Дживс и феодальная верность. Дживс готовит омлет. На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс! (fb2)

- Дживс и феодальная верность. Дживс готовит омлет. На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс! (пер. Инна Максимовна Бернштейн, ...) (а.с. Дживс и Вустер) (и.с. neo-Классика) 1.96 Мб, 526с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Пэлем Грэнвил Вудхауз

Настройки текста:




Пелам Вудхаус Дживс и феодальная верность. Дживс готовит омлет. На помощь, Дживс! Держим удар, Дживс!

Pelham Grenville Wodehouse

JEEVES AND THE FEUDAL SPIRIT

JEEVES MAKES AN OMELETTE

JEEVES IN THE OFFING

STIFF UPPER LIP, JEEVES


© The Trustees of the Wodehouse Estate, 1954, 1958, 1960, 1962

© Перевод. И. М. Бернштейн, наследники, 2017

© Перевод. А. Н. Круглов, 2017

© Перевод. А. Н. Балясников, 2017

© Перевод. И. В. Шевченко, 2017

© Издание на русском языке AST Publishers, 2017

Дживс и феодальная верность

Глава 1

Если бы я стал утверждать, будто тогда в ванне, задумчиво намыливая пятку и распевая, помнится, лирическую песню «Белые ручки любил я на берегу Салимара»[1], я был в жизнерадостном настроении, этим я бы только ввел в заблуждение читающую публику. Нет, ведь меня ждал вечер, не суливший ничего доброго ни человеку, ни зверю. Тетя Далия[2] прислала мне из своего загородного дома Бринкли-Корт, что в Вустершире, письмо, в котором просила в порядке личного одолжения накормить ужином ее знакомую супружескую чету по фамилии Троттер.

Тетя Далия сама признавала, что они совершенно несносны и уморят меня своим занудством, но их необходимо обаять, так как она в настоящее время ведет сложные деловые переговоры с мужской половиной, и тут пойдет на пользу любая мелочь. «Так что уж, пожалуйста, не подкачай, мой добрый доблестный Берти» — на такой жалостной ноте кончалось ее письмо.

А поскольку тетя Далия — это моя хорошая, достойная тетка (не путать с тетей Агатой, той, что зубами раздирает крыс и пожирает собственное потомство), когда она пишет: «Не подкачай» — я не подкачиваю. Но как я уже признался выше, перспектива вечера с Троттерами мне совсем не улыбалась. Я рассматривал ее как проклятие, павшее на мою голову.

Тем более что прошедшие полмесяца я уже и так прожил в подавленном состоянии из-за отсутствия Дживса, который отбыл на летний отдых. Ежегодно в первых числах июля он прекращает работу, бросает инструмент и отправляется в Богнор-Риджис ловить креветок, а меня оставляет в положении того поэта, про которого мы учили в школе, что он постоянно оставался без своих газелей[3]. Бертрам Вустер без своего неизменного помощника превращается в тень самого себя и совершенно не в силах сладить с какими-то Троттерами.

Об этих Троттерах, кто бы они, черт их побери, ни были, я и размышлял с сердечным сокрушением, уже перейдя от левой пятки к левому локтю, когда из спальни до моего слуха донесся осторожный звук шагов, отчего я сразу встрепенулся, вскинул голову, охваченный дивным волнением, и мыло замерло у меня в кулаке. Раз по моей спальне кто-то осторожно ходит, это может означать лишь одно — если, конечно, исключить внеплановый визит грабителя, — а именно, что из отпуска, загорелый и посвежевший, возвратился надежный столп дома сего.

За стеной тихо кашлянули в подтверждение моей правоты, и я в полный голос спросил:

— Это вы, Дживс?

— Да, сэр.

— Вернулись наконец?

— Да, сэр.

— Добро пожаловать в дом номер три «а», Беркли-Меншенс, Лондон, W. один! — провозгласил я, испытывая примерно то же чувство, что и пастух, когда заблудшая овца трусцой возвращается к нему в овчарню. — Хорошо отдохнули?

— Вполне, благодарю вас, сэр.

— Расскажете мне при случае, как вы там проводили время.

— Непременно, сэр, когда вам будет угодно.

— То-то я, наверно, заслушаюсь. А сейчас вы что делаете?

— Вам только что пришло письмо, сэр, я положил его на туалетный стол. Вы сегодня ужинаете дома, сэр?

— Да нет, к несчастью. У меня встреча с четой неизвестных зловонных пузырей, которым покровительствует моя тетя Далия. Так что можете, если хотите, идти к себе в клуб.

Как я уже однажды упоминал в своих мемуарах, Дживс состоит членом очень избранного клуба лакеев и дворецких под названием «Ганимед», расположенного на Керзон-стрит, и я понимал, что после столь долгого отсутствия ему теперь не терпится рвануть туда, пообщаться с приятелями, возобновить знакомства, ну и так далее. Я, например, побыв вне города неделю, по возвращении первым делом устремляюсь к «Трутням».

— Представляю, какой горячий прием вам окажут одноклубники, споют вам «Хей нонни-нонни» и «Ча-ча-ча», — сказал я. — Вы, кажется, упомянули, что мне пришло письмо?

— Да, сэр. Его только что доставили с посыльным.

— Похоже, что-то важное, а?

— Такое предположение напрашивается, сэр.

— Распечатайте и зачитайте, что там.

— Очень хорошо, сэр.

Последовала полутораминутная заминка, во время которой, поскольку на душе у






«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики