загрузка...
Перескочить к меню

Душа и тело (fb2)

файл не оценён - Душа и тело 582K, 168с. (скачать fb2) - Ксения Болотина

Возрастное ограничение: 18+


Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Душа и тело

Глава 1

Яркий свет слепит глаза, опускаю веки, отгораживаясь от реальности, погружаясь в свой собственный мир, в свою реальность.

Я и он, большие руки на моем обнаженном теле, скользят по коже, изучая каждый изгиб. Откидываю голову на его плечо, ощущая спиной широкую рельефную грудь, тяжёлое дыхание, касаясь шеи, разбегается мурашками. Мягкие прикосновенья губ, лёгкие укусы, руки сжимающие соски. Тело выгибается, навстречу рукам, бессознательные движения бедер, так безумно приятно чувствовать его твердую плоть, зажатую между нашими телами. Выгибаюсь сильнее, энергичнее покачивая бедрами, за что оказываюсь, прижата грудью к кровати, попка горит от звонкого шлепка, сладкая боль простреливает возбуждением между ног, срывая громкий стон с моих губ. Пытаюсь сжать ноги, что бы облегчить тянущую боль, но получаю еще один шлепок и остаюсь на месте, с поджатыми в коленях ногами от чего бедра раскрываются еще шире.

Цепляюсь руками за простынь, сгорая от желания ощутить его внутри. Тихий смех с хриплыми нотками заставляет тело дрожать, он знает о моем желании и поэтому медлит, заставляя сходить с ума от ожидания.

— Скоро — шепчет, скользя пальцами по влажным складкам меж моих ног, слегка проникая внутрь, тело подается назад, и рука резко исчезает, по комнате разлетается звонкий звук шлепка. Из горла вырываются всхлипы. Дыхание мужчины за спиной становится тяжелым и прерывистым, резкий выпад и в меня врывается его напряжённая плоть.

Быстрые грубые толчки, пальцы до синяков впиваются в бедра, всхлипы переходят в крики. Мгновение и я на грани.

Несколько движений пальцев и тело выгибается от нахлынувшего удовольствия. Яркий свет вновь бьет по глазам, возвращая в реальность.

Наслаждение с привкусом горечи, так всегда, устало откидываю голову на бортик ванны. С каждым разом становится все сложнее забыться, а чувство неудовлетворенности, не смотря на испытанный оргазм, раз за разом убивает во мне женщину.

Устало встряхиваю головой, надо поторопиться, скоро проснется малыш. Не успеваю завернуться в полотенце, как за дверью раздается голос мужа.

— Зай! Иди Темка проснулся! — за дверью слышится поспешный топот ног.

Открываю дверь, спеша следом, привычные манипуляции, налить молоко в бутылочку, подогреть. Спешно подхожу к двуспальной кровати, успела. Не могу переносить его слезы и плач, мое маленькое солнышко, невозможно описать словами, что я чувствую к этой крохе.

Маленькие ручки крепко хватают бутылочку, едва соска касается его губ, ложусь рядом, ни когда не устану наблюдать за моим солнечным мальчиком. Провожу рукой по маленькой головке, короткий светлый волос щекочет ладонь.

Поворачиваю голову в сторону, опять за компом, кто бы сомневался, единственная и неповторимая страсть в его жизни. В груди снова поднимается горечь и обида, хочется закричать, спросить, чем игры лучше меня, бесполезно это мы уже проходили и не раз.

Малыш заснул, а значит, я свободна, относительно и всего пару часов, в лучшем случае. Надо отвлечься, заменить чувство обиды на что-то другое, иначе не сдержусь, и снова будет скандал. Беру ноутбук и ухожу в коридор, зачем, заранее знаю, что он мне скажет, каждое слово выучила наизусть за десять лет совместной жизни.

Плотно прикрываю дверь, что бы ни просочился запах сигарет, с жадностью делая затяжку, вдыхаю ментоловый дым. Очередной роман, сегодня хочется чего-то нового, маги и вампиры уже приелись, остаются оборотни и демоны, открываю свой любимый сайт, новинки, фентези. Принципиально не читаю обычные романы, жизни хватает и в жизни, мда-а-а каламбур получается, но в принципе не важно. Все больше и больше убеждаюсь что нет такого жанра как “современные романы” и “исторические романы”, есть только фентези и фантастика. Почему? А вы сами хоть раз встречали мужчин описанных в этих романах, а про отношение этих мужчин к своим любимым я вообще молчу, нету такого, не-ту! Вот и получается, что авторы пишут о том, что не реально, ну да ладно.

Несколько минут поисков, и я погружаюсь в волшебную сказку, забывая о своих огорчениях. Сегодня мне повезло на оборотней, ни чего нового, избитая тема с парами, но мне все равно. Сразу же ставлю себя на место героини, нет, я не представляю что это я там, за место нее, я впитываю ее эмоции пытаясь понять ее поступки.

Главный герой как всегда, просто потрясающий, почему таких мужчин нет в реальности? И не важно, что он превращается в зверя, важно лишь его отношение к любимой. Кривая улыбка искажает губы, поджигаю очередную сигарету, запивая горечь от дыма горячим кофе, холод ментола и обжигающий напиток, мне нравятся эти ощущения, такие разные, но так идеально дополняющие друг друга. Перелистываю страницу.

— Нет, не подходи ко мне, я никогда не смогу быть с чудовищем.

Боже, героиня начинает меня раздражать, ну покажите мне хоть одну дуру прожившую в нашем, реальном мире, знающую современных мужчин и их отношения к прекрасному полу, которая откажется от мужчины, что ее престо боготворит. Ей, видите ли, хочется самостоятельности и свободы. Да кто не мечтает о мужчине, который холит, лелеет и решает за тебя все проблемы!?

— Зай! Темка! — открывается дверь едва ли не с ноги.

Снова привычные манипуляции. Двенадцать часов ночи, надо ложиться спать, кидаю взгляд в соседнюю комнату, все так же сидит, уже другая игра, решает какие-то игровые вопросы, разговаривая через тээску, так он это называет. Так хочется, что бы он бросил игру и пошел со мной в кровать, уже забыла, когда мы засыпали вместе, обнявшись. Позвать или не стоит? Мысленно прокручиваю наш разговор:

“Котенок, пошли спать”

“Да, сейчас иду”

А потом это “сейчас” растягивается на часа.

А вдруг, мелькает мысль в голове, и набрав в легкие побольше воздуха решаюсь его позвать.

— Котенок, пошли спать?

— Да сейчас — даже не оборачивается.

Что и требовалось доказать, надежда такая сука!

Прижимаюсь к маленькому, теплому комочку, он единственный кто удерживает меня от опасного шага, ребенку нужен отец, да и совсем он не плохой, а я как-нибудь переживу, надеюсь.

— Саш, ты уверенна, что это хорошая идея?

— Давай не будем снова начинать этот разговор. Я просто не могу находиться, постоянно одна в этой квартире, в то время как ты вечно пропадаешь на работе.

— Но ведь там, куда ты собираешься ты тоже будешь одна!

— Мне нужна смена обстановки, нужно правильно настроиться, что бы закончить этот роман вовремя. Прошло уже больше половины обговоренного срока, а я еще не написала ни строчки!

— Чем тебе не нравится то, что окружает тебя сейчас?

Скептически выгнула бровь, красноречиво обводя взглядом стены идеально чистой спальни. Ни одной фотографии или небрежно валяющейся вещи. Бросила тоскливый взгляд за окно. Серые облака, унылые пятиэтажки, грязные дороги с вечно гудящим непрерывным потоком машин.

— Ты считаешь все это подходящей атмосферой для написания любовного романа?

— А что тебе не нравится? Это реальность жизни, все так живут и всех все устраивает.

В который раз задумалась над тем, какая пропасть нас разделяет с Мишей. Он реалист, и это совсем не плохо, вот только, я всегда была мечтателем. Ждала от жизни чего-то большего и надеялась на чудо.

— Котенок, ты даже не успеешь соскучиться, как я вернусь. Пойми, в данный момент мне это просто необходимо.

Наконец-то чемодан был собран. Захлопнув крышку, уселась на него сверху, пытаясь вспомнить, что мне надо взять еще. Будет обидно если, приехав в домик, я обнаружу, что мне чего-то не хватает.

— Саш, а как же новый год? Ведь он уже через двадцать дней.

На секунду кольнуло чувство вины, а затем я вспомнила, как мы проводили с ним предыдущие пять новых годов. Куда-либо идти он отказывался, к нам звать тоже ни кого не хотел. Так мы и сидели с ним за столом какое-то время, затем обменивались подарками, смотрели на салют за окном, а потом он уходил к своим виртуальным друзьям.

— Сходишь к кому-нибудь в гости или проведешь его как обычно за своим компьютером, с той лишь разницей что я не буду на тебя обижаться и вечно дергать. — попыталась я ему улыбнуться.

— Неужели со мной настолько плохо, что ты так и пышешь желанием от меня сбежать?

— Послушай, я уезжаю от тебя всего лишь на пару десятков километров. И то, исключительно потому что этого требует моя работа. Я же не прошу тебя не ездить в командировки из-за того что мне не хочется оставаться одной.

Тряхнула головой, выплывая из своих воспоминаний. Я наконец-то там, где мечтала оказаться столько лет, и не собираюсь тратить это время на терзание моей совести.

Еще раз, взглянув на первые строки моего романа, печально улыбнулась. Наверное, очень многие узнают в героине себя или своих знакомых, но, ни кто не задумается о том, что это не просто придуманное произведение. Героиню я писала с себя, и это был скорее крик души, чем выдуманная история.

Закрыв крышку ноутбука, снова посмотрела в большое, витражное окно. Настоящая зимняя сказка. Белые шапки сугробов, ни кем не тронутый, снежный покров и густой лес совсем не далеко. Ни какой серости, грязи, шума машин. Одна, сплошная сверкающая на солнце красота. Когда-то я мечтала оказаться в подобном месте с Мишей, но очень скоро поняла тщетность своих попыток. Можно было и в этот раз поехать вдвоем. Я могла бы настоять на своем, и он бы сдался под моим натиском. Хорошо, что я вовремя выкинула из головы эту идею. Заставить то его конечно можно было, вот только зачем? Если человек делает что-то через силу, то это обязательно выйдет боком.

Сейчас же я испытывала настоящее облегчение из-за того что его не было рядом. Я его по-прежнему любила и не собиралась с ним разводиться, даже в мыслях такого не было. У каждого свои недостатки, да и я не идеальна. Первые три года, моя любовь больше походила на обожание. Я не представляла без него своей жизни. А сейчас чувства стали тихими и ровными, как прямая линия, но все же она была и крепко связывала нас между собой.

Ментоловые сигареты и горький кофе, действительно были моим пристрастием. Возможно, я зря приписала эти вредные привычки моей героине? Ведь многие относятся к курению негативно, не повредит ли этот факт ее образу и сочувствию читателей? Хотя, какая в принципе разница. Мужчины сейчас тоже мало чем напоминают мужчин, особенно если судить по поступкам.

Мелькнула мысль что-нибудь приготовить, скорее привычка, чем необходимость. Скривилась при взгляде на газовую плиту. Первую неделю явно буду питаться тем, что можно сделать на скорую руку. В самом деле, я приехала сюда именно за тем, что бы отдыхать безо всяких «надо». Привычки страшная вещь.

Так не хотелось сейчас выходить на улицу, там наверняка жутко холодно. Но без дров для камина станет холодно и в доме. Не став одеваться, накинула курточку и решительно распахнула двери. В лицо тут же ударил морозный воздух, заставив задержать дыхание и задрожать всем телом. Благо дрова были сложены аккуратной стопочкой возле самого входа. Прикинув длину ночи и почувствовав, какой на улице холод, решила принести как можно больше дров. Лучше сейчас сходить несколько раз, чем потом выходить вновь.

После четырех ходок, внушительная горка дров возвышалась возле камина. Окончательно продрогнув, растопила камин и закутавшись в пушистый плед, обхватила руками кружку с горячим кофе. От всей души радуясь тому, что домик совсем крошечный. Маленькая кухня, зал с камином был, пожалуй, самой большой комнатой. Спальня, в которой едва помещалась двуспальная кровать да шкаф с тумбочкой. А вот ванная, примыкающая к спальне, очень меня порадовала, как размерами, так и установленной там джакузи.

Огонь завораживал своим танцем, согревал теплом и настраивал на романтический лад. Так просто было закрыть глаза и представить рядом с собой мужчину с большой буквы. Я четко видела его длинные, крепкие ноги, в темных джинсах, вытянутые к камину и закинутые друг на друга. Обнаженная грудь, с красивым рельефом, в отсветах огня, гладкая кожа кажется практически бронзового оттенка. Перекидываю через него ногу и сажусь ему на бедра, изучая пальцами каждый сантиметр этого восхитительно прекрасного тела. Сильные руки тут же сжимают мою попку, на его губах растягивается порочная ухмылка, а в зеленых глазах отражается все то что он хочет сделать с моим телом. Медленно опускаю голову, едва касаясь его губ своими губами, и сразу же отстраняюсь, продолжая дразнить этого огромного во всех смыслах этого слова мужчину. Мир переворачивается, и я оказываюсь лежащей на ковре, придавленная его сильным телом.

Громкий треск поленьев в камине заставляет меня распахнуть глаза и мой идеальный мужчина тут же исчезает. Разочарованно вздыхаю, день был тяжелым, пора бы уже и спать. Подбросив в огонь еще несколько поленьев, ухожу в спальню, обещая себе, что завтра вечером вновь сяду у камина и продолжу свою фантазию.

Глава 2

На часах почти пять утра, интересно, что так грохотало? Грома зимой не бывает, прислушалась, за окном завывала метель. Наверняка это какое-то дерево, не выдержав дополнительного количества снега, рухнуло под его тяжестью. Спать уже совершенно не хотелось, да и в доме существенно похолодало. Камин должен был погаснуть уже давно.

Встала, кутаясь в махровый халат, одела, свои любимые пушистые тапочки и чуть ли не бегом отправилась разжигать уже остывший камин. За окном продолжала завывать метель, кидая целые горсти снега прямо в окно. В груди кольнуло неприятное чувство одиночества, но я не заостряя на нем свое внимание, принялась обдумывать продолжение своего романа. Еще вчера, пока засыпала, мне в голову пришло несколько идей. Осталось их сейчас полностью продумать, пока буду пить кофе и наслаждаться сигаретой. А потом сесть и за несколько часов все описать.

Все чаще и чаще задумываюсь над своей жизнью, неужели все живут так же как я? Каждый раз одно и тоже, можно не задумываясь жить на автомате, как робот, которому задали программу. Зачем так жить? Кто-то постоянно говорит мне что делать, мама, бабушка, папа, муж и даже взрослая дочь, больше всего раздражают советы от посторонних людей, зачем лезть в чужую жизнь? Ни когда этого не понимала, многое в этом мире для меня чуждо, еще подростком задумывалась над тем, зачем я появилась на этот свет, без меня всем было бы лучше и проще, мне самой было бы проще. Но как обычно моего мнения, ни кто не спросил.

Встать, включить мультики, кофе с сигаретами, единственное, что доставляет удовольствие. Приготовить завтрак, отправить дочь в школу, уборка, готовка, стирка. Руки автоматически делают всю работу, пока голова забита другими мыслями.

На часах одиннадцать утра, или все же дня? Не важно, скоро проснется Сергей. Как и следовало ожидать, вчера ночью он так и не пришел, просидел за играми почти до утра. В душе пустота, мой постоянный спутник, когда-то там было море любви и обожания, так давно, нет, все это не умерло, оно как будто спит.

Иногда и у меня бывают хорошие дни. И я даже думаю, что снова его люблю, но все же, наверное, я так только думаю. Любовь, интересно она вообще существует именно в том значении, которое придают все люди этому слову? Все же я останусь при своем мнении, любви не существует, слово любовь придумали те, кому было лень перечислять все, что они чувствуют. А как еще иначе объяснить то, что для каждого любовь это что-то свое, некое соразмерное чувство.

Приближающийся топот маленьких ножек вырвал меня из не веселых размышлений.

— Папа, папа. — пританцовывал от нетерпения Темка, указывая пальчиком на приближающегося Сергея.

Сонный взгляд голубых глаз, растрепанный светло пепельный волос и открытая лучезарная улыбка, когда-то от его вида мое сердце замирало прежде чем начать дико стучать от радости.

Молча, достаю большую кружку.

— Зай, нальешь кофе? — мог бы и не просить, за столько лет я изучила все его привычки, научилась угадывать желания еще до того как он их озвучивал.

Ставлю перед ним кружку с едва теплым кофе, он терпеть не может горячее, не важно кофе это будет или еда. Сажусь, напротив, наблюдая, как мое солнышко что-то лопочет и усиленно размахивает ручонками. По-детски открытый и чистый взгляд, улыбаюсь от того как это маленькое чудо всем сердцем тянется к отцу.

— Леле, — протягивает руку требуя телефон — леле! — это может продолжаться до бесконечности, пока малыш не получит свое.

Снова лопочет, указывая на что то в телефоне, Сергей сидит с улыбкой изредка ему поддакивая, давая понять что он его внимательно слушает.

— Зай, где моя футболка? — каждый раз одно и тоже.

Наверное, я все же виновата сама в том, что он как маленький ребенок, которому проще позвать маму, чем самому открыть шкаф и взять все, что ему надо. Я стала женой, нянькой, мамой, домработницей и поваром, хотела как лучше, а получилось как всегда. Было такое ощущение что он не видел во мне женщину и уж тем более я не чувствовала себя любимой и желанной, ну разве что несколько раз за месяц, когда природа в Сергее брала свое.

— Все, я работать — получив на руки свои вещи и спешно чмокнув меня в щеку, он уходит и я вздыхаю от облегчения.

Когда я успела от него так сильно устать? Были времена, что я и нескольких часов не могла прожить без его присутствия или хотя бы голоса. Что с нами случилось, почему мы стали такими холодными и чужими?

Внезапно закралась мысль, а что если он всегда был таким, а я, надев розовые очки, ничего не замечала? Как не старалась так и не смогла вспомнить, что бы он хоть раз в жизни отнесся ко мне с особым трепетом. Размышления уносили меня все дальше в прошлое, заставляя задаться вопросом, а чего еще я не замечала раньше? Так что же изменилось сейчас?

Я саму себя не узнавала, куда делась моя уверенность и страсть к жизни? Неужели его отношение ко мне настолько повлияло на мою самооценку? Надо, почаще выходить из дома, почему бы снова не возобновить мои походы в тренажерный зал? И из дома буду выбираться, и тело приведу в порядок. Хмыкнула вспомнив что где то читала что если женщине в себе все нравится, значит, она либо слепая либо ее до безумия любят и не только на словах. Прав был тот человек который сказал что любовь окрыляет, мне увы не поднять самооценку не обрести крылья по средством любви не грозило, по этому придется попотеть на беговой дорожке, а крылья… Зачем они когда не к кому на них лететь?

Вечер, всех накормить, уложить малыша спать. Сергей снова играет, у него там полноценная жизнь, друзья, которых он видел только на аватарках и вполне реальные проблемы. Сегодня они обсуждают, как захватить замок, ведь гильдия растёт и надо где-то брать деньги.

В финансовом вопросе Сергей всегда был молодцом, наша семья ни когда не нуждалась в деньгах, зарабатывал он прилично. Мы совсем не жили богато, но я ни когда не смотрела на цены в супермаркетах и вещи покупала только те что мне нравились.

— Да иду… хорошо… да ладно тебе, что мне трудно помочь что ли!? — со мной он ни когда таким не бывает.

Как-то я спросила у него, почему с незнакомыми людьми, которых он не разу в жизни не видел в живую он общается лучше, чем со мной. Нет, он меня не обижал, почти, и ни разу физически, но словами бил так, что лучше бы ударил, боли бы было на много меньше. Ну, так вот, он мне ответил, что они не сделали ему ни чего плохого. Интересное заявление, выходит, а я сделала?

“Об слова, НУ И ЧТО, разбиваются все доводы”. Это про нас с ним, слова у него немного другие, но суть все та же.

Моя радость уснула, подложив ладошку под пухлую щечку, мамин ангелочек.

Надо бы проверить уроки у дочки, так не хочется. Света всегда была трудным ребенком, а с возрастом становилось только хуже. Сцепив зубы и запасаясь терпением, пошла к ней в комнату, знаю, сейчас мне предстоит выиграть маленькую войну, вот только цена этой победы слишком для меня велика.

— Света, ты уроки сделала? — уже с порога было видно, что она что-то строчит в тетради.

— Почти. — даже не поднимает головы.

В груди разрастается боль, неужели я настолько не значительна, что являюсь для всех пустым местом? Ни какого уважения.

— Десять часов вечера, тебе завтра рано вставать. Чем ты занималась полдня?

— Ой, ну мам! — снова недовольное лицо.

В принципе она редко когда бывала довольной и в хорошем настроении. Не важно, что я для этого делала, вещи, телефон, планшет, развлечения, поездки я старалась ее ни в чем не ограничивать, но ей всегда было мало.

— Давай быстрее и не забудь собрать сумку.

— Да знаю я! Ты обещала отдать меня на танцы!

— Четверть еще не закончилась.

— Мы же договаривались на две недели!

— Мы договаривались, что ты пойдешь на танцы только в том случае, если будешь слушаться, помогать, и закончишь четверть без троек.

— Ты вчера сама сказала, что две недели!

Иногда я и сама задумывалась над своей адекватностью, что она, что муж всегда стремились сделать из меня дуру. Ну, неужели я, взрослый тридцатилетний человек не запомню то, о чем говорила, сначала я списывала все на забывчивость, а потом поняла, что им не важно, что они скажут, главное добиться своей цели.

— Хорошо, пусть будет две недели, но я позвоню учительнице, и попрошу продиктовать все оценки из журнала, и если там будет хоть одна тройка, то про танцы ты забываешь на месяц, а затем мы вернемся к этому разговору.

— Вот ты всегда так! — кидает тетрадь на стол и начинает плакать.

Это мы тоже уже проходили. Мне было не жалко, хочет на танцы, да ради бога, но ни учиться, ни помогать, не тем более слушаться она не хотела. Я и сама не очень хорошо училась, но если мне не давались математика, физика и химия, то литература, русский язык и рисование всегда были на отлично. Она же не хотела думать и учиться вообще, даже технология и физ. культура, самое легкое и простое и то не выходило на отлично.

Наконец-то долгожданные несколько часов, где только я и книжка. Стандартный набор: ноутбук, горячий кофе и сигареты с ментолом.

Так хочется куда-нибудь убежать и вроде бы, ничего страшного в моей жизни нет, казалось чего мне еще надо сиди да радуйся. Муж красавец, не пьет, не гуляет, деньги зарабатывает, детей любит и как утверждает меня тоже, вот только я этого не чувствую, если и любит то как то уж очень своеобразно.

Наконец-то эта ненормальная одумалась и поняла что не найдет мужчины лучше. Правда, ему бедному пришлось совсем не сладко, побегал главный герой за героиней знатно. Роман, как и всегда, закончился хорошо и даже приторно сладко. Всегда читаю отзывы к книгам, терпеть не могу плохие концы, хочется, что бы хоть у кого-нибудь все было хорошо. И не важно, что это всего лишь вымышленные персонажи, про которых я вскоре забуду, пока я читала, они для меня были реальны, так же как и их эмоции.

Последняя сигарета и пора ложиться спать, хотя возможно стоит попытаться?

Прочтенный роман оставил в душе приятное чувство влюбленности и поднял настроение.

Подхожу к нему со спины, по экрану бегают какие-то человечки, такое ощущение, что смотришь на муравейник. Кладу руки ему на плечи, так приятно касаться его обнаженной кожи, наклоняюсь к изгибу шеи и вдыхаю его аромат, низ живота сразу же сжимается в предвкушении. Поворачивается ко мне с улыбкой на губах и трется щекой, о мою руку, лежащую у него на плече, мне так не хватает его внимания, что я безумно рада любому прикосновению. Улыбаюсь ему в ответ и тянусь к его губам за поцелуем, ну же оторвись, посади меня на колени, обними, поцелуй!

— Почешешь мне спинку, пока я играю? — легко касается моих губ не весомым поцелуем.

Молча, киваю головой пытаясь скрыть свое разочарование, едва касаюсь кончиками пальцев его спины, плеч, груди. Ежится от щекотки, по телу бегут сотни мурашек, но ему это нравится. Поворачивается к экрану, продолжая игру и прерванный разговор, снова чувствую себя брошенной стоя у него за спиной. Хорошее настроение испаряется, и я уже жалею, что вообще к нему подошла.

— Я спать. — наклоняюсь к нему минут через десять.

— Ну, почеши еще немножко. — просит заглядывая мне в глаза.

— Пошли на кровать, удобно ляжем и я почешу. — выдвигаю свое предложение.

— Ну, ладно иди, я еще поиграю. — тут же теряет он ко мне интерес.

Ведь с самого начала знала, что так будет, но все же, продолжаю надеяться на чудо.

Луч солнечного света скользнул по глазам, отрывая мой взгляд от монитора. Я засиделась на много дольше, чем ожидала. Кинула взгляд в правый, нижний угол монитора, так и есть, уже почти одиннадцать часов. От метели не осталось и следа, разве что снега стало немного больше. Закрыв крышку ноутбука, потянулась всем телом. Спину нещадно заломило, да и в коленях чувствовался некий дискомфорт от долгого и постоянного сидения за ноутбуком. Надо побольше двигаться и следуя примеру героини задуматься о походе в тренажерный зал. Задуматься это конечно хорошо, вот только как заставить себя это еще и осуществить? Так просто сидеть и писать, можно отправить кого угодно, куда угодно, да еще и в любое время дня и ночи. Остается лишь удивляться, как главная героиня все успевает, а самое главное практически не устает. В жизни же все намного сложнее и самое сложное, это побороть свою лень.

Тридцать пять лет, а у меня уже болит спина и ноют колени, кривая ухмылка исказила губы, страшно представить, что со мной будет лет через пять. Представила себя, чуть ли не дряхлой старушкой и стало уже совсем не до смеха.

Солнце продолжало отражаться от свежевыпавшего снега, да так что глазам было больно смотреть на эту, белоснежно переливающуюся красоту. В уютном тепле дома, казалось, что снег теплый и пушистый, хотелось, раскинув руки, упасть спиной в ближайший сугроб. И наслаждаться прикосновением мягких снежинок. Улыбка вновь вернулась на лицо от моих фантазий. Поежилась, на самом деле снег мокрый и если взять его в руки больно жалит ладони. Так же и в жизни, зачастую то, что кажется, совсем не то, что есть на самом деле.

Пора бы уже и выйти на улицу, не сидеть же взаперти все эти два месяца, потом сама буду жалеть, что ни разу не сходила посмотреть на ближайший лес. Посмотрев на пушистые ветки сосен, что были под снежными шапками, решила надеть свой лыжный костюм.

Переодевание не заняло слишком много времени, и перед тем как уйти бросила побольше поленьев в камин. Наверняка жутко замерзну, когда вернусь обратно, а так дома будет тепло и хорошо. Бросила тоскливый взгляд на холодильник, поесть перед прогулкой в голову мне не пришло. Ну и ладно, вернусь и поем, как раз нагуляю аппетит.

Вопреки моим ожиданиям, на улице было не так уж и холодно. Толи из-за того что солнышко согревало своими ласковыми лучами, толи из-за того что оделась я сегодня намного теплее. Снега выпало чуть ниже колена, благо он был пушистым и идти по нему, было не слишком сложно.

Когда я снимала этот домик, меня уверили что по моему первому звонку, будут, пополнятся запасы дров, продовольствия и чиститься снег возле дома. К слову сказать, сотовая связь здесь не работала. В доме стояли какие-то специальные телефоны, по которым можно было связаться с центром обслуживания и при необходимости передать кому-либо сообщение, все через тот же центр обслуживания. Дрова у меня пока что были, да и снег не особо беспокоил. Гулять целыми сутками возле домика я явно не собиралась.

Только дойдя до высоких деревьев, я поняла насколько устала. Мои ноги, непривыкшие к подобным нагрузкам протестовали против каждого дополнительного шага. Ну, уж нет! Не для того я сюда столько шла, что бы так и не погулять по заснеженному лесу. Шагах в десяти от меня, лежало поваленное, когда-то давно дерево. Вот на нем я и решила немного передохнуть.

Усевшись на дерево, лицом к домику увидела печальную для себя картину. Оказывается я не так уж и далеко отошла от своего жилища, а ощущения были такие, словно я прошла километров десять. Надо срочно с этим что-то делать. Писательская карьера еще не повод что бы целыми днями просиживать штаны за ноутбуком. Развернулась к сонному лесу, оставив за спиной свой домик и невеселые размышления о моей физической слабости.

Было такое ощущение, что лес действительно спал, склонив свои ветви под тяжестью снега. Захотелось стряхнуть с них весь снег, что бы им было, не так тяжело, но в голове всплыла информация, ветви под снегом греются. Не знаю, откуда я это взяла и правда ли это вообще, все же решила не вмешиваться. Природе виднее, что и как делать. Солнечные лучики иногда пробивались сквозь плотные ветви сосен, словно прожекторы, освещая не большие участки заснеженной земли. Кое-где, лучи попадали прямо на темные стволы сосен, расцвечивая их всеми оттенками коричневого.

Вдалеке, луч солнца выхватил не большое темное пятно. Его-то я и решила сделать своим конечным пунктом, для первого раза вполне достаточно, да и будет на чем посидеть перед обратной дорогой. Отдохнувшие мышцы ног хоть и не выказывали особого восторга, но, по крайней мере, уже не отдавались болью при каждом шаге.

С каждым шагом, не большое бревно приближалось все больше, вот только походило на бревно все меньше и меньше. К тому моменту как я до него добралась, мне чего только не показалось, даже хотелось развернуться и уйти. Вот только женское любопытство неискоренимо. Ноги уже тряслись от напряжения, а глаза, казалось вот-вот, выскочат из орбит. Только рухнув на колени возле своей цели, я наконец-то призналась себе, что это вовсе не бревно. На расстоянии вытянутой руки, спиной ко мне лежал человек. Судя по размерам и деловому костюму, это был явно мужчина.

— Эй? Вы меня слышите?

В ответ тишина, даже не пошевелился. Руки затряслись от понимания того что он может быть мертв. Мелькнула мысль, оставить его тут и позвонив из своего домика позвать кого-нибудь на помощь. Но еще более страшная реальность меня остановила. А что если он жив, и умрет, не дождавшись помощи, а я всю оставшуюся жизнь буду себя корить за то, что даже не попыталась ему помочь.

Так и не встав с колен, на четырех, перебралась поближе к нему, так что бы видеть его лицо. Пришлось его переворачивать, так как мужчина положил голову на согнутый локоть. Дрожащие руки уперлись в его тело. Под руками ощущалась тонкая ткань пиджака, вот спрашивается какого черта он пошел гулять не надев теплой одежды. Напрягая все свои силы, мне кое-как удалось перекатить его на спину. Мужчина был действительно большим, мало того что росту в нем было не меньше двух метров, а возможно и больше, так и тело не отличалось особой худобой.

Наверняка он из такого же домика что и я. При съеме, мне гарантировали полное уединение и отсутствие людей на ближайшие четыре километра от домика в любую сторону. Наверняка что-то отмечал с друзьями и решил прогуляться, не совсем отдавая себе отчет в своих действиях под воздействием алкоголя.

Руки дрожали так сильно, что мне ни как не удавалось нащупать его пульс. Уже совсем отчаявшись, обхватила его лицо руками и нагнулась как можно ближе в надежде почувствовать легкое дыхание. От прикосновения моих рук мужчина едва слышно застонал, но по-прежнему лежал, не подавая других признаков жизни.

Подняла голову, прикидывая расстояние, что я прошла от домика. Расстояние оказалось приличным, домик едва виднелся в сгущающих сумерках. Приуныла, посмотрев на этого гиганта, и ладно бы сама была большой, рост метр шестьдесят три, а вот лишний вес в данный момент был мне совсем не на руку. Ничего, вот сделаю доброе дело, заодно и скину пару лишних килограмм.

Метров через семь с меня градом катился пот, и я еле живая повалилась прямо на снег. Но видимо сегодня день был не мой. Упасть я решила прямо на небольшой склон, и даже дух перевести не успела, как покатилась вниз. Хорошо еще быстро среагировала и успела встать пока еще, не набрала скорость. В голове тут же созрела идея, и я принялась быстро снимать с себя куртку, расстреливая ее возле безучастно лежащего мужчины.

К тому моменту как я затащила его в дом, на часах было уже пять часов вечера. Каждая косточка в теле нещадно болела, руки и ноги тряслись от напряжения. Хотелось просто упасть рядом с телом мужчины и больше не вставать. Но напомнив себе, что мужчине сейчас намного хуже чем мне, принялась его раздевать. Еще предстояло как-то затаскивать его на диван.

Как назло, не могла ни чего вспомнить, что следует делать при обморожении, или это называется совсем не так, и он просто замерз? Вспомнив про телефон, кинулась к нему, но он почему-то отказывался работать. Явно не мой день!

Еле как затащила тело на диван и укутала в несколько пледов, даже свое одеяло притащила из спальни, накрыв мужчину еще и им. Жаль нету грелок, они бы сейчас мне очень пригодились.

— Ты куда? — вскидывает голову Сергей, заметив, что я прошла мимо него в верхней одежде.

— В тренажерку. — жду от него хоть какой-то реакции, на часах девять вечера.

— А, ну ладно, аккуратней, на дорогах скользко — можно подумать я за рулем.

Выхожу на улицу, вдыхая морозный воздух полной грудью, и почему я раньше не любила зиму?

Всегда казалось, что это самое хмурое и мертвое время года, совсем другое дело лето, солнышко, вокруг все живет и радуется теплу. Только сейчас задалась вопросом, почему так кардинально изменились мои вкусы? Быть может, это не вкусы изменились, а я сама? Порой так трудно разобраться в том, что творится у тебя в душе… Почему лето меня больше не радует? Почему я полюбила то время года, которое всегда считала мертвым?

Снег приятно хрустит под подошвами сапог, изо рта при каждом выдохе вырывается маленькое белое облачко. Морозная свежесть, наверное, так и должна пахнуть свобода, каждому свое. Холод щиплет щеки и кончики пальцев, можно вернуться домой, в тепло, вот только оно больше не было уютным. У меня всегда была яркая фантазия и при слове дом, в голове всплывала клетка, маленькая как у птичек, вот только им она тоже мешает летать.

Вытягиваю руку, мимо проезжает автобус, хмурые пассажиры смотрят в окна, казалось, их взгляды осуждают, или это зависть. Когда я последний раз ездила на автобусе? Не задумываясь, променяла бы удобства на маленький кусочек счастья. Так хочется хотя бы на пару дней ощутить себя любимой и желанной, вспомнить эти прекрасные чувства.

Отдаю деньги водителю и снова вдыхаю морозный воздух, на остановке, парень обнимает девушку, дуя ей на ладошки, грустно улыбаюсь, проходя мимо, меня так ни кто не любил.

Надо выходить из этого состояния, последнее время так и упиваюсь жалостью к себе.

Раздвижные двери, поднимаюсь по ступенькам, знакомый администратор за стойкой встречает приветливой улыбкой. Моя улыбка действительно искренняя, снова вдыхаю полной грудью, не думала, что буду рада сюда вернуться.

Иду к раздевалке, ни одного знакомого лица, за пол года сменились практически все посетители этого зала, хотя может быть так только сегодня, не все же как я, приходят почти каждый день.

Штаны в обтяжку с коралловыми полосками, коралловая майка без рукавов, черные кеды и наушники в ушах. Становлюсь на дорожку, запуская, свой любимый плей лист.

Музыка и книги, это единственное что позволяет мне пополнять эмоции. Эмоциональное голодание, не думала, что действительно есть такой диагноз, но это немного не про меня, хотя слова очень подходят к моему состоянию.

Каждая песня эмоциональна по своему, к каждой песни своя фантазия, а есть даже такие с которыми хочется кричать, пусть про себя и не слышно, но иногда это очень помогает. Песни меняются, а вместе с ними и фантазии, дыхание становится затрудненным, сердце стучит как сумасшедшее. Для первого дня достаточно и полчаса, иначе завтра не смогу встать на ноги.

Выключив дорожку, пытаюсь отдышаться, не делая ни каких движений, пять минут и вроде бы все нормально. Странное ощущение в ногах и сбитая координация движений заставляют немного пошатнуться. Крепкие руки придерживают за плечи и помогают отойти к стене, странная забота, во общем-то совсем не нужная, но очень приятно.

— Спасибо. — с улыбкой окидываю взглядом не знакомого мужчину.

Высокий, симпатичный, темноволосый. Прислоняюсь к стене, откидывая голову.

Мужчина продолжает стоять рядом, молчит и это начинает меня нервировать.

Мысленно пожимаю плечами, ну пусть стоит, раз ему так хочется. С апатией рассматриваю мышцы на его руках, накачаны, но не слишком, широкая кисть с длинными пальцами, ладонь просто огромная. Джинсы и рубашка? Значит не посетитель из зала, хотя… Я уже перестала удивляться тому, что происходит в этом мире.

Карие глаза, смотрят на меня с усмешкой. Ах ну да, я же его рассматривала, взгляд из насмешливого превращается в недоумевающий, заметил отсутствие интереса. Хотя нет, даже не так, сама не знаю, но несколько лет назад стала замечать за собой, что рассматриваю мужчин как экспонаты в музее, вроде и отмечаешь для себя особенности во внешности, а эмоций при этом не испытываешь.

— Еще раз спасибо за помощь, слишком давно не ходила в зал, отвыкла от таких нагрузок. — не знаю зачем я вообще об этом сказала.

Оторвавшись от стены, обхожу мужчину, кто знает, может он вообще немой.

— Твои глаза пустые. — неожиданно приятный голос проходит по телу мурашками, заставив дернуться от неожиданности.

Молча, пожимаю плечами, делая вид, что мне безразлично его высказывание.

Открываю шкафчик, беру полотенце и направляюсь в душевые. Неужели я настолько опустошена внутри, что это видно даже по глазам? Глаза, зеркало души, наверное, не зря эта фраза, имеет место быть.

Выхожу на улицу, разгоряченное тело пока еще не чувствует холода, медленно бреду по заснеженной дорожке. Уже скучаю по своему малышу, приду и сразу же лягу спать, обняв свою кроху.

Остановка уже пустая, в такое время автобусы не ездят. Изредка проезжающие машины не спешат останавливаться, черный лексус, выехавший с ближайшей парковки медленно проезжает мимо, стекла у джипа полностью за тонированы. Мельком поднимаю взгляд, что бы уже через мгновение вновь спрятать лицо за капюшоном, такие машины не останавливаются. В голове мелькает образ незнакомца из зала, но я тут же, переключаюсь на остановившуюся машину.

В салоне тепло и уютно, водитель не надоедает разговорами, ни когда не понимала, чем может быть интересна беседа с не знакомым человеком. Можно спокойно расслабиться и наслаждаться поездкой по ночному городу, не знаю почему, но во мне такие поездки будили что-то теплое и появлялось не ясное чувство ожидания, только вот чего?

— Темка просыпался? — зайдя застала мужа за кружкой кофе в коридоре.

— Нет. — покачал он головой — Как прошла тренировка?

— Нормально. — присаживаюсь рядом прикуривая сигарету.

Холод ментола обжигает горло, грею озябшие руки об кружку с горячим чаем.

— Ну и хорошо, главное, что бы тебе нравилось.

Не успеваю открыть рот, что бы ответить, как Сергей встает и поспешно уходит, ну вот и поговорили, как всегда.

