любой момент на них налетит новая волна и разобьёт лодку в щепы.

Однако вместо этого прямо перед её носом вода вспучилась, и в воздух взмыл целый фонтан, на вершине которого покачивался сверкающий ларец из устричных раковин. Струя воды изогнулась, и шкатулка соскользнула на дно лодки.

Изумрудное кольцо вспыхнуло, и Лейли по его велению приблизилась к Жасмин. Вместе они подняли серебряные защёлки на ларце. Принцесса передала мешок Аладдину, а затем осторожно подняла крышку, готовясь поймать второй осколок.

Но тот всё равно оказался слишком шустрым: камень выскользнул из рук Жасмин и свалился на доски палубы. Все бросились за сапфиром.

Абу оживился. Юркнув между ног у людей, он успел схватить камень, но тот тут же вырвался из его лапок.

– Не дайте ему упасть в воду! – взволнованно крикнула принцесса, когда осколок опасно приблизился к краю лодки. Изловчившись, Джинн навалился на него, закрыв своим телом. Искры синего света заполыхали и зашипели под ним.

– Ой, как щекотно! – захихикал он. Чёрный хвостик загорелся, а золотая серьга зазвенела. В конце концов искры исчезли.

Джинн сел, сапфир теперь неподвижно лежал в его руках. Аладдин открыл мешок, и Джинн бросил осколок туда. Камень звякнул, встретившись с обратом. Мешок качнулся, а затем успокоился.

Жасмин заметила, что волшебник несколько раз повёл плечами и постучал пальцами по голове.

– Джинни, ты хорошо себя чувствуешь? – обеспокоенно спросила она.

– Немного переутомился, кажется, – ответил Джинн неуверенно. – Самую малость. – Волшебный великан испустил нервный вздох. – Ничего, большой глоток сливового сока поможет мне.

Он щёлкнул пальцами и протянул руку, но ничего не произошло.

– Этот маленький сорванец, должно быть, слегка потрепал мою магию. Попробуем-ка ещё раз: сливовый сок!

Рука Джинна всё также оставалась пустой.

– Одна слива? Изюминка? Хоть что-то... – Джинн изумлённо щёлкал пальцами, всё ещё не веря в то, что произошло.

Жасмин взглянула на Аладдина и с грустью кивнула. Это случилось снова, точно так же, как и с ковром: осколок вытянул из Джинна волшебство.


Глава 12


– Дом, милый дом, – сказал Джинн, ведя спутников к причудливому строению на окраине деревни. – Или лучше сказать: «Дом, милый временный дом»? Знаете ли, я предпочитаю останавливаться с комфортом, даже если планирую погостить в городе всего недельку.

– Прекрасный дом, Джинни, – похвалила Жасмин, войдя в уютное жилище. Лейли, вернувшись в облик гуля, плыла по коттеджу, восхищаясь драгоценными украшениями, вазами, статуэтками и десятками других сверкающих предметов на полках и столах.

Джинн продемонстрировал гостям красочную коллекцию атласных подушек, разбросанных в гостиной.

– Присядьте где-нибудь, сейчас я в два счёта согрею нас. – Он подошёл к камину, похлопал по поленьям и нахмурился, когда огня не появилось.

– Я сделаю, – быстро пришёл на выручку Аладдин. Он прислонил ковёр-самолёт к стене и опустился на колени, чтобы развести огонь. Абу, надеясь поскорее высушить мокрую шёрстку, поспешил присоединиться. Вторая часть сапфира защищала компанию от дождя по пути обратно, но они уже успели промокнуть до нитки и всё равно стучали зубами.

Джинн плюхнулся на подушку, глядя, как Аладдин управляется с камином. Вскоре поленья затрещали, и по комнате стало разливаться живительное тепло.

– Похоже, придётся заново учиться пользоваться руками, – сказал волшебник со вздохом.

Жасмин подсела к нему и положила ладонь на большое синее плечо.

– Мне так жаль, – горько сказала она.

Джинн лишь печально кивнул. Аладдин поднёс ковёр к очагу и расстелил его на полу.

– Это не твоя вина, – сказал Джинн Жасмин. – Ты ничего не могла сделать.

Принцесса вовсе не была в этом уверена. Если бы только она вовремя вспомнила, что случилось с ковром... Если бы все её мысли не были заняты загадками сомов... Если бы она предупредила Джинна... Лучше бы это она поймала осколок!

– Ты же сказала мне, что это был единственный способ унять кипящую в этом безумном камне энергию, – продолжал Джинн. – Мы с Ковриком понимаем важность наших жертв, не так ли, дружище? – Ковёр-самолёт поднял влажную кисточку и хлопнул по раскрытой ладони Джинна в знак согласия.

Принцесса смотрела на своих друзей, потерявших магию и так благородно принявших свою судьбу, и ей стало ещё хуже. Она не хотела быть лидером, ради которого другие жертвовали собой. Самой же ей пожертвовать было нечем. Да, она тоже рисковала в этом путешествии, но до сих пор расплачиваться за её решения приходилось другим. И что делать, когда они найдут третий осколок?

– Что-то ты совсем расквасилась, – произнёс Аладдин, прерывая поток гнетущих мыслей. Жасмин удивлённо на него взглянула, а юноша указал на лужу воды у её ног. Натекла она из мешка в руках принцессы, но шутка заставила её улыбнуться. И правда, унывать им некогда.


* * *


После того как они добрались до берега и подарили лодку одному из обездоленных рыбаков, стало ясно, что из нового осколка иногда сочится вода, так же как из первого вырывается прохладный ветерок. Это подтверждало слова Рамлы о том, что каждая часть сапфира содержит энергию той или иной стихии и перемены погоды в том месте, где они были спрятаны, отражают это.

– Нужно куда-то пристроить мешок, пока он не промочил все эти чудесные подушки, – вслух подумала Жасмин.

Джинн протянул Аладдину тряпку, чтобы вытереть лужу, а потом снял с одной из полок изящный керамический тазик и поставил его перед принцессой.

– Всё, что пожелаете, ваше высочество, – с лукавой усмешкой сказал он.

Пока люди возились с мокрым мешком, Лейли продолжала осматривать коллекцию безделушек Джинна. Изумруд в её кольце блеснул.

– Я согласна, – прошептала Лейли.

Коттедж напоминал брату и сестре их родную пещеру, тоже богато украшенную сверкающими предметами. Джинн сказал, что гули приходятся ему дальними родственниками, но до сего момента Лейли в это не верила. Она взяла медный поднос с гравировкой в виде бабочки. Очень похожее блюдо, только меньшего размера, Бедэйр когда-то принёс домой. Девушка-гуль улыбнулась. Да, они определённо были роднёй.

– Ты наколдовал себе все эти вещи? – спросила Лейли Джинна. Тот покачал головой.

– Купил, обменял, нашёл. Получение всего, что захочешь, без единого усилия, быстро наскучивает. Хотя, разумеется, всегда полезно иметь в рукаве такой козырь как магия. – Он указал на корзины на кухне, наполненные продуктами. – Например, прежде я вмиг закатил бы для вас пир горой. А теперь не могу предложить ни одного приличного блюда.

– К счастью, некоторые из нас провели большую часть своей жизни, устраивая пиры из того, что смогли украсть. То есть я хотел сказать найти, – заявил Аладдин. Он позвал Абу, шерсть которого уже успела высохнуть, и они вдвоём занялись приготовлением ужина.

Жасмин открыла карту, которую захватила с собой в путешествие. Мешок с осколками сапфира, висевший на крючке, заметно подался в сторону, которую принцесса определила как северо-запад. Она изучила карту и обнаружила в той стороне широкую горную цепь. К несчастью, узнать, где хранится следующий осколок – у подножия хребта, в горах или за перевалом, – не представлялось возможным.

Тяжёлые мысли принцессы прервал Аладдин, позвавший всех ужинать. Компания присоединилась к волшебному ковру у камина, и Абу с важным видом вручил всем по чашке тушёной чечевицы с баклажанами.

Лейли приняла человеческую форму, чтобы присоединиться к трапезе. Теперь, познав радость наслаждения едой, она не собиралась упускать ни единой возможности попробовать новые вкусы. Гуль взяла ложку и осторожно попробовала похлёбку. Горячее ароматное блюдо, пахнущее специями, принесло ей массу ощущений и согрело, словно тёплое одеяло.

Жасмин ела рассеянно, её мысли были сосредоточены на предстоящей миссии. За окном уже стемнело, и в прогалины между облаками виднелась полная луна. У них оставалось всего два дня на то, чтобы найти оставшиеся части сапфира и вернуть их Богу песка. Нужно было точно понять, где находится следующий осколок, чтобы как можно быстрее туда добраться.

Но как? Как? Эти слова снова и снова крутились у принцессы в голове. «Я не знаю», – вздохнула она про себя.

– Свежий эстрагон! – сказал ей Аладдин. Девушка недоумённо воззрилась на него,

– Это секретный ингредиент, который ты пытаешься угадать, – подмигнул юноша. Он, конечно, знал, что принцесса задумалась не об этом, но ничем не мог поднять ей настроение, кроме как попыткой пошутить.

Жасмин жалко улыбнулась.

– Прости, – сказала она. – Очень вкусно, Аладдин. Я просто не могу не думать о том, что нам делать дальше.

Мешок возле окна выпустил ещё несколько струй воды, капли забарабанили по дну тазика. Ситуацию это не прояснило.

– Ну, как говорят местные жители: «Только Камар может видеть будущее», – вдруг проговорил Джинн.

– Камар? – переспросила Жасмин. – Кто это?

– Какая-то отшельница, живущая в лесу за деревней, – почесал подбородок волшебник.

– Она прорицательница? – оживился Аладдин.

– Понятия не имею, – признался Джинн. – Никто никогда её не видел.

– Тогда откуда ты знаешь, что она вообще существует? – немного раздражённо спросила принцесса.

– А я этого и не утверждаю, – пожал плечами Джинн.

– Никто из вас не верил, что и гули существуют, – подала голос Лейли. Её кольцо вспыхнуло в знак согласия.

Жасмин посмотрела на Аладдина. Заявление Лейли было бесспорным.

– Надо попробовать, – вздохнула принцесса. Она отставила тарелку и поднялась на ноги.

– Мы не можем идти прямо сейчас, – возразил Аладдин, – Уже поздно. Тебе нужно отдохнуть. Как и всем нам. – Он кивнул в сторону Абу, который уютно устроился у камина и тихо посапывал, укрывшись краешком ковра.

– У нас нет времени спать! – запротестовала дочь султана.

– Мы ни за что не найдем Камар в темноте, – встал Джинн на сторону старого друга. – К тому же в такой ливень.

Жасмин вздохнула. Она не чувствовала усталости, но нужно было прислушаться к друзьям и дать им перевести дух.

– Хорошо. Я разбужу всех на рассвете, – согласилась принцесса.

– Вот и славно! – Джинн зевнул и улёгся прямо тут же на подушках.

Лейли тоже не хотелось спать, но она взглянула на Абу, так уютно посапывающего у огня, и вынуждена была признать, что такое времяпрепровождение выглядит весьма заманчиво. Девушка-гуль превратилась в кошку и свернулась калачиком рядом с обезьянкой на ковре.

Аладдин сложил подушки для Жасмин.

– Ложись здесь, поближе к камину, – заботливо предложил он.

Принцесса благодарно улыбнулась и опустилась на импровизированную постель. Однако глаза её оставались открытыми ещё долго после того, как остальные уснули. «Лишь бы Камар не оказалась пустой выдумкой простонародья», – думала она, глядя в окно и желая, чтобы рассвет наступил как можно скорее. Стук капель, падающих в тазик, смешивался с шумом дождя на улице. Звук был успокаивающим, и через несколько минут принцесса забылась тяжёлым сном.


* * *


Пробуждение вышло не из приятных, Жасмин почувствовала лёгкое щекотание возле уха, сонно подняла руку и нащупала что-то жёсткое и колючее. Немедленно открыв глаза, она поняла, что трогает паука.

– А-а-а! – Девушка с воплем подскочила с подушек и отшвырнула паука, который, ещё не долетев до противоположного конца комнаты, превратился в хихикающую Лейли. Сущность гуля пробудилась в ней и не дала удержаться от небольшой проказы.

– Это не смешно! – возмутилась принцесса, хотя быстро оправилась от шока. Оглядевшись, она обнаружила, что от огня остались одни угольки, а облачное небо снаружи просветлело. Где-то за тучами уже вставало солнце. Она проспала! За окном по-прежнему лил дождь, похожий на занавес из жидкого серебра.

– Прости, я не хотела тебя обидеть, – извинилась Лейли, но лукавая улыбка так и не сошла с её лица. И она была не одна: Аладдин, Джинн, Абу и даже ковёр с трудом сдерживали смех.

Лейли испытывала новые, совершенно неожиданные эмоции. Её проделка и правда казалась ей... забавной. Забавной! Именно это слово так часто использовал Бедэйр, когда вспоминал те времена, когда гули были дружны с людьми. И как только они смогли отказаться от этих чудесных чувств – веселья, лёгкости, радости. Они должны были бороться за то, чтобы сохранить хорошие отношения с человечеством. Лейли твёрдо решила, что постарается всё изменить, когда вернётся в Аграбу.

Жасмин заставила себя улыбнуться.

– Ладно, ты права, – согласилась она. – И правда получилось смешно. Но как долго вы уже не спите? Почему не разбудили меня?

– Мы думали, ты проснёшься, когда услышишь, как мы пакуем вещи, – сказал Аладдин. – Но ты продолжала так безмятежно посапывать...

– Что? – воскликнула принцесса с зардевшимися щеками. – Я не соплю!

Аладдин широко улыбался.

– Как скажете, ваше высочество, – ответил он с поклоном. – В конце концов Лейли заявила, что знает, как вас взбодрить.

– Да уж, ей удалось, – произнесла принцесса, строго глядя на зеленокожую девушку.

В ответ та подплыла ближе и снова превратилась в паука, опустившись ей на плечо.

– Ой! Нет! – взвизгнула Жасмин и попыталась спрятаться за Джинна, но и она теперь смеялась вместе с остальными. Лейли вернулась в свой нормальный облик и тоже расхохоталась.

Наконец принцесса взяла себя в руки. Подобное ребячество совсем не приличествует будущей правительнице Аграбы. В следующее мгновение девушка вспомнила, как однажды отец сказал: «Правитель правит не один». Она взглянула на своих верных спутников. Похоже, они стали от личной командой.


Глава 13


Было решено оставить волшебный ковёр в доме Джинна. Маленький отряд в неполном составе отправился на поиски Камар. Дождь всё не прекращался, но благодаря второму осколку друзья оставались сухими.

– Я стала змеёй, но у меня были крылья и сверкающие золотые глаза! – Лейли рассказывала всем о своём видении, которое посетило её нынешней ночью. – Потом я оказалась в заливе, плавала с этими поющими рыбами, а затем внезапно очутилась в наших туннелях в Аграбе, уже в облике пантеры, но туннели каким-то образом оказались на земле, а не под ней!

– Это называется сном, – с улыбкой объяснила Жасмин.

Лейли всегда думала, что сны – это просто случайные мысли, которые приходят в голову, когда тебе скучно.

– Но всё выглядело таким реальным!

– Так всегда кажется, когда ты спишь, – объяснил Аладдин.

Лейли изумлённо покачала головой.

– Ты хочешь сказать, что можешь путешествовать так каждую ночь, когда спишь? И делать все эти удивительные вещи? – не унималась девушка-гуль.

– Ну, не в каждом сне, – уточнила принцесса. – Некоторые не так интересны. А некоторые просто не удаётся вспомнить.

– Я точно всё вспомню! – заявила Лейли. Она уже потеряла столько столетий, отказавшись от приключений, и больше не собиралась лишать себя радостей, как реальных, так и воображаемых.

Дождь немного утих, когда они удалились от залива. Вскоре спутники добрались до леса, но вынуждены были остановиться: деревья с самого края были оплетены толстыми лианами, которые цеплялись друг за друга и образовывали сплошную паутину веток, пройти сквозь которую было невозможно.

– Не похоже, что это создала природа, – с сомнением заметила Жасмин.

– Думаешь, это сделала Камар? – спросил Аладдин.

– Ты же знаешь этих отшельников, – пожал плечами Джинн. – Они не самые большие любители гостей.

Друзья пробовали найти проход.

– Ага! – вдруг воскликнул Джинн. – Рычаг!

Он потянулся к спиленному бруску, прикреплённому к одному из стволов.

– Подожди, – Жасмин предупреждающе вскинула руку. – Это может быть...

– А-а-а! – закричал Джинн, когда земля под ним разверзлась. Синекожий великан зацепился за край ямы, и Жасмин с Аладдином бросились его вытаскивать.

Когда Джинн оказался в безопасности, Аладдин огляделся вокруг и указал на похожие узкие деревянные доски, приколоченные к нескольким другим деревьям.

– Здесь целая система рычагов, – задумчиво произнёс он. – Хоть один из них должен работать правильно.

Жасмин кивнула. Они принялись изучать механизмы, силясь понять, как действует эта ловушка.

– Бьюсь об заклад, что это он! -- Аладдин указал на рычаг, который был слегка наклонён и истёрт с одной стороны, как будто его часто использовали. Прежде чем Жасмин смогла остановить друга, он потянул его.

На этот раз не повезло Абу, пронзительно заверещавшему, когда клочок земли под его лапами резко вздыбился и отправил зверька в полёт.

Лейли мгновенно превратилась в ястреба и взлетела. Вскоре она вернулась, неся бедную обезьянку за загривок.

– Прости, дружище, – повинился Аладдин, когда Лейли опустила зверька ему на руки. – Наверное, я ошибся. – Абу что-то проворчал и надулся в ответ. Лейли вернулась в облик гуля и присоединилась к спутникам.

– Видимо, многие уже испробовали этот рычаг, – сказала Жасмин. – Улетали прочь и не возвращались, решив не беспокоить отшельницу. Тогда логично, что нужный рычаг – тот, который был использован меньше всего.

Осмотревшись, Жасмин заметила рычаг, увитый лозами. Она распутала стебли и ухватилась за деревянную ручку. Остальные затаили дыхание и сделали несколько шагов назад.

– Приготовься бежать, – предупредил её Аладдин.

Принцесса нажала на рычаг. Сверху раздался шорох, а потом громкий скрип, когда три дерева склонились вперёд, образуя своего рода разводной мост. Жасмин улыбнулась.

Компания двинулась вперёд и вскоре вышла на широкую, покрытую листьями тропинку. Лейли беспрепятственно проплыла над ней, не касаясь земли, но остальные сделали только несколько шагов, и внезапно нога Аладдина оказалась в ловушке паутины лиан, которые появились из-под листьев.

– Эй! – воскликнул юноша и, с силой тряхнув ногой, ещё больше усугубил своё положение: стебли только крепче сжали его лодыжку.

Жасмин бросилась на выручку, но и её ступни схватили лианы. Абу и Джинн тоже попали в западню.

– Просто дёрни хорошенько, – предложил Джинн и последовал собственному совету, но лишь потерял равновесие и повалился на землю.

– Держитесь! – крикнула Лейли. – Я помогу!

Она превратилась в бобра и принялась грызть коварные лианы. Освободив таким образом Жасмин, она метнулась к Аладдину, Джинну и Абу.

К несчастью, так просто решить проблему не удалось, на всём пути через лес друзья то и дело оказывались схваченными прочными лозами, и Лейли всякий раз была вынуждена пускать в ход зубы. Это занимало много времени. Лишь Абу оставался нетронутым, так как взгромоздился на голову хозяина и оставался там до конца путешествия.

– Камар уж слишком печётся о своём уединении, – проворчал Аладдин, в который раз вытаскивая ногу из сплетения стеблей.

– Зато мы точно знаем, что она здесь, – не теряла оптимизма Жасмин. – Иначе кто возвёл бы все эти преграды?

Злосчастная поляна закончилась, и они упёрлись в толстую живую изгородь высотой в два человеческих роста.

– Что на этот раз? – язвительно спросил Джинн. – Надо лезть по колючкам?

Абу заверещал, указывая Аладдину на что-то в стороне.

– Молодец, дружок, – похвалил юноша своего маленького приятеля. – Смотрите, здесь, кажется, есть проход. – И он двинулся к месту, на которое обратил внимание Абу.

Остальные последовали за ними, но пройдя через брешь, обнаружили другую такую же стену зарослей, отделённую от первой тропинкой.

– Это же лабиринт! – ахнула Жасмин. Лабиринты были одним из её любимых видов головоломок, но она проходила их только на бумаге, а в реальной жизни – никогда. Здесь нельзя было увидеть всю схему целиком. Девушка посмотрела налево, а потом направо. Стены образовывали зелёные коридоры, которые без конца разветвлялись.

– Не зная пути, здесь можно заблудиться навсегда, – встревоженно сказала принцесса остальным.

– Я думаю, я и тут могу быть полезной, – заявила Лейли. – Запомните: один крик – «направо», два – «налево». Она улыбнулась и взмахнула руками, превращаясь в ворону.

– Как удобно иметь гуля на подхвате. Это вы классно придумали, – отметил Джинни, потирая подбородок.

Жасмин кивнула.

– Первое, что мы сделаем, когда вернёмся домой, это выведем гулей из туннелей на поверхность и представим их жителям Аграбы.

– Кар! – раздалось сверху. Лейли парила в вышине, выбирая направление, и Жасмин со спутниками отправились вперёд, следуя её указаниям. Благодаря находчивости девушки-гуля вскоре они выбрались из лабиринта и оказались на лужайке перед странным кривоватым особняком с высокой бронзовой дверью, обрамлённой двумя гигантскими фигурами лошадей, вырезанными из чёрного дерева. Небо здесь было совершенно ясным, и дом купался в солнечном свете. Контраст с мраком, который они только что покинули, был поразительным, и Жасмин пришлось прищуриться, чтобы как следует разглядеть строение.

Лейли присоединилась к их маленькому отряду, вновь став гулем. Приблизившись к входу, Жасмин подняла руку и позвонила в медный колокольчик, висевший над дверью. Где-то изнутри прозвучал удар гонга.

– Уходите прочь! – раздался из-за двери звучный голос.

– Здравствуйте! Мы не причиним вам лишнего беспокойства! – откликнулась принцесса. Не получив ответа, она позвонила ещё раз.

– Вход воспрещён! – послышалось из глубины дома.

– Пожалуйста, – настаивала Жасмин. – Мы ищем Камар.

После этих слов дверь распахнулась, и перед ними предстала внушительная женщина в тюрбане, закутанная в красочную расшитую бисером шаль.

– Камар это я, – представилась хозяйка особняка. – Вы прошли через все мои ловушки, что свидетельствует о вашем упорстве. Пожалуй, я вас впущу, раз уж у вас не хватило ума убраться восвояси раньше. Неужели не ясно, что я не жалую посетителей?

– Извините, что нам пришлось вас потревожить, – вежливо начала Жасмин, – но это вопрос жизни и смерти. Мы слышали, что вы можете предсказывать будущее, и...

– Что? Я похожа на гадалку? – оскорблённо воскликнула женщина.

Жасмин и остальные посмотрели на тюрбан Камар, на её висячие серьги и расшитый бисером платок. Она выглядела в точности как гадалка.

– Ну... – принцесса даже не нашлась сперва, что на это ответить.

– Я не вижу будущего, – заявила Камар, ведя непрошеных гостей через длинный коридор в большую комнату, заполненную стеклянными предметами всех размеров: кубками, вазами, мисками и графинами. – Однако я могу видеть настоящее.

– Видеть настоящее? – прошептал Аладдин Лейли. – Какая в этом польза? Мы и сами можем это делать.

– Какая богатая коллекция, – восхитился Джинн, любуясь ломящимися от диковинок полками. – Мне даже стыдно за моё скромное собрание безделушек. – Абу вскочил на плечо Джинна, чтобы осмотреть украшения поближе.

Лейли взяла хрустальное блюдце.

– Такое красивое! – восхитилась она.

– Ничего тут не трогай! – Камар вырвала блюдце. – Эти предметы очень хрупкие и редкие. – Она нахмурилась, глядя на Лейли и Джинна, которые придвинулись к Жасмин и Аладдину. – А теперь скажите мне, чего вы хотите, и побыстрее. Если смогу, я вам помогу, чтобы вы поскорее убрались с моих глаз.


* * *


Жасмин, волнуясь, пересказала Камар легенду о сапфире и описала их предыдущие приключения.

– Хм. Да, песчаные бури я видела, помню, – задумалась Камар.

– Как? – удивилась Жасмин. – Разве вы покидаете своё жилище?

– Почисть свои уши, юная леди! Я же сказала, я могу видеть настоящее. – Камар взяла стеклянную миску и поставила её на высокий стол перед собой. Она облизала палец и провела им по краю чаши, и та издала звук, похожий на колокольный звон, – Вот так!

Жасмин и спутники склонились над чашей и вскоре рассмотрели на её дне... Аграбу! Город утопал в песке, улицы были пустынны.

– Ого! Это невероятно! – воскликнул Аладдин.

– Да, определённо, моя коллекция и рядом не стояла, – согласился Джинн.

– А мы можем заглянуть внутрь дворца? – попросила Жасмин.

– Конечно! – гадалка наклонила миску и потёрла пальцем другой её край. Теперь в стекле появилось изображение тронного зала. Султан разговаривал с капитаном королевской гвардии.

– Боюсь, принцессы всё ещё не видно, ваше величество, – говорил капитан. – А ветер стёр все следы.

– Мне не следовало её отпускать! – султан стукнул кулаком по подлокотнику. – Но моя дочь такая упрямая. – Он вздохнул. – Этим она напоминает мне её мать. Он покачал головой с лёгкой улыбкой. – Я жутко волнуюсь, но в глубине души чувствую, что с ней всё в порядке. Может, я сошёл с ума? – спросил он капитана.

– Нет! – крикнула ему Жасмин. – Не сошёл! Со мной на самом деле всё хорошо!

– Он тебя не слышит, глупенькая, – пренебрежительно фыркнула Камар. – Это же тебе не окно.

Кольцо Лейли сверкнуло.

– Покажите нам туннели под Аграбой! – попросила она, заработав суровый взгляд. – Пожалуйста, – добавила девушка-гуль, потупившись.

Камар вновь наклонила чашу и провела пальцем по её ободку. Изображение стало размытым, а затем потемнело и вовсе исчезло. Стекло словно покрылось слоем грязи.

– Что случилось? – забеспокоилась Лейли. – Почему мы ничего не видим?

Ответ раздался из чаши.

– Ситуация ухудшается, – сказал голос. Туманная зелёная фигура терялась во мраке. Казалось, вокруг неё туннель осыпался.

– Это Умаб! – воскликнула Лейли.

– Песчаные бури, должно быть, подействовали и на подземные жилища твоих сородичей, – сказала Жасмин.

– Все должны отправиться в пещеру для собраний, – продолжала Умаб, обращаясь к кому-то, кого они не могли видеть. – Это самое глубокое и безопасное место. Скорее передайте это всем остальным гулям!

– Хм, – равнодушно хмыкнула отшельница, поставив чашу на место и заставив изображение исчезнуть. – Похоже, дела у них не очень.

– Вот почему мы здесь, – объяснила Жасмин, и её голос зазвенел настойчивостью. – Нам нужно найти остальные части сапфира. Третий осколок, как мы предполагаем, находится к северо-западу отсюда. Если вы увидите, где сейчас светит маяк, мы будем знать, куда идти.

– К северо-западу? Не слишком-то конкретно, тебе не кажется? – съязвила Камар. – Полагаю, иначе вы не уйдёте, так что придётся вам помочь. – Колдунья сняла с полок несколько кубков разных размеров и выставила их в ряд на столе. Затем она провела влажным пальцем по их краям, создавая мелодичный многоголосый звон. В глубине кубков появились очертания незнакомых ландшафтов. Камар жестом провела линию от самого маленького кубка к самому большому.

– Все эти места расположены к северо-западу отсюда. Чем больше кубок, тем дальше точка, которую он показывает.

Друзья принялись внимательно изучать движущиеся картинки. Там были горы и пустыни, озёра и реки.

Лейли знала, что она должна искать голубой свет маяка, но было трудно оторваться от всех этих невероятных пейзажей, подобных которым она никогда не видела.

– Что это такое? – спросила гуль, указывая на кубок средних размеров, в котором периодически мигали крошечные зигзаги света.

Аладдин бросил взгляд на кусочек мира, заключённый в хрустале.

– Это молния, – опознал он. – Такое иногда случается, когда идут дожди.

Всполохи света освещали вершину горы, где бушевала буря.

– Горы Джариз, – проговорила Камар. Она с нажимом провела по стеклянной стенке, и послышались звуки грозы, в том числе гулкий грохот. Лейли вздрогнула.

– Это гром, – объяснил Аладдин. -- Он всегда следует за молнией.

Жасмин наклонилась ниже к кубку. Мешок в её руках слегка качнулся. Ей это показалось или... Когда очередная молния погасла, принцесса отчётливо увидела льющееся с небес голубое сияние.

– Смотрите! – воскликнула девушка, привлекая внимание спутников.

– Это тебе нужно, не так ли? – уточнила Камар. – Вот и славно. Теперь вы знаете, куда идти. Всего шесть-семь дней пути, и вы на месте.

– Семь дней? – повторила Жасмин в ужасе. – Это слишком долго.

– Возьмите себе пару верблюдов, и время сократится вдвое, – предложила отшельница.

Жасмин посмотрела на Аладдина. Столько времени у них в распоряжении не было.

– Даже если мы найдём там сразу два последних осколка, будет слишком поздно, – сказала она и часто заморгала, пытаясь остановить набежавшие слёзы. – Это безнадёжно.


Глава 14


– Так что же нам делать? – растерянно спросила Лейли.

У Жасмин не было для неё ответа. Ковёр-самолёт домчал бы их в мгновение ока, но неизвестно, сможет ли он вообще когда-нибудь летать. Волшебство Джинна тоже иссякло.

– Неужели нет другого пути? – обратился к Камар Аладдин. Он понимал, что ответ, скорее всего, «нет», но привык использовать все предоставляющиеся шансы.

– Хм. – Гадалка задумчиво почесала затылок под платком. – Полагаю, вы могли бы взять моих лошадей. Они доставят вас туда к полудню.

Глаза Жасмин распахнулись от удивления.

К полудню?

Как такое возможно?

Камар жестом пригласила гостей выйти из дома и указала на двух лошадей из чёрного дерева по обеим сторонам входной двери.

– Но... они деревянные, – с сомнением напомнил Аладдин.

– Дерево – очень прочный материал, – ответила колдунья. – Особенно чёрное дерево. Оно может выдержать любую непогоду.

Она ласково похлопала по носу одну из лошадей, и та мгновенно ожила.

– Это Набиль, – представила колдунья свою любимицу, а затем провела рукой по второй статуе, – а это Рула.

Прекрасные скакуны фыркнули в знак приветствия.

– Скажите им, куда вы хотите отправиться, и они в мгновение ока доставят вас туда. – Камар ласково улыбнулась лошадям. – Прошло немало лет с тех пор, как они в последний раз летали. Они будут рады размяться. В молодости я много путешествовала, но в конце концов увидела достаточно, и с тех пор они стерегут мои ворота.

– Не могу представить, что когда-нибудь увижу достаточно, – поразилась Лейли.

Камар впервые улыбнулась.

– Надеюсь, ты всегда будешь так думать.


* * *


Жасмин была в восторге.

– Поскольку у нас в распоряжении две лошади, Джинн может использовать одну, чтобы отвезти ковёр обратно в Аграбу, – решила она, – а заодно сообщить отцу, что мы в порядке и на пути к уже третьему осколку.

Кольцо Лейли сверкнуло. Джинн кивнул.

– Хорошая идея, – сказал он кольцу.

– Бедэйр, ты уверен? – спросила Лейли. Изумруд ещё раз ярко сверкнул.

– У нас больше нет гулей, которые смогли бы переубедить Умаб, – подтвердил Джинн. – Я доставлю его к вашей предводительнице.

Лейли неохотно сняла кольцо. Было страшно разлучаться с братом. Она нервно потерла палец.

– Я позабочусь о нём, – заверил Джинн.

– Ты тоже должен отправиться с Джинном, – велел Аладдин Абу. Маленький пройдоха громко застрекотал в знак протеста. – С ним ты будешь в большей безопасности, – настаивал хозяин. – Ты же знаешь, молния всегда попадает в обезьян. Это научный факт.

Абу подозрительно сузил глаза и повернулся к Жасмин. Она подавила улыбку и кивнула в знак согласия.

– Это написано во всех книгах, – серьёзно заверила она, подыгрывая Аладдину.

– И кто-то должен помочь мне удерживать ковёр, чтобы он не упал с лошади, – добавил Джинн. – Если только ты не думаешь, что тебе это не по силам.

Абу оскорблённо сверкнул глазами и согнул лапы, демонстрируя свои крошечные бицепсы, а затем запрыгнул на Набиль. Аладдин благодарно кивнул синекожему верзиле.

Камар задумчиво смотрела на компанию.

– Подождите здесь, – наконец сказала она. – У меня есть для вас подарок.

Гадалка исчезла за дверью и вскоре вернулась, неся два зеркала в деревянных рамах, украшенных чёрными и красными опалами. Она протянула одно Жасмин, а другое Джинну.

– С помощью них вы сможете связаться друг с другом, но только один раз с каждой стороны. – Она указала на красный камень в углу каждой рамы. – Прикоснитесь к этому опалу и сможете увидеть друг друга в стекле и даже поговорить. У вас будет всего минута, поэтому используйте мой дар с умом. После в них не останется магии, они превратятся в дорогие коллекционные безделки.

Затем Камар протянула Жасмин небольшую коробочку.

– Здесь лежит один из моих кубков. Потри ободок, и он покажет любое место. Как только вы найдёте свой сапфировый осколок и узнаете, в каком направлении искать последний, кубок поможет вам. Если на дне ничего не появится, отправляйтесь на Руле вперёд и повторяйте попытки, пока не найдёте звезду.

Жасмин отдала коробку Аладдину.

– Будь осторожен, – предупредили его. – Он очень хрупкий.

Друзья поблагодарили отшельницу за помощь и подарки. Несмотря на уверения женщины, что ей не нравятся люди, на самом деле у неё было доброе сердце.

– Мы вернём лошадей, как только сможем, – пообещала ей Жасмин.

– Не беспокойтесь, они сами найдут дорогу домой, – заверила принцессу Камар.

Джинн забрался на Набиль, посадил перед собой Абу и посмотрел на принцессу.

– Я передам султану, что с вами всё в порядке, как только мы доберёмся до Аграбы... – прежде чем он успел закончить, лошадь взмыла ввысь и затерялась в дали.

Жасмин поднялась на Рулу, крепко держа в руках мешок. Аладдин погрузил сумки.

– Чувствую себя очень странно без обезьянки на плече, – грустно заметил он.

Лейли усмехнулась и превратилась в крошечного капуцина с зелёной шерстью. Она запрыгнула на голову Аладдина, и они с Жасмин рассмеялись.

Убедившись, что все готовы, Аладдин крепко сжал вожжи.

– Держитесь крепче! – крикнул он, Жасмин обхватила его за талию, Лейли вцепилась лапками в голову юноши.

– Эй! Я ничего не вижу! – запротестовал парень.

Жасмин улыбнулась.

– Я сообщу тебе, когда мы доберёмся до гор Джариза.

Едва она произнесла эти слова, как Рула взлетела. Камар прокричала вслед: «Прощайте!», стала быстро уменьшаться и вскоре превратилась в маленькую чёрную точку посреди полянки с домом. А лошадь тем временем уже пролетала над лесом.

Ногами Рула словно отталкивалась от воздуха, не касаясь земли. Мир проносился внизу с невероятной скоростью, цвета сливались в пёструю мозаику зелёного, жёлтого, серого и синего. Жасмин едва успела перевести дыхание, как вдруг всё закончилось. Их бешеная скачка завершилась у подножия огромной горы, вершина которой была скрыта тёмными облаками.

Сквозь тучи сочился голубой свет.

– Доставь нас к тому месту, куда падает свет синей звезды, – приказала Жасмин Руле. Лошадь заржала и замотала головой. Жасмин нахмурилась.

– Похоже, это недостаточно точное направление, – заметил Аладдин. Он легко спрыгнул на землю и подал руку принцессе. – Видимо, придётся идти пешком.

Лейли спустилась с его плеча и приняла облик гуля. Аладдин потянулся за сумками, и тут раздался оглушительный удар грома! Испугавшись, Рула взвилась на дыбы, и все мешки полетели на каменистую землю. Испуганное ржание вторило грохоту с небес.

– Тихо, тихо. – Жасмин бросилась успокаивать чудесное животное, поглаживая её по шее и боку.

«...Вот как мы добрались сюда так быстро...»

Жасмин взглянула на Аладдина, который был так же удивлён, как и она. Они слышали голос Джинна, доносившийся из мешков. Аладдин поспешно достал зеркало Камар. На его поверхности появилось размытое изображение большой синей руки.

– Но откуда ты знаешь, что с Жасмин всё в порядке? – спросил кто-то, кого Жасмин не могла видеть, но тут же узнала по голосу.

Она выхватила раму у Аладдина.

– Отец! – закричала она.

Синяя фигура повернулась, и лицо Джинна заполнило зеркало.

– Эй! Работает! – сказал он и развернул стекло, чтобы показать Жасмин султану, чьё взволнованное выражение сменилось удивлением.

– Дочка? Это действительно ты?

– Да, это я, отец, и мы...

– Вы уже нашли его? – спросил Джинн, присоединяясь к султану.

– Нет, – ответила Жасмин. – Мы прибыли в горы всего минуту назад. Почему вы связались с нами? Всё в порядке?

– Я не связывался. Не трогал опал. – Волшебник пожал синими плечами. – Просто вдруг услышал твой голос, и ты появилась в зеркале.

Жасмин застонала, поняв, что произошло.

– Сумки упали, – объяснила она Джинну. – Должно быть, что-то придавило красный камень, и магия заработала.

Поделать с этим ничего было нельзя. Лучше всего использовать время с умом.

– Ты рассказал отцу о гулях и туннелях? – спросила принцесса.

– Он знает всю историю, и мы с Бедэйром уже направляемся туда, – заверил Джинн. Снизу в рамку влезла крошечная мордочка Лбу. – Да- да, и наш хвостатый посол с нами, – добавил он. – Бедэйр передаёт вам привет, кстати. – Джинн поднял кольцо, и изумруд вспыхнул несколько раз.

– Да! Да! Всё в порядке! – поспешно отозвалась Лейли.

– И Набиль, и ковру предоставлен королевский уход и комфорт, – продолжал Джинн. – Коврик отдали королевским ткачихам, и те восстанавливают испорченную ткань, а Набиль в конюшне, где её кормят и чистят.

Султан взял рамку у Джинна.

– Я хочу, чтобы ты знала, как я горжусь тобой, дочка, – взволнованно произнёс он. – Моё беспокойство не ведает границ, но я знаю... – вдруг изображение потемнело.

– Видимо, минута подошла к концу. – Аладдин осторожно забрал зеркало из рук принцессы.

Жасмин переполняли эмоции, и ей трудно было говорить. Для неё так много значили слова отца о том, что он гордится ею, но вместе с радостью с новой силой навалились страх и беспокойство. Будет ли он по-прежнему чувствовать то же самое, если она потерпит неудачу?

Нет, она не подведёт. Она должна добиться успеха. Всё было очень просто. Тревога и страх уже стали её привычными спутниками в этом путешествии, но они до сих пор не останавливали её.

– У нас в запасе ещё один разговор через зеркало. Мы возьмём рамку с собой и... – Жасмин прервала ещё одна вспышка молнии, такая яркая, что осветила небо вокруг них,

Рула испустила испуганное ржание и исчезла в тумане как раз в тот момент, когда облака над головой пролились ливнем, смешавшимся с грохотом грома. Однако все трое остались сухими благодаря защитной энергии осколков сапфира.

– Рула исчезла! – закричала Лейли, стараясь пробиться через шум. – Как мы вернёмся в Аграбу? И как отправимся за последним осколком?

– Я уверена, что Джинн свяжется с нами, если мы не вернёмся к вечеру, – твёрдо произнесла принцесса. – Мы попросим его послать нам Набиль. – Тут Жасмин увидела, что Аладдин держит в руках шкатулку Камар и лицо его полно отчаяния. Он открыл крышку. Внутри сверкали осколки разбитого стекла.

– Что нам теперь делать? – простонала Лейли.

Дочь султана глубоко вздохнула, стараясь сохранить присутствие духа.

– Мы сделаем то, что должны, – твёрдо сказала она. – Мы справимся.


Глава 15


Сумки было решено оставить у подножия горы. Лейли превратилась в медведя и последовала за людьми, когда они начали восхождение по крутому скалистому склону. Принцесса положила волшебное зеркало, завёрнутое в шарф, в сумку на талии, надеясь, что последний дар Камар будет в безопасности поблизости от осколков сапфира. Как и прежде, особая атмосферная магия камней защищала их от ветра и дождя.

Молнии раз за разом били в землю недалеко от них. Жасмин и Аладдину приходилось прикрывать глаза от ослепительных вспышек, что очень затрудняло поиск маяка. Принцесса шла практически вслепую, ориентируясь лишь на подёргивания мешка – осколки всё настойчивее тянули её к собрату.

Острый камень вонзился в лапу Лейли. Она выдернула его и лизнула рану, её стон был приглушён бурей. Девушка-гуль не привыкла к боли. Она забыла эти ужасные ощущения и за два дня, прошедшие с тех пор, как она покинула туннели, ещё не научилась их терпеть.

Медвежий мех внезапно стал мокрым, Лейли обнаружила, что отстала от спутников. Она поспешила наверстать упущенное, но в этот момент молния попала в ближайшее дерево, расколов его пополам. Повреждённый ствол опасно накренился, а его кора зашипела, когда дождь ударил по обуглившейся стороне.

Жасмин метнулась в сторону. Аладдин, вздрогнув, тоже стал отступать. Принцесса направилась было к нему, но мешок с силой потянул её обратно. Аладдин дёрнулся, споткнулся о камень и врезался в Лейли, и они оба покатились, кувыркаясь, вниз по тропинке. Жасмин попыталась спуститься за ними, но сила осколков слишком возросла и не пускала.

– Жасмин! Смотри вверх! – прокричал Аладдин откуда-то снизу. Девушка обернулась и увидела блеск звезды, пробивавшийся сквозь ветви деревьев. – Иди к маяку! – велел Аладдин.

Жасмин колебалась.

– Вы не ранены?

– С нами всё в порядке! – настаивал Аладдин. – Иди и найди осколок!

– Иди же! – откуда-то эхом отозвался голос Лейли. – Мы догоним тебя!

Жасмин не знала, что делать. Должна ли она вернуться назад или продолжить путь? Почему каждое решение оказывалось сложнее предыдущего? Каждый раз, когда она начинала чувствовать уверенность в себе, происходило что-то такое, что наполняло её новыми сомнениями. Будет ли так, когда она станет править Аграбой? Будет ли всё сложнее со временем, а не проще?

Пока разум девушки замер в нерешительности, её ноги сами сделали выбор. Шаг за шагом она продвигалась вперёд, вверх, к маяку. Наконец принцесса добралась до гигантского валуна. Свет маяка был направлен прямо на него, окутывая голубым сиянием. Как и в заливе, в пределах этого сияния воздух был тих и спокоен.

Из-за валуна появилась высокая стройная женщина. На ней было платье, сплетённое из чёрных и коричневых нитей, в ушах блестели серебряные серьги в форме игл, а минные тёмные волосы были покрыты мерцающим зелёным шарфом.

– Я – Кинза! – проговорила дама, стараясь перекричать очередной раскат грома. – А ты, должно быть, принцесса Жасмин.

– Как ты...

– Подожди минуту! – Кинза взмахнула руками. Валун окутал серый, искрящийся вспышками туман. Он стал разрастаться и поглотил обеих женщин, а затем развеялся. Наступила тишина. Жасмин огляделась и поняла, что теперь их окружает прозрачная сфера, отрезавшая внешний мир. Протянув руку, принцесса коснулась её. Та была гладкой, как стекло, но мягкой, как бархат.

– Так-то лучше, – удовлетворённо кивнула Кинза. – Теперь мы можем спокойно поговорить. Она холодно посмотрела на Жасмин. – Я знаю, кто ты, потому что мне поведала об этом Рамла. И теперь, как я вижу, у тебя есть ещё один осколок сапфира. – Женщина указала на мешок в руке Жасмин. – Скоро, возможно, будет и третий, если только ты пройдёшь испытание.

Она снова взмахнула руками, и на невидимой стене, окружавшей их, возникло семь рисунков.

– У каждой картины есть своё название, – начала Кинза. Она прошлась вдоль стены, платье элегантно тянулось за ней. – Если угадаешь хоть одно, картина оживёт и даст ключ к названию следующей картины. Ответишь неверно – и на её месте появится другое, более сложное изображение.

Жасмин вздохнула, утомлённая мыслью, что придётся решать ещё одну головоломку. Она была голодна, устала, беспокоилась об Аладдине и Лей- ли, но попыталась встряхнуться и внимательно слушать.

– После того как ты правильно угадаешь названия всех картин, первая буква каждого из них приведёт тебя к последней загадке, – продолжала волшебница. – Если решишь её – получишь третий осколок сапфира. – Женщина огляделась, как будто искала что-то за пределами прозрачного купола. – И тогда тебе понадобится твой друг гуль.

– Она уже в пути, – ответила принцесса, надеясь, что это правда.

– Хм. Вам обязательно нужно вместе освободить сапфир, а решать задачи можно и одной, – признала наконец Кинза. – Я не собираюсь ждать вечно, так что можешь начинать.


* * *


Жасмин кивнула. У неё не было иного выбора, кроме как сделать всё возможное на данный момент. Принцесса попыталась перестать думать о Лейли и Аладдине.

Тем временем предмет её беспокойства, прислонившись к дереву, растирал лодыжку. Он уже пытался встать на неё, но было слишком больно. Юноша услышал рычание и испуганно вскинул голову, но с облегчением заметил зелёный отлив меха приближавшегося медведя.

– Что ты здесь делаешь? – накинулся он на Лейли. – Ты должна помочь Жасмин! Она не сможет забрать осколок без тебя!

Лейли приняла облик гуля.

– Я знаю, где она. Я видела хранителя. Я отправлюсь к ней, как только мы найдём тебе убежище.

– Я не могу идти. – Аладдин кивнул на лодыжку. – Кажется, я её сломал.

Лейли заметила несколько поваленных деревьев за спиной Аладдина.

– Я знаю, что делать, – сказала она, превращаясь в рослого мужчину и подхватывая паренька. Вдвоём они доковыляли до груды стволов. Возможности Лейли позволяли без труда нести юношу на руках, но она не хотела ранить его гордость.

Как только Аладдин обосновался в относительно безопасном месте под деревьями, он жестом велел Лейли отправляться наверх.

– Я в порядке, – настойчиво повторял парень.

– Мы скоро вернёмся, – пообещала Лейли и превратилась в рысь. Ловкое кошачье тело позволило ей быстро взобраться по грязному скалистому пути. Как и в первый раз, когда она покинула туннели, и потом, когда летела над заливом, её чутьё гуля улавливало магию в воздухе. Неслышный зов становился всё сильнее, по мере того как она приближалась к заветному месту.


Глава 16


Пока Лейли помогала Аладдину, Жасмин изучала первую картину. На ней был изображён горный хребет, но не Джариз, а какой-то другой. Эти заснеженные вершины сильно отличались от тех, что она видела в кубке Камар. Но если не эти горы, то какие? Неужели она должна знать все горные хребты в мире, чтобы дать название рисунку? Или нужно рискнуть и попробовать угадать? Усталость и разочарование мешали ей сосредоточиться.

– Я не знаю! – в отчаянии воскликнула она. – Горы Ахмар, горы Сумуун, го...

– Довольно, – резко оборвала её Кинза, взмахнув рукой. – Насчет названия хребта, ты, конечно, ошибаешься. Кажется, это где-то в Индии. Но «горы» – это правильный ответ.

Картина ожила. Горизонт на ней качнулся, потом накренился, как будто на горы смотрела птица, находящаяся в полёте. Затем она спикировала вниз, открыв взору принцессы голубую ленту реки у основания горы. Затем картина исчезла. Жасмин взглянула на следующее изображение и не поверила своим глазам. Там тоже была река.

Это было легче, чем ожидала принцесса. Неужели и тут всё было так же просто?

– Река? – спросила она неуверенно.

– Не будь такой нерешительной, – одёрнула Кинза, неодобрительно нахмурившись. – Это свидетельствует о твоих сомнениях. Говори смело и убедительно, и тебе будет сопутствовать успех. Взгляни, права ли ты?

Женщина указала на картину, которая, как и первая, ожила. На пейзаже река плавно впадала в безграничный водный простор, уходящий за горизонт. Когда картина исчезла, Жасмин перешла к следующей, на которой уходила в бесконечность водяная гладь.

– Море, – без запинки произнесла девушка.

Кинза кивнула, и принцесса, осмелев, стала угадывать следующие названия в течение нескольких секунд.

– Айсберг, – его принцесса видела, путешествуя с Аладдином на ковре-самолёте, – остров, ягоды, насекомые, – говорила она, с каждым разом становясь всё увереннее.

Предпоследний рисунок отличался от предыдущих. Здесь всё явно было сложнее. Во-первых, картина уже была живой. На песчаном берегу стояла одинокая скала. День и ночь сменялись над ней, всё быстрее и быстрее. Поднявшийся прилив окатил скалу, а потом отступил. Затем море ушло, а вокруг скалы вырос лес. Затем он исчез, на его месте появились маленькие хижины. Что это могло означать?

Принцесса крепко задумалась. Здесь речь шла о переменах, о движении вперёд во... времени!

– Течение времени или ход истории! – возбуждённо воскликнула принцесса.

– Очень хорошо, – кивнула Кинза. – Правильный ответ – история. Что ж. Осталось всего одно задание.


* * *


Кинза вскинула руки, и перед ними возникла последняя картина. На ней было не одно изображение, а несколько небольших копий всех тех пейзажей, что принцесса видела раньше. Затем крошечные картинки задвигались, перемещаясь внутри рамы, и слились в целостное изображение – великолепную панораму.

На мгновение Жасмин оказалась сбита с толку. Она закрыла глаза и медленно вдохнула, как на уроках, когда ей задавали особенно трудный вопрос. Она вспомнила предупреждение Кинзы о финальной головоломке – первая буква каждого ответа должна собраться в слово. Жасмин представила буквы, которые у неё были: Г, Р, М, А, О, Я, Н, И. Затем она стала переставлять их в уме. Все изображения теперь были частью одного...

– Мир, – поспешно крикнула Жасмин. Картина мгновенно потемнела.

– Боюсь, что нет, – покачала головой Кинза. – Хотя я оценила твою смелость. Попробуй ещё раз.

Принцесса вновь задумалась. Но на сей раз она была осторожна.

Кинза одобрительно улыбнулась и в последний раз взмахнула руками. Картина стала разрастаться и вскоре заполнила весь гигантский купол прозрачной сферы. Жасмин посмотрела наверх и увидела, что представший перед ней образ поистине прекрасен. Всё было так спокойно и умиротворённо, весь этот мир существовал в такой...

– Гармония, – медленно и уверенно проговорила Жасмин.

– Да, действительно, – кивнула Кинза. – Для этого мы и прикладываем столько стараний – чтобы восстановить гармонию в королевстве, не так ли? Ты прекрасно справилась, принцесса! – Она топнула ногой, и из-под земли поднялся ларец, вырезанный из бука, с двумя потускневшими медными застёжками. – Однако... О! Вот и она!

Жасмин проследила за взглядом Кинзы и увидела рысь, ожидающую с внешней стороны купола. Волшебница хлопнула в ладоши, и прозрачные стены исчезли, позволив Лейли войти. На ходу она приняла человеческий облик.

– Моя работа здесь подошла к концу, – сказала Кинза. – Теперь вам двоим предстоит завершить начатое. А мне уже давно пора встретиться с Рамлой, мы сто лет назад договорились поужинать вместе. А может быть, и тысячу... Яркая вспышка осветила облака, когда Кинза в последний раз подняла руки и исчезла.

Гром грохотал над ними, когда Жасмин поймала взгляд Лейли. Они обе понимали, какую опасность несёт третий осколок.

– Нам нужен план действий, – распорядилась принцесса. – Я развяжу мешок и придвину его как можно ближе к ларцу. Мы отопрём замки, а затем ты слегка приоткроешь крышку, и я сразу поймаю осколок мешком.

Лейли кивнула:

– Я готова, – сказала она. Жасмин ослабила верёвку на мешке и одной рукой прижала его к ларцу между двумя застёжками. Вместе с Лейли они осторожно подняли защёлки. Затем принцесса растянула горловину мешка на всю ширину крышки. Лейли ухватилась за её край и начала приподнимать. Нервы обеих были напряжены до предела.

Яркая молния ударила в землю в нескольких метрах от них. От неожиданности Лейли отпрянула и не удержала тяжёлый ларец. Осколок сапфира вырвался из плена и отскочил в сторону.

Лейли бросилась его ловить, но он покатился вниз по склону.

– Мы не можем его потерять! – закричала Жасмин. Девушки, не разбирая дороги, помчались вслед за непокорным камнем.

Лейли, повинуясь инстинкту гуля, превратилась в летучую мышь.

Облака сгустились, полностью заслонив солнце, а полог деревьев скрадывал последние лучи света, погрузив подножие леса в кромешную тьму. Но чутью летучей мыши темнота не помеха, и Лейли отчётливо видела катящийся осколок. Она спикировала вниз, широко расправив крылья, и приземлилась на него сверху.

Жасмин, не обладавшая подобным даром, потеряла из виду и Лейли, и сапфир, но вдруг заметила между деревьев синие искры. Послышались треск и шипение. Бросившись со всех ног в ту сторону, принцесса увидела летучую мышь, лежащую мордочкой вниз на земле. Тусклое голубое свечение вспыхивало из-под её тела.

– Лейли? – в ужасе прошептала Жасмин. Наконец летучая мышь подняла крыло. Принцесса опустилась на колени и затолкала осколок в мешок. Но было уже поздно.

Летучая мышь перевернулась на спину и ошеломлённо заморгала. Шёрстка гуля перестала отливать зелёным. Жасмин обеспокоенно посмотрела на зверька.

– С тобой всё в порядке?

Лейли поднялась на лапки, а потом взмахнула крыльями и взлетела.

Сделав пару кругов вокруг Жасмин, она села на землю. Ничего не происходило. Лейли не могла сменить облик. Она оказалась заперта в теле зверька. Возможно, навсегда.


Глава 17


– Ты недолго пробудешь в таком виде, – горячо убеждала Жасмин мышку (а на самом деле больше себя), когда они спускались с горы к Аладдину. Потяжелевший мешок тянул за собой. Сквозь плотный материал просачивались тусклые лучи света, позволяя ей видеть путь впереди.

– Как только мы восстановим сапфир...

Неподалёку в землю снова ударила молния, и Лейли села принцессе на плечо, чтобы оказаться поближе к защитной ауре сапфиров. Она прекрасно понимала, что девушка пытается приободрить её. Но ни Лейли, ни Жасмин не могли знать наверняка, что произойдет с ее магией, когда они найдут последний осколок. Если они его вообще найдут.

Лейли чувствовала себя несчастной от одной только мысли, что может навсегда остаться маленьким ничтожным зверьком. Особенно тяжело было думать об этом, когда она только-только открыла для себя этот мир и приняла его. Но если бы она позволила осколку пропасть, мир всё равно был бы разрушен. Её жертва оправданна. Теперь, отчаянно решила Лейли, даже если ей придётся остаться летучей мышью до конца своих дней, она всё равно проживёт захватывающую и полную приключений жизнь.

Лейли нашла Аладдина там же, где и оставила, – под укрытием поваленных деревьев. Вот только его лицо было освещено снизу странным светом. Она полетела вперёд, заставив усталую принцессу броситься бежать. Приблизившись, они услышали два голоса. Аладдина и...

– Где Лейли? – требовательно вопрошал кто-то.

Бедэйр! Лейли вихрем подлетела к Аладдину, который держал на коленях волшебное зеркало Камар. От неожиданности юноша чуть не подпрыгнул. Он замахал руками, пытаясь отогнать летучую мышь прочь.

– Кыш, прочь отсюда!

– Стой! – закричала Жасмин. – Это Лейли!

– Лейли?! – послышался обеспокоенный голос Бедэйра. Жасмин присела рядом с Аладдином, и мышка опустилась ей на плечо.

– Она поймала осколок, и он поглотил её магию, как это произошло с Джинном и ковром, – горько проговорила Жасмин.

– Во имя всего песка пустыни! – воскликнул Джинн, появившись в зеркале. – Мне так жаль, Лейли! По крайней мере, ты в хорошей компании... – Его слова прервал гул. Вокруг них с потолка посыпался песок и мелкие камешки.

– Брат, как ты выбрался из кольца? – воскликнула Лейли.

– Мы нашли Умаб, и, кажется, она теперь за нас, – сказал Бедэйр. – Бури убедили её лучше, чем все наши слова. В глубинных туннелях начинаются землетрясения, обвалы перекрыли все выходы на поверхность. Даже если превратиться в муравьёв, выбраться не удастся: от стен без конца откалываются камни. Нас попросту раздавит.

– Аладдин рассказал о сбежавшей Руле, – поспешно продолжил Джинн, – но, к сожалению, Набиль всё ещё во дворце, и мы не можем послать туда весточку.

Вдруг Дейли издала писк и указала коготком на что-то позади говоривших. Джинн с Бедэйром оглянулись, а Жасмин с Аладдином напряжённо вгляделись в маленькое окошко зеркала. Где-то вдалеке, в дальнем конце туннеля, что-то поблёскивало голубым.

– Не может быть! – воскликнула Жасмин. – Как маяк мог оказаться под землёй? Это же звезда!

– Ну, настоящая звезда не могла бы возникать на небосводе в одних местах и исчезать в других. Это всё магия, – авторитетно объяснил Джинн.

– А где же тогда страж? – спросил Аладдин. На мгновение он задумался. – Наверное, чтобы он появился, к маяку должны приблизиться гуль и человек. Тогда можно будет начать решать головоломки.

– Точно. Лейли была не рядом, но всё равно неподалеку, когда появилась Кинза, – согласилась Жасмин. – А в туннелях сейчас множество гулей, но ни одного человека. Нам нужно срочно вернуться в Аграбу.

Изображение в зеркале снова затряслось, на этот раз сильнее. Раздался грохот. Поднявшаяся пыль скрыла фигуры джинна и гуля. К счастью, секунду спустя из рамки послышался недовольный голос волшебника:

– Ещё чуть-чуть, и от меня бы осталась одна синяя лепёшка!

– Прошу вас, будьте осторожны, – крикнула Жасмин в зеркало. – Мы уже идём... – тут изображение исчезло.

Аладдин поднял глаза от ставшей бесполезной рамки.

– Как мы доберёмся до Аграбы без Набиль? – спросила его Жасмин.

– Мы что-нибудь придумаем. – Молодой человек поднял валявшуюся рядом ветку и встал на ноги, опираясь на неё, как на трость. – Мы нашли первые три осколка благодаря помощи, которой совсем не ожидали. Нужно просто двигаться вперёд и не останавливаться. Мы будем делать, что должны, и надеяться, что удача не оставит нас на благом пути.

Его слова немного успокоили Жасмин.

Они начали спускаться с горы. Крошечные вспышки молний из нового осколка освещали их путь. Буря всё ещё бушевала наверху, но их вещи, к счастью, остались сухими, спрятанные под скалой.

– Нам повезло, что я скатился так низко. Это сделало наш путь короче.

Жасмин улыбнулась. В любой ситуации Аладдин сохранял оптимизм. Она очень это в нём ценила.

– Мы знаем, что Аграба на востоке, – сказала принцесса. Она посмотрела на заходящее солнце, висящее низко над горизонтом, и в её груди поднялась волна паники. Полная луна взойдёт всего через несколько часов.

– Может, мы встретимся с другой семьёй кочевников, – предложил Аладдин, стараясь не показывать отчаяние и страх.

Жасмин ответила ему с измученным видом:

– Ну да. С очень быстрым верблюдом.

– С волшебным летающим верблюдом! – предложил Аладдин.

Принцесса усмехнулась. Хотя... Кто знает? Они и летающих лошадей не ожидали увидеть. Лейли пропищала что-то из-под сложенных крыльев в знак согласия.

Внезапно вдалеке показалась большая чёрная фигура очень знакомых очертаний.

Аладдин изумлённо рассмеялся и сказал:

– Вот видишь!

– Рула! – закричала Жасмин. – Ты вернулась!

Лошадь опустила голову. В зубах у неё был зажат маленький мешочек, который она протянула Жасмин. Жасмин взяла его и открыла. Внутри лежало крошечное зеркало в рамке с одним красным опалом в углу. Жасмин прикоснулась к камню, и в рамке появилась Камар.

