Ребенок для дракона (ЛП) (fb2)

- Ребенок для дракона (ЛП) (а.с. Драконы Лейк-Сити-1) 622 Кб, 132с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Ларкин Келлан

Настройки текста:



Название: "Ребенок для дракона"

Автор: Келлан Ларкин

Серия: "Драконы Лейк-Сити", книга 1

Переводчик - Ольга Третьякова

Дизайн русскоязычной обложки - Milena Lots


Аннотация:


Сможет ли человек отогреть замёрзшее сердце дракона?

Уэсли Драх был одинок почти столетие. Дракон-оборотень собрал свою сокровищницу с нуля и теперь является одним из богатейших людей города. Но в чем смысл богатства, если тебе не с кем поделиться. Именно это понимает Уэсли, когда в его жизнь входит беззаботный красавчик Ноа.

Все, чего хочет Ноа это подняться по карьерной лестнице и насладиться жизнью в большом городе. Но когда он встречает Уэсли, генерального директора фирмы, с которой сотрудничает его компания, все о чем он может думать это надменный задумчивый миллионер. Когда они оказываются наедине - летят искры. Мир никогда не будет прежним.

Когда Ноа беременеет, Уэсли обнаруживает свою давно потерянную семью, раскрывается секрет сущности оборотня - начавшиеся отношения подвергаются угрозе. Суждено ли этим двоим быть вместе? Узнаете, прочитав "Ребёнок для дракона"

Будьте осторожны: ММ, Омегаверс

Это произведение является фантастикой. Все имена, характеры, компании, места, события и происшествия являются продуктом авторского вымысла или использованными в фантастических произведениях. Все совпадения с реальными личностями, живыми или умершими или реальными событиями являются случайными.

Глава 1. Уэсли

Светлые хлопья снега пудрой плыли вниз с вершин небоскребов, тщательно укутывая город мягким покрывалом. С моего наблюдательного пункта почти на верхнем этаже здания моей компании, я мог видеть нетронутые белые пространства, формирующиеся на террассах других зданий, заставляющие их сливаться с унылым серым небом. Яркий свет автомобильных фар освещал немногочисленных прохожих. Это был будний день, но вокруг стояла тишина.

Зима официально явилась в Лейк-Сити.

Погода отлично соответствовала моему настроению. В последнее время мне было трудно определить, что я чувствую, но увидев как это отражено погодой на улице, я смог прояснить свои чувства. Сейчас я осознавал тонкий слой льда, который образовался вокруг моего сердца, охлаждая мои эмоции, не давая мне почувствовать жар моего огня.

Для меня было очевидно, почему я так себя чувствовал. Я задумывался об этом иногда, тратя долгие часы на протяжении многих лет, размышляя в моем личном кабинете. Была часть меня, которая чувствовала себя пустой. Я так долго был один.

Я вернулся к своему столу и увидел, с небольшим интересом, что у меня появилось новое письмо. Бухгалтерский отдел прислал мне один из их регулярных отчетов с подробным описанием прибыли, полученной за неделю. Я был навязчивым в управлении моим богатством - это было естественная потребность, потому что я был драконом. Это была потребность, которая никогда не могла быть полностью удовлетворена.

В течение многих десятилетий я упорно трудился, чтобы достичь этой цели, и теперь я был на вершине горы. Из моего окна я мог видеть весь город, и мой дракон удовлетворенно мурлыкал, сидя на сокровищнице. Это было не так, как в старые времена, где мы буквально хранили в пещерах груды золотых монет, серебряных мечей и драгоценностей. Теперь это просто цифра на экране. Но она служила той же цели.

Однако накопление богатства было не единственным, что должен был делать дракон. Дракон должен был иметь семью, сообщество, социальные связи, чтобы поддерживать нас. Мы были существами, которые гордились не только нашей индивидуальной силой, но и тем вниманием, которое мы проявили к нашим спутникам. Это было единственное, чего у меня никогда не было.

Я вздохнул и закрыл бухгалтерский отчет. Изо дня в день одно и то же. Я с беспокойством задавался вопросом, нет ли у меня того, что люди называют кризисом середины жизни.

Я потратил столько энергии, чтобы построить мой бизнес и мое состояние в более сложном современном виде, играя в городе, как на шахматной доске. Я полностью пренебрег другими хорошими вещами в жизни, которые сделали бы моего дракона счастливым.

В дверь постучали. «Войдите», - крикнул я. Я наблюдал, как входит моя помощница Бина. Мне нравилась Бина. Она была умной выпускницей последнего года Колледжа Лейк-Сити, одной из лучших школ штата. И она этого не знала, но она выглядела похожей на дракона с ее острыми чертами и экономными движениями. Несмотря на свою молодость, она была одним из немногих людей, которых я высоко ценил.

— Привет, Уэсли, - сказала она с теплой улыбкой. — Вы готовы к встрече с BHS?

— Полагаю, да, - сказал я. Это было жутко, каким мертвым был мой голос. Разве он все время звучал так? Именно таким Бина знала меня? Каким она всегда меня знала? Как будто я видел себя впервые за многие годы.

Она подошла к моему столу и положила на него стопку бумаг.

— Это досье на компанию, - сказала она. — Мы уже разработали для них множество проектов, поэтому все, что нам действительно нужно сегодня - выслушать что они хотят и предоставить некоторые варианты их размещения.

— Спасибо, Бина, - сказал я, перелистывая бумаги. Там не было ничего, чего бы я не видел раньше, но будет неплохо иметь эти информационные листы на руках.

Я последовал за ней в конференц-зал, зная, что она уже подготовила презентацию с объектами, которые мы хотели предложить. Bross Healthcare Solutions была компанией, которая собирается создать сеть клиник в городе; они начали на Восточном побережье и стремительно расширялись на запад. Моя компания должна была помочь им подобрать недвижимость в регионе Лейк-Сити. Это был простая сделка, как и многие, которые мы завершили в прошлом.

Ничего нового.

Я снова вздохнул. Да что со мной не так? Я чувствовал себя смутно, как будто я просыпался от долгого спячки, медленно возвращался в свое сознание и критически оценивал окружающий мир. Это мой дракон спровоцировал это изменение? Он чувствовал себя не более беспокойным или энергичным, чем раньше. Откуда возникло такое глубокое недовольство?

Я занял свое место во главе стола, в то время как Бина возилась с настройками на проекторе. Еще несколько моих сотрудников, которые работали над этой сделкой, заняли места; они будут обсуждать детали, пока я наблюдаю за встречей со своего места. Бина ушла и вернулась с группой сотрудников BHS, состоящей всего из нескольких человек.

— Рад, наконец, встретиться с тобой лично, Даррен, - сказал я, приклеивая на лицо фальшивую, зубастую улыбку.

— Аналогично, Уэсли, - ответил он, возвращая рукопожатие.

Мы переписывались по электронной почте некоторое время, он и его команда только недавно открыли офис в городе. Его команда окончательно переехала сюда.

— Мой менеджер будет обсуждать с вами ваши пожелания, - сказал я, - поэтому я предоставлю ему слово.

Отлично, подумал я. Теперь, когда я передал эстафету, я мог откинуться в кресле и расслабиться. Как генеральному директору компании, все, что от меня требовалось, это сидеть и выглядеть значительно, пока Кристофер и Бина проводят презентацию.

Тем временем я мог использовать свои драконьи способности, чтобы оценить реакцию Даррена и его команды. Эти способности в значительной степени определяли мою успешность в бизнесе. Я мог чувствовать их колебания и волнение; людей было чрезвычайно легко прочитать, если вы знали как. У меня же были годы практики.

Была только одна проблема: самый молодой член команды BHS. Он был одним из самых красивых существ, которых я когда-либо видел в своей жизни, и раздражающе отвлекал. Когда у меня наконец-то появилась возможность должным образом взглянуть на него и распознать его запах, я был ослеплен.

Это было не то чувство, к которому я привык.

Его глаза были золотисто-зелеными, редкий цвет для человека, а его волосы были цвета темного золота, почти охры. Он сел прямо на свое место и внимательно наблюдал за презентацией Кристофера, как будто очень старался понравиться окружающим, но я то знал, что он тоже пытался бороться со скукой. Он не очень заботился о самих объектах недвижимости; он был здесь, чтобы хорошо показать себя перед начальством и поддержать их.

Что-то в том, как его волосы завивались вокруг его уха, и как он положил крепкий подбородок на руку, отозвалось во мне. Он был похож на студента, позволяющего себе помечтать на лекции. Но он был человеком, и я очень редко нахожу людей такими привлекательными. Так что же отличает его от остальных?

Мое влечение к этому человеку - Ноа, как написано на бэйдже, - сохранялось всю встречу. Я поблагодарил Кристофера и Бину за помощь в презентации, радуясь, что нам осталось только пообедать с BHS. После этого я буду свободен, чтобы снова забиться в свой кабинет.

— Повара должны вскоре приготовить обед, - сказал Кристофер, - если вы проследуете за нами в столовую...

Он беседовал с ними, а я следовал позади, продолжая наблюдать за делегацией BHS. Даррен был доволен объектами, которые он видел, я знал это. На самом деле ему понравилось несколько, и он был рад, что решил работать с нами. По какой-то причине он почувствовал себя немного более обнадеженным, чем был до этого.

Ну, я был рад, что он был доволен. Но моего дракона интересовал его помощник, Ноа. Я хотел поговорить с ним и узнать о нем. Что он делал в этой компании? Был ли он действительно заинтересован в здравоохранении? Переехал ли он в Лейк-Сити ради них, или он был нанят здесь?

Я не мог отрицать свое влечение к нему. Когда я увидел, как его гибкое тело изящно выбирает свой бутерброд и салат и плавно садится рядом со своим боссом, я замер. Мое сердце билось немного быстрее, и я мог чувствовать как жар дракона растет в моей груди. Я чувствовал себя немного более живым, чем я был в течение долгого времени, как будто я оттаивал, как будто мой огонь возвращался ко мне.

Я действительно не слушал, что говорили Даррен или Кристофер, Бина или другие. Я надеялся, что Даррен даст Ною возможность высказаться. Я хотел услышать его голос. Казалось, он с уважением относился к своему боссу, но не выслуживался. В конце концов я решил просто спросить его сам.

— Итак, Ноа, Мы сегодня почти не слышали вас, - сказал я.— Вы из Лейк-Сити?

Он слегка улыбнулся, и его глаза сверкнули. Черт, подумал я. Похоже, он нашел меня привлекательным.

— Нет, - сказал он, - но когда Бросс предложил мне возможность переехать в такое оживленное место, я не мог отказаться. Я переехал сюда пару месяцев назад.

— Ноа только что закончил MBA, когда мы его наняли, -сказал Даррен, разговаривая так, как будто Ноа был его собственным звездным учеником. — Мы очень довольны его работой. Он готов наладить работу в офисах в Лейк-Сити.

Ноа вежливо улыбнулся. «Я с нетерпением жду этого», - сказал он.

У него был прекрасный голос. Не такой глубокий, как у меня, но в нем была определенная самоуверенность, которая привлекала. Он был легким и беззаботным, явно наслаждаясь новыми возможностями в новом городе.

Я не чувствовал этого с некоторых пор. Похоже что я даже немного ревновал. Запах новизны был опьяняющим.

— Ну, я уверен, тебе понравится здесь, - сказал я. — Это место, где молодые люди могут процветать, будучи одним из крупнейших городов в регионе. Здесь ты найдешь массу возможностей.

— Спасибо, - сказал он. — Уверен, что так и будет.

Кроме этого, мне не представилось другой возможности поговорить с ним. Мы с ним должны были сидеть по разные стороны, в то время как менеджер болтал о самых разных удивительных человеческих темах: спорте, погоде, социальной жизни в Лейк-Сити. Ничего, что меня интересовало.

Одной из причин, по которым я ненавидел беседы, было то, что это заставляло меня чувствовать себя еще более одиноким. Это еще больше подчеркивало мою природу оборотня, не похожего на людей. И они даже этого не знали.

— Итак, я думаю, мы увидимся на следующей неделе, - приветливо сказал Даррен. Я вызвал очередной прилив энергии, чтобы попрощаться с командой BHS. Они еще задержались, продолжая светскую беседу; когда же это закончится? Но, наконец, они исчезли, и я отправился прямиком к своему офису.

Когда я вернулся к своему столу, мне было о чем подумать. Похоже на то, что мой дракон знал, что что-то грядет, когда я начал свой день, что покажется манящий вход в кроличью нору, притяжению которого я не смогу сопротивляться. Теперь вопрос в том, полезу ли я в эту кроличью нору? Я никогда не встречал человека, который заинтриговал бы меня так, как Ноа.

И, конечно, я не встречал драконов. Мои родители умерли, когда я был молод, я нищенствовал, потому что мои предки были убиты людьми, которые охотились за их сокровищами. Мне потребовались десятилетия, чтобы добиться того положения, которое я имел сегодня, и теперь я вел себя как параноик, защищая мое собственное сокровище. Я никогда не хотел вновь беспокоиться о необходимоти платить за аренду.

Теперь мне принадлежало половина жилых домов в городе.

И все они были населены людьми. Везде люди. Были и другие оборотни; я знал, например, о мощном сообществе волков, но, конечно, они не знали обо мне, и это меня устраивало. Но недостатком этого было то, что я не мог попросить их о помощи в поиске моих собратьев-драконов.

На протяжении многих лет я пытался разыскивать их, но не слишком настойчиво. Это было невозможно, даже когда потерянных родственников стали разыскивать по интернету. Я понятия не имел, как сформулировать вопрос, не раскрывая себя. Мы были тесно сплоченным, скрытным видом, в отличие от волков, которые практически щеголяли своим статусом оборотня. Я понятия не имел, как им удалось скрыться от людей, как они себя вели.

До меня доходили слухи о сообществах драконов, живущих под землей в других городах, прямо под носом у людей. И, конечно же, на побережье и в горах, скорее всего, были драконы.

Нам нравилось любое скалистое, изобилующее утесами уединенное место. Возможно, именно поэтому я был так привязан к своему офису и пентхаусу, расположенным на вершинах небоскребов.

Я решил уйти немного пораньше и пойти прямо домой. Было уже не так спокойно, как раньше, поскольку некоторые люди все-таки осмелились выбраться в эту стихию. Во время моей встречи с BHS снег перестал падать, и улицы стали слякотными, хотя нетронутые одеяла снега и льда все еще сохранялись повсюду, придавая городу монохромный вид. Я мог видеть все это с верхнего этажа моего дома.

Но впервые за многие годы мне хотелось, чтобы рядом со мной был кто-то, чтобы увидеть все это. Я слишком долго был холостяком. Я не мог игнорировать боль в моем сердце, когда я собирался рано ложиться спать или готовить еду только для себя.

И это не говоря о моих сексуальных потребностях, о которых мой дракон был счастлив напоминать ежедневно. Когда я видел обнаженный кусочек плоти или восхитительно мягкую шею — это посылало ревущее пламя по моему позвоночнику прямо к моему члену. Я чувствовал себя почти как хищник, наблюдая за людьми, которых я нашел привлекательными. Но я знал, что это чисто физиологическая реакция. Это было совсем не похоже на мою реакцию на Ноа.

Просто размышление о нем снова вызывало у меня возбуждение, что было странно. Как правило, у меня не было большой привязанности к кому-либо. Фантазии мелькнули у меня в голове, как его тело будет выглядеть под одеждой. Был ли он мускулистым? Он выглядел так, как будто тренировался, и у него был сияющий вид человека, который заботится о своем теле.

Я не мог не вообразить, что он растянулся в моей постели, его глаза сверкали, как во время сегодняшней встречи, с тяжелым от невысказанного желания взглядом. Между нами была связь, и это было не связано с физиологией.

Но все это было так загадочно; Я не знал, что это значит. Ну, есть только один способ узнать. И я буду часто видеть Ноа в течение следующих нескольких недель. У меня было время.

Красная электрическая искра пронзила меня. Что я чувствовал сейчас? Это было почти что-то, что можно было назвать ... надеждой.


Глава 2. Ноа

«Черт», - подумал я. «Черт, черт, черт». Генеральный директор этой компании, с которой мы работали, был буквально самым горячим парнем, которого я когда-либо видел в своей жизни. А я повидал некоторых горячих парней в свое время - старшекурсников в моем университете, товарищей по команде, когда я играл в футбол, бывших коллег.

Никто из них не мог сравниться с Уэсли Драхом.

Но не только это сводило меня с ума. Он смотрел на меня во время встречи. Действительно смотрел на меня. И не только для того, чтоб просто оценить меня. Он смотрел на меня, как один парень смотрит на другого, когда у него есть что-то в виду ...

Я знал, что был привлекательным парнем - по крайней мере, достаточно привлекательным, но мысль о том, чтобы привлечь внимание кого-то настолько могущественного, кружила голову . Все знали, что Уэсли был магнатом недвижимости в Лейк-Сити и одним из самых богатых людей в стране.

Придя домой той ночью, я сидел на диване минут двадцать, придумывая способы как бы мне пообщаться с Уэсли, когда мы увидимся в следующий раз.

Это могло стать проблемой.

Предполагалось, что Даррен, мой босс, будет обсуждать сделку. Я должен был просто стоять рядом и подавать бумажки по мере необходимости. У меня действительно не было хорошей возможности привлечь внимание Уэсли.

И что бы я сделал, если бы мог поговорить с ним? Зацепить такого парня было довольно амбициозным, и я не был уверен, что готов к этому. Я только недавно переехал в Лейк-Сити и начал работать на Бросса, и я не хотел упустить это, делая что-то монументально идиотское.

Как трахать гендиректора.

Я застонал. Воспоминание о серьезном, задумчивом лице Уэсли заставляло мое тело чувствовать себя напряженным и горячим. Если бы я встретил его в баре или что-то в этом роде, я бы подошел и спросил, не хочет ли он пойти со мной домой. Это было бы так легко. Но в данной ситуации все усложнялось. Я должен был решить, хочу ли я играть в игру или нет.

Полный бардак.

Он казался таким таинственным, что это был дико сексуальным. Возможно, я мог бы предпринять кое-что, например, задать ему вопрос о нем. Это будет уместным, не так ли? Я мог просто попытаться поговорить. Не делать шагов к тому, чтобы трахнуть его.

Я старался не думать обо всем этом на следующий день на работе. Мы не должны были встретиться с Уэсли еще некоторое время. Но тем не менее, я бесконечно мечтал о его лице, раз за разом репетируя совершенную беседу в моей голове, снова и снова подбирая правильные слова. Я никогда раньше не хотел удивлять кого-то. Обычно именно я был тем, на кого люди пытались произвести впечатление.

Однако вечером мне пришлось сосредоточиться на чем-то, помимо моих личных проблем. Приближались выходные, и мои родители приезжали в город, чтоб навестить меня в моем новом городе. Это был также день рождения моей матери, и отчим хотел угостить ее необычным ужином. Я должен был одеться и пообщаться с мамой и Гэри.

Я не был в восторге от Гэри. Он был четвертым из моих «отцов», и он был с мамой всего пару лет, поэтому я не думал о нем как о папе. Это расстраивало маму, но я не мог изменить то, как я себя чувствовал. Я подумал, что было намного более странно то, что ей никогда не удавалось ни с кем осесть.

Но это было больше не мое дело. Если это делало ее счастливой, я не собирался осуждать. Я просто не был полностью уверен, что она была счастлива.

Я встретил их перед входом этого фантастического фьюжн ресторана под названием Элаве. Я не был уверен, что это значит; это звучало как какое-то чудовищное французское слово, но меню выглядело невероятно, поэтому я не жаловался. И, конечно же, Гэри платил, в качестве подарка моей маме. Я купил ей открытку и ожерелье, которое, как мне казалось, ей понравится. Ей всегда нравятся украшения.

— О, дорогой, - сказала она, обнимая меня. Я чувствовал запах ее духов, тот, который она носила с детства. Это успокаивало.

— С днем рождения, мама, - сказал я, протягивая ей подарочный пакет. — И рад видеть тебя, Гэри. - Я улыбнулся.

Я знал, что ему не нравится, что я не называл его папой, но он ничего не мог с этим поделать. Мне было 20 лет, я не ребенок. Он вернул мне улыбку и втянул меня в неловкое объятие. На самом деле он был хорошим парнем. Я просто чувствовал, что моя мама достойна большего.

Мы вошли внутрь, чтобы добраться до нашего стола. Я был рад, что потрудился одеться нарядно, потому что это место выглядело действительно элитным, будучи, вероятно, одним из самых дорогих ресторанов в городе. Я чувствовал себя не в своей тарелке; если бы я не привык к подобным местам из-за вкусов моей мамы, я бы чувствовал себя еще более некомфортно.

Я хотел заказать пиво, но, конечно, я не мог этого сделать здесь, поэтому я заказал бутылку красного вина с мамой и Гэри. Когда я стал просматривать меню, мой желудок заурчал; я понятия не имел, что заказать, поэтому выбрал что-то, более или менее, наугад.

Пока мы ждали, когда принесут наши закуски, начался допрос.

— Итак, как тебе нравится Лейк-Сити? - спросила моя мама и теплая улыбка озарила ее лицо. Ее глаза выдавали беспокойство, это был первый раз, когда я уехал так далеко от дома и я знал, что она скучала по мне и переживала за меня каждый день.

— Тут здорово, - сказал я. — Отличные коллеги, потрясающая работа, и я уже начал заводить друзей. В Лейк-Сити в десять раз холоднее, чем в Роксбурге. Но тут есть чем заняться. Крутые рестораны, концерты, ночная жизнь. Мне нравится.

— Это здорово, - сказала она, но в ее голосе появилась дрожь, которая выдала ее истинные чувства. Я прекрасно понимал, что ей не нравится, то, что я забрался так далеко от нее. Но она была слишком робкой, чтобы что-то сказать об этом.

— Тут действительно лучше? - спросил Гэри, приподняв бровь в насмешливом скептицизме. — Ты станешь большим человеком в городе, оставив нас всех позади.

Я почувствовал волну раздражения, но отмахнулся.

— Мне здесь нравится, - сказал я, пожав плечами.

— Как насчет свиданий? - Спросила моя мама, ее выражение было немного обнадеженным. Я знал, что она хотела появления внуков, усыновленных или еще как-нибудь. Но я ни в коем случае не был готов думать о детях, предпочитая гораздо менее серьезные отношения.

— Я еще не пробовал, - сказал я. — Я пока обживаюсь.

Губы Гэри сжались. Я знал, что он не одобрял то, что я был геем. Он нормально относился к гей-браку и все такое, но у меня возникло подозрение, что он предпочел бы жениться на женщине, у которой не было сына — открытого гея. Он ничего не говорил об этом, но я и так понимал.

Я повернулся, чтобы посмотреть на него вопросительно, почти вынуждая его сказать что-то. — На самом деле это не то, что я ищу сейчас, - продолжил я. — Но вы двое будете среди первых, кто узнает, если я найду кого-нибудь.

Мама улыбнулась. Я ненавидел, когда она задавала мне этот вопрос, потому что я совершенно не интересовался знакомствами, особенно когда у меня была многообещающая карьера. Но я потакал ей каждый раз, потому что это ничего мне не стоило. И мне нравилось раздражать Гэри. Его густые седые брови были соединены вместе над очками в металлической оправе.

Когда подали брускетту, я был спасен от необходимости отвечать на неудобные вопросы. Обед оказался совершенно замечательным, и мой лосось был божественным. Мы все настолько объелись, что отказались от десерта.


Выпив вина, мне стало легче.

— Мама, ты должна открыть свой подарок, - сказал я, та часть меня, что радовалась еще одной возможности нанести удар по Гэри, который я знал, был неизбежен.

— О! - сказала она. — Конечно.

Она вытащила подарочный пакет из сумочки и открыла его, мгновенно прочитав открытку. Когда она взглянула на меня, я увидел, что она была ошеломлена эмоциями; Я всегда знал, что написать на ежегодной открытке, чтобы она чувствовала себя хорошо. И ей понравится ожерелье.

— Такое красивое! - воскликнула она, выуживая его из коробочки и держа его так, чтобы оно искрилось на свету. Это была прекрасная золотая цепочка с подвеской из эмали и горного хрусталя в виде лепестков цветка. Она любила цветочки, и это было очень похоже на другие вещи, которые я видел, что она носила. Было не слишком трудно выбрать для нее.

Но почему-то Гэри редко понимал это. Конечно, она никогда ничего не говорила, но когда он покупал ей драгоценности, они, казалось, никогда не покидали свою коробку.

На ней не было ожерелья, поэтому она расстегнула замочек и приложила к своей шее.

— Тебе нравится? - Спросил я.

— Это так мило, Ноа, мне очень нравится! Спасибо!

— Я рад, - просиял я.

Мне нравилось видеть ее такой счастливой. Часть меня сожалела о том, что я уехал из Роксбурга, который находился в пяти часах езды от Лейк-Сити. Когда я обживусь здесь, мне надо будет постараться чаще посещать его.

— Итак, как идет работа? - спросил Гари.

— Мы работаем над проектом по открытию клиник здесь, в Лейк-Сити. Прямо сейчас я изучаю ситуацию на рынке недвижимости, - объяснил я.

— Это звучит серьезно, - сказала мама.

— Ну да. Я думаю, что смогу стать ключевым игроком в подразделении Лейк Сити, если я правильно разыграю свои карты.

Я был искренне рад моему будущему с BHS. Я получал возможность использовать мою недавно полученную степень MBA, чтобы реально помочь бизнесу расти.

— Похоже, что степень окупилась, - сказал Гэри.

— Я бы не получил эту работу без нее, - согласился я.

В этот момент официант принес чек, который Гэри выхватил. Он расплатился карточкой и ударил ею по столу.

— Давайте встретимся завтра на обеде, - сказала мама, - прежде чем мы вернемся в Роксбург.

— Звучит здорово, - сказал я. — И ты не хочешь увидеть мое жилье? У меня наконец-то появился диван.

Я мог бы поклясться, что в тот момент глаза мамы увлажнились.

— Конечно.

— Просто напиши мне адрес, и мы заедем завтра, - сказал Гэри.

— Обязательно. - Я с нетерпением ждал, как покажу моей маме мою холостяцкую квартирку, которая была на самом деле чистой и хорошо обставленной. Это помогло бы ей увидеть во мне самостоятельного взрослого - что-то, чего я не мог добиться, когда учился в школе. Она должна была знать, что я могу позаботиться о себе.

Я был рад вернуться домой той ночью; почему-то мне удалось не думать о Уэсли во время обеда. Но теперь, когда я больше не отвлекался, я не мог больше выкинуть его из головы.

Мне не нужны отношения. Я был так уверен в этом. Но что-то в Уэсли заставляло предполагать, что это будет больше, чем просто хороший секс. Похоже, он был воплощением фразы «в тихом омуте черти водятся». Я вообще не знал этого человека, но я мог сказать, что за этим стояло что-то большее, чем встреча взглядов. Он вообще не разговаривал во время совещания, кроме нескольких кратких приветствий. С какой радости генеральный директор будет сидеть просто так?


Возможно, я просто идеализировал его образ. Возможно, у него был выходной. Но я так не думал. Что-то в Уэсли заставило меня хотеть узнать его лучше, чего раньше я никогда не испытывал к парню. Не со средней школы, по крайней мере, когда у меня были всепоглощающие страсти.

Я хорошо спал той ночью, крепко заснул от выпитого вина. Но мне снились задумчивые глаза Уэсли и резкий подбородок, мое подсознание задавалось вопросом, что скрывается под этим идеально скроенным костюмом.

Когда я снова вошел в офис в понедельник утром, после расслабляющего уик-энда, я был потрясен новостью о том, что сегодня днем мы должны встретиться с Уэсли и его командой. Я перепроверил электронную почту, чтобы быть уверенным, послание не исчезло - дневная встреча с Drach Integrated Holdings. Я увижу его снова и так скоро.

Нужно было проделать большую работу, чтобы подготовиться к встрече; потому что это был понедельник, нам пришлось бороться, чтобы подготовить несколько бумаг. Это было сложно, потому что я был так рассеян. Я решил, что должен придумать что бы сказать Уэсли, но теперь, когда я столкнулся с перспективой осуществить это, я чувствовал себя колоссальным идиотом.

Самое разумное, что я мог сделать — выкинуть все из головы и заняться проектом. Но когда это я поступал разумно? Я не мог игнорировать свои чувства к Уэсли. Если бы я получил хоть крохи информации, я был бы удовлетворен.

Или, подумал я, более вероятно, что я буду еще более заинтригован. Ну, есть только один способ узнать.

Автомобиль компании доставил нас к подножию внушительного здания черного стекла точно в срок. Я крепко держал бумаги, порывистый зимний ветер угрожал вырвать их из моих рук.

Моя команда поднялась на лифте. Обычно я бы общался с ними, но сегодня я молчал, мои мысли жужжали так же быстро, как новый блестящий лифт.

Когда я снова увидел его, то вздрогнул. Я буквально вздрогнул. И к моему ужасу я почти завелся. Я чувствовал подергивание в моем члене. Он выглядел чертовски сексуальным в своем костюме, который был скроен точно по фигуре и подчеркивал его широкую грудь и мускулистые ноги. Я понятия не имел, что костюм может выглядеть так хорошо, хотя он все прикрывал. Даррен и его мешковатая куртка и брюки дали мне неправильное впечатление о том, как должен выглядеть бизнесмен.

— Рад снова тебя видеть, - сказал Уэсли. Говоря это, он посмотрел прямо на меня.

— И я тебя, - быстро сказал Даррен. Он не ожидал, что между Уэсли и мной будет что-то. Он не думал, что у меня будет возможность поговорить. Как он ошибался.

Но Уэсли вежливо перевел внимание на Даррена, и я был на данный момент забыт. Но если только у меня будет возможность, я собирался сфокусировать внимание на себе к концу этой встречи.

Встреча была скучной. Несмотря на то, что я действительно интересовался этой сферой, поздний вечер не был идеальным временем для просмотра презентаций. Все в комнате, казалось, изо всех сил старались не спать, хотя Уэсли, как обычно, задумчиво откинулся в кресле. Казалось, он даже не был на этой планете, а тем более на этой встрече.

— Как на счет перерыва на кофе? - спросила Бина, его помощница, когда слайд-шоу подошло к концу. — Я думаю, мы все могли бы воспользоваться им.

Это была радостная новость. Я мог слышать шуршание бумаг и скрип отодвигаемых стульев, когда мы все дружно встали и практически побежали в кухонную зону, где сстояла кофе-машина. Но Бина не позволила нам самим обслуживать себя. По-видимому, у нее была кофе-машина промышленных размеров, заранее загруженная свежими зернами. Как только я почувствовал дуновение этого аромата, я почувствовал себя более бодрым, чем когда только попал сюда.

И поскольку я был в состоянии боевой готовности, я понял, что это отличный момент, чтобы поговорить с Уэсли. Я мог поговорить с ним прямо сейчас, пока все толпились и общались. Даррен был занят разговорами с менеджерами Уэсли, поэтому сексуальный генеральный директор оказался в стороне, его глаза приклеились к его телефону.