Сегодня ни как не могу сосредоточиться на романе. Все мысли заняты незнакомцем, что сейчас лежит на диване. Не помогает даже то, что эта часть текста была продуманна до мелочей, до каждого действия и слова. По идее надо было описывать мужа героини, Сергея. Но почему-то захотелось, что бы моя героиня встретилась с другим мужчиной. Нахмурилась, пришедшей в голову мысли, перечитала написанный сегодня отрывок. Так и есть, вот только зачем я дала главному герою, описание мужчины которого я нашла вчера?

Мелькнула мысль, что не подсознательно я нахожу его интересным и привлекательным для себя? Еще чего не хватало! Попыталась выкинуть эти мысли из головы, но факт остается фактом. Мужчина мне нравился, не смотря на то, что любила я Мишу.

Надо бы проверить как у него дела. Вчера я так и уснула на ковре возле камина, очень часто просыпаясь, что бы проверить состояние мужчины. К середине ночи, его тело полностью согрелось, но почему-то он до сих пор не приходил в сознание. Телефон по-прежнему не работал и я, откровенно не знала, что мне делать, если сегодня мужчина не очнется, у меня случится настоящая истерика и паника.

Мир перевернулся, и я оказалась лежащей спиной на ковре. От удара, из легких выбило весь воздух, а натруженные вчера мышцы просто взвыли от столь не аккуратного обращения. В дополнение ко всему этому, сверху на меня упала бетонная плита, вышибая оставшиеся крохи драгоценного кислорода. Руки, лихорадочно колотившие воздух наткнулись на что-то мягкое и теплое. Да он просто упал на меня всем телом! Уперлась ему в плечи, пытаясь столкнуть с себя эту тушу.

Мгновение и руки оказались пригвожденными к ковру. Уже практически попрощалась со своей жизнью, как тяжесть, давившая мне на грудь, исчезла, переместившись на бедра. Со свистом втянула в себя воздух, делая несколько жадных глотков. Дыхание вырывалось хрипами, грудь все еще немного сдавливало от испытанного удушья.

— Отпустите. — каркающий шепот за место возмущенного вопля.

— А то что? — бархатный голос, с едва заметными, хриплыми нотками.

— А то в следующий раз я буду умнее и оставлю вас замерзать в снегу.

Мужчина продолжал сверлить меня взглядом. Я же, понимая тщетность уговоров и разъяснений, в ответ изучала его. Глаза карие, как я и предполагала. Красив, но по своему, суровые, мужские черты, нахмуренные брови, прищуренные глаза. Отстраненно мелькнула мысль, что хоть у этого ресницы совсем не длинные, а то было бы вдвойне обидно. Мало того что тело с идеальным рельефом и в меру накачанные мышцы, так еще и равномерный загар. Хотя, скорее всего это природная смуглость кожи, да без разницы, в совокупности все это выглядело, просто закачаешься. Взгляд, пройдясь по всему телу, вновь остановился на полных, четко очерченных губах. Сколько раз я описывала, точно такие в своих романах, интересно, поцелуй с ним был бы таким же мягким и чувственным, как и в моих фантазиях? Совсем крыша поехала, еще и это предательское тело, как-то слишком уж странно реагирует на прикосновения мужчины.

— Да отпустите меня, в конце концов! — дернулась я, пытаясь освободиться от его захвата и тяжести, что продолжала давить мне на бедра.

— Простите. — скатился с меня мужчина отпуская мои руки.

— Что бы я еще раз подошла к вам, что бы проверить температуру! — бурчала я, поднимаясь на ноги — Да не за что на свете!

Мужчина, стоя в нескольких шагах от меня изучал взглядом мое тело. Опустив взгляд, вспыхнула от стыда, судорожно запахивая халат. Боже, такого смущения я еще ни когда не испытывала. Не знакомый мужчина, видел меня практически голой, хорошо хоть лифчик с трусиками были приличными и в цвет. Но за состояние своего тела было ужасно стыдно. Глаза то и дело натыкались на его идеальное тело, заставляя меня все сильнее злиться.

— Ваша одежда, вон там, на стуле. — махнула я рукой указывая направление. — Не смею вас задерживать, раз вам уже настолько полегчало, что вы бросаетесь на людей.

Закончив свою пламенную речь, поспешила как можно быстрее ретироваться в кухню, хлопнув за собой дверью. Руки слегка дрожали, пока я поджигала и подносила к губам сигарету. Вкус ментола сразу же подействовал на меня успокаивающе. Знакомый вкус, знакомые действия и мысли. Что только что произошло? Какого черта я пускаю слюни по не знакомому мужику?! За окном снова начиналась не шуточная метель, похоже, моим планам не суждено сбыться и избавиться от него в ближайшее время не получится. Взгляд метнулся к пластиковому браслету на левой руке. Их выдали еще в самом начале, сказав, что в них маяки и кнопка сигнала экстренной помощи. Снимать их нельзя ни при каких обстоятельствах, иначе, мое пребывание здесь сразу же закончится. Оно и понятно, мало ли какой дебил пойдет погулять пьяным и заблудится в лесу. Покосилась я на закрытую дверь, странно, но, ни какого браслета на нем я не заметила. На обслугу не похож, слишком уж дорогой на нем костюм. Сплошные загадки, да и только. Легкий стук и, не дожидаясь ответа, дверь отворяется, явив моим глазам уже одетого мужчину. Что такое чувство скромности, ему явно не известно. Надоело, надо хотя бы его имя узнать!

— Простите меня еще раз, просто вы стали для меня неожиданностью. Приятной неожиданностью.

Расплылся он в улыбке, да так обольстительно, что у меня глаза на лоб едва не полезли. Это что, он только что попытался со мной флиртовать? Оригинальный подход, сначала едва не прибил, потом решил соблазнить. Тут же губы дернулись в горькой усмешке. Саша, не смеши, какое соблазнение? Такой мужчина даже не посмотрит на твои лишние килограммы.

— Можно было просто спросить, на крайний случай накричать. Но не пытаться прибить. — обиженно надула я губы, вызвав его улыбку.

А что? Я между прочим маленькая, слабая женщина и… только сейчас меня накрыло понимание того, что я, нахожусь наедине с мужчиной который сильнее меня в несколько раз, да еще и отрезанная от цивилизации. Весь пыл во мне как-то сразу сдулся, даже руки вновь начали подрагивать. А если он какой-нибудь маньяк? Надругательство над моим телом мне не грозит, но вот убийство очень даже может быть.

— Не надо меня бояться, я вас не обижу.

Накрутив себя, я даже дернулась от звука его голоса. Уставившись на его приближение во все глаза, уже не могла остановить надвигающуюся панику. Тело, автоматически отступало назад, пока я не уперлась спиной в стену. Словно загнанный кролик, задрав голову, смотрела на приближение своей смерти. Сильные руки, обхватив меня за плечи, заставили вскрикнуть, чем и воспользовался мужчина, накрыв своим ртом, мои приоткрытые губы. Дикий напор, жесткость губ. Он не уговаривал, он брал то, что хотел. Неожиданно, поцелуй стал медленным и ласковым. Видимо поняв, что своим напором пугает меня еще сильнее. Он решил действовать более аккуратно.

Все было совсем не так, как я представляла в своих фантазиях. Этот поцелуй был намного лучше и приятнее. Под мягкостью его губ, неспешностью движений языка, весь страх вылетел из головы. Его руки скользили по плечам, поднимались вверх по спине. Пока одна рука не зарылась мне в волосы, оттягивая голову назад, а другая придерживала меня за спину, прижимала к твердому телу, что ощущалось сквозь тонкую ткань рубашки. Поцелуй продолжал набирать обороты и в этот раз, я отвечала ему с не меньшим пылом. Тело выгнулось от возбуждения, стремясь прижаться к нему как можно ближе. Именно это меня и отрезвило. Резко дернувшись, вывернулась из его объятий и схватив попавшую на глаза пачку сигарет я вылетела из кухни, упав на колени возле камина. Сигарета в руке дрожала так сильно, что мне с трудом удавалось поймать фильтр губами. Тело все еще звенело от испытанного возбуждения. Как давно я не испытывала подобных чувств? Как не пыталась, а вспомнить хотя бы отдаленно похожих чувств между мной и Мишей я не смогла. Начала появляться вина, как же низко я пала. На минуту, представила, что Миша сейчас зажимается где-то в темном углу с длинноногой блондинкой. Сердце моментально наполнилось тихой болью и обидой. Как же я могла так с ним поступить?

— Терзаетесь угрызениями совести по отношению к вашему мужу? — присел на диван этот несносный тип.

Решила, игнорировать его до последнего, возможно хоть так он поймет, что совсем мне не интересен, и Мише изменять я не намеренна.

— Напрасно, его бы чувство вины не мучило, окажись он где-нибудь с шикарной блондинкой.

Да он что, мысли мои читает? Но злость моментально сменилась чувством боли и обиды. А ведь действительно, Миша всегда отлично выглядел, хоть и был слегка худоват. Я же на его фоне выглядела настоящей коровой, он даже не мог поднять меня на руки. Это я конечно преувеличиваю, поднять он меня мог, не настолько уж и толстой я была, но видеть его напряженное лицо и чувствовать дрожь в руках, было тем еще удовольствием. Невольно, на глаза навернулись слезы, бить по самому больному это подло. И чего плохого я сделала этому мужчине, что он так со мной поступает.

Встав, молча, зашла в спальню, защелкнув дверь на замок. Кто его знает, что взбредет в голову этому типу. Завтра обязательно выставлю его за дверь, не важно, какая будет погода и уж точно меня не волнует, куда он пойдет. Был бы нормальным мужчиной, еще ладно, а так пусть катится туда, откуда пришел!

Всю ночь я спала просто ужасно. Снились длинноногие блондинки, Миша, который им мило улыбался и губы этого не воспитанного нахала. Так что из спальни я вылетела разъяренной фурией, ища на кого бы излить свою злость. В гостиной его не оказалось, но нос тут же, уловил божественный запах, доносящийся из кухни. Вчера я так и не ужинала, теперь же, мой организм стремился пополнить утраченные калории.

Мужчина, в одних брюках стоял возле плиты, разливая по чашкам только что сваренный кофе. От его аромата у меня даже пальчики на ногах поджались. Не замечая меня, повернулся, к сковородке выкладывая на тарелки яйца и поджаренные кусочки колбасы. Мужская спина, моя самая большая слабость. Нет ни чего прекрасней, чем наблюдать за мышцами, перекатывающимися под гладкой кожей от малейшего движения. А тут было на что посмотреть, хотелось медленно провести по спине ладонями, что бы не только увидеть, но и почувствовать.

— Простите меня, пожалуйста, за мое вчерашнее поведение. Сам не знаю, что на меня нашло.

В отличии от вчерашнего вечера, сегодня, в его словах чувствовалась искренность. Да и вид он имел самый виноватый.

— Меня Кириллом зовут. И спасибо вам огромное за то что не оставили меня замерзать в одном из сугробов.

Было такое ощущение, что мужчину подменили. Кирилл, приятное имя. От потрясения я все еще стояла с открытым ртом, я-то надеялась на хороший скандал, а тут такое…

— Саша. — представилась я слегка отойдя от шока — Не могу сказать что приятно, но в этом виноваты вы сами.

— Возьмите. — протянул он мне кружку с горячим кофе что держал у себя в руках — Я его только что сварил. — наверняка заметил голодный взгляд которым я смотрела на кружку.

— Спасибо.

Обхватив руками горячую чашку, на секунду зажмурилась от удовольствия и направилась к витражному окну, где на подоконнике, рядом с пепельницей, лежало несколько пачек сигарет. Покосилась на форточку, а затем на свой халат, и ведь зарекалась, вчера его одевать пока рядом Кирилл. Не было бы его, я бы без труда залезла на подоконник, а так придется тащить стул.

— Давайте я помогу? — раздался его голос, за спиной заставив меня вздрогнуть.

В немом изумлении смотрела как он без труда, приоткрыл форточку. Да что сегодня творится с этим мужчиной?!

— Курить вредно. Особенно с утра и на голодный желудок.

— Жить тоже вредно. — выпустила я струйку дыма изо рта — Брошу курить, помру от экологии.

Кажется, поняв, что я не настроена на разговор, он, быстро поев и вымыв свою чашку, вышел из кухни, наконец-то оставив меня одну. Впрочем, не забыв поставить на стол, мою тарелку с приготовленным им завтраком. Надо не забыть сказать ему спасибо. Доев завтрак и отставив тарелку в сторону, притянула к себе ноутбук и новую порцию кофе.

Еще на лестнице почувствовал странно притягательный запах, но совсем слабый. Не став придавать этому значения ускорил свой шаг, на сегодня это последний объект, надо было братцу пропасть именно сейчас и взвалить на меня свои проблемы. Терпеть не могу подобные места, запах пота смешанный с парфюмом вызывал стойкое отвращение.

Дав себе несколько секунд, приготовился к двойному удару по нервным окончаниям, рывком открыл дверь и уверенным шагом направился к стойке.

Мои надежды не оправдались, София, мой личный кошмар находилась на своем рабочем месте. Губы растянулись в широкой, приторной улыбке.

— Здравствуйте Владислав Александрович. — томный голос, надутые губки и до не приличия низкий вырез, выставляющий грудь не малого размера на показ.

— Здравствуйте София. — для ответа пришлось перестать задерживать дыхание.

Свежесть, так пахнет в лесу после дождя, такой родной запах, запах дома. В этом запахе не было ни чего не обычного и странного, но если учесть в каком месте я его почувствовал, то сам по себе напрашивался вопрос, откуда?

— Владислав Александрович, с вами все в порядке? — сладкий запах возбуждения подобно ударной волне практически снес меня с ног.

— Все в порядке София, вы можете вернуться на свое рабочее место. — прошипел сквозь зубы пытаясь сдерживать свое недовольство.

Она не виновата, в который раз напомнил я себе, она всего лишь человек, к сожалению, не очень для меня приятный. Высокая брюнетка, с отличной фигурой и аппетитными формами, все именно так как я люблю, но ее запах выводил меня из себя, что ж видно не судьба.

Как только София отошла, моих ноздрей вновь коснулся приятный и столь не обычный для этого места запах. Вдохнув несколько раз, с удивлением осознал, что совершенно спокойно могу находиться в зале, не стремясь поскорее убежать. Запах пота и парфюма по-прежнему присутствовал, но был настолько слаб, что я с легкостью мог не обращать на него внимания.

Неспешно начал продвигаться вглубь зала, не обращая внимания на что-то говорившую мне Софию, ловко лавируя между попадающимися мне на пути людьми. По мере приближения к беговым дорожкам запах становился сильнее и насыщенней. В нем уже отчетливо можно было распознать примесь хвои и легкий, не навязчивый запах фиалки. Перед глазами мгновенно всплыл маленький зеленый кустик с ярко синими, маленькими цветочками.

Взгляд, брошенный на стоящие в ряд, шесть беговых дорожек не сулил мне ни чего хорошего, от чего настроение вновь начало скатываться до отметки минус. Почему жизнь настолько не справедлива? Едва подкинув что-то интересное и притягательное, мгновенно бьет кирпичом по голове, сплошные малолетки.

Я не был против них, но если это были, ни к чему не обязывающие отношения, всего лишь на одну ночь. Слишком вздорные, слишком развязные, слишком много просящие и не дающие ни чего стоящего взамен, во общем все в них было слишком.

Уже собирался развернуться и уйти от сюда подальше, лучше, оставить все как есть, не добавляя себе лишних проблем. Звук остановившейся дорожки и я автоматически бросаю взгляд в ту сторону. Не высокая девушка, да нет, кажется это вполне взрослая женщина.

Совсем невысокая, около метра шестидесяти, не слишком длинный и явно окрашенный волос стянут в небрежный хвостик, несколько разноцветных прядей от темно коричневого до светло золотистого цвета, выбившиеся из прически слегка вьются возле крошечного ушка. Не худая, но и не полная, фигура явно не спортивная хоть и не лишена стройности, попка выглядит аппетитно в этих обтягивающих штанах.

Не осознанно сделал шаг на встречу, остановился, тряхнув головой, какого фига происходит? Реагирую как ослепленный мальчишка! Заметил краем глаза движение и очнулся лишь в тот момент, когда мои руки коснулись плеч женщины, спасая ее от падения. Какого хрена!? Что я творю?

Явно слышится учащенное сердцебиение, не удивительно, что ее шатает, черт, да она едва не упала. Так же придерживая за плечи, отвел ее к стене.

— Спасибо. — с улыбкой благодарит она меня, а я не могу оторвать взгляд от ее лица.

Ни чего особенного, маленький ротик со слегка пухлыми, четко очерченными губами, слегка курносый нос и большие, голубые глаза в обрамлении длинных ресниц. Внимательно осматривает мои руки, отмечает джинсы, рубашку и слегка хмурится, наблюдательная, наверняка гадает, кто я и что тут делаю. Взгляд поднимается выше и замирает на моих смеющихся глазах, женщины всегда так на меня реагируют, и я впервые был этому рад.

Какого же было мое изумление когда взглянув в ее глаза я не увидел абсолютно ничего, для верности втянул носом воздух, ни какого возбуждения. Сегодня что, какой-то гребанный день удивлений?!

— … отвыкла. — вырывает меня из размышлений ее голос, о чем она говорила?

Женщина обходит меня стороной, явно собираясь уходить.

— У тебя пустые глаза. — замечание срывается с губ по мимо моей воли.

Какой же я осел, захотел ее задержать, а сам ляпнул, не понятно что, да еще и молчал все время.

Бросив на меня еще один взгляд, она лишь пожимает плечами и скрывается за дверью в раздевалку.

Что же сделало тебя такой? И я уже тогда был полностью уверен, что во что бы то ни стало, узнаю ответ на этот вопрос.

Вот бы так и в жизни, перевернул страницу, а там все мысли вашего мужчины. Почему ни когда не бывает просто? Проплывшая по воздуху кружка, с тихим стуком опустилась на стол, прямо передо мной, заставив вздрогнуть от неожиданности.

— Простите. — улыбнулся Кирилл присаживаясь напротив — Не думал что напугаю вас. Я тут уже минут пятнадцать, решил, что вы просто меня игнорируете.

— Не в этот раз, но решили вы правильно. — вдохнула я приятный аромат чая.

Чай я пила очень редко и исключительно дорогой, увы, в наше время «дорогой» еще не означает «хороший». Этот же аромат был приятный и насыщенный, хотелось тут же отпить из чашки, что бы насладиться его вкусом. Легкий пар, напомнил об осторожности, если делать, не подумав, можно легко обжечься. Вдохнув еще раз, опустила кружку на стол, так и не притронувшись к чаю.

— Не любите чай? — отставленная кружка не осталась им не замеченной.

Разговаривать не хотелось, неопределенно пожала плечами, продолжая смотреть в окно за его спиной. Ветер стих, но снег по-прежнему не прекращался. По воздуху, словно в танце, кружились большие, пушистые снежинки, с тихим шелестом укрывая землю белоснежным покрывалом. В который раз подивилась причудливости своих мыслей. Ну, какой шелест может быть у снежинок?

— О чем вы сейчас думаете? — тихий голос, не мешающий моим мыслям.

— О шелесте снежинок. — даже не задумываюсь над своим ответом, продолжая смотреть в окно.

— Вы сейчас так красивы. Улыбайтесь по чаще.

Не сразу сообразила, о чем он говорит. Простые слова, без витиевато красивых фраз, но они нашли отклик в моем сердце. Сколько времени прошло с тех пор, когда я слышала их последний раз? Как не крути, а я все же женщина и мне приятно слышать подобные слова. Особенно когда взгляд мужчины напротив направлен на меня, в нем можно прочитать искренность и восхищение. Это немного сбивало с толку.

После его слов, на губах вновь появилась улыбка, еще радостнее и шире чем до этого. А затем я вспомнила его вчерашние слова, сказанные мне у камина. На лицо вновь вернулось хмурое выражение. Взгляд вновь метнулся к лицу Кирилла. Какой же ты настоящий?

— Не верите. — грустно улыбнулся он мне — Пейте чай, а то совсем остынет.

Не знаю, что мной двигала в тот момент, когда мои руки сами собой потянулись к чашке, поднося ее к слегка раскрытым губам. На его лице расцвела понимающая улыбка и вновь я пыталась его понять.

— Иногда полезно слегка изменить своим вкусам. Заменить одно на другое, быть может именно тогда, жизнь заиграет совсем другими красками, подаренными новизной и насыщенностью, нового вкуса. — кивнул он на чашку чая в моих руках.

Вот только почему-то мне казалось, что он сейчас вовсе не имел в виду, кофе и чай.

— Как вы попали в зимний лес в одном лишь костюме? — решила задать интересующий меня вопрос, стремясь отвлечься от размышлений над его загадочным высказыванием.

— Поверите, если я скажу, что не знаю? — склонил он голову на бок, напоминая мне этим движением хищную птицу.

— Значит, нет. — правильно понял он, увидев мою выгнутую бровь и сложенные на груди руки — Другого ответа, я вам дать увы не могу.

— Не можете или не хотите?

— Не хочу, — обжог он меня пристальным взглядом — строить различные предположения.

— А они есть? — вновь выгнула я бровь.

— Несомненно. — теперь уже он сложил руки на груди.

Почему-то казалось, что ему не очень приятна эта тема, но он начал этот разговор сам, а значит, есть что-то, что его интересует. Вот только что? Не думает же он в самом деле, что я каким-то образом к этому причастна?

— И чем же плохи предположения?

— Только тем, что мешают видеть реальную причину, давая ложное и более удобное объяснение происходящему.

И снова появилось чувство того, что он имел в виду, нечто большее, чем ситуацию со своим положением. Не став заморачиваться и на этот раз, решила, что пора бы уже переодеться да занести в дом поленьев для камина. Наверняка, сугробы намело прямо у самой двери. По пути проверила телефон, по-прежнему тишина. Видимо придется браться за лопату самой. Помнится парень, что довозил меня сюда на снегоходе, что-то говорил про не большую постройку сзади дома, в которой хранится необходимый инвентарь.

Задумавшись, едва не споткнулась, об аккуратно сложенные возле камина поленья. Перевела взгляд на весело потрескивающий огонь и пошла, проверять свою догадку. Накинув в прихожей куртку, распахнула дверь и замерла. Снег возле домика был полностью расчищен. В который раз за этот день, Кирилл меня поражал. Мне даже захотелось поверить в то что вчера вечером он был немного не в себе, а сегодня он настоящий. Тряхнула головой, растрепав ярко рыжие пряди по плечам. Мечтательница, пора бы уже спуститься с небес на землю. Запрокинула голову, ловя ртом большие снежинки, совсем как в детстве. Сколько себя помню, всегда любила снег, с приходом зимы все становилось белым и чистым.

— Не боитесь простудиться? — неожиданно раздался голос за моей спиной, заставив меня подпрыгнуть.

Ноги в домашних тапочках заскользили от неосторожного прыжка. Вот зря он почистил снег, мелькнула в голове мысль, падать было бы на много мягче.

— Вот скажите мне. — подхватили меня, его руки — Какой мужчина в здравом уме отпустит свою любимую женщину, одну, в это богом забытое место?!

А я продолжала молчать, боясь спугнуть этот момент. Какое же все-таки это замечательное чувство, когда сильные руки прижимают тебя к широкой груди.

— Несколько дней, а вы уже притащили в дом не знакомого мужчину, вас едва не замело снегом и в довершение вы едва не расшибли голову.

Господи, он еще и отчитывает меня, совершенно спокойно поднимаясь по ступенькам. Ни какого кряхтения и сбившегося дыхания. Да я даже не вслушивалась в его слова! Просто, закрыла глаза и наслаждалась чувством полета и легкости.

— Испугалась? — присел он рядом.

А я только сейчас осознала, что лежу на диване возле весело потрескивающего камина, а надо мной нависает такое красивое и обеспокоенное лицо.

— Не успела. — растянулись мои губы в улыбке — Спасибо.

— Извини, если бы я тебя не напугал…

В его голосе действительно чувствовалась вина, а я была только рада. Да пусть хоть каждый день так пугает! Не объяснять же ему что благодарила я его вовсе не за спасение, а за то что впервые в жизни, в его сильных руках почувствовала себя хрупкой и маленькой.

Еще совсем, ранний вечер, но я вынуждена сидеть взаперти. Уже минут пятнадцать мечусь по тесному пространству комнаты. А все из-за того что я сбежала в свою спальню, сославшись на усталость. В этот раз Кирилл даже не думал мне грубить, сбежала я от его заботы и пристального взгляда. Лучше бы он мне нагрубил, тогда все было бы просто и понятно. Сейчас же создавалось впечатление, что он используя различные ситуации в своих целях, изучал меня, словно мышку в лаборатории. По крайней мере, ощущения были очень схожими.

Господи! Это ж насколько надо было изголодаться по мужскому вниманию, что бы поплыть от нескольких действий и комплиментов?! А самое страшное, я не знала, как на него реагировать, не знала, что делать, что говорить. Голова шла кругом, мысли беспорядочно скакали, вот почему у меня ни когда не получается разложить все по полочкам и спокойно обдумать? Было ясно лишь одно, Кирилл мне нравился. Его рост, телосложение, сила, серьезный, изучающий взгляд. Когда-то, еще до встречи с Мишей, я старалась избегать серьезных мужчин. С ними одни проблемы, а может быть, тогда, я была еще под впечатлением от неудавшихся отношений? Постоянная ревность и попытки контролировать мою жизнь, выводили из себя. Последней каплей стала замахнувшаяся на меня рука, не то что бы рука жила своей жизнью, у нее конечно же был хозяин, но это так, всего лишь сумбурность моих мыслей. Это был конец наших отношений, не важно, что удара не было, если сегодня замахнулся, значит, завтра ударит. В Мише я такой угрозы не видела, и пусть в наших отношениях не было изюминки или как выражаются перчинки, зато мне было с ним комфортно.

Кирилл же совсем другое дело. Меня тянуло к нему со страшной силой. Теперь я понимала детей, которых манят конфетой. Да, именно так, для меня он был шоколадной конфетой в о-о-очень красивой обертке. Съел и забыл, а может быть… Нет, нет, и еще раз нет! Докатилась, раздумываю о сексе без каких-либо чувств.

— Саша? — раздался тихий стук в двери — Ты не будешь против если я приму быстрый душ, раз уж ты все равно не спишь?

Щеки опалило жаром, как же стыдно за свое поведение! Ушла, сославшись на усталость, а сама топаю по комнате как слон.

— Да, конечно! — руки почему-то дрожали, пока я пыталась повернуть ключ в двери.

— Я подожду у камина. — распахнула я двери застыв с открытым ртом.

Кирилл стоял в одном лишь полотенце, обернутом вокруг своих бедер. Обнаженная грудь с умопомрачительным рельефом. Гладкая, смуглая кожа без единого волоска. Такое тело я не могла представить даже в своих самых смелых фантазиях. «Облизать с головы до ног». Кажется, только сейчас я поняла смысл этого высказывания.

— Извините за мой вид, просто я закинул вещи в стиральную машину. А одеть больше нечего.

— Да, конечно. То есть, ничего страшного. — продолжала я смотреть на него во все глаза.

— Можно мне пройти? — в его голосе чувствовалась улыбка.

— Конечно! — подняла я взгляд, что бы утонуть в карих глазах, что с интересом наблюдали за моим поведением.

— Я буду у камина. — попыталась я спешно пройти мимо него.

Кирилл отступил, пропуская меня, но толи я была слишком полной, то ли он отступил не достаточно. Такая теплая и действительно гладкая, я отчетливо почувствовала это, задев его грудь своим плечом. Отчаянно покраснев, едва ли не бегом бросилась к дивану, что стоял у камина. Послышалось или он действительно издал смешок? Ду-у-ура, какая же я дура! Еще и забыла, что уже переоделась ко сну. Конечно же не было ни каких полу прозрачных кружев, в какой-то степени мой наряд можно было назвать вполне приличным. Ну хоть какая-то из моих привычек спасла меня от стыда. Как не пыталась, а спать в этих не удобных и полупрозрачных топах и ночнушках я не могла. Так и спала в обычных шортиках и маечке.

Перед глазами все еще стояла его обнаженная, накаченная грудь, вот только теперь она была в капельках воды, что стекали по его смуглой коже. Да что ж это такое! Рассердившись на свои собственные мысли, едва ли не галопом бросилась в кухню. Залезла на подоконник приоткрыть форточку и с наслаждением сделала первую затяжку.

Вот тебе и съездила отдохнуть, побыла в тишине и спокойствии. Вечно у меня все не как у людей. Первая сигарета закончилась как-то уж слишком быстро. Прикурив вторую, устроилась поудобнее на широком подоконнике, с которого так и не удосужилась слезть. Сейчас бы еще чашечку кофе, вот только вставать было лень. Расшалившиеся нервы, потихоньку приходили в норму. Выкурив вторую сигарету, решила что прошло уже достаточно времени и я могу возвращаться в спальню, полезла закрывать форточку.

Яркий свет, внезапно озаривший кухню, больно резанул по глазам, заставив зажмуриться и вцепиться в форточку мертвой хваткой.

— Отпускайся, я тебя сниму. — обвилась его рука вокруг моей талии.

Странно, когда мы с ним перешли на ты? Я готова была уже рыдать от отчаянья. Как я не старалась от него убежать, он неизменно оказывался рядом со мной в самые не подходящие моменты.

Рука на талии сжалась, сильнее притягивая меня спиной к обнаженной и слегка влажной после душа груди. Мне ни чего не оставалось кроме как отпустить эту несчастную форточку, которую я сжимала изо всех сил. Сердце едва не выскакивало из груди, отдаваясь барабанной дробью в ушах.

— И часто твоему мужу приходится вытаскивать тебя из подобных передряг? — продолжал он прижимать меня к себе, в прочем не спеша снимать мою тушку с подоконника.

— Вот не поверишь. — так же шепотом ответила я ему — До встречи с тобой, у меня была тихая и спокойная жизнь.

— Видимо она была слишком спокойной. — снял он меня с подоконника, не разжимая руку на талии.

— Что ты имеешь в виду?

— Почему ты прячешь такое тело под своей бесформенной одеждой? — опять он резко меняет тему разговора, уходя от ответа и ставя меня в тупик.

Да он издевается?! Как можно не видеть мою толстую задницу, выступающий живот и грудь просто огромных размеров?! Дернулась, пытаясь освободиться от его хватки, но он лишь добавил вторую руку.

— На что ты обиделась на этот раз? — горячее дыхание опалило мою шею.

Нет, это просто вопиющая несправедливость! Зачем он разговаривает со мной таким проникновенным шепотом, зачем обнимает, а его дыхание на моей шее… Тело, не смотря на мою злость от его вопроса, отвечало взаимностью на каждое прикосновение, каждый выдох, что ощущался на моей коже.

— Можно подумать ты сам не видишь почему. По тому и прячу что оно такое. Отпусти меня, пожалуйста.

— Зачем? Что бы ты снова убежал в спальню и всю ночь, думала о том какая ты толстая и не красивая.

— Да если и так, тебе-то какое дело до моих переживаний? В отличии от меня, с твоим телом все в порядке!

— Значит, тебе понравилось то, что ты увидела?

— Да какая к черту разница?! Я замужем и хочу, что бы ты меня отпустил! — продолжала я трепыхаться, в надежде вырваться из его стального захвата.

— А если я не хочу тебя отпускать? — практически прижался он губами к моему уху — Что если прямо сейчас, я хочу прижать тебя грудью к этому столу. Стянуть с тебя шорты и всю ночь, показывать тебе, в разных позах и местах, насколько красиво твое тело и что оно делает со мной?

Он говорил, а я представляла все, что он обещал со мной сделать. Дыхание сбилось, а между ног все пульсировало. Как же мне сейчас хотелось послать все к черту и позволить Кириллу сделать с моим телом, все, о чем он только что говорил. Но я понимала, что никогда, сама не перейду эту черту.

— Кирилл! Отпусти, пожалуйста.

— Я не отступлю. — разжал он руки, позволяя мне сбежать в спальню.

Глава 3

КИРИЛЛ

Такая маленькая, едва достает мне макушкой до груди. Похожа на огонек, совсем крошечный и практически потухший. Эта женщина уже второй день подряд проверяет на прочность мою выдержку. Как можно быть настолько чистой и невинной в ее возрасте? Сначала думал, что она притворяется. Очередная актриса нанятая, что бы вытрясти из меня как можно больше информации. Такое уже случалось ни раз и не два, на самом деле, это была обычная практика. С моей профессией еще и не такое увидишь. Главное добыть информацию, а там уже у кого как развита фантазия.

Последнее что помню, как зашел в бар после особо сложного случая. Просто, захотел расслабиться, выпить стаканчик другой. Очнулся от холода, с жутко гудящей головой. Гудела не только голова, пронизывающий ветер едва не сбивал с ног. Еще и этот снег, противно жалил лицо, мешая хоть немного рассмотреть место, где я оказался. Судя по удаляющемуся звуку вертолета, закинули меня в какую-то глушь. Единственный шанс на спасение, сотовый, но не думаю, что они были настолько глупы, оставив его в моем кармане. Так и есть, ни бумажника, ни сотового.

Почему-то, именно сейчас не хотелось думать о предстоящем деле и тех, кому выгодно было мое внезапное исчезновение посреди процесса. Мои последние, несколько часов, даже не дней. Не думал, что вот так закончу свою жизнь. Всегда считал, что у меня еще много времени, сейчас же остается только жалеть о бесцельно потраченных годах.

Почему-то, именно сейчас не хотелось думать о предстоящем деле и тех, кому выгодно было мое внезапное исчезновение посреди процесса. Мои последние, несколько часов, даже не дней. Не думал, что вот так закончу свою жизнь. Всегда считал, что у меня еще много времени, сейчас же остается только жалеть о бесцельно потраченных годах.

Успех, слава, большие деньги, дорогие машины и дома, я добился всего, о чем когда-то мечтал. А в итоге, все это даже не кому оставить. Да и искать меня начнут в лучшем случае только через пять дней, а то и неделю, когда начнется заключительное заседание.

Я пытался идти, если остановлюсь, сразу же замерзну. Не знаю, сколько прошло времени, стало уже совсем светло. Лес, высокие сосны, красота. Тело уже совсем не чувствовало холода, я даже перестал кутаться в свой тонкий пиджак. Ноги подгибались все чаще, ужасно болела голова.

Проснулся, первая мысль тепло, а вот лежать не слишком удобно. Это ж надо так ужраться с нескольких стаканов, что бы проснуться в не знакомом месте. Мне даже не надо было открывать глаза, что бы понять все это. Крадущиеся шаги, невесомое прикосновение ко лбу, тело действует на голых инстинктах.

М-м-м, таких ко мне еще не подсылали. Рыженькая, зеленоглазая, очень миленькая, но не писаная красавица. Навскидку лет 30, приятные пышные формы, слава богу, что не очередная дохлая селедка. Можно будет очень приятно провести время, не отказываться же в самом деле от того что так настойчиво предлагают. Кожа касалась кожи, такая теплая и мягкая, мне определенно нравится то, что я сейчас ощущаю.

Сжал ее руки над головой, и чего спрашивается так сопротивляться? На ее пальце блеснуло обручальное кольцо, с каждой секундой становится все интереснее. Заметив покрасневшее лицо, перенес свой вес, усевшись ей на бедра. Женщина начала судорожно глотать воздух, дыхание вырывалось едва слышными хрипами. Кажется, я перестарался, только сейчас заметил какая она малышка.

— Отпустите. — безумно сексуальный хриплый шепот, именно так она будет разговаривать сорвав голос после нескольких часов криков и стонов.

— А то что? — не могу сдержаться, так и хочется подразнить, видя, как ее глаза метают молнии.

— А то в следующий раз я буду умнее и оставлю вас замерзать в снегу.

Значит, все-таки не привиделось. Ну, что же, пять баллов за очередную фантазию. Прекрасная незнакомка спасает меня от смерти, привлекает своей необычностью и кольцо на пальце для интриги! И честно признаться, я бы с удовольствием пал жертвой такой женщины. Вот только одного они не учли, я уже устал от этих подстав и вижу их из далека.

Освобождаю женщину, глаза изучают тело под распахнутым халатом. Встает не замечая в каком она виде, бормочет что-то про температуру. Совершенно ее не слушаю, хочется сдернуть с нее халат, рассмотреть и изучить ее большую грудь, округлый живот, шикарную задницу и восхитительные ноги. Краснеет, заметив мой взгляд, запахивает халат дрожащими руками, а на щеках восхитительный румянец. Вот это уровень! Вот это мастерство! Первоклассная актриса. Надо узнать на кого она работает, и попытаться ее перекупить. Уходит, ни какого вилянья бедрами. Вроде бы она что-то говорила про одежду. Нахожу ее на стуле, висит на спинке, выстиранная и отглаженная. Чудо, а не женщина. Одеваюсь, а руки продолжают зудеть от желания к ней прикоснуться, сжать ее пышную попку. Наверняка на ее бледной коже останутся красные отметины. Мне нравится ход моих мыслей, даже намного сильнее, чем нужно.

Покидать теплый и уютный дом в такую погоду, в одном костюме находясь у черта на рогах, в мои планы явно не входило. А значит надо идти мириться, не то что бы я боялся ее гнева и указа на дверь, выгнать она меня не выгонит. Но мне она нужна была мягкой и податливой, а не обиженной и неприступной.

После тихого стука распахнул двери, не дожидаясь ответа и сразу же, приступил к извинениям. Женщина отвечала неохотно, даже мне было видно, что ей действительно насрать на погоду, она хотела, что бы я ушел. А затем что-то вдруг изменилось, она резко замолчала, лицо не естественно застыло, а в глазах явно читался страх граничащий с ужасом. Я даже немного растерялся, не понимая, чем мог ее напугать, попытался успокоить и заверить, что ей ни чего не грозит. Все бесполезно, я подходил, она от меня пятилась назад, пока не уперлась в стену. Еще немного и ее захлестнет паника. Я не думал, просто действовал. Поцелуй со вкусом ментола, мягкие податливые губы, но ни какого отклика. Попытался взять себя в руки, как давно я ни кого не целовал с такой нежностью и лаской? Женщина потихоньку оттаивала и вскоре уже отвечала на ласки моих губ и языка, прижимаясь ко мне своим восхитительно мягким телом. Такая сладкая, мне реально сносило от нее крышу. Вжался своим восставшим членом в ее живот, срывая с розовых губ тихий стон.

Резкий рывок и она, схватив со стола пачку сигарет, выбежала из комнаты. Какого хрена только что произошло?! Разве по сценарию она не должна была растаять в моих объятиях? И что это был за страх в ее глазах? Как не пытался, а картинка у меня все же не складывалась. Остался последний вариант. Пойду проверять свои догадки, а вдруг… чем черт не шутит…

Сидит возле камина, снова курит. Мгновенно вспоминаю холодок ментола на своих губах. Ее руки дрожат, что заставляет меня еще сильнее нахмурится. Не раздумывая, приступаю к выполнению своего плана.

— Терзаетесь угрызениями совести по отношению к вашему мужу? — внимательно наблюдаю за сменой эмоций на ее лице.

Ни как не реагирует, продолжая, молча смотреть на огонь. На лице крупными буквами написана вина и терзания. Иду ва-банк.

— Напрасно, его бы чувство вины не мучило, окажись он где-нибудь с шикарной блондинкой.

А вот и первые ни чем не прикрытые эмоции, она как раскрытая книга и это настораживает меня еще сильнее. Взгляд становится задумчивым, наверняка представляет себе эту картину. Обида и боль на секунду искажают миловидное лицо. Да она действительно переживает за свои отношения с мужем! Но дальнейшее меня просто убило. Ее руки метнулись, плотнее запахивая халат, было видно, как она закусила щеку изнутри. Перед тем как скрыться в комнате, в ее глазах блеснули слезы. Она что серьезно?! Да обладать таким телом как у нее мечтает любой мужик! Я же не думал, что ее настолько заденут слова о шикарной блондинке! Я идиот. Выходит это был вовсе не спектакль, и она действительно спасла меня от смерти. Сопоставил наши размеры и невольно восхитился этой женщиной. Ее силе воли и смелости можно было позавидовать. Теперь все наконец-то сложилось в одну картинку. Не слишком для меня радостную, если все это не спектакль, то меня действительно решили убрать.

Ты смелая и сильная! Ты сможешь это сделать. Ну же, давай! Это легко. Открой уже эту чертову дверь!

Это уже восьмая по счету попытка. Как я себя не уговариваю, все же не могу решиться открыть дверь и выползти из своей спальни. Какой-то бред! Не помогал да же здравый смысл, твердивший, что на данный момент это мой дом и вообще я взрослый человек, а не сопливая школьница. Сердце в груди стучало как у пойманной птички, а самое противное, что я боялась сама себя, своих желаний и фантазий. За эту ночь я чего только не передумала, даже несколько раз порывалась пойти к Кириллу и проверить правдивость его слов. Сама не понимала, что мной двигало в эти моменты. Часть меня хотела хотя бы раз испытать безумную страсть на протяжении нескольких часов. Узнать, какого это когда мужчина теряет голову от страсти и желания обладать. Когда не существует ни каких границ, когда есть только он, я и обжигающая своими прикосновениями страсть. После таких мыслей и желаний, моя вторая часть просто билась в истерике от ужаса и не справедливости по отношению к Мише. Так я и провела всю ночь в терзаниях.

Всегда смеялась над картинами, где на одном плече сидит черт с вилами, а на втором ангел с сияющим нимбом над головой. Но сегодня ночью, со мной происходило, то же самое, не то что бы я их видела своими глазами. Вот только мои мысли были настолько противоречивыми, что я невольно задумалась, а вдруг они и правда существуют?

Глубокий вздох и я, открываю дверь, совсем чуть-чуть, ма-а-аленькую щелочку. Детский сад ей богу! Ругаю себя последними словами за подобное поведение. Решительно пересекаю гостиную, огибая диван, и вхожу в пустую кухню. Слава богу! Шумно вздыхаю от облегчения, наверняка он ушел. Это только к лучшему. Неожиданно ощущаю грусть. Молодец! Упустила свой последний шанс на отличный секс. А с чего собственно я решила, что все будет отлично? Он просто слишком уверен в себе, знает, что говорить и как прикасаться к женщине, целовать. Вот дура, такие мужчины на дороге не валяются.

— Как спалось? — невольно вздрагиваю, резко обернувшись на голос.

Накатывает безумное облегчение, еще не ушел, а значит ни чего не потерянно. О чем я только думаю? Еще немного и я просто закричу от отчаянья.

— Столько эмоций за несколько секунд. Хочешь, я существенно облегчу твою жизнь и избавлю тебя от терзаний?

Сегодня я как-то иначе смотрела на этого загадочного мужчину. Развалившись на стуле с таким видом, будто это был трон. Он, не отрываясь, следил за мной с каким-то хитрым выражением лица. Интересно, что скрывается за его вопросом? Неужели он все-таки решил уйти и оставить меня в покое? Очень хотелось узнать, что же он имел в виду, но понравится ли мне его ответ? С появлением Кирилла вся моя жизнь стала похожа на спуск по ледяной горке, ни когда не знаешь, какую скорость наберешь и в какой момент вылетишь с накатанной колеи. Собственная нерешительность и сомнения начали раздражать уже меня саму.

Даже такой простой выбор ставил ее в тупик. Она еще не знала, почему реагирует на меня подобным образом. Это было ясно по ее лицу, выражение которого менялось с каждой секундой. Самостоятельно она ни когда не примет нужного решения, слишком много в ней сомнений. Но и мне она пока еще не позволит принимать решения за нее. Надо предложить ей выбор, на самом деле, ни какого выбора у нее не будет, но ей об этом знать незачем.

— Что ты имеешь в виду? — все же решается задать мне вопрос. Уже хорошо, слишком покорная она меня не привлекала.

— Я приму решение за тебя. — как я и думал, эта мысль ей не особо нравится. — Но окончательное решение ты примешь сама.

— Не понимаю. — обхватывает она губами сигарету, делая жадную затяжку.

Для меня ее действия выглядят безумно эротично. Вспоминаю холодок ментола на своих губах. В паху начинает нарастать возбуждение, в голове мгновенно возникает картина, где она стоит передо мной на коленях. Холод ментола, думаю, мне бы понравились подобные ощущения.

— Три дня, а потом ты принимаешь решение. Или я ухожу, или у нас будет бурный секс.

Закашлялась, для нее мои слова слишком откровенны и выводят ее из равновесия. На лице удивление и лишь на доли секунды проскакивает любопытство. Для меня этого достаточно, она наверняка откажется, но для меня это не будет иметь значения, я уже увидел в ее глазах согласие.

— И что же будет происходить в течение этих трех дней? — удивляет она меня своим вопросом.

Мне нравится ее любопытство и неопытность. Не видел бы кольца, решил бы, что она девственна. Хотя не далеко от истины, надо ей показать от чего она собирается отказаться. Решаю не отвечать на вопрос, растягиваю губы, в порочной улыбке глядя ей прямо в глаза.

Отворачиваюсь, что бы скрыть свое смущение. В голове тысячи вопросов. Безумно хочется согласиться на его предложение, но я уже знаю, что у меня не хватит смелости. По этому просто решаю промолчать, где то в глубине себя надеясь на то, что он не остановится, получив от меня отказ. Бороться бесполезно, рано или поздно я проиграю. Знаю что потом буду терзаться чувством вины и корить себя за то что произошло, за то что позволила. Но и упустить такой шанс не могу, он говорил про три дня, значит, будет соблазнять. Как раз посмотрю, на что он способен, а затем приму решение.

Мелькнула мысль о том, что бы расспросить его, кто такой, чем занимается. Но это явно будет лишним. В ответ он будет спрашивать о том же самом меня. Вот только я совсем не хотела, что бы он знал обо мне что-то кроме имени. Несколько дней, максимум неделя и наши пути разойдутся, к чему нам не нужные подробности. Проще остаться друг для друга незнакомцами, знакомые незнакомцы. Хмыкнула причудливому сочетанию слов.

Кирилл больше не настаивал на разговоре, и вскоре послышались его удаляющиеся шаги. Да и мне есть чем заняться, сюда я приехала с определенной целью, работу еще ни кто не отменял.

— Не понимаю. — обхватывает она губами сигарету, делая жадную затяжку.

Для меня ее действия выглядят безумно эротично. Вспоминаю холодок ментола на своих губах. В паху начинает нарастать возбуждение, в голове мгновенно возникает картина, где она стоит передо мной на коленях. Холод ментола, думаю, мне бы понравились подобные ощущения.

— Три дня, а потом ты принимаешь решение. Или я ухожу, или у нас будет бурный секс.

Закашлялась, для нее мои слова слишком откровенны и выводят ее из равновесия. На лице удивление и лишь на доли секунды проскакивает любопытство. Для меня этого достаточно, она наверняка откажется, но для меня это не будет иметь значения, я уже увидел в ее глазах согласие.

— И что же будет происходить в течение этих трех дней? — удивляет она меня своим вопросом.

Мне нравится ее любопытство и неопытность. Не видел бы кольца, решил бы, что она девственна. Хотя не далеко от истины, надо ей показать от чего она собирается отказаться. Решаю не отвечать на вопрос, растягиваю губы, в порочной улыбке глядя ей прямо в глаза.

Отворачиваюсь, что бы скрыть свое смущение. В голове тысячи вопросов. Безумно хочется согласиться на его предложение, но я уже знаю, что у меня не хватит смелости. По этому просто решаю промолчать, где то в глубине себя надеясь на то, что он не остановится, получив от меня отказ. Бороться бесполезно, рано или поздно я проиграю. Знаю что потом буду терзаться чувством вины и корить себя за то что произошло, за то что позволила. Но и упустить такой шанс не могу, он говорил про три дня, значит, будет соблазнять. Как раз посмотрю, на что он способен, а затем приму решение.

Мелькнула мысль о том, что бы расспросить его, кто такой, чем занимается. Но это явно будет лишним. В ответ он будет спрашивать о том же самом меня. Вот только я совсем не хотела, что бы он знал обо мне что-то кроме имени. Несколько дней, максимум неделя и наши пути разойдутся, к чему нам не нужные подробности. Проще остаться друг для друга незнакомцами, знакомые незнакомцы. Хмыкнула причудливому сочетанию слов.

Кирилл больше не настаивал на разговоре, и вскоре послышались его удаляющиеся шаги. Да и мне есть чем заняться, сюда я приехала с определенной целью, работу еще ни кто не отменял.

Поднимаясь по ступенькам, уловил уже знакомый аромат, как же давно я не был в родных лесах.

Перед закрытой дверью тело по привычке напрягается, готовясь к удушающим запахам, надеюсь, в этот раз ее запах, так же как и вчера перебьет все остальные. За стойкой Михаил, один из тренеров работающих тут посменно, не успеваю облегченно вздохнуть от отсутствия Софии, как моего слуха касается приятный голос.

— Здравствуйте Михаил, как ваши дела?

— Звездочка! — мгновенно оборачивается он на голос — Ты к нам снова вернулась!?

Было ясно видно, что они старые знакомые и искренне рады видеть друг друга. Вот только радостная физиономия Михаила меня совсем не радовала и все бы ничего, если бы от него за версту не несло возбуждением. Впервые за несколько месяцев зверь во мне дал о себе знать, да еще и полностью разделяя мои чувства.

Осторожно принюхался, с ее стороны снова ни какого возбуждения, да и в глазах все та же пустота и только легкие искорки радости смягчали абсолютно пустой взгляд.

— Увы, — грустно покачала она головой — меня сбила машина и теперь только беговая дорожка, проблемы с позвоночником. — опять я из-за своих размышлений прослушал, о чем они разговаривали, хотя не трудно догадаться что он был ее тренером.

— Михаил, здравствуйте — грубо вмешался я в разговор, пытаясь перевести внимание соперника на себя, вот ведь гадство, неужели и волк признал в ней пару?

— Не буду мешать. — натягивает искусственную улыбку женщина и мазнув по мне взглядом уходит в зал.

— Кто она? — задаю вопрос только что бы посмотреть на его реакцию.

— Звездочка? — переспрашивает Михаил и тут же исправляет себя — Вероника, клиентка. — пожимает плечами.

Ясно, ни чего серьезного.

— Почему звездочка? — уж больно разбирало любопытство, за что она получила такое прозвище.

— Она пришла около года назад, хотела сбросить вес, занималась серьезно, старалась не пропускать, на тренажерах все было нормально, но едва она бралась за коврик вся мужская половина падала со смеха и тихо ей сочувствовала. — по доброму рассмеялся он — Вот и получилось, что стала звездой, только с ее ростом в метр пятьдесят семь она выглядит такой малышкой не смотря на возраст… ну в общем то так она и стала звездочкой. А что, какие-то проблемы?

— Да нет, случайно услышал разговор, прозвище не обычное вот и стало интересно. — пожал плечами — Макс не появлялся? — перевел я тему.

— С четверга не видел.

Молча кивнув, направился в раздевалку, игнорируя обалдевший взгляд Михаила. За все пять лет, что Макс владеет этим клубом, я не задерживался тут дольше, чем на пять минут.

Выйдя из раздевалки, увидел, как освобождаются сразу две дорожки, и одна как раз рядом с Вероникой, как удачно все складывается, даже не пришлось ни чего выдумывать.

Она меня даже не заметила, будто находилась в каком-то известном только ей мире. Из наушников доносилась тихая музыка, прислушался, мужской голос пел о своей любви к девушке, к слову сказать, пел довольно хорошо, да и слова задели даже меня.

Посмотрел в глаза Ники и даже сбился с шага, они больше небыли пустыми, столько чувств и эмоций, нежность, боль, улыбка, счастье, наслаждение. Как все это можно было передать всего лишь одними глазами, сам не понимал, как я узнал, что это были за чувства, но уверенность в том, что я понял все правильно, меня не покидала, а своему внутреннему голосу я привык доверять.

Песня сменилась, а вместе с ней и чувства этой удивительной женщины. Теперь в них под стать песни были совсем иные эмоции: страсть, огонь, блаженство, боль, томность, не вольно представил ее в момент страсти, в тот миг, когда я войду в ее тело. Теперь уже сбилось мое дыхание, бежать мешала твердость в штанах, порадовался, что я был в свободных брюках и мое состояние не столь заметно.

Песня снова сменилась, на этот раз приятный, женский голос пел на французском языке о не разделенной страсти, просил спасти, дать то, что нужно телу, не губить любовь своим безразличием. Ника же умирала вместе с героиней, ощущала ее надежды и несбыточные мечты, боль, казалось еще немного и она закричит.

Интересно она знала французский, или же на столько сильно чувствовала эмоции певицы? Песня сменяла песню, а я не уставал наблюдать за ее глазами.

Не удивительно, что у нее так сильно стучало сердце. Пережить столько эмоций за каких-то пол часа. Наверняка ей снова будет плохо. Рука, метнулась нажимая кнопку “стоп” и я испытал настоящий шок, на ее пальце сверкнуло обручальное кольцо. Волк заскулил, разделяя мою боль от этого открытия.

Музыка смолкла и ее глаза снова потухли, даже голубой цвет, казалось стал тускнеть.

Соскочил с дорожки и не дожидаясь пока она сойдет со своей, подхватил ее на руки и сделав пару шагов посадил на стул у стены. Изумление и растерянность читались большими буквами на ее лице. Ну, хоть какая-то реакция, развернувшись, направился к холодильникам за водой, взяв две бутылки сел рядом с Никой.

— Держи. — открыв протянул ей воду.

— Спасибо. — она явно не понимала моей заботы, а быть может просто к такому не привыкла.

Вспомнил одиноко стоящую фигурку на остановке с протянутой рукой, какой нормальный мужчина отпустит свою любимую женщину одну в такое время, да еще и на такси?

— Знаешь французский?

— Нет, не считая нескольких слов из школьной программы.

— Не против, если я тебя подвезу?

— Не стоит. — качает она головой.

— Ты на машине? — почему-то я не мог представить ее за рулем.

— Нет, я не водитель.

— Значит, будешь ловить таксистов на дороге?

Утвердительно кивает головой, вертя в руках не допитую бутылку с водой.

— Считаешь, случайные таксисты безопаснее меня? — начинаю потихоньку злиться на нее из за отказа.

— Ни кто, ни когда, ни чего, не делает просто так, у всех, всегда есть свой интерес. — спокойно, словно ребенку объясняет она — У таксистов интерес в деньгах, это просто и понятно, твой же интерес мне не ясен.

Черт она серьезно!? В логике ей конечно не откажешь, но что бы не понять в чем мой интерес…

— Спасибо еще раз. — переводит взгляд на бутылку у себя в руках — За все. — легкая, грустная улыбка едва касается ее губ.

— До свидания. — прощается скрывшись в раздевалке.

Как же с ней тяжело, но я еще ни разу не убегал от проблем и этот случай не станет исключением.

Странный мужчина со странным поведением, не понятна его забота ему, что заняться больше нечем?

Прохладные струи воды бьют по телу, разлетаясь мелкими брызгами, поднимаю голову, закрывая глаза, жаль, что вода не может смыть боль и усталость с души.

Однообразность и предсказуемость убивали, едва придя домой с тренировки, я уже знала, чем закончится сегодняшний вечер. Когда-то я ждала этого с нетерпением, сгорая от страсти, сейчас же не было ни какой реакции. Так не хотелось снова притворяться, быть может, если я лягу спать пораньше он так и останется за компом?

— Ты уже спишь? — моим надеждам не суждено было оправдаться.

— Только легла.

— Подожди, я сейчас. — с недоумением провожаю его глазами.

— Дим, слышишь меня? Нет, я минут на пятнадцать отойду, хотя нет, даже на десять! — слышится голос Сергея из другой комнаты.

Если во мне и было желание, то после этих слов оно окончательно умерло, стало так горько и противно. Надежда на то, что он одумается и в этот раз я все же испытаю оргазм, шмыгнула в дальний уголок моего сердца. Поняв, что и сегодня ей ничего не светит.

Жадные поцелуи, торопливые движения рук на моем теле, он ни когда не смотрел на мою реакцию от тех или иных его прикосновений, едва он понимал что я влажная, ласки мгновенно заканчивались, и он приступал непосредственно к действиям.

Надеть презерватив, войти, несколько десятков движений и он на грани, во мне же только начинает разгораться страсть, он все равно не продержится до конца. Надо прекращать этот театр одного актера, симулирую оргазм и он довольный собой, кончает одновременно со мной.

Зачем я это делаю? Он всегда очень сильно расстраивался, когда я не успевала кончить, а он не мог больше сдерживаться. Что я только не перепробовала, просила, уговаривала, предлагала, обижалась, все воспринималось им как оскорбление его мужской состоятельности.

— Понимаешь, ты у меня такая… просто ух, вот я и не могу сдержаться. — постоянно повторял он мне, но на предложение повторить или участить такие вечера он говорил, что мне всегда мало и обижаясь уходил.

Дошло даже до того что я разрешила ему абсолютно все! Он не только не воспользовался моим предложением, он даже на него не как не отреагировал.

— Меня все устраивает так как есть. — а меня нет и я ему об этом говорила, он обещал что-нибудь изменить, но… все это так и оставалось на стадии обещаний.

— Пойду еще немного поиграю. — улыбается он и практически убегает к своему столу.

Просить остаться бесполезно, не поможет, да и унижаться надоело. Горькая правда жизни, как не старайся, а все мы в той или иной степени от кого-то зависим. И я не исключение, ощущение загнанности в угол не покидало, давя не выносимым грузом на нервы. Я, взрослая, тридцатилетняя женщина, вынуждена уговаривать своего мужа заняться со мной любовью. Боже, до чего же я докатилась! И ведь не уродина, с довольно не плохой фигурой, а самооценка уже на нуле.

Бывали моменты, и я твердо решала найти себе любовника, проще решить, чем сделать. Не уверенна, что современные мужчины знают, что такое женщина и что с ней надо делать. Нет, я не утверждаю что все такие, но искать умелого, перепробовав энное количество мужчин мне вовсе не улыбалось. К тому же эмоциональную составляющую еще ни кто не отменял, а для этого нужны чувства. Вот и получалось: умелый мужчина, плюс чувства, равно нулю.

“Почему мужчины живут с плохими женами? Потому что думают, другая будет еще хуже. Почему разводятся с хорошими? По тому, что думают, найдут еще лучше.” Думаете так считают только мужчины?

Сегодня, роман давался мне с большим трудом. Но я упорно сидела и вымучивала строчку за строчкой. Для меня это было подобно аду, но еще хуже было слоняться без дела по дому, то и дело, натыкаясь на Кирилла. Да и зачем обманывать саму себя, я просто боялась того что он сделает на этот раз. Боялась и в то же время с нетерпением ждала. Что делать, о чем говорить и самое главное как реагировать?

Просидеть удалось всего лишь до четырех часов. Спину нещадно ломило от долгого сидения в одной позе. Почему-то когда пишешь этого не замечаешь, можно просидеть сколько угодно, но стоит прекратить, как она тут же дает о себе знать.

Молча, протопала мимо дивана, на котором сидел Кирилл, даже не взглянула в его сторону. Едва прикрыв двери, стянула с себя свитер и буквально рухнула на кровать, уткнувшись носом в подушку, которую обняла руками. Поясница вновь отдалась ноющей болью. Так всегда, надо чуть-чуть полежать и все пройдет, когда мышцы немного расслабятся. Матрац с боку начал неожиданно проседать, заставив меня приподняться на руках.

Саша прошла мимо меня деревянной походкой, через несколько минут раздался скрип кровати. Посмотрел на часы, не удивительно, что ей плохо, просидела шесть часов за ноутбуком. Дверь в спальню осталась немного приоткрытой, врятли это приглашение, скорее всего сейчас ей наплевать на все. Заглянул в приоткрытую дверь, лежит на кровати, даже свет не включила. Губы растянулись в улыбке, а что, поза у нее как раз подходящая. Неслышно подошел к кровати, она заметила меня лишь тогда, когда я присел рядом.

— Тс-с-с, — надавил ей ладонью на спину заставляя лечь на живот — Я просто сделаю тебе массаж.

— Спасибо, но лучше не надо.

Ее разум сопротивлялся скорее по привычке, в то время как тело послушно исполняло мои команды. Не стал ее убеждать. Зачем начинать ненужный спор? Для меня это было впервые, обычно массаж делали мне. Остается лишь надеяться, что ей будет приятно, то же что и мне.

Эти рыжие пряди, как давно мне хотелось зарыться в них руками. Дольше чем нужно убираю ее волосы, оголяя плечи и шею. Прохладные пряди скользят сквозь пальцы, не думал что это настолько приятно. В голове мелькают картинки, отвлекая меня от действительности. Тряхнул головой отгоняя особенно яркую, где она на моих коленях, моя рука в ее волосах. Сжимаю пальцы в кулак, причиняя легкую боль, оттягиваю ее голову назад, заставляя неестественно прогнуться в спине. Губы на обнаженной шее, тихий стон на ее губах.

В паху вновь нарастает напряжение, еще не время, слишком рано, но как же хочется сорваться, заступить за черту, которую я сам же и провел. Начинаю разминать шею, медленно опускаясь на плечи. В тусклой полоске света, что просачивается через приоткрытую дверь, кажется, что мои руки намного темнее ее кожи. Темное на светлом. Мне нравится эта разница. На ощупь кожа теплая и гладкая как шелк.

— Расслабься, это всего лишь массаж. — похлопываю ее по плечам.

— Я расслабленна. — голос приглушен подушкой.

— Не удивительно, что у тебя болит спина и шея.

Встаю, направляясь в ванную, вчера где-то там, среди пузырьков натыкался на масло для тела. Без него не обойтись, напряжение нервное, скорее всего уже давно. Нужно действовать аккуратно, иначе ей будет больно.

— Раздевайся. — возвращаюсь в комнату, по дороге щелкаю выключателем.

— Просто оставь меня в покое.

После яркого света в ванной, в спальне совсем темно, чуть сильнее приоткрываю дверь в гостиную. Этого достаточно, она и так будет смущаться.

— Ты говорил, что у меня есть три дня.

— Кажется, я погорячился. — выдергиваю подушку из-под ее головы. Снова надавливаю рукой ей на спину не давая встать. Сажусь перед ней на корточки, глядя прямо в глаза.

— Сейчас, я сделаю так, что бы ты полностью расслабилась. Ни какого секса. — добавляю, видя что она собирается спорить. — Как и обещал. Можешь сопротивляться и спорить, сколько хочешь, я все равно сделаю по-своему.

— А сейчас, мне нужно твое обнаженное тело.

С недоверием смотрю на него, лицо серьезное, в полумраке спальни его глаза кажутся совсем черными, завораживают, могу смотреть в них вечно. Странные желания, не понятный мужчина, но как он на меня смотрит! Не двигаюсь с места, что-то во мне хочет проверить, насколько он серьезен в своих обещаниях. Не накинется же он на меня, в самом деле? Хихикнула, представив, как он на меня набрасывается, срывая топ и спортивные штаны с моего тела.

— Трусики можешь оставить. — продолжает он давать наставления прищурив глаза.

Наверняка гадает, что меня рассмешило. Больше я его не боялась, не знаю почему, просто не верила, что он сделает мне что-то плохое.

— Аха. — пробормотала, отворачивая от него лицо.

Посидит немного да отстанет. Легкий шорох, шаги. Ну вот, я же говорила, ему уже наскучил этот спор.

— Я предупреждал.

Не успеваю среагировать, как его руки цепляют резинку спортивных штанов, а вместе с ними и мои трусики. От неожиданности и возмущения резко переворачиваюсь на спину, наблюдая за тем, как моя одежда полетела на пол.

— Ты что творишь?! — пытаюсь накрыться уголком одеяла, на котором лежу.

Молча, расстегивает свою рубашку, свет падает ему в спину и я жалею, что не могу разглядеть его оголяющуюся грудь. В теле зарождается возбуждение. Какого черта? Скидывает рубашку, встает коленями на край кровати, ныряя руками под одеяло. Наблюдаю за его действиями, боясь даже вздохнуть. Выпад, его пальцы смыкаются на моих лодыжках. Мышцы на руках напрягаются, пока он медленно притягивает меня к себе, так что бы устроиться меж моих бедер. Не отрываясь, смотрю в его гипнотизирующие глаза, молча, не сопротивляясь.

— Дыши. — нависает надо мной.

Делаю глубокий вдох. На его губах расцветает улыбка.

— Не сопротивляйся, — проводит руками по моим плечам, подцепляя пальцами лямки топа — расслабься.

Его руки действуют на ощупь, не отрывает своего взгляда от моих глаз. Стягивает топ на живот, оголяя грудь в черных кружевах.

— Перестань думать, просто закрой глаза и чувствуй.

Покорно закрываю глаза, делая судорожный вздох. Не могу противиться его голосу, сосредотачиваюсь на своих ощущениях. Тянущая боль между ног, невесомые прикосновения пальцев к груди, по самому краю черного кружева. Оттягивает его вниз, оголяя мои соски.

— Такая красивая. — хриплый шепот.

Два слова, а душа поет от радости. Тело, не подчиняясь разуму, танцует в умелых руках. Легкое дыхание едва касается груди, губы смыкаются на соске, вырывая из меня первый стон.

Такая отзывчивая, тело чутко реагирует на прикосновение моих губ и рук. Ее стон, словно музыка для моих ушей. Прижимаюсь бедрами к ее лону, подается мне навстречу, сопротивлений больше не будет. Накрываю губами второй сосок, обвожу языком, слегка посасывая. Отстраняюсь, ложась на бок рядом с ней, протестующий стон, накрываю ее губы своими. Такая неопытная даже в поцелуе, и это заводит еще сильнее. Пусть я для нее не первый, но я стану тем кто разбудит ее тело. Увлекая поцелуем, накрываю рукой ее лоно. Скольжу пальцами по влажным складкам. Ловлю изумленный взгляд распахнутых глаз, так прекрасна в своей страсти.

Отрываюсь от губ, не отпуская ее взгляда. Медленно погружаю палец в манящее тепло, выгибается, хватаясь руками за мои плечи. Совершенно не контролирует свое тело, еще немного и я сам не сдержусь. Ни когда не желал женщину так сильно, возможно по тому, что они все были для меня слишком доступны? Напряжение в паху перерастает в тянущую боль, похоже я все-таки переоценил свою выдержку. Надо заканчивать эти игры. Нахожу особенно чувствительный комочек, потираю пальцами, усиливая напор. Ее тело сходит сума, бедра дрожат от напряжения, беспрерывные стоны срываются с губ. Она на грани, но что-то мешает ей испытать оргазм.

Перевожу взгляд на лицо, глаза крепко зажмурены, все тело напряженно словно струна. Такое ощущение что я в постели с испуганной девственницей, которая не знает как реагировать на мои прикосновения и ее голова забита страхом и терзаниями, мешая телу расслабиться и получить освобождение. Усиливаю движения пальцев, напрягается еще сильнее, сейчас она явно не со мной.

— Саша. — замираю пытаясь до нее достучаться — Посмотри на меня.

Распахивает затуманенные глаза, непонимающе глядя на меня.

— Расслабься, смотри на меня. — кивает облизывая свои пересохшие губы.

Возобновляю движения своих пальцев, плавно подводя ее к грани, и снова она словно застывает на самом краю.

В глазах неуверенность и отчаянье вперемежку со слезами.

— Я не могу. — едва слышный шепот — Никогда не могла.

После ее слов, возбуждение схлынуло, будто меня, окатило холодной водой. Как такое вообще возможно?! В голове не укладывалось, как могла такая женщина ни разу в жизни не испытать оргазма?

— Ни одного оргазма за всю жизнь? — да не может такого быть, тот пыл, с которым она отвечала на мои ласки, был явно неподдельным.

— Только сама с собой. — отворачивается едва слышно шепча.

Сворачивается в клубочек, слышится рваное дыхание, пытается скрыть, но я знаю, что она плачет. Именно в этот момент, я готов был положить к ее ногам весь мир, только бы увидеть ее улыбку. Наверняка думает, что я отступлю, посчитав ее неполноценной. Ну что же она меня еще плохо знает. Я в состоянии подарить ей то, чего она так хочет, а самое главное я хочу этого так, как не хотел ни чего в своей жизни. И начну я прямо сейчас, безо всяких уговоров и правил.

Взять бы да провалиться сквозь землю. Сейчас я просто ненавидела себя за свою неполноценность. Все тело пылало словно в огне, наверное, мне сейчас хватило бы и нескольких движений пальцами что бы достичь освобождения. Молчание Кирилла сводило меня с ума, тишина слишком сильно давила на нервы. Взять и уйти, несколько шагов и я смогу запереться в ванной. Забиться в самый темный уголок и вволю поплакать над не справедливостью жизни. Не задумываться, просто уйти. Но смущение продолжало удерживать меня на кровати, смущение и страх. Пока я лежу спиной к нему, не видно моего живота и огромной груди.

Отчаянье то накрывало с головой, то отступало под натиском здравого смысла. Да какая к черту разница, что он обо мне подумает?! Мне с ним все равно ни чего не светит. К чему мне лишние расстройства, надо заканчивать этот цирк, в котором я играю роль смешного клоуна.

— Кирилл, я хочу, что бы завтра ты ушел. — встала я с кровати не поворачиваясь к нему лицом. — Так будет лучше, для нас обоих.

Моя рука так и не коснулась дверной ручки. Все произошло настолько быстро и неожиданно, что я даже не успела понять, что случилось. Грудь и живот впечатались в стену, не больно, но все же довольно ощутимо. Воздух со свистом покинул мои легкие. Прохлада стены и обжигающее тепло мужского тела. Такие разные ощущения, но они идеально дополняли друг друга. Горячее дыхание коснулось моего уха.

— Я уйду, но только тогда, когда ты не сможешь пошевелить даже пальцем после проведенной со мной ночи.

Его хриплый голос разливался по телу горячей лавой, что собиралась между моих ног в обжигающий комок желания. Еще не утихшее во мне возбуждение взметнулось с новой силой подкашивая и без того дрожащие ноги. Сердце отбивало неровный ритм, если бы Кирилл не прижимал меня к стене своим телом, я бы уже лежала возле его ног.

Мир перевернулся, и воздух в очередной раз покинул мои легкие от соприкосновения моего живота с его плечом. В голове что-то щелкнуло, напомнив мне, что я вроде бы пыталась его выгнать и сейчас должна сопротивляться вместо того, что бы млеть от его прикосновений. Едва эта светлая мысль мелькнула в моем затуманенном сознании, как я тут же приступила к ее выполнению. Напрягла тело и попыталась сползти с его плеча. От моей попытки он даже не сбился с шага, лишь сильнее прижал мои ноги своей рукой. Звонкий шлепок, обжог попку огнем. Срывая с губ болезненный вскрик, переходящий в протяжный стон. Я даже прикрыла ладонью рот от неожиданной реакции своего тела.

Не знаю, что в тот момент на меня нашло, но я стала сопротивляться еще сильнее, получая удар за ударом. С каждым болезненным шлепком с моих губ срывались крики и стоны. Мир завращался, я уже не пыталась понять, где я и что сейчас происходит. Волны обжигающего блаженства расходились по моему телу, заставляя желать еще и еще.

Грудь легла на прохладную поверхность, перед глазами заплясали ярко желтые подсолнухи, не оставляя сомнений в том, что это кухонный стол. Я задрожала от холода, перестав ощущать тепло мужского тела. Попыталась сползти со стола, что бы нащупать ногами опору. Звонкий шлепок, сильнее предыдущих, из глаз брызнули слезы. Рот приоткрылся в беззвучном крике. Какое-то безумие, боль дарующая наслаждение, еще несколько ударов и я к своему ужасу поняла. Я готова была испытать свой первый оргазм, от руки Кирилла, что дарила боль, а не ласкала.

Новый шлепок и я уже не таясь рыдала и стонала в голос. Мне был безразличен свет, что полностью освещал мое тело, безразлично, что он мог обо мне подумать. Я стремилась всеми силами к тому, чего не испытывала ни разу в своей скучной жизни. Давление в теле росло, а вместе с ним и пустота внутри меня. Я сейчас была готова на все, лишь бы он ее заполнил. Новый удар, теплая ладонь накрывает горящую попку, нежно сминая и поглаживая, спускается на бедра. Тело потихоньку расслабляется, я даже не замечала, насколько сильно была напряжена. Пальцы, скользнув по влажному лону исчезают, подаюсь бедрами назад и вновь получаю удар. Ладонь с широко расставленными пальцами ложится на поясницу, с силой прижимая меня к гладкой столешнице. Удары сыплются один за одним, заставляя терять контроль. Кажется я кричала и пыталась вырваться, а затем в меня, без нежности и предупреждения вошли его пальцы. Несколько быстрых движений и меня накрыло сокрушающей лавиной. Все во мне будто взорвалось, не было не звезд, не искр, только разрывающее изнутри наслаждение.

В себя я пришла только когда спина коснулась прохладных простыней. Попку безбожно жгло огнем, лоно все еще пульсировало, а тело бесконтрольно продолжало дрожать. Ярко вспыхнул свет, и я зажмурила глаза. Легкие шаги замерли у кровати, звук расстегиваемой молнии и я плотно сжимаю ноги, от движения попка вновь вспыхивает огнем, вырывая из меня едва слышный стон.

— Боже, ты сводишь меня с ума. — подтягивает он меня к краю кровати схватив руками под колени.

Голос звучит слишком хрипло, и я распахиваю глаза, натыкаясь взглядом, на его восставшую плоть. Дыхание мгновенно перехватывает, глаза округляются от удивления. То ли он слишком большой, то ли мне по жизни попадались обделенные мужчины. Хриплый смешок вырывает меня из задумчивости, и я вновь зажмуриваю глаза, накрывая их ладонями. Чувствую, как щеки заливает теплом, снова веду себя как школьница.

Пытаюсь понять, зачем он стаскивает меня с кровати. Горячее дыхание. Его губы мое лоно.

Тело выгибает от неожиданно острых ощущений, Миша ни когда… мысли обрываются под напором языка и жадных губ. И снова ни какой нежности, ни каких уговоров и ласк, Кирилл брал то, что хотел. Не спрашивая, сметая все сопротивления напором и силой. Бедра подавались навстречу его губам, как я не пыталась, не могла сдержать ни движения, ни дрожь. Так сильно, так сладко. Хочется, что бы эта пытка закончилась и длилась вечно. Пустота внутри меня становилась все больше и болезненней.

— Кирилл!

Даже я слышала, с каким отчаяньем прозвучал мой голос. Руки зарылись в его волосы, то притягивая его голову ближе, то пытаясь оттолкнуть.

— На подушки, спиной на постель, руки над головой.

Я выполняла его приказания безропотно, так быстро как позволяли дрожащие ноги и руки. Наблюдая в каком-то опьянении, как его тело накрывает меня, как его руки держа мои ноги под колени, разводят их так широко как это только возможно. Прикосновение его плоти к моему лону, давление, глухой стон и он впивается мне в губы жестким поцелуем, словно пытаясь меня поглотить. Резкие движения, его бедра ударяются о мои. Мои крики его глухие стоны. Движения на грани. Настоящее сумасшествие. Головокружительный полет. Нет сил, даже пошевелиться, сознание медленно уплывает в сон и лишь на губах растянулась блаженная улыбка.

Двери разъехались, скидывая капюшон и обдавая прохладным ветерком, сегодня ночью слишком тепло, наверное, скоро пойдет снег. Последние минуты свободы.

Настроение почему-то было совсем на нуле, даже тренировка и любимые песни не спасли ситуацию.

Тонкие каблучки звонко цокали по напольному кафелю, какой идиот додумался выкладывать ступеньки на улице скользким кафелем? В зимнее время ходить по такому сплошное самоубийство, а может быть идиотка я, зачем спрашивается, надо было надевать сапоги на таких каблуках? Пожалела, что не надела свои удобные кроссовки, захотелось выглядеть хорошо, даже немного подкрасилась, зачем, для кого.

Хотя, наверное, не стоит врать самой себе, мои старания были совершенно напрасны, сегодня меня ни кто не снимал с дорожки, возможно, это и к лучшему, зачем мне все это, зачем это ему? Где он и где я… слишком красив, слишком высок, слишком идеален, слишком для простой, замужней меня.

Последняя ступенька и можно расслабиться, вроде бы обошлось, ни когда больше не надену эти сапоги. Наверное, это старость, а быть может долгое отсутствие практики, когда-то каблуки были неотъемлемой частью меня.

Хватка сильных пальцев на локте была настолько неожиданной, что нервно дернувшись, все же поскользнулась, вот тебе и обошлось, последняя мысль перед ожиданием удара.

Сильные руки, тепло широкой груди и до безумия приятный запах. Сердце бешено билось в груди, это только от страха.

— Уже можно открывать глаза. — глубокий, хриплый голос, сердце замерло что бы вновь пуститься вскачь.

Карие глаза рассматривали мое лицо с беспокойством и нежностью? Руки не спешили отпускать, а я не стала вырываться, продолжая тонуть в этом взгляде, когда на меня последний раз вот так смотрели?

— Эти каблуки сплошное самоубийство. — тихий шёпот, лицо обдает теплым дыханием — Но на тебе они смотрятся просто потрясающе.

Такой пустяк, простые слова, но как они были сказаны…

Звук разъезжающейся двери вывел из оцепенения заставив встрепенуться.

— Вы хотите, что бы я раньше времени поседела от страха? — пряча руки в карманы и стараясь не смотреть на него, медленным шагом пошла рядом.

— Ты. — поправил он меня.

— Не важно, это не меняет сути вопроса. — неловкость с каждым шагом становилась все сильнее и я начинала нервничать.

— Извини, я как-то не подумал. — и так посмотрел что я сразу поняла, не только подумал, но и продумал все до мелочей.

— Зачем тебе все это? — задала вопрос, доставая из куртки сигареты.

— Что это? — улыбнулся мужчина.

— Понятно, на разговор ты не настроен. Ну что ж, еще раз спасибо и до свидания. — развернулась и зажигая сигарету направилась не спешным шагом к остановке.

Дым с ментолом не привычно сильно обжег горло, не лучшая идея вдыхать ментол на морозе. Резкий разворот и я от неожиданности выдуваю весь дым прямо в мужчину. Да что же это такое-то!

Он морщится и отпуская руку отходит на шаг, с укором глядя на меня.

И этот туда же, таких взглядов мне и дома хватает, в груди неприятно кольнуло, да что со мной не так раз даже малознакомый человек смотрит на меня с брезгливостью!?

— Извини. — развожу руками с кривой ухмылкой на губах — Я не знала что ты один из тех мужчин что считают будто поцеловать курящую девушку, все равно что облизать пепельницу. — радуюсь что в моем голосе не слышно подступающих слез.

— Ника — делает он шаг в мою сторону.

— Не важно. — обрываю я его, снова разворачиваясь.

Надо быстрее уходить отсюда, от этого странного мужчины и ни когда сюда не возвращаться!

Перед глазами карусель, широкая грудь под руками, теплые ладони на лице, обжигающий рот на губах. Он не целует, он меня полностью поглощает, ломая сопротивление, подчиняя своей воле. Так сладко, так горько с привкусом соли. Рушатся барьеры, столько эмоций, безумство с примесью отчаянья.

— Зачем?

Пытаюсь отстраниться, но он не пускает, когда я успела расстегнуть на нем куртку? Или она была расстегнута с самого начала. Не хочу сопротивляться, сдаюсь, обхватывая его талию под курткой, руками, зарываясь носом в приятное тепло.

— Из-за тебя. — накрывает меня полами распахнутой куртки, сильнее прижимая к груди.

— Я не свободна. — шепот приглушен курткой и я не уверенна что он меня слышит.

— Мне все равно.

— Ты рушишь мою жизнь.

— Эта жизнь разрушает тебя.

Бессмысленный разговор, просто надо уйти и забыть.

— Отпусти. — пытаюсь отстраниться.

— Ни когда. — разжимает руки глядя мне в глаза — Не беги.

— Просто забудь.

Заставляю себя развернуться и уйти, забудь, забудь, забудь, твержу сама себе, что б ни сорваться, не заплакать. “Эта жизнь разрушает тебя” зачем, почему именно сейчас!?

Строчки начали расплываться, запрокинув голову, уставилась в потолок. Ну вот, опять. Пора бы смириться, слезы ни чем не помогут. Прошла уже неделя, а я продолжаю утопать в жалости к самой себе. Целая неделя, слишком много и одновременно так мало.

Он ушел, не сказав ни слова, просто взял и исчез. Как же я ненавидела себя за свои поспешные слова. Я по прежнему продолжала во всем винить себя, не потому что чувствовала свою вину, по тому, что так было намного проще. Чувствую себя страусом, спрятала голову в песок, ни чего не вижу, значит, ни чего не происходит. Да это самообман, бег от суровой правды, я не признаюсь в этом даже самой себе. Но где-то глубоко внутри, осознаю, что такие мужчины как Кирилл не слушают, ни кого и делают лишь то, что хотят сами.

Больно, слишком больно осознавать, что тебя бросили. Что все слова, которые он говорил, были пустыми и ничего не значащими. И ведь с самого начала знала, такие как он, ни когда не посмотрят на такую, как я. Еще больнее было осознавать, что меня просто пожалели, так сказать, попытались оплатить долг. Возможно, кто-то решит, что спасение жизни более весомый поступок, нежели подарить женщине несколько оргазмов. И я бы с ними согласилась, но только не в моем случае.

Как бы там ни было, я была благодарна Кириллу за то, что он показал мне, что значит быть желанной женщиной в руках умелого мужчины. Ни когда не забуду тех ощущений, когда мир переставал существовать, когда не имело значение ни чего вокруг. Лишь он и я, лишь наслаждение на грани боли. Такого больше ни когда не будет. Ни когда и ни с кем. По крайней мере, у меня останутся воспоминания о тех, нескольких часах, когда я была безумно счастлива.

В то утро, счастливая улыбка словно приклеилась к моему лицу. Моему счастью не было предела. Я наконец-то испытала то, о чем столько раз писала в своих книгах. Хотелось кричать об этом что есть сил, что бы все женщины знали, такие чувства не миф, все о чем пишут реально! А из зеркала, на меня смотрела совсем другая я. Как много могут изменить глаза, в которых плещется целый океан из самых ярких и положительных эмоций.

Немного туши на ресницы, не для него, для себя. Так я словно выделила свою радость, сделав ее еще более заметной. Для него одежда, халат, надетый на голое тело. Не тот бесформенный и теплый, а шелковый, коротенький, зеленый.

Дрожащая рука легла на дверную ручку, глубокий вдох и я открываю дверь. Торопливая, летящая походка, улыбка не сходит с губ. Тогда, я еще не знала, какой удар меня ждет, иначе, не спешила бы на встречу к суровой реальности.

Я ждала его целый день, до самой глубокой ночи, не желая признавать очевидных вещей. Эта ночь, тоже оказалась для меня не забываемой. Так больно мне не было ни когда. Слезы не иссекаемыми потоками сбегали по моим щекам, казалось, что плакала даже душа.

Внезапная трель телефона, напугала меня едва ли не до икоты. Ну конечно! Сейчас он работает исправно, не смотря на обильные снегопады, тихие, спокойные, даже немного ленивые. Телефон я тоже винила в исчезновении Кирилла. Если бы он не заработал, то Кирилл наверное, остался бы здесь. Нет, не так, я была в этом твердо уверенна, он бы точно остался. А как же иначе? Без теплой одежды и транспорта он бы ни куда не делся. Впрочем, сейчас я явно не права, насильно мил не будешь.

— Да? — поднесла я телефон к уху, успев до него дойти за время раздумий.

— Здравствуйте. — раздался приятный женский голос — Вам срочная посылка, мы можем доставить ее через несколько часов?

— Да, конечно. Я буду дома. До свидания. — попрощалась я с девушкой.

Посылка, странно. Наверное, от Миши. В душе всколыхнулось чувство стыда. В то время как он по мне скучает и шлет посылки, я убиваюсь, по другому мужчине. И все бы ничего, если бы я его любила, но Кирилл нужен был мне вовсе не для любви.

Так я и сидела, терзаясь угрызениями совести и не веселыми размышлениями. Сегодня уже пятнадцатое декабря, скоро новый год, который я так хотела провести в одиночестве. Теперь же от этой мысли становилось грустно. В какой-то момент, возникло желание провести его с Мишей, а затем я осознала, что хочу видеть рядом с собой, в этот праздничный день, совсем другого мужчину.

Перевела взгляд на экран ноутбука. Осталось чуть больше месяца, а я не написала еще и половины книги. Такими темпами и до проблем не далеко, только этого мне и не хватало.

Глава 4

Тихий стук, наверное, привезли посылку. Едва успеваю открыть дверь, как мне на руки ложится коробка. Упакована в шуршащую бумагу, на белоснежном фоне множество ярко-розовых снежинок, весьма не обычно, розовый цвет вызывает улыбку.

— Я должна где-то расписаться? — поднимаю глаза на улыбчивого парня, что застыл в дверях.

— Мне надо знать, вы примите посылку или нет?

Его слова настораживают, и я решаю посмотреть, что в посылке, прежде чем соглашаться. Очередной порыв ветра пробирает до костей.

— Проходите. — приглашаю посыльного в дом и едва он переступает через порог, закрываю двери, в очередной раз передернув плечами от холода.

— А кто отправитель?

— Мужчина! — восклицает парень с таким видом, будто открыл мне великую тайну.

— А имя у этого мужчины есть? — на губах вновь расцветает улыбка.

Серебристая коробка, сантиметров сорок на тридцать, не очень высокая и довольно легкая. Карточки по-прежнему не наблюдается, снимаю крышку, под полупрозрачной бумагой елочные украшения, большие шары различной расцветки.

— Он не представился. — пожал паренек плечами — Просто сказал дождаться от вас ответа, нужна вам эта посылка или нет.

— Нужна. Спасибо. — хочется быстрее избавиться от его присутствия и спокойно рассмотреть подарок.

— Тогда, всего вам хорошего и до свидания!

Рассеяно киваю ему в ответ, просто сгорая от любопытства. Под бумагой, среди шариков виден белый клочок. Слышу, как за спиной захлопнулась дверь и словно ребенок, охваченная нервным возбуждением, бегу к дивану.

Бумага, с тихим шелестом ложится у ног. Боже! Какая красота! Шесть больших шаров, настоящие произведения искусства. Каждый в гнездышке из белоснежной ваты и серебристой мишуры. Подцепила пальцем серебряную ниточку сплетенную в тонкую косичку, аккуратно потянула и ахнула от того что открылось моим глазам! Шарик оказался стеклянным и настолько большим, что едва помещался в обеих ладонях. Много разных украшений я видела, но что бы вот такое, никогда! Под пальцами чувствовались выпуклые линии, сам же шарик был шершавым. Зимний лес, написан явно вручную, покрутив его, удивилась еще больше! Картинка не дублировалась на другой стороне шара, сам шар и был картинкой. Какой стороной не поверни, попадаешь все в тот же лес, но как бы с разных концов.

Шершавым, оказалось покрытие, которое имитировало снег. Попадая на это покрытие, лучи света вспыхивали, рассыпаясь мелкими, ослепительными искорками. С трудом оторвала взгляд от этой красоты.

Второй шар, оказался с таким же покрытием, только за место зимнего леса, была изображена заснеженная, ночная поляна. В середине полянки, виднелся большой сугроб, и если бы художник не нарисовал несколько темных бревен, я бы так и не поняла что это домик.

Ярко желтый свет лился из маленьких окон, согревая весь рисунок, что был выполнен в темно синих тонах. Темные тона, вовсе не портили картинку, все то же шершавое покрытие вспыхивало и переливалось на свету.

Я была потерянна для всего мира на целый час. Зимний лес, домик на заснеженной поляне, переплетение тел, изображенное в тенях. Оставшиеся три просто поразили тем, насколько живыми были. Не знаю как это возможно, но взяв в руки четвертый шарик, я даже побоялась обжечь руки. Мало того что огонь был изображен очень уж реалистично, так еще и языки пламени начинали колыхаться и полыхать едва я начинала крутить шарик.

На пятом были снежинки, пушистые и на этот раз действительно теплые. Застыв в неподвижности, они демонстрировали свою красоту и блеск. Легкое движение шара и снежинки начинали свой неспешный танец. Но стоило покрутить шар сильнее, и начинался неистовый буран, восхищающий своей порывистостью и силой.

А вот с шестым я просидела большую часть времени. Миллионы звезд, от маленьких до больших, складывались в знакомые созвездия, среди, разбросанных по сине-фиолетовому космосу, планет. Этот шар не надо было крутить, он завораживал своей глубиной. Если, не моргая на него смотреть, создавалось такое ощущение, что я погружаюсь глубоко в него. Парю словно планета среди звезд по бескрайнему космосу. Возможно, художник, создавший такую красоту, рисовал вовсе не космос. Возможно, именно так, он видел весь мир.

Очнувшись от своих мечтаний и фантазий, я наконец-то добралась до белого квадрата с золотыми, выбитыми буквами:

«Развешаем их вместе»

Ни точки, ни вопросительного знака. И как прикажете понимать эту фразу? Хотя, чему тут удивляться, все в духе Миши. Как обычно, он занят и за него всю работу делают другие. Ему проще заплатить деньги за эту карточку с выбитыми буквами, чем взять листок бумаги и написать от своей руки. Не спорю, карточка более твердая, буквы красивые и аккуратные, но в них нет души, они не вызывают улыбку при прочтении.

Оставалось еще несколько вопросов. Что он имел в виду, заказав эту фразу, «я приеду к тебе?» Но в этом случае, украшения мы развешать не сможем, разве что он привезет с собой елку. Лезть на высокую сосну, что окружали домик, мне как-то не хотелось, да и не факт что мы смогли бы это сделать. Надо позвонить и отправить ему несколько сообщений, что бы прояснить ситуацию. Но сначала, надо решить, хочу ли я встречать новый год в одиночестве или все же, лучше отпраздновать его вместе. С одной стороны было видно, что он скучает и старается сделать мне приятное, с другой…

Наверное, надо признаться хотя бы самой себе, я ждала, что произойдет чудо и Кирилл появится в новогоднюю ночь, словно дед Мороз и исполнит мои желания.

До боли знакомый, едва уловимый запах. Шаг, два, становится все слабее, смешиваясь с сотнями

других. Остановился, пробегая взглядом по толпе. Наверное, снова показалось. Сколько раз за прошедшую неделю мне казалось, что она где-то рядом. Один раз, даже придя в гости к сестре, уловил этот неповторимый аромат. Но вы в этот день к ней, ни кто не приходил. Вот и сейчас, снова чудится, что она где-то совсем близко.

— Что случилось? — обеспокоенный голос сестры.

— Так, — пожал плечами — показалось.

— Снова она?

Кивнул головой, продолжая свой путь. Еще несколько дней назад, заметив мое состояние, она все из меня выпытала. Я думал, она будет меня осуждать, ведь женщина замужем, а я четко дал понять, что меня это совсем не интересует.

Ведь когда-то и у Зарины увели мужа. Ее парой оказался человек, жаль что они не чувствуют того же что и мы. Им просто, взять и уйти, а для нас это практически смертельно. Тогда ее спас Лешка. Она жила ради него, да и сейчас, по прошествии десяти лет, продолжала жить одним им.

Боже! Как я ненавидел сам себя за то, что в первый раз, увидев одинокую фигурку Вероники на остановке, не додумался за ней проследить. В зале она больше так и не появлялась, видимо решив таким способом, избежать со мной встреч. С каждым днем становилось все хуже. Не думал, что это будет так тяжело. Многие мои знакомые уже обзавелись парой. Но только мне посчастливилось выбрать замужнюю женщину.

Ее адреса в зале не было, но удалось взять номер сотового. Я знал, что звонить бесполезно, она просто бросит трубку или скажет, что бы я больше не звонил. Но, все же я не удержался. Несколько раз набирал номер и просто молчал, слушая ее голос. В такие моменты, всего на несколько секунд становилось легче. А затем я возвращался в реальность, реальность, где ее не было рядом.

— Так больше не может продолжаться! — Зарина говорила это уже тысячу раз — Ты должен ее найти и убедить в своих чувствах.

Она знала, если я захочу, то уже через несколько дней буду знать, где она живет и чем занимается. Но я боялся, а вдруг она меня не примет и захочет остаться с мужем. Не важно, что сестра утверждала обратное. “У счастливой женщины не может быть таких пустых глаз” любила она повторять. И я кажется, начинал ей верить.

— Так что там Лешка хотел в подарок на день рождение? — перевел я тему.

Печально вздохнув, Зарина посмотрела на меня с немым укором. Конечно же она заметила мой маневр, я постоянно так делал что бы уйти от обсуждения болезненной для меня темы.

— Когда-нибудь, ты вынудишь меня, и я займусь ее поиском сама.

Какая-то часть меня этому радовалась, а какая-то просто билась в истерике. Проще жить в неведенье и мечтах, чем раз и навсегда потерять даже эту малость, услышав в ответ на мои чувства категоричный отказ.

— Бедная, наверняка ей тяжело. — смотрела сестра в сторону детского городка — Интересно почему она одна?

Не желая ни кого напрягать, Зарина постоянно таскалась с Лешкой одна. И теперь, зная на сколько это тяжело, сочувствовала таким же как она женщинам, вынужденными справляться с ребенком в одиночку.

Повернул голову на детский плачь, посмотреть, кого в очередной раз стало жалко сестре, замер. До боли знакомая фигурка. Лицо, что снилось каждую ночь, не давая покоя. Метрах в пятнадцати, стояла она, та, что похитила сердце и покой всего лишь за несколько наших встреч.

— Зарина я…

— Знаю, знаю. Давно пора. Буду ждать твоего звонка.

Сердце в груди колотилось как бешенное пока я приближался к звездочке. С тех пор как услышал это прозвище, не мог называть ее по-другому. Моя потухшая звезда, надеюсь, что когда-нибудь я все же смогу заставить ее сиять для меня.

Мальчуган, лет трех, активно махал руками и пытался слезть с рук Вероники. На ее лице читалось отчаянье и безумная усталость.

— Заинька моя, мы обязательно придем сюда еще, а сейчас нам пора домой.

После ее слов малыш разревелся еще сильнее. Вероника уже с трудом удерживала его на руках. Не удивительно, малыш довольно крупный и наверняка безумно тяжелый, она же совсем крошечная, к тому же женщина.

— Давай я его возьму? — вскидывает удивленные глаза услышав мой голос.

— Спасибо, но лучше не надо. Он не особо жалует чужих, к тому же извазюкает тебя в конфете.

— Не страшно. — протянул руки к малышу — У меня племянник когда-то тоже был таким.

Звездочка не спешила отдавать мне малыша, не смотря на то, что едва стояла на ногах. Да и малыш, завидев меня рядом, вцепился маленькими рученками ей в кофту, пряча свое лицо у нее за плечом. Идея пришла внезапно, обошел Веронику, встав за ее спиной. Глубокий вздох и моя грудь касается ее спины, обхватываю ее руки своими, помогая ей держать малыша. Притягиваю ее выпрямившееся в струну тело к себе.

— Привет. — смотрю на личико закрытое маленькими ладошками.

Пальчики приоткрываются, малыши все любопытные и этот не исключение надо лишь найти чем его заинтересовать.

— Просто расслабься и откинься на меня. — чувствую как ее тело дрожит от напряжения — Поверь, я выдержу.

Все еще сомневается, но усталость берет свое и она откидывается мне на грудь, не до конца, проверяя правдивость моих слов. На несколько секунд теряюсь в ее аромате, мой волк готов валяться у нее в ногах упрашивая ее быть рядом с нами. Как же мне сейчас хотелось, что бы она мне доверяла, позволила быть рядом и оберегать. Ее можно было понять, она меня совсем не знала и уж тем более, ей было невдомек, что я с легкостью могу поднять на руки ее и малыша. Давление на грудь усилилось и едва слышный вздох облегчения, сорвался с ее губ.

— В чем причина вашего спора? — смотрю на любопытную мордашку, голубые глаза с интересом изучают мое лицо.

— Детский городок. — обреченно вздыхает она — Машины это наша слабость.

— Зи-зи! — тут же подает малыш голосок, указывая пальцем направление.

И столько светится надежды в направленном на меня взгляде, что сердце пропускает удар. Мои. Мы оба согласны с этой мыслью. Немыслимо, но зверь во мне признал малыша, такого ни когда не случалось. Звери не люди, они действуют на инстинктах, ни когда не признавая чужого потомства. Сколько пар не смогли быть вместе по этой причине, а мой признал и я был этому безумно рад. В душе вновь затеплилась надежда.

— Может быть мы пойдем и еще немного покатаемся на машинках? — она не обрадуется моему самовольству, поэтому жду решения от нее.

— Уже слишком поздно. — качает она головой, не замечая как с каждой секундой все больше расслабляет руки — Да и наш лимит на этот раз исчерпан.

— Мам! — подбегает к нам девушка, на вид лет одиннадцать — Все, деньги закончились!

— Здравствуйте. — наконец-то обращает внимание на меня.

Странно, но она ни как не реагирует на то, что ее мать в объятиях другого.

— Зи-зи! — вновь оживает малыш.

Подхватываю малыша, поднимая его над головой Вероники. Оборачивается ко мне с встревоженным лицом. Прижимаю малыша к груди.

— Давай попросим маму остаться еще на чуть-чуть. — заговорщецки шепчу ему.

— Да! Да! — неожиданно подключается девочка.

— Света, лимит исчерпан. Деньги на карточке закончились.

— Я оплачу. — вижу огонек недовольства в ее глазах — Вероника, не лишайте детей удовольствия.

Кивает головой, соглашаясь, губы недовольно поджаты. Похоже, меня ждет неприятный разговор, без разницы, главное, что бы она была рядом. Неспешно направляемся в детский городок, к стойке администратора. Сажу малыша прямо на стойку, достаю кошелек и отсчитываю несколько купюр, протягивая их администратору.

— Карточку одну или две? — кивает на детей.

— Одну, вторая у нас есть. — протягиваю руку к девочке, в которую тут же ложится пластиковый квадрат.

— Это слишком много! — протестует Вероника.

— Я все равно получу хорошую взбучку. — улыбаюсь ей, придерживая ерзающего малыша — Так пусть хоть будет за что.

Ну вот, наконец-то они снова встретились. Изначально я задумывала сцену возле тренажерного зала совсем по-другому. Владислав тогда должен был увезти Веронику на свидание, но уход Кирилла настолько меня расстроил, что я просто не могла описывать их свидание и зарождающиеся чувства. А быть может я просто не хотела страдать одна и отыгралась на Владиславе за поступок Кирилла? Спасибо неожиданному подарку, который поднял мне настроение, иначе они бы еще долго не встретились и страдали в дали друг от друга. Да, да, хоть я этого и не описывала, но твердо знала, Вероника очень хочет все бросить и быть любимой, но дети, да и муж все-таки есть. Они столько лет вместе, что кажется, даже мысли о другом были уже предательством.

Я завидовала своей героини, как же я хотела оказаться сейчас на ее месте! И не из-за того что Владислав был копией Кирилла, а из-за детей. Как же хотелось держать крохотное тельце на руках и осознавать, что именно ты дала ему жизнь. Не прошеные слезы, вновь навернулись на глаза. Почему Миша не хотел детей, так и осталось для меня загадкой. Не думаю, что его слова о том, что мы еще не готовы ни морально, ни финансово, были правдой. А если и так, то я просто отказывалась это понимать. Столько лет жила и меня все устраивало, что изменилось сейчас? Почему именно после приезда сюда, я взглянула на свою жизнь с Мишей совсем под другим углом? Быть может, всему виной Кирилл. Нет, это больше похоже на какой-то бред. Мне просто надоело существовать, да, именно так. Казалось, моя жизнь вдруг разделилась на до и после. И эта черта появилась именно тогда, когда я решила поехать сюда. Только сейчас поняла, я совсем не скучала по мужу, и даже это слово «муж» стало каким-то чужим и не правильным. Но, не смотря на это, чувство вины по-прежнему точило меня изнутри. Я запуталась, не понимала, чего хочу. С Мишей была уверенность в следующем дне, я знала, что он будет рядом и всегда меня поддержит, правда, его поддержка чаще всего выражалась в деньгах. Которых и у меня было достаточно, но сам факт того что я не одна, успокаивал. Тихая, спокойная, размеренная жизнь. Жизнь на грани полной апатии.

С Кириллом же все было совсем на оборот. Не было ни какой уверенности в завтрашнем дне, что он мне наглядно доказал, взяв и исчезнув из моей жизни. Он ни чего не обещал, ни чего не просил, он брал то что считал нужным и уходя не оборачивался. Но тело отзывалось даже на воспоминания о нем. Стоило лишь вспомнить его ласки, и я готова была идти к нему хоть пешком, прямо отсюда, по холоду и снегу. Это уже смахивало больше на болезнь. Вот бы взять и объединить Мишу и Кирилла в одного мужчину. В который раз подивилась бедовости своих фантазий.

За окном слабо светило солнышко, на голубом небе ни облачка. С того дня как я пойдя гулять нашла Кирилла, желания выйти на улицу у меня не возникало. Зато я часами могла сидеть на широком подоконнике с кружкой кофе и зажженной сигаретой. Для удобства принесла даже несколько маленьких подушек из гостиной.

Дым сигареты вился причудливой змейкой, очередная затяжка, холод ментола и вслед сразу же обжигающий глоток кофе. Надо бросать эту вредную привычку, вот только зачем, для кого? Надо, легко сказать, на деле же это практически не возможно. И дело тут вовсе не в зависимости, отсутствие стимула и причины. Именно они делают непосильной даже самую простую задачу. Холод ментола, обжигающий кофе, я ловила нереальный кайф от этих ощущений, даже противоположности могут дополнять друг друга. Как отказаться от того, что так сильно любишь? Можно вспомнить про здоровье. В голове тут же всплыла картинка с кладбищем, где на воротах написано «Минздрав предупреждал!» Но даже этот рисунок воспринимается мной с улыбкой на губах. Так сложно представить, что когда-нибудь и я окажусь там, все это так далеко и не реально. Так уж устроен человек, пока его не коснулось, он будет думать, что его все это обойдет стороной. Я не исключение, умом понимаю, но не делаю, ни каких попыток что-либо изменить.

Еще с двадцати лет, я дала себе обещание. Брошу курить и пить кофе, в больших количествах только узнав о своей беременности. Так вот и жду этого долгожданного события уже много лет. Дождусь ли?

Стук в дверь, очередная странность. Сползаю с высокого окна, направляясь к входным дверям. Все тот же улыбчивый парень, видя его искреннюю радость, не могу удержаться, отвечаю ему улыбкой.

— Здравствуйте! Это снова вам! — энергия так и бьет из него, разлетаясь во все стороны.

Вот бы и мне так, получать удовольствие, видя как другие, получают подарки. У него уже праздничное настроение, когда я последний раз испытывала это приятное чувство нервного ожидания? Вскоре и он поймет, что надеяться на чудо бесполезно, оно ни когда не случается, особенно с теми, кто его очень ждет.

— Спасибо. — в руки ложится совсем невесомая, маленькая коробочка.

— Счастливого нового года! — сбегает он по ступеням с лучезарной улыбкой.

Все та же оберточная бумага с розовыми снежинками наводит на мысль о том, что отправитель один и тот же человек. Вот только теперь я почему-то стала сомневаться, что это Миша, слишком уж на него не похоже. Хотя, кто знает, возможно, мой отъезд положительно на него повлиял. А может быть, я просто хотела верить в то, что Кирилл меня не забыл.

В коробке, десять на пятнадцать сантиметров, лежала статуэтка деда мороза. Ничего необычного, все та же борода, красный костюм и посох в руках. Почему-то я была уверенна, что елочные украшения, присланные мне вчера и этот дед мороз, дело рук одного и того же мастера. Белоснежный, упругий квадрат бумаги, золотые буквы гласили: «Я исполню твое самое заветное желание». Милая вещичка, но от слов на бумаге стало совсем грустно.

— Увы, мое заветное желание не по силам даже тебе. — грустно улыбнулась я яркой игрушке.

Глава 5

Галстук ощущался на шее словно удавка, едва переступив порог, дернул, ослабляя тугой узел. Массивная дверь с глухим стуком захлопнулась за моей спиной. Наконец-то эта адская неделя закончилась, последнее дело оставило неприятный осадок в душе. Почему именно оно, для меня было загадкой. Бывали дела и по сложнее этого, но именно сейчас я осознал, сколько мерзости проходит через меня. Хищения, убийства, измены, издевательства. Почему я выбрал именно эту профессию? Сейчас уже и не вспомню, в памяти осталось лишь яркое, всепоглощающее желание выбраться из той грязи, в которой я родился и рос.

Галстук полетел на пол вслед за портфелем набитым различными документами. С тихим вздохом, опустился в кресло, откинув голову на высокую спинку. Знакомый запах кожи и полироли, сколько себя помню, в моем доме так пахло всегда. Лидия, золотой человек, только благодаря ей, в доме царил порядок и чистота. Бывало, я не видел ее месяцами, но постиранная одежда и холодильник забитый приготовленной едой существенно облегчали мне жизнь.

В погоне за хорошей жизнью и деньгами я напрочь забыл о других ценностях, в том числе и о Лидии. Когда-то эта женщина, будучи еще совсем молодой девушкой, подарила мне второй шанс на жизнь, а я сейчас плачу ей полным безразличием. Убедился, что она живет в тепле, сытости и успокоился. И все бы ничего, вот только она была так же одинока, как и я.

Бросил взгляд на часы, почти шесть вечера, надеюсь еще не поздно все исправить. Быстрый душ, свободный свитер, потертые джинсы. Под урчащий звук мотора новенькой бмв, мысли уносятся в прошлое.

Я только окончил школу, этим же летом, ей пришло письмо от отца. Он сообщал ей о своей болезни и просил переехать жить к нему. Я не понимал ее не желания ехать, ровно до того момента пока она не рассказала мне о том, как ее отец бросил мать Лидии едва узнав о ее беременности. А сейчас спустя столько лет вдруг вспомнил о том, что у него есть дочь. В письме, он обещал оставить ей квартиру и это, стало решающим фактором, в принятии ей решения. Уже тогда, я понимал, что она делает это только ради меня. На все мои уговоры ни куда не ехать она мне отвечала.

— Кир, тебе надо учиться дальше, задуматься о дальнейшей жизни и карьере. Чего ты сможешь добиться в этом богом забытом месте, какие высоты тебя здесь ожидают?

Я признавал ее правоту, но это не избавило меня от чувства вины. Старая, обшарпанная, однокомнатная квартира. Четыре долгих года она ухаживала за своим отцом, я помогал ей как мог. Учился на юридическом, а по вечерам подрабатывал грузчиком, благо здоровье и телосложение позволяли. Спустя четыре года, после похорон, нас ждало новое потрясение. Неожиданно нашлись жена и дочка, умершего. Ни каких документов на квартиру мы не оформляли, умерший лишь признал Лидию своим ребенком. Квартира должна была перейти к ней как к единственной наследнице. Так мы думали тогда, еще не зная о том, что у умершего была другая семья. Спустя неделю, нас выселили из квартиры. Ни когда не забуду победной улыбки что сияла на их лицах.

Тесная комнатушка, и изматывающая работа стали нашими постоянными спутниками. Я хотел вернуться обратно в деревню, но Лидия уперлась, настаивая на том, что я должен доучиться. Спустя еще два года я закончил юридический и меня тут же приняли на работу. Спасибо практикам на которых я зарекомендовал себя на отлично. Со временем жить становилось все легче, я, одну за одной, покорял все доступные высоты. И спустя пять лет, что прошли с того времени как нас выселили, смог вернуть Лидии ее квартиру. Если бы у нас, было хоть немного денег в тот момент на хорошего адвоката, квартира осталась бы нашей. Как оказалось, со своей женой отец Лидии развелся задолго до болезни, просто, в один прекрасный момент, выяснилось, что его дочь вовсе и не его. Стоило мне копнуть по глубже, как отыскались и документы о разводе, и его отказная от дочери, которую нагуляла его жена.

Знакомый подъезд, все те же ступеньки, дверь с номером «9», вот только квартиру уже и не узнать после ремонта и покупки новой мебели. Палец уверенно опускается на кнопку дверного звонка, тихие шаги, поворот ключа и до боли знакомое и любимое лицо.

— Мам, прости меня. — заключаю Лидию в свои объятия.

Маленькая квартирка, совсем крошечная кухня. Но, не смотря на размеры, все в этом доме дышало теплотой и уютом. Только сейчас, оказавшись здесь спустя несколько лет, я понял, насколько пустым и мертвым был мой дом. И дело было вовсе не в том, что Лидия носилась по кухне от стола к холодильнику, от холодильника к газовой плите и так бесчисленное количество раз. Просто, это место любили и жили здесь с удовольствием, от того квартира и казалась живой.

— Мам, ну что ты. — стало как-то не по себе от того на сколько она суетилась пытаясь меня накормить.

Как давно это было в последний раз? Что со мной случилось? Почему я однажды от всего этого отказался и воздвиг между нами стену? Я и сам не мог понять, когда и как позволил подобному произойти. Променять любовь и заботу на одиночество и пустоту, да что со мной было не так?

— Могу поспорить, ты не притронулся к тому, что я оставила в холодильнике у тебя дома! Когда ты чем-то расстроен, вечно забываешь о себе.

Боже, эта женщина знает меня как саму себя. Как же я соскучился по ее заботе! Она всегда меня ругала, когда я забывал поесть, а подобное случалось довольно часто. При воспоминании о былых временах, на губах растянулась улыбка.

— Не было времени, прости.

— И чем же ты был занят на этот раз? Готовился к очередному делу? — в голосе сквозило беспокойство — Ты слишком много работаешь, надо хотя бы иногда отдыхать.

Предо мной, на стол опустилась тарелка. Вдохнув запах еды, осознал, насколько я был голоден. Рука сама потянулась за вилкой. Лидия села напротив, молча меня рассматривая, пока я ел. Она заговорит лишь тогда когда на тарелке не останется и крошки. Создавалось ощущение что я живу в каком-то вакууме, не вижу и не чувствую ни чего вокруг пока меня не ткнут носом. Словно младенец, учусь жить заново. Беспокойство и чувство вины потихоньку сходили на нет. Спасибо Лидии, она вела себя так, будто все было по-старому, и я не был засранцем последние несколько лет.

— Почему ты на меня не злишься? — отодвинул я от себя пустую тарелку — Спасибо, все как обычно очень вкусно.

— Все мы совершаем ошибки. — кивнула она принимая мою благодарность за еду.

На ее губах играла улыбка и если бы не привычка пристально всматриваться в лицо, ища любые проявления эмоций, я бы и не заметил промелькнувшую в ее глазах боль.

— Я только сейчас понял, каким стал. До этого вечера даже не замечал, что что-то не так. — даже для меня эти слова казались жалкими, но я не знал что еще сказать в свое оправдание. Да и было ли оно у меня?

— Кир, что случилось? — накрыла она ладонью мою руку сжатую в кулак.

— Все в порядке, просто я наконец-то понял, каким засранцем стал.

— Не морочь мне голову! Просто так люди не меняются.

Возможно, не стоит ей всего рассказывать и расстраивать ее еще больше, но я и так предал ее доверие и любовь. Вранье только усугубит ситуацию, к тому же, у нас когда-то была договоренность, говорить друг другу правду какой бы горькой и страшной она не была.

— Меня пытались убить, — внимательно следил за ее состоянием, на лице появилось беспокойство и слегка расширились глаза. Вполне допустимая реакция и я решил продолжить разговор.

— Я выжил только благодаря чуду. — по губам скользнула улыбка едва я вспомнил о том кто оказался моим спасителем, вернее спасительницей.

— Ты их нашел? Узнал, почему они хотели тебя убить? — на последнем слове ее голос дрогнул и я не раздумывая опустился перед ней на колени, согревая ее похолодевшие руки в своих ладонях.

— Я предполагал, что это случилось из-за моего последнего дела, а когда появился в зале суда, в назначенный срок… Их лица были настолько красноречивы. — перед глазами всплыли лица обвиняемого и его адвоката.

Сказать, что они были поражены и шокированы, не сказать ни чего. Весь процесс они так и сидели, словно замороженные статуи. И это сыграло мне на руку, они практически не пытались привести факты в пользу своей невиновности.

— В любом случае, все уже закончено. Они проиграли дело и получили по заслугам.

— Ты наказал их за то, что они хотели тебя убить?

— Нет. — покачал я головой — У меня не было ни каких доказательств. — Женщина которая меня спасла, могла бы стать свидетелем, но она не заслужила того что бы я втягивал ее во все это.

— Ты говоришь о ней с улыбкой. Она тебе нравится?

— Все так не понятно. Она замужем, но не кажется счастливой. К тому же я ее совсем не знаю, но она не выходит у меня из головы. Весь процесс я думал о ней, а не о деле, эта неделя показалась ужасно тяжелой и изматывающей.

— Почему же ты оставил ее если она тебе так нравится?

— Она сама так захотела, да и дело… У меня не было выбора.

— Ты испугался. — на лице Лидии расцвела улыбка.

— Вот еще. — буркнул я не желая признавать ее правоту.

— Иногда, достаточно и нескольких минут, что бы понять, что ты нашел свое счастье. А иногда, не хватает и целой жизни, что бы понять, что оно всегда было рядом с тобой.

Глаза Лидии смотрели сквозь меня, она прибывала в своих воспоминаниях. А до меня только что дошло, она не стала меня осуждать за чувства к замужней женщине и даже намекнула, что бы я за нее боролся.

— Иди к ней. Только обещай больше не попадать в переделки.

— Ты самая лучшая, — сжал я ее в объятиях — я вернусь через несколько дней. Обещаю.

Глава 6

— Зачем вам все это?

— Я думал, что мы перешли на «ты».

— Отлично, тот же самый вопрос через «ты».

На его губах растянулась улыбка, преображая и без того красивые черты лица. Похоже, его забавляла моя манера разговаривать или же просто нравилось доводить меня до зубовного скрежета.

— Из-за тебя. Я не делал из этого секрета.

— По-моему, в прошлый раз я ясно дала понять, что замужем.

— Я так же ясно сказал, что мне на это плевать.

— Не спорю, ты привлекательный мужчина и не будь я связанна обязательствами, твоя внешность меня бы привлекла.

— Но ты ими связанна и-и?

— И не собираюсь рушить семью из-за нескольких встреч.

— А если я тебе скажу, что нескольких встреч мне будет не достаточно, что я хочу постоянно видеть тебя рядом?

— Я вот одного не могу понять, почему именно я? Вокруг столько красивых, стройных и молодых, помани пальцем, и они с радостью скрасят тебе несколько вечеров.

— Мне нужна только ты, даже представить себе не можешь насколько это серьезно. Если я расскажу тебе всю правду, ты просто мне не поверишь.

— Бессмысленный разговор.

Как же мне хотелось поверить его словам, хотелось, что бы все это оказалось правдой. Он странным образом будил во мне уже давно забытые чувства и ощущения. Как просто было бы закрыть глаза и согласиться на все, что он мне предлагал, пусть это будут лишь несколько ночей, но они вновь заставят почувствовать себя желанной и любимой. Если он мог красиво сочинять с таким искренним взглядом, то ему не составит труда претвориться безумцем, влюбленным по самые уши.

— Ты не поверила не единому моему слову. — обвинительно выдохнул он опуская глаза в которых мелькнула неподдельная боль.

Кажется, я начинаю принимать желаемое за реальное.

— Давай на чистоту, посмотри на себя, ты красив, высок, отлично сложен и явно при деньгах. А теперь посмотри на меня, мне тридцать лет, я замужем, имею двое детей, избыточный вес, посредственную внешность и стеснена в средствах. А теперь объясни мне, зачем ТЕБЕ, такая как Я?

— О чем ты, черт возьми, говоришь?! Какая сволочь настолько понизил твою самооценку?

При его словах, в голове всплыла картина сидящего за компьютером Сергея. Что же, он дал ему очень точную оценку, с этим я поспорить не могла.

— Ты хочешь, что бы я оставил тебя в покое, давай заключим с тобой сделку?

Наш разговор принимал весьма интересный оборот, его слова о сделке меня заинтересовали. В душе вновь всколыхнулась надежда на то, что он окажется именно тем типом людей, которые добиваются своего любой ценой. Я до чертиков хотела вновь оказаться в его объятиях, почувствовать его сильные руки на своем теле. От одной мысли о том, что на мне в этот момент не будет одежды, по телу прокатилась волна возбуждения. Будет ли он нежным или же наоборот напористым и властным, какого будет ощущать его внутри себя.

Шумный вздох, вырвал меня из сладостных грез. Его ноздри раздувались, словно он к чему-то принюхивался, в глазах зажглось веселье. Он пристально смотрел на меня, все еще ожидая ответа на заданный им вопрос.

— Сделка? — переспросила я так как уже не помнила какой точно он задавал мне вопрос.

— Две недели, ты не избегаешь моего общества, не шарахаешься от меня и в моем присутствии забываешь о том, что ты замужем. Если после того как пройдут эти четырнадцать дней, ты скажешь мне, что я тебе по-прежнему не нужен, я уйду.

— Заманчиво, но увы, невозможно. Я не смогу уделить тебе столько времени, если ты еще не забыл у меня двое детей. И если Света уже самостоятельная, то Темка малыш, который не может обходиться без своей мамы, да и я, ни когда не променяю ребенка не на одного, пусть даже самого потрясающего мужчину.

— Я не прошу тебя, их оставлять, они часть тебя, а ты нужна мне вся, без остатка. Со всеми твоими комплексами, минусами и лишними килограммами, такая, какая ты есть.

Я просто потеряла дар речи, что обычно отвечают на подобное признания? От смущения меня спас Темка, который наигрался в детском городке и теперь, взяв меня за руку, с важным видом потопал к стоящим неподалеку мотоциклам.

— Зи-зи! — ухватился он за один из них пытаясь закинуть свою маленькую ножку.

Мотоцикл, закрепленный на полу, был раз в десять больше него и от этого он выглядел необычайно мило, пытаясь с серьезным видом на него забраться.

— Кучи зи-зи! — показывал Темка своим пухлым пальчиком на темный экран.

— Маленький, мама не умеет на них ездить. Давай просто на нем посидим? — протянула я к малышу руки.

— Вероника, позволь мне, он довольно тяжелый для женщины твоей комплекции и роста.

Пока я стояла с открытым ртом и в полной растерянности. Влад, подхватив на руки Темку, легко запрыгнул на мотоцикл.

— Ника, давай карточку! — протянул он ко мне руку.

Едва карточка коснулась его ладони, как сильные пальцы обвили мое запястье.

— Ты такая милая, когда смущаешься и краснеешь.

Не успела я открыть и рта, как он уже отвернулся, полностью сосредоточившись на Темке, вглядываясь в бегущую на экране дорогу.

Мотоцикл мотало из стороны в сторону, Темка визжал и смеялся, а у меня в душе все переворачивалось вверх дном. Они сейчас были так похожи на отца и сына.

— Вот бы он был нашим папой. — раздался сзади голос Светы.

— Перестань, как ты можешь такое говорить?!

— А что? Папа ни когда не играл так с Темкой, посмотри как им весело, он даже не претворяется что ему интересно. Кстати как его зовут?

— Владислав.

— Прикольно, мы возьмем его с собой, когда пойдем гулять в следующий раз?

— Света, прекрати, только послушай себя.

Фыркнув, она отвернулась, с преувеличенным интересом рассматривая экран, по которому продолжала бежать дорога.

Было обидно за Сергея, ведь он всегда их любил и не жалел денег, пусть их было и не много. Я старалась уделять детям все свое свободное время, но только сейчас осознала, насколько им не хватает мужского внимания. На сколько его не хватает мне, вспомнила как он обняв меня со спины, держал на себе вес Темки и моего тела. Как же я была рада его появлению, так приятно когда о тебе заботятся.

Легкий стук отвлек меня от написания романа, так не хотелось останавливаться, редко когда мои мысли так легко и просто бежали строчками на экране ноутбука. Полная тишина, наверное, показалось. Хмыкнула про себя, два дня подряд получала подарки и вот он результат, жду третьего подарка. Нет смысла отрицать, мне было безумно приятно, но все же оставался не большой осадок. Я хотела, что бы эти подарки были от Кирилла. Правильно про нас говорят, женщины странные создания, вечно чего-то хотят, а когда наконец-то получают желаемое еще и не довольны. А может быть, все дело в своевременности? В прочем, буду разбираться в этом потом. Пальцы вновь запорхали по клавиатуре.

— Света.

— Знаю, знаю, не дура. Мы были втроем.

— Света?

— Ну что опять?!

— Спасибо.

— Я же вижу, как ты несчастна. А с Владом у тебя глаза горят.

Боже, неужели даже ребенок это заметил? Было неудобно и очень стыдно просить Свету ни чего не рассказывать Сергею, ведь он ее отец. Но она на удивление все поняла сама, еще и не осудила. Возможно, наша с ней проблема заключалась в том, что я считала ее слишком маленькой и обращалась как с ребенком. Уже не такой уж и ребенок. На губах расцвела улыбка, впервые я получила удовольствие от прогулки с детьми, приехала домой с хорошим настроением, и даже ни капли не устала. Еще и со Светой не пришлось спорить и что-то ей доказывать.

Сергей с подозрением косился на меня, видимо, как обычно, ожидал море упреков и претензий. Даже привычные хлопоты сегодня не казались чем-то тяжелым и ненавистным. С губ не сходила улыбка, перед глазами постоянно стоял улыбающийся Влад с Темкой на руках. На мои робкие попытки забрать из его рук малыша, он лишь качал головой и улыбался. И все-таки тот тонированный лексус оказался его. Запах кожи приятно щекотал ноздри, хотелось дышать им полной грудью, не то, что в нанятых такси. Темка умудрился пролить свой молочный коктейль на сидение. Помню, как напряглась, когда Влад затормозил, свернув к обочине, было так неудобно, и я ожидала от него вполне оправданных претензий. Вместо этого, он обернувшись назад, обвил своей ладонью мою руку, которой я лихорадочно пыталась нащупать салфетки что лежали в моей сумочке.

— Ника, успокойся, это всего лишь сиденье. Возьми — протянул он мне пачку салфеток, успокаивающе поглаживая своими пальцами мою руку, сжатую в кулак.

Всю оставшуюся дорогу с его лица не сходило хмурое выражение, и я уже начала жалеть, что мы вообще приняли его предложение подвезти нас до дома. Но Влад, как оказалось, был полон сюрпризов.

— Ника, ты завтра придешь в тренажерный зал?

— Подумай, — быстро заговорил он заметив мою нерешительность — я буду ждать.

Боже, неужели даже ребенок это заметил? Было неудобно и очень стыдно просить Свету ни чего не рассказывать Сергею, ведь он ее отец. Но она на удивление все поняла сама, еще и не осудила. Возможно, наша с ней проблема заключалась в том, что я считала ее слишком маленькой и обращалась как с ребенком. Уже не такой уж и ребенок. На губах расцвела улыбка, впервые я получила удовольствие от прогулки с детьми, приехала домой с хорошим настроением, и даже ни капли не устала. Еще и со Светой не пришлось спорить и что-то ей доказывать.

Сергей с подозрением косился на меня, видимо, как обычно, ожидал море упреков и претензий. Даже привычные хлопоты сегодня не казались чем-то тяжелым и ненавистным. С губ не сходила улыбка, перед глазами постоянно стоял улыбающийся Влад с Темкой на руках. На мои робкие попытки забрать из его рук малыша, он лишь качал головой и улыбался. И все-таки тот тонированный лексус оказался его. Запах кожи приятно щекотал ноздри, хотелось дышать им полной грудью, не то, что в нанятых такси. Темка умудрился пролить свой молочный коктейль на сидение. Помню, как напряглась, когда Влад затормозил, свернув к обочине, было так неудобно, и я ожидала от него вполне оправданных претензий. Вместо этого, он обернувшись назад, обвил своей ладонью мою руку, которой я лихорадочно пыталась нащупать салфетки что лежали в моей сумочке.

— Ника, успокойся, это всего лишь сиденье. Возьми — протянул он мне пачку салфеток, успокаивающе поглаживая своими пальцами мою руку, сжатую в кулак.

Всю оставшуюся дорогу с его лица не сходило хмурое выражение, и я уже начала жалеть, что мы вообще приняли его предложение подвезти нас до дома. Но Влад, как оказалось, был полон сюрпризов.

— Ника, ты завтра придешь в тренажерный зал?

Очередная сигарета, губы обхватывают фильтр, вдыхая ментоловый дым. Так приятно, практически обжигает горло, не хватает лишь горячего кофе для контраста ощущений. Кошусь на плиту, до нее не меньше пяти шагов, слишком далеко. Так не хочется отрываться от вида, за окном закат. Солнце словно опустилось на острые вершины сосен, что бы задержаться еще ненадолго, перед решающим падением. Снова кошусь на плиту, пора бы уже и поесть, с тяжелым вздохом тушу в пепельнице то, что осталось от сигареты. Яркий огонек рассыпается мелкими искрами, затухающими в сгущающихся сумерках.

— Четыре сигареты за последние сорок минут, ты слишком много куришь.

Сердце забилось пойманной птицей, а затем, ухнуло вниз, продолжая биться где-то в районе пяток. Этот голос, как же я хотела его услышать вновь. Низкий, слегка грубоватый, с хриплыми нотками. Он проникал под кожу, будоражил мысли. Темнота скрывала черты его лица. Как давно он сидит в углу кухни? По его словам не меньше сорока минут. Значит, тот стук в дверь мне не показался.

С трудом подавила порыв броситься в его объятия. Он ушел однажды, а значит уйдет вновь, тогда, когда ему это будет нужно. Мне хватило и той недели терзаний, что же будет со мной, если я позволю ему остаться сейчас, а потом он вновь исчезнет? Проще закончить это здесь и сейчас, чем питать несбыточные надежды и мечты.

— Что ты здесь делаешь? — я очень надеялась, что мой голос не дрожал.

Такая забавная, я по-прежнему мог читать ее как открытую книгу. Покосился на яркий экран ноутбука, от части благодаря ему. Не смог я в прошлый раз отказать себе в удовольствии, посмотреть, что интересного в нем есть. Да и как не посмотреть, когда он даже паролем не защищен, не то, что бы это меня остановило…

Ее голос дрожал, выдавая нервозность, она приняла решение, с которым я был не согласен. Можно было бы объяснить ей почему я ушел, но не уверен, что она будет меня слушать. Проще напомнить ей почему она так по мне скучала, доказать, что она во мне нуждается. Этого будет мало для отношений, но с чего-то надо начинать.

— Я там, где хочу быть в данный момент. — хорошо что темно и она не видит на моем лице сомнения.

Пусть думает, что я хам и эгоист. У меня есть всего лишь один шанс, и я очень надеялся, что папка под названием «хотелось бы», не название какого-либо романа, а ее сокровенные желания.

— Уходи.

— А если я не хочу?

— Это мой дом и я хочу, что бы ты ушел.

— А то?

С каждым словом, я приближался к ней все ближе.

— Я позвоню, и тебя заставят уйти.

Ее голос начал дрожать, наконец-то заметив мое приближение, она мелкими шажками пятилась назад. Удачно, еще немного и она упрется в кухонный стол. По губам скользнула улыбка, видимо, он создан для того, что бы на нем ломалось ее сопротивление.

— Ты уверенна, что я дам тебе добраться до телефона? Здесь только ты и я, ты можешь кричать и даже драться. Тебя ни кто не услышит и не придет на помощь.

Мои слова попадали прямо в цель, от частого дыхания, грудь Саши вздымалась под, не плотно запахнутым халатом. Я начинал любить эту бесформенную вещь. Так легко будет его снять, добраться до желанного тела. Становилось слишком темно, мне не нравилось то, что я не могу следить за эмоциями на ее лице. Так просто перешагнуть тонкую грань между игрой и реальностью.

Несколько широких шагов, и рука ложиться на выключатель, раздается тихий щелчок. Саша жмурится от вспыхнувшего света и это дает мне возможность, незаметно оказаться рядом с ней. Она замечает, слишком поздно, ей уже не вырваться. Зрачки расширены, ее руки упираются в мою грудь.

— Глупая. — шепчу наклоняясь к ее губам — Неужели думаешь что сможешь мне помешать?

Ее глаза распахиваются от страха, она пытается найти выход из сложившейся ситуации. Отступаю на шаг, давая ей свободу для того что бы она развернулась и попыталась бежать. Расчеты оказались верны, она была слишком предсказуемой. Едва развернувшись, тут же налетела на стол. Шаг, и она в моих руках, ее грудь ложится на стол под давлением моего тела. Руки судорожно сжимают яркую скатерть, сминая желтые подсолнухи. С губ срывается судорожный всхлип. В голове звенит тревожный колокольчик, возможно, я переиграл? Мне нужно видеть ее лицо. Рукой зарываюсь в длинный волос, сжимая в ладони рыжие пряди. Мне нравится чувствовать власть над ее телом. Ни когда не замечал за собой подобного. Прижимаюсь бедрами к округлостям ее попки, внимательно слежу за эмоциями на ее миловидном лице. Судорожный вздох, переходит в тихий стон, едва она ощущает, насколько сильно я возбужден. Я готов смеяться от облегчения, если бы в ее глазах был страх, мне пришлось бы прервать игру.

Хочется остановиться, снять с нее халат и в полной мере насладиться ее телом. Но сценарий, написанный ей самой, диктует мне свои условия. Сминаю руками халат, оголяя ее попку в красных кружевах, это словно удар под дых. Уже мое дыхание вырывается легкими стонами. Поддеваю пальцами тонкую паутинку, ни когда этого не делал, и от этого руки дрожат. Рывок и два красных клочка остаются в моих руках. Беспокоюсь, не причинил ли я ей боль, но протяжный стон и сжавшиеся бедра говорят совсем об обратном. Она без сомнения возбуждена, об этом говорит влага оставшаяся на моей руке.

Все во мне сходило с ума, непонимание, страх, возбуждение. Он словно читал все мои мысли, каждое слово, каждое движение. Этот невероятный мужчина воплощал мою фантазию, самую сокровенную мечту. Я называла это принуждением, но только сейчас поняла, что хотела оказаться во власти сильных рук, подчиниться чужой воле. Так сладко, с пряной ноткой страха. Я не знала, что будет дальше и от этого чувства приходили в неистовство. Легкое давление и жалобный треск. Звук расстегиваемой молнии резанул по натянутым нервам, и тело напряглось в ожидании вторжения.

— Раздвинь ножки. — уверенный голос отдающий приказание, но против воли, бедра сжимаются еще сильнее.

Тихий смех, отдается в моем теле вибрацией, что исходит от его груди, все еще прижимающейся к моей спине.

— Так будет даже лучше. — резкое вторжение, не секунды передышки, сильные, уверенные движения. — Ощущения намного сильнее, не так ли?

От интенсивности ощущений я не могла даже дышать, грудь сжимало от нехватки воздуха. Казалось, еще немного и я не выдержу такого накала страсти. Звуки ударяющихся друг об друга тел, прерывались стонами, всхлипами, криками. Я просто не могла издавать подобных звуков! Тело напрягалось все сильнее, каждый толчок чувствовался необычайно остро. Это был настоящий взрыв, до оглушающего крика, до темноты перед глазами.

Полное истощение, наверно, оно выглядит именно так. Я не чувствовала ни ног, ни рук, тело обрело необычайную легкость и только пульсация что билась внутри меня, имела хоть какой-то смысл.

Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Так необычно, не думала, что стук сердца может быть так приятен. Наверное, все дело в том, кому это сердце принадлежит. Широкая грудь равномерно вздымалась под моей щекой. Большая рука обнимала меня за талию, собственнически сжимая мое бедро. Было так тепло и хорошо в его объятиях, в груди защемило от той нежности и счастья что ее переполняли. Имею ли я право, могу ли надеяться? Какая-то часть меня, все еще не верила, что он вернулся, что сейчас он рядом со мной. Я проиграла, теперь уже нет смысла его выгонять. Даже привычная вина перед Мишей, сегодня решила не появляться. А появится ли она вообще? Теперь, даже та жизнь, казалась чужой, все во мне противилось мысли возвращаться обратно, в нашу квартиру. Хотя, я ни когда не воспринимала ее как свой дом.

Слишком быстро все менялось в моей жизни, каждый новый год я загадывала одно и то же желание. «Хочу волшебства», именно эти слова я писала на клочке бумаги, перед тем как его сжечь. Волшебство, под этим словом я подразумевала новый мир, новую жизнь. Слишком много я вкладывала в одно слово. Возможно, кто-то там, услышал наконец-то мои мольбы?

— О чем ты так сосредоточенно думаешь? — хриплый голос прокатился по телу волной.

Сонные глаза взирали на меня с необычайной нежностью и вниманием. На губах легкая улыбка, он красив и идеален даже сейчас, с растрепанным волосом и заспанным лицом. Как легко я могла бы привыкнуть, видеть его улыбку каждый день. Подобная мысль меня испугала, неужели я начинала испытывать к нему не нужные в данной ситуации чувства? Надо было бежать вчера, сегодня уже слишком поздно. Взгляд скользил по его рельефной груди.

— Продолжай так на меня смотреть, и я сделаю с тобой все то, чего был лишен вчера. Ты просто вырубилась на моих руках. — притянул он меня к себе, буквально заставив лечь на него.

Я вообще не помню, как уснула, не удивительно, после такого накала страстей! Щеки залило румянцем, едва я вспомнила, что он со мной вытворял. Моя фантазия, воплощенная в жизнь.

— Ты так очаровательна. — перекатил он меня на спину, придавливая своим телом.

Мои глаза расширились, едва я почувствовала его плоть упирающуюся мне в бедро.

— Кир!

— Скажи так еще. — уткнулся он мне носом в изгиб шеи втягивая в себя воздух — С придыханием. Мое имя из твоих губ звучало как просьба.

Я уже и сама не была уверенна, хочу ли я, что бы он остановился или продолжал. Очередная фантазия, пусть и банальная, но его осведомленность наводила меня на определенные мысли. Не бывает таких идеальных мужчин, не мог он все настолько точно угадывать.

Кирилл передвинул свое тело, удобнее устраиваясь меж моих бедер. Его ладони обхватили мои руки, вытягивая их над моей головой. Из-за разницы в размерах, он умудрялся возвышаться надо мной даже лежа. Его пальцы переплелись с моими, глаза не отпускали мой взгляд. Во мне больше не было сомнений, и даже моя стыдливость отошла на второй план.

Он создавал для меня иллюзию, настолько правдивую, что сложно было не поверить в его нежные чувства ко мне. Так близко, так хорошо. Медленный танец на самом острие. Так просто поверить его глазам, в которых нежность и счастье граничат с любовью. Довериться его уговаривающим губам, подчиниться сильным рукам. Не возможно не пылать страстью, не откликаться на медленные, тягучие движения слитых воедино тел.

Кожа к коже, я чувствовала его везде. Его тело на моем, его пульсирующая плоть во мне. Он проникал мне в душу, заставляя наши сердца биться в унисон. Прекрасная сказка о любви, сейчас, она была моей реальностью. Пока мы вместе, пока слиты наши души и тела.

Глава 7

— Вставай соня, сколько можно спать? — ни какой реакции.

Ухватился руками за край одеяла, стаскивая его с ее обнаженного тела. Реакция была незамедлительная.

— Кир дай поспать.

— Уже утро, завтрак готов. Ты, последние несколько дней, не выползаешь из кровати.

— Можно подумать, я в этом виновата! — пробурчав, Саша попыталась от меня отвернуться, плотнее укутываясь в одеяло.

— Между прочим, сегодня тридцать первое.

Огонек понимания постепенно загорался в затуманенных со сна глазах. А мне было плевать на число, плевать на новый год и весь этот мир. Хотелось схватить ее в охапку и не выпускать из постели еще как минимум неделю. Но будет ли мне этого достаточно, сколько времени пройдет до тех пор пока я начну уставать от этих отношений? Неделя, месяц, годы, было стойкое убеждение, мне не хватит и целой жизни.

— Пусти. — вырвал меня из размышлений ее голос.

С упорством мулла она пыталась вытащить из под меня одеяло.

— Кир! Мне надо в ванную!

Пылающие щеки, лихорадочно горящие глаза и сбившееся дыхание. Такой же она становилась и от страсти.

— Я тебя не держу! — поднял я руки, откровенно над ней подшучивая.

Мне нравится, как она смущается, прошло уже три дня, а она все еще стыдится своего тела. Так дело не пойдет, я хочу видеть ее всю. Ее изгибы, пышные формы.

— У тебя есть пять секунд.

Уговаривать ее не пришлось, видимо что-то увидев в моих глазах, она соскочила с кровати, забыв об одеяле и стыдливости. В который раз подивился ее бесхитростности, ни каких покачиваний бедрами, лишь стремительный бег до дверей в ванную комнату. С тихим стуком дверь захлопнулась, после чего раздались ее проклятия.

— И не вздумай снова ко мне вломиться! — раздался ее голос из-за дверей — Мне надо хотя бы несколько минут в полном одиночестве!

Последние слова она выделила особенно. По губам скользнула улыбка, перед глазами все еще была ее колышущаяся от бега грудь, и подрагивания пышных бедер. С трудом остановился у самых дверей, соблазн открыть двери и присоединиться к ней был велик. Препятствие в виде хилого замка на двери я устранил еще вчера, когда она попыталась спрятаться от меня в ванной. Рука уже легла на дверную ручку, когда я вспомнил про завтрак. Стремглав кинулся на кухню, увы, спасти ни чего не удалось. Открыв форточку, что бы выветрить запах горелого, принялся за приготовления нового завтрака. Минут через десять раздался телефонный звонок, кинул взгляд на часы, как они и обещали.

— Да? — поднес я трубку к уху.

— Кир, — раздался неуверенный голос Софии — что за шпионские штучки?

— Привет, здесь просто нет другой связи, поэтому и приходится говорить через соединение.

Облегченный вздох раздался на том конце, а я помня о первом завтраке, поставил на громкую связь и зорко следил за поджаривающимися сосисками и яйцами.

Захлопнув двери, я еще несколько минут не сводила с них глаз. Время шло, но Кир так и не появился, не смотря на то, что я действительно хотела побыть одна, в груди поселилось легкое разочарование. Господи, в кого он меня превратил?! Тугие струи били по телу, успокаивая ноющие мышцы. Последние три дня были полным безумием, мы выползали из спальни лишь для того, что бы поесть и то не всегда. Кир продолжал воплощать в реальность все мои фантазии, коих было не так уж и мало. Поначалу я думала на него обидеться, но вовремя поняла бессмысленность этого поступка, да и он был полностью прав, сказав, что неважно как он узнал о моих фантазиях, главное нам хорошо вместе, а все остальное подождет.

Нежность и ласки, сменялись грубостью и страстью. Кровать, ковер, душевая, ванна, тумбочка, стена. Бешеный калейдоскоп из чувств, ощущений, действий и слов. С таким мужчиной и тренажерного зала не надо. Я стала ненасытной, он был моим наркотиком, хватало лишь одного его взгляда, и я становилась влажной. А указания, что он отдавал мне своим властным голосом, просто заставляли сходить с ума.

Я люблю. Люблю безумно, но очень надеюсь, что не безответно. Сначала было страшно себе признаться, пыталась отрицать, запрещала себе думать о чем-то большем, чем просто секс, но кто бы меня послушал. Если появляются чувства, их уже не остановить.

Миша. Перед ним я больше не чувствовала своей вины, но само осознание, что он есть в моей жизни мешало мне наслаждаться в полной мере тем, что происходило со мной сейчас. Наконец-то все слова о том, как от любви теряют голову и разум, обрели для меня смысл. Утонуть в глазах, кажется, просто не реально, и это не совсем то, о чем говорят. Больше подходит слово потеряться, именно это я чувствовала, когда попадала в плен его глаз. Я могла смотреть в них часами, при этом ничего не видя, лишь ощущая как сквозь взгляд, проникаю к нему в самую душу, сливаясь с ним, растворяясь в нем. В такие моменты я начинала верить в предназначение быть вместе. Хотелось забраться ему под кожу, пустить в его сердце любовь, стать для него целым миром. Я дышала с ним в унисон, дышала для него, дышала им.

Махровое полотенце плотно обернуло мое тело, впитывая в себя влагу. Нет смысла одеваться, может быть и стоило, но мне нравилось, как он на меня реагировал, как загорались его глаза, когда скользили по моим изгибам. Наконец-то я жила, во мне проснулась женщина, уверенная в своей привлекательности и сексуальности. Это было прекрасно!

Тридцать первое, я действительно потерялась в Кирилле, не помня о днях и ночах, не замечая чисел. При воспоминании о том, какой я приготовила ему подарок, появилась легкая нервозность. А может быть не стоит? Но решение уже было принято. Я его слишком плохо знаю, что бы предсказать реакцию на тот или иной подарок, это оставляло в сердце осадок. Так ли важно знать о человеке все, что бы решиться его полюбить? Бред, такие чувства просто невозможно контролировать, это просто падает тебе с неба в руки, а дальше, ты сам решаешь, что с этим делать. И я решила, сегодня я расскажу ему обо всем. Становилось страшно, а если он этого не примет? Проще узнать об этом сейчас, чем жить в неведенье, питая пустые надежды.

Самое прекрасное зрелище, которое я когда-либо наблюдала. Широкая, обнаженная спина перекатывалась мышцами при каждом его движении. Обтягивающие джинсы с низкой посадкой. Каждый шаг сопровождался легким шлепаньем босых ног. Сердце на миг замерло в груди от столь соблазнительной картины.

— Прости, я не смогу. — не знаю почему, но я остановилась прячась в тени приоткрытой двери.

— Кир, новый год это семейный праздник. — раздался приятный женский голос.

Он говорил по телефону с другой женщиной, в то время как полураздетый готовил завтрак для меня. Не паникуй, попыталась я успокоить сама себя, возможно, это не то, чем кажется.

— Софи, я не могу, у меня дела.

— Я понимаю, но мы по тебе так скучаем. — голос женщины стал очень грустным и это больно кольнуло в сердце, она его без сомнения любит.

— Через несколько дней я буду рядом.

— К свадьбе уже все готово, надеюсь, ты не собираешься бросить меня в самый последний момент?

— Даже не надейся! — весело рассмеялся Кирилл — В конце концов, именно я на ней настоял.

— Да, да, я помню, ребенок не должен расти без отца и все такое.

— Люблю вас, поцелуй за меня мою принцессу.

Дальше слушать я просто не могла. Грудь сдавливало, я не могла сделать и вдоха. Он не свободен, у него есть дочь и почти что жена. Ватные ноги переставлялись с трудом, перед глазами все плыло. Как же больно, своим предательством он просто разорвал меня на маленькие клочки. Глупая. Так легко, повестись на его ложь. Но как же блистательно он играл свою роль!

— Ты как раз вовремя! — повернулся он ко мне сияя улыбкой.

В который раз подивилась его актерской игре. Ну что же, играть могут двое, я не за что не дам ему понять какую боль причинил мне его обман. В первые несколько минут после того как я подслушала его телефонный разговор, хотелось рыдать в голос, войти на кухню, спросить «Зачем?». Врят ли он ответит зачем обманывает нас обоих, ненависть к этой Софи переросла в жалость, я теперь хотя бы знала, что за человек этот Кирилл, а ей предстояло прожить с ним всю жизнь.

Легкие шлепки моих босых ног раздались в наступившей тишине. Он сразу понял по моему лицу, что что-то случилось. Как же я радовалась оцепенению, было ощущение того, что я превратилась в кусок льда. Обтягивающие джинсы и топ на тоненьких бретельках определенно привели его в восторг, по крайней мере, нижняя часть его тела была очень даже рада наблюдать мою внушительную грудь с торчащими сосками. Да, я сделала это специально! Хотелось отыграться на нем по полной, и пусть мне не удастся сделать ему так же больно, но я могла хотя бы ранить его самолюбие.

— Кир, я хочу, что бы ты ушел.

Я даже не потрудилась повернуться к нему лицом. Прохладный воздух, подувший из открытого окна, послал волну мелких мурашек по всему телу. Щелчок зажигалки и губы, обхватывают тонкий фильтр, с жадностью делаю первую затяжку. Холод внутри меня, холод за окном, холод ментола на губах. Тишина меня почему-то совсем не напрягает, меня сейчас в принципе мало что волнует.

— Что случилось? — его голос звучит приглушенно — Ты была довольной и счастливой когда собиралась принять душ, а сейчас холодная и чужая.

— Случилось тридцать первое декабря.

Я была готова сама себе аплодировать, голос не дрогнул, а отсутствие каких-либо эмоций доказывало мое полное безразличие ко всему происходящему.

— Не вижу связи между праздником и тем, что я должен уйти!

Мимолетная улыбка скользнула по моим губам, в его голосе явно слышалось раздражение и полное непонимание ситуации. Как раз самое время для того что бы сообщить ему что это семейный праздник.

— Через несколько часов, ко мне приедет муж. — обернулась я глядя ему в глаза — Сам понимаешь. Мне бы не хотелось, что бы он о тебе узнал.

Вспышка боли, мимолетная, практически не заметная, наверное, просто показалось. Сейчас на меня смотрели пустые глаза, интересно, мой взгляд выглядит так же?

— Значит так, да? — сделал он шаг ко мне.

Боль и обида в его голосе меня практически сломали. Захотелось обо всем ему рассказать. Спросить с кем он только что разговаривал, на ком собирается жениться, зачем так поступил со мной? А ведь он ни чего тебе не обещал! Ехидно пропел мне внутренний голос. Сама придумала, сама поверила, сама полюбила. Кривая ухмылка коснулась моих губ. Надо быть полной дурой, что бы броситься к нему в ноги со своей любовью и получить пинок под зад.

— У каждого из нас своя жизнь. Секс был просто потрясающим, но пора уже возвращаться в реальность. — я намеренно выбирала подобные слова и кажется они попали прямо в цель.

Круто развернувшись на пятках, он направился к телефону. Очередная сигарета, глубокая затяжка, безразличный взгляд в окно. За спиной раздавались его шаги, приглушенный голос, когда он разговаривал по телефону, снова шаги и хлопок закрывающейся двери. Минут через десять, а может быть больше, у дома остановился снегоход. Легкое пожатие рук, несколько фраз и кивков. Очередная сигарета, дым ментола с привкусом соли на губах. Глаза неотрывно следили за удаляющейся спиной того кто навсегда останется жить в моем разбитом сердце.

Негнущиеся ноги с трудом доковыляли до дверей. Несколько движений рукой, ключи жалобно звякнули, падая на пол. Ледяная корка, сковавшая душу, дала несколько трещин. Острые осколки, откалываясь, впивались прямо в сердце. Это было похоже на взрыв, миллионы острых осколков, жалящая боль, невозможно сделать вдох. Дикие крики сменились горькими слезами, рыдания сотрясали тело, медленно сползающее по стене.

Когда-нибудь наступит день, и снова захочется жить.

Глава 8

Я ненавижу сам себя, ненавижу все, что происходит, ненавижу ожидание и страх. Она может не прийти совсем, а я как дурак буду сидеть и ждать. Прикрыл глаза пытаясь совладать со своим нравом. Насмешка природы.

Сначала ко мне пришло осознание, я очень сильно отличаюсь от окружающих меня людей. Нет, не внешне, силой, выносливостью, обостренными чувствами. Было замешательство и непонимание, зачем скрывать то, что я другой? Понимание всего происходящего пришло со временем, а вместе с ним и чувство превосходства. Я лучше них во всем! Женщинам нравится моя внешность, не малый рост, внушительное телосложение, они буквально падали к моим ногам. Не с чем несравнимое чувство, я повелитель мира! Мне подвластно практически все, для меня не существует закрытых дверей и слова, нет.

Отец всегда относился ко мне с легкой снисходительностью. Я прожигал жизнь, наслаждаясь каждым моментом. Я взлетал все выше и выше, не задумываясь ни о чем. Мать пыталась меня предупредить, а я даже не слушал ее слова. Зачем мне искать одну, когда в моем распоряжении их тысячи?! Я смеялся над ее беспокойством, я такой не один, другие же как-то живут. Я был повелителем всего мира, пока этот мир не поставил меня на колени.

Я угасал, теряя интерес ко всему. Женщины, сила, власть, возможности. Все стало пресным, безликим, отвратительным. Я был, и меня не было. Существовала лишь моя оболочка, пустая внутри. Мать вздыхала и отводила блестящие от слез глаза. Я умер в тридцать пять.

Именно тогда я по-настоящему начал уважать отца. Знатно он меня тогда отделал, если честно, думал, что не выживу. Каждое слово он в меня вбивал своими кулаками. Я не человек, я зверь, дикое животное, которое подчиняется лишь своим инстинктам, я собственноручно убил часть себя. Все это казалось полным бредом. О чем он черт возьми говорит? Мой волк умирал от одиночества, пока я бесцельно прожигал свою жизнь. Смех застрял в моем горле от очередного удара.

Я стоял над своим окровавленным телом. Зеленая трава вокруг, окрашена красным, грудь тяжело опадала от судорожных вздохов. Рядом стоит невозмутимый отец, глядя мне прямо в глаза, не мне который лежит избитый, а мне, который стоит рядом.

— Ты можешь его принять и попытаться помочь. — кивнул он куда-то за мою спину — А можешь оставить все как есть и подохнуть в течение нескольких часов.

Он ушел, а я продолжал смотреть на волка за моей спиной. Огромный, белый, с умными грустными глазами. Ощущение нереальности происходящего все больше накрывало меня с головой. Кто я? Где я? Что происходит? Куда я нафиг попал?! Волк медленными шагами продолжал приближаться ко мне. Прохладный нос, теплый мех, ощущения пугающе реальные. Не было страха и паники, лишь интерес. А потом он развернулся и пошел прочь, низко опустив голову к земле. Чего он хотел? Что я должен сделать, что бы его принять?

— Подожди! — слова вырвались сами собой.

Внимательный взгляд грустных глаз, стремительный бег и он прыгает на меня, сшибая с ног, опрокидывая на лежащее, на земле тело.

Судорожный вздох, все тело болит. Рядом уже ни кого нет, я это я. И только глубоко внутри, ощущение теплого меха и тихой грусти.

Знакомый запах, распахиваю глаза, выныривая из далекого прошлого. Улыбка озаряет лицо, она пришла, а значит, обратной дороги у нее уже не будет.

С каждой пройденной ступенькой, ноги становились все тяжелее. Сердце в груди билось настолько сильно, что каждый вздох давался с трудом. Что я творю?! Все во мне будто разделилось на две части. Одна часть хотела развернуться и с опущенной от стыда головой вернуться домой. Там привычная жизнь, там все ясно и понятно. Вторая же часть меня, пищала от восторга! Все в нутрии сжималось в предвкушении нашей встречи, я готова была перепрыгивать через несколько ступенек только бы быстрее его увидеть. Сумасшествие, какое-то, я сама себя не узнавала. Честно сказать, не очень-то я и верила в эту сказочку о вечной любви и счастливой жизни. Но у меня было четырнадцать дней. Четырнадцать дней моего персонального рая, во всяком случае, я очень на это надеялась.

Оставалось всего три ступеньки, взгляд не отрывался от приоткрытой двери. Влад уже наверняка там, судорожный вздох, толкаю дверь, быстрым шагом проходя вперед, не давая себе ни малейшего шанса развернуться и убежать. Сегодня за стойкой приятная девушка со сногсшибательной фигурой. Ее-то природа уж точно не обделила. На ее лице появляется улыбка, автоматически отвечаю на ее приветствие, ища глазами знакомую фигуру. Вздох разочарования невольно срывается с губ, еще есть время, он обязательно придет. Поворачиваясь, протягиваю карточку девушке.

— Двадцать второй шкафчик. — протягивает она мне браслет.

Шумное дыхание, на стойку ложатся две руки, заключая меня в клетку.

— Ты пришла. — жаркий шепот обдает теплом мою шею, чувствую как он втягивает в себя воздух, теснее прижимаясь ко мне своим телом.

— Влад! — мне становится неуютно под офигевшим взглядом администратора, такое ощущение, что она увидела привидение за моей спиной.

— Владислав Александрович. — вот это да, со мной она таким голоcом не разговаривает.

— Здравствуйте София. — Влад даже не потрудился оторвать свой нос от моей шеи.

Ничерта не понимаю, уже битый час как ненормальный таращусь на экран ноутбука, слишком многое не сходится. Фото несомненно ее, Любимова Александра Анатольевна, тридцать пять лет, детей не имеет, писательница. А дальнейшая информация сплошная абракадабра. Не замужем, проживает в квартире Акулова Михаила Ивановича. Это просто не может быть гребаным совпадением! Она и тот кого я подозреваю в неудавшейся попытке моего убийства.

Если бы я ее не знал, информация предоставленная мне частным детективом, не вызвала бы у меня сомнений. Но та Саша которую я знал свято верила в свое замужество, невозможно так искренне играть. Каковы шансы того, что он специально поселил ее в том домике? И случайно ли меня выбросили в нескольких километрах от того самого домика? Все сходилось, кроме поведения Саши, она не задала мне не одного вопроса, который бы я смог расценить, как ее желание получить от меня информацию. Если все так, как я думаю и она в сговоре с Акуловым, то почему тогда она меня прогнала? Неужто, только по тому, что дело было закрыто и в ее услугах больше не было надобности? Столько вопросов и не одного внятного ответа, лишь сплошные предположения.

Ее последние слова вновь всплыли в голове, она предпочла остаться с мужем. Да и я хорош, только спустя несколько дней до меня дошло, ведь я не сделал ничего, что бы дало ей понять о серьезности моих намерений. Но все же, такая резкая перемена в ее настроении настораживала. День за днем я прокручивал в голове тот день, с момента, когда она ушла в душ до момента, когда она меня буквально вышвырнула за дверь. Единственное за что удалось зацепиться мой разговор с сестренкой, я не помнил его в подробностях, не знал, как он выглядел со стороны. Каковы шансы на то, что Саша, подслушав разговор, поняла его по-своему? Вот еще бы знать точно, что она слышала и какая страшная картинка сложилась в ее прекрасной головке. Часть меня, не хотела верить в ее связь с Акуловым, но факты говорили сами за себя. Неужели я стараюсь придумать ей оправдание, что бы сохранить хоть маленький шанс на то, что случилось недоразумение и все еще можно исправить?

Ее доверчивые глаза, манящий запах, и умопомрачительное тело преследовали меня постоянно, стоило только закрыть глаза, как она тут же вставала передо мной. Это было похоже на помешательство. Несколько раз пытался забыть ее в объятиях другой, это было натуральной пыткой. Их искусственность бросалась в глаза с первых секунд, наигранность действий и слов выворачивала наизнанку. Уже после нескольких минут в голове билась лишь одна мысль. Бежать, бежать, бежать!

Сашу не в силах заменить ни кто. Я готов был встать перед ней на колени, готов был силой тащить ее в загс, я черт возьми, хотел от нее детей!

Твою мать!!! Дети! Я полный идиот! В мыслях пронеслись все, что я вытворял с ее телом, не одного долбанного раза, я не использовал презерватив! А что если она забеременела, что если у нее под сердцем уже растет мой ребенок?! Оставит ли она его или решит избавится? Все внутри сжималось от непонятного чувства, мысли разбегались одна за другой, я не мог даже усидеть на месте, мечась как загнанный в клетку зверь, по свободному пространству своего кабинета. Я должен все выяснить, неважно как, но мне нужны ответы на каждый вопрос, что калейдоскопом кружится у меня в голове.

— Кир, какого?

От силы удара меня отбросило обратно в кабинет, на пороге стоял обалдевший Игорь.

— Что происходит? — шагнул он в кабинет закрывая за собой дверь — Сядь! — повысил он голос увидев что я как заведенный вновь начал кружить по кабинету. — А теперь рассказывай.

Это был мой единственный друг и по совместительству частный детектив, который собирал информацию о Саше. С Игорем мы подружились на практике, незаметно он стал самым близким мне человеком. Ни кто кроме него не знал обо мне больше чем он, я посвятил его даже в подробности своего детства. Под его тяжелым взглядом я запинаясь и едва не срываясь на крик изложил ему всю суть дела. С каждым моим словом его лицо все больше мрачнело, а под конец и вовсе вытянулось, когда я сообщил ему о своем возможном отцовстве.

— Попал ты брат. Что собираешься делать?

— Мне нужны ответы, а их может дать только Саша.

— Действуем в рамках закона? — ухмыльнулся он глядя на меня — Или не обязательно?

Мы всегда понимали друг друга без слов, мне нужна была светлая голова, и он не раздумывая предложил свою помощь, видя, в каком невменяемом состоянии я нахожусь.

— Не обязательно, но надо быть предельно аккуратными. Она может быть беременна.

— Это я уже понял. Буду готов к вечеру.

— Чувствую себя подростком, который подсматривает за девчонками в раздевалке.

— Добро пожаловать в мой мир. — рассмеялся Игорь — Со временем привыкаешь.

— Ты правда считаешь это необходимым?

— Без понятия. — пожал он плечами, поднося бинокль к глазам — Понаблюдаем несколько часов, а там будет видно.

— Когда мы снимали домик, нас сразу предупредили о необходимости соблюдать границы. Не думаю, что это хорошая идея.

— Несколько часов назад тебе было плевать на законность наших действий. — продолжал он смотреть в бинокль.

— Я думал, что мы просто, по-тихому заберем ее с собой, а выяснять я все буду, когда она окажется под крышей моего дома.

— Похищение будет более серьезным преступлением, чем вторжение в частную жизнь. Я думал тебе, как первоклассному адвокату об этом известно.

— Меня убивает ожидание.

— В данном случае это будет более эффективный и быстрый способ узнать правду, нежели ты притащишь ее домой и начнешь допрашивать. Уверен, она пошлет тебя к черту за подобное отношение, и правды ты от нее не дождешься.

— Все это жутко нервирует.

— Просто расслабься, даже если нас возьмут за задницы, всегда есть способ отвертеться. К тому же ты адвокат, и для тебя не составит труда вытащить нас сухими из воды. В конце концов, это твоя работа и ты делаешь ее отлично.

Я не испытывал желания с ним спорить, он знал свое дело и в данный момент лучше прислушаться к его мнению. Сумерки стали непроглядной темнотой, а мы все продолжали прятаться за деревьями, что росли вокруг ее дома.

— Продолжает сидеть на кухне за ноутбуком и пить свой чай. — вздохнул Игорь опуская бинокль — ни чего интересного.

— Кофе. — тут же поправил я его помня о том что Саша вообще не прикасалась к чаю.

— Чай. — стоял на своем Игорь — Я сам видел как она его заваривала.

— Дай-ка. — буквально выхватил я у него из рук бинокль, что бы убедиться, на самом ли деле это была Саша.

Улыбка скользнула по губам при виде ее растрепанных, ярко рыжих кудрей и неизменного бесформенного халата. Сердце в груди забилось чаще, с трудом удержал свои ноги, так хотелось спуститься к ее домику, сжать ее тело в своих объятиях и целовать до беспамятства.

— Она хоть раз курила, пока ты за ней наблюдал?

— Ни разу. А что?

— Когда она пишет, постоянно пьет остывший кофе и практически беспрерывно курит.

— Возможно, у нее закончились сигареты.

— И кофе и сигареты. Не сходится. Сигарет у нее несколько блоков, да и кофе всегда можно заказать в службе обслуживания.

— И что ты думаешь, по поводу ее внезапно сменившихся предпочтений?

— Думаю, я на пятьдесят процентов папа. — улыбка сама собой растянулась на губах, мне определенно нравилась эта мысль.

— Не хочу спускать тебя с небес на землю, но этот ребенок может быть и не твоим, если он вообще существует. Не пойми меня не правильно, порой, жизнь преподносит и не такие сюрпризы.

Все во мне противилось этим словам, но я продолжал молчать, зная, как чувства могут застилать глаза. Наблюдать за ее фигуркой сидящей за столом было подобно пытке.

— Держи. — протянул я ему бинокль.

Мысли в голове вновь завертелись с небывалой скоростью. А что если он прав и ребенок не мой, не просто же так она живет в квартире с Акуловым. Появилась мысль бросить все к черту и уехать домой. Страх не очень приятное чувство, стоило признаться, я уже свыкся с мыслью о том, что Саша носит под сердцем моего ребенка. Я его хотел и уже любил всем сердцем, любил их обоих. Последняя мысль заставила замереть сердце, а ведь действительно люблю. Люблю и боюсь, что слова Игоря о ребенке окажутся правдой, в груди защемило, было больно только от одной мысли об этом, что же со мной будет, если его предположения окажутся правдой. До его слов я даже не задумывался о подобном, но он прав, жизнь порой преподносит и не такие сюрпризы.

— Посмотри. — буквально сунул он мне бинокль.

Саша сидела на подоконнике, ее любимое место. Вот только за место сигареты и чашки кофе в ее руках была фигурка деда мороза, та самая которую я ей подарил. «Я исполню твое самое заветное желание». Вспомнил я надпись, которую по моему желанию выбили на карточке.

— Можешь приблизить? — кинул я взгляд на Игоря.

Скорее всего мне показалось, ее фигурка сидящая на окне была слишком далеко, но что-то не давало мне покоя.

Руки едва заметно, но все же дрожали. Я не ошибся. Саша сжимала фигурку в руках и что-то ей шептала. Крупные слезы текли по ее щекам. Почему она плачет? Почему не выкинула фигурку после того как прогнала меня? Внутри поселилась надежда, граничащая с уверенностью. Она словно воздушный шарик раздувалась у меня в груди, заставляя улыбаться во весь рот. Что-то действительно было не так в тот день, не могло ее настроение так резко измениться, она определенно слышала мой разговор с сестренкой!

— Судя по твоей довольной физиономии, все оказалось не так плохо, как ты предполагал? — ухмыльнулся Игорь, садясь за руль снегохода — Поехали, завтра дождемся ее ухода и поставим прослушку.

Глава 9

— Какого?

— Похоже, ее отдых подошел к концу и она возвращается в город.

Прячась за деревьями, мы наблюдали за тем, как Сашины вещи грузят в снегоход.

— А вот и она.

— И что теперь? — повернулся я к Игорю.

— А теперь переходим к решительным действиям. Садись, нам надо первыми оказаться у ее машины.

Было жаль уезжать раньше времени из этого прекрасного места. Но я не могла рисковать, несколько дней назад у меня появлялись режущие боли в животе. Я не знала, возможно, это вполне нормальное явление, а может быть и нет. Сейчас, на первом месте для меня был ребенок, моя осуществившаяся мечта. Распрощавшись с персоналом и послав им теплую улыбку, я направилась к своей машине. Резкий ветер трепал волос больно хлестая им по лицу. Уже на середине пути я пожалела, что отказалась от помощи, решив, что сама справлюсь с не большим чемоданом на колесиках. Ноги то и дело скользили по притоптанному снегу. Ветер, казалось, усиливался с каждой секундой. Вот почему я не додумалась заколоть волос?

— Аккуратнее. — подхватили меня сильные руки спасая от падения. — Давайте я вам помогу.

Я не успела раскрыть и рта, как тяжесть чемодана перестала оттягивать руку. Высокий, худощавый мужчина с обаятельной улыбкой, держал мою поклажу на весу одной рукой. Казалось он, совсем не ощущает тяжести чемодана.

— Давайте руку, — весело сверкнул он глазами — здесь слишком скользко.

— Спасибо. — холодная ладонь тут же утонула в теплой руке незнакомца.

— Показывайте.

— Что? — непонимающе уставилась я на него, безрезультатно пытаясь бороться с волосом, что упорно закрывал мне глаза.

— Вашу машину. — он явно получал удовольствие от сложившейся ситуации — Вы ведь к ней направлялись? — кивнул он в сторону стоянки.

— Ах, да. Простите. Черная. — на стоянке в нескольких шагах от нас стояло всего лишь четыре машины и среди них, только моя была черного цвета.

Заулыбавшись еще шире, мужчина уверенным шагом направился к указанной цели, практически таща меня на буксире.

— Ну вот. Открывайте багажник, закину ваш чемодан.

— Спасибо эмм…

— Игорь. — представился мужчина не сводя с меня пристального взгляда, от которого мне стало не по себе.

— Саша. — протянула я ему руку вытащив ее из сумочки в которой искала ключи. — Игорь, спасибо вам большое, не знаю, что бы я без вас делала.

Улыбнувшись мужчине, я снова опустила голову, вглядываясь в сумочку, пытаясь нашарить рукой ключи.

— Жили бы спокойно. — не успела я задуматься над его ответом, как перед глазами все поплыло и я осела на подхватившие меня руки, уплывая в темноту.

— Как все прошло?

— На удивление легко. Она была крайне растерянной.

— Ты уверен, что это не повредит ей и малышу?

— Обижаешь!

— Хватит уже смотреть на меня с этой дебильной улыбкой. — проворчал я занося, все еще не пришедшую в себя Сашу, к себе в спальню.

— Я весь издергался, пока вас дождался.

— Так было меньше риска, ты же знаешь. Проснись она по дороге и заметь рядом тебя, у нее возникло бы множество вопросов. А так, можно было все списать на ее плохое самочувствие и мое доброе участие.

— Спасибо. Я у тебя в долгу. — тихонько закрыв за собой двери мы пошли по направлению к кухне.

— Брось. Ты столько раз спасал мою задницу от тюрьмы и исков, что я у тебя в долгу пожизненно. Но раз уж ты сам об этом заговорил. — красноречиво постучал он пальцами по двери в спальню для гостей.

— Даже не думай!

— Да ладно тебе! — рассмеялся он в голос. — Меня разбирает любопытство.

— Она может нас не правильно понять. Двое мужчин удерживают ее против воли.

— Брось, мы взрослые люди. Хватит искать отмазки. Или соглашайся на мое участие в выуживание из нее нужных нам ответов, или пошли меня подальше.

— Черт с тобой. — наставил я на него палец — Но не думай, что останешься в стороне от ее обвинений и скандалов. Думаю, тебе достанется даже больше чем мне, как только она увидит твою физиономию и поймет что к чему.

— Ближайшие дни обещают быть интересными. — с наглой улыбкой захлопнул он дверь перед моим носом, скрывшись в гостевой спальне.

— Выпусти меня отсюда! — что-то тяжелое врезалось в дверь, которую я едва успел захлопнуть.

Настоящий огонь! И куда только девалась милая и застенчивая женщина? Едва открыв глаза, увидев незнакомую комнату и меня лежащего рядом с ней на кровати, она из спящего ангела превратилась в настоящую фурию.

— Я смотрю, примирение идет полным ходом? — Игорь шел по коридору с сияющей улыбкой.

— Она не дает мне вставить и слова. — взъерошил я рукой волос.

— А что ты хотел? Что бы она кинулась к тебе на шею с признаниями в нежных и трепетных чувствах?

В комнате раздавались ругательства и периодически, что-то билось об дверь.

— Раз ты такой эксперт по поведению похищенных женщин иди и сам с ней поговори. — приглашающее махнул я на дверь об которую опять что-то разбилось.

— Предпочитаю наблюдать за всем со стороны.

— Будь я проклят, если ты останешься в стороне от этого. Ты сам хотел развлечений и просил позволения во всем этом участвовать. Так что прошу.

— Как знаешь. — пожал он плечами, закрывая за собой дверь. — Не уходи далеко. — подмигнув мне Игорь скрылся в комнате.

Злорадная ухмылка расползлась по моим губам, едва я услышал новую партию ругательств и обвинений во всех смертных грехах, что изливала на него Саша. Шум нарастал, все чаще раздавался стук и звон стекла. Вот пусть теперь и он почувствует все на своей шкуре. Через несколько минут все звуки подозрительно стихли и я, не сдержав любопытства, просунул голову в приоткрытую дверь.

— Боже. — сорвался с моих губ страдальческий стон. — Теперь она точно не захочет со мной разговаривать.

Саша лежала на кровати с раскинутыми руками и ногами. Игорь заканчивал привязывать последнюю ногу к столбику кровати.

— По крайней мере, теперь она не может в нас ни чем кинуть. — потер он свой покрасневший лоб. — Пришлось испортить несколько твоих рубашек, но я подумал ты не будешь против.

Саша сверлила нас злым взглядом, губы побледнели от того насколько крепко она их сжимала. Видимо поняв, что бороться с ними и что-либо требовать бесполезно, она решила нас полностью игнорировать. Мы не отрываясь, смотрели друг другу в глаза, ее глаза метали молнии, мои же выражали всю радость от того, что она рядом со мной.

— Дальше разбирайтесь сами. Будет нужна помощь, зови. — рассмеявшись он направился к дверям.

Едва раздался стук закрываемой двери, Саша отвернулась, закрыв глаза. Как я и предполагал, полный игнор. Оставалась последняя надежда, ее уши не были заткнуты, убежать она никуда не может, а значит, ей придется меня выслушать. Так хотелось ей обо всем рассказать, о том, как она мне дорога, как я сходил с ума от разлуки. Сжать бы ее сейчас в объятиях, и никуда больше не отпускать. Моя. Грудь распирало от всех чувств, что она во мне вызывала. Но я не мог позволить себе этого, пока не мог. Оставался хоть маленький, но шанс на то, что она связанна с моим врагом. И врятли он успокоится, не важно, закрыто дело или нет. Рано или поздно он снова попытается меня достать. Возможно, в следующий раз ему повезет.

Я не мог раскрыть рта, не знал с чего начать свою речь. С обвинений? А быть может, стоит сделать вид, что мне известно о ее сговоре с Акуловым, что я полностью уверен в ее вине и ни капли в этом не сомневаюсь?

Еще после пробуждения, встретившись со мной взглядом, она что-то прочла по моим глазам, по моей кривой насмешке. Ее руки метнулись, накрывая живот. Неужели, она действительно заодно с Михаилом и мой ребенок нужен им лишь для шантажа?

Взгляд скользил по распростертому на постели телу, то и дело, возвращаясь к ее плоскому животу. Сомнений в ее беременности и моем отцовстве практически не осталось. Злость заклокотала внутри, ладно я, но ребенок, ведь он ни в чем неповинное создание. Не важно, что они там задумали, но их планам не суждено сбыться. Хочет Саша того или нет, а моего ребенка она не получит. Не дай боже, что бы у этой крохи было такое же ужасное детство как у меня.

Саша продолжала лежать с закрытыми глазами, не видя мой мечущийся взгляд и нерешительное выражения лица. Так много хотелось ей сказать, пальцы зудели от желания прикоснуться к желанному телу. Обнять, успокоить. Сказать ей что все у нас будет хорошо, что она моя и никуда я ее не отпущу. Нельзя. В который раз напомнил я себе сжимая кулаки от злости на свои, так не кстати проснувшиеся чувства. Что в ней такого особенного? Обычная внешность, обычное тело, так почему для меня она была особенной?

— Что же ты Сашенька так не аккуратна? Потеряла колечко? — слова вылетели изо рта против воли, когда наткнувшись взглядом на правую руку, я не заметил там кольца.

Она дернулась как от удара, но глаз так и не открыла. Я так хотел ей верить, пытался найти оправдание ее поведению, почти закрыл глаза на совпадения, которые просто не могли быть случайными.

— Что же ты молчишь? — присел я на кровать. — За сколько он тебя купил? Что предложил взамен на то, что ты отдашь ему моего ребенка?

Дернувшись еще раз, она непонимающе распахнула глаза. Прекрасная актриса! Я готов был аплодировать ей стоя. Все в душе переворачивалось от ее молчания. Я же взглядом ее умолял. Давай же! Скажи мне, что я не прав! Объясни хоть как-то свои поступки! Но она продолжала молчать.

— Будь я проклят, если позволю вам издеваться над своим ребенком. — пальцы обхватив ее подбородок больно впивались в плоть, я не давал ей отвести взгляд. — Вы его не получите, ни он, ни ты! Я уничтожу вас обоих.

От моего тихого голоса ее дыхание перехватило, глаза от страха расширились еще больше. Сейчас она была мне противна. Она боялась за свою жизнь, при этом, даже не задумываясь о том, что станет с ребенком, который сейчас находится под ее сердцем.

Я не мог больше находиться с ней в одной комнате, желание ее ударить стало невыносимо сильным. Развернувшись, я практически выбежал из комнаты, захлопнув за собой дверь. Она такая же как и моя мать, у таких женщин не было ничего святого.

Факты говорили сами за себя. Неожиданный отъезд, отсутствие обручального кольца на пальце. Она выполнила задание и больше не считала нужным продолжать этот фарс. Отстраненно мелькнуло воспоминание, как Саша плакала сидя у окна, возможно, теперь она не считала такой уж привлекательной мысль о продаже своего ребенка? В душе вновь затеплилась надежда. А вдруг есть шанс? Но я отогнал от себя подобную мысль. Женщина, согласившаяся продать своего ребенка, недостойна даже моей жалости, не говоря уж о любви.

Ад, это слово отлично подходило к ситуации, в которой я оказалась. Кожа на подбородке все еще горела от его грубости. Кирилл, сколько боли в одном его имени. В мыслях полный бардак, в принципе, как и в чувствах. Его поведение менялось со скоростью света, а вместе с ним и мои чувства к нему. Сейчас, я совсем его не узнавала, радость от того что он рядом сначала сменилась недоумением. Почему я здесь? Для чего? Потом появилась злость. Какого черта он себе позволяет и что ему от меня надо? Где его почти что жена и ребенок? Откуда в нем столько злости, но самое страшное случилось потом. Я молча слушала весь бред что он мне говорил, отвечать ему я не решалась, боясь спровоцировать. Его руки то сжимались в кулаки, то распрямлялись. После каких-то бредовых обвинений, он пригрозил забрать моего малыша, а затем уничтожить меня и какого-то мужчину, с которым я была якобы в сговоре. Кто этот загадочный мужчина? Я готова была бороться за своего ребенка до последнего вздоха. Я даже открыла рот пытаясь высказать ему все что думаю о нем и его угрозах. Но слова так и застряли в горле, безумный взгляд, он словно был сейчас где-то далеко. В этот момент я испугалась по настоящему, казалось, он был не в себе. Тело била крупная дрожь, а в его взгляде я читала лишь призрение. За что? Мне даже показалось, что его рука дернулась ко мне, застывшее в страхе сознание ни как не могло принять того факта, что он сможет меня ударить. Только не он! Что произошло за ту неделю, что мы провели в разлуке? Куда делся, нежный, заботливый и улыбчивый мужчина?

Громкий хлопок двери и наступившая тишина, подсказали мне, что Кирилл ушел. С трудом разлепила глаза, которые тут же защипало от подступивших слез. Сейчас не время для истерик, надо вести себя как можно тише, возможно, тогда они потеряют бдительность, и мне удастся от них ускользнуть. Левая рука была привязана слишком свободно, несколько рывков и мне удастся вырваться.

Дверь резко распахнулась, и в комнату влетел второй мужчина. Кажется Игорь, во всяком случае, именно так он представился на стоянке когда помогал донести мне чемодан. Внимательно пробежав по мне встревоженным взглядом, он резко крутанулся на пятках и снова исчез за дверью.

— Какой демон в тебя вселился?!

Я замерла прислушиваясь к словам, крики мужчин раздавались совсем рядом с дверью. Что происходит?

— Не лезь не в свое дело. Я сам в состоянии разобраться со своими проблемами!

— Я вижу как ты с ними разбираешься! Кир, не надо всех женщин ровнять с твоей матерью!

Топот ног, глухой хлопок, а затем тишина. Неужели они ушли? Полежав еще минут двадцать, я вслушивалась в полную тишину. Кажется, мне улыбнулась удача и они действительно ушли.

Через несколько минут тщетных попыток освободиться, глаза вновь защипало от слез. Очень хотелось есть и пить, тело затекло, нестерпимо хотелось в туалет. Буквально в нескольких шагах от меня виднелась неприметная дверь, судьба явно надо мной насмехалась. Слезы, крупными каплями покатились из уголков глаз, стекая по вискам, щекоча кожу.

— Еще и беременную! Как вы вообще до такого додумались?!

Женский голос? И судя по крику, она очень недовольна их поступком.

— От тебя я еще могла такого ожидать, но Кирилл…

— Поначалу все было хорошо, он весь светился от радости, а потом… словно кто-то щелкнул выключателем. Я сам впервые видел его в подобном состоянии, по этому и решил наплевать на все и позвать тебя.

— Хоть одна светлая мысль!

Двери распахнулись, впуская в комнату, высокую, стройную брюнетку. Едва ее взгляд натолкнулся на меня. Несколько секунд она не двигалась с места, пытаясь прийти в себя. Ее рот то открывался, то снова закрывался.

— Совсем рехнулись! Идиоты!

Девушка кинулась к столу, выдвигая поочередно все ящики и через мгновение, оказалась возле меня, держа в руках не большие ножницы.

— С тобой все в порядке? Не бойся, — показала она мне ножницы. — я всего лишь хочу тебя освободить.

— Спасибо. — горло пересохло настолько, что я не узнавала свой голос.

— Главное не дергайся, а то я могу тебя поранить.

— Я Софи, — имя ударило в меня словно гром. — младшая сестренка Кирилла. Ты прости, я не знаю, что на него нашло. Раньше он никогда так не поступал. На самом деле он хороший, но в данный момент мне хочется его прибить.

Она болтала без умолку, видимо так она справлялась со своей нервозностью. В моей же голове билось только одно слово «сестренка, сестренка, сестренка». Боже! Какой же дуррой я была! Если бы я тогда с ним поговорила, все могло бы сложиться совсем иначе.

— Готово, ты свободна!

Такие долгожданные слова. Я не раздумывая бросилась к ванной комнате. Хотя, бросилась это сильно сказано. Затекшее тело не желало двигаться, ноги то и дело заплетались.

— Давай я помогу. — подхватили меня под руку тонкие ладошки.

Доведя меня до двери, Софи остановилась, пропуская меня вперед.

— Я буду рядом. Тебе бы сейчас не помешал горячий душ. Полотенце и халат на полочках.

Кивнув, я уже развернулась с твердым намереньем утолить все свои потребности и как можно быстрее отсюда свалить. Душ я могу принять и дома.

— Пожалуйста. — дотронулась она до моей руки — Не убегай от него, ему было так плохо эту неделю. Он тобой просто бредил, я никогда его таким не видела. Понимаю, он поступил просто ужасно, но у его поступка есть объяснение. Прими душ, я приготовлю что-нибудь перекусить, просто выслушай меня, а потом делай что захочешь. Пока я рядом он к тебе и близко не подойдет.

— Хорошо. — кивнула я поспешно скрываясь за дверью.

Я была готова согласиться на все что угодно, лишь бы быстрее оказаться в этой комнате. Еще немного и я бы описалась.

Напившись воды прямо из-под крана, я наконец-то соизволила задуматься над словами Софи. Было яркое желание послать все к черту и свалить нафиг из этого дома. Забыть все, что здесь произошло как страшный кошмар. Но, что-то мне мешало так поступить. Да Кирилл не прав, да он меня жутко испугал и даже грозился убить. Наверное я дура, раз иду на поводу у своих чувств. Я не хотела верить в то, что Кирилл плохой, все во мне противилось этой мысли. Он просто перегнул палку, да и я была не права, выгнав его тогда из домика, из своей жизни. Мы оба были не правы. Надежда, она не отпускала, шептала на ухо, о том, что все может быть хорошо, что надо лишь постараться. Что-то необъяснимое заставляло меня доверять этой Софи, как не странно, в ее присутствии я чувствую себя в безопасности.

Выйдя из ванной, я сразу же наткнулась взглядом на сидящего на кровати Игоря. Не зная, что делать дальше, просто замерла на пороге, разглядывая задумчивого мужчину. Казалось, он меня не замечал, полностью погрузившись в свои раздумья.

— Черт, прости. — он даже не поднял головы — Я думал ты просто немного истеричная, вот и решил ему помочь. Думал он… Он был так рад, с такой нежностью на тебя смотрел.

— Мы просто немного друг друга не поняли. — пожала я плечами — Наша проблема в том, что мы не умеем разговаривать и слушать. Да и с доверием все плохо, не так давно знакомы. Я даже не знаю его фамилии, и чем он занимается.

Игорь вскинул на меня удивленный взгляд. Его глаза пристально изучали мое лицо. Что он там пытался найти, мне было неведомо, но видимо он нашел то, что искал, или наоборот не нашел.

— А хочешь, я привяжу к кровати его? — подмигнул он мне с улыбкой на губах — А ты медленно и со вкусом, расскажешь ему какой он идиот.

Это мужчина умел пользоваться своим обаянием в совершенстве. Всего лишь несколько фраз, подмигивание, улыбка и я улыбаюсь ему в ответ. Наше общение, нагло прервал звук моего взбунтовавшегося желудка, он громко сообщал о том, что пора бы уже и поесть.

— Пошли. — встал он с кровати — Софи ждет нас на кухне.

Придерживая халат, что бы на него не наступить я поплелась за Игорем. Ноги приятно утопали в мягкости ковров. Порадовали меня и полы с подогревом, по которым было приятно ступать и босиком. Халат, едва уловимо пах Кириллом, зарывшись в него едва ли не по самые глаза, я с удовольствием вдыхала этот неповторимый запах. Дом оказался просто огромным, сначала мы шли по длинному коридору, затем спускались по широкой лестнице и в довершении всего, немного поблуждали по комнатам и коридорам первого этажа. Но даже богатая и со вкусом подобранная обстановка не скрывала холода. Даже стены тут кричали об одиночестве.

Вскоре, до меня донесся божественный аромат, желудок заурчал еще сильнее, вызвав улыбку на лице мужчины. Софи встретила меня приятной улыбкой и полным подносом со всякими вкусняшками. От разнообразия и запаха мой рот наполнился слюной, облизнув губы и тяжело сглотнув, я направилась вслед за девушкой, не отрывая своего голодного взгляда от еды.

— Ты не против, если Игорь останется с нами, он практически член нашей семьи. — повернулась ко мне Софи, едва мы уселись на диване. — Я бы хотела с тобой поговорить.

Я просто пожала плечами, откусывая очередной кусочек от бутерброда. Мне на самом деле не было разницы останется Игорь или нет. На крайний случай, буду опускать некоторые пикантные подробности. В том, что она будет расспрашивать меня о нашем с Кириллом знакомстве и отношениях, у меня не было сомнений.

Вопрос о знакомстве последовал незамедлительно. А мне не жалко. Периодически замолкая, что бы дожевать я пустилась в рассказ и только дойдя до того момента когда он открыл глаза и я оказалась на полу придавленная его телом, я вспомнила на его лице точно такую же злость как вчера.

— Вот только, чем я вызвала его агрессию в прошлый раз, я так и не поняла. Н вроде бы тогда говорил про каких-то актрис, которым кто-то платил деньги. Честно признаться, я в тот момент была слишком зла и напугана, что бы что-то запомнить из его слов.

— Как только он стал успешным и богатым, — подал голос Игорь — к нему стали посылать подкупных девушек, что бы раздобыть нужную информацию. И кстати, он самый отличный адвокат на всем белом свете. И это без прикрас, даже не сосчитать, сколько раз он спасал меня от тюрьмы.

— Почему Кирилл решил, что я продам его ребенка? И кто тот загадочный мужчина, которому я якобы должна отдать ребенка?

— Его!? — округлила глаза Софи. — Тогда понятно, почему у него напрочь снесло крышу.

Я с любопытством уставилась на девушку, ожидая подробностей, но она упорно молчала. Не на ту напали! Я продолжала сверлить ее взглядом, до тех пор пока она не сдалась.

— Я не вправе рассказывать его историю, но могу рассказать свою.

Было видно, что она не горит желанием об этом говорить, но я затолкав свою жалость куда подальше, лишь кивнула головой. В конце концов, мне тоже нужны хоть какие-то ответы.

— Кириллу сейчас почти сорок лет, мне нет и двадцати. Мы родные брат и сестра, но я узнала об этом лишь в пять лет.

Помню, как он вошел к нам в дом. Я тогда очень сильно испугалась и спряталась под стол. Мои руки судорожно сжимали корочку черствого хлеба, я очень боялась ее потерять, безумно хотелось есть. Я ждала, когда же он вытащит меня из-под стола. Ждала криков и побоев. Я ждала, а он продолжал стоять на пороге, мне хорошо были видны его сапоги. Такие черные, блестящие, с капельками воды от растаявшего снега. Руки и ноги начали замерзать, грязная, рваная одежда не спасала от холода, а дырявое одеяло я потеряла когда пряталась под стол.

Потом, сапоги начали двигаться, они остановились в нескольких сантиметрах от меня. Я старалась даже не дышать, наивно пологая, что он меня не заметит. Как-то неожиданно исчез стол и на меня уставились карие глаза. Я со страхом взирала на незнакомца, но его глаза были добрыми, он мне даже улыбнулся и присел рядом на корточки. Я шарахнулась в сторону, пряча за спиной корочку хлеба, а он расстегнул куртку и достав, что-то красивое протянул мне. Не смело протягивая руку, что бы забрать подарок, я думала лишь о том, какой он красивый и большой. И куртка у него, наверное, теплая, вон даже сапоги есть, не то, что у меня. Я держала в руках подарок незнакомца, не зная что, это такое и что с этим надо делать, от холода тело мелко дрожало. И тогда, он снял с себя куртку. Двигаясь очень медленно, что бы меня не напугать, он опустил куртку мне на плечи, она была еще теплой и я с радостью в нее завернулась, пропустив тот момент, когда незнакомец поднял меня на руки. Куртка была настолько большой, что он завернул меня в нее словно в одеяло. В его больших, но таких аккуратных руках мне было тепло и уютно, я даже не попыталась вырваться.

Он сделал несколько шагов и усадил меня на лавку.

— Как тебя зовут? — снова присел он на корточки возле меня.

— Дашка. — я говорила шепотом, боясь что разбужу своим голосом папку и мамки и они прогонят незнакомца с добрыми глазами и теплой курткой.

— А я Кирилл. — снова улыбнулся он мне — Твой старший брат. Хочешь, я заберу тебя с собой?

— А можно я тогда оставлю теплю куртку себе? — на его лице промелькнула гримаса злости и я сжалась в комок ожидая удара, но он лишь погладил меня по щеке.

— Можно. — кивнул он мне головой.

— Тогда я согласна. — прошептала оглядываясь на дверь в соседнюю комнату.

— Что же ты не ешь шоколадку? Давай, — протянул он руку — я помогу тебе ее открыть.

Я никогда не ела ничего подобного. Такая сладкая, тает на языке, я даже жмурилась от удовольствия. Сегодня самый лучший день в моей жизни. Кирилл смотрел на меня с улыбкой, а потом пошел к закрытой двери в соседнюю комнату. Я хотела крикнуть ему, что не надо туда ходить, что проснутся родители и мне снова придется прятаться, возможно, даже на улице или проситься к бабушке соседке. Но не успела я открыть и рта, как он скрылся за дверью. Через несколько минут, появилась мать, он ее практически тащил. Усадив ее за стол, Кирилл дал ей ручку и бумагу. Пока мать пьяно щурилась и пыталась, что-то написать, Кирилл доставал бумажки, я знала, что это деньги. Мамка всегда давала мне их когда отправляла в соседний дом за бутылкой самогона. Правда, давала она мне совсем мало, не столько, сколько дал ей Кирилл.

Бросив деньги на стол и забрав бумагу, он шагнул ко мне.

— Ну что, поехали? — спросил он беря меня на руки.

Я лишь кивнула, прижавшись щекой к его теплой кофте, да и пах он очень хорошо. Так началась моя новая жизнь. Кирилл был очень добрый, покупал мне одежду и сладости, вкусно кормил, а самое главное постоянно. Все было замечательно, он познакомил меня со своей мамой, которую звали Лидия. Она увидев меня очень долго плакала и постоянно меня обнимала, я не сопротивлялась, было так приятно.

Через несколько дней, Кирилл спросил у меня, не хочу ли я, что бы меня звали по-другому. Ему не нравилось, что я каждый раз вздрагивала, если мое имя произносили громче шепота. Имя я выбирала себе сама, насмотревшись телевизора, я выбрала имя Софи.

Я не вправе рассказывать его историю, но, как ты поняла, у нас были одни и те же родители. Выводы ты можешь сделать сама. Если бы Кирилл меня не забрал, я врятли бы сейчас была жива. Мать, меня попросту продала, так же как и его.

Если бы я только знала о чем будет рассказывать Софи и как для нее это будет тяжело! Девушку буквально трясло, а я просто сидела открывая и закрывая рот. Что я могла ей сказать? Ведь я росла в любящей семье, была единственным и обожаемым всеми ребенком. Я могла лишь представить, какого ей было тогда, но испытать на себе и представить, это разные вещи, разные чувства, ощущения и эмоции.

Игорь не сводил встревоженных глаз с Софи. Она сидела на диване, сжавшись в комок, словно пыталась стать маленькой и незаметной. Несколько раз я ловила на себе его злые взгляды, хотелось провалиться на месте. Но я же не знала, что для нее этот рассказ будет таким тяжелым!

Никто из нас не решался прервать наступившее молчание. Игорь сидел, словно на иголках. Ему было невыносимо наблюдать за девушкой в таком состоянии. В нем словно боролись два человека. Один из них хотел ее обнять и защитить от всего мира, а второй боялся словно огня. На его лице так легко читалась борьба, едва заметное движение головой и он принял решение, Софи оказалась на его руках. Она не противилась такому утешению, только тихо вздохнув, прижалась к его груди, а он что-то тихо шептал ей на ушко.

Между ними определенно есть притяжение, то как изменилось его лицо, как бережно он держал ее обнимая своими руками. Да и Софи стало заметно лучше, щеки порозовели, на губах смущенная улыбка. Сейчас, я чувствовала себя лишней, они поглощенные друг другом, совсем забыли про меня, а быть может им было плевать, на то что я рядом, ведь по сути им нечего было стыдиться.

Они мило шептались, когда я тенью выскользнула из комнаты. Куда идти? Как быть и что мне вообще делать? В груди зияла пустота и я, поймала себя на мысли, что готова остаться в этом доме даже в качестве пленницы, только бы Кирилл был рядом. Где он сейчас? Прошла ли его злость? Софи и Игорь в один голос утверждали, что он был сам не свой. Если у него было такое же детство как и у Софи, то нет ничего удивительного в его поведении. Надо было просто отвечать на его вопросы, тогда, можно было бы избежать подобной ситуации. Во всяком случае, я на это очень сильно надеялась, не может быть плохим человек, который так заботится о друге и сестре. А ведь мог бы за ней и не приезжать, врятли его кто-то заставлял, но тем не менее, его сестра здесь и он о ней заботится.

Коридор сменялся коридором, все двери были ужасно однообразны. Как я не пыталась вспомнить, так и не смогла понять какая из них ведет в спальню где я была до этого. Надо найти чемодан и переодеться, скорее всего, он там, где меня держали. Не могу же я в самом деле расхаживать по улице в одном халате. Выбор у меня был не большой, пришлось заглядывать в каждую дверь.

Спальня, судя по розовым стенам женская, совсем не то что мне было нужно. Безликая комната, минимум мебели, снова не то. Массивный письменный стол, кресло, пара стульев, диван, судя по разложенным везде бумагам, рабочий кабинет. Света, что попадал через открытые двери из коридора, хватало лишь на то, что бы в общих чертах рассмотреть обстановку комнат. С тяжелым вздохом, закрыла двери, даже не переступив порога.

Это была последняя дверь, значит, я свернула не в ту сторону и придется топать обратно. Очередной тяжелый вздох, крутой разворот и мой нос неожиданно столкнулся с чем-то твердым.

— Я думал ты ушла. — Кирилл смотрел мне в глаза, прижимая своим телом меня к стене. — Почему ты все еще здесь?

— Мой чемодан. — голос предательски дрожал, от страха, от его близости, от пристального обжигающего взгляда.

— Зачем? — переплел он наши пальцы, аккуратно потирая тот, на котором еще совсем недавно было обручальное кольцо.

Я уже открыла рот, что бы объяснить ему, зачем мне нужен чемодан, когда поняла, он спрашивал сейчас совсем о другом.

— Я бы не смогла дальше жить с ним и делать вид, что все еще его люблю. — я надеялась, что мой ответ не разозлит его как тогда в спальне.

— Почему?

— Он не ты.

После его обвинений в спальне, я должна была бежать, должна быть обижена. Но у тела были совсем другие планы, оно помнило его руки, помнило его губы, что сейчас были так близко, надо было только потянуться. Разум кричал, настаивая на разговоре, надо расставить все по своим местам. Я должна его бояться, разве нет? Здравый смысл, он и этот мужчина, несовместимые вещи.

Глаза в глаза, тело выгибаясь тянется за ускользающим теплом, губы приоткрываются в немой мольбе. Пожалуйста, безмолвно шепчут глаза. Тело теряет опору, на секунду меня одолевает страх падения, но он не дает разорвать поцелуй и вновь увлекает в водоворот чувств и эмоций. Сильные руки, в них не страшно, тело парит в невесомости, восхитительное чувство полета, стук закрывшейся двери. Все это так далеко, так незначительно, не важно. Обнаженное тело горит в огне, холод обжигает кожу, возвращая меня в реальность. Под руками смятые листы, легкий шелест бумаги. С губ срывается смешок, снова стол! Вокруг темнота, и я закрываю глаза, наслаждаясь ощущениями. Губы на губах, ищущие руки на теле, в раздражении дергаю тонкую ткань, что мешает мне коснуться его обнаженного тела. Он понимает, отстраняется лишая тепла своего тела, стягивает с себя майку. Звук расстегиваемой молнии, бедра царапает твердая джинсовая ткань, плевать. Кожа к коже, спина ложится на стол. Выгибаюсь, обхватив его бедра ногами, прямо сейчас! Губы открываются в немом крике, никакой нежности, резкий толчок и вся его восхитительная длина заполняет меня до краев. Резкие сильные движения, ножки стола отрываются от пола. Так остро, так сладко, почти на грани. С силой зажмуриваю глаза, до ярких звезд, напряжение в теле практически невыносимо. Руки беспорядочно бьют по столу, комкают бумагу, впиваются ногтями в мягкую плоть. Безумие. Стоны смешиваются с рычанием, переходят в крики. Движения еще сильнее, пальцы впиваются в бедра, разводя их шире, оставляя красные отметины. Еще глубже, быстрее, толкая за грань. Громкий крик, глухое рычание.

Восхитительное состояние. Тело полностью расслаблено, еще немного и кажется, я растекусь лужицей по столу. Теплое тело Кирилла плотно прижимается ко мне, приятная тяжесть, хриплый смешок раздается возле уха, губы нежно прижимаются к моей шее.

— Моя.

Твоя. Душа поет от счастья, но я не решаюсь произнести это слово вслух, что-то меня останавливает. Крепче прижимаю его к себе, не желая разрушать это прекрасное мгновение.

— Как ты думаешь, они помирились? — с надеждой посмотрела на меня Софи.

Сверху раздался очередной, особенно громкий крик Саши, щеки Софи мгновенно вспыхнули, и она спрятала свое лицо в ладонях.

— Не представляю, как я буду смотреть ему в глаза без стыда. — страдальчески простонала она. — У меня такое ощущение, что мы не просто подслушиваем, но и подсматриваем.

— Судя по Сашиным крикам, им очень хорошо и нам, можно расходится по домам. Если они и не помирились, то очень активно над этим работают. — расплылся я в улыбке.

Какая же она еще маленькая, краска стыда заливала ее щеки и даже шею. Софи продолжала сидеть пряча свое лицо в ладонях, а внутри меня поднималась злость, на ее будущего мужа, на тупость Кирилла, который не желал ни слышать, ни видеть очевидных вещей. Софи не будет счастлива с тем уродом который лишил ее девственности и оставил беременной. Не важно, что Кирилл его нашел и заставил на ней жениться. Она по прежнему оставалась невинной в душе и верила каждому слову брата.

— Не хочу. — скривила она личико в страдальческой гримасе. — Вся эта ненужная суета… Не понимаю зачем мне выходить за него замуж.

От ее слов, сердце в груди забилось как-то слишком быстро и неровно. Руки все еще помнили ощущение ее хрупкого тела. Как же доверчиво она ко мне прижималась, ища утешения и защиты. Выходит, она тоже не была в восторге от своего предполагаемого мужа.

— Почему ты не скажешь брату, что не хочешь выходить за этого урода замуж? — пытливо вглядывался я в ее лицо уже зная ответ.

— Он так много для меня сделал, а я мало того, что не послушала его предупреждений так еще и рискую остаться одна с маленьким ребенком на руках. Не хочу вешать на него дополнительную обузу, хватило и того, что он нянчился со мной.

— Софи, ты сейчас не права. Кирилл тебя безумно любит и никогда не считал обузой. Подумай, какого ему будет, когда он поймет, что ты и его еще не рожденная принцесса несчастливы? Думаешь, он не будет во всем винить себя?

— Я не знаю, что мне делать. Если честно, я думала поговорить с ним после нового года, но он сейчас немного занят и я не хочу его тревожить. Мне кажется, Саша хорошая женщина и она действительно не понимает что происходит. Кирилл не настолько глуп, что бы этого не заметить. Он как никто другой заслуживает счастья.

— Пошли этого урода куда подальше, а Кириллу все объяснишь потом.

— И что я буду делать дальше? У меня нет работы, да я еще даже и не отучилась.

Глядя на ее опущенные плечи я уже тысячу раз пожалел о том, что старался держаться от нее подальше. Лучше бы это я был на месте того урода, по крайней мере со мной она была бы счастлива. В голове сплыли воспоминания того, как Кирилл отделал меня несколько лет назад, всего лишь за то, что заметил мой интерес к его сестре. Тогда он был прав, ей только исполнилось шестнадцать. Но что мне мешало начать ухаживать за ней в дальнейшем?! Я думал это пройдет с годами, но все оказалось намного сложнее. Я уговаривал себя отступить, ведь я намного старше нее, думал, она найдет себе достойного мужчину, с которым у нее не будет столь существенной разницы в возрасте. А вышло все хуже некуда.

Она смотрела на меня своими карими заплаканными глазами, а я пытался найти в ее лице хоть что-то, что показало бы мне как быть. Ведь тогда, мои чувства к ней оказались взаимными. Помнит ли она о них сейчас, осталось ли в ее сердце место для меня?

Она, не отрываясь, смотрела мне в глаза, а я хотел лишь одного, ощутить вкус ее губ, утонуть в ее нежности и ласке. Давай же милая, сделай хоть что-нибудь, дай мне хоть одну подсказку.

Едва заметное движение, показалось или она действительно качнулась в мою сторону? К черту! Наверное, помешательство Кирилла оказалось заразным, иначе как объяснить то, что я наплевав на все, с упоением целую его сестру. Напряжение постепенно отступало, Софи не сопротивлялась, она таяла в моих руках, плавилась от моих губ, цепляясь своими ладошками за мои плечи, прижималась все теснее к моему телу.

— Кирилл нас убьет. — прислонилась она своим лбом к моей груди.

— Ему сейчас не до нас. Он даже никак не отреагировал на то, что ты сидела на моих коленях.

— Когда-нибудь он придет в себя.

— Вот тогда и будем с ним воевать. — прижал я ее к себе, было такое ощущение, что я наконец-то нашел свое место в жизни. — А сейчас, — поставил я ее на ноги — пойдем разбираться с вашими проблемами.

— Проблемами? — непонимающе уставилась она на меня.

— Будем разбираться с покушением на Кирилла, но сначала отменим свадьбу или просто поменяем тебе мужа. — подмигнул я глядя на ее ошарашенное выражение лица.

Глава 10

— Моя. — хриплый шепот с трудом выходил из пересохшего горла. Прижался губами к нежной коже, оставляя влажный след на ее шее.

Сердце отстукивало секунды в ожидании ее ответа. Одна, две, три. Промолчала, только крепче обняла. В груди появилось неприятное, тянущее чувство. По крайней мере, не оттолкнула, я был рад и этому.

Внизу раздался хлопок двери, возвращая меня в реальность. Софи и Игорь ушли, во всяком случае я очень на это надеялся. Нам с Сашей нужно время узнать друг друга как следует, помириться, научиться слушать и доверять.

Когда я вернулся, Саша рассказывала историю нашего знакомства. Я застыл за их спинами, отрицательно мотнув головой на вопросительный взгляд Игоря. Он понял, отвел взгляд.

Мои девочки сидели на диване, из-за высокой спинки, были видны только их макушки. Черная как ночь и рыжая, словно пылающий огонь. Прикрыл глаза, наслаждаясь ее голосом в котором с легкостью можно было различить то беспокойство и нежность, то злость и улыбку.

Она свободна, нет ни каких сомнений в том, что Софи не поставила ее об этом в известность. Почему Саша не ушла, почему спокойно сидит и пьет чай? Сдвинулся на несколько шагов, так хотелось видеть лицо моей малышки. Мелькнула темно синяя ткань. Она надела мой халат! Глупая улыбка расползлась по моим губам, сейчас она выглядела так по-домашнему, так правильно, в моем халате.

Маленькие ладошки соскользнули с моих плеч, Саша дышала глубоко и размеренно. Спина затекла от неудобного положения, руки продолжали придерживать ее за бедра. С трудом заставил себя отстраниться от ее тела, спать на твердом столе не лучшая идея. Малышка недовольно заворчала, ища более удобное положение. Скинув джинсы, которые болтались на лодыжках, подхватил мое рыжеволосое чудо на руки. Затуманенные глаза открылись, с недоумением глядя на меня.

— Спи. — шепнул, касаясь ее губ в легком поцелуе.

Не став спорить, прижалась щекой к моей груди, через секунду послышалось ее сопение. Такая милая. Родная. Моя!

Нам обязательно надо поговорить. Завтра, пообещал я себе устраиваясь рядом с Сашей на кровати. Прижался грудью к ее спине, оплетая ногами и руками. Напряжение в паху доставляло дискомфорт, зарылся носом в рыжие кудри с удовольствием вдыхая аромат своего шампуня. Значит все же принимала душ, по этому и была в моем халате. Воображение услужливо нарисовало малышку за запотевшим стеклом. По обнаженному телу стекали капельки воды, скользя по нежной коже. С силой сжал зубы заставляя себя отвлечься, надо дать ей отдохнуть, столько волнений да еще в ее состоянии. Мысленно поставил себе заметку обязательно сходить с ней к врачу.

Мой малыш. Рука накрыла ее живот, маленькая жизнь, наше продолжение. Все у нас будет хорошо, пообещал я сам себе, расшибусь, но они будут моими.

— Да, конечно же у вас есть несколько дней на сборы и перевозку вещей. Мне и самой надо будет, собирать вещи. Просто, сообщите мне, когда моя квартира будет свободна. Хорошо. Надеюсь, я не доставила вам слишком много проблем своей просьбой освободить мою квартиру.

Сердце все еще колотилось с бешеной скоростью. Проснувшись и не обнаружив ее рядом с собой, я запаниковал. Она ушла! Спешно натянув первое, что попалось мне под руки, вылетел из спальни. В душе все еще теплилась крохотная надежда найти ее в доме. Ее голос, доносившийся с кухни успокаивал, но вот слова, что она произносила мне совсем не нравились. Зачем ей нужна квартира, чем ее не устраивает мой дом?

— Теперь развод. — положив телефон она потерла пальцами переносицу. — Развод. — повторила она глядя на потухший дисплей телефона. — Надо узнать, куда звонить, и какие документы для этого нужны.

Продолжая что-то бубнить себе под нос, она потянулась за моим ноутбуком, что стоял на столе. С трудом забравшись на высокий стул, открыла крышку и ее пальцы запорхали по клавиатуре.

Практически обнаженные бедра едва скрытые футболкой. Мне нравилось, как на ней смотрелась моя одежда. Ее чемодан так и остался в багажнике ее машины, решил пока не отдавать его ей. Неслышно подкравшись к ней со спины, глянул на светящийся экран из-за ее плеча. Она искала информацию о разводе.

— Для начала, надо написать заявление. — шепнул ей на ушко, обхватив рукой за талию.

— Совсем ненормальный! — вскрикнула она, едва не свалившись со стула. — Хочешь, что бы я заикой осталась на всю жизнь!?

Растянул губы в улыбке, поворачивая ее к себе вместе со стулом.

— Я едва не родила раньше срока! — продолжала выговаривать она мне.

— Прости. — не важно, что раскаяния во мне совершенно не было.

Обхватил ладонями ее шею, нежно обводя большими пальцами ее приоткрытые губы. Саша набрав воздуха в легкие открыла рот видимо решив и дальше меня отчитывать. Нет моя девочка, у меня совсем другие планы. Накрыл ее рот своими губами. Нежно, страстно, выплескивая в поцелуе весь свой страх, что испытал не обнаружив ее в постели. Не отпущу!

Целовал, наслаждаясь ее вкусом, мягкостью губ, долго, до острой нехватки воздуха. Судорожный вздох, губы едва касаются губ, ее выдох мой вздох, казалось, мы дышали друг другом.

— Кирилл… Развод… — слова даются ей с трудом, слетая с губ между короткими вздохами.

— Не нужен. — отстраняюсь лишь на секунду и вновь припадаю к ее губам.

— Нужен.

— Ты никогда не была замужем. — смотрю в ее недоверчивые глаза — Могу доказать. — губы скользят по ее ушку, прикусываю мочку, спускаюсь по шее. — Потом.

Саша прерывисто дышит, запутываясь своими тонкими пальчиками в моих волосах. Руки скользят по ее ногам, раздвигая бедра, лаская чувствительную плоть. Улыбаюсь, обнаружив отсутствие нижнего белья, пальцы изучают влажные складки, проникают внутрь. Протяжные стоны раздаются все чаще, подается бедрами мне навстречу. Нет, не так. Отступаю. Подхватив ее на руки, практически взбегаю по ступенькам. Хочу ее мокрой, под теплыми струями воды, такой, какой представлял ее вчера.

Белая майка. Улыбаюсь своим мыслям, вставая вместе с Сашей под струи воды. Майка становится прозрачной, плотно облепляя изгибы ее тела. Слегка округлый животик, пышная грудь с торчащими сосками. Отстраняюсь, сжимаю ее грудь через мокрую ткань, обхватываю губами твердый сосок, сильно, жестко. Ей это нравится, выгибается сильнее, плотно сжимая бедра.

— Руки. — поворачиваю ее лицом к стене, стягиваю майку. — А теперь держись. — ложу ее ручки на полочку, пальцы послушно сжимают пластик. — Молодец.

Стягиваю с себя мокрые штаны, наслаждаясь видом ее обнаженного тела. Провожу руками по ее спине, стирая мелкие капельки воды, сжимаю округлую попку, дрожь ее тела сводит с ума.

Малышка выгибается под моими руками словно кошка, прижимаюсь к ее попке, давая ей почувствовать силу своего желания. Послушно раздвигает ножки, выпячивает попку. Что же ты со мной делаешь? Стон срывается с губ, рушатся последние крохи самообладания. Влажные стеночки ее лона обхватывают мой член, сжимая до боли.

Не хочу торопиться, медленные тягучие движения. Отрываю ее руки от полочки, заставляя откинуться на меня. Мне просто необходимо ощущать ее тело, тепло и мягкость ее кожи. Плотно прижимаю ее к себе, продолжая неспешно погружаться в ее влажный жар. Все чувства во мне сходят с ума, я практически на грани и не в силах контролировать свое тело. Еще несколько движений и я кончу, нельзя, сжимаю зубы, практически до скрежета. Тянусь за ее рукой, переплетаю наши пальцы, легко касаюсь живота, направляя наши руки ниже.

Прерывистый вздох срывается с ее губ.

— Продолжай. — шепчу ей на ушко, отпуская ее руку.

Несмелые движения становятся более уверенными, ей уже плевать на смущение, есть только она и я, только наслаждение, что разливается по нашим телам. Ярче, сильнее, глубже. До ее хриплых стонов, до победного крика, до подкашивающихся ног.

Едва успел подхватить ее безвольное тело. Малышка тяжело дышала, глаза закрыты, а на губах блаженная улыбка. Перенес ее на кровать, растянувшись рядом. Нахмурившись, Саша распахнула глаза, нашла меня взглядом и вопросительно выгнула бровь.

— Рассказывай. — раздался ее хриплый голос отозвавшись напряжением в паху.

Поморщился, устраиваясь по удобнее. Перехватил ее изумленный взгляд.

— Даже не думай. Имей совесть, объясни мне хоть что-нибудь, к тому же еще не успела позавтракать.

— С чего мне начать? — с губ не сходила счастливая улыбка. Плевать на все! Впервые за всю свою жизнь я чувствовал себя счастливым.

— Начни с моего чемодана и сумочки.

— Понимаешь, — скорчил я виноватую рожицу — твой чемодан был в машине Игоря, а он уехал еще вчера. И сумочка там же.

Неспешно встав, направился к своему шкафу. Возможно, с моей стороны это было эгоизмом, но я хотел видеть на ее теле только свою одежду.

— Можешь одевать все, что захочешь. — распахнул я дверцы.

— Я не могу постоянно ходить в твоих майках и рубашках! Мне нужна нормальная одежда.

— А чем тебя не устраивают мои майки? — малышка старательно отводила взгляд от моего обнаженного тела. Зажав штаны в руке, решил не спешить с одеванием. Мне нравилась ее реакция на мое тело.

Какая же ты у меня еще маленькая, не смотря на свой возраст.

— Я знаешь ли не горю желанием сверкать своей голой задницей перед людьми да еще и на морозе.

— На каком еще морозе? — я готов был рычать на весь белый свет, едва только представив свою малышку полуголой среди других мужчин. — Зачем тебе вообще выходить из дома? Просто скажи мне если тебе что-то понадобиться.

— Хорошо. Достань мне мой чемодан и сумочку. У меня куча нерешенных вопросов, мне предстоит переделать массу дел, и на все это у меня очень мало времени.

— Я могу решить все твои вопросы.

— Кирилл, давай мы не будем все усложнять. Я готова закрыть глаза на то, что ты меня притащил к себе домой не спросив моего разрешения, я даже могу понять твое поведение. Но у меня есть своя жизнь и свои проблемы я буду решать сама.

— А я значит, в твою жизнь не вписываюсь? — господи! Ну почему она такая упертая? Ведь все было хорошо, нет, ей обязательно надо было все испортить!

Саша продолжала сидеть на постели укутанная в простыню. Губы плотно сжаты, взгляд опущен. Молчит. В груди неприятно кольнуло. Я ведь ее люблю, а она продолжает возводить между нами стену. С трудом успокоился, натянув штаны, вышел за дверь. Надо успокоиться. Только дойдя до кухни, понял. Я ведь ни разу не сказал ей о своих чувствах, вот я дурак, неудивительно, что Саша упрямится.

Настроение стремительно начало подниматься и насвистывая веселый мотивчик, я принялся разогревать завтрак для любимой.

Этот мужчина просто невыносим! То смеется, то рычит, нежность граничит с безумием. И я бы могла со всем этим мириться, не замечать перепадов его настроения, но знать, что я нужна ему только из-за ребенка…

Взяв первое, что попалось под руку, натянула на себя и потопала на кухню. Настроение стремительно катилось вниз. Для полного счастья не хватало еще нарваться на взбешенного Кирилла.

Застыла в дверях кухни, наблюдая как Кирилл, плавно движется по кухне, насвистывая себе под нос веселую мелодию. То и дело хлопали дверцы, тихо звенели тарелки. Ноги сами собой понесли меня на зов манящего запаха еды.

— Садись за стол. — обернулся он ослепляя меня своей улыбкой — Я уже почти закончил.

На столе стали появляться тарелки и вазочки, я готова была уже накинуться на еду, не обращая внимания на приличия. Живот жалобно и громко заурчал, заставив Кирилла замереть. Под его пристальным взглядом, щеки обожгло румянцем. В несколько широких шагов, Кирилл оказался рядом со мной, подхватил меня на руки и через секунду я сидела за столом.

— Я смотрю вы у меня совсем голодные. — подвинул он ко мне тарелку. — Сейчас, папа будет вас кормить. — его пальцы слегка поглаживали мой живот, а губы блуждали по моему лицу.

Я мягко сказать офигевала от его поведения. Таким я его еще не видела, сейчас он был похож на мальчишку, со своей счастливой улыбкой и светящимися глазами.

— Кирилл.

— Малыш, давай так. Я отвечу на любой твой вопрос и сделаю все что ты мне скажешь, но сначала ты поешь и выслушаешь меня.

Не переставая удивляться происходящему, кивнула и принялась поглощать еду. Через какое-то время, заметила, что Кирилл сидит и с улыбкой наблюдает за мной. Сразу стало как-то неуютно под его взглядом. Так и подавиться не долго.

— Малыш, я не знаю, что ты там себе напридумывала. Да и я повел себя как дурак. — тяжело вздохнув, он продолжал глядя на меня. — Ты можешь мне не верить, но я тебя люблю. — слова давались ему тяжело, руки то и дело сжимались в кулаки. — Всю эту неделю я не находил себе места, сходил с ума. Вспоминал твою улыбку, твои прикосновения, а потом до меня дошло, что мы не предохранялись. Я хотел тебя, хотел нашего малыша. Я был так счастлив, так боялся услышать о том, что ты не беременна. Но все пошло не так, когда твои руки накрыли живот я готов был тебя расцеловать. А потом я увидел, что на твоем пальце нет кольца, не знаю что тогда произошло, но меня словно переклинило. Прости меня девочка моя. Прости. — Кирилл уже стоял на коленях прижимаясь головой к моему животу и крепко стискивал меня руками.

Я в буквальном смысле зависла. Что делать? Как реагировать на его слова?

— Я вас не отпущу. Не смогу уже без вас. — с каким то отчаяньем прошептал он стиснув меня еще сильнее.

— Кирилл я…

— Нет подожди. Не надо ничего сейчас говорить. Просто останься со мной, здесь, в этом доме. Я никогда тебя не обижу, обещаю, ты не пожалеешь. Хочу что бы в этих стенах звучал твой смех, хочу слышать топот маленьких ножек. А хочешь, мы поженимся прямо сегодня? — С надеждой поднял он на меня глаза.

Слишком все быстро, слишком много. Хотелось кинуться ему на шею, рассказать о своих чувствах, поверить в его слова. А что если все это только из-за ребенка, а если он вдруг поймет, что я ему не нужна?

— Не хочу. — тихий шепот, разрывающий меня изнутри.

С силой зажмурил глаза, дыхание рваными вздохами вырывалось из груди. Не думал, что это будет настолько больно. Казалось, весь мир разлетелся на тысячи осколков.

— Хочу через месяц. С белым платьем, кучей гостей. Хочу венчание.

Смотрел в глаза малышке, пытаясь понять, что это реальность, что она согласилась. На ее губах сияла улыбка, а я боялся пошевелиться, боялся спугнуть момент. Согласилась, она согласилась! Смотрел в ее глаза, безмолвно умоляя.

— Люблю тебя. — Едва слышный шепот, скорее прочитал по ее губам чем услышал.

— Спасибо. — слова давались с трудом — Обещаю, ты не пожалеешь!

Глава 11

Еще не открывая глаз, знал, ее снова нет в кровати. Это уже закономерность. Вот и что мне делать с этой поганкой? В голове тут же возникла красочная картинка. Ухмыльнувшись, потянулся за телефоном. Уже набрав номер, кинул взгляд на часы, начало третьего ночи, кольнуло чувство вины, и я решил сбросить звонок. А к черту!

На седьмом гудке наконец-то послышался заспанный голос.

— Кирилл, что-то случилось?

— Антоха, а если я закину Сашку на плечо, это не повредит ребенку?

— Кир, я тебя пришибу. Ты на время смотрел?

— Так можно или нет?

— Погоди. — послышались чертыхания в мой адрес, шуршание бумаг, а затем и бурчание Тохи. — Четыре недели, осложнений нет. Кир?

— Ну. — поторопил я друга.

— Главное что бы не было ударов в живот. Если аккуратно ее поднимешь и не будешь бежать прыгая по ступенькам то можно.

— Спасибо брат!

— Всегда пожалуйста! — раздался его смешок — Жесткий секс тоже не противопоказан. — он уже откровенно надо мной ржал — Приятно провести время и в следующий раз смотри на время.

В трубке послышались короткие гудки, а я с улыбкой до ушей направился на поиски своей малышки.

Тусклый свет лился из приоткрытой двери, вот не пишется ей в комнате, подавай ей кухню. Тут, видите ли атмосфера располагающая. Саша, забравшись на высокий табурет, сосредоточенно грызла карандаш, тонкие пальчики порхали по клавиатуре. Незамеченный, стоял у нее за спиной. Было что-то магическое в том, как на белом экране появлялись черные буковки, складываясь в слова, а затем и в предложения. Мне нравилось читать то, о чем она пишет, никогда не наблюдал за собой тяги к любовным романам, тем более к фентези, а тут читаю и читаю с упоением. Ведь это написала она. Неважно как зовут героев, неважна их внешность. Важно лишь то, что это ее мысли, ее желания, ее мечты.

— Нет, ну до каких пор это будет продолжаться? — нахмурил я брови глядя на свою малышку.

С трудом оторвавшись от экрана, она непонимающе уставилась на меня своими зелеными глазами. На ее лице, крупными буквами читалась растерянность, она была все еще там, в своем маленьком мире, который она оживляла на экране ноутбука, раскрашивая его чувствами и эмоциями, выраженными в словах.

Несколько минут и ее взгляд становится осмысленным. На губах появляется виноватая улыбка. С растрепанным волосом, в моей рубашке, она похожа на маленького котенка. Сейчас малышка сцепит руки за головой и начнет потягиваться.

— Прости. — тихо шепчут ее губы — Я невиновата, он сам пришел. Нагло разбудил. — непонимающе смотрю на ее хитрую мордашку. Кто пришел? Кто разбудил? ПришеЛ! Какого черта, какой-то мужик вздумал будить мою малышку, в моем доме? Ничерта не понимаю, прибью! Скольжу взглядом по кухне, выискивая этого смертника.

— Пошли, говорит, что-нибудь напишем. — Смотрит мне прямо в душу своим светлым взглядом, а в глазах пляшут черти. — Я правда сопротивлялась, но отказать ему так и не смогла.

— Чертовка. — губы растягиваются в улыбке, до меня начинает доходить смысл ее слов. — Поймаю твоего музеныша и ноги ему повыдергаю, нечего беременных женщин среди ночи поднимать.

— Пойдем в кровать. — тянется к крышке ноутбука. Святые небеса! Воздух со свистом покидает мою грудь. Рубашка застегнута всего на несколько пуговиц, полное отсутствие белья. Джинсы становятся тесными, причиняя дискомфорт.

— Поганка мелкая. — перехватываю ее пальчики. Экран освещает тело малышки, бесподобно.

Скольжу руками по ее телу, прижимаясь к ней со спины. Вот не зря я купил эти стулья, идеальная высота. Ее тело сводит с ума. Обхватываю грудь, вторая рука скользит по животу. Судорожный вздох, столько страсти, полная отдача. Пальцы погружаются во влажный жар. Никаких ласк, никакого предупреждения, отрывистые движения. Ближе, глубже.

— Тш-шш. — пытаюсь ее успокоить, еще немного и она упадет со стула. — Иди ко мне.

Заливисто смеется болтаясь на моем плече, малышка тоже скучала по нашим играм. С тех пор как она оказалась в моем доме, несколько дней назад, я старался ее беречь, быть нежным и заботливым. Она на меня постоянно ворчала, ей не хватало моей страсти, моего напора, господства над ее телом.

Шлепнул ее по оголенной попке.

— Лежи смирно. — ну кто бы сомневался что после моих действий и слов она начнет сопротивляться.

Еще несколько шлепков, протяжный стон. Не удержавшись, провел пальцами по ее мокрым складочкам.

— Кир! — протяжный крик. Не знаю как, но я чувствовал что ей от меня надо. Толкнулся пальцем внутрь. — Боже!

Ее крик стал последней каплей. Не бежать, не бежать. Уговаривал я себя, заставляя свои ноги передвигаться медленно, плавно, не сорваться на бег. Последняя ступенька, вдалеке замаячила желанная дверь.

Маленькие ладошки пробрались за пояс штанов, сжимая и поглаживая. Юркий язычок порхал по моей обнаженной спине, посылая крохотные разряды прямо мне в пах. Поцеловала, лизнула, прикусила. Все! Это было последней каплей!

Очнулся от громкого крика. Замер стискивая зубы, плотно прижимаясь бедрами к ее попке. Ее внутренние мышцы плотно сжимали мой пульсирующий член.

— Прости. — тело дрожало от напряжения. Она в положении, а я накинулся на нее словно зверь.

— Звягенцев! Если ты сейчас остановишься я тебя прибью.

— Пошли в кровать.

— Здесь! Сейчас! Быстро! — затрясла она головой подаваясь бедрами ко мне — Пожалуйста.

Это стало точкой невозврата. Ладони скользнули, накрывая ее живот, защищая, оберегая крохотную жизнь. Грубые, глубокие движения. Тесно прижался грудью к ее спине, впечатывая мягкое тело в твердую стену. Громкие крики удовольствия только сильнее подстегивали моего внутреннего зверя, что стремился подчинить, безраздельно властвовать над ее хрупким телом.

Саша забившись в моих руках, закричала еще громче, царапая короткими ноготками обои.

Ноги отказывались подчиняться. Хмыкнув, уткнулся носом в ее волосы. Хорошо, что мы живем не в квартире, иначе ее крики перебудили бы всех соседей.

— Крикунья моя. — прошептал ей на ушко, подхватив ее безвольное тело на руки.

— Это все ты. — короткий поцелуй обжег мою грудь.

— Не прекратишь, и мы продолжим. — Пригрозил, опуская ее на кровать.

— Очень на это надеюсь. — выгнулась обольстительница в моих руках. — К тому же, ты еще не выполнил пару моих желаний.

— Хочу тебя забрать отсюда. — хотелось видеть ее расслабленной и улыбающейся. Руки отказывались ее отпускать, знал, что не смогу держаться на расстоянии.

Думал, испугается, откажет. Легкий наклон головы. Воздух с шумом покинул легкие, сам не заметил, что задерживал дыхание. Ей богу, как на первом свидании, так волнительно, так сладко! Сжал ее ладошку в своей руке и потащил на выход, вниз по ступеням.

— Кино, кафе? — судорожно вспоминал куда еще можно ее пригласить. Ночной клуб не вариант, еще не время.

Открыл дверь, помогая Нике сесть в машину, не хотел выпускать ее маленькую ладошку из своей руки, казалось, отпущу ее и она исчезнет, как мираж, как ведение. Потянулся за ремнем, щелчок, хотел отстраниться. Шумный вдох, легкий запах ее возбуждения, она человек, но как и меня, Нику притягивает мой запах. Задержался на несколько секунд, еще один вдох и запах ее возбуждения стал сильнее. Не смог устоять, накрыл ее губы своими. То, что я хранил в воспоминаниях не сравнить с реальностью. Мягкость губ сводила с ума. Не отстранилась, уже хорошо, решил наглеть по полной программе. Усилил напор своего рта, раскрывая ее губы. Стон, кажется мой. Все тело дрожало мелкой дрожью, еще немного и я не сдержусь. С трудом оторвался от ее губ, глаза закрыты, грудь часто вздымается. Столько страсти, всего лишь от одного поцелуя, постарался не думать о том, что будет когда она окажется полностью в моей власти.

— Так куда ты хочешь? — спросил, поворачивая ключи в замке зажигания.

— Не знаю.

— Так не бывает. — все еще стесняется, так не похожа на моих прошлых подруг. Тряхнул головой. Их даже сравнивать не хотелось, Ника совсем другая, скромная, нежная, через чур стеснительная.

— Чего тебе хочется в данный момент? — ее взгляд метнулся к моим губам, еще чуть-чуть и я накинусь на нее прямо здесь.

— Ника, еще один подобный взгляд и я не сдержусь. — закрыв глаза откинул голову на подголовник сидения. — Ты не представляешь, как я тебя хочу, всю, сейчас. Только ты и я, мои губы на твоем теле. — решил быть честным до конца — Хочу заблокировать двери, что бы ты никуда не сбежала, отвезти тебя к себе домой, прямо сейчас я даже готов приковать тебя к своей постели, наплевав на все. И если бы у тебя не было детей, я бы так и сделал.

Боялся открыть глаза, не хотел видеть в них испуг или еще хуже отвращение. Я дурак, но почему-то, знал, лучше говорить ей правду, иначе ни как. Тишина давила, вдохнул, страха нет, лишь возбуждение. Была не была. Приоткрыл глаза, моя девочка, закусив губу, смотрела прямо на меня.

— Давай просто покатаемся по городу? — смущенно опустила глаза, а я едва не рассмеялся. Не убежала, не осудила, будь она немного посмелее и я бы не задумываясь повез ее к себе.

— Мне надо быть дома через несколько часов. — вновь послышался ее шепот.

Кивнул головой, трогая машину. Так мало. Несколько часов. В голове крутились шестеренки, обдумывая план действий. Если продолжать в том же духе, я от нее ничего не добьюсь. Время, надо больше времени, но как? Мелькнула мысль разругать ее с мужем, тогда она будет полностью моя, вот только простит ли она мне этот поступок. Нет. Надо действовать аккуратней. Спросить совета у Зарины? Лешка! По губам расплылась улыбка. Надеюсь, сестренка будет не против.

Коснулся рукой кнопки на руле, салон тут же наполнили звуки музыки, без слов рассказывая Нике о моих чувствах и страхе ее потерять. Улыбнулась, стрельнув в меня глазами и вновь, отвернулась к окну. А я как дурак сидел и улыбался, ей понравилось! Похвалил себя за предусмотрительность, сам я конечно же такой музыкой не увлекался, до встречи с ней, но каждый раз возвращался в мыслях в тот раз, когда она слушала музыку на беговой дорожке. В один прекрасный день не удержался, нашел все песни, что вспомнил, скачал и так же как сейчас, рассекал на машине по ночному городу, вслушиваясь в звуки чарующей мелодии. Казалось, тогда, я становился к ней немного ближе, закрывал глаза и представлял, что она со мной, сидит рядом, как сейчас.

Сбавил скорость, рука сама потянулась к ней. Накрывая пальчики, сжатые в кулачок. Все еще волнуется.

— Ника, девочка, я не кусаюсь.

Что же он творит, зачем говорит мне все эти слова. Глаза закрыты, руки с силой сжимают руль, боится или нервничает? Еще немного и я бы согласилась на что угодно, лишь бы был рядом, касался моего тела, целовал мои губы. Хотелось закричать от отчаянья! Хотелось проснуться, понять, что наша встреча всего лишь сон и вернуться к привычной жизни. Боялась. Боялась проснуться и понять, что это сон, что нет в моей жизни этого потрясающего мужчины.

За окном мелькали огни ночного города. Приятная мелодия, кажется, мне достался романтик. Достался ли? Кинула взгляд на Влада, серьезное лицо, сосредоточен на дороге, вот только его рука, как-то совсем неожиданно накрыла мою.

— Ника, девочка, я не кусаюсь. — едва заметная улыбка коснулась его губ.

— Я знаю.

— Ты напряжена. Почему?

Вот что ему ответить? Я нервничаю, а еще жутко хочу, что бы ты сделал все те вещи о которых несколько минут назад мне говорил? А может быть стоит, ведь он был со мной откровенен? Нет. Не вариант. Я боюсь сама себя, боюсь его реакции на мое тело. Жаль что я бросала тренировки, сейчас, не пришлось бы стесняться.

— Знаю, что слишком на тебя давлю. — вновь раздался его голос — Но не могу иначе. Первый раз такое, такие чувства. Боюсь тебя обидеть, испугать, но справиться с собой не всегда получается.

— Все хорошо, правда. Просто… Я не знаю, что мне делать. Я боюсь себя, своих желаний. Не хочу возвращаться домой, к нему, но там дети. Хочу остаться с тобой, но меня гложет вина. Ведь он не плохой. Просто не мой. Он родной, близкий и любит меня, пусть и по своему, а я тут, с тобой. Никогда не изменяла. Я боюсь.

— Тише. Успокойся. Все будет хорошо, мы со всем разберемся. Только не убегай, не бросай меня из-за своих страхов и неуверенности. Я буду рядом, приму любое твое решение. Только не убегай.

Подхватив мое тело руками, Влад перетащил меня к себе на колени. Вокруг сплошная темнота. Когда он успел остановиться? Крепко сжав меня руками, уткнулся лицом в мою шею. В каждом его движении, в каждом вдохе и выдохе чувствовалось отчаянье. Он не боялся просить и я была уверенна, если потребуется, будет умолять.

— Ты как наркотик. — сбивчиво шептал он поглаживая меня по спине. — С каждым днем становится только хуже, хочу, что бы ты всегда была рядом. Ты только не бойся, я тебя никогда не обижу, ни тебя, ни детей. Еще вчера я и не надеялся, что сегодня, ты будешь сидеть в моей машине, на моих коленях. Я знаю, с тобой так нельзя, надо медленно, постепенно. Но не могу, даже дышать без тебя тяжело.

Я чувствовала себя полностью потерянной, от его слов, от его объятий. Я чувствовала себя женщиной, любимой, желанной. Он продолжал шептать мне в шею, а я уже не разбирала слов. Был лишь его шепот, его горячее дыхание, нетерпеливые руки, то поглаживали, то сжимали, крепко-крепко, до боли, до нехватки воздуха. А я этим лишь наслаждалась, прикрыв глаза растворилась в ощущениях, ловила каждую эмоцию, что накатывали словно волны. Наплевав на скромность, уткнулась носом в его грудь, вдыхая его запах, такой родной, такой знакомый, сводящий с ума. Не знаю кто из нас первый потянулся за поцелуем. Требовательные губы, сейчас он не просил, не пытался уговорить. Он подчинял, властно, жестко, без слов, лишь своими действиями. Обжигая руками, клеймя поцелуями, обещая телом.

Мгновение и я одна, на водительском сидении, без куртки, с задранной кофтой. Холод проникал через открытую дверь. Трясущимися руками поправила одежду, понадеявшись на то, что ноги меня не подведут шагнула, выходя из машины. Глаза тут же наткнулись на темный силуэт.

— Влад?

В голосе моей девочки сквозили неуверенность и страх. А я боялся к ней повернуться, боялся не сдержаться. Внутри меня метался мой зверь, моя половина. Все во мне кричало «моя»! Как давно я его не чувствовал, лишь знал, что он есть. Тело звенело энергией, теперь я точно знал, не отпущу. Не важно как, но она будет моей.

«Влад?»

Голос прозвучавший в голове заставил дернуться.

«Держи своего волка в руках. Она не пострадала?»

«Пап?»

Ведь это невозможно! Снова схожу с ума?

«Где твоя пара?!»

Отец почти срывался на крик.

«Рядом»

«Успокойся».

«Что происходит?»

Едва ощутимое прикосновение к спине. Маленькие ладошки скользнули по ребрам. Хмыкнул. Такая хрупкая, такая ранимая. Накрыл ее холодные пальчики рукой.

«Теперь, ты не сможешь ее отпустить».

«Она замужем».

«А это уже не важно, она теперь тоже зависима от тебя».

— Все хорошо. Надо было остыть. Не хочу вот так, в машине. Ты достойна большего.

Она лишь прижалась к моей спине. Вдыхала мой запах, с каждым вздохом прижимаясь сильнее.

— Останься со мной. Давай заберем детей и поедем ко мне?

— Малышка! Это уже не смешно!

От неожиданности подпрыгнула, стул покачнулся и сильные руки тут же обвились вокруг моего тела.

— Завтра же выкину эти стулья! — прорычал Кирилл. — Ты как?

— В раздумьях. — тяжело вздохнув покосилась на экран ноутбука.

— Боже, женщина! Я едва заикой не остался, а она все не может оторваться от своего романа!

— Между прочим, сам виноват, вечно меня пугаешь и стулья тут не причем.

— Что у тебя там случилось? — кивнул он на экран ноутбука — чудо ты мое неугомонное.

— Дилемма. Не могу решить, останется главная героиня с мужем или все таки уйдет от него к другому.

— А тут и думать нечего. Если за столько лет Сергей не понял, что рядом с ним такое сокровище, то уже никогда не изменится. Пусть он и любит, но его любви явно не достаточно, для того что бы сделать Нику счастливой. А вот Владу она нужна, как я понял, она является его парой и он расшибется, но сделает ее счастливой.

Первый шок уже прошел и я млела в его руках, слушая его рассуждения по поводу моего романа. И ведь читал! Знает всех героев по именам. На секунду закралась мысль, а что если ему не понравилось то, что я написала? Мне всегда было наплевать на мнение других, я писала для себя, писала то, что мне хотелось. А сейчас, стало важно.

— Большой и страшный адвокат увлекается любовными романами? — выгнула я бровь, глядя на него.

— Твой без пяти минут муж увлекается только теми романами, которые написала его любимая малышка.

— Люблю тебя. — призналась и вдруг, стало как-то волнительно. Кир замер, а я поспешила спрятать свое лицо на его груди.

— Спасибо. — обвились его руки вокруг моего тела. — Ты никогда не пожалеешь.

Так мы и стояли обнявшись, вернее, стоял он. Я же продолжала сидеть на высоком стуле и нежиться в его объятиях. За окном уже занимался рассвет. Сегодня последний день когда мне надо сдать роман, а книга еще не закончена.

— Пошли в кроватку. — без предупреждения подхватил он меня на руки.

— Кир, мне писать надо. Сегодня надо закончить, а еще так много работы.

— К черту. — даже не сбавил шагу.

— У меня будут приличные проблемы, если не сдам его вовремя, да и деньги потеряю не малые.

— Засужу всех! Сами будут не рады, что сунулись с претензиями к моей жене.

— Но я ведь сама согласилась на их условия. Как-то не честно получается.

— Малышка, — с серьезным видом посмотрел на меня мой любимый — Ты не спала всю ночь, к черту романы, к черту договор и деньги. У меня достаточно и связей и денег, им со мной не тягаться. А сейчас выкини из своей прекрасной головки все плохие мысли и засыпай. — Опустил он меня на кровать.

— Кир.

— Не обсуждается. Саш, у нас сегодня назначен прием у Тохи, вот как ты думаешь, он погладит меня по головке когда ты явишься к нему с синяками под глазами? Тоха не просто врач, он еще и друг, он не будет меня ругать словами, просто двинет мне в челюсть и все. Так что ты просто обязана спасти своего мужчину и быстренько уснуть.

Вот ведь! Знает же как меня уговорить. Вздохнув полной грудью, устроилась на его плече и тут же почувствовала как сильные руки прижимают меня к широкой груди. И стало так радостно, я была счастлива, окружена сильными руками. С ним не страшно, он решит все проблемы. Пора бы уже привыкать, надоело быть сильной, надоело обо всем думать самой.

— Спи уже. — уткнулся он носом мне в волос. — Счастье мое пушистое.

— Почему пушистое? — не поняла я.

— По тому что на сонного котенка похожа.

Утро наступило как-то быстро и было совсем безрадостным. Выспаться мне конечно же не удалось, лучше бы я не ложилась совсем. В очередной раз покосилась на довольного Кирилла, который насвистывая легкий мотивчик, бодро шагал к дверям частной клиники, таща мою не желающую просыпаться тушку, на буксире.

Отчаянно зевающую меня, втолкнули в кабинет. Вот тут то я и проснулась, резко и окончательно. Я считала высоким Кирилла? Да по сравнению с тем, кого я сейчас наблюдала перед собой…

— Тох, привет! — Кирилл с радостной улыбкой пожал протянутую ему руку.

— Я уж думал вы не явитесь. — окинул он меня пристальным взглядом. — Совсем замучил девчонку.

— Антон. — Представился мне улыбчивый мужчина протянув свою руку. Я если честно, даже немного испугалась увидев как моя ладонь исчезает в его огромной руке.

— Александра.

— Саш, если этот пещерный человек и дальше будет тебе надоедать, ты только позвони и я сразу же избавлю тебя от его навязчивого общества. — подмигнул он, отпуская мою руку.

Кирилл после этой фразы даже зарычал, закрывая меня своей спиной, заставляя гадать о причинах его поведения, неужели ревнует? Не слушая их дальнейший разговор, продолжала разглядывать Антона. Когда Кирилл в прошлый раз притащил меня сюда на осмотр, его друга не оказалось на месте и он пообещал познакомить нас позже. В моем сознании ни как не укладывался образ врача и внешность Антона. Да ему бы вышибалой где-нибудь работать, а не врачом. Как оказалось, Антон хирург и по совместительству хозяин данной клиники. Узнав о то, что наблюдать меня во время беременности будет не он, я даже слегка расслабилась, не то что бы я его боялась, но его габариты откровенно меня подавляли, заставляя чувствовать себя букашкой, которой отчаянно хотелось забиться куда-нибудь в щель, что бы на нее случайно не наступили.

— Слышал, на тебя было покушение, моя помощь нужна? — серьезно посмотрел на Кирилла Антон.

— Пока справляемся. Сейчас, этим занимается Игорь. Посмотрим, что будет дальше.

— Как понимаю, Саша не в курсе? — ухмыльнулся Антон заметив мои округлившиеся глаза.

— В общих чертах. — приобнял меня Кирилл подвинув к себе вместе со стулом — Она-то меня и спасла тогда.

До меня наконец-то стало доходить о чем он говорит. Вот ведь дура! А ведь я считала, что он из соседнего со мной домика и просто напился, а выходит, все оказалось намного серьезней. Кинула на него красноречивый взгляд, он без слов понял мой настрой и страдальчески закатил глаза, вызвав смех у своего друга.

Антон мне понравился, приятный, симпатичный мужчина, о его возрасте я спрашивать не решилась, но выглядел он моложе Кирилла. Спустя несколько часов я начала уважать хозяина клиники и даже в чем-то ему сочувствовать. За все время пока он устраивал нам экскурсию по своим владениям, ему строили глазки, пытались повешаться на руку, а то и на шею, соблазняли и даже нагло полезли целоваться. Он же только морщился и кидал на меня страдальческие взгляды, когда видел каким взглядом я смотрю на девушек посмевших строить глазки моему мужчине. И если со своим персоналом Антон мог хоть как-то справиться, то с клиентками было намного сложнее.

— Сашенька, — взмолился Антон после очередного на него покушения — спасите меня, умоляю.

В его глазах отчетливо плясали смешинки, для пущего эффекта он еще и с опаской оглядывался по сторонам, а затем и вовсе попытался спрятаться за мою спину. Учитывая мои размеры, выглядело это до ужаса уморительно. Я смеялась и косилась на улыбающегося Кирилла.

Медленно идя к выходу, мы весело смеялись, перекидываясь шутками и пытались подколоть друг друга. Никогда не видела, что бы Кирилл столько смеялся. Не зная, правильно ли я поступаю, пригласила Антона к нам на ужин в ближайшие дни. Он не стал отнекиваться и согласился, обещая созвониться с Кириллом, как оказалось, мой любимый не имел ничего против. Уже практически дойдя до двери, мы услышали шум. Двери резко распахнулись, и в них вбежала хрупкая девушка, держа на руках малыша лет четырех. Лицо Антона тут же изменилось, он перестал смеяться, взгляд был серьезный и кивнув нам на прощание, он забрал ребенка из рук девушки. Едва ли не бегом кинувшись по коридору, на ходу отдавая распоряжение подготовить операционную.

Увидев, что мне стало немного не по себе, Кирилл спешно вывел мня из клиники и уже через несколько минут мы мчались домой на его машине.

Уже на пороге, когда я радостно потирала ручки и многозначительно сверлила взглядом Кирилла, давая понять, что ему не избежать допроса с пристрастием, раздался звонок его мобильного. И кто бы сомневался, что он схватится за телефон с таким облегчением, словно тот сможет его спасти.

— Она что? — с его лица тут же сползла улыбка.

— Какого черта?

— А Игорь тут причем?

— Из-за него?

— И как она к этому отнеслась?

С каждой секундой его лицо все сильнее мрачнело, а затем он буквально взбежал по ступеням, кинув мне извиняющуюся улыбку. Я хотела пойти за ним, но услышав как он кого-то кроет матом и обещает ему долгую и мучительную смерть, решила отложить свой допрос на несколько часов. Во избежание так сказать.

— Почему так долго? Я думал ты позвонишь сразу же.

— Я был не один.

— А сейчас один?

— Да.

— Значит, отпустил? — на том конце раздался тяжелый вздох отца.

— Нет. Она сейчас собирает вещи и я забираю ее и детей к себе?

— Детей?

— Давай об этом потом, лучше расскажи что происходит, что бы я ненароком не наломал дров. Как я понимаю, у вас с мамой было так же?

— Правильно понимаешь. — отец замолчал, словно подыскивая слова, а быть может хотел, что бы я все из него вытягивал.

— Пап, у меня совсем мало времени, скоро вернутся Ника и Зарина.

— Зарина?

— Пап!

— Ну хорошо. Собственно тут и рассказывать нечего. Чем больше времени она будет рядом, тем сильнее будет к тебе привязываться, как и ты к ней. Друг без друга вы уже не сможете. Твоя самая главная проблема это твой зверь. Ты подпустил ее слишком близко к себе, зверь почувствовал в ней сильную самку и теперь будет сходить с ума все сильнее пока не получит ее. Мальчик ты уже большой, думаю не надо тебе объяснять, чего хочет зверь? Влад, мне очень жаль.

— О чем ты? — не понял я расстройство отца.

— Я хотел, что бы ты полюбил, что бы именно ты нашел свою пару, не думал, что зверь в тебе силен настолько, что бы выбрать себе сильную самку.

— Вот сейчас, я вообще ничерта не понимаю! Что плохого в том, что мой зверь выбрал ее? И какую самку ты имеешь в виду? Ника обычный человек.

— Хм-м. Интересно. — протянул отец — Мы завтра к тебе приедем.

— Зачем? — только его с мамой мне не хватало! Ника точно от меня сбежит!

— Не обсуждается. До завтра.

— Подожди! — выкрикнул я, пока отец не сбросил звонок — Что мне делать?!

— Тебе свечку подержать? Или рассказать откуда берутся дети? — откровенно рассмеялся отец и не дождавшись от меня ответа сбросил вызов.

Лучше бы я вообще ему не звонил, вопросов только прибавилось, да еще и приехать ко мне собрались. Продолжая сидеть в машине, не сводил глаз с красных ворот, за которыми скрылись Зарина и Ника. А если она передумает? Скрипнула калитка и я узнал выходящую Зарину, следом появилась фигурка поменьше, с увесистым рюкзаком за спиной, а затем и Ника, с трудом несущая на руках малыша. Не передумала! Вышел на встречу, ответил на приветствие Светы и забрал Темку из рук Ники.

* * *

Мягкие, бесшумные шаги. Бесшумные для нее, но только не для меня. Не стал подавать виду, что знаю о ее присутствии. Легкая улыбка скользнула по губам, интересно, что же она будет делать? Едва слышный вздох, я знал что она сейчас наблюдает за мной. Улыбка стала еще шире и я поспешил прикрыть ее стаканом с виски. Маленький глоток, янтарная жидкость обожгла горло, оставив приятное послевкусие на языке. Неспешно опустил стакан на колено, поглаживая пальцами прохладное, гладкое стекло. Еще один вздох, Ника продолжала стоять на пороге, скрытая темнотой. Выходит, Зарина была права. Признаться, я ей не очень то и поверил, ее совет казался мне слегка безумным. Да после такого моего выступления, Ника просто сбежит. Моя девочка сегодня и без того была нервной, и если бы не связь, она бы не за что на такое не решилась. Это для меня все было хотя бы относительно понятно, после разговора с отцом. Она же не понимала своих чувств, ее тело боролось с душой, а мне оставалось лишь надеяться, что со временем она привыкнет, поймет, узнав правду, останется рядом со мной.

Закрыв глаза, откинул голову на спинку кресла. Сквозь опущенные веки наблюдая за ее жадным взглядом, что скользил по моему полу обнаженному телу. Я мог ощущать этот взгляд, как легкое прикосновение, едва заметное, но такое желанное.

Мои ноги застыли не успев переступить порог темной комнаты. Яркое пламя горевшего камина освещало мужчину сидящего в кресле. Дыхание с шумом покинуло легкие, непреступная, мужская красота. Широкая спина, локти, опирающиеся на колени, прозрачный, наполовину пустой стакан сжатый сильной рукой.

Я стояла и не могла пошевелиться, боялась разрушить момент. Хотелось подойти, зарыться руками в темный волос, устроиться на его коленях, прижаться к обнаженной груди. И я уже даже сделала шаг, протянула руку, как моим глазам открылась совсем другая картина. Отпив из стакана, Влад прикрыл глаза, откинув голову на мягкую спинку кресла. Широкая грудь равномерно вздымалась, гипнотизируя меня своими движениями. Нет, у него не бугрились мышцы, не перекатывались под гладкой кожей, но его тело было бесподобно. Подтянутое, со слегка заметным прессом, немного накаченной грудью. Пламя камина окрашивало его кожу разными цветами. То коричневыми, то красноватыми с золотым отливом. Расслабленная поза, длинные ноги согнуты в коленях и широко расставлены. Не мужчина, мечта. Далекая, не реальная. Неосторожное движение, тихое слово и все исчезнет. Еще немного и я испытаю зрительный оргазм.

— Уснули?

Сердце в груди забилось пойманной птицей. Я так надеялась, что мое присутствие осталось для него незаметным. А он поймал меня как школьницу за разглядыванием его тела.

— Ника, твои красные щеки видно даже в темноте и с закрытыми глазами. Даже не думай убегать. — остановили меня его слова.

Я захлопнула рот. Он будто читал мои мысли. Видел мои движения сквозь закрытые веки.

— Иди сюда. Я не кусаюсь. — усмехнулся он так и не открыв глаз — Только если попросишь.

Сердце в груди замерло, а затем ухнуло вниз. Ноги жили своей жизнью, пока я пыталась решить для себя вопрос, а собственно быть или не быть? С одной стороны ужасное смущение, с другой, будет глупо приехать к Владу домой и строить из себя святую невинность. Как не странно, увидев его дом, я сначала испугалась, наконец-то задумавшись, а чем собственно он занимается раз у него такой домик? Несмотря на легкие опасения, дом Влада мне понравился, хотя я толком-то и не рассмотрела его изнутри. Едва переступив порог, поняла, мне здесь будет хорошо и уютно, как я это поняла, не объяснить, просто чувствовала и все.

— Ближе.

Едва не подпрыгнула от его голоса, дожилась, еще немного и буду хуже лунатика. Как я дошла до кресла, в котором сидел Влад, я благополучно не помнила. Видимо, пока я прислушивалась к доводам разума, мое же собственное тело, все решило за меня.

— Что ж ты у меня такая пугливая? — потянул меня за руку Влад, усаживая на свои колени.

Рассудив, что вопрос был скорее риторическим, промолчала, нервно дернув плечом. Боже, как давно это было. Эти забытые чувства, когда дыхание сбивается от одного лишь взгляда, когда пальцы рук покалывает от желания прикоснуться к любимому человеку. Любимому… Любимому? И когда только успела?!

Паника, здравствуй родимая, вот только тебя мне и не хватало.

— Ш-ш-ш. Ник, ну ты чего?

— Просто… — аха, давай мы на радостях и поддавшись панике еще и ляпнем ему в лоб о своих чувствах.

— Знаю. Мне тоже не просто. Не привычно.

Влад снова прикрыл глаза и как-то обреченно вздохнул.

— Ник, у тебя минута. — облизнул он свои губы, привлекая к ним мое внимание — За эту минуту, ты должна сделать то, чего тебе действительно хочется.

— А потом? — не совсем поняла, что он от меня хотел.

— А потом, будет зависеть от того, что ты сделаешь за эту минуту.

До моего мозга наконец-то стало доходить, о чем он говорил. Он снова давал мне выбор, видя мою нервозность, он не стал давить и уговаривать. Это решение я должна была принять сама. Мелькнула мысль встать с его колен, на которых я сидела, словно вытянутая струна, встать и убежать к детям. Было конечно заманчиво, но с другой стороны, что я теряю, зачем тогда решила к нему приехать?

Было страшно, волнительно, смущение и состояние моего тела, тоже не добавляли храбрости. Влад продолжал сидеть, откинув голову на спинку и только пристальный взгляд, следил за каждым моим движением. Я его хотела, до одури, до дрожи, но продолжала сидеть, не отрывая взгляда от его темных глаз. Не знаю, что он в них увидел, но это что-то заставило его едва заметно улыбнуться.

Его глаза затягивали, гипнотизировали, такое чувство, словно стоишь на краю пропасти. Когда пальцы ног не чувствуют опору и стоит опустить взгляд вниз, увидеть эту пугающую высоту, как сердце начинает биться от страха, а тело клонит вперед, в эту пугающую пустоту далеко под ногами. Я тонула в его глазах, погружалась в их глубину, еще немного и я сорвусь. Вот только сейчас не было страшно, его руки дарили тепло, скользя по спине, зарываясь в распущенный волос.

— Моя. — легкий шепот у самых губ.

И я сорвалась, перестала себя контролировать, послав подальше все сомнения.

Глядя в ее глаза, понял, не убежит, она уже все решила. И вроде бы уже не девочка, но так мило краснеет. В глазах желание и растерянность, сама не решится. По губам скользнула улыбка. Зарылся пальцами в ее волос, надавливая на затылок, склоняя к своим губам. Мягкие губы, тихий стон и я пропал, растворяясь в чувствах, все сильнее прижимая ее к себе. Лихорадочно скользя по ее телу руками, срывая одежду, лаская, целуя, покусывая. Ника таяла в моих руках, распластавшись на моей груди, лишь маленькие пальчики скользили по плечам, поглаживали спину, зарывались в волос. Такая хрупкая, совсем неискушенная и от этого срывало крышу. Не помню, как оказался на ногах, как опустился на колени, укладывая малышку на мягкий ковер, накрывая ее обнаженное тело своим. Проникая глубоко в нее, в медленном, тягучем танце, доводя ее до края, толкая в пропасть. Короткие ноготки с силой впивались в мои плечи, царапая кожу, цепляясь в последней попытке устоять на краю.

Глава 12

— Ты только посмотри, какая красавица!

Готов поспорить, от маминых восторженных воплей проснулись не только мы с Никой, но и дети.

— Мам! А ничего, что это моя спальня и я не один? — пока я сверлил недовольным взглядом маму, Ника незаметно натягивала одеяло на голову.

— Был бы ты один, она бы сюда не пришла. — подал голос отец, маячивший за маминой спиной и тщетно пытаясь сделать не заинтересованное лицо.

— Я что уже не могу посмотреть на невесту моего сына? — недовольно бурча, мама маленькими шажками продвигалась к кровати.

Не зная что делать, кинул умоляющий взгляд на отца.

— Кристина, давай дадим им для начала хотя бы одеться. — попытался он остановить маму, но та лишь отмахнулась. На что отец пожал плечами и бросил в мою сторону извиняющийся взгляд. Мол, я попытался.

Ситуацию спас появившийся в дверях Темка, окинув внимательным взглядом всех собравшихся, повернулся к отцу.

— На учки! — протянул к нему свои пухлые ладошки.

Под одеялом нервно дернулась Ника, сжал ее руку, пытаясь сказать этим, что все хорошо.

Отец пристально посмотрел на малыша, несколько вдохов и изумление во взгляде.

— На учки! — вновь раздался голосок малыша.

Через несколько секунд довольный малыш сидел на руках, мама бегала вокруг них охая и ахая, а потом утянула всех на завтрак.

— Какая красавица! — послышался мамин крик из коридора.

— Ну вот, Света тоже не останется без завтрака. — посмеиваясь, откапывал я Нику из под одеяла.

— Боже, как неудобно! — прошептала она закрыв, ладонями лицо, плечи подозрительно подрагивали, а я проклинал все на свете. Все чего я достиг с таким трудом, могло рухнуть в одночасье.

— Только не убегай. — все внутри сжималось. Сейчас она встанет и попросит отвезти ее домой, к нему.

— Не думаю, что у меня получится, я почти уверенна, они схватят меня еще до того как я смогу добраться до дверей. — несколько раз хрюкнув, Ника повалилась на кровать заливаясь смехом.

А я не мог оторвать от нее глаза. Она смеялась! Прекрасное видение с припухшими от моих поцелуев губами, с растрепанным со сна волосом и с шальной улыбкой на губах.

— Люблю тебя. — сорвался с моих губ хриплый шепот — Люблю.

— Влад, я…

— Тс-с-с, — прижал палец к ее губам — не надо ни о чем говорить, просто поверь.

— Вот видишь, они подружились и им вполне комфортно в обществе друг друга. Мать у тебя хорошая, просто немного своевольная и делает только то, что ей хочется, ни на кого не оглядываясь.

— Я знаю. Она у меня самая замечательная. — сам толком не знал кого я имел ввиду, глядя на трех женщин что шептались сидя у камина. Иногда, раздавался их звонкий смех, когда дети выкидывали, что-то из ряда вон выходящее.

Перевел взгляд на стеклянную стену, когда-то я пожалел о ее установке, сейчас же радовался и гордился своей предусмотрительности. На улице, резвились дети. Темка радовался каждой снежинке, что неспешно падала с неба, с восторгом на лице ползал, измеряя сугробы. Но самое интересное происходило в нескольких шагах от малыша. Лешка и Света явно не нравились друг другу, но только нам, с высоты своего возраста становилось ясно, что эти двое просто созданы друг для друга.

— Я испугался, первый раз в жизни, страх был такой всепоглощающий. Я так долго приучал ее к себе, ходил кругами. Еще вчера, Ника была пуглива как мышонок, а сегодня, после того как вы ушли из нашей спальни, она засмеялась. Это так на нее не похоже, я ждал чего угодно, слез, причитаний, истерик, но только не смеха. Думал она уйдет, а она взяла и пошутила о том, что вы вряд ли дадите дойти ей до дверей. Не узнаю ее, но мне нравятся эти изменения.

— Вы меняетесь, в тебе уже сейчас заметна некая мягкость и рассудительность, она же перенимает твою силу и уверенность. Ваша связь, она уникальна. Поначалу я решил, что в ней тоже есть зверь, но оказалось, что твой зверь становится сильнее из-за нее, простого, слабого человека. Пройдет несколько дней и вы уже не сможете жить друг без друга.

— Мы физически не сможем находиться порознь?

— Скорее эмоционально. Сейчас, ваша связь еще незаметна, но вскоре… ты будешь чувствовать на любом расстоянии ее грусть и радость, она будет чувствовать твою боль и злость. Вы станете одним целым, не просто на словах. Вы будите делить одно на двоих: эмоции, чувства и даже жизнь.

Визг доносящийся с улицы вызвал смех мамы, Зарины и Ники. С интересом следил за действиями Леши. Он что-то говорил Свете, размахивая руками и протягивая ей шапку, но девочка лишь фыркала и демонстративно отворачивалась. На что Леша просто пожал плечами и перекинув девочку через плечо направился в сторону дома.

— Может быть хоть он научит ее одеваться по погоде! — весело рассмеялась Ника.

— Что-то мне подсказывает, что они своими разборками еще разнесут пол школы как минимум. — загадочно улыбалась Зарина. И только мама сидела тихо-тихо, составляя дальнейший план действий под названием «свадьба Леши и Светы».

— С появлением Ники все изменились. — как-то задумчиво протянул отец — Зарина смеется, Кристина занята заботами о детях и даже вечно хмурый Лешка решил взяться за воспитание своенравной девчонки, перестав обращать внимание на отсутствие своего зверя. Словно одно ее присутствие заставляет всех окружающих переключаться со своих проблем на что-то другое.

— Ты хочешь сказать, что она…

— Поставь меня на землю! — прервал меня вопль Светы.

— В данном случае, правильно говорить на пол или на ноги. — с невозмутимым лицом поправил ее Лешка.

— Уууу как же ты меня раздражаешь! — взвыла девочка колотя его по спине своими кулачками.

Попытался спрятать ухмылку, смерив эту шебутную парочку взглядом.

— Вот одела бы шапку и спокойно себе гуляла.

— Ты мне кто вообще, что бы указывать? — продолжала ерипениться Света.

Кинув на меня взгляд и уловив едва заметный кивок, Лешка просиял улыбкой.

— А я теперь твой самый страшный кошмар и по совместительству старший брат. — оповестил он странно притихшую девочку.

— Ма-ам? А вы когда успели пожениться с Владом?! — заорала эта мелкая пакость.

— Во первых, — раздался спокойный голос Ники — больше уважения к старшим, а во вторых, не вашего ума дело юная леди. Сама рвалась в гости и хотела новой жизни, наслаждайся.

— Мам! Убери его от меня!

— Не имею ни малейшего желания, — поднялась Ника с дивана и направилась к стеклянной стене — может быть хоть у Леши, хватит сил научить тебя уму разуму.

Так и не отпустив Свету, Леша направился вверх по лестнице, а в комнате наступила тишина. Все смотрели на Нику, опустившись на колени, она смотрела на краснощекого малыша, который с хмурой мордашкой протягивал к ней ручки, показывая, что на перчатки налип снег. Ника подняла свои руки и сделала вид, что хлопает в ладоши, малыш тут же повторил ее движения, оббивая прилипшие к перчаткам комки снега. И счастливо засмеявшись, едва не падая, побрел измерять очередной сугроб. Ника же продолжала сидеть и наблюдать за малышом, приложив свою ладошку к стеклу.

Знаю, что мало, но музеныш капризничает жутко.)

— Я уже начинаю ревновать. — с обиженным лицом захлопнул крышку ноутбука Кирилл. — Ела?

— Тебя ждала. — состроила невинное лицо.

— Как же, ждала она, — щелкнул меня он меня по носу — так и скажи, села писать да выпала из реальности на целых, — посмотрел он на часы — четыре часа! Заберу ноутбук, привяжу к кровати и буду кормить с ложечки. — притворно возмущаясь показал мне кулак.

— А работать, кто за тебя будет?

— Я больше не буду вести дела. Теперь мне есть для кого жить, а моя слава хорошего адвоката сыграла со мной плохую шутку. Денег достаточно, попробую открыть свое дело. — рассказывал он мне, вытаскивая и разогревая еду — Правда, пока еще не знаю чем заняться.

— Кирилл, а кто тогда пытался тебя убить и как ты оказался в такой глуши один и практически раздетый? — задала я вопрос, который все время не давал мне покоя.

Готов поспорить, от маминых восторженных воплей проснулись не только мы с Никой, но и дети.

— Мам! А ничего, что это моя спальня и я не один? — пока я сверлил недовольным взглядом маму, Ника незаметно натягивала одеяло на голову.

— Был бы ты один, она бы сюда не пришла. — подал голос отец, маячивший за маминой спиной и тщетно пытаясь сделать не заинтересованное лицо.

— Я что уже не могу посмотреть на невесту моего сына? — недовольно бурча, мама маленькими шажками продвигалась к кровати.

Не зная что делать, кинул умоляющий взгляд на отца.

— Кристина, давай дадим им для начала хотя бы одеться. — попытался он остановить маму, но та лишь отмахнулась. На что отец пожал плечами и бросил в мою сторону извиняющийся взгляд. Мол, я попытался.

Ситуацию спас появившийся в дверях Темка, окинув внимательным взглядом всех собравшихся, повернулся к отцу.

— На учки! — протянул к нему свои пухлые ладошки.

Под одеялом нервно дернулась Ника, сжал ее руку, пытаясь сказать этим, что все хорошо.

Отец пристально посмотрел на малыша, несколько вдохов и изумление во взгляде.

— На учки! — вновь раздался голосок малыша.

Через несколько секунд довольный малыш сидел на руках, мама бегала вокруг них охая и ахая, а потом утянула всех на завтрак.

— Какая красавица! — послышался мамин крик из коридора.

— Ну вот, Света тоже не останется без завтрака. — посмеиваясь, откапывал я Нику из под одеяла.

— Боже, как неудобно! — прошептала она закрыв, ладонями лицо, плечи подозрительно подрагивали, а я проклинал все на свете. Все чего я достиг с таким трудом, могло рухнуть в одночасье.

— Только не убегай. — все внутри сжималось. Сейчас она встанет и попросит отвезти ее домой, к нему.

— Не думаю, что у меня получится, я почти уверенна, они схватят меня еще до того как я смогу добраться до дверей. — несколько раз хрюкнув, Ника повалилась на кровать заливаясь смехом.

А я не мог оторвать от нее глаза. Она смеялась! Прекрасное видение с припухшими от моих поцелуев губами, с растрепанным со сна волосом и с шальной улыбкой на губах.

— Люблю тебя. — сорвался с моих губ хриплый шепот — Люблю.

— Влад, я…

— Тс-с-с, — прижал палец к ее губам — не надо ни о чем говорить, просто поверь.

— Вот видишь, они подружились и им вполне комфортно в обществе друг друга. Мать у тебя хорошая, просто немного своевольная и делает только то, что ей хочется, ни на кого не оглядываясь.

— Я знаю. Она у меня самая замечательная. — сам толком не знал кого я имел ввиду, глядя на трех женщин что шептались сидя у камина. Иногда, раздавался их звонкий смех, когда дети выкидывали, что-то из ряда вон выходящее.

Перевел взгляд на стеклянную стену, когда-то я пожалел о ее установке, сейчас же радовался и гордился своей предусмотрительности. На улице, резвились дети. Темка радовался каждой снежинке, что неспешно падала с неба, с восторгом на лице ползал, измеряя сугробы. Но самое интересное происходило в нескольких шагах от малыша. Лешка и Света явно не нравились друг другу, но только нам, с высоты своего возраста становилось ясно, что эти двое просто созданы друг для друга.

— Я испугался, первый раз в жизни, страх был такой всепоглощающий. Я так долго приучал ее к себе, ходил кругами. Еще вчера, Ника была пуглива как мышонок, а сегодня, после того как вы ушли из нашей спальни, она засмеялась. Это так на нее не похоже, я ждал чего угодно, слез, причитаний, истерик, но только не смеха. Думал она уйдет, а она взяла и пошутила о том, что вы вряд ли дадите дойти ей до дверей. Не узнаю ее, но мне нравятся эти изменения.

— Вы меняетесь, в тебе уже сейчас заметна некая мягкость и рассудительность, она же перенимает твою силу и уверенность. Ваша связь, она уникальна. Поначалу я решил, что в ней тоже есть зверь, но оказалось, что твой зверь становится сильнее из-за нее, простого, слабого человека. Пройдет несколько дней и вы уже не сможете жить друг без друга.

— Мы физически не сможем находиться порознь?

— Скорее эмоционально. Сейчас, ваша связь еще незаметна, но вскоре… ты будешь чувствовать на любом расстоянии ее грусть и радость, она будет чувствовать твою боль и злость. Вы станете одним целым, не просто на словах. Вы будите делить одно на двоих: эмоции, чувства и даже жизнь.

Визг доносящийся с улицы вызвал смех мамы, Зарины и Ники. С интересом следил за действиями Леши. Он что-то говорил Свете, размахивая руками и протягивая ей шапку, но девочка лишь фыркала и демонстративно отворачивалась. На что Леша просто пожал плечами и перекинув девочку через плечо направился в сторону дома.

— Может быть хоть он научит ее одеваться по погоде! — весело рассмеялась Ника.

— Что-то мне подсказывает, что они своими разборками еще разнесут пол школы как минимум. — загадочно улыбалась Зарина. И только мама сидела тихо-тихо, составляя дальнейший план действий под названием «свадьба Леши и Светы».

— С появлением Ники все изменились. — как-то задумчиво протянул отец — Зарина смеется, Кристина занята заботами о детях и даже вечно хмурый Лешка решил взяться за воспитание своенравной девчонки, перестав обращать внимание на отсутствие своего зверя. Словно одно ее присутствие заставляет всех окружающих переключаться со своих проблем на что-то другое.

— Ты хочешь сказать, что она…

— Поставь меня на землю! — прервал меня вопль Светы.

— Забудь. — покачал он головой — Ты не захочешь знать правду, да и ненужно оно тебе. Лучше бери вилку и ешь. Совсем себя голодом заморила.

— Ничего, мне полезно. — промычала я уже с набитым ртом.

— Я тебе дам полезно, опять ты с этим своим «я слишком много вешу». Только попробуй похудеть.

— С такой-то едой? Шутишь?! Да я такой вкуснятины уже знаешь, сколько не ела? Кто тебе готовит? Я вроде бы никого за все эти несколько недель не видела.

— Готовит мама, она у меня замечательная.

— А почему ты не хочешь нас знакомить?

— Хотел дать тебе время ко всему тут привыкнуть. До сих пор боюсь уходить из дома, боюсь прийти и не найти тут тебя.

— Поправь меня, если я ошибусь. — ткнула я вилкой в его сторону — Ты выгоняешь собственную мать из дома из-за того, что боишься меня напугать. Ничего не перепутала?

— Все правильно. — кивнул он с невозмутимым видом.

— Совсем больной да? Точно отморозил тогда часть мозга! Кто тебе я и кто твоя мать?! Ведь она о тебе заботилась, а ты…ты! Если он — укала я все той же вилкой себе на живот — хоть раз попробует провернуть подобное со мной, я не посмотрю, сколько ему будет лет, возьму ремень и вышибу всю дурь из его головы.

— Успокойся, тебе нельзя волноваться. — с улыбкой смотрел он на меня.

— Мне значит нельзя, а маме твоей можно. У нее ведь уже возраст, она наверняка переживает. И вообще, почему она живет не с тобой?

— Все, все. — уже откровенно смеясь схватился он за телефон.

— Мам, привет. Нет, что ты, все хорошо. Ругается только сильно, говорит я не сын, а не благодарный поросенок. Что? Хоть кто-то сказал мне правду? Не успели еще увидеться, а уже спелись. Нет, не обижаюсь, знаю, что она говорит правду. Прости меня. Нет, в гости не зовет. Спрашивает почему не живешь со мной и судя по ее лицу собирается в скором времени сама перевезти твои чемоданы. Вот, точно, кивает головой. Я только за, какое стеснение, ты же видела размеры моего дома. Хорошо, ждем завтра, пока. Мам, я тебя люблю.

— Кир, мама это святое, тем более, такая как у тебя. Она тебе слова не скажет, все будет терпеть, по этому, сначала думай, а потом уже делай. Вот где у тебя гарантии, что я завтра от тебя не сбегу, а мама, она никогда не придаст.

— Саш, а где твои родители. — уже без смеха посмотрел он на меня.

— Нету, уже десять лет как. Авария. — не стала я вдаваться в подробности и тут же перевела тему. — Заберешь завтра мои вещи из его квартиры? Не хочу его даже видеть, после того, как он пять лет водил меня за нос, заставляя думать, что мы женаты. А мы с мамой тебе приготовим что-нибудь вкусное.

Дождалась от Кирилла кивка, снова принялась за еду. Я старалась не показывать ему своей радости, но в душе просто прыгала от восторга и благодарила бога, за то, что дал ему мозгов отказаться от своей прежней работы.

Эпилог

— Малышка, ну что ты так разнервничалась? — так приятно было чувствовать его сильные руки на себе. Они не только поддерживали и безмолвно обещали защищать от всего мира, но и дарили так необходимый мне покой. — Это же всего лишь свадьба.

И ведь не объяснишь ему, почему сердце заходится в диком стуке, почему вдруг начинают потеть ладони и тело бьет крупной дрожью.

— Я знаю, — откидываю голову ему на плечо. — Но сделать ничего не могу, наверное, так у всех. Как представлю, сколько будет народу… и все смотрят на меня… — тяжело сглатывая, прикрываю глаза пытаясь успокоиться.

Кирилл молчит, просто стоит и обнимает. Он знает, слова тут не помогут и все же пытается, как может меня поддержать. Даря тепло своего тела. Последнее время, мои мысли скачут как испуганные букашки и сейчас, не успела я закрыть глаза, как тут же оказалась на нашей кухне в обществе Лидии, названной мамы Кирилла.

«Не высокая, симпатичная женщина, на вид ей лет сорок пять. Совсем еще молодая, думала она старше, думала с ней будет сложно, но улыбалась уходящему Кириллу не смотря на легкую нервозность и беспокойство. Надумала себе невесть чего, накрутила себя. В памяти еще оставалась встреча с родителями моего якобы мужа. Приветливые улыбки сменялись колючими взглядами, стоило только Мише отвернуться.

— Милая, — коснулась меня теплая ладонь — если тебе не уютно я могу уйти. А Кириллу скажу, что плохо себя почувствовала.

Это был удар ниже пояса. Зациклившись на своих переживаниях, я совсем не обратила внимания на состояние женщины. А ей, судя по всему, было не лучше меня, возможно, даже хуже.»

— Нам пора. — шепчет Кирилл у самого уха и тянет меня на выход.

Все улыбаются, огромный дом заполненный шумом и суетой становится уже не таким холодным. Взявшись за руки, мы идем к ожидающему нас лимузину в сопровождении друзей и знакомых. Забравшись в машину, вздыхаю с облегчением. Смотрю на его улыбку, на то, как он сжимает в ладони мои холодные от волнения пальцы, согревая и поддерживая.

— Уверена что не хочешь выкупа? — выгибает бровь — Последняя возможность меня как следует встряхнуть и убедиться в том, как сильно я тебя люблю.

— Уверена. — киваю головой в ответ на его вопрос.

— Не хочешь лишних волнений? — сочувственно смотрят его глаза.

— Уверена, что любишь. — улыбаюсь, поняв, что выбрала правильный ответ. Загоревшиеся шальным огнем глаза, говорят мне намного больше его слов.

Дальнейшее как в тумане. Регистрация, катания. И если бы не его руки прогоняющие дрожь, не его глаза, в которых улыбка, счастье и обещание, я бы сбежала прямо с регистрации.

«— Об этом, он должен рассказать тебе сам. — качает головой Лидия.

Мы с ней откровенно поговорили и даже рассмеялись. Придумывала себе ужасы встречи не только я, но и она. Уладив возникшее между нами недоразумение, мы провели время с пользой. Знакомясь и рассказывая друг другу о разных мелочах. Так легко и хорошо мне не было уже давно. По кухни плыли умопомрачительные запахи, перенося меня мыслями в детство. Где я и мама готовили на нашей маленькой, уютной кухне и делились между собой маленькими секретами, которые знали лишь я и она.»

— Горько! Горько!! Горько!!!

Громкие крики, кажется, они повторяются каждые пять минут. Губы болят и слегка распухли от бесконечных поцелуев, но я не жалуюсь, самые прекрасные моменты во всей это суматохе. Глаза в глаза, прикосновения, скольжение рук по обнаженной спине.

— Самая прекрасная. — едва слышно шепчет мне в губы — Моя.

И я таю. Таю, сгорая в его обжигающем взгляде. Простые, но такие желанные слова, чувствую себя целым миром, в котором мы только вдвоем, миром, который он создал сам, своими словами, улыбками, действиями, чувствами.

Ноги гудят, не спасают даже мягкие балетки.

— Устала? — массирует мне плечи.

— Не могу поверить, что это все закончилось. — шепчу закрывая глаза, наслаждаясь его прикосновениями.

— Хочешь спать? — скользит руками по ключицам, плечам, затылку. Вынимает шпильки из моей высокой прически, распуская локон за локоном. Зарывается руками в распущенный волос, массируя руками голову.

Тихий стон блаженства срывается с губ.

— Ты волшебник. — поворачиваю к нему голову натыкаясь на обжигающий взгляд. Такая милаха, пытается сдержать свои желания, помня о моей усталости. Приятно, до боли в груди, до нехватки воздуха.

Улыбаясь, тянусь к его губам. Безрассудство. За тонкой перегородкой сидит шофер, страшно неудобно, но тело живет своей жизнью.

— Малышка, — прикрывает глаза Кирилл — Я ведь не железный, а вы устали. — скользит рукой по груди, замирая на едва заметном животе.

— Мы не против внимания нашего папочки. — знаю как действует на него это слово, срывая барьеры, снося запреты и сопротивление собственной совести.

Горячие, жадные губы, руки скользящие по тонкому шелку чулков, сминающие пышные волны белого платья.

— Давай немного покатаемся, — спрашивает, стоя возле меня на коленях, поднимая свой взгляд — Не хочу торопиться, не могу тебя сейчас отпустить.

— Давай, — зарываюсь пальцами в его волосы. Мальчишечья счастливая улыбка появляется на его губах, глаза сияют счастьем и я уверенна, что в моих глазах, Кирилл видит то же самое.

Короткий диалог, погасший свет и миллионы огней, маленьких, мерцающих на обнаженной коже.

Сладкие поцелуи, медленные, тягучие, мы говорили без слов. Неспешностью губ, трепетностью прикосновений. Каждое прекосновение безмолвно кричало «Люблю!» «Моя» говорили его глаза, «Твоя» соглашались мои. Слияние тел, он во мне, я растворяюсь в его движениях. Острых, пронзительных, но таких же неспешных, задевающих душу, оседающих в сердце.

— Люблю. — шепчет опаляя тяжелым дыханием шею.

— Люблю. — переплетаю наши пальцы.

— Мои. — больше стон нежели слово.

— Навсегда! — обещаю, срываясь на крик.

Засыпаю мгновенно, в до боли крепких объятиях. Не помня, что мы в машине, не придавая значения своей наготе. Он рядом, он сильный, а значит можно ни о чем не беспокоиться.

Мерные покачивания, кажется, что меня качает на волнах, теплых, родных и таких любимых. Прохлада остужает разгоряченную кожу, шелк, сообщает мое полу спящее сознания. Холод простыней, жар горячего, большого тела. Надежные руки обвивают тело, «не отпущу» говорят его объятия. Улыбаюсь, на большее нет сил, но уверена, он знает, чувствует. Я счастлива, только с ним, только из-за него.

Смотрю на него, и сердце разрывается от воспоминаний. Не знаю, не понимаю, как такое возможно. Рука скользит по животу, накрывает, защищая маленькую жизнь. Не я, НИКОГДА, не брошу, не обижу. Представляю своего малыша, маленькую крошку. А перед глазами он, маленький, брошенный, никому не нужный.

«— Ты уверена, что тебе это действительно надо?

— Я не настаиваю, если тебе трудно, можешь не говорить. Я не обижусь.

Прижимаюсь к его груди, вывожу на коже узоры. Я вру и он об этом знает. Хочется, что бы он мне доверился, рассказал. Уверена, ему станет лучше, когда он разделит свою боль со мной.

— Врушка. — шепчет, касаясь губами волос.

— Просто не настаиваю. Я подожду.

Прижимаюсь к нему сильнее, обнимаю, так сильно, как только могу. Замираю в его объятиях, наслаждаясь спокойствием и теплом. В свете луны, угадываются черты его напряженного лица.

— Я сам, мало что помню. — раздается в тишине его голос, а я перестаю дышать, боюсь его спугнуть

— Мне потом уже, когда я вырос и начал спрашивать, рассказала все Лидия. Мама — добавляет он после не долгого молчания и снова замолкает, собираясь с мыслями, я не тороплю. Не знаю, что он собирается мне рассказать, но помня рассказ его сестры, не сомневаюсь, этот рассказ будет ужасен.

— Мне едва ли было четыре, а может быть и больше. Дата моего настоящего дня рождения так и осталась неизвестной. Была зима, начало декабря. Умерла мать Лидии, и она задержалась на кладбище. Домой возвращалась, когда на улице уже смеркалось. Проходя мимо покосившегося забора, услышала тихий скулеж, решила пожалеть дворнягу. Помнила, соседи ее никогда не кормили, а в последнее время и Лидии было не до этого. Свет в соседском доме не горел, даже свечка не отбрасывала маленький огонек. И Лидия решила забрать собаку с собой, знала, что ей просто не хватит сил вернуться обратно с едой. Собака не реагировала на ее призывы, только лишь сильнее скулила и Лидия решилась, толкнула калитку, а когда присела возле будки, не поверила своим глазам. Маленькая, худая дворняжка грела своим телом, такого же худого и раздетого мальчишку. Она не раздумывала, забрала к себе обоих. Говорила, что я был в беспамятстве, холодный словно сосулька, с лихорадочным румянцем на щеках. В тоненькой кофточке и дырявых колготках, без теплой одежды, без обуви. — Руки Кирилла сжимались на мне все сильнее, оставляя синяки на руке и бедре, но он этого не чувствовал, он снова был маленьким мальчиком. Я не отстранялась, старалась не морщиться от боли, ведь ему сейчас было намного больнее.

— Мама провозилась со мной целую неделю, плакала, боялась, что я не выживу, да и лекарств толком не было. Забытая богом деревня, десять домов, старики да пьяницы. А оставлять меня одного боялась. Я медленно шел на поправку. Меня ни кто так и не искал, никому ненужный мальчишка. Лидия пошла к моей матери сама, а спустя десять минут вернулась с листком бумаги. Та, кто называлась моей матерью, оценила жизнь ребенка в две бутылки паленого самогона. А получив желаемое, легко написала отказную.

Я молча обнимала этого сильного, уверенного мужчину, видя в нем маленького мальчика. Хотелось ему хоть что-нибудь сказать, но горло перехватило спазмом. Так мы и лежали, я роняя на его грудь крупные слезы, а он пытаясь вынырнуть из своих воспоминаний.»

— Люблю. — прошептала прикасаясь к щеке спящего мужчины. А он, так и не просыпаясь, улыбался во сне, радуясь моему прикосновению.

Эпилог 2

Уважаемые читатели, я просто вынужденна закончить книгу. Мало того, что мне постоянно портили настроение своими высказываниями, так еще оказывается я и пишу медленно. Извините конечно, это касается не всех, а кого касается, тот сам поймет. На то, что бы закончить книгу, дается пол года. Автор не робот, а книгу втупик загнали вы сами. Сейчас у меня уже действительно нет ни настроения, ни желания продолжать эту книгу.

Прошу прощения у тех читателей, кто ни в чем не виноват. Сейчас я заканчиваю книгу. И даю к ней свободный доступ. Второй эпилог я обязательно допишу, вот только успокоюсь немного. Мало кто из Вас знает, что я сейчас нахожусь в больнице, уже больше двадцати дней. Не буду вдаваться в подробности. Просто, нестоит сразу нападать и предьявлять притензии, не стоит забывать, что все мы люди.


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Глава 12
  • Эпилог

    Вход в систему

    Навигация

    Поиск книг

    Последние комментарии

    Последние публикации

    Загрузка...