– О! Вот вы где! Замечательно! – сказала колдунья. – Когда Рула явилась, я подумала, что вы выполнили миссию, но потом увидела, что погода не изменилась. Набиль не вернулась, и я решила проведать, как у вас дела. Увидев вас там же, где и в прошлый раз, я решила отправить Рулу обратно, хотя и не знала, найдёт ли она вас в одиночку... Должна признать, я очень рада вас видеть!

Рама потемнела.

Аладдин пожал плечами:

– Похоже, маленькие рамки работают ещё меньше времени. Надеюсь, она не собиралась сказать ничего важного в конце... – добавил он ехидно, но одновременно с беспокойством.

Рула заржала и согнула передние ноги в коленях, чтобы Аладдину было легче на неё забраться. Лейли присела на шею лошади, крепко уцепившись коготками за густую гриву.

Когда Жасмин удостоверилась, что все держатся крепко, она крикнула волшебному скакуну:

– Отвези нас в Аграбу!


Глава 18


Земля под копытами Рулы стремительно уменьшилась, превратилась в пёстрый ковёр и стала с немыслимой скоростью проноситься мимо. Вскоре алый закат закрыла пыльная завеса песчаной бури.

Спустя считаные минуты они опустились на дворцовую площадь Аграбы. Рынок был совершенно пустынным, по безлюдным улицам метался песок, словно кружась в странном танце. Ветер обходил стороной Жасмин и её друзей благодаря силе осколков. Они уехали всего три дня назад, но принцессе казалось, что прошли месяцы с тех пор, как они прошли сквозь ворота, украшенные глиняной звездой.

Земля под их ногами задрожала, прервав её мысли. Несколько кирпичей отвалились от стен ближайших домов. Рула взволнованно переступала копытами.

– Землетрясения, – только и сказал Аладдин. Спутники посмотрели вниз, зная, что в туннелях дрожь была намного сильнее. Лейли хлопнула крылом, беспокоясь.

– Мы скоро будем там, – заверила её Жасмин.

Аладдин направил лошадь в Королевскую конюшню, а Лейли полетела над ними. Оставив Рулу с Набиль, принцесса попросила одного из охранников помочь Аладдину, а сама, схватив мешок с осколками, поспешила найти отца.


* * *


Султан в тревоге расхаживал по тронному залу.

– Вы уверены, что никто не остался в ловушке где-нибудь в разрушенных домах? – спросил он капитана стражи.

– Да, ваше величество, – ответил бывалый солдат. – Все присматривают за соседями с самого начала непогоды. Люди очень сплотились перед лицом беды.

– Хорошо, хорошо, – сказал султан. – Пострадавшие ни в чём не нуждаются?

– Нет, ваше...

– Отец!

Глаза султана расширились от удивления, когда его пропавшая дочь ворвалась в комнату. Он бросился к принцессе и заключил её в объятия. Жасмин всё ещё держала в руках мешок, а Лейли оказалась зажатой между отцом и дочерью и зашипела в знак протеста.

– Прости, ты в порядке? – Жасмин отстранилась и обеспокоенно посмотрела на Лейли, которая выглянула из-под крыла и сощурилась от яркого света, исходящего от факелов на стенах.

– Это Лейли, – сказала Жасмин отцу, а затем объяснила, как её подруга оказалась заперта в теле летучей мыши.

– Я видел твоего брата, – рассказал султан, обращаясь к гулю. – Он вообще был изумрудом.

– Ты сможешь ближе познакомиться с ними, как только мы восстановим сапфир, – сказала Жасмин, решив обнадёжить Лейли.

– Значит, вы его нашли! – султан взглянул на мешок, из которого веяло свежестью и влагой.

– Почти, – поправила девушка. – Остался ещё один осколок. И он здесь, в городе, вернее, под ним. Нам понадобится наша гвардия. Нужно обеспечить людей лопатами и кирками, чтобы разбирать завалы.

Султан кивнул и быстро раздал необходимые приказы. Затем он провёл Жасмин через коридоры к королевскому лекарю. Лодыжка Аладдина была теперь заботливо зафиксирована лубком и забинтована, и ему дали два нормальных костыля. Истосковавшийся Лбу ни на секунду не отпускал хозяина, обняв его за шею.

– Он скучал по мне, – сказал Аладдин с улыбкой, когда Жасмин и султан подошли. Абу пожал плечами и скорчил рожицу, как будто говоря: «Ха! Вовсе нет». Но лапок не расцепил.

Жасмин кивнула на лодыжку Аладдина,

– Похоже, тебе придётся остаться тут...

– Ну уж нет, – возразил юноша, вскакивая и хватаясь за костыли. – Я пойду с тобой. – Он закашлялся, когда обезьянка ещё сильнее сжала его горло. – Абу... слишком...

– Я тоже пойду, – объявил султан.

– Нет, отец, – запротестовала Жасмин. – Твоё место здесь, во дворце.

– Дочка...

Принцесса сжала руку отца, прерывая его.

– Как будущий правитель Аграбы, я хотела бы спросить вашего мнения, ваше величество, – сказала она. – Если бы я была на вашем месте в такой ситуации, позволительно ли было мне оставить свой пост, трон и свой народ ради дела, которое может выполнить другой человек?

Султан сурово посмотрел на Жасмин, затем покачал головой.

– Когда ты успела стать такой мудрой? – спросил он.

Жасмин улыбнулась.

– Я всю жизнь училась на поступках самого мудрого и храброго человека, которого знаю.

– Ого! Я польщён! – вставил Аладдин. – Эй, постой, ты же не знаешь меня всю жизнь.

Жасмин и султан рассмеялись. Но вскоре все трое вновь посерьёзнели и сосредоточились на предстоящем задании.


* * *


Жасмин, Аладдин, Лейли и Абу встретились с отрядом гвардейцев у ворот дворца. Скрытое за завесой пыли небо потемнело, наступили сумерки, предупреждая о том, что скоро взойдёт луна. Защитная сила осколков усилилась, словно камни почувствовали, что их собрат где-то рядом. Теперь защитная аура прикрывала и стражников. Жасмин и её друзья отправились через город ко входу в подземелья.

В туннеле Лейли почувствовала себя уверенней. Она взлетела и зависла над группой. Здесь в темноте она отлично видела, а молнии из мешка освещали дорогу остальным.

Поначалу путь был свободен, но вскоре спасательная команда упёрлась в завал, и мужчины начали копать. Водой, сочившейся из второго осколка, они размачивали комья глины. Время от времени грохот землетрясений внизу заставлял содрогаться стены и потолок прохода. Но камни и грязь падали вокруг людей, а не на них благодаря частям сапфира. Когда, разобрав завал, они двинулись дальше и добрались до развилки, мешок указал нужное направление, потянув за собой Жасмин.

По дороге им встретилось ещё несколько перекрытий в туннелях. Сильные и дисциплинированные стражники мигом их разбирали. Спустя какое-то время принцесса и остальные услышали голоса и через несколько минут вышли в большую пещеру, заполненную гулями всех размеров. Стражники поражённо уставились на зеленоватые призрачные фигуры, которые тесно жались друг к другу, настороженно разглядывая незваных гостей. Среди них ярко выделялась знакомая рослая фигура.

– Джинн! – воскликнул Аладдин.

Волшебник уже пробирался к ним.

– Вы сделали это...

Яростный гул сотряс пещеру. Охранники, всё ещё стоявшие у входа, бросились внутрь, а за их спинами осыпались камни, уничтожив проход, который был только что открыт.

Жасмин заметила, что комната была освещена, но зеленоватый свет исходил не от гулей, а от крошечного бассейна в нижней части грота слева от неё. Она заглянула внутрь и увидела в воде двух светящихся медуз.

– Это Миск и Лули, – объяснил Джинн. – Они изменили форму, чтобы я мог видеть в темноте пещеры.

– Гулям не нужен свет, – добавил Бедэйр, отделившись от толпы сородичей. Лейли пискнула и опустилась на его плечо. Увидев освобождённого брата, она моментально забыла о тоске из-за потери магии. – И летучим мышам тоже, – печально добавил Бедэйр и ласково погладил зверька по голове. – Лейли... Мне очень жаль.

Его сестра захлопала крыльями в знак протеста. Она издала несколько длинных и коротких писков, используя их тайный язык.

– Да, согласен, приключений это не отменяет, – согласился Бедэйр. – Мы даже можем быть летучими мышами вместе! – Гуль превратился в такого же крылатого зверька и взмыл под потолок.

– Бедэйр! – Высокая властная фигура проплыла через пещеру, остальные подземные жители почтительно расступились. – Сейчас не время для игр!

Бедэйр вернулся к своему прежнему облику.

– Прости, Умаб.

Предводительница гулей повернулась к принцессе.

– Ты, должно быть, Жасмин, – сказала она, превращаясь в царственную женщину.

Девушка кивнула.

– Для меня большая честь познакомиться с вами.

– Это для меня честь, – ответила Умаб с достоинством. – Я прошу прощения за то, что мы не пришли вам на помощь сразу. Этого всего можно было бы избежать. Теперь вам нужно как можно скорее пройти испытание. – Предводительница указала на груду камней в центре пещеры. –Надеюсь, вам это удастся. Нам в этом деле не очень повезло.

Принцесса растерялась. Она явилась сюда, но где же последний хранитель осколка? Девушка оглядела пещеру в поисках. Умаб подняла руку, и высоко наверху, под самым сводом просторной пещеры, Жасмин увидела едва мерцающий голубым маяк.


Глава 19


Свет маяка падал на груду камней. Жасмин обратилась к одному из стражников:

– Принесите лопату. Попробуем разобрать эту кучу...

Но как только мужчина осторожно принялся за работу, из-под обломков раздался возмущённый голос:

– Убирайтесь прочь от меня!

Стражник замер. Куча зашевелилась, камни покатились в разные стороны, и из-под них показалось существо, словно вылепленное из глины.

– Ой! Простите! – воскликнула Жасмин. Мешок потянул принцессу в сторону последнего хранителя.

– Это от меня тоже убери! – глиняный затопал ногами.

– Нам просто нужен последний осколок, – объяснила Жасмин. – Только ты...

– Ты думаешь, я такой дурак и не понимаю всего этого? – хрипло проворчало существо. – Я уже объяснил зелёным, – он махнул рукой в сторону гулей, – что уже слишком поздно.

– Пока нет, – настаивала Жасмин. – Луна ещё...

– О, луна, луна! Какое мне дело до луны? Я, Ту- раб, застрял в этой стене на тысячу лет, пока вы, дураки, теряли время.

– Теперь мы здесь, – Жасмин тоже начала злиться. – Загадывай же загадку.

– Ха! Вот ещё, – фыркнул Тураб. – Не будет никаких загадок. Я вообще не соглашался на эту работу, но никто не может отказать Богу песка! – Стены задрожали, произошло ещё одно землетрясение. Грязь посыпалась на Тураба, но тут же стала частью его глиняного тела. – Я был готов отдать осколок первым человеку и гулю, которые бы явились ко мне, – продолжал он, едва заметив землетрясение. – Я думал, что это займёт несколько недель, может, пару месяцев. Ха!

– И мы пришли, люди и гули...

– Конечно, пришли они, – язвительно промямлил Тураб, издеваясь над Жасмин. – После того как прогулялись по пустыне, морю и горам! А ведь мой осколок был буквально у тебя под носом! Последний во всём – вот кем я являюсь и всегда был. Забытый и заброшенный. Пусть твой мир рассыплется в прах, а я останусь и буду здесь, когда всё закончится. – Тураб категорично сложил руки на груди, и они исчезли в его туловище. Он надулся, и глина поглотила его губы.

Все взоры были устремлены на Жасмин. Гули, люди, Джинн и Абу – все ждали её следующего шага.

Принцесса уже поняла смысл этой загадки. Тураб обманывал, когда сказал, что испытания нет. В этом и заключалось испытание: не в головоломке, а в самом страже.

Жасмин вспомнила, как она уговорила Камар помочь, обратившись к сочувствию затворницы; как убедила отца не покидать дворец, будучи твёрдой и преданной своему делу. Об этом же примерно и говорила ей Кинза, советуя быть спокойной и уверенной. Принцесса делала это инстинктивно, но теперь она видела, что в каждом случае находила особый подход к людям, с которыми имела дело.

Тураб был зол, но под его гневом скрывалась боль из-за того, что он никому не нужен и забыт.

Это было ключевым моментом. Жасмин поняла, что должна делать.

– Да, ты останешься здесь. Туннели рухнут, бушующие бури уничтожат всё и всех наверху, – сказала она хранителю. – И тогда ты действительно останешься один. Ты никогда не станешь героем, спасшим мир, не войдёшь в историю наравне с Богом песка. Потому что без твоей помощи не останется никого, кто бы мог рассказать или записать эту историю.

Тураб чуть-чуть пошевелился. На лице его снова появились губы.

– Героем? – переспросил он с сомнением.

– Разумеется! – воскликнул Аладдин. – Люди бы узнали, что ты был самым верным и преданным хранителем, который дольше всех берёг осколок сапфира и спас королевство, когда надежды почти не осталось...

Принцесса остановилась. Главное – не перестараться. Тураб размышлял.

– Откуда мне знать, что так и скажут? – спросил он Жасмин.

– Слово принцессы, – гордо заявила девушка. – На самом деле тебе даже не нужно моё слово, потому что я просто констатирую факт. Весь мир и без моей помощи узнает эту историю и будет славить тебя. Поверь, здесь есть, кому её рассказать, – она обвела взглядом напряжённых людей и гулей.

Тураб немного поворчал, а затем растворился в стене. Жасмин на мгновение испугалась. Неужели он всё-таки не поверил? Но тут существо появилось снова, держа в гигантских ручищах шкатулку.

Жасмин с облегчением вздохнула и подошла ближе вместе с Бедэйром и Лейли. Принцесса и гуль подняли застёжки.

– Нам нужно окружить шкатулку, – обратилась принцесса к стражникам. – Я не хочу, чтобы кто-то ещё пострадал. – Она жестом попросила Бедэйра отойти подальше.

Аладдин дёрнулся было к мешку, но глава стражей остановил его, указав на сломанную ногу и покачав головой. Паренёк скрепя сердце отошёл, проклиная лодыжку. Много от него толку на костылях. А ведь он когда-то был самым ловким и быстрым воришкой в Аграбе!

Мешок взял Джинн. Он приблизился к принцессе, держа горловину открытой. Бедэйр, несмотря на предупреждение, держался наготове, чтобы при необходимости схватить осколок. Жасмин медленно подняла крышку шкатулки. Сапфир подлетел прямо вверх, с силой ударился о потолок пещеры и отскочил вниз. Джинн ловко поймал его мешком и резко затянул верёвку!

Все ликующе закричали, но неукрощённый сапфир в мешке с неистовой силой дёрнул Джинна за руку, и тот больно упал на груду камней. Осколок сапфира вырвался из заточения и принялся носиться по пещере, отскакивая от стен и откалывая от них ещё больше обломков.

Все принялись его ловить, но только мешали друг другу. Бедэйр превратился в летучую мышь и под громкий отчаянный писк Лейли приблизился к камню, собираясь накрыть его собой и впитать энергию. Внезапно появившаяся Умаб схватила осколок и крепко сжала непокорный камень в руках. Искры пробежали по её телу, просачиваясь сквозь зелёное шёлковое платье.

Остальные могли только беспомощно наблюдать за самопожертвованием лидера гулей. Спустя несколько мгновений сапфир успокоился, и Умаб бросила его в протянутый Джинном мешок.

– Я выполнила долг перед своим народом, – ответила Умаб на его молчаливое сочувствие.

Тураб нахмурился.

– Похоже, теперь ты – настоящий герой, – проворчал он.

– Нет, – ответила Умаб. – Здесь много героев. Кроме того, остаться навсегда в облике человека не так уж и плохо. И очень иронично. – Она улыбнулась. – Но если мы все хотим, чтобы о героях было кому вспоминать, мы должны закончить дело.

Бедэйр кивнул.

– Теперь осколки нужно отнести Богу песка в пустыню за Аграбой.

Гуль объяснил, что он и его друг Ниддал уже однажды искали Бога песка, после того как случайно разбили сапфир, чтобы выяснить, что можно сделать. Именно тогда он и дал отсрочку на тысячу лет, чтобы дать врел4я гулям и людям вернуть разрушенные части волшебного камня. Но Умаб увела гулей в пещеры, и больше они не появлялись на поверхности, а что стало с Ниддалом, никто не знал.

– Скорее всего, ему никто не поверил, – грустно заметил Аладдин. – Но зато из его историй появились легенды, благодаря которым мы смогли понять, что происходит.

– Надо выбираться отсюда, – сказала Жасмин. Бедэйр указал на ход, который вёл прямо в пустыню, но сейчас и он был заблокирован. Стражники принялись сноровисто разбирать проход. Абу и Джинн присоединились к ним, оттаскивая в сторону камни, гули и Тураб молча сгрудились в стороне. Осколки шевелились внутри мешка, как будто пытались соединиться и не могли. Жасмин слышала, как они стучали друг о друга, и ей приходилось прикладывать много сил, чтобы удерживать мешок и не дать ему вырваться из её рук.

– Если бы вы помогли, дело пошло бы быстрее, – мягко сказала Жасмин гулям. – Но я знаю, что изменение формы может сделать вас уязвимыми, поэтому я пойму, если вы откажетесь.

Бедэйр мгновенно превратился в гигантского крота и присоединился к стражникам. Лейли, не желая оставаться в стороне, подхватывала крошечными лапками камешки и относила в сторону. Даже Тураб из своего угла осторожно втягивал в тело особо привлекательные куски щебня.

– Друзья мои, – сказала Умаб нерешительным зелёным призракам. – Я понимаю, что вы напуганы. Но истинная опасность таится в будущем хаосе. Если осколки не вернутся к Богу песка, мало того что мы потеряем шанс на воссоединение с человеческим миром, наши туннели будут разрушены. Даже если мы выберемся на поверхность, бури не позволят нам там жить. – Она обвела взглядом группу. – Я сделаю всё, что смогу, но мои возможности сейчас ограниченны, – продолжила подземная королева. – Вы присоединитесь ко мне? Будете ли вы бороться за наше будущее?

Жасмин до глубины души тронула речь Умаб. И гулей тоже. Принцесса с благодарностью наблюдала, как один за другим они меняли форму, становясь собаками, кротами, крысами, змеями и енотами. Тот, что был медузой, превратился в слона и помогал ворочать самые крупные камни, оттаскивая их сильным хоботом. Работая вместе, они вскоре расчистили выход. Впереди ждала пустыня.

– Прости, Миск, но ты вряд ли поместишься в туннель, – с улыбкой сказал Аладдин гулю-слону, занимавшему половину свободного пространства.

Тот на мгновение задумался, а затем превратился в обезьянку-капуцина и присоединился к Абу. Аладдин почесал его шёрстку и захромал вслед за остальными, оставляя тёмную пещеру, теперь совершенно пустую, позади.

Жасмин шла во главе группы, слушая, как глава стражников командует своими людьми, чтобы их действия были наиболее эффективными. Умаб точно так же вела гулей. Защитная магия осколков теперь стала максимально мощной, и падающие камни не задевали никого из толпы. Время от времени от последнего осколка в воздухе возникала пыль, но ветра первого осколка быстро с ней справлялись.

Пока они шли, Жасмин старалась держаться в центре процессии, чтобы сила осколков одинаково распространялась на всех. Они стали её армией, которая сражалась с камнями, усталостью и временем. По её мнению, это было лучшее применение армии: помогать, а не причинять вред.

Наконец они оказались в пустыне. Луна светила ярко, высоко поднявшись над горизонтом. Лунный свет отбрасывал на песок серебристое мерцание.

Песчаные бури улеглись, но тишина была пугающей, гнетущей, словно что-то неведанное и опасное набирало силу, и в любой момент эта сила может быть выпущена на свободу.


Глава 20


Бедэйр привёл всех в то место, где тысячу лет назад они с Ниддалом встретили Бога песка.

– Мы здесь! – прокричал он, обращаясь к небу л цвета индиго.

– Мы собрали все осколки сапфира! – добавила Жасмин. Она подняла притихший мешок, больше не подававший никаких признаков жизни.

Ничего не происходило. Каждая минута казалось часом. Хотя там, где они стояли, было спокойно, Жасмин могла видеть клубящиеся песчаные бури далеко в пустыне, как будто они ожидали подходящего момента, чтобы вернуться.

– Где же он? – не выдержав, спросила Умаб.

– Эй! Песчаный! – крикнул Джинн. – Давай выходи, где бы ты ни был!

– Это было тысячу лет назад, – проворчал Ту- раб, пришедший вместе со всеми. – Возможно, его здесь больше нет.

Жасмин покачала головой, отказываясь поверить.

– Нет, – отчаянно сказала она. – Не после всего, через что мы прошли. – Девушка уставилась на Луну. Неужели всё было напрасно? Она пережила столько тягот на своём пути, её друзья стольким пожертвовали. Самое худшее, с чем только может столкнуться любой лидер, – подвести тех, кто на него надеется.

Конечно, неудачи и ошибки простительны. Но только не сегодня. Сегодняшний провал лишит их будущего.

– У меня есть идея, – решила наконец принцесса, больше не в силах бездействовать. Она осторожно ослабила верёвки на мешке. – Так как в разрушении сапфира виноваты Бедэйр и Ниддал, то только человек и гуль могли достать осколки из шкатулок. – Жасмин на мгновение задумалась. – История повторяется. Поэтому, возможно, теперь люди и гули должны выпустить их.

Жасмин достала первый осколок и протянула его Аладдину, второй достался Бедэйру, а третий – Лейли, схватившей его когтистыми лапками. Четвёртый осколок Жасмин сжала в руках. Он был гладким, как стекло, и прохладным на ощупь.

– Давайте попробуем сложить их вместе, – предложил Аладдин. – Это же не обычный камень. Магическая энергия должна помочь им воссоединиться. – Он протянул руку вперёд, второй опираясь на костыль. – Разверните их сколотыми гранями друг к другу.

В тот же самый момент, когда камни соединились в четырёхконечную звезду, она засветилась, будто внутри неё зажглось холодное пламя.

– Ого! – вырвалось у Аладдина, когда свет стал настолько ярким, что ему пришлось прищуриться.

– Они вибрируют! – прокричал Бедэйр.

Жасмин тоже это чувствовала. Эта энергия отличалась от тех, с которыми им пришлось столкнуться в путешествии. Сначала это было словно лёгкое жужжание, но, как и свечение, оно усиливалось до тех пор, пока кусочек не заставил её руку ходить ходуном, и единственное, что она могла сделать, это крепко держать его. Лейли тоже вцепилась в свой камень, изо всех сил махая крыльями, хотя её маленькое тело летучей мыши дрожало вместе с сапфиром. Будь она обычной мышью, то давно уронила бы осколок, но остатки силы гуля делали её гораздо выносливей.

Свет внутри осколков стал таким ярким, что Жасмин и её друзьям пришлось зажмуриться. Лейли громко запищала, когда осколок, который она держала, всё-таки вырвался из её лапок, как и остальные – из рук людей и Бедэйра. Стражники, Джинн, Лбу, Умаб и остальные гули ахнули от ужаса.

– Нет! – закричала Умаб.

– Подождите! – Жасмин подняла руку. – Смотрите! – Теперь осколки медленно вращались, и с них сыпались искры магической пыли.

Под вращающимися осколками из земли начал расти песчаный столп. Затем из него простёрлись руки, а потом и голова. Открылись, моргая, два глаза, яркие, как звёзды.

– Бог песка, – выдохнул Аладдин, его голос сорвался.

Тот, кого они так долго ждали, поднял руки, и осколки полетели к нему, словно привязанные к ладоням невидимыми нитями. Сапфиры вращались всё быстрее и быстрее, пока, ослепительно вспыхнув, не превратились в единое целое. Бог песка сжал ладони, а когда раскрыл, на них лежала сияющая драгоценная четырёхконечная звезда.

Он повернулся к принцессе и протянул ей камень.

– В этот раз позаботьтесь о нём получше, – сказал он, и в голосе его, казалось, смешались ветер и гром.

– Да, – пробормотала Жасмин. – Спасибо...

Удивительный дух не стал ждать, пока она закончит. Выпрямившись, он превратился в вихрь песка, а затем разлетелся на миллионы волшебных мерцающих крупинок, которые рассыпались по земле.

– Ну и позёр, – пробормотал Тураб.

Жасмин посмотрела вдаль.

– Песочные бури исчезли! – воскликнула она. Небо было ясным. Звёзды, которые прятались за пыльной завесой в течение многих ночей, теперь ярко мерцали.

Лейли почувствовала покалывание в теле и поняла, что снова может менять облик! Через несколько секунд она уже была гулем.

– Лейли! – Бедэйр бросился к ней, брат с сестрой крепко обнялись.

– Я бы сейчас съел хороший кусок орехового пирога, – сказал Джинн.

Он щёлкнул пальцами и протянул руку. Ароматное лакомство мгновенно появилось в его ладони. – Ура! – закричал волшебник. – Моя магия тоже вернулась!

Толпа ликовала. Люди и гули прыгали от восторга и обнимались. Спустя несколько минут к ним подлетел знакомый предмет.

Аладдин тоже готов был запрыгать от радости, если бы мог.

– Коврик! – закричал юноша.

– Волшебный ковёр к вашим услугам. Пожалуйста, соблюдайте очередь и избегайте перегрузки, – пошутил Джинн, когда волшебный ковёр грациозно подплыл к толпе. Старый друг взмахнул кисточкой и игриво хлопнул Аладдина по ладони. Затем, он опустился на землю, позволив Жасмин, Аладдину, Джинну и Абу взобраться на него.

Жасмин жестом пригласила Тураба подняться на борт.

– Нет, спасибо, – сказал Тураб. – Боюсь, я не помещусь. А кроме того... – он на мгновение замялся, – увидев, как вы все идёте к цели вместе, я ещё сильнее почувствовал, насколько мне было одиноко здесь. – Существо махнуло глиняной лапищей в сторону туннелей. – Я никогда не общался с другими магическими хранителями. Но теперь я думаю, что смогу восстановить некоторые связи. Посмотрим, каково это иметь... – он посмотрел на толпу, – друзей.

Глиняные губы растянулись в улыбке, и лицо, собранное из комьев грязи, даже стало симпатичным.

– Мы готовы, – сказала Жасмин ковру-самолёту. – Вперёд!

Коврик лихо поднялся в воздух.

– Следуйте за нами! – крикнула принцесса стражникам, и ковёр направился в Аграбу.

Умаб тоже обратилась к своим подданным:

– Идёмте, братья! Давайте встретимся с людьми!

Она превратилась в сову и ухнула, подбадривая нерешительных сородичей. Наконец они последовали её примеру, став попугаями и утками, голубями и сойками.

Лейли и Бедэйра не нужно было просить дважды. Они почти сразу превратились в орлов и летели рядом с волшебным ковром. Вскоре за ними последовала стая зеленокрылых птиц с Умаб в виде совы во главе, и все они теперь с нетерпением ждали, когда мир между людьми и гулями будет восстановлен так же, как был восстановлен волшебный сапфир.


Глава 21


На рассвете следующего дня солдаты королевской гвардии торжественно сняли глиняную звезду с арки на городских воротах и заменили её на драгоценный сапфир. Это было прекрасное тёплое утро, и восстановленная драгоценность сверкала гранями в ярких лучах солнца. Жасмин и её друзья стояли внизу с султаном, Умаб и гулями. Жители города тоже высыпали на площадь. Они все смотрели на сапфир, поражённые восхитительным зрелищем.

– Бури закончились, – объявил султан, обращаясь к народу. – Но наша работа только начинается.

В течение следующих нескольких дней жители Аграбы под управлением королевской гвардии работали вместе, сметая песок с улиц и ремонтируя здания, повреждённые штормами. На базаре восстановительные работы вели гули во главе с Умаб. Они всё ещё были застенчивы, и люди также относились к ним настороженно. Лейли изо всех сил старалась расшевелить и тех, и других.

– Повторяй за мной, – прошептала девушка ближайшему сородичу, а затем превратилась в белку и взяла орешек миндаля с тележки продавца. Другой гуль тоже изменил форму. Лейли бросила ему орешек, и они вдвоём затеяли оживлённую игру. Люди и гули остановили работу, чтобы посмотреть, и вскоре начали от души смеяться.

Умаб обратила внимание на шум.

– Лейли! – Она неодобрительно нахмурилась. Белки замерли. И тут строгая предводительница расплылась в улыбке. – Да ладно, я пошутила! Развлекайтесь!

Несколько других гулей присоединились к проказам. Один превратился в голубя и пролетел мимо женщины, задев крылом её щёку. Та ойкнула от неожиданности, а затем рассмеялась. Другая девушка-гуль обернулась мышкой-песчанкой и подбежала к маленькому мальчику, который, визжа от радости, подхватил крошечное создание на руки. Вскоре все гули отбросили нерешительность и принялись веселиться, превращая тяжёлый труд в забаву.

Тем временем Умаб направилась к Жасмин и султану, которые пришли на рынок, чтобы ободрить людей и поблагодарить их. Принцесса представила своего отца предводительнице гулей накануне вечером. Умаб обратилась к султану.

– Я бы очень хотела пригласить ваше величество посетить с дружественным визитом наши туннели после того, как они будут восстановлены, – сказала она. – В знак мира и дружбы между людьми и гулями.

– Это будет честью для меня, – ответил султан. – Но только при условии, что вы позволите нам помочь вам с ремонтом, как вы помогаете нам. И что ваше племя отныне будет считать улицы Аграбы своим вторым домом.

Умаб склонила голову в знак благодарности.

Жасмин заметила Аладдина, приближающегося к рынку на костылях. Абу привычно сидел на его плече, ворча на слишком медленную походку. Принцесса поспешила к ним.

– Как всё прошло? – спросила она.

Аладдин и Джинн только что вернулись от Камар, которой возвращали лошадей. Обратно их доставил ковёр-самолёт. Отшельница расставила свои кубки и рассказала о том, что творилось в разных частях королевства после того, как сапфировая звезда была восстановлена.

– Бури везде прошли, – радостно сообщил Аладдин.

– А где же Джинн? – спросила Жасмин, заглядывая юноше за спину, хотя синекожий верзила вряд ли мог там спрятаться.

Аладдин открыл сумку, которую нёс на плече.

– Давай посмотрим, – сказал он с хитрой усмешкой и достал одно из магических зеркал Камар. Мгновение спустя в стекле появился Джинн.

– Принцесса! Только посмотри на это! Просто блеск! – Джинн подвинулся, чтобы показать огромный базар, раскинувшийся на большой городской площади. Их взору открылись торговые ряды с антикварными вещами всех видов, всё ярко сверкало на солнце.

– Камар подсказала, где проходит ежегодная ярмарка любителей старинных ценностей. Они все уже выстраиваются в очередь, чтобы со мной поторговаться! – с восторгом продолжил волшебник.

– С кем это ты разговариваешь? – спросил голос рядом с Джинном. – Это что, картина? Она движется?!

Хитрец наклонил стекло, и в нём возникло растерянное лицо продавца с длинной седой бородой.

– Поздоровайся с принцессой Жасмин из Аграбы.

Пожилой торговец чуть не грохнулся в обморок.

– Ох, ваше высочество! Я... э...

В рамке снова появилась лукавая синяя физиономия.

– Я скоро приеду навестить вас. Ну, или не очень скоро... – Джинн щёлкнул пальцами, и в его руке появилось несколько золотых монет. Подмигнув напоследок, он добавил:

– Передайте Лейли и Бедэйру, пусть прячут свои жалкие побрякушки подальше и готовятся свалиться с ног от изумления. Или что там у них вместо ног?

Изображение потемнело.

– Вернулся к старому, – со смехом подвёл итог Аладдин.

Жасмин улыбнулась.

– Я рада видеть его таким счастливым.

Ближе к вечеру они отправились навестить гулей. Бедэйр в своём человеческом облике появился у входа в туннель, располагавшийся в черте города.

– Где ты пропадал? – спросила Жасмин. – Ты пропустил, как твои родные начали заново открывать все удовольствия жизни рядом с людьми.

Гуль огляделся и улыбнулся, наблюдая, как маленькая лисица с зелёными пятнами в рыжем меху вертится вокруг ног охранника, несущего кипу инструментов.

– Я надеюсь, что впереди у нас всех ещё много веселья, – сказал он, а затем повернулся к Аладдину. – С самой нашей встречи в пустыне твоё лицо казалось мне смутно знакомым. В конце концов я понял, почему. – Он протянул юноше рисунок с изображением двух молодых людей, которые, ухмыляясь, обнимали друг друга за плечи. Один из них был Бедэйр, а другой...

– Это же ты! – изумлённо сказала Жасмин Аладдину.

– Только если он жил тысячу лет назад, – возразил Бедэйр. – Нет, это мой старый друг Ниддал. Этот рисунок был сделан ещё до того, как сапфир раскололся.

Абу вскочил на плечо Бедэйра, чтобы рассмотреть рисунок.

– Ух ты! – восхитился Аладдин. – Так, может быть, это мой пра-пра-пра-сколько-их-там-бы-ло-за-тысячу-лет-прадедушка?

Все трое рассматривали рисунок.

– Очень может быть, – заключила Жасмин.

– Если бы не твоя лодыжка, мы могли бы пойти к воротам, – с невинным видом сказал Бедэйр. – Если бы ты проиграл, тогда бы я точно понял, что вы с Ниддалом родственники. Он никогда не мог победить меня ни в чём.

Аладдин прищурился, обдумывая вызов. Абу вскочил на плечо хозяина и что-то застрекотал ему на ухо.

– Хорошая идея, – согласился Аладдин. Он повернулся к Бедэйру. – Как насчет соревнования по жонглированию? Мы оба можем сидеть, чтобы быть на равных.

– Ты никогда не видел, как я жонглирую, дружище, – предупредил Бедэйр.

– А ты никогда не видел, как жонглирую я, – парировал Аладдин. – Принеси два стула и дюжину абрикосов.

– Луковиц, – предложил Бедэйр.

– Да ты рисковый парень! – воскликнул Аладдин. – Мне это нравится!

Жасмин рассмеялась, радуясь, что между Бедэйром и Аладдином завязывается дружба.

– Я бы осталась поболеть, – сказала она Аладдину, – но у меня такое чувство, что это далеко не последнее соревнование между вами.

Султан подошёл, услышав окончание их разговора.

– Что бы вы ни делали, не прикасайтесь к сапфиру, – строго предупредил он молодых людей.

– Да ни за что в жизни, – в унисон ответили Аладдин и Бедэйр.

Султан и принцесса вернулись на рынок, где торговцы уже сворачивали свои новые палатки.

– Как я рада, что Аграба возвращается к прежней жизни, – сказала Жасмин отцу.

– И всё же многое изменилось, – ответил султан, искоса взглянув на дочь. – Ты сделала великое дело, моё храброе дитя.

– Спасибо, отец, – Жасмин были приятны похвалы, но всё же она боялась, что отчасти не заслуживает их. – Но у меня было столько сомнений, – призналась она. – Когда всё шло хорошо, я была уверена, что делаю всё правильно, но когда возникала новая проблема, страх, что я не смогу её решить, возвращался. Я прилагала все усилия, чтобы не сдаться. – Она с тревогой покачала головой. – Боюсь, я никогда не стану такой уверенной и мудрой, как ты.

– О, моя дорогая дочь, – сказал султан, взяв руки Жасмин в свои. – Ты действительно считаешь, что меня никогда не посещают сомнения? – Он улыбнулся удивлённому взгляду девушки. – Говорят, мудрость приходит с опытом, но и у мудрости нет ответов на все вопросы. Опыт учит нас тому, что сомнения – это часть жизни. И что неизвестное и неожиданное всегда таится за углом, готовое испытывать нас снова и снова. Ты продолжала идти, несмотря на свои страхи, и именно это делает тебя тем лидером, который нужен Аграбе.

Согретая словами отца, Жасмин окинула взглядом город. Гули смеялись и общались с людьми. Продавцы торговались с последними покупателями. Лейли в облике человека только что впилась зубами в свежую сливу, крепко зажмурив глаза от наслаждения. Аладдин и Бедэйр жонглировали абрикосами и луковицами, а Абу с азартом наблюдал за их состязанием. Старый и новый образ жизни, сливающиеся воедино, создавали лучшее настоящее.

В этот момент Жасмин поняла, что есть одна вещь, в которой она никогда не должна сомневаться: независимо от того, что ждёт её впереди, она всегда будет делать всё возможное, чтобы все в её королевстве были счастливы. Это, по её мнению, был самый важный лидерский навык из всех.


Литературно-художественное издание


Для среднего школьного возраста


УОЛТ ДИСНЕЙ. НЕРАССКАЗАННЫЕ ИСТОРИИ


Маккалоу Кэти


ЖАСМИН: В поисках звёздного сапфира