Мой любимый босс (fb2)

- Мой любимый босс 754 Кб, 171с. (скачать fb2) - Янита Безликая

Возрастное ограничение: 18+


Настройки текста:



Янита Безликая Мой любимый босс

Глава 1

На часах 23:00, а я, вместо того чтобы сладко спать в своей кровати, сижу на кухне, пью крепкий кофе и вспоминаю своё прошлое. Зачем я это делаю? Скорее всего, потому что я мазохистка. Мазахисткой меня сделал Леша, мой друг, это этих мыслей так и хочется горько усмехаться. Потому что для меня, он всегда был чем-то большим, чем просто друг, он был любимым. Он и сейчас любимый.

Уехав два года назад я рассчитывала забыть его, и у меня почти получилось, я перестала думать о нём сутками, перестала представлять наш поцелуй, нашу совместную жизнь. Я удалила всё фото и музыку, которая бы напоминала мне о нём, и это помогало, но стоило мне попытаться найти мужчину, как передо мной снова появлялся его образ. Я сравнивала всё: поведение, речь, привычки, одежду.

Первый год я не могла переносить мужские прикосновения, меня передёргивало от отвращения, внутри становилось гадко, а тело кричало, что это не те руки, что это не те губы. После года вдали от него, я стала заставлять ходить себя на свидания, встречаться с мужчинами, спать с ними.

Нет, их было немного три половых партнера, и с каждым только один мимолётней раз, после секса я стремительно собиралась и уходила вычеркивая их из своей жизни. А всё потому что я видела с собой не тех мужчин, я видела Лешу, закрывала глаза и представляла, что это мой Михайловский, это он дарит мне наслаждение.

Леша — моё наваждение с первого курса, я люблю его с 18 лет, сейчас мне 26, практически 8 лет. Что я только не пробовала сделать, сначала, конечно, у меня были мечты, о том, что мы сойдемся и будем жить долго и счастливо, но жизнь не всегда дает нам то, что мы хотим.

В институте я была своей, я была Васькой, другом-девчонкой, которая всегда придет на помощь. Я носила джинсы, толстовки, на голове постоянные хвосты и пучки. Может из-за этого он не замечал, что рядом с ним находиться девочка, а не пацан.

Помню, как наш общий друг, Кирилл, сказал мне, что я должна сказать Леше о своих чувствах либо отпустить и забыть его. Я решила сказать, накрасилась, приоделась и пошла на студенческую вечеринку.

Лешу я там нашла в компании двух девок, они по очереди облизывались, было противно и больно. Леша заметил меня, оставив девушек на диване, подошел ко мне.

— Васька, ты что так вырядилась?

— А что, мне нельзя надеть платье?

— Васька, это не твой стиль, ты же Васька, — засмеялся друг.

Я стояла и смотрела на него, и понимала, как глупо я буду выглядеть признавшись ему в своих чувствах, какого будет мне когда он так же засмеётся?

Я ушла, так и не признавшись ему, на утро он сидел рядом со мной за партой и рассказывал о том, какой классный у него был секс с блондинками. Я с приклеенной улыбкой слушала его рассказ и умирала от боли.

Так прошла учеба в универе, я сменила толстовки на мешковатые кофты, больше наверное ничего и не поменялось. Даже мои чувства к Леше, я любила, но молчала. За 5 лет я успела завести пару отношений, но все они заканчивались ужасно, парни чувствовали, что я холодна к ним и уходили от меня.

Надеялась, что после универа я пойду своей дорогой и забуду Михайловского, но парни стали заниматься бизнесом и приплели меня туда, год мы отстраивали разные системы, открывали и закрывали предприятия.

Время шло, чувства мои не угасли, но я научилась жить с ними, научилась скрывать их даже от Кира.

Леша не менялся, продолжал трахать всё что движется, и ни разу не заводил серьезных отношений, что несомненно радовало. Не знаю, что со мной было бы если бы он женился или стал серьезно за кем-то ухаживать.

Не знаю, сколько бы я продолжила молчать и подсознательно ждать, когда Леша увидит во мне женщину, но всё за меня решила одна ночь.

Компания "Профи-Бизнес", только набирала обороты, но мы уже тогда заключили один хороший договор, который сулил компании большой рост. В тот день мужчины решили это отпраздновать и мы втроем поехали в клуб, Кир посидел с нами недолго и поехал домой, а вот мы с Лешей хорошо тогда набрались, но я всё равно более или менее соображала. А вот Леша совсем был пьян, и когда я провожала его домой, он затащил меня к себе в квартиру.

— Что ты делаешь? — спросила я, когда Леша прижал меня к стенке.

— Хочу тебя, — сказал Леша, целуя меня в шею, его руки стремительно стягивали с меня кофту.

— Леша, — судорожно прошептала я, когда он через лифчик укусил меня за грудь.

— Как ты можешь прятать за бесформенными кофтами такое сокровище? — мурлыкнул он, расстегнув лифчик.

Я в любое время могла остановить его и уйти, но каков соблазн узнать, какого это когда тебя касаются любимые губы и руки.

Я сдалась под напором Леши, растаяла словно мороженное на солнце в его объятьях. Его руки нежно изучали моё тело, внутри зарождался трепет и радость, мне было не просто хорошо, чувство, которое расцветало внутри, распирало меня, мне было тяжело дышать.

— Поцелуй меня, — попросила я.

Леша оторвался от груди медленно приблизился ко мне.

Мне казалось, что он не пьян, что он всё понимает и жаждет нашего первого поцелуя не меньше, чем я. Не помню как мы приблизились друг к другу, кто сделала первый шаг.

Я закрыла глаза и почувствовала, как губы любимого нежно притрагиваются к моим в легком, невесомом поцелуи. Моя голова закружилась, я судорожно вздохнула и углубила наш поцелуй.

Со стоном наслаждения я запустила свои пальцы в растрёпанную шевелюру Леши. В ответ он крепче прижался ко мне, я была в ловушке между стеной и его крепким телом.

— Ты сводишь меня с ума, — оторвавшись от меня, Леша зашептал мне на ухо.

Дальше я помню смутно, как мы лихорадочно раздевались, и медленно шли к спальне страстно целуясь. Всё смешалось в кучу, его жаркие объятья, губы терзающие мои, его толчки во мне, яростные, стремительные.

Я стонала и кричала от удовольствия, мне первый раз было так хорошо, из глаз бежали слезы радости.

— Не плачь, — шептал Леша.

— Люблю, — тихо отвечала я.

Мы уснули под утро, в объятьях друг друга. Ближе к обеду я проснулась, сходила в душ и решила приготовить завтрак для любимого. На моих губах играла довольная и счастливая улыбка, хотелось смеяться и прыгать от счастья.

Но моему счастью не суждено было сбыться. Когда Леша проснулся, то ничего не помнил и немного растерялся увидев меня у себя на кухне. Хорошо, что я научилась скрывать свои эмоции, я не стала рассказывать про нашу ночь, соврала что-то бредовое и уехала домой, где решила раз и навсегда вычеркнуть Михайловского из своей жизни.

На следующий день я написала заявления об уходе, подпись Леши не требовалась, потому что у Кирилла было больше акций.

Зайдя в кабинет Кира за подписью, я выслушала много нового о себе.

— Василиса, но почему?

— Я больше не могу так, — заплакав, сказала я.

— Только не говори мне что ты до сих пор любишь его, — сказал Кир обнимая меня.

— Люблю, он моё помешательство, — прошептала я.

— Тебе нужно было давно ему сказать.

— Чтобы сделать себе ещё больнее?

— Нет, чтобы раскрыть ему глаза, думаешь он так просто до сих пор никого не нашел.

— Кирилл, давай ты сейчас не будешь снова говорить о его, якобы чувствах! Я устала, измотана душевно и морально, я не могу больше находиться с ним рядом, отпусти меня, — прошептала я.

— Хорошо, уезжай.

Кирилл отпустил меня, даже разрешил не отрабатывать две недели, документы заполнили задним числом. Лешу я не видела с того злосчастного утра, он звонил мне когда я была уже в другом городе, долго уговаривал вернуться, но я держалась. Старалась не дослушивать его, скидывала вызовы.

Так прошло два года, Леша перестал мне надоедать. И в моей жизни, наконец-то, появилась молодой и красивый мужчина. Мы познакомились в банке, где я работаю, и я надеялась, что Стас будет тем, кто излечит меня от Михайловского.

У нас шло всё хорошо, пока на днях не позвонил Кирилл, он рассказал мне всё, что он уехал, о всех проблемах с компанией и о том, что он добился и дождался свою Веронику, я была безумно за него рада.

— Василиса, возвращайся домой, помоги Алексею с компанией, он сам не попросит слишком горд, — сказал Кирилл.

— Я не могу.

— Прекрати бежать от себя, ты сама видишь что тебе это не помогает.

— И что ты предлагаешь мне делать?

— Сделай так, чтобы он стал твоим от этого всем станет проще.

— Ты снова начинаешь.

— Вась, он после того как ты уехала полгода пил, это ведь что-то значит.

— Если бы это что-то для него значило, то он бы давно приехал за мной.

— Как с вами сложно.

— Хватит грузиться нашими отношениями, лучше познакомь меня со своей любовью.

— Вот приедешь в Америку, и познакомлю.

— Ты что, мне копить для этого несколько лет.

— Вот видишь, возвращайся к нам, там и зарплата хорошая и Алексей рядом.

— Так змей искуситель, я скидываю звонок и поговорю с тобой потом, — сказала я и сбросила вызов.

Вот с этого момента стало всё лететь кубарём, Стас стал раздражать, постоянно стала думать о Леше, вспоминать наше с ним проведенное время, как мы любили по долго разговаривать о всякой ерунде.

И вот, пожалуйста, вчера назвала его имя в постели.

Стас делал мне кунилингус, неплохо так делал, я даже стала получать удовольствие. Накал нарастал, мне было хорошо, его твердый и гибкий язык возводил меня на пик, я чувствовала как внизу нарастает жар, я застонала и выгнулась дугой разводя ноги шире.

— Леша, — простонала я, и по всему моему телу прошла судорога удовольствия, я кончила.

Пребывая в эйфории, я даже не догадывалась, о том, что я натворила.

— Лёша? — холодно спросил меня Стас.

Ох, вот это я попала.

— Родной, я всё объясню, — закусив губу, прошептала я.

— Что ТЫ мне объяснишь? — громко спросил меня Стас.

— Не нужно повышать на меня голос!

— Как на тебя не повышать голос, если ты меня сейчас обозвала каким-то Лёшей, — закричал Стас.

Я по жизни не люблю проблемы и разбирательства любого рода. Поэтому я завернулась в простынь и встала с кровати.

— Пошел вон, — посмотрев в глаза Стасу, сказала я.

— Ты совсем больная?

— Я сказала, пошел вон, — холодно сказала я.

Стас, психуя, пытался одеть штаны, он на столько торопился и психовал, что его ноги оказались в одной штанине. Чертыхнувшись, Стас упал возле моих ног. Наверное этот факт его ещё больше взбесил, так что он зарычал. Я с трудом держала безразличное выражение лица, хотя уголок губ иногда подрагивал, но я была кремень, поржу когда он уйдет.

— Как я мог потратить на тебя столько времени? — скривившись сказал Стас и направился к двери в коридор.

Я молча прошла за ним и стала смотреть, как он обувается.

— Что, ты так и будешь молчать? — обувшись спросил Стас посмотрев на меня.

— А что ты хочешь услышать?

— Например извинения.

— Дверь вон там, — сказала я, показывая на дверь.

— Невоспитанная хамка, — сказал Стас.

— Ты уйдешь или нет? — спросила я, в квартире было холодно, а я без тапочек, босиком.

— Да как ты…!

— Слушай Стас, иди уже, я всё поняла, что ты про меня думаешь, только давай ты лучше, как все, напишешь мне это в сообщениях, а то мне завтра утром на работу рано вставать, я бы лучше поспала, — сказала я зевнув.

Стас зло на меня посмотрел и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью.

Я подошла, закрыла дверь на замок и спустилась по стенке на пол.

Сколько должно пройти время, чтобы я отпустила, забыла? Зажмурившись, я пыталась сдержать слезы, зачем я так себя мучаю?

Сдержав свои рыдания, которые рвались наружу я немного посмеялась над комичностью ситуации, бедный мужик, обхаживал столько времени, на куни пошел, чтобы я уже дала и тут такой облом сделал и ничего не получил, так главное и другим именем обозвала и выставила, а как он упал, красота.

Поднявшись я пошла на кухню пить кофе, и это было уже два часа тому назад. Кофе дома закончился, а вот воспоминания никак не хотят заканчиваться. Лезут и лезут в голову, терзая мою душу.

Я выключила свет на кухне и медленно пошла в спальню. Завернувшись в теплый плед, я закрыла глаза, одинокая слезинка скатилась по моей щеке. Это была единственная слабость, больше плакать нельзя, а то на работе завтра буду вся опухшая и не красивая.

Если со слезами я ещё как — то справилась, то со снами, которые будоражили и изводили меня два года я ничего не могла сделать. За эту ночь я просыпалась раз 6, вся в поту, тело ныло, грудь болела. Я падала обратно на кровать, пару минут старалась отдышаться и немного ещё поспать прежде чем будет сниться новый сон.

Утром я была зла. Во-первых, выспаться я так и не смогла, во-вторых, по утрам я бегаю и не могу позволить себе роскошь пропустить утреннюю тренировку. Я два года приводила своё тело в идеальное состояние, красивые ноги, задница, как орех, с грудью у меня никогда не было проблем, твердая двоечка меня устраивала.

Приехав в другой город, я, как любая девочка, решила не только начать свою жизнь с чистого листа, но и измениться. Изменила стиль одежды, убрав всё мешковатое и бесформенное. Теперь у меня есть платья, короткие и длинные, блузки, юбки, строгие костюмы, идеально подчеркивающие мою фигуру. Однозначно, заинтересованные взгляды поднимают самооценку и настроение. Поэтому я держу себя в форме, бегаю по утрам, четыре раза в неделю занимаюсь в зале с тренером и придерживаюсь правильного питания, хотя иногда бывают и у меня сбои: могу съесть что-нибудь вредное, а потом три недели в усиленном режиме всё отрабатывать.

Как назло, я пару дней назад обнесла кондитерскую и устроила себе праздник живота за просмотром интересного фильма. Вот сейчас и отрабатываю.

Надев костюм и кроссовки, я вышла из подъезда, вставила наушники в уши и побежала к парку. Мышцы разогревались, дыхание немного сбилось, но я продолжала придерживаться медленного темпа, как вдруг в наушниках вместо музыки заиграла мелодия входящего вызова. Остановившись, я посмотрела, кто мне звонит и замерла.

— Да, — ответила я, учащенно дыша, сердце билось в каком-то безумном ритме, руки задрожали.

— Васька, ты там что делаешь? — хмыкнул в трубку друг моего детства и по совместительству любовь всей моей жизни.

— Леша, что ты хотел? — спросила я, не посвящая друга в подробности моего занятия.

— Нет, сначала скажи, чем ты там занимаешься?

— Я бегала, — закатив глаза, призналась я, а то не отстанет.

— Зачем?

— Для фигуры полезно.

— А что, у тебя проблема с фигурой?

— Так, Михайловский, чего хотел?

— Ты слышала про Кира?

— Да.

— Я один не справляюсь, мне нужен человек, которому я смогу доверять.

— Нет, Леша, не проси, я не вернусь в бизнес, — категорично сказала я.

— Васька, пожалуйста, спаси друга! Ты же знаешь, как я тебя люблю!

Слышать слова «друг» и «люблю» рядом было издевательством для моего израненного сердца.

— Леша, я не хочу!

— Родная, ну хотя бы на три месяца: побудешь моим помощником, посмотришь на дела, подскажешь мне, как экономист высшего класса, — заливался соловьем Михайловский.

Почему я не могу сейчас послать Михайловского куда подальше? Почему я хочу увидеться с ним, обнять его и вдохнуть его запах, увидеть его улыбку?

— Хорошо, я приеду, — ответила я, устав бороться с собой.

— Отлично, я закажу тебе билет на завтра на утро, — деловым тоном отозвался Михайловский.

— Нет, я приеду через три дня.

Больше он не будет ставить мне условия, я сама буду решать, когда мне приезжать и что мне делать.

— Почему так долго?

— Мне нужно время, чтобы попрощаться с друзьями и парнем, — ответила я, ну кто меня за язык тянул?

— Парнем?

— Да, — уверенно сказала я, хотя у меня и в помине никакого парня нет, убежал вчера, истерично крича.

— У вас всё серьезно?

— Леш, я не собираюсь обсуждать свою личную жизнь, всё, я побежала, созвонимся, — и сбросила вызов.

Ну, и что я наделала? Зачем согласилась? Положив телефон в карман, я включила музыку и побежала дальше по парку. Может, хоть бег поможет избавиться от боли в груди.

Пока я бегала, меня терзала одна фраза Кира: "Сделай так, чтобы он стал твоим, от этого всем станет проще."

Закусив губу, я зашла домой и налила себе стакан воды. Может, Кир прав? Ведь я очень много лет люблю его, почему бы мне не побороться за него, а то я всё бегу от себя, ведь ясно, что это бесполезно. Только я не хочу соблазнять его, я хочу чтобы ОН сходил от меня с ума, чтобы ОН пытался меня соблазнить, чтобы ОН полюбил меня. В моей душе всё заликовало в ответ. Так и поступлю. Пускай теперь Леша испытает на своей шкуре, что такое влюбиться в просто друга. Улыбнувшись, я стала собираться на работу. Предстоит решить очень много проблем прежде чем уехать.

* * *

— Нет, я не хочу даже слушать об этом, — заворчала Светлана Константиновна, мой непосредственный начальник.

— Светлана Константиновна!

— Василиса, ты мой лучший сотрудник, вот как я могу за три дня найти тебе замену? Да и две недели отрабатывать нужно!

— Мне очень нужно уехать, я не могу остаться, — вот как знала, что это будет сложный разговор.

— Я могу предложить отпуск на месяц, поставлю за тебя Ларису. Ума не приложу, что будет твориться в банке в твоё отсутствие. Через месяц приедешь, там посмотрим, может, передумаешь уезжать, — с надеждой сказала Светлана Константиновна.

— Хорошо, — мало ли, а то и правда Михайловский разочарует меня, я хотя бы вернусь и не нужно будет бегать искать работу.

— Тогда можешь идти, я позвоню в отдел кадров предупрежу.

— Спасибо большое, Светлана Константиновна

Мне хотелось подойти и обнять свою начальницу, но я сдержала свой эмоциональный порыв и тихонько вышла из кабинета.

Сходив в отдел кадров, я удостоилась недовольного взгляда Катеньки, конечно, оторвала бедную от интересного занятия делать селфи и просматривать фото в инстаграм.

— Что тебе так в отпуск приспичило? — приподняв тонкие брови, спросила Катенька.

Ага, сейчас села и всё рассказала, чтобы потом весь наш дружный коллектив все косточки мне перемыл, нет уж, увольте, один раз обожглась.

Помню, когда только устроилась на работу, я была сильно убитая в своими переживаниями. Ко мне Кристина, местная сплетница, в подруги пыталась попасть, а я, дурочка, нуждалась в поддержке и подпустила её ближе, чем нужно. Как она потом все перевернула, всю мою жизнь вывернула наизнанку перед окружающими, я долго слышала их шепот в спину. Все изменилось, когда меня повысили, вот тогда они рот закрыли, потому что я сразу пресекла их фривольность. Могла и раньше, да мне нужно было стоять на ногах крепко. Тем более месть — это такое блюдо, которое нужно подавать в холодном виде! Я уволила Кристину на второй день своего повышения и не жалею об этом. Как меня тогда за глаза ни называли. Хорошо ещё, что у нас директор — женщина. Иначе всё, повесили бы ярлык, что через постель получила повышение.

Поэтому я мило улыбнулась Катеньке и ответила:

— По делам нужно уехать.

Брови Катеньки взлетели вверх в ожидании продолжения, а я только усмехнулась. Фиг тебе.

— Понятно, — натянуто улыбнулась Катенька.

Доработав третий день, я сдала полномочия Ларисе, которая светилась от счастья и летала на крыльях по банку.

— Скажи, ты вернешься? — с интересом спросила Лариса.

— Не знаю.

Мой ответ порадовал Ларису, и она побежала делиться сплетнями со своими девочками. Это они сегодня свои, а вот завтра подумают, что она высокомерная стерва. Но Лариса пока находится в легкой эйфории и неведении своего будущего.

Не зря Светлана Константиновна переживает, из Лары можно веревки вить. На работе ты или подруга, или начальник, третьего не дано, но это всё не моё дело, пускай думает своей головой.

Выбросив все эти мысли из головы, я собрала некоторые личные для меня вещи и пошла домой. На такси мне деньги тратить не нужно, живу близко. Мне особенно нравится идти домой, не спеша, и наслаждаться спокойствием, медленно вдыхать вредный запах города, слушать любимую музыку, наблюдать за прохожими. В такие моменты я чувствую себя счастливой, особенно, если ещё мороженку съем.

Но когда прихожу домой в пустую квартиру, где меня никто не ждет, я понимаю, что моё счастье бывает только мимолетным и не долгосрочным. Мне уже 26, хочется и мужа, и ребенка. А в голове один Михайловский, чтобы он там заикался, гад.

Как только я вышла из банка, мой телефон ожил. Посмотрела, кто до меня хочет дозвонится, и усмехнулась, как говорят вспомнишь, а оно всплывет.

— Да.

— Васька, ты сегодня во сколько прилетаешь?

— К 10 вечера.

— Так, я могу задержаться на минут двадцать, подождешь в кафешки?

— Чем будешь занят? — ревность просто поглотила меня, закрыв глаза, я пыталась унять злость и раздражение.

— Деловой ужин.

— Ясно, — вру, ничего мне не ясно, и это бесит.

— Деловой ужин с мужчинами, — зачем-то уточнил Михайловский, а у меня от сердца отлегло.

— Зачем ты оправдываешься?

— Я не хочу, чтобы ты подумала, что я не встречу лучшую подругу из-за какой-нибудь женщины, — пояснил Леша.

— Мне без разницы, какова причина твоего опоздания, я могу подождать. Меня волнует другое, ты обещал мне снять квартиру, помнишь? Ты снял?

— Вась, ты только не злись…

— Я тебя внимательно слушаю.

— Я не успел снять, давай ты поживешь у меня. Будет время, я сниму.

— Я могу пожить в гостинице, — сказала я только для виду, мне выгодно будет жить рядом с Лешей, для моего плана просто идеально.

— Прекрати, я даже слушать об этом не хочу, ты будешь жить со мной и это не обсуждается.

— Хорошо, но учти, я в квартире никаких баб терпеть не собираюсь, уяснил? Иначе лучше сразу в гостиницу.

— Обижаешь.

— Всё, Леша, у меня встреча, нет времени на пустые разговоры.

— С кем встреча? — требовательно спросил Леша, а я отключилась.

Нет уж, дорогой, больше не будет покладистой Василисы в твой жизни.

Леша упорно пытался до меня дозвониться, но я игнорировала его звонки и спокойно собиралась в аэропорт. Отдав ключи хозяину, я села в такси, через пару часов я летела обратно домой. Так странно, когда-то обещала себе, что больше никогда не вернусь обратно. Нельзя давать себе опрометчивые обещания, сколько раз уже в этом убеждаюсь.

Во время полета я немного поспала. После сна было сложно определить своё самочувствие, нервничаю я или, наоборот, спокойна, как удав. Приземлившись, я первым делом отправила смс Леше с вопросом, насколько он задержится, на что друг поспешил заверить, что уже подъезжает, и я стушевалась.

Думала, у меня будет немного времени, чтобы подготовиться к встрече. Ладони вспотели, я вцепилась в чемодан, как в спасительный круг.

Что делать? Нужно, наверное, выйти к стоянке, не стоять же столбом. Поэтому я собралась и вышла на улицу, машину Леши я увидела сразу, так где же хозяин?

Но через пару минут я увидела и Лешу. Он вышел из машины и направился ко входу в аэропорт. Мне кажется, что на мгновение моё сердце словно остановилось, внутри что-то встрепенулось, робко, осторожно. Я судорожно вздохнула и крепко схватило ручку чемодана. Боже, почему я чувствую себя так, словно не дышала вовсе, словно не жила? Он увидел меня и улыбнулся счастливой улыбкой. Сердце пустилось вскачь, бабочки запорхали, счастье, необъяснимое счастье накрыло меня с головой. Жила ли я без него все эти года? Нет, не жила, без него я не могу жить.

— Привет, Васька! — закричал Леша, закружив меня.

— Отпусти, дурак! — засмеялась я.

Леша поставил меня на ноги, но не убрал руки с талии. Я замерла напротив него и боялась дышать. А он в это время разглядывал меня с какой-то долей жадности, как будто боялся что-то пропустить.

— Мы так и будем стоять? — беззаботно усмехнулась я, словно меня совсем не трогает его присутствие, его новый одеколон с неповторимым запахом

* * *

— Да, конечно, то есть, нет, пошли, — смутился Леша и отошел от меня.

Да это что-то новенькое или я раньше не замечала этого. Хм, интересно. Настроение взлетело вверх, самооценка тоже отплясывалась джигу-джигу, бабочки продолжали порхать в животе, но я всё это контролировала и держала внутри себя. Я позволила себе только легкую улыбку.

— Поможешь? — показала на свой чемодан.

— Да.

Леша взял у меня чемодан, и мы пошли к машине.

Когда мы сели в неё я не удержалась и поцеловала Лешу в щеку.

— Спасибо, что встретил, — мурлыкнула я и отодвинулась от него.

Он замер и смотрел на меня, точнее на мои губы, на которых заиграла понимающая улыбка.

— Ты изменилась, — прочистив горло, сказал Леша, сжимая сильно руль.

— Правда?

— Да, ты…… другая.

— Тебе просто кажется, ты давно меня не видел, — улыбнулась я.

— Нет, мне не кажется, где твои рыжее волосы?

— А что мне не идет быть блондинкой? — мне не просто шло, я была сногсшибательная, по крайне мере после взглядов Леши я так себя чувствую.

— Идет, просто зачем такие перемены, тебе и с рыжем было неплохо.

— Захотелось, — вот снова он начинает ворчать, нет бы сделать комплимент.

— Ты в платье, — через несколько минут сказал Леша, — в коротком платье, — добавил он, посмотрев на мои стройные ноги.

— А ты бы предпочел чтобы я была голая? — невинно спросила я, и Леша закашлял

Не сдержавшись я рассмеялась.

— Васька! — нервно воскликнул ловелас, смутившись, как девственник.

— Я не Васька.

Брови Леши взлетели вверх.

— Я теперь Василиса, и прошу так меня и называть!

— Для меня ты Васька, — усмехнулся Леша, я заскрипела зубами.

— Нет!

— Что с тобой? Где моя Васька?

— Со мной всё нормально, просто ты привык со мной общаться на уровне подростка. Я взрослая привлекательная женщина и не хочу, чтобы меня называли Васькой, даже мой друг, — на последнем слове я сделала акцент.

— Хорошо, взрослая и привлекательная, — усмехнулся Леша.

Раньше я бы видела только одну ухмылку, сейчас я вижу больше: он растерян, разочарован и на последнем слове про друга он дернулся и скривился, как от зубной боли.

— Почему ты не снял мне квартиру? — так теперь внимательно смотрим на него.

— Не успел, — врёт!

— Понятно, — разочарованно улыбнулась.

— Чем тебя не устраивает моя квартира?

— Я рассталась с парнем и хотела бы немного развеяться, погулять, — протянула я.

— Рассталась?

— Да

— Из-за поездки?

— Да, — лучше пускай думает так.

Представив, как Леша может отреагировать если я ему расскажу, как было на самом деле, я рассмеялась.

— Почему ты смеешься?

— Вспомнила, интересный случай.

— Какой?

— Это личное.

— Раньше ты могла поделиться и личным, — обиженно сказал Леша.

— Это было раньше, — пожав плечами, сказала я и отвернулась к окну.

Неожиданно я почувствовала, прикосновение к своей руке, Михайловский взял мою руку в свою и сжал её.

— Вась, я соскучился, — нежно сказал Леша.

Так нечестно! Вот зачем ты так на меня смотришь? Я никогда не могла устоять, когда он начинал так со мной говорить, нежно.

— Я тоже, — ответила я, прочистив горло.

Ой дура влюблённая! Я закрыла глаза и забрала свою руку, а так хотелось продлить этот момент, соприкосновения с его кожей, у меня всю руку просто обжигает огнем, щеки покраснели, хорошо что в машине темно.

— Так, что ты имела в виду, когда говорила погулять?

— Я имела в виду секс, — сказала я, посмотрев прямо на Лешу, он замер в напряженной позе.

— С кем? — не с тобой точно! Хотя очень хочется.

— С мужчинами, по крайне мере с женщинами я не пробовала.

— Ты хочешь спать с мужчинами?

— Михайловский, что с тобой? Да, мне 26 лет и я занимаюсь сексом, знаешь ли для здоровья полезно. Мой бывший в постели был не очень, хотелось бы получить удовлетворения и…

— Хватит! — рявкнул Михайловский. — В моей квартире никаких мужиков!

— Конечно, поэтому я и хочу снять отдельное жильё.

— Это подождет, у нас в компании много работы. Ты не забыла, зачем я тебя попросил приехать, — со злостью сказал Леша, он набирал скорость и виртуозно обгонял машины.

— Сбавь скорость, — прошептала я.

Но Леша как будто меня не слышал, он сжал губы и нёсся по дороге.

— ЛЕША!

Леша чертыхнулся и съехал к обочине.

Я закрыла ладошками лицо и громко заплакала.

Ночь. Темно. Родители ехали от родственников, папа ехал на большой скорости, вследствие чего не успел отреагировать, и мы врезались в грузовик, родители умерли мгновенно, младший брат долго лежал в реанимации и умер только через неделю.

— Прости, — прошептал Леша, пересаживая меня к себе на колени.

Я не могла остановить слезы, чертовы воспоминания лезли из головы. А-а-а-а как больно, невыносимо. Говорят время лечит, врут! Ты просто стараешься об этом не думать, прячешь эту острую боль в сердце от посторонних глаз и живешь с этим всю свою жизнь.

— Прости котенок, — шептал Леша, целуя меня в волосы.

Я немного успокоилась, вытерла слезы и пересела к себе.

— Больше так не делай, — сухо сказала я, доставая из сумочки зеркало и влажные салфетки.

— Прости.

— Заедем в магазин, я куплю продуктов.

— Я вчера все купил, полный холодильник в твоём распоряжении.

— Я на правильном питании, поэтому заедим в магазине я куплю, то что нужно мне, — холодно сказала я.

— Хорошо.

Когда мы подъехали к магазину я попросила Лешу остаться в машине, мне хотелось побыть одной. Он прекрасно знал, что я боюсь скорости и всё равно ехал быстро, зачем? Неужели я так его задела и разозлила? Зачем гадать, вот пойду и спрошу его. Я оплатила продукты и пошла к машине, Леша вышел ко мне навстречу и забрал пакет.

— И этим ты собралась питаться? — поморщился Леша, заглядывая в пакет.

— Да.

— Не понимаю зачем тебе это, ты прекрасно выглядишь, — надо же Михайловский сделал комплимент.

— Почему ты так поступил? — прямо спросила я, когда мы сели в машину.

— Я немного ушел в себя, прости.

— Надеюсь пока мы будем ехать до дома ты не будешь уходить в себя?

— Не буду.

— Прекрасно.

До дома Леши мы добрались быстро. Пока мы поднимались на 6 этаж, меня одолевали воспоминания двухлетней давности. Оказывается, это не так легко.

— Ты в порядке? — спросил Леша, когда я зажмурилась от эмоции.

— Немного устала, — конечно устала от своей больной любви к тебе.

— Давай закажем ужин и спать?

— Я не хочу есть. Пожалуй сразу лягу спать.

— Я хотел выпить по бокалу твоего любимого вина в честь приезда.

— Давай в следующий раз.

Мы зашли в квартиру и я замерла от неожиданности, не может быть всё по-старому, всё как в ту ночь!

— Ты не делал ремонт? — он же хотел его делать, точно помню.

— Нет, не стал, — уклончиво ответил Леша.

— Я буду спать в спальне или на диване?

— В спальне и это не обсуждается, — как будто я буду его отговаривать, нет я тоже комфорт люблю.

— Хорошо.

— В душ?

— Нет, я спать, всё завтра, — сказала я, поглаживая виски.

— Тебе дать футболку? — я раньше часто ночевала у Леши и спала в его футболке.

— Нет, у меня с собой комбинации и пижамы, — ответила я и потащила чемодан в комнату, услышав как Леша удивленно прошептал.

— Комбинации?

Да малыш комбинации, да ещё такие, что когда ты меня в них увидишь, слюнями изайдешь, на моих губах появилась мстительная улыбка.

— Леш, — окрикнула я его из комнаты.

— Да.

— Я передумала, насчет вина, — крикнула я, выбирая самый откровенную комбинацию и шелковый короткий халат.

— Хорошо, я сейчас накрою на стол, — ответил Леша.

Да родной накрывай, а я пока переоденусь, пора начинать игру, правда меня немного подвели эмоции, но ничего сейчас я уже пришла в себя и готова поиграть.

Не закрывая дверь, я стала медленно раздеваться, если зайдет без стука, сам виноват.

* * *

Я стояла напротив зеркала и нервно теребила пояс халата. Может не нужно вот так сразу? Я закусила губу и приоткрыла халат, снова кидая взгляд на развратную комбинацию. Да у меня тут грудь видно, и она очень короткая! Я снова захлопнула халат, только пояс завязала слабо, чтобы при движении он постепенно развязывался.

Так, Василиса, возьми себя в руки и вперёд, сводить с ума любовь всей своей жизни! Нет времени на нерешительность, и так долго ждала. Улыбнувшись, я не спеша пошла на кухню.

Леша разливал вино по бокалам, он не успел переодеться, только расстегнул свою рубашку и теперь сводил меня с ума, своим идеальным торсом. Помню как я его трогала, и не только руками.

Уф, хватит возбуждаться, это он должен так себя чувствовать, а не я.

— Приятно, что ты не забыл мои предпочтения.

Леша повернулся ко мне с двумя бокалами вина и хотел что-то ответить. Но не смог, его рот открывался и закрывался, а глаза медленно раздевали меня. Облизнув губы я спросила.

— Так и будем стоять?

Леша зажмурился и пытался унять возбуждение, а то что он был возбужден доказывала выпуклость на брюках.

— Вася, — прошептал Леша открывая свои карие глаза, сейчас они были цвета темного шоколада.

— Хватит так на меня смотреть, я чувствую себя неуютно, — безбожно вру, мне нравится его реакция.

— Прости, я сам не свой с твоего приезда, — Леша поставил бокалы на стол и растрепал свои волосы.

— Почему?

— Ты изменилась, и для меня это сложно, — Леша отвел взгляд в сторону.

— Разве я изменилась в плохую сторону? Я плохо выгляжу?

— Нет, ты выглядишь очень горячо, — Леша отошел от меня к окну.

Да что он бегает по комнате, как дикий зверь в клетке.

— Тебя это смущает? — так теперь наступаем, я сделала маленький шаг к нему.

— Нет… Да… Я не знаю — Леша посмотрел на меня взглядом загнанного зверя.

— Лёш, я могу съехать завтра, — пожала плечами я, взяв бокал вина в руки.

— Нет!

Я насмешливо посмотрела на него и отпила вино.

— Я всё равно съеду, но для начала проверю дела в компании.

— Зачем съезжать?

— Лёш, мы об этом уже говорили, может поговорим о чем нибудь другом? Как ты здесь жил?

— Всё со мной нормально.

— Кир говорил, что ты много пил.

— Киру нужно уметь держать язык за зубами, — раздраженно сказал Леша, выпивая половину бокала вина.

— Так из-за чего?

— Я не хочу об этом говорить, — возникла неловка тишина.

Я медленно пила вино и задумчиво смотрела на Лешу, что с ним происходит? Он нервный, злой, раньше всё было по другому, он всегда смеялся, шутил, но сейчас.

— У тебя проблемы в компании?

— Почему ты об этом подумала?

— Ты сильно нервничаешь, — пожала плечами я и допила вино.

— Наверное, очень много всего в последнее время произошло: Кир в другой стране, на компанию обрушились проверки, нас стали давить со всех сторон, столько грязи за этот месяц на нас обрушилось. — Леша вздохнул и выпил залпом остатки вина в бокале.

— Мы со всем справимся, — нежно сказала я.

— Я рад, что ты вернулась — улыбнулся мне Леша.

— Как я могла не приехать, если тебе нужна помощь.

— Могла, ты же уехала, бросив меня.

— Ты утрируешь, я никого не бросала.

— Бросила. Я не понимаю почему ты тогда уехала. Я много думал. Ответь между нами что-то было в ту ночь? — серьезно спросил Леша.

— Нет, не было, — стараясь выглядеть спокойно и уверено, это сложно, особенно если внутри паника.

— Ты мне сейчас врешь!

— Что?

— Неужели ты думаешь, что я совсем тебя не знаю? Может ты и изменилась, но ты прежняя Вася, которая когда врет не смотрит в глаза и сжимает свой красивый носик.

Я посмотрела на него, он смотрел на меня прямо и открыто.

— Пожалуй, я пойду спать, — я встала из-за стола и пошла в комнату.

Однозначно нужно тикать с вражеской территории, а то можно и белый флаг поднять и, сдаться в руки победителю, а я не хочу, я хочу повоевать.

— Снова сбегаешь? — насмешливо спросил Лёша.

Я, не останавливаясь, быстро зашла в комнату, и, закрыв дверь, облокотилась на неё.

— Вась, — прошептал Леша с другой стороны двери.

— Что?

— Красивая комбинация, я оценил, — с улыбкой в голосе сказал Леша.

— Спокойной ночи, — тихо сказала я, улыбнувшись.

— Спокойной, может, сжалишься и позовешь меня к себе?

— Нет, иди спи на диван.

— Бессердечная женщина, — вздохнул Леша и отошел от двери.

Он помнит, она все помнит. Я засмеялась и прыгнула на кровать, обняв подушку, которая пахла Лешей, я заурчала, как довольная кошка.

Интересно, как давно он помнит? А если он и не забывал, тогда почему сделал вид, что не помнит? А-а-а-а-а! Я сейчас сойду с ума от своих мыслей. Зажмурившись, я улыбнулась, все равно мне так сейчас хорошо, хочется дурачиться, танцевать и зацеловать одного симпатичного мужчину, который сейчас пытается уместиться на маленьком диване.

Вдруг дверь в комнату открылась. Леша в одних боксерах протопал к кровати и лег на неё с другой стороны.

Я хотела возмутиться

— Ни слова. Я не буду там спать, я слишком большой для своего дивана, — зевнув сказал Леша, стягивая с меня одеяло.

— Я тоже там не буду спать, — возмутилась я, забирая свое одеяло обратно, комбинацию то я не переодела.

— Зайка, давай спать, я устал, завтра я обязательно поиграю с тобой в эти игры, а сегодня спать, — сказал Леша, стискивая меня в своих объятьях.

— ЛЕША!

— Спокойно, это всего лишь реакция организма, он скоро упадет… наверное.

— Леша.

— Зайка, спи, я тебя не трону.

Ага спи, как тут уснешь, когда в шею тебе дышит любимый мужчина, вызывая мурашки и дрожь по всему телу, а в попу упирается кое-чем большим и твердым.

— Васька, хватит ерзать!

— Михайловский, ты обнаглел!

— Зайчонок, я правда устал, давай ты смеришься с моим присутствием и попытаешься уснуть, хотя я знаю, как тебе сейчас не просто, — хмыкнул Леша.

— Я тебя придушу во сне!

— Если только в своих объятьях.

— Как ты меня бесишь, — раздраженно сказала я.

— Сделаю вид, что я тебе верю, — снова хмыкнул Леша.

Так, всё, я больше не реагирую на его провокации.

— Завтра же сниму квартиру.

— Это мы ещё посмотрим.

* * *

Ночь. Тишина. Руки любимого путешествуют по моему телу, а я выгибаюсь на встречу его прикосновениям и тянусь к нему за поцелуем. Леша с улыбкой целует меня, не спеша, растягивая удовольствие от поцелуя. Я хныкаю и прижимаюсь к нему ближе, почему на нас столько одежды?

— Не торопись, — шепчет Леша, убирая мои руки с боксеров.

Я закусываю губу и смотрю на него слегка обижено.

— Я не хочу спешить, — его руки медленно опускаются вниз.

Я судорожно хватаю воздух, соски твердеют, внизу живота разгорается пожар.

— Моя чувственная девочка, — он целует меня в шею, осторожно прикусывая нежную кожу, зализывая её своим языком.

Не могу сдержать громкий и протяжной стон. Шея моё слабое место, стоит только провести по ней рукой и я схожу с ума, что уж говорить о таких поцелуях.

— Хватит меня мучить, — я впиваюсь ногтями в его спину, Леша отвечает мне на это лёгким поглаживанием моей киски через трусики.

Я выгибаюсь еще сильнее, мне хочется больше.

— Будешь торопится, я лягу спать, — нет я этого не перенесу.

Я послушно успокаиваюсь и наслаждаюсь его поцелуями, которые спускаются все ниже и ниже.

— Леша, — судорожно говорю я, когда он раздвигает мне ноги и кусает через трусики мой клитор.

— От запаха твоей киски я готов кончить, — практически рычит Леша и отодвигает трусики в сторону.

Я ощущаю его жаркое дыхание, первое прикосновение его языка, он пробует меня, смакует мой вкус на своем языке.

— Сладкая.

Его руки сжимают мои бедра, а язык начинает кружить возле клитора.

— Леша-а-а! — кричу я, вот ещё немного и я кончу.

Я резко открываю глаза и встречаюсь с насмешливым взглядом карих глаз. Моё дыхание учащенно, соски болят, трусики промокли насквозь.

Леша ухмыляется и медленно опускает свой взгляд на мою грудь, от чего соски становятся ещё тверже.

— Что тебе снилось? — весело спрашивает Леша.

Господи надеюсь я не говорила во сне.

— Сон, — выдыхаю я.

— Просто сон, и что в нем делал я?

Неужели говорила?

— Ты?

— Да, ты постоянно говорила моё имя. Нет, подожди, ты не говорила, ты стонала моё имя, — кто-нибудь сотрите с его лица эту довольную улыбку.

— А с чего ты решил что это ты, а не другой Леша? — теперь нужно сделать насмешливое выражение лица, иначе всё пропало.

