Город Мечтающих Книг (fb2)

- Город Мечтающих Книг (пер. Анна А. Комаринец) (а.с. Замония-4) (и.с. Книга-фантазия) 4.75 Мб, 386с. (скачать fb2) - Вальтер Моэрс

Настройки текста:




Вальтер Моэрс Город Мечтающих Книг

Роман из замонийской жизни Хильдегунста Мифореза
Перевод с замонийского и иллюстрации Вальтера Моэрса

Часть первая Завещание Данцелота




Предостережение

Все начинается именно здесь. Это история о том, как у меня оказалась «Кровавая книга» и я обрел Орм. Моя история точно не для впечатлительных и слабонервных трусишек, им я бы посоветовал положить эту книгу обратно на полку, уйти и раствориться в отделе детской литературы. Живо, живо, вы все, любители успокоительных, плаксы, трусы и слабаки! Здесь речь пойдет об удивительном месте, в котором чтение еще считается приключением! Что такое приключение, я по­нимаю по старинке, согласно «Цамонийскому толковому словарю»: «Рискованная затея, на которую пускаются из жажды открытий или задора, с непременной угрозой для жизни и непредсказуемыми опасностями, которая порой заканчивается печально».

Да, да, я говорю о том месте, где чтение способно ввергнуть в безумие, где книги наносят удары, отравляют, а бывает, что могут и убить. Только тот, кто действительно готов рискнуть и поставить на карту свою жизнь, чтобы узнать мою историю, должен перейти со мной к следующему абзацу. Всех остальных я поздравляю с их трусливым, но разумным решением оставить эту затею. Так держать, трусы! Я желаю вам и дальше влачить свое скучное существование, вот вам мой прощальный поклон!

Итак, после того как мы сократили наше число до малень­кого, но отважного отряда, я хочу поприветствовать всех, кто остался с нами. Гордитесь, мои отважные друзья, вы слепле­ны из особого, героического теста, вы настоящие искатели приключений! Не будем же больше терять время и отправим­ся странствовать. Нас ждет букинистическое путешествие в Книгород, Город Мечтающих Книг, так что соберите всю свою волю. Нам предстоит идти по скалистым предгорьям, а затем по равнине, где густые стебли трав по пояс остры, словно ножи. И наконец, по мрачным, запутанным, опасней­шим тропкам все глубже и глубже вниз, в самые недра земли.

Не знаю, сколькие из нас вернутся назад. Могу лишь по­советовать никогда не терять мужества — что бы с нами ни случилось.


И не говорите, что я вас не предупреждал!

В Книгород

Если, двигаясь на восток по Дульскому плоскогорью в Западной Замонии, путник из последних сил преодолевает море колышущейся травы, перед ним внезапно открывается бесконечная гладкая равнина, которая, скрываясь за горизонтом, переходит в Сладкую Пустыню. В хорошую погоду и если ветер не взбивает пыль, можно различить пятнышко, которое все увеличивается по мере того, как приближаешься к нему размашистым шагом. Затем его очертания становятся угловатыми, из них складываются остроконечные крыши, а после и само овеянное легендами место, которое называют Книгородом.

Его запах чувствуешь издалека, — оттуда веет старыми книгами. Будто распахнули дверь в гигантский букинистический магазин, будто поднялся самум книжной пыли, и прямо в лицо пахнуло затхлостью миллионов истлевающих фолиантов. Есть люди, которым этот запах не по нутру, которые, стоит им раз чихнуть, бегут без оглядки. Согласен, он не слишком приятный: безнадежно устаревший, отдающий распадом и разложением, бренностью и плесневым грибком — но есть кое-что еще. Легкий кисловатый привкус, напоминающий дуновение ветерка, пробежавшего по лимонным деревьям. Возбуждающий аромат старой кожи. Острая едкость типографской краски. И, последний, но самый главный, умиротворяющий запах дерева.

Я говорю не о живых деревьях, не о смолистых лесах и свежих еловых иголках, я говорю про мертвое, ошкуренное, отбеленное, перемолотое, вымоченное, проклеенное, свальцованное и порезанное дерево, короче, про бумагу. О да, мои любознательные друзья, и вы тоже уже ощущаете этот аромат, напоминающий об утерянном знании и древних ремесленных традициях. И теперь вам нелегко подавить желание поскорей открыть антикварную книгу, ведь правда? А потому прибавим шагу! С каждой минутой запах усиливается, манит все больше. Все яснее видны дома под островерхими крышами, над которыми поднимаются сотня, тысячи каминных труб и жирными клубами затемняют небо и подмешивают к запаху новые ароматы: свежесваренного кофе, свежеиспеченного хлеба, нашпигованного травами мяса, которое скворчит на вертеле над углем. Наш шаг снова ускоряется, и к пылкому желанию открыть поскорее книгу примешивается тоска по чашке горячего какао с корицей и ломтику еще теплого песочного кекса. Быстрее! Быстрее!

Наконец мы подходим к окраине, усталые, голодные, исполненные любопытства — и чуть-чуть