Олени (fb2)

- Олени (пер. Зоя Ивановна Карцева) (и.с. Новый болгарский роман) 1.12 Мб, 218с.  (читать) (читать постранично) (скачать fb2) (скачать исправленную) - Светлозар Игов

Настройки текста:




«Неканонический постмодернизм» Светлозара Игова

Роман «Олени» (1998) — явление неожиданное, хотя и закономерное в творчестве Светлозара Игова: ученого, профессора, историка литературы, поэта, эссеиста, переводчика, блистательного критика. С. Игов — автор более тридцати серьезных научных монографий и более тысячи публикаций в болгарской литературной периодике (в области истории и критики болгарской литературы, поэтики романа, общего и сравнительного литературоведения, славянских литератур, теории и практики перевода). В их числе — несколько вариантов — «подходов» к его фундаментальной «Истории болгарской литературы» (2010), литературные портреты болгарских поэтов (Пенчо Славейкова, Николая Кунчева, Ивана Цанева) и прозаиков (Павла Вежинова, Богомила Райнова), а также ряд работ в стиле так называемой «эссеистической критики», успешно балансирующей на грани между художественной литературой и научным исследованием.

Одна из последних книг С. Игова — «Там на Балканах» (2012) с подзаголовком романОлогия — представляет собой собрание нескольких фрагментов (поэма, четыре пьесы, повесть и две критические статьи), объединивших шесть сюжетов из болгарской жизни различных исторических отрезков XX века и выражающих достаточно пессимистический взгляд писателя на эту жизнь — странная жанровая комбинация на тему «балканская/болгарская судьба». «Роману» предпосланы Рекомендации (указания) автора, предлагающего тем, кто ждет встречи именно с романом, начинать свое знакомство с ним с конца, с послесловия-предисловия, а всем остальным — читать его в любой последовательности. «Постмодернизм» последнего на сегодняшний день произведения С. Игова, написанного в романном жанре, уже не воспринимается столь вызывающим, как в далеком, по сути, 1998 году воспринимался роман «Олени», ставший, наряду с иными текстами той поры, своего рода визитной карточкой, именем эпохи, умонастроением и воплощением растерянности целого поколения, так и не нашедшего прочной опоры в зыбком, хаотичном, неожиданно оказавшимся чужим и непонятным мире. Большая группа талантливых писателей (главным образом — филологов, кандидатов и докторов наук), с азартом включилась в постмодернистскую игру, активно используя в своих произведениях и технику постмодернистского письма — пародийного, афористичного и интертекстуального, игрового, эклектичного и фрагментарного, а стало быть — адекватного фрагментарности, неупорядоченности и хаосу жизни и времени.

Но «Олени» — не совсем постмодернистский роман, хотя многие приметы последнего налицо.

Это, прежде всего, загадочная рукопись-исповедь анонимного героя о своей недавней яркой, чистой, «идеальной» любви к юной Елене (1), адресованная новому объекту его любви — Елене (2). После его гибели рукопись попадает к критику С.И., а затем — к издателю. Так и появляется на свет этот странный роман-пазл, роман-капкан, роман-загадка, разгадать которую читатель сможет лишь в конце, в послесловиях критика и издателя романа, композиция которого вполне отвечает постмодернистскому отрицанию «центра» романа как его организующего начала.

Это и таинственный и прекрасный заповедник «Олени», где, словно в волшебной сказке, проведет в одиночестве, размышлениях и общении с природой наш герой, автор дневника-исповеди, чудом попавший туда и чудом же из него выбравшийся спустя ровно три года.

Или потрясающая по своему богатству библиотека на разных языках (поистине кладезь знаний человечества) во «дворце», где живет герой, великолепно подобранные книги которой помогут ему не только коротать свой досуг, но откроют новые, ранее неведомые горизонты.

О близости к постмодернистскому роману говорит и обилие скрытых и прямых цитат в тексте исповеди, в эпиграфах и послесловии, аллюзии и явная пародийность в описании ряда сцен.

Своеобразен и стиль этого небрежно-спокойного, несколько отстраненного («свысока») повествования хорошо образованного и начитанного юноши — с использованием «техники намека», в манере «кружения» ассоциаций.

Наконец, это импульсы-предчувствия-интуиция героя — именно они, а не железная цепь причинно-следственных связей двигают вперед неспешное действие романа.

Но герой С. Игова — живой, он вовсе не ложная видимость («симулякр») классического постмодернистского романа; здесь грозно «дышит» и вполне реальное, болгарское время очередного «переходного периода» (события «бархатной» революции 1989 года, немного до и после нее), запустившее безжалостный механизм глобальных кризисных перемен в стране и вызвавшее запредельный уровень боли и безверия в болгарском обществе.

Сам выбор художественного материала, изображение болезненных и противоречивых явлений жизни, «социальная






«Призрачные миры» - интернет-магазин современной литературы в жанре любовного романа, фэнтези, мистики