Не будет ли слишком самоуверенно с моей стороны просто подойти к нему? Черт, я не чувствовал такой нервозности, с тех пор как у меня была самая первая влюбленность в средней школе, в самого популярного мальчика в моем классе, который был таким классным, потому что он переехал из Германии два года назад и имел акцент ...

Бина протянула мне мой кофе, и я попытался лавировать по лабиринту стульев и кромки стола к Уэсли. Я мог притворяться, что я пытаюсь занять место на его стороне комнаты.

Но я так нервничал, что споткнулся. В эту долю секунды моей первоочередной задачей было не пролить кофе на Уэсли. Я неловко сумел спасти напиток, но в итоге врезался в спинку стула, едваи удержавшись от падения.

Он сразу же поднял взгляд от своего телефона и удержал меня за руку, помогая мне восстановить равновесие. Мои ноги практически превратились в желе, но я должен был сам взять себя в руки и встать прямо. Я не мог снова упасть. Ему, вероятно, придется ловить меня в объятья.

Я вздрогнул. Его рука была горячей сквозь ткань моей рубашки. Я хотел почувствовать это на коже. Похоже, его прикосновение прожигало насквозь.

— Ты в порядке? - Хрипло спросил он.

— Да, - сказал я, чувствуя, как краснею.. Совсем не так я хотел привлечь его внимание.

Но он улыбнулся.

— Я всегда спрашиваю Бину, почему она полагает, что нам тут нужно так много стульев. Они опасны.

— Да уж, - сказал я, смеясь. Боже, почему я не мог придумать что-нибудь умное? Я отхлебнул свой кофе.

— Ты не первая жертва, - продолжил Уэсли. — Тебе нравится работать в BHS?

— Да, - сказал я, радуясь, что он дал мне легкую тему. — Этот проект действительно интересен, и я рад, что я получаю непосредственный опыт в расширении такого большого бизнеса в сфере здравоохранения. - Фу, почему я должен был походить на маленького робота из школы бизнеса?

Уэсли кивнул.

— Тебе повезло, что ты работаешь с такой уважаемой компанией.

Именно тогда я заметил что-то странное в Уэсли. Он был молод. На самом деле, он должен был быть всего лишь на несколько лет старше меня, а я всего лишь несколько лет назад закончил колледж. Но он якобы сам создал эту компанию. Как он мог так быстро это сделать?

— Как вы заинтересовались недвижимостью? - спросил я.

Он пожал плечами.

— Когда я переехал в Лейк-Сити, было много сфер, которые все еще развивались. Я увидел возможность, и я воспользовался ею. В те дни было гораздо легче попасть на рынок недвижимости. Это было не так дорого.

Странно. Он говорил, как старик. Если бы он был таким старым, как он выглядел, «старые времена» должны были быть менее десяти лет назад.

Я сделал еще один большой глоток кофе и посмотрел ему в глаза, но это было тяжело. Этот темно синий взгляд был пронизывающим. Это было как будто смотреть на солнце. Его темно-коричневые, почти черные волосы упали ему на глаза, и он легко качнул головой, отбросив их в сторону. Когда он это сделал, то выглядел как фотомодель.

— Вам повезло, - сказал я. — Но вы, должно быть, много работали, чтобы создать все это, - я махнул рукой, охватывая масштаб небоскреба.

— С тех пор мы расширили сферу деятельности, - криво усмехнулся он. — Как говорится, как только вы заработаете свой первый миллион, остальные заработают себя сами.

— Так говорят? - уточнил я.

— Я говорю именно так.

Его улыбка стала шире, и мне показалось, что он сдерживает смех. Но он, казалось, контролирует свои действия, как будто сдерживает желание что-то сделать.

Я надеялся, что это что-то было желанием запрыгнуть на меня и поцеловать прямо перед всеми. Я был готов убить ради того, чтоб узнать, о чем он думает в этот момент.

Я был достаточно близко, чтобы ощутить запах его одеколона — разумеется, дорогого - и его собственный древесный запах, что было неожиданным. Если бы это звучало не так абсурдно, я бы сказал, что он пах костром.

Он увидел что-то позади меня.

— Время продолжить встречу.

Его голос не казался счастливым из-за этого, но он сунул телефон в карман, кивнул мне и вернулся к остальным.

Трудно было высидеть оставшееся время нашей презентации, в то время как детали нашего краткого, но возбуждающего контакта пробегали в моей голове. Он касался меня. Вы не делаете этого, если не чувствуете влечения к кому-либо, особенно в такой формальной, деловой обстановке. Ему не обязательно было трогать меня. И определенно не обязательно удерживать лишнюю секунду.

И вот именно эта лишняя секунда определила для меня все. Он был во мне. А я был в нем.

И я был убежден, что процесс уже запущен и результат ни один из нас не может изменить. Но у меня все еще было достаточно времени, чтобы повлиять на то как все произойдет.

Я не хотел отношений. Но после его прикосновения, я хотел сделать следующий шаг. Я ощутил всего лишь крошечный кусочек того, как это могло бы быть, если бы мы провели ночь вместе, просто капля взрывного вкуса ... Но это заставило меня хотеть большего.

И я решил это получить.


Глава 3. Уэсли

Мой дракон рычал внутри меня, призывая найти Ноа и утвердить его как моего избранного. Это было легко - все, что нужно, это чтобы дракон захотел утвердить пару. Достаточно одного прикосновения. Но, возможно, дракон знал что-то, чего я не знал, о связях между людьми и их потенциальными партнерами - людьми. В конце концов, со мной это впервые. У меня никогда не было такой реакции ни на кого другого.

Но мой дракон также не понимал социальных тонкостей и условностей, которые управляли взаимодействием в современном мире. Мой дракон был животным; все, что он понимал, заключалось в том, что партнеры должны быть вместе, несмотря ни на что. Он не понимал, что даже если бы я нашел подходящего человека, я бы не мог просто взять его.

Теперь это было бесспорно — мне нужен Ноа. Одно это будоражащее прикосновение разбудило во мне пламя, дремавшее долгие годы. Внутри меня существовал настоящий вулкан желания, который хотел поглотить все, что я мог ему предложить. Я был практически болен желанием, где бы я ни находился, - за моим столом, на собраниях, лежал один в постели по ночам. Это уже не было желанием, это было необходимостью.

Мне нужен Ноа.

Я энергично потряс головой, как будто я мог вытряхнуть эти нежелательные мысли. Я ничего не мог сделать с Ноа. Как нелепо было вступать в отношения с клиентом. Он был просто помощником, но все же ... Это был верный способ сорвать сделку, если кто-нибудь узнает.

Если они узнают.

Нет, я сказал себе. Я не мог рисковать. Я не мог этого сделать. Даже если Ноа обещал прервать десятилетия моего одиночества. Даже если бы я хотел спутника так сильно, что это доставляло физическую боль.

Я снова на своем рабочем месте, голова зажата в руках, мои глаза тупо смотрят на волнистые узоры в деревянном покрытии на моем столе. Я мог бы различить фигуры, если бы я смотрел достаточно долго: стрела, узкие, рептильные глаза дракона, вздымающиеся паруса его крыльев …

Звонок телефона вырвал меня из моих мыслей. Я быстро снял трубку и ответил.

— Тут помощник Даррена принес какие-то бумаги, - сказала Бина. — Мне отправить его к вам или просто забрать бумаги?

Похоже, вселенная дразнит меня, подумал я. Конечно, было бы легко просто передать бумаги с Биной. Фактически, это то, что я обычно делал если кто-то что-то доставлял.

Вероятно, Бина спросила, потому что она хотела посмотреть, есть ли возможность расположить их к нам еще больше. Несмотря на то, что Ноа был просто помощником, было бы хорошо продемонстрировать BHS личный контакт.

Я усмехнулся про себя. Личный контакт.

— Ну так как? - спросила Бина.

— Все в порядке, извините, - поспешно сказал я. — Отправь его.

Я даже не раздумывал; это казалось очевидным. Мои нервы были напряжены до предела, пока я пристально смотрел на дверь. Ручка со скрипом повернулась. Он быстро оглянулся по сторонам, как будто хотел пробраться тайком, затем вошел внутрь, закрыв за собой тяжелую деревянную дверь.

Я не мог помочь, но я тоже чувствовал, что он входит в логово зверя — мое. Сила желания убивала меня. У него тоже был выбор — оставить бумаги с Биной.

— Рад видеть тебя, Ноа, - осторожно сказал я.

Он подошел к моему столу.

— И я.

Напряжение между нами могло парализовать. Я пристально смотрел ему в глаза, как будто готовился проломить лед силой воли.

— Итак, это те диаграммы, которые Даррен забыл вчера принести, правильно? - спросил я, протягивая руку, чтобы получить бумаги.

— Да. Нам не удалось их отсканировать, так как новый сканер в нашем офисе работает с перебоями, так что Даррен решил, что я могу просто принести их.

Он казался таким же уверенным, как в тот день когда я его видел в первый раз,, но я мог почувствовать определенный оттенок нервозности. Он разрывался между двумя желаниями: одно, чтобы развернуться и бежать из кабинета, а второе - броситься ко мне.

Я больше не мог сидеть. Я встал и шагнул к окну. Стекло было почти таким же холодным, как лед; снега не было после прошлого раза, и покрытие на террасах замерзло. Я повернулся, чтобы посмотреть на Ноа, не зная, что сказать. Было бы так легко поблагодарить его и отпустить, раньше я делал это со многими помощниками. Но Ноа не был одним из них.

Ноа был именно тем человеком, которого я искал все это время. Я знал это.

— Когда- нибудь видел подобное зрелище? - спросил я.

Он сделал робкий шаг ближе к окну, уменьшая расстояние между нами, восхищаясь видом сверкающих небоскребов. Был солнечный день, и большая часть льда таяла, осыпаясь мерцающими кусками. Если бы я был на земле, я мог бы услышать струйки и капельки тающего льда, но сюда не доносилось ни звука.

— Никогда, - сказал он тихо. — У нас в Роксбурге нет ничего подобного.

— Тебе понравится Лейк-Сити, - глубокомысленно сказал я. — Одна из моих любимых причин для того, чтобы стоять здесь, это то, что вид напоминает мне о том, насколько велик мир. Вы можете видеть весь Лейк-Сити от края до края, но вы также можете увидеть горы. Заставляет задаться вопросом, что же там еще, чего мы не видим.

Как, например, драконы, подумал я. Но он об этом никогда не догадается.

— Да уж. Вот куда я забрался, - сказал он. — Я вырос в Роксбурге, а потом поступил в государственную школу. Никогда не был в таких местах. Даже за границей не бывал.

Я поднял бровь и снова посмотрел на него. Я не заметил как, но он подошел довольно близко ко мне. Я ощущал тепло, исходящее из его тела, и я был уверен, что он чувствует тепло, излучаемое мной. В конце концов, я был драконом.

— Ты многое теряешь, - сказал я.

— Мы всегда могли себе это позволить, - задумчиво сказал он, - но мама никогда не считала, что это на пользу. Я бы хотел путешествовать. Европейский пеший тур или что-то подобное.

Интересно, есть ли в Европе драконы. Я никогда не удосуживался узнать. У меня не было ни малейшего понятия с чего начать.

— Вы видите себя с BHS в ближайшем будущем? - спросил я.

Казалось, он разочарован тем, что я перевел разговор на менее личную тему; его взгляд потух, и он снова посмотрел в окно.

— Как вы сказали, это была возможность в растущей области, поэтому я воспользовался ею. Если они могут предоставить мне стабильность и позволят мне следовать своим путем, то я останусь с ними. Если нет, я найду что-то еще. Это интересно и открывает хорошие перспективы, но я не собираюсь притворяться, что здравоохранение - это то, чем я увлечен.

— Чем ты увлекаешься? - спросил я.

Он заколебался и сжал губы.

— Я не знаю. У меня никогда не было возможности, чтобы узнать. Я был еще ребенком и не знал, чем хотел бы заниматься, когда отец предложил мне заняться бизнесом. Это показалось приемлемым .

— Приемлемым, да? - Но не мне судить. Я вообще не тот человек, который постоянно улучшает свою жизнь. Я застопорился. Я успокоился. Я остановился но том, что было приемлемым.

Я чувствовал, что он каким-то образом еще приблизился ко мне. Я сомневался, что это было осознанно. Он тянулся ко мне, как-будто я был магнитом. Я привык к тому, что люди так реагируют, но раньше никогда сам не стремился к этому. Я чувствовал себя пауком в центре паутины, подтягивающим свою добычу все ближе.

Но он был умен. Он знал, чего хочет. Вопрос в том, дам ли я ему это? Он повернулся, чтобы посмотреть на меня.

— Это то, что работа значит для меня на данный момент, - сказал он.

Его голос был низким, а губы были полными. Я мог видеть их близко, притягательные и мягкие. У него было сильное лицо, но его кожа выглядела такой гладкой и пахла так приятно ... Я чувствовал, что я наклоняюсь ближе, мой дракон руководил моими действиями. Мне казалось, что все происходит как во сне, где я наблюдаю за собой.

И я прижался своими губами к его. Как будто дикий рев прошел сквозь меня из точки контакта, быстро распространяясь по всему телу. Я положил руки ему на плечи, и он обнял меня. Мы прижались друг к другу.

Мой язык сразу же проник в его рот, стремясь отыскать и иссследовать каждый его уголок и овладеть им только через это одно простое действие. Между нами было слишком много слоев ткани, и мне казалось, что я нагреваюсь. Я положил руку ему на затылок и удерживал его в том положении как будто я пил из него.

Мой дракон еще больше возбудился, когда он издал стон. Это был голос кого-то, чья жажда удовлетворялась. Я чувствовал, как его член напрягся, прижатый ко мне.Конечно, мой член ответил. Он рос, твердел, желая погрузиться прямо в него и утвердить его своей парой. Это было так правильно. Более правильно, чем большая часть того, что я сделал за последнее десятилетие.

Мы задыхались, когда мои поцелуи начали двигаться вниз от его подбородка по нежной коже его шеи. Я хотел укусить его, и трахнуть, и пометить его как моего, но я удержался. Это можно отложить. Будет и следующий раз, сказал мой дракон.

Он снова тихо застонал, практически захныкав от желания, что только подтолкнуло меня. Но, как летняя гроза, поцелуй прекратился так же быстро, как и начался, оставив нас задыхаюимися, как будто мы бежали, спасаясь от смертельной опасности.

— Вау, - сказал он. — Черт.

Я не знал, что сказать. Я выжидал, чтобы оценить его реакцию и посмотреть, что он сделает. Я чувствовал, как мой мозг вычисляет мой следующий шаг.

— Ты аппетитный, - сказал я с тихим рычанием. Это была правда.

Его глаза распахнулись, когда он смотрел на меня, радужки казались почти золотыми в ярком солнечном свете.

— Ты такой горячий.

Я усмехнулся. Мне нравилось это слышать.

— Было хорошо, не так ли?

— Офигенно хорошо, - согласился он.

— Но лучше было бы не повторять это, - сказал я, внутренне ругая моего дракона за проявленную импульсивность. — Ты опьяняешь, но ...

— Я знаю, - сказал он. — Я знаю.

Он отступил от меня. Волшебные чары рассыпались. Он сделал еще один шаг назад, а затем отвернулся и пошел к двери. Я просто смотрел как он уходит. Он не потрудился попрощаться, но ему и не нужно было. Мы только что поделились чем-то особенным.

Но он не был драконом, он был человеком. Я мало знал о том, как жили драконы, поэтому я даже не представлял, существуют ли пары из дракона и человека. Я не мог вообразить будто это было обычным делом. Было бы слишком сложно признаться в том, что ты оборотень погружая человека в мир волшебных и сказочных существ.

И каждый знал, что оборотни должны хранить свое уществование в тайне. Мы не могли довериться людям. Это была одна из тех вещей, которые я запомнил еще в детстве.

Весь оставшийся день я не мог больше ни на чем сосредоточиться, поэтому я выскочил на улицу и вернулся домой. Очевидно, то, что у нас была такая сильная связь с Ноа - это очень нехорошо. Мощная химия между нами намекала на еще большее удовольствие и интимность впереди, но я не мог этого сделать. Я не мог встречаться с человеком.

Был еще одна причина для этого. Будучи гей-драконом, я мог бы оплодотворять других драконов. С драконами это работало. Было множество семей с двумя отцами-драконами и их детьми. Но люди не были способны к мужской беременности, если бы до этого дошло, поднялось бы много шума. Нет, если я хотел иметь семью, мне следовало найти другого дракона.

Я всегда думал, что я знаю, чего хочу, но мне пришлось задуматься об этом. Я должен был пересмотреть все заново. Драконы жили долгое время, так что мы жили много разных жизней в течение промежутка времени, когда мы были на Земле. Я потратил много времени на создание своей карьеры и своей сокровищницы. Возможно, настало время сменить свою жизнь на новую, как сменяется старая чешуя?

Я робко позволил себе подумать об этом. Я и Ноа вместе. Я и ребенок, маленький дракончик. Я учу его летать в первый раз. Играю с ним. Укачиваю его перед сном. Мысли были абсурдны - я никогда раньше не видел себя отцом, но я не мог отпустить их. Чем больше я предавался фантазиям, тем они становились сильнее. Мой дракон промурлыкал.

Может быть, в этом был смысл, подумал я. Может быть, я должен был следовать этому пути и стать отцом и мужем. Но это не могло произойти с Ноа. Если бы я захотел, я мог бы продолжать общаться с ним дальше. Но я не должен слишком привязываться, если хотел семью. Возможно мне стоит повстречаться с ним, чтобы я привык к мысли о том, чтоб быть с кем-то другим. И тогда я мог бы сделать еще попытку отыскать других драконов.

Мне понравился этот план.

Я провел некоторое время вечером, просматривая старые фотографии моих предков. Конечно, у нас были фотографии как людей так и драконов. Мои родители были прекрасными мемуаристами - драконы, как правило, все были такими, так что, хотя я давно потерял и их, и своих дедушек и бабушек, у меня все еще было много трогательных воспоминаний.

Я с грустью смотрел, как мои бабушки и дедушки позируют в своих сокровищницах, выглядя как иллюстрации из фантастического романа. Они оправданно гордились своими достижениями. Когда они иммигрировали в Соединенные Штаты, им пришлось все начинать с нуля.

Но кто-то отнял у них все. Люди. Слушая слухи о драконах с их кладами на Западе, люди пришли за ними, тщательно выслеживая их и разыскивая их пещеры. Тогда драконы не верили в банковсскую систему, считая это бесполезным человеческим изобретением. Их гордость, возможно, стоила им жизни.

Это была последняя причина, по которой я не мог встречаться с Ноа. Он был человеком. Он относился к тому же виду, который истребил мою семью.

Конечно, мне нравилась Бина и большинство моих других сотрудников. Они были хорошими людьми. Но провести свою жизнь с человеком? Стать тесно связанным с ним, разделяя с ним самые личные мысли?

Мне было не по себе даже от попытки представить себе это.

Пока я продолжал просматривать фотоальбомы и другие разнообразные артефакты, которые мне удалось спасти, мне на колени выскользнул конверт и упал. Я аккуратно подобрал тонкую бумагу и вытащил лист пергамента, исписанный мелким почерком с завитушками.

Я совсем забыл об этом. Это было еще одна драгоценность — переписка между моей матерью и отцом. Я начал перечитывать, знакомые слова вновь оживали в моей голове.

Дорогой Гарольд,


Я скучаю по тебе больше, чем ты можешь себе представить, и надеюсь, что ты в безопасности во Франции. Я бы хотела иметь возможность поехать с тобой, но я наслаждаюсь возможностью провести время с Уэсли. Он растет так быстро, что это просто невероятно. Когда ты наконец вернешься, он будет таким большим мальчиком.

Его огненное дыхание становится более точным, поскольку он пользуется методами, которым ты его научил перед отъездом. Он много работает над его совершенствованием, так как хочет произвести на тебя впечатление, когда ты вернешься домой.

К сожалению, полиция не смогла найти зачинщиков. У меня растет подозрение, что они знают кто это, но не хотят нам помочь. Общее мнение горожан заключается в том, что мы получили по заслугам, и я боюсь, что это отношение просочилось в местные правоохранительные органы. Самое лучшее, на что мы можем надеяться, это тихие похороны, и минимальное уважение …


Я не мог продолжать чтение; это было слишком грустно. Мои дедушки и бабушки так и не дождались справедливости, которой они заслуживали. В те дни граница между людьми и оборотнями была немного менее строгой. Некоторые оборотни даже жили открыто. Так что горожане подозревали, что мы - семья драконов, и преследовали нас за это.

Конечно, я не помню тех дней, но я слышал о них от моей матери. Мир, в котором я вырос, стремительно развивался, и оборотни начали скрываться. Увидев, что случилось с моими бабушками и дедушками, я сделал то же самое. Как только я смог, я переехал в Лейк-Сити, чтобы испытать свою удачу.

А остальное было историей.

Несмотря на то, что я был в относительно хорошем настроении в последнее время из-за Ноа, это письмо оставило тяжесть в моем сердце. Я знал, что мир меняется — сейчас люди относились более терпимо к тем, кто отличался другим цветом кожи, другой религией и образом жизни.

Но драконам не осталось места. Люди больше не верили в наше существование. Если бы я заявил, что могу принимать облик дракона — меня бы изолировали.

Я вздохнул. Мне следовало рассказать Ноа или хотя бы указать ему, что я не могу двигаться дальше, как мне не хотелось. Мне придется прекратить поощрять его и, наконец, сосредоточиться на этой проклятой сделке. Ничего хорошего не выйдет у нас с Ноа.

Поскольку я все еще был в таком подавленном настроении, я уже не надеялся найти другого дракона, как собирался раньше. Не было никакого способа. Я не мог просто задать поиск в Интернете, не в век наблюдения и отслеживания. Если правительство прослушивало телефонные линии обычных людей, они почти наверняка прослушивали и меня. И я был уверен, что они хотели бы узнать о существовании оборотней. Конечно, в правительстве наверняка тоже работают оборотни, но я уверен, что они делают все возможное, чтобы сохранить секрет.

В ту ночь я снова свернулся в постели, избегая мыслей о завтрашнем дне. Сколько еще монотонных дней мне придется страдать, прежде чем почувствую что-то, похожее на то, что чувствовал с Ноа сегодня?

Глава 4. Ноа

Я был в полном смятении. Да, именно он принял решение поцеловать меня, но я пошел на это. И в первую очередь именно я пошел в его офис. Бина спросила меня, хочу ли я встретиться с ним или нет - я мог просто передать бумаги, в конце концов, но я воспользовался этой возможностью.

Это сработало, более чем.

Через несколько дней меня все еще потряхивало. И когда я получил известие о нашей следующей встрече с компанией Уэсли, я стал еще более взволнован. Мы начали танец, добиваясь друг друга в сложной игре, и это в конечном итоге закончится фейерверком. Я не мог дождаться неизбежного финала.

Я воспринимал это, как наш собственный маленький секрет, который я мог сохранить от моих коллег и наслаждался ситуацией. Что-то в этом незаконном трепете делало все происходящее еще более жарким. Я знал, что рискую своей работой, но если работа мне просто нравилась, то эта ситуация заставляла меня чувствовать себя живым.

Я не ожидал такого приключения, когда переехал в Лейк-Сити.

Я практически подпрыгивал в кресле, пока мы готовились к встрече, думая, что напрасно я выпил лишнюю чашку кофе. Снова и снова я прокручивал в голове свои ходы. Если сделка сорвется, эта встреча будет единственным шансом, наконец, привлечь внимание Уэсли, и я хотел рассчитывать на успех. Если же сделка будет заключена, у меня будет еще один шанс: праздничный ужин или обед или что бы они ни решили.

Как оказалось, Уэсли не был на той же волне, что и я. Он не приветствовал меня с таким же энтузиазмом. Я полагал, что это было связано со стрессом по поводу сделки. Эта встреча была последней, так что все объяснимо. Пока Даррен и Кристофер с явным напряжением обсуждали детали, я запаниковал. Я должен был добиться его!

Я продолжал пялиться на него, пытаясь привлечь его внимание. Я чувствовал себя почти жалким, но он был таким чертовски сексуальным. Я никак не мог отпустить его, удовольствовавшись только поцелуем. Это было бы так глупо. Я бы жалел об этом всю оставшуюся жизнь.

Но он так ни разу и не взглянул на меня. Он стоически смотрел вперед, сосредоточившись на том, что делали Даррен и Кристофер. Я немного расслабился, когда разговор двух менеджеров стал более жарким. Очевидно, Уэсли был просто обеспокоен итогами этой встречи.

Они решили сделать еще один перерыв на кофе. Вот он мой шанс, подумал я. Нервно отхлебнув мой декаф, я смотрел, как Уэсли в комнате отдыха поглядывает на свой телефон. Хотя я знал, что привлекаю его, но вдруг почувствовал робость. Прекрасная возможность, чтобы поговорить с ним, подумал я, но внезапная застенчивость подавила этот порыв.

«Чтоб его», - сказал я себе. Застенчивостью ничего не добьешься. Возможности вроде этой возникали нечасто, и я буду корить себя до конца времен, если упущу ее.

— Хэй, - сказал я, садясь рядом с ним.

Он поднял взгляд от своего телефона, нахмурив брови.

— Привет.

Черт, подумал я. Я понятия не имел, о чем его спросить.

— Похоже, переговоры идут неплохо?

Угол рта дернулся, и он перевел взгляд на менеджеров, которые, по-видимому, не могли прекратить обсуждение даже во время перерыва.

— Они кажутся воодушевленными, - сказал он.

— Желаю удачи, - сказал я, понимая, что он совсем не в настроении общаться.

— Благодарю. - Его голос был холодным и монотонным.

Я старался проявить понимание - может быть, эта сделка действительно тревожила его. Я не должен был беспокоить его, в конце концов. Но, с другой стороны, его холодность была просто пугающей. Разве он не мог хотя бы улыбнуться мне? Если бы он был действительно заинтересован, он бы это показал, верно?

Ну что ж, подумал я. Вероятно, он осознал, что это ошибка, и транслировал эту мысль, чтоб и я отстал от него. Это отстойно, но я мог это пережить. И, честно говоря, я пришел к тому, чтобы принять аналогичное решение. Только моя беззаботная часть убедила меня зайти так далеко.

Но я не мог не чувствовать себя отвергнутым. Очень плохо, подумал я. Ну, по крайней мере, я мог сказать, что я поцеловал миллионера. Это было хоть что-то.

Ближе к концу встречи Даррен и Кристофер пришли к решению. Drach Integrated Holdings действительно собиралась продать несколько объектов Bross Healthcare Solutions, чтобы они могли построить несколько клиник в городе. В конце концов, моя работа здесь, в Лейк-Сити, была в безопасности.

Но я не получал никакого удовольствия от этого знания. Все, что я знал, это то, что я хотел Уэсли, и у меня будет еще один шанс увидеть, смогу ли я добраться до него.

— Бина, зарезервируй столики в «Марлине» сегодня вечером, - сказал Уэсли. — Для всех присутствующих.

Дорогое удовольствие, подумал я. Но мне было бы труднее сделать ход, если бы мы все сидели за одним столом. Возможно, я смогу просто спросить его, подумал я. Это будет моя последняя попытка. Если он подумает что я идиот, это не будет иметь значения - я никогда не увижу его снова. Хотелось бы надеяться.

Встреча затянулась до конца рабочего дня, из-за необходимости урегулировать множество вопросов и Даррен нуждался во мне, так что мне пришлось отвлечься. Но к шести часам все смертельно устали и проголодались.

Я ехал в такси с Дарреном и остальной частью команды, чувствуя, как время ускользает сквозь пальцы. Я должен был сделать шаг, прежде чем пожалею, что ничего не предпринял, чтобы удержать Уэсли в моей жизни. Конечно, у меня еще будет повод связаться с ним, поскольку компаниям все равно придется прорабатывать продажу и реализацию, но это будет не то же самое. Мне придется вылезти из кожи вон, чтобы увидеть его.

Для нас уже были накрыты большие столы. Я, конечно, надеялся сесть рядом с Уэсли, но не слишком на это рассчитывал. Вероятнее всего, он сядет рядом с менеджерами, что он и сделал. Я занял место с Фей, тихой женщиной, которая помогала Кристоферу и Бине.

Еда была вкусной, а Бина и Фэй были хорошими соседками. За всеми столами перебрасывались шутками, но я был так далеко от Уэсли, что вообще не мог с ним поговорить. Минуты тикали, подходило время покинуть ресторан, и мой шанс ускользал. Чем больше времени проходило, тем больше я нервничал . Я обдумал всякие сумасшедшие идеи, например, попросить Бину помочь мне.

Но затем мне пришло в голову самое простое решение: дать ему свой номер. Эх, подумал я. Почему это не пришло мне в голову раньше? Конечно, это может не прокатить, но это быстро и просто.

Я украдкой заглянул в свой бумажник и вытащил одну из моих визитных карточек, радуясь, что BHS сумели вовремя их мне выдать, хотя я был новичком в этом месте. Я был еще более доволен собой, когда понял, что дать ему визитную карточку будет совершенно естественным. Однако на визитке не было номера моего мобильного телефона. Я неловко наклонился и зарылся в моем портфеле в поисках ручки.

Если Бина и Фэй задавались вопросом, что я делаю, они не спрашивали. Все остальные были в эйфории от завершения сделки и хорошей еды.

Мне стало легче, после того, как я принял это решение. Все что следовало сделать — терпеливо дождаться окончания ужина и подойти поговорить с ним. Это выматывало, потому что вокруг было множество разговоров и все по поводу рабочих вопросов. И они навевали тоску. Как и все присутствующие, я любил свою работу, но говорить о ней за ужином казалось чрезмерным.

Когда ужин закончился, я сделал несколько глубоких вдохов. Я, наконец, собирался сделать свой ход. Все вставали и обменивались визитными карточками, если они этого еще не сделали; мой план был удачным. Я надел пиджак и поправил его, стараясь выглядеть как обычно, а, не так будто я был на миссии.

Когда мы вышли из ресторана, я задержался и попал в ногу с Уэсли, который снова был поглощен своим телефоном.

— Я тут подумал, что хотел бы дать тебе свою визитку, - сказал я, не утруждая себя неловким «эй».

— О, - сказал он, глядя на меня, как будто только что заметил меня, что, вероятно, так и было. — Это хорошая идея.

Он сделал паузу, чтобы вытащить из кармана свой бумажник, достал тонкий серебряный чехол для визиток с выбитым на нем драконом. Это было странно, подумал я. Мне не нравилось это слово, но не было ли использование драконов вульгарным? Возможно, это был подарок, и он чувствовал себя обязанным пользоваться им.

Однако его визитные карточки были намного более впечатляющими. Они были простые, черно-белые, с логотипом Drach Integrated Holdings и титулом генерального директора. Логотип был с тиснением, к которому было приятно прикасаться.

— Я взял на себя смелость вписать номер своего мобильного телефона, - сказал я.

Его нейтральное выражение быстро изменилось, и он выглядел почти сердитым, но он быстро взял себя в руки, прежде чем я мог быть уверен в том, что видел.

— Понятно, - сказал он нейтрально.

— На всякий случай вдруг вам это понадобится, - добавил я. Боже, мне стоит уйти отсюда, прежде чем я продолжу нести чушь.

— Я думаю, что стационарных номеров вполне достаточно, - сказал он. — Но было приятно работать с тобой, Ноа. Удачи тебе в карьере.

— Спасибо, - сказал я, судорожно останавливая себя от добавления автоматического «ты тоже». Я был немного разочарован его реакцией, по правде сказать. Он вообще не выглядел заинтересованным. Как будто он забыл секрет, который нас связывал.

Это имело неожиданный эффект на мою самооценку. Я не хотел быть тем парнем, с которым он поцеловался, и забыл, как будто дело было в клубе и он был пьян.

Но я больше ничего не мог с этим поделать. Я разыграл мою лучшую карту. Не в первый раз, я подумал, что со мной не так. Никто никогда не захватывал мое внимание - или мое сердце - как Уэсли Драх. Это было похоже на одержимость.

По крайней мере, теперь мне больше не придется беспокоиться о том, что я не могу сосредоточиться на работе. Я вздохнул.


Глава 5. Уэсли

Я должен был признать, мне потребовалось немало времени, прежде чем я смог свыкнуться с мыслью о том, чтобы пригласить Ноа на свидание. Он полностью застал меня врасплох, когда дал свой номер телефона.

Я знал, что он чувствовал притяжение так же, как и я, и именно я сделал первый шаг, поцеловав его, но чтобы дать мне мобильный номер... Это показало, что он хочет гораздо большего, чем просто поцелуй.

Похоже, он тоже хотел встречаться со мной.

Но между нами стояло так много всего! Тот факт, что он был человеком, тот факт, что я не мог рассказать ему о том, что был оборотнем, и что самое главное, тот факт, что он не мог выносить моих детей.

Этот последний пункт оставил в моем сердце ощущение пустоты. Усыновление было благородным делом, но это не породило бы дракона, а в мире должно было быть больше нас.

Мне потребовалось время, чтобы оценить свои варианты. Я всегда принимал решения таким образом — балансируя между тем, чего бы мне хотелось и тем, что было практичным.

Мое сердце требовало, чтобы я был с Ноа, веря в то, что сила любви способна преодолеть все трудности. Но я бы не добился в жизни многого, если бы всегда слушал только сердце. Нет, мне требовалось очень осторожно принимать это решение. Я не хотел обманывать Ноа, тем более после того, как стало очевидно, что я ему нравлюсь.

В конце концов, мое сердце победило. Именно преданность логическому мышлению привела меня к этому моменту в моей жизни, где я был одинок и задавался вопросом, какова была моя жизненная цель. Финансовая безопасность является достойной целью, но я уже давно достиг ее, и занимался зарабатыванием денег ради денег.

Пришло время дать шанс чему-то, что не могло быть проанализировано и просчитано — эмоциям. Я не мог игнорировать то невероятное по силе чувство, которое вызывал Ноа. Я решил, что приглашу Ноа на свидание и посмотрю, что из этого получится.

Я посещал многие мероприятия, но не потому, что у меня были друзья или искренний интерес к происходящему. Моя компания и я лично жертвовали огромные суммы на различные нужды, и как следствие, меня постоянно приглашали на открытие галерей, концерты и подобные торжества.

Среди них были и довольно интересные, но сам я никогда не был заинтересован в общении с людьми. Однако сейчас они дадут мне возможность пригласить Ноа в особенное место.

Лучший вариант из тех, что запланированы на ближайшее время, - премьера фильма. Я пожертвовал некоторую сумму на производство документального фильма, в котором говорилось о правах ЛГБТ. Хотя я не чувствовал особой связи с темой или сообществом, я осознавал, что борьба людей за права имеет отношение и ко мне. Например, если бы я хотел заключить брак с партнером мужского пола, мы были бы связаны человеческими законами. Документальный фильм вызвал мой интерес и получил свое пожертвование.

И теперь фильм был готов к выходу. Премьера была в камерном театре в районе искусств и будет идеальным событием, чтобы позвать Ноа. Я открыл свой телефон и достал карту, на которой он написал свой номер. Уверенной рукой я набрал его, а затем обдумал свое сообщение.

Привет, Ноа, я написал. Я хотел бы пригласить тебя на премьеру документального фильма в пятницу вечером. Мы можем перед этим поужинать. Пожалуйста, дай мне знать, если ты заинтересован. Уэсли.

Я отправил сообщение, уверенный в его согласии. Я видел, что он был разочарован моей холодностью во время нашей последней встречи и, ощущая вину, думал, что принял правильное решение. Я задавался вопросом, как долго он стал бы дожидаться того, что я наконец напишу.

Я не был удивлен, когда его ответ пришел немедленно. «Звучит здорово», написал он. «Просто скажи мне, где и когда».

Я написал, что заеду за ним с моим водителем, и мы сможем поехать в театр в моем лимузине. Я предупредил его, что ему придется приодеться — там не будет красной дорожки, но это будет помпезное событие с участием многих важных людей. Я хотел, чтоб тот с кем я пойду на свидание хорошо выглядел.

Я усмехнулся. У меня никогда не было свиданий, чтобы беспокоиться о таких вещах. Я понял, что с нетерпением жду премьеры. Я предвкушал обмен впечатлениями с кем-то, кого ты бы хотел узнать получше и возможно даже построить отношения.

Я думал, что буду нервничать в день премьеры, но этого не случилось. Вместо этого я чувствовал себя в высшей степени спокойным и собранным. Мой водитель, Маркус, казался удивленным, что я на самом деле забираю кого-то на свидание, ухмыляясь мне, когда увидел, как Ноа вышел из своего дома и направился к машине.

Он выглядел невероятно элегантно. Я был рад увидеть, что у него отдличный вкус в одежде — он был в серо-голубом костюме и ярко зеленом галстуке, который подчеркивал цвет его глаз. Его волосы были тщательно уложены, а подбородок чисто выбрит. Я чувствовал запах его одеколона, но он не мог скрыть запах его волнения и возбуждения. Это пробудило и мою похоть. Прежде всего я вспомнил, что люди часто занимались сексом на первом свидании. Если поцелуй в моем офисе был началом, то каким же будет продолжение...

А мы еще не приступили к ужину.

— Тебе нравятся планы на вечер? - спросил я, улыбаясь, кажется, впервые за месяц. Я не привык к этому выражению лица.

— Ни разу не был на премьере, - ответил он, возвращая улыбку. — В Роксбурге такого не бывает.

Лимузин пронесся по оживленным городским улицам как тень, лавируя среди ярко раскрашенных такси и заблудившихся туристов. Окна были тонированные, я оберегал мою личную жизнь, даже когда был в городе. Глаза Ноа метались по всему интерьеру, подмечая детали, такие как мини-холодильник и кожаные сиденья.

— Итак, куда ты везешь меня на ужин? - спросил он с застенчивой улыбкой.

— Конечно, это сюрприз, - ответил я.

Он рассмеялся.

— Отлично! Я посмотрел, что за фильм, так что это не сюрприз. Никогда не был активистом, но выглядит неплохо.

— Я тоже. Но я понял, что это касается и моей жизни, так что решил поддержать режиссера.

Машина подъехала к ресторану и мы вышли. Хостесс узнала меня, а Ноа следовал за мной.

Она принесла несколько меню и мы немедленно взялись за из изучение.

— Итак, это азиатский ресторан, - сказал Ноа, перелистывая меню.

— Да, микс нескольких азиатских кухонь, - пояснил я, пока мое сознание фокусировалось на том, чего бы мне хотелось съесть. — Тут представлена не одна страна.

— Я не знаю, что означает половина этих слов, - сказал он. — Я имею в виду, выглядит неплохо, но сильно отличается от того, что я ем обычно.

Я взглянул на него.

— Позволишь мне заказать что-нибудь для тебя?

— Ты разбираешься?

— Да. Я был тут несколько раз и изучил меню.

Он выглядел неуверенным.

— Я не привык к тому, что кто-то заказывает для меня.

— Возможно это повод, чтоб попробовать что-то новое, как ты думаешь? - спросил я.

Он сомневался. Это была такая мелочь, но я видел, что ему приходится бороться с собой. Требовался некоторый уровень доверия для того, чтоб позволить кому-то заказывать тебе еду.

— Окей, - сказал он.

— Скажи мне, что ты любишь, - начал я. — Рыбу? Говядину? Острое? Пресное?

— Я не особенно люблю морепродукты, но рыба вполне подойдет, - он склонил голову и задумался. — Мясо тоже неплохо. Специи немножко можно. Только не надо ничего слишком уж необычного. Мне, как и всем, нравится китайская еда на вынос, но...

— Я точно знаю, что нужно, - сказал я. Панированная треска с хрустящей корочкой с соевым соусом и имбирем.

— Звучит неплохо.

Казалось, он удивился, что мне удалось подобрать то, что звучало для него привлекательно.

— Я же сказал, что знаю это место, - я улыбнулся.

Наша официантка материализовалась около нашего стола.

— Я Кэндис, и в течение вечера буду вас обслуживать, - начала она, ловко наполняя водой наши стаканы. Могу я для начала предложить вам что-нибудь выпить?

— Мне Саппоро (Японский сорт пива), пожалуйста, - сказал я.

— О, тут есть пиво? - спросил Ноа, быстро пролистывая меню.

— Ему тоже пива.

Рот Кэндис растянулся в улыбке.

— Вам нужна еще минутка, чтобы сделать заказ?

— Мы уже готовы, - ответил я. — Мне принесите пулькоги со свеклой (блюдо, приготовленное на открытом огне из тонко нарезанного маринованного мяса), а ему панированную треску.

— Прекрасно, - сказала она, забирая меню. — Я сейчас принесу ваше пиво.

Когда она ушла, я заметил, что Ноа выглядит немного смущенным. Я вопросительно поднял бровь, глядя на него.

— Недавно был на обеде с родителями, - сказал он, — и я не заказывал пиво, потому что мы ходили в модный ресторан. Я был уверен, что ты предложишь заказать вино.

— Ты можешь заказать все, что хочешь, - сказал я.

Он покачал головой.

— Моей маме бы это не понравилось. Она сказала бы, что это неправильно. И Гэри тоже не одобрил бы.

Я пожал плечами.

— Теперь, когда крафтовое пиво пользуется популярностью, можно найти потрясающие вкусы. Кто такой Гэри?

— Он мой отчим. Мой третий отчим, на самом деле.

Я почувствовал, что разговор заходит не туда.

— Ты скучаешь по ним?

Он рассмеялся.

— Нет. Я должен был уехать из Роксбурга. Там я задыхался.

Мне было трудно понять этот образ мыслей. Я потерял обоих своих родителей, когда был еще относительно молод. Они боролись после убийства моих дедушек и бабушек, пока мой отец не умер в результате аварии на шахте. Через несколько лет моя мать умерла от гриппа, потому что изначально горе ослабило ее. Мне повезло, что я был достаточно взрослым, чтобы позаботиться о себе к тому времени, но мне все равно пришлось многому научиться о жизни. Мне все еще жаль, что они не рядом.

— А как насчет тебя? - спросил он. — На что похожа твоя семья?

Упс. Мне стоило предвидеть, что он спросит об этом.

— Они умерли, когда я был молод, - просто сказал я, потягивая пиво.

— О, - Он выглядел пораженным. — Извини.

— Все в порядке, - сказал я, махнув рукой. — Ты не знал.

Разговор прервался. К счастью, появление нашей еды заполнило паузу. Я не понимал, насколько я голоден, пока не почувствовал аромат.

— Это выглядит потрясающе, - сказал Ной, - и совершенно не похоже на то, что я когда-либо ел раньше.

— Хорошо пробовать новые вещи, - сказал я, подцепив кусочек пулькоги. Мясо было приготовлено отлично, а овощи были свежими. Это была хорошая еда.

— Да, хорошо, спасибо, сказал Ной. — Отличный выбор.

— Я знал, что так и будет.

— Хочешь бартер? - спросил Ноа.

— Бартер? - Я был в замешательстве.

— Да. Ты можешь попробовать кусочек моей трески, а я могу попробовать твою говядину. - Он выглядел искренним и совершенно серьезным.

Я не знал, что так принято, поскольку принимал пищу в компании только во время деловых встреч, где, я подозревал, «бартер» не поймут.

Похоже, это была одна из тех вещей, которыми люди занимались только во время приема пищи с друзьями или семьей.

— Конечно, - сказал я. Он опустил кусок рыбы в мою тарелку и захватил немного говядины, немедленно отправив ее себе в рот.

— Это тоже невероятно, - восхитился он. — Такое я тоже никогда не пробовал. Как это называется?

— Пулькоги - сказал я. — Это корейское блюдо.

— Ух, ты! - Он довольно улыбнулся своей тарелке.

Я был рад, что он хорошо провел время. Это было не так сложно, как я предполагал. Но между порциями вкусной еды он продолжал задавать мне личные вопросы о себе, на которые я не был готов отвечать. Мало кто беспокоился о том, чтобы спросить меня об этом, поэтому у меня не было ответов. Снова и снова я был застигнут врасплох.

«Какое у тебя было детство?»

«Ты занимался спортом?»

"У тебя есть домашние животные?"

Единственный человек, который был знаком с моим стилем жизни и историей, была Бина, просто потому, что она строила мне расписание и знала, что у меня нет контакта с членами семьи. Я нормально к этому относился, потому что это было необходимо ей, чтобы выполнять свою работу. Но сейчас это было нечто другое. Я должен был открыться добровольно.

Сам Ноа немного стеснялся, так же как с вопросом об отчиме, но только потому, что мы едва знали друг друга. Легкость, с которой он выдавал личную информацию указывала на то, что он раскроется позже.

Позже. Я уже думал о будущем отношений. Пришло время для меня выбраться из мира фантазий в реальный мир.

Я проверил часы.

— Мы будем вовремя на премьере, - сказал я, когда Ноа доел свою рыбу.

— Потрясающе. Сидеть в течение двух часов в темной комнате - именно то, что мне нужно прямо сейчас, - сказал он. — Я объелся.

Смеясь, я оплатил счет, который принесла Кэндис. Через несколько минут мы уже были в машине на пути к театру Клавриц. Клавриц был первым кинотеатром в городе построенный магнатом из волков-оборотней почти столетие назад. Его семья теперь была одной из наиболее известных семейств оборотней в Лейк-Сити и имела целую сеть театров в регионе.

Но этот мне нравился больше других из-за своей архитектуры. Это было великолепное здание, с замысловатой резьбой повсюду и старомодным оформлением, которое владелец тщательно сохранил. Он специализировался на независимых и зарубежных фильмах, в то время как другие кинотеатры владельца показывали популярные хиты.

Вокруг было много людей; город был известен своей гей культурой, поэтому фильм должен был стать хитом. Я видел некоторых других филантропов, которых я узнал, и кивнул им. Я предложил руку Ною, и мы вошли, стремясь избежать пронизывающего холода и снять наши пальто. Наступала ночь.

— Хочешь еще выпить? - спросил я.

Он улыбнулся.

— Позволь мне позаботиться об этом.

Я ощетинился. Возможно, я немного старомоден, но мысль о том, что он будет платить за мою выпивку на свидании, на которое я пригласил его, меня обижала. В конце концов, это я пригласил его на свидание.

— Это свидание — моя забота, - сказал я. Ты сможешь купить мне выпивку в следующий раз.

Казалось, ему понравилось предложение.

— Звучит неплохо.

На этот раз мы выпили крепкий ликер и поспешили в зал, чтоб занять хорошие места.

Мне нравилось, что экран был окружен резьбой и бархатным занавесом, как если бы это был театр прошлых десятилетий. Я мог бы просто представить себе, что балетные танцоры и волшебники пробегают по скрытой в данный момент сцене ... частично потому, что я видел их там несколько десятилетий назад.

Перед началом фильма вышел режиссер, чтобы поблагодарить за нашу поддержку. Это была премьера, поэтому нам не пришлось тратить время на рекламу. Просмотр начался немедленно.

Поскольку это был документальный фильм, я ожидал, что он будет скорее интеллектуальным, чем захватывающим. Пару раз я бросил взгляд на Ноа, чтобы увидеть, как он реагирует. Казалось, он поглощен фильмом, с тем же самым сосредоточенным выражением, которое я видел на его лице во время встречи. Но на этот раз ему не было скучно.

Удивительно, насколько эмоционально захватывал фильм. Режиссер удачно использовал множество личных историй жителей Лейк-Сити. Я сразу заметил двух оборотней - вероятно, волков, судя по тому, как они разговаривали, хотя я знал, что в городе есть и другие животные-оборотни.

Конечно, Ной был далек от всего этого. Как и все другие люди, которых я знал, он понятия не имел, что оборотни существуют вообще. В то время как ранее я был доволен этим положением, неожиданно выяснилось, что оно создает изоляцию. В конце концов мне придется совершить камин аут, рассказав ему о моей сущности, если я захочу, чтобы у нас что-то получилось. Трудно было скрыть дракона, так как моя форма была слишком большой, чтобы удобно перемещаться в большинстве городских районов, но мне не нравилась идея хранить такой большой секрет.

Вскоре фильм закончился, вызвав несмолкающий гром аплодисментов. Я понял, что не только мне фильм показался настолько интересным. Когда зажегся свет, режиссер снова вышел и пригласил нас пообщаться в фойе. Меня не слишком вдохновила идея задерживаться.

— Хочешь еще выпить? - спросил я Ноа.

Он пожал плечами.

— Если ты хочешь.

Притормозив, я оглядел помещение. То чего я действительно хотел — привести его к себе домой. И я чувствовал его воодушевление. Я знал, что он одобрит это.

— Мы можем поискать место потише, - сказал я низким голосом. Более серьезное выражение появилось на его лице.

— Будет здорово.


Глава 6. Уэсли

Я позвонил водителю, чтобы предупредить его, что мы выходим. Во время поездки я спросил Ноа, что он думает по поводу фильма.

— Честно говоря, фильм заставил меня задуматься о том, чтобы присоединиться к активистам, - признался он.

— Правда? - я был удивлен.

— Да. Работа, которую проделывают эти люди настолько значима... Они помогают решать проблемы о существовании которых я и не подозревал. Я чувствую, будто всю жизнь прожил в пузыре и не знаю, что происходит с людьми. - Слегка нахмурив брови, он смотрел прямо перед собой.

— Если в самом деле планируешь что-то сделать, можно связаться с организациями, упомянутыми в фильме, - предположил я.

— Я как раз об этом думаю.

Мы остановились перед входом в мой дом, и вышли из машины.

Было еще не слишком поздно и на улице было полно людей, чью энергию я ощущал. Я был уверен, что нас с Ноа связывает какая-то особенная энергия и я испытывал желание исследовать ее.

Лифт медленно и плавно поднялся к моему жилью. Оно располагалось на самом верхнем этаже, который полностью принадлежал мне. Я видел, что Ноа впечатлен: он разглядывал выложенные камнем стены и пол и гладкое дерево дверей. Когда мы вошли внутрь, поводов посмотреть по сторонам прибавилось.

Поскольку я был драконом, моя «пещера» была одной из самых важных для меня вещей. Именно там я проводил большую часть своего времени и хранил свое имущество. Приложив много усилий, чтобы сделать свой офис таким, как мне хотелось, я должен был убедиться, что мой дом тоже прекрасен. Он был в стиле, который можно было назвать винтажем, что сделало пентхаус непохожим на многие другие пентхаусы, которые я видел по роду деятельности.

Общее впечатление можно назвать уютным. У меня было много украшений с драконами, мебель из темного дерева и огромный камин, которым я часто пользовался в более холодные месяцы. Кухня была не слишком большой, потому что я часто ел вне дома, но у меня был большой выбор алкоголя. Общая планировка была открытой, поэтому с кухни я мог видеть мою гостиную и другие здания вокруг, обрамленные огромным стеклянным окном.

— Это похоже на старомодный кабинет, - сказал Ноа, его глаза исследовали ряды книг, стоявших в моей личной библиотеке. — Мне нравится.

— Я рад, - сказал я. — Хочешь выпить?

Он последовал за мной на кухню, и я вручил ему бокал алкоголя. Он бесцельно бродил по дому, любуясь обстановкой. Наконец, он подошел прямо к окну, глядя на сверкающие офисные здания и высокие холмы.

— Потрясающий вид, - сказал он.

— Это напоминает мне о полете.

Я не думал, что он воспримет этот комментарий буквально, и так и вышло. Но это была правда. Мне нравилось жить так высоко, потому что это напоминало парение над землей, когда смотришь на все с высоты. Мне это очень нравилось, но, к сожалению, я не часто это делал. Большинство людей замечают огромного дракона по отбрасываемой им на землю тени, а парк вдоль озера, хоть и большой по меркам города, слишком мал, чтобы я мог расслабиться.

— Похоже, тебе нравятся драконы? - спросил Ноа с усмешкой.

Взглянув на это со стороны, я понял, насколько это бросается в глаза.

Даже самые мелкие предметы - кочерга для камина, обложки книг, открывалки для бутылок - были оформлены в драконьей тематике.

— А кому нет? - Я усмехнулся.

— В детстве я был без ума от них, - сказал он, покачав головой. — Просто с ума сходил. Думал, что они самые классные. Хотел стать драконом, когда вырасту.

Я рассмеялся.

— Забавно. Больше так не думаешь?

Он помолчал.

— Не совсем. - Он слегка покраснел и я внезапно очень заинтересовался тем, что он собирается сказать. — Я все еще читаю фэнтези.

— А что такого?

— Да ничего такого... - Начал он.

— Но ты краснеешь, - я был искренне удивлен.

Он странно посмотрел на меня.

— Я не знаю, где ты ходил в школу или что-то еще, но читать фэнтези считается немного, я не знаю, не круто, что ли, сразу все считают тебя ботаником.

— Ох. Это не имеет никакого смысла. Люди должны читать то, что им нравится.

— Определенно, - сказал Ноа. — Я много читал фэентези в старшей школе, но в колледже надо мной стали смеяться, так что пришлось читать их втайне. А потом я как-то забросил чтение, хотя все равно предпочитаю именно этот жанр. В последнее время я слишком занят на работе, чтобы читать.

— Я тоже. Мне нравятся разные жанры, но когда бизнес разросся, стало не до этого.

Ноа подошел к книжным полкам и склонил голову, читая заголовки. У меня было множество книг, в том числе старинных, потому что я собирал их всю жизнь, но к стыду своему, мне редко представлялась возможность прочитать их.

— У тебя потрясающая коллекция, - отметил он, все еще просматривая книги, когда я подошел к нему. Мой дракон подталкивал меня вперед, требуя чтоб я сделал шаг. Мы оба почти закончили с нашими напитками. Алкоголь не сильно влиял на меня, но Ноа, казалось, был в хорошем настроении, неожиданно расслаблен. Я думал, что он будет нервничать сильнее, попав в незнакомый дом.

Я оказался позади него. Я знал, что он сможет почувствовать тепло моего тела. Он повернулся, немного удивившись, увидев, насколько близко я подошел, и сделал шаг навстречу. Слова были не нужны. Я положил руки ему на плечи и снял его пиджак, бросив на соседний стол и погладил пальцами его шею, наслаждаясь пронзившей его дрожью.

Он замер под моим взглядом, его золотисто-зеленые глаза были широко распахнуты, а зрачки расширены. Его дыхание становилось все более поверхностным.

Я уже скинул пиджак и впился в его губы поцелуем, начиная мягко, но уверенно, становясь грубым, когда мой дракон издал победный рев. Я держал его лицо в своих руках и целовал так, будто я умирал от жажды, вжимаясь языком и исследуя его рот.

Он осторожно обнял меня, погладив сильные мышцы спины. Мы были так близки, что я знал, что он становится твердым; я определенно становился. Я испытывал сильное желание просто сорвать его одежду и овладеть им, но старался насладиться моментом.

Однако с ним было сложно сдерживаться. Когда я начал целовать нежную кожу его шеи, ощущая его пульс под языком, он застонал, и я прижал его к полке издав низкий рык. Я прижался к нему своей эрекцией, чтобы он понял, как действует на меня.

Он справился с первоначальным удивлением и ответил на поцелуй с той же страстью, запустив руки в мои волосы и оттягивая их, сжимая напряженные мышцы моей задницы, стремясь, чтобы я был ближе к нему, как будто я мог проникнуть в него прямо через одежду.

Пора было избавиться от нее. Неохотно я отстранился , чтобы расстегнуть рубашку, обнажив его гладкую грудь. На ней росло небольшое количество волос, но в целом она была гладкой. Я вытащил его рубашку из брюк и, стянув ее, бросил на пол, после чего потянулся к его ремню, расстегивая его. Я коснулся его жесткого члена сквозь ткань, практически ощущая, как он пульсирует от желания.

Он ответил взаимностью, расстегивая рубашку и раздевая меня. Моя грудь была более широкой, чем у него, с волосами, более многочисленными по внешнему виду, частично благодаря тому, насколько темными они были. В результате регулярных тренировок в спортзале я мог гордиться своими мускулами.

Казалось, он тоже это оценил, когда провел руками по моей коже, посылая дрожь по моему позвоночнику. Мы выскользнули из наших штанов и нижнего белья, стоя друг перед другом полностью обнаженные. Я погладил рукой мой толстый, испещренный венами член, чтоб помочь ему достичь полной твердости. Я не хотел ничего, кроме как погрузить его в задницу Ноа прямо сейчас, но я должен проявить терпение.

Я снова начал целовать его, возбуждаясь тем, как наши члены стукались друг об друга и продвигался от его губ к шее. Он отплатил мне, целуя мое плечо, постанывая и прижимаясь ко мне. Его кожа была очень горячей, но не такой горячей, как у меня — я был драконом и моя температура по природе выше, чем у людей.

Я отстранился, что было нелегко и почти болезненно, взял его за запястье и провел в спальню. Огромная кровать принадлежала мне уже несколько десятилетий, но я никогда никого не приводил сюда. Мое воздержание длилось слишком долго.

— Я хочу почувствовать твои губы на моем члене, - прошептал я ему на ухо.

Он хитро улыбнулся и встал на колени, целуя мои бедра и пах, поддразнивая меня. Когда он растер выделившуюся каплю предсемени по стволу, я не смог сдержать стон. Я должен был контролировать себя — ничего хорошего не будет, если я преждевременно взорвусь.

Ноа оказался отличным специалистом по минету. Он дразнил меня, целуя вокруг основания члена, поднимался вверх по стволу к головке, нежно касаясь ее губами. Когда я больше не мог этого терпеть и запустил пальцы в его волосы, понукая его, он погрузил головку в свой рот, мягко посасывая и медленно дюйм за дюймом проталкивая ее глубже.

Я сопротивлялся желанию толкнуться ему в рот. Похоже, он заметил, что я становлюсь нетерпеливым, поэтому, наконец, начал подниматься и опускаться по моему члену, установив ритм, который наверняка привел бы меня к краю.

И это произошло, смущающе быстро, но я не сказал об этом. У еще мог контролировать себя. Я стоически держался, пока он доставлял мне все больше и больше удовольствия, мягко сжимая мои яйца в ладонях и впиваясь ногтями в мои бедра. Я чувствовал, как моя задница напрягается, желая толкнуться вперед.

Я получил возможность сделать это, когда он погрузил меня до самого горла. Сначала я сделал движение медленно, чтобы показать ему, что я хотел сделать, а затем увеличил скорость. Слава богу, он отлично справился с глубоким заглотом. Он держал голову под прямым углом, чтобы позволить мне получить лучший доступ. Я вздохнул от удовольствия, когда он облизал меня вокруг головки, коснувшись правильных мест.

— Во имя чешуи, так хорошо! - воскликнул я, слишком поздно осознавая, как странно звучат мои слова. Мое беспокойство чуть не перебило мне все удовольствие, но Ноа оставался невозмутим, так что я расслабился.

Мне следовало быть внимательнее, в любом случае. Я не мог использовать драконьи выражения в его присутствии, не то рано или поздно он поинтересуется, что это значит.

— Остановись Ноа, - сказал я, положив руку на его затылок. — Давай перейдем в кровать.

Он не мог сдержать своего восторга, практически запрыгнув на матрас, лег на спину и улыбнулся мне. — Я готов.

— Прекрасно. - я крепко прижался к нему сверху, позволяя ему ощутить мой полный вес своим телом. Я продвигался, целуя его, от шеи до груди и ниже к животу. Его волосы росли дорожкой в нужном направлении и в конце концов я добрался до его члена, стоявшего вертикально. Я лизнул соленую каплю предсемени, выступившую на кончике, когда я начал сосать головку, обхватив рукой ствол. Я хотел, чтоб он был горячим и твердым, когда начну его трахать, что произойдет в ближайшее время.

Я не мог больше ждать.

Я снова встал и поднял его ноги себе на плечи, что позволило мне получить отличный доступ. Я подвел свой член к его дырочке, сплюнул немного слюны для смазки и начал медленно входить в него, сначала нежно, чтоб мы оба могли привыкнуть к этому.

Я стремился погрузиться как можно глубже, и удовлетворенно зарычал, когда вошел полностью. Было так замечательно чувствовать, как он сдавливает меня со всех сторон, сжимаясь, когда его настигает его собственное возбуждение. Насладившись этим ощущением, я начал толкаться.

Я пытался опуститься, насколько мог, чтобы мы были лицом к лицу. Его глаза были остекленевшими от удовольствия, и мне было приятно знать, что я довел его до этого.

Когда я поднимал свои бедра во все более быстром темпе, он толкался, чтобы встретиться со мной, помогая мне войти глубже.

Но как глубоко я могу войти? Я хотел узнать.

Он стонал при каждом толчке и это было музыкой для моих ушей. Я не мог вспомнить, когда последний раз чувствовал такую связь с кем-то. Разумеется, в молодости я получил определенный опыт, но это никогда не было настолько хорошо. Это был не просто секс ради секса - это был секс с кем-то, о ком я действительно заботился.

— Тебе хорошо? - прорычал я, склонившись к самому уху Ноа.

— Дааа — выдохнул он с очередным толчком.

Я увеличил темп.

Моя кульминация была уже близка. О, как же я хотел кончить в его задницу, я жаждал этого немыслимого наслаждения. Я стремился заклеймить его, показать ему, что он принадлежит мне. И еще я хотел увидеть, как он кончает, теряет контроль, извиваясь подо мной в судорогах дикого экстаза.

Подогретый этими мыслями я вбивался в него все сильнее.

— Я собираюсь кончить в тебя, - сказал я низким голосом, давая ему возможность сказать «нет».

Но он тоже хотел этого. Его глаза распахнулись и просверлили меня.

— Сделай это.

Я почувствовал, что приближаюсь к краю, как будто это был обрыв на скале, и когда я добрался туда, я задержался на несколько секунд, прежде чем развернуть свои крылья и погрузиться в бездну ощущений. Я потерялся в своем экстазе, дрожа и цепляясь за Ноа, сжимая его под собой, как в тисках.

Во время моего оргазма я осознал, как его рука качнулась подо мной, и он тоже кончил, брызгая на свой живот липкими каплями.

Мы вцепились друг в друга, пока напряжение от оргазма пронизывало наши тела и, когда оно начало спадать, мы так и лежали, дрожа, а мой член подергивался внутри него.

Я тяжело дышал и вдруг почувствовал себя очень тяжелым, поэтому вытащил из него свой член и перевернулся.

