Без вождей. Декоммунизация в лицах (fb2)

- Без вождей. Декоммунизация в лицах 24.51 Мб, 41с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Владимир Шак

Настройки текста:






Владимир Шак





Без вождей


Декоммунизация в лицах



Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»




© Владимир Шак, 2018


Тему этой книги можно сформулировать одной фразой: как Украину очищали от символов коммунистического режима. Это, вроде бы, было совсем недавно. Но это уже история. История становления украинского общества.



18+


Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero



Оглавление


Без вождей

От автора

Сталина вызывали?

Как я языкотворцем стал

Самого большого Ленина свергали под крики «Слава Україні!»

Монументальная Лениниана

«Железный» Феликс — всё!

Ремонтировали дороги… мемориальными досками

Без Фантомаса

В Украине больше не нуждаются в услугах ленинских юнкеров

На свалке истории районного масштаба

Революция, который… не было

С СССР — навсегда?



От автора

Согласно Закону «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики» после общественных обсуждений решениями местного самоуправления и парламента были утверждены новые названия для объектов топонимики. По данным Института, в 2016 году в масштабах страны тоталитарных названий лишились 51493 объектов в городах, поселках и селах. Речь идет о площадях, скверах, улицах.

В Украине демонтировано 2389 памятников и памятных знаков, из них в честь Ленина — 1320.

Что касается Запорожской области, то регион лишился 140 Лениных, и еще 76 памятников и памятных знаков тоталитарным вождям. Кроме того, новые названия были присвоены 1937 объектам.

Хронологию декоммунизации я и попытался восстановить в этой книге, которая открывается моей газетной публикацией за 2013 год. Эта публикация поможет ответить на вопрос: так зачем в Украине провели эту самую декоммунизацию?

Завершают это короткое исследование-воспоминание две главы, напрямую связанные с темой памяти и памятников: о революции, который… не было и некоторых монументальных, скажем так, символах СССР.

В книге использованы фото из моего личного архива, а также моего коллеги Сергея Томко и из открытых Интернет-источников.

Владимир ШАК,

журналист, литератор

Запорожье, сентябрь 2018 года



Сталина вызывали?

На центральной улице одного из сел Запорожской области однажды появился — вместе с бюстами вождей коммунистической эпохи, памятник… Сталину в полный рост. Однако установивший его директор местного сельхозпредприятия Леонид Верещага сталинистом себя не считает, заявив категорически: «Я не коллекционирую памятники! Напишите об этом с большой буквы!»

Съездить в село Плодородное мне предложили читатели: в разгар дискуссии по поводу установки коммунистами памятника Сталину в Запорожье они припомнили, что несколько лет назад наша газета писала о плодородненских вождях, которые тогда только-только в селе появились. «А сейчас в каком состоянии те памятники? Не снесли их?».

Не снесли, как мы убедились, оказавшись в Плодородном. И памятник Сталину, и памятник Ленину, и бюст Жданова и Свердлов, очень похожий на попрошайку с протянутой рукой, находятся в идеальном состоянии. На месте также — на постаментах своих, самолет и фронтовая полуторка.

Зачем самолет понадобился плодородненцам? А они установили его на центральной улице села в память о погибшем в войну в тамошних местах экипаже советского штурмовика «Пе-2» в составе командира авиаэскадрильи 284-го бомбардировочного авиаполка старшего лейтенанта Давида Генкина, штурмана капитана Георгия Раицкого и стрелка-радиста младшего лейтенанта Николая Минченкова. Вот что произошло неподалеку от Плодородного 27 сентября 1943 года. Возвращавшийся со штурмовки станции Пришиб самолет Давида Генкина был подбит — крупнокалиберный снаряд попал в центральный бензобак. «Пе-2» тут же охватило пламя. Тем не менее, командир сумел дотянуть машину до своей территории и только там летчики выпрыгнули из нее. А тут на их беду поднялся ветер, который отнес парашютистов снова за линию фронта.

Штурмана, капитана Георгия Раицкого, приземлившегося километром западнее командира и радиста, немцы долго преследовали с овчарками. Он отстреливался до последнего патрона и был убит.

Когда фашисты схватили Давида Генкина и Николая Минченкова и стали кричать: «Юдэ! Юдэ!», — командир экипажа плюнул офицеру в лицо. Гитлеровцы стали его бить автоматами, а затем слили из грузовой машины в ведро бензин, облили летчиков и подожгли их.

По словам инициатора установки самолета на постамент, директора многопрофильного сельхозпредприятия «Лана» Леонида Верещаги, над «МиГом» несколько лет назад взяли шефство ветераны авиации из Запорожья. Они и порядок возле памятника наводят периодически, и в покраске самолета поучаствовали с удовольствием. И сфотографировались на память возле каждого вождя.

Любопытна история и полуторки, тоже превращенной коллективом «Ланы» в памятник. Оказывается, на станции Пришиб в войну действовал ремонтно-механический завод, выполнявший заказы для фронта. После войны директор завода отыскал где-то полуторку и установил ее перед конторой. Со временем завод закрыли, памятник стал ничейным и его местный лихой люд просто-напросто поджег однажды.

— Жутко было видеть, — рассказывает Леонид Верещага, — обгоревший остов машины на постаменте. И я попросил власть передать остатки полуторки нам. Получив «добро», приехали с краном, погрузили машину и привезли в Плодородное. Собрал водителей, объяснил им, что восстановить машину — наш долг. Все согласились. Работали бесплатно.

— Ну а памятник Сталину, Леонид Иванович, зачем вам? — задаю, наконец, я давно вертящийся на языке вопрос. — Вы сталинист?

Мой визави не удивляется вопросу и отвечает, чуть подумав:

— Скорее, патриот своей страны. А что говорят, будто бы я музей советской эпохи под открытым небом создал, то это не так. Никакого музея я создавать не собирался. Бюсты и памятники мне сами сельчане предлагают на хранение взять. Колхозы ж наши давно распались. Числившиеся за ними памятники оказались вроде как никому не нужными. Но нашлись неравнодушные люди, не пожелавшие отказаться от нашей общей истории. «Иваныч, — периодически обращаются они ко мне. — Там-то и там-то есть бесхозный памятник. Забери его, сбереги». Я забираю и сберегаю. Так с бюстами Ленина, Жданова и Свердлова было. Ну и с памятником Сталина тоже. Несмотря на то, что все они не имеют художественной ценности, бюсты и памятники наши интересны уже тем, что это — оригиналы. Все — из той эпохи, в которой мы жили с вами совсем недавно. Хотя, повторяю, я не создаю музей и не коллекционирую памятники. Напишите об этом с большой буквы.

Попрощавшись с Леонидом Ивановичем и выйдя на улицу, я обратил внимание еще на одно сооружение: через дорогу от аллеи Истории, как я бы назвал собранные плодородненцами бюсты и памятники, находится нечто, напоминающее постамент. Частично постамент этот заклеен объявлениями, а сверху на нем имеется надпись: «Юля я тебя лю».

Кто такая Юля и за что ее в селе лю, выяснить не удалось.

2013

От автора. До начала декоммунизации в Украине оставалось еще два года

***

В тему

Нередко, когда заходит разговор о том, нужно ли сносить памятники ушедшей [вернее, уходящей] в историю коммунистической эпохи, мне доводится слышать рассуждения о том, что трогать их не следует: пусть, мол, остаются в таком виде, в каком и были установлены. А мы другие, свои, памятники со временем установим.

На подобные рассуждения я обычно привожу такой аргумент в пользу ликвидации коммунистических истуканов: если в ваш дом заберутся бандиты [как это некогда сделали коммуно-большевики] и устроят в нем разгром, после их изгнания неужели вы не станете наводить порядок?

Однако сейчас я не о сносе памятников сказать хотел. Я хочу поделиться своими наблюдениями за памятниками коммунистической эпохи. Вот что я заметил: после самым решительным образом встряхнувшей страну революции Достоинства, памятники эти сами собой стали приходить в упадок. В первую очередь это относится к памятникам вождям из прошлого и приближенным к ним товарищам. Правда-правда!

У «буревестника революции» [той, компартийной, 1917 года] Максима Горького, например, который приютился на обочине трассы Запорожье-Мариуполь где-то в Ореховском районе, спина стала… нет, не белой — светло-коричневой. От грибка. Или от плесени, которая, оказывается, и на памятниках заводится. А из обутки буревестника штырь металлический изъявился… ну, аж неудобно стало за старика: прям оборванцем каким-то стал он выглядеть.

Да что там Горький! Сам великий вождь товарищ Сталин нынче в одном из сел Запорожской области на мир с постамента взирает в совершенно изношенном военном френче. Можно подумать, что не снимал он его… где-то, наверное, со времени своей смерти.

Как и товарищ Киров, пристреленный ревнивым мужем в объятиях его жены.

Ну а потрепанный вид Якова Свердлова, который некогда возглавлял Всероссийский Центроисполком [ВЦИК] и был организатором убийства императора Николая Второго и его семьи, у меня такую жалость вызвал, что захотелось мне гривенную монету положить в его неуклюже протянутую к народу руку. Да не дотянулся я до руки — на высоту постамента ростом отличается от меня вождь и убийца товарищ Свердлов.

Сельская аллея вчерашних вождей

Аллея экс-вождей

Андрей Жданов — тот самый, который Анну Ахматову изживал со света

Вождь вождей товарищ Сталин собственной персоной — в очень потрепанном френче. У него за спиной — самолет на пьедестале

Горький идет на пенсию [шутка]

Куда ж без Ленина?

Еще один Ильич

И еще Ильич

Попрошайка Яков Свердлов

«Месье, же не манж па сис жур. Гебен мир зи битте этвас копек ауф дем штюк брод. Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы…»

Памятник трудяге-полуторке

Горький на Мариупольской трассе

Износившийся Киров



Как я языкотворцем стал

Недодекоммунизировали: вот какое слово первым пришло мне в голову, когда мы с фотокорреспондентом Сергеем Томко — в сентябре 2016 года, обнаружили двух коммунистических вождей, преспокойно пережидающих в одном из запорожских сел вступившую в завершающий этап декоммунизацию.

Ощутив себя в какой-то мере языкотворцем — словечко-то из 21-й буквы о недодекоммунизации еще не встречалось ведь, я, правда, и огорчение испытал. За сельчан, проигнорирующих указ своего Президента.

Причем, если бы в селе какой-нибудь пройдоха и ловелас вроде Кирова увернулся от президентского указа об обязательной декоммунизации, схоронившись где-нибудь на сельских задворках, это было бы полдела.

Но тут — на центральной улице села, преспокойно таращили свои немигающие глаза на мир… нет, не вожди — мерзавцы из мерзавцев:

Жданов [в сильно прохудившемся френче] и Свердлов, не менявший одежки, видимо, еще со времен октябрьского большевистского переворота в Питере.

Коротко, кто они — в качестве справочки.

Андрей Жданов, 1896—1948 г.г., член Политбюро ЦК ВКП (б), секретарь ЦК ВКП (б). Геббельс сталинского режима.

В августе 1946 года выступил с докладом, осуждающим лирические стихи Анны Ахматовой и сатирические рассказы Михаила Зощенко. Некоторые цитаты из этого доклада:

— Зощенко привык глумиться над советским бытом, советскими порядками, советскими людьми, прикрывая это глумление маской пустопорожней развлекательности и никчемной юмористики;

— трудно подыскать в нашей литературе что-либо более отвратительное, чем та «мораль», которую проповедует Зощенко;

— Зощенко… чуждый советской литературе пасквилянт и пошляк… с циничной откровенностью продолжает оставаться проповедником безидейности и пошлости, беспринципным и бессовестным литературным хулиганом;

— Анна Ахматова является одним из представителей безидейного реакционного литературного болота. Она является одним из знаменосцев пустой, безидейной, аристократическо-салонной поэзии, абсолютно чуждой советской литературе;

— тематика Ахматовой насквозь индивидуалистическая. До убожества ограничен диапазон ее поэзии, — поэзии взбесившейся барыньки. Мрачные тона предсмертной безнадежности, мистические переживания пополам с эротикой — таков духовный мир Ахматовой. Не то монахиня, не то блудница, а вернее блудница и монахиня, у которой блуд смешан с молитвой.

Яков Свердлов [Янкель Свердлин], 1885—1919 г.г., председатель ВЦИК. Фактически являясь главой РСФСР, лично отдал приказ о расстреле Николая Второго и его семьи, был одним из организаторов Красного террора.

Из выступления Свердлова на заседании ВЦИК 30 мая 1918 года: «Если в городах нам уже удалось практически убить нашу крупную буржуазию, то этого мы пока еще не можем сказать о деревне. Только в том случае, если мы сможем расколоть деревню на два непримиримых враждебных лагеря, если мы сможем разжечь там ту же гражданскую войну, которая не так давно шла в городах, если нам удастся восстановить деревенскую бедноту против деревенской буржуазии, — только в том случае мы сможем сказать, что мы и по отношению к деревне сделаем то, что смогли сделать для города».

А 24 января 1919 года единолично Свердловым была завизирована директива, предписывающая осуществление жестких карательных мер при подавлении казацких восстаний против Советской власти на Дону:

«ЦК постановляет провести массовый террор против белых казаков, истребив их поголовно; провести беспощадный массовый террор по отношению ко всем вообще казакам, принимавшим какое-либо прямое или косвенное участие в борьбе с Советской властью… Конфисковать хлеб и заставить ссыпать все излишки в указанные пункты, это относится как к хлебу, так и ко всем другим сельскохозяйственным продуктам».

А у нас в селе этим мерзавцам памятники установили [подробнее об этом селе — в предыдущей главе «Сталина вызывали?»].

Однако рука декоммунизации таки дотянулась до обоих: исчезли они из села.

А может, они сами, не дожидаясь завершения декоммунизации, огородами по рассветной росе ушли, решив прорываться в сторону границы.



Самого большого Ленина свергали под крики «Слава Україні!»

На демонтаж самого большого в Украине памятника «вождю мирового пролетариата», установленного неподалеку от плотины Днепрогэса, рабочие запорожской инженерно-строительной компании «Форт» потратили… 28 часов 15 минут.

Как выяснилось в процессе работы, в бетоне, на который был установлен вождь, оказалось большое количество кронштейнов — аж 16 штук. Это в четыре раза больше, чем ожидалось, сообщил после проведения декоммунизации па площади Запорожской [так теперь называется бывшая площадь Ленина] директор фирмы «Форт» Евгений Першин.

Похоже, Ленина возле Днепрогэса устанавливали навсегда, ну, или до того момента, как с той стороны, куда он указывал рукой, в город за днепровскими порогами нагрянет долгожданный «коммунизьм», если выражаться языком полуграмотных партбоссов прошлого.

Мало того, когда рабочие начали пилить постамент алмазной пилой по заранее выбранному направлению, конструкция пьедестала нарушилась и Ленин… поплыл -попытался было, как отметил Евгений Першин, шагнуть вперед. Может, уклониться от декоммунизации надумал. И решил в Разлив сбежать. Или в плавни днепровские. Но вождя быстро приструнили — подъемным краном зафиксировали. Чтоб не проявлял свой нрав.

Пилили, кстати, постамент с вождем с помощью дорогущего [стоимостью в 140 тысяч гривен] алмазного

Троса-пилы, привезенного из Германии.

Ну, а в самый ответственный момент [в 13.20 17 марта], когда подъемный кран-силач, неспешно сорвав Ильича с насиженного, вернее, с настоянного места, стал его аккуратно опускать на землю — приземлять, значит, собравшиеся на площади запорожцы стали дружно скандировать: «Слава Україні!»

На что Ленин… никак не отреагировал.

Безучастным к происходящему решил прикинуться. Впрочем, что он мог сказать? Его время в Запорожье закончилось.

Теперь уже навсегда.

***

«Ленин пал, прошла эпоха

Революций, Крупских, лохов», — прокомментировал кто-то из пользователей в соцсетях начало большой декоммунизации в Украине.

Собственно, к этому и добавить нечего.

*

Хроника свержения Ленина в Запорожье [личная подборка автора книги]:

Без Ленина в Запорожье совсем не пусто



Монументальная Лениниана


Вождем был? Слазь давай!

Мелитополь стал первым городом на юго-востоке Украины, где полностью избавились от вождей и вождишек коммунистического прошлого: в Медовом городе в конце июня 2015 года [если точнее — именно 30 июня] была демонтирована последняя партия [из четырех штук] каменно-истуканных лидеров эпохи красного террора, унесшей жизни миллионов и миллионов украинцев.

Под негромкое скрипение зубами [или что у кого осталось] поклонников коммунистического позавчера покинули свои насиженные [точнее, настоянные] места бюсты Пахомову и Бронзосу [не знаю, к не стыду своему, кто они такие], Фрунзе и Кирову. Трех Ленинов из города вычистили еще раньше — в начале июня.

При этом снос истуканов эпохи раннего Сталина осуществлялся строго на законных основаниях: по решению мелитопольской мэрии. И повезли, между прочим, пахомо-бронзосов не на свалку, как, на мой взгляд и следовало бы поступить, а в музей коммунистического прошлого, который откроют в городском краеведческом музее — решение об этом, после совета с мелитопольцами, тоже принято властью.

Все, короче говоря, законно сделано. Проводим декоммунизацию и баста. Не придерешься!

Кому не нравится, льют слезы в штаны и с надрывом в голосе бормочут возле ничейных постаментов слова из полузабытой песни эпохи раннего Брежнева: «Опустела без тебя земля…»

Мелитополь без вождей: постоять разрешается любому


Осторожно: радиоактивный Ленин!

Попытавшись с помощью специалистов санэпидемслужбы отыскать самый радиоактивный объект Запорожья [а дело было еще до начала декоммунизации], мы с удивлением обнаружили, что им является… памятник «вождю мирового пролетариата», установленный в Ленинском районе — естественно, на площади Ленина, куда выбегает… проспект имени Ленина.

Отправляясь на поиски, мы знали, что в городе за днепровскими порогами, в общем-то, нормальный радиационный фон. В целом для Украины он составляет от 15 до 25 микрорентген в час. Правда, в тех местах, где на поверхность земли выходят граниты, фон может быть несколько повышенным. В остальном, по утверждению специалистов, отклонений не наблюдается. Но, как говорится, лучше один раз увидеть… в смысле, измерить.

Особый интерес у нас, конечно, вызывал остров Хортица. Туда мы и отправились вместе с техником-дозиметристом облСЭС Валентиной Церенюк.

Перво-наперво Валентина Васильевна определила уровень естественного фона в районе музея запорожского казачества — самого, пожалуй, посещаемого уголка Хортицы. Он составил 15 микрорентген. Следующее измерение — по пути к видовой площадке, с которой открывается шикарный вид и на Днепр, и на Днепрогэс, и на город [здесь обычно любят бывать молодожены]. Дозиметр снял с гранитных плит дорожки, одновременно являющейся и крышей музея, 40 мР/ч. Сам парапет видовой площадки дал 42 микрорентгена. В разбросе от 40-го до 50-го деления шкалы колебалась стрелка дозиметра у входа в здание музея…

А вот скифские [половецкие] бабы, с высоты столетий в недоумении взиравшие на суету вокруг них людей с хитрым прибором, предъявили при детальном рассмотрении всего 12 мР/ч. Можно было подумать, что изготавливавшие их мастера, в отличие от их потомков, подбирали специальные, безвредные материалы. Ведь, в частности, основание стелы, установленной летом 2002 года на проспекте Металлургов, имеет 30 мР/ч, наклонные плиты, поддерживающие стелу, фонят 40 микрорентгенами.

Повышенный фон, знали мы, дает и другое современное стройсырье. Здания, возведенные Запорожским домостроительным комбинатом, например, имеют большее излучение, нежели сталинские дома или хрущобы.

Но мы, кажется, отвлеклись от маршрута и преждевременно выбрались в город. Вернемся на Хортицу, на скалы Старого Днепра. Как оказалось, естественный радиационный фон там составляет 10 микрорентген в час. Со скал, тянущихся по берегу к беседке, о которой я уже говорил, дозиметр набрал и того меньше — 9 мР/ч. Может быть, как раз тут и находилась некогда мастерская скифских скульпторов — в тихом, защищенном от шальных ветров уголке, рядом с неспешной водой мудрого Днепра.

Разумеется, не могли остаться без проверки на наличие радиации еще два места, отличающиеся повышенным вниманием запорожцев.

Часы влюбленных, установленные напротив мэрии — как раз там чаще всего фотографируются горожане, показали 38 мР/ч всепронизывающего излучения. Кирпичики дорожки к часам тоже не скучают в пыли. До 30 микрорентген разбрасывают под ноги прохожим в промежутке от одного до другого включения мелодии из «Весны на Заречной улице» [мелодия в часах звучит каждый час].

Наиболее фонящее сооружение на бульваре имени Шевченко, где и находятся Часы влюбленных, — облицованный красным мрамором фонтан [следующий за фонтаном с сердечками]. На поверхности мрамора мы насчитали 60 мР/ч, на удалении на один метр — 50.

Тем не менее, рекорд по излучению поставил памятник Ленину, установленный в Ленинском районе, в конце проспекта Ленина, на площади Ленина, с которой открывается вид на Днепрогэс имени Ленина, а также на озеро имени Ленина и на остров имени Ленина… уф, едва упомнил все! Естественный фон в сквере возле памятника — 14 микрорентген, бетонные плиты площади дают 21 мР/ч, а непосредственно у памятника уровень радиации достигает 130 мР/ч [на расстоянии одного метра — 90].

А теперь давайте выясним, насколько опасны для запорожцев [и кого угодно другого, пожелающего побывать в городе за днепровскими порогами] фонящие объекты города?

— Выявить какие-либо отклонения в здоровье человека, — объяснил заведующий радиологическим отделом Запорожской облСЭС, кандидат медицинских наук Михаил Костенецкий, — можно лишь в том случае, если доза облучения превысит 50 бэр [бэр — биологический эквивалент рентгена]. Чтобы ее получить в наших условиях, понадобится 285 лет.

Вот так вот!

Кстати, последствия чернобыльской аварии, по словам Михаила Костенецкого, в Запорожье нынче не проявляются вообще: смыты в Днепр.

И еще. Спустя, может быть, неделю после того, как наша газета опубликовала мое «радиоактивное» расследование, интернет-издание Mignews.com.ua, со ссылкой на московское правозащитное агентство «Прима», обнародовало следующую информацию: «Сотрудники Запорожской облСЭС пришли к выводу, что памятник Ленину, установленный возле Днепровской гидроэлектростанции, является радиоактивным объектом. Согласно дозиметрическим замерам, уровень радиации возле него достигает 130 микрорентген в час». В информации утверждалось также, что специалисты «пока не могут понять, каким образом памятник стал источникам радиации», а местные экологи тем временем будто бы «расклеили в Запорожье листовки, в которых просят горожан не ходить к Ленину». Члены же компартии Украины якобы уведомляют о врагах народа, облучивших памятник «с целью подорвать здоровье настоящих коммунистов».

А затем выпорхнувшую из московского агентства «утку» подхватила «Комсомольская правда в Украине», поместив на своих страницах материал «Запорожский Ленин опасен для здоровья». И про «выводы» сотрудников Запорожской облСЭС в нем шла речь, и про листовки, и про специально облученного Ильича…

Теперь уже с заявлением пришлось выступить в нашей газете самому главному государственному санитарному врачу Запорожской области Анатолию Севальневу. Он, в частности, отметил, что газета наша «в присущей ей ироничной форме прокомментировала результаты дозиметрического контроля, проведенного сотрудниками облСЭС в различных местах Запорожья. Там же приведено мнение заведующего радиологическим отделом облСЭС, в котором он поясняет: такие уровни радиации [как у памятника Ленину] не опасны, а отклонения в состоянии здоровья человека можно выявить только при определенных условиях» [при условии получения им дозы, напомню, более 50 бэр].

И вот еще на чем сакцентировал внимание главный санврач: «Что же касается умышленного облучения врагами народа памятника, то это является полнейшей чушью, т.к. подобное сделать вообще невозможно. Источником естественной [природной] радиации в данном случае являются гранитные облицовочные плиты, смонтированные на постаменте. В соответствии с действующими «Нормами радиационной безопасности Украины, материалы с таким уровнем радиоактивности разрешены для использования в качестве отделочных».

Запорожье: Ленин в вышиванке

Запорожье: голосующий Ильич

Запорожье: Ильич переоделся

Запорожье: патриот Ильич [и надпись подходящая на постаменте]

Запорожье: Ильич посылает


Медуза над Лениным: НЛО не ждали?

Очень странный воздушный объект в конце февраля 2014 года удалось заснять над Днепрогэсом фотожурналисту Сергею Томко, находившемуся в тот момент неподалеку от главЛенина Запорожья: НЛО попал в объектив его камеры! На площади Ленина в тот вечер проходила коммунистическая тусовка — против чего-то там выступали местные радикалы из левых сил. Шумели, переругивались с оппонентами… не обращая внимания, что чуть ли не у них над головами появился неведомый объект. Это не традиционная летающая тарелка была.

Мне объект показался похожим на… медузу, неспешно плывущую в предвечерних бескрайних небесах по своим энлэошным делам.

НЛО в небе над Запорожьем

НЛО, увеличенное фото


Как Ленин грохнулся на клумбу

29 декабря 2015 года, после трех неудачных попыток, в курортном городе Приморске таки демонтировали памятник Ленину. Причем кран для демонтажа заказывали в соседнем Бердянске — у приморцев не нашлось подходящего по мощности. Аренда 25-тонного крана обошлась городскому бюджету в 1,9 тысячи гривен.

Тяжеловес, сообщила телекомпания «Юг», почти сразу поднял латунную статую вместе с бетонной глыбой, общий вес которых составляет 12 тонн, при этом сам автомобиль буквально давил сам себя — вместе с тротуарной плиткой, в грунт у основания постамента.

Затем все шло нормально, до тех пор, пока… ни оборвался трос, и вождь мирового пролетариата… приземлился на клумбу. Грохнулся на нее.

Около часа сотрудники коммунальной службы пытались найти способ погрузить Ленина на прицеп. Был даже применен один, кощунственный, по мнению некоторых зрителей, способ — рассоединить статую с глыбой, ухватив Ильича за шею.

Но на практике все оказалось гораздо проще. Открутить гайку, фиксирующую статую на штыре, можно было еще при первой неудачной официальной попытке демонтажа. Как только это было сделано, работа пошла быстрее. Ленина погрузили на прицеп и после нескольких маневров увезли на склад коммунальной службы на длительное хранение. Навсегда, то есть.

У Ленина в Приморске рука в виде загогулины была: инвалид, наверное, попался

Ленина подняли…

…и уронили


От тяжести Ленина лопнул трос

12 апреля 2015 года в Токмаке на центральной площади города был демонтирован памятник Ленину.

Демонтаж работники коммунального предприятия «Контакт» проводили на протяжении почти пяти часов.

По словам специалистов, сам памятник весит 6,5 тонны. При первой попытке подъема лопнул трос. Пришлось повторить попытку. В конце концов, фигура бывшего вождя высотой 5м 20 см [с кепкой] была аккуратно уложена на землю, а затем без повреждений вывезена с площади.

Весомый Ильич

Токмак: приехали за Лениным

Токмак: цепляй его надежнее!

Токмак: процесс пошел!

Токмак: укладка Ильича

Токмак: поехали!

Недолго в Токмаке пустовал ленинский постамент


Ильич не дождался голосования

Ночью 17 марта 2015 года в пгт Веселое на центральной площади неизвестные повалили «золотой» памятник Ленину — выкрашенный местными коммунистами в золотую краску. Накануне, кстати, в поселке прошло гражданское обсуждение о возможности демонтажа этого памятника.

Вопрос должны были вынести на голосование, однако до этого дня Ленин «не дожил».

Ну и ладно. Чего ж теперь.

Упал «золотой» Ильич

И куда ж теперь «золотая» рука указывает?


Жестокое самоубийство Ленина

Все, что осталось от «бессмертного» вождя [помните цитату из коммунистических времен: Ленин жил, Ленин жив, Ленин будет жить!] в селе Терпенье, что под Мелитополем:

Неосторожным вождь оказался


Ленин распался на три источника

17 марта 2015 года в городе Молочанске Токмацкого района Запорожской области неизвестные разбили большой памятник Владимиру Ленину. Об этом местные жители сообщили в соцсетях.

Каменный идол распался на три части. При этом на постаменте остались только ноги Ильича, куда-то по-прежнему шагающие.

Кстати, как помнится из университетского курса Истории КПСС [вот уж чем голову морочили, так морочили!], одна из работ Ленина называлась… дай Бог памяти… «Три источника и три составляющих части марксизма». Похоже, об этих трех источниках, что в Молочанске случились, Ленин и толковал.

Ильич в Молочанске шагает отмечать годовщину октябрьского большевистского госпереворота

Ильич не дошел

Серединная часть Ленина


От Ленина ноги остались

В Бердянске пятиметровый бетонный вождь в пиджаке долго не сдавался. На площадь пригнали кран, коммунальщики по двум лестницам взобрались на постамент, держа в руках отбойные молотки.

Попотев у ног «вождя» — рабочие пытались отделить ботинки от пьедестала, памятник обмотали тросом и принялись тянуть краном. Но трос в самый неподходящий момент лопнул. И на нем оказался… Ленин до колен. А ноги его намертво приросли к постаменту.

С ними пришлось повозиться, но в конечном итоге удалили и их.

Демонтаж Ленина в Бердянске, 12 02 2016

Ноги Ильича не сдвинулись с места

А Ленин-то внутри совсем пустой!


Горький и ноги Ленина

Повергающий в шок скульптурный ансамбль обнаружился в селе Широкое, что в Запорожской области: там возле задумчиво присевшего у обочины пролетарского писателя Максима Горького чьи-то ноги находятся.

Просто ноги. Без туловища.

Поспрашав у местных, мы выяснили следующее. Ранее скульптурный ансамбль представлял из себя действительно присевшего у обочины Горького и задержавшегося возле него [по пути в коммунизм, может быть] «вождя мирового пролетариата» Ульянова-Ленина, который, как заявила однажды депутат Госдумы РФ от уворованного у Украины Крыма некая Поклонская, фамилию получил от города Ульяновска, а «ленивую» кличку — от города Ленинграда. Мне, по крайней мере, о таком заявлении говорили, как о свершившемся факте.

И теперь как в детском стишке-страшилке в Широком получилось.

Помните:

На вокзале, в темном зале

Труп без головы нашли.

Пока голову искали,

Ноги встали и ушли.

В селе Широком, правда, ноги пока на месте — никуда, похоже, уходить не собираются.

О чем еще подумалось, когда мы взирали на гримасы декоммунизации — а Ленин туловище потерял как раз из-за нее: ноги Ильича можно накрыть скатертью и тогда будет создаваться впечатление, что Горький не просто присел у обочины — он в летнем придорожном кафе ждет, когда ему принесут чего-нибудь… похлебать на скорую руку, скажем. Ну, или рюмку водки, если денег на «похлебать» не найдется.

Под соленый огурец с хреном.

К слову, со спины композиция «Горький и стол при нем» очень даже ничего выглядит: ни о каком, лишившемся туловища Ильича, не подумаешь — так все гармонично выглядит.

Горький за очень оригинальным столом


Ильич с липовой рукой

Обнаружив в одном из сел Пологовского района странный памятник «вождю мирового пролетариата», у которого правая — указующая — рука выполнена из дерева [возможно, из липы], мы полюбопытствовали у местного люда: с чем связано сие? На что получили неофициальный, шутливый ответ: так его ж, вождя, в смысле, частично папа Карло мастерил. Как и Буратино.

Реально же с липоворуким Ильичом произошло вот что. В годы Великой Отечественной войны памятник низвергли с пьедестала нагрянувшие в село немцы. Однако сельчанам удалось под покровом ночи уволочь вождя и надежно упрятать до конца военного лихолетья. После изгнания иноземных захватчиков Ильича вернули на пьедестал. А отбитую при падении руку заменил деревянным протезом местный плотник — сельский папа Карло.

Липоворукий Ленин

Липовая рука, указывающая липовое направление движения к липовому коммунизму


Ленин без головы, или История о том, как «вождь мирового пролетариата» памятник свергал

Сначала мне показалось, что безголовый «вождь мирового пролетариата», которого мы с коллегой Сергеем Томко отыскали на станции Гайчур [это на границе Запорожской и Днепропетровской областей] размахивает… связкой ключей [скажем, от собственного мавзолея]. Подойдя же вплотную к памятнику, я разглядел, что в правой руке у вождя не ключи, а… остатки руки. Обломки пальцев, вернее, удерживаемые Ильичом на четырех арматуринках, напоминающих… вены, что ли. Или артерии.

Вернувшись из командировки, короткий рассказ о потерявшем голову Ильиче я разместил [со снимками, естественно] на одном из украинских ресурсов, с посетителями которого регулярно делюсь своими наблюдениями и впечатлениями.

Мои публикации завсегдатаи ресурса воспринимают вполне доброжелательно. Исключением стала новость о безголовом Ленине

Цитирую несколько комментариев:

«Кому-то не хватало головы с мозгами, вот оно и позаимствовало у Ленина. Чо не говорите, а мужик был башковитый»,

«памятник сдачи не даст война с памятниками удел дебилов»,

«правильно говорите. только дебилы крушат и ломают памятники»,

«кому мешал памятник?»

Честно признаюсь, я был почти в шоке. Ну, кому, скажите, вздумается назвать Ленина, тирана и убийцу, «башковитым мужиком», если не самому Ленину (шучу).

Конечно, я расширил свою антиленинскую новость историей, вычитанной в воспоминаниях бывшего кремлевского управделами Владимира Бонч-Бруевича:

«1 мая 1918 г. члены ВЦИК, сотрудники ВЦИК и Совнаркома собрались в 9.30 утра в Кремле, перед зданием судебных установлений. Вышел Владимир Ильич (Ленин-Ульянов). Он был весел, шутил, смеялся… — Хорошо, батенька, все хорошо, а вот это безобразие так и не убрали. Это уже нехорошо, — и указал на ближайший памятник… — Я мигом… и вскоре принес веревки. Владимир Ильич (Ленин-Ульянов) ловко сделал петлю и накинул на памятник… Ленин, Свердлов, Аванесов, Смидович, Крупская, Дзержинский, Шиваров, Агранов, Эльберт, Маяковский, сестра Ленина (Мария Ульянова) и почти все члены ВЦИК и Совнаркома, сколько хватило веревок, впряглись в веревки. Налегли, дернули, и памятник рухнул на булыжники. — Долой ЕГО с глаз, на свалку! — продолжал распоряжаться Ленин В. И.»

А теперь я расскажу, что это был за памятник и по какому поводу его установили в Кремле.

Памятник-крест был сооружен на месте убиения великого князя Сергея Александровича в Кремле.

Освящен 2 апреля 1908 года.

Памятник был выполнен в виде 6-метрового бронзового креста, украшенного эмалями. Изготовлен по проекту Валентина Васнецова. Установили его на пьедестале благородного зеленого камня. По предложению вдовы великого князя Елизаветы Федоровны, на памятном кресте сделали надпись: «Отче, отпусти им, не ведают бо, что творят».

Это было почитаемое место. Старый путеводитель сообщает: «Никто не пройдет через Кремль без того, чтобы не подойти к маленькой ограде и не сотворить молитвы: «Упокой, Господи, душу раба Твоего Сергея».

1 мая 1918 года крест-памятник великому князю был снесен по инициативе и при личном участии Ленина, у которого, похоже, уже тогда… отсутствовала голова на плечах.

Через месяц, кстати, дорвавшиеся до власти большевики уничтожили памятники Александру II и Александру III, генералу Скобелеву.

Крест-памятник на месте гибели великого князя Сергея Александровича

Так это ж Ленин! Но какой-то он… не такой

И куда, спрашивается, можно без головы шагать?


Ухо Ленина

Как оказалось, на Ильича, что в селе Сокологорном [это на границе Запорожской и Херсонской областей], еще до начала декоммунизации покушались дважды. После первого набега бюст удалось восстановить [по словам сельского головы, у вождя «лицо сохранилось»]. Потом же — после другого покушения на вождя сокологорненского, Ленин стал являть собой жалкое зрелище: от головы егошной… только ухо осталось.

Ленин все слышит!


Как мы обнаружили сгрудившегося Ленина

Редкого вида вождя [из бывших, из декоммунизированных] мы застукали в одном из сел Ореховского района.

Нет, Ильич, который Ленин, там не воскрес [тьфу-тьфу-тьфу] из коммунистического небытия. Его, как и полагалось, таки декоммунизировали в свое время — свергли, то есть, с постамента, изготовленного, между прочим, из крымского ракушняка.

Свергнуть-то свергли, но вывезти на свалку истории — или хотя бы до ближайшей мусорки, забыли. И лежит он возле своего постамента, свергнутый и сгрудившийся — превратившийся в груду обломков.

Со стороны, правда, вождя [или того, что осталось от него] не углядишь. Можно в двух шагах рядом пройти и не заметить ничего подозрительного.

Груда Ленина откроется взору, только если зайдешь за высокий парапет, находящийся возле опустевшего постамента.

Некогда за этим парапетом, как можно догадаться, местные вожди пребывали — в дни особых сельских торжеств: у памятника Ленину была для них специальная трибуна изготовлена — тоже из крымского ракушняка.

Туда — в пространство между парапетом-трибуной и постаментом памятника, и упал однажды, напуганный декоммунизацией, Ленин Ильич.

Причем упал очень качественно — в груду обломков превратившись. До невосстановимого состояния довел себя старик.

В неповрежденном виде только одна деталь памятника осталась: каменная рука, каменной хваткой сжимающая каменный картуз.

Хотя, если судить по связанным ногам — а они у Ильича таки связаны, он не горел желанием декоммунизироваться. Пришлось, видимо, убеждать, предъявив в качестве аргументов лом и кувалду.

И вождь сдался — сгрудился у подножия собственного памятника.

Зато теперь другим неповадно будет коммунистические шабаши устраивать.

Сгрудившийся Ильич крепко держится за кепку

Кепку не отдам!

За этой стеной мы нашли сгрудившегося Ленина


Ленины, с которыми меня сводила судьба:

Ильич с шарфом

Голова Ленина у сельского клуба

Голова Ленина

Ленин на станции Пологи

Ленин на станции Пологи… уехал куда-то

Ленин в городе Каменка-Днепровская символизировал разруху. На недостроенном здании, кстати, просматривается надпись: такая-то годовщина освобождения города от немецких захватчиков. Из этого здания, похоже, только-только выбили

Ленин в Артеке: ужаснее даже в ужасном сне не приснится

Ленин кепконосец

Ленин в штанах с прорехой

Ленин зазывала

Ленин прокладывает маршрут НЛО

Ленин приехал на велике и охмуряет детей

Воскресение сатаны [в пгт Веселом на Пасху водружают на постамент свергнутого активистами Ленина]

Ленин и кулак

Ленин в сумерках

Затылок Ленина

Бутылочку не выбрасывайте!

Высоко стоял, да низко упал

Ать-два!



«Железный» Феликс — всё!

В Запорожье 11 марта 2016 года завершились начатые накануне работы по демонтажу памятника Феликсу Дзержинскому, расположенного в районе центрального проспекта Запорожья — Соборного [ранее Ленина] в Александровском [ранее Жовтневом] районе Запорожья.

Сотрудники запорожского инженерно-строительного предприятия «Форт», осуществлявшего демонтаж, распилили нижнюю часть скульптуры (верхняя была отпилена и вывезена накануне) и вывезли на длинномере на территорию коммунального предприятия «Основание» — на хранение. Общий вес памятника около 40 тонн.

Как и в день начала работ, снос памятника Дзержинскому не вызвал никакой реакции запорожцев.

Памятник Дзержинскому стал вторым памятником советским политическим деятелям эпохи тоталитаризма, который начали сносить в Запорожье.

9 марта был проведен демонтаж бюста Серго Орджоникидзе перед зданием районной администрации Вознесеновского [ранее — Орджоникидзевского] района.

А 11 марта, сотрудники Запорожского алюминиевого комбината демонтировали памятник Кирову перед ДК предприятия.

Хроника свержения Железного Феликса [из личного фотоархива автора]:

Феликс до свержение: напоминание о его кровавых делах

Прощальный взгляд «Железного» Феликса

Железный Феликс поехал с ветерком

***


Орджоникидзе, на выход! В смысле, на взлёт!

Есть отрыв!

В небесах

Давай, поехали!

***


Киров симулирует патриотизм. Ан, не помогло



Ремонтировали дороги… мемориальными досками

Как сообщила 27 июня 2016 года пресс-служба Запорожской областной организации ВО «Свобода»,

Активисты ВО «Свобода», в соответствии с законом о декоммунизации, «демонтировали в Запорожье памятные доски палачам украинской нации».

Националисты, в частности, демонтировали доску о пребывании штаба Красной гвардии в здания студенческой поликлиники, а также именную табличку Власа Чубаря, укрепленную на доме по улице Парковой. Обе доски подлежали демонтажу в соответствии с распоряжениями главы облгосадминистрации, тексты которых активисты имели при себе.

После демонтажа обе доски были использованы для… ремонта дорожных ям.

«Мы выполнили закон. Коммунистическим символам нет места на козацкой земле. А местной власти мы лишний раз напомнили о необходимости ремонта квартальных дорог», — отметил заместитель председателя Запорожской областной организации ВО «Свобода» Константин Денисов.

Нашлось применение Чубарю, который судом признан уголовным преступником — одним из организаторов Голодомора в Украине 1932—33 годов



Без Фантомаса

13—14 апреля 2016 года в центре Запорожья — в рамках объявленной в Украине тотальной декоммунизации, демонтировали один из самых необычных городских памятников периода СССР — памятник «Тревожная молодость», который в народе окрестили… Фантомасом. Причем употреблялось это название гораздо более активнее, чем официальное [премьера одноименной французской приключенческой комедии состоялась в 1964 году].

Памятник, представлявший собой композицию с изображением головы комсомольца в буденовке на пьедестале перед символическим знаменем с орденами Ленина и надписью «У власти орлиной орлят миллионы и нами гордиться страна!», был установлен в Запорожье в 1968 году — к 50-летию комсомола.

Работники предприятия, выполнявшего работы по демонтажу Фантомаса, около полутора часов пытались осторожно снять голову комсомольца с постамента. В конце концов, памятник удалось поднять и погрузить в грузовики.

Стоимость демонтажа монумента обошлась бюджету Запорожья в 63 тысячи гривен.

***

На развалинах «Тревожной молодости» в июне 2016 года — по случаю 125-й годовщины со дня рождения одного из основателей Организации украинских националистов и идеолога украинского национализма, полковника УНР Евгения Коновальца, местные свободовцы вывесили баннер с его портретом.

«Он говорил, что в борьбе народ превращается в нацию. Сегодня украинцы борются за свою независимость, в том числе и с оружием в руках», — прокомментировал поступок однопартийцев замглавы запорожской «Свободы» Константин Денисов.

*

Евгений Коновалец был убит 23 мая 1938 года агентом НКВД, уроженцем Мелитополя Павлом Судоплатовым.

Евгений Коновалец на развалинах «Тревожной молодости»

Сбылось пророчество древнее: как там в Библии записано было? «Видишь эти великие строения? Это все будет разрушено, так что тут не останется камня на камне». А ведь те, кто, как они сами считали, навечно себя увековечили в памятниках — я имею в виду памятники коммунистической эпохи, пытались весь мир разрушить… до основанья аж. И где они теперь? Отож.

Отсюда начиналась Тревожная молодость

*

Хроника свержения Фантомаса:

На стене комсомольцы-фантомасовцы хвастливо написали сами о себе: «У власти орлиной орлят миллионы и нами гордится страна»

***


На месте Фантомаса в апреле 2018 года открыли памятник "Героям Чернобыля"

Открытие памятника чернобыльцам



В Украине больше не нуждаются в услугах ленинских юнкеров

В городе Орехове, что в Запорожской области, в список объектов, подлежащих обязательной декоммунизации, попал памятник петроградско-московским курсантам, отправленным в Украину в 1920 году по личному распоряжению Ленина

У этого воинского формирования времен Гражданской войны было несколько названий. Устанавливавшее в Украине свои коммунистические порядки — «русский мир», выражаясь по-современному, московское правительство именовало их кремлевскими курсантами — по месту расположения их школы. Врангелевцы же, на борьбу с которыми и были отправлены тогдашним плешивым хозяином Кремля курсанты-кремлевцы, называли их ленинскими юнкерами.

По бытующей в Орехове легенде, завоевавшие себе, как писали в компартийные времена, «немеркнущую славу» курсанты петроградско-московской бригады отличились в конце июля 1920 года, когда им поручили освободить город от врангелевцев.

Начался их поход на Орехов утром 26 июля от Гуляйполя, где накануне бригада, составленная из учащихся находившихся на территории московского Кремля Первых пулеметных курсов по подготовке командного состава РККА, разгрузилась на железнодорожной станции.

Яростно атаковать Орехов они продолжали в течение двух дней, устилая при этом «улицы города телами своих убитых сотоварищей и трупами врагов». Согласно легенде, на которую я уже ссылался, выбили из Орехова дроздовцев — вояк генерала Дроздовского, курсанты днем 29 июля, а уже вечером на них врангелевцы бросили свежие силы, и курсанты спешно оставили город.

Отошли из него, не забирая раненых. Это исторический факт, зафиксированный в нескольких источниках. То есть, ленинские юнкера драпанули из города, плюнув на своих немощных собратьев по оружию. Удивляться тут, впрочем, нечему: бросать своих в беде — было в порядке вещей в Красной Армии. Во все времена.

Раненых занявшие город белые — опять же, согласно все той же легенде, всю ночь пытали, а утром расстреляли. При этом, когда их вели на расстрел, они, не сломленные, пели «Интернационал». Под эту песню их и расстреляли.

В последствии из 16 курсантов, похороненных в братской могиле под скромным обелиском, сооруженном в городском парке Шевченко, удалось установить только шесть фамилий: Болотов, Тененен, Орлович-Волк, Туленков, Лившиц, Кильч.

Куда же подевались трупы с улиц города, для меня осталось загадкой. Кстати, в мемуарах барона Врангеля я даже упоминания не нашел о боях за Орехов в июле 1920 года. «К утру 22 июля 1-я конная и Дроздовская дивизии были оттянуты в деревню Жеребец, 2-я конная — в деревню Васиновку [обе деревни — на пути к Орехову], кубанцы направлены были на станцию Пришиб для переброски в Феодосию». Все, больше достойных событий в июле барон Врангель не увидел.

Второй обелиск питерско-московским юнкерам, которые будто бы яростно сражались за Орехов, установлен… на территории московского Кремля [в сквере между Арсеналом и Сенатом]. Что воздвигнут он именно в честь штурмовавших Орехов частей, подтверждает надпись: «…павшим в боях в борьбе против контрреволюции под Ореховом…»

Так рождались советские легенды.

Уже в более близкие к нам времена курсантов в Орехове перезахоронили в братскую могилу на воинском мемориале — в том же парке Шевченко, где покоятся останки полутора сотен освободителей города от немцев. Вместо же скромного обелиска «благодарные потомки» возвели в парке Шевченко впечатляющий монумент, над созданием которого работал запорожский скульптор Михаил Худас. Если кому интересно, он был также автором скульптурной композиции «Пионерская дружба» [в районе улицы Анголенко в Запорожье] и скульптурных наверший на вокзале «Запорожье-1» и драмтеатре им. Магара.

Не лишне, думою, будет уточнить, что осенью 1920 года сводная бригада петроградско-московских курсантов, которая так неудачно брала Орехов, была расформирована, вместо нее в РККА сформировали сводную дивизию курсантов в составе Петроградской, Харьковской и Киевской бригад. Получив приказ отыскать [и уничтожить] один из отрядов мятежного батьки Махно, окончательно на тот момент порвавшего с большевиками, во второй половине декабря 20-го петроградская бригада оказалась неподалеку от гуляйпольского села Святодуховка [нынешняя Любимовка]. А рано утром 20 декабря и уснувший караул, и штаб бригады изрубила махновская конная разведка, неожиданно оказавшаяся в районе Святодуховки.

…Как мне объяснили в Ореховском горсовете, занимающихся — в соответствии с указом Президента Украины, в городе декоммунизацией поначалу ввел в некоторое замешательство документ, согласно которому памятник курсантам-недоосвободителям значился как… «Братская могила петроградско-московских курсантов». Могила! Но потом выяснилось: могилы там нет — курсанты давно перезахоронены, а памятник им вообще снят с учета — как не представляющий культурной ценности.

Так что юнкерам-ленинцам можно со спокойной совестью объявить: «Идите домой, вояки, в ваших услугах в Украине больше не нуждаются».

***

В заключение позволю себе отрывок из книги офицера-дроздовца Георгия Венеса «Зяблики в латах», который как раз и участвовал в том бою за Орехов с питерско-московскими курсантами. Отрывок этот длинный, но он все расставляет на свои места:

«Мы шли в контратаку.

…Как и мы, курсанты разомкнулись всего лишь на один шаг. Как и нас, их можно бы было взять одним пулеметным взводом. Но пулеметы с обеих сторон молчали. Очевидно, командир курсантов, так же, как и генерал Туркул, решил боя не затягивать.

Петь курсанты перестали. Мы также шли молча. Только трава под коленями рвалась, как под рукой приказчика рвется тугой коленкор: раз! раз! раз!..

Я помню, — ногти вошли в ложе винтовки. Помню, как остро хотелось мне, чтоб навстречу нам брызнули пули. Но рота шла молча.

И молча шли курсанты. Не стреляя.

Прицел шесть… Нет, уже четыре… Четыреста шагов. Рота шла, виляя флангами. Под ногами рвался коленкор: раз! раз! раз!..

Я скосил глаза направо, туда, где шел полковник Лапков. Полковник Лапков роты не вел, — рота тянула его за собой. Он бессмысленно смотрел вперед. Нижняя губа его свисала, подбородок дрожал. «Зачем он не бросает?.. Нужно бросить вперед, — думал я, все крепче сжимая винтовку. — Рота не выдержит… Бросай!.. Да бросай же!..»

А коленкор под ногами рвался уже медленней — раз! раз! раз! — точно рука приказчика рвать его уставала. Ра-аз! ра-аз!..

Триста…

Штыки курсантов поднялись — наши опускались. Цепь курсантов угловато выгнулась. Теряла равнение и наша. Двести… Местами цепь уже порвалась. Но подбородок полковника все еще свисал вниз… Сто… Цепь завиляла. «Раз, два, три…» — считал я секунды, — шагов считать я больше не мог… И вот, сломавшись зубчатой пилой, цепь заерзала, с двух сторон сдавленная вдруг отяжелевшими флангами.

«Сейчас, сейчас побежим… — мелькнуло во мне. — Сейчас!.. Да бросай, бросай же!..» Но раздался выстрел, — кто-то из нас не выдержал. И вслед за выстрелом стиснутый в груди страх рванулся вперед хриплым, освобожденным криком:

— Ура-а-а!..

Побежали не мы. Побежали курсанты.

Широкой цепью мы шли назад к ограде. Хотелось курить, но никто не мог крутить цигарки.

Только один поручик Горбик то и дело выбегал из цепи, — то вперед, то назад, то в сторону.

Поручик Горбик пристреливал раненых курсантов.

Прошло несколько часов.

Квартирьеры все еще не возвращались. Жара текла по пыльным улицам Орехова. На камнях она оседала. Мы лежали под самыми заборами, там, куда камни не доползали.

Через улицу — тремя-четырьмя домами дальше — разместился штаб полка. Около ворот штаба стоял поручик Горбик.

Орехов был пуст. Жители сидели в домах. Дома были заперты.

По улице вели пленных.

Все три пленных курсанта были босы. Руки у них были скручены за спиной.

Солнце пекло все сильней.

Но вдруг, подняв головы, мы удивленно посмотрели друг на друга.

…за-клей-менный

Весь мир голодных и ра-бов! громким голосом пел кто-то в кустах за пыльными домишками.

— Господа!

— Господа, кто это?..

Кое-кто из офицеров приподнялся.

— Такого нахальства!.. такого… — И, сплюнув, поручик Ягал-Богдановский встал и пошел через улицу в штаб. А голос за штабом крепчал и рос:

Эт-то есть наш послед-ний,

все выше и выше подымался он,

И реши-тель-ный бой,

С Интер…

Здесь короткий выстрел подсек пение. Следующие два выстрела упали уже в тишину…

* * *

Солнце сдвинуло тень под самые наши ноги. Мы лежали, еще ближе прижавшись к забору.

— Господа, слыхали? — еще издали крикнул нам поручик Горбик. — Слыхали, как Туркул его петь заставил?.. «Ах, сука такая!. Пой на прощанье!..крикнул Туркул — Пой, чтоб знал, за что подыхаешь!..»

— А не врете?

Поручик Горбик вспыхнул. Потом улыбнулся.

— Вам бы, Дегтярев, в че-ка служить! Всё допытываетесь! Спросите у генерала Туркула. Ага, не спросите!..

Кто-то стучал в закрытые ставни окна:

— Молока!.. Хозяйка…»

Оказывается, во время очередной атаки Орехова у курсантов-ленинцев нервишки-то сдали и драпанули они от офицерской цепи дроздовцев — от их психической атаки [помните фильм «Чапаев»? ]. И пленных, оказывается, заставили петь «Интернационал» перед расстрелом — помимо их желания. «Ах, сука такая! Пой на прощанье!»

Вот так рассыпаются в прах коммунистические легенды.

2016

Орехов, парк Шевченко, памятник петроградско-московским курсантам. Таким его запомнили ореховцы

Курсанты в Орехое

Ленкурсанты с поврежденными физиономиями, май 2016

Памятник курсантам-недоосвобидителям в Московском кремле

Москва, кремль

Чекистская тусовка возле московского памятника




На свалке истории районного масштаба

В городе Пологи осенью 2017 года я решил выяснить, где после декоммунизации «прописались» вожди коммунистического режима

И таки выяснил.

Во внутреннем дворе КУ «Пологовский районный краеведческий музей», куда мы с фотокорреспондентом Сергеем Томко попали с позволения директора музея Ирины Садовой, обнаружились

три Ленина, включая самого необычного из всех, каких мне доводилось видеть — с липовой рукой;

Феликс Дзержинский, прозванный при жизни «железным». Суставы, видать, при ходьбе у него скрипели, как несмазанные шарниры. Окружающие поэтому полагали, что они у него — железные. Как у дровосека из сказки о волшебнике из Изумрудного города;

Николай Щорс, имя которого [с 1937-го по 2004-й] носил запорожский областной муздрамтеатр. Многие только по сей причине и помнят Щорса. Да еще по песне, которую в коммунистические времена любили петь подвыпившие пионеры — «Щорс идет под знаменем, красный командир»;

ноги неопознанного нами вождя. Может быть, подумал я, чьи-то запасные?

Щорс тоже пребывал в разобранном состоянии. Ноги, туловище, голова — все по отдельности. Как в анатомическом театре.

Так вот ты какая, свалка истории! — не удержался я от восклицания, вспомнив давнее, но весьма подходящее к моменту заявление президента США Рональда Рейгана: «Свобода и демократия оставят марксизм и ленинизм на свалке истории».


Ильичи-братья

По объяснению Ирины Садовой, музей готов был принять всех низверженных с пьедесталов в районе вождей. Однако одного Ильича — из центра Полог, оставили на сберегание в горкоммунхозе. А бюст официально — по суду, признанного одним из организаторов Голодомора в Украине в 1932—1933 годах Власа Чубаря его земляки, жители села Федоровка [бывшей Чубаревки], решили придержать у себя, препроводив «на ответственное хранение» в склад местного сельхозпредприятия. Ну, а в селе Инженерном декоммунизированного Ленина, говорят, просто-напросто отправили на свалку. Не истории, а на ту, куда мусор выбрасывают.

Как выяснилось при ближайшем рассмотрении, вождь, установленный некогда в Пологах, не обычным каменным истуканом был. Он сродни «железному» Феликсу — тоже металлический. Вроде, из бронзы.

Вот и решили в городе не передавать его в музей, а использовать в будущем. Например, для отливки более значимого памятника.

Глядишь, и выйдет таки из Ленина что-нибудь путное.

Любопытна судьба и одного из трех музейных Ильичей. К слову, все трое — похожи друг на друга, но не один в один. Сейчас, когда они лишены пьедесталов, это очень заметно. Такое впечатление создается, что перед тобой три брата… от разных отцов.

Ближайшим ко мне как раз и оказался моим старым знакомым. Это был Ильич с липовой, как я про него всегда говорил, рукой.

Фокус в том, что правая — указующая, рука именно этого «вождя мирового пролетариата» выполнена… из дерева [возможно, из липы]. Проезжая однажды мимо и разглядев такое, мы, конечно же, полюбопытствовали у местного люда — а дело в села Тарасовка происходило, с чем связана деревяннорукость ленинская. И нам охотно объяснили следующее.

В годы Великой Отечественной войны памятник сбросили с пьедестала нагрянувшие в село немцы. Однако сельчанам удалось под покровом ночи уволочь вождя и надежно упрятать до окончания военного лихолетья. После изгнания иноземных захватчиков Ильича вернули на пьедестал. А отбитую при падении руку заменил деревянным протезом местный плотник — сельский папа Карло.

И стоял долгие годы Ильич, указывая жителям Тарасовки направление движения к липовому светлому будущему липовой же рукой.

А еще, как выяснили мы, оказавшись с вождем лицом к лицу, при падении Ленин нос повредил и подбородок. В связи с чем кому-то из местных гончаров пришлось принял ненадолго на себя миссию… полубога: ему ж не для обычного человека глину пришлось замешивать, а для самого вождя.

Это исключительно политический вопрос был.

Рука, правда, у гончара не твердой оказалась — возможно, волнение дало о себе знать: подгуляли нос и подбородок Ильича.


Когда настало время чубарей

Театрал Щорс, к слову, был военным фельдшером. И он вовсе не погиб в бою с Галицкой армией в 1919 году, как об этом уверяли большевики. Его свои же ликвидировали: есть акт медицинского освидетельствования тела Шорса — после эксгумации в 1949 году, где указано, что «красного командира» застрелили сзади в упор.

«Железный» же Феликс даже гимназию не закончил — настолько бестолковым был. «Серость, посредственность, без каких-либо ярких способностей», — вспоминал о нем маршал Польши Юзеф Пилсудский, учившийся в той же гимназии.

Маршал своими словами лишний раз подтвердил мое убеждение, что именно из серых посредственностей — если в Истории смута случается, и выходят тираны и деспоты.

Причем Ленин в числе тиранов — первый. Вот, к примеру, что он об Украине говорил:

«На Украине имеются громадные запасы, излишки хлеба. Мы должны не менее трех тысяч рабочих железнодорожников, частью крестьян из северной России, двинуть на Украину».

Или:

«Деревенские общины [Украины], которые не поддаются никаким призывам, будут выдвигаться на „черную доску“ либо будут переводиться в разряд штрафных».

И вот еще:

«Поместить полтора миллиона армии на Украине, чтобы они помогали усилению продработы, будучи сугубо заинтересованы в ней, особо ясно сознавая и чувствуя несправедливость обжорства богатых крестьян на Украине».

А потом — в начале тридцатых, настанут времена чубарей, которые вспомнят и о «черных досках», и о миллионной армии. И Украина потеряет четыре миллиона человек. Столько набирается умерших от голода в страшные 1932—33 годы [неофициальная, пожалуй, более близкая к истине цифра — восемь миллионов].

Я объясню, кто не в курсе: большевистская власть тогда сплошь и рядом заносила — за невыполнение умышленно завышенного плана хлебосдачи, на «черные доски» не общины даже, как советовал Ленин, а целые села, из которых тут же вывозились запасы продовольствия. А выезды из сел блокировали вояки ГПУ, пришедшей на смену созданной Дзержинским ВЧК.

И села вымирали. Это было целенаправленное уничтожение украинского крестьянства.

Кстати, кто запамятовал: в субботу, 25 ноября, — День памяти жертв Голодоморов в Украине.

Между прочим, на бердянской трассе — за селом Конские Раздоры, в начале лета 2018 года я видел указатель: «Чубаревка — 18 км».

Это указатель в прошлое, понял я, от которого мы пытаемся избавиться.

Не забыть его, а избавиться навсегда. От его кошмаров.

Формирующаяся в Пологовском музее экспозиция — с вождями [и обязательным правдивым рассказом о них], — это своего рода прививка от того кошмарного прошлого.

А теперь я расскажу об открытиях, сделанных музейщиками Полог.


Могильные камни с загадочными письменами

Совсем недавно в пологовоском краеведческом появились три старинные надгробные каменные плиты. Две — с надписями на иврите, третья — с письменами на немецком.

Одна из плит передана в музей жительницей села Федоровка [бывшая, напомню, Чубаревка] Валентиной Кейд. Обнаружила она ее у себя земельном участке.

При этом никакого кладбища поблизости никогда не было. Как будто с небес плита упала.

Дореволюционная стилистика письма на ней [а это иврит], подчеркивают работники музея, характерная орнаментация, и то, как она была искусно выполненная, может свидетельствовать о высоком статусе покойного. Сделав несколько фотографий, пологовцы обратились за помощью в запорожскую синагогу, где им и помогли с переводом:

«Богобоязненный, уважаемый ребе Дов Тов, сын раввина Пинес Иехиель Михаэля, вечная ему память. Умер 20-го Нисана 5662 [28 марта 1902]. Пусть душа его покоится с миром».

К сожалению, подробностей об «уважаемом ребе» выяснить пока не удалось. Зато о его отце, тоже упомянутом на надгробной плите, известно следующее:

Пинес Иехиэль Михаэль [1843, Ружаны, Гродненская губерния, — 1913, Яффа], публицист, педагог и общественный деятель, один из провозвестников религиозного сионизма. В 1882 году — совместно с Элиэзер Бен-Иехудой [пионером возрождения иврита в качестве разговорного языка], учредил общество Тхият Исраэль [«Возрождение Израиля»] с целью распространения иврита в качестве разговорного языка.

По прибытии евреев-переселенцев из России на землю Израиля в 1882 году, приобрел для них за счет благотворительных средств 303 гектара земли на юге Шфелы, где в декабре 1884 года был заложен поселок Гедера.

Принимал активное участие в создании школ на иврите в Эрец-Исраэль [земля Израиля], а также в написании и издании учебников и справочников.

В конце жизни заведовал госпиталем в Иерусалиме.

Появление еврейских поселений на территории современного Пологовского района, объяснили также музейщики, свое официальное начало берет с 1845 года. Именно тогда появились еврейские земледельческая колония №3 [Красноселовка] и №4 [Межирич]. Колонии были основаны переселенцами из Витебской, Ковенской [Ковно — ныне Каунас] и Могилевской губерний.

К месту обнаружения каменной плиты ближе расположена колония №3.

Первоначально она называлась Гликсталь. Впоследствии ее переименовали в Благополучную. И, наконец, была официально принято название — Красноселка. С 1929 года входила в состав Новозлатопольского еврейского национального района.

Надписи на иврите на второй плите [найдена на свалке [!] в селе Пологи] пока дешифровать не удалось.

Ну, а камень с надписью на немецком, доставленный в музей Сергеем и Константином Крачковскими, — это фрагмент надгробного меннонитского памятника, обнаруженный в селе Инженерном.

На нем разборчиво читаются только имена людей, которым он установлен: Йохан Янцен [Johann Janzen] и Хелена Янцен [Helena Janzen]. Дата же просматривается не четко: то ли 1890 год, то ли 1896-й.

На сегодня, отмечают работники музея, этот фрагмент надгробного памятника является едва ли не единственным свидетельством об учредителях бывшего меннонитского хутора Визенфельд — современной восточной окраины села Украинское Инженерненского сельсовета, которая в народе все еще сохраняет старое название — Зеленое Поле.

Памятник найден был не на месте погребения Йохара и Хелены Янцен, а за несколько километров от ихнего хутора. Перевез его и установил у себя на участке — в конце тридцатых годов минувшего столетия, местный тракторист. Для чего перевез? А чтобы колхоз у него землю не забрал и не распахал. На кладбище, предположил сообразительный тракторист, не посягнут же.

И прав оказался: не посягнули.

Вот только теперь найти могилу основателей хутора Визенфельд невозможно.

Ленин с липовой рукой

Железный Феликс, оказавшийся вовсе не железным

Чубарь на «ответственном хранении»

Могильные памятники с надписями на иврите

Этот могильный камень нашли на мусорке

Могильный памятник семьи Янцен



Революция, который… не было

Однажды — много лет назад, когда день 7 ноября еще был, как тогда говорили, красным днем календаря, я во время какого-то застолья праздничного полюбопытствовал: известно ли кому-нибудь в компании, сколько человек погибло при штурме Зимнего дворца. «Миллионы», — не долго думая, ответил самый знающий из компании. Остальные, не став категорически отвергать миллионов, сошлись после недолгого обсуждения на цифре «очень много». Когда же я заявил, что при штурме Зимнего погибли шесть человек и еще пятьдесят были ранены, компаньоны мои захмелевшие искренне обиделись на меня и до окончания застолья требовали [потом уже, правда, не очень активно], чтобы я признался — пошутил, мол, с количеством погибших.

А я ведь нисколько не шутил: в отличие от Февральской революции, в дни которой число убитых достигло двух тысяч, во время революции Октябрьской, а если точнее, непосредственно при штурме удерживаемого на тот момент Временным правительством Зимнего дворца, погибли шесть человек.

Как известно, Зимний дворец, резиденция правительства Керенского был захвачен в 11 часов вечера 7 ноября 1917 года. Что в этот день происходило в городе и как большевики захватывали Зимний, рассказывает очевидец.

«В среду 7 ноября (25 октября) я встал очень поздно. Когда я вышел на Невский, в Петропавловской крепости грянула полуденная пушка. День был сырой и холодный. Напротив запертых дверей Государственного банка стояло несколько солдат с винтовками с примкнутыми штыками.

«Вы чьи? — спросил я. — Вы за правительство?»

«Нет больше правительства! — с улыбкой ответил солдат. — Слава богу!» Это было всё, что мне удалось от него добиться.

***

Когда мы вышли на Невский, из-за угла выкатил ещё один бронированный автомобиль. Из его башенки высунулась голова какого-то человека.

«Вперёд! — прокричал он. — Пробьёмся — и в атаку!»

Подошёл шофёр другого броневика и закричал, покрывая треск машины:

«Комитет велел ждать! У них за штабелями дров спрятана артиллерия!…»

Здесь трамваи не ходили, прохожие были редки, а света не было вовсе. Но, пройдя всего несколько домов, можно было снова видеть трамвай, толпы людей, ярко освещённые витрины и электрические вывески кинематографов. Жизнь шла своим чередом. У нас были билеты в Мариинский театр, на балет (все театры были открыты). Но на улице было слишком интересно.

***

В это время при ярком свете, падавшем из всех окон Зимнего дворца, я заметил, что передовые двести-триста человек были все красногвардейцы. Солдат среди них попадалось очень мало. Мы вскарабкались на баррикады, сложенные из дров, и, спрыгнув вниз, разразились восторженными криками: под нашими ногами оказались груды винтовок, брошенных юнкерами. Двери подъездов по обе стороны главных ворот были распахнуты настежь. Оттуда лился свет, но из огромного здания не доносилось ни звука.

«Пожалуйста, товарищи! Дорогу, товарищи!» В дверях появились солдат и красногвардеец, раздвигая толпу и расчищая дорогу, и позади них ещё несколько рабочих, вооружённых винтовками с примкнутыми штыками. За ними гуськом шло с полдюжины штатских, то были члены Временного правительства.

***

Надо заметить, что хотя Зимний дворец и был окружён, однако Временное правительство ни на минуту не теряло сообщения с фронтом и провинциальными центрами. Большевики захватили военное министерство ещё утром, но они не знали, что на чердачном этаже находится телеграф, не знали и того, что здание министерства связано секретным проводом с Зимним дворцом. А между тем на чердаке весь день сидел молодой офицер и рассылал по всей стране целый поток призывов и прокламаций. Узнав же, что Зимний дворец пал, он надел фуражку и спокойно покинул здание…

***

И мы снова вышли в холодную беспокойную ночь, полную приглушённого гула неведомых движущихся армий, наэлектризованную патрулями. Из-за реки, где смутно чернела огромная масса Петропавловской крепости, доносились хриплые возгласы… Тротуар под нашими ногами был засыпан штукатуркой, обвалившейся с дворцового карниза, куда ударило два снаряда с «Авроры». Других повреждений бомбардировка не причинила.

Был четвёртый час утра. На Невском снова горели все фонари, пушку уже убрали, и единственным признаком военных действий были красногвардейцы и солдаты, толпившиеся вокруг костров. Город был спокоен, быть может, спокойнее, чем когда бы то ни было. За эту ночь не случилось ни одного грабежа, ни одного налёта.

Здание городской думы было освещено сверху донизу. Мы вошли в Александровский зал, окружённый галереями и увешанный затянутыми красной материей царскими портретами в тяжёлых золотых рамах. Вокруг трибуны столпилось около ста человек…

Мы вышли и подозвали извозчика. «Куда ехать?» Когда мы сказали «в Смольный», извозчик отрицательно затряс головой. «Нет! — заявил он. — Там эти черти…» Только после долгого и утомительного блуждания удалось нам найти извозчика, который согласился довезти нас. Но он потребовал тридцать рублей и остановился за два квартала до Смольного».

[Джон Рид, «Десять дней, которые потрясли мир», 1919. Между прояим, в СССР книга не переиздавалась с 1930 по 1957 годы].

Ну а что черти? Давайте и их послушаем.

«Обыватель протирал испуганные глаза под новым режимом. Неужели, неужели большевики взяли власть?

Зимний дворец в течение 25 октября постепенно оцеплялся нашими войсками со всех сторон. В час дня я докладывал Петроградскому Совету о положении вещей: от имени Военно-Революционного Комитета объявляю, что Временного правительства больше не существует… Мы здесь бодрствовали ночью и по телефонной проволоке следили, как отряды революционных солдат и рабочей гвардии бесшумно исполняли свое дело. Обыватель мирно спал и не знал, что в это время одна власть сменяется другой. Вокзалы, почта, телеграф, Петроградское Телеграфное Агентство, Государственный банк заняты. (Шумные аплодисменты). Зимний дворец еще не взят, но судьба его решится в течение ближайших минут».

***

Поздно вечером, в ожидании открытия заседания съезда Советов, мы отдыхали с Лениным по соседству с залом заседаний, в пустой комнате, где не было ничего, кроме стульев. Кто-то постлал нам на полу одеяло, кто-то — кажется сестра Ленина — достал нам подушки. Мы лежали рядом, тело и душа отходили, как слишком натянутая пружина. Это был заслуженный отдых. Спать мы не могли. Мы вполголоса беседовали. Ленин теперь только окончательно примирился с оттяжкой восстания. Его опасения рассеялись. В его голосе были ноты редкой задушевности. Он расспрашивал меня про выставленные везде смешанные пикеты из красногвардейцев, матросов и солдат… Затем он внезапно спохватывался: «А Зимний? Ведь до сих пор не взят? Не вышло бы чего?» Я привстал, чтобы справиться по телефону о ходе операции, но он меня удерживал. «Лежите, я сейчас кому-нибудь поручу».

[Лев Троцкий, «Моя жизнь», 1929]

Ну, и поручил, гад. Потом семь с лишним десятилетий расхлебывались с его поручением.

«Да какой там Зимний, пойдемте-ка, батенька, в буфете водочки жахнем под солёные рыжики из под Рязани!»

«С Зимним, братцы, лажа вышла: „Аврора“ на мель села, некому сигнал к штурму подать. Так что расходитесь по домам. Сегодня аванса не будет — не заработали»



С СССР — навсегда?

Гуляя однажды в Запорожье по проспекту Металлургов, я набрел на неприметное серое здание, на одну из стен которого был нанесен примечательный — для советских времен, барельеф: «Граждане СССР, — гордо оповещает он, — имеют право на труд. Статья 118 Конституции СССР». В самом низу барельефа добавлена приписка из нашего времени: «Не віримо!»

А по пути к проспекту Металлургов, между прочим, находится совсем уж необычный дом: он построен в виде… буквы «С».

По легенде, тут хотели несколько домов-букв заложить, чтобы сверху, с высоты птичьего полета, они складывались в слова. По одной версии, в слово «СТАЛИН», по другой — в «СССР».

Как бы там ни было, но надпись «СССР» я отыскал-таки на спутниковой карте Запорожья, внимательно разглядывая Южный микрорайон.

В несколько искаженную, но вполне читаемую эсэсэсэровскую аббревиатуру складывается целый комплекс высотных зданий, находящихся в районе улицы Автозаводской.

Дам в виде буквы «С»

Дом-загогулина, повторяющий изгибы… Днепрогэса. По легенде, такой дом построили, чтобы ввести в недоумение… пилотов возможного противника: будучи идиотами, они сбросят бомбы на этот дом, приняв его за Днепрогэс.

А так выглядит на спутниковом снимке Днепрогэс, напоминающий… загогулину

Даже обладая скромной фантазией, можно в таком расположении домов разглядеть надпись СССР — перевернутую, правда. Получается, мы с СССР навсегда останемся.

***

Серп и молот — не только орудия труда

О вокзалах не случайно говорят, что они исполняют роль своеобразной визитной карточкой любого города.

В связи с этим предлагаю — как визитную карточку, оценить вокзал «Запорожье-1» — тот, который мы имели до декоммунизации [на первом нижнем фото].

Обратили внимание, что за скульптурная композиция находилась на самом-самом верху здания? Это были рабочий [наверное, сталевар] и колхозница, придерживающие венок, в центре которого находились… серп и молот.

Всю скульптурную композицию венчает пятиконечная звезда.

Если брать скрытую, не очевидную сторону этих, в общем-то, привычных многим символов, получалось следующее: в отдельно взятом городе под названием Запорожье осуществлена победа над силами пространства [молот] и времени [серп]. Причем победа эта достигнута сугубо разумом [пятиконечная звезда], а не духовными подвижками жителей города.

Я не выдумываю: расшифровку символов, нанесенных на здание вокзала «Запорожье-1» еще в пятидесятые годы, я взял с первого попавшегося мне под руку сайта, трактующего значение масонских символов — таких сайтов в Интернете предостаточно.

В сентябре 2015 года на фасаде здания железнодорожного вокзала «Запорожье-1» закрыли изображение серпа и молота.

Исчезновение серпа и молота, отметила тогда местная пресса, связано с исполнением закона Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики».

И вскоре… здание центрального запорожского железнодорожного вокзала украсили часы и герб Украины.

просто и со вкусом. И очень патриотично.

Вокзал «Запорожье-1» с серпом и молотом

Без серпа и молота

Без серпа и молота, но зато с часами 

***


Кроме серпа, молота и пятиконечной звезды, важными символами масонства являются циркуль и угольник [или треугольник]. Их тоже можно отыскать прямо в центре Запорожья. И если появление циркуля и треугольника на некоторых нежилых зданиях можно как-то объяснить: здания эти так или иначе связаны [или были связаны] с наукой и образованием, символами которых тоже можно считать циркуль и треугольник, то нанесение таких явно неоднозначных символов на жилые дома с трудом поддается разумному объяснению. Если поддается вообще.






MyBook - читай и слушай по одной подписке