— А что у тебя много знакомых по имени Леша?

— Много, — говорю я и тянусь к своему носу.

Леша начинает громко смеяться. Вот ведь засада. Я кидаю в него подушку и, обижено сопя, скрываюсь в ванной. Вот как а? Как меня угораздило вот так попасть?

— Васька, ты там сильно не задерживайся, я понимаю, нужно напряжение снять, но мы так на работу опоздаем, — весело прокричал Леша.

— Бесит, — проворчала я, но на губах против воли расцвела улыбка, невероятно.

Хочется провалиться на месте, щеки горят, стыдно и смешно одновременно.

Сходив душ, я завернулась в полотенце и нерешительно открыла дверь. Леши на горизонте не было поэтому я быстро пошлепала в комнату.

— Ну как? — крикнул Леша мне в спину, выходя с кухни.

— Что как? — раздраженно спросила я.

— Полегчало? — ухмыльнулся Леша, а я закатила глаза.

Хотелось съязвить, но потом в моей голове возник план. Я повернулась и подошла к Леше.

— Знаешь, а мне и правда полегчало, и не один раз, — прошептала я, мои руки прошлись по его грудной клетки. — Я доводила себя снова и снова, лаская себя руками, пальцами. Мне было очень хорошо, — сделала шаг назад. — Спасибо, что спросил, — и мстительно улыбнулась. — Теперь, думаю, и тебе нужно снять напряжение, — покосилась вниз.

— Помочь не хочешь? Может спинку протрешь?

— Нет ты как-нибудь сам справляйся, — усмехнулась я и с чистой совестью пошла в комнату.

Пока Леша принимал душ, я мурлыкала мотив любимой песни и гладила платье на работу.

— Я думал, ты как женщина приготовишь завтрак, а ты занимаешься своими делами, — возмутился Леша, когда вышел из душа, я как раз красила губы.

— Дорогой мой друг, наверное мне стоить напомнить, что я тебе не жена и не девушка, поэтому готовить тебе не обязана, — пожала плечами.

У него полный холодильник может сам себе и бутерброд сделать, не маленький.

— И что мне теперь делать? — растеряно сказал Михайловский.

— То что ты делал до этого дня каждый день, пожарь себе яйца или закажи завтрак в офис, — ответила я, завивая волосы.

— Тебе совсем меня не жалко?

— Тебе правду или соврать?

— Правду.

— Нет, не жалко.

— Я умру с голоду, как ты можешь это допустить?

— Солнышко, одевайся. Ты сам говорил, что мы опаздываем, а поноешь в машине или когда будешь заказывать себе завтрак из дорого ресторана, — усмехнулась я.

— Вредина ты Васька.

— Не называй меня Васькой!

— Как я мог забыть, ты же у нас взрослая и привлекательная, — закатил глаза Леша.

Я прошла мимо него и направилась на кухню, чтобы выпить зеленый чай с утра, пока Леша одевается, а то он ещё тот копуша.

Пока я пила чай, Леша приходил на кухню два раза: первый раз с рубашками, он не мог выбрать какую надеть, второй раз с галстуками.

— Михайловский, ты, может, уже успокоишься, ты не на свиданье собираешься, а на работу, — вскипела я, когда он пришел ко мне с обувью.

— Я должен всегда выглядеть хорошо, — ответил обиженно друг.

— Я выхожу из дома, и если ты не спустишься через пять минут, я вызываю такси.

Я взяла свою сумку и вышла из квартиры. Вот нарцисс недоделанный, как я могла влюбиться в него без памяти? Не прошло и пару минут, как Леша спустился, и мы поехали на работу.

— Что ты хмуришься? — спросил у меня Леша.

— Ничего, настроения нет, — ответила я.

Конечно его нет, планировала одно, а на деле черт знает что получается. Не соблазняю, а только в неловкие ситуации попадаю, чего стоит только утро.

Пока я пребывала в своих мыслях и со стыдом вспоминала свой сон, предполагая, что я могла говорить, мы приехали на работу.

— Вы поменяли адрес? — удивленно сказала я, рассматривая огромное здание бизнес-центра.

— Кир часто выступал, нам нужен был свой зал, франчази росли, требовались люди, которые будут контролировать нашу разрастающуюся сеть.

— Кошмар, и сколько вы платите за аренду?

— Детка, мы выкупили это здание наполовину с Киром.

— А сколько сейчас компания приносит денег? — нахмурилась я.

— Сегодня я дам тебе посмотреть все документы, сама увидишь.

Вот тебе и приехали, судя по зданию, мои мужчины выросли, значительно выросли. Когда мы зашли через служебный вход нас встретил красивый мужчина высокий, широкоплечий, проще говоря качок. Я сразу заулыбалась в тридцать два зуба.

— Алексей Валерьевич, у нас появились хорошие новости, — доложил качок Михайловскому.

— Через час в моем кабинете, — сказал Леша, пытаясь утащит меня к лифту.

Нет я не пойду, а как же познакомится.

— Здравствуйте, — улыбнулась я мужчине.

— Добрый день, Василиса Сергеевна.

— Вы знаете моё имя?

— Конечно, это ведь мои служебные обязанности все знать.

— А кем вы работаете? Алексей Валерьевич, вы идите, я вас догоню.

— Василиса Сергеевна, нам нужно идти.

— Но я даже не успела познакомиться с таким красивым мужчиной, — мурлыкнула я.

— Так, а ну-ка пошли, — прорычал Леша, хватая меня за руку.

Михайловский затащил меня в лифт, я даже не успела сказать и слова.

— Что ты меня таскаешь? Я сама могу ходить, — прошипела я, выдергивая свою руку.

— Чтоб я тебя рядом с Вадимом не видел, — зло сказал Леша.

— Значит его зовут Вадим, — мечтательно протянула я. — Ему идет.

— Дорогая, я не шучу, — серьезно сказал Михайловский.

— Леша ты не будешь указывать с кем мне…

Я не успела ничего сказать, как он впился в мои губы собственническим поцелуем. И как только лифт остановился, Леша разорвал поцелуй и вышел.

— И что это сейчас было? — прошептала я, притрагиваясь рукой к своим губам.


Алексей


Я лежу с закрытыми глазами и пытаюсь выключить чертову вибрацию, которая мешает мне спать, но, как назло, я не могу дотянуться до телефона, приходиться открывать глаза и искать телефон. Посмотрев на экран телефона, я отвечаю на звонок.

— Ты на время смотрел? Или забыл, что у нас ночь, — прорычал я.

— Оу — оу! Не рычи, я не мог ждать пока ты проснешься, — нетерпеливо сказал Кирилл.

— И что случилось? — обеспокоено спросил я, блядь с этим Кириллом, он как магнит для неприятностей,

— У нас задержка, — с радостью сказала Кир.

Я молчал полминуты и пытался осознать, что он сейчас мне сказал.

— И?

— Я СЧАСТЛИВ! — закричал Кир и я чуть не оглох, он там совсем чокнулся со своей куколкой.

— Я готов тебя убить, из-за того, что ты меня разбудил, но я тебя поздравляю, твой сперматозоид достиг яйцеклетки, — язвительно сказал я.

— Спасибо, — с гордостью сказал Кир, нет интересно я буду таким же болваном, когда… Впрочем никогда, любимая женщина далека от меня и в прямом, и переносном смысле этого слова.

— Я сегодня разговаривал с Василисой…

— Стоп, я не хочу ничего знать!

— Успокойся, она свободна и замуж не собирается, и до сих пор любит тебя.

— Любит?

— Любит! Не знаю за что, да и столько лет прошло, а твоё имя до сих пор произносит с дрожью в голосе.

Я закрыл глаза и пытался унять часто бьющее сердце, моя маленькая свободна.

— Слушай может хватит? Вы оба страдаете, почему ты не возьмёшь все в свои руки и не заберешь ее из другого города? Ты ее любишь, а она тебя, в чем проблема?

— Проблема в том, что я болван.

— Болван, но не из-за вашей ночи, а из-за того, что ты ничего не делаешь! Ты только представь, что она кому-то скажет "да", родит детей. Я не понимаю, как можно спокойно спать с этим.

— Хватит!

— Не хватит, я вижу, как два моих близких человека страдают, и меня это не устраивает

— Как с тобой живет Ника, ты же мозг сжираешь хуже любой бабы, — раздраженно сказал я.

— Я намекнул ей что тебе нужна помощь, и она в принципе будет не против приехать тебе стоит только попросить самому.

— Это она сказала?

— Нет, это я сам понял. Я тоже ей говорил, чтобы она тебе в чувствах призналась.

— А она?

— Сказала, что если бы тебе нужно было, ты бы сам приехал?

— Так и сказала?

— Нет, но примерно в таком контексте, позвони ей, и хватит прятать голову в песок. Ты мужик, а не страус.

— Об этом легко говорить.

— Хватит ныть, у тебя было столько баб… Ай любимая не бей меня! Женщин, всё я исправился, женщин. Так вот у тебя было много б…женщин, а с Васькой ты ведешь себя, как девственник ни разу не… Ника ну хватит… ты понял.

— Я понял, что ты каблук, — рассмеялся я, когда услышал, как Ника отчитывает его, а он весело отшучивается.

— Если нужно быть каблуком, чтобы любимая была счастлива, то я буду им с удовольствием.

Раздался нежный голос Ники, и я услышал, как они целуются.

— Я тебе потом перезвоню, — промычал Кир и отключился.

Я почувствовал острый укол зависти, у них скоро будет ребенок, Кир счастливчик, не зря он бредил ей. Помню у нас в общаге в комнате вся стена была в фотографиях Ники, мы с Васькой над ним смеялись, отговаривали отступить от неё и забыть девчонку, а он всегда молчал, только один раз ответил:

— Вероника будет моей женой, вот увидите.

Мы тогда с жалостью на него посмотрели, вот только Кир добился своей женщины, а я свою упустил.

Я понял, что люблю Ваську, когда мы выпускались. Она тогда первый раз напилась, и мне пришлось ограничиться в выпивке и следить за тем, чтобы никто не воспользовался моей любимой подругой. Весь вечер я занимался тем, что отгонял всех парней от Васьки, а она, как назло, только провоцировала парней и пыталась завести знакомство на ночь. Я сам так часто поступал, но поведение Васьки меня бесило.

В конце концов мы сильно поругались и Васька пошла домой, я не мог отпустить её одну, поэтому пошел провожать.

— Даже не думай за мной ходить, — кричала Васька, вытирая слезы.

Но я молча шел за ней до самого дома, я бы не смог уйти и постоянно думать, как она дошла, всё ли с ней в порядке. Когда мы подошли к её подъезду, Василиса повернулась ко мне.

— Ты испортил мне весь вечер, — с обидой сказала Василиса и расплакалась.

Я был растерян и расстроен, я не хотел, чтобы она плакала.

— Зайчонок, прости меня, — раскаяно сказал я и обнял Ваську.

— Ты невыносим, — прошептала Васька, прижимаясь ко мне.

Она тогда пробудила во мне неизведанные для меня чувства, я хотел оберегать Ваську, заботиться о ней. Был растерян от того, как мне было хорошо, когда она так ко мне прижимается.

— Поцелуй меня.

— Что? — растеряно спросил я.

— Я хочу, чтобы ты меня поцеловал, раз лишил меня секса, то я требую поцелуя!

Я мог отшутиться или просто отказаться, но я хотел этого. Я, больше не задумываясь ни секунды, поцеловал Василису. Я целовал её так, чтобы стереть все поцелуи до себя и после, мне хотелось, чтобы она запомнила, как ей со мной хорошо.

После поцелуя, я сбежал, как полный трус, потому что боялся себя, боялся схватить Василису и затащить ее в квартиру и взять. Сделать её своей.

Но на утро, я думал по-другому, думал о том, что Василиса для меня за пять лет дружбы стала чем-то большим, чем просто друг. Даже решил с ней об этом поговорить, но всё пошло не по плану. Телефонный звонок решил всё.

— Михайловский, я вчера ничего не учудила?

— А что, ты ничего не помнишь? — спросил я, сжимая руку в кулак.

— Нет, ничего, помню, как я сидела у барной стойки, а дальше темнота.

Значит не судьба, — подумал я.

— Ты что там молчишь? — взволновано сказала Василиса.

— Не переживай, ты вела себя нормально, — ответил я и почувствовал горечь от своих слов.

Почему я так решил, не знаю. Мне хотелось проверить своё влечение к Василисе, я боялся спутать это чувство со страстью, тогда я сделала бы ей очень больно.

Так прошел год, я перебрал много женщин, но все равно не мог выбросить Василису из головы.

Усугубляло всё то, что мы работали вместе. Я наблюдал за ней каждый день и ждал, когда моя тяга угаснет. Помню она стала встречаться с нашим менеджером по продажам, для меня это стало ударом, я хотел разорвать на части того паренька, выдержал ровно неделю, потом вызвал к себе для личного разговора, менеджер уволился и бросил Василису.

Этим же вечером, я успокаивал подругу на своем плече, когда она жаловалась на то как ей не везет в личной жизни. Был ли я доволен? Был, и именно тогда я решил, что она будет моя, хватит бегать от себя и от неё.

Я выжидал удобного момента, и он настал. Мы подписали договор, который сулил для нас большие перспективы, я уговорил Василису и Кирилла отправится в клуб, где и приступил к соблазнению Василисы.

Кирилл тактично удалился весело ухмыляясь, а я пытался делать комплименты, ухаживать за ней, притрагиваться к ней. Но Василиса была непреклонна, она как будто не замечала этого, все дошло до того, что я затащил её к себе и взял. Эта ночь запечатлилась в моем сознании навсегда: наши поцелуи, её прикосновения ко мне, которые сводили с ума, но самое главное — её признание.

Я тогда не смог признаться ей, наверное, дурак. На утро я проснулся один и испугался что она ушла, но испуг прошел, когда я нашел её на кухне и с удивлением увидел Василису у плиты, это было что-то удивительное, она терпеть не могла готовить. 97b96

Мое удивление она восприняла по-своему и начала говорить мне такую ерунду, что мои глаза становились все больше и больше. Потом Василиса стремительно покинула мою квартиру. Я решил, что дам ей прийти в себя пару дней и приглашу на свидание, но через два дня я узнал, что она уехала из города.

— Как ты мог отпустить её? — кричал я в кабинете Кира.

— Прекрати истерить, — холодно сказала Кир.

— Ты видел, что она для меня значит! — продолжал кричать я.

— Заткнись! Она тоже для меня не чужая, поэтому я её и отпустил! — закричал Кирилл.

Я редко видел его в таком состоянии, он всегда держал свои эмоции под контролем.

— Почему? — взмолился я.

— Потому что ты не видел дальше своего носа, Василиса любит тебя с первого курса, — раздраженно сказал Кир.

— Что?

— Да, она всегда скрывала и, судя по твоей реакции, хорошо скрывала, только я не понимаю, что между вами произошло? Я надеялся, что вы сойдетесь.

Я устало сел на кресло и опустил голову, и рассказал другу все, что чувствовал с выпускного.

— Ты дебил!

— Да нужно было с ней поговорить раньше.

— Нет, ты дебил, потому что она подумала, что ты не помнишь вашу ночь или помнишь, но не чувствуешь к ней ничего.

— Это бред.

— Нет, если ты косил под пьяного!

— И что мне теперь делать?

— Попробуй её вернуть.

И я пробовал каждый день, но она скидывала мои звонки, холодно со мной разговаривала, и я запил. Да, это, наверное, не самый достойный и правильный поступок, но мне наплевать.

Я пробовал забыться с женщинами, но после ночи проведённой с Василисой, я не могу притрагиваться к другим. Так и пролетело два года, и я достаточно повзрослел, чтобы попробовать завоевать свою женщину и не прятать свою голову в песок, как говорит Кир.

На следующий день, после ночного разговора с Киром, я позвонил Василисе, и смог уговорить её вернуться, но моё счастье омрачило, то что у неё есть парень. Я не мог три дня об этом думать, поэтому попросил предоставить отчет за два года жизни Василисы у своего начальника службы безопасности.

— Я думал ты не попросишь, два года за ней следят, а отчеты ты не смотрел, — весело сказал Вадим.

— Ты же понимаешь, что это должно остаться между нами.

— Понимаю, красивая женщина, — сказал Вадим, когда я рассматривал фотографии Василисы.

Я нахмурился и отправил Вадима подальше, а сам углубился в жизнь Василисы без меня. У неё были мужчины, но романы недолгие, так пару ночей и всё, но сам факт, что у нее кто-то был злил, раздражал. Но злился я больше на себя, чем на Ваську. Так — так, где же её парень, я нахмурился и пытался найти хоть что-то, но нашел только то, что парня у моей женщины нет, сутки назад был замечен молодой человек, но судя по докладу они расстались не на доброй ноте. Интересно, она мне соврала, зачем?

Я получил свой ответ сразу, как только увидел свою богиню в аэропорту, никогда Василиса так не одевалась, она была в шикарной форме, я был покорен. Из-за этого чувствовал себя очень взволновано, не знал как себя вести с этой Василисой, взрослой и привлекательной.

Когда я, волнуясь, пытался разлить вино, Василиса впорхнула на кухню в таком наряде, что у меня в голове было только одно: как я разрываю на ней пеньюар и беру на этом столе, я не доверял сам себе, два года у меня не было секса. Два года, и сейчас это ещё больше усугубляло моё положение.

Когда мы разошлись по комнатам, я честное слово пытался уместиться на диване, но как можно спать здесь, когда я могу спать в спальне и всю ночь просто обнимать Василису. На страх и риск я пошел на пролом, и уже через полчаса засыпал вместе с Василисой. Но самое интересное меня ожидало, когда Василиса под утро стала стонать и кричать моё имя. Я был так возбужден, что кусал себе кулаки, чтобы не трогать Василису и просто наблюдать.

Я старался спокойно реагировать на её провокации утром, но выходка с Вадимом вывела меня из себя, я не могу допустить даже мысли, что она может быть с другим, что кто-то ей может быть симпатичен.

Я сорвался и набросился с поцелуями на Василису, очнулся только тогда, когда двери лифта открылись. Оставив Василису одну, я быстро пошел в кабинет, чтобы немного выдохнуть, иначе я сорвусь и оттрахую её так, что она ходить не сможет.

Глава 2

Василиса


Шок от происходящего прошел быстро, оставляя вместо себя злость на одного некомпетентного босса. Я быстрым шагом пошла к кабинету, где скрылся Михайловский.

— Василиса выйди, твой кабинет напротив, — отрывисто сказал Леша, когда я залетела к нему.

Я подошла к Леше и зарядила ему пощёчину.

— Ты с ума сошла? — закричал Михайловский.

— Я хочу, чтобы ты запомнил раз и навсегда! Я не вещь, которую можно таскать за руку. Я не игрушка, чтобы ты мог позволить себе, из-за чувства собственности, целовать меня и потом стремительно убегать. Я требую, чтобы ты относился ко мне уважительно, я не Барби на одну ночь, я твоя подруга, женщина, которая любит тебя 8 лет. Я ждала тебя много лет, тешила себя иллюзиями о нашем будущем, о наших детях. Ты преследовал меня во снах, но я не железная. Я приехала сюда с надеждой соблазнить тебя, но я не потерплю, чтобы ты снова трахнул меня и забыл, поэтому с этой секунды ты ко мне больше не притронешься, пока я не захочу этого. Хочешь быть со мной, хочешь иметь право ревновать меня, сначала заслужи это, — эмоционально сказала я и вышла из кабинета, оставив шокированного Михайловского одного.

Я забежала в кабине напротив, меня всю трясло, я часто моргала, чтобы не заплакать, обида, стыд вместе со злостью на себя разъедали душу. Я всего лишь хотела вызвать ревность, но из-за нехватки опыта немного переиграла, наверное, со стороны я выглядела ужасно, как теперь смотреть в глаза Вадиму? Я была слишком вульгарной, мамочки почему так стыдно, зачем я вообще затеяла это соблазнение, нужно было остаться в городе, работать в банке и стараться построить отношения с другими.

Я положила сумочку на диван и стала метаться по кабинету, вот зачем я ему все это сказала глупая? А если он сейчас высмеет мой поступок или ещё хуже, откажется от моей помощи, что тогда будет со мной? Как я буду собирать своё сердце? Хотя с того времени, как я сюда приехала, меня не покидало чувства того, что я ему не безразлична, но может это всего лишь то, во что я хочу верить.

Решив отвлечься, я перестала метаться и медленно прошлась по светлому, большому кабинету. На рабочем столе уже лежали папки с документами из бухгалтерии, к компьютеру был наклеен стикер с паролем, поэтому я решила не убиваться, а делать то, ради чего я пришла сегодня на работу. Тем более работа всегда помогала мне успокоиться и собраться с мыслями.

Через три часа интенсивной работы, я была полностью спокойна и собрана, и уверена в своем поступке. Пускай я так открылась, и если Леша безразличен ко мне, то через месяц я уеду обратно, а если чувства есть, то пусть доказывает поступками, как я ему важна. Потому что я достойна лучшего, хватит себя унижать, не могу я кокетничать целыми днями, и практически раздвигать перед ними ноги, чтобы только он меня заметил. Секс не решит, между нами, проблем, и он не полюбит меня после него, поэтому не стоит больше заниматься глупостями, нужно уважать себя в первую очередь.

Всё-таки мы женщины удивительные, думаем одно через пару дней уже другое. Непостоянные мы, хотя может, это относится только ко мне. Вчера был один план сегодня другой, даже боюсь думать, что будет завтра.

Размяв шею, я погрузилась в мир цифр, но меня отвлек стук в дверь.

— Войдите, — сказала я.

Дверь открылась и первое, что я увидела это большой букет белых роз, потом за цветами появился Михайловский, я приподняла одну бровь.

— Извини меня, — сказал Леша, протягивая мне букет цветов и мои любимые лакомства.

— Нет, — с милой улыбкой сказала.

— Что нет?

— Я не прощаю вас, Алексей Валерьевич, но за цветы и пироженки спасибо, — сказала я, забирая свои презенты.

— Василиса.

— Сергеевна, — подсказала я.

— Зачем нам такие формальности? — раздраженно сказал Леша.


— Затем, что мы с вами находимся на работе, и вы, Алексей Валерьевич, мой непосредственный начальник.

— Хорошо, Василиса Сергеевна, не буду отвлекать от работы, — сквозь зубы сказал Леша.

— Благодарю, Алексей Валерьевич.

Леша развернулся на 90 градусов и вышел из кабинета, не забыв громко хлопнуть дверью, а я любовно погладила цветы, и задумчиво прикусила губу. Можно ли это воспринимать так, что я ему нравлюсь или он просто чувствует себя виноватым? Как же сложно. Настроение за сегодняшний день у меня менялась от плохого к хорошему, и сейчас, когда я искала во что поставить цветы, настроение падало всё ниже. Я почти убедила себя в том, что он просто пожалел меня, и я совсем не привлекаю его как женщина. Но воспоминания того, как он реагировал на меня вчера, сегодня утром, говорят сами за себя он хочет меня.

А вдруг у него по отношению ко мне только химия, смогу ли я смириться на роль постельной грелки? Нет не смогу! Мне нужно всё или ничего, поэтому пока я не пойму, что он именно ко мне чувствует, секса между нами не будет. Только нужно учитывать, что мы спим в одной постели и мне сняться эротические сны с его участием, да и без этого, могу ли я быть уверенна в себе? Я хотела Лешу в то время, когда он не использовал своё обаяние по отношения ко мне, а вот что будет если он начнет меня соблазнять, опыта у него явно больше.

У меня сейчас голова взорвется от хаотичных мыслей в голове, мне кажется, чем больше я думаю, тем больше я путаюсь в своих чувствах и ощущениях. Но про то что мы спим вместе, стоит действительно задуматься. И я задумалась, целый день думала и к вечеру нашла выход, я даже успела сделать заказ, осталось предупредить об этом Лешу, хотя можно и не предупреждать, а просто насладиться его реакцией.

* * *

За пять мину до конца рабочего дня ко мне в кабинет пришел Леша.

— Поехали домой, — тихо сказал он, посмотрев на меня из-подо лба.

— Поехали.

Я взяла сумку, и мы медленно пошли к лифту, напряжение между нами росло, казалось, что его даже можно было потрогать.

Когда мы расписались о своем уходе на посту, к нам подошел Вадим. Он нервно поправил галстук и посмотрел на меня в упор.

— Василиса Сергеевна, можно вас на пару слов?

— Конечно, — неуверенно сказала я.

Леша, стоящий рядом со мной, заскрипел зубами и прожег гневным взглядом начальника службы безопасности.

— Я жду вас в машине, Василиса Сергеевна.

Я была удивлена, что он решился уйти и оставить меня с Вадимом практически наедине, охранника можно не считать, он был занят своими делами.

— Что вы хотели? — спросила я.

— Я знаю о ваших непростых отношениях с Алексеем Валерьевичем, и если бы у вас все было хорошо, я никогда не подошел к вам с таким предложением. Василиса Сергеевна, я хочу пригласить вас на свидание, — решительно сказал Вадим.

— Вадим, утром я вела себя слишком вызывающе, и если вы решили.

— Нет, я знаю, что вы хотели вызвать ревность у Алексея Валерьевича, — мои щеки окрасились в алый цвет.

— Тогда я не понимаю зачем?

— Вы очень интересная и красивая женщина, — неожиданно.

— Я не знаю, что вам ответить

— Я могу подождать, вот вам моя визитка, если надумаете, звоните, — сказал Вадим, протягивая мне визитку.

— Спасибо, я подумаю над вашим предложением, и мне очень приятно, что такой мужчина обратил на меня внимание, — ответила я, убирая визитку в сумочку.

— Василиса Сергеевна, вы себя недооцениваете и не видите, какое впечатление вы производите на мужчин, — с легкой улыбкой сказал Вадим, он очень приятный мужчина.

— Я пожалуй пойду.

— Идите, пока Алексей Валерьевич не потерял терпение, — с озорством сказал Вадим и поцеловал мне руку.

Я просто не могла ни улыбаться, в этот раз я не играла, мне было безумно приятно.

— Что он тебе сказал? — требовательно спросил Леша, когда я села в машину.

— Я не должна перед тобой отчитываться, — спокойно сказала я, а Леша резко ударил кулаком по рулю.

Вздрогнув, я отвернулась к окну, сейчас лучше его не трогать. Много лет я изучала его характер и сейчас стоит что-то ему сказать, как он попытается уколоть, больно уколоть, потом, конечно, будет жалеть и извинятся, но я не готова сейчас слушать то, что он может сказать.

Мы молча сидели в машине минут десять, Леша перестал скрипеть зубами и раздраженно пыхтеть, и, наконец-то, завел машину. Я покосилась на часы и заерзала на сиденье, главное, чтобы мой заказ не привезли раньше назначено времени.

— Куда-то торопишься? — язвительно спросил Леша.

— Я бы на твоём месте перестала меня трогать, — раздраженно сказала я.

— Ах да, на это ведь у меня не прав! Но ответь мне на один вопрос, утром признаваться в любви одному, а вечером кокетничать с другим и призывно ему улыбаться, это для тебя теперь в порядки вещей, Василиса? — когда смысл сказанного дошел до меня, я хотела выцарапать ему глаза, как он мог вообще такое сказать.

— Какая же ты сволочь, Михайловский.

— Да дорогая, ты полюбила не ангела, если ты вообще меня любишь!

— Думай как хочешь, я не собираюсь ни в чем тебя убеждать!

— Сука, — отрывисто сказал Леша, сжимая руль.

— Останови машину, — холодно сказала я.

— Нет.

— Останови, иначе я выпрыгну, — сейчас я не блефовала и спокойно могла выпрыгнуть, потому что сидеть с ним в одной машине было невыносимо

Леша резко притормозил возле обочины, я вышла из машины, Леша вышел вслед за мной.

— Куда ты собралась?

— Подальше от тебя, — раздраженно сказала я и повернулась к нему. — Ты первый раз за восемь лет позволил себе меня обозвать, причем необоснованно.

— Необоснованно? — закричал Леша.

— Да! — горячо воскликнула я, из глаз побежали слезы.

— Ты кокетничала с ним! — заорал Леша, на нас косились прохожие, но мне было наплевать, я вытирала слезы обиды и смотрела на злого Михайловского.

— Даже если это так, то кто ты такой, чтобы предъявлять мне претензии?

— Скажи, если я сейчас буду флиртовать с другойдевушкой, тебе будет приятно?

Я даже слушать об этом не хочу, поэтому отвернулась от Леши и собралась уйти, но он мне не позволил, Леша схватил меня за руку и повернул к себе

— Ответь, — требовательно сказал Леша.

— Мне было бы больно! Доволен?

— Так почему я должен реагировать на то, как ты флиртуешь с Вадимом, спокойно? Одно дело — это добиваться твоей благосклонности, но смотреть на то, как ты отвечаешь взаимностью к другому я не собираюсь, — тихо сказал Леша, отпуская меня.

— Леша я…

— Василиса, садись в машину и поехали домой, мы и так многое наговорили друг другу.

Я закусила губу и смотрела на Лешу, его злость прошла, но он до сих пор выглядел раздавленным, расстроенным и опечаленным одновременно.

Мне хотелось подойти к нему и поцеловать его, нежно перебирать его мягкие волосы и шептать о том, что только он мне нужен, что я люблю только его. Но что-то остановило меня, я не смога сделать шаг к нему. Повернувшись, я пошла к машине и села в неё.

Леша постоял немного на улице и тоже пошел к машине, завел её и мы поехали домой. Больше мы не говорили.

Приехали домой, поужинали и разошлись, я в комнату, а Леша в зал, смотреть телевизор.

Ровно через час в квартире раздался дверной звонок. Я совсем забыла!

Упав с кровати, я побежала открывать дверь быстрее Михайловского. Леша, нахмурившись, направился вслед за мной.

Я открыла дверь и улыбнулась.

— Здравствуете, вы диван заказывали? — спросил молодой парень в зеленой форме.

— Да, только там было условие, что вы забираете старый, правильно?

— Да, мы забираем ваш и вы получаете скидку, — пояснил парень и посмотрел на меня в ожидании.

А я чувствовала спиной, как на меня смотрит Леша и нервно сказала.

— Так вы сначала заберете диван?

— Да, я сейчас позову рабочих, они вынесут ваш диван, и мы занесем новый, — сказал парень, поглядывая на меня с раздражением.

— Вы не подождете, пару минут нам нужно кое-что обговорить, — вдруг сказал Михайловский и закрыл дверь.

— Василиса.

— Да, — ответила я, и посмотрела на него.

— Не хочешь объяснить?

— Я купила диван удобный, большой, чтобы ты там уместился, — пожала плечами я.

— Ясно, — ответил Леша и открыл дверь.

— Не подскажите, за сколько мы купили у вас диван? — спросил Леша.

— За 31 100, со скидкой, — сказала парень и хотел продолжить, как Леша закрыл дверь и с усмешкой посмотрел на меня.

— Ты хочешь отдать мой диван им взамен? — уточнил Леша, мне кажется или он хочет засмеяться.

— Да, мне сделали скидку 10 %.

— Ты хочешь отдать им мой диван за 200 000? — усмехнулся Леша.

— За сколько?

— Дорогая, ты разве не видела, что он у меня из натуральной кожи? — издевался Михайловский.

Я закусила губу и в ожидании посмотрела на Лешу, он ведь обязательно что-нибудь придумает.

— Васька, ты как всегда, — закатил глаза Леша, это напомнило мне студенческие годы, когда он помогал мне выбираться из шкодливых ситуаций.

Леша открыл дверь и вышел с молодым человеком на лестничную площадку, через 15 минут он зашел и прошел в зал.

— Что ты делаешь?

— Освобождаю место для нового дивана, — усмехнулся Леша, двигая кожаный диван в сторону.

— А как же…?

— Я оплатил твою скидку, — весело сказал Леша, кидая на меня насмешливые взгляды.

— Вот, и отлично теперь тебе будет где спать, — бодренько сказала я и скрылась в комнате.

Я закрыла дверь и стала прислушиваться, как рабочие затаскивали диван.

Леша спокойно разговаривал с тем молодым парнем и даже смеялся над чем-то, не подозревая о том, что его ожидает, когда он снимет чехол с дивана.

Когда ушли рабочие и в квартире наступила тишина, я так надеялась, что Леша сразу снимет чехол, но он как назло ходил по квартире, то на кухню, то в зал, да когда уже и вот я слышу долгожданный звук.

— ВАСИЛИСА! — упс, я забыла предупредить, что диван ярко-розового цвета.

Ох, какая неожиданность, особенно для того который терпеть не может этот цвет.

****

— Слушаю- главное дверь закрыла, теперь я в безопасности, Леша подергал ручку и тоже сообразил, что не войдет просто так.

— Вася открой дверь, я честное слово тебя даже ругать не буду — ага так и поверила, а главное голосок такой нежный

— Нет

— Девочка моя

— Я не твоя!

— Пока не моя

— Мечтай-улыбнулась я

— Открывай дверь по-хорошему

— А по-плохому? — интересно ведь что он мне сделает

— Лучше тебе не проверять, хотя…

— Что хотя? Михайловский, какая подлая мысль посетила твою светлую голову?

— Это у тебя мысли подлые Васька, как ты могла придумать такое? Ты же знаешь как я не переношу розовый — раздраженно сказал Леша

— Вот поэтому и придумала — поделилась я, а что мне не жалко пусть знает, как меня обижать.

— Накажу — многообещающе сказал Леша

— Как? — я все равно здесь всю жизнь не просижу, нужно знать, к чему готовиться

— Скоро узнаешь — ответил Леша и отошел от двери

Куда? И что мне теперь делать? Ждать пока Михайловский будет воплощать свои коварные планы?

Нет уж, лягу спать, а утром может он и забудет, хотя такое забудешь, всю ночь будет напоминать, диван кстати ещё светиться в темноте.

Посмеиваясь я переоделась в пижаму с амурчиками, и легла в кровать. Из-за того, что день был не простой переживательный я уснула быстро.

Проснулась от ощущения, что на меня кто-то смотрит, открыв глаза я увидела, что возле постели стоит человек и закричала, очень громко закричала. А кто бы не закричал, темно, ночь и человек возле кровати, лица то не видно. Это я потом уже где то на подсознание поняла, что это Леша.

— Васька ты чего так орешь, сейчас соседей разбудим — прошипел леша, закрывая ладонью мне рот

— МММММММ

— Что? — не понял друг, я покрутила головой и он убрал руку

— Михайловский ты больной, у меня сердце от страху чуть не остановилась, ты же знаешь какая я трусиха — зашипела я

— Я не думал, что ты проснешься — пожал плечами Михайловский

— Ты вообще что забыл у меня в комнате ночью? — не хорошее у меня предчувствие.

— Точно, я ведь и совсем забыл, ты меня просто оглушила своим криком — возмутился Михаловский, схватил меня и забросил себе на плечо.

— Ты что творишь? Отпусти иначе закричу — предупредила я

Леша только хмыкнул и пошел в зал

— Я серьезно сейчас закричу!

— Кричи, кстати красивая пижамка, мне она больше нравится, очень сексуально — мурлыкнул Леша и погладил меня по попе

— Я тебя сейчас придушу — не успела я ударить его по спине, как он скинул меня на разложенный диван, причем розовый диван.

— Михайловский- прорычала я, пытаясь встать с дивана, но этот мужлан прижал меня к себе и зашептал на ухо.

— Ты хотела чтобы я спал на диване, пожалуйста, но спать я буду с тобой

— А не много ли ты хочешь, отпусти сейчас же!

— Если ты не перестанешь ерзать я начну к тебе приставать — я почувствовала его возбуждение своей попой.

Извернувшись я посмотрела в лицо Леши

Только попробуй — не успела я договорить, как Леша притянул меня к себе и поцеловал.

Я, вместо того, чтобы оттолкнуть Михайловского, прижалась к нему сильнее и ответила на поцелуй. Перевернувшись, я села на Лешу и укусила его за губу, в ответ он впился пальцами в мои ягодицы. Разорвав поцелуй, я посмотрела на Лешу и прикусила губу, очень его хочу и он меня, но нет, я подожду. С сожалением слезла с Леши и легла рядом.

— Уверена? — хриплым голосом спросил Леша.

— Да, — тихо ответила я.

Леша молча слез с дивана и потопал в душ. Я улыбнулась, какой он у меня хороший, не настоял, хотя почувствовал мои сомнения. Зарывшись в подушку, я почувствовала запах любимого и практически застонала в голос. Он сводит меня с ума и не знает об этом.

Я практически уснула, когда Леша зашел в зал и прошептал.

— Может в спальне будем спать?

— Нет.

— Васька, не вредничай.

— Нет.

— Пожалуйста.

— Нет.

— Вредина.

— Да.

— Почему он светиться? — ворчливо спросил любимый мужчина, и я не сдержавшись улыбнулась.

— А что, тебе не нравится? Смотри, какая красота кругом, ночник не нужен.

— Не думай, что тебе так всё сойдет с рук, — прижимая меня к себе сказал Леша.

Я устроилась удобнее в его объятьях и уснула.

Я останавливаюсь возле его двери и неуверенно поворачиваю ручку, дверь с легкостью открывается и я вижу Лешу. Он сидит за рабочем столом и морщится, читая какие-то документы. Моя уверенность крепнет, я подхожу к нему и сбрасываю все документы со стола.

— Василиса, что ты делаешь?

Я мягко улыбаюсь и расстегиваю пальто, Леша осматривает меня с ног до головы, его зрачки расширяются.

— Сюрприз.

— Обожаю сюрпризы, — Леша подходит ко мне и проводит руками по голой груди.

— Не замерзла?

— Замерзла, но ты ведь меня согреешь, — страстно шепчу я, пока он наклоняется ко мне для поцелуя.

Дальше все происходит стремительно, вот мы стоим, целуемся, а вот мы уже на диване, я расстегиваю его рубашку и целую крепкое, накаченное тело. Любимый вздрагивает и учащенно дышит из-за моих поцелуев, которые становятся всё смелее.

Наконец-то, я добралась до ремня брюк, чувствую, как Леша замирает, когда я снимаю с него штаны и боксеры. Наклоняюсь, над его членом. Он у него такой большой и длинный, я провожу языком по всей его длине и дразнящим движением языка провожу по головке, Леша выпускает сквозь зубы воздух и сжимает мои волосы. Меня это ещё больше заводит, и я начинаю медленно брать его в рот.

— Да! — рычит Леша, когда я ускоряю свои движения. — Поласкай себя, — властно говорит любимый.

Я как будто ждала только его слов и с удовольствием начинаю терзать пальцами свой клитор, застонав от удовольствия, я выпускаю из рта член и провожу языком по его яичкам.

Я чувствую, что Леша готов кончить, поэтому я снова беру в рот его член. Моя киска вся мокрая, я просто истекаю соками, чувствую, как внизу живота стягивается узел.

— Давай малышка, вместе со мной.


Я открываю глаза, и встречаюсь с карими глазами Михайловского, у меня даже голова кружится от возбуждения, моя киска сочиться соком, это просто издевательство, я закрываю глаза и хныкаю.

— Хочешь, я тебе помогу, — хрипло шепчет Леша.

— Ага, сейчас.

— Васька, не вредничай, тебе плохо, я вижу, я обещаю, что буду тебя трогать только пальцами и языком, — прошептал этот искуситель, знает когда предлагать, как заманчиво звучит. — Соглашайся, — нависает надо мной Леша.

Я промолчала, но ему и не нужно было что-то говорить, он увидел ответ в моих глазах. Я хотела его, но больше всего на свете я хотела разрядки, моё тело просто жаждало, чтобы напряжение и мучительная боль внизу прошла.

Леша молча стянул с меня пижамные шортики, вместе с трусиками и улегся между моих ног. Я надеюсь, это сейчас мне не сниться и я, наконец-то, кончу.

* * *

Но Леша быстро доказал, что всё происходит реально. Он нежно раскрыл мои складочки пальцем и потрогал клитор.

— Какая ты мокрая, расскажешь, что я делал во сне?

— Михайловский!

— Что?

— Если я сейчас не почувствую твой язык на моей киске, я тебя придушу, — прорычала я.

Леша довольно ухмыльнулся и всосал мой клитор, я закричала и кончила.

Офигеть! В моей голове была пустота, тело вздрагивало от оргазма, но напряжение не ушло, я хотела ещё.

— Так быстро ты от меня не отделаешься, — услышала я голос Леши, он практически пил мой сок от оргазма, я чувствовала его губы, язык возле входа во влагалище.

Я сжала свою чувствительную грудь и шире раздвинула ноги, Леша понял намек и стал входить в меня языком. М-м-м, как это приятно, как хорошо.

— Я тебя сейчас съем, такая сладкая киска, — промычал Михайловский, я сжала его волосы и притянула к себе, нечего отвлекаться от процесса на болтовню.

Через минут пятнадцать я снова кончила, только этот оргазм был намного острее, чем предыдущий.

— Стало легче? — спросил Михайловский, когда я пришла в себя.

Он смотрел на меня с жадностью, с голодом. Я сладко потянулась и встала с дивана.

— Ты куда?

— Одеваться на работу, — хмыкнула я.

— Но…

— Что? — спросила я с интересом, посмотрев на Лешу.

— Ты же понимаешь, — раздраженно сказал Леша.

— Понимаю, но я, не ты, помогать не буду. Сам справишься, у тебя для этого две руки есть на выбор, — ответила я и удалилась в комнату.

Жалко ли мне Михайловского? Нет, не жалко. Он при мне трахал не одну девушку, их было много, больно до сих пор, поэтому я так просто не забуду. А чтобы забыть нужно отомстить, потом забыть, что отмстила и снова забыть.

Я оделась в строгие брючный костюм, собрала волосы в высокий хвост.

Разве не красотка? Покрутившись перед зеркалом, я пошла пить свой любимый зеленый чай. Пока я пила чай, Леша успел сходить в душ, прийти на кухню, посмотреть на меня укоризненно, и принялся готовить завтрак.

— Тебе готовить?

— Нет, — покачала я головой.

Пока Леша стоял возле плиты, я любовалась его накачанной задницей, так и хочется ущипнуть. Спрятав улыбку за кружкой, я подошла и ущипнула Лешу

— Ай! Ты что? — обижено сказал Леша, потирая свою пятую точку.

— А то, что на боксеры нужно одевать штаны, и ты бы поторапливался, время идет, пока ты поешь, пока выберешь себе одежду, — закатила глаза я.

Леша так внимательно меня слушал, что забыл за, что на меня обижался. Пока он пытался найти ответ, я смылась к себе в комнату, нужно накраситься, и морально подготовиться к будущему разговору.

Когда мы уже были в пути, я закусывала себе губу и все пальцы издергала, как же сказать?

— Говори, — сказал Леша, внимательно на меня посмотрев.

— Я боюсь, что тебе не понравится то что ты услышишь, — ответила я.

— Это связано с компанией?

— Да.

— Говори.

— Леш, по документам которые я вчера проверяла, я заметила большие неточности, но это ничего, эти неточности были сделаны специально, чтобы скрыть кое-что масштабное.

— Что?

— Вас обкрадывают.

— Что?

— Вас с Киром в течение года доили каждый месяц, причем суммы астрономические.

— Кто?

— Не знаю, но похоже людей несколько, каждый подчищает косяки, человека четыре из разных должностей, причем кто-то из охранников или.

— Сам начальник охраны, — горько сказал Леша.

— У меня пока нет доказательств, мне нужно больше документов, но тогда они могут понять, то что я ищу.

— Не поймут, сейчас проверки, кипишь. Скажешь, что тебе нужно, я сам возьму документы и тебе дам.

— Что будет, если я окажусь права?

— А что, ты сейчас сомневаешься?

— Нет, но я должна на руках иметь доказательства.

— Зайчонок, мне достаточно твоих слов.

— Михайловский, я серьезно!

— И я, — ответил Леша. — Проверишь сегодня все ещё раз, а там будем созваниваться с Киром и решать проблему.

— Хорошо, — ответила я, отворачиваясь к окну.

Как только мы приехали в офис, Леша сразу отправился за документами, которые мне были нужны, и через 10 минут принес ещё больше документов, чем мне нужно было.

— Ты зачем столько принес?

— Проверь всё.

— Что?

— Так, Василиса Сергеевна, с начальством не спорят.

— Слушай, Михайловский, ты представляешь сколько я буду все это разбирать?

— Да.

— Ты мне мстишь, за диван?

— Нет, дорогая, это было бы слишком просто, я придумал, кое-что другое.

— Что?

— Не скажу, — улыбнулся Леша и вышел из кабинета.

Вот, как так-то? Я теперь от любопытства и ожидания сойду с ума. До обеда я сгрызла себе весь маникюр, но так и не додумалась, что он мог придумать. Самое опасное, что он меня знает и все мои "фи" особенно.

Когда, Алексей Валерьевич вальяжно зашел ко мне за 10 мин до обеда, я поняла пощады ждать не стоит.

— Собирайтесь, Василиса Сергеевна.

— Куда? — нервно спросила я.

— Васька, выдохни убивать не буду.

— Вот это и пугает, — прошептала я.

— Ты знаешь, что у тебя сексуальная попка?

— Знаю, я на эту попку очень много сил потратила в спортзале.

— Она у тебя и раньше была огонь, — сказал Леша, когда мы зашли в лифт

— Ты засматривался на мою задницу?

— Зайчонок, ты ходила передо мной в одной футболке, конечно я засматривался, я же мужик.

— Знала бы раньше…

— Что? Не ходила бы?

— Не ходила, — буркнула я.

— Врешь. Давай сегодня вечером в кино?

— У тебя в компании воруют, а ты в кино, — прошептала я, когда мы выходили из лифта.

— Зайчонок, мне что теперь, не спать? Я уверен, что мы во все разберемся и отдохнуть не помешает.

— Кир тебя убьет.

— Вполне возможно, а может и поймет, — подмигнул мне Михайловский.

— Поехали уже, — с улыбкой сказала я.

Мне было почему-то так хорошо, мы общались, как раньше: легко и непринужденно.

Но все веселье кончилось, когда мы подъехали к торговому центру.

— Только не говори, что ты так жесток?

— Ты про, что дорогая?

— Лешенька, ну прости, хочешь мы продадим диван?

— Нет, солнце моё, пошли, — сказала Леша выходя из машины.

Он подошел открыл дверь с моей стороны.

— Я никуда не пойду, — покачала головой я.

Леша наклонился ко мне и прошептал:

— Зацелую.

— Пф, напугал.

Леша стремительно сократил между нами расстояние и поцеловал меня, я ответила на поцелуй и не заметила, как этот засранец вывел меня из машины, очнулась только, когда он включил сигнализацию.

— ТЫ!

— Да я, пошли, или я тебя понесу.

— Я не пойду.

— Сама напросилась, — хмыкнул Леша, закинул меня на плечо и потащил к торговому центру.

Мамочка дай мне сил это пережить.

— Ненавижу, — прошипела я.

— Меня или шоппинг.

— И тебя и шоппинг, — на последнем слове я даже вздрогнула.

Подумаешь шоппинг, да? А вот ничего подобного, Леша это обожает, может по магазинам ходить до пяти часов, для меня это ужас в чистом виде. Я терпеть не могу магазины, что можно выбирать часами?

— Готова? — спросил Леша перед входом.

У него в голосе было столько радости, предвкушения, убить готова.

— Я тебе отомщу, — предупредила я.

— Буду ждать, — весело сказал Леша и зашел в торговый центр со мной на плече.

Глава 3

Василиса


— Я тебя ночью подушкой придушу, — угрожала я Михайловскому, когда он тащил меня к очередному бутику.

Что за человек, у нас 18 пакетов с одеждой, и чего там только нет. Я думала, что мужикам проще с одеждой, выбор не большой, но это я просто не ходила с Лешей по магазинам. Мы ходили с ним за подарками, за одеждой для меня, за одеждой для Кирилла, но ему мы покупаем первый раз, и я хочу, чтобы он был последний. Пускай сам себе ходит, покупает.

— Сейчас купим мне боксеры и пойдем тебе что-нибудь выберем, — довольно мурлыкал Леша.

Вы видели, когда-нибудь как у мужика глаза горят от покупок. Нет, вот и я нет. Только вот сейчас передо мной живой и безумно довольный пример.

— Ты маньяк? — действительно, если только тряпочный, хотя может и сексуальный, я уже сильно не помню насколько он хорошо.

Вру конечно, он просто бог в постели. Для каждой женщины любимый мужчина бог.

— Может быть, — улыбнулся мне этот красивый засранец.

Вот как можно злиться, когда он устраивал мне стриптизы из примерочной, шутил, развлекал меня как мог и скрашивал мой личный ад, но я всё равно буду ворчать, удовольствие, конечно, сомнительное.

Когда мы зашли за боксерами, у Леши глаза разбежались, он не знал какие выбрать, как ребенок закусывал губу и хмурился. Я пыталась громко не смеяться и не отвлекать его от такого занимательного занятия.

— А как ты относишься к слоникам?

— Дорогой, эти слоники давно устарели, на них даже скидку сделали почти 80 %, их давно никто не берет.

— А я никогда не брал, не для кого было, — расстроено сказал Леша, а у самого глаза так блестят.

— Если хочешь, бери.

— Но тебе не нравится.

— Причем здесь я, мне что ли их носить?

— Я хочу, чтобы ты оценила их на мне.

— Прости, но я даже сейчас это представляю, и смеяться хочется, ты не боишься, что когда я их на тебе вижу, то у тебя комплексы появятся?

Леша хмыкнул, взял себе пару слоников, обычные боксеры и потащил меня в женский отдел нижнего белья.

— Здравствуйте, вам что-нибудь подсказать, — подбежала к нам продавец консультант и главное в упор меня не замечает, а моего Михайловского просто глазами пожирает, сейчас кто-то останется без волос.

— Спасибо, но я в состоянии выбрать комплект для своей девушки, если нам нужна будет помощь мы вас позовём, — поняла, выкуси, а то тут губу раскатала, брюнетка длинноногая, стоп, как он сказал.

Когда девушка отошла, я прошептала:

— Ты почему меня своей девушкой назвал? — требовательно спросила я, нет я не против, но согласия я ещё не давала.

Он мне все мои нервные клетки ещё не отработал. А ведь с этим дефицит, нервные клетки восстанавливаются долго, поэтому чтобы всё было честно, он должен потратить клеток не меньше меня.

— Дорогая ты своё лицо видела, я просто подтвердил твоё поведения.

— Какое у меня было лицо? — нахмурилась я.

— "Не подходи, убью", — рассмеялся Леша. — Ревнуешь, зайчонок?

— Ещё чего, было бы кого ревновать, — фыркнула я, схватила первый попавшийся комплект и скрылась в примерочной.

Комплект я взяла на два размера больше, а выходить было стыдно я села на пуфик и задумалась над происходящем. Мне нравится, что Леша не наседает, но я могу долго вот так себя вести, может можно с ним уже, наконец-то, спать и просто пить его кровушку?

— Василиса, вот примерь я сам выбрал, — Леша засунул свою руку в примерочную с какой-то тряпочкой.

Я взяла у него комплект и пришла к двум выводам: первый — у дизайнеров кончилась ткань и они решили скроить комплект из ниточек или лоскутков, вообщем что у них там осталось, то и использовали, и второй вывод то, что Михайловский обнаглел.

— Ты совсем, я такой даже примерять не буду, — заворчала я.

— Слабо? — раздался насмешливый голос Михайловского.

Вот гад, подумала я и стала раздеваться, ведусь как дура, знает, на что давить.

Я быстро переоделась и посмотрела в зеркало. И что толку я его одевала, могла бы и голая постоять эффект был бы тот же.

— Василиса, хватит трусить, — сказал Леша, зашел в примерочную и застыл от увиденного. Когда я встретилась с ним взглядом, то поняла, кирдык выдержки Михайловского, а во всем виноваты эти тряпочки, честное слово.

Леша рыкнуд и припечатал меня к стене примерочной, страстно целуя.

Божечки, что же это делается, вот так за шторкой люди, хотя…..

* * *

Леша оторвался от моих губ и прошептал:

— Хочу тебя, у меня от тебя просто крышу сносит!

Я замерла перед ним и не знала, что сказать, что сделать, но Леше и не требовались мои слова. Он приблизился ко мне и стал осыпать нежными поцелуями мою шею, его руки сжимали мою грудь, я часто задышала и застонала, когда он отодвинул трусики и вошел в меня пальцем.

— Ты хочешь, меня зайчонок, — довольно сказал Михайловский.

— Нет, — нагло вру.

— А если так? — Леша согнул во мне палец, таким образом прикасаясь к моей чувствительной точке.

— Не хочу, — застонала я, Леша поцеловал меня в губы, чтобы заглушить мои стоны, а его палец в это время медленно и не спеша сводил меня с ума.

— Врешь, — прошептал Леша, добавляя к пальцу ещё один, я уже истекала соками, грудь ныла, голова кружилась.

— Не хочу, — противилась я.

— Какая ты у меня гордая, — прошептал Леша возле моего уха. — Любимая.

Любимая? Любимая? Он сказал, любимая?

— Что? — прошептала я, его большой палец закружил возле моего клитора, мысли стали теряться, ещё немного и я кончу, прикусив губу, я выгнулась.

— Ты меня хочешь?

— Нет, — шепчу я, оргазм так близок, я практически чувствую его.

— Хорошо, нет так нет, — ответил Леша, вытащил из меня пальцы и вышел из примерочной.

Я просто сползла по стенке на пол и не могла понять, что только что произошло, мне всю трясло от неудовлетворенности.

Алексей.

Я усилием воли вышел из примерочной, член стоял колом, в голове билась только одна мысль вернуться и оттрахать, наконец-то, Василису так, чтобы у неё все мысли из головы вылетели. Но я хочу, чтобы она призналась мне в том, что хочет меня, чтобы потом не говорила, что я воспользовался её телом.

Как теперь находится рядом с ней? Я боюсь сорваться, причинить ей боль. Я растрепал свои волосы и сел на пуфик возле примерочной. Меня раздирали противоречивые чувства. Через пять минут из примерочной вышла Василиса, она положила в руки мне нижнее бельё и молча вышла из бутика.

— Девушка, заверните мне этот комплект — сказала я, протягивая комплект продавцу-консультанту, я просто обязан его купить, Василиса в нем шикарна.

Расплатившись, я пошел искать Василису, она стояла возле машины и хмурилась

— Домой или в офис?

— Офис, — буркнула Васька.

— Ты обиделась?

— Да.

— Думаешь мне легко?

— Нет, но я думаю, что ты оборзел! Я просила меня не трогать!

— Это было выше моих сил.

— Дорогой, если ты нарушил мой запрет, то мог закончить начатое, а не убегать, — прорычала Василиса.

— Я хотел, чтобы ты признала, что тоже хочешь меня.

Василиса замолчала и отвернулась к окну.

— Неужели так сложно было сказать, что ты меня хочешь?

— Да, сложно!

— Почему?

— Михайловский, поехали в офис, мне работать нужно.

Хорошо, не хочет говорить, не буду настаивать. Я завел машину и поехал в сторону офиса, хотя работать совсем не хотелось. Я лучше бы целый день провел с Василисой: гулял, смотрел фильмы, занимался с ней любовью, долго и со вкусом. Наслаждался бы её стонами, криками. Прижимал бы к себе её вздрагивающее тело. Я настолько всё реалистично представил, что моё и так возбужденное состояние ухудшилось, я расстегнул рубашку, открыл окно, пытаясь хоть немного прийти в себя.

— Что такое? Тебе плохо? — спросила Василиса.

И что мне ответить?

— Все нормально, просто жарковато.

— Точно?

— Да.

— Ты выглядишь не здоровым, — сказала Василиса и тут у меня в голове родилась восхитительная идея.

— Знаешь, зайчонок, я действительно себя плохо чувствую, может поедим домой? — так теперь главное лицо жалобней сделать.

— Конечно, — согласилась Василиса, обеспокоено на меня поглядывая.

Когда мы приехали домой, Василиса отправила меня в кровать.

— Может полежишь со мной? — жалобно спросил я, переодевшись в спортивные штаны, футболку я решил не одевать.

— Я не знаю, — растеряно сказала Василиса, поедая меня глазами.

— Зайчонок, мне так плохо, прошу тебя, — ответил я.

— А что с тобой, что болит? — нахмурилась Васька.

— Голова, — я же не уточнил какая, значит не соврал, — в жар бросает.

— Ты наверное простыл, — расстроено сказала Василиса.

— Может быть, так ты полежишь?

— Конечно, только схожу в аптеку, возьму порошок, пока ты не свалился нужно его выпить, — сказала Василиса и быстро вышла из дома.

Так, и что бы придумать. Я засуетился по квартире, как я буду её соблазнять? Наткнувшись на ноутбук, я улыбнулся, правильно, начнем с просмотра фильмов, а дальше буду действовать по ситуации.

Когда Василиса пришла домой, я уже лежал на кровати и выбирал фильм для просмотра.

* * *

Пока Василиса была на кухне, я окончательно выбрал фильм для нашего просмотра.

— Вот, выпей, — зашла Василиса со стаканом в руке.

Я поморщился от перспективы пить, эту горькую гадость.

— Пей, ты же не хочешь болеть! — настаивала Василиса.

Я взял у неё стакан и глубоко вздохнул, перед тем как выпить эту горячую гадость, практически кипяток, фу как противно, но что не сделаешь ради любимой девушки.

— Молодец, теперь ложись к вечеру надеюсь, полегчает.

— Ты же придешь ко мне смотреть фильм? — жалобно спросил я.

— Может, тебе лучше поспать?

— Васька, ну, пожалуйста.

— Леша, ты как маленький ребенок, — нахмурилась Василиса.

— Хорошо, не хочешь со мной смотреть фильм, не смотри, — сказал я повернувшись к ноутбуку, раздался глубокий вздох Василисы.

— Хорошо, я посмотрю с тобой фильм, — всегда помогает. — Только я переоденусь.

Пока Василиса ходила из комнаты в ванную, я наблюдал за ней и представлял её без одежды.

— Что ты так на меня внимательно смотришь? — спросила Васька.

А я даже не слышал, что она сказала, смотрел на её футболку, которая плотно обтягивала грудь.

— Михайловский, ты меня вообще слышишь?

— Что? — очнулся я от видения, где снимаю эту футболку вместе с лифчиком и впиваюсь губами и зубами в её сосочки.

— Что ты так на меня смотришь?

— Я задумался, — ответил я.

— Что за фильм выбрал?

— "Нимфоманка".

— Я не буду смотреть этот фильм!

— Чем тебе не угодил этот фильм? — с улыбкой спросил я.

— Например, названием. "Нимфоманка" — это что за озабоченный фильм будет?

— Давай посмотрим интересно же.

— Михайловский, да ты извращенец, не буду я смотреть нимфоманку, если мне нужно сбросить напряжение я могу включить трехминутный ролик и готово.

— Так быстро?

— Если я возбужденна, то быстро. Слушай, мы не об этом, я не хочу смотреть этот фильм, — показывая пальцем на экран ноутбука, сказала Василиса.

— Хорошо, — я потянулся к ноутбуку, но Василиса меня определила.

— Не понял.

— Что ты не понял? Ты болеешь, вот и лежи, а я сама выберу нам фильм, — ответила мне довольная Василиса.

— Но я хотел…

— Знаю я, что ты хотел, — закатила глаза Василиса.

Через минуту молчания, Василиса спросила:

— "Шанхайские рыцари" или "Доспехи Бога", — почему я не сомневался, что она выберет фильмы со своими любимым актером.

— Какую часть? -

Ты про доспехи?

— Да -

А ты какую смотрел?

— Давай посмотрим 3?

— Хорошо, — ответила Василиса и включила фильм.

— Иди ко мне, я тебя обниму? — предложил я, а то легла от меня слишком далеко.

Василиса подозрительно на меня посмотрела, но легла ко мне. Я прижал к себе Василису и носом зарылся в её волосы. Моя рука нежно погладила её по плечику, Василиса замерла.

— Михайловский, ты что удумал?

— К черту фильм, — прорычал я и подмял под себя Василису.

Василиса вцепилась в мои плечи. Облизав губы, она хрипло сказала:

— Ты забыл, что трогать меня нельзя, пока я не захочу?

— Мне отпустить тебя? — прошептал я, целуя чувствительное место за ушком, Василиса застонала и прижалась ко мне.

— Только попробуй, — выдохнула моя девочка, её руки прошлись по моей спине и сжали ягодицы.

— Плохая девочка, — мурлыкнул я.

Василиса сжала ногами мои бедра и перевернула нас, сев на меня сверху она стянула футболку и расстегнула лифчик.

— Ты ещё не знаешь, насколько я плохая, — усмехнулась Василиса, погладив мой пресс.

Я потянулась к ней и укусил её за сосок.

— Значит мы идеальная пара, плохая девочка для плохого мальчика, — сжав её грудь, прошептал я.

Как я мечтал её так ласкать, у неё такая грудь, отпад. Василиса оттолкнула меня от себя и встала на кровати, стянув шортики, она сказала.

— Ты сначала докажи, что ты плохой.

Я уронил свою девочку на кровать и стал осыпать страстными поцелуями её живот, спускаясь все ниже и ниже. Разведя её ножки в стороны, я провел языком по её киске. Моя сладкая и вкусная девочка.

— М-м-м! — застонала Василиса и сжала мои волосы.

Я ласкал её киску языком и кайфовал. Её вкус, запах будоражили мои инстинкты, мне хотелось утащить её в пещеру и никуда не отпускать, а только вкушать этот десерт из её соков и стонов.

— Леша! — закричала Василиса, когда я всосал её клитор. Я чувствовал, как она вся сжалась, что ещё пару движений и она кончит. Я отстранился от Василисы.

— Михайловский, убью, — прошептала Василиса с безумными глазами, её дыхание было учащенном.

Я быстро стянул с себя спортивные штаны вместе с боксерами и подмял под себя Василису.

— У меня нет защиты, — вспомнил я. ТВОЮ МАТЬ!

— Забей, если ты в меня сейчас не войдешь, я тебе его оторву, — со злостью прошептала Василиса, схватив меня за волосы она впилась в меня поцелуем.

— Детка, я уже тебя боюсь, — усмехнулся я после поцелуя.

— Я больше не могу, — простонала Василиса, я чувствовал жар её лона, с легкостью подавшись вперед, я вошел в Василису. Она была настолько узкая, горячая. Сжав зубы, я сдерживался, чтобы не кончить. — Ты будешь двигаться, или мы так и будем лежать?! — требовательно сказала Василиса, а меня разобрал смех, как она может даже в такой момент столько говорить?

— Ты что смеёшься? — возмутилась Василиса, и я заржал в голос.

— Ты обнаглел?

— Нет родная, — отсмеявшись сказал я и вышел из Василисы, чтобы резко в неё войти, она застонала и закрыла глаза. Медленно и глубоко, я хотел довести Василису, чтобы она потеряла голову и кончила, но Василиса не разделяла мои желания, она перевернула меня и села сверху. Встретившись с её горящими глазами я понял, сейчас меня в первый раз в жизни трахнут.

* * *

Василиса


Я посмотрела в бесстыжие глаза Михаловского и коварно улыбнулась.

— Ты очень плохой мальчик и я тебя сейчас накажу.

— Плётку принести? — изогнув бровь спросил Леша.

— А у тебя есть? — с интересом спросила я, сжав мышцами лона его член.

— Василиса, — простонал Леша, сжимая руками мои бедра.

— Что? — выдохнула я и медленно задвигалась.

— Зайчонок, не останавливайся, — простонал Леша, пытаясь двигаться вместе со мной.

Я хотела повредничать, но эмоции поглотили меня, я чувствовала его внутри себя и мне было хорошо. В моих движениях постепенно стала появляться резкость, мне хотелось глубже, сильнее. Я откинула голову назад и практически прыгала на Леше. Наши стоны, шлепки наших тел, все смешалось в кучу, я практически кричала, я чувствовала, что оргазм так близко, ещё пару движений и мой мир разобьется на осколки.

— Зайчонок, я больше не могу, — простонал Леша.

Михайловский нежно погладил мой клитор и у меня потемнело в глазах, я впилась ногтями в Лешину грудь и закричала.

Леша перевернул меня на спину и стал быстро в меня вбиваться, через пару движений он зарычал и кончил в меня.

Было ощущения полета, как будто я лечу и мне так хорошо. Леша скатился с меня и прижал к себе.

— Вредина моя. — через пару минут сказал Леша

— Не твоя, — тихо ответила я.

— Что?

— Леша, секс это хорошо и приятно, но я не твоя женщина, — сказала я, вставая с кровати.

— Васька ты обнаглела?

— Ты мне даже о чувствах своих ни разу не говорил, — обижено сказала я и Леша растерялся.

— Я… — начал Леша, — (замолчал).

Я часто заморгала, чтобы не заплакать.

— Вот когда наберешься смелости тогда и поговорим об отношениях, а сейчас прости, но я хочу побыть одна.

Я вышла из спальни и зашла в ванную, закрывшись я настроила воду и встала под душ. Почему-то после секса не пришло чувство удовлетворения, я не счастлива, скорее всего наоборот раздавлена, мне плохо. Помывшись я не пошла в спальню, где сейчас находился Леша, я легла на свой розовый диван, завернулась в плед и свернулась калачиком. Иногда боль просто разъедает тебя изнутри и в такой ситуации помогает только крепкий сон, ты даешь себе отдых, чтобы проснуться и продолжить жить дальше. Я закрыла глаза и погрузилась в сладкий сон, где нет боли и страданий.

Глава 4

Василиса


Утро

Я проснулась от запах цветов. Было ощущения, что я нахожусь в цветочном магазине. Открыв глаза, я часто заморгала, от изобилия ярких красок в комнате. Весь зал был усыпан красными шарами в виде сердца, на полу стояли вазы и корзины с цветами: розы, тюльпаны, здесь даже были такие цветы которых я и название не знала. Сев на диване, я с восхищением все рассматривала, на губах заиграла улыбка. Это всё для меня? Пока я, как маленькая, обходила все цветы и нюхала их, в комнату вошел Леша. Он был в фартуке и с подносом, на котором стояла кружка с зеленым чаем, и свежо испечённые булочки, от которых шел изумительный аромат.

— Доброе утро, — смущено сказал Леша.

— Доброе, — робко улыбнулась я.

Увидев мою реакцию, Леша улыбнулся.

— Присаживайся, я принес тебе завтрак.

Я села обратно на диван и натянула на себя плед.

— Как вкусно пахнет, — я взяла в руку булочку и глубоко вдохнула аромат свежей выпечки, даже слюнки потекли. С наслаждением откусила булочку и застонала. М-м-м, как вкусненько!

— Ты сам или заказал? — с набитым ртом спросила я.

— Заказал, — Леша с умилением наблюдал, как исчезают булочки с тарелки.

— Спасибо, — я съела всю сдобу и с удовольствием медленно пила зеленый чай, наслаждалась запахом цветов в комнате, да и сам вид был незабываем, никогда не думала, что такое увижу и прочувствую.

— Пожалуйста, я хотел сделать тебе приятное.

— У тебя получилось. Ты скупил весь магазин?

— Может быть, — уклончиво ответил Леша.

Я пила чай и не знала, что сказать, ощущения после вчерашнего вечера остались смешанные, но я хорошо помню боль перед сном. Чтобы не портить себе настроение, я пыталась спрятать горечь своих чувств глубоко в душе и просто насладиться утром, побыть немного просто женщиной, без мозгов и чувств желательно.

— Вась, — начал Леша и замолчал.

— Я тебя слушаю, — спокойно ответила я, хотя внутри начался мандраж.

Как скажет сейчас, что не сможет ответить на мои чувства и придет мне конец, вся внутренняя нервная система полетит к чертям.

— Я не знаю, почему до сих пор не говорил тебе этого… Может боялся, или был не готов. После выпускного, я понял, что влюблен в тебя и…

— Стоп! Что? — громко спросила я.

— Я люблю тебя, — уверено сказал Леша, посмотрев на меня своими карими глазами.

— Меня больше интересует когда ты это понял? — со злостью спросила я, не могу себя контролировать, эмоции бьют ключом и требуют сейчас вылить чай на голову одному редкостному идиоту.

— Я люблю тебя с выпускного. Подожди не злись дай мне объяснить, — поднял ладони вверх Михайловский.

— Попробуй.

— Я влюбился в тебя и испугался.

— Чего? — воскликнула я, не сдержавшись.

— То, что мои чувства пройдут, стоит нам только переспать. Я боялся сделать тебе больно.

— Боялся сделать, — усмехнулась я.

— Я понимаю, как сейчас это звучит, но поверь именно в тот момент я думал, что поступаю правильно. Я пытался понять насколько это серьезно.

— Трахая других баб.

— Да, у меня были женщины, но ты всегда была в моей голове, и я решился на серьезные действия, я пытался проявлять тебе знаки внимания, как к женщине, а не как к другу.

— Что?

— Да пытался, но ты даже не замечала моих попыток.

Я нахмурилась и пыталась вспомнить что-нибудь такое.

— Видишь, ты даже не видела этого, и тогда я соблазнил тебя, — признался Леша.

— Соблазнил? — ещё больше удивилась я.

— Да, наша первая ночь была запланирована мной, — сказал этот бесстыжий гадёныш, зачем наливать на его голову чай, ведь можно просо об его голову разбить кружку.

— Тогда объясни мне на милость, почему ты вышел на кухню такой удивленный и обескураженный? — требовательно спросила я, сильно сжимая кружку с чаем.

— Я был удивлен, что ты готовишь нам завтрак, — всё это просто НОКАУТ.

Я вытаращила на него глаза и хватала ртом воздух. Отвернувшись от Леши, я встала и закружила по комнате. Вцепившись руками в свои волосы, я застонала в голос. Боже, вооот же дураааааа!

— Василиса.

— НЕ говори ни слова, — сказала я.

Я пыталась успокоиться, но как это сделать если чувствуешь, что когда-то совершил самую большую ошибку в жизни, хотя стоп!

— А почему ты меня не остановил, когда я убежала? — показывая на Лешу пальцем.

— Я думал, что ты переживаешь, что мы перешли границу между друзьями, и хочешь подумать над этим. Я хотел дать тебе три дня на раздумья и пригласить на свидание.

— Поэтому ты не появился в офисе на следующий день?

— Да, я думал, что могу тебя оттолкнуть этим.

— Но почему ты не поехал за мной? Почему не вернул? — сквозь пелену слез спросила я.

— Я подумал, что ты больше не хочешь меня видеть, но я звонил, писал, ты не хотела со мной говорить, скидывала звонки, — обижено сказал Леша.

— И ты запил?

— Да, запил. Я бухал полгода, но боль не проходила, это не помогло, — сказал Леша и я горько усмехнулась.

Бедный и несчастный мужчина, он ведь выбрал сдаться и жалеть себя, а не бороться за меня.

— Пытался меня забыть, трахая других?

— НЕТ! Я два года ни с кем не спал, не смог.

— Но прошло два года, — покачала головой я. — Неужели ты не мог решиться приехать ко мне.

Леша вышел из зала и принес из комнаты толстую папку. Открыв её я увидела всю свою жизнь за два года: что я ела, пила, с кем спала.

— Разве не было видно, что я тоже не особо счастлива? — спросила я, показывая фотографию возле пруда, я сидела на лавочке и плакала навзрыд это были самые тяжелые месяца в моей жизни, я отрывала от себя Лешу с мясом, не ела, не спала, в больницу даже попала с истощением.

— Я просмотрел эту папку только на днях, — Леша опустил свои глаза в пол.

— Почему?

— Боялся увидеть тебя счастливой с другим, — с тяжелым вздохом сказал Леша, по моим щекам побежали горючие слезы обиды, но почему он такой трус?

Вытирав слезы, я достала четыре фото со своими любовниками и сунула их Леши под нос.

— Нравится?

— Зачем ты так?! — закричал Леша, откидывая фотографии в сторону.

— А затем, что этого могло и не быть если бы ты был хоть чуточку посмелее и не так труслив!

— Ты и из себя не строй мученицу, тебе было проще молчать многие годы, и убежать потом от меня, разве это с твоей стороны не трусость?

Я хотела накричать на него, сказать, что он не прав, но я не смогла. Ведь в отношениях не может быть виноват только один, виноваты оба и каждый по-своему.

— Прости меня, — прошептал Леша, взяв мою руку и поцеловал каждый пальчик по отдельности. — Я не должен обвинять тебя, я действительно боялся ответственности, трусил, вел себя не достойно.

— Я не знаю, что я сейчас чувствую, не знаю как себя вести. Я думала, что услышав от тебя слова любви я буду счастлива, но я в рассеянности, между нами очень много недопонимания, обид. Дай мне время, я не могу сейчас сказать тебе прощаю я тебя или нет, смогу ли я переступить через свои обиды и закрыть страницу с прошлым.

— Я дам тебе время, но знай в этот раз я не уступлю, — серьезно сказал Михайловский.

Он поцеловал меня в лоб и вышел из зала, я сидела и смотрела ему вслед, вот почему любовь такая сложная штука?

* * *

Алексей


Я так и не мог уснуть, передо мной постоянно всплывали слова любимой, её глаза, из которых лились горькие слезы. Я корил себя за то что не мог произнести ни слова о своих чувствах, когда она упрекнула меня, в тот момент я словно разучился говорить. Я ещё долгое время находился в ступоре, очнулся только тогда, когда Васька вышла из ванной и не пришла ко мне в спальню.

Я решил не трогать её сейчас, да если честно сам не знал, как поступить, что сказать? Ведь она достойна лучшего, а не просто люблю тебя, все должно быть красиво. Странные мысли. Не похожие на меня, никогда не считал себя романтиком, но с Васькой всё по другому, хочется на руках её носить, петь серенады, или что там обычно делают под окнами.

Обдумывая идеи, которые приходили в мою голову, я решил действовать. На часах было 3 утра, я оделся и тихо вышел из спальни. Укрыв Василису пледом, который она благополучно уронила на пол, я вышел из квартиры.

Цветы я обычно заказывал через интернет, но сейчас хотелось проветриться, поэтому лично поехал за цветами в круглосуточный магазин. Первое что мне попалось это маленький ларек, остановившись возле него, я с трудом достучался до девушки которая благополучно спала на своем рабочем месте. Подавив раздражение от такой халатности и некомпетентности, я попросил завернуть все цветы, что у них есть.

— Как это все? — спросила сонная девушка.

— Это значит все цветы, что у вас есть в наличии, — разъяснил я.

Девушка похлопала глазами, оценивающе посмотрела на меня, оценила мой внешний вид, машину, и только потом принялась заворачивать цветы.

— Может вам только розы нужны? — лениво сказала девушка рассматривая фронт работ на полчаса, не меньше.

— Мне нужны все, — повторил я, сам в это время искал в интернете, где находятся поблизости ещё магазины.

Рассчитавшись с девушкой, я поехал в другой магазин намного больше. Девушки в этом магазине вели себя профессионально и вежливо. Они не удивились, когда я попросил все цветы из их магазина. И предложили доставить мне их на дом в течении полутора часа, оплатив заказ и доставку, я довольный вернулся домой. Дома я начал суетиться и искать куда поставить цветы, и когда привезли остальные, я практически взвыл в голос. Да половина цветов завянет, прежде чем Васька их увидит. Воспользовавшись интернетом я нашел продавца вазами. Звонил я ему долго, но на 10 попытке меня ждала удача и мне ответили злым, хриплым голосом.

— Жить надоело.

— И вам доброго утра, — жизнерадостно сказал я.

— Мужик, ты на часы смотрел?

— Да, там как раз пол шестого.

— Слушай, я лег час назад, если по делу то говори быстро.

— Мне нужно вазы.

— Перезвони в обед, и мы обсудим какие есть в наличии, — громко зевнув, сказал мужик.

— Мне нужно сейчас, в течение часа.

— Что?

— Плачу тройную цену за каждую.

— Твою мать! — прорычал мужик.

"Милый, что случилось?" — раздался женский голос.

— Малышка спи, я сейчас приду, — нежно ответил мужчина и вышел, как я понимаю из спальни — Сколько?

Я осмотрел цветы и прикинул в уме, сколько мне понадобиться ваз.

— Мне нужно сорок ваз, желательно высоких и 10 небольших, получается 50.

— Мужик ты не мог вот раньше об этом подумать или спал, спал и решил что вазы нужны? — усмехнулся мужик.

— Я любимой сюрприз сделать хочу, цветы некуда поставить.

— Сильно накосячил?

— Да, — кратко ответил я.

— Адрес говори, — со смешком сказал мужик.

Как только я сказал ему адрес, мужик порадовал меня.

— Тебе просто грандиозно повезло, я живу рядом с тобой, через два дома, — воскликнул мужик.

Через полчаса мы вместе затаскивали вазы в дом.

— Ты если второй раз накосячишь, лучше днем звони, — усмехнулся Андрей, считая деньги за вазы.

— Спасибо, — ответил я.

— Вот держи это тебе от моей жены, — сказал Андрей, протягивая мне маленький пакет.

— Что там?

— Воздушные шары, она сказала, женщинам это нравится, моя так просто с ума сходит по шарикам, у нас этого добра куча.

— Спасибо, — поблагодарил я.

Когда Андрей вышел, я принялся украшать зал, надувать шары к семи я полностью вымотался, и именно в этот момент я вспомнил, что не мешало бы Ваське завтрак приготовить, побоялся не успеть, поэтому просто заказал булочки. Пока я рассчитывал курьера и наливал зеленый чай, Василиса проснулась.

Она улыбалась и ходила между вазами, нюхала цветы, я был рад, что ей всё понравилось. Но дальше все пошло не по плану, я хотел красиво признаться в своих чувствах, но моё признание потонуло в обвинениях и разбирательствах.

Я огорчился, вышел из зала, когда Василиса сказала о том, что ей нужно время. Пока принимал душ, чувствовал себя отвергнутым, но потом как-то полегчало. Я сказал это самое главное, я смог переступить через себя, осталось помочь это сделать и Василисе.

Но после нашего разговора Василиса выглядела задумчивой и притихшей. Отвечала мне на мои вопросы кратко. Было ощущения, что она воздвигает между нами большую кирпичную стену, отдаляется, закрывается от меня. Как я не пытался разрядить атмосферу шутками, приколами. Я даже пытался злить Ваську, но она просто молчала или отвечала мне с безразличием. Подъехав к зданию офиса, я остановил Василису, когда она хотела выйти из машины.

— Почему ты так себя ведешь?

— Как? — спросила Василиса.

— Вот так, ты отдалилась от меня не реагируешь на мои шутки, на вопросы отвечаешь однозначно.

— Михайловский, может, ты шутишь не смешно, — усмехнулась Василиса.

— Зайчонок, пожалуйста не отстраняйся от меня — сказал, сжимая руку Василисы.

— Леша, я тебе уже говорила мне нужно время, — сказала Василиса, убирая свою руку, и вышла из машины.


Василиса


Я вышла из машины в полном смятении. Видела ли я Михайловского с таким взглядом в адрес женщины? Нет, не видела! Я видела, как он улыбается и поедает своих баб глазами, но чтобы вот так смотреть на кого, с такой безграничной любовью, я, наверное, если бы сама не видела, не поверила, что Леша умеет так смотреть.

Вот или я полная дурында, или просто слепая: как можно было не видеть то, что написано у него на лице несколько лет. Хотя, может, он скрывал это, как и я. Вот дураки! Столько лет прошло в пустую?!

Я улыбнулась, ступор после признания прошел окончательно. Вместе со ступором прошли и нелепые мысли, и вся трагичность ситуации.

Нужно ли мне теперь время, чтобы простить Лешу. Нет, не нужно. Я только что простила ему все его косяки, но не забыла, конечно. Думать, как ему отомстить тоже нет смысла, потому что я ещё то наказание. Он ведь не знает меня в образе своей девушки, только как друга. А это очень большая разница.

Леша за мной не пошел, так и остался сидеть в машине, правильно, пускай сидит, пускай думает, как вымолить мою благосклонность. Обдумывая своё поведения с Лешей, я не заметила и врезалась в Вадима, который стоял с букетом цветов и ждал меня. Улыбка медленно исчезла с моих губ, я нахмурилась и посмотрела на букет лилий.

— Я боялся, что пропущу тебя, — с улыбкой сказал Вадим, когда я с осторожностью приняла букет, как будто бомбу замедленного действия в руки взяла.

Потому что, если Леша увидит в моих руках букет от другого мужчины, я не знаю, что он может сделать от бешенства. Я бы, например, убила, если бы сейчас какая-нибудь мадам подбивала клинья к моему Михайловскому.

— Спасибо за цветы, Вадим, — ответила я, заставляя себя улыбаться.

Кошмар, как же фальшиво я улыбаюсь.

— Василиса, давайте вместе пообедаем?

Я задумчиво прикусила губу, вот так в лицо сейчас ему говорить о том, что у него шансов нет, не совсем хорошо.

Значит скажу за обедом, как раз не будет лишних ушей и взбешенных боссов

— Хорошо, встретимся в кафе внизу, — крикнула я и стартанула к лифту, потому что оскал Михайловского мне совсем не понравился.

Леша не успел подбежать к лифту, как он закрылся, я перекрестилась, дождалась когда лифт прибудет на наш этаж, быстрым шагом пошла в свой кабинет. Убрав сумку в шкаф, я села за стол и замерла смотря на цветы, которые я благополучно определила на диван, и на дверь. Шаги Михайловского по коридору я сразу услышала и, не знаю почему я это сделала, но я залезла под стол.

Леша зашел в мой кабинет и медленно прошелся по нему.

— Васька, выходи, иначе я сам тебя найду, — с нежностью сказал Леша.

Я покачала головой в знак отрицания, жаль Михайловский не видит мой отрицательный ответ.

— Не хочешь значит сама, — тихо сказал Леша и сел на мое кресло, отодвинувшись он с улыбкой посмотрел на меня.

— Привет, — улыбнулась я. — А я тут чистоту проверяю, какой кошмар столько пыли.

— Василиса, — протянул Леша.

— Что? — главное глазки по наивней.

— Что делает букет лилий у тебя на диване? Я сегодня недостаточно тебе подарил цветов?

— Букет лежит. А про цветы, конечно, недостаточно, — а то скажу, что достаточно, больше не подарит, знаю я мужчин, стоит расслабиться и все один цветочек на 8 марта.

Леша ехидно улыбнулся и вытащил меня из-под стола, усадив на него. Затем он встал и пододвинулся ко мне, я сглотнула, потому что почувствовала его возбуждения.

— Василиса, — мягко сказал Леша, схватив меня за волосы, он притянул меня к себе. — Если ты чего хочешь, тебе стоит сказать, но я не хочу видеть в твоих руках цветы от другого мужчины.

— Не рано ли ты начинаешь ставить мне условия? — прошептала я, губы Леши в легком поцелуи коснулись моей щеки.

— Ты моя женщина, и сейчас я тебе это докажу, — сказал Леша и резко стащил меня со стола, я не успела прийти в себя, как оказалась лежащей на столе животом. Леша погладил меня по попе и сильно шлепнул по ней.

— Ай, ты обнаглел?

— Да, — услышала я в ответ.

У меня даже ответа не нашлось на его наглость, он приподнял мое платье и застонал.

— У тебя такой вид сзади, — хрипло сказал Леша, сжимая мою попу.

— Какой? — с интересом спросила я и меня снова шлепнули.

— Ты сдурел?! — взвизгнула я, правая ягодица загорела огнем.

— Это за то, что даешь шанс другому мужчине.

— Я никому не давала шанс! — возмутилась я.

— Ты приняла цветы, — эх, хорошо, что он про кафе не знает.

— Я красивая женщина, и имею право принять красивый букет, — разозлилась я.

— Да я завалю тебя этими цветами!

— Ты сначала завали, а потом возмущайся, и вообще я не твоя женщина, отпусти меня, — сказала я, пытаясь встать.

— Моя! — рыкнул Леша и отодвинул мои трусики в сторону, наконец-то, а то все разговаривать да разговаривать, я усмехнулась.

Леша раскрыл пальцами мои губки и зарычал в голос.

— Влажная, готовая, — прошептал мой маньяк и вошел в меня пальцем.

Я закусила губу и приподняла попу, за что опять получила по левой ягодицы.

— Я тебя убью, — пообещала я.

Леша вытащил пальцы и вошел в меня, одним резким толчком.

— А-а-а! — застонала, когда только успел снять штаны.

Леша брал меня грубо и беспощадно, мой стол ходил ходуном, голова кружилась, внизу живота было жарко, каждый толчок приносил всё больше и больше удовольствия.

— Леша! — застонала я, чувствуя приближение оргазма.

Леша специально замедлился и практически не двигался.

— Михайловский!

— Ты моя? — очень вовремя мистер обломщик.

— Нет, — из вредности сказала я и Леша вышел из меня, поправив на мне трусики, он опустил платье.

Я в шоке повернулась к нему, мои ноги дрожали, руки тряслись, я была на грани.

— Куда ты собрался? — возмутилась я, когда Леша одел штаны и пошел к двери.

— Работать, — усмехнулся Михайловский, открыл дверь и повернулся к взбешённой мне. — Если передумаешь, то знаешь, где меня найти, — подмигнул Леша и вышел.

Как раз вовремя вышел, потому что я уже бросила в него степлер, который попал в закрытую дверь.

Сев на кресло, я судорожно поправила волосы. Убью гада, вот успокоюсь и придумаю, как отомстить, он ещё помучается. Всё Михайловский, это война!

* * *

Я не могла успокоиться, даже документы и цифры мне не помогли. Психанув я пошла к Леше. Открыв дверь, я зашла и увидела довольную улыбку Михайловского. Думаешь, что победил дорогой? Как бы не так! Я улыбнулась Леши и закрыла дверь на замок.

— Ты не против, если я у тебя посижу? — спросила я, снимая туфли и забираясь на его диван.

Хм, у него он больше, мой маленький, что за дискриминация по служебной лестнице?

— Ты сейчас легла, а не сидишь? — заметил Леша.

Умничка, какой наблюдательный у меня мужчина.

— Так ты не против?

— Нет, — медленно сказал Леша, ещё не понимая к чему я виду.

Я улыбнулась и закрыла глаза, положив руку на грудь, я сжала её и застонала, грудь была настолько чувствительна, что прикосновение дарило боль и наслаждение одновременно, трусики давно были мокрыми насквозь.

— Василиса, — хрипло сказал Леша.

— Не мешай.

Я медленно стала опускать ладонь вниз, туда где больше всего жаждала ощутить прикосновения своих пальцев. Раздвинув ноги, я погладила себя сквозь трусики. Но мне этого было мало, поэтому я отодвинула трусики в сторону и ласково прикоснулась к себе. Застонав, я стала ласкать себя, иногда входя в себя пальцами, при этом не забывая про твердую горошинку.

Я слышала, как Леша учащенно дышит, но не могла заставить себя открыть глаза и посмотреть на него. Я была погружена в собственные ощущения, желания. Через несколько минут, я выгнулась на диване и захныкала от удовольствия. Открыв глаза, я посмотрела на возбужденного Михайловского, он сидел за столом в напряжённой позе, его руки сжимали край стола.

Улыбнувшись, я поправила одежду и встал, облизав свой пальчик, я мурлыкнула.

— Вкусно.

И повернулась к двери. Открыв дверь, я повернулась к Леше.

— Кстати, я так и не надумала, — улыбнулась и вышла.

"Вкусновато, но маловато", думала я, присаживаясь за свой рабочий стол. Время, кстати, приближается к обеду. Нужно сходить расставить все точки над I с Вадимом, а потом снова разбираться с воровством, потому что здесь так запутали и накрутили, что мама не горюй, как распутать не представляю.

Горестно вздохнув, я отодвинула папки в сторону и поспешила в кафе, пока ко мне не нагрянул босс с удовлетворением своих желаний, а то додумается повторить мой подвиг. Я представила, как это бы выглядело и возбудилась. Нужно обязательно потом попросить Лешу поласкать себя, думаю будет горячо.

Так, Василиса, хватит летать в пошловатых фантазиях в главных ролях с Михайловским, берем себя в руки и вперед отшивать мужчину.

Когда я зашла в кафе, Вадим уже сидел за стоиком и ждал меня.

— Что тебе заказать? — вежливо спросил Вадим.

— Спасибо Вадим, но ничего не нужно, я хотела с тобой поговорить, — начала я.

— Значит помирились, — усмехнулся Вадим.

Я замолчала и посмотрела на него с подозрением, маска дружелюбности сменилась на холодное безразличное лицо. А вот глаза мне больше всего смутили, сколько в них расчетливости и ума.

— Я хотел по-хорошему.

— Интересный поворот разговора, — заметила я.

— Не люблю умных женщин. Они всегда лезут в ненужные дела, куда им лезть не стоит. Вредно для здоровья.

Я приподняла бровь, интересно угрожаем, как весело проходит мой обед.

— Василиса Сергеевна, вам не стоит продолжать копать, — прямо сказал Вадим.

— Вы так думаете?

— Я знаю, Кирилл и Алексей перешли дорогу очень серьезному человеку, и этот человек хочет стереть их с лица земли, отобрать у них всё.

— И вы ему в этом помогаете?

— Я больше слежу за тем, чтобы все шло по плану.

— Почему?

— Все просто, деньги, — усмехнулся Вадим.

— Зачем вы мне это все говорите, ведь я могу рассказать Леше.

— Можете, но тогда его просто убьют.

Я задохнулась от прилива гнева, хотелось выцарапать глаза этому Вадиму.

— Что вы хотите? — с трудом спросила я.

— Мне нужно, чтобы вы подчистили за нами, — усмехнулся Вадим.

Сволочь.

— Предлагаете обокрасть своего мужчину?

— Нет, спасти ему жизнь. Если раньше времени они узнают о воровстве успеют спасти компанию, если нет, то через пару месяцев компания погрязнет в долгах и они останутся на руинах, у них испортится репутация, они окажутся на дне.

— Ясно, — прошептала я и замолчала.

— Василиса, если Вы сделаете всё, как я сказал, то он останется жив, — усмехнулся Вадим.

— Но какие гарантии я получу, что вы сдержите слово?

— Я всегда держу свое слово, — грубо ответил Вадим.

— Сомнительные гарантии от вора, но я согласна на Ваши условия.

Главное сейчас нужно выглядеть напряженной и переживать, иначе он не купится.

— Я рад, что мы с Вами поняли друг друга, — он положил на стол пару купюр. — И, повторюсь, если об этом разговоре узнает Алексей, вам обоим будет плохо и вы не успеете убежать из страны, как ваш друг. Поэтому будьте благоразумны.

Вадим улыбнулся и поцеловал меня в щеку. Вот скотина!

Так, а теперь как мне рассказать об этом Леше? Интересно его прослушивают? Наверное и дома не безопасно, что же делать?

Глава 5

Алексей


Раздался стук в дверь, я надеялся, что это пришла моя хулиганка, но, как оказалось, это был всего лишь Вадим

— Что-то случилось? — нахмурился я.

— Я хотел поговорить.

— Я, кстати, тоже. Хватит подбивать клинья к моей женщине! — рявкнул я, и Вадим заржал.

— Вот об этом я и хотел поговорить, точнее, рассказать кое-что интересное, — с ухмылкой сказал Вадим.

— Говори.

— Ты только обещай сразу в драку не кидаться?

— Не обещаю.

— Кирилл просил меня приударить за Василисой.

— Что? Зачем?

— Чтобы ты раскрыл глаза и начал действовать. Сегодня утром я понял, что вы справились и без катализатора, — усмехнулся Вадим.

— Тебя это насмешило?

— Нет, меня насмешило то, как открыто вы палитесь и пытаетесь вычислить, кто обворовывает компанию, — хмуро сказал Вадим.

— Как ты узнал?

— Ты прости, но я не дурак, и дело Василисы смотрел, плюс такая тщательная проверка всех документов, многие занервничали. Скажи, неужели ты до сих пор мне не доверяешь? Лех, ведь кроме всего прочего нас объединяет прошлое, где я не раз доказывал тебе, что я не предаю.

— Извини, нужно было сразу тебе обо всем рассказать.

— Так вот, я вспылил и сегодня наговорил Василисе угроз, типа это я под началом депутата граблю нашу компанию.

— Не понял.

— Я хотел проверить, как она будет действовать, если на неё нажмут. И поверь, теперь это точно произойдёт, вы слишком открыто роете, — нахмурился Вадим.

— И как ты давил?

— Сказал, что если она не подчистит косяки, то тебя убьют, — усмехнулся Вадим.

— Очень смешно, и где сейчас Василиса?

— В своём кабинете, или она делает то, что я сказал, или думает, как обо всем рассказать тебе. Надеюсь на второй вариант, а то придётся с неё глаз не сводить, мигом сломают.

— Да мы в начале и не в таких передрягах были, думаю, скажет мне, — по крайне мере я на это надеюсь, а то придётся провести с Василисой воспитательную беседу, хотя я не против, особенно после выступления, которое она мне устроила сегодня. Моя испорченная девочка.

— Раз морду мне бить никто не будет, я пошёл работать, сегодня вечером к вам заеду, пообщаемся

— Будем ждать, — усмехнулся я.

Надеюсь, Васька оставит его живым, когда узнает правду.

Василиса

Я сгрызла себе все ногти, но так и не решилась пойти сразу к Лёше и все ему рассказать, вдруг его прослушивают. Я ещё хочу его видеть живым и здоровым, не зря ведь я столько лет ждала. Блин, ну почему сейчас? У нас только всё с ним начинается, а здесь снова какие-то проблемы.

Я приземлилась своей попой на кресло и покосилась на документы. Нет, не буду ни за кем ничего чистить! Чтобы я, и своими руками загубила дело всей жизни своих мальчиков? Хрен им, пусть обломятся.

Не знаю, как я дотерпела до вечера, даже всю дорогу домой кусала губы, но молчала, боялась вдруг в машине прослушка. Нужно было в подъезде сказать, но я дурочка задумалась о том, как начать разговор. А когда зашли в квартиру, застонала в голос, ведь и дома могут слушать.

Приложив указательный палец к губам, я потащила Лёшу в ванную комнату, включила воду и повернулась к нему, чтобы тихим шёпотом все рассказать. Но увидев, что Михайловский скатился по стеночке, и ржёт, практически плача, я нахмурилась и рявкнула.

— Что смешного?

— Ой, не могу, ты бы себя со стороны видела, — сквозь смех говорил Михайловский.

Ничего не понимаю! Я что-то пропустила?

— Михайловский, хватит ржать, объясни мне всё нормально.

— Боюсь, Васька, ты захочешь меня после этого убить, — улыбнулся Лёша и попятился из ванны.

— Так, а ну ка говори!

— Васька, ты главное помни, я узнал только за час до конца рабочего дня.

— Михайловский, хватит тянуть кота за яйца, говори!

Лёшу спас от неминуемой гибели звонок в дверь.

— Вот пускай он тебе всё сам и рассказывает, — улыбнулся Лёша.

Я повернулась и пошла открывать.

— Ты? — практически зарычала я, открыв дверь, увидев Вадима.

Алексей

Я смотрел, как Василиса внимательно слушает рассказ Вадима и медленно звереет.

— Ты знал? — спросила Васька, когда Вадим закончил свой рассказ.

— Да, он знал, я сразу после нашей встречи зашёл к нему и всё рассказал, — с улыбкой сказал Вадим.

Ну, спасибо друг, помог.

— Ты знал, что я схожу с ума и молчал? — сузив глаза, спросила Василиса.

— Мы хотели посмотреть, как ты отреагируешь, — добродушно сказал Вадим.

Смертник! Сейчас нужно молчать и поменьше говорить.

Василиса улыбнулась так, что мне стало нехорошо.

— Я сейчас приду, — с оскалом сказала Василиса и ушла в комнату.

— Это хорошо, что она так спокойно отреагировала, — сказал Вадим.

Я не успел его предупредить о его заблуждениях, как Васька вышла из комнаты с плёткой в руках. Серьёзно? У нее есть плётка?!

— Мальчики, как вы относитесь к БДСМ? — сладко протянула Василиса.

— Плохо, очень плохо дорогая, — прошептал я, спрыгивая с дивана.

— А что так? Я вижу, у тебя сразу голос прорезался, и не смеёшься больше? — усмехнулась Васька.

— Я немного не понимаю, причём здесь БДСМ? — озадаченно сказал Вадим.

— Так я тебе сейчас объясню, — улыбнулась Василиса.

— Беги! — крикнул я, и надо отдать должное, у Вадима хорошая реакция, только Васька злее и быстрее сейчас, по заднице ему знатно прилетело.

— ТВОЮ МАТЬ! — заорал Вадим

— Что такое? Больно? Ох, ну ты потерпи сначала нужно привыкнуть к ощущениям, после 10 раз будет хорошо.

— 10 раз? — возмутился Вадим, убегая от Василисы.

Это было очень смешно здоровый мужик убегает от маленькой Василисы и постоянно подпрыгивает, если удары плети достигают своей цели.

Я ржал до слез, пока не пришла моя очередь.

— Малышка, я не готов к таким экспериментам, — усмехаясь, сказал я, отступая от Василисы.

— Котик, но я так люблю эксперименты, — прошептала Василиса и бросилась на меня, я увернулся от плётки и скрутил Ваську.

— Беги, Вадим, дверь за собой закрой, завтра поговорим, — сказал я.

Вадиму больше ничего и не нужно было, он быстро вышел из зала, поглаживая свой зад и постанывая.

— Михайловский! — кричала Василиса, пытаясь, вырваться из моих объятий

— Прости меня моя хорошая. Я засиделся с документами, а потом в машине стало смешно, ты так себя вела, — у меня вырвался смешок.

— Отпусти меня, — Васька пыталась укусить меня за руку.

Ай! Какие острые зубы у моей девочки.

Я дотащил Ваську до дивана и уронил ее на него, придавив сверху.

— Гад! — шептала Васька.

— Согласен.

— Сволочь!

— Бесспорно.

— Ненавижу!

— А я тебя люблю, — сказал я и поцеловал свою разбойницу.

Василиса ответила на мой поцелуй со всей страстью, но через несколько минут сильно укусила за язык.

— Ай, бойно! — промычал я.

— Будешь знать, как затыкать мне рот, — злорадно ответила Василиса.

Я обиженно засопел и слез с Василисы, язык болел.

— И нечего так на меня смотреть, заслужил, — неуверенно ответила Василиса.

Я отвернулся от неё, и Васька засмеялась.

— Ты такой смешной.

— Оттань, — промямлил я, Василиса рассмеялась ещё громче.

— Не шмешно!

— Ну не обижайся, это я должна обижаться, — возмутилась Василиса.

— Но не кушатша же, — заметил я.

Ох, ничего себе, как она меня куснула. Мне кажется или он у меня опух?!

Я вытащил язык и пытался его потрогать, Василиса снова закатилась от смеха.

Фыркнув, я пошёл в ванную смотреть, что стало с моим языком. Вот неугомонная, чем он ей насолил? Разве он плохо себя вёл? Разве он не доводил ее до оргазма? Я был возмущён, а мой язык вдвойне.

— Лёша, ну что там? — спросила Васька с другой стороны двери.

Я гордо промолчал, разглядывая свой язык.

Выйдя из ванной, я так же молча пошёл в спальню. Раздевшись, я лёг спать.

— Сильно болит? — обеспокоенно спросила Василиса, прыгая ко мне на кровать.

Я отвернулся от нее. Нужно было беспокоиться прежде, чем кусаться.

— Лёшечка, ну ты чего, хочешь, я подую на ваву, и всё пройдёт?

— Неть, — ответил я.

— Гордый значит?

— Угу.

— А если я тебе за задницу укушу?

— Што?

— Я просто давно уже хочу.

От испуга за свою задницу, я лёг на спину и, нахмурившись, посмотрел на свою немного сдвинутую подругу.

— Шокнулась?

— Ага, от любви к тебе?

— Не-е-е-т это у тебя врождённое.

— Может и так, ну ты же ведь меня и такой любишь? — прижавшись ко мне, спросила эта лиса.

Да главное глазки такие сделала, что вся моя обида растаяла, как будто ее и не было.

Я улыбнулся и поморщился от боли в языке, прижав к себе Ваську, я с удовольствием вздохнул ее запах. Она у меня немного чокнутая, иногда, но такая любимая, что можно с этим смириться.


Утро

Василиса


Я так и уснула, не переодевшись в объятьях Михайловского, который очень долго постанывал от боли в языке.

Да, немного переборщила, зато стало легче. Я бы сказала легче вдвойне, от того, что Лешку никто убивать не будет и от того, что отомстила обоим.

Я улыбнулась от воспоминаний, того как убегал от меня Вадим. Ох, нужно было на камеру снимать, а потом его шантажировать. Я такой шанс упустила.

— И что это ты с утра так улыбаешься? — подозрительно спросил Лёша, приоткрыв один глаз.

— Тебе лучше?

— Да, но целоваться я с тобой пока не хочу, — хмыкнул Лёша.

— Подумаешь, я тоже не хочу, ты сначала зубы почисти, — ответила я.

— У меня, что изо рта пахнет? — нахмурился Михайловский.

— Не знаю, не нюхала, но гигиена — прежде всего, — я подняла палец вверх и слезла с кровати.

— Я в ванную, — крикнула я.

— Стой, дай я сначала в туалет схожу! — воскликнул Михайловский.

— Знаешь, что мой друг, я утром тоже писать хочу, поэтому я первая, — показав язык, я скрылась в ванной.

Ненавижу, что туалет и ванная вместе, неудобно! Пописав, я открыла двери, и стала раздеваться.

— А ты выйти не хочешь?

— Михайловский, ты чего стесняешься? Как совать мне его в ротик так ничего, а как писать так стесняшка, — усмехнулась я, вставая под душ.

— Я тебе его в ротик не совал, — язвительно сказал Лёша.

— А хочется, не правда ли? — проказливо улыбнулась я.

— Василиса!

Я закатила глаза, закрыла шторку.

— Я сейчас водичку включу, и твоё журчание совсем слышно не будет, — усмехнулась я.

— Ты невыносима! А если я по большому?

— Так, а что? Подумаешь попукаешь немножко, ты главное освежитель воздуха не жалей, а то я тут моюсь, — поучительно сказала я, настраивая воду.

— Невыносимая, — пробурчал Лёша.

Через пару минут я услышала журчание. Молодец, справился со смущением и облегчился. Уважаю прям! Я бы так не смогла, выгнала бы точно.

* * *

Помывшись, я, наконец-то, покинула обитель ванной и уступила ее в полное распоряжение Михайловскому. Он с утра что-то не в духе, дуется, что ли из-за языка? Ай я яй, нужно исправлять, умаслить мужика. А что может его умаслить? Правильно, сытный завтрак! Я решительно направилась на кухню, вытащив яйца, помидор и колбаску, приступила к готовке.

Когда Лёша вышел из ванной, по всей квартире стоял туман и невыносимый запах гари. Ох, ведь не просто так не готовлю, ой не просто так. Поэтому и перешла на правильное питание: заказала или сварила в водичке, и нет проблем. Ни жарить, ни тушить — у меня со всем этим проблема, и даже комплексы большие, что я за женщина такая? Вот именно в таком состояние и нашёл меня Лёша. Я сидела за столом, рядом стояла пригоревшая сковородка, слезы лились в три ручья.

— Зайчонок ты что? Обожглась? — обеспокоенно спросил Лёша, осматривая меня с ног до головы.

— Нет.

— Тогда почему ты плачешь?

— Я плохая хозяйка, я не умею готовить, — ответила я и снова заплакала.

— И?

У меня даже слезы пропали.

— В смысле «И»?

— В прямом, как будто ты раньше этого не знала, — закатил глаза Лёша.

— Это сейчас обидно, — неуверенно сказала я.

— Тут не на что обижаться, я знаю тебя не один год и готовка просто не твоё, так зачем мучиться, славу богу я хорошо зарабатываю, можно есть в ресторане, заказывать еду, в конце — концов, я могу сам готовить, — сказал Лёша, вытирая мои слезы.

— А ты меня накормишь? — спросила я.

А что? Если он предлагает, я не буду отказываться.

— Накормлю, только прошу, помой сковородку, или давай её сразу выкинем, — улыбнулся Лёша.

— А так можно? — я с обожанием посмотрела на Лёшу, скажи, пожалуйста, что мы её выкинем

— Думаю, что нужно — усмехнулся Лёша, убирая со стола сковородку. Слава Богу!

Он пошёл по квартире открывать окна, а я сидела довольная собой. Хорошо когда тебя принимают такой, какая ты есть.

* * *

После того, как меня накормили вкусным и сытным завтраком, я лениво поедала колбаску, и пила зелёный чай.

— Как быстро ты перешла с правильного питания, — усмехнулся Лёша, наблюдая как ещё один кусочек колбаски устремляется в мой рот.

— Ты меня упрекаешь? — нахмурилась я, наслаждаясь вкусом колбасы, жирной калорийной, м-м-м.

Только все равно спортом нужно заниматься, а то я быстро наберу вес.

— Нет, просто вспомнил, с каким ты независимым видом поедала свою капусту, — рассмеялся Лёша, а я просто добродушно улыбнулась.

— Я могу воспользоваться спортзалом, который находится на нашем этаже? — спросила я, вымыв за собой кружку.

— Да, это же Кир для себя сделал, поэтому можешь пользоваться, я тоже могу составить тебе компанию.

— Давай лучше по очереди, — усмехнулась я.

— Почему? — спросил Михайловский, медленно двигаясь в мою сторону.

— Потому что я ещё не надумала, — улыбнулась я.

Лёша подошёл ко мне и усадил на стол. Я не противилась, а ждала дальнейших действий.

— Зайчонок, — протянул Лёша, погладив меня по щеке, затронув большим пальцем мою нижнюю губу.

— Что? — прошептала я и поймала палец Лёши зубами, прикусив, я облизала его, и глаза Михайловского стали цвета тёмного шоколада.

Любимый плотоядно улыбнулся и медленно осмотрел меня с головы до ног, одной рукой он нежно поглаживал мою шейку, распространяя по всему моему телу импульсы желания. Вторая рука, сначала слегка погладила мою коленку, и стала медленно подниматься по бедру, я учащённо задышала и закрыла глаза, наслаждаясь ласками Лёши.

— Ты сейчас так красива, растрёпанные волосы, влажные губы, лицо, отражающее удовольствия от моих манипуляций с твоим телом, твёрдые соски, жаждущие моего прикосновения, влажная киска, — шептал Лёша, погладив мою киску сквозь трусики. — Я мог бы сейчас встать на колени и вылизать тебя, потом поставить раком и трахнуть, так чтобы потемнело в глазах, — продолжал шептать Михайловский.

Я ещё больше возбудилась и начала постанывать, как руки и тепло Михайловского исчезло. Я медленно открыла глаза, посмотрела на Лёшу, на его лице была такая мука.

— Ты можешь сказать, что только моя и получишь все, что я сказал, даже ещё больше, — хрипло произнёс Лёша.

Я сидела на столе с расставленными ногами, учащённо дышала и ждала до боли только его, но так просто я не могу дать ему в руки все тузы, поэтому с моих губ с лёгкостью слетело слово:

— Нет.

Михайловский закрыл глаза и глубоко вздохнул через нос. Выдохнув, он открыл глаза, последний раз окинул меня страстным взглядом и вышел из кухни.

Я услышала, как в ванной комнате зажурчала вода, кто-то пошёл принимать холодный душ. Проказливо улыбнувшись, я слезла со стола и пошла в сторону спальни, менять свои трусики. Нет, с этим Михайловским я не успеваю их менять и стирать, сколько можно. Хотя-я-я-я, я готова менять свои трусики до конца жизни, если он так будет меня доводить, а потом трахать до безумия.

Представив, что ждёт меня в конце нашей войны, или можно сказать поединка я блаженно улыбнулась и замурчала мотив любимой песни. Так интимные салфетки, новые трусики, красивый строгий костюм, высокие каблуки, пучок на голове, который выглядит неряшливо, но все это господа тонкая творческая работа одной ленивой особы, не хочу мучиться с волосами.

Хмыкнув, покрутившись перед зеркалом, я вышла в коридор и встретила Михайловского, собранного в деловом синем костюме, он был задумчив и серьёзен.

— О чем задумался старче? — усмехнулась я.

— Что будет со мной, когда ты забеременеешь? — задал риторический вопрос Лёшенька.

Ох, милый, поживем, увидим, но если использовать свои экстрасенсорные способности, то тебя ждёт далёкое — далёкое будущее, где твоя нервная система будет подвергаться мучительной обороне и издевательству, но ты устоишь, я вижу это.

Засмеявшись, я прошла мимо Лёши.

— И что ты сейчас смеялась?

— Ничего мой хороший, — сказала я, чмокнув Михайловского в щеку.

Опа, да я волшебница мужик у меня зацвёл и больше лобик не хмурит, красота-а-а.

— Поехали, нам ещё с Вадимом поговорить нужно, — сказала я, уверенно нажимая на кнопку вызова лифта.

— Может я один? — осторожно предложил Лёша.

— Не-е-е-т, я тоже хочу, — с улыбкой сказала я.

Вадим ещё легко отделался в первый раз, нужно это изменить.

* * *

Алексей


Когда мы зашли через служебны вход, то сразу увидели Вадима, который не успел скрыться от Василисы. Я подавил ухмылку и с трудом держал серьезное выражение лица.

— Вадим! — окликнула его Василиса, когда он собирался подойти к лифту.

Вадим повернулся к нам и подождал, пока мы подойдем к нему. Молодец, даже не вздрогнул.

— Здравствуйте Василиса Сергеевна, Алексей Валерьевич.

— Вадим, а как ты себя чувствуешь после наших экспериментов втроем? — громко спросила Василиса, так чтобы слышал охранник.

— Хорошо, — сдержано ответил Вадим.

— Попа не болит? — с насмешкой спросила Василиса, и охранник подавился чаем.

Я не смог сдержаться и громко засмеялся. Схватив любимую, я затащил ее в лифт, и сказал Вадиму:

— После обеда ждём в кабинете, — с ухмылкой сказал я.

Он произнёс одними губами, где я могу его ждать и куда мне идти.

— Он нас только что послал? — невинно спросила Василиса, когда двери лифта закрылись.

— Да родная моя, и зачем ты устроила этот цирк?

— Разве было не весело?

— Зайчонок, сейчас пойдут сплетни, — поморщился я.

— Так на это и был расчёт.

Васька светилась от счастья.

— Напомни мне, больше тебя не расстраивать, — улыбнулся я.

— Надеюсь, ты сам это запомнишь, — улыбнулась Василиса.

Когда мы поднялись на наш этаж, Василиса вскрикнула:

— Чуть не забыла, — она начала рыться в своей сумке. — Вот, нашла, здесь список документов, которые мне нужны.

— Зачем тебе документы за прошлый год? — нахмурился я.

— Дорогой, не задавай вопросов, а просто принеси. (53d6)

— Ты что-то обнаружила?

— Да и если ты будешь хорошим мальчиком и принесёшь мне документы до обеда, то после обеда все узнаешь, — улыбнулась Василиса, потрепав меня за щеку.

Она пошла в свой кабинет, а я забыл о документах и не сводил глаз с её задницы, мне захотелось облизнуться. Я застонал и поднял голову вверх, эта женщина сведёт меня с ума.

Глава 6

Василиса


Зарывшись в бумаги, я лихорадочно считала цифры, сравнивала, отнимала, я была так близка, ведь все было на поверхности, но как назло стоило мне ухватиться за что-нибудь, за неточную цифру, опечатку, всё доказательства рассыпались, как карточный домик.

— Черт! — зарычала я и скинула со стола все бумаги.

Видок у меня, наверное, ещё тот: растрёпанная, злая. Посчитав до 50, я начала ползать по полу и собирать бумаги.

— Зайчонок, ты решила довести меня окончательно? — раздался голос Михайловского, и я стукнулась головой об стол. Твою…..

— Михайловский! — рыкнула я, вылезая из-под стола и направляясь к нему.

Он испугано сделал шаг назад, но я не дала возможности ему смыться, и запрыгнула на него, обхватив его талию своими красивыми ножками.

— Я устала, — прошептала я, положив голову на плечо Лёши.

Михайловский прифегел от такого поворота событий и осторожно присел на диван, поглаживая меня по спине. Я от такой нежности заплакала.

— Солнышко, ты чего снова плачешь? — прошептал Лёша, вытирая мои слезы.

— Устала, не могу найти, — призналась я.

— Что найти?

— Не знаю.

— М-м-м, это как?

— Понимаешь, я чую, что вот — вот я найду то, что покажет мне на вора. Это понятно, что кто-то из бухгалтерии ворует, но кто из 14 человек. Здесь чётко прослеживается 4 фамилии, подписи, отчёты, и я почти нашла, но постоянно что-то ускользает, я как будто что-то не замечаю. Я так с ума сойду, — призналась я.

— Зайчонок, пошли ко мне в кабинет, я напою тебя вкусным кофе, булочками, ты отдохнёшь, потом посмотришь на все свежим взглядом и всё увидишь.

Блин, как мне с ним повезло, но ему это необязательно знать, у него и так самооценка слишком завышена.

— Хорошо, ты меня отнесёшь? — спросила я, заглядывая в красивые глазки Михайловского.

— А сама не дойдёшь? — вскинув бровь Лёша.

— Я хочу на ручках, — улыбнулась я и поцеловала Лёшу в носик, ути мой сладенький.

Лёша засмеялся и поднял нас с дивана, ухватив меня за ягодицы, он сжал их.

— Эй! — возмутилась я такому приятному произволу.

— Что «эй»? Это моя компенсация, ты, моя дорогая, не такая уж и лёгкая.

— Что? Ты хочешь сказать, что я толстая? — нахмурилась я, когда Лёша вынес меня из моего кабинета.

— Я хочу сказать, что ты совсем не пушинка, зайчонок, — насмешливо сказал любимый и посадил меня на свой диван, чтобы я не возмущалась, мне в руки дали свежесваренный кофе и пододвинули тарелку с булочками.

Я с наслаждением отпила кофе и не смогла сдержать стон, как вкусно, как давно я не пила вкусный кофе.

— Ты прощён, — прошептала я, и с трепетом потянулась к булочке.

Пока я ела булочку, и жмурилась от удовольствия, Лёша смотрел на меня с умилением и какой-то непонятной, щенячьей нежностью.

— Что? — спросила я с набитым ртом.

— Ешь солнышко, ешь.

А что я? Спорить, что ли буду? Нет, не буду, потому что нужно успеть съесть ещё одну булочку пока не пришёл наглый начальник охраны и не увидел мое богатство.

* * *

Вспомнишь о нем, и оно всплывет, не успела я съесть свою булочку, как в кабинет постучались, и после разрешения в него зашел Вадим. Он окинул меня недовольным взглядом и сел напротив меня. Я прикусила себе язык, а то ведь хотела возмутиться, что это без разрешения начальства присаживаем свою наглую филейную часть. Но чувствуется мне, как раз филейной частью, только своей конечно, что Вадима лучше сейчас не трогать.

— Сейчас, Василиса доест, и мы начнем, — спокойно сказал Леша, поглядывая на меня с улыбкой.

Я благодарно ему улыбнулась и продолжила есть.

Вадим в свою очередь сидел напротив и прожигал злым взглядом. Я пережёвывала булочку с особой тщательностью, чтобы не подавиться, ведь чувствовала что нужно есть быстрее, так нет. Как я могла проглотить такую вкуснятину и не насладиться вкусом, вот теперь сижу и давлюсь.

— Хватит так на меня смотреть, это моя булочка. Если хочешь, иди и купи себе сам, — выпалила я и вгрызлась в свое лакомство.

Леша засмеялся, а Вадим снова глотал воздух ртом.

Да-а-а-а, я умею выбить почву из-под ног. Коварная я.

— Я не хочу твою булочку! — сердито воскликнул Вадим.

— Чем докажешь? — приподняв бровь, спросила я.

— Василиса перестань ерничать, — нахмурился Леша, и я отвернулась от него, и по моим щекам побежали слезы.

— Вась, — растеряно сказал Леша, второй раз за утро для него стало неожиданностью, что я плачу.

Да я сама от себя в шоке, что со мной? Подумаешь, сделал замечание, прикрыл рот, блин как обидно. Я отложила недоеденную булочку и закрыла ладошками лицо, чтобы ещё громче разреветься.

— Приехали, — пробурчал Вадим, и подошел ко мне вместе с Лешей.

Если Леша гладил меня по голове и шептал нежности, то Вадим стоял и не знал, что сделать, с какой стороны подойти.

— Василиса, не плачь, хочешь, я больше не буду на тебя смотреть?

Меня почему-то это ещё больше задело. Что я какая-то страшная, что на меня смотреть нельзя?

— Вы давно проверялись? — тихо прошептал Вадим Леше, ага как будто, если он будет шептать рядом со мной я не услышу.

— Не понял.

— Ну, гинеколог, — ещё тише сказал Вадим, я не удержалась и раздвинула пальца чтобы немного подглянуть за тем, что показывает Вадим.

Он показал на меня пальцем и потом показал на живот и покачал в руках воображаемого ребенка. А у него талант на такие миниатюры.

— Почему если женщина плачет, то она беременна? — разозлившись, спросила я, вытирая слезы.

— Ну…

— Что ну?

— Я, наверное, пойду, позвоню, когда вы успокоитесь, — сказал Вадим и вышел из кабинета.

— Он скоро будет обходить тебя за километр, — усмехнулся Леша.

— Ты тоже думаешь, что я беременна?

— Нет, зайчонок, я видел, как утром ты с тампоном помчалась в ванную комнату, до этого на всю квартиру ругалась на свои особые дни, — сказал Леша и обнял меня за талию. — Гормоны шалят?

Блин и столько заботы в этом голосе.

Я подняла голову вверх и потянулась к Леше за поцелуем, что-то мне так хочется сделать ему приятное. А раз хочется, то я не должна себе оказывать.

Толкнув Лешу на диван, я опустилась на колени.

— Василиса.

— Тише мой хороший, сейчас тебе будет очень хорошо.

— Ага, только не нужно смотреть так на меня, с таким видом, — прошептал Леша.

— С каким?

— Безумным, мне от этого нехорошо, да и он спрятаться хочет, — усмехнулся Леша.

— Я не красивая?

— Очень красивая, — сказал Леша, подтягивая меня к себе на колени.

— Тогда почему он меня не хочет?

— Ты уверена, что он тебя не хочет?

— Но ты же сам сказал.

— Родная удовольствие должно быть обоюдным, и тем более ты готова сдаться?

— Нет, — нахмурилась я.

— Тогда никакого секса, даже орального.

— Как хочешь, — надулась я и слезла с колен. — Раз никто совещаться не будет, я пошла к себе.

— Иди, — ласково улыбнулся Леша, а меня почему-то это так взбесило. У-у-у-у, как он меня сейчас раздражает.

Я повернулась и быстро пошла подальше от Михайловского, пойду лучше в бухгалтерию. Достали по напутали мне все в документах, сейчас я быстро разберусь, кто тут крадет!!!


Алексей


Как только Василиса вышла из кабинета, я смог немного расслабиться. Откинув голову назад, я развалился на диване.

Откуда у меня столько благородства? Удовольствие только обоюдным? Да мне было наплевать иногда раньше, получит женщина удовольствия или нет.

Да и не в месячных дело, подумаешь немного крови, это же моя девочка. Просто я хочу другого, первый раз в жизни я хочу другого. Наверное я жираф, раз до меня доходило столько лет. Нужно было ещё когда она меня поцеловала на выпускном, хватать её в охапку и тащить в загс, а если бы возмущалась, то затыкать рот поцелуями. Может у нас был бы уже малыш, эта мысль отдала теплотой внутри.

Я ещё над Киром смеялся, не понимал его одержимость женщиной. Но, как говорится, нужно прожить самому, чтобы понять. И сейчас я понимаю его одержимость, потому что сам одержим Василисой. Мне мало секса, любви, я хочу видеть её каждое утро в постели, видеть как она просыпается и морщит носик, трет глазки, забавно как маленькая. Хочу готовить ей еду, носить на руках, обнимать ее когда она устанет, дразнить ее, кусать, была бы воля всю закусал, моя аппетитная девочка.

Да, попал я знатно. Так ну ничего не поделаешь, нужно просто сделать всё, чтобы она признала меня своим, а себя моей. И тогда останется унести её в ЗАГС, потому что чувствуется мне, что не согласиться она просто так. Но ничего, здесь главное набраться терпения, потому что моя женщина этого стоит.

Я поднялся с дивана и принялся за работу. Через полчаса от работы меня отвлек звонок Кирилла.

— Да, — ответил я.

— Привет, как у вас дела? — с интересом спросил Кирилл.

— Нормально, Вська встречается с Вадимом, я решил тоже завести серьезные отношения, — коварно улыбнувшись, поделился я с другом.

— ЧТО????

— Не понял, ты не рад? — возмутился я, сдерживаясь, чтобы не заржать.

— Я… то есть… Конечно… просто. Блядь.

— Объясни.

— Лех, прости меня это я виноват, попросил Вадима приударить за Васькой. Я никак не думал, что они могут друг другу приглянуться.

— А вот прежде чем что-то делать за моей спиной, нужно хорошо подумать, потому что такой вариант имел место, — раздраженно сказал я, как представлю, так такая злость накрывает.

— Так они не вместе? — после минутного молчания спросил друг.

— Нет, она моя, — четко сказал я, и от этих слов заулыбался, как дурак. — Моя, — нежно прошептал я.

Кир мне не дал насладиться моментом, вкусить свои ощущения, он громко рассмеялся, мне пришлось даже убирать телефон подальше от уха.

— Вот козел, я даже почувствовал себя виноватым.

— Сам виноват.

— Вообще-то, судя по тому, как ты говоришь о Ваське, я помог тебе, — самодовольно сказал Кир.

— Мы сами справились, а вот твой план чуть все не испортил.

— В смысле? Вадим позволил себе лишнее?

— Да, нет. Хотя, да!

— Перестань, этого не может быть, ты просто ревнуешь, — рассмеялся Кир.

— Может, и ревную, — ответил я.

— А мы поженились.

— Что?

— Да, я окольцевал свою малышку, — с любовью в голосе сказал Кир.

— Поздравляю, — улыбнулся я.

— Спасибо, мы хотим вас пригласить к себе на выходные, может, приедете?

— Если успеем разобраться с воровством, то да, — ответил я.

— Мне Вадим вчера только об этом сказал, почему молчал?

— Думал, сам справлюсь?

— И как, справился?

— Нет, но у нас есть время, — попытался оправдаться я.

— У тебя есть время до выходных, если не справитесь, приеду я, и ты знаешь, я поуволняю всех к чертям, — рыкнул Кир.

— Ты забыл, что тебе нельзя пока приезжать в страну?

— Забыл! Я всех уволю удаленно! — рыкнул Кирилл.

— Понял, попробуем обойтись малой кровью.

— Лех, и в следующий раз сразу говори, ведь так не делается!

— Извини, был не прав, не хотел тебя нагружать, у тебя и так проблем хватает.

— Это да, но это не означает, что я не должен быть в курсе дел, которые происходят в компании.

— Понял.

— Так давай выдохнем, — раздраженно сказал Кирилл.

— Давай, — ответил я, не переношу, когда он рычит, сам начинаю заводиться.

— Так вы приедете?

— Мы постараемся.

— Хорошо, держи меня в курсе дел, — сказал Кирилл и попрощался.

Да была плохая идея не говорить обо всем Кириллу. Нужно срочно всех собрать и узнать, кто что знает. Я не успел набрать Вадима, как в кабинет влетела нервная Василиса.

— Я знаю, кто ворует, — сказала она и закусила губу, видно было, что она снова плакала.

— Кто? — напряженно спросил я.


Василиса


Я зашла в бухгалтерию, нашла четырех женщин, фамилии которых постоянно всплывали в отчетах, и вызвала их к себе. Через полчаса каждая из них сидела в моем кабинете. Они с осторожностью поглядывали на меня. Я чувствовала себя Шерлоком Холмсом, мне не хватает трубки и умного вида. Что мне спрашивать, я даже не представляла. Чувствую, по голове меня за это не погладят, сейчас всех пораспугаю. Черт, что я такая сегодня импульсивная.

— Извините, Василиса Сергеевна, зачем вы нас всех собрали? — спросила Тамара Владимировна, старший бухгалтер.

Я прищурилась, ага самая смелая, значит.

— У нас скоро планируется сокращение кадров, и ваши фамилии стоят в начале этого списка. Постарайтесь работать без ошибок, мне за вами пришлось дорабатывать и исправлять отчеты, — холодно сказала я.

Молодец Василиса выкрутилась.

Женщины сидели все бледные и молчали.

— Можете быть свободны, — сказала я.

Женщины побрели к двери, они были шокированы новостью, я сама расстроилась от своего глупого поступка.

— Василиса Сергеевна, можно с вами поговорить, — сказала Лариса, самая молодая из всех женщин ей было всего лишь 25.

— Конечно, — сказала я, пытаясь скрыть удивление.

Лариса подождала, пока все выйдут, и присела на стул напротив меня. Было видно, что она нервничала: сжимала и выгибала пальцы в разные стороны, прикусывала губу.

— Лариса Андреевна, что случилось? — спросила я.

— Я совершила ужасный поступок, — сказала она и заплакала.

— Какой?

— Я в течение года воровала деньги из компании, — выпалила она и разревелась.

Опаньки.

— Зачем? — с виду женщина очень тихая, зачем ей столько денег.

Нет, понятно что деньги нужны всегда, но мотив все равно должен быть.

— Моей дочери требовалась пересадка костного мозга в Германии, — тихо сказала Лариса и я закрыла глаза, твою мать.

— Какой диагноз?

— Лейкоз — рак крови. Я пыталась собрать деньги через фонды, но мы собрали только небольшую часть. Требовалось 15 400 000, - начала Лариса. — Я не знала, что делать, муж бросил меня, как только у Евочкии начались проблемы со здоровьем. Мы сняли комнату в общаге, продали мамину квартиру, но денег все равно не хватало, — всхлипнула девушка.

Я сидела и молча смотрела на нее, наверное, я была в шоке.

— Я не помню, как я на это решилась, просто сидя на работе, я делала отчеты и получилось само собой, — шептала женщина.

— Сделали операцию? — тихо спросила я.

— Да, позавчера, мама с дочерью в Германии, — так же тихо сказал Лариса, продолжая плакать.

Я сидела и не заметила, как по моим щекам побежали слезы. Сделала бы я то же самое, да, сделала, если бы мой ребенок в этом нуждался.

— Как ты выводила деньги, скрывала, судя по отчетам ты воровала достаточно долго.

Лариса вздрогнула после слов о том, что она воровала.

— Я могу все объяснить, — сказала Лариса.

Мы просидели ещё полчаса, она расписывала и рассказывала, как все это провернула. Ну, могу сказать, что сделала она это идеально, почти незаметно.

— Почему ты рассказала об этом мне? Ты могла и дальше молчать.

— Я поняла, что вы подозреваете и больше не смогла молчать. Я не хочу, чтобы кто-то ещё нес за это ответственность. И мне стало легче, это съедало меня каждый день.

— Ты не боишься последствий, которые тебя сейчас ожидают?

— Боюсь, но если бы я могла вернуться назад, я бы сделала то же самое, — упрямо сказала девушка.

— Можете идти Лариса Андреевна, мы посовещаемся и решим, как мы поступим, — сказала я.

— Хорошо, — ответила женщина и пошла к двери. — Я не собираюсь скрываться, — зачем-то сказала она и вышла.

— Да-а-а, приехали, — вот и как теперь говорить мне об этом Леше.

У меня возникло чувство, что это я виновата, вот зачем полезла, спрашивается? Закрыв ладошками лицо, я застонала, нужно идти и говорить

Набравшись храбрости, я быстро вышла из своего кабинета и практически влетела в кабинет Михайловского.

— Я знаю, кто ворует, — сказала я и прикусила губу.

— Кто? — напряженно спросил Леша.

Я, тяжело вздохнув, подошла к Леше и села к нему на колени.

— Знаешь, я первый раз в жизни не хочу никакой справедливости, — прошептала я, положив свою голову ему на плечо.

— Говори, зайчонок, — нежно сказал Леша, и я все рассказала, плакала от жалости и понимания, и рассказывала.

Леша гладил меня по голове и сам не знал, как поступить.

— Знаешь, здесь нам двоим никак не справится, давай съездим в Америку, и посоветуемся с Киром. Он всегда мог находить выход из любой ситуации, — ответил Леша.

— Я не хочу, чтобы мы на нее писали заявления, там сумма достаточно большая будет, ты представляешь последствия, — прошептала я.

Леша достал телефон и позвонил Вадиму. Через 10 минут хмурый Вадим вошел в кабинет.

— Ты знал, — уверенно сказал Леша.

— Да, — ответил Вадим.

— Свободен, — сказал Леша.

Вадим повернулся и вышел из кабинета.

— Как ты понял, что он знал?

— Родная, Вадим очень наблюдательный, и знает почти про каждого из работников всё досконально, и он ни мог не понять, тем более он с легкостью мог проверить выезд матери и дочери Ларисы в Германию для операции.

— И что ты будешь делать?

— Не знаю солнышко, я пока ничего не знаю, — тихо сказал Леша, прижимая меня к себе.

— Давай погуляем по городу, парку? — предложила я.

— Убежим с работы? — насмешливо спросил Леша.

— Да.

— Где Василиса трудоголик, где ты её спрятала? — прищурил глаза, спросил Леша.

— Я не смогу сейчас сидеть в кабинете и не думать, о том, что я натворила, — призналась я.

— Не вини себя, ведь Лариса тоже могла не воровать, а попросить у нас, — сказал Леша.

— Могла, — тихо согласилась я.

— Всё, хватит себя съедать, поехали в парк, поедим твое любимое мороженое, — нежно сказал Леша.

Через полтора часа мы были в парке. Выбрав место, расстелили плед, вытащили вкусняшки и легли на него.

— Почему между нами лежит еда? — с интересом спросил Леша, облокотившись на локоть, он поедал бургер.

— Потому что так безопаснее, — усмехнулась я, поедая своё лакомство — шоколадное мороженое.

— Ты меня любишь? — неожиданно спросил Леша, я чуть не подавилась.

Блин, кто так спрашивает.

Я почувствовала, что мои щечки покраснели.

— Люблю, — тихо ответила я. — А ты? — если уж набраться наглости, то можно и спросить.

— И я люблю, — улыбнулся Леша.

— Как друга?

— А ты меня как друга любишь?

— Нет, — да что ж это такое в глаза смотреть ему не могу.

— И я тебя люблю, как женщину, — мягко сказал Леша.

Я нервно хихикнула

— И к чему этот разговор?

— К тому, может, хватит бегать друг от друга, как дети? — серьезно спросил Михайловский.

— И что ты предлагаешь?

— Для начала, я предлагаю встречаться, — улыбнулся Леша.

— Встречаться? — спросила я, на моих губах растянулась улыбка, предательница. Она сама, это не я.

— Да, или как правильно сейчас говорить? — усмехнулся Леша.

— Думаю, нам подойдет и встречаться, — робко ответила я, да что со мной.

Божечки, я так себя чувствую, смущение вперемешку с радостью и со страхом, что это все моя галлюцинация.

— Так что, ты согласна?

— Ну не знаю, — протянула я, и Леша рыкнул, в прямом смысле этого слова и переполз ко мне.

— Василиса, — протянул он, нависая надо мной.

— Да, — с улыбкой сказала я.

— Ты согласна? — улыбнулся Леша, поцеловав меня в уголок губ.

— Согласна, — тихий шепот и наши губы встретились в страстном поцелуе.

* * *

Алексей


Мы долго ещё были в парке, целовались, обнимались, кормили друг друга. Василиса была

такая нежная, ласковая, я не мог нарадоваться, все время кусал ее за плечо, за шейку.

— Прекрати трогать мою шею, — хрипло прошептала Василиса, перебирая пальцами мои волосы.

Я коварно улыбнулся и нежно поцеловал ее в шею, провел по ней языком и куснул слегка. Василиса застонала и выгнулась ко мне навстречу.

— Тебе не стыдно так сладко издеваться над своей девушкой? — прошептала Васька, притягивая меня к себе для поцелуя.

Я с удовольствием целую Ваську, не спеша, смакую её вкус, мягкость её губ, таких родных, любимых. Мы разрываем поцелуй, когда у нас заканчивается воздух. Учащенно дышим и смотрим друг на друга, наши глаза светятся любовью.

— Я не думал, что это настолько хорошо, — шепчу я.

— Что хорошо? — довольно щуриться Васька.

— Любить, и быть любимым, — отвечаю я, трусь об её красивый носик своим.

— Я люблю тебя, — шепчет Василиса.

— И я, — отвечаю я, мы снова целуемся, 10 минут, час, два.

Время летит незаметно, но нам хочется продлить этот момент как можно дольше, остаться в этом парке навечно.

— Нужно ехать домой, — шепчет Василиса.

— Не хочу никуда ехать, — у меня вырывается стон, и я прижимаю к себе Василису.

— Нужно, — мягко говорит любимая, и прижимается ко мне сильнее, мы смеёмся, от счастья, от чувства, переполняющее душу.

— Хорошо, поехали, — говорю я, поднимаюсь и помогаю подняться Василисе и снова притягиваю её к себе, целую.

Как мне оторваться от неё и прекратить целовать?!

— Леша у меня уже губы болят, — жалуется мне Василиса и снова тянется ко мне за поцелуем.

— Всё, поехали, — говорю я, всё-таки погода начинает портиться. Лучше валяться дома в тепле и тишине.

— Поехали, — говорит Васька, она собирает продукты в пакет и поворачивается ко мне, я подхватываю её и закидываю к себе на плечо.

— Знаешь, ведь я тоже поела, — бурчит Васька, нежно погладив меня по попе.

Я останавливаюсь и отпускаю Ваську, чтобы снова взять её на руки.

— Я и сама умею ходить, — обнимает меня за шею Васька.

— Я хочу носить тебя на руках, — шепчу я, и целую Василису.

— Мы сейчас упадем, — смеётся Василиса.

Мы действительно два раз почти упали.

— Может, сядем в машину, и тогда будем целоваться?

— Не могу от тебя оторваться, — смеюсь я, целуя Василису в носик.

Мы дошли до машины, и пока я пристёгивал Василисе ремень, искусал её аппетитные губы.

— Леша, хватит, — улыбается мне Василиса.

Я отрываюсь от любимой и завожу машину, и на каждом светофоре я снова целую Василису.

Она смотрит на меня затуманенном взглядом и сжимает мою руку.

— У тебя был такой же взгляд после выпускного, — улыбаюсь я.

— Когда? — хмурится Васька.

— Ты забыла наш первый поцелуй, я огорчен, — вздыхаю я и смеюсь, когда Василиса толкает меня своим крохотным кулачком.

— Михайловский, говори.

— Помнишь выпускной?

— Конечно, ты весь вечер мне испортил, гад, — бурчит мой ежик.

— Я тогда пошел тебя провожать, и перед тем, как ты зашла домой, ты попросила себя поцеловать.

— ЧТО?!

— Да, это был наш первый поцелуй, думаю, после него я в тебя и влюбился, — улыбаюсь я, своим воспоминанием.

— Почему я его не помню?

— Потому что кому-то нужно было меньше пить, — хмуро говорю я.

— Потому что кому-то нужно было прекратить портить мой вечер.

— Как я мог позволить своей будущей жене снимать мужиков, — ворчу я.

— Ты тогда даже не думал обо мне в такой роли, — закатывает глаза Василиса.

— Знаешь, я чувствовал где-то на подсознание, что ты моя. Думаю, поэтому я так и вел себя, — делюсь я своими мыслями с задумчивой Василисой.

— Это приятно слышать, — отвечает Василиса.

Я посмотрел на нее, и у меня в голове пронеслись воспоминания о том, как все время раздумывал, что именно чувствовал к ней: любовь или страсть, моя она или нет. Так было страшно ошибиться и сделать ей больно. Но теперь я с уверенностью могу сказать, что свою женщину чувствуешь сразу, только понять это, к сожалению, сразу не сможешь, но чувства ревности, нежности, заботы всегда будут тебе об этом намекать.

— О чем ты задумался?

— О том, что я самый счастливый мужчина на земле, — улыбнулся я и поцеловал каждый пальчики Василисы.

— Мне кажется, я сплю.

— Поверь любимая, тебе это только кажется, — отвечаю я.

Василиса

— Как это ты не уволилась? — рычал на меня Михайловский.

Мы сидели в аэропорту, обсуждали планы на месяц, и тут я возьми да и ляпни, что просто ушла в отпуск.

— Ага, — тихо сказала я.

— Ты хотела уехать назад?

— Милый, ну, что за истерика?

— Васька!

— Я думала, если у нас ничего не получиться, я уеду.

— Просто замечательно, ОТЛИЧНО!

Леша от меня отвернулся, я закусила губу, чтобы не засмеяться, ну как ребенок ей-богу.

— Солнышко моё, я съезжу и уволюсь, — сказала я.

— Когда?

— Давай, как вернемся с Америки, так я сразу и съезжу и уволюсь? — предложила я.

— Хорошо, — буркнул Леша, но я то уже видела, как он начал таять.

Через десять минут объявили посадку на наш рейс, и мой дорогой, забыл на что и обижался. Пришлось конечно зацеловать этого бессовестно красивого, но что не сделаешь ради себя. Я же не хочу, чтобы он дулся весь полет, мне будет скучно.

— Хорошо иметь парня миллионера, — усмехнулась я, присаживаясь на сиденье в первом классе.

— Если бы я тебя не знал, то подумал, что ты со мной ради денег, — буркнул Леша, потом весело заулыбался, потому что я все рассматривала с таким восторгом.

Когда весь восторг прошел, я уместилась с комфортом и решила послушать музыку, Леша ударился в работу. Документы, что-то сверяет, губы поджимает, брови хмурит, мой работяжка. Знаю я, почему он так упорно все проверяет. Кир трудоголик и все что касается работы для него свято. Да он за мелкий недочет так мозг выест, что захочется все бумажки, которые ему принес, съесть.

Было у меня такое, поэтому я не люблю с ним работать, но с одной стороны только благодаря такой своей черте, он добился многого, и нас за собой тащил. Если быть уже честными, всегда он впереди, такого друга, наверное, больше нигде не найти.

Я так хотела, чтобы он был счастлив, и очень злилась на эту Нику. Злость прошла, но осадок остался. И сейчас я боюсь, что она мне не понравится, что она будет меня раздражать, а вот претворяться я не особо люблю, особенно в компании друзей.

— О чем задумалась? — спросил Леша, забирая один наушник.

Послушав, что я слушаю, он закатил глаза.

— Дорогая, у тебя совсем испортился вкус, что это за женские сопли?

— Это моя музыка, и я не заставляю тебя её слушать, поэтому отстань Михайловский, — ворчу я, забирая свой наушник.

Терпеть не могу, когда кто-то критикует мой вкус.

— Так о чем ты задумалась?

— Не о чем.

— Врешь.

— Вру, — улыбнулась я.

— Говори.

— Я переживаю о том, как буду относиться к Веронике, — призналась я.

— Она показалась мне вполне нормальной, не заносчивой, как мы с тобой думали. Да, и самое главное, что он с ней счастлив, как и я с тобой, — с нежностью сказал Леша, поцеловав мою руку.

— Я тоже счастлива, правда ты стал очень капризным, — поморщив нос, призналась я.

— Как будто ты подарок, — усмехнулся Михайловский.

— Да, я подарок, и тебе просто повезло, и попробуй только сейчас сказать слово против, закусаю.

Леша наклонился к моему уху, поцеловал мочку так, что по телу пошла приятная дрожь, и прошептал:

— Вот пройдут у тебя месячные, и тогда я позволю тебе искусать себя, а пока не нужно бросаться такими угрозами, ты меня только дразнишь.

— Извращенец, — шепчу я.

— Ещё какой. Я до боли хочу тебя, хочу ощутить твоё мягкое и податливое тело под собой, услышать твои стоны, почувствовать, как ты содрогаешься подо мной.

— Прекрати, — полу стон.

— Хочу попробовать тебя на вкус, довести тебя до оргазма своим языком.

— Леша, — шепчу я, сжимая его плечо.

— После того как доведу тебя языком, я закину твои красивые ножки себе на плечи и буду трахать тебя часами, ты будешь умолять меня остановиться.

— Михайловский!

Леша отстранился от меня, его глаза приобрели цвет темного шоколада, наше дыхание было учащённым.

— И все-таки гад ты, Михайловский, — шепчу я и откидываюсь на свое кресло.

— Мокренькая?

— Что ты, сухенькая, наверное, и ты мягенький, — съязвила я.

— Нет, я тверденький хочешь проверить?

— Иди ты, — обижено говорю я, и снова затыкаю свои красненькие ушки наушниками.

Через полчаса, я улавливаю запах кофе, открываю глаза и вижу перед собой чашку с напитком и сладости, и миленькую мордашку Леши.

— Подлизываешься?

— Ага, у меня получается?

Я попробовала кофе, так себе конечно, но…

— Ты прощен, — по царски говорю я.

Леша усмехается, но молчит. Правильно дорогой, не стоит сейчас нарушать хрупкий мир моего прощения.

Полет, конечно, вымотал меня. Я спала, ела, слушала музыку, докапывалась до Леши, снова спала, слушала музыку. В общем, когда мы прилетели, я была злая, как не знаю кто.

— На тебе таблички не хватает, — зевнув, сказал Леша.

— Какой?

— Не подходи, загрызу, — улыбнулся Михайловский и чмокнул меня в лоб.

— А вы всё такие же, — раздался голос Кирилла.

Я взвизгнула и бросилась в его объятья, правда притормозила возле него, увидев Веронику.

— Можно я его обниму? — спросила я, а то я бы на ее месте не обрадовалась моему импульсивному поступку.

— Если только ненадолго, — улыбнулась Ника.

Я усмехнулась и быстро обняла Кира, чмокнув его в щеку, я отошла.

— Ей! На поцелуй мы не договаривались! — возмутилась Ника и мы засмеялись.

Блин, почему-то она мне так понравилась, не знаю в чем дело. Может, в том, что она так смотрит на Кира, или в том, как она улыбается. От неё такая положительная энергетика, я таких людей прям люблю.

Леша пожал руку Киру и они обнялись, похлопав друг друга по спине.

— Ника, — сказала Вероника, протягивая мне свою ладошку.

— Васька — сказала я, сжимая ее маленькую ладонь.

— Васька?

— Да, для друзей Васька, — улыбаюсь я.

Блин так хорошо, что вся усталость прошла. Мальчишки улыбаются, Кир довольно щуриться и прижимает к себе Веронику.

— Вот, а ты переживала, — улыбнулся Кир своей Нике.

Лешик хитро улыбнулся, но промолчал, только прижал меня к себе и тихо сказал.

— Я тоже против, чтобы ты целовала других мужчин в щеку, даже если это Кир.

— Ты не думаешь, что это диктаторские замашки?

— Нет, я думаю, что это нормальное желания любого мужика: чтобы его женщина была только его, и проявляла нежность только к нему, Ника вон меня даже не поцеловала.

— Не поняла! — в моем голосе появились угрожающие нотки.

— Шучу, зайчонок, не кипятись, — сказал Леша и чмокнул меня в щеку.

— Поехали сначала домой, вы примете душ, а потом обсудим наши планы и проблемы, — спокойно сказал Кир.

Он приобнял Веронику за плечи, и они побрели впереди нас к машине, он постоянно шептал ей что-то на ушко, а она весело хихикала или толкала его бедрами.

— Ты подаришь мне ребенка? — неожиданно спросил Леша.

— Ага, только в магазин сгоняю, за подарочком, — съязвила я.

— Солнце, я серьезно, — сказал Леша, останавливая меня.

— Ты торопишься, — хмурюсь я.

— Ты не хочешь детей?

— Хочу, но не сейчас, мы ещё недостаточно насладились друг другом.

Леша немного расстроился.

— Ну и что ты нахмурился?

— Немного не ожидал, — признался он.

— Ребенок — это счастье, но это большая ответственность для двоих, ребенок должен появляться в крепком браке, а не так.

— Но мы любим друг друга.

— Любим, но крепкие отношения это другое. Мы должны пожить вместе, узнать друг друга глубже, только потом думать о детях.

— Я даю тебе год.

— Два, — шепчу я.

— Год.

— Два.

— Вот упертая.

— Да, я такая, — улыбаюсь я и прикусываю Лешу за подбородок.

— Два года, и мы будем делать ребенка, — довольно улыбается Леша.

— Может быть.

— Что значит "может быть"? — возмущается Леша, но я уже быстро иду к машине Кира.

Вот сначала пускай меня замуж позовет, а потом будем разговаривать. Да и вообще, неизвестно сразу я соглашусь или нет.

Глава 7

Алексей


Кир выделил нам одну комнату на двоих, что ни могло не радовать. Васька конечно для вида поворчала, но тоже была довольная, мы просто привыкли спать вместе и теперь по другому не можем.

— Я первая в душ — воскликнула Васька и направилась в сторону ванной комнаты, я успел её перехватить

— Нет уж дорогая первый пойду я

— Что?! — возмутился мой зайчонок

— Я тоже хочу как можно быстрее помыться

— Но я девочка — возмутилась Васька

— Дорогая я наверное тебя сейчас растрою, но ты уже давно не девочка — сказал я поиграв бровями

— Михайловский! — зарычала Василиса, вот и злыдня проснулась

Иногда мне кажется, что в моей женщине живут две разные личности и у меня возникает вопрос, как они вместе уживаются?

Пока Васька наступала на меня, я практически зашел в ванную, но не успел закрыть дверь, как Васька подставила свою красивую ножку

— В душ первая пойду я!

— Не а — усмехнулся я

— Ты мужчина ты должен уступать — разозлилась моя девочка и я рассмеялся, втащил Ваську в ванную и начал раздевать

— Что ты делаешь? — шокировано спросила любимая, когда я раздел её до трусиков

— Раздеваю тебя

— Я это вижу, зачем?

— Чтобы помыться, дорогая что за глупые вопросы?

— Бесишь! Как же ты меня бесишь Михайловский, ты бы только знал

— Так я знаю, ты ведь сейчас мне об этом сказала

— Убью

— Подожди, мы ещё трусики не сняли

— Не надо — вдруг покраснела Васька

— Я знаю о твоих днях, давай я зайду в душ, а ты пока вытащишь тампон? — предложил я

— Почему мы будем мыться вместе? — недовольно спросила Васька, когда я разделся и вошел в душевую кабинку — а вот на этот вопрос я пожалуй не отвечу.

Я включил воду, настроил её и через минуту в кабинку вошла моя богиня.

— Видишь я первый зашел в душ — улыбнулся я

— Ты невыносим — закатила глаза Васька, видно было что она чувствовала себя неудобно

Я приобнял ее за талию и поцеловал. Зайчонок ответила на поцелуй сначала робко, потом страсть поглотила нас и мы окунулись в пучину удовольствия

Я подхватил Васька под попу, сжал её ягодицы и прижал к стенке душевой

— Ай, холодно — простонала она

— Прости — прошептал я, снова целуя Василису

— Ты же не хочешь — не успела Васька договорить, как я вошел в нее, нежно, не спеша

— Черт, Михайловский, у меня ведь — простонала Василиса, впиваясь в мои плечи ногтями

— Я помню — прошептал я на ухо Ваське и укусил её за шею

— М-м-м — простонала она

Вода, мою талию оплетают её ноги, жар её лона сжигает меня, её стоны просто-напросто сносят крышу. Секс с любимой женщиной, это несравнимо ни с чем, что у меня было в прошлом, она такая одна, идеальная для меня.

— Леша — шепчет любимая, когда движения бедрами становятся резкими, быстрыми, я не могу больше сдерживаться, прикусываю Ваську за шею, и яростно её беру.

Мы вместе достигаем развязки, голова кружиться, дыхание прерывистое

— Люблю тебя моя врединка

— Почему это я врединка — притворно возмущается Василиса

— Потому что характер у тебя такой — усмехаюсь я, мы не спеша моем друг друга.

— Это так необычно, быть с кем то настолько близко — задумчиво говорит Василиса, когда мы вышли из душа

— Тебе это не нравится?

— Нет, просто я наверное боюсь — признается мне зайчонок

— Чего ты боишься?

— Что всё в один момент разрушиться, что ты разлюбишь меня, что мне будет больно.

— Маленькая я не разлюблю — начинаю я

— Откуда ты знаешь Леш — перебивает меня Василиса и выходит из ванной

— Она мне мозг просто взрывает! — я потираю ладонями лицо и смотрю в зеркало, да блин откуда у неё вообще такие мысли?


Василиса


Леша вышел из душа сильно загруженным и почти со мной не разговаривал, когда мы одевались

— Прости меня, я просто выговорилась. Я тебя очень люблю — прошептала я, обнимая его перед тем как нам выйти из комнаты

— Я тебя тоже зайчонок очень сильно, я не хочу чтобы ты думала о таком — сказал Леша, сжимая меня в своих объятьях

— ВЫ ТАМ СКОРО? — прокричал Кир с первого этажа

— Нам нужно идти, — улыбнулся Леша и чмокнул меня в нос


Леша


— КТО? Кто готовил эту вкуснятину — стонала Василиса, поедая пасту

— Мы вместе сегодня готовили — с улыбкой ответила Ника, посмотрев на Кира

— Это просто восхитительно — стонала Васька, я даже немного приревновал, она так подо мной не стонет, как от еды.

* * *

— Не помню, чтобы ты так реагировала на еду, — высказался Кир.

— Так она два года на капусте сидела, одичала, — усмехнулся я, и Васька посмотрела на меня злым взглядом.

— Зачем? — задал логичный вопрос Кир.

— Она худела, — закатил глаза я, и Кир озадачено посмотрел на Ваську, окинув её фигуру, он насмешливо улыбнулся.

— Лучше молчи, — предупредила его Васька и Ника хихикнула. — Не смогу, прости, любопытство просто распирает, — сказал Кир. — Ты, когда уезжала, была как тростинка, так зачем ты сидела на диетах?

— Я сидела на правильном питании, это разные вещи, — заметила Васька.

— Конечно, конечно.

— У меня были бока, живот и маленькая задница! — воскликнула Василиса.

— И что, задница стала больше от правильного питания? — спросил Кир.

— Моя задница стала больше от постоянных тренировок, весь аппетит гады испортили, и вообще я снова в зал пойду, а то так недолго снова боками обзавестись, — недовольно пробурчала Василиса, но все равно продолжала есть с удовольствием.

— Я предлагал, мы можем ходить вместе, — предложил я.

— Михайловский, не смеши меня, какая с тобой тренировка. Мне стоит один раз присесть и ты меня повалишь на какой-нибудь тренажёр, мышцы растягивать, — хмыкнула Васька с насмешкой посмотрев на меня.

— Так ничего не хочу знать, чем вы занимаетесь в моем зале, — воскликнул Кир.

— Чья бы корова мычала, а твоя молчала, — хмыкнула Ника, и все рассмеялись.

— Мы поздравляем вас с образованием новой ячейки в обществе, — улыбнулся я.

— Да, мы подарок вам привезли, — заулыбалась Васька.

— Вы не обижаетесь, что мы вас не позвали. Просто я так боялся, что она мне откажет, что даже спрашивать не стал, а сразу в загс утащил, — сказал Кир, посмотрев с любовью на Нику.

— Мы всё понимаем, — сказал я.

Кстати идея просто восхитительная, я посмотрел на Ваську и представил, как я её связываю и везу в ЗАГС, рот сразу заклеиваю скотчем. Так, а как она тогда будет говорить "Да"?

— О чём задумался? — тихо спросила Василиса, с подозрением посматривая на меня.

— Так о жизни дорогая, о тяжелой и жестокой жизни с тобой, — печально вздохнул я, и получил ножкой от курицы в лоб, причем это было настолько неожиданно.

— Ты чего? — ошарашено спросил я, вытирая салфеткой лицо.

— Не знаю, — не менее шокировано сказала Василиса, — случайно получилось.

На минуту образовалась тишина, пока Ника не хихикнула, через секунды на кухне стоял хохот.

— Ножкой в голову, ты крута, — хихикала Ника.

— Дорогая, не учись, это плохой пример того, как нужно высказывать своё недовольство.

— Зайчонок, ты только ножами и другими остро-режущими предметами в меня не бросайся, — усмехнулся я.

— Блин, я, правда, от себя такого не ожидала, просто ты меня разозлил, и я как тресь, — улыбнулась Василиса.

— Так, раз вы уже начали кидаться едой, давайте перейдем в гостиную. Попьем кофе и поговорим о проблемах фирмы, — неожиданно сказал Кир, и все веселье закончилось.

Я помогла Нике убрать со стола, и мы перебрались в гостиную

— С документами мы разберемся вечером вдвоем, — сказал Кир, когда Леша протянул ему папку с отчетами.

— Ок.

— Давайте, лучше поговорим насчет Ларисы и Вадима.

— Кир, мы ведь не будем писать заявление? — обеспокоено спросила Васька.

— Конечно, нет! У нас с Никой самих скоро будет малыш, и мы понимаем её чувства.

— Ух ты, поздравляю! — воскликнула Василиса и обняла Кира и Нику.

— Ты ей не говорил? — спросил Кир.

— Ты знал? — грозно спросила Василиса.

— Так, ты только не кидайся ничем! Да, я знал, но из головы вылетело, прости.

— Хорошо, — ответила Васька, чувствую она мне это еще припомнит.

— Так, что ты решил?

— Вадима — я понижаю в должности, он теперь простой охранник, кого поставить на его место, решишь сам, — сказал Кир.

Я и выдохнул, Вадим нам не чужой, и радует, что Кир тоже это помнит.

— Лариса?

— Я не могу оставить Ларису на должности бухгалтера и любой вакансии связанной с деньгами, поэтому я хочу, чтобы ты перевел ее в отдел продаж, проработает там полгода и можно в менеджеры, там зарплата больше, — сказал Кир.

— Знаешь, если бы я не была влюблена в Михайловского, то сейчас влюбилась бы в тебя, — призналась Васька.

— Да, мы бы так не разрешили вопрос.

— Получается, они останутся безнаказанными? — спросила Ника, положив голову на плечо Кира.

— Нет, дорогая, они себя уже наказали, Лериса себя морально съела, так же себя чувствует и Вадим из-за того, что скрыл от нас.

— Почему он скрыл? — спросила Васька.

— Я думаю, дело в том, что Лариса ему небезразлична, потому что другого объяснения его поступку я не нахожу, только ради любимой можно идти против всего, — улыбнулся Кир поцеловав Нику в затылок.

— Давайте погуляем, мы покажем вам город, а то вы завтра уже уезжаете, — слегка расстроено сказала Ника.

— Да, работа, и Ваське нужно ехать увольняться, — сказал я, покосившись на Василису, она только глаза закатила.

— Давай, мы пойдем проверим документы, а вы девочки не скучайте, потом и погуляем, — сказал Кир, вставая с дивана.

— Хорошо, — я мысленно поморщился, что сейчас начнется, он мне весь мозг вскроет, отожмет, разгладит и на место вставит.

Василиса, увидев мое лицо усмехнулась.

— И тебе меня не жалко? — тихо спросил я.

— Неа, ни капельки, ты же мужик, ты справишься, я в тебя верю, — сказала Василиса чмокнув меня в щеку.

— Вот не нужно делать из меня тирана, — рассердился Кир.

— Дорогой, но зачем его из тебя делать, если ты уже давно сам себя таким сделал? — насмешливо спросила Ника.

— Вот от тебя такого не ожидал, — покачал головой Кир и укусил Нику за нос.

— Я же любя, мой трудоголик, идите, а мы поболтаем, — подмигнула Ника Ваське.

— Да, идите, идите, — сказала Васька.

Когда мы зашли в кабинет Кира я спросил у него:

— Думаешь, не опасно оставлять их вдвоем? — усмехнулся я.

— Думаю, опасно, поэтому мы и должны работать быстрее, показывай, что там у тебя?

* * *

Василиса


Когда мальчики ушли, я посмотрела на Нику.

— Я так боялась, что мы не сможем с тобой найти общий язык, — прямо сказала я.

— Я тоже очень боялась, — призналась Ника, улыбнувшись. — У меня подруг давно не было, что были в молодости, как-то растаяли сквозь время.

— А у меня их вообще не было, хотя одной я доверилась, что до сих пор жалею, — призналась я.

— Да, иногда лучше вообще никогда никому ничего не говорить, потом так в душу насрут, что убирать замучаешься.

— Это ты в точку сказала!

Мы ненадолго замолчали, Ника закусила губу и посмотрела на меня.

— Я видела Алексея всего лишь один раз, но он был другим. С тобой он совсем иной человек, и на тебя так смотрит, что не остается сомнений в том, что любит, — выпалила Ника и я рассмеялась.

— Да мы любим друг друга, как оказалось очень давно, — грустно сказала я.

— Тогда почему ты грустишь, разве ты не должна быть счастлива?

— Понимаешь, я боюсь.

— Чего?

— Что он разлюбит.

— Понимаю, но ты этим причиняешь ему боль. Ты сама своим поведением сеешь в голову мужчины семечку, которая действительно может созреть так, что все, о чем ты думала, может, сбыться.

— Да, но как мне перестать думать об этом? У тебя такое было?

Ника прилегла на спинку дивана, положила руку на свой живот, он был ещё совсем плоский, но она с любовью его погладила и посмотрела на меня.

— Может, это покажется смешным, но я не помню, о чем думала. Кир ворвался в мою жизнь и перевернул все с ног до головы. Он свел меня с ума и не дал шанса ускользнуть из его заботливых рук. Я до сих пор восхищаюсь им, люблю, он каждый день удивляет меня по-особенному. Единственное о чем я переживала это то, что бытовуха все испортит, потому что была уже замужем, но мои страхи все развеялись, Кир так умело обходит все углы, и я тоже как-то не резко реагирую на какие-то мелочи, — призналась Ника.

— А как ты решилась уехать за ним, вы были вместе всего ничего?

— Возможно, но у меня было ощущения, что я знала его всю жизнь, и не смогла бы без него, как и он без меня. Кир молчал, но я видела, как сложно ему было покидать страну, как тяжело было практически начинать все сначала. Первый месяц он спал по три часа в сутки и все время работал, я была рядом, помогала чем, могла. Знаешь это довольно сложно привыкать к тому, что кругом все говорят по-английски, нет родного языка. Вот я даже не верю, что сейчас могу с тобой поговорить на родном языке. И знаешь, когда мы расписывались, мне хотелось так услышать, обычные русские слова. А то мне приходилось напрягаться и лихорадочно переводить в голове ее слова. Так страшно было пропустить, когда мне нужно было говорить «да», — рассмеялась Ника.

— Не пропустила?

— Нет, — довольно заулыбалась Ника. — А когда вы планируете свадьбу?

— Леша ещё не делал мне предложение, да и я, наверное, отказала бы ему.

— Почему? — шокировано спросила Ника.

— Я неуверенна, вот буду уверена в нем, тогда я скажу «да», — с улыбкой сказала я.

— А если твой ответ его оттолкнет? И он больше не будет делать тебе предложение?

— Значит, он не так этого хочет, — поджав губы сказала я.

— Это довольно жестоко к нему, не думаешь?

— Я думаю, он сможет меня понять, точнее я надеюсь, — сказала я.

— Ты необычная, — улыбнулась Ника.

— Ты меня осуждаешь?

— Нет. Просто это довольно необычно, обычно девочки жаждут выйти замуж, а ты будешь сопротивляться, учитывая то, что вы любите друг друга.

— Понимаю, но если я скажу «да», то потом буду всю жизнь бояться.

— Тогда поступай так, как считаешь нужным. Только объясни ему нормально, а не просто нет, а то его это, может, ранить.

— Конечно, я с ним поговорю, — улыбнулась я.

— О чем со мной поговоришь? — спросил Леша, выйдя из кабинета.

Видок у него был ещё тот, что Кир с ним делал? Я, не выдержав, хихикнула.

— Не смешно малышка, я так устал, — сказал Леша, обнимая меня.

— Бедненький мой, совсем тебя он замучил?

— Никого я не мучил, отчет нужно было точнее делать, что за цифры, откуда они? Лех, это ведь не серьезно.

— Я же не бухгалтер, — раздраженно сказал Михайловский,

— Ты должен разбираться во всем, — закатил глаза Кир.

У Кира зазвонил телефон.

— Да, Вадим, — сказал Кир и отошел от нас.

— И зачем он ему так поздно звонит? — сказал Леша, нахмурившись.

Через долгих 15 минут Кир вернулся в гостиную.

— У нас хорошие новости, — у Кира был такой довольный вид.

— Какие?

— На Зелицкого завели дело, Вадим по моей указке долго рыл под него. Мы достаточно собрали компромата и через знакомого прокурора все пустили, — довольно сказал Кир, обнимая Нику.

— Этот тот прокурор, который тебя предупредил?

— Да, он.

— И не побоялся?

— А что ему бояться? Там столько компромата, что ему даже деньги и знакомые не помогут. Никто в эту грязь не полезет, а прокурор получит повышение, поэтому я полностью уверен, что все будет отлично.

— Тогда, мы можем возвращаться в Россию.

— Нет, родная, пока не сможем, на это уйдет пару лет, может, три — четыре года, чтобы всех остальных закрыли, и мы спокойно могли вернуться, чтобы никто нам не угрожал, и нашему малышу, — сказал Кир.

— Иногда становится страшно, что в мире твориться, — усмехнулась я.

— Да страшно, но пока мы есть друг у друга, мы со всем справимся, — сказал Кир, прижимая Нику.

Леша прижал меня к себе.

— А у вас ещё паста осталась? — спросила я, разрушив романтичный момент.

Да, я такая, но что поделать ели паста такая вкусная?


Алексей


После того, как Кир накормил Ваську ещё одной порцией пасты, мы пошли гулять. Васька, как маленький ребенок, на всё реагировала с таким восхищением, вызывая наше всеобщее умиление.

— Хватит надо мной смеяться, я сейчас обижусь, — надулась моя девочка.

В последнее время она действительно ведет себя, как маленькая счастливая девочка, надеюсь, я к этому причастен.

— Давайте пойдем домой, Нике пора уже отдыхать, — сказал Кир, поглядывая на часы.

Ника закатила глаза, Васька скорчила рожицу и подмигнула Нике, тем самым выразив глубокое понимание того, как надоедает опека Кира. Хорошо, что Кир не видел их переглядывания.

— Конечно, тем более Васька, детское время давно вышло, — подмигнул я зайчонку, подхватил её и закинул себе на плечо.

— Вот скажи, Михайловский, почему ты вечно таскаешь меня как мешок картошки? — спокойно спросила Василиса.

— Тебе не нравится? — озадачился я и спустил Ваську.

— Не всегда это уместно, — заметила Василиса.

— А когда это уместно?

— Можешь так таскать меня в спальню, но на улице, дорогой. А если бы на мне было короткое платье, тогда мои трусики были бы предоставлены на всеобщее обозрение. Ты бы этого хотел?

— Нет, конечно, но…

— Все, не спорь! Пойдём, а то Кир с Никой без нас уйдут, как мы потом будем до них добираться?

Василиса потащила меня к нашим друзьям, которые ушли достаточно далеко. А я всё думал над тем, как закидываю Ваську на плечо и кругом полно мужиков, которые любуется попкой моей женщины, сразу так захотелось морду кому-нибудь набить.

— Ты чего задумался? — спросил Кир, поглядывая на меня.

— Да так, мысли. — ухмыльнулся я, обнимая Ваську за плечи.

Когда мы пришли домой и разошлись по комнатам, Васька нахмурилась и сказала:

— Я первая пойду в душ, одна, — показала на меня пальцем.

— Иди, — с легкой улыбкой сказал я.

Она неуверено остановилась возле ванной комнаты и подозрительно нахмурилась, потом кивнув своим мыслям, зашла в ванную и закрылась на замок.

Я быстро подошел к сумке и достал одну покупку, которую мы сделали вместе с Васькой. Переодевшись, я походил по комнате, посмотрел на себя в зеркале, потом примерял, в какой позе я её встречу. Когда я услышал, что она вышла из душевой кабинки, просто прыгнул на кровать и приподнялся на локте, смотря прямо на дверь. Васька вышла из ванной, закручивая на волосах полотенце, увидев меня, она замерла.

— Очень неожиданно, — с трудом сказала Василиса и громко засмеялась.

— Не понял, — нахмурился я.

— Блин сними, пожалуйста, я сейчас умру от смеха, — простонала Васька скатившись по стеночке на пол.

— Васька!

— Михайловский, а что со слоником, он как то расстроился, поник, больше не рад меня видеть? — сквозь слезы спросила эта… Даже слов не поберу.

— Знаешь что?

— Что? — пропищала Васька, вытирая полотенцем слезы, и главное смотрит на слоника и снова начинает хихикать.

— А ничего, — психанул я и пошел в ванную комнату.

Закрывшись, я снял трусы, и встал под холодные струи воды. А что это я сбежал? Нет, что я, как дурак то?

Я выключил воду и голый вышел из ванной. Увидев Василису возле шкафа, я подошел к неё подхватил её на руки и бросил на кровать.

— Обиделся? — с улыбкой спросила Васька, рассматривая меня.

Я поджал губы, но ничего ей не ответил.

— Зая, ну ты чего, прости меня дуру, — улыбнулась Василиса, вставая на колени и обнимая меня за шею.

— Я хотел сделать тебе приятное, — с трудом сказал я, гордость просто разъедала грудь.

— Мой хороший, прости, ты просто предупреждай заранее, я буду готовиться к такому… зрелищу.

— Это просто кошмар, с тобой я чувствую себя каким-то мальчишкой, теперь у меня даже самооценка падает, — пожаловался я, и Васька хихикнула.

— А хочешь, я тебе самооценку подниму?

— Хочу, — капризно сказал я.

Васька улыбнулась и повалила меня на кровать.

— А теперь лежим и получаем удовольствие, буду тебе самооценку поднимать, — прошептала Васька, нависая надо мной.

— Руки держи вот здесь, — приказала мне моя девочка, я сжал спинку кровати и с интересом посмотрел на Василису.

Она нежно поцеловала меня в губы, потом спустилась к шее, её руки путешествовали по моей груди. Я откинул голову на подушку и закрыл глаза, губы Василисы целовали мою грудь. Её шаловливый язык обжигал мою кожу, моё дыхание участилось, член пульсировал, яйца были напряжены. Вот я чувствую, как её рука обхватывает мой член, сжимает его, проводит верх — вниз. Я сжимаю спинку кровати так, что у меня белеют пальцы.

Василиса мурчит и слизывает капельку выступившей семени, яйца сжимаются, я практически готов кончить. Василиса дует на член, наклоняется над ним, я чувствую её горячее дыхание. Я просто жажду, когда почувствую её влажный ротик, но она неожиданно целует моё бедро одно, другое, дразнит меня своими медленными поглаживаниями. Я хочу схватить её за волосы и притянуть к себе, чтобы она взяла меня в рот, пососала. Спинка трещит под моими руками, когда Василиса, наконец-то, нежно целует мою головку, у меня вырывается хриплый стон, я приподнимаю бедра, пытаюсь проникнуть глубже.

— Какой ты нетерпеливый, Михайловский.

Всё, я действительно больше не могу терпеть эту пытку, схватив Ваську, я подмял ее под себя.

— У тебя сейчас тампон? — хрипло спрашиваю я, её губы влажные, опухшие, глаза лихорадочно блестят.

— Нет, у меня закончились месячные, — тихий шёпот, я снимаю её трусики и медленно вхожу в неё.

Тихий стон. Она впивается в мои плечи ногтями и кусает, я ещё больше завожусь, но сдерживаюсь, не хочу причинить ей боль, нежные осторожные движения бедрами. Жар ее лона сжигает меня, голова кружиться, так хорошо, не замечаю, как мои движения становятся резкими, быстрыми.

Васька кричит, кусается, я нахожу её губы и приглушаю крики, чувствую, как ее мышцы напрягаются, одной рукой трогаю её клитор, и она кончает, громко. У меня в глазах темнеет, настолько сильно она сжимает мой член. Пару движений и я отправляюсь за ней.

— Ты просто бог, — шепчет Васька, я прижимаю её к себе целую в сухие губы.

— Выходи за меня замуж, — шепчу я, и Василиса замирает.

Я нависаю над ней и жду долгожданного ответа.

— Нет, — четко и уверено говорит Васька.

* * *

Василиса


— То есть? Как нет? — шокировано спросил Леша, присев на кровать, он был такой бледный, что я испугалась за его состояние, довела.

— Солнышко, давай я тебе всё объясню, — попыталась я обнять Лешу

Он отстранился от меня и сел на край кровати.

— Объясняй? — холодно спросил Леша.

Уф, как это неприятно.

— Малыш, я тебя очень сильно люблю, — сказала я.

— Вот сейчас я логики совсем не улавливаю.

— Ты дослушай и поймешь.

— Слушаю.

— Я не могу сказать тебе «да», пока не буду уверена, что ты меня не разлюбишь, — выпалила я, закусив нижнею губу.

— Женщина, ты сейчас серьезно?

— Да, — и для верности кивнула.

— А если ты никогда не перестанешь бояться?

— Я об этом как-то не подумала, — озадачено ответила я.

— Просто прекрасно!

— Солнышко, не расстраивайся.

— Как не расстраиваться, если любимая женщина сказала мне «НЕТ»?

Я нахмурилась. Сидим, молчим, Леша качает головой и посматривает на меня.

— Васька, что ты хочешь?

— Хочу перестать бояться.

— Допустим. Как я могу доказать тебе, что серьезно настроен, что люблю только тебя и сильно люблю, что хочу прожить с тобой всю свою оставшуюся жизнь.

— Я не знаю.

— Прекрати, всё ты знаешь, просто говори прямо!

— Я хочу, чтобы ты не сдавался, — призналась я.

— Не сдавался? Не совсем понимаю.

— Я хочу, чтобы ты делал мне предложение, пока я не скажу «да», — выпалила я.

— Интересно, это только мне такая попалась, или все мужики так страдают? — усмехнулся Леша.

— Михайловский!

— Родная, не тебе сейчас на меня возмущаться, — улыбнулся Леша и повалил меня на кровать.

Он чмокнул меня в губы и прижал к себе.

— Значит, хочешь, чтобы я за тобой побегал? Хочешь отыграться? Можешь, не отвечать я и сам все понимаю. Думаю, я это заслужил, — тихо прошептал Леша.

— Прости, — так же тихо сказала я.

— Ничего страшного, будем с этим бороться с другой стороны, это достаточно интересно. Легких путей мы с тобой явно не ищем.

— Какой ты у меня понимающий, — нежно сказала я, прижимаясь к Леше ещё сильнее.

— Ага, с такой-то врединой как ты, кем только не станешь, — проворчал любимый.


Алексей


— Знаешь, я не удивлен. — усмехнулся Кир, когда я ему всё рассказал, что выкинула вчера Васька.

— Я вот сейчас сижу и жалею, нужно было делать, как ты сразу в ЗАГС тащить, а не спрашивать.

— Я думаю, что выполнить каприз любимой женщины это не трудно.

— А если этот каприз продлиться несколько лет?

— И что? У нас бизнес тоже не сразу рос, вспомни, сколько проблем было на нашем пути, сколько раз нам отказывали партнеры, инвесторы, но мы ведь не сдавались? Так почему ты не можешь перенять свой опыт в бизнесе и наложить его на личную жизнь? Мне Ника только один раз сказал «нет», и я отошел в сторону. Из-за этого мы потеряли много лет, она была с другим все это время, даже вспоминать не хочу! А если бы я не сдался и добивался её снова и снова, мы давно были бы вместе. Хочешь услышать от меня совет? Просто борись, пока не услышишь «да», и не воспринимай её так близко к сердцу, она нуждается в том, чтобы почувствовать, как ты борешься ради нее, подари своей женщине радость. Да, и только представь, как она будет гордиться тобой, что ты не сдался. Ты вырастишь в её глазах.

— Спасибо.

— Да не за что, берегите друг друга, — сказал Кир. — Пойдем, а то девочки ждут нас в гостиной, да и ваш рейс скоро, нужно ехать в аэропорт.

— Подожди, ты так и не сказал ничего про себя, — остановил я Кира.

— Что ты имеешь в виду?

— Как ты здесь?

— Давай не будем об этом. Могу сказать, что понимание того, что скоро я стану отцом, и что Ника достойна лучшего, подстегивало меня. Я смог двигаться вперед, а не жалеть себя.

— Тебе повезло с женщиной.

— Я это и без тебя знаю. Всё пошли вам пора ехать.

Когда мы вышли из кабинета Кира, Васька с недовольной моськой спросила:

— Пожаловался?

— На что любимая?

— Не на что, — фыркнула Василиса.

— Маленькие дети, — закатил глаза Кир.

Уже в самолете, когда Василиса спала на моем плече, я думал о сложившейся ситуации и принял для себя решение, что я буду до последнего биться, пока не услышу заветное «Да». Василиса будет моей женой, у нас будут дети, мы будем счастливы, разве ради этого не стоит приложить усилия? Стоит.

Я поцеловал любимую в затылок и закрыл глаза, можно тоже немного отдохнуть, особенно после бессонной ночи раздумий.

Глава 8

Василиса


— Да, малыш, я уже в аэропорту, жду рейса.

— Это просто невыносимо, я жду тебя вместо одного дня две чертовы недели и один день! — прорычал Леша.

— Солнышко, ну прости, кто знал, что меня заставят отрабатывать, я тоже очень скучала.

— Правда?

— Ну конечно, глупый, — улыбнулась я. — Особенно ночами, иногда просыпалась и теряла тебя, — призналась я.

— Больше тебя не отпущу.

— Обещаешь?

— Утверждаю.

— Ну, всё мой хороший, посадка началась, прилечу в 6, ты будешь меня встречать?

— Да, как я могу не встретить свою врединку?

— Тогда до встречи. Целую.

Я убрала телефон и поспешила на посадку. Уже сидя в самолете, я думала над тем, как улетала отсюда в прошлый раз, сколько надежды у меня было, и как всё обвернулось. Знала бы я наперед, не переживала бы так, а просто в прошлый раз, подошла бы к нему, обняла и сказала что люблю. Думаю, Михайловский был бы в шоке.

Я улыбнулась своим мыслям. Мы совершили очень много ошибок, потеряли много времени в пустую. И сейчас, когда я поставила своего рода условия, переживала: что он отстранится от меня, что мы потеряем то, что между нами сейчас. Нашу теплоту, любовь. Это невероятное чувство, ты живешь с ним, спишь, говоришь, ешь и чувствуешь такое уединение, чувствуешь, что это настолько твой человек, что ты можешь понять его без слов.

Леша ведь не подарок иногда у него бывает плохое настроение, его все раздражает, это нормально, все мы люди, а не роботы. Так вот, когда он в таком настроение, я просто нежно целую его в щеку и ухожу в другую комнату, или в магазин, куда-нибудь, чтобы позволить ему выдохнуть, успокоиться, чтобы не дать ему возможность сорваться на мне, а потом из-за этого переживать.

Помню, когда мы вернулись в Россию, на работе нас ждал сюрприз, мы потеряли контракт на безумно большие деньги. Леша был сам не свой, досталось всем. Я и сама сильно нервничала. Когда мы приехали домой в тот вечер, напряжение было просто ощутимым, мы чуть не поругались из-за грязной чашки, хорошо, что мне хватило мозгов уйти. Я гуляла по городу, немного поплакала, нам девочкам полезно, вернулась где-то через час. Леша уже ждал меня с букетом роз, он успокоился, не до конца конечно, но достаточно для того, чтобы не срываться на мне.

— Прости, зайчонок, я был так груб, ты ведь не виновата в моих проблемах, — шептал Михайловский, целуя меня и вытирая мои слезы.

Именно в тот вечер мы решили, что я поеду увольняться, когда у меня закончиться отпуск, нам хотелось укрепить нашу связь. Я не знаю, как подобрать правильные слова, чтобы объяснить, что мы чувствуем. Он часть меня, я часть его. Наверное, со стороны это покажется бредом, но я искренне хочу, чтобы каждый так себя чувствовал со своим мужчиной, со своей женщиной.

Я знаю, какой кофе он пьет, сколько моется в душе, как его разбудить, чтобы он был в хорошем настроении. Я просто счастлива с ним, а он со мной. Самое смешно, что спустя две недели, перед тем как я уехала увольняться, я поняла, что мне будет довольно сложно отказывать Леше, говорить «нет». Может, я зря это всё затеяла, может, стоило согласиться ещё в Америке и все?

Я думала об этом все это время, пока отрабатывала две недели, но так не к чему и не пришла. Наверное, я просто трусиха и боюсь его потерять. Как представлю, что он просыпается однажды утром, не целует меня, не обнимает. Затем мы пьем кофе в полнейшей тишине, и он говорит "Я больше тебя не люблю". Наверное, я просто умру, внутри все перегорит, это даже представлять невыносимо больно, что говорить, когда я буду чувствовать это.

Поэтому я позволю себе эту прихоть, насколько хватит его терпения, упорства, насколько ему нужно, чтобы я стала его женой?

Пока обдумывала и анализировала свои чувства, я не заметила, как задремала. Проснулась от того, что нас предупреждали, что мы идем на посадку. В аэропорту, сонная я пыталась разглядеть знакомые черты, по которым я просто невыносимо скучала, где он? Я нахмурилась, потому что Михайловского не было видно.

— И как это понимать?

Неожиданно передо мной появился огромный букет белых роз, я не видела, кто был за ним, но догадалась, что это был Михайловский

— Ты ведь не хочешь сейчас всучить в руки мне эту громадину. Они, наверное, весят целую тонну, — сказала я, делая шаг назад.

Вот это букетище. Конечно, круто, но я это не понесу.

— Васька, тебя нужно научить, как правильно реагировать на сюрпризы. Ни грамма женственности! Где этот радостный писк и вспышка камеры, чтобы срочно, выложить все в Инстаграм и подписать: «Мой мальчик меня так радует», — закончил писклявым голосом Леша.

— Шут гороховый, мы две недели не виделись, выкинь ты уже этот веник и поцелуй меня, — проворчала я.

Леша с легкостью скинул букетище на пол, рядом проходящие девушки испустили шокированный вздох и с жалостью посмотрели на букетище. А я даже не смотрела на этот чертов букет, я впитывала каждую черточку лица любимого, прищур глаз, любимую ухмылку.

— И где мой поцелуй?

Леша рассмеялся и подхватил меня на руки, покружив, он поцеловал, так что голова закружилась. Наверное, это неприлично стоять и целоваться посредине аэропорта, но мне сейчас плевать на приличия. Любимые губы, запах, и тихий шепот: "Как же я скучал"

Порыв нежности закончился, как только у нас кончился воздух. Мы глубоко дышали и улыбались, как дураки. Я думаю, что именно так мы выглядим со стороны.

— Засранка! — неожиданно воскликнул Леша и шлепнул меня по попе.

— Ай! Ты чего? — обиженно сказала я.

— «Лешенька, да я на один день и обратно», — пропищал Михайловский.

— Я правда так думала, — возмутилась я.

— Я тебя дома запру, и больше никуда без меня не выйдешь.

* * *

— Ага, сейчас, мечтай, дорогой, — закатила я глаза.

— Ах так, — прищурил свои карие глаза Леша.

— Да, так, и что ты мне за это сделаешь?

— А ты так и жаждешь, чтобы я что-нибудь сделал, да, зайчонок? Может, ты давно мечтаешь о бдсм? Так ты говори, я с удовольствием воплощу все твои желания в жизнь.

— Михайловский, я тебя сейчас самого плеткой отхожу, — возмутилась я.

— Оу, да ты любишь доминировать. Хорошо, я готов стать твоим питомцем, — шкодливо сказал Михайловский.

— Ты придурок, вот что, а не питомец, — закатила я глаза.

— Что, на роль питомца не дотягиваю? Так я обещаю учиться, госпожа, — прошептал Леша.

— Ты просто невыносим, — на моих губах расцветает улыбка.

— Я скучал.

— И я.

— Так, хватит, пошли, тебя ждет сюрприз.

— Сюрприз? Мне уже бояться?

— Не скажу, — улыбнулся Леша, подхватил букетище, и мы пошли к его машине.

— И не смотри так на букет, я не мог его там оставить. Завтра, если не забуду, покажу, как нужно фотографироваться возле такого букета, — усмехнулся Леша.

— Малыш, у меня инстаграма нет.

— Заведем, мир должен увидеть, какой я хороший мужчина и как тебя балую. И вообще, ты что потом детям показывать будешь? А дочери? Вот увидит она, как папка старался угодить мамочке, и сразу планка у нее повысится, всяких жалких уродов рядом не будет, — перечислял Михайловский.

— А если у нас будет сын?

— Все равно покажешь, как нужно ухаживать и добиваться, хотя я его сам всему научу. А то знаю я эту женскую черту сюсюкаться, потом вырастают хлюпики, — проворчал мой слишком умный мужчина.

— Вот скажи мне на милость, я провела с тобой 10 минут после двухнедельной разлуки, и ты меня уже бесишь, как это возможно?

— Ты думаешь, это плохо? Я считаю, что в отношениях партнер должен вызывать все чувства, так не будет скучно, и чувства не пройдут. Вот представь, что у нас с тобой одни розовые сопли, я такой весь идеальный, что тошно становится, ты через сколько взвоешь?

— Ты так описал, что мне уже хочется взвыть, — я аж вздрогнула.

— Вот видишь, — рассмеялся Леша. — Ведь счастье, это, по сути, быть с друг другом настоящими, а не притворяться кем-то другим.

— Не могу не согласиться.

В машине наступила приятная тишина, Леша держал меня за руку, иногда отпуская её, конечно, но через мгновение моя рука снова попадала в его плен. Я не смотрела, куда мы ехали, и когда мы остановились возле старого кафе, в котором у нас когда-то был выпускной, я сильно удивилась.

— Это же…

— Да, зайчонок, а теперь позволь, я завяжу тебе твои красивые глазки.

Леша завязал мне глаза и помог выйти из машины. Закусив губу, я медленно шла, куда меня вели. Когда мы зашли в кафе, заиграла медленная музыка.

— Я не позволил тебе станцевать на выпускном ни одного медленного танца, позволь, я это исправлю. Нет, не снимай повязку, просто представь, что мы вернулись в прошлое, в тот вечер — тихо прошептал Леша, обнимая меня за талию.

Я робко обняла Лешу за шею, глубоко вдохнула его запах. Музыка заиграла громче. Мы стали медленно двигаться в объятиях друг друга.

— Я помню тот вечер, ты была такая красивая: сиреневое короткое платье, твои ноги сводили меня с ума, но я, конечно, не обращал на это внимание, дурак.

— Ты был одет в джинсы и белую рубашку. Ты закатил рукава, и я все время смотрела на твои крепкие руки, а две расстегнутые пуговицы на рубашке вызывали желание подойти к тебе, расстегнуть все пуговицы и провести по груди руками, губами.

— Испорченная девчонка, в то время, как я думал, как спасти тебя от похотливых самцов, ты сама была более похотливей их.

— Может быть.

— Помню, как один полез к тебе целоваться. Я оставил девчонку, которая клеилась ко мне, и подбежал к вам.

— Бедный мальчик, он так и не понял, за что получил от тебя, а я была ужасно зла: сам развлекался, а мне не давал.

— Я развлекался?

— Да, постоянно, когда я на тебя смотрела, ты разговаривал то с одной девушкой, то с другой, — со злостью сказала я, сжимая плечи Михайловского.

— И из-за этого ты наклюкалась?

— НЕ скажу.

— Зайчонок, но я их отшивал, и постоянно следил за тобой.

— Можно сделать вывод, что мы оба дураки, — прошептала я.

— Это точно, я, когда парня от тебя оттащил, который целоваться лез, так и не понял, почему, но сейчас я знаю, почему я так сделал.

— Почему?

— Я хотел оказаться на месте этого парня, сорвать с твоих губ страстный поцелуй. Кто мог знать, что я получу это только позднее вечером.

— Я так и не помню тот поцелуй, — тихо прошептала я.

— Я напомню, — так же тихо ответил Леша.

Я почувствовала его дыхание возле моих губ, потом легкое касание языком к моим губам. Я громко выдохнула, и Леша захватил в плен своих губ мою нижнюю губу, потом верхнюю, и отстранился от меня. Когда я хотела разочарованно застонать, он поцеловал меня, страстно, напористо, так, что я потерялась в этом поцелуе и забывала дышать, только его губы, язык.

— Выходи за меня замуж, Васька, — спросил Леша, прерывая поцелуй.

— Нет, — с дрожью в голосе ответила я.

— Знаешь, я сделаю вид, что не вижу, как тебе сложно мне отказывать, и приму твой очередной отказ, — сказал Леша снимая с меня повязку.

Я посмотрела на Лешу и попыталась понять, насколько сильно я его задела.

— Родная, прекрати на меня так смотреть, я не обижаюсь, я понимаю тебя, — сказал Леша, проведя пальцем по моей губе. — Пойдем просто поужинаем, здесь готовят прекрасные стейки.

— Пойдем, — улыбнулась я.

Леша выкупил полностью кафе для нас, мы сидели в центре зала, ужинали, пили вино и мило общались.

— Спасибо за этот вечер, это было волшебно, ты меня удивил, я не знала, что ты настолько романтичен, — сказала я, когда мы приехали домой.

— Зайчонок, поверь, я тебя ещё смогу удивить, и не раз, — щелкнул меня по носу Михайловский и понес относить букетище в зал, а я засмотрелась на его задницу и практически облизнулась.

Таак, пора кого-то отблагодарить за этот вечер, и я даже знаю, как я это сделаю.

* * *

После второго предложения Михайловский как-то успокоился, и месяц от него никаких телодвижений в мою сторону не было, что сильно расстраивало. Я успела себя накрутить, обидеться, потом разозлиться. Леша, только ходил и улыбался, как будто, гад, знал, почему я нервничаю.

— Что-то ты злая в последнее время. Я тебя не удовлетворяю? — за завтраком спросил Леша, я так и застыла с ложкой сахара над кружкой.

— Как ты умудрился об этом подумать?

— Обычно женщины злые, когда неудовлетворенные, а ты злая, дай подумать, примерно полмесяца злая с чего бы это?

— Ничего я не злая, — практически прорычала я.

— Ты уверена, что тебя ничего не беспокоит? Ты не о чем не хочешь поговорить?

— Уверена! — сквозь зубы ответила я, так и хочется ему ложкой в лоб.

— Ай-я-яй, — по цокал языком Леша.

— Что?

— Нужно делиться тем, что ты волнуешься о том, что я слился и не хочу добиваться твоего согласия, — прямо сказал Леша, а я поджала губы.

— Я не волнуюсь, — фыркнула я.

— Ну конечно, я сделаю вид, что поверил и на всякий случай скажу, что я не слился.

Я сидела и не могла понять, рада я или нет, и когда Леша собрался выходить из кухни, обернулся ко мне и сказал.

— Может у меня тактика такая, зайчонок, — подмигнул мне этот, слов не подберу. — Кстати, завтра мы летим на Гавайи, детка.

— Куда? — крикнула я.

— Ох, зайчонок, ты у меня ещё и глухая, повезло мне, ничего не скажешь, — пропел этот смертник.

Потом от меня убегал по всей квартиры и хохотал как ненормальный.

— Я тебя прибью! — кричала я, кидая в него диванными подушками.

Не знаю, как ему это удалось, но он успел перехватить подушку и скрутить меня.

— Бешеная моя, — прошептал Леша, повалив нас на диван.

— Слезь с меня, — фыркала я.

— Неа, — ухмыльнулся Леша и стал целовать мою шею.

— Так нечестно, — прохныкала я, шея просто моя предательница.

— На войне все средства хороши, — довольно сказал Леша и поцеловал меня, дальше мне было не до претензий и разбирательств, мой мужичина умеет переключить мое внимания в другое русло.

Утро. Аэропорт.

— Почему у меня такое ощущение, что ты приготовил мне какую-то подлянку, — подозрительно посмотрела на Михайловского и отпила кофе.

Как же охота спать, Леша мучил меня всю ночь, мы поспали от силы пару часов, и я просто умираю, спать хочу, а этот светиться как лампочка, беси-и-ит.

— И как ты пришла к таким выводам? — с интересом спросил любимый.

— Ты сидишь слишком довольный и в глазах у тебя столько предвкушения, что мне становится страшно.

— Зайчонок, а ты не подумала, что я такой довольный от того, что всю ночь доводил тебя до оргазмов?

— Тише ты, — шикнула я, он сказал это достаточно громко так, что все посетители кафе уставились на нас.

— Васька, ты сейчас должна не за кружкой кофе прятаться, а сидеть и гордиться тем, какой у тебя мужчина. Между прочим, не каждый потянет ночь, а я потянул, и ты не один раз кончила, а если точнее 8, я считал, — я покраснела, как помидорка, этот самовлюбленный павлин специально практически кричал об этом.

— Божечки, ну почему не Вася с соседнего подъезда или Коля с универа, почему Михайловский? За какие грехи, мне такое наказание? — тихо бурчала я.

— Ты что там шепчешь?

— Ничего дорогой, пошли уже, у нас там посадка начинается, — сказала я и стартанула к выходу из кафе.

— Вот скажи мне, зайчонок, как в одной женщине может сочетаться разврат и скромность? — спросил меня Леша, догоняя меня и обнимая за плечи.

— Скажи мне, мой дорогой, как один мужчина может быть няшкой и зловредным гадом одновременно?

Но Леша не успел мне ответить, мы прошли посадку и потом окончательно забыли про то, что спорили. Я уместилась на плече любимого и сладко зевнула.

— Ты же не бросишь меня одного скучать? — наиграно возмутился Леша.

— Солнце, давай поспим, а? Я так хочу спать, — зевнула я.

— Спи, мой зайчонок, ты должна быть отдохнувшая и спокойная для моего сюрприза.

Спокойная? Но я не успела это спросить вслух, просто-напросто отрубилась. Мгновенно.

Гавайи

Довольная, выспавшаяся и предвкушающая сюрприз, я точно не ожидала, что Михайловский потащит меня на дайвинг. Потом, конечно, я решила, что изучать подводный мир это не так уж и плохо.

Мы поплыли на катере в море, я с интересом смотрела на большую клетку и недоумевала зачем она? Мы переоделись в костюмы и нам стали читать инструкцию, Леша мне все переводил и держал за руку, так крепко, как будто я могу сбежать в любую секунду.

И когда мужчина закинул большой кусок мяса на веревке в воду я увидела акулу причем не одну. Мать честная!

— Михайловский, скажи, что это не то, о чем я думаю, — прошептала я, когда нам стали опускать клетку в воду.

— Круть — это просто круть, зайчонок, — словно маньяк сказал Леша и с восторгом смотрел на плавающих акул.

— Я думала, мы будем смотреть рыбок, — сглотнула я.

Нам дали знак, чтобы мы спускались в воду.

— Знаешь, я тут передумала, ты это иди, посмотри, а мне и тут хорошо видно, — шептала я.

— Неа, Васька, мы должны сделать это вместе, — прошептал Лешик и одел на меня маску.

Серьезно? Должны?

Я не помню, как мы спускались, помню как меня потряхивало, наверное, не нужно бояться, чтобы акула не почувствовала страх, я по крайней мере так думал, черт знает откуда.

Когда мы были в воде, я с ужасом смотрела, как две акулы метра три в длину, сражаются за кусок мяса. Мамочки, вот у них зубки такие маленькие, такие остренькие.

Я посмотрела на клетку и мне она не казалась уж такой преградой для двух голодных хищников. Сразу вспомнились все ужастики, которые я смотрела про акул. Мне поплохело. Но хуже стало, когда акулы стали кружить возле клетки. Я теперь примерно понимаю как себя чувствуют животные в клетках, только плюс мы ещё возможная еда для этих милах.

Я просто холодела от ужаса. И в этот момент, когда я пыталась взять себя в руки и вспомнить, какого это дышать, Михайловский стал пихать мне в лицо коробочку. ОН ЭТО СЕРЬЕЗНО?! Когда я тут практически со страху помираю, он мне предложение делает?

Зло посмотрела в сторону Михайловского, я отпихнула коробочку к нему и покачала головой, ещё у виска покрутила. Да я за такого в жизнь не выйду, выдумщик чертов. Я так адреналина хапнула, что на всю жизнь хватит.

Когда весь кошмар для меня кончился, когда мы были на суше, меня все равно продолжало трясти.

— Зайчонок, ну прости меня, откуда я знал, что ты у меня такая трусишка, — улыбался этот смертник.

— Пошел ты, Михайловский, со своим зайчонком и акулами, — прорычала я и пошла в отель, мне срочно нужно выпить успокоительных или стакан водки, я точно не решила.

* * *

После событий на Гавайях прошло ровно две недели. Первая была самой тяжелой для Леши, во всех смыслах.

В тот день, после дайвинга, он сразу не отправился за мной, дал время успокоиться, но это он так думал. И когда вернулся вечером в номер, ожидая увидеть меня спокойную и адекватную, его ждал сюрприз.

Я встретила его тем, что бросила ему в лоб свою туфельку, жаль промахнулась из-за лишних промилле в организме, и попала прямо по яйцам. Михайловский взвыл и повернулся в сторону двери, но женщина в гневе страшна, особенно если эта женщина — Я.

Я решила его догнать и добить, но к сожалению с этим у меня вышла маленькая заминка. Комната вращалась и никак не позволяла мне быстро двигаться. Я поняла, что Михайловский от меня уйдет живым и невредимым, а меня это не устраивало в корень, поэтому я бросила в него второй туфелькой, которая тоже достигла своей цели правда только по голове. Ну, думаю для женщины, которая перепила свою норму, я была довольно меткой, словно снайпер.

Лешик в тот вечер так и не вернулся, и правильно сделал. Снял номер и спокойно провел свою ночь отдельно от меня, что не могло не радовать, потому что я его просто не могла видеть. На меня накатывало бешенство вместе с щенячьей нежностью.

На следующий день, когда он понял, что я не собираюсь с ним разговаривать и тем более просить прощения за яички, он очень расстроился и даже обиделся. Обида длилась, недолго пару часов от силы, и только тогда Михайловский задумался, что я веду себя необычно.

А когда я дома начала собирать вещи, он запаниковал. Просил прощения, клялся, что больше так не будет. Но я была, как кремень, воспоминания произошедшего были слишком свежи. Поэтому я не купилась на слова Леши и переехала в гостиницу.

На работу я продолжала ходить. Леша практически ночевал в машине возле гостиницы, ни ел, ни спал, выглядел жутко, но я продолжала держаться. Правда, к концу недели из последних сил. Мне важно было, чтобы он запомнил раз и навсегда, что так со мной поступать нельзя.

В понедельник сама перевезла вещи, Леша не мог нарадоваться, носил меня на руках, окутывал заботой и вниманием, по дому везде стояли свежие цветы. Он задаривал меня подарками. К середине недели успокоился, и дома наступила гармония.

Но вчера я заметила, что он часто сидит в телефоне, ржет, ведет себя странно. И как любая любопытная женщина я полезла в телефон. Нет, я не думала об измене, ну по крайней мере я на это надеюсь. В общем, я нашла множество запросов про предложения руки и сердца. А в последние время он сидел на женском форуме, создал тему и спрашивал у женщин их предложение мечты, и что только они там ему не писали. У меня волосы дымом встали.

Кто-то написал, что мечтает прыгнуть с парашютом, и чтобы жених сделал ей предложение в полете, это что за…? Серьезно? Она это серьезно? Жаль, не смогла ответить, Лешик закончил мыться, и мне пришлось в срочном порядке зачищать следы. И теперь я нахожусь в напряжение, уже как два дня, и жду с опасением следующего предложения, на всякий случай на все предложения куда-нибудь съездить отвечаю отказом. Но сегодня я проснулась и вот чувствует моя задница не хорошее, вот прямо кричит: «БЕГИ-И-И-И!»

Пока я размышляла, стоит ли прислушиваться к своей попе, ручка двери в спальню стала дергаться потом раздался мат Михайловского, и, наконец-то, дверь распахнулась.

Я вся сжалась на кровати и с опаской ждала, что же он там придумал. А Леша просто нес поднос с кофе и пироженками. Ух ты! Давно меня так не баловал, вру, конечно, всего пару дней, наверное.

— Какая вкуснятина, — прошептала я, когда Леша поставил поднос на кровать.

— С добрым утром, любимая, — ласково сказал Леша, поцеловав меня в губы.

Я улыбнулась и потянула свои руки к кофе, отпив, я застонала в голос.

— Ты просто божественно варишь кофе.

— Все для тебя, дорогая.

У меня от запаха пирожного совсем, наверное, мозг отключился, и я не заметила, с каким напряжением за мной смотрит Леша.

Откусив приличный кусок пирожного, я почувствовала, как у меня что-то застряло в горле.

— Васька ты чего такие глаза сделала? НЕ вкусно? Или… Нет… Ты же не могла… Или могла? ТВОЮ МАТЬ! — закричал Михайловский.

А у мня из глаз бежали слезы, я хрипела, было страшно, словно задыхаешься. Михайловский, запаниковав, стал бить меня по спине, я тогда подумала, что если не умру так, то он меня просто зашибет.

Не знаю, как нам удалось, но я выплюнула все что только можно на кровать и почувствовала свободу в горле. Пока я приходила в себя, вытирая слезы, Михайловский под шумок пытался спрятать одело.

— СТОЯТЬ!

Михайловский подпрыгнул и посмотрел на меня таким взглядом, что мне сразу стало всё понятно.

Я бешеным взглядом искала что-нибудь блестящие среди кусков пирожного по кровати и нашла: кольцо с бриллиантом. УБЬЮ! Я его просто прибью.

— Ты хочешь услышать мой ответ? — тихо спросила я, вставая с кровати.

— Неа, думаю я и так понял, — прошептал Михайловский, пятясь назад.

В его взгляде было только одно: «Вот я попал!» И он абсолютно прав!

* * *

— Знаешь, зайчонок, ты жестока, — простонал Михайловский.

Он стонет об этом уже час, я конечно тоже хороша, случайно фингал ему поставила. Правда, случайно! Он от меня убегал, мне это надоело, и я бросила ему под ноги статуэтку, которая всегда у нас стоит рядом с диваном на тумбочке. Он не ожидал такого и запнулся об нее, упав, ударился об стол, короче было много бах-бах и много матов, которые я даже первый раз слышала за всю свою жизнь.

У меня даже желание его убивать пропало, когда я увидела, что под глазом будет синяк сто процентов, не помогла ни курица замороженная, ничего.

И сейчас мой мужчина смотрит в мое маленькое зеркало и стонет, и так целый час, я скоро разобью это зеркало.

— Михайловский, ты сейчас меня снова начинаешь бесить!

— Это несправедливо! Ты должна меня жалеть, а не сидеть с безразличным видом и смотреть ДОМ2!

— Тут намного интересней ситуация, чем твой синяк, это, во-первых. Во-вторых, кто меня чуть не убил два раза? Правильно, ты! Поэтому лежи и молчи в тряпочку, пока я не решила снова совершить вендетту.

— Ты страшная женщина, будущая Михайловская.

— Ага, если я доживу до Михайловской, ты меня такими темпами кокнешь, — нервно вздохнула я.

Дальше я молча смотрела ДОМ 2, а Лешик мужественно лежал рядом и терпел сие безобразие, которое творилось по телевизору. А все это потому, что я успела захапать пульт. У нас в семье так: у кого пульт, тот и прав. Я иногда забывалась и начинала перебирать мягкие волосы любимого, пока тот не начинал постанывать. Тогда я приходила в себя, вытирала руку об футболку и продолжала смотреть телевизор.

Когда ДОМ 2 закончился, я ушла в душ, а Леша простонал что-то типа "Наконец-то!".

Когда я вышла из душа, Михайловский почти снес меня и залетел в ванную. Я нахмурилась, вот что-то ведь натворил, и как только успел, прошло минут 15 от силы.

Фыркая, закатывая глаза, я устремилась к шкафу, чтобы одеть нижнее белье и пижамку, и какое же было мое удивление, когда я обнаружила, что все мои трусы пропали! Я стояла и недоумевала, зачем он их спер? Это намек на секс? Или как?

Я решила присесть на кровать и подождать Лешу, и какое же было у меня удивление, когда все мои трусы нашлись, и не просто нашлись. На кровати ими было выложено "Выходи за меня, Васька" в центре лежала коробочка.

Я села на кровать приоткрыла коробочку и рассмотрела кольцо, которое сегодня застряло у меня в горле. Красивое, но не кричащие. Все как я и люблю. Когда-нибудь я его одену, но не сейчас.

С сожалением собрав все свои трусики и, убрав коробочку на тумбочку, я выложила носками Михайловского свой ответ "НЕТ". После душа, когда увидел мой ответ, он только ухмыльнулся забрал носки и чмокнул меня в лоб. А я подозрительно на него посмотрела.

— Тебя совсем не обижают отказы?

Леша обнял меня за талию и задумался.

— Знаешь, я воспринимаю твои отказы очень легко, потому что не концентрирую на этом свое внимание. Я даже получаю от этого удовольствие, это азартно, — улыбнулся Леша.

Пощекотав мой нос своим, он чмокнул меня и лег на кровать.

— Не поняла!

— Малышка, секса сегодня не будет, у меня был непростой день, — пробурчал мой котенок и заснул.

И мне стало его так жалко, вот за что ему такое наказание в виде меня?

Глава 9

Алексей


Я рассматривал свой синяк и не мог поверить в это. Я даже в драках по лицу не получал и всегда гордился тем, что выходил из драк без единой царапины, а здесь, дома, об журнальный стол!

— Леш, тебе тональник дать? — озабоченно спросила Василиса, зайдя в ванную.

— Давай, — тяжело вздохнул я, на работу нужно собираться, и как только я буду сегодня проводить совещание?!

— Прости меня, — прижалась к моей спине Василиса, поцеловала меня между лопаток, пока я замазывал свой синяк.

— Не переживай. Ты же не думала, что я так удачно упаду, — ответил я, и Васька тяжело вздохнула. — Перестань себя винить, — повернулся я к своей женщине и усадил её на стиральную машину.

— Я у тебя такая дурная, — с надутыми губами сказала Василиса.

— Возможно. Но, а кто идеален? — спросил я, погладив её по щеке большим пальцем.

— Точно не ты, — улыбнулась Васька.

Я всегда по-особенному реагирую, когда она улыбается: так открыто, радостно. Её глаза начинают светиться счастьем, на щеках появляются ямочки. Она красивая и самая желанная для меня. Особенно когда на ней нет ни грамма косметики, на голове растрепанная шишка, и она одета в мою старую футболку, от её волос пахнет моим шампунем, потому что вчера её закончился.

— Вот видишь, мы просто идеальная пара неидеальных людей.

Я наклонился к ней и поцеловал свою женщину, для нас это сейчас так естественно: целовать друг друга, обнимать. Мы иногда даже не замечаем этого, и думаю, что нет лучше привычки, чем целовать друг друга и обнимать без причины, а потому что просто хочется почувствовать тепло близкого человека, подарить немного нежности. Ещё Васька любит меня кусать. Иногда, сидим на диване, смотрим фильм, а она как куснет за ухо или за руку, в общем куда дотянется.

— Нам пора на работу, — напомнила Василиса, перебирая мои волосы и зарываясь своими красивым носиком в мое плечо.

Она сейчас глубоко вдохнет мой запах, потрётся об мою шею, оставит легкий поцелуй и отстранится.

— Чему ты улыбаешься? — спросила Василиса, слезая со стиральной машины.

— Тому, как я хорошо изучил тебя, — укусив Василису за плечо, я пошел в сторону спальни.

— Михайловский, а перенимать чужие привычки не хорошо, — проворчала Василиса и запрыгнула мне на спину.

— Зайчонок, ты мне сейчас ухо откусишь, — поморщился я, когда моя драгоценная вцепилась своими зубками в мою мочку.

— Прости, не могу с собой ничего поделать, — Василиса спрыгнула с моей спины и отошла подальше от меня.

— Вот выйдешь за меня, и тогда я разрешу тебе кусать меня сколько угодно твоей душеньки.

— Это предложение?

— Возможно.

— Если возможно, то я могу ответить возможное "НЕТ", потому что мне нравится, когда ты ворчишь, во время того как я тебя кусаю, — озорно улыбнулась Васька.

Мы конечно продолжили дискуссировать на эту тему, и благодаря этому опоздали на работу.

Подъехав на парковку, мы быстро вышли из машины и поспешили к служебному входу, как к нам перегородил дорогу черный джип. Я убрал Василису за спину и напряженно замер. Из машины выскочило четверо крупных мужчин, их выражения лиц не предвещало ничего хорошего.

— Васька беги, — тихо сказал я.

— Ага, сейчас.

Я не успел ответить, как на меня накинулась сразу четверо мужиков, я успел только оттолкнуть Василису от себя. Пока я переживал за Ваську и надеялся, что она убежит к служебному входу, тело инстинктивно двигалось. Я уклонялся от ударов и наносил свои. Когда я пару раз пропустил удар и получил по лицу, понял что в срочном порядке нужно возобновлять тренировки с тренером. С трудом разделавшись с тремя, я завертел головой, потеряв четвертого, когда я его нашел, то чуть не застонал в голос. Вот я же ей говорил, беги!

— А теперь, ты будешь делать то, что мы тебе скажем, уяснил? — усмехнулся мужик, прижимая нож к Васькиной шее.

* * *

Василиса


Когда незнакомые мужики с бандитской внешностью накинулись на Лёшу, он со всей силы оттолкнул меня. Не ожидая такого, я не смогла удержать равновесие на каблуках и упала.

Всё развивалось настолько быстро, что я была словно в ступоре. Любимый с лёгкостью отбивал удары один, другой, пару раз получил по лицу. Я вздрогнула и сделала шаг вперёд, но потом остановилась, что же делать? Точно нужно позвать на помощь, я хотела побежать в сторону служебного входа, как увидела, что один из мужчин достаёт нож и подходит к Лёше со спины, а он этого даже не видит, потому что отбивается от троих.

Я не смогла бросить его и убежать. Решив, что нужно выбить нож из руки мужчины любым способом, потому что отвлекать Лёшу сейчас нельзя. Сама я этого сделать не смогу поэтому, не придумав ничего лучше, бросила туфлю, целилась я в руку с ножом, но промахнулась, и туфля просто упала рядом с ногой мужчины.

Выбить нож у меня не получилось, а вот отвлечь внимания от Лёши вышло, только радоваться рано. Потому что мужика очень сильно заинтересовала моя персона. Он развернулся от Лёши и пошёл быстрым шагом ко мне. Я тоже стоять не собиралась, поэтому побежала в сторону служебного входа, мне оставалось совсем ничего до того, чтобы попасть в обзор наших камер, но меня схватили и зажали рот.

Я попыталась укусить мужчину за руку, но он приставил мне нож к горлу, и всё моё сопротивление исчезло, я замерла от страха за свою жизнь. Мужчина повёл меня в сторону Лёши. Он в этот момент разобрался с тремя мужчинами, его лицо было в кровоподтёках. Я первый раз вижу его в таком состояние и скажу, что это навсегда врежется в мою память.

Мужчина что-то промямлил Лёше, а я ничего не слышала и смотрела во все глаза на любимого. Я чувствовала, как мужчина прижимает нож сильнее и по моей шее стекает струйка крови.

Ужас происходящего просто накатывал волной, хотелось, чтобы это все мне только казалось, чтобы это был глупый розыгрыш. Но когда нас вместе затолкали в машину, и Лёшу ещё раз ударили по лицу, я заплакала. Точнее завыла, закрыв руками лицо.

— Тише, зайчонок, всё будет хорошо, — шептал Лёша, прижимая меня к себе.

Нас привезли в загородный дом. Видно, что хозяин дома очень богат. Я примерно понимала в каком мы районе, и это все мне очень не нравилось. Нас завели в дом и заперли в винном погребе.

— Ты знаешь, кому мы понадобились? — спросила я, прижимаясь к Лёше.

— Догадываюсь, — ответил любимый, обнимая меня крепче, он поцеловал меня в затылок и ласково провёл по спине рукой.

Меня начало трясти, я не могла взять себя в руки. Первый раз я настолько сильно испугалась, причём больше не за себя, как за любимого. Как представлю, что тот мужчина втыкает нож в спину Михайловского…

— Тише — тише, — ласковый шёпот, нежный поцелуй в висок.

— Что им нужно? — с дрожью в голосе спросила я.

— Скоро узнаем, — ответил любимый.

Он снял свой пиджак, который был порван и запачкан в крови и бросил его на пол. Сев на него, он притянул меня и посадил к себе на колени.

— Почему ты не убежала? — горько спросил Лёша. — Мне было бы намного спокойней, если бы ты была в безопасности.

— Я хотела позвать на помощь, но тот мужик… Нож… Я просто не смогла, — всхлипывая, рассказывала я.

— Все, успокойся. Извини, родная, я понимаю, как тебе страшно, давай просто посидим, ты попробуешь немного успокоиться.

Я положила свою голову на плече Лёши и закрыла глаза.

— Помнишь, того менеджера по продажам, с которым ты крутила на работе? — неожиданно спросил Леша, перебирая мои волосы.

— Помню. Его звали Дима. Он меня бросил, гад, — тихо завозмущалась я.

— Это я заставил его, тебя бросить.

— ЧТО?

— Да, я сволочь, но я не мог смотреть, как он постоянно тебя обнимает, а ты ему ласково улыбаешься.

— Михайловский, ты нормальный, тебе напомнить, сколько женщин ты поменял?

— Помню, но знаешь…

— Что?

— Когда мы, наконец-то, сошлись, и у нас все наладилось, ты с каждым днем просто стирала мне память о прошлом. И спустя несколько месяцев я могу сказать, что ни одна женщина не сравниться с тобой.

— По дурости?

— И это тоже, но я про другое. Ты для меня всё в этой жизни, и сегодня, когда я увидел нож возле твоей шее, а потом кровь я испугался так, как никогда в жизни ничего не боялся. Как тебе объяснить? Когда ты есть в моей жизни, это как солнышко в ясный день греет, тепло и так хорошо. А без тебя, это словно дождливый день, холодно сыро, одиноко. Я не знаю, веришь ли ты в то, что у каждого из нас есть настоящие половинки. Это те люди, которые подходят к нам идеально.

— А ты веришь?

— Верю. И я уверен, что ты моя идеальная половинка, — сдавленным голосом сказал Леша. — Ты моя слабость и безграничная сила. Я люблю тебя, зайчонок, очень сильно люблю.

По моим щекам побежали слезы. Внутри все просто сжалось от переполняющих чувств.

— Когда сегодня я увидела, что тебе грозит опасность. Внутри меня сковал страх потери. Я подумала о том, сколько всего мы ещё не успели сделать: спрыгнуть с парашюта, купить собаку, совершить какой-либо безумный поступок, сыграть самую неординарную свадьбу, стать родителями. Понимаешь, в этой жизни мне никто не нужен. Я много лет боролась, уверяла себя в том, что я забуду, переболею. Но теперь, когда я узнала, каково это беспрепятственно любить тебя, чувствовать твою любовь, я не смогу жить без этого. И если бы что-нибудь с тобой случилось, я бы в то же мгновение умерла. Я так тебя люблю, что это не передать, — я больше не могла сдерживаться, слезы текли ручьем, я целовала лицо любимого.

Мне показалось, что его глаза тоже подозрительно заблестели.

— Все, малыш, не плачь, я обещаю, что мы выберемся отсюда и прыгнем с парашютом, — улыбнулся Леша, вытирая мои слезы.

— Так сразу и прыгнем? — всхлипнула я.

— Да, вот как все разрешиться поедим прыгать, вместе. Я знаю, что ты хотела побывать в Африке, можно туда слетать, или подняться на вулкан. Я сделаю все, что ты хочешь. Ты просто, скажи что?

— Просто будь всегда рядом, не смотря ни на что, больше мне ничего не нужно, — ответила я.

Я нежно поцеловала его в уголок губ, потому что второй угол губы был весь разбит, Леша крепко обнял меня, и мы просто молчали. После всего сказанного мы ощущали, как к нам приходят силы. Неважно, что будет дальше, важно то, что мы вместе, а вместе мы со всем справимся.

Через час в винный погреб спустился лично господин Зелицкий в компании двух мордобоев.

— Добрый день, — улыбнулся он нам, а мне хотелось встать и дать кулаком в его толстую морду.

— С какой целью нас пригласили провести пару часов в обществе вашего коллекционного вина?

— Не, правда впечатляет? — развел руками товарищ депутат.

Я просто сжимала губы, чтобы не сказать ему пару слов, чтобы не сделать ещё хуже.

— Не особо, — сказал любимый, усмехнувшись.

Зелицкий нахмурился.

— Так зачем мы вам понадобились? Или вы скучаете под домашним арестом? Так вы могли просто нам позвонить, мы бы сами приехали, без сопровождения.

— Я не собираюсь с вами разговаривать, пока вы сидите на грязном полу, где ваше воспитание, Михайловский?

— Потерялось, пока мы к вам ехали, — ответил Леша.

Зелицкий кивнул одному из мордобоев, тот подошел к нам и потянул ко мне свою ручище.

— Притронешься ко мне хоть пальцем, я выткну тебе глаза, — угрожающе зашипела я.

Мужик засомневался в своих действиях.

— Это она может, я бы не советовал к ней притрагиваться, — усмехнулся любимый.

— Хватит клоунадничать! — закричал Зелицкий, он сейчас был похож на толстого красного поросенка.

Леша улыбнулся, но приподнял меня и встал, я видела, как он поморщился от боли.

— Что вам нужно? — уже более серьезным тоном спросил Леша, убирая меня за свою спину.

— Я бы хотел, чтобы ваш драгоценный друг отменил дело против меня.

— Какой друг?

— Не стройте из себя дурака, Михайловский! Иначе…

— Что?

— Я отдам вашу женщину своим охранникам, уж очень она у вас строптивая. Они таких любят, — похотливо улыбнулся Зелицкий.

— Кирилл не сможет остановить процесс.

— Сможет если, захочет, — довольно заулыбался Зелицкий, — а вы ему позвоните, что гадать. Принесите ему его телефон.

Один их охранников ушел за телефоном, как неожиданно в доме произошел взрыв.

— Что за черт? — воскликнул Зелицкий.

Наверху был слышен шум, Зелицкий побледнел. Леша, не раздумывая ни секунды, накинулся на охранника. Пока они дрались, я взяла бутылку вина и тихо подошла к Зелицкому, который смотрел со страхом на дверь. Я замахнулась и разбила бутылку об этого борова. Самое главное, он не потерял сознание, а застонал и схватился за голову, поэтому я ещё пнула его по яйцам.

— Тише, зайчонок, не бушуй, — отодвинул меня Леша, от Зелицкого.

— Ты же знаешь, что это за нами явились, так вот гнида запомни. Я не знаю, что там нарыл Кир на тебя, но я обещаю, что найду ещё больше. Я буду рыть, пока не обнаружу то, за что ты сядешь пожизненно, — прорычал Леша, хватая его за грудки.

Размахнувшись, он ударил его по лицу.

— А это за мою женщину, тварь.

В этот раз Зелицкий упал на пол и в эту секунду в винный погреб спустился Вадим.

— Я спешил — спешил, а вы тут и без меня справились, — усмехнулся Вадим.

— Почему так долго? — возмутилась я, прижимаясь к Леше.

— Так мы примерно знали, где вы, но потом телефоны отключили, и мы ездили по округе, пока неожиданно мне не позвонила Виктория.

— Кто?

— Да, Виктория, сказала, что её отец совсем ку-ку, и она не хочет из-за него садиться в тюрьму.

— Кто такая Виктория?

— Любимая, давай, я потом все расскажу, а сейчас поехали домой, — устало сказал Леша.

* * *

Когда мы выходили из дома, увидели девушку, которая навзрыд плакала на крыльце дома. Увидев нас, она подскочила к моему мужчине и обняла его. Не поняла!

— Леш, простите меня, это всё из-за меня, — плакала девушка.

— Виктория, отцепись от меня, — поморщился Леша и практически оттолкнул от себя девушку.

— Леша, я правда не знала, что все примет такие обороты, — вздохнула девушка.

— Вика, на данный момент ты не сожалеешь об этом, ты просто переживаешь за свое дальнейшее существование!

— О чем ты говоришь? — у девушки задрожал голос.

— Твоего отца посадят, а ты останешься ни с чем, потому что все ваше имущество будет арестовано, ты просто будешь нищая. И ты придумала помочь мне, чтобы я чувствовал себя обязанным. Может, даже ты метила в любовницы. Так вот дорогая, я не Кир, терпеть твои игры не буду, — холодно сказал Михайловский.

Он обнял меня за плечи, и мы пошли к машинам нашей охраны.

— Неблагодарная тварь! — истерично закричала девушка.

Я хотела притормозить и объясни ей, как она не права в своих выражениях, но Леша посмотрела на меня таким усталым взглядом.

— Девочка моя, я так устал, поехали домой.

— Конечно, — улыбнулась я.

Мы сели в машину Вадима на заднее сиденье. Леша сразу прилег ко мне на колени. Пока мы ждали Вадима, я перебирала волосы любимого, а он дремал. Вадим пришел через минут 15.

— Почему так долго? — тихо спросила я

— Мы разговаривали с господином Зелицким и пришли к взаимному решению не выносить данный инцидент в общественность, — усмехнулся Вадим.

— Почему?

— Василиса, мы нанесли ущерб данному господину минимально на пару миллионов. Одни ворота раскуроченные и половина дома взорвано, здесь даже больше 5 миллионов, с такой-то охранной системой.

— Да, но неужели он не понесет за это наказание?

— Василиса, он и так понесет наказание, его так прижучили, что он пошел на похищение. Но я обязательно подскажу одному нашему знакомому, что их подопечный скоро попробует сбежать за границу.

— Почему ты так решил?

— Потому что у него больше нет вариантов, он не сможет отмазаться. Да и Кир его напугал. Скорее всего, я ещё не все на него накопал, — с сожалением сказал Вадим.

— Понятно. Отвези нас домой.

— Может в больницу?

— Нет, я думаю, что ему нужно выспаться.

— Я могу отправить доктора к вам домой?

— Давай так.

— Я сейчас позвоню Константину.

Пару минут Вадим разговаривал с врачом, описывал ситуацию и просил приехать.

— Мы сейчас приедем, и он уже будет возле вашего дома, — предупредил Вадим.

— Спасибо.

— Не за что. Василиса, чтобы ты обо мне не думала, Кирилл и Алексей мои друзья.

— Да друзья, но поступил в той ситуации не как друг.

— Я понимаю. Я вернул сегодня все, что она взяла у фирмы.

— Как вернул?

— Я продал свой загородный дом, квартиру, машину. Жалею, что сразу об этом не подумал.

— Я не знаю, как реагировать.

— Ты можешь не реагировать, главное я вернул. Теперь, я смогу нормально спать.

— А что вас с ней связывает?

— Мы долгое время встречались с Ларисой, но потом нас развела судьба, я не мог подвергать её опасности. Работа у меня была ещё та. И вот я узнаю, что она выскочила замуж, причем сделала это все настолько быстро, как будто и не любила вовсе. Я долго мучился, не мог забыть её. Когда она устроилась к нам на работу, я держался на расстоянии от неё, просто наблюдал. Но, не выдержав, изучил ей личное дело, собрал всю возможную информацию. Меня смутил, тот факт, что Ева родилась через пять месяцев после свадьбы. Я подумал, что она мне изменяла, когда мы были вместе, поэтому так быстро выскочила замуж. Я решил проследить за ней. Ты не представляешь мои эмоции, когда я увидел Еву, она была маленькой копией меня. У меня была дочь, а я не знал об этом много лет. Но самое отвратительное, Ева была серьезно больна, а я не знал об этом. Я был выбит из колеи, не знал, как поступить. Каждый день я наблюдал за ними, и каждый раз задавался вопросом, почему она мне не сказала? Не попросила помощи? Я заметил, что для просто бухгалтера, Лариса оплачивает очень дорогостоящие процедуры, и полез во всем разбираться, тогда начались твои проверки, и все кусочки пазла сошлись. Я долго думал, что мне делать, как поступить? Быть другом или отцом? Специалистом или влюблённым мужчиной? Пока я во всем разбирался, Лариса сама все рассказала. В тот же день она приехала ко мне домой и рассказала о Еве, долго плакала, я тоже плакал вместе с ней. Я тогда задумался над тем, насколько непредсказуема наша жизнь. Что мы не можем контролировать ничего в этой жизни. Я всегда думал, что держу руку на пульсе, что все у меня под контролем, но все оказалось иллюзией.

— Тебе нужно было взять бутылку дорого виски, приехать ко мне домой, и все рассказать. Думаешь, я бы тебя не понял? — хрипло спросил Леша, открывая глаза

— Нужно было, — горько усмехнулся Вадим, — но хорошие идеи приходят в голову после случившегося. Я не хочу, чтобы ты думал, что я тебя предал. Я был потерян.

— Как Ева? — спросила я, разбавляя тишину в машине.

— Идет на поправку, — улыбнулся Вадим.

Когда мы приехали к нашему дому. Вадим помог выбраться Леше из машины. Леша встал напротив него.

— Я не судья, чтобы кого-то судить! И я не могу сказать, как поступил бы я на твоем месте. Но могу сказать то, что друзья — это те люди, которые принимают тебя таким, какой ты есть, со всеми заскоками, со всеми недостатками. Не важно, как ты накосячил, мы не перестали быть друзьями из-за этого. Я хочу чтобы ты это знал, — сказал Леша протягивая руку Вадиму.

Вадим пожал руку Леши и притянул его к себе для крепких объятий, мой мужчина застонал.

— Мужик полегче, — простонал Леша.

— Добрый день, — к нам подошел высокий мужчина.

— Кто вызвал Константина? — нахмурился Леша.

— Ты не забыл, на друзей не обижаются, — весело усмехнулся Вадим.

— Да, друзей увольняют ко всем чертям, — проворчал Леша.

Дальше Вадим уехал по своим делам, а мы с Лешей и Константином зашли к нам домой. Пока Леша постанывал в спальне и матерился, Константин разговаривал с ним спокойно и слегка насмешливо. А у меня произошел откат. Я сидела на кухне минут пять перемешивала сахар в чае.

— Василиса, вот выпейте, — неожиданно раздался голос Константина.

— Что это? — спросила я, забирая таблетку из рук Константина.

— Это успокоительное, Алексей спит, я сделал ему укол, обработал раны, вправил плечо.

— Что было с его плечом?

— Не важно, я думаю, что завтра ему будет намного лучше. И вам тоже желательно принять таблетку и поспать. Отдохните, у вас сильный стресс.

— Хорошо. Спасибо вам.

— Не нужно меня благодарить, я просто выполняю свою работу. Можете меня не провожать, я захлопну за собой дверь, всего хорошего, Василиса.

— До свидания.

Когда в квартире хлопнула дверь, я выпила таблетку и пошла в сторону нашей спальни. Я забралась к Леше под бок, с тревогой осмотрев всего его, я снова заплакала. Достав из ящика коробочку с кольцом, я одела его на палец. Не хочу больше бегать от себя, я люблю его. И если он меня разлюбит, я ведь ничего не смогу сделать, а сейчас хочу просто наслаждаться тем, что у нас есть. Аккуратно прижавшись к любимому, я уснула. Хорошая таблеточка была.

Утро.

— Это что такое? — разбудил меня голос Михайловского, он тряс моей рукой перед моим лицом.

— Леша, это моя рука.

— Я вижу, что не нога, — язвительно ответил Михайловский. — Ты мне скажи, что на твоей руке делает кольцо?

— Ты сейчас серьезно спрашиваешь? — пробормотала я, и приоткрыла второй глаз.

— Я серьезен, как никогда.

— Я вчера тебе ответила «да», — улыбнулась я, но на лице Леши не было счастливого выражения. — Не поняла, ты что передумал на мне жениться? — возмутилась я, присаживаясь на кровати.

— Что за глупости, конечно нет! Просто… все не надо делать больше предложений?

— Ну как видишь не надо, — озадачено сказала я, что это он так расстроился?!

— Детка, а давай сыграем в карты, — неожиданно воскликнул Леша.

— С тобой все в порядке? — тихо спросила я, мало ли вчера, может, стукнули.

— Зайчонок, со мной все отлично, давай я сейчас принесу колоду.

Я находилась в недоумении от происходящего. Когда Леша с довольным лицом принес карты, я не выдержала и спросила:

— Что происходит? Зачем играть в карты, в 6 утра?

— Зайчонок, без лишних вопросов, отодвигай, — я сдвинула половину колоды и Леша начал раздавать карты.

— Играем на желание, — сказал Леша, рассматривая свои карты.

— На желание? Какое?

— Вот если проиграешь, узнаешь, а ты пока думай, вдруг тебе повезет, что ты хочешь чтобы я сделал.

— Хорошо, — после минутной паузы сказала я.

Надеюсь, это пройдет, а то он себя так странно ведет. Но когда мы закончили игру, и Леша меня выиграл почти в сухую, в этом, кстати, нет ничего удивительного, мой мозг ещё спал, как и я сама.

— Что ты хочешь?

— Я хочу, чтобы ты ответила отказом на 83 предложения руки и сердца, — довольно протянул Леша.

— ЧТО?

— Да, зайчонок, представляешь как это круто! Я столько предложений для тебя приготовил, а ты вот так мне всю малину портишь, — сказал Михайловский, показывая на мой палец с кольцом.

У меня ни разу не было такой ситуации, когда я не знала, что ответить. Так вот первый раз в жизни я не знаю, как реагировать

— Почему 83? — спросила я, пытаясь уловить логику Михайловского.

— Да, просто число понравилось, — пожал плечами Михайловский.

— Дорогой ты заболел? — с нежностью спросила я, пытаясь притронуться ко лбу Леши, нужно звонить Константину, СРОЧНО.

— Так я не щучу, и хватит смотреть на меня, как на больного! Я хочу подарить тебе сказку!

— Так ты и так можешь подарить сказку.

— Не могу!

— Я что-то вообще ничего не понимаю, — прошептала я, потирая виски.

— Ты должна ответить мне «нет» 83 раза, при любой ситуации, это моё желание!

— Мне сейчас нужно кольцо снять, правильно?

— Да, — довольно закивал Леша.

— Это дурдом — тихо прошептала я, отдавая кольцо Леше.

— Класс!

Леша светился, как лампочка, наверное, я сейчас что-то не понимаю. Я была в шоке, вот это правильное описание моего состояния.

— Кстати, я сделал тебе 6 предложений, осталось всего 77.

— Ну да, всего ничего, 77 сказать тебе нет, — хмыкнула я.

— Есть ещё одно условие.

— Какое?

— Об этом не должен никто знать, кроме нас.

— Насчет 77 отказов?

— Да.

— То есть ты хочешь выставить меня полоумной женщиной?

— Так ты же все равно не знала, когда ответишь мне да?

— Слушай, но я бы точно не тянула до 83 предложений, да и, как видишь, я осознала все довольно быстро.

— Зайчонок, ты проиграла, — напомнил Михайловский.

— Ты у меня слегка чокнутый, — честно призналась я.

— Ну и что? Разве в этом не прелесть жизни: быть немного чокнутыми?

— Невероятно, — проворчала я.

— Если не хочешь, то хорошо, — обиженно сказал Леша.

— Михайловский, ты меня поражаешь до глубины души, — улыбнулась я.

Леша улыбнулся и повалил меня на кровать.

— Зайчонок, ну соглашайся, — промычал Леша, целуя меня в шею, его рука настойчиво залезла под футболку и стала поглаживать мою грудь, сжимать её.

— Если ты продолжишь так убедительно меня убеждать, то, может быть, я и соглашусь, — простонала я, обнимая любимого за шею.

И он убедил меня, так убедил, что я была готова согласиться на все что угодно.

Глава 10

Василиса


Я просто не могу поверить, что согласилась на весь этот дурдом. За целый год было 20 предложений, и каких? Это было издевательство для моей психики. Двадцатое так я просто запомню на всю жизнь, Михайловский потащил меня прыгать с парашютом.

— Зайчонок, это будет просто круто, — говорил Леша, затаскивая меня в самолет.

Казалось, что мне сниться страшный сон, и я вот — вот проснусь в своей кровати и прибью Михайловского, но нет. Все стало более реальном, когда мы взлетели. Я сидела на коленях незнакомого мне мужчины, а напротив меня сидел Михайловский тоже на коленях мужчины. Если бы мне не было так страшно, я бы посмеялась над ним, потому что явно ему было дискомфортно.

Когда пришла очередь прыгать, я испытывала что-то среднее между страхом перед смертью и злостью на свою беспечность. Это ведь я согласилась, так бы не оказалась здесь, но мордашка Михайловского, перед ней невозможно устоять, особенно когда он что-то хочет. Последняя моя мысль перед прыжком была то, что нужно просто запретить все эти женские форумы!

Потом я помню, как схватилась за края самолета, и не хотела прыгать, но мужик просто столкнул меня. Мне стало интересно: это может считаться покушением на жизнь? Но я ему отомстила: так орала, что, надеюсь, у него все барабанные перепонки лопнули!

Когда я немного поуспокоилась и даже немного расслабилась, насколько возможно в данной ситуации. Поняла что все таки есть в этом что-то захватывающее, ты паришь и воздух как — будто тебя ласково придерживает, словно говоря: «не бойся я тебя держу». Да и вид был очень красивый. Когда парашют раскрылся, мы оказались рядом с Михайловским, он показывал мне палец вверх и кричал про то, чтобы я выходила за него замуж.

Я не слышала ни слово, но прочитала по его губам. И в ответ я просто показала фак, он сразу понял, куда он может идти со своим предложением и рассмеялся. Наверное, мы выглядели со стороны ещё теми дураками. По крайне мере, когда мы уезжали, все смотрели только на нас. Я шла в сторону машины и костерила всеми возможными словами Михайловского, а он весело ржал. Люди логику, наверное, явно не увидели, как может ржать мужик, когда ему отказали.

Потом мы как раз на следующий день поехали в Америку к нашим друзьям, чтобы увидеть маленького Льва, раньше не смогли вырваться, все таки в последнее время было много работы. Мы заключили два контракта с рекламной компанией и повысили нашу выручку в два раза. Леше даже пришлось самому лично заниматься обучение вместо Кира, но я им горжусь, он конечно нервничал, но выступал восхитительно.

Мне самой хотелось побежать и начинать свой бизнес. Это было большим откровением для меня то, что мой Михайловский может быть хорошим мотиватором. Так вот, когда мы увидели это маленькое чудо, то просто влюбились в него.

— Он просто вылитый Кир, — с восхищеньем прошептала я, взяв трёхмесячного Льва на руки.

— Не говори, мне даже немного обидно, участвовали мы вроде вдвоем, а похож только на Кира, — с улыбкой возмущалась Ника.

— Дай мне, я тоже хочу подержать? — попросил Леша и все замерли.

— Что? Вы думаете, я не справлюсь? — обиженно спросил Михайловский.

— Что ты, — с улыбкой сказала Ника, осторожно отдавая Льва на руки Леше.

На удивление он справился очень хорошо, что я почувствовала за него гордость. И что таить мне очень сильно захотелось такого же карапузика от Михайловского. Целый день мы провели со Львом, позволяя родителям немного отдохнуть, хотя Нике это давалось с трудом, она просто гиперопекала Льва.

— Это она всегда такая? — тихо спросила у Кира.

— Ага, я не знаю, как мы будем отбирать няню, — усмехнулся Кир.

— Сочувствую, — улыбнулась я,

— Ты лучше скажи мне, как ты? — спросил Кир, обнимая меня за плечи, уводя меня во двор, где готовились стейки.

— Я счастлива, — мягко улыбнулась. — Спасибо, за тот совет, я бы, наверное, без твоих слов не решилась вернуться.

— Я думаю, что вы бы и без меня рано или поздно сошлись, я иногда жалею, что раньше не рассказал Лехе про твою влюбленность.

— Ты ему рассказал, до того как я ему призналась? — воскликнула я.

— Эм… — замялся Кир.

— Я тебя убью, — тихо прошептала я, надвигаясь на Кира.

— Васька, помни у меня ребенок, жена, — приподнял руки вверх Кир и рванул по двору.

Вот мы набегались, он так хохотал до слез, и когда мы вымотались, смеялись уже оба.

— Дурак ты, Кир, сдал меня, я ведь твоя подруга, — бурчала я, хватаясь за бок.

— Он тоже вроде друг, — улыбнулся Кир.

— Что это вы разбегались, — сказал Леша, подходя к нам.

— Захотелось, — показала я язык Михайловскому, иногда я веду себя, как ребенок.

— Я ей рассказал, что когда она приехала, ты знал о её чувствах, — усмехнулся Кир.

— Вот зачем? — укоризненно сказала Леша, посмотрев на Кира.

Он подхватил меня на руки и понес в дом.

— И куда ты меня тащишь?

— Я хочу поговорить, а то сейчас надумаешь себе.

Он занес нас в нашу комнату и бросил на кровать.

— Мог бы и по нижнее, — проворчала я, — а то, как мешок с картошкой.

— Если ты картошка, то самая красивая картошка на свете.

Леша лег на меня и чмокнул в нос.

— Я знал о твоих чувствах со слов Кира, но поверь, я не верил. Думал, что ты не чувствуешь ко мне ничего, потому что так легко уехала, — прошептал Леша утыкаясь в мою шею.

— Солнышко, не стоит о прошлом, ведь мы уже год вместе, и знаешь, я даже не обиделась, так возмущалась для вида и все.

— Правда?

— Правда, — улыбнулась я и чмокнула Михайловского.

— Вась?

— Что?

— Я хочу ребенка.

— На Льва насмотрелся?

— На Льва, и на Нику с Киром, они словно один большой, живой организм. Они настолько счастливы, что мне аж завидно, но зависть хорошая.

— Я понимаю, и я тоже хочу ребеночка, но это большая ответственность. Мы с тобой вроде ранее договорились два года, — показала два пальца.

— Остался один год, — довольно улыбнулся.

— Как время бежит, — прошептала я.

— Согласен. Знаешь, чем дольше мы вместе, тем с каждым днем я люблю тебя ещё больше, мой зайчонок, — прошептал Леша, наклонясь ко мне.

— И я, — ответила я и поцеловала любимого.

В конце концов, мы так увлеклись поцелуями, что опоздали на ужин.

— Мы думали, что вы сегодня не закончите, — ухмыльнулся Кир.

— Мы прервались, потому что нагуляли аппетит, — ответил Леша.

— А я думал, что вы хотели провести с нами вечер, а вы только из-за еды, — поцокал языком Кир.

— Дорогой, хватит смущать Ваську, она сидит красная как рак, — возмутилась Ника.

— Хорошо, больше не буду. Но у меня другой вопрос.

— Какой?

— Когда вы поженитесь?

Блин вот зачем? Это для меня теперь самый неприятный вопрос. Я сжала губы, а Леша довольно заулыбался.

— Она мне постоянно отказывает, не знаю, когда уже её страхи исчезнут, и она скажет мне «ДА»,

ВОТ засранец! Пройдет 55 предложения, и я скажу тебя «ДА». Но так ответить я не могла, поэтому пришлось только зубами скрипеть и выслушивать нотации Кира и укоризненный взгляд Ники.

Когда мы ушли с ужина, я забыла про это, но вспомнила, когда мы были уже дома.

— Я, значит, мучаю тебя, да?

— Любимая, но мы же с тобой договорились.

— Я помню. Но блин, это ты мне так мстишь за то, что я тебе отказывала в начале?

— Зайчонок, вот что ты себе придумала? Хочешь, я позвоню и все расскажу?

— Нет дорогой, пускай они думают, что я вселенское зло и не хочу выходить за такого вредного, самовлюбленного и немного чокнутого мужчину.

— А ты, правда не хочешь? — озадачился Леша.

— А вот через 55 предложения и узнаешь, — усмехнулась я, пускай понервничает.

* * *

41 предложение

Прошло полгода

Сегодня утром Михайловский вел себя довольно подозрительно, с утра сидел на телефоне и с довольным выражением лица косился на меня. Наверное, полгода назад я бы занервничала, но у меня уже есть огромный опыт многократных предложений, и ещё у меня на это дело предчувствие за два дня начинается.

Я прям ощущаю, как в голове Леши крутятся идеи, а потом БАМ, и он придумал. Глаза бегают, в голове прокручивает моменты, иногда даже вслух говорит.

У меня один раз чуть сердце не остановилось, когда он ляпнул что-то про тарзанку. И через неделю у меня состоялось 29 предложение, на нём я узнала, что такое Роупджампинг.

Ничего особенного, ПРОСТО прыгать с веревки в пропасть. Так мне сказал Лешик, ничего страшного уверял он. Я тоже так думала. Ну прыгала с парашюта и ничего, но как же я была не права. Если вспомнить события минувших дней, то я не прыгала, меня столкнули, а здесь нужно самостоятельно сигануть. Особенно 62 метра свободного полета.

— Солнышко, а давай мы это….

— Что? — с улыбкой спросил мой помешанный.

— Эм…..

— Ты скажешь уже или нет.

— Давай жить в гражданском браке, — выпалила я.

— Что?

— Ну, сам посуди, предложения делать не надо, прыгать откуда-либо не надо, разве это не прелесть?

— Ты что боишься?

— Милый, что ты… Я просто описаюсь от страху, — призналась я как на духу.

— Я верю в тебя, зайчонок, верю, — погладив меня по плечам этот….жених и пошел прыгать, а после него была моя очередь.

— Охуххуух! — радовался это псих.

— Боженька, а может мне от него ноги пора делать? А то до добра это ведь не доведёт? Сгубит он меня, — шептала я.

Очередь моя наступила очень быстро и совсем не неожиданно. Была мысль сбежать, но все же не хотелось выглядеть трусихой. На краю обрыва я думала уже по другому, нужно было бежать, ещё как бежать. Главное быстро и далеко, но было поздно.

Я смогла набраться решимости и прыгнуть. Ох, я и кричала, особенно, когда начала на веревке этой прыгать, словно пружина, верх — вниз. Я вцепилась в веревку, как родную, и когда меня спустили, я её отпускать не хотела, совсем пальцы свело, наверное.

— Васька, выйдешь за меня? — громко сказал Лешик, вот не нравится мне его любовь к публичности, совсем не нравится.

— Нет! — твердо сказала, в жизнь не выйду за такого чокнутого.

Конечно, на следующий день я про все забыла, и снова обожала Михайловского, вот разве не дура?

Вот и сегодня, когда мы ехали в офис, я была довольно спокойна, я все переживу, а потом всю его нервную систему съем, медленно и со вкусом, и кровушки попью, и мозг чайной лёжкой выскреблю.

— Что с твоим лицом?

— Что не так? — озадачено спросила я и полезла в сумочку за зеркальцем.

— Ты так улыбалась.

— Как?

— Как Джокер, немного пугающе.

— Тебе кажется, милый, — улыбаюсь я, наверное, улыбка на оскал похожа.

— Ага, сделаю вид, что поверил. У меня вопрос, у тебя сегодня есть совещания?

— Нет.

— То есть ты будешь целый день в своем кабинете?

— Нет.

— А во сколько тебя не будет?

— Михайловский, а ты меня кормить не будешь? Я же должна питаться.

— Конечно, буду.

— Ну, вот в обед я буду с тобой. Надеюсь, обед будет без кольца? Не охота подавиться в пятый раз, — язвительно сказал я.

— Я до сих пор не понимаю, как ты целый ролл запихала в рот. Я рассчитывал, откусишь половину, а там кольцо.

— Гениальный план, но тогда нужно было суши заказывать большие, а не такие маленькие, — язвительно вспомнила я.

Там были не суши, а какие-то крохотульки, первый раз вообще такие видела. Там просто фирма креативит как может.

— Ну, всё хватит — пробурчал Леша.

Когда мы приехали на работу, я зашла в свой кабинет, разделась. Проверив утренние отчеты, сходила, налила себе зеленый чай с мятой, выпила глицина.

Все, можно сказать я готова к любым неожиданностям со стороны Михайловского. Но я, как всегда, ошиблась.

Сначала не происходил ничего из вон выходящего. Я спокойно работала, потом мне показалась, что в окне что-то мелькнуло, я посмотрела и вернулась к отчету, потом замерла и снова повернулась к окну.

— Я сейчас вижу ноги, серьезно?

Наверху окна с другой стороны виднелись мужские ноги в дорогих туфлях, и к сожалению туфли мне очень знакомы.

— Интересненько, — пробормотала я и подошла к окну.

Неожиданно, Лешик появился весь и припечатался лицом к окну. К его поясу был привязан трос, в одной руке он держал букет ромашек, во второй заветную коробочку

— Это диагноз!

С интересом смотрела, как Леша барахтается с другой стороны окна. Ну, польза явно есть, он протер мне окно с той стороны. Думаю это неплохой бонус. Наконец — то, Лешик смог принять нужную позу показал мне букет, как будто я его не видела, ага. И открыл зубами коробочку.

Я покачала головой и закрыла жалюзи, махая ему ручкой.

— Пока, Пока дорогой.

Эх, Василиса, да тебе сегодня повезло, легко отделалась. Я улыбнулась, какой же он у меня выдумщик, мой Михайловский. Вот если бы я знала, что ждет меня вечером, может так бы и не умилялась Лешей, а пошла бы и пристукнула его.

* * *

Вечером ничего не предвещало беды. Я думала, что спокойно прожила 41 предложение, но как бы не так.

Я сидела, ждала Лешу, когда он за мной зайдет, но он просто прислал мне сообщение, что ждет на улице. Это уже должно было меня насторожить, но я как-то, наверное, расслабилась. Когда я вышла и увидела много байкеров, среди которых стоял мой Михайловский, я была в шоке.

— Зайчонок, прокатимся с ветерком, — радостно сказал Леша.

— А, может, по старинке, на машине, — осторожно сказала я.

— Девушка, вы просто не цените романтичность поездке на байке, — и это сказал мне бородатый мужик с татуировками и в кожаной одежде.

Романтичность? С таким-то видом об этом рассуждать? Я вообще их боялась: они были все крупные, бородатые. Михайловский явно отличался на общем фоне, нужно было ему хотя бы с утра не бриться, маленькая щетинка, но все же была бы.

— Зайчонок, поехали, — сказал Леша, усаживаясь на здоровенный байк.

Подойдя к нему, я посмотрела на свою одежду потом на байк. Ведь мог предупредить, я бы хоть не одевалась сегодня, как офисный планктон, белая блузка, юбка по колено, но самое неприятное в данной ситуации, что юбка у меня очень узкая. Я даже хожу маленькими шагами.

— Давай, Васька. У нас сегодня очень увлекательная программа, — торопил меня Леша.

Я тяжело вздохнула, и пока я залазила на байк, моя юбка трещала по швам. Усевшись, я склонила голову на спину Леши, чтобы спрятать красные щеки, моя юбка разошлась по бокам и теперь я всем бородатым мужикам демонстрировала кружевные чулки. Как же стыдно.

Не успев прийти в себя после своего личного позора, как байк зарычал, я даже испугано вздрогнула, Леша засмеялся. Мамочка родная, дай мне пережить эту ночь и не прибить Михайловского.

Конечно, ехать на байке по городу вечером, особенно когда уже темно, это просто восхитительно. Я даже перестала злиться и просто наслаждалась поездкой. Да, и когда едешь вместе с байкерами, это создает особую атмосферу. Но как говорится все хорошее рано или поздно заканчивается, мы приехали обратно на парковку, где стояла машина Леши.

Байкеры окружили нас, кто-то продолжал ездить кругами, они все стали громко кричать, скандировать. Я во все глаза смотрела на Лешу и умоляла взглядом не делать мне предложение. Но Леша меня не понял и опустился на одно колено.

— Васька, мы живем вместе уже второй год. Ты раньше боялась, что я разлюблю тебя, потеряю к тебе интерес. Так вот родная, с каждым днем я изучаю тебя, погружаюсь в твой мир, учусь любить тебя по-новому, и каждый раз сильнее, чем прежде. Сначала ты была для меня просто другом, потом стала моей девушкой, а теперь я очень хочу, чтобы ты стала моей женой и матерью моих детей.

По моим щекам бежали слезы.

У-У-У-У-У-У-У! Чертово желание, вот почему я не могу сказать ДА-ДА-ДА. Байкеры перестали скандировать и с напряжением ждали моего ответа. А я стояла и ревела, Леша понимающе улыбнулся. Он прав, я никогда в жизни не забуду ни одного его предложения. Они все хранятся в моем сердце, и иногда я трепетно их перебираю, вспоминаю.

— Нет, — сипло прошептала я.

Байкеры сразу нахмурились, и мне даже немного стало страшно, сейчас, как проведут беседу, что байкерам не стоит отказывать, а то, что Леша стал одним из них, у меня нет сомнений.

— Моя женщина достойна, чтобы я добивался её согласия всю жизнь, — с гордостью сказал Леша, и все выдохнули.

Я больше всех, байкеры больше не смотрели на меня волком, а даже с уважением. Леша подошел ко мне и приподнял моё лицо за подбородок.

— Люблю тебя, моя врединка.

— И я тебя, — прошептала я и Леша меня поцеловал.

Пока мы целовались байкеры снова, закричали и закружили возле нас. Я слышала только звук колес и ощущала губы любимого. Мы продолжали целоваться, даже когда байкеры разъехались.

— Поехали домой, — хрипло прошептал Леша.

— Поехали, — улыбнулась я.

Когда мы сели в машину, я повернулась к Леше, в горле стоял ком от эмоции, по щекам побежали слезы.

— Я бесконечно тебе благодарна за каждое твоё предложения, за те эмоции, которые ты мне даришь, — с трудом сказала я.

— Не нужно, зайчонок, я все понимаю, — с нежностью сказал Леша, вытирая с моих щек слезы. — Мне бесконечно повезло, что жизнь подарила мне этот шанс быть с тобой. И я не упущу его, я хочу сделать тебя самой счастливой на свете.

— Ты уже делаешь меня счастливой.

— Нет, зайчонок, ты будешь ещё счастливее, я тебе обещаю, — Леша поцеловал мою руку, и мы поехали домой.

А я сидела и смотрела на ночной город. Какой же ты у меня глупый Михайловский, ведь самое величайшее счастье для меня, быть рядом с тобой.

* * *

Беременность.

Прошло два года, как мы живем вместе. Сводим друг друга с ума и наслаждаемся нашей любовью.

На днях мы решили, что готовы к тому, чтобы стать родителями. И вплотную занялись этим вопросом, особенно, когда это занятие приносит столько удовольствия, что же этим и не заниматься. Мы и раньше этим себя не ограничивали, просто были осторожны.

— Родная, ты помнишь, что у меня осталось всего лишь одно предложение, на которое ты мне ответишь «нет»? — спросил Леша.

— Помню, — улыбнулась я и прижалась к любимому. — Ты расстроен? Будешь скучать по нашим безумствам?

— Конечно, буду, помнишь наш подъем на вулкан? А как мы в Африку ездили?

— Помню, всё я помню, мне всегда доставались все шишки, — поморщилась я.

— Не ври, вот не ври! Я тоже страдал, — усмехнулся любимый, целуя меня.

Как можно было думать о том, что можно разлюбить? Как можно было подумать, что все будет утухать?

Наши чувства с каждым днем только разгораются. Отношения все трепетней, поцелую все слаще. Я окутана его любовью.

— Люблю тебя врединка, — целует меня Лешик и идет в ванную, а я, как обычно, провожаю его голую филейную часть похотливым взглядом. Интересно я им когда-нибудь насытюсь

* * *

Мне тоже нужно было вставать, идти принять душ с Лешей, или умыться и почистить зубы, но было так лень, я вообще в последние дни чувствовала усталость, утомлённость, хотелось много спать и ничего не делать.

— Ты до сих пор валяешься? — нахмурился Леша, выходя из душа.

— Ага, — зевнула я и зарылась в подушку.

— Зайчонок, ты заболела? — нахмурился Леша.

— Не знаю.

— Давай ка, ты сегодня побудешь дома.

— Но…

— Твой помощник справится, и совещание пройдет хорошо, я за этим прослежу, не переживай, хорошо?

— Хорошо.

— Ты такая покладистая. Точно заболела, я вызову Константина.

— Не надо.

— Надо, и это не обсуждается.

— Хорошо.

— Все, зайчонок, я ушел, дай я тебя поцелую.

— Целуй, — разрешила я, выглядывая из-под одеяла и целуя его в губы.

Когда Михайловский ушел, я совсем загрустила. Стало та-а-а-ак одиноко, что я заплакала. И когда пришел Константин, я открывала ему дверь с опухшим лицом и красными глазами.

— Глаза слезятся, или ты просто плакала? — спросил Константин, раздевшись.

— Просто плакала.

— Причина?

— Одиноко стало.

— Понятно, — протянул Константин.

Он молча оделся и вышел из квартиры.

— Только вот мне ничего не понятно, — озадачилась я его быстрым уходом, а что осматривать меня не нужно?

Через 10 минут он вернулся и всучил мне 10 тестов.

— Ты думаешь? — перешла я на «ты».

— Я уверен на 99,9 %, но взял 10, чтобы ты была уверенна на все 100 %.

Я трясущими руками пошла в туалет, но как назло я не хотела в туалет, просидев в туалете 10 минут точно, я вышла из него ещё больше расстроенной.

— Что такое? — спросил Константин, который ждал меня на кухне.

— Я не хочу в туалет.

— И что, теперь из-за этого лить слезы? Иди, умывайся, я налью чай, посидим, поговорим, — с улыбкой сказал Костантин.

Мы знакомы с Константином примерно два года, но я ни разу не видела его улыбающимся, обычно он довольно серьезен, максимум он может ухмыльнуться на твою шутку, но это даже ухмылкой не назовешь. Я однажды спросила Лешу, как они познакомились, но он как то не захотел делиться, а я не стала настаивать.

— Хорошо.

Умывшись, я вернулась на кухню. Константин пододвинул ко мне кружку с чаем, блюдце с вареньем и медом, потом достал ещё печенье.

— А не слишком много сладкого?

— По словам Алексея, ты — сладкоежка. Поэтому я решил, что если ты поешь немного сладкого, у тебя поднимется настроение.

— Немного? — приподняла я брови

— Я не знал, что ты будешь, — смутился Константин.

— Спасибо, за заботу.

— Пожалуйста.

— А можно личный вопрос?

— Задавай, но не обещаю, что отвечу.

— Как вы познакомились с Лешей. Я узнавала, что ты сейчас почти самый высокооплачиваемый специалист, у тебя есть частная клиника, а ты ездишь к нам?

— Это довольно долгая история. Вадим мой друг детства, он очень долгое время вел опасный образ жизни, и я часто его собирал по частям. Что довольно неприятно, особенно когда ты сильно взволнован за друга, человеческие эмоции сложно сдерживать.

— И часто тебе приходилось его собирать?

— Очень часто, но давай не будем об этом.

— Хорошо.

— Так вот, я всегда хотел использовать свои возможности по максимуму, но моему начальству это не особо нравилось, я не выписывал дорогих лекарств, не раскручивал людей на деньги, и меня сожрали. Потому что медицина даже в обычной больнице — это бизнес. Мои глав врач пустил про меня не совсем правдивые слухи, меня никто не брал на работу. Тогда Вадим устроился к Киру с Алексеем, и он затащил меня на их курсы. Я к этому относился довольно скептически, но Кир лично взялся за моё обучение, по просьбе Вадима, потом подключился Алексей. Они дали мне больше чем кому-либо. После курса я понял что нужно искать деньги на свою частную клинику. Но мне отказывали банки, потом инвесторы, даже частные люди. Все дело в том, что моё начальство бывшее узнало про то, что я ищу деньги на клинику и снова использовали свои связи, для того чтобы задавить на корню мою клинику, ещё не существующую. Я был в отчаянье и хотел бросить медицину, но все изменилось в один вечер. Мне дали денег Кир и Алексей, хотя я их не просил, как и Вадим. Помню, мы собрались у Вадима на день рождение, и они сказали, что дадут мне денег. По сути люди просто поверили в меня. Они не поверили слухам и сплетням, а поверили мне. В тот момент это перевернуло мой мир. Я пахал днями и ночами. Через полгода я отдал им деньги, хотя они и не хотели брать. Мы стали друзьями, и я не могу им не помочь, и дело не в том, что я чувствую себя обязанным, я просто их друг.

— Это просто потрясающе, и это все происходило, когда я уехала?

— Да, я помню тот запой Алексея, мы познакомились как раз в тот период, — усмехнулся Константин.

— Наверное, я многое упустила.

— Я думаю, нет. Кстати, я ему говорил, чтобы он просто с тобой поговорил, выяснил, что ты к нему чувствуешь, но все получилось, как получилось, и я рад, что вы вместе.

— Спасибо большое.

— Попробуй ещё сходить в туалет, — посоветовал Константин.

Я зашла в ванную и в этот раз удачно сходила в туалет, положив все десять тестов, я вышла из ванной.

— Что опять не смогла?

— Нет, я не могу смотреть на них, сейчас через пару минут зайду.

Костя хмыкнул и с интересом смотрел, как я наворачиваю круги по коридору.

— Хочешь, я посмотрю и тебе скажу.

— Давай.

Костя зашел в ванную, а я замерла посреди коридора и даже боялась дышать. Когда он вышел, я не смогла прочитать ничего по его лицу.

— Вот зачем ты тянешь? — простонала я.

— Ты беременна, на каком сроке точно скажет мой гинеколог, я тебя запишу на завтра.

— Я беременна, — тихо прошептала я, а потом в нашей квартире раздался счастливый визг.

Я носилась по квартире и пыталась одеться.

— Ты уверена, что сейчас тебя нужно везти на работу?

— Конечно, я не хочу говорить Леше об этом по телефону.

— Тогда подожди вечера.

— Тогда я не смогу сдержаться и скажу ему по телефону.

— Понял. Тогда я жду тебя в машине, и не забудь завтра у тебя прием в 10:20.

— Конечно, не забуду.

Одевшись, я проверила все по квартире, вроде ничего не забыла выключить, а то в таком состояние я могу все.

Пока мы ехали к офису, я вся искрутилась, внутри было необъяснимое волнение, я до конца не могла позволить себе окунуться в те ощущения, в ту необъятную радость, потому что хотела разделить этот момент с Лешей.

— Всё, приехали, мои поздравления Алексею, и ещё раз не забудь про прием.

— Не забуду.

Я вышла из машины и побежала в офис, пролетев обалдевшую охрану, я поднялась на наш этаж, но Леши там не было. Спустилась на этаж ниже и зашла в конференц-зал, где проходило совещание. Все посмотрели на меня, а я почувствовала, себя неуютно. Вот глупая, совсем забыла про совещание. У меня, наверное, был такой потерянный вид, что Леша моментально перенес совещание и вывел меня из конференц-зала. Осмотрев меня с ног до головы, он успокоился и крепко меня обнял, потом нахмурился и посмотрел на моё лицо.

— Девочка моя, что случилось? Что сказал Константин?

— Я… — язык словно прирос, и я не могла сказать слово.

— Вась, не пугай, что случилось?

— Я беременна, — тихо прошептала я и Леша замер.

Он смотрел на меня с минуту растерянным взглядом, потом медленно до него все-таки дошло, и на губах появилась широкая улыбка.

— Васька! — закричал Михайловский так, что у меня уши заложило, он подхватил меня на руки и закружил по коридору. — Я стану папой!

На нас все смотрели с улыбкой, кто-то хлопал в ладоши, а я весело засмеялась.

— Подожди, сколько у нас времени? Ага. Так значит у него сейчас пол четвертого утра, — неожиданно пробормотал Леша, отпуская меня на ноги.

— Леш, ты чего?

— Подожди, зайчонок, я должен это сделать, — шкодливо сказал Михайловский и набрал Кира.

Кир скидывал раз десять, пока громко не рявкнул «ДА!», что даже я рядом четко услышала.

— Мы беременны! — заорал Леша и на его лице было столько удовольствия, что я не могу понять чему он больше рад: тому, что я беременна, или тому, что Киру за что-то отомстил.

Они поговорили ещё немного, Лёша светился, как лампочка.

— Так, Михайловский, ты рад, что я беременна или нет, — нахмурилась я когда он прекратил разговаривать.

— Я не просто рад, милая, я счастлив. Поэтому мы сейчас едим домой, и я буду тебя баловать, не знаю пока, как и чем, но буду.

— Леш, а как же совещание, работа? — попыталась остановить я Лешу.

— К черту работу, зайчонок, к черту! — весело сказал Леша, подхватывая меня на руки.

* * *

83 предложение

Прошло пять месяцев нашей беременности, я была уже достаточно круглой и большой. Помню, когда мы ездили в Америку, Ника заметила, что я выгляжу на все 7 месяцев. Леша хмурился, а я молчала и улыбалась.

У меня есть один секрет, очень приятный и неожиданный для Леши. Я хочу сказать ему об этом, когда он будет делать мне 83 предложение. Но если он забыл, или что там у него на уме, но с предложением он не торопится. Я не знаю даже хорошо это или нет.

Стараюсь не переживать и ждать. Но завтра у меня должно быть плановое узи, и Леша очень хотел пойти вместе со мной, чего мне стоило его уговорить не ходить. Пришлось переводить тему разговора.

— Ты вообще меня не любишь, — неожиданно посреди спора заявила я, и Леша замолчал, приподняв брови в удивление.

— Зайчонок, ты чего?

— Ты меня не любишь и больше замуж не зовешь, — заплакала я.

Леша был в растерянности, он обнял меня и погладил по голове.

— Ну что за глупости, я тебя очень сильно люблю.

— Правда?

— Конечно.

— Тогда почему ты больше не делаешь мне предложение?

— Все довольно просто, зайчонок, три месяца мы с тобой мучились с тошнотой. Куда бы я тебя потащил, если ты ходила вся зеленая.

— Да неприятное время, — я даже вздрогнула.

Меня хотели уже положить в больницу, потому что я ничего не могла есть, меня просто выворачивало от различных запахов, от еды. Любимый одеколон Леши пришлось убрать на дальнюю полку и не использовать совсем. Я питалась огурцами, вот от них меня не тошнило, так я и похудела сильно, приходилось ходить в клинику, где мне капали витамины. В общем жуть.

— А потом я просто думал, какое сделать предложение, которое бы не было опасно для твоего положения. Кстати, сегодня утром я даже определился, а ты даже не заметила.

— Да я в последнее время чаще летаю в своих мыслях, прости меня мой хороший.

— Глупости, Вась, ты у меня стала очень спокойная и задумчивая, что удивительно для меня, я бы сказала, меня это умиляет. Я слышал много рассказов про то, какой невыносимой становится женщина в период беременности. И признаюсь честно, я ждал этого и боялся, — у Леши вырвался нервный смешок. — Но ты меня удивила и здесь. Стала такая спокойная, домашняя, что я ещё больше влюбился.

— Боялся, что я буду будить тебя в три часа ночи и отправлять за фруктами?

— Что-то типа того, — усмехнулся Леша.

— Зачем тебя куда-то отправлять, если можно использовать ночь совсем для других целей, — мурлыкнула я.

— Зайчонок, ты спросила у врача, о чем мы говорили?

— Да, ещё можно, — прошептала я.

— Это просто прекрасно, — сказал Леша целуя меня и уводя в сторону спальни.

Вот какая я молодец, смогла уйти от темы разговора, и сегодня я не могла нарадоваться, когда я смотрела на своих малышей, и мне сказали, что у меня будет девочка и мальчик.

— Зайчонок, как ты? — позвонил мне Леша, когда я вышла из клиники.

— Все хорошо не переживай.

— Это хорошо, я договорился о 83 предложении, поэтому сегодня ложимся пораньше завтра вставать пол четвертого.

— Ничего себе, что ты задумал?

— Это сюрприз. Обещаю, что тебе понравится, — с улыбкой в голосе сказал Леша.

— Я уверена, что мне понравится.

На следующий день, когда я смотрела, как приготавливают воздушный шар, я немного волновалась.

— Боишься? Хочешь, отменим?

— Нет, я не боюсь, — сказала я.

Дело в том, что я переживала, что Леше совсем не понравится то, что я от него все скрывала, что за глупая мысль мне втемяшилась после того как я узнала о двойне. Когда мы стали подниматься, я переживала, что замерзну или то, что будет сильный ветер, но все было настолько прекрасно.

Нет слов, чтобы описать, что я видела, это просто красота. Природа лениво просыпается после ночи, на горизонте появляются первые лучи солнца. Я первый раз видела настолько красивый рассвет.

— Это божественно красиво, — шепчу я, Леша обнимает меня сзади и целует в затылок.

— Выходи за меня замуж, зайчонок, — шепчет Михайловский.

— Не выйду, — шепчу я.

Леша целует меня в ухо и кусает за мочку.

— Люблю тебя, моя врединка.

— Леш, я тоже должна кое-что сказать, — говорю я и поворачиваюсь в сторону Леши.

— Что такое?

— Я не знаю, почему я ждала так долго, и надумала себе, что это будет очень романтично. По-моему, я должна сказать об этом раньше, но я…

— Так. СТОП. Малышка, объясни все спокойно и не волнуйся так.

— У нас будет двойня, мальчик и девочка, — шепчу я.

Леша внимательно смотрит на меня.

— Я не шучу, — на всякий случай добавила я.

— Я понял, подожди я в себя приду, — хмыкнул Михайловский.

Он долго смотрел на меня, потом убрал за ухо мои волосы, которые лезли в лицо, судорожно вздохнул и хрипло сказал.

— Знаешь, ничего не может быть красивей тебя на фоне заката, зайчонок, — в его голосе было столько восхищение. — Я думал, что сегодня я не смогу быть счастливей, но с тобой нельзя быть в чем-то уверенным. Я счастливей, чем был минуту назад, наверное, раза в три. Потому что кроме тебя у меня будет маленькая копия моей Васьки и меня, — Леша вытер одинокую слезу и обнял меня.

Весь отставший полет мы просто молчали, наслаждались окружающей красотой и нашим счастьем.

Глава 11

9 месяцев


— Что ты там рисуешь? — с любопытством спросила я.

Сегодня воскресенья и мы позволили себе отдохнуть. Я купила себе интересную книжечку и окунулась в мир вампиров, а вот Леша сначала просто валялся со мной, все время отвлекал меня от книги.

Потом он полез в телефон, долго лазил в просторах интернета и что-то нарыл. Вон как себе в блокнот записывает, да и рисунки какие-то, чувствую мне скоро сделают предложение.

— Зайчонок, ты там читала вроде, так читай, — отмахнулся от меня Михайловский.

— Котя, — тихо сказала я, но Леша все равно услышал и замер.

Отложив все свои дела, он повернулся ко мне с мукой на лице. Для кого-то это покажется странным, но перед тем, как я начинаю выносить ему мозг, я всегда говорю «Котя».

— Что такое, Вась?

— А может, мы поженимся после рождение наших деток?

— Почему? — нахмурился Леша.

— Зайчонок, но я такая сейчас большая, в какое платье я вообще смогу залезть? Я не красивая, — начала я, вот честное слово плакать не хотела, слезы как-то сами побежали, я честное слово ни-ни.

— Ага, значит не красивая? — приподняв бровь, спросил Леша.

— Угу, — покивала я головой, шмыгая носом.

— Так, давай, я помогу тебе подняться, и пойдем ка мы ванную.

— Зачем? — спросила я, когда Леша потянул меня в ванную комнату.

— А там у нас зеркало в пол.

— Зачем на зеркало?

— Вот сейчас все и узнаешь!

Леша завел меня в ванную, поставил перед зеркалом и встал сзади.

— Что дальше?

— Васька, ты просто посмотри на себя? Что в тебе может быть не красивого?

— Я не смогу надеть красивое платье.

— Зайчонок, это такой бред, у нас есть деньги, а за любые деньги что тебе только не сошьют. И вообще посмотри на себя. Посмотри на это большое пузико. Разве оно не прекрасно? Там растут наши дети, наше счастье. Твоя фигура сейчас идеальна, понимаешь? Если бы мы женились, и ты бы была одета, как сейчас, в платье с мишками, то я был бы самым счастливым мужчиной. И больше никогда я не хочу слышать, про то, что ты не красивая! Для меня ты самая красивая женщина! Твои голубые глазки, разве они не прекрасны, смотри, насколько красивый цвет. Представляешь, если у нашей дочи будут твои глаза, насколько она будет красива? У тебя аккуратный носик, скулы, а твои губы красивой, идеальной формы, они дарят мне восхитительные поцелуи, что в тебе не красивого, женщина? Для меня, ты всегда красивая, не забывай это. Даже когда я держал тебе волосы над унитазом, и ты была вся зеленая, я считал тебя красивой.

— Ох, я сейчас буду плакать, — призналась я.

— Ну, вот снова плакать, — усмехнулся Леша. — Ранимая моя девочка, пойдем плакать на кровать, а то здесь пол холодный, а ты босиком, где твои зайчата, я их давно не видел.

— Они под кроватью.

— Так, и ты не можешь их достать, а почему мне не сказала.

— Забыла.

— Забыла она. Пошли доставать твоих зайчат, потом пойдем, я накормлю тебя ужином и байки, завтра у нас насыщенный день, солнышко.


Алексей


Я продолжал гладить своего зайчонка по пояснице. Она уже давно сопит, но я не могу остановиться, зная, что даже во сне ей становится от этого легче. Наши дети совсем измучили мамочку, иногда становится страшно, когда она морщится от боли. Я все понимаю один, но там их два, и если раньше я всегда радовался, когда они пинали Ваську, позволяя почувствовать мне их, то сейчас я уговариваю их пожалеть мамочку и не пинать так сильно.

Я посмотрел на руку любимой, быстрее бы уже надеть на её пальчик кольцо и начать новый этап наших с ней отношений. Давно нужно было уже пожениться, но все оттягивалось из-за отсутствия друзей.

Я хочу подарить Василисе что-то особенное, и я почти все подготовил, уже завтра Василиса станет моей женой, и нас будут окружать самые близкие и родные люди. Жаль, что мои родители не увидят, как я счастлив с ней.

Они погибли в автокатастрофе, когда мне было 17 лет, а у Васьки была только бабушка, которая тоже умерла довольно рано. Может, это было самой первой нитью, которая нас связывала. Мы оба чувствовали себя одинокими, надеюсь, что наши дети никогда этого не почувствуют.

Рука начинает неметь, только после этого я перестаю её гладить и прижимаю к себе, свою ранимую женщину. Кто бы мог подумать, что в Ваське прячется столько женственности, ранимости. Я уверен, что в течении нашей долгой жизни, она будет меня удивлять еще много раз, и я жду этого с нетерпением. Зарываюсь носом в макушку Василисы, вдыхаю родной запах и засыпаю.


Василиса


Утро, как я не люблю утро, ненавижу. Я тянусь рукой к будильнику, чтобы его выключить, но внезапно понимаю, что это не будильник, что по квартире раздается звук дверного звонка.

— Котя, открой, — шепчу я, и пытаюсь укрыться одеялом с головой, но звонок не прекращается, да что же это такое.

Я открываю глаза и сердито поворачиваюсь в сторону Леши, но к моему удивлению его нет рядом со мной, и что это значит? Приходиться корячиться и вставать с кровати, для меня это теперь очень сложно сделать, я как большая огромная неваляшка.

А звонивший в дверь, никак не успокоится.

— Да иду я, иду! — кричу я.

Когда я открываю дверь, мня практически сносит Лев, он радостно кричит.

— Тетя Ася!

Я смотрю на Льва, на Нику и ничего не понимаю.

— Может, ты нас пропустишь, бегемотик, — нежно улыбается Ника.

— Конечно — конечно.

Когда мы уже сидим на кухне и распиваем чай с тортиком, который принесла Ника, я, наконец — то, прихожу в себя.

— Что вы делаете в России? Где Кир? Где Леша? Вы надолго?

— Так Васька, сбавь обороты, — смеется Ника.

— Так расскажи мне что-нибудь, я ничего не понимаю.

— Хорошо, я могу сказать тебе только то, что мы здесь со Львом, чтобы приготовить тебя к вечеру.

— Ага, и что будет вечером?

— Сюрприз. Поэтому одевайся и поехали по магазинам, в три Кир заберет Льва, и мы пойдем в салон красоты.

— Ого, я уже боюсь вечера, с такой-то подготовкой, — пробормотала я, послушно направляясь в спальню, чтобы переодеться.

* * *

— Почему мы уже два часа ездим по бутикам и примеряем свадебные платья? Мне вроде предложение не делали, а такое ощущение, что я сегодня замуж выхожу, — бурчу я.

Ножки, мои бедные ножки устали, да ещё и поясница болит, и вообще я спатеньки хочу, и больше ничего не хочу.

Хотя-я-я, можно ещё рыбку, запечённую в духовке, о-о-очень хочу рыбку. А-а-а, я схожу с ума, что я только не хочу, как все бы это объединить в одно.

— Зачем тебя все время спрашивать, если ты все время отказываешь, — хмыкнула Ника.

А я посмотрела на неё своими чистыми и невинными глазами, в которых стремительно наполнялась влага.

КАК ПРЕДЛОЖЕНИЯ НЕ БУДЕТ??? СОВСЕМ НЕ БУДЕТ? ААААААААААА!

— Вась, ты чего плачешь? — озадачено спросила Ника, когда я громко разрыдалась.

А я ещё громче заплакала, потому что сказать причину своего поведения не могла. Они все думают, что я зажралась, а я все ждала того самого, того единственного, на которое я смогу сказать «ДА». НЕ СПРАВЕДЛИВО!

— Вась, ну ты чего? Да будет вроде предложение, я же не могу тебе все рассказать, тогда сюрприза не будет, — успокаивала Ника.

Ага, значит, предложение будет. Слезы моментально высохли, на губах заиграла мечтательная и довольная улыбка.

— Так ты сейчас мной манипулировала?

— Что ты? — главное глаза делать такие честные — пречестные.

— Васька, вот перед кем ты стараешься, я ведь тоже женщина, и беременная я тоже была, — усмехнулась Ника. — Кстати, можешь нас поздравить, у нас скоро будет доча.

Ника после своего признания засветилась словно бриллиант, мне даже хотелось зажмуриться от ее счастья, настолько оно было яркими.

— Мои поздравления, — с теплотой сказала я и попыталась обнять Нику, но получилось это хуже некуда, мой живот всегда стоял между мишенью для обнимашек и мной.

— Знаешь что самое странное, я ведь и не заметила, всё Кир. Он прямо чувствует, и все время следит за моим здоровьем. Я иногда сама себе завидую.

— Понимаю, у нас самые заботливые мужчины.

— Не говори. Вот от Леши я такого не ожидала. Сколько он тебя добивался, сколько боролся, — говорила Ника с таким восхищением, что мне язык не поднялся сказать правду. Пусть лучше думает так, чем узнает про карты.

— Всё хватит хвалить мужиков, а то сглазим. Поехали за первым платьем, оно мне больше всех понравилось, — призналась я.

— Поехали, а потом в салон, — подмигнула мне Ника.

* * *

Я больше не могу-у-у сидеть на этом неудобном кресле, у меня спина боли-и-ит.

— Девушка долго ещё? — раздраженно спросила я.

Сколько можно мне сооружать пирамиду на голове, что это там вообще за прическа. Моё лицо и так, после того как я поправилась за беременность, стало круглым, что теперь оно просто похоже на большой вздутый шар.

— Подождите, осталось всего несколько штрихов, — ответил парикмахер.

Вот, чтобы понять мое раздражение достаточно узнать, что она говорит одну и ту же фразу восьмой раз. ВСЁ!

— Хватит! — рявкнула я, что девушка испуганно подпрыгнула. — Меня все устраивает, мы закончили, — сказала я, вставая с кресла.

— Но как же… Как же вы… — мямлила девушка.

А я упорно шла к выходу из салона, не обращая внимания ни на кого: ни на Нику, пытающую меня остановить, ни на парикмахершу, все устала, не могу. Моя спина болит, ноги отекли, пошли вы все далеко и подальше.

Я вышла из салона, вытирая горючие слезы обиды. И сказать точно, на кого я обижена, не могу, просто так хотелось плакать. Поймав такси, я уехала домой. Когда я зашла в нашу квартиру такую родную, я облегчено выдохнула, и стало так хорошо. Я сняла неудобные балетки и поплелась в спальню, мне просто необходим сон, или просто полежать. Я легла и застонала от удовольствия, но маленькие решили напомнить о себе. Я лежала и мужественно терпела их пинки, живот ходил ходуном, в том или ином месте можно было увидеть чью то ножку.

— Ох все, успокаивайтесь, мои хорошие, — шептала я, поглаживая животик.

Не знаю, кто из них пнул меня так, что искры из глаз посыпались.

— Ой, мамочки! — застонала я, от боли.

Я просто лежала и не двигалась, боль понемногу проходила, дети тоже замерли, надеюсь, я их не испугала, а то я читала, что детки чувствуют эмоции мамочки во время беременности.

Неожиданно раздался звонок в дверь, я горестно вздохнула и медленно пошла открывать дверь Нике.

— Прости меня, — сказала Ника, как только я открыла дверь. Она выглядела такой обеспокоенной и расстроенной.

— За что?

— Я совсем не подумала, как тебе будет тяжело, я то в свою беременность, как козочка скакала до самих родов, а у тебя двойня.

— Не волнуйся, но я, правда, больше не готова никуда ехать до вечера.

— Хорошо, иди лучше поспи, у тебя есть на это два часа, потом что-нибудь сообразим с прической, — сказала Ника, уводя меня в спальню.

Я послушно легла и почти заснула, как завибрировал мой телефон.

— Да.

— Зайчонок ты как? — спросил самый родной на свете человек, я так по нему соскучилась, считай, со вчерашнего дня его не видела.

— Как ты мог меня оставить на целый день, — пробурчала я.

— Зайчонок соскучился?

— Очень соскучился, — вздохнула я, зарываясь носом в подушку Михайловского.

— Я тоже соскучился, но ничего, увидимся через четыре часа, и больше я тебя не отпущу так надолго от себя.

— Обещаешь?

— Обещаю, — сказал Леша. — Люблю, все пора бежать. До встречи, зайчонок!

Я убрала телефон и удобней устроилась на кровати. И все же, что он там придумал, какой ЗАГС будет работать в 7 вечера?

* * *

Я не заметила как, уснула. Вот вроде обдумывала все возможные варианты, того что мог придумать любимый, как резко наступила темнота. Причем когда Ника стала меня будить, мне показалось, что спала я всего от силы минуты две, а не два часа. Ника сначала повела меня на кухню, пытаясь накормить, и хоть как-нибудь растолкать. Я сидела за столом почти с закрытыми глазами.

— Чувствую, все нужно отменять, — сказала Ника.

— Ни в коем случае, — зевнула я, и пошла умываться холодной водой.

Через пару минут я зашла на кухню уже в более бодром состоянии.

— Я готова.

— Ты уверена, что справишься? Просто, я думаю, что вы достаточно сильно со всем затянули. В твоем положении уже довольно рискованно, такие нагрузки, как тебя ещё в больницу не положили.

— Константин вместе с моим гинекологом, просто кричат об этом, но, как видишь, я ещё здесь. Не люблю больницы, — поморщилась я.

— Вот дурында, и Леша тоже хорошо, вот если сегодня родишь, я не буду удивлена, — закатила глаза Ника.

— Все, давай одеваться.

— Давай, а то и правда время идет, а мне ещё нужно успеть прибыть на пункт назначения раньше тебя, — усмехнулась Ника.

— И почему раньше меня?

— Так нужно. Давай начнем с платья, а потом и с прической разберемся.

Ника помогла надеть мне платье, я выбрала самое простое платье, без лишних украшений, рюшек и остальной ультрамодной лабуды.


— Ты прекрасна, — улыбается Ника и поглаживает мой живот.

— Спасибо, — я чувствую, как мои щеки покрываются румянцем, потому что Ника сказала комплимент от чистого сердца, а не потому что хотела поддержать меня.

— У тебя остались кудри после прически, давай мы оставим распущенные волосы и оденем венок из роз.

— У нас есть такой венок?

— Конечно, пока ты спала, у меня в голове родилась эта гениальная мысль, и я даже успела купить. Теперь у тебя есть венок на голову и такой же букет, который стоит на кухне, поедешь, не забудь взять.

Когда мы закончили мой образ, телефон Ники просто разрывался от звонков.

— Да! — рявкнула Ника, придерживая телефон плечом и поправляя мои кудри сзади. — Все выхожу.

— Ты куда?

— Мне нужно ехать, Кир уже ждет возле подъезда, — сказала Ника, направляясь в прихожую.

— А я? Если я одна не справлюсь? — нервно спросила я, что-то мне стало совсем не по себе, что за волнение внутри?

— Так, откидывай такой настрой, все будет хорошо, поверь мне, — сказала Ника, поцеловав меня, она выбежала из квартиры.

Я немного постояла в прихожей, пыталась успокоиться. Что-то я сильно занервничала. Вдох-выдох, и я уже иду в ванную, чтобы полюбоваться на себя.

Я посмотрела в зеркало и притронулась к своим губам, неужели я так красиво могу выглядеть? В квартире раздался звонок моего мобильного, и мне пришлось делать марш-бросок из ванной в спальню, и когда я ответила на звонок и дышала так, словно пробежала эстафету, поняла, что сделала это зря.

— Так, ты что там носишься? — раздался недовольный голос Михайловского, он меня с 6 месяцев заставляет ходить медленно и не спеша, словно уточка, это было смешно, когда он показывал на себе то, как я должна ходить.

— Прости, я забылась, — прошептала я, присев на кровать, потом, сообразив, что могу помять платье соскочила с кровати, и поморщилась слишком быстро.

— Женщина, ты на 9 месяце! — воскликнул Леша. — Как ты можешь это забыть? Ничего не болит? Внизу живота не тянет?

— Нет, вроде.

— «Нет вроде» — передразнил меня Леша. — Зайчонок, я сейчас все отменю и отправлю тебя в больницу рожать.

— НЕ надо, я больше не буду так себя вести.

— Вот ты сейчас, как ребенок, говоришь, — усмехнулся Леша.

— Ну вот, снова ты.

— Ладно, не расстраивайся, я просто волнуюсь, не нужно было тянуть до последнего, но у нас с тобой вечно все наоборот.

— Это точно.

— Ты как, готова, наконец-то, стать Михайловской?

— А предложение?

— Все будет, зайчонок, я все помню, все хватит болтать, спускайся. Внизу тебя уже ждут, — ласково сказал Леша.

— Хорошо, люблю тебя.

— И я тебя, моя врединка.

Прежде чем выйти из квартиры, я тщательно все проверила, у меня на этом просто пунктик появился. И когда я через 8 минут вышла из подъезда, я замерла с открытым ртом.

Возле нашего подъезда стоял большой белый лимузин, а рядом с ним стоял Вадим и Константин, оба мужчины были одеты в черные костюмы и черные маски скрывающие их глаза.

— Ого, — выдавила я из себя.

— Василиса Сергеевна, вы прекрасны, — подошли ко мне эти два высоких мужчины и поцеловали мои руки, я даже засмущалась.

— Спасибо, — пискнула я.

Они подвели меня за руки к лимузину, и, перед тем как сесть в него, я не удержалась и спросила.

— А что, в простой машине никак?

— Мы вообще должны были приехать за тобой на карете и лошадях, но Костя двумя руками был против, поэтому лимузин, белый, чем тебе не лошади, — усмехнулся Вадим.

Пока я переваривала его слова, Вадим сел за руль, а Константин рядом со мной. И пока мы ехали, он проверил мне давление и послушал живот.

— Я просто уверен, что ты сегодня родишь, — заворчал он, убирая свои инструменты в сумку.

— Не переживай, я чувствую себя хорошо.

— Конечно — конечно. Вась только я ориентируюсь не на твои слова, а на твое состояние. И я, на всякий случай, предупредил твоего гинеколога и клинику, в которой ты будешь рожать, что мы, возможно, сегодня приедем к ним.

— Я уверена, что все обойдется без этого.

— Посмотрим.

Пока мы спорили, рожу я или нет, мы приехали к центральному парку. Я вышла из лимузина при помощи мужчин, и замерла, парк выглядел довольно мрачно, и там было темно.

— Не бойся, мы пойдем с тобой, — угадал мои мысли Вадим.

Я набралась смелости, и шагнула в темноту. Как только я зашла в ворота и сделала шаг по тротуару, по бокам тратуара загорелись маленькие лампочки, осветляя мне путь, но это ещё не все, чем дальше я шла, тем все кругом преображалось. Деревья, кустарники — все светилось и переливалось разноцветными огнями, я словно попала в сказку.

— Невероятно, — шептала я.

Но дальше происходило все больше невероятных вещей, пока дорожка уводила меня к центру парка, по бокам от меня стали появляться мужчины, женщины, которые играли на скрипках, сзади них, по газону, танцевали пары, настолько все было синхронно, завораживающе.

Я была под таким впечатлением, что думала, что меня сложно удивить, но когда я подошла к фонтану, то увидела Лешу возле огромного белого экрана. Он стоял в черном костюме и заметно нервничал.

Я подошла к нему и хотела поделиться, насколько кругом все сказочно. Но он приложил палец к моим губам, и ласково улыбнулся, давая понять, что он знает, что я чувствую, но и это ещё не все.

— Я тебя люблю, моя маленькая, — сказал Леша, беря меня за руки. — Мы с тобой прошли довольно длинный путь вместе. Давай, посмотри, какой он был, — сказал Леша, поворачивая меня к экрану.

Я замерла в его руках и увидела, как на экране появилась первая фотография с первого сентября в универе, я стояла рядом с мальчишками и зло смотрела на Михайловского.

— Где ты это достал?

— Пришлось потрудиться.

Прежде чем появилась вторая фотография, к нам подошел мужчина со скрипкой и заиграл нежную музыку, дальше я просто погрузилась в свои воспоминания. Вот, перед глазами пролетели все наши курсы, вот выпускной, первый бизнес, второй, третий. Вот, я стою возле аэропорта и смотрю по сторонам в поисках Михайловского, фото было не сильно удачным, потому что сделано в машине. Дальше, он успел меня сфотографировать в офисе на совещание, дальше мы стоим вместе с ним возле машины на парковке и ругаемся, следующий кадр, как мы страстно целуемся. Вот пошли наши предложения.

Я стояла и плакала, это просто вместо тысяч слов. Леша бережно обнял меня и поглаживал живот, а я, уже не задумываясь про свой макияж, ревела во всю, настолько все было романтично.

Когда фотографии закончились и экран потух, Леша повернул меня к себе, вытирал мои слезы, на его щеках тоже можно было увидеть пару слезинок.

— Мы прошли довольно длинный путь, практически 11 лет. Не каждая пара на такое способна, зайчонок, мы с тобой уникумы, не могли понять столько времени, что созданы друг для друга. Никто в этой жизни не понимает меня настолько, насколько понимаешь ты. Никто не может, одной улыбкой заставить мое сердце биться, как сумасшедшее. Я сейчас говорю довольно сумбурно, я не готовил речь, — Леша замолчал и прочистил горло, было видно, насколько это для него эмоционально. — Я не знаю, как выразить все то, что на моей душе. Какие слова подобрать, чтобы ты поняла, что ты для меня вся вселенная, ты для меня все. Я дышу тобой, да я жить стал по-настоящему когда ты появилась в моей жизни снова. Без тебя, это как без солнца, как без воздуха. В общем, Васька — Леша встал на одно колено. — Выходи за меня замуж.

Я смотрела на него сквозь пелену слез, на своего любимого мужчину, с которым мы действительно прошли не легкий путь к нашей любви. Я люблю его всем сердцем, как я могу ему отказать?

— Да! — громко и четко сказала я.

Мое «да» просто эхом разнеслось по парку. Леша поднялся и взял мое лицо в плен своих ладоней и нежно поцеловал. Я чувствовала, как его трясет.

— Люблю тебя, — шептала я.

— И я тебя, моя хорошая, но это ещё не все. Готова ли ты сейчас стать Михайловской, зайчонок?

— Готова — мягко улыбнулась я, сейчас я на все готова.

Леша взял меня под руку, и повел вглубь парка, пройдя пару метров, я увидела наших друзей: Кира и Нику с маленьким Львом в костюмчике, Вадима рядом со Светланой и их дочерью, Константина, к сожалению одного. Они стояли по бокам рядом с большой аркой, в центре которой стояла упитанная мадам, скорее всего с ЗАГСа. Все улыбались, ощущалась атмосфера семьи, где каждый тебя поддержит и поможет. Я снова часто заморгала. Да что же такое, что я сегодня реву?

Когда мы подошли к арке, Леша кивнул женщине, и она открыла красную папку и стала зачитывать текст.

Уважаемые, невеста и жених! Сегодня — самое прекрасное и незабываемое событие в вашей жизни.

Создание семьи — это начало доброго союза двух любящих сердец.

С этого дня вы пойдёте по жизни рука об руку, вместе переживая и радость счастливых дней, и огорчения. Создавая семью, вы добровольно приняли на себя великий долг друг перед другом и перед будущим ваших детей.

Перед началом регистрации прошу вас ещё раз подтвердить, является ли ваше решение стать супругами, создать семью, искренним, взаимным и свободным.

Прошу ответить Вас, невеста?

— Да, — громко говорю я, сжимая локоть Леши.

Прошу ответить Вас, жених?

— Да, — отвечает Михайловский уверенным голосом.

С вашего взаимного согласия, выраженного в присутствии свидетелей, ваш брак регистрируется.

Подойдите к столу регистрации и своими подписями скрепите ваш семейный союз.

Я завертела головой в поиске этого стола, как с боку Кир вместе с Вадимом поставили маленький столик перед женщиной. Мы подошли, Леша расписался и приподнял стол, чтоб мне не нужно было наклоняться так низко, я благодарно улыбнулась и поставила свою роспись.

Прошу Вас, в знак любви и преданности друг другу, обменяться обручальными кольцами.

К нам подошла Ника и в красивой коробочке подала нам кольца. Сначала кольцо одел мне Леша, потом я ему.

Руки тряслись, и получилось у меня это не сразу, надеюсь, в этом ничего нет плохого, приметы там, а то я везучая.

В полном соответствии с Семейным Кодексом Российской Федерации, согласно составленной актовой записи о заключении брака, скреплённой вашими подписями, ваш брак регистрируется. Объявляю вас мужем и женой! Ваш брак законный. Поздравьте друг друга.

Леша повернулся ко мне со счастливой улыбкой, нежно провел рукой по моей щеке и поцеловал меня. Реальность происходящего накатывала на меня волной сбезграничного счастья

Леша с сожалением отстранился от меня, а я смотрела на его счастливые глаза, и видела в их отражениях, себя тоже довольно счастливую, можно сказать сияющую счастьем.

Дорогие супруги! Дорогой любви, Вы пришли к нам, соединив свои судьбы семейным союзом.

Отныне вы — муж и жена. Сохраните дар первых счастливых дней и пронесите их чистоту и верность через долгие годы жизни. Не растеряйте свою любовь среди жизненных неудач и суеты.

Пусть ваше счастье будет светлым и чистым, как весеннее небо; долгим, как вся ваша жизнь, и прекрасным, как ваша большая любовь.

Кругом все закричали, в небе пустили фейерверки, а я смотрела на Лешу и не могла оторвать свой взгляд, как неожиданно почувствовала что-то мокрое внизу. Я притянула Лешу к себе, как он думал для поцелуя, но прежде, чем наши губы встретились, я прошептала.

— Дорогой, я рожаю.

* * *

После того, как я призналась в том, что рожаю, кругом началась паника. Только один Константин был спокоен и собран, позвонил в клинику, предупредил моего гинеколога, что мы едем. Лимузин так мчался по ночному городу, что мне иногда становилось страшно.

— Быстрее! — волновался Михайловский, прикрикивая на Вадима.

— Не надо быстрее, — у меня аж сердце в пятки ушло, как представлю, что мы будем ехать ещё быстрее.

— А я говорил, но кто же меня послушает? — закатывал глаза Константин.

— Костя, сделай милость, — сквозь зубы сказала я, схватка у-у-у-у-у-у, как больно-о-о, я сжала зубы и прошипела, — заткнись.

— Интервал между схватками уменьшается. Я бы серьезно поторопился, а то мне придется роды принимать, — усмехнулся Константин.

Блин он когда-нибудь нервничает, а то его невозмутимость беси-и-и-ит. 97b96

— А-а-а-а-а-а! — закричала я, божечки, как же больно, у-у-у-у-у-у-у!

— Почему она кричит?! — нервно закричал Леша.

— Так, мне тут ещё твоей истерики не хватало! Успокойся, ей больно, пускай кричит, если ей от этого становится легче! — рявкнул Костя на Лешу, и тот успокоился.

Нет, все таки я Костю люблю, и его невозмутимость как раз то, что нужно, чтобы урезонить Михайловского.

Когда мы приехали в больницу, нас сразу отправили в родовую. Мы с Лешей хотели рожать вместе, думали, это будет романтично, да и я боялась без него, а вот теперь думаю по-другому. Особенно это бледное лицо, паника, и беспокойство, мешали мне сосредоточиться.

— Леша, выйди, — простонала я.

Первый раз в жизни Михайловский со мной не спорил, он кивнул и со стеклянными глазами вышел из родовой. Слава тебе, теперь можно и поорать.

Вскоре я родила сына, а через пару минут родилась наша дочь. Хорошо, что ещё разрывов не было и все прошло довольно неплохо. По крайне мере я, через два часа после родов, забыла ту боль, что испытывала.

— Они такие маленькие, — шептал Леша.

Он стоял возле кроваток и не мог налюбоваться нашими детьми. Я понимаю его, понимаю, что он сейчас чувствует, это невероятное чувство внутри тебя, особая связь которая образуется с твоим ребенком при первом же взгляде на него.

— Ощущались они не совсем так уж и маленькими, — хмыкнула я.

Усталость накатывала и я хотела поспать, но боролась с собой, чтобы побыть с Лешей.

— Прости, что я ушел и не поддержал тебя.

— Прекрати, я все понимаю, эта была плохая идея рожать вместе, — перебила я Лешу.

Леша замолчал, было видно, что ему тяжело смириться со своим страхом, что он чувствует вину.

— Я думаю, что тебе не стоит думать об этом, и забивать себе голову всякой ерундой, сегодня самый счастливый день в нашей жизни, отпусти случившеюся ситуацию и наслаждайся настоящим.

— Я постараюсь.

— Правильно, старайся.

— Спасибо за них, любимая, — сказал Михайловский, подойдя ко мне, он поцеловал мои руки.

— Пожалуйста, — зевнула я.

— А теперь поспи.

— Но мы ещё не выбрали им имена, — возмутилась я.

Мы все 9 месяцев спорили, выбирали, но так ни к чему и не пришли.

— Давай, мальчику дам имя я, а ты девочке? — предложил Леша.

— Хорошо, тогда назовем дочу Алисой, — с улыбкой сказала я.

— А сына — Арсений.

— Сеня и Лисичка, — хмыкнула я.

— Да что-то вроде этого. Все, а теперь отдыхай, я посмотрю за вами, — сказал Леша.

Я практически уснула, как услышала шепот Леши.

— Господи, спасибо тебе за них.

Эпилог

— Так дети, сегодня мама ушла по магазин с тетей Никой, поэтому мы остаемся втроем, — говорил я.

На меня внимательно смотрели две пары карих глаз, доча кусала свою ножку и хмурила бровки, явно думая, что это все не к добру. Мой сын очень внимательно на меня смотрел, а потом залился веселым смехом. Как только Сеня засмеялся, они оба, как по команде, перевернулись на животы и поползли в разные стороны кровати. Я кое-как успел их поймать, сначала одного, потом другого.

Взяв обоих на руки, я понес их в гостиную, где заранее приготовил плед и множество игрушек, чтобы отвлечь их внимания пока я готовлю им кашки. Пока я шел со второго этажа, Лисёнок мне чуть не оторвала волосы, а сын присосался к моему уху.

— Так, чувствую, у меня сегодня будет сумасшедшей день, — пробормотал я.

Пока на кухне заваривал детям кашу, я все время поглядывал на них. Они весело гу-гукали и выглядели увлеченными игрушками.

Это очень хорошо, главное чтобы находились в одном месте. Но пока я отвернулся на секунду, чтобы взять чайник и залить кипятком каши, я увидел только одну дочь. Быстро убрав чайник, я подошел к Лисенку.

— Где твой брат? — спросил я.

Лисенок зажмурилась и упала на спину, чтобы засмеяться и снова начать сосать свою ножку.

— Ясно, — пробормотал я.

Стараясь не паниковать, я осмотрел каждый уголок гостиной, кухни, но нигде не было Арсения.

— Твою мать, — я начал паниковать.

Пока я носился по дому, доча весело смеялась, но неожиданно я услышал ещё один заливистый смех, замер посреди комнаты и пошел на смех сына. И какое же было моё удивление, когда я нашел Сеню в камине. Мы его вчера вечером топили с Васькой, пили вино, расслаблялись, а сегодня в этом камине сидит мой маленький сын, весь черный и весело смеётся.

— Это просто пи-и-и-из…………

Доча подползла к моей ноге, и села на попу, посмотрев в сторону брата, она снова заливисто засмеялась.

— Нам срочно нужна ванная, мужик, — сказал я, вытаскивая Арсения из камина, прощай моя белая футболка.

Взяв в другую руку дочь, я пошел с ними в сторону ванной. Посадив детей на пол, хорошо что у нас для этого случая лежит здесь теплый коврик. Я набрал воду, так как мыть одного не имело смысла, потом что дочь бы начала громко плакать, я посадил двоих.

Когда они начали есть пену, я подумал, что это была плохая идея купать их с пеной. Когда мы вышли из ванной, я был весь мокрый, а дети довольные и счастливые. Дальше была задача ещё труднее, мне нужно было их одеть. Одевал я их не меньше часа, один уползал, вторая за ним, футболки, комбинезоны, все было навалено в большую кучу на кровати.

Василиса меня убьет!

Когда я справился и одел детей в комбинезон ну и что, что задом наперед, тут главное ведь было их одеть. Я пошел с ними на кухню, чтобы накормить. И пока мы принимали ванную, одевались, вся каша остыла. Пришлось рассаживать их в стульчики и быстро греть кашу в микроволновке.

Поставив кашу детям за столики, я сел между ними и начал их кормить, если Лисенок кушала аккуратно и с аппетитом, то Сеня плевался через раз, и был полностью весь в каше.

Когда закончил их кормить, у меня уже дергался глаз. Потом была снова ванная, потом я их снова одевал и, наконец-то, мы ушли в игровую комнату, где было ограждение, и они могли спокойно ползать.

Через полчаса они отрубились прямо на полу, что самое удивительно, засыпают они так часто и в обнимку друг с другом.

Разложив детей по кроваткам, я спустился в гостиную вместе с радио няней и устало сел на диван. Я провел с ними всего лишь часа четыре от силы, но я так уста-а-а-ал.

— О, я вижу, что наш папочка устал, — пропела Василиса, заходя, домой, я даже не услышал, как к дому подъехала машина.

— Девочка моя, я такой дурак, прости меня.

— А что сразу дурак, что секса не охота совсем? — вскинула свои брови Васька.

— Да не особо знаешь ли, — усмехнулся я.

— Вот — вот, будешь знать, как обижаться на меня, и придумывать глупые причины, что я тебя больше не хочу, — закатила свои красивые глаза Василиса.

— Я дурак, — снова промолвил я.

— Да, мой любимый дурочек, — мурлыкнула Василиса и поцеловала меня.

Наш поцелуй, прервал громкий плачь наших детей.

— Они как чувствуют, что мамочка приехала, — усмехнулся я.

Мы поднялись к детям, я взял на руки Арсения, а Василиса Лисенка, дети довольно загу-гукали, и заливисто засмеялись.

— А что это у Арсения за мелирование черным цветом? — нахмурилась Васька, подходя к нам поближе, я сделал шаг назад, она ещё сильнее нахмурилась.

— Леша, — протянула Васька.

— Что?

— Что у него на голове?

— Не понимаю, о чем ты, пойдем ка мы на кухню, попьем сок, или кашку приготовим, — сказал я, поворачиваясь в сторону двери.

— Михайловский!

А мы уже тикали от нашей грозной мамочки на кухню.

— Знаешь, мужик, ты меня так подставил, — пробормотал я.

А Арсений посмотрел на меня серьезным взглядом и заливисто засмеялся.

Да вот так мы и живем.


Конец.


Оглавление

  • Глава 1
  • Глава 2
  • Глава 3
  • Глава 4
  • Глава 5
  • Глава 6
  • Глава 7
  • Глава 8
  • Глава 9
  • Глава 10
  • Глава 11
  • Эпилог