— Это было невероятно, - сказал я.

— Совершенно невероятно, - согласился он.

— Не могу поверить, что я так долго обходился без этого. О чем я думал? - Я рассмеялся.

Это вызвало у него интерес.

— Долго никого не было, а?

— Слишком долго. - Я покачал головой.

Мы лежали в тишине, качаясь на волнах удовольствия, и я хотел просто сидеть и наслаждаться этим.

После того, как я немного остыл, и моя кожа стала не такой потной, я приблизился к нему, чтобы почувствовать контакт с кожей и глубоко вдохнул. Он сделал тоже самое, также придвигаясь ко мне. Он принюхался.

— Ты пахнешь костром, - сказал он.

— Костром?

— Ну да, знаешь, когда вы идете в поход и разводите огонь и жарите зефир, - сказал он голосом, выдававшим усталость.

— Я знаю, что такое костер, - сказал я, посмеиваясь. — Просто это странное наблюдение.

По правде говоря, это не было странным наблюдением. Все драконы пахли огнем, дымом или металлом. Как и у людей, у каждого из нас был свой собственный индивидуальный запах, и мой, по-видимому, был похож на костер. Не так уж плохо.

— Это напоминает мне лагерь бойскаутов, - сказал Ноа. — Я тогда был ребенком. Хорошие времена.

Он прижался ближе ко мне, и я обнял его.

— Тебе нравится ходить в поход?

— Мне нравится гулять, ходить по лесу. Тут это нечасто получается, пока у меня нет машины в городе. В прошлый раз я был в лесу прошлым летом, в национальном парке около Роксбурга.

Я мог легко услышать ностальгию, звучавшую в его голосе.

— Ну, тебе повезло. Мне нравится ходить в поход, - сказал я. Это была единственная возможность позволить своему дракону полетать на воле.

Он оживился.

— В самом деле?

— В самом деле. У меня есть палатка и все такое.

— Вау, - сказал он. — Я думал, что у меня долго не будет возможности сделать это снова.

— Надо как-нибудь спланировать.

Мы так устали за ночь, что оба легко заснули, сплетаясь друг с другом. Я чувствовал себя более удовлетворенным, более наполненным, чем был долгое время.

***


На следующий день, после того, как Ноа ушел, я получил неожиданный звонок. Мне редко звонили на домашний номер, просто потому, что у меня было мало родственников и друзей. Единственный человек, который когда-либо вызывал меня по этой линии, был Бина, и никогда это не случалось в выходные.

— Алло? - спросил я. Я уже чувствовал беспокойство, а я давно уже научился доверять своим инстинктам.

— Это мистер Уэсли Драх? - спросил голос на другом конце.

— Я слушаю.

— Меня зовут Таша Браччи, и я являюсь душеприказчиком доктора Брентфорда Вулси. Вы были упомянуты в завещании, и я хотела бы встретиться с вами, чтобы обсудить это.

— О, - сказал я, будучи застигнутым врасплох. В мозгу пронесся поток мыслей. У меня был родственник, о котором я не знал. Он вспомнил меня. И он умер, что означало похороны, а это означало встречу с другими драконами...

Другие драконы. Я чуть не уронил телефон.

— Алло? - Переспросила Таша.

— Простите, я здесь, - быстро сказал я. — Где расположен ваш офис?

— Мы находимся в Сиэтле, - сказала она.

— Я нахожусь в Лейк-Сити, но могу прилетать, - сказал я, - Предполагаю, будут похороны?

— Верно. Я могу дать вам подробности при встрече.

— Мой помощник уведомит вас по электронной почте, - сказал я автоматически, пока мой мозг снова и снова прокручивал все факты.

— Отлично, - сказала она, видимо, так же стремясь приступить к делу, как и я.

Мы обменялись контактной информацией, и я позвонил Бине, чтобы сообщить ей, что мне потребуется немедленно. Я всегда плохо чувствовал себя, давая ей работу в выходные, но она, казалось, никогда не возражала. В любом случае, я платил ей достаточно хорошо.

Я был настроен вылететь в понедельник утром и встретиться с этой Ташей Браччи. Я поискал в интернете информацию о докторе Брентфорде Вулси и обнаружил, что он был квалифицированным врачом в районе Сиэтла. Не было ничего, что указывало бы, что он был драконом, кроме его имени, которое он разделял с моей матерью. Я задавался вопросом, как они связаны.

Я чувствовал себя немного виноватым, из-за того, что вообще не знал этого человека, хотя он помнил меня. Может быть, он слышал о том, что случилось с моими бабушками и дедушками, и проявил участие. Я глубоко сожалел, что не смог встретиться с ним.

После воскресенья, полного ожидания, я был собран и готов отправиться на встречу с Ташей. Сказать, что я переживаю, было бы преуменьшением. Я так нервничал, что увижу других драконов, что это было совершенно новым для меня. Я понятия не имел, чего ожидать. В наши дни я был настолько далек от культуры драконов, что я абсолютно не знал, как себя вести.

Что случилось с моей жизнью в последнее время? Всего несколько недель назад я чувствовал онемение, не испытывая никаких эмоций. Теперь их было больше, чем я мог контролировать.

Полет в бизнес-классе был удобным и занял всего несколько часов. Я взял такси в центре города, убив час, прогуливаясь в окрестностях, прежде чем отправиться в адвокатскую контору. Повсюду были кофейни, и небо было затянуто легкой дымкой. Я устал от прогулки по холмам, но моему дракону это понравилось.

Мое сердце колотилось, когда я шел вверх по лестнице в офис Таши Браччи. Я даже не знал, что этот человек оставил мне. Мне не нужны были деньги или собственность, если речь не шла о каком-то сентиментальном объекте.

— Приятно познакомиться, Уэсли, - сказала она. Таша оказалась невысокой женщиной со смуглой кожей и шоколадно-каштановыми волосами, и у нее было крепкое рукопожатие. Меня сразу впечатлило.

— Взаимно, - ответил я. Она явно была оборотнем; Я мог сказать по ее запаху, и я не думал, что оборотень выбрал бы человека, чтобы выполнить свою посмертную волю. Но я не мог определить, каким животным она была.

Я последовал за ней в ее кабинет, и она закрыла за собой дверь.

— Итак, - сказала она, немедленно вытащив несколько бумаг. — Это часть завещания, которая касается вас. Я рада предоставить весь документ для вашего ознакомления, но в основном, мистер Вулси оставил вам сумму в тридцать тысяч долларов и приложенную записку. Конверт запечатан, и вы можете прочитать его на досуге.

Она протянула мне маленький и довольно старый конверт.

— Я сгораю от любопытства, - признался я, немедленно разрезая его. Таша терпеливо ждала, когда я прочту.


Дорогой Уэсли,


Вы, вероятно, не знаете, кто я, и к настоящему времени, скорее всего, слишком поздно. Я второй кузен со стороны твоей матери. Когда мы были детьми, мы были хорошими друзьями, и, пока мы росли, становясь старше, мы все еще поддерживали связь. Я помню, она писала мне, когда вы родились, и когда ваши бабушки и дедушки были убиты, и я решил сделать что-то, чтобы помочь вашей семье.

В то время я был просто участковым врачом, но за последние несколько десятилетий мне очень повезло, и я хотел бы поделиться с вами частью своего состояния, зная, что случилось с вашими бабушками и дедушками. Надеюсь, что к настоящему времени вы достигли успеха в своей взрослой жизни, но если нет, я надеюсь, что мой подарок вам пригодится. Если вам это не нужно, возможно, вы захотите использовать его, чтобы помочь другим.


Мои наилучшие пожелания вам для долгой, процветающей и полноценной жизни.


С любовью, ваш дядя Брентфорд


Я уставился на письмо, не в силах оторвать взгляд. Меня охватили эмоции. Дядя Брентфорд сделал невероятно доброе дело для меня, того, кого он никогда не встречал. Да, я был родственником, но ...

Я был уверен в одном. Я посмотрел на Ташу.

— Я бы хотел пожертвовать эти деньги, - сказал я.

Она кивнула. — Я могу помочь вам это устроить.

— Кому-то, кто помогает детям, - сказал я, размышляя вслух. — Возможно, детям, которые потеряли своих родителей.

Таша улыбнулась.

— Я уверена, что мы сможем найти хороший вариант.

Повисло молчание, пока я изо всех сил пытался осознать все, что я узнал. И теперь мне нужно справиться с еще одним большим препятствием: похоронами.

— Похороны в пятницу, правильно? - спросил я ее.

— Верно, - сказала она, возвращаясь к делу и нажав несколько кнопок на своем компьютере. — В пятницу днем в Похоронном бюро Поука в Беллингеме. Будет кремация, как вы понимаете, из-за его природы …

Я кивнул.

— Думаю, что могу слетать в Лейк-Сити и вернуться, - сказал я. Не было никакого смысла убивать три дня в Сиэтле, когда я мог позволить себе вернуться обратно.

— Конечно, - сказала она. — Есть еще что-нибудь, что вы хотели бы обсудить сегодня?

— Нет, - сказал я, покачав головой. — Но я буду на связи, чтоб обсудить варианты пожертвования.

— Отлично. Благодарю вас, мистер Драх.

Когда я вышел из кабинета, небо прояснилось. У меня была еще пара часов до того момента, как отправится в аэропорт, так что я бесцельно гулял по городу — то чем я совершенно не привык заниматься.

Приятно было иметь пространство, чтобы подумать обо всем, что свалилось на меня, в незнакомом городе, где мне не нужно было бы беспокоиться о том, что кто-нибудь узнает меня. Я был настолько потрясен, что мне не хотелось видеть никого из знакомых. Мысль о возвращении в офис была совершенно непривлекательной.

И Ноа ... Я хотел его увидеть, но я слишком сосредоточился на этом новом знании, чтобы чувствовать ту же самую безотлагательность, которую я чувствовал раньше. Я собирался встретиться с другими драконами. Я не мог поверить в это. Было так много всего, что я должен был узнать о том, как быть драконом, что мне было неловко. Так же, как любопытно мне было встретиться с моими давно потерянными родственниками, я не хотел выглядеть по-дурацки.

В конце концов, я достиг успеха, думал я. У меня был бизнес, которым можно гордиться. Но что, если существовали какие-то драконьи традиции и драконьи ритуалы, которые я должен знать во время похорон? Из наблюдения за волками я знал, что них множество внутренних обычаев.

Я зарычал и, проверив время, остановил такси, чтоб ехать в аэропорт. Потребуется много времени, чтоб привыкнуть к этому.

Дни шли за днями. Я совершенно не мог сосредоточиться на сделке с BHS. Все о чем я мог думать — предстоящая встреча с членами моей семьи. В конце концов я снова оказался в самолете на Сиэттл, приземляющемся в туманном городе, одетым в черное с головы до ног на пути в Похоронный дом. Я был готов сдать обратный билет в случае, если произойдет что-то, ради чего мне потребуется задержаться.

Я глубоко вздохнул, прежде чем переступить порог. У меня не было никаких ожиданий. Увидев собравшихся на кремацию, я успокоился. Несколько голов повернулись, чтобы посмотреть на меня. Я не заметил никакого прямого сходства помимо наших похожего цвета волос и глаз. Но всем моим чувствам было очевидно, что это драконы.

Расчетливый, почти рептильный взгляд, каким они смотрели на свое окружение, так же как их высокие сильные фигуры и острые черты лица, делали это очевидным. В помещении было влажно, поэтому я не сразу смог почуять их запах, но принюхавшись, уловил знакомый аромат дыма. Ничего себе, подумал я. Они были настоящими.

Я сделал шаг в сторону, болезненно осознавая, что я один. Все остальные пришли с семьями, с партнерами или с родителями. Было еще двое одиночек, вроде меня, но и они, казалось, непринужденно вливались в компанию. Я задавался вопросом, сколько из них были местными. Возможно, кто-нибудь из них даже жили в районе Лейк-Сити.

Вперед вышел мужчина, одетый как священник. Однако он не был похож на представителя ни одной из известных мне конфессий. Я предположил, что это что-то из драконьих традиций. Я старался сосредоточиться на его словах, а вовсе не на шепотках, которые, я был убежден, были обо мне.

— Мы собрались сегодня здесь, чтобы почтить память Брентфорда Вулси, горячо любимого мужа, отца, дядю и брата, - начал он просто. — Нам будет не хватать его, но он прожил долгую обеспеченную жизнь на этой земле. Сейчас начнется сожжение, после чего внутри будет прием.

Я знал, что драконы не просто хоронят своих мертвых, по понятным причинам они их сжигали. Но у моих бабушки и дедушки не было надлежащего драконьего погребения, поэтому я понятия не имел, как это произойдет. Я с интересом наблюдал, как гроб подняли на костер, а служитель заговорил на незнакомом языке. В происходящем было что-то жуткое, просто из-за погоды и торжественности. Высокая металлическая конструкция кострища казалась неуместной, как объект из будущего, окруженная со всех сторон деревьями и травой.

Затем служитель сделал кое-что удивительное - он скинул свое облачение и свои ботинки. Его кожа быстро наливалась зеленью, за плечами распахнулись крылья. За спиной вытянулся хвост и завернулся вокруг, а его голова сплющивалась и удлинялась.

Он трансформировался.

Я нервно оглянулся по сторонам. Было очевидно, что это место принадлежало оборотням, но люди с дороги могли что-нибудь заметить. Как ни странно, но никто не встревожился.

Я наблюдал, как служитель подошел к кострищу, его чешуя моментально стала влажной от сырости. Неужели он надеется разжечь огонь в такую погоду? У меня было множество вопросов.

Впервые за последние десятилетия я видел дракона и был охвачен бурей эмоций. Я с удивлением наблюдал, как он открыл рот и выпустил струю пламени в нижнюю часть кострища.

Она была настолько мощной, что туман не имел значения; он превращался в пар по краям поддерживаемого пламени, а гроб дяди Брентфорда был немедленно поглощен огнем. Остальные драконы замерли; ни один из них не проливал слез, как на похоронах людей, и даже не проявлял никаких эмоций. Приятно было знать, что мой стоический характер был качеством, которое я разделял с другими.

По мере того, как огонь выполнял свою работу, служитель трансформировался обратно и надел свои одежды. Мы смотрели, как пылал костер, несмотря на легкий дождь, и в конце концов погас, поскольку все его топливо было уничтожено.

Служитель повернулся к нам.

— Сейчас мы хотели бы пригласить вас внутрь, где будут предложены освежающие напитки и мы сможем обменяться историями из жизни мистера Вулси.

Он повернулся, чтобы уйти, так как сотрудники похоронного дома подошли к кострищу, чтобы очистить его. Они были оборотнями, но не драконами. Каких оборотней не только запустили бы в похоронный дом, но и доверили бы секрет существования драконов? Или драконы Сиэтла не скрывались от других оборотней?

Пришло время продемонстрировать прочность моих нервов. Я знал, что многим из присутствующих было любопытно кто я такой. Но подойдут ли они поговорить со мной? Я собирался это выяснить.

Я прошел в бар и взял виски со льдом, чтобы не стоять с пустыми руками. На столе лежали памятные вещи Брентфорда — фотографии, дипломы в рамках, написанные им книги, - и я решил посмотреть их. Я хотел как можно больше узнать об этом человеке, который был так добр ко мне.

— Простите? - Я услышал женский голос позади меня. Я сразу же напрягся и медленно обернулся. Бледное лицо, обрамленное темно-каштановыми волосами, смотрело на меня с удивлением, сине-зеленые глаза сверкали.

— Привет, - сказал я.

— Я Эбигейл, - сказала она, протягивая руку. Я пожал ее.

— Уэсли, - сказал я. — Уэсли Драх.

— Ах, - сказала она понимающе. — Я знаю кто вы.

— К сожалению, я не знаком ни с кем здесь, кроме дяди Брентфорда, - сказал я.

Она улыбнулась.

— Пойдем со мной.

Я последовал за ней к столу, где сидели и пили вместе несколько человек моего возраста. Они тоже выглядели успешными, судя по их дорогой и сдержанной одежде. По крайней мере, я, кажется, вписываюсь.

— Это Уэсли, - сказала Эбигейл.

Четверо мужчин и три женщины, не включая меня и Эбигейл, мои кузены и их пары, как я предположил, - улыбнулись.

— И Уэсли, это Даниэль, Гретель, Тамара, Бальтазар, Себастьян, Ивонна и Мауритц, - продолжила Эбигейл.

— Рад знакомству.

— Откуда ты? - спроил один из них — Себастьян.

— Лейк-Сити, - ответил я. — Родился и вырос в том районе.

Понимание мелькнуло в его темно-карих глазах. Что они знали обо мне? Было странно ничего не знать о них.

— И чем ты занимаешься? - подхватила Ивонна.

— У меня компания по работе с недвижимостью.

Она улыбнулась.

Эбигейл села и подвинула стул мне. Я присел, все еще чувствуя настороженность. Они казались отстраненными, но достаточно дружелюбными. Или, по крайней мере, они были готовы терпеть мое присутствие.

— Я не совсем уверен, кем мы друг другу приходимся, - сказал я.

Эбигейл пожала плечами.

— Не думаю, что это имеет значение. Это слишком долго пояснять. Но мы все ветви Вулси, и мы все драконы, так что ...

— Я не знаю драконов в Лейк-Сити, - сказал я.

— Ты знаешь меня, - сказал Даниэль, улыбаясь.

Электрический разряд прошил мой позвоночник.

— Ты был там все время, а я понятия не имел!

— И я понятия не имел о тебе, - сказал он, пожав плечами. — Забавно, не так ли?

— В нашем городе много драконов? - спросил я. Я чувствовал себя так, будто долго шел по пустыне, и у меня пересохло в горле, а мои кузены давали мне напиться воды. Я пил и не мог напиться. Впервые в моей жизни мне показалось, что я больше не буду одинок.

Эта мысль была одновременно волнующей и ужасающей.

— У Совета драконов там есть филиал, - сказал Даниэль. — Да, нас много. Странно, что ты был так обособлены.

Я пожал плечами.

— Я сам по себе.

— Очень плохо, - сказала Эбигейл, успокаивающе кладя ладонь на мою руку. — Драконы должны держаться вместе. Я надеюсь, ты сможешь влиться в общество драконов теперь, когда нашел нас.

Я попытался улыбнуться.

— Мне бы этого хотелось. Но, честно говоря, я в шоке. После смерти моих родителей я привык справляться самостоятельно.

— Не подумай, будто я пытаюсь давить на тебя, но, если ты не против, мы могли бы вместе провести время на обратном пути в Лейк-Сити, - предложил Даниэль. — Мы, драконы, всегда поддерживаем друг друга, и я хотел бы быть тем, кто поддержит тебя.

Снова я был тронут.

— Ты очень добр, Даниэль.

— Ты уже присмотрел себе кого-то? - спросила Гретель

На мгновение я подумал, что она заинтересовалась мной, но после обратил внимание, насколько близко она сидит к Даниэлю и заметил блеск кольца на безымянном пальце — рубин один из камней, который используется в свадебных традициях драконов.

— Да, - осторожно сказал я. — Недавно встретил кое-кого.

— Мне показалось, ты не знаком с другими драконами Лейк-Сити, - заметила Гретель.

— О, он не дракон, - сказал я.

— И какое же он животное?

Я знал, что в вопросе не было подвоха — в интонациях звучало простое любопытство — но я сомневался.

У меня было ощущение, что отношения с людьми не были чем-то само собой разумеющимся. Но мне не хотелось обманывать этих людей в тот момент, когда наши взаимоотношения только закладывались.

— Он не оборотень, - сказал я.

— Ах! - Гретель старалась быть вежливой, но я то видел, как она к этому относится. Я понял, что все остальные разделяли ее отвращение, так как они отвернулись и замолчали. Я сделал ошибку.

— Теперь, когда ты нашел нас, мы сможем найти тебе милого дракона, - весело сказала Эбигейл, нарушая неловкое молчание. — Мы знаем много мужчин и женщин, которые были бы рады встречаться с тобой. Я знаю, по меньшей мере пять горячих парней-драконов, которые сейчас в поиске.

Она рассмеялась.

Мое сердце затрепетало. Мысль о том, чтобы познакомиться с другим драконом была невероятной. Я так долго думал, что останусь одинок, что у меня не будет детей, но вдруг оказалось, что все возможно. Я мог получить все, чего мне хотелось.

— Было бы неплохо иметь детей, - признался я.

— Что ты имеешь ввиду? - спросила Абигейл.

— Я не могу создать семью с человеком, но если бы я встретил дракона, это было бы возможным.

— Хотя я бы не стала поощрять тебя к созданию семьи с человеком, я бы не сказала, что это невозможно, - чопорно сказала Абигайль. — Человек вполне может забеременеть от дракона.

Эти бомбы когда-нибудь перестанут падать на меня?

— Я не знал этого, - произнес я, не в силах сказать что-то еще.

— Ты все же должны встретиться с моими друзьями, - сказала Абигейл. — Они замечательные парни. Все, что нужно дракону.

— Возможно, - мой мозг кипел от возбуждения. Я мог иметь детей от Ноа! Но как мне преподнести ему эту новость? Я был осведомлен, что мужская беременность среди людей считалась невозможной. Он решит, что я сошел с ума.

Мне стоило притормозить. Я только что сходил с ним на свидание, и уже думал о том, чтобы завести детей. Будем решать проблемы по мере их поступления.

— По крайней мере, ты должен обновить свою регистрацию в Совете, - сказал Даниэль. — Я могу дать контактную информацию.

— Обязательно, - согласился я.

— Они устраивают прекрасные вечеринки и торжества, - сказала Гретель. Совет Лейк-Сити просто великолепен! Тебе понравится быть частью этого.

— То есть это что-то вроде клуба?- озадаченно спросил я.

— В некотором роде. Они предоставляют много возможностей для установления связей. - Она улыбнулась. — Мы с Даниэлем встретились на одном из их мероприятий. Кто знает? Может быть, ты тоже найдешь кого-нибудь.

Я не мог не волноваться обо всем этом. Наконец я нашел своих людей, и мог завести друзей и семью, а также реальную общественную жизнь. Это было поистине ошеломляюще. Драконы были долгожителями; старейшие часто достигали трех с половиной веков и больше. Я прошел не более трети пути, поэтому мысль о том, что я больше не буду один, впечатляла.

Но шепот в моем мозгу продолжал напоминать мне о Ноа. Я не мог отрицать связь, которую я чувствовал с ним. Но что если я почувствую такую связь с драконом? Разве это не было бы лучше?

Прямо сейчас я понятия не имел, какое решение принять. Я должен вернуться в Лейк-Сити и разобраться в своих мыслях, прежде чем предпринимать что-либо.

— Возможно, - сказал я улыбаясь. — В любом случае, я рад стать частью сообщества.

Моя новообретенная семья улыбнулась мне в ответ.


Глава 7. Ноа

Уэсли отдалился от меня. Я не видел его две недели, потому что он был занят делами семьи. Конечно, понятно, что он был занят и я мог вообразить сколько времени это отнимает, но он ни разу не позвонил и не написал мне, кроме сообщения о том, что он вынужден уехать.

Я старался останавливать себя каждый раз, когда подобные мысли приходили мне в голову. Я чувствовал, что цепляюсь за него, что было совершенно нелепо, особенно потому, что я никогда не был человеком, который ставил бы отношения на первое место. Однако, Уэсли перевернул все, что я знал о себе, с ног на голову.

Встречаться с кем-то настолько нерешительным, это та еще боль в заднице. Он был просто таки воплощением эмоциональной холодности. Я знал, что у него должны быть какие-то эмоции, но он проявлял их так редко, что было легко поверить, что их вообще не было.

По крайней мере, это время вдали от него позволило мне заняться своими делами. Я вернулся к рабочему ритму, где проект по созданию клиник вошел в активную стадию. Объем работы был ошеломляющим и Даррену потоянно требовалась помощь регионального менеджера. Я, в основном оставался мальчиком на побегушках при Даррене, но даже из этой позиции смог уловить множество нюансов организации работы в BHS.

И я не был уверен в том, что мне нравится то, что я видел. Не в том смысле, что они вели дела нечестно или что-то в этом роде. Просто все казалось таким утомительным и таким бессмысленным. Ни один из объектов не был расположен в том месте, где он мог что-то изменить. Предполагалось, что клиники будут работать без предварительной записи, и любой сможет получить доступное лечение. Но в чем смысл их размещения только в богатых районах Лейк-Сити? Когда я узнал больше о моем новом родном городе, я увидел, что у BHS есть план, который мне не понравился.

Одна из тем фильма, который я смотрел с Уэсли, была связана с бедностью среди ЛГБТ. В большом городе, подобном этому, проблема была очень масштабной. И, честно говоря, я понятия не имел, что это настолько ужасно. Да, я знал, что не все живут в роскоши... Но я не знал, насколько сложными были проблемы. Многие геи не могли получить необходимую им медицинскую помощь, и такие компании, как BHS, ничего не сделали для решения этого вопроса.

С другой стороны, нельзя сказать, что BHS совсем никому не помогали. Эти новые клиники помогут людям, просто не тем, кому помощь необходима больше всего. Они не были мировым злом или чем-то таким. Они просто хотели получить прибыль, чтобы и дальше расширять свой бизнес. Но кто тогда поможет геям, живущим в бедности, особенно детям, от которых отреклись и выгнали из дома?

Эти мысли постоянно приходили мне в голову в процессе работы над проектом. Мне нравилась моя работа — благодаря Даррену я был постоянно занят и многому учился, но я был обеспокоен.

После работы я решил выпить кофе. Я все еще изучал окрестности Гарден Хайтс, района, в котором поселился, и исследовал классные маленькие магазины и рестораны. Я хотел остановиться у своей любимой кофейни, прежде чем отправиться домой. Я был уверен, что баристы вскоре начнут узнавать меня.

Когда вошел, меня приветствовал колокольчик над дверью и теплый сильный аромат кофе, пронизывающий помещение. Я глубоко вдохнул и оглянулся. В кафе находилось по крайней мере пара десятков человек моего возраста, которые бурно обсуждали что-то или старательно работали в своих ноутбуках.

Я подошел к прилавку, изучая меню. У них было много необычных вкусов, и я собирался пробовать каждый раз разный. Латте с сиропом из лаванды, который я пробовал на прошлой неделе, был божественным, но на этот раз я хотел попробовать сироп из перечной мяты.

- Один маленький латте с сиропом из перечной мяты, одну секунду, - сказал бариста, возвращая мою карточку.

"Он симпатичный", - подумал я. У него была кожа цвета латте и ореховые глаза. Его нос и щеки покрывали веснушки, а легкая улыбка была искренней.

— Ребята, вы готовите сиропы прямо тут? - спросил я.

— Да, - сказал он весело. — Сегодня утром я как раз приготовил свежий мятный сироп.

— Это сложно?

— Неа. Но рецепт мы держим в секрете, - он подмигнул и отправился готовить мой латте.

Боже, он и вправду милый, снова подумал я. Меня терзало смутное чувство вины, как будто Уэсли и я уже состояли в официальных отношениях. Однако это совсем не так, так что я был совершенно свободен, искать кого-нибудь еще, не столь нерешительного.

Этот парень по имени Джордан казался таким приземленным по сравнению с Уэсли, и я не мог не задаться вопросом, как бы оно было с ним.

Еще был вопрос о жизни с Уэсли. Я никогда не задумывался о совместной жизни с партнером, потому что меня никогда не интересовали близкие отношения. Но теперь, когда я подумал об этом, я понял, что Уэсли был таким одиноким и таким богатым, что неизбежны резкие перемены образа жизни. Джордан был намного более ... нормальным. Уэсли же был скорее эксцентричным. Чего стоили все эти драконы!

— Пожалуйста, - сказал Джордан, подталкивая кофе через стойку.

— Благодарю, - ответил я, улыбаясь.

— Похоже, потребуется время, чтоб выяснить ваши вкусы. Вы каждый раз заказываете разное.

— Скоро я выясню, что мне нравится больше всего.

Он улыбнулся мне, я взял свою чашку и вышел. Это был такой простой, но приятный разговор, который поднял мне настроение. Прогуливаясь по холодным, но солнечным улицам, я думал о том, на что может быть похож вкус мяты в кофе.

Как только я поднес чашку к лицу и вдохнул, меня охватил приступ тошноты, скручивая желудок. Вздрогнув, я отдернул чашку и вдохнул свежий зимний воздух, чтоб прочистить нос. Хоть я и не пробовал ранее мятный сироп, но в целом мне нравилась мята, так что же происходит?

Я решил продолжить и сделал глоток. Напиток был идеальной температуры, так что я ожидал, что мне понравится. Но мне не понравилось. Похоже, с перечной мятой я погорячился, не стоит больше ее заказывать. Еще более странно то, что вкус кофе вызывает у меня тошноту.

Я порадовался, что мой дом находится недалеко от кофейни, потому что в данный момент больше всего мне хотелось прилечь. Я попробовал отпить еще кофе, но оно было слишком отвратительным. Мой желудок взбунтовался и я испугался, что меня вырвет. Скрепя сердце я подошел к раковине, намереваясь вылить кофе, но не мог заставить себя сделать это. Я оставил его на столе, надеясь, что моя внезапная тошнота пройдет.

Вероятно, подхватил что-то, думал я. Это был новый город, и на дворе зима, в конце концов. Однако обычно меня никогда не тошнило во время болезни, так что это было новым и нежелательным. Я решил выпить холодной воды, чтоб смыть вкус кофе изо рта и пойти прилечь.

Однако, возможности отдохнуть мне не представилось. Зазвонил телефон. Я, как всегда, проверил, был ли это Уэсли, но это снова оказался не он. Это была мама. Несмотря на то, что я больше всего хотел просто полежать в тишине и, может даже, вздремнуть, я уже довольно давно не общался с ней и переживал из-за этого. Следовало ответить.

— Привет, милый, - сказала она. — Просто звоню, чтоб узнать как твои дела.

— Я в порядке. Ты как?

— Отлично! Мы сс Гэри ходили на бейсбол в выходные, и я была на ужине у миссис Винтерсон. Ты ее помнишь?

— Да. Она была нашей соседкой, верно? - я спросил, оставаясь совершенно равнодушным к случайным знакомым, оставшимся в Роксбурге.

— Точно. Я столкнулась с ней в магазине, и она рассказала, что переживала о том, как ты устроился после окончания колледжа.

— Прекрасно, - сказал я, не зная, что еще сказать. — Как прошла игра?

— Замечательно. Ты же знаешь, я не фанат бейсбола. Но Гэри любит эту команду, так что я решила, что могу приложить усилия. Мы отлично провели время вместе, хотя я и не понимала, что происходит.

Я практически слышал по телефону, как она улыбалась.

— Хорошо. Я тоже не разбираюсь в бейсболе, так что я тебя понимаю, - сказал я.

— Какие у тебя новости? Как продвигается твоя работа?

— Все в порядке. Сделка свершилась, и теперь они собираются строить клиники. Я стараюсь искать возможности, чтоб взять на себя больше ответственности.

— Понятно, - сказала она. Я понял, что она на самом деле не знает, что ответить на это.

— Я сближаюсь со своими коллегами, меня уже приглашают посидеть после работы, сказал я.

— О, здорово! - сказала мама. — Может, ты встретишь какого-нибудь милого мальчика.

Я почувствовал вспышку раздражения.

— Мне действительно не до этого прямо сейчас, - ответил я так же, как всегда в последние годы. Но в этот раз все было иначе — у меня был Уэсли. — Вообще-то есть один парень.

— Я знала! - с восторгом произнесла она. — Я хочу знать о нем все!

— Ну, я не так уж хорошо его знаю, - начал я, — мы только познакомились, но он отлично выглядит и у него свой бизнес.

— Вау! - впечатлилась она. — Чем он занимается?

— Недвижимость.

— Как вы познакомились?

— Э, - потянул я. Я не мог сообщить ей, что он был гендиректором той корпорации, с которой мы работали. Она обалдеет. — На работе.

— Помни, что если вы не будете осторожны - это может плохо на тебе отразиться, предостерегла она.

— Я знаю, - сказал я. — Никакого риска.

— Просто будь осторожен. Вы уже решили быть вместе?

О Боже, подумал я. Давая ей тему для разговора, я сам себе вырыл яму. Я осознал, что теперь в каждом разговоре она будет расспрашивать меня о нем.

— Нет, у нас было только одно свидание.

— Держи меня в курсе, как у вас все будет развиваться, - сказала она, подтверждая мои подозрения. — Ты знаешь, это так весело следить за жизнью молодежи, - рассмеялась она.

— Я знаю мам, это увлекательно.

— Ладно, сейчас я тебя отпущу. Уверена, тебе надо заняться чем-то очень важным, - сказала она.

— Хорошо, мам. Пока. Люблю тебя.

— Я тоже люблю тебя, Ноа.

Не так уж плохо, подумал я. Но я все еще нехорошо себя чувствовал и хотел прилечь. Я попробовал помассажировать живот и выпить еще воды, но это не помогло. Тогда я решил установить будильник на телефоне и вздремнуть. Я свернулся калачиком в постели, в голове, смущая меня, крутились образы Уэсли и Джордана, но, в конце концов, я погрузился в глубокий сон.

***


Проснувшись на следующий день, я чувствовал себя отвратительно. Черт, подумал я. Вчера сон мне помог - я прекрасно чувствовал себя, когда проснулся, и даже допил свой кофе. Но теперь тошнота вернулась. И хуже всего, я не смог насладиться своим любимым утренним чаем.

После того как я принял душ и оделся, я понял, что все еще чувствую себя настолько плохо, что не смогу нормально работать. Хоть мне и не хотелось бросать команду в такое беспокойное время, следовало позаботиться о себе. Я боялся, что если сейчас проигнорирую проблему, то ситуация может ухудшиться.

Я хотел позвонить и найти врача. К несчастью, у меня еще не было личного терапевта, так что придется обратиться в скорую помощь. Если BHS построит свои клиники, я смогу ходить в одну из них. «В конце концов, они будут полезны», - думал я.

Это был повод выйти из дома, потому что я продолжал гадать, смогу ли съесть что-нибудь или нет. Как только я брал что-нибудь в руки, приступ тошноты предостерегал меня от употребления этого. В конце концов, мне удалось впихнуть в себя пару ломтиков белого хлеба, которые совершенно не насытили меня. Я проклинал себя за то, что запасал дома только сладкие детские хлопья, которые сейчас вызывали у меня отвращение.

Ближайшая скорая помощь находилась в миле от дома, а на улице снова было пасмурно и ветрено. «Вот так повезло», - уныло думал я. Мне не хотелось выбрасывать деньги за такси на одну милю, но идти пешком в моем состоянии хотелось еще меньше. Я достал телефон и вызвал машину, дрожа на углу, ожидая ее прибытия.

В зале ожидания скорой помощи не было большой очереди. Я порадовался, что они смогут быстро принять меня, и я смогу вернуться домой и отправиться на работу. Со стороны Даррена было милым предоставить мне выходной по болезни, но его голос отнюдь не был счастливым, за что я не мог его винить. Я быстро стал незаменимым в этом проекте.

— Ноа? - Позвала медсестра, высунув голову из-за двери. Я последовал за ней по коридору, в то время как вокруг суетились медсестры и доктора. В крыле неотложной помощи была суета, хотя было тихое утро.

— Что привело вас сюда сегодня? - спросила она, после того, как мы расположились в кабинете. Оборудование вокруг заставляло меня нервничать, как будто у меня была более серьезная проблема, чем тошнота. Это не было похоже на те уютные маленькие клиники, к которым я привык в Роксбурге.

— Я чувствую сильную тошноту без видимых причин. Я не ел испорченную еду и у меня нет никаких других симптомов.

— Хмм, - сказала она, поворачиваясь к компьютеру. Давайте соберем кое-какую информацию и попробуем разобраться. Я ответил на множество вопросов о своем здоровье, а затем она измерила мне давление и проверила пульс.

— Что вызвало тошноту? - спросила медсестра. Я не думал об этом. Я наклонил голову и задумался на секунду.

— Вчера я купил кофе, и мне стало плохо от его вкуса и запаха. Я вздремнул и почувствовал себя лучше. Но когда проснулся утром, снова почувствовал тошноту.

— Алкоголь не употребляли? - она вносила мои ответы в компьютер.

— В последнее время нет.

Она кивнула.

— Я собираюсь поговорить с доктором, чтоб обсудить следующий шаг. Я скоро вернусь.

Она оставила меня в кабинете одного. Я был озадачен. Все это имело бы смысл, если бы у меня были желудочные колики или даже что-то более серьезное, вроде гриппа, однако я чувствовал себя совершенно здоровым, когда меня не тошнило. Я начал беспокоиться. Не хотелось бы, чтоб у меня нашли какое-нибудь редкое хроническое заболевание или что-то такое.

Через несколько минут медсестра вернулась.

— Мы собираемся взять образец мочи.

— Конечно, - сказал я, расслабляясь. Это было легко.

Она протянула мне бумажный пакет и чашку, и я сделал свое дело, оглядываясь по сторонам на пути из туалета.

Я мельком видел людей, лежащих на койках с закрытыми глазами и тянущимися из них трубками, которые выглядели намного хуже меня. Меня передернуло.

Медсестра взяла образец и я сел. На этот раз мне предстояло ждать дольше. Я оглядел комнату, разыскивая, что бы почитать и схватил мужской журнал. В нем было множество тупых статей про женщин, но разделы о моде и спорте были, по крайней мере, слегка интересными.

Медсестра вернулась.

— Итак, я поговорила с доктором, и она думает, что нам также понадобится сделать вам анализ крови, - она нахмурилась. — Я знаю, что здесь тяжело ждать, но сможете еще потерпеть?

Зачем им нужен анализ крови? Это странно, но, похоже, у меня не было выбора.

— Думаю, да, - сказал я.

— Замечательно, - сказала она, с облегчением. Но теперь она казалась гораздо менее жизнерадостной, как будто устала. Она открыла шкаф и начала вынимать иглу и другие принадлежности. Я вздохнул.

Мне не нравилось сдавать кровь, но я полагал, что это необходимо. Я также старался не задумываться, во что мне это обойдется. У меня была отличная медицинская страховка, потому что я работал в здравоохранении, но все же это начинало меня беспокоить.

— Вот и все, - сказала медсестра. — Сейчас отнесем это в лабораторию и попросим посмотреть побыстрее.

Я поблагодарил медсестру, чувствуя себя усталым. И голодным. Я провел тут уже много времени и съеденный хлеб не мог больше поддерживать меня. Я поймал себя на том, что фантазирую о кусочках пиццы, бургерах, тарелках спагетти...

Я попытался сосредоточиться на журнале, но понял, что он нагоняет на меня тоску. Неприятно, что журнал для мужчин был ориентирован исключительно на гетеросексуалов. Его нельзя было считать предназначенным для всех мужчин, если половина статей была посвящена тому, как привлечь женщин.

В конце концов, я взял развлекательный журнал. Я никогда не интересовался жизнью знаменитостей, поэтому он не слишком заинтересовал меня. Однако, похоже, мне придется застрять здесь на некоторое время. По крайней мере, мой желудок чувствовал себя не так плохо, как когда я проснулся.

Когда медсестра, наконец, вернулась, за ней шел доктор.

— Я доктор Пассел, - сказала она, улыбаясь. Но в ее глазах мелькало беспокойство. — Карен сказала, что вы чувствуете тошноту?

— Верно. Не представляю, что это может быть, в остальном я чувствую себя хорошо.

— Тошнота может быть симптомом разных заболеваний, - Сказала она, закрывая дверь и усаживаясь на стул рядом с кушеткой, на которой сидел я. Карен стояла у двери и выглядела обеспокоенной. «Черт», - подумал я. Похоже, они собираются обрушить на меня бомбу.

— Итак, мы посмотрели анализы крови и мочи и в целом вы очень здоровый человек, мы не выявили никаких явных заболеваний, но мы заметили кое-что необычное. Оба теста указывают на то, что вы беременны.

Я уставился на них, после чего рассмеялся. Но это не был беспечный смех.

— Но... Это же невозможно!

— Конечно, нет, - подтвердила доктор Пассел. — Я хочу сказать, что у вас неполадки с гормонами, но если бы дело было только в них, мы увидели бы и другие симптомы.

— Так что же мне делать? - спросил я. — Бросить пить и отказаться от суши?

Они полностью проигнорировали мою попытку пошутить.

— Думаю, если тошнота не пройдет, вам стоит показаться снова через пару недель. Я имею ввиду, что, конечно, вы не можете забеременеть, так что я предполагаю, что тошнота вызвана другим заболеванием, которое мы сможем диагностировать, только если оно проявиться еще как-нибудь. Конечно, я надеюсь, что это лишь случайный сбой и через несколько дней вы будете в полном порядке.

Я не был удовлетворен ее ответом, но так или иначе, она больше ничего не могла сказать. Ясно, что в данной ситуации единственное, что я мог делать — это ждать.

— Благодарю вас, доктор Пассел, Карен. Посоветуете что-нибудь от тошноты?

— Мы можем назначить вам кое-какие препараты. Я выпишу рецепт.

Зажав в руке рецепт, я покинул больницу в полном недоумении. Как это я мог забеременеть? Может этот аппарат, на котором они исследовали мои анализы, сломан? Это не имело никакого смысла. Это должно быть ошибка, но какая-то очень странная. Может они, недостаточно очистили оборудование после того, как исследовали анализы беременной женщины?

Хотя, если я вдруг и впрямь забеременел, это был бы ребенок Уэсли. У меня давно не было секса ни с кем, кроме него, так что других кандидатов не было.

Я пытался представить реакцию Уэсли на известие, что он станет отцом. Не думаю, что он был бы очень счастлив. Кажется, он вполне доволен своей жизнью, за исключением желания быть в отношениях. Хотя, он был достаточно богат, чтобы нанять няню.

Ну а что я? Я совершенно точно не готов прямо сейчас заводить детей. Это было безумием. Я только начал свою карьеру, переехал в новый город, я совсем не знаю Уэсли... И что скажут мои родители?

С другой стороны, если я и в самом деле был беременным — каким-то медицинским чудом — я бы не стал делать аборт или отдавать ребенка на усыновление. Если бы у меня был ребенок, я бы хотел сохранить его. Я не возражал против идеи быть отцом, но просто не думал, что это произойдет так скоро. Было так много всего, что я хотел сделать, прежде чем подумаю о детях.

Я покачал головой. Это было нелепо. На самом деле я не был беременным, так о чем я беспокоюсь? Через пару недель я буду как новенький. Надеюсь, к тому времени Уэсли соизволит снова со мной пообщаться.


Глава 8. Уэсли

Я чувствовал себя виноватым из-за того, что игнорировал Ноа, но все, что узнал о своих родственниках-драконах и о новом мире, в который они меня ввели, очень отвлекало.

Я принял совет Дэниэла и обновил мою регистрацию в Совете Лейк-Сити. Я был зарегистрирован у них, когда родился, но они потеряли меня после того, как умерли мои родители. Я дал им информацию о роде занятий и адрес, и они пообещали связываться со мной, информируя о предстоящих событиях.

Проводить время с моими кузенами было не так уж плохо. Хорошо бы расширить круг общения и с другими драконами. Если они будут столь же негативно настроены к отношениям между оборотнем и человеком, то это станет проблемой, но я смогу разобраться, когда до этого дойдет.

Или я мог бы поискать партнера — дракона. Я обдумывал эту возможность, но не мог даже представить, что испытываю такое же притяжение к кому-то даже моего вида. Не мог забыть того, что почувствовал, как сгораю в огне, в тот момент, когда впервые увидел Ноа. Когда мы общались, я чувствовал себя целым. А что касается секса — я испытал самое потрясающее наслаждение в жизни.

Нет, я не мог отказаться от Ноа. Особенно сейчас, когда знал, что смогу построить с ним семью. Я просто должен увидеть, куда зайдут наши отношения, как они будут развиваться, если приложу к этому усилия.

Понимая, что вел себя грубо, я решил позвонить ему, чтобы пообщаться. Я взял телефон и нашел номер.

— Привет? Уэсли?

— Здравствуй, Ноа. Сожалею, что пропал в последние дни. Срочные семейные дела отняли кучу времени, но теперь я хотел бы провести время с тобой.

— Буду рад снова увидеть тебя, - сказал он мягко. - Итак, когда же это случится?

— Как на счет завтрашнего вечера? Или даже прямо сейчас? Приезжай ко мне, - предложил я.

— Хорошо, буду у тебя в восемь.

Потребовалось несколько минут, чтоб навести порядок в доме. В последнее время я не обращал на это внимания, так что кругом была пыль, и чемодан с вещами из Сиэтла так и стоял неразобранным. Я обнаружил, что действительно с нетерпением жду встречи с Ноа. В конце концов, для меня эти отношения были правильными.

Когда раздался звонок в дверь, я подошел, чтобы открыть, желая увидеть его. Но я был удивлен. Его обычно яркие глаза были тусклыми, и, хотя его кожа выглядела особенно ухоженной, он вел себя так, как будто был не совсем здоров.

— Ты в порядке? Выглядишь немного бледным.

Он неуверенно улыбнулся.

— Все нормально. Ты же понимаешь, из-за этого проекта приходится много сидеть в офисе. Меня совсем заездили.

— Береги себя, - сказал я. - Перегруженный работник не является эффективным членом команды.

— Я знаю, знаю, - сказал он, садясь на диван рядом со мной.

— Хочешь пиво? - спросил я.

Его глаза тревожно распахнулись, но выражение исчезло, прежде чем я смог это заметить.

— Да спасибо.

— Ты уверен? Ты, кажется, колебался.

— Нет, все хорошо. Просто недавно произошло кое-что смешное.

Он засмеялся, но это было не убедительно.

— Что случилось? - спросил я, доставая пиво.

— Меня тошнило, поэтому я пошел в скорую помощь, - начал он. — Они сделали анализ мочи и крови и сказали, что я беременный! Что за нелепость?

Я был уверен, что в этот момент все краски схлынули с моего лица.

— Беременный?

— Ну да! С ума сойти! Очевидно, что этого не может быть, поэтому они просто дали мне лекарства, чтобы справиться с тошнотой, и сказали мне, проверить, не исчезнет ли она в конечном итоге сама собой. Странно то, что у меня не было других симптомов болезни - просто тошнота.

Пока он болтал, мой мозг работал с перегрузкой. Он, очевидно, думал, что не был беременным, но для меня было очевидно, что он был. Анализ мочи может ошибиться, но не анализ крови. И, конечно же, как я недавно узнал, человек мог забеременеть от меня. Я глотнул своего пива. Я понятия не имел, что с этим делать.

— Ты уверен, что не беременный? - спросил я, не зная, как поднять этот вопрос.

Он удивленно посмотрел на меня.

— Ты шутишь, да?

— Что, если это так? - Мой голос был серьезным и торжественным. Его лицо утратило всякий след легкомыслия.

— Не говори ерунды. Мужчины не могут забеременеть. Во всяком случае, не цисгендерные (Прим. пер: тот, чей социальный пол совпадает с биологическим полом. То есть трансгендеры, теоретически, могут). Я определенно не беременный. Это абсурдная идея, - сказал он, качая головой.

«Ох, как неловко», - думал я. Не существует ни одного удобного способа сообщить ему эту новость. Я собирался шагнуть в неизвестность.

— Что если бы я сказал тебе, что обладаю способностью сделать тебя беременным, - сказал я.

— Я бы сказал, что ты сошел с ума.

Чем больше я думал об этом, тем больше эта ситуация выбивала меня из колеи. У него не было причин верить мне. Он был уверен, что в результатах анализов ошибка. Уверен, не позднее чем через месяц он убедится в том, что забеременел, но я не хотел ждать так долго. Ему была необходима специализированная помощь врача оборотней, который знает, как работать с людьми. И как можно быстрее.

— Ноа, - начал я, изо всех сил стараясь, чтоб голос не дрожал, — я должен сказать тебе кое-что. - Я сделал паузу, чтобы вдохнуть поглубже. — Ты беременный. Я знаю это потому, что я оборотень дракон, и у нас есть способность делать нашего партнера беременным.

Он моргнул.

— Прости? Ты, наверное, шутишь?

— Я не шучу. Я абсолютно уверен, что через несколько недель ты заметишь, что у тебя растет живот, как и у человеческих женщин и будешь испытывать все больше и больше симптомов беременности. Когда придет время, ты родишь ребенка, скорее всего тоже оборотня. - Он продолжал смотреть на меня. — Я бы поставил на это свою компанию. Настолько я в этом уверен. Настолько убежден, что все, что я сказал — истинная правда.

— Легко ставить свою компанию, когда ты знаешь, что не с кем держать пари, - сказал он раздраженно. — Думаю, сейчас мне нужно уйти.

Я был встревожен. Он должен был мне поверить.

— Ноа, мне так много нужно рассказать, о том, как быть отцом дракона. И о себе.

Он встал и поднял руки.

— Я не хочу знать. Это полный бред.

Я понял, что если я хотел, чтоб он мне поверил, придется использовать радикальные методы. Я должен трансформироваться.

Я встал и начал скидывать одежду так быстро, как только мог. Он вытаращился, но я не обращал внимания. Я завладел его вниманием, и только это имело значение. Когда я оказался перед ним полностью раздетым, я закрыл глаза и сосредоточился на изменении своего тела. Моя кожа затвердела и покрылась чешуей, из спины появились хвост и крылья. Я становился драконом.

Было рискованно изменять форму прямо в квартире, все-таки она была слишком маленькой, чтоб дракон чувствовал себя комфортно. Но раз уж Ноа не выбегает из квартиры с воплями, он увидит мою истинную форму и этого будет достаточно, чтоб убедить его и в том, что мужчина может забеременеть.

Когда я открыл глаза — мое зрение изменилось. У драконов зрение было острее и они лучше различали цвета. Будучи драконом, я мог видеть многие цвета, недоступные в человеческой форме.

Ноа дрожал, парализованный. Мысль о том, что я кажусь ему ужасным причинила острую боль. Взрослый дракон был размером со слона, а размах крыльев был в половину моего жилища. Я взмахнул хвостом, с грохотом толкнув стул. К черту.

— Это я,- сказал я. — Уэсли. Я дракон оборотень. Теперь ты мне веришь?

— Мне нужна минутка, ответил Ноа, отступая назад к дивану и падая на него. Он наблюдал, как я согнул крыло. На самом деле я хотел их растянуть, но здесь было небезопасно.

В любом случае, свое дело я сделал. Я закрыл глаза и с легкостью обернулся снова. «Каждый раз было очень странным одеваться после оборота», думал я, натягивая штаны.

На этот раз я занял место напротив Ноа, чтоб не пугать его еще больше.

— Умом я знаю, что должен тебе поверить, - сказал Ноа, - но я не могу заставить себя сделать это.

— Я рад, что хотя бы часть тебя верит. Ноа, Для твоего блага, тебе нужен правильный врач. Человеческие врачи понятия не имеют, что делать в этом случае, - сказал я непререкаемым тоном. — Если хочешь, я пойду с тобой на прием.

— Я позвоню тебе завтра. Мне нужно время, чтоб подумать об этом.

— Окей, - согласился я.

— А сейчас мне нужно домой. Это какая-то немыслимая хрень.

Он снова начал вставать, но я видел, что его до сих пор трясет.

— Я понимаю, - сказал я вздыхая. — Еще кое-что.

— Да?

— Пожалуйста... храни мой секрет.

Он поднял брови.

— Окей.

Я проводил его до двери и выпустил его, вернулся внутрь и поправил стул. Я сел на диван и допил свое пиво, потом его. Я не был уверен, что должен думать. Меня захлестывали эмоции.

Хотя я мог быть уверен в одном: я был рад иметь ребенка. Теперь, когда он на самом деле рос в животе Ноа, волна новых чувств накрыла меня. Что это было? Отцовская любовь?

Однако все осложнялось тем, что Ноа не мог полностью принять ситуацию, и я не мог его винить. Он понятия не имел, что забеременеет - и к слову я тоже, иначе я был бы более осторожным, - и теперь весь его мир перевернулся вверх дном. Ему понадобится время, чтобы приспособиться.

И я собирался быть рядом, чтобы поддерживать его.

***


Ноа согласился сходить на прием к врачу и согласился, чтобы я пошел с ним. Маркус отвез меня в центр, в скромную уютную клинику, где мы, наконец, увидим нашего ребенка.

Оборотни в целом развиваются быстрее, чем люди. Несмотря на то, что Ноа забеременел несколько недель назад, времени прошло достаточно. Я был уверен, что мы уже сможем увидеть нашего ребенка. И если не на этой неделе, то на следующей. Я надеялся, что Ноа захочет этого. Я сильно напугал его своими откровениями.

К счастью, пока он шел мне навстречу. Когда я встретил его у входа в клинику, я соблюдал дистанцию. Я осознавал, что ему необходимо пространство, чтоб он мог разобраться со всем, что узнал. И интересы ребенка важнее, чем наши взаимоотношения. Я не был уверен, что он готов признать, что я являюсь драконом-оборотнем.

— Ты хорошо себя чувствуешь? - спросил я.

— Да, только тошнит иногда и немного поправился.

Я кивнул и мы вошли внутрь. В сотый раз я порадовался, что встретил своих кузенов. Они смогли дать мне название и номер телефона клиники.

Мы подошли к регистратору, которая вопросительно посмотрела на нас.

— Чем могу помочь? - спросила она.

— Я беременный, - выпалил Ноа. Глаза у него были расширены, но его обычное выразительное лицо было довольно таки бесстрастным.

— Мы разберемся, - сказала регистратор, опустив глаза. Она дала ему несколько форм для заполнения. Я был рад, что она не демонстрировала излишний энтузиазм, услышав о беременности. Ноа все еще не смирился с этим и, возможно, не оценит восторга.

После того, как мы вернули формы, мы вместе сели в комнате ожидания. Ничего не нарушало тишины, кроме булькающего в углу аквариума. Я не знал, что сказать, и он, похоже, тоже был не расположен к разговорам. К счастью, вскоре выглянула медсестра, избавив меня от неловкой паузы.

— Ноа?

Мы оба встали и проследовали за ней. Своим острым слухом я мог различить, как колотится сердце Ноа, вторя моему. Пройдя в кабинет, он сел, глубоко вдохнул и закрыл глаза, как будто медитируя.

— Нам нужно измерить вам давление, взять анализ крови и прочие процедуры, - сказала медсестра тоном, не терпящим возражений. — Клиника, где вы были, передала ваши результаты, так что мы в курсе происходящего.

— Спасибо, - сказал Ноа, пока медсестра проверяла его сердцебиение стетоскопом.

После того, как измерила его вес и еще несколько параметров, она выскользнула из кабинета и вскоре вернулась обратно с доктором.

— Я доктор Мэдисон, - представился мужчина, чьи огненно красные волосы заставили меня предположить, что он был бы драконом, если бы человеческая форма отражала форму оборотня. Однако он был кем-то другим, кем-то, кого я не мог опознать. — Я сегодня же посмотрю вас, - продолжил он. — Похоже, беременность быстро развивается, поэтому мы сделаем УЗИ. Возможно, вы сможете увидеть ребенка.

К моему удивлению, Ноа оживился.

— Правда?

— Да, - сказал доктор, подготавливая оборудование.

Медсестра задрала рубашку Ноа и нанесла гель на живот. Похоже, Ноа хотел увидеть своего — нашего — ребенка. Должно быть он принял его с того момента, когда я видел его в последний раз, думал я. Осознание этого подарило мне лучик надежды. Возможно, все получится. Мы начали не лучшим образом, но возможно, в итоге я еще смогу получить семью моей мечты.

— Итак, похоже, ребенок стал сюрпризом? - спросил врач.

— Да уж ,- ответил Ноа. — Даже и не знал, что могу забеременеть.

Доктор понимающе кивнул.

— Так бывает, к нам иногда приходят люди, которые вообще не понимают, что происходит.

— Ну, я, в конце концов, рад произошедшему, – сказал Ноа, бросив взгляд на меня. Я постарался ободряюще улыбнуться.

— Это хорошо, - сказал доктор Мэдисон, — дети должны приходить в этот мир, чувствуя себя желанными и долгожданными. Итак, вот изображение. Давайте посмотрим...

Мы вглядывались в зернистое черно-белое изображение, пытаясь разглядеть части тела или что-нибудь еще узнаваемое.

— Он или она пока совсем крошечная, пол еще нельзя определить, но вот тут вы можете увидеть... - Он указал на пятно, которое было чуть более четким, чем остальные пятна — Это ваш ребенок.

— Вы уверены? - скептически спросил Ноа.

Доктор рассмеялся.

— Я уверен. Я знаю, что пока это мало на что похоже, но через пару месяцев из этого плода вырастет новый человек.

— Не могу в это поверить, - благоговейно сказал Ноа, качая головой.

— Чудо жизни, а? - сказал доктор. — Мы распечатаем вам эту картинку, чтоб вы могли рассмотреть на досуге. А Аманда подберет вам витамины.

Пока они с медсестрой были заняты своими делами, мы продолжали всматриваться в изображение, удивляясь крохотной капельке жизни.

— Это настоящий человек,- сказал Ноа. — Во мне растет настоящий человек.

— Это удивительно, - сказал я. Я с трудом верил в происходящее. Всего пару месяцев назад я понятия не имел, что такое вообще возможно. Я не мог поверить, насколько одиноким и подавленным чувствовал себя раньше. Казалось, вся моя прошлая жизнь была сном, и я проснулся, только встретив Ноа.

— Я не знаю, смогу ли позаботиться об этом ребенке, сказал Ноа. — Похоже, будет тяжело. Я имею ввиду, мне придется бросить карьеру и мне понадобятся деньги.

— У меня есть деньги, - осторожно сказал я.

— Я не хочу от тебя зависеть.

Я пожал плечами.

— Это понятно. Но я хочу помогать в любом случае. Ты и ребенок никогда не будете беспокоиться о еде или жилье.

— Спасибо, Уэсли, - он неуверенно улыбнулся.

Под влиянием эмоций, я обнял его, и он обхватил меня в ответ.

Все будет хорошо.

Мы получили витамины и еще какие-то медикаменты, и покинули клинику, пообещав доктору Мэдисону прийти через пару недель, чтобы отчитаться о проделанной работе и прогрессе. Ноа хотел вернуться домой и поспать, так что я попросил шофера высадить его по его адресу, а сам вернулся домой.

После обеда я сел с намерением почитать. Но не успел я открыть книгу, как мне позвонил Даниэль. Приятно удивленный, я снял трубку.

— Даниэль, рад тебя слышать.

— Звоню просто, чтоб поздороваться. Как ты?

— Хорошо. Отношения с моим парнем развиваются, - сказал я. Теперь, когда я знал, что Ноа будет отцом моего ребенка, я не собирался стесняться его видовой принадлежности. Я встречался с человеком и гордился этим.

— Рад это слышать, - ответил Даниэль. Одна из причин, по которым я позвонил, как раз извиниться за поведение родственников на похоронах. Я уверен, ты в курсе, что многие оборотни состоят в отношениях с людьми. Я к этому нормально отношусь. Считаю, что любовь есть любовь. И эти старомодные типы тоже изменят убеждения, особенно, если появятся дети.

Я рассмеялся.

— Теперь, когда я знаю, что это возможно...

— Рад, что мы тебе сообщили. Это важно знать.

— Да уж, - сказал я тихо.

— Надо как-нибудь пообедать вместе, - предложил Даниэль. — Вы со своим партнером и мы с Гретель.

— Отличная мысль. Я спрошу, когда он свободен.

— Здорово. И я хотел, чтоб ты знал, если что-нибудь понадобится, я буду рад помочь. Мы семья.

— Я ценю это, Даниэль. Надеюсь, скоро увидимся.

— Определенно. Созвонимся.

Ну что ж, разговор оказался более чем приятным. Даниэль был очень добр. Я совершенно не ожидал, что драконы будут столь доброжелательными. По сути, увидев их впервые, я посчитал их надменными.

Я привык иметь дело с людьми такого типа, но они не слишком привлекали меня. Из-за того, что сам я вышел из низов, мне было тяжело смешаться с теми богатейшими людьми, с которыми я сейчас общался, теми, кому никогда не приходилось бороться. Именно эта маска надменности всегда вызывала у меня отторжение, не позволяя сходиться с людьми.

Но сейчас у меня была семья , чтобы строить отношения и в придачу социальная жизнь. Было странно приспосабливаться к жизни, в которой я регулярно проводил время с людьми, которые мне нравились, но я приветствовал это, как пустыня первый дождь сезона. Я не догадывался, насколько обделен был ранее.

Я задавался вопросом, как Ноа будет вести себя в компании, где он будет единственным человеком. Ему придется привыкнуть к этому из-за моей растущей общественной жизни. Он был новичком в этом городе, поэтому у него было не много человеческих друзей, но они ему понадобятся. Может быть, когда у него будет ребенок, он сможет подружиться с другими родителями. У него должна быть собственный круг общения, помимо меня.

Я провел этот вечер, просматривая Интернет в поисках детских товаров. Нам придется оборудовать детскую, а позже, где-то через год, подумать о том, чтобы переехать в жилье большей площади. После рождения драконы развивались не так быстро, но они действительно созревали быстрее, чем человеческие дети. Ходить и говорить он сможет уже через год.

В конце концов, я отвлекся от своих поисков, чтоб просмотреть события в Лейк-Сити. В преддверии весны в городе устраивали праздник еды и вина. Ноа, казалось, нравилось ходить в рестораны, поэтому я знал, что ему это понравится. Я сбросил ему сообщение, спрашивая, не хочет ли он пойти. Если я собирался растить ребенка с этим человеком, то стоило стать ближе к нему, а походы на различные мероприятия — так же как и секс — самый лучший способ добиться этого.

К сожалению, из-за плохого самочувствия Ноа, прямо сейчас секс был недоступен. Я не думал, что тошнота продлится так долго, но, в конце концов, все данные, которые я изучил, относились к человеческим женщинам. Должны быть различия между протеканием беременности у драконов и у людей, а информации о людях, вынашивающих ребенка оборотня тоже было не много.

Мы вместе вступали в новый мир. Чувствуя желание облегчить ему все это, я решил написать Даниэлю и спросить его совета. Я собирался стать самым лучшим бойфрендом и заставить Ноа увидеть это.


Глава 9. Ноа

Я понятия не имел, о чем думал Уэсли. Кому придет в голову, что было бы неплохо привести беременного человека на фестиваль еды и вина? Меня убивали все эти странные запахи, и, конечно, я не мог пить. Я понял, что он пытается быть милым, и я это оценил, но мужик совершенно не понимал моей проблемы.

Еще одна маленькая волна тошноты прошла через меня, когда моего носа достиг запах жареной рыбы. Фу, было отвратительно. Как правило, я любил жареное. Но запах сразу привнес мысль о жирной пище и сопутствующих гадостях, и к тому времени, когда мы прошли мимо прилавка, меня практически вырвало.

— Фу, - сказал я. — Я сейчас не настроен на жареную пищу.

Уэсли повернулся ко мне, его брови выдавали его беспокойство.

— А как насчет салата? Достаточно легкая еда, правда?

— Я мог бы попробовать салат. Может, салат с картофельными чипсами?

— Картофельные чипсы?

— Да, почему бы и нет? - Я не мог сказать, действительно ли это была хорошая идея или это была какая-то странная потребность из-за беременности.

— Я не думаю, что они продают здесь эту конкретную комбинацию, - сказал он. — Но, может быть, мы сможем найти вам подходящий салат.

Он взял меня за руку, сжимая ее, и я сжал его руку в ответ. Он быстро понял, что это свидание было ошибкой, и старался сгладить впечатление, проявляя повышенную заботу. Я оценил это. Но что я на самом деле хотел бы оценить — это пойти домой пораньше. Мне было все трудней оставаться в этом месте. Как только я нюхал что-то вкусное, на меня немедленно нападало что-то отвратительное.

— Как тебе это место?

— Хмм.. Фермерская пища из долины Лейксайд. Предполагаю, это может быть неплохо. - Я прошел и заглянул в меню. — Ты действительно не ошибешься, если выберешь салат Цезарь.

Уэсли оплатил мой салат и взял себе буррито. Несмотря на морозный воздух, было не так холодно, потому что зима подходила к концу, так что народу на фестивале было много. Было трудно найти место, чтоб поесть спокойно, так что мы сели на газон перед музеем, присоединившись к паре десятков других людей.

Пока я ковырялся в салате, я рассматривал ряд из фургонов и киосков, тянущийся вдоль дороги и людей, которые устало тащились вдоль него, чтоб поесть или попробовать образцы пищи. Казалось, Уэсли успел перепробовать все, в то время как я ограничился парой образцов, которые казались удобоваримыми.

К счастью, салат не вызвал у меня новый приступ тошноты. Уф. Меня все раздражало не только из-за того, что чувствовал себя больным, но и из-за того, что тошнота была классическим симптомом беременности. Это было то самое ежедневное напоминание, которое делало беременность слишком реальной для меня. И эта реальность вызывала тревогу и беспокойство.

Я сумел доесть свой салат, несмотря на то, что мечтал вернуться домой и налопаться пасты. Боже, это так странно. Теперь я полностью понимал беременных женщин, которые жаждали мороженого с солеными огурцами или другие странные сочетания. Пока я не дошел до этого, но не удивился бы...

— Готов уйти отсюда? - спросил Уэсли.

— Да уж, - сказал я.

Он протянул руку, чтобы помочь мне подняться. После того, как я начал набирать вес, меня стали мучить боли в пояснице и в других странных местах.

Пока было холодно, я мог прикрыть курткой свой округлившийся живот, но делать это в офисе с каждым днем становилось все сложнее. Мои коллеги, вероятно, считали, что я поправился, что не было совсем уж ложью. Я слишком легко уставал, чтобы заниматься спортом, да и не рисковал с настолько быстро развивающейся беременностью.

Уэсли позвонил своему водителю, который нашел нас в конце улицы, где проходил фестиваль. Он довез меня до дома, где я и остался наедине со своими переживаниями. А у меня их было достаточно.

Теперь, когда появление ребенка было все ближе, следовало задуматься, как сообщить эту новость не только моим родителям, но и моей компании. Я понятия не имел, как сказать им, что мне нужен отпуск по уходу за ребенком. Одна мысль об этом заставляла тревогу вонзать в меня ледяные когти. Иногда я не мог заснуть из-за беспокойства, что, конечно было очень плохо для малыша.

А еще я никак не мог осознать то, что Уэсли является драконом. После того, как я решил сфокусироваться на ребенке, я отбрасывал эти мысли на задний план, но образ его дракона, казалось, был выжжен у меня в мозгу. Его сияющие багровые чешуйки с фиолетовым отливом, его кожистые крылья, сложенные как зонт, и его огромные смертельно опасные когти... Все это было частью того человека, к которому у меня были чувства.

Раздражающий голос в моей голове настаивал на том, что он был чудовищем, что он многое скрывал, что он не способен любить меня так, как я его полюбил. Я чувствовал себя ужасно виноватым, когда я так думал. В конце концов, он был добр и заботился обо мне, узнав об этой неожиданной беременности.

Но он даже не был человеком. Знал ли я его на самом деле?

У меня была одна идея, которую я в последнее время отбрасывал. Мне это не нравилось, но, казалось, для меня это наилучшая возможность. Как бы мне не нравился Уэсли, не так уж хорошо я его знал. Но был один человек, на которого я всегда мог рассчитывать — моя мама.

Что если я вернусь в Роксбург и попрошу ее помочь с ребенком? Мне придется бросить работу в BHS, что хреново, но ее помощь будет неоценима. Она хорошо заботилась обо мне, так что она точно знала бы, что делать. И мне не придется беспокоиться о зависимости от Уэсли. Будет неловко сидеть на шее у матери, но лучше у нее, чем у Уэсли. На протяжении многих лет я видел, как моя мама зависела от мужчин. Она вернулась на работу, прежде чем встретила Гэри, но годы до него были сложными.

Когда у тебя нет денег, ты ждешь милости от кого-то.

Хм, думал я. Это было слишком много для осознания. В то же время я понял, что никогда не анализировал свои чувства к маме с ее вереницей мужей. Я подавлял их, понимая, что подросток не должен вмешиваться с советами во взрослые взаимоотношения. Рассказывать ей о своих чувствах было бессмысленно. Лучшее, на что я мог надеяться это то что Гэри останется навсегда.

Я свернулся калачиком в постели, чтоб еще немного поспать. Даже короткая прогулка по фестивалю еды и вина сильно вымотала меня. Я укрылся одеялом и положил руку на живот, задумавшись, когда ребенок начнет пинаться. Эй, подумал я. Тут со мной есть еще кое-кто — мой малыш.


Всю следующую неделю я переживал из-за предстоящего трудного разговора с Уэсли. Я знал, что мысль о том, что он станет отцом, приводила его в восторг, но хоть мне и не хотелось отнимать у него это, я также знал, что должен поступать так, как будет лучше для меня. И это означает быть рядом с мамой и той поддержкой, которую она сможет оказать. Несмотря на то, что я не обсуждал с ней этого, я был уверен в ее согласии.

— Итак, - начал я, стараясь удерживать зрительный контакт, вместо того, чтобы виновато отводить взгляд. — Я решил, что будет лучше, если я вернусь домой к родителям.

Глаза Уэсли расширились.

— Для чего?

Черт, подумал я. Кажется для него это неожиданно.

Я собрал всю свою смелость и постарался говорить уверенным тоном.

— Моя мама и Гэри смогут помочь мне заботиться о ребенке. Я хочу иметь возможность получить поддержку моей семьи в критический первый год.

Похоже, Уэсли запаниковал. Я предполагал, что он не будет рад перспективе жить вдали от ребенка, но я должен был сделать это.

— Ты не можешь, - ответил он.

Я вздохнул.

— Я решил, что так будет лучше.

— Нет, я имею в виду, ты на самом деле не можешь, - сказал он. Я никогда не видел Уэсли таким возбужденным. Если ребенок родится драконом, как ты собираешься это объяснять? И как ты собираешься учить его быть драконом? Кто справится с его первой трансформацией и убедится, что он не сожжет при этом дом? Я нужен тебе!

Теперь наступила моя очередь быть потрясенным.

— Черт побери!

— Воспитать оборотня нелегко. Тебе понадобится вся помощь, которую ты только сможешь получить. И я не думаю, что твоя мама знает, что делать.

— Блядь, - сказал я, обхватив голову руками. Вся эта чертова ситуация превращалась в полный бардак. Каждый раз, как я приходил к какому-то решению, что-то ему препятствовало.

— Значит, я застрял здесь, так? - спросил я. Против воли мой голос был наполнен гневом. Это было нелепо. Я не хотел забеременеть от гребаного монстра и связаться с его гребаным сообществом монстров.

Уэсли выглядел несчастным, его рот обиженно искривился, но мне было все равно — я думал о ребенке.

— Через год, если ты захочешь, то сможешь уехать. К тому времени он будет чуть более стабилен, и ты будешь знать, как с ним справляться, если что-то случиться. Но для дракона не слишком хорошо жить без других драконов. Уж я-то знаю.

Я был в ярости.

— Блядь, - снова сказал я, неспособный подумать о чем-то еще. — Я думаю, что мне надо поехать домой. Я не могу больше.

— Тебя подвезти?

— Нет. Мне от тебя ничего не нужно, - я встал и сделал глубокий вдох, прежде чем сделать что-то по-настоящему глупое. Я надел свою куртку и вышел, ежесекундно осознавая опухоль у меня в животе. В этот момент все зарождающиеся родительские чувства были сметены потоком моего гнева. Обычно я был не склонен к подобным эмоциям, но происходящее выбило меня из колеи. Я приехал в Лейк-Сити, потому что стремился к свободе. Теперь я должен был потерять ее.

Если бы я был честен перед собой, то признался бы, что за моим гневом скрывался страх. Разве не всегда так? Я боялся, как изменится моя жизнь. Я боялся ответственности за воспитание ребенка, который даже не был человеком. Я боялся, что подумают другие люди. Я боялся того, что произойдет с моим телом.

Было много всего пугающего.

И хотя Уэсли был хорош, но я просто не мог заставить себя довериться ему и найти утешение в нем, теперь, когда я знал его секрет. Как я мог, после того, как увидел страшного зверя, которым он мог стать? Если бы я наткнулся на дракона в лесу или еще где-то, я бы подумал, что моя песенка спета. Он был похож на хищника, которому ничего не стоит убить меня. Это приводило в ужас.

И возможно, один из этих монстров находился у меня в животе.

То, что беременность сделала мои эмоции похожими на американские горки, тоже не помогало. В какие-то дни я был весел, в другие раздражался по любому поводу. Иногда настроение менялось каждый час, из-за чего мне было еще сложнее понять, чего бы мне хотелось на самом деле.

Ну, я точно знал, что хочу сохранить этого ребенка, так что мне следовало сфокусироваться на здоровье, а все остальные вопросы решать потом. Несмотря на то, что изначально я не хотел его или ее, но сейчас уже поздно было думать об этом.

Все, что я должен был делать, это продолжать визиты к доктору Мэдисону и позволить ему позаботиться обо мне. Это был еще один человек, на которого я мог рассчитывать, тот, кто был со мной откровенен и позволял мне принимать те решения, которые я считал лучшими. Это все, что я хотел, - подумал я, - выбор.

Некоторая самостоятельность в том, как мне жить дальше.

На следующий день я обнаружил, что Уэсли написал мне сообщение. «Я знаю, что сейчас у тебя тяжелое время. Я просто хочу, чтобы ты знал, что, если захочешь, для тебя в моем доме найдется комната. Я позабочусь о тебе. Ты не одинок».

Вау, подумал я. Для него это было довольно эмоционально. И я не мог отрицать, что меня эти слова успокоили. Единственное, что мешало мне принять помощь, было его драконьей природой. Это можно было легко игнорировать, потому что, казалось, это не было огромной частью его повседневной жизни. Но когда я вспоминал те змеиные глаза...

Однако он был не совсем драконом. Какое слово он использовал? Оборотень? Он был драконом-оборотнем. Он был тем, кто мог превратиться в дракона, а не драконом. Как верволк, но иначе.

Возможно, я смогу принять это в таком виде.

Я почистил зубы, побрился и принял душ. Я недавно приобрел несколько толстых свитеров. Весна в Лейк-Сити наступала рано, но я собирался носить их еще какое-то время. Они отлично справлялись с тем, чтобы прятать мой живот.

В конце концов, об этом не стоило слишком беспокоиться. Как заметил доктор Мэдисон, такие люди, как я, были весьма искусны, игнорируя то, что противоречило их мировоззрению. Никто не сможет предположить, что я беременный.

Однако мне придется оставить работу. И так как проект быстро развивался, я не думал, что они захотят меня нанять повторно. Слишком многое должно было произойти; им будет проще нанять нового постоянного сотрудника, вместо того, чтобы пытаться обучать временных.

К моему удивлению, я не слишком расстраивался из-за ухода из BHS. Это был неплохой способ проводить время, но... Чувство бессмысленности происходящего засело у меня в сознании. Ну, это было не совсем бессмысленно. Но это было не то, чем мне хотелось бы заниматься. У меня было убеждение, что я мог бы распорядиться своим временем более мудро. Но как? Заботиться о ребенке? Работать волонтером? После всех усилий, затраченных на получение МВА глупо было бросать все это. Мне нравилось управлять проектами и созидать. Мне не хотелось прекращать этим заниматься. Я вздохнул. Вот и еще кое-что, о чем я подумаю позже.

Когда я в тот день встретился с доктором Мэдисоном, я решил задать этот вопрос ему. Конечно, он должен знать, что делали другие оборотни, когда сталкивались с той же проблемой. Как оказалось, было простое решение.

— Отпуск по медицинским показаниям, - сказал он. — Компании редко проверяют слишком тщательно, когда у вас есть предписание врача. И у нас есть контакты в отделах по работе с персоналом, которые могут подтолкнуть проверку в правильном направлении.

— Слава Богу, - сказал я. — Я действительно волновался.

— Это можно понять, - сказал он, улыбаясь. — Но это распространенная проблема, поэтому вам не нужно беспокоиться.

С моих плеч свалился огромный груз. Часть меня все еще сомневалась в том, что это может быть так просто - записка врача, действительно, так же, как и в старшей школе? - но он сказал, что другие оборотни проделывали это раньше, поэтому мне пришлось поверить, что так или иначе это работало. Я не знал, какие еще трюки используют оборотни.

Мы потратили некоторое время на оформление документов, и он выдал мне официальное заключение.

— Отдел персонала вашей компании не будет счастлив, - сказал он, - тем более, как вы говорите, вы участвуете в большом проекте. Но если у них возникнут вопросы, направьте их в мой офис, и мы разберемся.

— Спасибо, доктор Мэдисон, - искренне поблагодарил я.

— Как думаете, вы вернетесь на работу?

Я отвернулся, задумываясь.

— Не знаю, - ответил я честно.

— Простите мое любопытство, звучит так, будто вы не в восторге от возможности вернуться в офис. У вас будет время подумать о том, чем бы вам действительно хотелось заниматься, - кивнул он задумчиво.

— Да, я тоже так думаю, - согласился я. — В любом случае спасибо, доктор Мэдисон.

Когда я вышел, то чувствовал себя значительно лучше. Я крепко сжимал бумаги, будто они в любой момент могли исчезнуть.

Я чувствовал обиду по отношению к Уэсли и ребенку, как будто это они украли мою жизнь, хотя и понимал, что это иррационально. До их появления моя карьера отлично продвигалась.

С другой стороны, родительство — отличное приключение. Я знал это совершенно точно. В последние несколько недель эта мысль очень согревала меня, и я понял, что с нетерпением жду этого. И приятной новостью по поводу оборотней стало то, что они развиваются быстрее, так что я практически пропущу стадию новорожденного и сразу перейду к веселью — это был положительный момент.

Придя на работу на следующее утро, я сразу направился в офис к Даррену. Лучше пройти через это сразу, думал я, иначе это будет весь день разъедать мой мозг.

— Даррен, ты тут?

— Ноа! - улыбнулся он. — С чем пришел?

— Ну, я не знаю, как ты это воспримешь, но мне нужен отпуск по медицинским показаниям.

К счастью мой голос не дрогнул, хотя я видел, что Даррен настроен скептически. Я чувствовал себя как маленький ребенок, который пытается отделаться от чего-то, хотя я знал, что у меня был совершенно обоснованный повод.

— Я понятия не имел, что с тобой что-то не так, - сказал Даррен.

— Ну, да, - сказал я, вздыхая. Вероятно, мне стоило изобразить разочарование из-за своего ухода. — Я не хочу вдаваться в подробности, но у меня есть предписание от моего врача.

Я вручил папку, которую приготовил доктор Мэдисон, и он начал листать бумаги.

— Почему я не слышал об этом докторе? - спросил он. Мы изучили множество поставщиков медицинских услуг, прежде чем сунуться в это болото.

Я пожал плечами.

— Он аккредитован и хорошо известен. Мне его порекомендовал человек, которому я доверяю, и он отлично справился с тем, чтоб обеспечить мне все необходимое.

Даррен нахмурился.

— Но если у вас такая серьезная болезнь, что вам необходим отпуск по медицинским показаниям, что вы делали в той клинике по соседству?

Я не знал, что ответить на это.

— Что ж, полагаю, тебе виднее, - продолжил Даррен. — Но отдел по работе с персоналом захочет поговорить с врачом, чтоб уточнить ситуацию.

— Нет проблем.

— Итак, ты будешь работать еще только две недели? - уточнил он, не скрывая разочарования в голосе. Я подумал, что должен был организовать это раньше. Предупреждать за две недели недостаточно.

— Извините, все случилось так неожиданно.

— Я вижу. Это очень плохо, учитывая, как хорошо мы продвигаемся с этим проектом. Ты неплохо справлялся, - он посмотрел мне в глаза. — Но уверен, что мы сможем подобрать тебе место, когда ты будешь готов вернуться.

Черт, подумал я. Это была угроза. Или нет? Может у меня паранойя из-за гормонов? Это звучало так, будто меня полностью отстраняли от проекта. На самом деле, у меня было смутное подозрение, что он собирается устроить меня в качестве секретаря или еще кем-то низкоквалифицированным.

Нет, нет. Это просто паранойя. И я не мог контролировать реакцию Даррена - мне просто нужно было провести мой отпуск с пользой.

— Спасибо, Даррен, - сказал я. — Опять же, я очень извиняюсь, но в любом случае я не смогу продолжать в команде, из-за болезни.

— Знаю, знаю. Сделайте все возможное для нас в последние две недели.

Я был так рад, что разговор закончился. Было слишком странно думать, что он понятия не имел, что я беременный. Если бы я был женщиной, все бы сразу заметили ее. Но теперь все просто подумали, что я вдруг отрастил пивной животик. Теперь они все, вероятно, подумают, что это был признак «болезни».

Слухи разошлись быстро. Я начинал получать всевозможные добрые пожелания, даже от людей, с которыми я даже не общался раньше. Они все рассказывали мне о том, как они надеялись, что я поправлюсь и вернусь в команду в кратчайшие сроки. Это было мило, но странно, потому что я на самом деле не болел - просто был беременным - и это было действительно счастливое событие.

Ну что ж. Они узнают позже, если я вернусь в BHS. После работы я позвонил Уэсли и сказал ему, что обратился с просьбой о медицинском отпуске.

— Отличная идея, - сказал он. — Надеюсь, доктор Мэдисон помог тебе?

— Он спас меня, честно говоря, - сказал я. — Он так легко все решил.

— Ну, оборотни все время занимаются этим, - сказал Уэсли.

— Он так и сказал.

— У меня есть несколько сотрудников, которым пришлось взять отпуск по медицинским показаниям. Я, очевидно, позволил им сделать это без особых проблем, - рассмеялся Уэсли. — И тогда они загадочным образом вернулись после болезни с новым ребенком.

— Подожди. Как я буду объяснять это? - Запаниковал я. Вот еще одна проблема, с которой придется столкнуться.

— Усыновление, - сказал он. — Их судили за это, но как только появились фотографии ребенка, все закончилось.

— Но потом ребенок быстро развивался, верно? Как они объяснили это?

— Я не знаю, - признался он. — Тебе придется спросить доктора Мэдисона.

Не думаю, что коллеги были достаточно знакомы с детьми, чтобы заметить несоответствие.

— Странно.

— Ты удивишься, узнав, какие вещи люди могут игнорировать, - сказал Уэсли.

— Да, да, я понял. В общем, я просто хотел, чтобы ты знал.

— Ты получил мое сообщение? - спросил он с надеждой в голосе.

— Получил. Но я еще не придумал, как хочу поступить.

— Надеюсь, ты сделаешь правильный выбор.

— Я тоже на это надеюсь.


Глава 10. Уэсли

— Ну, вот и все, - сказал Ноа, бросая на землю последний ящик. — Можете ему передать, что мы закончили.

— Хорошо, - ответил я, подходя к машине, чтобы дать знать водителю, что мы закончили.

После пары недель размышлений, Ноа таки согласился переехать ко мне. Для него это было тяжелым решением, но для меня не было другого правильного ответа.

Он не мог вернуться к своей матери, которая возможно смогла бы обеспечить отличный уход за человеческим ребенком, но маленького дракончика должны воспитывать драконы.

Были определенные правила, которые я собирался внушить в самом раннем возрасте, и я не собирался пренебрегать воспитанием своего ребенка.

В данный момент Ноа был большим. Слишком большим. Он уже отработал свою последнюю неделю и жаловался, что коллеги бросают на него странные взгляды.

— Теперь я знаю, что чувствуют беременные женщины, - рассказывал он, — когда все рассматривают твой живот и просто пялятся. Так странно быть у всех на обозрении.

Я изо всех сил старался выслушивать его, но все равно не мог даже представить, через что он проходил. Беременность для меня была столь же чуждым состоянием, как и для него.

Потный и измученный, он присел на диван рядом со мной. В Лейк-Сити наступила весна. На улице было еще свежо, солнце пекло все жарче и светило ярче, чем в последние несколько месяцев, так что перетаскивание ящиков заставило нас пропотеть. Конечно, я настоял на том, чтоб все тяжелые ящики достались мне. Казалось, Ноа наслаждался особым отношением.

Я нежно обнял его, и он прижался ко мне. Я удовлетворенно вздохнул. Наконец-то, моя пара и мой ребенок были рядом со мной, именно там где им и следовало быть. Я чувствовал, что впервые за долгое время могу расслабиться.

Но я все еще хотел, чтоб он проникся мыслью остаться здесь со мной. Его желание переехать в Роксбург потрясло меня и напомнило, что я могу потерять свою пару и ребенка так же легко, как я их нашел.

На обед мы заказали китайскую еду с доставкой на дом, потому что это оказалось именно тем, чего захотел Ноа. Я не возражал, потому что у него было трудное время, роды приближались, поэтому я был счастлив исполнить любое его желание.

После еды мы снова уселись на диване в обнимку, переключая каналы на телевизоре. Просто удивительно, как на сотне оплачиваемых мной каналов было нечего смотреть.

— Эй, Уэсли, - сказал Ноа, — спасибо тебе.

— Спасибо?

— За все это. Ты был просто потрясающим партнером во время всей этой беременности, и я чувствую, что не достаточно ценил это. Ты просто класс.

Он опустил голову на мое плечо.

— Могу сказать то же самое про тебя, - ответил я, искренне ошеломленный. Все это время я думал, что он меня боится или злится на меня или еще что-то в этом же роде. Было приятно почувствовать, что тебя ценят. Как правило, я мог это почувствовать только на работе, когда раздавал рождественские бонусы.

— Это правда, - продолжил он. — Мне потребовалось время, чтоб справиться с шоком от всего этого, но я освоился с идеей моей новой жизни и осознал, что ты всегда был надежным другом.

— Я старался, - сказал я усмехаясь.

Я был невероятно рад тому, что сказал Ноа. Наконец я смог ощутить, что у этих отношений есть будущее. До сих пор я был настолько не уверен в этом, что, хоть я не осознавал, но это вызывало огромный стресс. Теперь я знал, что мы с Ноа на одной волне, ну или, по-крайней мере, очень близко к этому, и я чувствовал, как будто с меня сняли огромную тяжесть.

Он вздохнул.

— Чувствую себя мокрым.

Он встал и провел рукой по задней стороне штанов. Я увидел, как темное пятно расползается по голубой ткани.

— Похоже, отошли воды, - сказал я.

— Ох ты черт, не может быть!

— Да уж. И продолжают идти?

— Практически стекают по бедрам. Ужасно противное ощущение.

— Ребенок! Мы должны как можно скорее доставить тебя к доктору Мэдисону! Время пришло.

— Черт, все мои вещи еще не распакованы, - сказал он, отчаянно озираясь, разыскивая свой телефон и кошелек.

— Все нормально. В клинике есть все, что нужно. Я схватил его куртку и набросил ее на плечи Ноа. Солнце уже почти село, так что скоро похолодает.

Он поспешно переоделся в другие джинсы, вытирая себя старыми.

— Что? - спросил он, видя мое нетерпение. — Я замерзну в мокрых джинсах.

Я позвонил Маркусу и предупредил его быть наготове как раз перед тем, как мы спустились на лифте, и вышли на улицу. Когда черный седан остановился, я открыл дверь для Ноа, а сам запрыгнул с другой стороны.

— В клинику доктора Мэдисона, и поторопись, - приказал я.

В голове все время прокручивались разные варианты. Мне хотелось сделать все правильно, но о беременности и родах я знал очень мало. Я привык владеть полной информацией, и было трудно чувствовать себя беспомощным, когда речь шла о благополучии тех, кто мне дорог.

Ноа всю дорогу держал меня за руку, сжимая крепче во время схваток. Он постанывал. Капля пота стекала по его брови. Я сожалел, что не захватил полотенце, чтоб помочь ему.

К счастью, час пик уже закончился, и народу было немного. Мы без проблем промчались по улице и вскоре остановились у входа в клинику доктора Мэдисона. Табличка в окне давала понять, что все закрыто, но я- то знал, что ее вывесили специально, чтоб отпугнуть случайных людей.

Под внимательным взглядом медсестры, мы вошли внутрь.

— У него отошли воды, - быстро предупредил я.

— Поняла, - кивая, ответила она. Торопливо встав, она вышла, вероятно, чтоб позвать доктора. Мы с Ноа, вцепившимся в меня, так и стояли в вестибюле. Его глаза были закрыты, и челюсти сжаты. Я обнял его. Было ужасно чувствовать себя совершенно беспомощным.

Минуту спустя вышла медсестра и пригласила нас проследовать за ней.

— Меня зовут Несса, - представилась она, - а вы, должно быть Ноа и Уэсли. Доктор Мэдисон рассказал мне о вашей ситуации. Он ждет вас.

Несса привела нас в большое помещение, похожее на операционную. Я чувствовал себя неловко, входя внутрь. Несмотря на то, что клиника обслуживала также и оборотней, я не мог отбросить мысль о том, что больницы и клиники это такие места, куда можно только людям. Хотя они и были необходимы, но выглядели неестественно.

Я покачал головой. Мне следовало отбросить свои эмоции, потому что я был здесь ради Ноа. Он все еще постанывал, но старался скрыть это, так что мы не могли понять, насколько плохо он себя чувствовал.

Несса помогла ему лечь на операционный стол, в то время как через другую дверь вошел доктор Мэдисон.

— Рад видеть вас обоих, - поприветствовал он, — давайте посмотрим, что тут у нас.

— Ты хочешь, чтоб я остался с тобой? - спросил я Ноа.

— Да. Конечно. - Он откинулся назад и закрыл глаза. Я взял его за руку и сжал ее.

Перед операцией требовалось подготовиться. Сначала его переодели в одноразовый халат. Затем его уложили ровно и поместили экран поперек его тела, так что он не мог видеть саму операцию. Ему дали наркоз и подготовили инструменты. Я расположился на удобном стуле рядом с головой Ноа, так что мог держать его за руку на протяжении всего происходящего.

Наркоз уже начал действовать, и он погружался в сон

— Не могу дождаться встречи с моим ребенком, - сказал он.

— Для сына или дочери мы постараемся создать самую лучшую жизнь, правда? - спросил я, стараясь за улыбкой скрыть свое волнение.

— Правда, - он сжал мою руку, но хватка была уже слабой. Наркоз расслаблял его.

Я не имел представления о том, что происходило по ту сторону экрана, и не хотел это знать. Я не боялся крови, но не чувствовал необходимости видеть это. Я был тут для того, чтоб обеспечить поддержку Ноа и этим и занимался.

Однако ждать пришлось долго. Пока Ноа был под наркозом, мне оставалось беспокоиться. Через экран я видел тени от движений доктора, но, к счастью, без подробностей. Я все еще не мог поверить, что через несколько часов у нас будет ребенок. Надеюсь, он будет оборотнем. Конечно, наверняка мы узнаем не раньше чем через пару месяцев, но большинство детей, у которых хотя бы один родитель был оборотнем, наследовали это свойство.

А еще были те, чья первая трансформация происходила позднее. Но не важно, будет ли наш ребенок оборачиваться, я был готов любить его, как воплощение моего союза с человеком, которого я любил.

«Я еще не сказал ему об этом», - подумал я. Я не произнес три волшебных слова. Переживания из-за беременности захватили нас, и, хотя мы пытались развивать наши отношения, выходя на свидания и всякое такое, мы не говорили друг другу о своих чувствах. Я собирался это исправить — сразу, как только буду уверен, что он готов соединить свою жизнь со мной.

Со стороны Ноа раздался шум, и я немедленно повернулся к нему.

— Как ты?

— Смешное ощущение, - ответил он.

Я подавил внезапную панику.

— Что за ощущение?

— Операция. Чувствую, как они там ковыряются. Где ребенок?

— Думаю, уже скоро, - расслабился я.

— Ребенок выглядит прекрасно, - сказал доктор Мэдисон, - через несколько минут сможете увидеть новорожденного.

Ожидание убивало меня. Мне хотелось встать и сделать что-нибудь, мой дракон отказывался сидеть смирно, когда происходит что-то настолько значимое, но я должен быть терпеливым.

После этих долгих минут врачи наконец-то передали запеленатый сверток с той стороны экрана и отдали его Ноа. Я почти подпрыгнул, и наклонился, чтоб взглянуть на нашего ребенка.

— Это мальчик, - сказал доктор Мэдисон. — У вас родился маленький мальчик.

— Вы уже думали об имени? - спросила Несса.

Я взглянул на Ноа. Мы обсуждали несколько вариантов, но я оставил выбор за ним.

— Эндрю, в честь моего отца. Эндрю Гарольд.

Я лучезарно улыбнулся ему.

— Много форм домашнего имени. Будет из чего выбрать, - заметила Несса.

Я рассмеялся.

— Даже не подумал об этом. Действительно удобно.

Нам дали время пообниматься, прежде чем забрать его и сделать прививки и другие необходимые процедуры. Когда настала моя очередь держать его, я был в восторге. Я не мог поверить, что Ноа и я создали этого маленького парня. Он родился спокойно и теперь спал, крепко зажмурив глаза.

Неохотно я передал его врачам, чтобы они могли выполнить свою работу.

— Боже, он такой милый, - сказал Ноа, наблюдая, как они уходят.

— Самый милый - сказал я. Я сел в кресло и посмотрел на Ноа. Он выглядел истощенным; у него были огромные мешки под глазами, и его волосы, торчавшие в разные стороны, нуждались в мытье.

Но он словно светился изнутри. Я мог сказать, что он был счастлив, и это делало его прекрасным.

— Не могу поверить, что он тут. Энди или Дрю или, может быть Гарри, если он захочет использовать второе имя, - задумчиво проговорил Ноа.

— Не могу поверить, что у меня прямо сейчас проснулись родительские инстинкты.

— И я. Они были и раньше, но сейчас и впрямь будто включились на полную мощность, - сказал Ноа. — Хочу снова его обнимать. Каждая секунда вдали от него...

— И теперь так будет всегда, - сказал я.

— Да уж. Трудно поверить, - покачал головой Ноа.

— Что случилось?

— До этого момента все казалось сном, как будто это все нереально и ничего не значит. Отныне я хочу делать только то, что имеет значение. - Он посмотрел на меня. Несмотря на то, что он еще не совсем отошел от наркоза, его глаза светились убежденностью.

— Что, например?

— Я не хочу возвращаться в BHS. Тот фильм, что мы посмотрели когда-то, заставил меня задуматься. Я хочу делать что-то, что бы реально помогать людям.

Я был удивлен.

— Не думал, что он произвел на тебя такой эффект.

— Дело не только в этом, - признался он. - Теперь, когда у нас есть ребенок, у меня такое чувство, что я хочу сделать мир лучше для него. А BHS, конечно не та компания, которая разрушает окружающую среду или что-то еще, но они и не помогают.

— Можно и так сказать.

Мне было интересно, какие еще признания он сделает, будучи одурманенным наркозом, но я не подталкивал его. Он говорил так, будто вполне ясно мыслит.

Доктор вернулся с малышом Эндрю, который больше не спал. В данный момент он кричал.

— Ему не понравились уколы, - сочувственно сказал доктор Мэдисон, передавая его Ноа.

— Мне они тоже не нравятся, - ответил Ноа, вглядываясь в Эндрю.

— Вот сумка с кое-какими принадлежностями. Витамины, буклеты, вещи, - Несса протянула мне тяжелую сумку. — Если что-нибудь понадобится, звоните, хорошо? - она улыбнулась.

— Конечно. Большое вам спасибо.

— Не беспокойтесь, - ответил доктор Мэдисон.

Попрощавшись, мы вернулись домой. К счастью, Эндрю в машине снова заснул, хотя я знал, что мне не долго осталось расслабляться. Принести домой новорожденного никогда не способствовало спокойному ночному сну.

Кажется, Ноа отошел от наркоза, но его мысли приобрели странное направление.

— Уэсли, а вот если вы драконы, почему вы не вылупляетесь из яиц?

Это было слишком смешно, я не смог сдержаться и захохотал.

— Мы не драконы. Мы драконы-оборотни. Наша первичная форма — человеческая, поэтому мы рождаемся людьми.

— О! - он плюхнулся на диван рядом со мной, удерживая Эндрю.

— Думаю, мы должны уложить его в кроватку, - сказал я.

— Я хочу еще посмотреть на него.

— Понимаю. Он просто чудо.

В конце концов, мы раздели и уложили Эндрю в кроватку, которую установили на этой неделе. Над ней висел мобиль с драконами, тот самый, который был у меня в детстве.

Блестящие фигурки драконов парили над кроваткой, охраняя ее своими металлическими когтями.

Мы неохотно оставили его в комнате, опасаясь, что за ночь может что-нибудь случиться, но поняли, что должны преодолеть свои страхи и поспать. Нас ожидали трудные месяцы, пока он не станет более независимым. И какое-то время мы не сможем общаться с ним.

Но всему свое время. Я был готов к тому, что в один прекрасный день жизнь изменится.


Глава 11. Ноа

— Ему нужно мясо? Ты, черт возьми, издеваешься надо мной? - сказал я, прочитав одну из брошюр, которые нам предоставил доктор Мэдисон.

— Дети-драконы едят мясо, точно, - сказал Уэсли. — Я знаю, это звучит странно для тебя, но поверь мне.

— У него даже нет зубов, - недоверчиво сказал я.

— Вот почему мы должны разделить его на мелкие кусочки. Его пищеварительная система позаботится обо всем остальном. Важно, чтобы он привык к разным видам продуктов с раннего возраста.

— Моя мама никогда не беспокоилась об этом. Я покачала головой. — Меня с первого дня кормили макаронами с некоторыми вариациями. Она не была хорошим поваром.

— Тогда тебе повезло, что у тебя есть я, потому что я более чем хорош на кухне.

Эндрю заморгал. Он был все еще очень мал, поэтому не требовал много внимания, хотя мы покупали ему игрушки. Я ходил к «Babies ‘R’ Us»(прим.пер. Магазин товаров для детей, оказывающий поддержку родителям новорожденных, отличающийся индивидуальным подходом), а Уэсли ходил ... Я не знал, куда ходил Уэсли. Но он возвращался с действительно изящными игрушками ручной работы в форме драконов.

Я был искренне впечатлен тем, как Уэсли справлялся с переменами. Я ожидал, что задумчивого одиночку будет раздражать необходимость заботиться о ребенке. Но он относился к этому с легкостью, как будто это было на самом деле его призвание, и он всю жизнь ждал, чтобы заниматься этим. Было просто замечательно наблюдать за ним.

И совершенно невероятно было наблюдать за Дрю, как мы его стали называть. В Роксбурге у моих кузин были дети, так что я видел их и знал, что время пока ребенок ничего не осознает длиться довольно долго. Но, казалось, что Дрю с каждым днем все лучше осознает мир. Он все больше интересовался нами и теми игрушками, что мы ему давали, и проявлял все большую любознательность. Уже скоро он начнет говорить. Я не мог дождаться, чтобы узнать, о чем он думает.

Теперь, когда Дрю был с нами, и мы увязли в рутине, хотя и постоянно меняющейся из-за того, что он постоянно бросал нам вызов, пришло время заняться и другими аспектами моей жизни, остававшимися на заднем плане. Одним из них были мои отношения с Уэсли. Я знал, что хочу быть с ним. Но мы все еще находились на той неловкой стадии узнавания друг друга, в то время как другие пары давно наслаждались бы медовым месяцем. Эти отношения начались очень необычно.

— Ты не хотел бы как-нибудь сходить со мной в поход, - спросил однажды Уэсли, — или даже в кемпинг?

— А как мы поступим с Дрю? - встревожился я.

— У меня есть кузен Даниэль, который готов присмотреть за ребенком, - сказал Уэсли. — У него много племянниц и племянников, а также жена учительница, так что он отлично ладит с детьми.

— Он действительно готов сделать это для нас? - спросил я скептически.

— Ну да. Мы не можем злоупотреблять этим, но он обещал, что будет помогать время от времени. — Уэсли пожал плечами. — Что-то о лояльности к семье. Это важно для драконов.

— Если ты ему доверяешь, тогда да, я бы с удовольствием сходил в поход. Здорово будет побыть только вдвоем.

Я был тронут тем, что Уэсли вспомнил, что мне нравилось проводить время на природе, и уже заранее радовался.

После того, как мы убедились, что Дрю растет здоровым и становится все более независимым, мы назначили дату поездки. Как бы сильно я не любил обнимать своего ребенка и кормить его, петь ему песни и читать ему книги, я с нетерпением ждал целого дня, когда Уэсли и я могли бы побыть наедине.

Я также хотел возобновить занятия спортом. Из-за беременности моя фигура испортилась. Кожа на животе свисала и была покрыта растяжками и у меня был лишний вес. Мне нужны были тренировки, чтобы прийти в форму.

— Прежде чем мы отправимся в эту поездку, ты должен узнать кое-что, - сказал Уэсли.

— Что? - спросил я, внезапно насторожившись.

— Я хожу в лес для того, чтоб выпустить своего дракона.

— О.

— Я знаю, что тебе это неприятно, но ради Дрю нужно, чтобы ты привык к этому. Ну и ради меня тоже, - добавил он.

— Что ты имеешь в виду?

— Ноа... Я люблю тебя. И я знаю, что ты тоже меня любишь. Но мне бы хотелось, чтоб ты мог принять всего меня, а мой дракон является важной частью меня. Хотя ты его не видишь, он тут и он воздействует на меня. Это часть моей личности. - Он казался неуверенным, как будто ожидал, что я снова начну кричать на него.

— Уэсли, я на самом деле не считаю тебя монстром, - сказал я, стыдясь того, как вел себя с ним. — Я просто испугался. Но теперь хочу попробовать еще раз.

Он оживился.

— Ты знаешь, одно из преимуществ того, чтоб встречаться с драконом — это возможность полетать.

— Полетать? - переспросил я.

— Я имею ввиду у меня на спине. Мы можем парить над долиной. Я знаю места — земли вервольфов — где нас никто не побеспокоит. Нам не придется переживать, что люди заметят дракона в небе. - Он был перевозбужден, его голос дрожал, как будто он выпил слишком много кофе.

— Похоже, ты давно не летал? - спросил я.

— Месяцы, - печально ответил он. — Ни одно летающее создание не может так долго обходиться без этого.

— Ну что ж, тогда мы должны сделать это.

Несмотря на то, что я не мог осознать, что он чувствует в этой ситуации, я переживал за него. Это отвратительно, когда ты должен долго скрывать часть себя ото всех.

Он стремительно приблизился ко мне и коснулся своим лбом моего.

— Я люблю тебя, Ноа.

— Я тоже люблю тебя, Уэсли. - Я поцеловал его в губы, позволяя поцелую превратиться во что-то более страстное. Я почувствовал облегчение в сердце.

В тот уикенд, на который была назначена поездка, в назначенное время Даниэль появился в квартире Уэсли. Мы решили, что ему стоит просто остаться с Дрю у нас дома, так как не хотели перевозить его лишний раз. Гретель должна была подойти попозже.

— Я ценю это, - сказал Уэсли.

— Разумеется, кузен, - ответил Даниэль. Он оценивающе взглянул на Дрю. — Мой маленький племянник будет со мной в целости и сохранности.

Успокоенные своим выбором няни, мы отправились в путь. На этот раз Уэсли воспользовался своей собственной машиной. Казалось абсурдным выезжать в лес на машине с шофером, неприметный внедорожник был более уместным и соответствовал всем нашим пожеланиям.

Лейк-Сити располагался в местности, где большие площади были отведены под сельское хозяйство, так что у нас не заняло много времени, чтобы найти выбранный парк. Он находился в горах, и большая часть его территории принадлежала стае волков. Уэсли объяснил мне, что волки заключили договор с Советом драконов, и все, что требовалось — упомянуть, что он был зарегистрирован.

Мысль о том, что у оборотней была своя иерархия почему-то заставила меня нервничать, я даже не знаю почему. Может быть, это напомнило мне о том, что Уэсли был другим, о том, как сильно он отличался от меня и остальных людей. «Смогу ли я когда-нибудь принять это», — думал я.

Он заранее позвонил, чтобы зарезервировать место для кемпинга, к которому мы подъезжали. Это была уединенная часть парка, поэтому поблизости никого не было. Это было то, что нужно для того, что мы планировали. Так же как скалистый утес в сотне метров по тропе.

Уэсли начал выгружать вещи из багажника и устанавливать палатку. Я изумлялся, насколько он хорош в этом. Встретив его впервые, я посчитал, что он относится к типу миллионера-плейбоя. Было удивительно видеть, насколько он опытен в походных условиях.

Погода была прохладной, но достаточно приятной, чтоб быть на природе. Я не мог дождаться, когда смогу выйти на улицу в легкой куртке или вообще без куртки.

Я с нетерпением ждал, когда смогу вывести Дрю и показать ему мир.

— Не терпится полетать? - спросил я, обратив внимание как Уэсли вглядывается сквозь деревья в небо над долиной. Он разминал руки и потягивался.

— Да уж точно, - согласился он.

— Почему бы не заняться этим прямо сейчас?

— Сейчас?

— Ты же можешь видеть в темноте, правильно? Не говори мне, что ты ни разу не летал по ночам, - улыбнулся я.

— Я совсем забыл про ночные полеты. Этим не советуют заниматься в одиночку, так что я давно этого не делал, но теперь, когда у меня есть ты...

— Так давай сделаем это! - вскрикнул я.

— Уверен в этом?

— Я тебе доверяю, - просто ответил я.

Казалось, это все, что ему нужно. Проверив дважды, что наша еда недоступна для медведей, мы отправились вниз по тропе, которую освещали оранжево-золотые лучи закатного солнца. Несмотря на то, что деревья еще были голыми поле зимы и только начинали покрываться крошечными зелеными почками, лес был прекрасным и таинственным, именно таким, каким я всегда его помнил.

Небольшой указатель подсказал направление к утесу, так что, раздвинув ветки мы выбрались на него. Ничего удивительного, что оттуда открывался великолепный вид. Яркий шар солнца на западе, и небо, менявшее цвет от желтого к оранжевому, красному, пурпурному и становилось темно-синим на востоке. Я мог видеть вершины гор, окрашенные всеми цветами радуги. Это было самое прекрасное зрелище в моей жизни, и оно стало еще прекраснее, когда появились сияющие звезды.

— Не могу больше ждать, - смеясь, сказал Уэсли. Он начал раздеваться, затем аккуратно сложил одежду под ближайший куст. Я видел, как он расставил руки, будто собрался нырять, и закрыл глаза.

Его кожа знакомо покрылась красной чешуей, а из спины проросли крылья, распахиваясь громадным куполом. Его голова росла и вытягивалась в драконью морду, а волосы, затвердев, стали шипами, спускавшимися через всю спину. Его ногти выросли в когти и длинный хлыстообразный хвост вытянулся из основания его спины.

Когда он закончил, я дрожал от страха и ничего не мог с этим поделать. Опыт первого раза был настолько тяжелым, что я заранее настраивался на ужас. Но я должен был преодолеть панику. Это был мой бойфренд, отец моего ребенка. Я закрыл глаза и, сделав несколько глубоких вдохов, шагнул к нему.

Я положил руку на его щеку. Чешуйки были твердыми, но теплыми, и казалось, что они светятся изнутри, как угли. Я прижался щекой к нему и наслаждался этим чувством. Он пах дымом и металлом. Мне вспомнился запах костра, который я ощутил, когда мы спали вместе. Неудивительно.

— Ты готов? - спросил он.

— Как никогда.

Он подставил мне предплечье размером с бревно, и я забрался на него. Он был таким огромным и жестким, что я за него не беспокоился. Я взобрался на его спину, устроившись в ложбинке перед его плечами, где между шипами была площадка. Затем я ухватился за его два длинных удобно расположенных рога.

Когда он шагнул вперед, я немного растерялся. До этого я никогда раньше не катался на слоне, но мне представлялось, что это должно быть похоже. Я был так высоко над землей и осматривал совсем под другим углом.

Он подошел к краю утеса, и мы заглянули за него. Наступила ночь, и небо окрасилось глубоким темно синим цветом. Над головой сияло множество звезд, гораздо больше, чем в Лейк-Сити. Это было почти, как вернуться в Роксбург. Все-таки мой родной город был прекрасен.

— Я готов взлететь, - сказал Уэсли. — Держись крепче.

Я совершенно не представлял, чего ожидать, так что я покрепче сжал рога, когда он с шелестом развернул крылья. И тогда он прыгнул с обрыва.

Несколько секунд в свободном падении были бодрящими, но жуткими, круче, чем любые американские горки. Я почувствовал, как мой желудок судорожно сжался от скорости. И вот дракон распахнул крылья с удивительно громким звуком, похожим на развертывание парашюта и поймал ветер. Это быстро остановило наше падение, и он смог взлететь над долиной.

Я хотел бы что-то сказать, но потерял дар речи. Да и что бы я мог сказать? Я летел на спине дракона, который оказался моим партнером. Ситуация была слишком странной для слов, и все же она казалась совершенно естественной. Конечно, я просто таким образом проводил время с моим партнером. Конечно.

Мы мало говорили. Мы просто наслаждались ощущением холодного воздуха, струящегося вокруг нас, и звуками ночных существ, просыпающихся и начинающих свой день. Я слышал хоры цикад и лягушек, звонящих со всех сторон в лесу, а также редкие крики совы или лисий лай.

Полная луна была яркой, так что даже моим дрянным человеческим глазам хватало света. Горы возвышались вокруг нас, и я получил хорошее представление о форме долины; это была чаша с деревней в самом центре, на берегу реки.

Уэсли внезапно устремился вниз, но я легко смог удержаться. Но потом он решил попробовать что-нибудь еще.

— Крепче сожми мою шею ногами, - предупредил он. — Давай попробуем кувыркнуться.

Я был не в восторге от этой идеи, но все равно согласился, так как доверял ему. Я держался так крепко, как мог, пока Уэсли набирал высоту, а затем снова рухнул вниз. Мое сердце билось у меня в горле, когда он стремительно выполнил серию кувырков, переворачиваясь так быстро, чтобы я не мог упасть.

— Это было классно, - воскликнул я, когда смог дышать. — Черт побери!

— Я же говорил, - сказал он самодовольно.

Я понятия не имел, как долго мы там пробыли. Казалось, время остановилось. Только мы, лес и долина. Воздух был совершенно прозрачен. Это была ночь волшебства.

Я думал, что Уэсли никогда не устанет, но это все-таки случилось. В конце концов, он вернулся к нашему утесу. Я был рад, что он вспомнил, где он находится, потому что, как я понял, он довольно далеко продвинулся к другой стороне долины. Я бы не смог найти дорогу. Вот тебе и взять приятеля на ночной полет!

Я боялся, что посадка будет жесткой, но все обошлось. Он смог контролировать свою скорость и изящно приземлился на скалу, усевшись на краю. Он подошел вплотную к тропе и наклонился, чтобы я мог сойти. Мои бедра и руки одеревенели, но я был счастлив. Даже более чем счастлив. Это было одно из лучших событий в моей жизни.

Пока я искал его вещи, он превратился в человека, и затем оделся.

— Я так понимаю, что тебе понравилось летать со мной, - прозвучало скорее как утверждение, а не вопрос.

— Это было круто, - решительно согласился я. — Мне понравилось.

— И мне. Так здорово разделить с кем-то эту радость, - Он подошел ближе и сжал меня в объятьях. Я уткнулся в его плечо, такое теплое и знакомо пахнущее дымом.

Когда я отстранился, то признался:

— Мне немного грустно, что я никогда не смогу поделиться ни с кем этими впечатлениями, это было так круто.

— Я знаю. Я чувствовал это много лет. Теперь у меня есть ты, - он поцеловал меня в лоб.

— Ну да, в конце концов, мы есть друг у друга. Но, черт возьми, так хочется похвастаться кому-нибудь... - Я не мог представить выражение лица моей мамы, если я ей скажу. У нее инфаркт будет.

— О, поверь мне, я хотел похвастаться сотни раз, - сказал Уэсли, когда мы пошли назад по тропе. — Я полностью понимаю искушение. Но это слишком рискованно. Плохие вещи случаются с драконами, которые не могут хранить секреты.

Судя по его тону, это было не просто предупреждением для меня, слишком грустно это прозвучало. Я взял его руку и сжал ее. Мне было интересно, но я не хотел давить на него.

Но, видимо, пришло время ему открыться.

— Мои бабушка и дедушка были убиты охотниками за сокровищами, - признался он.

— Мне так жаль.

Он покачал головой.

— Это произошло десятилетия назад. Я пережил это. Просто это грустно, вот и все.

— Люди отвратительны. Такие жадные. Не уважают другие виды. Даже представителей своего вида не уважают, если на то пошло.

— Многие люди стараются вести себя порядочно, - сказал Уэсли. — Но да, им трудно доверять по целому ряду причин.

Неудивительно, что он был таким отстраненным, когда мы впервые встретились, подумал я. Он защищал себя. Наверняка он даже должен был страдать от депрессии. Но, напомнил я себе, теперь мы были вместе. У нас была семья. Это было самое главное.

А еще я понял, что именно поэтому он был миллионером. Он был драконом, и у него была сокровищница. Это был своего рода виртуальная пещера, в духе времени, но она была чертовски громадной. Он добился отличных результатов.

Мы вернулись в лагерь, уставшие, но готовые поесть.

— Что тут у нас, - приговаривал я, копаясь в коробке с нашей едой. — Запеченные бобы? Вяленое мясо? Яйца?

— Я проголодался после полета, - сказал Уэсли. — Дай мне какой-нибудь протеин.

Он установил походную горелку, и мы работали вместе, чтобы приготовить сосиски и яйца. — Завтрак на ужин, - посмеялся я. Мы ели молча, слушая звуки природы. Было довольно шумно, многие животные подавали голоса.

— Боже, как я скучал по походам, - сказал я. Мы должны сделать это традицией. Подумай, мы сможем брать с собой Дрю, когда он станет постарше.

— Нам в любом случае придется, - сказал Уэсли. — Где еще он сможет научиться летать? Я, определенно, не могу делать это среди небоскребов.

— Ого, я даже об этом не думал, - сказал я.

— Ты и не должен был.

Когда мы закончили с ужином, мы вытащили спальные мешки и одеяла и устроили для себя уютное гнездо. Даже если бы было и не так тепло, сочетание всего нашего снаряжения, а также естественное тепло Уэсли позволяли оставаться в уюте и комфорте.

— Я вспомнил кое-что из детства, - внезапно нарушил тишину Уэсли.

— И что же это?

— Просто история, которую рассказывала моя мама перед сном. Я не знаю, имеет ли это смысл, но сейчас, кажется удачный момент, чтоб поделиться. У драконов есть легенда об истинных парах.

— Как это? Вроде родственных душ?

— Думаю да. Это сходные концепции, но мама описывала их так, будто это реально работает. Я знаю, что волки до сих пор придерживаются этого. Во всяком случае, легенда говорит, что у каждого оборотня существует истинная пара. Только одна. И если мы не находим свою истинную пару, мы обречены провести жизнь в одиночестве. - Он задумчиво отвел взгляд.

— Это звучит удручающе, - сказал я

— Да. Но и романтично, я считаю. Когда я встретил тебя, меня охватило таинственное чувство, непохожее ни на что из того, что я когда-либо чувствовал раньше. Меня сильно тянуло, влекло к тебе. И я не знал что это, потому что никто никогда не вызывал во мне такой реакции. Это заставило меня задуматься над легендой, в которой говорится, что оборотень узнает, когда встречает свою истинную пару. Я подумал, что ты был моей половинкой. - Он усмехнулся.

— Ты действительно так думаешь? - спросил я. Легенда казалась полной чушью, но мне хотелось проявить уважение. Суда по всему он действительно верил в это.

— Не совсем. Но я не знаю, иногда мне кажется, что в этом есть смысл. Я имею в виду, мы пережили трудные времена, но в результате наши отношения процветают.

— Но так бывает в любых отношениях. Не только истинным парам приходится проходить такие испытания. У людей нет истинных пар, но они тоже преодолевают трудности.

— Да уж, ты прав. Может эта легенда для того и создана. Возможно, она предполагает создавать истинные пары, убеждая людей решать проблемы в отношениях, вместо того, чтоб расставаться, - сказал Уэсли.

— Я думаю, что это более вероятно. Я имею в виду, это прекрасная легенда, но мне трудно представить, что это правда, - сказал я.

— Тогда тебе не стоит обсуждать это с волками. Они верят в это. Очень сильно. Они, по сути, строят всю свою жизнь вокруг этого.

— Это безумие.

— Волки немного странные. Я рад, что я дракон.

В наступившей тишине мы прислушивались к голосам природы. Ближе к полуночи звуки стали меняться. Некоторые животные успокаивались, в то время как новые голоса вступали в хор. Я не мог опознать, что за звери это были.

Даже во время этого небольшого отпуска, меня преследовали мысли о работе. Теперь, когда восторг от полета поутих, я не мог их отбросить.

— Уэсли, - обратился я. — Как думаешь, что все-таки делать с моей работой? Я все еще не хочу зависеть от тебя.

— Честно?

— Да, - неуверенно сказал я.

— Думаю, тебе стоит уволиться. Ты никогда не говорил о BHS, так, как будто тебе действительно нравилось там работать. Ты всегда бесстрастно рассуждал о том, как тебе нравятся проблемы и люди, и все такое. Я знаю, когда люди любят работу. Они всегда полны энтузиазма. А для тебя это просто строчка в резюме.

Вау, я не предполагал, что он такой наблюдательный.

— Думаю, ты прав. Но я боюсь. Я выбрал этот путь, потому что был уверен, что справлюсь с этой работой и это стабильно, надежно и безопасно. Что произойдет, когда я уволюсь? У меня нет никаких идей о том, чем бы мне хотелось заниматься.

— В этом то и прелесть, правда? И у тебя есть моя поддержка. Я был здесь с тех пор как Лейк-Сити был просто небольшим портовым городком на берегу озера. Я могу помочь поговорить с некоторыми людьми. - Он повернулся ко мне и улыбнулся. — Просто реши, что ты хочешь попробовать.

— Думаю, что хочу попробовать заняться общественной работой, - осторожно сказал я.

— Общественная работа? То есть это был не просто наркотический бред? - удивился он.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты говорил об этом после кесарева сечения, когда был под наркозом. Ты хотел такую работу, которая позволит улучшить этот мир. Ты нес чушь всю ночь, но когда говорил об этом, это звучало вполне четко.

— Не помню. Предполагаю, так и было.

— Ну да.

— Тогда, когда мы вернемся, я займусь этим, - сказал я. Планы на будущее внушали оптимизм. Работа в BHS была нормальной... Но идея поиска другой работы вызвала у меня возбуждение. Это то, к чему стоит прислушиваться.

Я легко уснул в объятиях Уэсли, чувствуя себя в безопасности и оптимистично глядя в будущее.


Глава 12. Уэсли

Я нервно осматривал свой дом, проверяя, все ли на месте. Даниэль и Гретель придут первыми, а остальные кузены подтянутся позже. Мне хотелось произвести на всех хорошее впечатление. Яркий солнечный свет, разлитый в небе, создавал естественное освещение, что выглядело очень уютно.

Все кузены собирались прийти, чтобы поприветствовать Дрю. Дети были очень важны в культуре драконов, в конце концов, они были следующим поколением, и мои кузены хотели познакомиться с ним, даже если окажется, что он не оборотень.

Но у меня были подозрения. По словам доктора Мэдисона, температура тела Дрю была выше человеческой. И что-то в чертах его лица, даже младенческих, выглядело очень по драконьи. Хотя может быть это было мое воображение.

Ноа был на кухне, заканчивая с приготовлением закусок. Он как раз принес их к обеденному столу, когда раздался звонок в дверь.

— Привет! - сказала Гретель, как только я открыл дверь. — Рада тебя видеть!

Мы выполнили обязательные приветствия и представления. Казалось, Ноа немного нервничал, я мог почувствовать это в его запахе, но он хорошо держался. Ему также помогало то, что у него было занятие — он отвечал за то, чтобы присматривать за Дрю.

— Эй, малыш, - сказал Даниэль, глядя на младенца.

— Ты ему нравишься, - сказал Ноа, когда Дрю потянулся к лицу Даниэля. — Должно быть вы, действительно поладили, пока нянчились с ним. Хочешь подержать его?

Даниэль взял Дрю на руки, прижав к себе, пока Гретель рассматривала его. Его глаза сияли восторгом, пока малыш продолжал тянуть ручки к его носу и губам.

— Тебе же нравится твой дядя Даниэль, правда ведь, - сказал Даниэль, довольный тем, что ребенок к нему ластится.

— По какой-то причине младенцы и животные любят Даниеля, - сказала Гретель, нежно глядя на своего партнера.

— Зато вы знаете, что он хороший, - сказал Ноа.

В дверь снова позвонили. Я увидел кудрявые каштановые волосы Тары, которая была еще одной кузиной из Лейк-Сити, но пропустила похороны. Даниэль рассказал мне о ней, но до сих пор у нас не было возможности встретиться.

— Кто хочет что-нибудь выпить? - спросил я.

Гретель и Тара прошли за мной на кухню, где были приготовлены несколько сортов пива и содовой.

— У тебя такой милый дом! - сказала Тара — Надо же, я совсем не знала, что ты тут живешь!

— Я тоже не знал о вас, - ответил я, протягивая ей содовую. — Хорошо, что, в конце концов, мы сейчас все вместе.

— Должно быть, тебе было так одиноко, - сказала Гретель.

— Да, это было ужасно. К счастью, дядя Брентфорд дал мне повод приехать в Сиэтл.

— Жаль, что я не смогла приехать, - сказала Тара. — Я была очень близка с ним, но когда у тебя болеет ребенок … - Она подняла руки, изображая поражение.

— Это была прекрасная церемония, - сказал я, - и я уверен, что он прощает тебя, где бы он ни был.

— Ты знаешь, что пепел был развеян над лесом? - спросила Гретель.

— Правда? - я не слышал об этом.

— Тропический лес Хох. По-видимому, ему там очень нравилось. Его близкие сказали, что такова была его воля, так что они выполнили ее. Это прекрасное место. - Гретель сделала большой глоток своего пива.

(прим. пер. Лес Хох — национальный заповедник, расположенный на западе штата Вашингтон между рекой Хох и Тихим океаном. Из растений преобладают ели, пихты, ольха и широколистные клены)

— Какой идеальный способ уйти для оборотня, - сказал я. — Пепел, развеянный над природой... Ты можешь вернуться обратно в экосистему.

— Точно, - ответила Гретель. — Именно этого он и хотел. Честно говоря, может быть, я тоже захочу этого.

Я никогда не задумывался о том, чего бы мне хотелось после смерти. Мне не нравилась идея быть похороненным... Это казалось мне отвратительным. Способ драконов казался мне более выразительным и более экологичным. Мне понравилась идея выбрать любимое место, чтобы провести там остаток вечности, и мне нравилась идея поддержания драконьих традиций.

— Где бы вы хотели, чтобы был развеян ваш прах? - спросил я.

Гретель склонила голову и задумалась.

— Это не может быть где-то слишком близко к людям, - ответила она. — Возможно, одинокий пляж, расположенный на берегу Тихого океана. Я всегда любила море.

— Мне нравится озеро, - сказала Тара. — Я здесь выросла, так что это место много значит для меня.

— Ты выросла здесь? - переспросил я. — Не могу поверить. Я тоже был тут все это время. Я знаю, что Даниэль приехал сюда по работе, но...

Тара улыбнулась:

— Ну да. Возможно, наши предки были знакомы.

Я покачал головой.

— В некотором роде, оказывается, я никогда не был обособлен от вас.

Я вернулся в гостиную к Даниэлю, Дрю и Ноа. Все они сидели кружком на полу, где Дрю играл в кубики. Еще вчера он был беспомощным новорожденным, спеленутым в своей колыбельке. А сейчас он учиться осваивать этот мир. Это потрясающе.

И более чем немного пугающе.

— Как дела? - спросил я, вставая позади него. Он, улыбаясь, повернулся ко мне лицом.

— Красный, - сказал он кивая.

— Очень хорошо.

Я действительно не знал, что еще сказать.

Хотя быть родителем оказалось не так тяжело, как я предполагал, самым сложным для меня оказалось интерпретировать то, что он пытался сказать и адекватно реагировать на это.

Но, как и всему остальному, этому он тоже быстро научится. Я вспомнил, что дракончики могут составлять полные предложения в полтора года. Я обнял Дрю и сжал его, поцеловал в макушку, где его мягкие детские волосы сияли под солнечным светом.

Гретель и Тара тоже вошли в гостиную и сели на диван.

— Итак, - сказала Гретель, - вы, ребята, подумали о своей свадьбе?

Ноа в шоке уставился на нее. Это было понятно; это был личный вопрос, и никто из знакомых обычно не спрашивал. Но среди драконов брак был одновременно огромным обязательством и повседневной темой для разговора. Гретель не была грубой, и никто другой, похоже, так не думал.

— Я ... я полагаю, что это произойдет, в конце концов, - сказал Ноа, явно застигнутый врасплох.

— Я подумываю об этом, - сказал я. — Это входит в наши планы.

Я отложил этот вопрос на время, просто потому, что Дрю требовал много внимания. Но теперь, когда он стал постарше, настало время задуматься о том, чтобы развивать наши отношения. И частью этого будет связать себя обязательствами.

Я понял, что настало время сделать предложение Ноа. Нам обоим было очевидно, что мы собираемся быть вместе и стать самыми лучшими родителями для Дрю. Так почему бы не скрепить это кольцом, раз уж об этом зашла речь.


***


На следующий день, я нашел предлог чтоб выйти и отправился посмотреть кольца. У меня был перечень ювелирных магазинов, принадлежавших оборотням, в которых я собирался побывать. Обычно драконы использовали рубины, а не бриллианты в обручальных кольцах и магазины оборотней предлагали более широкий выбор и необычный дизайн. Конечно, я не хотел афишировать свою принадлежность к драконам и пытался прикинуться человеком. Это было сложно и я не уверен, что смог одурачить хозяина, который был волком-оборотнем. Думаю, он понял, что со мной что-то не так, но, конечно, был слишком вежлив, чтоб уточнять.

— Это уникальный дизайн, - сказал он, выталкивая лоток, чтоб показать мне обручальные кольца с разноцветными камнями. — Лозы и листья сплетаются по кругу, а в качестве основного камня мы можем использовать алмаз, рубин, сапфир или изумруд. Глядя на кольца, я взял рубин в руки и внимательно посмотрел на него. Я мог видеть внутренний огонь камня, сверкающего под ярким светом. Мне нужно было выбирать кольцо, которое покажется правильным. Я не привык принимать решения исключительно на основе интуиции, но здесь не было другого выбора.

Как я пойму, что сделал правильный выбор? Я вернул его и стал рассматривать остальные кольца в этом лотке. Все они были прекрасны, и я был уверен, что Ноа будет в восторге от любого из них.

Но мои глаза то и дело возвращались к первому. В нем, определенно что-то было, решил я. Я не мог не представить, как оно сверкает на руке Ноа.

— Я возьму это, - сказал я.

— Отлично, - сказал хозяин, улыбаясь.

Я с радостью вышел из магазина, готовый делать предложение. Но сначала мне необходимо создать идеальные условия.

Я провел большую часть дня, прикидывая, в какое особенное место мы могли бы пойти, предварительно позвонив Даниэлю и спросив, может ли он присмотреть за Дрю. Как бы мне не хотелось, чтоб наш ребенок принял участие в этом, он еще не был достаточно взрослым, чтобы понять, что происходит.

Даниэль был рад услышать о предложении, но выбрать место оказалось нелегко. Не окажется ли слишком холодно, чтоб сделать это на природе? Или стоит выбрать место, где я смог бы трансформироваться? У меня была масса идей и каждая казалась по-своему привлекательной.

В конце концов, я осознал, что надо просто остановиться на чем-нибудь и уже сделать это. И я обнаружил, что знаю одно место, которое полностью подходит.

— Мы отправляемся в неожиданное путешествие.

— О, а как на счет Дрю? - уточнил Ноа. — Мы берем его с собой?

— Я уже договорился, что Даниэль присмотрит за ним.

Ноа улыбнулся, поняв, что происходит что-то особенное.

— Мы задолжаем ему много часов ухода за детьми, когда у него и Гретель они появятся.

Я засмеялся:

— Мы отработаем.

Оставив Дрю с Даниэлем, мы прыгнули во внедорожник, и я повел машину в то место, которое пришло мне в голову. Спустились сумерки, которые скроют мою трансформацию, а земля принадлежала совету драконов, так что я знал, что место будет уединенным. Я забронировал ее на эти выходные. Никто не прервет наш романтический момент.

— Похоже, мы подъезжаем к озеру, - сказал Ноа.

— Возможно, - все, что я ответил.

Но он был прав. Я собирался привезти его на берег озера. Однако он не знал одного секрета, связанного с этим местом, который позволит сделать это предложение самым лучшим. Я все продумал.

Мы проехали по длинной, извилистой грунтовой дороге, которая привела к берегу, и я припарковался перед домиком. Он был невелик, поскольку обычно использовался смотрителями Совета драконов, но был достаточно большим для того, чтобы раздеться, не замерзнув. Ноа уже понял, что я собираюсь трансформироваться и отступил, когда я вышел на задний двор домика, который выходил на озеро.

Мы собираемся куда-то полететь? - с любопытством спросил он.

Я не мог ответить, потому что держал во рту маленький кисет. Я ухмыльнулся ему, закрыл глаза и мои зубы удлинились, став клыками и мои любимые крылья отделились от тела.

Я предложил ему предплечье, чтоб помочь забраться наверх. Он с интересом поглядывал на кисет, однако не задавал вопросов. Я был удивлен, что он еще не догадался. А может он и догадался, просто разыгрывал удивление.

С этого места было сложно подняться, но несколько сильных взмахов крыльями позволили осуществить это, вызвав колыхания высокой травы у домика. Наступила ночь, но край солнца еще был виден на горизонте, заливая все ярко оранжевым цветом. Я наслаждался свободой, паря над озером. Раньше я не осознавал, насколько оно огромно. Цель моего путешествия была надежно укрыта.

— Что это? - услышал я, как вскрикнул Ноа, когда мы приблизились к маленькому острову.

— Наше место назначения, - ответил я.

Я слетел вниз, и мы легко приземлились на берегу острова. Остров был крошечным, меньше по площади, чем одно из моих офисных зданий, но с него открывался идеальный вид на закат.

— Похоже, ты любишь закаты, - сказал он.

— Должно быть это драконье, - ответил я, после того как обратился человеком. — Это как огонь в небе.

Я благодарно принял одеяло, которое просил его держать, и мы уселись на берегу в обнимку, глядя, как последние лучи солнца растворяются в пурпурно-голубой ночи.

— Такое классное место, - сказал Ноа. — И мы даже не так далеко от Лейк-Сити.

— То, сколько тут природы — это одна из вещей, которые делают этот город таким классным.

— Ну что, я предполагаю, ты принес меня сюда не только для того, чтоб смотреть на закат? - сказал он, не сводя глаз с горизонта. Безбрежная гладь озера простиралась перед нами, отражая тьму ночного неба.

Я снял кисет с шеи и выудил кольцо. Не в обычаях драконов было вставать на одно колено, так что я не беспокоился об этом. Я повернулся к Ноа с застывшей улыбкой.

— Что это? - спросил Ноа. Несмотря на сгустившуюся тьму, лунного света было достаточно, чтоб разглядеть металлический блеск. — Постой...

— Ноа, я не могу передать, насколько моя жизнь стала лучше благодаря тебе. В последние несколько месяцев ты заставил меня улыбаться и смеяться больше, чем когда-либо в моей жизни. Я надеюсь просыпаться с тобой каждый день и засыпать с тобой каждую ночь. И я люблю сына, которого мы создали вместе.

Его глаза были распахнуты, и я чувствовал его волнение.

— Ноа, ты выйдешь за меня?

Я показал кольцо. Рубин был багровым в темноте, хотя этот внутренний огонь все еще горел в нем, озаренный лунным светом.

— Конечно, да, - сказал он, сразу крепко обнимая меня. И не отпуская. Когда мы, наконец, отстранились друг от друга, я надел кольцо ему на правую руку.

— Я никогда не встречал человека, который вкладывал бы столько любви и усилий в отношения, как ты, - сказал он. — Или человека, который заставлял бы меня стремиться стать лучше и изменить как-то мою жизнь. Будь ты дракон или человек или космический пришелец, мне все равно. У тебя доброе сердце, и это то, что имеет значение. Я люблю тебя, Уэсли.

— Я люблю тебя.

Я поцеловал его и крепко прижал к себе, наслаждаясь случайными касаниями кольца к моей коже. Наконец он был моим. Нам нужно было еще кое-что сделать.

— Я немного замерз, - сказал я. — Хочешь домой?

У меня было ощущение, что он знает, что я имею в виду.

— Да, - ответил он, лукаво улыбаясь.


Глава 13. Ноа

— Он крепко спит, - сказал Даниэль. — Наигрался и вырубился.

— Большое тебе спасибо, Даниэль. - Сказал я.

— Хорошее кольцо. - усмехнулся он.

Я не мог сдержать хихиканье.

— Я знаю. Мне тоже нравится.

Мы попрощались, и Даниэль ушел, оставив нас в блаженно затихшем доме. Яркий лунный свет струился в окно, луна висела в небе идеальным кругом.

— В предложении есть еще одна обязательная часть, - сказал Уэсли.

— И что же это? - спросил я, чувствуя себя игривым. Ничто не может так поднять настроение, как предложение.

— Я должен заявить права на тебя, - сказал он низким голосом. Я мог видеть, как его глаза горят огнем, так похожим на огонь рубина на обручальном кольце.

— Мне нравится, как это звучит, - сказал я. Я подошел к нему, сидящему на диване, почти вжавшись в него. Я почувствовал, как его член уже напрягся под джинсами и ухмыльнулся.

Он провел рукой по моему телу, скользнув пальцами под рубашку. Погладив мою кожу, он продолжил движение вниз, чтоб убедиться, что я столь же напряжен, как и он. Мой член вжимался в тесные джинсы, стремясь освободиться.

Он обхватил его, сквозь ткань и мягко сжал, потирая большим пальцем. Я извивался.

— Похоже, ты готов начать, - сказал он довольно.

— Так же, как и ты, - ответил я.

Он рассмеялся.

— Я был готов с тех пор, как добрался до острова.

Он расстегнул мои джинсы и я стянул их. Я немного поерзал, чувствуя, как его член становится еще тверже между моих ягодиц. Я откинулся на диван и расслабился, когда он наклонил голову облизывая и посасывая меня.

— Ммм... - простонал я, — продолжай.

Он воспользовался рукой, чтоб поиграть с моими яйцами, а вторую подставил мне под спину, чтоб поддержать меня. Я так возбудился, что чувствовал близость оргазма. Это было потрясающе. Было ли это следствием предложения?

Я подкинул бедра, когда он увеличил скорость.

— О черт, - проговорил я, чувствуя, как кожа покрывается бисеринками пота. — Можем мы трахнуться? Пожалуйста?

Он сел.

— Уже? Когда ты так просишь, разве могу я сопротивляться?

Я уже был в удобной позе, чтоб взять меня на руки, так что он поднял меня своими сильными руками и отнес меня в спальню. Мой член был полностью твердым, а моя дырочка сжималась от возбуждения и нетерпения. Я хотел быть наполненным.

Он мягко положил меня на кровать и начал раздеваться, Что я воспринял как сигнал, что мне тоже пора избавиться от одежды. Я не мог раздеться достаточно быстро. Когда я был полностью обнажен, то покатился по его кровати — она была огромной и на ней было полно места — практически потираясь о простыни, настолько я был возбужден.

Он заполз на кровать следом за мной

— Думаю, сегодня я хочу взять тебя сзади, - сказал он. — Так что вставай-ка на четвереньки.

Мне нравилось, когда он командовал мною подобным образом. Я сделал, как он сказал и покрутил задницей перед ним. Во мне бурлила энергия, так что я не мог стоять спокойно.

— Вот так?

— Именно так, - сказал он, вдавливаясь членом в тугое колечко. Он был холодным от смазки и легко проскользнул внутрь, а когда он вошел в меня целиком, то наклонился надо мной так, что его рот находился около моей шеи.

Когда он начал толкаться, я мягко застонал и этот звук вырывался из меня с каждым его движением. Я чувствовал как его зубы сжимаются, мягко вдавливаясь в нежную, горячую кожу моего загривка.

— Укус! Так вот что значит заявить права! - спросил я голосом, дрожащим от крайнего возбуждения.

— Предполагалось, что это будет сюрпризом, - он тихо засмеялся.

— Не знал, что драконы такие извращенцы, - сказал я. Он засмеялся громче.

Но что-то в этом обмене репликами выпустило зверя внутри него. Я четко осознавал дракона в его душе, управлявшего его действиями. Даже когда я не мог его видеть, он был тут. Он был им. Он был драконом — моим драконом.

С приближением оргазма его толчки становились все более неистовыми. Он потянулся рукой вниз, чтобы подрочить и мой член. Его зубы все крепче вжимались в мою шею. Я знал точный момент, когда он собирается укусить и разрывался между желанием почувствовать это прямо сейчас и желанием избежать этого. Но это зависело не от меня, это зависело от него.

Я чувствовал, что уже собираюсь взорваться.

— Пожалуйста, - шептал я. — Пожалуйста, пожалуйста.

— Я собираюсь кончить, - сказал он, затаив дыхание у моей шеи.

— Сейчас, - сказал я.

Мы кончили вместе - казалось в одно и то же мгновение - и мне потребовались все усилия, чтобы не закричать. Я прижался к кровати, содрогаясь от силы наших оргазмов, и он вонзил зубы в шею, недостаточно сильно для того, чтобы повредить мне кожу, но достаточно, чтобы вызвать немного восхитительной боли.

Эта боль только усилила мой оргазм, делая его дольше. Я тяжело дышал к тому времени, когда спустился с высот физического удовольствия, и мы рухнули друг на друга.

— Боже мой, - сказал я.

— Это было потрясающе, - согласился он, падая на кровать.

Несколько минут мы так и лежали в тишине. Кольцо холодило мне руку. Я мог слышать его сердцебиение и его дыхание и это меня успокаивало. Это был мужчина, с которым я собирался провести всю оставшуюся жизнь.

Это была реальность засыпания с ним. Вот что это было.

Это было совершенно.

Через некоторое время я почувствовал себя освежившимся от секса, а не истощенным.

— Итак, я думаю, пришло время начать планировать свадьбу, - сказал я.

— Да, - Уэсли улыбнулся. — Думал уже, чего бы тебе хотелось?

— Честно говоря, никогда не думал об этом, - сказал я. — Никогда не думал, что я выйду замуж в этом возрасте, поэтому все время откладывал.

— Ну, есть некоторые драконьи обычаи, которые я бы хотел соблюсти, - сказал он осторожно, как будто пытаясь оценить мою реакцию.

— Они будут заметны для любых не драконов? - спросил я.

— Нет. Они будут необычными, но ты, вероятно, сможешь объяснить их моей религией или чем-то в этом роде. - Он рассмеялся.

— Полагаю, это сработает, - сказал я. Мой мозг начал наполняться идеями. Кого бы я пригласил? Что мы подадим на обед? Требовалось ответить на такое множество вопросов.

— Мы разберемся, - сказал Уэсли. — Мы можем даже нанять оборотня - организатора свадеб.

Это заставило меня рассмеяться.

— Я понятия не имел, что такие существуют.

— Ты будешь удивлен. Кстати, я провел небольшое исследование, - сказал Уэсли, обнимая меня и прижимая меня теснее.

— Какое?

— Места, в которых ты мог бы работать.

Я почувствовал боль в груди.

— Я чувствую себя таким мерзавцем, увольняясь из BHS. Я должен вернуться в этом месяце.

Уэсли пожал плечами.

— Ты должен делать то, что лучше для тебя. И ты вроде говорил, что они наняли временного сотрудника, верно? Возможно, ты дашь временному сотруднику возможность получить постоянную должность.

— Думаю, да, - сказал я, неохотно. С другой стороны, было бы неудобно возвращаться в компанию сейчас, особенно когда я даже не был уверен, что хочу продолжать там работать.

— Просто взгляни на места, которые я предлагаю, и подумай об этом, - сказал Уэсли.

— Так и сделаю.

***


— Ноа! Иди скорей! - я слышал как Уэсли нетерпеливо и восторженно зовет меня из гостиной. Это был день свадьбы, и я отчаянно нарезал круги, пытаясь собраться, прежде чем мы отправимся к месту встречи.

— Что там? - я поспешно вбежал в комнату с болтающейся бабочкой.

И я увидел. Дрю катался по полу, активно мешая себя одевать и размахивая драконьим хвостом.

— Черт по... Дерьмо! - вскрикнул я, подходя ближе, чтоб рассмотреть его. Я нежно провел по хвосту и он завернулся колечком. — Это правда.

— Он оборотень! Мой сын – оборотень! - я видел, как светились глаза Уэсли, когда он поднял на руки Дрю, с хихиканьем разглядывающего свой болтающийся хвост. Но так же быстро, как и возник, хвост исчез, уменьшаясь, пока от него ничего не осталось. Как будто его и вовсе никогда не было.

— Э, он же не собирается делать это во время церемонии, правда? - спросил я.

—Надеюсь, что нет. Однако я бы не был в этом слишком уверен. Мы посадим его с другими драконами, чтобы они могли спрятать его, если что-нибудь случится. - Но Уэсли, похоже, не беспокоился, он был в полном восторге.

— Ну, сейчас мы уже ничего не сможем с этим сделать, - сказал я. Нам скоро выходить.

Наш организатор взял на себя украшение и обслуживание церемонии, так что нам оставалось только появиться, что было огромным облегчением. Мы трое таки сумели выйти вовремя и погрузились в лимузин. Пока мы скользили по улицам к нашей цели, мое сердце грохотало.

Мы выбрали одно из множества прекрасных зданий, принадлежавших Совету драконов. Они, по-видимому использовали их для проведения собственных мероприятий, но также позволяли своим членам снимать их. Наша церемония проходила в великолепном просторном павильоне, расположенном на берегу озера. Весенняя погода позволяла также использовать прилегающую обширную территорию. Маркус припарковал лимузин на стоянке. Наши гости должны были вскоре прибыть, и я немного нервничал.

Уэсли взял меня за руку и сжал. Дрю извивался в своем кресле, он был похож на ракету, полную энергии и готовую к работе. Я отстегнул ремень безопасности, и он практически перелез через меня, чтобы выбраться.

Мы встретились с нашим свадебным организатором Патрицией прямо перед залом. Лиса-оборотень была умной и организованной дамой, которую нам рекомендовал один из приятелей-драконов Уэсли. Она, видимо, планировала свадьбы и для людей, так что знала, как интегрировать традиции, которые Уэсли хотел включить в нашу церемонию таким образом, чтобы они не показались слишком странными моим человеческим родственникам.

Женщина средних лет выглядела элегантно в шелковом платье осенних цветов, со вкусом дополненном черным кардиганом — на улице все еще было немного прохладно. Она подошла к нам и обняла каждого, наклонившись, чтобы поцеловать Дрю в лоб.

— Ну что ж, настал этот великий день! - сказала она с усмешкой. Ее волосы цвета красного дерева сияли в ярком солнечном свете.

— Да уж, - сказал я. — Как все продвигается?

— Все на своем месте, никаких проблем. - она быстро взглянула на свой телефон. — Официанты уже в пути и за время церемонии все подготовят.

— Великолепно! - сказал Уэсли. — Большое вам спасибо, Патриция.

Она в ответ только улыбнулась.

— Я собираюсь сходить убедиться, что обеденная зона готова.

— Мы можем чем-нибудь помочь? - уточнил я.

Ее глаза расширились.

— Конечно, нет! Сегодня ваш день!

Вместо этого мы ходили по павильону и прилегающей территории, восхищаясь тем, как удивительно она все украсила. Мы оставили ей большую свободу выбора, потому что ни у кого из нас не было особых пожеланий, и, как я и предсказывал, мы были в восторге от результата.

— Неужели они настоящие? - прошептал я, касаясь композиции из экзотических цветов на середине стола. — Никогда раньше не видел таких цветов.

— Полагаю, что они не местные. - Ответил Уэсли.

Цветы идеально вписывались в нашу цветовую гамму — весенняя зелень с оранжевым и золотым. Два последних были традиционными цветами драконов, но без зелени они выглядели слишком по осеннему.

Такой же расцветки бумажные украшения, напоминающие звезды и цветы, висели под потолком. Внутри них были спрятаны небольшие чайные свечи, которые своим мерцанием создавали приятную атмосферу.

— Ммм, что это? - спросил я. — Официанты раскладывают еду.

— Я есть хочу, - сказал Дрю, дергая брюки Уэсли своими пухленькими пальчиками.

— Ты же перекусил, перед выходом! - сказал он с насмешливым удивлением.

Я покачал головой.

— Помнишь, мы дали тебе полоску вяленого мяса, чтобы ты мог съесть ее, когда проголодаешься?

— Да, - сказал Дрю. Он выглядел немного грустно.

— Не могу его осуждать, - сказал Уэсли. Я бы тоже предпочел то, что сейчас раскладывают официанты, тому унылому кусочку, который ты ему дал.

Я засмеялся.

Мы наблюдали, как официанты расставляют в ряды блюда с едой. Оформление стола выглядело элегантным — мы не хотели, чтобы они использовали традиционные металлические контейнеры для еды, а использовали раскрашенную керамику.

Я проверил время, взглянув на телефон, и в это мгновение увидел, как мои родители шагнули внутрь.

— Мы сделали это! Воскликнула мама, одетая в золотистое платье.

Я крепко обнял ее, а Уэсли пожал руку Гэри.

— Мама, это Уэсли, - сказал я, сияя. — И наш маленький приемыш, Дрю.

— О, черт возьми, - сказала мама, глядя на Уэсли. — Какой красивый жених! И замечательный ребенок!

— Не могу поверить, что ты стал отцом, - сказал Гэри. — Я Гэри, кстати.

— Приятно познакомиться, сэр. Я слышал о вас, - сказал Уэсли, пожимая ему руку.

— Похоже, что остальные гости подтягиваются, - сказала мама, оглядываясь через плечо. В дверях показались знакомые мне фигуры.

Большая часть наших гостей появились в одно время и через полчаса все уже были в сборе. Я был приятно удивлен, что опоздавших не было.

Наш официальный представитель Совета Драконов тоже уже был на месте. Мари была женщиной с приятным голосом и мягкими манерами, что делало ее идеальной для того, чтоб сочетать браком два сердца. Ее мантия цвета сливок и золота делала ее похожей на священника и отмечала ее как важную персону.

Патриция и трое ее помощников проводили всех к скамейкам, установленным на улице со стороны озера. Уэсли и я заняли свои места перед всеми вместе с Мари, перед которой был постамент с драконьей чешуйкой. Огромный огненный алтарь, имеющий некоторое сходство с теми, что бывают на индийских свадьбах, притягивал все взгляды.

Когда все расселись, она начала.

— Добрый вечер всем. Мы собрались сегодня, чтобы отпраздновать союз двух очень особенных людей — Уэсли Драха и Ноа Лессига. Надеюсь, вы присоединитесь ко мне в пожелании всего наилучшего в совместной жизни. - Она улыбнулась и сделала паузу. — Мы начнем с клятв.

Когда Уэсли объяснял мне, что и как будет происходить, я решил что они все с ума сошли. Но я все равно согласился на это. Камнем преткновения была чешуйка дракона. Я знал, что люди не верят в драконов, но это все еще вызывало у меня приступы паранойи. Но когда я взглянул на нее, то понял, что она выглядит как керамическое украшение и изменил свое мнение.

Мари протянула Уэсли чешуйку и он начал свои клятвы. Он удерживал в руках тяжелую изогнутую штуку, как будто керамический кубок. Я знал, что он чувствует ее тепло, несмотря на то, что она давно отделена от своего хозяина.

— Мой дорогой Ноа, - уверенно начал он, - я очень рад, что ты выбрал меня своим партнером на всю оставшуюся жизнь. У нас прекрасная жизнь, и я обещаю придерживаться ценностей доверия, уважения, верности и сострадания в нашем браке. Чешуей Повелителя воздуха я вверяю себя тебе.

Он поцеловал чешуйку и протянул ее мне.

— Уэсли, я не могу представить свою жизнь без тебя. Ты сделал ее настолько захватывающей, волнующей и прекрасной, и я хочу, чтобы мы были вместе навечно. Я обещаю придерживаться ценностей доверия, уважения, верности и сострадания в нашем браке. Чешуей Повелителя воздуха я вверяю себя тебе и завершаю нашу клятву. Я тоже поцеловал чешуйку, удивленный тем, насколько сильно она пахла драконом даже после всех этих столетий, и вернул ее Мари.

— Теперь мы обменяемся кольцами обязательств, - сказала Мари. Она достала длинную, элегантную пару щипцов и подняла одно из золотых колец с пьедестала, передавая щипцы Уэсли.

— Чтобы создать связь между нами, - произнес он, пропуская кольцо через пламя, чтобы нагреть его, но не сделать его горячим, и позволил ему соскользнуть со щипцов, одев его на мой безымянный палец.

— Чтобы, сохранить страсть между нами, - произнес я, делая то же самое, но в отличии от Уэсли, приближаясь к пламени с опаской. Я почувствовал облегчение, проведя кольцо, и подошел к Уэсли, чтобы одеть приятно теплый металл на палец.

— Теперь можете поцеловаться, - сказала Мари, и мы это сделали. Струнный квартет был готов и начал наращивать крещендо, когда мы крепко сжали друг друга, наконец, став мужьями на всю жизнь. Улыбаясь, мы повернулись лицом к нашим друзьям и родственникам.

У меня была цель в жизни, я чувствовал себя защищенным, держал за руку своего партнера и смотрел на людей, которые переживали за меня.

— Спасибо вам, что вы сегодня с нами, - сказал Уэсли. — Надеюсь, вы вскоре присоединитесь к нам за едой и выпивкой.

Это был знак толпе, что пора расходиться. Я видел, что распорядители выстроились в ожидании, готовые проводить гостей в обеденную зону. Оставалось немного времени для напитков, пока официанты заканчивают последние приготовления.

Тамара первая нашла нас, чтобы обнять Уэсли.

— Мои поздравления, мальчики!

— Спасибо, - ответил он. — Я рад, что вы выбрались сюда из Сиэтла. Кто это?

— Я Деррик, - сказал ее спутник, протягивая руку для рукопожатия.

Уэсли удивленно смотрел на Деррика. Тамара, должно быть, заметила это и сочла нужным объяснить.

— Ну да, Деррик не оборотень, - сказала она, обнимая его за талию. — Но Даниэль рассказал мне, как ты счастлив с Ноа, поэтому я подумала, что они не могут быть совсем плохими...

— Мы совсем не плохие, а? - спросил Деррик.

— Неа. На самом деле очень даже хорошие. - Тамара встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.

— Здорово, я рад, что смог помочь расширить твои горизонты, - сказал я, забавляясь. Я был рад, что мне удалось изменить мнение Тамары, несмотря на то, что не ставил себе такую цель. Я не задумывался о том, насколько сильно драконы хотят встречаться только с представителями своего вида.

— Это потому, что ты и Уэсли подали пример, - сказала она, пожимая плечами.

— Хочешь выпить, детка? - спросил Деррик, прижимая ее к себе и целуя ее в лоб.

Она рассмеялась над ним.

— Конечно. Увидимся, позже, мальчики. - Они ушли, Тамара практически танцевала от радости. Похоже, Деррик ей действительно нравился.

— Это круто, - сказал я.

— Да уж. Во время похорон казалось, что она слегка осуждает меня за то, что я встречаюсь с человеком, но, полагаю, она изменила свое мнение. - Уэсли покачал головой.

Прежде чем мы прошли хотя бы два фута, нас нашла мама. В руке она держала полупустой бокал вина.

— Ноа, милый, нам обязательно надо договориться о встрече в ближайшее время, - сказала она. — Я обязательно хочу знать все об этой твоей новой работе, например.

— О! - радостно ответил я.— Я уже тебе о ней рассказывал?

— Нет! Ты ничего мне не рассказывал! Я была уверена, что ты застрял с этими Броссами. - она отхлебнула свое вино.

— Ой. Ну, я ушел, и я получил работу в некоммерческой организации, которая помогает представителям ЛГБТ, которые живут в нищете, уделяя особое внимание детям и подросткам. Я думаю, что это действительно стоящее дело. - Я улыбнулся.

— Это мило, дорогой, - сказала она. — Это действительно так. Я знаю, что Гэри будет очень горд, когда услышит о твоих успехах.

Я чуть не засмеялся, но сумел сдержать себя. Вряд ли Гэри будет рад, тому, что я посвящаю жизнь социальной активности. Он был из тех людей, которые считают, что геи должны стараться жить «нормальной» жизнью, насколько это возможно. Нормальная жизнь, по-видимому, не включала в себя социальную активность или быть «в каждой дырке затычкой», как он сказал бы.

— Конечно, мама, - сказал я. — Мы в ближайшее время встретимся за ужином, и ты сможешь все об этом услышать.

Мы закончили наш разговор с ней и, наконец, смогли пройти дальше и получить наши собственные напитки, и даже сумели найти кузенов Уэсли Себастьяна и Ивонну, которые присматривали за Дрю. Их собственный ребенок, Сидни, был того же возраста, и они понравились друг другу.

— Большое спасибо за то, что следили за ним, - сказал Уэсли, удерживая моего извивающегося ребенка. Он устал от церемонии и стал вертлявым.

— Нет проблем, - усмехнулся Себастьян.

— Эй, ребята! Поздравляю! - Я услышал женский голос. Я обернулся и увидел, что Эбигейл присоединилась к нашей группе, выглядя сияющей в сине-зеленом платье, которое идеально подходило к ее глазам.

— Привет, спасибо, что пришла, - сказал Уэсли, наклоняясь с ребенком в руках и целуя ее в щеку. — О, я хотел сказать тебе. Я определился с тем, как поступлю с деньгами, которые оставил мне дядя Брентфорд.

— И что же? - спросила Эбигейл, наклонив голову.

— Я жертвую их благотворительной организации, в которую Ноа устроился на работу, - гордо сказал Уэсли. — Они помогают ЛГБТ-детям и подросткам попавшим в беду.

— Это потрясающе! И поздравляю, Ноа, - сказала Ивонна.

— За Ноа, - сказал Себастьян, поднимая свой бокал для тоста. Мы чокнулись нашими напитками, а мои щеки порозовели. Я все еще не мог поверить, что эти драконы так приветствовали меня. Дрю захихикал, не желая, чтобы его оставили без внимания.

— Серьезно, это действительно потрясающе, - сказала Эбигейл.

— У меня потрясающий муж, - сказал Уэсли, обняв меня и прижав к себе. Он взял мой подбородок и поцеловал меня в губы, пока Дрю продолжал хихикать. Затем он отстранился и посмотрел на меня любящим взглядом.

— Я счастливчик.





«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики