загрузка...
Перескочить к меню

Сборник исторических миниатюр (fb2)

файл не оценён - Сборник исторических миниатюр 755K, 225с. (скачать fb2) - Елена Александровна Муравьева

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Елена Муравьева Свои точки над чужими «i» Сборник исторических миниатюр

История 1 Антигерой революции Георгий Гапон

Начало 20‑го века…Странное это было время. И странные люди его творили. Мечтатели, циники, террористы, двойные агенты…В списке этих далеко не заурядных персонажей Георгий Гапон, вероятно, один из самых колоритных


Времена и люди

Для тех, кто позабыл школьный курс истории: Георгий Гапон — священник, организовавший шествие рабочих к царю, вылившееся в массовую бойню «Кровавого воскресенья» и положившее начало Первой русской революции. В марте 1906 г. Гапон был убит группой боевиков–эсеров по обвинению в сотрудничестве с властями и предательстве революции.

Однако, когда в 1917 г. открылись архивы охранки, выяснилось, что в списке агентов (с 1870 по 1917 г. оных насчитывалось более 10 тысяч) Гапон не значился. Да и не разрешалось жандармам привлекать к агентурной работе священников. Тем ни менее, «правосудие» свершилось, поставив точку в судьбе человека и клеймо «предатель» на его репутации.

Как же все происходило?

Для начала: парад–алле или действующие персонажи этой истории.

№ 1. Российская империя почти век назад.

По темпам роста промышленности Россия в те годы на уровне США и обгоняет другие капиталистические страны. Чем премного раздражает последние. Как следствие — обилие революционных партий, торящих дорогу светлому будущему, а в настоящем разрушающих существующий строй на деньги иностранных доброхотов. В числе преобразователей и социал–революционеры (эсеры).

№ 2. Партия социал–революционеров.

Наиболее многочисленная и самая влиятельная партия прославилась громкими террористическими акциями.

№ 3. Сергей Зубатов. Вернее его идея объединения рабочих на легальной основе.

Начальник Особого отдела Департамента полиции Сергей Зубатов занимался созданием подконтрольных полиции рабочих союзов — антиподов революционных кружков. В 1902 г. он познакомился с Гапоном. Годом позже, отправленный в отставку, передал молодому священнику свое «детище».

№ 4. Георгий Гапон (родился в 1870 г. в селе Белики Кобелякского уезда Полтавской губернии).

Священник, блистательный оратор, известнейший общественный деятель, создатель прообраза профсоюзов «Собрания русских фабрично–заводских рабочих». Получив под начало, рабочие союзы Гапон со временем вывел их из подчинения полиции, сделав самостоятельными настолько, что вплоть до января 1905 г. власти не знали, что происходит в «Собрании». В 1904 г., начав сотрудничать с социалистами, Гапон превратил малочисленные кружки в массовое движение, став его лидером.

№ 5. Петр Рутенберг.

Один из социалистов, допущенных в «Собрание», эсер, друг Гапона, принимал участие в подготовке мирной манифестации 9 января. Позднее организовал казнь Гапона.


Кровавое воскресенье

«Кровавое воскресенье» сделало Георгия Гапона звездой № 1 политического небосклона.

Он и мыслил, как «звезда», былинными категориями. Гапон собирался, если царь примет петицию от рабочих, взять с самодержца клятву немедленно подписать указ о всеобщей амнистии и о созыве всенародного Земского собора. После чего выйти к народу и махнуть белым платком, открывая всенародный праздник. Если же царь петицию не примет и не подпишет указ, Гапон намеревался красным платком дать знак к всенародному восстанию, предоставив революционерам свободу действий.

Удивительно, но этот красно–белый платочный план был делом осуществимым. Народ обожал Гапона и считал пророком, посланным Богом для защиты рабочего люда. Что касается реалий, то по оценкам полиции Гапон мог вывести на улицы около 200 000 человек.

Что собственно и сделал, немногим разочаровав экспертов.

А началось все, как обычно, с пустяка. Уволили несколько рабочих. Гапон от имени «Собрания» потребовал восстановления, получил отказ и закрутилось…

6 января Гапон объявил о начале всеобщей забастовки.

7 января все заводы и фабрики Петербурга забастовали.

9 января задолго до рассвета сотни тысяч простых людей двинулись в сторону Зимнего.

Гапон видел, что правительство ввело в столицу войска. Знал, что солдаты получили боевые патроны. Но вера ли в доброго царя или бурный общественный темперамент не позволили «звезде» отказаться от намеченного и уже анонсированного плана. Гапон уже написал Николаю II: «Государь, боюсь, что твои министры не сказали тебе всей правды о настоящем положении вещей в столице. Знай, что рабочие и жители г. Петербурга, веря в тебя, бесповоротно решили явиться завтра в 2 часа пополудни к Зимнему дворцу, чтобы представить тебе свои нужды и нужды всего русского народа. Если ты, колеблясь душой, не покажешься народу, и если прольется неповинная кровь, то порвется та нравственная связь, которая до сих пор еще существует между тобой и народом. Доверие, которое он питает к тебе, навсегда исчезнет. Явись же завтра с мужественным сердцем перед народом и прими с открытой душой нашу смиренную петицию. Я, представитель рабочих, и мои мужественные товарищи ценой своей собственной жизни гарантируем неприкосновенность твоей особы. Свящ. Г. Гапон».

Вместо царя–батюшки рабочую демонстрацию встретили солдаты. Они открыли огонь, толпа бросилась врассыпную, оставив на снегу убитых и тяжелораненых. Согласно официальной статистике было убито 76 человек, ранено — 233. Народная молва (возможно, с помощью революционеров) утверждала о пяти тысячах жертв.


Бурная эмиграция

После разгрома шествия Гапон прятался и ждал массового восстания. Но произошли лишь отдельные беспорядки. Разочарованный, с помощью Рутенберга, он выехал из Петербурга, а через несколько дней переправился за границу.

Оказавшись в Женеве лидер народного шествия сполна насладился вновь обретенной славой. О Гапоне писали газеты, его узнавали, его расположения добивались партийные и политические бонзы. Большевики, эсеры, анархисты, либералы, деятели английских трейд–юнионов — все звали Гапона наперебой к себе, все желали подчинить человека, под влиянием которого находились сотни тысяч рабочих. Гапон же подчиняться не собирался и хотел сам возглавить революционные преобразования в России.

У него уже вызрел новый план. Как обычно грандиозный.

Благодаря деньгам финского революционера Конни Циллиакуса российские революционные партии смогли закупить оружие. Для транспортировки его в Россию был зафрахтован пароход, а для приёмки и распределения решено было привлечь гапоновское «Собрание», ведь собственной реальной силы на местах партии не имели. Далее, согласно замыслу Гапона: «Десять или двадцать тысяч рабочих собираются к одной из приморских пристаней, поблизости Петербурга, и захватывают её в свои руки. В это время он, Гапон, подъезжает к пристани на корабле, нагруженном оружием. Рабочие вооружаются, и он во главе их двигается на Петербург».

Однако, пароход с оружием сел на мель, сам Гапон едва не утонул. Немногим позже расстроился еще один супер–план этого неугомонного человека. Из–за обстоятельств, помешавших получению денег от английских тред–юнионов, не удалось объединить всех рабочих и крестьян России посредством сети потребительских кооперативов.

Не обескураженный очередной неудачей, Гапон занялся новым проектом. Он организовал «Российский Рабочий Союз» и получил мандат «вождя русского рабочего народа».


Рыночная политическая конъектура

За полгода, проведенных в эмиграции, Гапон вошел, а потом прекратил членство в нескольких партиях, написал книгу, ввязался в авантюры с оружием и потребительскими кооперативами, организовал новый союз. За этой бурной деятельностью он не заметил, что времена изменились и он, как политическая фигура, остался в изоляции.

У него не было союзников в партийных кругах. Популярность Гапона в народе и, особенно, созданный на внепартийной основе, отрицающий руководящую роль партийной интеллигенции, «Рабочий Союз» представляли реальную опасность для игроков революционного рынка. Не обладая подобным влиянием на пролетариат, борцы за свободу оного видели в Гапоне лишь сильного конкурента.

Не лучшим образом обстояли дела и в России. После царского манифеста от 17 октября 1905 г., даровавшего России гражданские свободы, в том числе, свободу собраний, «Собрание русских фабрично–заводских рабочих г. Санкт — Петербурга» пожелало восстановить свою организацию и получить компенсацию за убытки, понесённые при закрытии отделений после 9 января. О, либеральные времена! Также рабочие добивались амнистии для жившего за границей Гапона.

Однако в этом вопросе правительство заняло жесткую позицию. Оно и понятно, зачем нужна лишняя головная боль? Зачем возвращать рабочему движению его строптивого и амбициозного лидера?

Гапону же не сиделось за границей. Он рвался на Родину.

И дорвался! Когда неуемный экс–батюшка вернулся в Россию нелегально, его выдворили с просторов Российской империи, перед тем поставив перед жесточайшей альтернативой. Правительство пообещало удовлетворить требования «Собрания», если Гапон покинет страну и будет вести среди рабочих агитацию против вооружённого восстания и влияния революционных партий.

Фактически это значило следующее: либо «Собрание», как легальный союз продолжает свое существование и тогда его лидер, пусть из–за границы, пусть, став в оппозицию к революционному движению, но опираясь на многотысячную армию рабочих, имеет шансы что–нибудь когда–нибудь изменить. Либо без разрешения правительства «Собрание» прекращает свою работу и тогда без «Собрания» Гапон превращается в политический труп.

Гапон выбрал первый путь и с тех пор в своих многочисленных интервью и прокламациях утверждал, что революционеры толкают рабочий народ в пропасть, агитируя за вооружённое восстание, что народ к активной борьбе не готов ни технически, ни морально и т. д.


Начало конца

Как известно, рыба гниет с головы. Отступив от своих принципов, Гапон утратил и свое почти мистическое влияние на народные массы. 31 декабря 1905 г. на экстренном съезд руководителей «Собрания» часть рабочих выступила против Гапона. Последнему потребовались значительные усилия, что вернуть себе статус–кво и снова возглавить свое детище.

Однако к началу 1906 г. стало совсем худо. После подавления в декабре 1905 г. московского вооружённого восстания, власти запретили устраивать собрания в гапоновских отделах. Уверений, что это только мирное профессиональное движение, оказалось недостаточно. От Гапона потребовали общественного покаяния, а затем и открытого перехода на службу в Департамент полиции. Он отказался и в марте 1906 г. отделы были окончательно закрыты. Тогда же в прессе началась широкомасштабная кампания против Гапона и его окружения. Многочисленные публикации обвиняли руководство «Собрания» в предательстве и продажности. Вскоре травля вышла за пределы газет. Антигапоновские памфлеты стали выпускаться большими тиражами в виде отдельных брошюр. По некоторым данным, некоторые партии обсуждали планы физической ликвидации Гапона.

Защищаясь от обвинений, экс–священник попытался спасти свою репутацию. Гапон обратился в газеты с открытым письмом, в котором требовал над собой общественного суда. Отчаявшись, он пообещал, представить документы, освещающие его отношения с правительством, и уверял, что многим тогда не поздоровится».

Однако, общественный суд над Гапоном не состоялся ибо весной 1906 года Гапон был убит. Не увидел свет и компромат, на который Гапон возлагал столько надежд. Тем же летом при загадочных обстоятельствах скончался адвокат Гапона, у которого бывший священник хранил свои бумаги.


Смерть в Озерках

Что и говорить, оснований убрать Гапона было более чем достаточно. Он мешал многим.

Хватало и желающих сделать это. Ведь об авторитет Гапона разбилось ни одно политическое начинание, как правых сил, таки левых. Поэтому безвременная насильственная кончина была явлением закономерным. А вот ее «сценарий» понять совершенно невозможно.

Канва событий такова…

Зная о связях Гапона с эсерами, правительство предложило бывшему священнику выяснить у Рутенберга информацию о боевой организации эсеров. За 100 тысяч рублей Гапон взялся за дело, но имея в виду собственный опять–таки грандиозный план. Он собирался, заручившись поддержкой Рутенберга, получить деньги, втереться в доверие к полиции и в известный момент убить министра внутренних дел. После чего призвать рабочих к вооружённому восстанию и, опираясь на организационные структуры отделов «Собрания», устроить «новое 9 января».

Рутенберг пересказал идеи Гапона руководителю боевой организации Е. Азефу (вскоре выяснится, что он — агент охранки) и попросил дальнейших указаний. Азеф заявил, что Гапона надо немедленно убить, но так, чтобы при этом открылась связь его с полицией. Рутенберг так и сделал. Приглашенные им рабочие, спрятались и подслушали, как Гапон уговаривал своего приятеля выдать соратников по партии. Возмущенный коварством бывшего кумира, один из рабочих, потеряв терпение, набросился на Гапона. После недолгой схватки тот был задушен наброшенной сзади верёвкой, а его тело было подвешено на вбитый в стену крюк. Это произошло в 7 часов вечера 28 марта 1906 г.

«Самое убийство, по определению врачей–экспертов, произведено было с выдающейся жестокостью, доходящей до цинизма. Смерть была медленная и, вероятно, крайне мучительная. Если Гапон не чувствовал страдания от удушения, то лишь потому, что он был ранее оглушён ударом по голове. На трупе обнаружены следы жестокой борьбы. Убийство, по мнению врачей, произошло на месте, т. е. в верхнем этаже дачи в Озерках; убийцы проявили чисто профессиональное зверство, — они пили и ели до убийства, быть может и после него. Вся обстановка указывает скорей на наёмных убийц, чем на людей, руководившихся идеей революционной казни», — было написано в материалах следствия.

А теперь пару вопросов для любителей мыслить логически.

Зачем было подкупать Рутенберга (партийца второго или даже третьего эшелона), если Азеф (руководитель Боевой организации, первое лицо в терроре) и так докладывал полиции обо всех планах эсеров?

Почему Гапону предложили такую баснословную сумма на подкуп столь малозначащего в партии лица, если тот же Азеф получал от полиции немногим больше 100 рублей в месяц?

Зачем убийцы пытали Гапона?

Почему эсеры отказались взять ответственность за убийство?

И т. д.


ПОСЛЕ-СЛАВИЕ

Убийство Гапона не было раскрыто и так и осталось загадкой.

Но, невзирая на смутные слухи, похоронили Георгия Гапона, как героя. На его могиле некоторое время стоял большой деревянный крест с надписью: «Герой 9 января 1905 года Георгий Гапон». Однако вскоре могилу сравняли с землей. А имя человека, который был идолом революции, превратили в символ предательства. Справедливо ли? Об этом никому не ведомо.


По материалам «Википедия» (www ru.wikipedia.org),

«Слово» (www.portal-slovo.ru), «Новый Петербургъ» (www. newspb.by.ru),

«Институт Лженауки» (www.institute.liescience.org) для газеты «Я»

История 2 Надежда вождя

Историю Надежды Аллилуевой — второй жены Сталина в нашей стране знают практически все. Статьи, книги, фильмы много раз рассказывали, как дочка профессиональных революционеров Ольги Федоренко и Сергея Аллилуева 16-ти лет отроду влюбилась в Иосифа Джугашвили, в 18‑ть вышла за него замуж, родила двоих детей — Василия и Светлану и 9 ноября 1932 года застрелилась (или была убита) в собственной спальне.

Растиражированы и немногочисленные версии кремлевской трагедии. Поэтому перепевать их нет смысла. Куда интереснее понять внутреннюю подоплеку событий и задаться вопросом: а почему все случилось именно так? Поможет это сделать психолог Людмила Мельник.


Милые бранятся — только тешатся

Брак Сталина и Аллилуевой не был идеальным. Супруги часто и бурно ссорились, говорят, даже дрались. Сталин чрезвычайно грубо обращался с женой и оскорблял ее на людях. Вячеслав Молотов отмечал, что причиной ссор была ревность: «По–моему, совсем необоснованная… Аллилуева была, по–моему, немножко психопаткой в это время…»

Позднее яблоком раздора стала политика.

Известно, что Надежда несколько раз уходила от мужа, забрав детей. Незадолго до смерти она собиралась в очередной раз переехать из Кремля к родственникам.

Вину за семейные неурядицы обыкновенно принято возлагать на Сталина. Он, избалованный властью и лестью, считается в семейном дуэте тираном. Надежда же — тишайшее добрейшее создание, затворница Кремля — по, общему мнению, была жертвой.

Но так ли это?


Мамина дочка

Взять хотя бы ту же ревность.

О любовных похождениях Сталина известно мало. Это не значит, конечно, что таковых не было. Но даже ярые оппоненты не подвергали сомнению «облико морале» Кобы. Стало быть, вождь всех народов особых «леваков» не делал и при всей широте возможностей (ему писали и предлагали себя сотни женщин) держался в рамках приличий.

Тем ни менее, дражайшая половина ревновала мужа так бурно, что становилась «немножко психопаткой».

Но… Надежда не могла реагировать иначе. В семье ее родителей скандалы и ревность были нормой жизни. Люди же — заложники своего детства. И повзрослев, в собственных семьях повторяют поведенческие сценарии своих родителей. Аллилуева не стала исключением и в дуэте с мужем «играла» свою маму. Как многие девочки.

Мама же у Нади была дама весьма и весьма колоритная.

Ольга Федоренко, по мнению внучки, знаменитой Светланы Аллилуевой, имела бурный темперамент, который проявлялся «слезами радости и горя, с причитаниями, с многословными изъявлениями любви, нежности, недовольства». Кроме того Ольга Федоренко была «невероятно соблазнительна… от поклонников не было отбоя… Надо сказать, что ей было свойственно увлекаться, и порой она бросалась в авантюры то с каким–то поляком, то с венгром, то с болгарином, то даже с турком — она любила южан и утверждала иногда в сердцах, что «русские мужчины — хамы!»»

В доме, по словам Светланы Аллилуевой, к «авантюрам» относились с пониманием и всегда радушно принимали беглянку, когда нагулявшись вдоволь, она возвращалась к четырем детям и супругу.

Кстати, одним из южан вроде бы был Иосиф Джугашвили.


Смотрюсь в тебя, как зеркало

Итак, Надя, конечно, на свой лад, повторяла мамин жизненный сценарий.

Но что такое сценарий жизни? Психологи так называют полученную в раннем детстве неосознанную информацию о том, как надо жить и вести себя.

Надя жила и вела себя, как мама.

Она, как мама, рано узнала мужчин. Дочь ремесленника Ольга Федоренко выскочила замуж в 14‑ть лет. Гимназистка Надежда сошлась с будущим мужем в 16‑ть.

Обе, мать и дочь, плохо владели собой и устраивали дома постоянные скандалы. Поводы, правда, были разными. Но это уже мелочи. Сутью психологической несдержанности и бурного проявления эмоций являлась общая «дурная наследственность со стороны бабушкиных сестер: склонность к шизофрении». Так писала Светлана Аллилуева.

И главное, обе женщины играли в семье одну и ту роль жертвы.

Есть такая расхожая социальная «забава»: быть Жертвой, Тираном или Спасателем. Рассказывать подробно о выборе того или иного поведенческого стандарта сейчас не время и не место, но кое–что все же следует отметить: в эту «игру» играют практически все люли, выбор роли происходит неосознанно и у каждой имеется своя мотивация.

К примеру, Жертвы являются прекрасными манипуляторами. Затрачивая минимум энергетических усилий, они умудряются получать максимум. Своими страданиями они

● как бы обязывают окружающих к сочувствию и поддержке, поэтому пребывают в центре внимания;

● оправдывают свое бездействие, поэтому ничего в своей жизни не меняют;

● пробуждают в «Тиране» чувство вины и, пользуясь этим, позволяют себе требовать компенсацию.

Ольга Федоренко была классической жертвой. Она постоянно упрекала Сергея Аллилуева в том, что он загубил ее жизнь. И внешне это находило свое подтверждение. Ольга вышла замуж за Сергея, когда оба были социально равны: из простых фамилий, молоды, небогаты. Практически одновременно супруги «ушли» в революцию. Но со временем Сергей Аллилуев сделал карьеру на избранном поприще, а Ольга довольствовалась домашними заботами и воспитанием детей. Другой бы этого хватило. Но для экспрессивной и темпераментной натуры миссия жены и мамы явно была «узковата в плечах». Поэтому, как жертва домостроя, Ольга изводила мужа громкими скандалами. А себя в качестве компенсации поощряла откровенными изменами.

Тот же паттерн (принцип) можно заметить в паре Сталин — Надежда Аллилуева. В начале романа в 1917 году красивая девочка из хорошей (известной в партийных кругах) семьи и немолодой революционер из второго, а может и третьего дивизиона, невзирая на разницу в возрасте, практически стоили друг друга. У обоих ни кола, ни двора и вся надежда на новую жизнь, в коей Наденька могла преуспеть, опираясь на отцовские связи, а Иосиф — добиться успеха благодаря личным качествам. Мезальянс возник позже, когда через несколько лет Сталин стал лидером страны, а Надя осталась той же девочкой из клана Аллилуевых, со связями, но без заслуг и достижений.

Компенсировать свои неудовлетворенные амбиции Аллилуева могла двумя способами. Подняться и стать кем–либо. Либо, как это делала мать, «опускать» мужа, обвиняя его во всех смертных грехах.


Сам себе психолог

Тут следует немного отвлечься и сделать несколько заявлений.

Первое — в угоду политкорректности. Грехи и достижения Иосифа Виссарионовича — не являются темой данной статьи. Речь идет об отношениях Сталина и Аллилуевой максимально «очищенных» от политики.

Второе — статья не обеляет и не очерняет Светлану Аллилуеву. Все люди играют роли. И одна роль от другой отличается только набором стереотипов, которые всего–навсего призваны экономить усилия человека. Ведь попытка увидеть реальность такой, какая она есть, без обобщений, очень утомительна и требует определенной зрелости. Которой Надя не обладала.

Девочкой она наблюдала только одну модель отношений. В ее семье мать была в оппозиции к своему мужчине. Поэтому в собственном браке Надежда заняла понятную для себя позицию: оппонента. И будь ее мужем не вождь, а рядовой обыватель Вася Пупкин, она бы поступила точно также. Ибо таковы были ее стереотипы.

Поэтому неважно, какие грехи ставились в вину товарищу Сталину и насколько обоснованы были претензии. Главное, в семье не было мира. Надежда — внешне тишайшее и нежнейшее создание — на самом деле вела свою непримиримую войну, и сдаваться не собиралась.


Война на два фронта

Тем самым, вынуждая своего мужа вести войну на два фронта. Причем в самый важный и сложный момент его жизни. Ведь именно 20–30‑х годах Сталин подминал под себя соратников и страну. И переживал невероятную личностную трансформацию.

После революции он рядовой партийный функционер, позабытый лидерами РСДРП за время ссылки, вдруг нежданно для себя и негаданно для других, превратился в № 1, в вождя. Но это превращение не было даром небес. Свою победу Сталин вырвал зубами. Он потратил бездну сил и нервов, чтобы скрутить в бараний рог противников и оппонентов. Он был один против всех и очень нуждался в поддержке. Не как политик. Как обычный мужчина, как человек, совершающий свой персональный подвиг.

Тотальное безусловное принятие — вот что могла Надежда дать своему мужу в этот самый важный момент его жизни. Но Надежда Аллилуева — не Надежда Крупская. Она не растворилась в муже. Поэтому Сталин вел свою войну за власть в стране без крепкого тыла дома, тратя силы на «бои местного значения», в которые втягивала его Надежда.

Вполне возможно, что из–за этого Сталин, считая Надежду «предательницей», впоследствии и наказывал грубыми выходками.

В одном из интервью Светлана Аллилуева сказала: «Мой отец всех женщин считал предательницами». В том числе предательницей он считал и свою вторую жену. Правда, Светлана не пояснила, когда у Сталина возникло это мнение. До или после смерти Надежды.


Справедливости ради

Впрочем, сознательным «предательство» Надежды назвать нельзя. Молодая женщина старалась быть хорошей женой. Она рассказывала мужу тайны, услышанные в секретариате Ленина (там Надежда работала). Она родила двоих детей, вела дом, была скромницей…Так, наверное, вела себя Ольга Федоренко в свои «домашние» периоды.

Но жертвы не сдаются. Они страдают с невероятным упорством. И с тем же упорством наказывают своих тиранов. Поэтому мир в семье длился недолго. Едва находился повод, начинались «военные действия». Но не в пример, матери Надежда не убегала к очередному любовнику, а затевала бурные скандалы и «доставала» замечаниями. Поначалу из–за бытовухи. После камнем преткновения стала политика. Коей в жизни Сталина и так было в избытке. И от которой он мечтал отдохнуть хотя бы дома.

Куда там! Надежда «открыла» для себя СССР и не оставляла мужа в покое.

Что значит «открыла»? О, все достаточно банально…

Перебравшись из царской гимназии в секретариат Ленина, а потом в кремлевскую квартиру Сталина, Аллилуева к 30-ти годам понятия не имела, как живет страна. Она думала: весь народ в едином порыве дружно и весело строит социализм. Оказалось, социализм «строит» всех.

Страшное открытие произошло в Промакадемии, куда Надежда поступила вопреки воле мужа. Статус свой она скрывала, поэтому говорили при ней нетаясь. Аллилуева слушала рассказы о советских реалиях и ужасалась. Рушилась ее картина мира. Падал ниц ее кумир.

Испытав настоящий шок, оскорбленная в лучших чувствах, Надежда бросилась к мужу. Она хотела открыть Сталину глаза на происходящее…Но ее поджидал новый удар! Иосиф был в курсе и, оказывается, сознательно ТАК, а не иначе, управлял страной.

Открывшаяся истина стала для Аллилуевой не только ударом, но и испытанием на зрелость.

И она этот экзамен не сдала. Надежде не хватило силы и характера уйти от мужа и, тем самым, «откреститься» от его кровавых грехов. Ей не хватило любви, чтобы принять пусть не праведный, но мир своего мужчины. Она осталась и по старой привычке продолжила изводить мужа уже новыми колкостями.

Был такой случай. Однажды маленький Вася раскапризничался за столом. Пытаясь унять сына, Надежда закричала: «Как ты смеешь не есть, когда миллионы детей голодают?!» Сталин в бешенстве вышел из–за стола.

Кто–то возразит: в стране, действительно, голодали миллионы и творились ужасные вещи. Поэтому реакция Аллилуевой оправдана. Она имела свою социальную позицию и не боялась человека, перед которым трепетали все. С этим трудно поспорить. Но Аллилуевой было нечего бояться. Она была женой Сталина. Любимой женой. «Жить с тобой невозможно, — говорил он. — Но и без тебя жить невозможно».

Поэтому, вряд ли это была настоящая гражданская позиция. Скорее, месть…


Ноябрьский выстрел

Иллюзорный мир рухнул, реальный Надежда не смогла принять. Она повторяла, что ей все надоело, опостылело, ничто не радует. «Ну, а дети?» — спрашивали знакомые. «И дети тоже» — отвечала та, которую мать бросала, уходя к очередному любовнику.

9 ноября 1932 года наступил кризис. На праздничном застолье в честь 15‑й годовщины Октября Сталин сказал жене колкость. Она резко ответила. Затем пошла в комнату и застрелилась.

Дальше были похороны и многолетние пересуды. Всем было интересно: покончила ли с собой Аллилуева, или была убита Сталиным, или ее убрали по приказу мужа.

Сталин же был раздавлен случившимся.

Позднее Светлана Аллилуева свидетельствовала: «Отец был потрясен… потому что он не понимал: за что? Почему ему нанесли такой ужасный удар в спину? Он был слишком умен, чтобы не понять — самоубийца всегда думает «наказать» кого–то — вот, мол, на, вот тебе, будешь знать! Это он понял, но он не мог осознать — почему? За что его так наказали? И он спрашивал окружающих: разве он был невнимателен? Разве он не любил и не уважал ее как жену, как человека? Неужели так важно, что он не мог пойти с ней лишний раз в театр? Неужели это важно?

Первые дни он говорил, что ему самому не хочется больше жить… Это объяснялось тем, что мама оставила ему письмо… Оно было ужасным. Оно было полно обвинений и упреков. Это было не просто личное письмо: это было письмо отчасти политическое. И, прочитав его, отец мог подумать, что мама только для видимости была рядом с ним, а на самом деле шла где–то рядом с оппозицией тех лет».


Сила в слабости

Вот так закончилась эта love story. И теперь что–то надо сказать в заключение. Что? Пожалуй, следующее…

Как бы кто не относился к Сталину — умалять масштабы этой личности никто не станет. Герой или злодей — он все равно — велик, ибо руками этого человека творилась история огромной страны.

Поэтому его жене, наверное, следовало занять более четкую жизненную позицию. И либо встать за мужем. Либо отойти в сторону.

Надежда выбрала второй путь. Но отошла, она, как и жила, как Жертва, получив и тут очередную порцию дивидендов. Ее до сих пор помнят, хотя ничего полезного (или громкого) Аллилуева не совершила. Она навсегда сделала своего Тирана несчастным. Сталин никогда больше не женился. «После кончины Нади, конечно, тяжела моя личная жизнь. Но, ничего, мужественный человек должен остаться всегда мужественным», — писал Иосиф Виссарионович матери весной 1934 г.

Она выиграла свою войну с Кобой.

Жертвы ведь только кажутся слабыми…

По материалам «Википедия», «Тайны веков», «Дело Сталина»

История 3 Лев Каменев: аутсайдер революции

Сегодня принято изображать Ленина и его гвардию, в которую входил и Лев Каменев, — озверевшими, дорвавшимися до власти монстрами. Но если это так, почему столь одиозные личности покорно, как овцы, пошли на убой? Оказывается, считает социальный психолог Диана Щербанская, все случилось по законам жанра


Менеджмент есть у всего

От автора: да простит меня читатель, за сравнение высоких материй с прозаическим бизнесом. Но так получается проще…

Итак, наука утверждает: все развивающиеся проекты (революция в том числе) в процессе своего развития проходят четыре этапа: рождение; рост; зрелость; стагнацию; падение или новый взлет. При этом задачи каждого этапа, способы их решения и люди эти решения, осуществляющие, принципиально отличаются друг от друга. Поэтому на каждом этапе жизнь как бы начинается сызнова, оставляя «за бортом» героев и достижения прошлого.

Правда, некоторым особо одаренным гражданам удается перебраться с этапа на этап, сохранив свои регалии. Лев Каменев, к собственному огорчению, таковым не был. И, как классический менеджер первого этапа, на втором оказался за бортом событий.


Этап первый до 1917 года

Первый этап развития любого бизнеса (любого дела, нацеленного на практический результат) характеризует ориентация на продукт. Это значит, продается то, что у компании есть, а не то, что действительно нужно рынку. Естественно, денег и порядка, при таких раскладах мало, зато всему персоналу (а это в основном люди малокомпетентные, но горячо преданные идее, вокруг которой крутится бизнес) очень интересно работать. А главное, вольготно. Никто и ничто не «давит»: плана нет, ни трудовая дисциплина отсутствует, начальство — свои ребята.

До 1917 года партия большевиков пребывала на первом этапе развития и не очень успешно реализовывала свой «продукт» — идеи тотальной справедливости и повального равенства. Увы, на волне экономического подъема рынок — население огромной страны — больше интересовало другое. Однако ТОР-менеджмент предприятия — ЦК партии и директор — Ленин (практически все — недоучившиеся студенты) не особенно волновались и занимались текучкой — творческой доработкой теории коммунизма.

На местах в это время шатко валко двигали историю в светлое будущее и делали потихоньку карьеры низовые работники и мидл–персонал (рядовые члены РСДРП(б)).

Лев Борисович Каменев (Розенфельд) поднялся по карьерной лестнице быстро. В 1902 г. он пришел в компанию «Большевики Корпорейтед» после того, как за участие в студенческом восстании был исключен с юридического факультета Московского университета. С 1907 г. Каменев уже — член Центрального комитета РСДРП(б), в послужном списке которого работа в социал–демократических кружках, подготовка забастовок, аресты, тюремные сроки, ссылка в Туруханский край.

Кстати, в круговерти тех бурных дней Лев Борисович познакомился со Сталиным. Однако Иосиф Джугашвили тогда был сам никто, звать ни как, и остался таковым в представлении Льва Борисовича еще долгие годы.

За эту ошибку Каменев дорого заплатит. Но позже. Пока все хорошо. Каменев дружен с Лениным, женат на сестре Троцкого. Он в «семье» и на первых ролях.


Плюрализм, как семейный тип отношений

Еще одной особенностью первого этапа является «семейный» тип отношений внутри компании. Выражается он в том, что между лидером и персоналом существует короткая дистанция. Люди обращаются друг к другу и № 1 на «ты», спорят без оглядки на личности и считают демократию состоянием для себя и других естественным.

Большевицкая партия до переворота 1917 года была оплотом толерантности. И хотя Ленин являлся безусловным лидером, мнение каждого партийца имело право на существование и могло быть озвучено при любых обстоятельствах.

В условиях махрового плюрализма Каменев позволял себе многое. Он заявлял о несогласии с ленинским лозунгом поражения своего правительства в первой мировой войне. Не считая буржуазно–демократическую революцию завершенной, он осудил «Апрельские тезисы». После июльской демонстрации 1917 г., когда Ленин ушел в «подполье», Каменев, будучи сторонником явки в суд для снятия с большевиков обвинений в измене, вышел на авансцену событий и сдался властям. (Вскоре был освобожден за отсутствием оснований для обвинений и стал представителем большевиков в Исполкоме Петроградского Совета).

Но главное свое «фе» Каменев высказал Октябрьской революции.

Считая авантюрным требование Ленина свергнуть Временное правительство и полагая необходимым ограничиться лишь контролем над ним, Каменев на заседании ЦК РСДРП(б) 10 октября и на расширенном заседании 16 октября 1917 г. вместе с Зиновьевым выступил против вооруженного восстания, объясняя свою позицию слабой технической подготовкой, отсутствием поддержки большинства населения.

Не убедив ЦК, Зиновьев и Каменев обратились к партийным комитетам с закрытым письмом, информация о которых просочилась в одну из газет. Ответ Каменева на эту публикацию Ленин расценил как предательство и потребовал исключения «сладкой парочки» из партии. Однако соратники не поддержали Ильича. А потом он и сам остыл под шквалом, навалившихся после выстрела «Авроры», проблем.


Начало второго этапа: у кормила

После октябрьского переворота компания «Большевики Корпорейшн» перешла на второй этап своего развития и стала стремительно меняться, превращаясь из аморфного союза «больно умных» интеллигентов в боевой отряд «железных» прагматиков. Причины трансформации объяснялись просто. Партия вышла из аморфного состояния борьбы с проклятым царизмом и взяла курс на конкретный результат — власть, которую требовалось удержать.

В бизнесе такая же картина. Первый этап развития заканчивается, когда компания перестает работать «как получится» и начинает поступать, как нужно. Мотивом для перемен становятся деньги, которые рынок уже готов дать бизнесу и управленческий хаос, мешающий их взять. К примеру, возникает интересный заказ, но чтобы его получить, надо выполнить некоторые телодвижения: позвонить, отправить, уложиться в срок и т. д. Сделать это, невзирая на строгую (но устную, выданную на совещании, следовательно, адресованную всем и никому конкретно) директиву шефа удается не всегда, поэтому заказ уплывает в чужие руки. Но, если к моменту появления заказа лидер успевает «закрутить гайки» и вводит в обиход такие понятия, как приказ, дисциплина, подчинение — выгодное предложение становится для бизнеса стартом в новую жизнь.

Правда, в эту новую жизнь попадает не вся команда. А лишь те сотрудники, кто способен принять изменившиеся правила игры. Ленинская же гвардия, «разбалованная» демократией, выполнять приказы, подчиняться, ходить строем и в ногу не могла и не хотела.


Лирическое отступление

Каждый человек чувствует себя комфортно на своем этапе. Приверженцы первого максимально эффективны, открывая новый проект и утверждаясь в нем. Люди второго этапа успешны, когда нужно «продавить» ситуацию и «харкнуть кровью». Лидеры третьего этапа классно наводят порядок и обеспечивают системные результаты. На четвертом побеждают те, кто умеет разумно распорядиться созданным ранее.

Что характерно, попав не на свой этап, человек испытывает невероятный дискомфорт и стремится вернуться к привычному для себя состоянию. Внешне ситуации облекается в абсолютно безобидные жизненные обстоятельства, но это иллюзия. На самом деле, подсознание неумолимо диктует свои законы. И требует от человека выполнения заложенной при рождении парадигмы. И все же человек может быть эффективным на чужом этапе. Правда, недолго и при условии, что его активность связана с борьбой за выживание. В более–менее стабильной ситуации человек неосознанно «включает» максимально комфортную для себя программу и если она не срабатывает, впадает в депрессию или даже умирает.

Поэтому «первоэтапник» Ульянов на втором этапе спасовал, позволил себе заболеть и выпустил из рук власть. А «второэтапник» Сталин, который на первом этапе был главным куда пошлют, дождавшись своего часа, эту власть прибрал к рукам.

Кстати, реальных конкурентов у Иосифа Виссарионовича фактически не было. Из сильных «второэтапников» в высшем эшелоне он был один. Зиновьев и Каменев, также претендующие на «престол», являлись «первоэтапниками» и их непродолжительная активность была обусловлена борьбой за выживание и носила сумбурный характер. Троцкий мог преуспеть на втором этапе, это было его пора, но излишняя импульсивность сгубила Льва Давидовича.


Каждому по мере его

«Ленинская гвардия» была родом с первого этапа, поэтому была обречена. Многие свидетели отмечали не понятную пассивность, которую проявляли эти умные, сильные, фанатично преданные идее коммунизма люди, когда Сталин «выживал» их из политической арены и превращал в марионеток на показательных процессах.

Судьба Каменева — типичное тому подтверждение.

Он был кумиром миллионов, его речам аплодировал сам Ленин, он фактически «посадил на трон» Кобу, первые годы после смерти Ленина являлся одним из соправителей огромной страны…Он был всем…но законы эволюции не обманешь. он был обречен.

Каменев не заметил, что правила игры изменились. Что с середины 20‑х годов менеджментом революции занимаются люди не похожие на него и тех, с кем он был идеологически близок. Слабые теоретики, без харизмы, «чистые исполнители» они смотрели в рот «директору» Сталину и ради своего вождя были готовы идти огонь и воду. Каменев же жертвовать мог только ради партии. Поэтому, рискуя жизнью, боролся до последнего: интриговал, строит оппозиционные альянсы, лавировал, искал компромиссы, договаривался, каялся, бросал в лицо врагу обвинения.

На XIV съезде ВКП(б) в декабре 1925 года Каменев заявил: «Сталин не может выполнять роль объединителя большевистского штаба. Мы против теории единоначалия, мы против того, чтобы создавать вождя».

Но Кобы и второй этап обретали силу. Сопротивление было бесполезно. Сталин всего лишь ждал подходящий момент для удара. Он (о, восточная хитрость) не желал превращать Каменева и иже с ним («звезд» революции) в мучеников. Он уничтожил конкурентов сначала, как политиков. Потом, когда общество позабыло про своих старых кумиров, настало время физической расправы.

Внешне же все выглядело пристойно…

«Лгут клеветники, — рассказывал Лазарь Каганович — будто Сталин путём только административных мер и «в ускоренном порядке» «расправлялся» с троцкистами и иными оппозиционерами. Наоборот…15 лет партия и её ЦК терпеливо боролись с оппозицией, пока к ним не были применены государственные меры, репрессии, вплоть до судебных процессов и расстрелов. Это было уже тогда, когда оппозиционеры стали на путь диверсий, вредительства и террора, даже шпионства… Помню, когда мы, более молодые цекисты, например, Каганович, Киров, Микоян, спрашивали Сталина, почему он их терпит в Политбюро, он нам отвечал: «С таким делом торопиться нельзя. Во–первых, может быть, они ещё остепенятся и не доведут нас до необходимости исключения как к крайней мере, во–вторых, надо, чтобы партия поняла необходимость исключения».


Без права на обжалование

Время «Х» для человека в разное время занимавшего посты: председателя ВЦИК, члена Президиума ВЦИК, председателя Моссовета, членом Политбюро ЦК РКП(б), заместителя председателя Совета народных комиссаров (СНК) РСФСР, заместителя председателя Совета труда и обороны (СТО) РСФСР, член Президиума ЦИК СССР, заместитель председателя СНК СССР и СТО СССР, директор Института Ленина неуклонно приближалось.

В период с 1928 по 1932 год Льва Каменева дважды исключали из партии и дважды восстанавливали. Основанием каждый раз было публичное признание ошибок. К этому времени о чинах дело уже не шло. Последняя должность Каменева — директор научного издательства «Academia» — скорее являлась насмешкой.

Но и здесь Лев Борисович продержался недолго.

В декабре 1934 года его арестовали. 16 января 1935 года по делу «Московского центра» приговорили к 5 годам тюрьмы. 27 июня 1935 года по делу «Кремлёвской библиотеки и комендатуры Кремля», дали 10 лет тюрьмы. В августе 1936 года Каменев осудили по делу «Троцкистско–зиновьевского объединённого центра» и 25 августа расстреляли.

Говорят, что идя на расстрел он держался стойко и даже пытался приободрить павшего духом Григория Зиновьева: «Перестаньте, Григорий, умрём достойно!» От последнего слова Каменев отказался.

Само собой, по законам того времени под репрессии попала вся семья Каменева. Погибли первая жена Ольга Бронштейн, вторая — Татьяна Глебова. Поставили к стенке старшего сына Каменева — 33-летнего авиационного инженера Александра. В 1938‑м расправились с младшим сыном, 16-летним школьником Юрием. Убили и младшего брата Каменева — художника Николая Розенфельда. По полной программе досталось даже внуку Каменева Виталику.


Третий этап

Третий этап — это время четких правил и инструкций, следование которым обеспечивает компании максимальный рост. Добраться туда удается не всякому бизнесу. Однако «Большевики Корпорейшн» под руководством товарища Сталина взяли эту высоту. К концу тридцатых годов страна не мыслила себя без марксисткой идеологии и без руководства товарища Сталина.

Правда, пришел черед и четвертому этапу. Но герои этой истории до него не дожили. И все же именно их стараниями бизнес удался, и блуждающий по Европе призрак коммунизма монополизировал советский рынок.

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org), «Еврейский обозреватель» (www.jewukr.org), «Советский Союз» (www.sovunion.info) для газеты «Я»

История 4 Загадка Елены Блаватской

Вы знаете, кто такая Елена Блаватская? Даже не пытайтесь ответить. Лучшие умы человечества бьются над этим вопросом более ста лет, однако так и не решили, была ли эта женщина одним из величайших философов 19‑го столетия или она — аферистка и мошенница


Теософия в двух словах

Энциклопедии называют Блаватскую основательницей современного теософического учения. Однако для многих термин «теософия» мало что говорит. Поэтому для начала разберемся в теории.

Часто верующие спрашивают себя: что есть Бог и пытаются ответить на этот вопрос. Так вот, те, кто познает Бога через интуицию, мистическое созерцание, то есть через самих себя и есть теософы. Сторонники же теологии (богословия) принимают Бога таким, каким он описан в священных книгах.

Проще говоря: первые верят в Бога, но не церковные догматы. Более того, считают, что все религии несут людям одну и ту же истину добра, любви, прощения и она — эта истина — стоит надо всем и стоит всего.

Для вторых истина выливается в законы собственной конфессии. Соответственно, иноверие и иноверцы представляются воплощением зла, которое заслуживает только безжалостного уничтожения.

Для полноты картины следует привести три основные цели Теософского общества, которое в 1875 году создала Блаватская.

1. Всеобщее братство, вне зависимости от цвета кожи, расы, пола, вероисповедания или касты.

2. Сравнительное изучение религий, науки и философии.

3. Исследование неизвестных законов природы и скрытых внутренних сил человека.

Теперь «разобравшись» с теорией, можно взяться и за житие основоположницы интернациональной и «интеррелигиозной» доктрины, которая «всего лишь» оппонирует практически всем мировым титульным религиям. Кстати, довольно успешно. На сегодняшний день прихожанами теософской церкви являются несколько миллионов человек.


Начало большого пути

Елена фон Ган родилась в Екатеринославле (Днепропетровск) 12 августа 1831 года в дворянской русско–немецкой семье и буквально с младых ногтей стала изумлять окружающих умом и обилием талантов. Среди прочих и экстраординарных. Вокруг девочки двигались предметы, раздавался звон колокольчиков, она умела читать запечатанные письма и т. д.

Другой отличительной особенностью будущей философини была решительность. В угоду ей восемнадцатилетняя барышня сначала отвела под венец (брак был ее инициативой) немолодого Никифора Блаватского, а потом, сразу после свадьбы, сбежала из дому и отправилась в путешествие по Турции, Египту и Греции. О местонахождении Елены знал только отец, который снабжал дочку деньгами. И хотя старшему фон Гану вряд ли нравилось сложившееся положение вещей, ничего поделать он не мог. Елена была человеком странным. Да и слушалась только Учителя — индийца из своих снов.


Тур в неизвестность

Не спешите удивляться, дорогие читатели. Вспомните, речь идет не об обычной Маше — Глаше, а о величайшем мистике (а может мистификаторе) 19‑го века. Для таких людей видения и откровения такая же реальность, очередной номер любимой газеты «Я».

Так что, проглотив фразу «а барышня–то с приветом…», вернемся к событиям тех давних лет.

Почему–то официальные биографии великих людей изобилуют «белыми пятнами». Имеются такие и в жизнеописании Елены Петровны Блаватской. В частности ничего не известно о первых годах пребывания ее за границей.

Между тем разговоры ходили разные. Так Сергей Витте — известный русский политик и двоюродный брат Блаватской — рассказывал, что сбежав от мужа, Елена поступила в Константинополе в цирк, вышла замуж второй раз за оперного певца Миштровича, занялась спиритизмом, давала фортепьянные концерты в Париже и даже родила сына Юрия. По слухам, ребёнок умер в младенчестве.

Однако Елена Петровна решительно отвергала неприятные для неё факты и даже судилась с газетой «Сан», опубликовавшей эти сведения.


Путевка в ЖИЗНЬ

Пикантные подробности биографии, а также обвинения в мошенничестве и других смертных грехах появились в СМИ, когда имя Блаватской оказалось на слуху у миллионов. Но это будет позже. Пока будущая основоположница еще только делала свои первые шаги к грядущей славе.

В этот период жизнь Блаватской разделена как бы на два плана. Внешний, о котором знали окружающие, занимали путешествия, копеечные заработки, какие–то туманные финансовые операции. Было вроде бы даже предложение (с ее стороны) сотрудничать с охранкой и прочая суета, не отвлекающая от главного — от огромной внутренней работы по обретению полного контроля над своими оккультными способностями. Или (для читателей–прагматиков) по обретению духовной силы, которую признавали за Блаватской и последователи и оппоненты. И даже Учитель из ее снов.

В 1851 году в день своего рождения в Лондоне Блаватская встретила того, кто вел ее по жизни. И от него — индийского черноглазого бородача, посвященного Учителя Морью — Елена Петровна узнала о своем великом предназначении. Оказывается, ей полагалось провести три года в Тибете и подготовиться там к выполнению важной задачи.

Однако весь курс подготовки растянулся почти на двадцать лет. И только затем Блаватская стала идейным и духовным лидером для миллионов людей.


Миссия выполнима (краткая версия)

Эту историю успеха можно рассказать по–разному.

К примеру, так: суховато, в рамках официоза…

Летом 1873 года в Нью — Йорке состоялось знакомство будущей мировой знаменитости со своим будущим другом и помощником, полковником Хенри Олькоттом. Спустя два года единомышленники организовали Теософическое Общество, которое довольно быстро стало популярным. Его филиалы заработали во всем мире. Удачным был и литературный дебют Елены Петровны. Ее книга «Разоблаченная Исида» была встречена публикой на «ура» и раскуплена в считанные дни. Еще бы, газеты и журналы взахлеб называли труд (в котором раскрывалась природа и происхождение магии, корни христианства, ошибки богословия и заблуждения научных авторитетов!) одним из выдающихся творений века.

Через три года Блаватская и полковник Олькотт отправились в Индию и там открыли штаб–квартиру Общества. Однако первое же серьезное испытание нанесло теософской церкви непоправимый удар. Грянул скандал, пресса набросилась на Блаватскую и неофиты покинули своего кумира.

В 1884 году Елена Петровна Блаватская вернулась в Европу и, едва завершив свою новую книгу «Тайная доктрина», умерла.

Случилось это 8 мая 1891 года во время эпидемии гриппа.


Миссия выполнима (версия развернутая фантазийная)

Как обычно, парадной версии всегда можно противопоставить кулуарную, из слухов, пересудов и пересказов чьих–то досужих мнений…

Странствия по Востоку сделали Блаватскую ревностной поклонницей магии и оккультизма. Кроме того она научилась и фокусам: чревовещанию, гипнозу и т. д., позволяющим совершать «чудеса».

Остальные свершения — уже чистой воды PR и менеджмент.

По словам Блаватской, путешествуя по Индии, она встретилась в Гималаях со Махатмами, сверхчеловеческими существами многие тысячи лет заботящимися о благе человечества. Пройдя обучение, Блаватская стала первой Махатмой–женщиной, а также получила задание презентовать Махатм широкой общественности.

Засим она попыталась в Каире собрать группу последователей, но не преуспела. Плачевными были результаты и в Европе. Только в Америке — родине спиритизма — Блаватскую ждал успех.

В 1873 году, когда Елена Петровна оказалась в США, там было более десяти миллионов спиритов, существовали целые спиритические церкви, общества и союзы, издававшие массовыми тиражами свои газеты и журналы. Вписаться в этот плотный «рынок» было делом непростым. Но Блаватская начала борьбу за место под солнцем. Плечом к плечу к ней встал новый знакомый, ревностный поклонник спиритизма полковник Генри Олькотт.

По обоюдному признанию с первой же встречи обоих охватила «внезапная и взаимная любовь». Правда, любовь особого толка, но это уже отдельная история. Главное свершилось: «звезда» нашла своего продюсера.

Кстати, о звездах…Хотя Блаватская причисляла себя к праведникам, к своей «пастве» она относилась достаточно цинично. Как примадонна.

Так известному русскому литератору В. С. Соловьеву, вначале увлеченному теософу, она говорила: «Что же делать, когда для того, чтобы владеть людьми, необходимо их обманывать, когда для того, чтобы их увлечь и заставить идти за кем бы то ни было, нужно им обещать и показывать игрушечки… Ведь будь мои книги и «Теософист“ в тысячу раз интереснее и серьезнее, разве я имела бы где бы то ни было и какой бы то ни было успех, если бы за всем этим не стояли феномены. Ровно ничего бы не добилась и давным–давно околела бы с голоду. Раздавили бы меня… и даже никто бы не стал задумываться, что ведь и я тоже существо живое, тоже ведь пить–есть хочу… Но я давно уже, давно поняла этих душек–людей, и глупость их доставляет мне громадное иногда удовольствие… Вот вы так не удовлетворены моими феноменами, а знаете ли, что почти всегда, чем проще, чем глупее и грубее феномен, тем он вернее удается».


Чудеса — двигатель торговли

Важнейшим элементом теософии является совершение чудес. На них Блаватская и сделала ставку.

На ее сеансах непонятно откуда раздавались звуки колокольчиков, звучали гитары, присутствовавших на «магических сеансах» хватала за нос невидимая рука. Слуга Блаватской, связанный по рукам и ногам крепчайшими веревками и оставленный в одиночестве, освобождался от уз посредством одних только сверхъестественных сил. С потолка комнаты, где находилась Блаватская, падали письма от ее друзей-Махатм. В них содержались подробные ответы на вопросы и т. д.

Естественно, экстраординарные деяния возбуждали большой интерес к Блаватской и ее религиозно–мистической церкви. Далее цепочка работала так: на волне популярности в Общество потянулись состоятельные люди — с их помощью касса стала полниться щедрыми пожертвованиями — деньги, потраченные на пропаганду, способствовали росту Общества — новый виток популярности «затягивал» в Общество новых нуворишей…и т. д.

Но этого Блаватской и Олькотту показалось мало.

Они решили еще расширить предприятие и переселились в Индию. Устроили в Бомбее штаб–квартиру общества и привлекли к работе «посвященных»: йогов, факиров, браминов.

Тут и случился «конфуз».

Пока лидеры ездили в Европу, верные помощники на местах решили побороться за портфели. В итоге, разобиженные в пух и прах супруги Коломб опубликовали в индийских газетах разоблачительное письмо, в котором рассказали, как вместе с двумя индийскими факирами участвовали в устройстве сверхъестественных «феноменов» Блаватской.

Новость возбудила столь большой интерес, что лондонское «Общество психических исследований» (организация мистиков, претендовавшая на объективность своих методов изучения сверхъестественного мира) послало одного из своих специалистов — мистера Ходжсона в Индию. Опытный эксперт быстро расставил свои точки над чужими «i».

В своем отчете, Хаджсон уделил 200 страниц анализу трюков, с помощью которых Блаватская «дурила народ». Венчал доклад следующий «комплимент»: «Госпожа Блаватская, — писал Ходжсон, — самая образованная, остроумная и интересная обманщица, какую только знает история, так что ее имя заслуживает по этой причине быть переданным потомству».


Что же в итоге?

После сокрушительного разоблачения начался массовый «исход» из Теософского общества. С Блаватской остались лишь наиболее преданные друзья и наиболее фанатичные теософы. Но харизма и активность этой необыкновенной женщины была таковы, что через несколько лет Общество возобновила свою деятельность. И работает по сей день.

Что касается чудес и их разоблачений, то хотя Ходжсон и разложил по полочкам пару–тройку «фокусов» (кстати, через сто лет его выводы были опровергнуты), свидетельства очевидцев по–прежнему поражают воображение. К примеру, как–то в Индии на пикнике, устроенном неким майором Хендерсоном, не хватило одной чашки и блюдца из чайного сервиза. Кто–то шутливо предположил Блаватской «поколдовать». Та согласилась и тут же указала место, где следует копать землю. И что же?! В ямке лежали чашка с блюдцем, точь–в–точь оригиналы, причем оба предмета оплетали корни деревьев толщиной с мизинец!


Взгляд из сегодня

Слава Блаватской имела еще один аспект, весьма прагматичный, но проявившийся только со временем. Став модным трендом, теософия открыла путь на Запад буддистам и кришнаитам, йогам и любителям медитаций, а также почитателям других древних религиозных учений. Все это, в свою очередь, сформировало свой экономический рынок, который процветает уже более ста лет.

Посему к двум ролям, приписываемым Елене Блаватской: великой ученой, искренне верующей в светлые идеалы тотального братства духа и матерой аферистки, обманом и хитростью выколачивающей деньги из карманов простофиль, можно добавить и третью ипостась — агента мирового буддизма–кришнаитсва. Тогда исторический портрет этой таинственной женщины будет максимально полон. Хотя все также непостижим.

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org), «Сайт эзотерики и оккультизма» (www.ezoterik.org), «Мир экстрасенсов» (www.extra-mir.ru), «Великие авантюристы и мошенники» (www.100-afer.com), «Кроссворд–кафе» (www.c-cafe.ru), Perfectlady.ru для газеты «Я»

История 5 Генерал Власов: герой или предатель?

Почти семьдесят лет имя советского генерала Андрея Власова ассоциируется со словом предатель. Между тем, совсем не исключено, что действовал Власов по поручению советской разведки


Человек–загадка

Эту историю можно начать так: жил был генерал. Служил честно, воевал геройски. Ордена получал. Естественно, не состоял, не участвовал, не привлекался. Потом вдруг …трах–бах…и превратился в самого главного в стране предателя. Но история на этом не закончилась. Прошло полвека, и стали поговаривать, будто Власов работал на советскую разведку. Как же обстоят дела в реальности? Этого, скорее всего, никто никогда не узнает, Ведь документов, оправдывающих Власова, не существует. А обилие «странных» обстоятельств, позволяющих заподозрить, нечто, выходящее за рамки официальной версии, всего лишь набор случайных фактор. Тем ни менее…


QUI PRODEST — ищи кому выгодно

Главный принцип любого следствия — «ищи кому выгодно». Так вот, переход Власова на сторону немцев и создание РОА — военной организации коллаборационистов из советских военнопленных — было выгодно именно СССР.

Звучит странно? Но вполне логично.

К 1942 г. в плену у немцев оказались более 4 миллионов красноармейцев. Люди эти люто голодали, находились в условиях дикой антисанитарии, болели, умирали тысячами. Позже немцев будут обвинять в жестокости по отношению к нашим пленным. Но в свое время СССР отказался подписать Женевскую конвенцию о правах военнопленных, поэтому на наших военнопленных нормы международного права не распространялись.

Но кроме голода, холода и болезней, бывшим солдатам и офицерам Красной Армии угрожала и сама Красная Армия. Ведь в случае освобождения пленных согласно советскому «Положению о воинских преступлениях»(где «сдача в плен» приравнивалась к «добровольному переходу на сторону противника») ждал расстрел и конфискации имущества. Плюс, само собой, репрессии против родных и близких.

Этот отчаявшийся, растущий день ото дня, подвергающийся постоянной антисоветской пропаганде, контингент представлял для СССР огромную потенциальную угрозу. Еще бы! Пленные работали на немецких заводах, учились в диверсионных школах, а главное, в любую минуту могли оказаться на фронте.


Без пропагандисткой шелухи

Если отбросить пропагандистские штучки типа статей «Почему я стал на путь борьбы с большевизмом» и антисталинские выступления; если посмотреть на деятельность генерала Власова в качестве «предателя» прагматично, то обнаружится интересная картина.

Буквально через несколько месяцев после пленения, генерал Власов выступил с инициативой организации РОА. Идея была актуальной и немцы, польстившись на идеологическую подоплеку проекта, согласились. В итоге, РОА объединив в своих рядах около 50 тысяч солдат и офицеров (по другим данным около 800000 человек), за два с половиной года своего существования, превратилась для Германии в огромную проблему.

Во–первых, потерпела полнейшее фиаско политика немцев по созданию единого антибольшевистского блока. По сути РОА должна была консолидировать эти силы. Однако власовская армия вытеснила из своих рядов сначала белое эмигрантское, а затем и националистическое движение. Оставшиеся бойцы и командиры безоговорочно признавали только одну идеологию — безоговорочный авторитет своего руководителя, генерала Власова.

С сепаратистскими же группировками, значительно уступающими по численности РОА, немцам пришлось строить отношения с каждой в отдельности.

Во–вторых, чем дальше, тем больше РОА (а это всего ничего: три дивизии, одна запасная бригада, две эскадрильи авиации и офицерская школа, правда, до зимы все 45‑го недостаточно вооруженные) превращалась в «пятую колонну», готовую ударить в спину своим «кормильцам». Надежность власовцев вызывала у немцев настолько большие сомнения, что на счету армии всего четыре боя и то зимой–весной 1945 г., когда дела вермархта были совсем уж плохи. Кстати, в последнем сражении РОА освобождала Прагу уже от немцев.

В-третьих, сам Власов тоже не оправдал надежд своих «хозяев». Строптивый руководитель РОА в марте–апреле 1943 в поездках по Смоленской и Псковской областям выступал с критикой… немецкой политики перед большими аудиториями. Известно, что он категорически отказывался вести переговоры с гитлеровцами о послевоенных границах, с таким же упорством отклонял требования нацистов сделать антисемитские заявления. Гиммлер как–то написал: «С самомнением, характерным для русских и для славян, вообще, Неrr Власов начал рассказывать небылицы о том, что Германия никогда не была в состоянии покорить Россию».

Так что, предательство Власова и все его дела на благо Фатерлянда принесли немцам весьма сомнительную пользу.

Наверное, оценив ее масштабы, гитлеровцы и свернули пропагандистскую кампанию, связанную с РОА и до конца войны старательно замалчивали эту тему.


В пользу предположения

Предположение о «засланном казачке» с генеральскими погонами очень интересно иллюстрируется некоторыми фактами уже из советской истории.

Обычно Советская власть со своими врагами не церемонилась. Карала по максимуму и «злодея», и родню «до седьмого колена». С семьей, вернее семьями Власова (он был любвеобилен) обошлись гуманно. Официальная супруга Анна Михайловна, арестованная в 1942 г., отсидев 5 лет из 8, вышла на свободу и до недавнего времени жила в г. Балахна. Вторая жена, Агнесса Павловна, брак с которой генерал заключил, не расторгнув предыдущий в 1941 г., схлопотала 5 лет и умерла пару лет назад в Бресте. Ничего не страшного не произошло и с детьми Власова. Здравствуют и поныне.

Следующим обыкновением тех суровых лет было навешивание на «врага народа» всех собак. Власова чаша сия миновала. После того как генерал оказался у немцев, НКВД и СМЕРШ, по поручению Сталина, тщательно расследовали ситуацию, сложившуюся со Второй ударной армией, которой командовал Власов. Результаты были положены на стол Сталину, который пришел к выводу: признать несостоятельность обвинений, выдвинутых против генерала Власова в гибели 2‑й ударной армии и в его военной неподготовленности.

А вот и третий фактор, выпадающий из системы. Наши диверсанты умели работать. Тем ни менее 42(!) разведывательные и диверсионные группы общей численностью 1600 человек, посланные для уничтожения предателя № 1 не смогли выполнить задание. Но…наверняка убедили немцев в искренности мотивов генерала. Ведь только самых настоящих предателей пытаются так настойчиво убить.

«А в-четвертых, наша мама…» Мать — Родина любила и умела организовывать показательные публичные порки. А тут и повод достойный: на скамье подсудимых главные предатели — Власов со товарищи. И покаяться есть в чем — фашистам прислуживали. И шоу уже запланировано. Однако по указанию свыше публичное слушание дела по обвинению руководителей РОА было заменено закрытым судом. Оный и приговорил Власова к повешению.

А на следующий день после казни разразился грандиозный скандал. СМЕРШ, в ведении, которого находилось дело Власова, не имел права приводить в исполнение приговор без письменного разрешения Военной прокуратуры и ГРУ (военной разведки). Однако провел, вопреки полученному приказу: «Казнь отложить до особого распоряжения». Почему, хотелось бы знать? По одной из версий: кто–то торопился закрыть рот опасному свидетелю. Другая утверждает, что вместо Власова 1 августа 1946 г. был повешен другой человек, а сам генерал в впоследствии долгие годы жил под другой фамилией.

Кстати, в обвинительном заключении Андрею Власову нет статьи инкриминирующей «измену Родине». Только «терроризм» и «контрреволюционная деятельность». А это тоже что–то да значит.


Арест

Не вписывается в концепцию «генерал–предатель» и арест Власова.

Руководителя РОА задержали среди ясного дня, в присутствии достаточного количества свидетелей, что не помешало появиться весьма противоречивым версиям того, как это было.

Согласно официальной хронике Власова преследовала и захватила специальная разведгруппа. За рамками «Тасс уполномочен сообщить» разведчики, одетые в парадную форму с орденами, встретили генеральскую машину на обочине дороги и, когда машина притормозила, старший группы отдал Власову честь. Далее началось самое интересное. Существует свидетельство военного прокурора танковой дивизии, в которую доставили Андрея Власова. Этот человек был первым, кто встретил генерала после его прибытия в расположение советских войск. Он утверждал, что Власов был одет в… генеральскую форму РККА (старого образца), со знаками различия и орденами. Ошеломленный юрист не нашел ничего лучшего, как попросить генерала предъявить документы. Что тот и сделал, продемонстрировав прокурору расчетную книжку начальствующего состава РККА, удостоверение личности генерала Красной Армии № 431 от 13.02.41 г., и партийный билет члена ВКП (б) № 2123998. Все на имя Власова Андрея Андреевича.

Более того, прокурор утверждает, что за день до прибытия руководителя РОА, в дивизию понаехало немыслимое количество армейского начальства, которое и не думало проявлять к генералу какой–либо неприязни или враждебности. Напротив, до того, как генерала на транспортном самолете переправили в Москву, был даже организован совместный обед.


Плен

История пленения Власова тоже вызывает множество вопросов.

К моменту назначения командующим Второй Ударной армией (последней должности в Красной Армии) генерал Андрей Власов проявил себя, как замечательный военачальник. Он командовал обороной Киева и прославился, освобождая Москвы. Газеты называли его «спаситель Москвы». И не напрасно. Такого в истории РККА еще не было. Обладая всего 15 танками, генерал Власов остановил танковую армию Вальтера Моделя в пригороде Москвы — Солнечногорске, и отбросил немцев, которые уже готовились к параду на Красной площади Москвы на 100 километров, освободив при этом три города.

Благодаря умению решать сложные вопросы Власову и перепоручили Вторую армию, уже безнадежно блокированную в Мясном бору (Новгородская обл.). Однако в данном случае, кадровые рокировки практически не имели смысла. Все понимали, что армия обречена.

Зачем же тогда огород городить и менять руководство?

Не для того ли, чтобы поместить нужного человека в нужное место?

На свою Голгофу Власов прибыл не один. Его привезли Берия и Ворошилов, что отнюдь не было обычной практикой тех дней.

Значит ли это, что первые люди государства покинули свои безопасные столичные кабинеты и совершили рискованное путешествие к линии фронта, ради чего–то крайне нужного и важного? Вполне возможно.

Дальнейшие события официальная пропаганда преподносит так: последние дни пребывания в должности командующего Власов находился в угнетенном состоянии духа. Потом морально сломленный, испуганный сдался фашистам. Но из–за чего Власову впадать в депрессию? Его жизни ничего не угрожало. Когда судьба Второй Ударной стала очевидной, Сталин прислал за главкомом самолет. Однако, Андрей Андреевич, отказался от эвакуации, отправив в самолете раненых. Этому есть масса свидетелей. Не могла испугать этого мужественного человека и возможность оказаться в окружении. Под Киевом он месяц выходил к своим. Причем не один, а со своей будущей второй супругой.

Но что–то же точило душу генерала? Не скорая ли необходимость сыграть во имя спасения Родины роль Иуды и отдать на заклание свое доброе имя?

Ночью 12 июля 1942 г. генерал Власов и горстка сопровождающих его солдат вышли к старообрядческой деревне Туховежи, и укрылись в сарае. Ночью в сарай ворвались то ли немцы, то ли полицаи, то ли партизаны, то ли вооруженные местные жители, возглавляемые церковным старостой.

А может это была оперативная группа, обеспечивающая доставку агента влияния по нужному адресу? Ведь в ту же ночь генерал Андрей Власов был передан регулярным немецким войскам.

Потом был концентрационный лагерь под Винницой, где содержались старшие офицеры, представляющие интерес для немцев — видные комиссары и генералы. По свидетельствам того времени депрессия уже оставила Власова. Советник германского посольства в Москве Хильгер в протоколе допроса плененного генерала Власова от 8 августа 1942 г. кратко охарактеризовал: «производит впечатление сильной и прямой личности. Его суждения спокойны и взвешены».

Что ж, когда мосты сожжены, поводов для волнения уже нет.


Карьера

Существует еще один факт, мешающий признать за боевым генералом право на обычное предательство. Оказывается, Власов работал в разведке.

В 1937 г. еще полковником Власов был назначен начальником второго отдела штаба Ленинградского военного округа. Это значит, он отвечал за чекистскую работу целого округа. Затем Власова отправили советником к Чай–кан–ши. В Китае будущий изменник, активно демонстрируя немецким дипломатам свою моральную неустойчивость — алкоголь рекой, женщины, как перчатки — чем явно напрашивался на вербовку.

О серьезности работы полковника Власова в те годы свидетельствует его личный переводчик в Китае, который утверждал, что должен был при малейшей опасности застрелить Власова.

К счастью, тогда все обошлось, и судьба подарила Власову еще несколько лет жизни, генеральские погоны, обилие очень серьезной работы и совсем другую смерть.

По материалам Bka–roa.chat.ru, «Заговор» (www.stalincurtsy.ru), «Википедия» (ru.wikipedia.org) для газеты «Я»

История 6 Александр Парвус: человек, который придумал Октябрь

Человек, стоявший за Октябрьским переворотом, Александр Парвус был по национальности евреем, но жил по исконно русским понятиям. Его «умом…не понять, аршином общим не измерить…». Поэтому более чем оригинальная деятельность этого человека до сих представляет одну из самых серьезных загадок минувшего века


На службе у Рока

Александра Парвуса (27.8.1867–12.12.1924 г.) считали международным авантюристом, шпионом, гениальным коммерсантом, социалистом, блестящим публицистом–аналитиком.

Это еще не все. Выходец из бедной семьи он стал миллионером, но положил жизнь и честь за идеи Карла Маркса. Родом из России, он жил за границей и при этом грезил о российской политике. Он предпочел германского императора русскому царю и попытался устроить революцию в России на немецкие деньги.

Согласитесь, с рациональных позиций связать воедино этот далеко не полный перечень противоречивых «подвигов» крайне сложно. А вот иррациональный подход позволит сделать это элементарно. Стоит только задуматься: а мог ли вообще простой еврейский паренек из солнечной, провинциальной Одессы, Израиль Гельфанд (это настоящие Ф. И.О.) разрушить Российскую империю или втянуть страны в мировую войну без особых полномочий, полученных от самой Судьбы, и ответ возникает сам собой.

В подтверждение — два довода.

Во–первых, все знают: если Судьба хочет устроить свои дела, она сама выстилает избраннику дорогу к цели, сама подталкивает героя в спину, сама подсказывает решения, подсовывает нужных людей. Она все делает сама и требует от человека одного: исполнить свое предназначение. В жизни Александра Парвуса все так и было. События складывались сами собой, люди возникали и проникались его интересами, деньги сыпались на голову, сам же Александр упрямо двигался к цели.

Во–вторых, исполнив свою миссию, человек становится Судьбе не нужным. И она бросает его. На практике это выглядит так: кто–то несется стремглав сквозь дела и годы, а потом вдруг…раз и…оказывается у разбитого корыта в пустоте и забвении. По инерции этот кто–то еще рвется вперед, к подвигам. Но перед ним стена и лбом ее не прошибешь.

А вершат историю и двигают прогресс уже другие. Мавр, сделав свое дело, может быть свободен.

С Парвусом так и случилось.

Поэтому не будем винить или оправдывать этого человека. На его месте мог оказаться другой. А вот страна в любом случае была бы та же.

Россия уже много лет готовилась к испытаниям, примеряла терновый венец и только ждала того, кто толкнет ее в пропасть.


Подарки Судьбы

То, что Израилю Гельфанду судилась особая доля ясно с первых строк биографии. Ведь совсем не часто сыновья ремесленников–евреев, живших в России в конце 19‑го века, становятся докторами философии и суперспециалистами по политической экономии. Изя сподобился. По национальной квоте (5 процентов) он попал в элитную гимназию (цена обучения посильная, около 100 рублей в год). Юношей закончил Базельский университет.

Потом была карьера в политике, сближение с видными российскими социалистами и членство в социал–демократической партию Германии.

В квартире Парвуса в конце 90‑х годов позапрошлого столетия часто бывали Ленин со товарищи, здесь печаталась знаменитая «Искра», в которой «его (Парвуса) статьи, — пишет И. Дойчер, — обычно выходили на первой странице…редакторы с радостью отодвигали свои передовицы на задний план, оставляя место для него».

Тогда же произошло знакомство с Троцким, которого Парвус увлек теорией «перманентной революции», да настолько, что Лев Давидович со временем превратился как бы в отца–основателя идеи «мирового пожара», оттеснив на задний план и своего учителя, и его предшественников.


От теории к звездам

Обычно хорошие теоретики плохо справляются с практикой. Но не наш герой. Первая русская революция стала звездным часом Александра Парвуса.

В октябре 1905 года он по подложному паспорту прибыл в Петербург и вместе с Троцким образовал Петербургский совет рабочих депутатов (боевой штаб революции!).

Опять–таки на пару с Троцким Парвус прикупил газетку и довел ее тиражи до 500 тысяч экземпляров. После была газета «Начало» и аналогичный успех. При этом Парвус был не просто журналистом. Он определял стратегию и тактику Петросовета, составлял проекты его резолюций и пламенными речами пробуждал к борьбе простой народ. При этом, как трибун Парвус вне сравнений. После его знаменитого «Финансового манифеста» население бросилось изымать вклады из банков, из–за чего чуть было не рухнула банковская система страны. А вот менеджмент Парвус не тянул, что и показал вскоре состоявшийся суд. На нем Троцкий по совокупности содеянного схлопотал от царского режима пожизненное заключение, а Парвус получил всего лишь 3 года ссылки.

О том, насколько популярен был тогда Александр Парвус, свидетельствует статья о нём в Энциклопедии Брокгауза и Ефрона. Однако слава — дым. Сбежав с этапа сначала в Петербург, а затем в Германию Парвус обнаружил, что, невзирая на петербургские подвиги, он по–прежнему не имеет особого влияния в среде российской социал–демократии. И приуныл.


Турецкий гамбит и ход конем

После российской «бучи, молодой, кипучей» мирные эмигрантские будни стали для Парвуса тяжким испытанием. Хотелось подвигов, приходилось же тянуть лямку повседневности.

Он написал ставшую бестселлером книгу «В русской Бастилии времен революции». Стал героем нескольких скандалов:

— бросив без средств к существованию двух жен с детьми;

— растратил на любовницу доходы от авторских прав Максима Горького за границей (130 тысяч марок, около 200 тысяч современных долларов);

— прошел через партийный суд;

— был исключен из российской и германской социалистических партий.

Наконец, в 1910 году, отыскав новое поприще для применения своих недюжинных сил, Парвус отправился в Турцию в качестве экономического обозревателя газеты «Турецкая родина» и с головой окунулся в турецкую политику и экономику. Но это была видимая часть айзберга. Так как параллельно с эти Парвус занимался еще и нелегальной деятельностью — создавал международную банковскую сеть для финансирования социал–демократического движения.

Естественно все удалось. Жизнь бурлила и радовала новыми победами. В том числе и финансовыми. Именно в Турции Парвус разбогател на торговле зерном, оружием и оборудованием, и накануне первой мировой был уже миллионером.

А вот дальше начинается история, перед которой меркнут любые писательские фантазии…

В 1915 году наш герой решил устроить в России революцию. И по привычке деятельных натур немедля приступил к работе. Для начала парвус придумал гениальный план. Затем…предложил немцам сотрудничество.

Тут надо сделать два отступления.

Во–первых, Парвус смолоду славился своими аналитическими прогнозами. Его «предсказания» сбывались абсолютно точно. Русско–японскую войну Парвус предсказал за десять лет до ее начала, а экономическое значение нефти — на заре 20‑го века, когда главным энергоносителем был уголь. Раньше других Парвус отметил, что Европа движется к мировой войне. Ему принадлежат слова, обращенные к странам Антанты: «Если вы разрушите Германию, то превратите германский народ в организатора Второй мировой войны…».

Разобраться в мировой конъюнктуре воюющей Европы Александру парвусу не составило большого труда. Сделав это, наш герой понял, что к революции Россия может прийти единственным способом, через поражение в войне. Поэтому идея объединения русских социалистов и немецких войск ради свержения царизма выглядела вполне логичной.

Во–вторых, времена тогда были особенные. Призрак коммунизма бродил по Европе и смущал умы неожиданными решениями. Это факты известные: российские промышленники жертвовали на революцию огромные деньги, революционеры добровольно становились агентами охранки, руководители полиции пытались устроить в стране рабочие профсоюзы. Так что идея Парвуса была в духе времени и для человека, свято верящего в то, что начавшись в одной стране, революция раздует мировой пожар, очень даже закономерная.

В общем, цель оправдывала средства, и в марте 1915 года Парвус предложил немцам план. Суть его была проста: объединить под антивоенными лозунгами рабочих, вывести их на забастовки, устроить восстание, захватить власть и в итоге, заключить сепаратный мир.

Германским властям предложение Парвуса, конечно же, пришлось по душе. Но показалось несколько дороговатым. ПОэтому вместо первоначально запрошенных 5 миллионов (для полного осуществления революции, по подсчётам Парвуса, требовалось 20 млн.) он получил только один миллион рублей. Но лиха беда начало. С этим можно было начинать действовать.


Есть такая партия?

В мае 1916 года Парвус встретился с Лениным. «Я изложил свою точку зрения на социально–революционные последствия войны, — отмечал потом Парвус, — и обратил внимание, что… революция в то время была возможна только в России…»

Завершил свою речь великий комбинатор пламенным призывом: «Вы хотите еще раз провалить революцию?», намекая на события 1905 года.

Однако, Владимир Ильич не поддался на манипуляцию и отказался становиться марионеткой немцем.

Впрочем, по другой версии договоренность все же была достигнута.

И снова парочка небольших отступлений…

Почему Парвус предложил сотрудничество именно Ленину? Ведь РСДРП(б) — не была лидером на рынке революционного движения и не имела серьезной опоры в стране. Это был авантажный аутсайдер с радикальными воззрениями. Но, вероятно, именно такая партия, по мнению «режиссера», и могла ввязаться в аферу.

Однако могла не значит ввязалась. Ленин был умнейшим человеком и понимал всю рискованность предложенной ему роли. Но в тоже это был шанс…

В общем, утверждать, что Ленин взял деньги невозможно. Для этого нет документальных подтверждений. Тем ни менее, тема «Ленин и немецкие деньги» муссировалась не раз. В некоторых особенно смелых утверждениях фигурируют суммы огромные, более ста миллионов золотых марок. Однако, могли ли немцы заплатить столько? Известно, что Германия, имея в своем блоке еще трех союзников, воевала с десятью странами Антанты и потратила на это «удовольствие» 40150 млн. долларов (в марках почти столько же). То есть, план Парвуса стоил немцам одну четырехсотую часть бюджета. Не так уж много.

И все же оставим Владимира Ильича в покое и вернемся к нашему герою.

Время шло. А Парвус (с большевиками или без) не мог предъявить своим инвесторам конкретных результатов. Не помогали даже деньги. Социалисты–эмигранты не желали сотрудничать с собственной организацией Парвуса, которая взяла бы на себя организацию переворота в России. Сорвалась и попытка устроить всероссийскую стачку зимой 1916 года. Хотя каждый забастовщик получил три шиллинга или полторы марки в день, акция сорвалась.


Пикник на обочине

Нет результатов, нет и инвестиций. Вскоре разочарованные немцы свернули финансирование «проекта». Они больше не нуждались в Парвусе. Но использовали его идеи.

Едва произошла февральская революция, немецкое правительство направило в стокгольмское представительство указание № 7443 Германского имперского банка: «Вы сим извещаетесь, что из Финляндии будут поступать требования на денежные средства на пропаганду мира в России. Требования будут исходить от следующих лиц: Ленина, Зиновьева, Каменева, Троцкого, Суменсон, Козловского, Коллонтай, Сиверса или Меркалина. Для этих лиц открыты текущие счета в отделениях частных германских банков в Швеции, Норвегии и Швейцарии в соответствии с нашим приказом № 2754. Требования, завизированные одним из упомянутых лиц, должны быть исполняемы без промедления».

Договорились немцы с Лениным и по другому вопросу. «Когда революция в опасности, — сказал Ленин Луначарскому, — мы не можем думать о каких–то предрассудках. Если германские капиталисты настолько глупы, чтобы доставить нас в Россию, то они роют себе тем самым могилу. Я принимаю предложение — я еду».

Парвус оказался не нужным не только немцам. Он стал изгоем для своих единомышленников. После Февраля он пытался принять участие в переброске через Германию в Петроград находившихся в Швейцарии российских революционеров, которым страны Антанты отказывали в визе. Однако от помощи человека с сомнительной репутацией отказались все. Ленин, когда Паркус попробовал в Стокгольме встретиться с ним, категорически отказался от общения и даже потребовал, чтобы его отказ был официально запротоколирован.


Мавр сделал свое дело

Больше ничего интересного в судьбе Парвуса не произошло.

Последние годы своей жизни он провел в забвении и разочаровании.

Любимая революция в России обретала все более зловещие черты. Парвус был революции не нужен. Он не получил, как надеялся, министерский портфель в правительстве Ленина. Не получил позволения приехать в Россию. Его не было, когда большевики в Бресте подписывали мирный договор с немцами. Его статьи были в Советской России вне закона.

Человек, так много сделавший для победы социализма, оказался заклятым врагом социализма, ибо компрометировал его и своим богатством, и неразборчивостью средств.

Не оправдала себя и идея перманентной революции. Сразу после российской произошла германская революция. Но она была бесславно подавлена.

Даже деньги не принесли Парвусу радости. Сильно располнев, огромный, неповоротливый он с трудом перемещался по квартире.

Жить было незачем. И Александр Парвус умер 12 декабря 1924 года.

Но даже в смерти этот уникальный человек сохранил интригу. После его ухода не осталось никаких бумаг, исчезло всё его состояние.

А может это Судьба просто «зачистила» за собой территорию? Кто знает, кто знает…

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org), «www.Загадки и тайны ХХ века» (www.macbion.narod.ru), «Сегодня (www.segodnya.ua), Irc.lv для газеты «Я»

История 7 Новочеркасский расстрел: бей своих!

Массовые беспорядки происходят во всех странах и при всех режимах. Но почему–то именно на 1/6 части земной суши их подавляли с особой жестокостью. Примером «кровавого воскресенья» по–советски стал расстрел рабочих в Новочеркасске в начале июня 1962 г.


Иллюзия порядка № 1962

С позиций дня сегодняшнего 1962 год может показаться вполне благополучным: народ еще верит своим вождям, социализм развивается; в космосе мы лучшие, культура на подъеме. 1962 — это год «Голубого огонька», Муслима Магомаева, поныне популярных «Гусарской баллады» и «Королевы бензоколонки».

Но видимость обманчива и часто скрывает за глянцем парадных реляций множество проблем. Главной бедой СССР того (и последующего) времени было село. Обнищавшее, измученное оно с конца 50‑х не могло уже поставлять городу дешевую еду. Дорогая — с июня 1962 г. мясные и молочные продукты выросли в цене более, чем на 30 % — вызвала в стране волну протестов. Антисоветские листовки появились в Москве, Донецке, Днепропетровске, Горьком, Тамбове, Тбилиси, Новосибирске, Челябинске. По некоторым данным при Хрущеве в СССР была отмечена 61 массовая акция рабочих протестов, в том числе 58 забастовок, в 12 случаях переросших в уличные демонстрации и (или) массовые беспорядки.

Наиболее масштабные волнения накрыли небольшой Новочеркасск. Именно там впервые после революции народ встал на защиту своих экономических прав.

И получил за это так, что мало не показалось!


Точка на карте

К 1962 году Новочеркасск являл собою провинциальный городок с населением 145 тысяч человек. Около 12 тысяч вкалывало шесть дней в неделю на электровозостроительном заводе им. Буденного (НЭВЗ-е) и с трудом сводили концы с концами. Поэтому новости о «временном» подорожании почти на 30 % основных продуктов питания, совпавшие с очередным понижением расценок по оплате труда также почти на треть, повергли рабочих в шок.

Но об открытых выступлениях и протестах никто не помышлял. Страну давно и основательно приучили бояться и молчать. Особенно преуспел в науке подчинения Дон, став тихим после жесточайших репрессий, учиненных над казачеством.

Спровоцировал бунт сам директор завода Курочкин. Когда тысячная толпа работяг, собралась под заводоуправлением и потребовала ответ, на простой казалось бы вопрос: «На что нам жить дальше?», директор отшутился: «Не хватает денег на мясо и колбасу, ешьте пирожки с ливером».

Фраза, впоследствии ставшая исторической, сыграла роль запала, брошенного на пороховой склад. Раздались крики: «Так они над нами ещё и издеваются!». И…началось.


День первый, победный

Интересно, но бунт обошелся без лидера. Никто из рабочих не взял на себя руководство забастовкой. Тем ни менее все происходило достаточно организованно.

Рабочие сталелитейного цеха прошлись по предприятию, потолковали с народом, и вскоре негодующая человеческая масса заполнила площадь возле заводоуправления. Появились плакаты «Мясо, масло, повышение зарплаты», «Нам нужны квартиры», «Хрущева на мясо». Затем, чтобы привлечь к своему бедственному положению внимание Москвы, решено было остановить поезд «Саратов — Ростов».

Напряжение росло, обстановка накалялась и хотя толпа не проявляла особой агрессии, появившийся взвод милиционеров, не рискнул действовать и поспешно ретировался. Позже отдельные части этого взвода МВД совместно с КГБ, все одетые в штатское, шныряли в толпе и вели скрытые съемки. Затем «буквально ворохи фотоснимков, на которых были зафиксированы тысячи участников забастовки» стали основанием для арестов и тюремного заключения для экс–забастовщиков.

К вечеру властям пришлось расписаться еще в одном поражении. Появление армии не произвело на митингующих ни малейшего впечатления. Рабочие легко нашли общий язык с солдатами Новочеркасского гарнизона и к ужасу командиров начали братание.

Не возымели действия и другие меры. Потерпел фиаско Первый секретарь Ростовского обкома КПСС Басов, спич которого оборвали улюлюканье и полетевшие в чиновника–партайгеноссе камни. Устояла толпа и перед бронетранспортерами с офицерами. Вместо того, чтобы в ужасе разбежаться, рабочие раскачивали боевые машины и потешались над растерянными физиономиями полковников и майоров.

По другим данным вечером 1 июня была предпринята попытка подавить волнения силой, но рабочие ей успешно противостояли. Они разогнали милицию и дали отпор военным. Последние подвергались не только оскорблениям, но и побоям. Несколько человек к исходу дня были госпитализированы с тяжелыми травмами.

Так или иначе, первый день Новочеркасского бунта обошелся почти без крови.


День второй, кровавый

Утром следующего дня ситуация кардинально изменилась. За ночь железная дорога вдоль завода и сам завод оказались в кольце вооруженных автоматчиков. Возле проходной и железнодорожной станции стояли танки. (К тому времени в Новочеркасске находилось уже 5 дивизий). За ночь все жизненно важные объекты: почта, телеграф, радиоузел, Горисполком и Горком партии, отдел милиции, КГБ и Государственный банк были взяты под охрану, а из Госбанка даже везены деньги и ценности. Ночью прошли аресты. Двадцать два особо рьяных зачинщика оказались за решеткой.

Но, собравшиеся около завода рабочие пока об этом не знали. Они выслушали рекомендации военных: мол, хватит бузить, пора арбайтен, к станкам, не то пожалеете. Однако, призыву не вняли и ответили: пусть пашет армия, которая захватила завод.

Засим, не вступая в конфликт с экс-Красной непобедимой и легендарной, толпа в несколько тысяч двинулась к центру города. Шли красиво, парадно, пафосно: с детьми, стариками, красными знаменами, портретами Ленина. (Просто классика жанра, римейк на «Кровавое воскресенье» 1905 года). Шли четкими рядами, распевая «Смело, товарищи, в ногу!» и «Вставай, проклятьем заклейменный!». Все были возбуждены, охвачены верой в свои силы, в справедливость своих требований.

На мосту через реку Тузлов демонстранты наткнулись на кордон из десятка танков и бронетранспортеров. Но и тут все обошлось. После криков: «Дорогу рабочему классу!» служивые, осознав правоту пролетарского дела, пропустили манифестантов. Некоторым даже помогли преодолевать препятствие.


На старт, внимание….пли!

К приходу непрошеных гостей власти подготовились должным образом. Здание администрации (горкома партии) было заполнено солдатами. Причем — кавказских национальностей. Во избежание, так сказать, возможного консенсуса (русские солдаты могли поддержать демонстрацию).

Горячие южные парни некоторое время переругивались с демонстрантами, потом один из бойцов вспылил, и, разбив стекло, ударил женщину прикладом. Толпа тут же рванула вперед и захватила горком.

Аналогичным образом был взят городской отдел милиции. Какая–то женщина крикнула, что ночью и утром проводились аресты (не исключено, что это была профессиональная сексотка), народ воспылал праведным гневом, бросился на выручку товарищам, один из солдат замахнулся на рабочего автоматом, тот выхватил оружие (создав, таким образом, законный повод применить против демонстрантов силу) и немедля был сражен пулей наповал.

Началась пальба. Люди пытались прятаться, забегали в пустые камеры, где их…закрывали снаружи на засов сотрудники КГБ и милиционеры. Стоит отметить: камеры были пусты. Арестованных уже вывезли в Ростов и Батайск.

На самой площади разворачивалось свое «шоу». Перед людьми встало цепь солдат. Один из офицеров объявил, что получил приказ стрелять в толпу, а затем застрелился. Не захотел, бедолага, убивать своих, постыдился пачкать руки и совесть!

Но свято место пусто не бывает. Нашлись другие, не такие чувствительные. Они и открыли по людям огонь на поражение из скорострельных автоматов и пулемета. Уже после побоища, когда толпа разбежалась, к горкому подъехали грузовые и санитарные машины (подтверждая тем, что план операции «Фестиваль» был продуман заранее и в деталях). Трупы забрасывали через борт.

Очевидцы рассказывали: бежит пожилой мужчина мимо бетонной цветочной вазы на тумбе. Пуля попала в голову, его мозги моментально «разляпались» по вазе. Мать в магазине носит грудного убитого ребенка. Убита парикмахерша на рабочем месте. Лежит девчушка в луже крови. Ошалевший майор встал в эту лужу. Ему говорят: «Смотри, сволочь, где ты стоишь!» Майор здесь же пускает пулю себе в голову. Один осужденных участников событий в лагере рассказывал, что арестованных заставляли складировать трупы погибших в подвале рядом находящегося госбанка. Среди мертвых были и раненые. Их можно было бы спасти.

Справедливости ради, надо сказать: дула солдатских автоматов (это установлено следствием, проведенном военной прокуратурой в начале 90‑х) были направлены вверх и стреляли в воздух. Огонь по манифестантам вели снайперы, спрятавшиеся на крышах соседних домов. Скорее всего, они принадлежали к внутренним войскам или подразделениям КГБ.


После бала

Чтобы прекратить волеизъявление народа властям понадобилось несколько часов. Правеж длился несколько месяцев.

В город прибыло высшее партийное руководства страны. Но свои речи партийные бонзы произносили с вертолета, кружившегося над площадью и по городскому радио. Выйти к народу никто не решился.

Погибших отвезли за город и бросили, прикрыв соломой. Через пару дней, когда к разлагающимся трупам стали наведываться собаки, убитых распределили по разным кладбищам и похоронили в неизвестных могилах. Всех, кто занимался этим, заставили подписать обязательство о не разглашении. В условиях четко значилось: не соблюдение государственной тайны карается высшей мерой.

Те, кто остался жить были раздавлены страхом. В угоду ему рабочие НЭВЗ-а на следующий день после расстрела выполнили 150 % плана, и даже собрались за свой счет отработать в воскресенье. Ведь рабочую субботу они прогуляли, отстаивая свои права у горсовета! Муссировалась тема о возможной высылке всех жителей города, как это было после кронштадтского мятежа. Велись аресты.

Убедительную точку в истории поставил судебный процесс по делу участников забастовки и демонстрации, состоявшийся в воинском гарнизоне ККУКС. Согласно приговору 7 человек были приговорены к расстрелу за бандитизм и организацию массовых беспорядков. Остальные 105 получили сроки заключения от 10 до 15 лет с отбыванием в колонии строгого режима.

Но и по освобождении люди не обрели своих прав. «Когда освобождались, начальник лагеря всех нас предупредил, что теперь мы в Новочеркасске не имеем права собираться больше трех, — вспоминает Олег Долговязов, отсидевший 3 года за то, что 2 июня сбросил портрет Хрущева с балкона горкома. — А если я видел своих друзей на улице и подходил к ним, то тут же, как из–под земли появлялся милиционер, который предупреждал, что если мы не разойдемся, то он примет меры. А еще меня не пускали на первомайские демонстрации. Перед 1 Мая вызывали в отдел кадров и говорили, мол, вы можете не приходить. «Почему?» — спрашиваю. А мне: «А вы разве не понимаете?». Знаете, мне было так обидно, ведь так хотелось пойти со своими товарищами в праздничной колонне…»

Самое грустное: почти 30 лет родственники погибших 2 июня 1962 года в Новочеркасске не знали, где и как похоронены их близкие. Слухов ходило множество, однако в результате долгих поисков отыскать удалось останки лишь 26 человек. Остальные покоятся неизвестно где.


Конец — делу венец

Репрессии против горожан сопровождались беспрецедентными мерами по сокрытию информации о расстреле рабочей демонстрации. Страна должна знать своих героев, а не палачей.

В городе и в Шахтах работало 5 машин радиоконтрразведывательной службы на случай попыток радиолюбителей отправить сообщения. Местная корреспонденция полностью подвергалась проверке. Всех, кто выезжал из города, тщательно допрашивали о целях и душевно вразумляли о последствиях излишней откровенности. В итоге, все промолчали. Когда уже в более лояльных 80‑х кто–то где–то заводил разговор о новочеркасской трагедии, человеку просто не верили, считали, что он, подлец, чернит строй и «поет» с вражеских голосов.

Остались засекреченными официальные данные о событиях в Новочеркасске и поныне. Так и неизвестно, кто отдавал приказы, кто стрелял по демонстрантам, сколько человек погибло. Зато внешние приличия были соблюдены. Со временем и пострадавшие оказались реабилитированы, и памятники появились, возник даже музей.

Что касается современников событий, то, кроме «кнута» от любимой Отчизны им досталось немного и «пряников». В городе улучшилась ситуация с продовольствием, значительно увеличилось строительство жилья. Так как после расстрела главная площадь Новочеркасска вся была залита кровью, а отмыть бурые пятна, засохшие на солнце, не удалось, властям пришлось заасфальтировать площадь заново. Так что, убитые и раненые демонстранты отдали свои жизни и пролили свою кровь не зря. Новый асфальт стоит того.

Еще от своих щедрот Родина устроила вечером после расстрела на площади танцы для молодежи. Надо же было как–то поднять подрастающему поколению дух и веру в светлое будущее.

По материалам «Новочеркасск. net» (www.novocherkassk.net), «Радио «Наследие»» (www.radio-nasledie.ru), «Википедия» (ru.wikipedia.org) для газеты «Я»

История 8 Риббентроп: талант попадать в историю

История навечно связала имена министров иностранных дел Иоахима фон Риббентропа и Вячеслава Молотова, подписавших Договор о ненападении между СССР и Третьим Рейхом. Но жизнь и деятельность Риббентропа не ограничилась только этим документом


Любимец Фортуны

Современники отзывались об Иоахиме Реббентропе, как человеке пустом, высокомерном и тщеславном. Геббельс в своем дневнике писал: «Риббентроп — абсолютный ноль… На деньгах он женился, дворянский титул купил, свой пост получил обманом».

Что ж, вероятно, так и было. Современникам, им, конечно, виднее. Но справедливости ради надо отметить: апломб Риббентропа был вполне заслужен. Потому держать себя в рамках министру иностранных дел Третьего рейха было крайне сложно. Умный, красивый, импозантный, богатый, успешный — у кого голова не закружится от собственного величия? А еще талант! Причем особого пошиба! Судьба словно специально приводила Риббентропа в нужное время в нужное место, знакомила с нужными людьми, складывала обстоятельства таким образом, чтобы этот человек попал–таки в анналы истории.

Он даже родился в особый день — 30 апреля 1893 г. Спустя 52 года в этот день уйдет из жизни кумир Иоахима Риббентропа — Адольф Гитлер.

Но это произойдет еще не скоро. Пока же суд да дело, богатенький офицерский сынок выучился уму–разуму в провинциальном Везеле и отправился постигать жизненные университеты за границу. И там уж «оттянулся по полной»: менял страны и профессии, «пахал» до седьмого пота, вращался в высшем свете и даже заслужил славу немецкого шпиона.

Среди прочих занятий в послужном списке Иоахима оказалась и должность коммерческого представителя фирмы, торговавшей рейнским вином в Новом Свете. Казалось бы чепуха? Ан, нет. Связанная с постоянными разъездами по США, Канаде и Великобритании, должность позволила 20-летнему менеджеру получить широкий кругозор, отшлифовать манеры и иностранные языки. Все это вскоре пригодится на дипломатическом поприще. Не пропадет втуне и профессиональная специализация. Знание вин сослужит Риббентропу добрую службу в создании собственного капитала.


Джекпот в ассортименте

Но сначала была война. И очередная порция везения. В окопах или штабах первой мировой Иоахим Риббентроп познакомился с Францем фон Папеном. Эта дружба длилась много лет и закончилась на скамье подсудимых Нюрнбергского трибунала. Там фронтовых приятелей судили, как военных преступников. Правда, Папена оправдали. Не в пример, Иоахима, которого приговорили к повешению.

Но у всего своя цена. Именно с подачи фон Папена — шпиона, политика, принявшего самое активное участие в установлении в Германии нацистской диктатуры, вице–канцлера гитлеровского правительства — карьера Риббентропа получила столь мощное развитие. Хотя и закончилась столь печально.

Сыграли свою роль в возвышении и деньги. Большие деньги, которые буквально свалились на голову бравого симпатяги–лейтенанта Риббентропа, после того, как он сходил под венец с дочкой крупнейшего в Германии торговца немецким шампанским Отто Хенкеля. Благодаря этому браку на белый свет появилось пятеро детей и одно очень приличное состояние, в которое Иоахиму собственными стараниями превратил полученное за супругой приданое.

Для полного счастья, то есть восхождения на вершину социальной лестницы, не хватало одного — дворянского титула. Но эту мелочь баловница Фортуна принесла своему любимцу на блюдечке с голубой каемочкой. Одна из теток Риббентропа, будучи особой очень голубых кровей, за пожизненное содержание усыновила племянника и тот, добавив к фамилии приставку «фон», уверенной поступью двинулся осваивать аристократические гостиные Германии.

Вскоре роскошный берлинский особняк Риббентропа стал модным местом. Его посещали промышленники, журналисты, деятели культуры, политики. Среди прочих и Гитлер.


Любовь с первого взгляда

Первая же встреча с тогда еще будущим фюрером заставила Риббентропа проникнуться величием коричневой идеи, вступить в партию, а немного погодя и в СС. Звание же штандартенфюрера (полковника) и приятельские отношения с высшими бонзами Третьего рейха еще более способствовали увлечению молодого промышленника политикой.

Именно Риббентроп при содействии фон Папена организовал встречу Гитлера с крупным банкиром Карлом Шредером, после которой германские финансовые круги единогласно высказались в поддержку нацистов в 1933 г.

Доброе дело не осталось «безнаказанным». За достижения перед «партией и правительством» Риббентроп получил звание обергруппенфюрера СС (генеральский чин) и должность начальника отдела внешней политики национал–социалистской партии. «Под него» было создано «Бюро Риббентропа», в функции которого входили перехват шифрованной переписки иностранных государств и организация шпионской деятельности германских миссий за границей.


Дипломатия новой формации

Рейх нуждался в новой дипломатии. «Если наши худосочные дипломаты думают, что можно вести политику так, как честный коммерсант ведёт своё дело, уважая традиции и хорошие манеры, — это их дело, — презрительно говорил Гитлер о дипломатах старой школы. — Я провожу политику насилия, используя все средства, не заботясь о нравственности и «кодексе чести»… В политике я не признаю никаких законов. Политика — это такая игра, в которой допустимы все хитрости и правила которой меняются в зависимости от искусства игроков». «Умелый посол, — развивал Гитлер свои идеи, — должен быть мастером этикета. Когда нужно, он не остановится перед подлогом или шулерством. Меньше всего он должен быть корректным чиновником».

Фон Риббентропу надлежало претворить идеи своего вождя в жизнь. Что он с успехом и сделал. Собрав бывших офицеров, обедневших дворян, артистов и всевозможных мастей барышень, Риббентроп обучил всех ремеслу шпионажа (сказалась школа друга–приятеля фон Папена) и спустил свою свору на чиновников Министерства иностранных дел и виднейших государственных деятелей других стран. Плоды бурной деятельности не преминули принести щедрый урожай. Вскоре Риббентроп знал обо всех все и, обладая этой информацию, помогал любимому фюреру добиваться поставленных целей. «Таким путём, — говорил Гитлер, — я провожу настоящую политику, завоёвываю людей, заставляю их работать на себя, обеспечиваю себе проникновение и влияние в каждой стране. Нужные мне политические успехи достигаются путём систематической коррупции руководящих классов…Плоды этой подпольной работы я соберу в будущей войне, ибо никто не может противопоставить мне что–либо подобное».


На ошибках учатся

Добившись успехов на поприще «тайной» дипломатии Риббентроп в 1935 г. попробовал себя в «явной» и опростоволосился. (Видно Фортуна на что–то в это время отвлеклась). Будучи чрезвычайным и полномочным послом «третьего рейха» в Англии он наделал кучу ошибок, вел себя отвратно и даже на одном из приемов умудрился приветствовать английского короля фашистским поднятием руки.

В общем, миссия не удалась, более того, с треском провалилась и Лондон пуще прежнего невзлюбил нацистскую Германию. Но на карьере Риббентропа сие печальное для Фатерлянда событие ни как ни сказалось. Напротив, в феврале 1938 г. Риббентроп стал министром иностранных дел.

Он был счастлив и словно предвкушал свой скорый триумф. Который грянул 23 августа 1939 г. в момент подписания между Германией и СССР Договора о ненападении.

В Кенигсберге, где самолет Риббентропа по пути из Москвы в Берлин сделал посадку, министра иностранных дел приветствовала восторженная толпа. Он был с помпой принят в берлинской рейхсканцелярии. Фюрер не жалел комплиментов. И вполне заслуженных. Ибо Риббентроп совершил почти невозможное — обеспечил счастливое будущее немецкой экспансии.

Накануне второй мировой войны, которую готовилась развязать Германия, Риббентропу удалось записать в друзья, то есть нейтрализовать, страну, которая уже определила свою негативное отношение к гитлеровскому режиму. СССР сражался с фашизмом в Испании, на Дальнем Востоке воевал с Японией — союзником Германии. В советских фильмах враги были одеты в немецкую форму. А, тут два росчерка пера и бывший–будущий противник легким движением руки превратился в союзника. Мало того, Англия и Франция в ужасе кусают локти. Они–то сами, понимая неизбежность будущей войны, не смогли договориться с СССР.

Однако триумф Риббентропа был не долог.

Через два дня после подписания Пакта с Советским Союзом Англия связала себя политическим договором с Польшей. Узнав про это, Гитлер отменил приказ о начале военных действий против Польши, запланированных на 26 августа. Он испугался!

Нападение все же состоялось 1 сентября, но в угоду мировому политесу — под вымышленным предлогом. В своей речи в Рейхстаге Гитлер даже старательно избегал слова «война». Он верил в прогноз своего министра иностранных дел, считавшего, что запад проглотит и это. Но Риббентроп ошибся. Великобритания и Франция 3 сентября объявили Германии войну. Промахнулся министр и в отношении Италии. Южная союзница не вступила в войну одновременно с Германией. От Муссолини пришла лаконичная телеграмма: в настоящий момент Италия считает свое участие в военных действиях в Европе преждевременным.


Закат карьеры

Ошибками, а также тем, что генералы были теперь Гитлеру нужнее дипломатов, объясняется закат политической карьеры Риббентропа. С осени 1939 г. он — все менее значимая фигура. Только дважды за время войны Риббентроп попытался проявить инициативу. Это было в декабре 1942 года и летом 1943 года (еще до Курской битвы). Через стокгольмское представительство СССР Сталин сигнализировал готовность заключить с нацистской Германией сепаратный мир. Он предлагал вернуться к границам 1941 г. Независимо от того, было ли это предложение действительной попыткой добиться сепаратного мира с Германией или всего лишь тактическим маневром, Риббентроп горячо убеждал фюрера пойти на переговоры: они позволили бы Германии прекратить войну на два фронта или, по крайней мере, рассорить членов антигитлеровской коалиции. Лично Риббентропу такой расклад помог бы вернуться в большую политику.

Но Гитлер отказался. «Даже если я договорюсь с русскими сегодня, — сказал он, — то завтра снова начну воевать против них. Какой тогда во всем этом смысл?»


Еврейский вопрос

Еще одна «заслуга» Риббентропа, по достоинству оцененная на Нюрнбергском процессе, состоит в уничтожении европейских евреев.

Кстати, первый вариант «окончательного решения еврейского вопроса» созрел именно в недрах внешнеполитического ведомства. В июне 1940 года один из его сотрудников предложил переселить европейских евреев на остров Мадагаскар. Они должны были стать заложниками, с помощью которых можно было бы шантажировать евреев Соединенных Штатов (и предотвратить, таким образом, вступление США в войну). Реализации столь гуманного плана помешали сущие «мелочи». Германия должна была полностью разгромить Францию, которой тогда принадлежал Мадагаскар, а также обеспечить господство на море, уничтожив британский флот.

В виду сложности в работу был взят вариант более жесткий. И в дальнейшем реализацией планов «окончательного решения еврейского вопроса» — физического уничтожения всего еврейского населения Европы — одиннадцати миллионов человек — командовало именно ведомство Риббентропа.


Фенита ля комедия

Война закончилась в мае 1945 г.

В середине июня Риббентроп был арестован англичанами и вскоре предстал перед Нюренбергским трибуналом в качестве главного военного преступника. Он был обвинен в ведении агрессивных войн, военных преступлениях, массовых издевательствах и убийствах, разрушении городов, преступлениях против мира и человечности.

16 октября 1946 г. в 1 час 14 минут утра главный палач Международного военного трибунала в Нюрнберге сержант армии США Дж. Вуд приступил к исполнению приговора.

И тут Риббентропу снова «повезло». Ему довелось «открывать парад», вместо отравившегося накануне Геринга, став военным преступником № 1.

К месту казни бывший министр зашел в коричневом костюме, голубой рубашке с темно–бордовым галстуком. Он был, как обычно, элегантен.

Не раздумывая, Риббентроп поднялся по 13 ступенькам виселицы и выкрикнул в лицо свидетелям — четырем генералам союзнических армий, двум немецким свидетелям и восьми корреспондентам Англии, США, СССР и Франции: «Боже, спаси Германию»! Как обычно, он был дерзок.

После Риббентроп спросил: может ли он сделать заявление. Переводчик подождал, пока палач накинул на шею осужденного петлю с 13 узлами, после чего начал переводить заявление Риббентропа, который призвал Восток и Запад к союзу во имя установления мира во всем мире. По обыкновению бывший министр был хитер.

Как только прозвучали последние слова заявления, подполковник махнул правой рукой, палач надел на голову казнимого темный мешок и затянул петлю на шее. Помощник палача толкнул вперед рычаг, освобождающий створки. Люк со скрипом распахнулся, и Риббентроп исчез в черном провале. Веревка дернулась несколько раз и замерла.

Как всегда Риббентропу повезло. Он умер без мучений.

По материалам «История Дипломатии» (www.diphis.ru), Pro.наука (www.pronauka.ru), Persona.rin.ru, Dw–world.de для газеты «Я»

История 9 Хиросима: если посмотреть иначе…

Странно, но для нас бомбардировка Хиросимы — едва ли не преступление века. Летчик же, сбросивший на японский город атомный заряд, гордился своим поступком. Мало того, он назвал свой бомбардировщик именем матери «Энола Гей». И что совсем уж удивительно: женщина была невероятно этим польщена…


В мире нет истин, есть только мнения

Жизнь так устроена, что каждое историческое событие, утверждаясь в сознании масс, проходит обязательную социальную редактуру. Проще говоря: «пипл хавает» не то, что происходит на самом деле, а то, что втюхивает ему пропаганда. А она, как обычно, приукрашая, усугубляя, смещая акценты, всегда обслуживает чьи–то политические интересы.

Поэтому не стоит удивляться и возмущаться цинизму и бессердечию американцев. У них своя права. У нас своя. Нашу во время «холодной войны» объявила народу одноименная газета, назвав атомные бомбардировки происками злодеев–империалистов, стремящихся запугать СССР. Японцы с подачи советских СМИ в этой истории оказались жертвами, достойными всяческого сочувствия. И продолжают, таковыми оставаться по сей день.

Между тем в США и во времена оные, и сейчас «работает» другая идеологическая концепция. Согласно ей уничтожение Хиросимы и Нагасаки было мерой не только оправданной, но и гуманной. Ибо только благодаря бомбардировкам удалось спасти жизни многих и многих людей.


Каждый правый имеет право

Подобная версия имеет свою логику.

Летом 1945 года, готовясь к штурму японских островов, армия США столкнулась с жесточайшим сопротивлением противника. Примером стойкости японской армии стала битва за Окинаву, в ходе которой за четыре месяца американцы потеряли 72000 военнослужащих, а японцы вместе с мирным населением — свыше 100000 человек.

С оглядкой на это будущее не сулило американцам легких побед. Напротив, впереди «маячили» кровопролитнейшие баталии с 35‑миллионами жителей страны восходящего солнца, которых в случае тотальной мобилизации, японское правительство обещало поставить «под ружье».

И новые, и новые жертвы среди личного состава.

Кстати, для тех, кто немного позабыл историю…

Япония первой напала на США, а также многие другие азиатские страны.

Япония применяла пытки американских, британских и голландских военнопленных; уничтожила 15 миллионов китайцев во время оккупации и проводила на китайском населении испытания биологического оружия.

С «помощью» Японии Китай вышел на второе место, после Советского Союза, по потерям во второй мировой войне.

Вот история той поры…

Восьмерых членов экипажа сбитой над Японией американской «летающей крепости» — бомбардировщика Б-29 — вскрыли заживо без наркоза в анатомическом театре: профессора демонстрировали своим студентам, как следует вырезать бьющееся сердце, функционирующую печень и отдельные доли мозга находившихся в сознании жертв. Причем это не был акт продуманного мучительства. Отнюдь. С точки зрения японцев американцы опозорили себя, сдавшись в плен, и опустились ниже уровня животных. Соответственно, они и не заслуживали иного обращения.


На войне, как на войне

Но разве одна жестокость оправдывает другую? И позволительно ли ради спасения одних жизней приносить в жертвы другие?

К сожалению, эти риторические вопросы не очень актуальны на войне. Когда гремят пушки и льется кровь важно, и кто кого передумает, и кто кого быстрее перестреляет…

В Вашингтоне царило единодушное мнение, что ради спасения американских солдат, ради приближения конца войны, можно и нужно пустить в ход супербомбу. Впрочем, о реальных возможностях нового оружия военные знали понаслышке и воспринимали атомную бомбу, как очередное боевое изобретение большей, чем прежде, разрушительной силы.

Современники тех событий в один голос утверждали: никто не осознавал, насколько кардинально изменился характер войны с появлением атомного оружия. Понимание этого пришло гораздо позже.


Понедельник атомной эры

Пока, без понимания, ясным солнечным утром в понедельник 6 августа 1945 года в 2 часа 45 минут по местному времени бомбардировщик с личным названием «Энола Гей» с урановой бомбой «Малыш» на борту стартовал с острова Тиниан в направлении Японии.

Через шесть часов город Хиросима перестал существовать. Находившиеся ближе всего к эпицентру взрыва люди (а это были мирные жители) умерли мгновенно, их тела обратились в уголь. Но…вот уж феномен природы…световое излучение, пройдя через тёмный рисунок одежды в кожу, оставило силуэты человеческих тел на стенах. Представьте: человека нет, нет его трупа, а тень осталась. Ужас.

Всего в Хиросиме погибло от 70 до 80 тысяч человек. Почти столько же умерло через три дня в Нагасаки. Потом началось действие радиоактивного заражения и других пост–эффектов, увеличив к концу 1945 года число пострадавших до полумиллиона.

Зато ожидаемый политический эффект был достигнут в ближайшие сроки. Демонстрация чудовищной разрушительной мощи нового американского оружия и наступление Советской Армии убедили императора Хирохито в том, что японская нация поставлена на грань гибели. Поэтому уже 2 сентября на борту американского линкора «Миссури» был подписан акт о безоговорочной капитуляции Японии, завершив крупнейшую в истории человечества вторую мировую войну.


Рыцари без страха и упрека

Мир, наступивший после атомного эксперимента, пропаганда тоже представила по–разному.

У нас ходили легенды о том, что американские летчики, уничтожившие Хиросиму и Нагасаки, мучаются от угрызений совести, сходят с ума от стыда и ужаса, заканчивают жизнь самоубийством. В американских же реалиях летчики считались героями и спасителями Отечества. Естественно, ни о каком раскаянии речь не шла.

Единственный, кто действительно провел остаток жизни в психиатрической лечебнице, был полковник Клод Изерли, который с самолета сопровождения передал на борт «Энолы Гэй» приказ: «Бомбите первую цель!». Остальные летчики в большинстве своем прожили на удивление долгие жизни и, хотя выступали против ядерного оружия, свои действия в августе 1945 года никогда не осуждали. Напротив, свято верили, что таким образом они уберегли миллионы жизней не только соотечественникам, но и японцам, которых милитаризм готовил в жертву своим амбициям.

Пол Тиббетс — командир «Энолы Гэй» — умер в возрасте 92 лет в 2007 году, дослужившись до чина бригадного генерала, став героем нескольких кинофильмов, написав книгу. В своих интервью он утверждал: «Если вы поставите меня в такую же ситуацию, то да, чёрт побери, я сделаю это снова».


Без купюр

В 2005 году Пол Тиббетс подробно ответил на вопросы американского русскоязычного журнала «Чайка». Вот несколько выдержек из этого материала, прекрасно иллюстрирующие реальную картину тех событий и взгляды человека, совершившего атомную бомбардировку.

«— Генерал, чем вы можете объяснить, почему именно на вас выпал жребий бомбить Хиросиму?

— В этом много случайностей. Но, думаю, была и логика. В 29 лет я был майором, имел за плечами сотни боевых вылетов и считался одним из самых опытных летчиков тяжелой бомбардировочной авиации…

Как–то…меня пригласили на беседу с каким–то лейтенант–полковником Лансдейлом. В ходе ее я понял, что он знает обо мне больше, чем я сам. Жена и родители уже после войны рассказывали мне, как их «прочесывали» агенты ФБР. Лансдейл дал «добро» на мою кандидатуру, затем последовали еще десятки собеседований в инстанциях — все выше и выше — и, в конце концов, мне дали назначение возглавить группу‑509. Шутя, я свою группу называл «Личная авиация Пола Тиббетса».

…Вкратце задача была проста и ужасна — начать атомную войну. Но о нашем истинном назначении даже в моей «армии» знали только единицы.

— Где и как вы готовили эту войну?

— Я имел примитивные понятия о странном мире нейтронов, протонов и радиации. Ученые, как могли, популярно доводили до нас общие сведения.

…Перед группой‑509 стоял ряд практических проблем. Как донести до цели бомбу? С какой высоты бросать? С какой скоростью? При каких метеоусловиях? Как самим ускользнуть от взрывной волны и радиации? Над этим мы работали 11 месяцев, до июля 1945 года. «Момент истины» был назначен на август, без обозначения конкретной даты.

— Каким вам запомнился день 6‑го августа?

— Накануне у меня был приятный момент. По летной традиции, командир судна вправе дать самолету имя по своему выбору. Я остановился на «Энола Гэй», имени моей матери. Она потом до самой смерти гордилась выпавшей ей честью.

— Кстати, почему выбран именно этот город?

— Вообще–то в «черном списке» было пять городов. «Приоритеты» определялись военной значимостью объектов и метеоусловиями. Мы не имели права на ошибку и в случае плохой видимости должны были лететь на запасную цель, либо возвращаться с бомбой на базу.

— Какой вам запомнилась сцена атомного взрыва?

— Никакой. Это потом в фильмах стали показывать, как мы рассматриваем клубы атомного гриба. На самом деле, его видел только один член экипажа, стрелок–радист Боб Карон, сидевший в хвостовой части самолета. Он сделал несколько снимков любительской камерой. Профессиональные получены с двух самолетов сопровождения, на которых летели фотографы, операторы и ученые.

В 9:15 наш самолет стал на 4,5 тонны легче. «Малыш» устремился вниз и через 43 секунды взорвался на высоте 600 метров над городом. Теперь нашей главной задачей стало спастись самим и удрать от взрывной волны. Этого нам не мог гарантировать даже Оппенгеймер. В какой–то момент машину словно огрели огромным хлыстом. Нас стало трясти как грушу, но самолет выдержал, вторая волна оказалась уже слабее.

Я взял микрофон и объявил: «Друзья! Мы совершили первую в истории атомную бомбардировку». Уже потом кинематографисты припишут мне фразу: «Боже, что мы натворили!»

— Хорошо, не было слов, но что на душе? Все–таки 80 тысяч погибших в один момент…

— Понимаете, для каждого рода войск война смотрится по–разному. Летчики–бомбардировщики практически не видят «результатов» своей работы и потому относятся к ней по большей части без конкретных эмоций. Что–то там произошло, но что, не разглядишь. И потом, цифра 80 тысяч весьма условная. Никто точно не знает, больше она или меньше.

— Но в любом случае, в Хиросиме главными жертвами оказались не военные, а мирное население…

— Давайте рассуждать так. Решение о применении атомного оружия принималось не Тиббетсом, а главным политическим руководством страны. В 1945 году я был на приеме у президента Трумэна. Мне запомнились его слова: «Никогда не испытывайте чувства вины. Это мое решение. Вы солдат и у вас не было выбора». Я не хочу прикрываться высокими авторитетами, но думаю точно так же.

Решение о бомбардировках японских городов ни для кого не было простым. Но речь шла о том, продолжать войну еще минимум год с привлечением 2‑миллионой армии или закончить ее быстрее? Во сколько жизней обошелся бы этот год, равно нам и японцам? Кстати, и какой материальной ценой? «Манхэттенский проект» (создание бомбы) обошелся стране в два миллиарда долларов, каждый месяц войны стоил семь миллиардов. Не забывайте еще и о факторе Пёрл — Харбора (с нападения японцев на порт Перл — Харбор началась война между США Японией). Американская нация жаждала достойной сатисфакции.

— А почему все–таки бомбили только японцев? Немцы тоже были врагами Соединенных Штатов.

— США просто не успели. У нас были две группы: азиатская и европейская. Берлину повезло, что он во время капитулировал.

— Какой был смысл после Хиросимы бомбить Нагасаки?

— Политический и вполне оправданный. Японское руководство считало, что у нас только одна бомба — «для шантажа» и отказалось от капитуляции. Вторая бомба оказалась «убедительной».

— Как к вам сейчас персонально относятся японцы?

— Не удивляйтесь, после войны я много раз бывал в этой стране и как раз именно там я находил больше понимания, чем где–либо. Но любить им меня, конечно, не за что, да и никто на этом не настаивает.

— Существует много сплетен и слухов об «атомном проклятии» над экипажем «Энола Гэй». Кто–то сошел с ума, кто–то ушел в монастырь, кто–то покончил жизнь самоубийством…

— Не больше, чем мифы. Единственное, чего мы реально опасались — бесплодия от радиации. Угроза нешуточная для молодых мужчин. Мне в то время было всего тридцать. Утешал себя тем, что у меня уже двое сыновей. Но угроза оказалась не такой страшной. Почти все мои парни женились, имели детей и внуков. Я сам во второй раз женился в 51 год. Личные судьбы у всех сложились с разной степенью успеха. После войны многие из нас выступали с платными лекциями или создавали благотворительные фонды в помощь пострадавшим от атомных бомбардировок…»


Финал в пафосных тонах

3 июля 1949 года бомбардировщик «Энола Гей», уничтоживший Хиросиму, стал экспонатом Национального музея Авиации и Космонавтики США. Там он пребывает и поныне, невзирая на словесные баталии по поводу оправданности атомных бомбардировок. Нам же (приверженцам абсолютно любой пропаганды) остается одно — надеяться, что других примеров использования атомного оружия больше не последует. И никто, и никогда не назовет орудие массового убийства ни чьим именем.

По материалам «Векипедия» (www.ru.wikipedia.org), «ИТАР Урал ТАСС» (www.tass-ural.ru), «Чайка» (www.chayka.org), Volsky.us, Teufel5.narod.ru для газеты «Я»

История 10 Масонство: взгляд прагматичный

У нас так повелось, что все беды в стране возникают из–за дураков, дорог или, в особых случаях, из–за масонов. О них и пойдет разговор


Предупреждение

Масонство — закрытая организация, деятельность которой укрыта плотной завесой тайн и украшена массой разнообразных легенд. Посему рассказы о вольных каменщиках (так переводится слово «масон»), по большому счету, представляют собой лишь личные мнения авторов.

Но есть и хорошие новости. Доподлинно известно, что официальная дата рождения масонства — 24 июня 1717 г. Именно в этот день в английской пивной «Гусь и вертел» собрались представители разрозненных лож и объединившись, учредили Великую ложу, ставшую впоследствии материнской для всего движения.


У туманных истоков

Хотя первые масонские ложи были основаны в XVII веке в Англии, многочисленные легенды приписывают обществу более древнее происхождение от ордена тамплиеров, гильдии каменщиков XIII века или даже строителей иерусалимского храма при царе Соломоне.

Нет ясности и в целях, преследуемых вольными каменщиками. Энциклопедии определяют масонство как этическое течение, занятое эзотерикой, самосовершенствованием и духовным ростом. Так и есть. В основном.

В частности же, как говорится, возможны варианты и совсем–совсем другие интересы.

Из–за этой раздвоенности мнение широкой публики о масонах диаметрально противоположно. Одни считают собрания вольных каменщиков — безобидными клубами для добропорядочных, набожных, состоятельных людей разных сословий (это условия членства), которые собираются вместе для умных бесед. Для других масонство — вредная секта, не чуждая еврейского влияния, виновник всех бед на свете.

Что касается принципов масонства, то согласно списку, найденному в парижском архиве, они соответствуют общечеловеческим ценностям и на первый взгляд не таят в себе ничего такого, что могло сделать масонов чьими–то врагами.

Но это только кажется.


Нет абсолютных истин

Вот этот список и несколько вольная, но вполне логичная трактовка его позиций.

1. Будем вместе. — Консолидация сил.

2. Будем любить друг друга. — Братские отношения (масоны обращались друг к другу словом «брат»), способствующие возникновению взаимного доверия.

3. Будем говорить о благе свободы. — Культивирование свободолюбия.

4. Будем уважать друг друга. — Опора на социальное равенство.

5. Будем устраивать памятные собрания после смерти друг друга. — Своеобразное обещание жизни после смерти является сильным побудительным мотивом для каждого человека.

6. Будем стараться не спорить друг с другом. — Развитие толерантности и терпимости.

7. Будем собираться часто. — Системный подход.

8. Платить взносы. — Наличие бюджета делает организацию независимой (у масонов были кассы взаимопомощи, деньги которых шли на общие нужды. К примеру, есейчас в масонских госпиталях США льготное лечение).

9. Будем не огорчать друг друга. — Общение, основанное на положительных эмоциях, привязывает к людям и структурам сильнее денег.

10. Будем читать доклады на всякие темы. — Просвещение и развитие.

11. Будем соблюдать ритуалы. — Деление мира на «своих» и «чужих».

12. Будем хранить тайны. — Защита и безопасность.

Самый простой «перевод с русского на русский» позволяет заметить, что философия масонства основывается на либеральных ценностях и мотивации для их защиты. Мало того, становится понятным, что подобное движение могло возникнуть только в Англии — уже конституционной монархии, уже прошедшей через парламентскую реформу, уже отчасти признавшей социальные свободы и уже желающей большего.

Не сложно и предположить, что стоящие вне религиозных и политический пристрастий (в масоны принимались люди разных вероисповеданий и взглядов), союзы думающих, прогрессивно настроенных, жаждущих изменений, состоятельных мужчин (очередное условие членства), по мере распространения в Европе вызвали бурю протестов со стороны властей и церкви. Особенно ополчилась на масонов католическая религия. И для этого имелись веские основания.

Во–первых, все, что приходило в Европу из Англии несло в себе зерна бунта и ереси. Ведь англичане казнили своего короля, отказались от римской веры, избрали парламент и т. д.

Во–вторых, католическая церковь, в то время стоящая над монархами Европы, несла ответственность за порядок в странах себе подвластных. А устанавливать и поддерживать порядок проще имея в подчинении покорный и неграмотный народ, а не образованный и свободолюбивый, к чему призывали масоны.

В-третьих, атмосфера тайны, закрытость способствовали тому, что при определенных условиях масонские ложи могли перейти от философствования к активным действиям — политической пропаганде и заговорам.

В-четвертых, равнодушное отношение масонов к религиозной принадлежности своих членов априори лишало церковь инструментов влияния и делало вольных каменщиков силой неуправляемой.

И, в-пятых, эту неуправляемую, растущую день ото дня силу, невозможно было уничтожить. Одной из особенностей масонских организаций являлась скрытость действий. Масоны (и тогда, и сейчас) не выступали открыто, не опровергали ту или иную информацию, не отвечали на похвалу и выпады и были, поэтому неуязвимы.

В 1738 г. Климент XII объявил интердикт обществу вольных каменщиков, что означало автоматическое отлучение римокатоликов от церкви в случае вступления их в масонскую ложу. Но сторонников нового движения это не остановило. Ряды «каменщиков» росли, движение захватывало дворянство, мещанство, буржуазию, армию, образуя «пятую колонну», не подчиняющуюся национальным интересам и партиям, управляемую из–за границы, проповедующую какие–то «дурацкие» гуманистические ценности, смущающую умы идеями социального равенства.

В общем, не мудрствуя лукаво, следует признать: практически с самого начала своей деятельности масоны, декларирующие «миру–мир», оказались в состоянии войны в большинстве европейских стран. И должны были как–то выживать.

В Австро — Венгерской империи участие в масонских ложах каралось как государственная измена. В Италии и Германии масонов арестовывали. В Испании и Португалии они становились жертвами инквизиции. Во Франции немногие сохранившиеся ложи находились под надзором наполеоновской полиции.


Идеи и их приверженцы

Интересный феномен: с каждой большой и светлой идеей по поводу спасения человечества почему–то происходят странные метаморфозы. По мере распространения она, как в игре «испорченный телефон», искажается и в итоге, часто превращается в свою антитезу. А все благодаря пресловутому человеческому фактору, умеющему «перекрутить» все к собственной пользе и с помощью светлых идей творить самые что ни есть темные дела.

С масонством произошла именно это.

Главным документом масонства считается «Книга конституций» пастора Дж. Андерсона, одного из видных руководителей ордена в Англии, утвержденная в 1723 году. Один из ее разделом называется «О гражданской власти, высшей и подчиненной» и повествует: «Каменщик, где бы он ни жил и ни работал, есть мирный подданный гражданских властей, и он никогда не должен вмешиваться в заговоры против мира и благоденствия народа, нарушать своих обязанностей к начальству». Это положение было призвано доказать лояльность масонов государству и его законов. Далее предусматривалось, что члены ложи «должны быть люди добрые и верные, свободные по рождению, зрелого и рассудительного возраста, не крепостные, не женщины, не безнравственные или неприличные люди, но люди с добрым именем».

Казалось бы, все правильно, однако…автор книги «Правда о масонстве» А. Клизовский пишет: «В современное масонство внесена политика, коммерция, протекционизм и служение не общему, но личному благу. Не имея общего руководящего центра и общих руководящих идей, современное масонство разделилось на множество самостоятельных лож, которые ведут самостоятельную политику и среди них есть, как ложи более или менее светлые, так определенно вредные и даже темные. Ввиду этого полагать, что современное масонство представляет грозную сплоченную силу, которая держит в своих руках судьбу планеты, не приходится. Каждая масонская ложа имеет силу и пользуется известным влиянием в своей стране и в своей сфере деятельности».

Справедливости ради, следует отметить, что политизация масонства возникла не сама по себе, а стала ответной мерой против репрессий, направленных против общества. Так во Франции и Италии, где масоны подвергались наибольшим и гонениям, были распространены в основном политические ложи, которые со временем и повели народ к социальным преобразованиям: Французской революции, объединения Италии. В странах же Реформации (Англия, часть германских княжеств, Голландия, Швеция), где к масонам относились терпимо, масонство двинулось по религиозно–мистическому пути и занималось в основном собственными проблемами.

По оценкам специалистов классические ландмарки (заповеди) масонства — вера в Бога, патриотизм, отказ от политической деятельности и борьбы как таковой — разделяют около 92–93 % современных вольных каменщиков (около 7 млн. человек). Остальные идут своим путем и, выходя за каноны движения.

К примеру, французская ложа «Великий Восток» открыто порвала с религией и взяла официальный курс на политические преобразования. Она же всячески поддерживает миф о своей роли в организации Французской революции. (Однако, правда это или только PR-ход, сказать сложно).

Кроме устройства социальных катаклизмов, приписываемым масонам, и обязательным по регламенту самопознанием, вольные каменщики всех течений активно занимаются благотворительностью в самых разных смыслах этого слова. Так система социального обеспечения в Англии, а потом и во всем мире — это заслуга масонов. Конституционные принципы тоже во многом утвердились благодаря обществу вольных каменщиков.

«Не масонство подняло восстание американцев против английского империализма, — писал бывший великий магистр «Великого Востока Франции» Роже Лерэй. — Но именно масоны были самыми решительными его участниками. Вашингтон стал Вашингтоном также и потому, что был франкмасоном. Как Франклин, как Лафайет. Именно масон О. Хиггинс сформировал Чили. Именно масон Сан — Мартин создал Аргентину, тогда как Боливар основал Великую Колумбию, а Хуарес — современную Мексику. Все они — франкмасоны…Эти люди сумели выразить дух масонства в своих политических и военных действиях».

Но духом масонства пропитаны разные дела. Как, впрочем, и все в нашем мире.


Заговор

Итак, что же, получается: существует организация, объединяющая в своих рядах дворянство, состоятельную буржуазию, интеллигенцию разных стран — то есть самую умную и развитую часть общества, которая служит, делает карьеры, занимает высокие посты. В организации имеется устав, обеспечивающий выполнение целей. Есть дисциплина, благодаря которой цели достигаются и бюджет, позволяющий игнорировать любые ограничения со стороны всех правительств, партий, религий вместе взятых Что самое интересное: собранная воедино эта махина очень похожа на идеальный инструмент для управления миром.

Для полноты картины не хватает только тайного мирового правительства.

Но молва утверждает, что оное есть и сидят там исключительно злобные евреи. Правда, верить молве необязательно. Как говорится, возможны варианты.

Идея, о совместном заговоре евреев и масонов, направленном на подрыв общественных устоев возникла в 1860‑х гг. в Германии, затем перекочевала во Францию и вскоре превратилась в расхожий антисемитский штамп. В начале XX века к ней добавились «Протоколы сионских мудрецов» — тексты докладов участников Сионистского конгресса, состоявшегося в Базеле, Швейцария в 1897 г., в которых, само собой, повествовалось о планах завоевания евреями мирового господства, искоренение прочих религий и т. д. И хотя существуют многочисленные доказательства (в печати, в суде и независимыми исследованиями), что «Протоколы» — это мистификация, идея о заговоре это не повредило.

Но это только начало истории…

После первой мировой войны католическая церковь провела успешную идеологическую кампанию, направленную против революции и коммунизма и объявила об «иудео–масонской опасности», сделав масонов и евреев любимой мировой страшилкой для миллионов. Тогда же зловещее тайное общество обвинили в развязывании первой мировой войны, поражении Германии, русской революции и развале Российской империи. Позже борьба с евреями и масонами стала лозунгом правых кругов Германии и привела во время второй мировой войны к преследованию масонов в разных странах оккупированной Европы наряду с «большевиками и евреями».

Не обошла идея о «сионистско–масонском заговоре» и СССР. Особенно популярно ругать масонов и евреев было в 80‑х годах, когда социализм себя полностью дискредитировал, и появилась острая нужда в виноватых во всем «стрелочниках». «Старая песня о главном» прозвучала и с наступлением нынешнего кризиса.


Сермяжная правда

Так уж повелось, что наличие проблем требует либо персональной ответственности, либо виноватых. Последних найти всегда проще (благо и масоны, и евреи всегда под рукой), чем браться за дело самому. Но так не может продолжаться вечно. Вернее, не должно. Ведь справедливости–то жаждут все…

По материалам «Википедия» (ru.wikipedia.org), «Электронная еврейская библиотека» (www.eleven.co.il), Repetitor.info, Ufolog.nm.ru, Ru–masons.chat.ru для газеты «Я»

История 11 «Грязная» слава Грозного царя

История — не точная наука. Причем настолько, что в некоторых случаях белое видится черным. И наоборот. Подобный казус произошел с царем № 1 всея Руси Иваном Грозным


Реабилитировать посмертно?!

Сегодня про Иоанна IV по прозванию Грозный помнят в основном гадости. Мол, высушенный злобой жестокий старик со сворой опричников, утопил страну в крови, угробил собственного сына, менял жен, как перчатки и т. д. Между тем «старик» умер в 54 года (25.8.1530–18.3.1584) и за время правление сделал–таки «кое–что» приличное. Например:

увеличил территорию государства почти 100 %;

обеспечил такой уровень жизни, что прирост населения составил 30–50 %;

превратил Россию из княжества в царство;

провел ряд государственных реформ;

расширил торговлю с Англией, Персией и Средней Азией;

положил начало книгопечатанию, выставив, таким образом, идеологический щит перед католицизмом;

завещал своим наследникам мощное государство и боеспособную армию.

Что касается злодеяний, то молва тут «несколько» переусердствовала. По мнению, современных историков доказательств убийства царем Иваном своего сына не существует. Не велик (4–5 тысяч человек) по сравнению с другими странами и размах репрессий. В странах Европы той поры счет шел на десятки тысяч.

Так что, Ивана Грозного впору реабилитировать. А заодно задуматься, почему в общественном сознании царь–реформатор остался воплощением зла и жестокости?

Но об этом позднее.

Пока на повестке дня «житие мое».


Иваново детство

Будущий царь Иван IV стал круглым сиротой в 8 лет. Тогда же мальчишкой, он превратился в номинального, из–за возраста, правителя державы. И оказался настоящим заложником. Судьба Ивана полностью зависела от своеволия боярского совета, который до его совершеннолетия управлял страной.

Пройдя дипломатическую академию на дому, познав на собственной шкуре азы и изыски политической кухни, будущий Грозный до последних дней люто ненавидел боярство и мстил за детский страх и униженное достоинство. Первый удар по «благодетелям» Иван нанес в 13 лет, когда отдал на растерзание псарям одного из зарвавшихся опекунов. Других обидчиков он казнил и наказал со временем.

Кстати, оснований (и довольно весомых) для мести у Ивана хватало с избытком. Его мать отравили, когда ему было 8‑мь. Родного дядю убили, едва мальчику исполнилось три. Другой дядя умер в тюрьме. Третий и и. д.

Так что, Иван отнюдь не был злобным малолетним маньяком. Он был просто дитя своего века.


Ферше ля фам

Сложной была и личная жизнь царя Ивана.

Бояре–наставники развратили его, отвлекая внимание от государственных дел, смолоду. Тем ни менее 3 февраля 1547 года семнадцатилетний Иван Васильевич венчался с Анастасией Захарьиной — Юрьевой по искренней любви и тринадцать следующих лет провел в счастье.

Анастасию царь выбрал из собранных со всей Руси 3‑х тысяч красавиц и не ошибся. Только эта женщина умела успокоить и приласкать его так, как ни одна другая. Рядом с Анастасией мудрой, добродетельной, благочестивой и влиятельной, царь становился лучше, спокойнее. После смерти жены в августе 1560 года Иван изменился коренным образом и тогда уж проявил худшие качества своей натуры.

(Кстати, Иван считал, что Анастасию убили. И был прав. В наше время факт отравления был доказан с помощью судебно–следственной экспертизы).

Второй женой Ивана стала княжна Кученей — дочь кабардинского князя Темир — Гуки (Темрюка Идарова). В истории о ней остались противоречивые сведения. По одним данным горянка была очень жестокого нрава и всячески потакала порокам Ивана Васильевича. По другим — молва приписывала ей эти качества, как чужеземке. Так или иначе, 8-летний брак оборвался смертью царицы.

Третья избранница Грозного Марфа Собакина отличалась поразительной красотой, но, умерла сразу после обручения. Следующую под венец (вопреки мнению церкви) Иван отвел дочь московского дворянина Анну Колтовскую.

Дело в том, что православие разрешает только три брака. Четвертая попытка царя создать семью считалась незаконной. И хотя имелось и некоторое оправдание — предыдущая невеста так и не стала женой — Ивану пришлось надавить на прелатов, чтобы свадьба состоялась.

Но Анна затеяла борьбу с опричниной (многие опричники были казнены при ее содействии) и проиграла. Царь отправил супругу в монастырь, а сам вскоре сочетался тайным браком с княжной Марией Долгорукой. Пятый по счету союз оказался самым печальным и коротким. Утром после свадьбы Иван IV объявив всем, что царица — не девственница, пустил под лед санную упряжку вместе с лежавшей в ней в беспамятстве женщиной.

В 1575 году Иван Васильевич заинтересовался семнадцатилетней Анной Васильчиковой. Состоялось венчание, но царицей Анну никто из духовенства не признал. Впрочем, конфликт длился не долго. Вскоре Анна скончалась таинственным образом, передав «эстафету» уже неофициальной супруге Ивана — Василисе Мелентьевой.

Знакомство царя с Василисой произошло при весьма «романтических» обстоятельствах. Пораженный красотой женщины Иван IV тут же велел заколоть ее мужа и переселил новоявленную вдову в царский дворец.

Все было хорошо, пока царь толи заподозрил, толи уличил Василису в измене. В сердцах Иван насильно постриг любимую в монахини в 1577 году. По другой версии красавица была похоронена заживо в общей могиле вместе с убитым любовником.

Последней женой Ивана Грозного в октябре 1580 года стала Мария Нагая. С ней Грозный доживал свой век. Однако помышлял старый греховодник (по последним изысканиям Грозный умер от сифилиса) о других женщинах: незамужней английской королеве и шведской принцессе.

Увы, на международный уровень Иван так и не вышел. В марте 1584 года он скончался, оставив после себя троих сыновей.

У всех жизнь не заладилась. Старший Иван умер толи от болезни, толи от нанесенной царем травмы (современная экспертиза это не подтверждает).

Средний Федор стал наследником престола, но был вроде, «не сповна розуму» и детей не имел. На нем пресеклась московская династия Рюриковичей

Младший Дмитрий умер в Угличе при невыясненных обстоятельствах. Слухи приписывали смерть мальчика Борису Годунову.

Но царь Иван об этом уже не узнал. Хотя бы в этом чаша сия его миновала.


Аз есмь царь!

Теперь потолкуем о политике. Но кратко и выборочно. Ибо в рамках одной статьи рассказать обо всех реформах и победах царя Ивана не возможно. Имя им легион, а конъектура тех лет такова, что ни в двух, ни в трех, ни двадцати трех словах не расскажешь.

Дебют Ивана на политическом поприще состоялся в 16 лет, когда, забрав бразды правления у опекунов, великий князь объявил о желании венчаться на царство.

Тут необходимо кое–что пояснить.

Московским царством до Ивана правили великие князья. Титул это был чепухневый. В международном табели о рангах соответствовал скромному «принцу» или даже «великому герцогу». Между тем, имелась возможность эту ситуацию исправить. Существовала легенда о венце — «шапке Мономаха», которую византийский император Константин Мономах передал своему внуку великому князю киевскому Владимиру Мономаху, подтверждая тем права на царский титул.

Миф этот стал основанием для того, чтобы, «не меняя профессию» правителя, Иван Васильевич был уволен с занимаемой должности «великого князя» и директивным порядком назначен на должность «царь всея Руси».

Став при этом выше всех своих подданных! Более того, став даже выше европейских монархов. Ведь король — это первый среди равных. В Польше, к примеру, такого первого равные выбирали с драками. А в Англии первый подчинялся парламенту. Царь же не подчинялся никому. Он был самодержцем и помазанник Божий.

Кроме усиления позиций внутригосударственных новое положение изменило расстановку сил и на внешнеполитической арене. Теперь в переговорах с Казанским и Крымским ханами (то есть царями) Иван выступал на паритетных началах, а на европейских монархов–королей вообще поглядывал свысока.

Правда, заносчивая Европа сначала не признавала царский статус Ивана Грозного. И тому потребовались некоторые усилия и ухищрения, дабы исправить положение. Но «игра» того стоила.

Кстати. позднее, когда Петр Первый назначил себя императором, произошла похожая история. Тогда даже правнуков Петра Европа зловредно величала царями.


Опричнина

В бурной политической биографии Ивана Грозного было нововведение, ставшее впоследствии, как бы визитной карточкой самодержца. Типа: говорим Грозный, подразумеваем опричнина. Говорим опричнина, подразумеваем Грозный.

Но что стоит за этой «связкой»?

Эксперты по сей день спорят, был ли раздел страны на две части и жесточайшие репрессии проявлением политической мудрости царя Ивана или так сказалось его безудержная и жестокая натура. Увы, ответа на этот вопрос нет. Есть только событийный ряд…

Итак, в конце 1564 года царь неожиданно для всех перебрался в свою дальнюю резиденцию и оттуда послал в Москву две грамоты. В одной он уверил народ в своей пламенной любви. Во второй, адресованной митрополиту, обвинял бояр и духовенство в измене и пригрозил отречением от трона.

Дальше случилось то, что и следовало ожидать. Возмущенный возлюбленный народ в едином порыве поднялся на защиту обиженного царя–батюшки и перед угрозой бунта злодеи–бояре дали Ивану то, что он так страстно желал — чрезвычайные полномочия.

Получив оные, Иван разделил страну на две части. В одной учредил «опричный» двор с войском, финансами, Думой, территорией, в которую вошли самые экономически развитые районы. Второй частью, Земщиной управляла Боярская Дума, полностью зависимая от воли царя.

С введением опричнины началась кровавая диктатура самодержавной власти.

Опричники не щадили никого. Ни князей, ни дворян, ни простой люд. Изощренная жестокость, зверские расправы стали повседневным явлением и нормой жизни. Зимой 1569–1570 г. по приказу царя был учинен кровавый погром в Новгороде, заподозренном в измене и желании перейти к Литве. По ходу дела был разрушены Тверь и Торжок. Из Новгорода царь с опричным войском направился к Пскову, который также ждала печальная участь. Однако, обошлось малой кровью.

Казнив нескольких псковичей и разграбив их имущество, государь вернулся в Москву и взялся за поиски тех, кто поддерживал новгородских изменников. Оные, естественно, нашлись и были уничтожены прежестоко. Преследованию подвергались не только «враги народа», но и жены, дети, даже домочадцы. Всех подвергали гонениям, а имущество отбиралось в собственность царя.

Однако летом 1571 г. к Москве подошел крымский хан Девлет — Гирей. И тут опричное войско опростоволосилось. Не оказав сопротивления, оно уступило Москву врагам.

Тогда–то Иван понял, как заблуждался и что натворил, потому с присущей себе решимостью резко сменил политический курс. Он решительно отмежевался от своего «детища» и даже наложил запрет на упоминание об опричнине. Более того, возвратил прежним владельцам часть конфискованных земель.


Ищи кому выгодно

Теперь, можно вернуться к вопросу, прозвучавшему в начале статьи. Почему, невзирая на громадные успехи в качестве государственного деятеля, царь Иван Грозный остался в общественном сознании воплощением страшных личных пороков? Которые, между прочим, весьма и весьма условны.

Так опричнина по сравнению с Варфоломеевской ночью — просто мелкие шалости. Поводы событий несопоставимы. Иван казнил за государственную измену и часто заслуженно. Французский же король разрешил убивать невинных поданных за иноверие. (И не прослыл при этом зверем и тираном).

История с убиенным сыном вообще не подтверждена документально и возникла с подачи папского нунция Антонио Поссевино — шпиона, имевшего задание обратить Московское княжество в католичество и не выполнившего это задание во многом благодаря усилиям Ивана Грозного.

Что еще ставят в вину царю Ивану? Многоженство? Это даже смешно. Кто без греха, тот…и т. д.

Крутые диктаторские замашки? А вот тут надо бы разобраться. Объявив себя царем, Иван стал им только формально. На практике, чтобы быть выше всех, ему предстояло подчинить мятежных бояр. Сами они, имея в «кормлении» крупные города и уезды, принимать новые правила игры, не спешили и держались дерзко. Не платили пошлины, печатали собственные деньги, рвали страну на части. Доподлинно известно, что знать Пскова и Великого Новгорода, действительно, планировала выйти из состава государства. Знать московская устраивала один заговор за другим. Так что действия Ивана были хоть и жестки, но с государственных позиций оправданы, а средства в духе времени, скорого на жестокую и расправу.

И еще…

Главное в политике результаты. А они таковы: Иван победил междоусобную распрю, собрал в кулак государство и превратил его в экономически и политически сильную управляемую структуру. За что по заслугам мог остаться в истории не Грозным, а Великим.

Однако таковым стал назвали Петра.

И тут зная, как под заказ сильных мира сего слабые переписывают историю, можно сделать предположение. Может быть, наивное, но вполне логичное.

Возможно лет 200–300 назад, когда формировалась современная редакция исторического образа Ивана Грозного, кто–то намеренно превратил классного политика в тирана и злодея, чтобы возвысить итоги другого царствования. Хотя бы того же Петра.

Кстати, Петр и остальные Романовы были родственниками Анастасии Захарьиной — Юрьевой. И род этот в эпоху Ивана был весьма захудалым. Так что не исключены и «фамильные» разборки.

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org/), «Всемирная история в лицах» (www.vivl.ru), «Иван Грозный» (www.ivan-grozny.com), «Школьный портал» (www.skola.ogreland.lv), «Александр Баркашов» (www.barkashov.com) для газеты «Я»

История 12 Королевский гамбит или корону за любовь

Прагматизм — враг иллюзий — развенчал самую сентиментальную историю 20‑го века и назвал Уоллис Симпсон — женщину, из–за которой английский король Эдуард VIII отказался от трона, шпионкой. Ну, что за времена, что за нравы! Ни какой романтики!


Сказка со странными персонажами

Впрочем, история английского короля и разведенной американки действительно какая–то смутная.

По воспоминаниям современников героиня — Уолисс Симпсон (19.6.1896–24.4.1986 г.) больше смахивала на стервозную Мачеху, чем на милягу Золушку. Реалистка до мозга костей, она твердо стояла на ногах, знала, что почем и умела брать не только свое, но и чужое.

Опыт показывает: жизненная хватка редко возникает сама по себе, обычно она — результат перенесенных испытаний. В случае Уолисс, так и было. Бедное детство, пять лет тяжелейшего брака с первым супругом–алкоголиком, развод, безденежье, несколько лет неопределенности в должности «невесты без места» закалили женский характер, сделали юную доверчивую простушку настоящей железной леди.

Что касается внешних данных, то на момент знакомства с главным суженым–ряженым Уилисс уже превратила железо в сталь и, благодаря деньгам второго мужа Эрнста Симпсона, сияла в лондонском высшем свете.

«Ее (Уолисс) очарование было столь велико, что оно мгновенно и полностью пленяло всякого, особенно мужчину, который общался с ней»; «Мужчины слетались к ней, как мухи к тарелке с медом» — писали знакомые Симпсон.

Однако кроме очарования у этой женщины были другие достоинства и именно они заставили наследника британского престола, принца Уэльского, влюбиться в свою Золушку с первого взгляда.

Как утверждали очевидцы, любовную химию этой пары предопределяло редкое психологическое соответствие. Флегматичный, закомплексованный принц и властная дерзкая американка были будто созданы друг для друга.

Одна из бывших любовниц считала Эдуарда мазохистом и утверждала: «У него были большие проблемы по части секса. Он понимал, что женщины отдаются ему только из–за того, что он — будущий король, и это его оскорбляло.…Он делал себя рабом женщины, которая ему нравилась, и становился целиком зависимым от нее. Ему было приятно, когда его унижали и даже оскорбляли…Неудивительно, что пренебрежение, с каким отнеслась к нему миссис Симпсон, привело его в сильнейшее возбуждение».

Такие вот дела жили в двадцатом веке!

Кстати, привычные представления о принцах мало схожи с реальностью. У них тоже жизнь — не сахар. В частности, Эдуард вырос на сплошных запретах, без друзей, обделенный любовью и вниманием родителей. В Осборнской морской школе одноклассники обзывали его «килька» и всячески издевались: один раз облили волосы красными чернилами, другой — сунули голову под поднятую оконную фрамугу и опустили ее на шею, показав, как в свое время англичане расправились с королем Карлом I.

То же повторялось в Королевском морском корпусе в Дартмуте.

Хватало сложностей у принца Эдуарда и во взрослой жизни. Ему по–прежнему многое запрещали. Он не мог участвовать в скачках, не имел права быстро ездить на автомобиле, его не пустили на фронт. Не лучшим образом складывались и отношения с дамами. Хотя у Эдуарда было много любовниц, ходили слухи о его гомосексуализме, импотенции. Женщина, связь с которой продолжалась десять лет, отказалась выйти за Эдуарда замуж.

В общем, жизнь английского принца была тяжела и неказиста!

Но самой большой проблемой наследника британского престола являлись политические взгляды. Дело в том, что Эдуард был завзятым германофилом и любил немецкие песни, пейзажи, пиво, восхищался немецким порядком. Между тем страна, которую Эдуард должен был унаследовать, много лет придерживалась радикально антигерманского курса.


Кто кого: страна против короля

Роман между принцем и Уолисс развивался своим чередом и спустя несколько лет пришел к закономерному финалу. Эдуард захотел жениться и в качестве свадебного подарка собрался преподнести любимой подвластную ему державу.

Однако у той, у державы, были совсем иные планы на собственное будущее.

Озвучил их премьер–министр Стэнли Болдуин, когда в ноябре 1936 года уже не принц Уэльский, а король Эдуардом VIII сообщил о своем намерении создать семью с Уоллис Симпсон.

Премьер сказал, что следуя духу британских законов, король является главою англиканской церкви, поэтому ему запрещён брак с лицом, ранее состоявшим в расторгнутом браке. А посему госпожа Симпсон не может стать ни королевой Великобритании, ни морганатической супругой.

То же подтвердили и главы всех доминионов Содружества, кроме Ирландии.

Засим огорченному помазаннику Божьему строптивый Кабинет Министров предложил выбрать один из трех вариантов и либо разорвать отношения с миссис Симпсон, либо жениться на ней и принять отставку кабинета, в надежде, что новый состав окажется более лояльным. Либо отречься и делать что душе угодно.

10 декабря 1936 года Эдуард подписал отречение. Прощаясь со своими подданными в прямом радиоэфире, он сказал: «Я пришел к выводу о невозможности нести тяжкое бремя ответственности и исполнять долг короля без помощи и поддержки женщины, которую я люблю».

Узнав новости, женщина, которую любил король, мрачно уронила «Дурак, глупый дурак» и закатила истерику. Но слезы и крики уже не могли исправить ситуацию. Британскую корону Эдуард потерял. Навсегда.


«Развод» по–английски

Между тем, все могло сложиться иначе. У Эдуард были шансы настоять на своем.

Современные эксперты считают, что с юридической точки зрения брак Эдуарда с Уоллис Симпсон не противоречил законам Британской империи. Не правомочно было и вмешательство правительства. Оно не должно было ограничивать выбор короля и указывать, что ему делать. Тем ни менее, вмешалось, ограничило и указало.

О причинах чуть позднее. А вот почему Эдуард сдался так быстро, понять сложно. Он должен был знать законы. Должны были найтись и доброхоты, желающие просветить его. А заодно свергнуть кабинет Болдуина и сместить самого премьера.

Но случилось то, что случилось. Король уступил давлению премьера. Болдуин победил. В итоге, страну избавилась от ТАКОЙ королевы и ТАКОГО короля.


Обликом морале и политическое кредо

Чем же была плоха очаровательная Уолисс Симпсон? И чем не угодил Британии законный наследник престола? О, многим.

Существовало некое таинственное «китайское досье» на Уоллис Симпсон. Правда, документов этих, никто в глаза не видел, но информация, в них содержащаяся, настолько дискредитировала светлый образ потенциальной монархини, что стать оной у Симпсон не было ни малейшего шанса.

Правительство также располагало докладом Скотленд — Ярда, согласно которому в самый разгар романа с принцем Уоллис Симпсон имела несколько любовников. В другом донесении говорилось, что дама поддерживает тесные связи с немецкими дипломатами, а с послом «третьего рейха» Иоахимом фон Риббентропом эти связи более, чем тесные. Агенты также обращали внимание руководства на небрежное обращение короля с секретными документами и то, как быстро закрытая информация становилась известной немецкому посольству.

Что касается короля, то его усиливающаяся германофилия обретала все более угрожающий характер. Эдуард открыто одобрял приход к власти Гитлера, более того, намеревался заключить союз с Германией и даже делал в этом направлении определенные шаги. Совсем уж беспрецедентный случай произошел, когда фашисты ввели войска в Рейнскую область и мир, затаив дыхание, ждал реакции Англии на это событие. Оная прозвуча и превзошла все ожидания!

Король позвонил германскому послу и сказал:

— Я только что вызвал премьер–министра (Болдуина) и сообщил ему свое мнение. Я сказал старику, что отрекусь от престола, если он устроит войну. Была ужасная сцена. Но вы можете не беспокоиться. Войны не будет.

Альберт Шпеер — бывший гитлеровский министр позднее написал: «Гитлер, узнав об этом, вздохнул с облегчением: «Слава Богу! Английский король не вмешается. Он держит свое слово».


Разменная карта в большой игре

Пока шли пререкания с парламентом, Уолисс ждала своего короля во Франции. Там же после отречения летом 1937 года пара сочеталась законным браком и обрела новый титул. По решению нового монарха экс–король стал свежеиспеченным «герцогом Виндзорским» (ни до, ни после такой титул никогда не присваивался) «с тем только, чтобы жена его и потомство, если таковое будет, не носили имя и звание Королевского Высочества». Другое ограничение касалось посещения Великобритании. Отныне без специального разрешения Эдуард не мог вернуться на Родину.

Зато Германия гостеприимно распахнула перед бывшим королем свои двери.

В октябре 1937 года герцог и герцогиня Виндзорские посетили третий Рейх. Визит, естественно, был частный, но от того не менее помпезный. С Виндзорами встретилась верхушка коричневых, народ при проезде кортежа кричал: «Хайль Виндзор!» и «Хайль Эдуард!». В ответ герцог поднимал руку в нацистском приветствии.

Состоялся и тет–а–тет Виндзоров и фюрера. Результатами беседы стороны остались очень довольны. Гитлер был подчеркнуто внимателен, гости на прощание в очередной раз отсалютовали своему кумиру. По словам переводчика Шмидта, когда герцог и герцогиня уехали, фюрер сказал: «Из нее выйдет хорошая королева».

Значит ли это, что немцы планировали устроить в Британии государственный переворот и хотели посадить на трон «карманного» монарха? Не исключено.

Англичане, во всяком случае, реально опасались этого, и когда началась мировая война, потратили немало сил, дабы взять под контроль бывшего правителя. Новый премьер Черчилль категорически настаивал на немедленном возвращении Виндзоров в туманный Альбион или подконтрольные ему территории. Видзоры сопротивлялись, как и сколько могли, но в итоге подчинились и перебрались на Багамские острова.

Пока это не случилось, пока Эдуард с женой были в Европе, немцы не оставляли герцогскую семью в покое и надеялись так или иначе разыграть британскую карту. Однако все операции (в том числе похищение экс–монарха) провалились благодаря бдительности британских спецслужб, держащих Эдуарда в таком плотном конце, что политической разведке третьего Рейха пришлось признать свое поражение.

А вот о собственных планах Эдуарда стало известно сравнительно недавно, когда телеканал ZDF со ссылкой на недавно обнародованные секретные документы ФБР сообщил, что герцог Виндзорский лелеял мысли о поражении Великобритании в войне и хотел установить в стране абсолютную монархию без парламента.

Однако делал ли Эдуард какие–либо конкретные шаги для реализации своих планов сейчас доказать невозможно ибо весной 1945 годы англичане предприняли беспрецедентные меры по изъятию любого компромата на своего бывшего короля.


Любовь или спецоперация?

Но вернемся к love–story Эдуарда к очаровательной Уолисс.

Многие тогда, да и позже, удивлялись: чем эта женщина взяла Эдуарда? Как король мог потерять голову и отказаться от трона?

Увы, правды не узнает никто и никогда. А вот предположить можно всякое…

По слухам Уолисс была потрясающей любовницей и даже специально училась в Китае особым хитростям. Также говорили, что разузнав о пристрастиях Эдуарда (принц достался Уолисс в наследство от подруги), она блистательным дебютом сразу же покорила наследника престола.

Существуют версии и по–весомее. Уоллис была идеальным партнером для Эдуарда. И именно эта идеальность — неустанный интерес к его работе, те же германофильские настроения, ее умение подавлять и его желание быть подавленным — навевает на подозрения, что «казачок–то засланный».

Но на кого могла работать Уолисс? Эксперты разводят руками. По их мнению, появление пронемецкого агента влияния рядом с принцем/королем было выгодно как Германии, так и Великобритании.

Действительно, стараясь развязать руки, немцы стремились заключить с Британией мир, и через агентуру предпринимали неоднократные попытки пригласить заклятых врагов за стол переговоров. Симпсон в этих планах, (даже, если ее знакомство с принцем состоялось случайно, а восхищение Гитлером носило искренний характер) была сущей находкой, и не завербовать столь полезную во всех отношениях даму было со стороны немцев просто преступлением. Преступлением было и не «подсунуть» принцу такую даму.

Но то же самое могла сделать и «Интеллидженс Сервис». Прогерманские увлечения Эдуарда были не секретом, дело шло к прямому предательству интересов нации, и в этой ситуации отдавать Эдуарду корону было верхом легкомыслия. Но не отдавать корону законному наследнику тоже как–то неприлично. Поэтому 327 дней правления стали компромиссом в этом политическом тупике. А любовь к разведенной американке — прекрасным поводом для отречения и воцарения более удобного стране монарха.


Конец сказки

И все–таки в жизни должно быть место сказке и романтике. И оно нашлось даже в этой смутной истории.

Эдуард и Уолисс жили вместе долго и счастливо. Умерли, правда, не в один день. Но это уже мелочи.

Первым в 1972 году ушел из жизни экс–король, благодаря судьбу за то, что 36 из 76 отпущенных Богом лет провел с любимой женщиной.

Уолисс умерла в 90. Но пока билось ее сердце, она не забывала, что хотя

не стала королевой, но стоила короны. А это хорошее утешение даже для прагматичных особ!

По материалам «Википедия» (ru.wikipedia.org), «Тайна веков» (www.agesmystery.ru), «Великобритания» (www.2uk.ru), Fastmarksman.ru, Lenta.ru для газеты «Я»

История 13 Коррупция forever?!

Сотрясая мировые устои, исторические формации сменяли одна другую. Но ни одна не смогла искоренить коррупцию. Не напрасно говорится: «зачем нанимать адвоката, если можно купить судью?»


Красный день календаря

Международный день борьбы с коррупцией объявлен ООН 9 декабря 2003 года в честь открытия подписания Конвенции ООН против коррупции. На сегодняшний день в числе подписантов около 140 государств. В том числе и Украина.

В соответствии с Конвенцией государства должны добиваться того, чтобы их должностные лица были неподкупными, честными и ответственными. За ориентир предлагается взять Международный кодекс поведения государственных должностных лиц, одобренный Генеральной Ассамблей ООН еще в 1996 году.

Но возможно ли в принципе победить коррупцию?


Докажи, что живешь на законные

Да, считают в Гонконге. Город–государство сейчас живет практически без взяток. В рейтинге TransparencyInternational, составленном по принципу «чем больше цифра — тем выше индекс коррупции» Гонконг занимает 12-ое место (Украина в 2009 г. — 146, в 2008 — 134, всего в рейтинге 187 государств).

Но что же было сделано конкретно и насколько эффективной оказалась избранная мера? Судите сами…

Была отменена презумпции невиновности для чиновников, а вместо нее применен принцип «докажи, что купил имущество не на взятки».

И сразу же после отмены презумпции невиновности несколько крупных чиновников оказались за решеткой. Кстати, наказание по данной статье предусматривает срок до 15 лет.

Была создана независимая комиссия по борьбе с коррупцией (НКБК), специалисты которой получают высокие оклады, назначаются на срок не менее чем пять лет и подчинены исключительно генерал–губернатору.

Хорошо мотивированные независимые «ловца взяточников» за первый год работы поймали и осудили 220 нечистых на руку чиновников. Среди них и шефа полиции Гонконга.

Третьей мерой стала возможность рядовым гражданам и журналистам сообщать о взяточниках. НКБК организовала круглосуточную «горячую линию», по которой каждый желающий мог сообщить о чиновниках, которые вымогают или получают взятки. (В Гонконге не является преступлением дача взятки). Журналисты в свою очередь проводили собственные расследования в отношении чиновников: фиксировали крупные покупки, выявляли размер затрат их родственников.

В итоге, несмотря на то, что в 974 году коррумпированность госаппарата Гонконга составляла 94 процента, сейчас она равна приблизительно 2–3 процентов. Феноменальный результат!


«Даешь коррупциризацию всей страны!»

Пока наши специалисты изучают чужой опыт, коррупция набирает обороты.

«Прокуратура — структура коммерческая, и тарифы всем известны, — говорит известный в Украине адвокат Татьяна Монтян. — Они определяются количеством денег, которые человек хочет поиметь за ее счет. Приходит человек и просит возбудить уголовное дело под левым предлогом против своих врагов. Его просят рассказать о бизнесе, которым занимается. Он рассказывает. В прокуратуре прикидывают, что к чему, и говорят: хорошо, но с тебя столько–то, в зависимости от дохода. Конкретные суммы зависят от степени беззакония. Если у врага тоже рыльце в пушку, и ему можно что–то реально накрутить, это обойдется дешевле. Если нужно вчинить полный, оголтелый беспредел — дороже. Но меньше чем за $10 тысяч и не подходи».

Одним из самых резонансных коррупционных скандалов последнего времени стала история с заместителем генпрокурора Александром Шинальским.

Фабула такова: группа юристов–бютовцев во главе с нардепом Андреем Портновым (недавно неожиданно назначенным замом главы Администрации президента) уличила Шинальского в приобретении недвижимости в Баден — Бадене и Ницце. По версии обличителей, Шинальский от имени возглавляемой им Украинской ассоциации прокуроров (УАП) «выбивал» у бизнесменов солидные средства якобы на благотворительные цели, которые на самом деле использовались в интересах верхушки ГПУ. Вплоть до выделения земель под строительство на Южном берегу Крыма.

Шинальский парировал, что деньги шли только на благо ассоциации, а скромное жилье за границей (с учетом того, что семья живет небедно, а супруга тоже неплохо зарабатывает, являясь руководителем и основателем фирмы «Гамбетта») купил–де на законных основаниях из–за проблем со здоровьем.

И все–таки Шинальскому пришлось уйти. Впрочем, уступив должность зама генерального Евгению Блаживскому (работал прокурором Киева), он остался у руля упомянутой ассоциации и не бросил преподавательскую работу в Академии прокуратуры.

Назначенная генпрокурором служебная проверка злоупотреблений со стороны Шинальского не выявила. С этим не согласились сотрудники прокуратуры, близкие к еще одному заму генерального и одному из реальных кандидатов на кресло генпрокурора Ренату Кузьмину (того, кстати, недоброжелатели упрекали в строительстве особняка под Киевом, но Кузьмин на это сказал, что строит его на личные задекларированные доходы). На имя Медведько было направлено коллективное письмо с требованием повторно изучить «дело Шинальского» и дать ему «принципиальную оценку». Генпрокурор отреагировал вяло, поручив проверку…недавним подчиненным Шинальского. Те против бывшего патрона, естественно, не пошли, отнеслись к поручению формально, и на том круг замкнулся.

Другим коррупционерам повезло меньше. Впрочем, и суммы, фигурирующие в их делах, куда скромнее. Пять тысяч гривен требовал за прекращение уголовного преследования предпринимателя Фастовский межрайонный прокурор Ференец. Из органов он уволен, осужден на пять лет условно. Помощник Васильковского межрайонного прокурора Литвиненко — Брюм вымогал у бизнесмена, который подделал документы, $10 тысяч за не привлечение того к уголовной ответственности. После получения первой части взятки в сумме трех с половиной тысяч взяточник задержан, уволен из органов с лишением классного чина и осужден условно.


По мнению экспертов

Уровень коррупции и взяточничества в органах прокуратуры сократится, если ликвидировать единственную «красную» зону для осужденных правоохранителей в Макошино, а осужденных распределить в обычные колонии. Таково мнение генерал–майора милиции в отставке Игоря Кириченко.

«Чтобы побороть коррупцию в прокуратуре, нужно оставить ей только функции гособвинения, представление интересов государства в гражданских делах и подчинить Министерству юстиции, как это практикуется в развитых странах, — говорит известный правозащитник Евгений Захаров. — Сегодня прокуратура одновременно и поддерживает обвинение, и осуществляет надзор за теми правоохранительными органами, которые его готовят. Этот конфликт интересов приводит к тому, что свои функции по надзору за соблюдением законности прокуратура выполняет неэффективно. Она должна быть адвокатом от имени государства, а не органом для осуществления репрессий. А подчинение Минюсту позволит установить над прокуратурой определенный контроль».

Также предлагается:

внести изменения в действующее законодательство, ужесточив наказание за взятки и другие коррупционные действия вплоть до пожизненного заключения;

изменить модель подготовки кадров, внедрив двухступенчатую систему по примеру стран Европы; не брать в прокуратуру сразу после юридического вуза, а только после 1–2-летнего курса спецподготовки на базе Академии прокуратуры либо другого вуза;

ввести жесткий конкурсный отбора на руководящие должности в органах прокуратуры; установить стартовый возрастной ценз для претендентов — не ранее 28 лет; резко увеличить заработную плату сотрудникам прокуратуры на всех уровнях;

устранить порочную практику сокрытия прокурорами преступлений и правонарушений, совершенных подчиненными, из–за угрозы санкций к их руководителям;

ввести широкий политический и общественный контроль (особенно со стороны СМИ) за деятельностью органов прокуратуры на всех уровнях.


Сытое место

А как обстоят дела с коррупцией в госаппарате? Все отлично! Бывший премьер–министр Юлия Тимошенко еще недавно заявляла, что госзакупки «стали стыдом страны». «Если нет «отката» 50 %, тема не рассматривается», — откровенничала Тимошенко с журналистами. По словам председателя Счетной палаты Валентина Симоненко, из–за непрозрачности системы государственных закупок Украина теряет 35–40 миллиардов гривен, поскольку 20 % всех договоров по госзакупкам сопровождаются так называемыми «откатами».

В других сферах ситуация не лучше. Что подтверждает общенациональный опрос общественного мнения «Состояние коррупции в Украине». Опрос проводился Киевским международным институтом социологии (координатор — Виктория Захожая) под руководством Менеджмент Системс Интернешнл (MSI) при финансовой поддержке Агентства США по международному развитию (USAID).

Первое, что отметили исследователи: в Украине очень низок (10–16 %) уровень доверия к власти на всех ее уровнях. Украинцы подозревают власть предержащих в корысти и забвении государственных интересов. Свыше двух третей опрошенных убеждены, что органы исполнительной власти не прилагают значимых усилий для борьбы с коррупцией.

Считается, что наибольшие коррупционеры заседают в Верховной Раде и Кабмине. В государственном секторе наивысший уровень коррупции отмечается в таких институциях, как ГАИ, милиция (без ГАИ), медицинские учреждения, суды, университеты, прокуратура, таможенная и налоговая службы.

От трети до половины респондентов утверждали, что чаще всего государственные должностные лица требовали у них взятки в университетах, медицинских учреждениях, милиции; органах, регламентирующих предпринимательскую деятельность; органах, предоставляющих государственное жилье; в коммунальных службах; в таможенной службе; в органах разрешительной системы; на призывных пунктах в Вооруженные силы; во время принятия на работу в государственные органы власти и в судах.

Большинство из тех 23 % респондентов, у кого есть дети–школьники, оплачивали образовательные услуги — это традиционное «взимание мзды» в школьные и классные фонды, на ремонт школы и подарки учителям. 40 % тех, кто взятками обеспечивал своему чаду успехи в университете, отметили, что платили за поступление. Около 20 % респондентов в течение года вступали в контакт с сотрудниками ГАИ на 2 платной основе». 37 % платили, чтобы получить или обновить водительские права, пройти техосмотр, зарегистрировать или обновить разрешение на автомобиль, а так же чтобы получить правильный рапорт о ДТП. 64 % откупались от закона при нарушении правил дорожного движения.


Все на борьбу с коррупцией!

Коррупция в Украине отнюдь не характеризуется редкими уголовными делами о получении взяток. Даже самые заметные из них:

$7200000 и 892000 грн. вымогали глава районной администрации и начальник районного управления земельных ресурсов в Киевской области за передачу в собственность 36 и 40 га земли;

$2900000 вымогали и $450000 получили депутаты Переяслав — Хмельницкого горсовета и Киевского облсовета за помощь в выделении 14 га земли;

$500000 вымогал и 2500000 грн. получил заместитель мэра города в Киевской области за помощь в аренде и приватизации 10 га земли;

и т. д. — всего лишь вершина айсберга.

Однако, масштабы социального бедствия определяют и другие цифры.

Согласно тому же опросу 61 % граждан полагают, что борьба с коррупцией — это прерогатива, прежде всего, президента. Далее идут Верховная Рада (42,3 %), премьер–министр и правительство (38,2 %), а также милиция и прокуратура (37 %). Лишь 4 % населения готовы сами сражаться за свои права и писать жалобы.

Неудивительно, что организация гражданского общества расцениваются подавляющим большинством украинцев как не очень эффективный инструмент борьбы с коррупцией. Жаль. Ведь антикоррупционный закон, обязывающий госслужащих декларировать имущество, доходы и расходы — как свои, так и ближайших членов семьи, который давно должен был вступить в силу пока еще «в работе», а будучи принятым вряд ли радикально изменит ситуацию.


И вечный бой

Изловить взяточника и доказать его вину крайне сложно. В большинстве случаев взятка — сделка взаимовыгодная. Поэтому заявляют о преступлении, только когда взяткополучатель не выполнил обещания или затребовал слишком много. Однако, это касается малой коррупции. Крупная, в которой практически не фигурируют деньги в конвертах или в чемоданах, а расчет осуществляется пакетами акций предприятий, самими предприятиями или земельными участками, вообще не подвластна контролю. И, следовательно, ненаказуема априори. И следовательно, неискоренима?

Так как же заставить чиновников не брать взятки? Пока вопрос открыт.

Но может, быть ситуация все–таки изменится? «…тотальная коррупция тормозит рост экономики. Многочисленные преступления в экономической сфере остаются реальностью, махинации с бюджетным и средствами, разворовывания земель, тендерная коррупция, злоупотребление властью и взяточничество — это вызовы, которые ждут достойного ответа правоохранительных органов, прежде всего прокуратуры», — отметил на торжественных событиях по случаю дня работника прокуратуры президент Украины Виктор Янукович.

Может быть, это и есть начало великих преобразований?

По материалам «Подробности» (www.podrobnosti.ua), «Праздник каждый день» (www.redday.ru), «Право. RU» (www.pravo.ru), «Сегодня» (www.segodnya.ua), Фокус (www.focus.ua), «Коррупция в Украине» (www.corruption.net.ua) для газеты «Я»

История 14 Декабрьская Terra Incognita

13(25) июля 1826 года были казнены руководители декабрьского восстания: Кондратий Рылеев, Павел Пестель, Сергей Муравьев — Апостол, Петр Каховский и Михаил Бестужев — Рюмин. С тех прошло почти двести лет. Однако история про дворян, отдавших жизни за свободу народа, до сих пор полна загадок


Шито белыми нитками

Главная из них — почему Александр I, в царствование которого вызрел заговор, зная о тайных офицерских обществах, не уничтожил заговорщиков — будущих декабристов? Для человека, чьего отца и деда прикончили гвардейцы в ходе дворцовых переворотов — легкомыслие на редкость удивительное.

Странно повели себя и наследники Александра I вкупе с политическим истеблишментом. Судите сами: из–за отсутствия детей после Александра российский трон наследовал его брат Константин. Однако из–за нежелания царствовать («Меня задушат, как задушили отца», — считал наследник) и, ссылаясь на морганатический брак с польской графиней Грудзинской, последний в 1823 году тайно отрёкся от престола.

Смирившись с этим, Александр в 1820 году, специальным манифестом отписал скипетр и державу следующему брату, Николаю Павловичу. Однако в 1826 году тот, после смерти Александра I, являясь законным приемником, почему–то не принял Российскую империю под свою длань, а скоропалительно присягнул «императору Константину I». Более того со странной поспешностью привел к присяге войска и Государственный совет.

Константин в ответ наотрез отказался не только от шапки Мономаха, но даже не пожелал прибыть в Санкт — Петербург. Он еще раз письменно подтвердил свое прежнее отречение и категорическое не пожелание принимать престол. Также категорически он не согласился отрекаться от трона в качестве императора, которому уже принесена присяга.

(Такого в российской истории еще не было. Никогда прежде наследные принцы не боролись за право не царствовать над одной шестой частью замной тверди!)

В итоге Николаю пришлось смириться с ситуацией и принять империю под свое начало, причем задним числом.

Официальным стартом его царствования считается дата смерти Александра. Реальным стало восстание декабристов.


Сенатская площадь

14 декабря 30 офицеров — членов тайного общества вывели на Сенатскую площадь около 3000 солдат и матросов. Что характерно, если офицеров вела идея, то рядовой состав был вовлечен в бунт обманом. Солдатам и морякам декабристы внушили, что Николай узурпировал власть и переприсягать ему не следует.

(напоминаю, за несколько дней до того армия присягала Константину).

Тонкости политического момента попытался разъяснить герой Отечественной войны 1812 года генерал–губернатор Санкт — Петербурга Михаил Милорадович. Однако его пламенную речь перед строем солдат оборвал выстрел Каховского, от которого Милорадович к концу дня скончался и из–за которого декабристы, прощаясь на эшафоте, даже не пожали Каховскому руку. (Милорадович пользовался невероятным уважением в армии).

Кроме восставших и их оппонентов (коих было вчетверо больше) на площади собралась огромная, в десятки тысяч человек, толпа. Настроенная сочувственно к бунтарям, именно она представляла реальную угрозу. Поэтому на всякий случай было решено подготовить экипажи для членов царской семьи для возможного бегства в Царское Село.

Позднее Николай много раз говорил своему брату Михаилу: «Самое удивительное в этой истории — это то, что нас с тобой тогда не пристрелили». (Кстати, Рылеев просил Каховского рано утром 14 декабря проникнуть в Зимний дворец и убить Николая. Каховский сначала согласился, но потом отказался. Так что император понимал о чем говорил).

Итак, декабрьский сумрачный день, Сенатская площадь, несколько взбунтовавшихся полков, огромная взбудораженная толпа, пролита первая кровь…В эти минуту решалась судьба страны. «Не приведи Бог видеть русский бунт — бессмысленный и беспощадный. Те, которые замышляют у нас невозможные перевороты, или молоды и не знают нашего народа, или уж люди жестокосердные, коим чужая головушка полушка, да и своя шейка копейка», — напишет позднее друг декабристов А. в своей «Капитанской дочке».

Во избежание возможных беспорядков Николаю следовало немедля принять решение. «Никто не в состоянии понять ту жгучую боль, которую я испытываю и буду испытывать всю жизнь при воспоминании об этом дне», — писал император позднее о том страшном дне, когда ему — только принявшему престол пришлось сделать выбор и отдать приказ: открыть огонь по своим подданным.

К ночи на площади и улицах остались лежать сотни трупов, которые под покровом темноты сбросили в вырубленные в Неве проруби. Туда же попали и раненые. Согласно данным Департамента полиции 14 декабря 1825 года было убито: 1271 человек. Из них 150 детей.

Любопытный факт: лидеров тайных обществ, включая Рылеева и назначенного «диктатором» Трубецкого, на Сенатской площади не оказалось. Исследователи сходятся в одном: ребята струсили.


Полеты фантазии

А теперь та же история, но на новый лад.

Император Александр Первый знает от своей службы безопасности, что в армии назревает заговор и вскоре произойдет попытка государственного переворота. В курсе, естественно, и наследники. Поэтому после смерти старшего брата они и стараются переложить один на другого корону, надеясь, таким образом, избежать проблем. А может и насильственной смерти.

Логично? Вполне. Да и фактаж налицо: восстание произошло в первый же день нового царствования и реально могло привести к смене первых особ у руля государства. Соответственно, и смене политического курса. Но чем же политика Александра была неугодна декабристам?

Это интересный вопрос.

Своей главной целью декабристы объявляли «отмену рабства». (Кстати, сами они не освободили своих крепостных). Но это же планировал сделать и император Александр I. В 1818 году он поручил нескольким видным сановникам разработать проекты освобождения крестьян. В знаменитой Варшавской речи 1820 года царь прямо заявил о своих планах. Высказался он и за постепенное введение конституции. И это были не просто слова. Александр был решительный правитель.

Итак, в этом вопросе — наиболее актуальном для того времени противоречия между заговорщиками и имперской политикой нет. Цели совпадают. А вот средства — никоим образом.

Проекты декабристов предусматривали освобождение крестьян без земли, максимум — с двумя десятинами. При этом получивший такую вольную «раб» (в терминологии краснобаев–заговорщиков) должен был работать на землевладельца в качестве наемного рабочего.

В мемуарах современника сообщается, что Иван Якушкин, также пламенный декабрист, как–то предложил крестьянам свободу без земли. Те поразмыслили и дали такой ответ: «Нет, барин, пусть лучше мы будем ваши, а земля наша». Согласно же проектам, которые рассматривал император, крестьяне получали свободу вместе с землей, становясь чем–то вроде фермеров.

А раз так, то получается, что заговор 14 декабря был на руку крупным помещикам, которые стремились остановить процесс реформирования, начатый сверху?

Странный вывод? Ведь нас учили совершенно противоположному? Но отказать в логике приведенным выкладкам довольно трудно.

В пользу версии можно привести и следующие доводы.

Если за декабристами действительно стояли «серые генералы», то исход восстания их совершенно не волновал. В любом случае они выигрывали. Победа позволила бы свергнуть монарха, установить свой строй и эксплуатировать «вольных хлебопашцев» под знаменами республики или с конституцией подмышкой. Поражение затормозило бы процесс реформирования. Ведь и без того экономически сложный вопрос с крепостным правом обрел еще и эмоциональную окраску. Согласитесь: одно дело, когда царь дарит своим подданным свободу и совсем другое, когда общество считает реформы — мерой вынужденной, сделанной под давлением внешних сил.

Кстати, реакционными по своей сути были и другие начинания декабристов.

Проект переустройства российской жизни, принадлежащий Пестелю со товарищи, поражает своим антигуманным рационализмом, даже цинизмом. И утопичностью. Отмена всех прав, званий, сословий. Всеобщее и полное равенство всех и во всем. Реализует план революционное «временное правительство», лучше в составе трех диктаторов. Парламентаризм обещан, но в отдаленном будущем. Жесткая цензура. Запрет всяких обществ. На страже нового порядка — громадная тайная полиция. Пестель еще в 1823 году подсчитал: потребуется не менее 112900 жандармов — вчетверо больше, чем при «тиранах Романовых».

Между тем, последние хоть и медленно, но собирались внедрять в России либеральные законы.

Впрочем, если уж строить догадки, то масштабные. (Благо логика позволяет вывернуть наизнанку любую ситуацию). Так вот в данном случае вполне резонно поставить под сомнение либеральные планы правительства, которое, убедившись в сложности (или невозможности) отмены рабства пошло на попятный. Однако, желая «сохранить лицо» «упаковало» свое решение остановить, или как минимум притормозить, реформы в псевдо–восстание.


Казнь

Казнь декабристов, своей нарочитостью, также навевает мысли о неком тайном сценарии…

Кстати, принято считать, что император Николай I жестоко расправился с декабристами. Но привлеченных к суду 579 человек, виновными признана только половина и лишь пятеро получили смертный приговор.

Причем, справедливо. За попытку государственного переворота, нигде не гладят по головке. С нашими героями вообще обошлись довольно гуманно.

К примеру, в доброй старой Англии в 1807 году полковник Эдуард Маркус Деспарди со товарищи были казнен только за либеральные разговоры о желательности изменения политического строя. «Мне остается только тяжелая обязанность назначить каждому из вас ужасное наказание, — сказал британский судья, — которое закон предназначает за подобные преступления. Каждый из вас будет взят из тюрьмы и оттуда на тачках доставлен на место казни, где вас повесят за шею, но не до смерти. Вас живыми вынут из петли, вам вырвут внутренности и сожгут перед вашими глазами. Затем вам отрубят головы, а тела будут четвертованы. С обрубками поступлено будет по воле короля. Да помилует Господь ваши души».

Наших же декабристов «всего лишь» приговорили к повешению. Воистину: «да здравствует наш самый гуманный на свете суд!»

Но вернемся в летнее утро 1826 года…

Когда приговоренных привели к эшафоту, выяснилось, что виселица слишком высока. (Виновный в этом инженер был разжалован на 11 лет в солдаты).

Пришлось искать скамейки, терять время. (Казнь планировалось закончить до света, чтобы было поменьше свидетелей, но из–за этой проволочки сроки были сорваны).

Наконец барабаны рассыпали над утренней столицей мерную дробь. (Она добавила зрительской аудитории).

Когда палач нажал на рычаг, Пестель и Каховский повисли, а три веревки, на которых вешали Муравьева — Апостола, Бестужева — Рюмина и Рылеева оборвались. (Руководитель казни до ее начала проверял веревки, они могли выдержать более 100 кг).

Кто–то из солдат заметил: «Знать, бог не хочет их смерти». (Тогда в России был обычай: сорвался висельник — его счастье — дважды не вешали).

Но не этот раз!

— Проклятая земля, где не умеют ни составить заговора, ни судить, ни вешать, — успел сказать Сергей Муравьев — Апостол. (Фраза вошла в каноны истории), и на приговоренных снова накинули петли. И все было кончено.

Однако все могло сложиться и иначе.

Толпа, наблюдавшая за происходящим, росла с каждой минутой и после «казуса» с веревками, увидев, как нарушается старый обычай, могла, осмелев, взбунтоваться и потребовать отсрочки или отмены казни. Тогда заговорщики были бы спасены. Или произошло что–то другое, инициировавшее новый виток событий и волнений.

(Конечно, это лишь предположение, но как ни крути, а нахалтурить и с виселицей, и веревками, и со временем проведения, и конфиденциальностью в «мероприятии» государственного масштаба в столь нашумевшем деле — слишком даже для исконного русского разгильдяйства).


Чудеса, да и только

Есть в этой истории и загадки личного, так сказать масштаба. Не доступные ни какой логике.

Кондратий Рылеев — один из пяти казненных — в трехлетнем возрасте заболел скарлатиной. В те времена это являлось смертным приговором, ибо лекарств еще не существовало. Оставалось только молиться, что набожная мать будущего поэта день и ночь делала с усердием.

Однажды во время такого ночного бдения она увидела ангела со свечой. Этот ангел поставил женщину перед дилеммой: оставить свои моления о сыне и дать Кондратию умереть безгрешным либо… и тут ангел показал женщине будущую жизнь сына в виде неких хронологических картин, закрытых занавесами.

За первой завесой мать увидела ту же самую комнату, в которой находился ее ребенок, но уже не умирающим, а румяным и здоровым.

За второй завесой, ее десятилетний сын сидел за столом, окруженный учебниками.

За третьей завесой она увидела сына в военной форме на фоне какого–то иноземного города.

Четвертая завеса открыла Кондратия уже взрослого на государственной службе.

Потом открылась пятая завеса, и мать увидела множество возбужденно разговаривающих людей в комнате, среди них — своего сына, читающего вслух стихи, которые окружающие воспринимали с восторгом.

Ангел не спешил открывать шестую завесу и остановился, обратившись к женщине: «Ты можешь еще все прекратить. Одумайся и отступись! Если ты перейдешь за эту черту — обратного пути уже не будет, а зло свершится!»

Но женщина не верила, что Господь допустит несправедливость в отношении ее ребенка, и потребовала от ангела открыть занавес.

За ним мать обнаружила своего сына на виселице, в ужасе закрыла лицо руками и потеряла сознание…

Позднее, когда все увиденное стало постепенно воплощаться в реальность, женщина была вынуждена рассказать свой сон сыну, чтобы уберечь его от страшного конца, однако Кондратий, хотя и принял к сведению, решения своего не изменил. «От своей судьбы не уйдешь» — решил поэт и всю свою недолгую жизнь оставался убежденным фаталистом.

Однажды в 1813 году Рылеев повздорил со своим дядей, военным комендантом Дрездена. Тот заявил, что освобождает племянника от службы «за дерзкие сатиры на дрезденских знакомых» и приказывает ему в течение суток выехать из города в указанное место, в противном случае он предаст его военному суду и расстреляет. На это молодой Рылеев спокойно ответил: «Кому быть повешенным, того не расстреляют», — но из Дрездена все–таки уехал, но не потому, что боялся казни (в которую не верил), а лишь из–за того, чтобы окончательно не испортить отношения с родственниками…

В 1814 году, когда русские войска с боями взяли Париж, некоторые офицеры русской армии решили побывать у знаменитой в то время гадалки Марии Ленорман. В их числе были и будущие декабристы: Лунин, Муравьев — Апостол, Рылеев и Пестель. Во время посещения ведуньи, посмотрев на ладонь Рылеева, госпожа Ленорман вздрогнула и, с испугом оттолкнув его руку, внезапно сообщила: «Вы умрете насильственной смертью».

Муравьеву — Апостолу (также лидеру восстания) она почему–то сообщила правду:

— Вас повесят в своей стране.

Так и произошло…

По материалам «Сегодня» (www.segodnia.ru), «Не фантастические горизонты» (www.anubis-news.com), «Википедия» (www.ru.wikipedia.org), Patiks.ru, lj.rossia.org для газеты «Я»

История 15 Гений разведки

В комплекте к совершенно необыкновенному таланту Павлу Судоплатову досталось еще и потрясающее везение. И он — прирожденный разведчик и диверсант родился в нужное время и в нужном месте. Чтобы исполнить предназначение осталось только прожить удивительную жизнь. Что Судоплатов и сделал


Каждому — свое

Все родители мечтают о высокой судьбе для своих детей. Но мельник из провинциального Мелитополя и его супруга, разглядывая 7 июля 1907 г. новорожденного сына, даже в самых смелых фантазиях, не могли бы угадать, кого произвели на свет. Между тем, их мальчику, Паше Судоплатову, предстояло стать гением разведки и вершить тайную историю страны, которой еще не было на карте мира.

Не знали о предназначении Павлуши ни будущий видный деятель украинского националистического движения Евгений Коновалец — пока еще гимназист; ни пламенный революционер Лев Троцкий, «отдыхающий» в эмиграции от тягот первой русской революции; ни другие, против кого в дальнейшем будет «играть» повзрослевший Пашенька.

Естественно не ведал о своем грядущем и сам младенец. Мирно посапывая в колыбели, он не подозревал, что проживет почти 90-то лет, треть из них отдаст государственной безопасности, дослужится до генеральских погон и наград, самой «заслуженной» из которых станет пятнадцатилетнее тюремное заключение.

Не думал малыш и про то, что на исходе жизни, как не многие из коллег по тайному цеху, испробует он сладкий вкус славы. И литературной — книги Судоплатова о разведке станут бестселлерами. И медийной — в пору гласности великого коммандос интервьюировали очень и очень часто.

В общем, никто ничего не предполагал, не знал, не ведал, не думал. Тем ни менее, предначертанное свершилось. Как должно.


Как приходят в разведку

И без проволочек, в темпе «аллегро».

12-ти лет от роду Паша Судоплатов сбежал из дому и прибился к полку красноармейцев. В 14‑ть стал шифровальщиком в Особом отделе. В 26‑ть занял должность старшего инспектора–кадровика Иностранного отдела (заграничная разведка) ОГПУ. В 34-ре возглавил разведывательно–диверсионную работу по линии органов госбезопасности в тылу немецких войск и был начальником Особой группы при наркоме внутренних дел.

Даже с оглядкой на те особенно бурные времена, когда из–за постоянной убыли личного состава чекисты мгновенно делали скоропалительные карьеры, взлет Павла Судоплатова был явлением особенным. Но закономерным. Этот человек обладал уникальными способностями в организации работы диверсионных групп и доказывал это родному ГПУ на каждом уровне, который занимал, каждой совершенной операцией.


Уровень № 1: исполнитель

К практической работе Судоплатова привлекли в 1934 г. Восемь месяцев длился шпионский ликбез, затем молодого агента–нелегала отправили в Европу выполнять задание партии и правительства. Не больше, не меньше! Ибо дебютировал Судоплатова серьезной операцией. Ему надлежало уничтожить одного из руководителей ОУН полковника Евгения Коновальца.

По «легенде» Судовлатов изображал человека, разочаровавшегося в коммунистах и увлекшегося идеями украинского национализма. Но сколько таких разочаровавшихся и увлеченных, мыкалось тогда по Европе? Судоплатову же требовалось войти в ближний круг Коновальца. Что он и сделал с блеском.

Полковник Коновалец проникся доверием к молодому неофиту и с удовольствием поддерживал знакомство. Позднее Судоплатов вспоминал, как «работал» с «объектом».

«Мы прошли через все кладбище и остановились перед скромным надгробием на могиле Петлюры. Коновалец перекрестился — я последовал его примеру. Некоторое время мы стояли, молча, затем я вытащил из кармана носовой платок и завернул в него горсть земли с могилы.

— Что ты делаешь?! — воскликнул Коновалец.

— Эту землю с могилы Петлюры отвезу на Украину, — ответил я, — мы в его память посадим дерево и будем за ним ухаживать.

Коновалец был в восторге. Он обнял меня, поцеловал и горячо похвалил за прекрасную идею. В результате наша дружба и его доверие ко мне еще более укрепились».

Дружба и доверие укрепились настолько, что 23 мая 1938 г. Судоплатов в роттердамском ресторане «Атланта» вручил Коновальцу коробку украинских шоколадных конфет (творение умельца–взрывотехника Тимашкова — автора магнитных мин, которые партизаны крепили к фашистским эшелонам), засим откланялся и покинул заведение.

Вскоре грянул взрыв. И Коновальца не стало. Вместе с ним исчезла и налаженная агентурная сеть ОУН в восточных регионах Украины, которой полковник руководил, не посвящая коллег в подробности.


Уровень № 2: руководитель

Как и в случае с Коновальцем следующее задание Судоплатов получил лично от Сталина.

Кстати, если б не доверие вождя народов, Судоплатов разделил бы печальную участь других видных чекистов. К тому шло. В декабре 1938 года его почти исключили из партии за связь с врагами народа. Арест был делом времени. Но тут раздался звонок Берии: «Мне докладывают, что вы ни черта не делаете. Хватит валять дурака. Едем сейчас же в Кремль».

Хозяин и приказал Павлу Анатольевичу ликвидировать Троцкого, который находился в то время в изгнании в Мексике и оттуда старался расколоть международное коммунистическое движение с тем, чтобы возглавить один из «осколков».

По плану Судоплатова убийство Троцкого готовили две самостоятельные группы. Первую возглавил мексиканский художник Давид Альфаро Сикейрос. Во главе второй стояла испанская анархистка Каридад Меркадер.

Сейчас с больших и малых экранов чуть ли не ежедневно показывают художественные версии подобных операций. В фильмах все выглядит просто и красиво. Группа командос (мужественные лица, камуфляж, оружия без меры) грузится в реактивный самолет (крупным планом размах крыльев), прибывает в нужное место (смена декораций: уже не заснеженный аэродром, а пальма на дальнем плане). Далее: пиф, паф, ой–ей–ей…и усталый, но довольный командир рапортует по рации: задание выполнено.

В действительности дела обстоят сложнее. В действительности же Павла Судоплатова ситуация вообще была аховой. Сверхзвуковых самолетов тогда еще не изобрели. Профессиональных диверсантов у чекистов на всех случаи жизни и смерти не хватало. Не было даже реальной агентуры в Мексике. Поэтому, решать вопрос пришлось с помощью дилетантов.

Первый блин вышел комом. Сикейрос, взяв штурмом виллу Троцкого, изрешетил автоматными очередями комнату, где находился Лев Давидович. Но поскольку огонь велся через закрытую дверь, а проверить результаты Сикейрос не удосужился, то спрятавшийся под кроватью Троцкий остался жив.

Второй группе повезло больше. Но и тут не обошлось без проколов. Сын Каридад, Рамон Меркадер — фронтмен плана № 2 — оказавшись наедине с Троцким, не смог нанести смертельный удар. Лев Давидович успел закричать, вбежала жена с охранниками…

В итоге, Меркадера арестовали. Но, так как он назвался другим именем и заявил, что мотив нападения носит сугубо личный характер, то опринадлежности испанца к советской разведки в Мексике так и не узнали.

Судоплатов позднее вспоминал, что мало интересовался финалом мексиканской истории. Главное свершилось: Троцкий умер от раны. Остальное было вопросом техники. Да и новых дел хватало с избытком. Став в марте 1939 г. заместителем начальника разведки НКВД, Судоплатов активно внедрял нелегалов в Западную Европу и создавал агентурные сети.


Уровень № 3: большой шеф

В первый же день войны «специализацию» пришлось расширить. Судоплатову поручили возглавить разведывательно–диверсионную работу в тылу германской армии и теперь в его ведении находились: разведка против Германии и ее союзников; агентурные сети на оккупированных территориях; партизанская войны; радиоигры с немецкой разведкой.

Приняв должность, Павел Анатольевич обратился к Берии с «рационализаторским» предложением: освободить из тюрем бывших сотрудники разведки и госбезопасности. Людей не хватало, и всесильный министр дал добро. Получив пополнение, служба Судоплатова (Четвертое управление НКВД) занялась «текучкой».

Более двух тысяч оперативных групп общей численностью около пятнадцати тысяч человек буквально по рукам и ногам связали немцев на оккупированных территориях. Взлетали в воздух поезда, взрывались мосты, штабы, нефтяные резервуары, уничтожалась живая сила противника (почти 160 тысяч немецких солдат и офицеров) и руководители рейха (восемьдесят семь высокопоставленных фашистов).

Кроме того работала, не покладая рук, разведка. Николай Кузнецов, Иван Кудря и другие «бойцы невидимого фронта» не давали покоя немцам на оккупированных землях. «Штирлицы» всех мастей и национальностей сражались против фашизма за границей. Мозгом всех этих операций был Павел Судоплатов.

Что касается контрразведывательной деятельности, то на счету Четвертого управления более 2 тысяч обезвреженных агентурных групп, около 80 «радиоигр» с Абвером и активная дезинформация противника. К примеру, благодаря нашей дезе немцы несколько раз переносили сроки наступления на Курской дуге, позволив, таким образом, советской армии накопить силы. Сыграла свою роль служба Судоплатова и в разгроме армии Паулюса под Сталинградом. Поверив ложным сведениям о нашем контрнаступлении, немцы отвели войска, оставив Паулюса одного.

Заслуги «гения разведки» и в том, что враги СССР за всю войну так ни разу и не узнали направление главного удара, а подчиненные получили заслуженные награды. Одно в те времена стоило другого. Сталин всегда с подозрением относился к разведчикам. Тем ни менее, из 28 работников органов, удостоенных звания Героя Советского Союза за время Второй мировой войны, 23 служили у Судоплатова.

Павел Анатольевич тоже получил свое. За победы на тайном фронте он был награжден орденом Суворова, который вручается лишь полководцам.


Уровень № 4: миротворец

К концу Великой Отечественной войны перед советской разведкой, а, следовательно, перед Павлом Судоплатовым, встала новая задача. С 1944 по 1947 год он возглавлял подразделения «С» (группа Судоплатова) и «К». Первое занималось добычей и обработкой поступавшей научно–технической информации по атомной бомбе, второе — контрразведывательным обеспечением советской атомной промышленности.

Результат работы подразделений «С» и «К» в учебниках для разведчиков квалифицируется как недосягаемый. Известно лишь, что отчеты о производстве и испытании американской атомной бомбы Сталин и Курчатов получали едва ли не раньше, чем президент США Трумэн.

Следующим поприщем для применения немереных сил Павла Судоплатова стал разгром националистического подполья в Украине. Причем, как и многие другие, это задание Судоплатов получил лично от Иосифа Виссарионовича.

Но…ничто не вечно под луной. И победный марш Судоплатова не стал исключением.

5 марта 1953 года умер Сталин. В июле того же года арестовали Лаврентия Берию, затем взялись за «его людей», в том числе — за генерал–лейтенанта Павла Судоплатов.

Позже выяснились истинные причины ареста. Оказывается, в списке личных врагов Хрущева Судоплатов был под восьмым номером. Но если первые семь были расстреляны, то «красный Терминатор» оказался Никите Сергеевичу не по зубам.

Павел Анатольевич остался жив. И на вопрос: почему — впоследствии отвечал так: «Удалось выжить в силу причудливого сплетения обстоятельств и несомненного везения».

Что ж, даже славным героям–разведчикам присуще кокетство. Однако можно не сомневаться: «причудливое сплетение обстоятельств и несомненное везение» носили рукотворный характер. Судоплатов был умнейший человек, а, главное, давно и основательно утратил иллюзии в отношении своих работодателей и коллег. Он помнил, как погибли в застенках родной конторы его учителя и друзья в конце 30‑х. И, несомненно, побеспокоился о личной безопасности.

Каким образом? Увы, сие останется тайной за семью печатями. Но, так или иначе, убить вчера еще всесильного командос новая власть не решилась. Побоялась реакции разведчиков–нелегалов, работавших по всему миру. (Ребята могли запросто испугаться за свою жизнь и стать перебежчиками). Да и соратники Судоплатова по диверсионно–подрывной работе в годы войны представляли реальную угрозу.

Чтобы сохранить лицо, властям требовалось признание вины. Но это был не тот случай. Невзирая на «меры физического воздействия» — на арестованном испытывали сильнодействующие психотропные препараты, его избивали так, что Судоплатов ослеп на один глаз и перенес три инфаркта — генерал не сдался. Он отсидел 15 лет в тюрьмах, но не признал своей вины.


Уровень № 5: мудрец

Скорая на расправу и скупая на награды Родина реабилитировала генерала Судоплатова лишь в 1992 году, когда Павлу Анатольевичу было 85 лет.

В 1998 году Судоплатову вернули государственные награды, но до этого Павел Анатольевич уже не дожил.

Последние годы жизни Судоплатов занимался литературной деятельностью и под псевдонимом написал несколько книг о разведке. Последняя уже под собственной фамилией принесла 87-летнему экс–генералу мировую известность. И, наверняка, заставила перевернуться в гробу его обидчиков. Так что, отправляясь в мир иной 26 сентября 1996 г. Павел Анатольевич был, наверняка, спокоен. Он опять победил!

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org), «Мы — манкурты» (www.mankurty.com), «Современник» (www.sovr.krivbassinfo.com), «Люди» (www.peoples.ru) для газеты «Я»

История 16 Тайна века или на Смерть поэта

О роковой дуэли Пушкина, состоявшейся 27 января (8 февраля по новому стилю) 1837 г., написано много. Однако некоторые обстоятельства до сих пор остаются невыясненными, позволяя предполагать совершенно разные сюжеты…


Версия № 1. Заказное убийство

По мнению историка–пушкиниста Александра Зинухова Пушкин пал жертвой накалившихся отношений с шефом Третьего отделения — генералом Бенкендорфом. А пуля, сразившая великого стихотворца, была выпущена не из пистолета Дантеса. Поэтому, после смерти Пушкина, главные улики преступления бесследно исчезли.

В подтверждение чего приводятся следующие доводы: по словам очевидцев, Пушкин после ранения упал не назад, а вперед — на шинель, служившую барьером. Такое могло произойти только, если удар пули пришелся сзади. К слову, врач и писатель Владимир Даль, проводивший вскрытие тела Пушкина после смерти, определил направление полета пули: «сверху вниз, скользнув по берцовой кости и застряв в крестце».

На этом «странности» не заканчиваются. Даль не изъял пулю из тела поэта, сославшись на «некие обстоятельства, не позволили ему этого сделать». Возможно, жандармы Бенкендорфа запретили извлекать пулю, дабы врач не смог определить ее калибр. Кстати, пистолеты — в том числе и Пушкина — с места дуэли забрал Дантес, который, к слову, состоял на службе у Третьего отделения жандармерии и выполнял самые щекотливые поручения начальства.

И, наконец, самое главное — баллистическая экспертиза, проведенная уже в наши дни на основании исторических описаний пушкинского ранения, засвидетельствовала, что «пуля вошла по траектории, невозможной на том небольшом расстоянии, которое разделяло дуэлянтов». Военные эксперты уверены, что выстрел был произведен с расстояния не менее 50 метров. Из чего следует, что по всей видимости, Дантес выполнял на дуэли роль «имитатора». Его выстрел не коснулся поэта. Пушкина сразил опытный стрелок, засевший на чердаке одной из хозяйственных пристроек Комендантской дачи. Это предположение подтверждают свидетельства сторожа Емельяна Епифанцева, находившегося в тот день на даче, и слышавшего выстрел в непосредственной близости от себя.

В пользу версии заказного убийства говорит и странный «сценарий» похорон поэта, превратившихся в «дело государственной важности».

Как известно, отпевание в Исаакиевском соборе было отменено. Доступ людей к гробу в церкви — предельно ограничен. Сама панихида напоминала военную операцию: по соседним дворам расставили многочисленные жандармские пикеты, а по улицам Санкт — Петербурга следовали войсковые обозы, вызывая страх и недоумение жителей Северной Пальмиры. Обозы блокировали доступ на Конюшенную улицу, где находилась церковь. Всякое движение гражданских лиц в этом районе было прекращено.


Версия № 2. Заговор послов

В своей записной книжке друг поэта П. А.Вяземский писал:

«Несчастная смерть Пушкина, окруженная печальною и загадочною обстановкой, породила много толков в петербургском обществе. Она сделалась каким–то интернациональным вопросом… Известно, что тут было замешано и дипломатическое лицо…»

Иностранный след виден в деле повсюду, и, по мнению специалистов, связан с правительственным кризисом во Франции.

Так или иначе, но своим секундантом Пушкин выбрал сотрудника английского посольства Артура Меджниса. Противник Пушкина голландский посол Барон Геккерн дважды с удивительным упорством, и в ноябре, и в январе, выбирал секундантом сотрудника французского посольства д`Аршиака. Между тем, как официальное лицо, французский дипломат знал, что при любом исходе дуэли пострадает его имя и честь Франции. Дуэли в России были запрещены, участие, как и недонесение, подвергалось уголовному наказанию.

Тем ни менее, Меджнис сначала предложение Пушкина принял, но после разговора с д`Аршиаком, прислал неожиданный отказ. Новым секундантом Пушкина стал Данзас. Каким образом? Это большая загадка.

Что касается современников, то в ныне хрестоматийную легенду (со слов Данзаса) о случайной встрече мало верил.

А ведь Данзас на этой дуэли был отнюдь не статистом. Именно он, встретившись с д`Аршиаком, подписал условия дуэли. Очень похожие, между прочим, на план убийства.

Противники Пушкина определили

время поединка — в 5‑м часу пополудни — и, таким образом, темнота помешала осмотреть амуницию Дантеса, одевшего, как предполагают исследователи, под одежду стальную кольчугу;

место — в полуверсте от дороги — что при ранении очень осложняло транспортировку (как известно, извозчику пришлось везти раненного Пушкина по глубокому снегу, и до дороги Пушкин трясся на сугробах, истекая кровью).

Также Данзас согласился с выбором оружия и в итоге в руках Пушкина оказался пистолет такого же калибра, как у Дантеса. А ведь прояви Данзас инициативу, и в руках у Пушкина могло бы оказаться оружие большего разрушительного действия, которое бы пробило кольчугу.

Но Данзас подчинился навязанным ему условиям и смерть поэта стала делом лишь времени.

Что касается повода, то привержены данной версии полагают, что так или поэт знал что–то «лишнее». 21‑го ноября в своем письме Геккерну он обещал дипломату «…обесчестить в глазах дворов вашего и нашего»!

Поэтому Пушкина следовало остановить.


Версия № 3

Есть предположение, что по чьему–то злому умыслу похороны Пушкина должны были превратиться в массовое народное возмущение против иностранцев, особенно против французов, поскольку убийцей Пушкина был француз.

Однако полиция узнала о провокации и сумела ее предотвратить.

Интересно, но все крупные европейские газеты поместили сообщения о гибели Пушкина. Между тем, Европа Александра Сергеевича, как поэта не знала. Впрочем, в этих донесениях речь шла не об утрате, которую понесла российская литература, а о «семейной трагедии» «главы русской национальной партии». Особое место занимают сообщения о волнениях «людей третьего класса», описывается их ненависть к иностранцам, занимающим высокие посты в российском правительстве.

Странными были и донесения послов. Дипломаты подробно писали о толпе, дежурившей всю ночь у дома поэта, об охраняемом полицией голландском посольстве, о гвардейских караулах на улицах в день отпевания Пушкина. Тон сообщений одиозен. Россия упорно противопоставляется Европе, а дуэль «подается» как «политическая акция».

Но еще более удивительно то, что исследователи, желающие получить материалы о дуэли Пушкина, уже более ста лет систематически получают отказы от министерства иностранных дел Нидерландов, Франции и Англии. А значт, какая–то темная история все же имеет место.

По материалам «Дуэль» (www.duel.ru), «Романтическая коллекция» (www.vladim.h1.ru), «Я. ру» (www.clubs.ya.ru), «Перспектива» (www.perspekt.org.ua), «Мой сайт» (www.musing.do.am), Zatysi.net для газеты «Я»

История 17 Этюд в Богровом тоне

10 февраля (29.1 по старому стилю) — день рождения Дмитрия Богрова — двойного агента, террориста смертельно ранившего премьера Российской империи Петра Столыпина


Канва событий

1 сентября 1911 г. в киевской опере шла «Сказка о царе Салтане». Николай II, прибывший на открытие памятника своему деду, императору Александру II, сидел в ложе. Премьер Столыпин — в первом ряду партера. После второго акта в антракте к Столыпину, стоявшему спиной к сцене, подошел молодой мужчина и с расстояния двух–трех шагов дважды выстрелил. Пока длилось общее оцепенение, террорист попытался выйти из зала, но у самых дверей был схвачен и избит.

Жандармский подполковник А. А. Иванов, выхватив террориста из толпы, перекинул его через барьер. Тот час к задержанному подбежал подполковник Кулябко — руководитель киевского охранного отделения. Взглянув в залитое кровью лицо, узнав своего платного осведомителя, полицейский прохрипел: «Это Богров».

Между тем, раненого премьера отправили в клинику. Царь однажды побывал там, но к Столыпину не пошел.

5 сентября премьер Российской империи Петр Столыпин умер.

12 сентября по приговору суда Дмитрий Богрова был повешен.


Странности следствия

Современников крайне удивило молниеносное следствие, продолжавшееся всего шесть часов, а также суд при закрытых дверях и быстрая казнь преступника. Обычно Российская Фемида действовала степенно и была не всегда сурова. К примеру, Каляева — убийцу великого князя Сергея Александровича, казнили через три месяца после вынесения приговора. Созонов — убийца министра внутренних дел В. К. Плеве — вообще получил «лишь» каторжные работы.

Случай с Богровым явно не вписывался в систему. Потому, дабы успокоить общественное мнение, Николай II назначил расследование действий должностных лиц, отвечавших за охрану сановников на киевских торжествах.

Тут же все вернулось на круги своя. Расследование повелось медленно и обстоятельно. В конце концов, было решено предать суду: министра внутренних дел, командира корпуса жандармов, генерал–лейтенанта Курлова, осуществлявшего общее руководство охраной царя и его помощников — сравнительно молодого статского советника Веригина и одного из самых опытных жандармов с большим опытом раскрытия политических преступлений полковника Спиридовича. Также в список «пострадавших» попал и подполковник Кулябко.

Но отбывать наказание довелось лишь последнему. В январе 1913 г. Николай II распорядился прекратить дело в отношении трех обвиняемых. Подполковник Кулябко был осужден на 16‑ть месяцев тюремного заключения, из которых по высочайшему повелению отсидел лишь 4-ре.

Скандальное завершение расследования еще более усилило подозрения о причастности высших сфер к убийству премьер–министра. Столыпиным в верхах были недовольны. Многие знали, что Николай II питал глубокую неприязнь к властному чиновнику. Но стали ли проблемы в отношениях поводом придать отставке столь радикальный и необратимый процесс, сказать было сложно.

По другой версии виноват в случившемся был Распутин. Третья трепала имена руководителей политической полиции. И была далеко не безосновательна. Охранники вполне могли использовать планы Богрова в своих целях и его руками решить свои вопросы. Какие именно? К примеру, ослабить/уничтожить недавно возникший контроль государства над их никому не подчиненной конторой. Также поводом могли быть конъектурные рокировки. Проще говоря, выполняя чей–то заказ, охранники освободили кресло премьера.

Само собой не следовало сбрасывать со счетов и более мирные варианты развития событий: традиционное российское разгильдяйство и доверчивость охранки к своему агенту.


К славе охранного отделения

Доверчивая охранка? Интересное словосочетание.

В царской политической полиции в начале 20‑го века работали супер–профи, сумевшие за несколько десятилетий взять под контроль ситуацию в стране и фактически контролирующие революционное движение и даже манипулирующие им. Главным оружием жандармерии была тотальная провокация. По мнению историков к началу Первой мировой войны деятельность РСДРП и других социал–демократических организаций Латвийского края и Королевства Польского «освещали» более двух тысяч секретных сотрудников «охраны» и жандармских управлений.

Знаменитым агентом охранки был поп Гапон — организатор «Кровавого воскресенья» 9 (22) января 1905 г., закончившегося расстрелом рабочих и положившего начало Первой русской революции 1905–1907 г. Провокатором являлся Азеф — член ЦК партии социал–революционеров, глава Боевой организации, под руководством, которого эсеровские террористы совершили свои самые громкие дела.

С государственных трибун вообще звучали страшные цифры: количество провокаторов, внедренных в различные партии, оценивалось от 30 до 50 % от состава этих партий.

Но ни супер–агенты, ни массовая «провокаторизация» освободительного движения, не могла предохранить охранку от редких, но громких «проколов». Завербованные агенты далеко не всегда были послушными марионетками спецслужб. Так социал–революционер Александр Петров, став в 1909 г. тайным сотрудников охранки, уехал за границу и там признался товарищам в своем предательстве. Получив предложение реабилитировать себя террористическим актом, Петров вернулся в Петербург итам затеял тонкую игру. Поообещав раскрыть план грандиозного покушения, он пытался заманить на конспиративную квартиру директора Департамента полиции и товарища министра внутренних дел. Не добившись своего, Петров взорвал начальника Петербургской охранки полковника С. Карпова.

Были и другие случаи «бунтов на корабле». Но история с Богровым явно не относилась к их числу.


Герой иного времени

Все в ней было странно. И осталось таковым, невзирая на многолетние изыскания историков.

Удивляет, к примеру, очень удобная во всех отношениях биография террориста, позволяющая в зависимости от хода следствия, разыграть тот или иной сценарий.

Судите сами…

Дмитрий Богров был евреем. Но принял крещение.

Имея богатых родителей и хорошее образование, он практически не работал, проводя свободное время за игрой в карты и иными развлечениями. И при этом боролся за свободу народа.

Идейные воззрения будущего террориста всегда отличались радикализмом, но при этом были крайне не определенными ибо партийную принадлежность Богров менял не единожды.

Что касается личных качеств, то и тут мнения расходятся. Одни считали Богрова цельной натурой, настоящим борцом, революционером. Другие — скучным типом, похожим на лавочника.

Ну и главное: вступив в 1906 г. в киевскую группу анархистов–коммунистов, Богров через несколько месяцев сам добровольно предложил услуги Киевскому охранному отделению. Как платный агент (псевдоним Аленский) он сотрудничал с охранкой до 1910 года, получая в месяц до 150 рублей. Согласно имеющимся документам, работой Аленского жандармы были довольны. Согласно обнаруженным позднее документам, на счету Богрова было 102 арестованных по его доносам человека.

Но…справедливости ради, надо отметить, что автором отчетов был Кулябко, впоследствии оказавшийся под следствием и заинтересованный в том, чтобы представить Аленского заслужившим доверие агентом. Поэтому, не исключено, что сыскарь приукрасил «заслуги» своего осведомителя. Немаловажно и то, что большинство «жертв» Богрова были высланы на короткие сроки и только несколько приговорены к каторге.

Однако факт сотрудничества однозначно имел место.


У роковой черты

Та же непонятная двойственность отличает жизнь Богрова накануне покушения.

Сомнения относительно его искренности зародились в революционном кругу еще осенью 1907 г. В конце 1908 г. Богрова уже открыто обвиняли в провокации, а чуть позже и в растрате кассы Борисоглебской группы максималистов. Дело дошло до того, что скрываясь от мести бывших товарищей, Богров перебрался в Петербург. Но вскоре снова вернулся в Киев. Настроения в этот период настроения у него были самые мрачные. «Нет никакого интереса к жизни! Ничего, кроме бесконечного ряда котлет, которые мне предстоит скушать…» — писал Богров.

Но трагические спичи далеко не всегда завершаются решительным поступком. И судя по реалиям того времени Богров намеревался и дальше кушать котлеты. Сведений, что он готовился к покушению, искал встреч со Столыпиным или изучал организацию охраны премьера — не существует. Более того в середине августа (за две недели до теракта) будущий убийца в письме к отцу увлеченно подсчитывал грядущие барыши от предстоящей сделки. Следовательно, собирался жить долго и счастливо.

Тем ни менее, 1 сентября в оперном зале грянул выстрел.


Попытка № 11

Эта 11-ая по счету попытка убить Столыпина оставила была полна загадок.

К примеру, в ходе следствия сложилось впечатление, что у Богрова имелись…двойники. Один из них на коне 29 августа пытался пересечь царский маршрут, но был остановлен. Другой 1 сентября на ипподроме, выдавая себя за фотографа, пытался приблизиться к царской трибуне. Между тем Богров, как точно установлено, не имел лошади, а во время скачек находился дома.

Следующий момент: многие зрители в театре обратили внимание на то, что после выстрелов Богров на несколько секунд замешкался. Следовательно, чего–то ждал. Черносотенная газета «Гроза» высказала версию, что Богров «надеялся, что, как и 1 марта (1881 г.), государь по своему необычайному великодушию неосторожно подойдет к раненому Столыпину» и тогда второй террорист получит возможность действовать. Предположение это, конечно, логичное, но уж совсем маловероятное. Зачем царю повторять ошибку деда, за которую тот расплатился жизнью и лезть на рожон?

По другой версии, после выстрела должен был погаснуть свет, чтобы убийца, воспользовавшись темнотой и всеобщим замешательством, получал возможность выбежать из театра и сесть в поджидавший его автомобиль. Рассказывали, что электрик спугнул подозрительного человека, пытавшегося подойти к рубильнику. Но поверить в это даже не трудно, а просто невозможно. Что–что, а уж подсобку театрального электрика полиция должна была взять под контроль обязательно и чуть не первую очередь. Ведь охрана первых лиц государства не ведется просто так, существуют инструкции, в коих прописаны и подобные действия и меры контроля над ними.

Так было и в Киеве. Для обеспечения безопасности высоких персон, присутствовавших в зале в тот день, было потрачено 300 тысяч рублей и реализованы беспрецедентные меры. Киевский губернатор А. Ф. Гире вспоминал, что он облегченно вздохнул, когда сановники оказались в здании театра: «За театр можно было быть спокойным, так как та публика, которую предложено было допустить туда, была строго профильтрована». Зрительный зал и подсобные помещения были тщательно проверены задолго до спектакля. Согласно акту осмотра, жандармы вскрывали пол, осмотрели бархатную обшивку барьеров и даже хрустальную люстру — не подпилили ли ее злоумышленники, чтобы обрушить на головы зрителей. В театр допускали по именным билетам. Далеко не все местные начальники были удостоены такого приглашения».

Следовательно, ни о каком погасшем свете речи быть не могло. А посему у стрелка не было шансов на спасение. Его ждали либо арест, либо самосуд, учиненный толпой. Богров же явно ожидал чего–то третьего.

Непонятно и то, как Дмитрий появился в зале.

За несколько дней до спектакля в оперном театре Богров связался со своими полицейскими патронами и сообщил, что на Столыпина готовится покушение, сам он привлечен к делу и должен быть в театре, чтобы опознать преступников.

Подполковник Кулябко впоследствии утверждал, что билет был выдан по просьбе самого агента с разрешения генерала Курлова и его помощников. Однако товарищ министра говорил, что не подозревал о присутствии секретного агента в театре. После этого Кулябко изменил свои первоначальные показания, пояснив, что он, возможно, превратно истолковал слова шефа. Но самое главное заключалось в том, что никто не мог вразумительно объяснить не только с чьего разрешения, но и с какой целью был выдан билет. Нелепость же приведенных Богровым аргументов была, мало сказать, очевидна.

И все же, примерно за час до начала спектакля из охранного отделения Богрову доставили билет N406 в 18‑м ряду партера. Допустив своего агента в театр, начальник охранки нарушил циркуляр Департамента полиции от 3 октября 1907 г., запрещавший использовать секретных сотрудников для наружного наблюдения. Кроме того, он грубо нарушил Инструкцию об охране высочайших особ, согласно которой осведомители не допускались в места присутствия императора.

Но надо сказать, что, нарушая правила, подполковник Кулябко следовал сложившемуся шаблону. В 1907 г. он посадил в театральном зале женщину–агента, которая должна была указать на террористов, готовивших покушение на тогдашнего киевского губернатора Курлова. В 1909 г. он использовал осведомителей в присутствие Николая II в Полтаве.

Возможно, поэтому начальник охранки был уверен, что и на этот раз все сойдет благополучно.

Не сошло.

Уже в театре Богров заявил, что план покушения неожиданно изменился: террористы собираются убить не Столыпина, а царя. Спецслужбы тот час сконцентрировали внимание на высочайшей особе, перестав обращать нимание на всех остальных. В итоге, тайный агент, свободно фланируя, подошел в плотную к премьеру и расстрелял его.


Смерть антигероя

Дмитрий Богров был казнен в возрасте 24‑х лет. Герой ли, игрушка охранки — он остался непонятым ни современниками, ни потомками. В революционном лагере всегда высказывались полярные мнения о нем и его поступке. Одни предлагали воздвигнуть в честь Богрова памятник, другие презирали, как запутавшегося и запуганного провокатора. Но в последний свой час Дмитрий держался очень достойно. Из рассказа очевидца казни: «Когда к Богрову подошел палач, тот обратился к присутствующим с просьбой передать его последний привет родителям. После этого палач связал его руки назад, подвел к виселице, и надел на него колпак. Последние слова Богрова (удивительно безразличного ко всему происходящему) были обращены к палачу: «Голову поднять выше, что ли?“ Спокойствие приговоренного смутило даже палача, и он поспешно выбил табурет из–под ног Богрова…».

По материалам «История преступлений в лицах» (www. rus–history.com), «Грамотей» (www.gramotey.com), «Энциклопедия замечательных людей и идей» (www.abc-people.com) для газеты «Я»

История 18 Тайна смерти Владимира Бехтерева

Нейрофизиолог и психиатр, автор фундаментальных трудов по анатомии, физиологии и патологии нервной системы, основоположник рефлексологии, организатор и руководитель Психоневрологического института и Института по изучению мозга и психической деятельности ушел из жизни при весьма таинственных обстоятельства, объяснению которых нет до сих пор


Канва событий

Смерть Владимира Михайловича Бехтерева (20.1.1857 г. — 24.12.1927, г.) была неожиданной, поскольку еще накануне 70-летний ученый чувствовал себя вполне здоровым и собирался принять участия в двух научных форумах: Первом всесоюзном съезде невропатологов и психиатров и Всесоюзном съезде педологов, посвященном проблеме воспитания детей.

22 декабря открылся съезд невропатологов и психиатров. С большим вниманием делегаты выслушали доклад Бехтерева о лечении под гипнозом больных наркоманией и различными формами неврозов.

Вечером 23 декабря Владимир Михайлович с женой отправился в Большой театр на балет Чайковского «Лебединое озеро» (по другой версии: в Малый театр на необычайно популярную в том сезоне «Любовь Яровую»).

На самочувствие Бехтерев по–прежнему не жаловался. Однако после спектакля академик почувствовал боли в области живота.

Была уже ночь, и только утром к заболевшему был вызван профессор Д. А. Бурмин — выдающийся терапевт, директор клиники медицинского факультета Московского университета. Он нашел, что у Бехтерева желудочно–кишечное заболевание, и назначил лечение. Самочувствие больного несколько улучшилось, но к вечеру появились признаки ослабления деятельности сердца. Были вызваны еще несколько известных врачей и, в частности, профессор В. Д. Шервинский — также знаменитый терапевт и эндокринолог.

Однако было уже поздно. В 23 часа 45 минут 24 декабря после короткой агонии великий ученый скончался от паралича сердца.

Утром 25 декабря скульптор И. Д. Шадр снял гипсовую маску, а профессор Абрикосов, согласно воле покойного, извлек мозг для передачи в Ленинградский институт по исследованию мозга. Тело было сожжено

в крематории Донского монастыря.


Версия № 1

Внезапная кончина крепкого и энергичного человека, активно работающего ученого, по роду своей деятельности приближенного к многим государственным тайнам, да еще по такому «неубедительному» поводу, как «отравление консервами», породила массу слухов.

Молва утверждала: в ту злополучную пятницу Владимир Михайлович появился на съезде с опозданием на несколько часов. В ответ на вопросы коллег с раздражением бросил: «Смотрел одного сухорукого параноика!». Считается, что говорил Бехтерев про Сталина. После спектакля Бехтерева пригласили в музей театра, где после угощения чаем не то с бутербродами, не то с пирожными, ему и стало плохо.

Однако «сталинская» версия не обрела документального подтверждения. Очень сомнительно, что операцию по устранению ученого разработали и реализовали за один день. Не понятно, также зачем «декорациями» для этого выбрали прославленный театр, дискредитируя его, таким образом в глазах общественности. Не стыкуются и другие моменты. Многие ученые, особенно старой школы, полагали, что врач высочайшего уровня по определению не мог дать скоропалительное заключение после недолгой аудиенции. Не стал бы Бехтерев, отличающийся исключительным тактом и деликатностью, обсуждать диагноз (к тому ж такого человека!) во всеуслышание с посторонними людьми.

Что касается психического здоровья Сталина, то параноиком он не был. Психический склад Иосифа Виссарионовича при всей одиозности врачи (доктора медицинских наук В. Рожнов, А. Белкин, Л. Гримак, В. Файвишевский) называли крайним вариантом нормы. Так что, скорее всего, Бехтерев консультировал другого человека.


Версия № 2

По мнению писателя Глеба Анфилова, смерть Бехтерева была непосредственно связана с его работами в области создания «идеологического оружия».

Начиналось все с опытов над животными, которые Бехтерев проводил совместно с известным дрессировщиком Дуровым. Эти опыты заключались в поисках некой радиоволны, «заведующей» трансляцией мыслей и заставляющей животных выполнять мысленные желания экспериментатора.

Первые опыты были не особенно удачными. Однако в дальнейшем Бехтереву удалось соединить собственные разработки в области «психологии толпы» с последними достижениями инженерной мысли. Это произошло в 1925 году, после общения с Бернардом Кажинским, автором «Биологической радиосвязи». В разговоре Кажинский воспринял от Бехтерева идею об эмоциональном управлении толпой, а ему, в свою очередь, подал мысль о технических усилителях мысленных сигналов. Как раз в ту пору у Бехтерева появилась возможность провести исследований в рамках государственного экспериментального института.

Среди прочих, в команду Бехтерева вошел друг старшего брата Кажинского. Этот Некто (определение Анфилова) был по происхождению из немцев, часто ездил в командировки в Германии, привозил оттуда первоклассную радиоаппаратуру, якобы для медицинских экспериментов и вполне мог работать на немецкую разведку, весьма интересовавшуюся советскими опытами по телепатии.

Как это обычно бывает, ученые, увлеченные чистой идеей, не задумываются о практической судьбе своих изобретений. Бехтерев, изучающий телепатию, гипноз, ясновидение, внушение, психологию толпы, не предполагал, что результатом его экспериментов станет «идеологическое оружие», при помощи которого власть сможет превратить собственный народ в послушную толпу, безумно обожающую своего лидера и выполняющую все его приказы. Не задумывался Владимир Михайлович и о том, к чему приведут его протесты. За что и поплатился в декабре 27‑го года.

Но это опять–таки всего лишь предположение. В пользу которого, говорят такие факты: в начале 1927 г. Некто неожиданно пропал, скорее всего, сбежал в Германию, прихватив с собой секретную информацию, после чего в политических ситуациях, сложившихся в СССР и Германии того времени, стало наблюдаться разительное сходство.


Что касается опытов

Идея о передачи мыслей на расстоянии до сих пор считается фантастической. Между тем, в 1921 г. академик В. М. Бехтерев доказал ее реальнойсть. К началу 1921 г. в лаборатории В. Л. Дурова за 20 месяцев исследований было проделано 1278 экспериментов по мысленному внушению (собакам). Удачных среди них было 696, неудачных 582. Статистическая обработка материала показала, что «…ответы собаки не были делом случая, а зависели от воздействия на нее экспериментатора».

Проведенные исследования показали, что мысленное внушение не обязательно должен проводить дрессировщик. Это может быть и опытный индуктор. Необходимо только, чтобы он знал и применял методику передачи, установленную дрессировщиком. Внушение проводилось как при непосредственном визуальном контакте с животным, так и на расстоянии, когда собаки не видели и не слышали дрессировщика, а он их. Следует подчеркнуть, что опыты проводились с собаками, имеющими определенные изменения в психике, возникшие после специальной дрессировки. Классическими в изучении телепатии и суггестии являются описанные академиком В. М. Бехтеревым шесть опытов над дрессированной собакой Пикки (1919 г.). В четырех опытах передающим задание академика был В. Л. Дуров, а в двух остальных — сам академик, причем о своем мысленном задании он никому перед опытом не говорил. Опыты проходили в ленинградской квартире В. М. Бехтерева, т. е. в обстановке, не привычной для подопытного животного. Вот, что пишет В. М. Бехтерев. «Третий опыт заключался в следующем: собака должна вскочить на предрояльный круглый стул и ударить лапой в правую сторону клавиатуры рояля. И вот собака Пикки перед Дуровым. Он сосредоточенно смотрит в ее глаза, некоторое время охватывает ладонями ее мордочку. Проходит несколько секунд, в течение которых Пикки остается неподвижным, но будучи освобожден, стремительно бросается к роялю, вскакивает на круглый стул, и от удара лапы по правой стороне клавиатуры раздается трезвон нескольких дискантовых нот. В четвертом опыте собака должна была, после известной процедуры внушения, вскочить на один из стульев, стоявших у стены комнаты, и затем, поднявшись на стоящий рядом круглый столик, поцарапать лапой большой портрет, висевший на стене над столиком. Казалось бы, что это сложное действие собаке не так–то просто выполнить. Но Пикки превзошел все наши ожидания. После обычной процедуры (Дуров сосредоточенно смотрел в глаза собаке в течение нескольких секунд) Пикки спрыгнул со своего стула, подбежал к стулу, стоящему у стены, затем с такой же легкостью вскочил на круглый столик, и, поднявшись на задние лапы, достал правой передней конечностью портрет и стал царапать его когтями… Чтобы иметь полную уверенность, я решил сам проделать аналогичный опыт, не говоря никому о том, что я задумаю. Задание же мое состояло в том, чтобы собака вскочила на стоящий неподалеку круглый стул и осталась там сидеть. Сосредоточившись на форме круглого стула, я некоторое время смотрю собаке в глаза, после чего она стремглав бросается от меня и начинает бегать вокруг стула. Опыт не удался и я понял почему: я сосредоточился исключительно на форме круглого стула, упустив из виду, что мое сосредоточение должно начинаться движением собаки к круглому стулу и затем вскакиванием на него. Ввиду этого я решил повторить опыт, не говоря никому о своей ошибке и поправив себя в вышеупомянутом смысле. Я снова усаживаю собаку на стул, обхватываю ее мордочку обеими ладонями, начинаю думать о том, что она должна подбежать к круглому стулу и, вскочив на него, сесть. Затем отпускаю собаку и не успеваю оглянуться, как она уже сидит на круглом стуле. Пикки разгадал мой «приказ» без малейшего затруднения…»


Версия № 3 и 4

«Обстоятельства смерти академика Бехтерева в конце двадцатых годов тайно расследовались тремя крупными российскими юристами: Н. К. Муравьевым, П. Н. Малянтовичем и А. А. Иогансеном», — пишет в своей книге внук последнего. Муравьев взялся собрать сведения в верхнем эшелоне власти в Москве. Он был до этого несколько лет юрисконсультом наркома внешней торговли Красина и общался со многими политическими тузами. Иогансен взялся провести расследование в близких к Бехтереву академических и медицинских кругах в Ленинграде. Неизвестно, какую часть работы взял на себя П. Н. Малянтович, но, когда тройка снова встретилась и проанализировала собранную и информацию, выводы совпали полностью. Оказалось, в 1927 году Г. Е. Зиновьев, стоявший во главе Ленинградской парторганизации, вступив в смертельную схватку со Сталиным за власть, решил выдвинуть против «вождя и учителя» обвинение в отравлении Ленина. О том, что Сталин давал Ленину яд, знала вся партийная верхушка. Однако все боялись и молчали. Лишь Троцкий позже попытался открыто обвинить Сталина, за что и был убит (по мнению автора).

Зиновьев в 1927 г. рассчитывал победить Иосифа Виссарионовича с помощью свидетельских показаний Бехтерева. Для чего и стал оказывать давление на ученого. Тот в 1923 году осматривал больного Ленина и не имел сомнений в том, что Владимир Ильич был отравлен.

Экспертное заключение Бехтерева — ученого с мировым именем и колоссальным авторитетом — могло поставить Сталина в очень затруднительное положение. Однако выход нашелся. «Нет человека — нет проблемы». И великого ученого не стало.

«Ленинской теме» посвящена и версия № 4. Правнук Бехтерева, Святослав Лебедев, директор института мозга человека, считает, что ученый был убит из–за диагноза, поставленного Ленину. Бехтерев считал, что у великого вождя был сифилис головного мозга. Хотя Владимир Ильич к тому времени уже лежал в мавзолее, правда об истинной причине его смерти никоим образом не должна была стать достоянием гласности. Поэтому, предотвращая утечку опасной информации, Бехтерева вполне могли убить. Правда, не очень понятно, почему аж через три года после смерти Ленина.


И версиям нет числа

Воспоминания внучки великого ученого Натальи Петровны Бехтеревой, ныне покойной, нисколько не прояснили загадку гибели ее деда. В 80‑х годах прошлого века она заявила в печати, что Бехтерев в самом деле нашел у Сталина паранойю и за это поплатился жизнью. Значительно позже, осенью 1995 года, давая интервью еженедельнику «Аргументы и факты», Наталья Петровна сказала: «Это была тенденция объявлять Сталина сумасшедшим, в том числе и с помощью якобы высказывания моего деда. Но никакого высказывания не было, иначе мы бы это знали. Он был прекрасный врач, как он мог выйти от больного и сказать, что тот параноик? Деда действительно отравили, но из–за другого».

А еще позже Наталья Петровна, выступая по телевидению, заявила буквально следующее: «У нас в семье всем было известно, что отравила Владимира Михайловича его вторая жена…» И это заявление еще больше запутывает и без того таинственную историю гибели прославленного академика.

Под материалам Unbelievable.su, «Люди» (www.peoples.ru), «Психиатрия и физиология» (www. psychiatry.narod.ru), «Ветхие страницы) (www.carabaas.livejournal.com), «Петергбурский дневник» (www.spbdnevnik.ru), «Загадки и тайны 20 века» (www.macbion.narod.ru) для газеты «Я»

История 19 «Синдикат‑2»

31 января 1879 г. родился Борис Савенков — человек, жизнь которого была посвящена террору, борьбе с царизмом и Советской властью. А смерть и сопутствующие ей обстоятельства — принесли славу ОГПУ


Тонкости насущного момента

К концу 1920 года большевики победили в гражданской войне. Однако армии генералов Деникина и Врангеля (150 тысяч штыков), сумели эвакуироваться в Турцию, а затем достаточно организованно рассредоточиться в основном на Балканах. Сохранив, таким образом, боеспособность и ратный дух.

Не в пример, армии эмигрантский политикум раздирали противоречия. Левые либерально–демократические круги считали военный путь исчерпавшим себя и делали ставку на антибольшевистские силы внутри России. Правые, особенно промонархические блоки, по–прежнему настаивали на необходимости вооруженного свержения Советской власти извне, с помощью иностранных держав.

В такой обстановке самой большой опасностью для советской власти была консолидация белого движения, насчитывающего от полутора до двух миллионов человек. А самой первоочередной задачей — работа против различных зарубежных антисоветских центров и их филиалов в России.

Одним из таких центров был «Народный союз защиты родины и свободы» (НСЗРиС), который возглавлял Борис Савинков. Эсер, заместитель руководителя Боевой организации социал–революционной партии, после разоблачения Азефа — руководитель БО, организатор убийства министра внутренних дел В. К Плеве, московского генерал–губернатора великого князя Сергея Александровича, покушения на министра внутренних дел Дурново и московского генерал–губернатора Дубасова, инициатор убийства священника Георгия Гапона, заподозренного в сотрудничестве с Департаментом полиции,

террорист № 1 Российской империи, приговоренный к смертной казни царским судом; министр Временного правительства; организатор антисоветских мятежей в Ярославле, Рыбинске и Муроме; участник Первой мировой войны в рядах французской армии и Гражданской войны в России на стороне белых; создатель Русской народной армии, подчиненной польскому правителю Пилсудского; лютый враг советской власти; незаурядный писатель, Савинков был серьезным и сильным оппонентом для ОГПУ.


И вечный бой

И очень ценным «помощником» для зарубежных разведок.

Имея агентуру в России, Савинков снабжал шпионской информацией генеральные штабы Польши, Англии и Франции, за что получал немалые деньги. Есть данные об финансовых «инъекциях» из французской миссии в Варшаве — около 1,5 миллиона польских марок, от польского генштаба — 500–600 тысяч, от МИДа Польши — 15 миллионов ежемесячно. Спонсировали известного террориста Форд, Муссолини, бельгийские капиталисты, заинтересованные в получении будущих концессий в России и российские экс — капиталисты, сумевшие уберечь капиталы.

Само собой контора Савинкова имела «широкий профиль» и занимались всем, за что платили: шпионажем, диверсиями, террором, созданием многочисленных ячеек и резидентур на советской территории и даже подготовкой к открытому вооруженному выступлению.


Провокация, всегда в моде

Пресечь подрывную деятельность великого террориста удалось лишь с помощью операции «Синдикат‑2», реализованной органами ОГПУ при содействии генерала–лейтенанта Владимира Джунковского, бывшего шефа Отдельного корпуса жандармов. Привлеченный председателем ВЧК Ф. Э. Дзержинским в качестве консультанта, Джунковский выработал для чекистов стратегию борьбы с контрреволюцией. Он пояснил: не стоит тратить силы на одиночек и мелкие группки террористов. Надо ловить «крупную рыбу», То есть создавать легендированные организации, членами которых якобы являются лица, хорошо известные белой эмиграции.

В литературе по истории советской контрразведки 20‑х годов приводятся различные толкования оперативного термина «легендированная организация» или «легендированная разработка». В западных же источниках это определение раскрывается однозначно, как «провокации в стиле русской тайной полиции» или «сеть ловушек для невинных людей, целенаправленно завлекаемых в них, для фабрикации громких дел». Так или иначе, но создание легендированной контрреволюционной организации «Либеральные демократы» оказалось очень громким делом. Мало того, что был арестован Б. В. Савинкова, так еще и операция, приведшая к этому, вошла в анналы истории и стала одной их лучших в деятельности ОГПУ.


Рыбка на крючке

Как же разворачивались события?

Летом 1922 году доверенный сотрудник Савинкова, видный деятель «Союза» Леонид Шешеня при нелегальном переходе польско–советской границы был задержан и на допросе дал показания на ранее заброшенных агентов Герасимова и Зекунова. В итоге, Герасимов был осужден, его подполье — свыше 300 человек — разгромлено. А Шешеня и Зекунов завербованы для работы против Савинкова.

По приказу чекистов Зекунов отправился с рекомендательным письмом Шешени к его родственнику, видному участнику «Союза» Фомичеву. В своем послании Шешеня сообщал, что в Москве он вышел на «эсеровскую организацию», представлял Зекунова, как ее члена, а также упоминал полковника Новицкого, давнего знакомого Савинкова, который прислал для передачи полякам секретные документы генштаба Красной армии.

Как и предполагалось, документы, произвели впечатления на польских и французских военных. Соответственно и на Савинкова.

Интерес к солидной контрреволюционной организации подогрели и беседы, которые провел с представителями польской разведки и «Союза», чекист А. П. Федоров, выдававший себя за одного из активистов ЛД.

Миссия Федорова увенчалась успехом. В Москву он возвращался в компании Зекунова и Фомичева. Уполномоченный Савинковым, последний должен был на месте разобраться в ситуации. Вернее, Фомичеву предстояло сыграть отведенную ему роль в шоу, устроенном чекистами. С чем он и справился блестяще. После того, как Фомичеву представили руководителей организации и убедили в том, что на сближение с НСЗРиС ЛД идет только из–за огромного общепризнанного авторитета Савинкова, он предложил организовать встречу представителей ЛД с Савинковым в Париже.


Кошки–мышки

Террористу № 1 предложили возглавить сильную контрреволюционную организацию с разветвленной сетью филиалов по всей стране. Кто бы устоял? Только не Савинков. За свою многолетнюю революционную карьеру он познал, что такое слава и власть. И узнал вкус политического забвения. ЛД была шансом вернуться к активной борьбе, стать во главе большого дела, быть первым.

В общем, расчет ОГПУ оказался верен. Дальнейшие действия Савинкова были предопределены.

11 июля 1923 года Федоров в сопровождении Фомичева выехал в Париж. 14 июля произошла его первая встреча с Борисом Савинковым. Таких встреч состоялось несколько, и каждый раз — чекист был красноречив и умел убеждать. В итоге, «бесплатный сыр» становился все желаннее.

Узнав, что Савинков намерен послать группу полковника Павловского (своего главного диверсанта) на советскую территорию для ограбления банков, Федоров предложил в качестве содействия связать боевиков с московской организацией ЛД и дал адрес конспиративной квартиры.

Савинков и сам хотел, поручить Павловского, которому он, безусловно, доверял, проверить информацию о реальных возможностях ЛД и актуальности своей поездки в Москву.

17 августа 1923 года Павловский с бандой, совершив ряд нападений, пересек польско–советскую границу. 17 сентября 1923 года он явился по полученному адресу и там был арестован. Добиться от такого человека согласия, сотрудничать с ОГПУ было нелегко. Но веские доводы нашлись и в дальнейшем Павловский, став на время ключевой фигурой операции, ни разу не подвел ОГПУ.

Чекистам же предстояло решить нелегкую задачу. Как, не отпуская Павловского за рубеж, создать у Савинкова иллюзию того, что в Москве все отлично и ему надо как можно скорее приехать.


Кнут и пряник

Для начала Савинкову предложил «пряники». В Варшаву были направлены несколько сотрудников разведки с данными для польских военных и сообщениями для Савинкова о создании двустороннего (ЛД-НСЗРиС) руководящего центра, заочно избравшего Бориса Викторовича своим председателем. Однако, осторожный Савинков ответил: он отправится в Россию, если за ним приедет сам Павловский.

Тогда чекисты применили «кнут». В апреле 1924 г. в Варшаве, а затем и в Париже, красноречивый Федоров подробно рассказал о накопившихся в организации ЛД разногласиях, об их обострении, о вероятном расколе. Спасти либеральных демократов мог и должен был естественно только Савинков.

Но тот еще колебался. Чтобы рассеять сомнения Савинкова, 21 мая 1924 года ОГПУ устроило еще один спектакль. На заседании правления ЛД (состоявшего из чекистов) была организована встреча Павловского с прибывшим из Варшавы Фомичевым. Павловский вел себя на встрече безукоризненно и озвучил «просьбу»: он хотел остаться для работы в России. 31 мая на «квартире Павловского» произошла новая встреча с Фомичевым, на которой присутствовал и Федоров. Павловский и тут оказался на высоте.

Но…Савинков повторил, что приедет в Россию только в сопровождении Павловского.


В жизни всегда есть место ошибкам

Стараясь «разрулить» ситуацию, чекисты сообщили Савинкову, что Павловский во время попытки экспроприации поезда тяжело ранен и скрывается в Москве на квартире надежного человека, хирурга. В своих письмах Павловский подтверждал эту информацию и звал Савинкова в Россию, выражая надежду на скорое выздоровление.

Фомичеву организовали встречу с «раненым» Павловским. Убедившись в невозможности выезда последнего за границу, тот возвратился в Париж. Вместе с ним отправился и Федоров. После очередной порции призывов, увещеваний, долгих разговоров и размышлений Савинков, наконец, сдался и принял решение ехать в Россию.

12 августа 1924 года он прибыл в Варшаву, где с помощью грима несколько изменил свою внешность. 15 августа вместе с Фомичевым он перешел польско–советскую границу. Пообщался с Федоровым, сотрудников разведки Пиляром, изображавшим командира пограничной заставы, «сочувствующего» ЛД, а также «членами московской организации» — чекистами Пузицким и Крикманом.

16 августа Савинков и сообщники его сопровождающие были арестованы.


Возможны варианты

По официальной версии арест вызвал надлом и внутреннюю капитуляцию знаменитого террориста. Странная версия. Савинков не боялся смерти и по собственному заявлению ехал в Россию, что умереть, став примером для других.

25–29 августа 1924 года в Москве состоялся судебный процесс, где Савинков сделал заявление: «Я, безусловно, признаю Советскую власть и никакую другую. Каждому русскому, кто любит свою страну, я, который прошел весь путь этой кровавой тяжелой борьбы против вас, я, кто доказывал вашу несостоятельность, как никто другой, я говорю ему — если ты русский, если ты любишь свой народ, ты низко поклонишься рабоче–крестьянской власти и признаешь ее безоговорочно».

Естественно, что подобные показания вызвали замешательство в среде белой эмиграции.

29 августа 1924 года Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла Савинкову смертный приговор. Но, принимая во внимание признание своей вины и «полное отречение от целей и методов контрреволюционного и антисоветского движения», суд постановил ходатайствовать перед Президиумом ЦИК СССР о смягчении приговора. В тот же день смертная казнь была заменена лишением свободы на 10 лет.

Возможно в благодарность за это, а может, следуя душевному порыву и новым политическим взглядам, Савинков из тюрьмы направил своим единомышленникам за рубежом несколько писем с призывом прекратить борьбу против собственного народа, последовать его примеру и вернуться в Россию.

Содержался бывший террорист во внутренней тюрьме на Лубянке. В его распоряжение была библиотека; он совершал прогулки в Сокольники и даже бывал в ресторанах. Более того, к нему на интимные свидания допускали его возлюбленную, мадам Деренталь. Но тюрьма, есть тюрьма. Тяжелые ли условия заключения или что иное, привели Савинкова в угнетенное состояние духа и заставили ходатайствовать о полном помиловании. Когда же просьба была отклонена, Савинков выбросился из окна пятого этажа и разбился насмерть.


ЧК не спит

ОГПУ достигло своей цели. С политической арены ушел человек, который одним своим существованием мешал советской власти. Причем ушел дискредитированный в глазах своих соратников.

Пошел на спад и антисоветский террор. После операции «Трест» — «кальки», как теперь говорят, с «Синдиката‑2», массовый не контролируемый террор со стороны оппозиции был фактически прекращен. С подачи чекистов руководство многочисленных легендированных организаций буквально забросало зарубежный Центр сообщениями о том, что террор не оправдывает себя, а проведение боевых акций позволяет ОГПУ разоблачить руководство антисоветского сопротивления и разгромить его структуры. Особо подчеркивалось, что приказ перейти в подполье означает практически полное прекращение антисоветской деятельности этих организаций на территории РСФСР.

Эти аргументы сделали свое дело. Руководство белой эмиграции дало распоряжение о прекращении террористических актов в России во имя сохранения существующих там подпольных антисоветских организаций.

Многие из которых были, как и ЛД, лишь мифами.

По материалам Hystory.ru, «100 великих операций спецслужб» (www.operaciy-specslujb.greatest100.ru),

«Служба внешней разведки Российской Федерации» (www. svr.gov.ru), «Федеральная служба безопасности Российской Федерации» (www.fsb.ru) для газеты «Я»

История 19 «Синдикат‑2»

31 января 1879 г. родился Борис Савенков — человек, жизнь которого была посвящена террору, борьбе с царизмом и Советской властью. А смерть и сопутствующие ей обстоятельства — принесли славу ОГПУ


Тонкости насущного момента

К концу 1920 года большевики победили в гражданской войне. Однако армии генералов Деникина и Врангеля (150 тысяч штыков), сумели эвакуироваться в Турцию, а затем достаточно организованно рассредоточиться в основном на Балканах. Сохранив, таким образом, боеспособность и ратный дух.

Не в пример, армии эмигрантский политикум раздирали противоречия. Левые либерально–демократические круги считали военный путь исчерпавшим себя и делали ставку на антибольшевистские силы внутри России. Правые, особенно промонархические блоки, по–прежнему настаивали на необходимости вооруженного свержения Советской власти извне, с помощью иностранных держав.

В такой обстановке самой большой опасностью для советской власти была консолидация белого движения, насчитывающего от полутора до двух миллионов человек. А самой первоочередной задачей — работа против различных зарубежных антисоветских центров и их филиалов в России.

Одним из таких центров был «Народный союз защиты родины и свободы» (НСЗРиС), который возглавлял Борис Савинков. Эсер, заместитель руководителя Боевой организации социал–революционной партии, после разоблачения Азефа — руководитель БО, организатор убийства министра внутренних дел В. К Плеве, московского генерал–губернатора великого князя Сергея Александровича, покушения на министра внутренних дел Дурново и московского генерал–губернатора Дубасова, инициатор убийства священника Георгия Гапона, заподозренного в сотрудничестве с Департаментом полиции,

террорист № 1 Российской империи, приговоренный к смертной казни царским судом; министр Временного правительства; организатор антисоветских мятежей в Ярославле, Рыбинске и Муроме; участник Первой мировой войны в рядах французской армии и Гражданской войны в России на стороне белых; создатель Русской народной армии, подчиненной польскому правителю Пилсудского; лютый враг советской власти; незаурядный писатель, Савинков был серьезным и сильным оппонентом для ОГПУ.


И вечный бой

И очень ценным «помощником» для зарубежных разведок.

Имея агентуру в России, Савинков снабжал шпионской информацией генеральные штабы Польши, Англии и Франции, за что получал немалые деньги. Есть данные об финансовых «инъекциях» из французской миссии в Варшаве — около 1,5 миллиона польских марок, от польского генштаба — 500–600 тысяч, от МИДа Польши — 15 миллионов ежемесячно. Спонсировали известного террориста Форд, Муссолини, бельгийские капиталисты, заинтересованные в получении будущих концессий в России и российские экс — капиталисты, сумевшие уберечь капиталы.

Само собой контора Савинкова имела «широкий профиль» и занимались всем, за что платили: шпионажем, диверсиями, террором, созданием многочисленных ячеек и резидентур на советской территории и даже подготовкой к открытому вооруженному выступлению.


Провокация, всегда в моде

Пресечь подрывную деятельность великого террориста удалось лишь с помощью операции «Синдикат‑2», реализованной органами ОГПУ при содействии генерала–лейтенанта Владимира Джунковского, бывшего шефа Отдельного корпуса жандармов. Привлеченный председателем ВЧК Ф. Э. Дзержинским в качестве консультанта, Джунковский выработал для чекистов стратегию борьбы с контрреволюцией. Он пояснил: не стоит тратить силы на одиночек и мелкие группки террористов. Надо ловить «крупную рыбу», То есть создавать легендированные организации, членами которых якобы являются лица, хорошо известные белой эмиграции.

В литературе по истории советской контрразведки 20‑х годов приводятся различные толкования оперативного термина «легендированная организация» или «легендированная разработка». В западных же источниках это определение раскрывается однозначно, как «провокации в стиле русской тайной полиции» или «сеть ловушек для невинных людей, целенаправленно завлекаемых в них, для фабрикации громких дел». Так или иначе, но создание легендированной контрреволюционной организации «Либеральные демократы» оказалось очень громким делом. Мало того, что был арестован Б. В. Савинкова, так еще и операция, приведшая к этому, вошла в анналы истории и стала одной их лучших в деятельности ОГПУ.


Рыбка на крючке

Как же разворачивались события?

Летом 1922 году доверенный сотрудник Савинкова, видный деятель «Союза» Леонид Шешеня при нелегальном переходе польско–советской границы был задержан и на допросе дал показания на ранее заброшенных агентов Герасимова и Зекунова. В итоге, Герасимов был осужден, его подполье — свыше 300 человек — разгромлено. А Шешеня и Зекунов завербованы для работы против Савинкова.

По приказу чекистов Зекунов отправился с рекомендательным письмом Шешени к его родственнику, видному участнику «Союза» Фомичеву. В своем послании Шешеня сообщал, что в Москве он вышел на «эсеровскую организацию», представлял Зекунова, как ее члена, а также упоминал полковника Новицкого, давнего знакомого Савинкова, который прислал для передачи полякам секретные документы генштаба Красной армии.

Как и предполагалось, документы, произвели впечатления на польских и французских военных. Соответственно и на Савинкова.

Интерес к солидной контрреволюционной организации подогрели и беседы, которые провел с представителями польской разведки и «Союза», чекист А. П. Федоров, выдававший себя за одного из активистов ЛД.

Миссия Федорова увенчалась успехом. В Москву он возвращался в компании Зекунова и Фомичева. Уполномоченный Савинковым, последний должен был на месте разобраться в ситуации. Вернее, Фомичеву предстояло сыграть отведенную ему роль в шоу, устроенном чекистами. С чем он и справился блестяще. После того, как Фомичеву представили руководителей организации и убедили в том, что на сближение с НСЗРиС ЛД идет только из–за огромного общепризнанного авторитета Савинкова, он предложил организовать встречу представителей ЛД с Савинковым в Париже.


Кошки–мышки

Террористу № 1 предложили возглавить сильную контрреволюционную организацию с разветвленной сетью филиалов по всей стране. Кто бы устоял? Только не Савинков. За свою многолетнюю революционную карьеру он познал, что такое слава и власть. И узнал вкус политического забвения. ЛД была шансом вернуться к активной борьбе, стать во главе большого дела, быть первым.

В общем, расчет ОГПУ оказался верен. Дальнейшие действия Савинкова были предопределены.

11 июля 1923 года Федоров в сопровождении Фомичева выехал в Париж. 14 июля произошла его первая встреча с Борисом Савинковым. Таких встреч состоялось несколько, и каждый раз — чекист был красноречив и умел убеждать. В итоге, «бесплатный сыр» становился все желаннее.

Узнав, что Савинков намерен послать группу полковника Павловского (своего главного диверсанта) на советскую территорию для ограбления банков, Федоров предложил в качестве содействия связать боевиков с московской организацией ЛД и дал адрес конспиративной квартиры.

Савинков и сам хотел, поручить Павловского, которому он, безусловно, доверял, проверить информацию о реальных возможностях ЛД и актуальности своей поездки в Москву.

17 августа 1923 года Павловский с бандой, совершив ряд нападений, пересек польско–советскую границу. 17 сентября 1923 года он явился по полученному адресу и там был арестован. Добиться от такого человека согласия, сотрудничать с ОГПУ было нелегко. Но веские доводы нашлись и в дальнейшем Павловский, став на время ключевой фигурой операции, ни разу не подвел ОГПУ.

Чекистам же предстояло решить нелегкую задачу. Как, не отпуская Павловского за рубеж, создать у Савинкова иллюзию того, что в Москве все отлично и ему надо как можно скорее приехать.


Кнут и пряник

Для начала Савинкову предложил «пряники». В Варшаву были направлены несколько сотрудников разведки с данными для польских военных и сообщениями для Савинкова о создании двустороннего (ЛД-НСЗРиС) руководящего центра, заочно избравшего Бориса Викторовича своим председателем. Однако, осторожный Савинков ответил: он отправится в Россию, если за ним приедет сам Павловский.

Тогда чекисты применили «кнут». В апреле 1924 г. в Варшаве, а затем и в Париже, красноречивый Федоров подробно рассказал о накопившихся в организации ЛД разногласиях, об их обострении, о вероятном расколе. Спасти либеральных демократов мог и должен был естественно только Савинков.

Но тот еще колебался. Чтобы рассеять сомнения Савинкова, 21 мая 1924 года ОГПУ устроило еще один спектакль. На заседании правления ЛД (состоявшего из чекистов) была организована встреча Павловского с прибывшим из Варшавы Фомичевым. Павловский вел себя на встрече безукоризненно и озвучил «просьбу»: он хотел остаться для работы в России. 31 мая на «квартире Павловского» произошла новая встреча с Фомичевым, на которой присутствовал и Федоров. Павловский и тут оказался на высоте.

Но…Савинков повторил, что приедет в Россию только в сопровождении Павловского.


В жизни всегда есть место ошибкам

Стараясь «разрулить» ситуацию, чекисты сообщили Савинкову, что Павловский во время попытки экспроприации поезда тяжело ранен и скрывается в Москве на квартире надежного человека, хирурга. В своих письмах Павловский подтверждал эту информацию и звал Савинкова в Россию, выражая надежду на скорое выздоровление.

Фомичеву организовали встречу с «раненым» Павловским. Убедившись в невозможности выезда последнего за границу, тот возвратился в Париж. Вместе с ним отправился и Федоров. После очередной порции призывов, увещеваний, долгих разговоров и размышлений Савинков, наконец, сдался и принял решение ехать в Россию.

12 августа 1924 года он прибыл в Варшаву, где с помощью грима несколько изменил свою внешность. 15 августа вместе с Фомичевым он перешел польско–советскую границу. Пообщался с Федоровым, сотрудников разведки Пиляром, изображавшим командира пограничной заставы, «сочувствующего» ЛД, а также «членами московской организации» — чекистами Пузицким и Крикманом.

16 августа Савинков и сообщники его сопровождающие были арестованы.


Возможны варианты

По официальной версии арест вызвал надлом и внутреннюю капитуляцию знаменитого террориста. Странная версия. Савинков не боялся смерти и по собственному заявлению ехал в Россию, что умереть, став примером для других.

25–29 августа 1924 года в Москве состоялся судебный процесс, где Савинков сделал заявление: «Я, безусловно, признаю Советскую власть и никакую другую. Каждому русскому, кто любит свою страну, я, который прошел весь путь этой кровавой тяжелой борьбы против вас, я, кто доказывал вашу несостоятельность, как никто другой, я говорю ему — если ты русский, если ты любишь свой народ, ты низко поклонишься рабоче–крестьянской власти и признаешь ее безоговорочно».

Естественно, что подобные показания вызвали замешательство в среде белой эмиграции.

29 августа 1924 года Военная коллегия Верховного суда СССР вынесла Савинкову смертный приговор. Но, принимая во внимание признание своей вины и «полное отречение от целей и методов контрреволюционного и антисоветского движения», суд постановил ходатайствовать перед Президиумом ЦИК СССР о смягчении приговора. В тот же день смертная казнь была заменена лишением свободы на 10 лет.

Возможно в благодарность за это, а может, следуя душевному порыву и новым политическим взглядам, Савинков из тюрьмы направил своим единомышленникам за рубежом несколько писем с призывом прекратить борьбу против собственного народа, последовать его примеру и вернуться в Россию.

Содержался бывший террорист во внутренней тюрьме на Лубянке. В его распоряжение была библиотека; он совершал прогулки в Сокольники и даже бывал в ресторанах. Более того, к нему на интимные свидания допускали его возлюбленную, мадам Деренталь. Но тюрьма, есть тюрьма. Тяжелые ли условия заключения или что иное, привели Савинкова в угнетенное состояние духа и заставили ходатайствовать о полном помиловании. Когда же просьба была отклонена, Савинков выбросился из окна пятого этажа и разбился насмерть.


ЧК не спит

ОГПУ достигло своей цели. С политической арены ушел человек, который одним своим существованием мешал советской власти. Причем ушел дискредитированный в глазах своих соратников.

Пошел на спад и антисоветский террор. После операции «Трест» — «кальки», как теперь говорят, с «Синдиката‑2», массовый не контролируемый террор со стороны оппозиции был фактически прекращен. С подачи чекистов руководство многочисленных легендированных организаций буквально забросало зарубежный Центр сообщениями о том, что террор не оправдывает себя, а проведение боевых акций позволяет ОГПУ разоблачить руководство антисоветского сопротивления и разгромить его структуры. Особо подчеркивалось, что приказ перейти в подполье означает практически полное прекращение антисоветской деятельности этих организаций на территории РСФСР.

Эти аргументы сделали свое дело. Руководство белой эмиграции дало распоряжение о прекращении террористических актов в России во имя сохранения существующих там подпольных антисоветских организаций.

Многие из которых были, как и ЛД, лишь мифами.

По материалам Hystory.ru, «100 великих операций спецслужб» (www.operaciy-specslujb.greatest100.ru),

«Служба внешней разведки Российской Федерации» (www. svr.gov.ru), «Федеральная служба безопасности Российской Федерации» (www.fsb.ru) для газеты «Я»

История 20 Неистовая верность

Сегодня белого генерала Петра Краснова одни считают героем, другие — предателем. Однако этого человека невозможно «втиснуть» в черно–белую схему. Ярый монархист, он считал единственно правильной формулу «за царя, за Родину, за веру» и в угоду своим принципам не церемонился в средствах


Жизнь за царя

Петр Николаевич Краснов родился 22.9.1869 г. в семье потомственных генералов. Поэтому выбор профессии был для него предопределен с детства. Но не только «наследственность» привела Краснова в армию. Он был бойцом по духу, зову сердца, характеру. Военный до мозга костей, Краснов не умел сдаваться и, ввязавшись в войну и на поле боя, и на страницах своих романов и статей сражался до конца.

Главные противники генерала Краснова определились в 1917 году.

Уж, простите, за тавтологию, но красной нитью в жизни белого генерала Петра Краснова прошла ненависть к красным. Они разрушили все, что он любил; все, что он ценил; чему посвятил пятьдесят лет своей жизни. Они устроили революцию, свергли царя, обрекли страну на политическую неопределенность и смуту.

Свою позицию Краснов обозначил в романе «За Чертополохом». Он писал: «Стали гибнуть лучшие люди. И когда они погибли, подняла голову… пьяная, паршивая Русь, все отрицающая, над всем смеющаяся, и сорвала в несколько часов остатки красоты былой Руси, Руси Царской. Руси Императорской… И стала советская республика…»


Эпоха перемен

Паршивая Русь — несколько резкое определение. Но генерала можно понять. Ведь «бытие определяет сознание». Месячный оклад генерала, командира дивизии накануне революции составлял 500 рублей. Батон же белой сдобы стоил 7 копеек, килограмм телятины — 70 коп., килограмм черной икры — 1 руб.80 коп. И хотя, дело, конечно, не только в деньгах, но когда военный человек достойно содержит свою семью, смело смотрит в будущее, заслуженно продвигается по службе, то совсем не сложно верить, что «жизнь принадлежит царю, душа — Богу, честь — никому!».

В новой же реальности все было сложно, порой унизительно и до обидного непредсказуемо. До лета 1917 г. дивизия, которой руководил Краснов, еще воевала, и все было почти как при прежнем режиме. Но в тылу, на отдыхе, под влиянием красных агитаторов дивизия быстро превратилась в вооруженную банду. Со следующим воинским подразделением, которое возглавил Краснов, произошло то же самое. Дело дошло до того, что генерал боялся «родных» солдатиков. Как и многих других офицеров, они могли его запросто прикончить.

«Я переживал ужасную драму, — писал генерал. — Смерть казалась желанной. Ведь рухнуло все, чему молился, во что верил и что любил с самой колыбели в течение пятидесяти лет — погибла армия. И все–таки надеялся… Думал, что постепенно окрепнет дивизия, вернется былая удаль — и мы еще… спасем Россию…»


Рейд отчаяния

Смутное лето 1917 г. сменилось мятежной осенью. В октябре Временное правительство было свергнуто, большевики взяли власть в свои руки, а их противники взялись за оружие.

Краснов, естественно, был в числе последних. Получив телеграмму от Керенского, он двинул свой корпус на Петроград и с остатками верных частей целую неделю пытался овладеть «колыбелью революции» дабы удушить «младенца».

Под началом Петра Николаевича было всего 700 человек. Но и те вскоре поддались на агитацию и сдались большевикам, сдав заодно и своего командира.

После ареста генерала произошел эпизод, который биографы Краснова описывают с диаметрально противоположных позиций.

Оппоненты белого генерала излагают события следующим образом: арестованный Краснов был освобожден под обещание «прекратить борьбу против Советской власти и трудового народа» — такой гуманный метод тогда широко практиковался. Но Краснов не собирался складывать оружие. Ведомый ненавистью, он тут же начал новое сражение. Следовательно, нарушил слово.

У поклонников генерала — своя версия. Согласно ей, Краснов обещания не давал, а сбежал из–под ареста. Стало быть, совесть его чиста.

Так или иначе, оказавшись на свободе, генерал Краснов направился на Дон, где с конца 1917 года набирало силу «белое движение».


На Дону

Краснов прибыл в Новочеркасск — столицу Войска Донского — в конце января 18‑го года и сразу очутился в гуще событий.

На Кубань из центральной России тогда стекались тысяч офицеров, из которых генерал Деникин формировал Добровольческую армию. Параллельно ей — на волне сначала «советизации» Дона, а затем антибольшевистских протестов — образовалась вторая армия — Донская, которую поддерживали немцы.

Как они очутились на Кубани? Как говорится, не корысти ради…

В феврале–марте 1918 г. Советские Украина и Россия заключили мир с Германией, по условиям которого республики должны были поставлять немцам продукты питания. Однако выполнить обязательства Украина и Россия не смогли из–за революционных событий. Поэтому Германия, для которой поставки ревизии имели жизненно важное значение, ввела свои войска в нужные ей регионы. Но не в качестве оккупантов, а в роли союзника местных политических сил. В Украине за плечами немцев к власти пришло правительство Скоропадского. На Дону возникло казацкое «государство», возглавил которое избранный казацким кругом генерал Краснов.


«Государь всея» Дона

Краснов согласился стать атаманом только при условии получения неограниченных полномочий. «Вы хозяева Земли Донской, я ваш управляющий, — сказал Краснов казацкому кругу. — Все дело в доверии. Если вы мне доверяете — вы принимаете предложенные мною законы, если вы их не примете — значит, вы мне не доверяете, боитесь, что я использую власть, вами данную, во вред войску. Тут нам не о чем разговаривать. Без вашего полного доверия я править войском не могу».

Надо отметить, что властью своей Краснов распорядился наилучшим образом. Он навел на вверенной ему территории идеальный (армейский) порядок и фактически превратил Дон в островок прошлой монархической жизни.


Пока паны дерутся

Но ситуация была такова, что достижения Краснова априори были обречены на провал. Ибо сражаться ему пришлось на два фронта. И если на явном, в противостоянии с Красной армией, победа была вероятна и достижима. То на тайном, в противоборстве с Добровольческой армией, конфликт не имел для Краснова ни малейшей перспективы.

Дело в том, что Донскую и Добровольческую армии поддерживали противники по первой мировой войне.

Антанта (политический союз России, Англии, Франции и др., образованный в 1904–7 г. для грядущего противостояния Германии и ее союзников) фактически содержала Добровольческую армию. Донскую спонсировали немцы.

Кроме того между двумя Донской и Добровольческой существовали идеологические разногласия. Добровольцы были за либеральную, но единую и неделимую Россию. Ярый монархист Краснов защищал интересы сепаратистского Дона.

И все же, главной пружиной ситуации были не местные «терки», глобальные международные «разборки».

Во–первых, Антанта не могла допустить усиления Германии. А угроза этому существовала.

Опираясь на поддержку 60-тысячной армии Краснова и других частей прогермански настроенной Южной армии (Воронежский, Саратовский и Астраханский корпуса) немцы могли «продавить» Восточный фронт и двинуться на Москву. В результате, так или иначе, возник бы союз Германии и России, и исход войны стал бы непредсказуем.

В своем произведении «Всевеликое Войско Донское» генерал Краснов писал: «…по тогдашнему настроению и состоянию Красной армии, совершенно не желавшей драться с немцами… немецкие полки освободителями вошли бы в Москву. Тогда немецкий Император явился бы в роли Александра Благословенного в Москву, вся измученная интеллигенция обратила бы свои сердца к своему недавнему противнику. …В будущем явился бы тесный союз между Россией и Германией. А державы Согласия (Антанты) приняли все меры, чтобы не допустить этого».

Во–вторых, Антанте было не выгодно победа над революцией. Ведь тогда Россия непременно продолжила бы войну, из которой уже вышла, подписав с немцами перемирие

А опасность этому также имела место. Если бы Краснов и Деникин, невзирая на различие взглядов, на будущее страны, договорились и без помощи немцев, собственными силами пошли на Москву, то реальный шанс победить еще молодую «не разбушевавшуюся» революцию у них был. Это факт. В июне 1918 г. Добровольческая армия вместе с Донской уже разгромила почти 100-тысячную кубанскую группировку красных. И у этой победы могло быть продолжение. Но далее, преодолев внутренний раздор, Россия, которая до революции исправно выполняла союзнический долг, продолжив участие в мировой войне после победы потребовала бы свой кусок «мирового пирога». На который сейчас, после перемирия с немцами, не могла претендовать.

Кстати, вопреки рассказам о «немецких» корнях русской революции, существует и «английский след». Согласно этой версии Лондон, желая вывести из числа «пайщиков» союзную Россию, устроил заговор. После того, как с помощью генералов и сановников был низложен Николай II, а страна погрязла во внутренних разборках, вопрос об участии России в завершающейся войне отпал сам собой. Естественно, вместе с дивидендами, которые Российская империя заслужила, щедро полив кровью собственных солдат землю Европы.

Ну, в-третьих, любое самостоятельное действие генерала Краснова сулило проблемы, ибо могло нарушить так удачно завершающуюся для Антанты войну.

Ведь все уладилось наилучшим образом. Германия, хоть уже и не воевала с Россией, тем ни менее удерживала свои гарнизоны на территории Российской экс–империи и, следовательно, не усиливала Западный фронт. В свою очередь Россия не могла участвовать в предстоящем переделе сфер влияния и, таким образом, весь «пирог» доставался Англии и Франции.


Заложник ситуации

Так как Краснов в каждом из «пасьянсов» был ключевой фигурой, его следовало вывести из игры. Что и было сделано «руками» Деникина и его штаба.

Широко развернувшаяся идеологическая кампания против генерала Краснова основывалась на двух постулатах. Главным был сотрудничество с немцами. Ведь глазах широкой общественности верный союзнической присяге, Деникин со товарищи воспринимался с одобрением, а вступивший в сговор с врагами–немцами Краснов был плох.

Таким образом, казацко–германский марш на Москву стал невозможен.

Вторым пунктом обвинений были диктаторские замашки и попрание свобод. Что сделало невозможный союз с либеральной Добровольческой армией и консолидацию белых сил.

В итоге, генерал Краснов, оскорбленный, попытался оставить пост.

Но точку в противостоянии Деникина и Краснова поставила подписанная немцами в ноябре 1918 года капитуляция и спешная эвакуация германских войск с Украины и Дона. Без поддержки режимы Скоропадского и Краснова тут же были свергнуты.


Эмигрантские будни

Подав в отставку, Петр Николаевич больше не поднимался на столь высокие должности. Гражданскую войну проиграли уже другие царские генералы.

Весной 1920 года Краснов покинул Родину.

Но и в эмиграции он продолжал борьбу с коммунистами. Принимал участие в работе русских воинских организаций, сотрудничал с десятком газет, уделял много времени литературной работе, был основателем «Братства Русской Правды» — организации, более десяти лет занимавшейся подпольной работой в советской России.

Нападение нацистов на СССР Петр Краснов встретил с ликованием. Он писал: «Я прошу передать всем казакам, что это война не против России, но против коммунистов… Да поможет Господь немецкому оружию и Хитлеру!»

В сентябре 1943 года Краснов возглавил Главное Управление казачьих войск в составе германского вермахта и принял непосредственное участие в формировании казачьих частей для борьбы в составе Вермахта против СССР.


Возмездие

Хотя должность Краснова была формальностью — фактически казаками командовали немцы — расплачиваться генералу пришлось по–настоящему.

В мае 1945 года он сдался англичанам, но был выдан советской военной администрации. Далее был путь в Москву, Бутырская тюрьма и смертный приговор.

Согласно стенограмме следственного дела, в своем последнем слове Краснов признал наказание заслуженным: «Я осужден за измену России, за то, что я вместе с ее врагами бесконечно много разрушал созидательную работу моего народа… За тридцать лет борьбы против Советов… Я не нахожу себе оправдания».

Но вряд ли эти слова были искренними. 76-летний генерал, полвека служивший идеалам своей России, не изменял ей никогда. Остался верен он и той ненависти, которую вызывала чужая ему советская Россия.

По материалам «Википедия» (ru.wikipedia.org), «Хронос» (hrono.ru), «Русская идея» (rusidea.org), «Русское национальное единство» (rusnation.org) для газеты «Я»

История 21 Тайны одного мятежа

28 февраля 1921 г. началось восстание военных моряков в Кронштадте. Спустя три недели оно было жестоко подавлено большевиками. Но ради чего тысячи людей сложили свои головы?


В рамках официоза

В советских учебниках истории писалось, что кронштадтский мятеж 1921 г. — дело рук белогвардейцев, эсеров, меньшевиков, анархистов и, естественно, иностранных разведок; а его подавление и сопутствующие жертвы — мера вынужденная. Однако документы, рассекреченные в последние годы, рассказывают об ином. Хотя и они не позволяют сложить полную версию событий, произошедших девяносто лет назад.


Как это было

Как любили писать раньше: 1921 год был трудным для молодой советской власти.

Действительно, в 1920 г. закончилась гражданская война, однако желанный мир не принес облегчения. В стране правил бал «военный коммунизм» и продотряды с прежней жестокостью грабили крестьян, отбирая «излишки» зерна. В городах тоже росло напряжение: скудные пайки, голод, безработица.

Справедливости ради надо отметить: разорению деревни альтернативы не существовало. Революции начинаются в столицах или приносятся на армейских штыках, поэтому армию и пролетариат следует кормить. В 1916 г. Николай II не учел этого, не послушался министров, предлагавших различные виды продразверстки, испугался аграрных бунтов и взамен получил Февральскую революцию, начавшуюся с протестов голодающих петроградцев.

В 1921 году ситуация складывалась не менее угрожающая. Недовольство нарастало по всей стране, кое–где доходя до открытых протестов. В конце 1920-начале 1921 г. вооруженные восстания крестьян охватили Западную Сибирь, Тамбовскую, Воронежскую губернии, Среднее Поволжье, Дон, Кубань, Украину, Среднюю Азию.

24 февраля 1921 г. начались стачки в Петрограде. 28 февраля забурлил и город моряков Кронштадт.

На общем собрании команды линкора «Петропавловск» матросы приняли резолюцию за перевыборы в Советы, но без коммунистов и за свободу торговли. Резолюцию поддержала команда линкора «Севастополь» и весь гарнизон крепости. Позднее появились новые требования: за свободу левых партий, политическую амнистию, выборы в новые Советы, борьба со спекуляцией.

В ночь с 1 на 2 марта мятежники арестовали руководителей Кронштадтского — совета и около 600 коммунистов. 2 марта был избран временный ревком (ВРК) из 15 человек во главе с матросом Степаном Петриченко. Таким образом, первоклассно оборудованная и оснащенная крепость, главная база военно–морского флота, оказалась в руках восставших.


Город накануне катастрофы

Лозунги кронштадтцев, особенно: «Власть Советам, а не партиям!» представляли серьезную угрозу монополии большевиков на политическую диктатуру, однако при этом не противоречили принятой в 1917 г. конституции. Поэтому мятежники тешили себя иллюзиями решить дело миром. В Петроград были направлены две делегации для переговоров. И хотя обе были арестованы, а позднее расстреляны, это не отрезвило матросов.

3 марта советские газеты сообщили, что в Кронштадте вспыхнул белогвардейский мятеж во главе с С. Петриченко и генералом Козловским.

4 марта Кронштадту был объявлен ультиматум. Город–крепость вынужден был либо сдаться, либо сражаться. Он выбрал второе. Но и тут, невзирая на советы офицеров, восставшие отказались от активных военных действий, и предпочли защищаться.


Бей своих, чтоб бы все боялись

Большевикам предстояло провести небывалую в военной истории операцию: силами пехоты взять расположенный на острове город–крепость. Причем без промедления! Лед с каждым днем становился тоньше. Еще немного и Кронштадт, окруженный морем, вооруженный 2 линкорами и другими боевыми кораблями, имея 140 орудий береговой обороны и гарнизон около 27 тысяч матросов и солдат, стал бы неприступным.

8 марта Седьмая армия под командованием М. Тухачевского (около 18 тысяч человек) предприняла попытку наступления, но потерпела неудачу из–за слабой подготовки и низкого морального уровня красноармейцев, не желавших в большинстве своем воевать против «братьев–кронштадтцев». Ненадежные части постигла тяжелая участь. «За отказ от выполнения боевого задания» многие бойцы были расстреляны.

Для второго штурма к Кронштадту были стянуты самые верные части, в бой бросили даже делегатов партийного съезда, в итоге численность Седьмой армии достигла практически 45 тысяч человек.

В ночь на 16 марта, после интенсивного артиллерийского обстрела, началось новое наступление. Утром 17 марта штурмовые отряды ворвались в крепость. К 12 часам 18 марта кронштадтское восстание было подавлено.

Тут же начались репрессии.


Печальные итоги

Так как ранним утром 17 марта руководство Ревкома во главе с Петриченко на автомобиле уехало по льду залива в Финляндию, то «боссы» в массе своей уцелели. Расстреляли только троих человек.

Вслед за машиной с членами ВРК ринулась толпа простых матросов и солдат. Однако вырваться из крепости и уйти в Финляндию удалось около 8 тысячам. Остальным «повезло» меньше. Более 2100 человек, взятых в плен, расстреляли. Свыше 6450 человек отправили в лагеря.

Расстреливали мятежников (видимо, для наглядности) на льду перед крепостью. Из тех же соображений, наверное, долго не убирали трупы. С потеплением даже возникла опасность заражения акватории Финского залива. Во всяком случае, в конце марта в Сестрорецке на встрече представителей Финляндии и советской России решался вопрос об уборке трупов, оставшихся в Финском заливе после боев.

Большинство арестованных через год освободили по амнистии. Однако вскоре начались повторные аресты и суды. Не желая оставлять на воле свидетелей своей жестокости, власти даже выселили из Кронштадта всех жителей.


Странности бытия

Любопытно, но за две недели до начала мятежа в ряде иностранных газет появились статьи о том, что Кронштадт восстал. Рассказывалось: что власть приняла должные меры и ограничила доставку продовольствия в Кронштадт, что сотни матросов арестованы и отправлены в Москву, по–видимому, для расстрела.

В своем выступлении перед иностранными журналистами уже во время восстания в крепости, комментируя эту публикацию, Л. Троцкий сослался на другую «газетную утку». Годом ранее в заграничной печати появилось сообщение о перевороте в Нижнем Новгороде. И, действительно, вскоре в Нижнем произошла попытка переворота. По мнению Троцкого оба события были результатом бурной деятельности антибольшевицких сил.

Это было очень правдоподобное объяснение. Так как предпосылки для восстания в Кронштадте действительно существовали.

Матросы, в основном выходцы из деревень, были недовольны политикой «военного коммунизма» и находились под влиянием оппозиционных большевикам партий. Сложной была и психологическая обстановка на флоте.

Очагом восстания стали «Севастополь» и «Петропавловск» — балтийские линкоры в 1914–1916 г. не сделавшие ни одного выстрела по неприятелю, но «прославившиеся» учиненными в феврале 1917 г. дикой расправой над своими офицерами в Гельсингфорсе и погромом в Кронштадте. Это было первое в ходе революции массовое убийство командного состава Российского флота.

В 1921 г. участники «бузы» (так в матросских кругах называлась кровавая бойня) с нетерпением ожидали демобилизации, которая постоянно откладывалась, что мало способствовало укреплению дисциплины. Как отмечают современники, моральное разложение экипажей линкоров было огромно.

Сказалось на обстановке в Кронштадте и поведение высших командиров. С июня 1920 г. руководителем Балтийским флотом стал Федор Раскольников, протеже Л. Троцкого, который прибыл вместе с супругой и завел жизнь на широкую ног: пил, устраивал богатейшие приемы, на коих мадам блистала нарядами и драгоценными каменьями. Поведение Раскольникова и его окружения было настолько вызывающим, что по 27 января его убрали с должности. Однако это только усугубило положение. Матросы говорили: «мы выгнали Комфлота», а это сильно вредило авторитету власти и усиливало и без того очевидные анархические настроения на кораблях.

Ну и главными козырями проведения восстания именно в Кронштадте были, конечно, месторасположение города и его массированные укрепления. Город–крепость мог держать оборону столько времени, сколько требовали бы того обстоятельства.


Ищи кому выгодно

Однако, невзирая на убедительные внутренние предпосылки и изрядную внешнюю помощь в виде денег и продовольствия, мятеж в Кронштадте не стал массовым, да и продержался всего пару недель. А почему собственно?

Потому, считают некоторые специалисты, восстание носило характер искусственный и было организовано самими большевикам.

Рассказывая иностранным журналистам о происках антибольшевиских сил, Троцкий не объяснил, почему правительство проигнорировало «газетную утку» и не предотвратило восстание, о котором было предупреждено. Мало того «за кадром» остались факты и вовсе непонятные. Когда напряжение в городе уже нарастало, власть почему–то сохраняла пассивность и не изолировала заговорщиков от общей массы.

Имелись и другие интересные моменты. В Питере 28 февраля (когда моряки только затевали свою смуту) начались репрессии против оппозиционных партий и фракций. А спустя несколько дней эти политические силы…были обвинены в организации мятежа!

Но самой большой странностью тех дней являются сроки проведения X съезда РКП(б). Дата несколько раз переносилась и только 8 февраля — в день первого штурма Кронштадта — съезд открылся. Одним из первых обсуждался вопрос о свободной торговле и изменениях в экономической политике. Но именно он был основным в требованиях кронштадтцев! Следовательно, откройся съезд раньше и восстание не состоялось бы! Или мирно утихло само собой!

А как же тогда повод для репрессий, столь необходимый большевикам? Принимать под давлением общественности решение об изменении внутренней политики советская власть не собиралась и расправой над мятежниками показала: любые политические реформы в стране будут спускаться сверху, а не инициироваться снизу. По сему поводу Ленин выразился очень определенно: «Надо именно теперь проучить эту публику так, чтобы на несколько десятков лет, ни о каком сопротивлении они не смели и думать».

Озвучил съезд еще один пункт из резолюции восставших матросов. Те требовали уничтожения монополии большевиков. Съезд же принял резолюцию «О единстве партии», запрещавшую фракционные расколы и утвердавшую «линию партии», как единственно возможную и правильную.

Что характерно, протестовать против такого решения было некому. Самые рьяные оппозиционеры уже сидели в тюрьмах. Менее активные на всякий случай промолчали.


ЧК не спит

Подтверждением того, что большевики имели возможность «организовать «карманное» восстание является и следующий факт. По агентурным данным, полученным в ноябре 1921 г. из финского представительства РСФСР, между неким чиновником представительства и сотрудником финской полиции состоялся разговор, в котором чиновник рассказал, что Кронштадтский мятеж организовала Петроградская ЧК для упрочнения положение Советского правительства. Петриченко — тайному агенту Чрезвычайной Комиссии — было поручено вступить в Кронштадтский Революционный Комитет и активно участвовать в подготовке восстания. Также болтливый чиновник поведал об агентах ЧК, работающих в военных частях и подстрекающих эсеров, офицеров и бывших аристократов к восстанию.

Естественно, в подобные откровения поверить трудно. Но, как говорится, нет дыма без огня. Тем паче некоторые последующие события очень убедительно иллюстрируют данную версию. К примеру, с апреля 1921 г., бежавшие из Кронштадта матросы, «забыв» о судьбе свои соратников (трупы, которых, возможно еще лежали на льду), стали возвращаться на Родину. Они будто знали, что ничего страшного с ними не случится.

Показательна и судьба руководителя восстания — Степан Петриченко. Получив убежище в Финляндии, ярый враг большекиков как–то съездил в Ригу, где посетил…советское посольство и был завербован ГПУ. В 1927 году Петриченко выезжал через Латвию в СССР. Возвратившись в Финляндию, он поставлял СССР агентурные сведения, некоторые из них были очень даже ценными.

В 1941 году бывшего лидера матросского мятежа арестовали финские власти.

В 1945 г. его передали в органы контрразведки Красной Армии.

17 ноября 1945 года особым совещанием при народном комиссаре внутренних дел СССР Петриченко С. М. «за участие в контрреволюционной террористической организации и принадлежность к финской разведке» был приговорен к десяти годам лагерей. Умер он 2 июня 1947 года во время этапирования из Соликамского лагеря во Владимирскую тюрьму».


Деньги правят миром

В летописи кронштадтского восстания имеется еще одна туманная страница.

Как сообщала эмигрантская пресса: в кассу ревкома деньги лились рекой, сотнями тысяч. Куда подевались суммы сейчас сказать сложно.

Но ажиотаж вокруг Кронштадта всколыхнул рынки и российские ценные бумаги, до того продававшиеся за гроши, вдруг резко подскочили в цене. Маклеры всех европейских столиц скупали их впрок в ожидании скорого восстановления «законной власти» в России. Оная, как известно, не вернулась. Но кто–то же снял с этой «бузы» свой навар?!

По материалам «Военное обозрение» (www.topwar.ru), «Независимое военное обозрение» (www.nvo.ng.ru), «Хронос» (www.hrono.ru), «РИ» (ww.rusidea.org), Repetitor.info, Battlefield.ru, www.battlefield.ru, Flot.com для газеты «Я»

История 22 Неукротимый коммандос Лоуренс Аравийский

Полковник, писатель, разведчик, национальный герой Великобритании и некоторых арабских стран Лоуренс Аравийский был по–настоящему крутым парнем. Он «разогревал» ситуации в горячих точках и не боялся рассказать об этом всему миру


Мал да удал

Вернуть былую популярность фигуре Лоуренса Аравийского помог одноименный фильм, получивший семь Оскаров. Правда, исполнитель заглавной роли красавец Питер О'Тул нисколько не похож на легендарного диверсанта. Томаса Эдварда Лоуренса, которого Бог обделил и внешностью, и ростом, и даже происхождением. Папенька будущего героя бросил супругу и дочерей, ради гувернантки, с которой впоследствии прижил четырех сыновей. Один из мальчиков, миниатюрный (165 см), асексуальный, почти женоподобный полковник Лоуренс (тут кинематограф следует истине) превратил свою жизнь в непрерывный экшн.


Шпионские университеты

Ареной приложения бурного энтузиазма и немереных сил Лоуренса был горячо любимый им Ближний Восток. Там — в Сирии, Ливане и Палестине после окончания Оксфорда в 1911 г., под «крышей» археологических раскопок он начал постигать азы шпионской деятельности: наблюдал за строительством немцами железной дороги Берлин — Багдад, исполнял разные задания. Дипломной же работой молодого разведчика стало назначение в 1916 г. на должность военного советника Шарифа Фейсала.

Тут следует кое–что пояснить.

Еще до первой мировой Британия пыталась взять под контроль политическую ситуацию на восточном побережье Суэцкого залива и Красного моря. С началом военных действий в августе 1914 г. (особенно после того, как турки — союзники немцев напали на Россию — союзницу Великобритании) потребность в этом крайне обострилась. Однако реализовать свои планы Лондону удалось лишь благодаря антитурецкому восстанию, которое в 1916 г. поднял Хусейн ибн Али, шериф Мекки. Управляя поставками оружия, обмундирования и техники, британцы заставили Хусейна быть «более умеренным и сговорчивым», а с помощью своего внедренного агента Томаса Эдварда Лоуренса получали информацию из первых рук.

Так как сам Хусейн был слишком стар, чтобы возглавить войска, объектом опеки Лоуренса стал сын духовного лидера арабов — Фейсал.


Командовать парадом буду я!

Роль военного советника сродни серому кардиналу — сиди тихо, да знай нашептывай ценные указания. Лезть в пекло, рисковать собой совсем не обязательно. Но оказаться в гуще исторических событий, мало того в авангарде их и не стать премьером — для маленького щуплого болезненного «мужчинки», всю жизнь доказывающего себе и миру собственную значимость, было совершенно невозможно.

Лоуренс стал для арабов не просто своим. Он стал кумиром. Он одевался в национальное платье, выдерживал многочасовые гонки на спине верблюда. «Если вы надеваете арабские вещи, — писал он, — идите до конца. Оставьте своих английских друзей и привычки на берегу, и полностью погрузитесь к арабские обычаи». Естественно только имиджевыми штучками дело не обошлось. Лоуренс помог Фейсалу разработать стратегию и организовать партизанскую войну, масштабы которой приводили турок в ужас. Он принимал участие в военных действиях и в ходе одной кампании даже получил 32 ранения.

В послужном списке боевой славы Лоуренса есть довольно странный случай. О нем полковник написал в своих мемуарах «Семь столпов мудрости». Как–то отправившись в разведку под видом черкесского новобранца турецкой армии, Лоуренс был доставлен в штаб турецкого командующего, где отверг гомосексуальные домогательства бея, за что был жестоко избит, а затем изнасилован.

Насколько данные события соответствуют истине сказать сложно. Некоторые историки называют эту версию событий «крайне неправдоподобной». Другие склонны верить герою пустыни. Но не исключен и третий вариант. Впрочем, это только предположение. И все же человек, не скрывающий свои гомосексуальные наклонности (а Лоуренс говорил об этом открыто), обуреваемый навязчивой идеей самоутверждения, вполне мог не только сочинить, но и спровоцировать подобный инцидент.


Горький вкус победы

Так или иначе, но утром 1 октября 1918 г., вступая в составе повстанческой армии в освобожденный от турок Дамаск, полковник Лоуренс, одетый в развевающееся платье бедуина, по праву принимал громогласные приветствия толпы. В сознании масс восстание и его британский руководитель были неразделимы. То же самое чувствовал и сам Лоуренс.

Между тем, праздновать победу было рано: Великобритания и Франция несколькими годами ранее подписали тайный договор о послевоенном разделе турецких территорий на Ближнем Востоке. Согласно этому документу независимость арабов была весьма ограниченной. По большому счету подчинение туркам сменилось властью англичан и французов.

Через два дня после триумфального въезда в Дамаск Фейсал узнал горькую правду. Для Лоуренса известие также оказалось полной неожиданностью, но отнюдь не поводом принять случившееся, как должное.

Испросив у своего командования разрешения, полковник отправился в Англию и там представил в комитет военного Кабинета Министров собственные соображения по обустройству мира на Ближнем Востоке. Лоуренс предложил ни много, ни мало отбросить соглашение с французами, выдворить их из региона и учредить три королевства под управлением трех сыновей Хусейна при верховном руководстве Фейсала в Дамаске. К огромному сожалению и обиде экс–шпиона, правительство не пожелало ссориться со своим военным союзником и отклонило предложение Лоуренса.


Человек, который не умел сдаваться

Другой бы опустил руки. Неугомонный же и неукротимый диверсант, потерпев фиаско на одном поприще, немедля отыскал следующий плацдарм для наступления и взялся за формирование общественного мнения. Лоуренс писал статьи и письма в газеты, стал советником Уинстона Черчилля по Аравии в министерстве колоний. Увы, все было напрасно. Провозглашенный королем Сирии в марте 1920 г. Фейсал был низложен французами в июле. При полном бездействии англичан! В 1921 г. Британия возвела Фейсала на трон в Ираке, остававшемся под британским господством еще десятилетие. В 1924 г. Хусейна вынудили отречься от власти и заменили главой другого племени Ибн Саудом.

Разобиженный на родину, разочарованный в политике, Лоуренс отошел от дел, уехал в Оксфорд. И…опять пошел в бой — стал писать полные разоблачений мемуары.

В эпилоге «Семи столпов мудрости», он — герой и живая легенда — привел четыре абсолютно прозаических мотива, которые подвигли его заниматься арабским вопросом. Первый, самый сильный, личный, «отсутствующий в книге, но ни на час, ни во сне, ни наяву, все эти годы не покидавший моей головы» — это любовь к арабскому мальчику по имени Даум, с которым Лоуренс подружился в Каркемише в 1913 г. Свобода для соплеменников своего друга, писал Лоуренс, была бы «приятным подарком». Но поскольку за несколько недель до взятия Дамаска мальчик умер от тифа, «подарок стал ненужным». Второй мотив — чувство патриотизма, любовь к Великобритании. Третий мотив — интеллектуальная любознательность, «желание почувствовать себя вдохновителем национального движения». Четвертым мотивом было стремление Лоуренса сделать собственную жизнь «символом той новой Азии, которую явило нам неумолимое время».

О преданности идеям арабского национализма или необходимости борьбы с турецким гнетом в мемуарах нет ни слова. Все великие свершения, за которые Лоуренса боготворил арабский мир, были направлены лишь во славу британских колониальных интересов и ради личных амбиций полковника.


Вне логики

Кроме собственной отнюдь не пафосной мотивации Лоуренс сделал достоянием общественности и свои еще «очень свежие» террористические акции. Для офицера разведки это серьезное нарушение. Странно и другое. Актуальность событий, южный колорит книги: шейхи, бедуины, караваны, а также скандал вокруг ее написания — превратили мемуары в бестселлер, а самого Лоуренса в медийную фигуру. И это тоже не очень–то характерно для секретного сотрудника, намеревающегося продолжить свою карьеру.

Но зато все, что известно широкой общественности о бурной деятельности героического полковника, а также о роли Британии в арабском восстании, почерпнуто либо из книг Лоуренса, либо из книг и фильме о нем, которые, в свою очередь, основаны на тех мемуарах. Так что не стоит исключать вариант спецзаказа. Лоуренс вполне мог сочинить свой хит под диктовку своего же руководства, которое таким образом, внедрило в сознание масс нужную информацию. Пипл хавает и в туманном Альбионе!

Впрочем, кто знает, этих прирожденных коммандос? А вдруг, славный полковник, устав от трудов неправедных, решил поразвлечься, пощекотать нервы и удовольствия ради сорвал–так покровы с реальных государственных тайн?

Так или иначе, ответов на эти риторические не существует.

Следующие шаги Лоуренса еще труднее поддаются объяснению.

В 1922 г. экс–шпион неожиданно вступил в ряды Королевских Военно–воздушных сил под именем Джон Росс. Когда инкогнито столь популярной личности было раскрыто — газета «Дейли экспресс» сообщила своим читателям сенсационную новость: «Известный герой войны полковник Лоуренс Аравийский стал рядовым!» — Росс уволился из ВВС.

В марте следующего года герой пустыни опять изменил свое имя на Т. Э. Шоу и поступил в танковый корпус. Снова грянуло газетное разоблачение. После которого Лоуренс вернулся в авиацию под фамилией Шоу.

Новая веха — командировка в Индию. И опять утечка информации. Все газеты мира облетело сенсационное сообщение о том, что знаменитый полковник Лоуренс находится в Индии с секретной миссией и якобы готовит восстание в Афганистане.


Есть такое мнение

Газеты не врали. В 1928 г. Лоуренс — Шоу прибыл в 20‑ю воздушную эскадрилью в Пешаваре, на границе с Афганистаном, в котором в то время правил эмир Амманула–хан. К тому времени оный как раз отбился от рук: выиграл войну с Великобританией, заключил с Советским Союзом договор о дружбе и абсолютно не устраивал Лондон. Решить это вопрос и должен был, обосновавшийся на индийско–афганской границе, Лоуренс. Естественно, привычным для себя способом. Устроив проанглийское восстание.

В ноябре 1928 г. Амманула–хан был свергнут. Его место занял более удобный для туманного Альбиона персонаж. И тут же началось то, ради чего, собственно, затевался государственный переворот. 20000 басмачей из северных районов Афганистана начали совершать регулярные налеты на советские среднеазиатские республики. «Наш ответ Чемберлену» не заставил себя долго ждать. Весной 1929 г. 1000 красноармейцев в афганской форме под командованием Виталия Примакова совершили попытку вернуть свергнутого эмира на престол.

В итоге, получилось не вашим, ни нашим. Трон занял другой человек, однако набеги на советскую территорию прекратились.


Трагическое ДТП

В этот раз Лоуренс не принял близко к сердцу неудачу своих подопечных. Он больше не рвался в высокие кабинеты, не писал петиций. Вернувшись в Англии, он продолжил службу в ВВС, участвовал в разработке скоростных катеров, работал над переводом Гомера в прозе, завязал знакомство с лидером английских фашистов Освальдом Мосли. Зачем — неизвестно. Но вскоре произошло событие, поставившее точку в карьере супер–диверсанта.

…Мощный мотоцикл мчался на полной скорости по извилистому переулку деревушки Дорсет. Ездок был в восторге от скорости, от почти чувственного возбуждения. Меньше чем за минуту машина промчала седока от его домика до армейского лагеря. Мотоциклист поприветствовал часовых, посетил почту, отправил в Лондон телеграмму. Потом вернулся к мотоциклу и отправился в обратный путь. Когда до дома было рукой подать, седок свернул в сторону, уступая дорогу двум мальчишкам на велосипеде, вылетел из седла и ударился головой о край обочины. Через семь дней, не приходя в сознание, бедолага умер в местном госпитале. Так почил в бозе малоизвестный авиатор Т. Э. Шоу. А заодно и самый популярный шпион Британии Томас Эдуард Лоуренс.

Неделю спустя десятки людей заполнили крошечную местную церквушку в Моретоне, чтобы проститься с погибшим. На отпевании были генералы, известные литераторы, даже сам Уинстон Черчилль. Все пришли отдать последний долг человеку–легенде, ставшему героем у себя в стране и идолом в арабских странах.


Неведомая изнанка событий

Смерть Лоуренса, вызвала массу кривотолков, включая версии об убийстве и самоубийстве. Многие удивлялись: как он мог упасть с мотоцикла, пропуская велосипедистов, едущих друг за другом по другой стороне дороги? Кто был за рулем таинственной голубой машины, которую Лоуренс якобы огибал перед падением? Рассказ об этой машине солдата из Бовингтона, который находился всего лишь в нескольких метрах от места катастрофы, на дознании — а велось оно на следующий день после похорон Лоуренса с беспрецедентной поспешностью — не был принят во внимание.

А, стало быть, можно предположить: кто–то побеспокоился о том, чтобы в этом странном дорожном происшествии не всплыло ничего лишнего. Например, немецкий, русский, арабский или даже британский след.

Впрочем, какая разница: сам ли погиб героический полковник или ему помогли? Люди подобные Лоуренсу редко доживают до старости. И еще реже умирают в своих постелях. Издержки, так сказать, профессии.

По материалам Prime–crime.msk.ru, «Тайны прошлого века» (www.historyevents.ru, «ЦентрАзия» (www.centrasia.ru) для газеты «Я»

История 23 Шерлок Холмс русской революции

Сегодня о Владимире Бурцеве почти забыли. Зато в начале 20‑го века имя человека, разоблачившего главного террориста российской империи и десятки других провокаторов, работающих в революционной среде, знали буквально все


«Подрыватель» устоев

Помните: «Есть упоение в бою»? Это про Владимира Бурцева. За свою долгую жизнь он боролся с царизмом, большевизмом и нацизмом, был на особом счету у Скотланд — Ярда, ГПУ и гестапо, «привлекался к ответственности» при Александре III, королеве Виктории, Николае II, Ленине и Гитлере.

Но свою главную войну Владимир Львович вел с провокацией, коей российская политическая полиция разлагала революционное движение.

Только не стоит представлять, что речь пойдет об очередном «рыцаре без страха и упрека» в белых перчатках искореняющем тотальное зло. Нет, неукротимый Бурцев отнюдь не церемонился в средствах. Но самое интересное, что его громкие разоблачения привели к довольно неожиданным результатам.


Эмигрант увидел мир

А теперь все по порядку.

Родился Владимир Бурцев 17 ноября 1862 г. в Закаспийском крае, на задворках Российской империи. Учился в уфимской и казанской гимназиях. Затем в Петербургском и Казанском университетах. Так и не получив высшего образования из–за участия в студенческих беспорядках, он после ареста, заключения в Петропавловской крепости, ссылки и побега, эмигрировал и встал в ряды профессиональных революционеров.

Кстати, по мнению современников, тогда из ссылки не бежал только ленивый.

Следующие почти два десятка лет Бурцев занимался в основном журналистикой и писательством. Естественно радикальными, за что привлекался к ответственности в Париже, получил запрет жить в Швейцарии и даже отбыл 18‑ть месяцев на английской каторге.

В 1900 г. Бурцев начал выпускать журнал «Былое», посвященный его любимой теме, истории освободительного движения в России. Это был не первый издательский проект нашего героя, но только «Былому» предстояло стать знаковым в российской истории.


Где родился, там пригодился

Осенью 1905 г., когда первая русская революция пошла на спад, «выдавив» из самодержавия малую толику либеральных свобод, в том числе свободу слова, Бурцев вернулся в Россию и возобновил издание своего журнала «Былое». Впрочем, возобновил, не совсем точное слово. В эмиграции за четыре года журнал вышел шесть раз. Данных об его тираже нет. Вероятно, был он мизерный.

«Былое» made in Russia разительно отличался от своего предшественника. Журнал разлетался, как горячие пирожки к вящей славе своих редакторов и издателя Николая Парамонова. (Оный смолоду «наигравшись» в революцию, повзрослев, на ней же заработал свой первый миллион, издавая сначала дешевые книги и брошюры либерального содержания, а потом и журналы).

Секрет невероятного успеха был прост. Помните, как с началом гласности публика поглощала всю печатную «чернуху» об СССР? То же происходило сто лет назад. «Былое» рассказывало страшную правду о прошлом, и на этом буквально в одно мгновение достигло тиража 30 тысяч. Для России тех лет — это гипер–успех. Тогда 500 или 1000 экземпляров считались серьезным достижениями. Даже сегодня многие журналы, работающие на рынке не один год, не имеют подобного влияния. Казалось бы, внимание публики, успех — можно спокойно почить на лаврах. Но Бурцеву все мало. И везде где только можно он начинает призывать к сотрудничеству чиновников охранки. Зачем? Затем, что неуемный Бурцев решил с их помощью извести провокатор в партийной среде.

Свои, «радикалье», смотрели на него, как на сумасшедшего. Но Бурцев все рассчитал: даже в святая святых политического сыска есть недовольные и обиженные, есть люди передовых взглядов и раскаявшиеся предатели, которые придут и принесут ему информацию.

Так и получилось. Народ потянулся к своему герою. Бурцеву оставалось только «фильтровать» добычу. Конечно, основная масса ее была провокативной или откровенно лживой. Но в руде нашлись и «алмазы». Михаил Бакай, а потом Леонид Меньщиков, «слили» Бурцеву то, что принесло ему всемирную славу «охотника за провокаторами».


Азеф

Но это случится чуть позже. Пока же весной 1907 г. все очень плохо. Огромная популярность «Былого» сыграла с журналом дурную шутку. Проект закрыли одним из первых, когда царское правительство начало «закручивать гайки». Бурцеву пришлось снова бежать за границу. Там — без денег Парамонова и многочисленной читательской аудитории — он попытался продолжить начатое, но, потерпев фиаско, охладел к журналистике и вплотную занялся разоблачениями.

Главным «клиентом» Бурцева стал Эвно Азеф.

Для тех, кто не знает/не помнит кто это такой — небольшой экскурс в историю.

В начале 20‑го века лидером российского «революционного рынка» были эсеры — партия социал–революционеров. Однако популярность движению обеспечивала супер–пупер политическая программа, а громкие террористические акции, которые регулярно проводила Боевая организация (БО). Руководил оной Евно Азеф, которого Бурцев и объявил предателем.

Официальная версия разоблачения главного российского террориста такова: в 1906 г. Бурцев познакомился с чиновником для особых поручений при варшавском охранном отделении Михаилом Бакаем. Тот предложил опубликовать некоторые секретные документы, а также сообщил, что в эсеровской верхушке работает провокатор. Проведя собственное расследование, Бурцев пришел к выводу, что это — Евно Азеф. Затем, желая развеять сомнения, Владимир Львович обратился…к недавно уволенному директору департамента полиции А. Лопухину. Выслушав рассказ Бурцева, осознав, что полиция через своего агента убивала крупных чиновников и даже отправила к праотцам дядю царя, потрясенный до глубины души бывший чиновник МВД подтвердил предательство Азефа.

Однако это не убедило эсеровский ЦК. Верховники, не желая верить в предательство одного из основателей партии, устроили суд над Бурцевым. И хотя тому удалось не только опровергнуть обвинения в клевете, но и убедить в своей правоте, эсеры решили провести собственное расследование. Узнав о нем, Азеф начал суетиться, делать глупости, чем себя и выдал. А вот Лопухин проявил себя превосходно. Рискнув карьерой и свободой, он отправился за границу, лично дал показания эсеровскому ЦК. За что по возвращении на Родину получил 4 года за разглашение служебной информации.

Зато Азеф был официально объявлен провокатором. Правда, от возмездия провокатору удалось бежать, и до конца жизни он вынужден был скрываться.


За кулисами парадных версий

Красивая история? Однако странная ее подоплека до сих пор смущает умы.

Перечень «странностей» начнем с конца.

Евно Азеф в 1910 г. под чужим именем поселился в Берлине, вел жизнь рантье и умер своей смертью в 1918 г. О его местопребывании и новой фамилии знали многие. Но желающих расправиться с предателем почему–то не нашлось. С Бурцевым у Азефа была встреча, на которой разоблаченный провокатор сказал: «Вы сумасшедший, если б не вы, я бы царя убил». Бурцев промолчал, возразить ему было нечего. Азеф, действительно, готовил покушение на царя и Николай Второй только чудом остался жить. Не нашелся журналист и тогда, когда Азеф «на пальцах» объяснил ему разницу между тем, что он сделал для революции и для полиции.

Кстати, по мнению современных специалистов, Азев поступал рационально: сдавая «боевые единицы», он сохранил террор как таковой.

Что касается впечатлительного экс–руководителя Департамента полиции, то его свидетельство было получено под нажимом. Американская исследовательница А. Гейфман утверждает, что в Лондоне была похищена дочь Лопухина, чем Бурцев и воспользовался, шантажируя экс–полицейского.

Вызывает сомнение и слишком нервозное поведение Азефа. Современники характеризовали его как прагматика, человека железной воли и стальной выдержки. Такого человека трудно представить в роли суетливого простака, разоблачающего самого себя после 16-ти лет выверенной агентурной работы.

И, наконец, главный свидетель обвинения — Михаил Бакай — полицейский, подбросивший Бурцеву версию о крупном провокаторе. В свое время Бакай предал социал–демократов, шпионил у социал–революционеров; отслужив пару лет в полиции, он, став осведомителем Бурцева, изменил и ей. Согласитесь, подобная личность не вполне заслуживает доверия. Еще больше сомнений вызывает осведомленность Бакая. С момента его предательства и до окончания службы в охранке прошло около четырех лет. Срок для допуска к секретной информации совсем небольшой. Особенно с оглядкой на возраст новичка: по разным версиям в момент знакомства с Бурцевым Бакаю было от 22 до 27 лет. Подтверждает низкую информированность Бакая и текст книги Бурцева, где черным по белому написано: главный осведомитель слишком часто ссылается на случайно услышанную или увиденную информацию.

Так что вряд показания Бакая заслуживали серьезного доверия.

А теперь самое интересное…


Изнанка закулисья

Итак, Азеф разоблачен! Ура! Однако эсерам было не до радости.

При Азефе эсеровская партия была № 1, а ее БО считалась символом революции. После того, как Бурцев помог партии очистить ряды, БО оказалась недееспособной, а эсеры навсегда утратили свои позиции.

Не меньше пострадал и имидж всего революционного движения. Кроме Азефа «источники» Бурцева Бакай и Меньщиков назвали около полутысячи имен агентов царской охранки. С правительственной трибуны прозвучали еще более страшные цифры: каждый второй социал–революционер якобы являлся платным осведомителем, а у социал–демократов (большевиков и меньшевиков) — каждый третий.

Следующей жертвой бурной деятельности Владимира Бурцева оказалась политическая полиция империи. Но уж очень своеобразным образом. Когда стало ясно, что покушения на министров, губернаторов, генералов и прочих, в том числе на дядю императора, готовил полицейский сотрудник, разразился грандиозных скандал. Однако пострадал от него только…Лопухин — тот, кто пытался хоть как–то подчинить работу охранки закону.

Между тем, вокруг дела Азефа «крутились» другие полицейские персонажи. Связанные очень тесными узами и с Бакаем, и и Меньщиковым. Оба осведомителя работали под началом С. Зубатова и П. Рачковского — кураторов Азефа, высших сановников политического сыска, равных которым охранка не имела ни до, ни после. Это были гении провокации!. Их разработки до сих в ходу у спецслужб разных стран.

Так что вся история разоблачения великого террориста вполне могла быть большой игрой, в которой Бурцеву была отведена маленькая роль пешки.


Все течет, все изменяется

Но во времена славы Бурцева об этом мало кто думал. Азеф — был сенсацией, о нем писали газеты и книги, рядом обязательно упоминалось имя его разоблачителя. Да еще, каким образом! Бурцева называли: «странствующим рыцарем печального образа», «Геркулесом, взявшимся очистить авгиевы конюшни», «ассенизатором политических партий», «Шерлоком Холмсом русской революции».

В своем журнале «Общее дело» Бурцев, к этому времени «подружившийся» с Леонидом Меньщиковым, знающим много больше Бакая, опубликовал десятки имен агентов охранки. Он открыл специально бюро и принимал заказы от политических партий.

Но время шло и ситуация менялась.

Бурцев предавал огласке не собственные разработки, а информацию «источников», которым совершенно не нравились роли «дойных коров» и задний план, на который их задвинул Владимир Львович. Но если с Бакаем проблем почти не было. Молодой наивный, он сразу «слил» все что знал, а потом «лез на стенку» от возмущения, ведь Бурцеву достались все: и слава, и деньги. Не много, ни мало 100000 франков — целое состояние.

Матерый же Меньщиков не желал оставаться на вторых ролях. Он сначала утаивал информацию, а потом сам стал охотником за провокаторами и открыл собственное агентство.

В итоге дошло до скандала. Меньщиков разоблачил Бурцева. «Le Journal» писала: «Еще одна легенда исчезает. Бурцев, знаменитый Владимир Бурцев, русский эмигрант, о котором думали, что он своим терпением и проницательностью разоблачил нескольких выдающихся полицейских агентов в рядах революционеров, Бурцев, открывший столько тайн, оказывается, играл роль простого посредника в этом шумном выступлении. Ему приходится спуститься с пьедестала, на который его возведи его политические друзья. Исчез Шерлок Холмс русской революции. Выступает на сцену новое лицо, неожиданное появление которого вызовет во всех русских кругах за границей чувство замешательства и изумления».


Ни дня без песни

С громкой, но слегка увявшей славой разоблачителя Бурцев продолжал срывать покровы со всех тайн, к которым находил «ключи». После Февральской революции он обвинил Керенского в ведении сепаратных переговоров с Германией. В канун штурма Зимнего дворца выпустил статью с призывом: «Граждане, спасайте Россию!».

За это, кстати, был арестован и стал первым политическим заключенным Советской России.

Чуть раньше Бурцев опубликовал список социал–демократов, вернувшихся в Россию через Германию, и утверждал, что свержение Временного правительства и утверждение власти Советов было совершено на немецкие деньги и по их указанию.

Затем была новая эмиграция и новые разоблачения. Уже агентов ГПУ. Однако ни славы, ни денег на этом неблагодарном поприще Бурцев не заработал. Он жил бедно, неряшливо, и, наверное, единственным светлым пятном тех лет были «Протоколы сионских мудрецов», в деле которых Владимир Львоич стал свидетелем и — как обычно — разоблачителем провокации, неопровержимо доказав подложность фальшивки.

В 30‑е годы Бурцев напечатал ряд антифашистских статей, за что в период оккупации Франции преследовался гестапо. Но если из этого поединка с очередной политической полицией неукротимый борец вышел победителем, то следующую битву он проиграл. Собственный организм поддался на провокацию и, не осилив заражение крови, отказался «служить». Произошло это фатальное событие 21 августа 1942 г.

По материалам «Викепедия» (www.ru.wikipedia.org), «Хронос» (www.hrono.ru) для газеты «Я»

История 24 Тегеран‑43. Мифы и реальность

Итогом Тегеранской конференции 1943 года стал новый виток не очень–то естественной капиталистическо- коммунистической «дружбы» между США, Великобританией и СССР, а также победа советской разведки, предотвратившей покушения на Рузвельта, Черчилля и Сталина.

Однако, если первое обстоятельство — факт неоспоримый, то по поводу второго мнения разнятся.


Все флаги в гости

К лету 1943 г. исход второй мировой войны был, в общем–то, предрешен. Германию ждало поражение, а ее противников — победа и проблемы, связанные с переделом мира. Но победа и проблемы намечались в дальней перспективе. А в ближней пока ещё шли бои и гибли люди — на весах истории определялась цена победы, которую полной мерой платил СССР и лишь отчасти Великобритания и США — два других ведущих участника антигитлеровской коалиции.

Впрочем, апологетам либерализма тоже хватало «поводов для волнений». Поэтому–то они и выступили инициаторами встречи на высоком уровне. Которая состоялась в последних числах ноября 1943 года в Тегеране и должна была устранить разногласия и снять напряжение в отношениях между союзниками.

В столицу нейтрального Ирана премьер–министр Великобритании Уинстон Черчилль прибыл с большой помпой. В окружении полицейского эскорта он отправился в здание английской миссии. Черчилль не сомневался в успехе.

Второму участнику «Большой тройки» — Иосифу Сталину, чтобы попасть в далекий Тегеран, пришлось впервые сесть в самолет. Что касается безопасности, то «отцу всех народов» ее обеспечивал родной 182‑й горнострелковый полк, который вот уже как два года «в числе ограниченного контингента советских войск» «слегка» оккупировал Иран. Вероятно, настроение у Сталина, как обычно, было боевое.

Самый долгий путь пришлось проделать президенту Соединенных Штатов Франклину Рузвельту. Еще больше неудобств доставила ему необходимость поселиться в советском посольстве. Однако другого выхода не было. Собственное представительство в Иране, расположенное далеко от места встречи, по мнению спецслужб, не могло считаться безопасным в то время, когда немецкие лазутчики готовили покушение на руководителей стран «Большой тройки».


Цели, которые нас выбирают

Но о злодеях–немцах потолкуем позднее. Сейчас на повестке дня: интересы положительных героев — стран–участниц антигитлеровской коалиции.

Сначала обсудим интересы краткосрочные.

Итак, Советский Союз в ходе переговоров хотел ускорить открытие второго фронта и продолжения поставок по ленд–лизу.

США надеялся получить твердое обещание Советов после победы над немцами вступить в войну с Японией и, таким образом, минимизировать свои потери и затраты.

В планах Великобритании было продолжить фактическую изоляцию СССР, дабы ослабить потенциальную красную угрозу и оттянуть на восточный фронт максимальные силы немцев.

Что касается более отдаленных планов на будущее, то Советский Союз, войдя освободителем в Европу, намеревался там задержаться на энное время, расширив, насколько позволят обстоятельства, сферу своего влияния.

США тоже очень хотели позаботиться о старом Свете и сменить на почетной должности европейского директора–распорядителя обессиленную войной Британию.

В свою очередь, туманный Альбион совсем не желал выпускать бразды правления и стремился оттянуть появление советских войск в Европе, боясь, что русские штыки превратят оную в очередную советскую социалистическую республику и тем поколеблют английский авторитет.

Само собой, в отстаивании своих позиций каждый из участников переговоров «не ждал милости от природы», а собирался убедительно «аргументировать».

Так СССР, уже выиграв битвы под Сталинградом и Курском, мог, в крайнем случае, завершить разгром Германии и собственными силами. После чего с полным на то основанием заявить США: мол, затягивали открытие второго фронта, нарушили условия договора, теперь сами разбирайтесь со страной восходящего солнца и ее пикирующими бомбардировками. Нашлись бы у краснозвездной страны, освободившей полмира от коричневой чумы, доводы и для Англии, ничего для этого мира не сделавшей.

В свою очередь, Великобритания, понимая, как важен для СССР второй фронт, готова была торговаться из–за условий его открытия, «выдавливая» для себя выгодные условия по месту и времени высадки войск и максимальные дивиденды.

Менее жесткой была позиция США. Заокеанский союзник в принципе был не прочь исполнить партнерские обязательства, но только в обмен на точную дату начала военных действий между СССР и Японией.

Тут следует добавить еще один момент, исключительно для лучшего понимания сложностей в достижении консенсуса, как просто и доступно любил говорить Михаил Сергеевич. Дело в том, что каждый из «террариума единомышленников» мог в любую минуту изменить политический курс и вступить в сепаратные переговоры с фашистами. И тогда оставшимся членам «Большой тройки» не поздоровилось бы.


Три минус два

При всем разнообразии интересов и «веса» аргументов, главные дебаты развернулись между Черчиллем и Сталиным. Английский премьер даже порывался покинуть конференцию. Но… под нажимом Сталина и при посредничестве Рузвельта принял условия, на которых настаивал СССР.

В итоге, произошло следующее: Союз в 1945 г. раскроил карту Европы по своему усмотрению и стал одной из четырех супер–держав (СССР, США, Англия, Франция), которые долгие годы диктовали свои правила миру.

США, впервые после президента Вильсона, вышли на авансцену мировой политики, и сполна проявили себя и в роли «мирового жандарма», и в качестве «борца за либеральные ценности».

Меньше всех повезло владычице морей. Оттесненная от руля истории, уступившая первенство дядюшке Сэму и его детищу, международной Организация Объединенных Наций (ООН), Великобритания должна была довольствоваться тем, что ее не исключили из «списка первых красавиц».


Тегеранские расклады

Однако все это случится позднее. Пока же в ноябре 1943 г. будущие успехи лишь зарождались. Причем, в условиях довольно странных…

В 1921 году, между Советской Россией и Ираном был подписан договор, согласно которому Советы имели право ввести свои войска в случае угрозы своим южным рубежам. Этим обстоятельством Советский Союз и воспользовался в 1941 г., отчасти действительно беспокоясь о южных границах, а отчасти уступая «просьбе» союзного Лондона, которому кровь из носу — речь шла о нефти — нужно было войти в Иран хотя бы «на плечах» наших войск.

Само собой, экспансия была красиво «упакована». Мол, не корысти ради, а токмо безопасности для. И вообще действия немецкой агентуры в Иране ставят под вопрос использование региона для транзита ленд–лизовских грузов. Стало быть, без обид…

Именно эта активная и обширная немецкая агентура (легендарная или реальная — неизвестно) заставила Рузвельта в 1943 г. поселиться в здании советского посольства. Как же! Город кишмя кишит шпионами, а президенту США придется ездить по узким улицам и подвергать свою драгоценную жизнь опасности. Между тем Сталину и Черчиллю ничего не угрожает! Их посольства, не в пример американскому, расположены не на окраине, а в центре Тегерана, напротив друг друга. Между ними создан брезентовый коридор, чтобы перемещения лидеров не были видны извне. Вдобавок дипломатический комплекс окружен тремя кольцами пехоты и танков! Мышь не проскочит!

После окончания Тегеранской встречи и возвращения в Вашингтон Рузвельт на пресс–конференции прокомментировал свое житие–бытие под одной крышей со Сталиным, следующим образом: главе советского правительства «стало известно о германском заговоре», о возможности покушения, поэтому он просил его (Рузвельта) «остановиться в советском посольстве, чтобы избежать необходимости поездок по городу».

Вот так, немецкая агентура предоставила возможность Иосифу Виссарионовичу Сталину провести с Франклином «Делановичем» Рузвельтом серию конфиденциальных переговоров, в результате которых, вполне вероятно, и была выработана общая линия в отношении будущего мира, Европы и лично Великобритании.

Как говорится, не было бы счастья — да несчастье помогло.


Заговор на троих

Но существовал ли германский заговор в действительности?

сие доподлинно неизвестно. Согласно официальной версии, в ноябре 1943 г., во время Тегеранской конференции глав Советского Союза, США и Великобритании, фашистская разведка готовила сверхсекретную операцию под названием «Длинный прыжок». Её целью было убийство Сталина, Рузвельта и Черчилля. Однако советским чекистам удалось предотвратить эту акцию.

В 70‑е годы на экраны даже вышел художественный фильм «Тегеран‑43», после чего пресса наперебой заговорила о героях невидимого фронта, сорвавших коварные замыслы противника. Авторы рассказывали, как в конце лета 1943 г. немцы сбросили в район Кумского озера (70 км от Тегерана) команду из шести радистов. Переодеваясь в местные одежды, перекрашиваясь хной, (кто–то даже изображал муллу), немцы на верблюдах, груженных рациями, оружием, снаряжением, через десять дней прибыли в Тегеран и поселились на конспиративной вилле на одной из центральных улиц, недалеко от посольств СССР и Великобритании. С виллы, подготовленной специально для этого местной агентурой, группа установила радиоконтакт с Берлином, с тем, чтобы подготовить плацдарм для высадки диверсантов во главе с Отто Скорцени — немецким супер–диверсантом.

Однако амбициозным планам фашистов не суждено было сбыться. Сообщение было запеленговано и расшифровано. Вскоре после длительных поисков радиопередатчика группу захватили и заставили работать «под колпаком». Чтобы предотвратить высадку десантников, при перехвате которых невозможно было избежать жертв и разрушений, арестованным позволили передать, что они раскрыты. Узнав о провале, Берлин отказался от идеи покушения на «Большую тройку».

В рассказах о тех далеких событиях упоминались и фамилии реальных героев–разведчиков: Николая Кузнецова, передавшего в Москву из украинских лесов информацию о готовящемся в Иране теракте и местном тегеранском резиденте 19-летнем Геворке Вартаняне. Но если про участие Николая Кузнецова в операции что–то известно, то деятельность Вартаняна до сих пор сохраняет гриф особой секретности.

Кузнецов работал на территории оккупированной Украины под именем обер–лейтенанта вермахта Пауля Зиберта. Подружившись со штурмбанфюрером СС (соответствует должности командира батальона и званию майора вермахта) Ульрихом фон Ортелем, сотрудником германской разведки, он однажды узнал, что Ортель скоро отправится в Иран с секретной миссией, дабы уничтожить лидеров стран антигитлеровской коалиции. Штурмбанфюрер спьяна так прямо и «врезал» советскому разведчику: «Мы ликвидируем «Большую тройку» и повернём ход войны» и тут же проанонсировал, что операцией руководит не кто–нибудь, а любимец Гитлера, полковник СС Отто Скорцени. Тот самый, который не так давно со своими диверсантами выкрал у союзников взятого в плен главу Италии Бенито Муссолини.

Получив важную информацию, Кузнецов тут же передал ее в центр, дабы в Москве успели предпринять необходимые меры и обезвредить фашистских шпионов в Тегеране.

Как спасали мир и Родину именно Геворк Вартанян и его шеф Иван Агаянц история умалчивает. СМИ писали: операция прошла без свидетелей. Но какая, в сущности, разница. Главное, «Большая тройка» была спасена.


Заговор на одного

Славную историю победы наших чекистов портит одна малюсенькая ложечка дегтя: к сожалению, нет ни одного документа, подтверждающего реальность происходящих в Тегеране событий. Ни одна из советских или российских спецслужб, хотя бы ради того, чтобы прекратить досужие разговоры вокруг «покушения», не подтвердила существование немецкой операции «Длинный прыжок».

Конечно, не стоит исключать и особой супер–пупер- секретности, но вот странно… следов «Длинного прыжка» нет и в архивах разгромленной гитлеровской Германии. Не рассказывали об этой операции в своих послевоенных мемуарах и гитлеровские шпионы. Ни глава внешнеполитической разведки Вальтер Шелленберг, ни видный военный разведчик Рейнхард Гелен, ни штурмбанфюрер СС Вильгельм Хёттль, который являлся фашистским резидентом в иранском городе Тавриз, близ границы с Советским Союзом. А уж он–то точно должен был быть посвящён в детали «Длинного прыжка».

Не обмолвился об иранской операции и сам Отто Скорцени, написавший после войны подробные воспоминания о многих операциях нацистской разведки.

Удивительно, но не так давно выяснилось, что и легендарный Кузнецов, возможно, также ничего не ведал об иранских происках нацистов. Во всяком случае известный историк спецслужб, писатель Теодор Гладков, который в своё время написал самое детальное исследование жизни Николая Кузнецова, в личном деле разведчика не нашёл иранского эпизода. Да, Николаю Ивановичу на Украине доводилось вести разговоры с немецким шпионом фон Ортелем. Но из донесений Кузнецова следует, что Ортель ничего не рассказывал ни об операции в Иране, ни о предстоящей конференции «Большой тройки».

Отсюда возникает закономерный вопрос: а была ли вообще эта секретная нацистская операции? Или это еще один миф двадцатого века?

По материалам «Википедия», «Новое дело», «Издательство «Лицей», Historic.ru для газеты «Я»

История 25 Процесс века

В сентябре–октябре 1913 года в Киевском суде слушалось дело Менахема Менделя Бейлиса — самое резонансное дело Российской империи


Действующие лица и исполнители

На скамье подсудимых сидел приказчик кирпичного завода, отец пятерых детей, человек не особо верующий в своего еврейского Бога. Как уверяли свидетели: к религии Бейлис относился индифферентно: не соблюдал большинства обрядов, работал по субботам; находился в хороших отношениях с местным священником. Репутация Бейлиса у соседей православных была такова, что во время одного из погромов к нему специально явилась депутация черносотенцев с уверением, что ему нечего бояться.

Тем ни менее, обвиняли Бейлиса в ритуальном убийстве 12-летнего ученика Киево — Софийского духовного училища Андрея Ющинского с целью «выточения» христианской крови для изготовления мацы к еврейской Пасхе.

Насколько данное обвинение обосновано еще предстояло разбираться суду. Но его решение уже читалось на лицах председателя суда — специально переведённого из Умани А. Болдырева (активного черносотенца) и государственных обвинителей: товарища (заместителя) прокурора Петербургского окружного суда О. Виппера, член фракции правых в 4‑й Государственной думе Георгия Замысловского и известного адвоката А. Шмакова (все правые радикалы с пеной у рта призывающие: «Бей жидов, спасай Россию!»).

К чести киевской Фемиды, действующий председатель Киевского окружного суда наотрез отказался вести дело. Аналогичным образом поступили и местные прокуроры.

Защиту Бейлиса также в основном представляли приезжие — цвет столичной адвокатуры: А. Зарудный, Н. Карабчевский, В. Маклаков и О. Грузенберг (единственный еврей среди защиты) и киевлянин Д. Григорович — Барский.

Особого внимания заслуживает жюри присяжных. Заседатели были тщательно подобраны. Семь крестьян, два мещанина, три мелких чиновника. Из двенадцати человек десять учились лишь в сельской школе, а некоторые были вообще малограмотны. Между тем разбираться предстояло в архисложных вопросах медицины и богословия.

Впоследствии выяснилось, что пять присяжных, включая старшину, были черносотенцами.

В общем, как говорил герой «Ликвидации»: «картина маслом» — суд над приказчиком Менахема Менделя Бейлиса носил, очевидно, заказной характер.


Заказуха forever!

Это знали все: юристы, пресса, киевляне, граждане Российской империи, жители других стран, пристально следящие за происходящим. Не было секретом и цель процесса. В зале киевского окружного суда имперская Россия в очередной раз утверждалась в своем абсолютном праве на махровый откровенный антисемитизм.

Однако приговор Бейлису не был делом решенным. Отнюдь.

Планам старой монархической Руси противостояла Россия новая, либеральная, которая, не желая мириться с вседозволенностью власти, требовала от правительства соблюдения конституционных свобод, дарованных царем в октябре 1906 года.

В этой битве титанов сам Бейлис и погибший мальчик были даже не пешками в чужой игре, а скорее декорациями, на фоне которых разворачивалось великое историческое шоу.

«Процесс идет так, — писала газета «Киевлянин» 12 октября 1913", — как того и следовало ожидать. Все отлично знали, что не в Бейлисе тут дело, что он в этом процессе есть досадная формальность, устарелое требование закона, некая условность, без которой нельзя обойтись. Так и продолжается. Идут целые дни, когда о Бейлисe не упоминают ни одним словом, и суд даже, по–видимому, забывает о его существовании»


Уголовная хроника

Но что же произошло с православным мальчиком Андреем Ющинским и почему в его смерти обвинили именно еврея Менахема Менделя Бейлиса? Вот краткая канва событий…

Двенадцатилетнего Андрея Ющинского нашли мертвым через неделю после исчезновения. Тело было покрыто 47 колотыми ранами и в значительной степени обескровлено.

В первые дни после обнаружения трупа родственникам убитого, а также прокурору окружного суда, начальнику сыскного отделения и другим должностным лицам стали приходить анонимные письма, в которых утверждалось: Андрей убит евреями, в ритуальных целях, чтобы получить христианскую кровь для изготовления мацы. Одновременно с этим черносотенная пресса сначала в Киеве, а потом в столице активно муссировала тему «ритуального убийства».

Киевская полиция, вняв СМИ, проверила «ритуальную» версию, но, не найдя подтверждения, сконцентрировала усилия на других направлениях. Однако под давлением сверху следователям пришлось вернуться к еврейскому следу.


Запасная версия

Но за рамкой титульной версии, шел розыск истинных виновников убийства. Причем инициативу проведения альтернативного следствия проявили и киевские власти, и столичное начальство.

В итоге полиция вышла на некую Веру Чуберяк, которая имела реальный мотив для убийства мальчика. Как показали свидетели: ее сын дружил с Андреем Ющинским, в день исчезновения дети поссорились, после чего Андрей в сердцах пригрозил рассказать полиции, что у Чебуряков дома притон и скупаются краденые вещи. Узнав про это, женщина вполне могла расправиться с ребенком.

Улики против скупщицы краденого были настолько серьезными, что Чебуряк даже арестовали. Но…потом отпустили.

К этому времени нашелся «настоящий» убийца и лишние фигуранты следствию не требовались.


В центре внимания

Бейлис «попал под раздачу» случайно. Как говорится, на его месте мог оказаться каждый. Еврей, конечно. Ибо националистический колорит уголовному делу придала не полиция, а старания киевской черной сотни.

Под ее практически гласным надзором (санкционированным из столицы) Бейлис был арестован, а в деле возникли свидетельские показания, улики и прочая атрибутика, необходимая для суда.

Параллельно с тем, как официальное следствие отрабатывало гос. заказ, усилиями новосозданного комитета по защите Бейлиса (в его составе были и евреи, и православные) началось частное расследование.

Ход его пересказать, к сожалению, не представляется возможным. Но, поверьте, современные мыльные оперы про оперов не идут в сравнение с реальностью тех дней! В истории были все: раскаявшийся следователь, вчера склонявший свидетеля к лжесвидетельству, сегодня поручал приемнику «рыть землю» и искать правду; совестливые судейские чины, под давлением сверху фабрикующие дело против Бейлиса, просили сыскаря покарать виновных; «важняк» наивно верил матерой преступнице…ну и непременные: тайные встречи, поклеп, любовная ссора, серная кислота в лицо, побои, донос, фальшивые документы, политика, краденые драгоценности, арест, суд, приговор…В общем, Дюма отдыхает! Особенно в финале, когда в двух киевских газетах противоположной направленности (либеральной «Киевской мысли» и монархическом «Киевлянине») были опубликованы обстоятельства дела и имена истинных убийц.


Накануне

Накануне суда над Бейлисом ситуация была более, чем странной.

О том, что следствие проведено на удивление топорно и слабость доказательной базы очевидна, писали даже правые газеты. «Не надо быть юристом, надо быть просто здравомыслящим человеком, чтобы понять, что обвинение против Бейлиса есть лепет, который мало–мальский защитник разобьёт шутя. И невольно становится обидно за киевскую прокуратуру и за всю русскую юстицию, которая решилась выступить на суд всего мира с таким убогим багажом…», — указывал 27 сентября 1913 г. «Киевлянин». (Номер газеты был конфискован).

Не молчали и специалисты. За несколько месяцев до суда начальник московского уголовного розыска А. Кошко — лучший сыщик России — ознакомившись со следственными материалами, заявил: «Я бы никогда не нашёл возможность арестовать и держать его (Бейлиса) годами в тюрьме по тем весьма слабым уликам, которые есть против него в деле».

Даже власти трубили тревогу. Киевский генерал–губернатор А. Гирс «намекал» министру внутренних дел Макарову о возможном конфузе: «По имеющимся у меня сведениям, процесс несомненно окончится оправданием обвиняемого за невозможностью фактически доказать его виновность в совершении приписываемого ему преступления».

Макаров, в свою очередь, рапортовал наверх: «Есть основания предполагать, что судебный процесс окончится оправданием обвиняемого за невозможностью доказать его виновность».

Тем ни менее, государственная машина двигалась по проторенному курсу.


Встать, суд идет!

Дело Бейлиса, сфабрикованное от начала до конца, шитое белыми нитками, высосанное из пальца, было передано в суд.

На что надеялись организаторы процесса, сказать сложно. Им противостояли лучшие адвокаты империи. В заде присутствовали обозреватели ведущих мировых газет. Собственная пресса уже смешала с грязью всех кого можно…

…Процесс начался в Киеве 25 сентября 1913 года, длился более месяца, и каждый день официальное следствие терпело одно поражение за другим. Свидетели путались и отказывались от показаний, абсурдность некоторых утверждений признавало даже обвинение, выплывала наружу правда, о том, как обрабатывали свидетелей и т. д.

Вслед за показаниями свидетелей развалилась экспертная часть досье. Медики оспорили заключения, на которых базировалось обвинение. Затем пришел черед новому скандалу.

Ни один из представителей православной церкви не согласился выступить экспертом обвинения. Поэтому заключение о ритуальных мотивах убийств, как традиции еврейской религии, было поручено католическому ксёндзу из Ташкента, сосланному за аферы и обвинение в шантаже.

«Эксперт» доказал все что требовалось. После чего был тут же уличен защитой в полном незнании еврейской религиозной литературы и признал, что цитировал Талмуд по фальсифицированному немецкому переводу.

Для полного разгрома адвокатам Бельлиса оставалось только предъявить неоспоримые доказательства вины Веры Чеберяк, которые были собраны в ходе частного сыска, и указать на факты откровенной пристрастности следствия. Что и было сделало.


Приговор

Выслушав стороны, присяжные удалились на совещание.

Россия замерла.

На Софиевской площади стояла толпа черносотенцев. Радикально правые силы ждали обвинительного заключения, чтобы начать погром.

Левые радикалы — сторонники оправдательного приговора — тоже имели свои виды на будущее. Если бы Бейлиса осудили, в стране началась бы забастовка. Наверняка, планировались и другие акции. Ибо дело Бейлиса вызвало огромный общественный резонанс, который до сих пор он носил управляемый характер, и которому легко было придать новый более агрессивный статус.


Но, вероятное, самой «кровожадной» силой в данной ситуации были вполне мирные либералы. Интеллигенция, впервые почувствовав свою силу, жаждала реванша за прошлые обиды и стремилась упрочить свои позиции на будущее.

Поэтому «рыла землю» с невероятным усердием. Бейлиса арестовали 22 июля 1911 года, а уже 30 ноября был опубликован протест «К русскому обществу (по поводу кровавого навета на евреев)», составленный известным писателем Владимиром Короленко и подписанный писателями, учёными и общественными деятелями.

Мало того по инициативе либералов был инициирован и международный резонанс. Весной 1912 года по поводу дела Бейлиса высказалась Европа. Протест от имени Германии выразили 206 представителей немецкой интеллигенции. 240 представителей английской интеллектуальной элиты, включая верхушку церкви во главе с архиепископом Кентерберийским и спикером палаты общин, осудили процесс над Бейлисом.

Французская нота собрала 150 подписей. Статьи о событиях в Киеве занимали полосы «Юманите», «Тайма», итальянских, немецких, английских газет.

Но особенно «зверствовала» российская пресса. Даже ярые националисты и антисемиты — редакторы газеты «Киевлянин» Дмитрий Пихно и Василий Шульгин, рискуя судьбой издания, публиковали материалы разоблачающие «происки» правительства.

Другие издания тоже, не сидели, сложа руки.

За время процесса и в связи с ним было зафиксировано 66 случаев репрессий против СМИ: было наложено 34 штрафа на сумму 10400 рублей, конфисковано 30 изданий, в 4 случаях редакторы подверглись аресту, 2 газеты были закрыты.


Оправдание

И все же одиозный состав жюри оставлял мало надежд на оправдание. Ведь малообразованные простые люди априори не могли разобраться в сложностях такого запутанного дела. Кроме того глубоко укоренившийся в простом народе антисемитизм тоже играл на руку обвинению.

Существовало еще одна угроза. Уже напоследок обвинение разыграло свою последнюю карту. Присяжным было задано два вопроса: о факте убийства и о виновности Бейлиса; при этом в первом вопросе были объединены вопрос о самом факте убийства, месте его и способе. Получилось, что, признавая факт убийства, присяжные должны были одновременно признать и виновность Бейлиса.

Но…присяжные не оправдали надежд, кои возложило на них правительство. Простые малообразованные люди, вопреки собственным политическим пристрастиям, отсутствию веротерпимости и незнанию юриспруденции, поступили так как им велела совесть. По первому вопросу присяжные вынесли положительный вердикт, по второму (о виновности Бейлиса) — отрицательный.

И 28 октября 1913 года в 6 часов вечера Бейлис был оправдан.

…Вскоре после суда герой нашумевшего процесса вместе с семьёй уехал из России. Он устал быть изгоем и героем. Он хотел спокойно жить и работать, растить детей и любить внуков.

На чужбине Бейлису пришлось не сладко. Работодатели его не жаловали. Выполнять сложную работу он не умел, а на простую знаменитость мирового масштаба брать было неловко.

Но, так или иначе, возвращаться в Россию, а потом и СССР Бейлис не стал.

Он умер в 1935 году в США, написав книгу «История моих страданий». Книга вышла на идише и впервые переведена на русский язык лишь в 2005 году.

По материалам «Векипедия» (www.ru.wikipedia.org), «Вестник» (www.vestnik.com) для газеты «Я»

История 26 Злой гений или жертва террора?

Увлечение политикой сделало Николая Кибальчича известным всей стране и привело на виселицу. Будь иначе, этот незаурядный человек мог бы реализовать свое истинное призвание, сделал бы множество открытий и принес своей Родине намного больше пользы.


Социальные стереотипы

Неизвестно, когда в Российской империи возник этот социальный стандарт, но почему–то среда революционеров пополнялась в основном провинциалами- выходцами из разночинных семей. Николай Кибальчич был как раз из таких. Он родился 31 октября 1853 года в уездном Коропе Черниговской губернии, в семье священника, учился два года в Петербургском институте инженеров путей сообщения, потом перешел в Медико–хирургическую академию и оставил курс из–за увлечения революцией.

Типична и партийная карьера Кибальчича. Как и другие молодые борцы за свободу, он несколько лет искал свое место в революции. И после трех лет проведенных в «казенном доме», нашел свое призвание в терроре.

А вот финал истории Николая Кибальчича сложился уже сугубо по персональному сценарию. В 1879 году он стал членом «Народной воли», принял участие во всех покушениях на царя в качестве техника, изготавливающего взрывные устройства, и вместе с четырьмя соратниками по борьбе был повешен 15 апреля 1881 года.

Такова многократно изложенная официальная биография знаменитого революционера. Казалось бы, не подкопаешься? Ан, нет. Стоит немного задуматься, и вдруг начинаются вопросы…


Странный выбор

Везде пишут, что наш герой утвердился в идеях экстремизма, находясь в тюрьме, и в подтверждение обычно приводят собственные слова Кибальчича: «Еще в последние месяцы моего заключения среди социально- революционной партии начало все больше и больше развиваться то настроение, которое впоследствии созрело в целую систему практической деятельности. Сначала я, как и другие революционеры, смотрел на террористические факты как на действия самозащиты партии против жестокостей правительства, как на выражения мести за преследования социалистов. Позднее террористическая деятельность в глазах партии, и в том числе и меня, стала представляться не только как средство для наказания начальствующих лиц за их преследования социалистов, но и как орудие борьбы для достижения политического и экономического освобождения народа. Такой взгляд на террористическую деятельность можно считать окончательно установившимся летом 1879 года».

Но на самом деле «окончательно установившийся» взгляд вовсе не означал, что Кибальчич в своем спиче ведет речь действительно о практическом терроре. Этот человек не собирался никого убивать. Хотя Кибальчич говорил: «Даю слово, что все мое время, все мои силы я употреблю на служение революции посредством террора. Именно продолжение цитаты ставит все на свои места: «Я займусь такой наукой, которая помогла бы мне и товарищам приложить свои силы самым выгодным для революции образом. Очень может быть, что целые годы придется работать над тем, чтобы добыть нужные знания, но я не брошу работы, пока не буду убежден в том, что достиг того, чего мне надо…»

Вот она, суть террора в представлении Кибальчича. Он намерен «целые годы» работать, работать и еще раз работать, решая сугубо научные задачи. То есть заниматься своим любимым изобретательством.


Психология героя

Неприятие Кибальчичем террора как такового, невозможность им заниматься следует и из воспоминаний современников и соратников, для этого надо лишь убрать из цитат демагогию и оставить только личные впечатления.

Л. Дейчл писал: «Кибальчич вовсе не был завзятым революционером и менее всего походил на фанатика… Кибальчич был мирным социалистом–пропагандистом, и, как это видно из сделанных им на суде заявлений, он, по основным своим воззрениям, остался таковым до последнего момента жизни».

Не фанатик, мирный социалист… но почему тогда этот спокойный по своей сути человек, пропагандист по складу логического ума, не имея склонности к экстремизму, пошел против своей природы?

М. Попов рассказывал о Кибальчиче следующее: «…никогда, вероятно, не отличался веселым нравом и всегда был человеком ровным; но до тюрьмы он любил принимать участие в прениях, даже, может быть, мечтал руководить людьми. После тюрьмы, кроме пожатия руки, дружеской, приветливой улыбки, мне ничего не помнится, когда я думаю о нем».

«Ничего не помнится» — ключевая фраза, определяющая отношения Николая Кибальчича и его соратников. В сохранившихся воспоминаниях народовольцев о Кибальчиче сказано мало. Но даже редкие строки вызывают недоумение. В глазах террористов Кибальчич — хронический «ботаник» по нынешнему выражению. Про него рассказывают анекдоты: даже не может поставить самовар. Или мол, собралось несколько человек, в том числе Кибальчич, все были очень голодны. Кибальчич вызвался принести что–нибудь съестное и принес… красной смородины.

Но наш герой вырос в небогатой семье, сам оплачивал курс в университете, никогда не имел лишних денег. Он не мог быть не приспособленным к жизни на элементарном бытовом уровне. Поэтому его странную, чуть ли не болезненную рассеянность и непрактичность не стоит приписывать личным качествам. Скорее всего, такое поведение было отражением какого–то внутреннего состояния. К примеру, сильного стресса.

К тому ж кроме анекдотов Кибальчич очевидно заслуживал и более серьезных характеристик от людей, с которыми собирался вершить историю своей страны. Он писал умные статьи в журналы, увлекался изобретательством. Кибальчичу принадлежит одна из важнейших теоретических статей в народовольческой публицистике: «Политическая революция и экономический вопрос», посвящённая соотношению экономики и политики в революционном движении. Но эта часть его жизни осталась практически за кадром. Весь год, проведенный в рядах «Народной воли», Кибальчич был замкнут, погружен в себя и практически не контактировал со своим близким окружением. Почему? Ведь они, по идее, его единомышленники?


Террор без прикрас

А вот в этом, как раз, и можно усомниться. Слишком уж «Народная воля» не подходит нашему герою. И слишком он подходит ей.

Революционная организация «Народная воля» возникла в 1879 году, после раскола партии «Земля и воля» и распада террористической группы «Свобода или смерть». Основной своей целью народовольцы считали принуждение правительства к демократическим реформам, после которых можно было бы проводить борьбу за социальное преобразование общества. Само собой принуждение подразумевало террор. Почему террор? Потому что ничтожная по своему численному составу (около 200 человек) партия не могла заявить о себе иначе. Кто знал и помнил имена членов «Земли и воли», которые ушли в народ и подарили простым людям тепло своей души и силу своего ума? Кто вел учет пропагандистам, разъяснявшим рабочим их права? Никто. А вот герои, пожертвовавшие жизнью ради свободы, по определению, становились брендом и помогали продвижению партии.

Кто–то не согласится с подобным утверждением. Но, лично я твердо убеждена, что с позиций голого прагматизма террор — не эффективный инструмент решения социальных задач. А вот «рекламным» целям служит отменно. Особенно, как это было в случае с «Народной волей», если «фирма» реализует такую «громкую» кампанию, как убийство царя.


Царская охота

Александру II досталось как ни одному другому монарху от тогдашних подрывателей устоев.

4 апреля 1866 года в царя стрелял Дмитрий Каракозов.

25 мая 1867 года прозвучали выстрелы поляка Антона Березовского.

Это были так сказать локальные акции. После начался систематический прессинг.

С 1879 года судьбу императора взяла под контроль «Народная воля», объявив самодержцу смертный приговор. И покатилось…

2 апреля 1879 года императорское величество взял на прицел Александр Соловьёв.

19 ноября 1879 года состоялся взрыв императорский поезда.

5 февраля 1880 года Халтурин произвел взрыв на первом этаже Зимнего дворца.

И, наконец, 1 марта 1881 года произошло последнее покушение на Александра II, после которого, царь тяжело раненный, вскоре скончался.

Что характерно, во всех акциях, где гремели взрывы, технической частью руководил член «Народной воли» Николай Кибальчич.

А теперь посмотрим на ситуацию чуть более пристально. Два первых покушения совершили одиночки при помощи огнестрельного оружия. Третье, тоже из револьвера, на счету члена «Земли и воли». Однако, партия официально к выстрелам не имела отношения. Зато три следующие попытки убить царя — это акции заранее анонсированные (после объявления приговора) совершаются с помощью взрывных зарядов.

Согласитесь, заметить очевидный тренд не сложно.

Именно новации в технической части привели начинания народовольцев к успеху, а «Народную волю» к славе.

Так что такой человек, как Николай Кибальчич, был очень нужен «Народной воле». Прокурор по делу «первомартовцев» писал: «Техник–динамитчик, производитель динамита, был человек драгоценный для партии. Он был принят с распростертыми объятиями…»


Цель оправдывает средства?

Это, конечно, предположение, но совсем не безосновательное. «Народная воля» могла не только «принять с распростертыми объятиями…» столь нужного «сотрудника», как Кибальчич, но и была способна привлечь его к работе силовыми (или не очень честными) методами.

В те годы кадровая политика в терроре только формировались, но позднее подобные «решения», очевидно, имели место. Террор нуждался в постоянном притоке свежей силы. Такова специфика. Каждая акция — это практически 100-процентная убыль личного состава. Следовательно, необходимо постоянное пополнение кадров. Оные вербовались из молодняка 16–20 лет (у таких инстинкт самосохранения ослаблен) по всей Российской империи, причем часто без разбора средств. Барышень компрометировали, уговаривали вынести из дому ценности. Ребят «вязали» насилием, кровью, деньгами. Главное было оторвать от близкого окружения, увезти подальше от дома, «накачать» нужный градус фанатизма системной психологической обработкой и бросить вместе с бомбой под колесо истории.

Не исключено, что попался на красиво упакованный крючок и Николай Кибальчич. Он был идеальной для «вербовки» кандидатурой: имел подходящий возраст, тянулся к изобретательству, был наивен, доверчив, не уверен в себе. Его легко было «купить» обещанием найти спонсора или поманив интересной задачей. Или дать возможность «прозвучать» на всю страну.


Суд

Это предположение позволяет объяснить мужественное, но странное поведение нашего героя во время суда.

Судите сами: 1 марта убит Александр II. Один из террористов, бросивших бомбы, задержан и вскоре дал показания.


Николая Кибальчича арестовали 17 марта около библиотеки. Между тем аресты других членов группы произошли как минимум на неделю раньше. При этом в радикальных кругах были известно, что полиция зверствует, роет землю, хватает всех и каждого. Тем ни менее, Николай Кибальчич не прятался и вел обычную жизнь.

Дальше еще интереснее. Политический процесс неожиданно превратился в торжество технических идей Кибальчича! Эксперты восхищались его метательными снарядами и сожалели, что таких нет на вооружении у российской армии. Генерал Мравинский заявлял, что гремучий студень невозможно изготовить в домашних условиях. На это Кибальчич (словно, утверждаясь в авторских правах) парировал: «Это я сделал все части метательных снарядов, которыми была взорвана карета царя. Изобретение устройства этих снарядов принадлежит также мне. Динамит и прочие взрывчатые вещества также сделаны мною». И тут же переходит к главному: «Я должен сделать заявление о своем воздухоплавательном аппарате».

Согласитесь интересный момент: исход суда предрешен — цареубийц ждет смерть — а Кибальчич презентует широкой общественности с самой звонкой в стране трибуны (процесс носит открытый характер) свое супер–изобретение — проект воздушной лодки. При этом беспомощный, рассеянный, по мнению знакомых, он вдруг превратился чуть ли не в ключевую фигуру процесса. Председатель суда Э. Я. Фукс отмечал: «Кибальчич — вот замечательный ум, необыкновенная выдержка, адская энергия и поразительная стойкость…»

О своем новом изобретении Кибальчич говорит в своем последнем слове. О нем заботится после вынесения смертного приговора. О нем думает в ожидании казни. И с мыслями о нем, наверняка, наш герой ушел в смерть.


Оставить без последствий

«Оставить без последствий», — так распорядились чиновники МВД на проекте Кибальчича. И чертежи космической ракеты оказались погребенными в архивах охранки почти на 35 лет. Так что, как изобретатель, Николай Кибальчич не состоялся. Зато занял место в пантеоне революционных героев, сложивших голову на плахе борьбы с царизмом.

Долгие годы именем Кибальчича называли улицы, проспекты. В его честь назван гайдаровский Мальчиш — Кибальчиш. Но вряд ли это достойная компенсация не состоявшейся жизни, не раскрывшегося таланта, не совершенных открытий.

Увы, но вся жизнь Николая Кибальчича осталась без последствий.

По материалам «Википедия», «Народная Воля», «Хронос», «Инженеры России» для газеты «Я»

История 27 Анастасия Романова: сказка о мертвой царевне

Имя Анастасия произошло от греческого слова «anastos», что значит «воскрешенная». Может быть, поэтому столько самозванок и пыталось выдать себя за казненную большевиками великую княжну. Впрочем, казненную ли?


Оборванная весна

Во вторник 5 июня 1918 г. великая княжна Анастасия Романова отпраздновала свой последний, 17‑й день рождения. А спустя месяц виновницу торжества и ее родных расстреляли в подвале Ипатьевского дома. По свидетельству очевидцев, Анастасия дольше других сопротивлялась смерти, поэтому уже раненую её добили штыками и прикладами.

Как известно, обезображенные до полной неузнаваемости трупы Романовых сбросили в старую шахту в урочище Четыре Брата под Екатеринбургом. Снова царская семья «увидела» белый свет 11 июля 1991 г., когда останки были извлечены и после многочисленных экспертиз идентифицированы.


Альтернативный вариант

Однако заключение российских ученых изобилует огрехами.

В захоронении отсутствовали два скелета. По мнению экспертов: там не было останков цесаревича Алексея и одной из великих княжон. Однако кого — Марии или Анастасии — однозначно определить не удалось. После нахождения оставшихся скелетов ученым пришлось принять директивное решение. В результате случился казус: скелет "№ 6», принадлежащий (или приписываемый) великой княжне Анастасии, имел 171 см, хотя в жизни рост девушки составлял 158 см. Не удалось и объяснение сего «феномена»: мол, в последние месяцы жизни девушка сильно выросла. Добавить 13 см в 17-летнем возрасте! Согласитесь, это уж как–то слишком радикально.

Независимые японские эксперты считают, что останки, похороненные в Петропавловском соборе, вообще не принадлежат царской семье. Немецкие ученые утверждают, что ДНК екатеринбургских останков стопроцентно соответствуют семье Филатовых — двойников семьи Николая II. Этой версии в свое время придерживались колчаковские следователи Наметкин и Сергеев, проводящие дознание по горячим следам.

По одной из версий, у последнего российского самодержца было семь семей–двойников и одну из них вполне могли отправить на заклание в Сибирь.

В официальной версии есть и другие «тонкие места». Могилу Романовых искали на основании записок Юровского — человека, руководившего расстрелом. Однако сейчас практически доказано, что записка подделана. А, стало быть, кости «Романовых» выкопаны не там, где произошло настоящее захоронение.

«Особым» образом — с множественными нарушениями — велось и уголовное дело в связи с нахождением останков «царской» семьи. В итоге решение об идентификации было принято не судом, а правительством Российской Федерации времён Черномырдина. Путём голосования!

И последний аргумент: российская церковь не признала «царские» останки. Патриарх Алексий открыто заявил: «У нас есть сомнения в подлинности останков…» И предложил властям «…сопоставить следствие 1918 года и современное расследование, выводы, которых диаметрально противоположны».


Я бывают разные

Но если доподлинно неизвестно, была ли великая княжна Анастасия убита в 1918 г. или чудом спаслась, то уместно ли считать самозванками (их было более 30-ти) женщин, выдававших себя за русскую царевну? Тем паче, некоторые из них проявляли чудеса осведомленности.

Особенно поражала своими рассказами о жизни двора и семьи первая лже-Анастасия — Анна Андерсон.

Она объявилась в 1920 году. На одной из берлинских улиц девушку подобрал полицейский. Без сознания, после попытки покончить с собой, Анна была едва жива. Но дело молодое, в больнице, придя в себя, она поведала душещипательную историю, рассказав, что является дочерью погибшего русского императора Анастасией Романовой. Спас ее охранник. Обнаружив, что царевна жива, парень пожалел и спрятал раненую. Вместе они добрались до Румынии, там поженились…

Дальше Анна ничего не помнила. Но это уже не имело значения. Девушку признала семья доктора Боткина, расстрелянного вместе с царем в Екатеринбурге, а также некоторые из Романовых. Правда, венценосный клан вскоре отказался от родства. Едва Анна предъявила права на наследство Николая Второго, Романовы назвали Андерсон самозванкой, а чудесное спасение — вымыслом.

Правда, для этого, кроме меркантильных, имелись и другие основания. Девушка категорически отказывалась встречаться со своей бабушкой — императрицей Марией Федоровной, не желала говорить на публике по–русски, не знала принятый в семье английский. Но была очень похожа на великую княжну Анастасию. Идентичны были и почерки. Главное, Андерсон знала массу подробностей о жизни, привычках и традициях царской семьи и дворцовом быте, которые и описала в своей книге «Я — Анастасия». И все же доказать свои права Анна не смогла. Почти полвека судебных дрязг закончились ничем. Вердикт, вынесенный германским судом в 1970 г., гласил: «Ее претензии не могут быть ни доказаны, ни отвергнуты». Посему денег Николая II Анна Андерсон так и не получила.

А через 10 лет после смерти Анны Андерсон в 1994 году было проведено исследование, доказавшее, что сия упорная дама была не являлась великой княжной. А вот выяснить, откуда Андерсон почерпнула столь точную информацию, так и не удалось. Слабым утешением для любопытных является версия, что Анна — советский агент и старалась добраться до наследства бывшего самодержца.


Царевна из психушки

Судьба следующей «Анастасии» сложилась более трагично.

Как и Андерсон, она вынырнула из небытия неожиданно. В 1934 году бедно одетая и изможденного вида дама лет 30-ти появилась в ленинградской церкви Вознесения и в исповеди священнику Ивану Синайскому назвалась Анастасией Романовой, младшей дочерью Николая Второго.

Позднее выяснилось, что к священнику даму пришла по рекомендации иеромонаха Афанасия (Александра Иваньшина). Именно он снабдил женщину паспортом на имя Надежды Владимировны Ивановой — Васильевой; организовал помощь, а спустя некоторое время, оказавшись в застенках НКВД, выдал свою подопечную.

Состоялось следствие. И так как Иванова — Васильева твердо стояла на том, что она — Анастасия Романова, женщину признали психически ненормальной и отправили на принудительное лечение в диспансер тюремного типа в Казани. После 1956 г. Иванову — Васильеву перевели в психушку на острове Свияжск, где бедолага и скончалась, отказавшись от еды и медикаментов.

Что касается идентичности ее с великой княжной, то подтверждений было более чем достаточно. Оба плеча женщины были покрыты многочисленными рубцами от огнестрельных ран, возможно полученных в подвале Ипатьевского дома. Сохранилось письмо на немецком, направленное из психиатрической больницы сотруднице шведского посольства Грете Янсен. В нем больная просила «документально подтвердить истинность моего «я» и передать дяде Георгу в Англию, что я не в силах больше страдать и прошу взять меня к себе». Также Надежда Васильева помнила мельчайшие подробности расстрела. Такие, например, что царь и наследник стояли, женщины — сидели на специально принесенных стульях, что король Георг потребовал для себя доски из пола Ипатьевского дома, и что во время переездов дети болели. Между тем знать это могли только непосредственные участники событий. Удивительным кажется и сходство узницы с царевной. Проведенные исследования показали практически полное (88 процентов) антропометрическое совпадение. Кроме того, на всех рисунках Надежды Васильевой (Анастасия очень любила рисовать), сохранившихся в её личном деле, великая княжна Анастасия была изображена в жемчужном ожерелье и бриллиантовой диадеме, украшениях, которые великие княжны получали к совершеннолетию.


Второй эшелон

Другие самозванки были менее известны и колоритны.

Болгарской «Анастасией» стала молодая женщина «с аристократической осанкой», появившаяся в начале 20‑х годов в болгарской деревне Грабарево. Прибыла барышня — она назвалась Элеонорой Альбертовной Крюгер — вместе с русским доктором. А спустя год к дуэту присоединился болезненный молодой человек по имени Георгий Жудин.

Вела себя Элеонора с членами русской диаспоры, населявшей Грабарево, надменно, обращалась свысока, однако о царственном происхождении никогда не упоминала. За нее это сделали молва и болгарский ученый Благой Эммануилов, заявивший, что Элеонора — дочь Николая II Анастасия, а Георгий — цесаревич Алексей. «К концу своей жизни и сама она вспоминала, что слуги купали ее в золотом корыте, причесывали и одевали. Рассказывала она и о собственной царской комнате, и о своих детских рисунках, в ней нарисованных.

Есть еще одна интересная улика. В начале 50‑х годов в болгарском черноморском городе Балчик русский белогвардеец, описывая в подробностях жизнь расстрелянной императорской семьи, упоминал Нору и Жоржа из Габарево», — рассказывал исследователь Эммануилов. По признанию этого белогвардейца, Николай II лично приказал ему вывести из дворца Анастасию и Алексея и при первой возможности выехать с ними из России. После долгих мытарств, все трое сумели добраться до Одессы и сесть на пароход, направлявшийся в Турцию. Погоня якобы настигла их в последний момент, и Анастасия была ранена красноармейцами, открывшими огонь по кораблю. Так или иначе, беглецам удалось добраться до турецкого города Тегердаг, затем перебраться в Болгарию.

Данная версия подкреплялась снимками 17-летней Анастасии и 35-летней Элеоноры Крюгер, в которых специалисты отмечали существенное сходство между женщинами. Совпадали и годы их рождения…

Претендентки на роль великой княжны «советского производства» были, скорее всего, случайными персонажами Анастасиады.

Так Александра Перегудова — жительница Волгоградской области — о своем царском происхождении поведала в 1980 на смертном одре. По ее рассказу: в Ипатьевском доме была расстреляна семья–двойников. Произвести подмену Романовым помог машинист поезда.

По воспоминаниям другой «Анастасии» из Омска, ей удалось бежать и переждать погоню, сидя по шее в болоте.

«Анастасия» из Рязани называла себя Еленой Харькиной и также утверждала: Романовых спасли двойники.

В Свердловской области была своя «Анастасия». По местной легенде, когда большевики переправляли семью российского императора в Тобольск, в селе умерла младшая дочь Анастасия. Здесь ее и похоронили.


Новая волна

Докатилась волна «самозванства» и до 21‑го века, явив миру в 2002 г. новую претендентку на почетное звание великой княжны Романовой — Наталию Билиходзе 101 году от роду.

В подтверждении родства с императорским домом представители Межрегионального общественного, благотворительного христианского фонда великой княжны Анастасии Романовой предъявили широкой общественности данные «22 экспертиз, проведенных в комиссионно–судебном порядке в трех государствах — Грузии, России и Латвии, результаты которых ни одной из структур не были опровергнуты».

Согласно этим данным, гражданка Грузии Н. П. Билиходзе и княжна Анастасия имеют «такое количество совпадающих признаков, которое может быть только в одном из 700 млрд. случаев». Также была опубликована книга Н. П. Билиходзе: «Я — Анастасия Романова», более чем достоверно повествующая о жизни и отношениях в царской семье.

Но и эта «Анастасия» оказалась фикцией. Во–первых, Билиходзе скончалась до того, как ее продюсеры определили старуху в наследницы. Во–вторых, молекулярно–генетическое исследование, сделанное после смерти претендентки, показало, что сходство между ее ДНК и ДНК ее «матери» российской императрицы А. Ф. Романовой отсутствует. Стало быть, нет и родства.


Шерше ля деньги

Трудно сказать, что двигало самозванками: авантюрный характер, жажда славы или деньги. Однако в первом и последнем случае материальная подоплека претензий была совершенно очевидной.

Желая подобраться к наследству Романовых, представители Билиходзе обращались во все инстанции вплоть до президента Путина с просьбой о восстановлении «подлинного имени» и фактически предлагали за это России… триллион долларов. Столько, оказывается, набежало на заграничных счетах императорской семьи и столько «Анастасия» могла получить в наследство. Но только при помощи официальной России.

Ибо (утверждение профессора В. Винер) личное золото Николая II — пять с половиной тонн! — и другие активы не могут быть выданы наследникам, пока Николай II официально не признан умершим или без вести пропавшим.

А это значит, что любому, кто претендует на наследство мало доказать свое прямое родство с царской фамилией. Им придется оспорить официальную версию расстрела Романовых, согласно которой погибла вся семья, и предъявить свидетельство о смерти Николая Романова, которое может выдать только российское государство.

И не выдаст. Так как в составленном Генпрокуратурой документе (специалисты называют его издевательством)даже не указано, что Николай был императором. Следовательно, денежки Романовых (если таковые имеются) надежно защищены от всех Анастасий и иже с ними.

По материалам «Википедия», «Вместе», «ТВплюс»

для газеты «Я»

История 28 За кулисами восстания…

Наверное, нет такого исторического события, за парадным фасадом которого не скрывались бы тайны. Восстание на крейсере «Очаков» — не исключение

Как пишут учебники, Севастополь бурлил.

11(24 по новому стилю) ноября 1905 года в городе прошел массовый митинг матросов, который власти безуспешно пытались разогнать с помощью двух рот пехоты. 13(26) ноября вспыхнуло восстание на судах Черноморского флота, размещенных в Севастополе.

По просьбе матросов возглавил Черноморский флот и крейсер «Очаков» Петр Петрович Шмидт. 14(27) ноября он поднял на «Очакове» вымпел «Командую флотом» и от имени восставших направил телеграмму Николаю II: «Славный Черноморский флот, храня заветы и преданность царю, требует от Вас, Государь, немедленного созыва Учредительного собрания и не повинуется более Вашим министрам».

Царским ответом стал начатый на следующий день, 15(28) ноября, артиллерийский обстрел мятежных кораблей судами эскадры, команды которых сохранили верность присяге. Пушки «Очакова» успели сделать шесть выстрелов, прежде чем на крейсере возникли пожары, и корабль вынужден был прекратить сопротивление.

Шмидт вплавь добрался до берега, где был арестован, как и остальные участники мятежа — всего около шесть тысяч человек.

6(19) марта 1906 года Шмидта и еще трех руководителей восстания расстреляли на острове Березань вблизи города Очаков по приговору военно–полевого суда. 37 матросов были отправлены на каторжные работы.

На суде Шмидт выступил с яркой речью. А перед казнью сказал палачам: «Скоро, скоро, молодая, сильная, счастливая Россия вздохнет свободно и не забудет всех нас, отдавших ей свои жизни». Петру Петровичу было 39 лет.


Изнанка событий номер один или экзальтированный лейтенант

Психические срывы и нервные припадки начались у Петра Шмидта еще во время пребывания в прославленном Морском кадетском корпусе в Петербурге. Нездоровье даже поставило под угрозу продолжение учебы. Командование корпуса вынуждено было назначить психиатрическую экспертизу, но благодаря вмешательству дяди Петра, известного адмирала Владимира Петровича Шмидта, дело удалось замять, а нерадивого и болезненного ученика дотянуть до выпуска.

Получив чин мичмана, Петр Шмидт был направлен на Балтийский флот.

В 1888 году он женится на проститутке Доминике Павловой, заявив родным и коллегам, что будет её перевоспитывать. Увы, семейная жизнь не удалась. Жена открыто изменяла Шмидту и вскоре, оставив супругу малолетнего сына, вернулась к прежней профессии.

Брак с обладательницей «желтого билета» для морского офицера был тогда поступком чудовищным. Не пережив позора, скончался отец Шмидта. Брат сменил фамилию. А сослуживцы потребовали от эпатажного мичмана немедленного увольнения. Но опять вмешался дядя–адмирал и перевел племянника на Тихий океан, под опеку контр–адмирала Г. П. Чухнина.

Однако и здесь служба не заладилась. Шмидт кочевал с корабля на корабль, везде отвергаемый офицерскими коллективами. Только благодаря заботам Чухнина он удерживался на службе и даже получил чин лейтенанта. Однако после очередного нервного припадка, потребовавшего госпитализации в клинике, Шмидт был уволен с флота.

Стараниями доброго дядюшки следующие несколько лет Петр провел в Русском обществе пароходства и торговли и даже сделал карьеру. В начале нового века его стали назначать капитаном торговых судов, совершавших дальние океанские рейсы.

Но тут началась русско–японская война и лейтенант был назначен старшим офицером корабля на военный транспорт «Иртыш», входящий в состав 2‑й Тихоокеанской эскадры адмирала З. П. Рожественского. Правда, до Тихого океана, где в Цусимском проливе эскадру ждали японцы, Шмидт не дошел. Ставший к этому времени сенатором, дядя помог Шмидту во время стоянки в Суэце списаться с корабля по болезни, вернуться в Россию и получить назначение на Черноморский флот

Командующий флотом вице–адмирал Чухнин снова принял участие в судьбе болезненного и неуживчивого офицера и назначил Шмидта командиром отряда из двух устаревших миноносцев. Место тихое, должность необременительная, казалось бы, живи и радуйся. Но неожиданно похитив отрядную кассу, в которой было всего две с половиной тысячи золотых рублей, Шмидт пустился в бега, а когда деньги закончились, сдался властям. На следствии он пытался доказать, что деньги потерял или их у него украли, а в бега он подался, опасаясь неприятностей. Дезертирство в военное время — это уже не проступок, а преступление. Дяде пришлось изрядно постараться, чтобы спасти племянника от суда и каторги.

Уволенный с флота Шмидт решил заняться модной тогда политикой. Возможно, такое решение ему «помогли» принять. У революционеров, готовивших восстание в Севастополе, не было поддержки среди флотских офицеров, а выступления нервного и эксцентричного Шмидта на митингах пользовались такой популярностью, что Петра даже арестовали, а потом под давлением массовых выступлений в защиту «пламенного борца за свободу простого народа» отпустили, взяв подписку о немедленно выезде из Севастополя. Выполнять взятое на себя обязательство Шмидт не стал. Напротив, вняв призыву матросов, он 14 ноября 1905 года объявился на восставшем крейсере «Очаков» и призвал эскадру присоединиться к мятежному крейсеру.

Шмидт самовольно надел погоны капитана второго ранга и объявил себя командующим флотом. Настоящий командующий Черноморским флотом адмирал Чухнин попытался разрешить ситуацию миром, но не преуспел. Шмидт жаждал боя. И он его устроил.

Чтобы обострить обстановку, новый командующий попытался взорвать транспорт «Буг», загруженный морскими минами. Возможных последствий этого Шмидт явно не представлял. Между тем пострадать могли не только корабли, находящиеся в бухте, включая и сам «Очаков», но и часть города. К счастью, команда «Буга» успела затопить свой корабль. Тогда экспрессивный Шмидт направил миноносец в атаку на корабли эскадры. Но не тут было. Миноносец сразу же потопили залпом корабельных орудий. После этого Чухнин приказал открыть огонь шрапнелью по крейсеру. В ответ восставший корабль сделал шесть выстрелов и прекратил сопротивление.

Но огнем с «Очакова» руководил уже не Шмидт. При первых залпах по «Очакову» самовозглашенный главнокомандующий перешел на стоящий у борта крейсера миноносец и попытался уйти в Турцию. Миноносец был подбит и захвачен. Находившегося на нем Шмидта, успевшего переодеться в матросскую робу, арестовали.

Состоявшийся вскоре суд приговорил Шмидта к смертной казни. Ходатайства дяди о пересмотре дела, так как Шмидт душевнобольной, переданные Николаю II через премьер–министра Витте, результата не дали. Приговор был приведен в исполнение.


Жизнь после смерти

После расстрела имя Шмидта на волне завершающейся революции 1905 года стало чрезвычайно популярным среди революционно настроенной общественности и обросло массой домыслов и слухов.

Вторая волна популярности настигла Шмидта, когда после Февральской революции адмирал Колчак, командовавший тогда Черноморским флотом, распорядился перезахоронить останки лейтенанта и другим расстрелянных участников восстания на «Очакове» в Покровском соборе Севастополя.

Следующий «приступ» общественного внимания случился в ноябре 1923 году, когда останки Шмидта торжественно перезахоронили на севастопольском кладбище Коммунаров.

Тогда же стали появляться памятники лейтенанту Шмидту, его именем назвали набережную и мост в Севастополе.

Более, государство сочно нужным и назначить пенсию любовнице Шмидта, которая в подтверждение своих отношений с лейтенантом предоставила адресованные ей письма лейтенанта.


Изнанка событий номер два или концы в воду!

«Очаков» был спущен на воду в 1902 году, но к моменту восстания в ноябре 1905 года работы на нем еще не были завершены, и большая часть вооружения не была установлена. В ноябре 1905 года крейсер был уничтожен. Хотя, по мнению специалистов, явных причин к тому не было.

Исследование исторических документов по Севастопольскому вооруженному восстанию 1905 года показывает, что гибель крейсера была предрешена еще до начала боевых действий. Перед усмирением восстания главный командир Севастопольского порта Чухнин дал телеграмму Николаю II, в которой указывал, что крейсер необходимо обезоружить и только после этого войска могут приступить к решительным действиям. Уж кто–кто, а вице–адмирал был прекрасно осведомлен о том, что реконструируемый крейсер практически беззащитен, так как положенного боезапаса на борту не имеет.

В то же время агентами охранки по городу были распущены слухи, что Шмидт собирается бомбардировать Севастополь, чтобы перебить жителей и матросские команды, не поддержавшие восстание. Однако солдаты крепости, сочувствовавшие революционным матросам, заявили офицерам, что стрелять не будут и если откроют огонь, то только ответный.

Усмирители восстания не побрезговали устроить провокацию. 15 ноября в четвертом часу на бастионе разорвался снаряд. Офицеры убедили солдат, что снаряд прилетел с «Очакова» или «Пантелеймона» («Потемкина»), и орудия ударили дружным залпом …только по «Очакову».

Как на суде, так и в ряде официальных документов полицейские власти, в том числе и прокурор Ронжин, пытались доказать, что первый выстрел во время восстания был сделан с «Очакова». Между тем из многочисленных показаний свидетелей, а также сообщений ряда газет можно заключить, что провокационный выстрел принадлежал канонерской лодке «Терец». Защитник по делу Шмидта А. Александров по поводу обвинения П. П. Шмидта в том, что первым стрелял «Очаков», в своих воспоминаниях утверждал: «Боевым аргументом прокурорской позиции было утверждение, что «Очаков» первый начал стрельбу из орудий и что, следовательно, обстрел крейсера эскадрой и орудиями Константиновской батареи был только актом самозащиты. Этот тезис прокурору нужно было доказать во что бы то ни стало, так как в противном случае расстрел стоящего на якоре, почти безоружного крейсера являлся бы бессмысленным актом жестокости. Прокурору этот выстрел с «Очакова» нужен был как манна небесная, но эта манна так–таки и не была ему ниспослана небесами, ибо большинство свидетелей обвинения, если даже не все, отрицали нападение крейсера на эскадру, прекрасно понимая, что почти безоружный крейсер не стал бы искусственно провоцировать эскадру на расстрел».

Когда крейсер прекратил сопротивление, обстрел судна был остановлен. Чего не скажешь о пожаре. В телеграмме, посланной царю, вице–адмирал Чухнин отметил: ««Очаков» продолжает гореть, пожар потушить нельзя». Между тем спасти крейсер, который весьма недешево обошелся казне, было более, чем реально. Самые большие корабли находились под парами и вполне могли потушить пожар водой из своих брандспойтов.

Но оснащенный современными механизмами и техническими новшествами, готовящийся к новому году занять достойное место среди боевых кораблей русского флота, «Очаков» был подвергнут второй бомбардировке, поводом для которой послужили два выстрела, якобы произведенные с «Очакова».

П. П. Шмидт утверждал, что на крейсере был взрыв, который был выдан карателями во всех официальных документах за выстрел.

«Очаков» гигантским костром двое суток пылал посреди бухты. Изуродованный снарядами (только пробоин от снарядов крупного калибра насчитывалось пятьдесят две!), с прогоревшими переборками, корпус корабля был отбуксирован к пустынному берегу Северной бухты у Килен–балки, где спешным порядком приступили к разборке.

Почему же все–таки был бомбардирован «Очаков»? Длительный срок постройки «Очакова» свидетельствовал о преступной деятельности заводских подрядчиков и высших чинов флота во главе с вице–адмиралом Чухниным, на долю которых немало перепало из субсидий, выделенных на постройку крейсера. Вместо рабочих при постройке широко использовались матросы, а денежная разница шла в карман ловких дельцов.

О злоупотреблениях при постройке «Очакова» говорили многие морские офицеры, и даже писала газета «Правовая жизнь». Над строителями велось негласное следствие, о котором Чухнин не мог не знать в силу своего высокого служебного положения. Поэтому восстание оказалось необычайно удобным поводом для уничтожения главной улики — злополучного крейсера.


Финальный аккорд

Крейсер «Очаков» был достроен в 1905 году и переименован в «Кагул». В апреле 1917 года ему было возвращено прежнее название. В 1918 году он вошел в состав флота белогвардейских Вооруженных Сил Юга России и был переименован в «Генерала Корнилова». Эвакуированный армией Врангеля из Крыма корабль окончил свои дни на приколе в тунисском порту Бизерта и был забыт.

Что касается Петра Шмидта, то в Севастополе помнят о героях революции 1905 года. На перекрестке улиц Героев Севастополя и Лазаревской размещен бронзовый горельеф, на набережной Приморского бульвара установлена мемориальная доска, а на кладбище Коммунаров П. П. Шмидту и его товарищам и соратникам в 1935 году воздвигнут памятник.

Но приносит ли кто–нибудь цветы на эту могилу? Сегодня герои революции, даже такие одиозные, как Шмидт, уже не в чести…

По материалам «Грани. ру» (www.grani.ru), «Якова Кротова библиотека» (krotov.info), «Совершенно секретно» (www.sovsekretno.ru), «Велесова слобода» (www.velesova-sloboda.org), Kak–gde.ru для газеты «Я»


История 29 Человек–скандал

Федор Толстой вошел в историю благодаря своим бесчисленным эксцентричным выходкам, что «слегка» подпортило положительную статистику в благопристойном семействе графов Толстых. Еще бы: двадцать четыре писателя, семь министров, шесть художников, три композитора, бессчетное число военных деятелей! И одна «нравственная загадка» века!


Пред лицом истории

Если бы проводился чемпионат мира среди авантюристов всех времен и народов, то граф Федор Иванович Толстой, безусловно, занял бы, если не первое, то одно из призовых мест. Во всяком случае, за последние два столетия на одной шестой части земной тверди ему не нашлось равных в дерзости и сумасбродстве.

Дуэлянт, картежник, силач, шулер, воин, путешественник, скандалист…этот отнюдь не полный перечень поражал воображение современников. О Федоре Толстом по прозвищу Американец на все лады десятилетиями судачила аристократическая Россия во времена оные. О нем при жизни писали газеты, а после смерти в его биографии разбирались исследователи. Удивительный образ этого человека вдохновил Пушкина, Грибоедова, Толстого, Тургенева. Не прошли мимо столь яркой фактуры и другие «инженеры человеческих душ».

Мятежный граф удивляет и потомков до сих пор.

Но не только тем, что в безудержных порывах, не думая о последствиях, он попирал общественные законы и мораль. Нет. На долю этого человека выпала еще одно «приключение». Именно графу Федору Толстому пришлось на себе испытать закон вселенского равновесия и сполна получить за содеянные грехи. Причем с арифметической точностью!


В ладу со звездами

Все мы — заложники Рока, звезд, дат. Будущий буян Толстой своей бурной биографией обязан не только «дикому характеру (мнение современников), но и знаку Водолея, по которым родился (6 февраля 1782 г.). Отсюда вытекающие последствия: непредсказуемость, независимость, свободолюбие. Для многих Водолеев жизнь — эксперимент, причем с нестандартным подходом к любой ситуации. Это творческие люди, которые не принимают жестких ограничений ни в работе, ни в личной жизни…

Были, у Федора Толстого, конечно, и другие, более мирные, черты. К примеру, он любил своих друзей и ради них готов был на многое. Но именно несдержанный нрав и недостатки составили славу графу Федору. Особенно в молодости, когда он искал приключения на свою буйную голову и другие места.

Правда, в первой половине XIX века в среде российской золотой молодежи, военной — само собой, чрезмерная удальство было повальной социальной модой. Но даже среди отпетых модников Толстой был явлением крайне незаурядным. Уже к двадцати годам граф считался среди сослуживцев по элитному Преображенскому полку отличным стрелком (что доказывали дуэли), храбрым бойцом, бабником, игроком, злопамятной и мстительной особой.

Имел Толстой проблемы и с правосудием.


Надо, Федя, надо!

Спасаясь от тяжелой длани российской Фемиды, после очередной дуэли, Толстой отправился в кругосветное путешествие под командованием Крузенштерна.

В этой первой в истории российского флота кругосветке наш герой не имел обязанностей и был просто пассажиром. Причисленный к другим «молодым благовоспитанным особам», взятым «в качестве кавалеров посольства» при делегация под руководством Николая Резанова — героя «Юновы и Авось» — он находился на судне сугубо для представительности. И дико скучал.

Обычно морские круизы успокаивают нервы пассажиров. Однако замкнутое пространство корабля, однообразие общения и пейзажей оказали на Толстого обратное воздействие. Томимый бездельем, молодой шалопай начал резвиться. Вот как описывает проделки своего родственника Сергей Толстой: «Федор подпоил корабельного священника, и, когда бедный поп спьяна завалился на палубу, он припечатал ему бороду к палубе круглой императорской печатью, которую предварительно выкрал из каюты Крузенштерна. Протрезвившись, поп от страха нарушить императорскую печать согласился остричь бороду».

Другие выходки графа были не лучше. У Толстого имелась обезьяна. Однажды он запер ее в каюте Крузенштерна, перед тем научив выливать чернила на бумаги. Представьте себе картину: уставший от забот Иван Федорович Крузенштерн открывает дверь в каюту, а там одуревший от тесноты орангутанг и месиво испорченной документации. Смех, да и только.

Насмеявшись всласть после очередной шутки — граф Толстой попытался поднять на корабле бунт — руководитель экспедиции высадил остроумного «мажора» вместе с его обезьяной на остров Ситка у берегов Аляски.


Калиф на час

Судя по рассказам Толстого, аборигенам он понравился куда больше, чем «зануде» Крузенштерну, поэтому вскоре граф сделался…королем туземного племени. Насколько правдива эта информация — неведомо. Но, если храбрость, ловкость, сила и необузданный нрав Федора Толстого долгие годы впечатляли видавший виды русский бомонд, то наивные дети снегов — аулеты вряд ли смогли бы устоять перед очарованием кулаков и темпераментом петербургского завзятого дуэлянта.

Более достоверными свидетельствами того времени были многочисленные татуировки, которые практически полностью укрывали тело графа. И которые он впоследствии охотно демонстрировал на светских раутах. Дамам Толстой показывался до пояса. Мужчинам — во всей красе, полностью. Кстати, тогда тату с дворянской среде было редчайшей экзотикой.


Война — кому беда, кому — мать родна

Кроме татуировок из тура «по морям, по долам» Толстой привез массу рассказов о том, как он на торговом судне добирался до Петропавловска, а затем на телегах, санях, а отчасти пешком ехал и шел в Петербург. Красноречие графа и колорит опусов получили достойную оценку общества. Федор Толстой обрел в свете почти легендарную известность. Тогда и появилось прикрепившееся на всю жизнь прозвище «Американец».

Однако блистать в столичных гостиных Федору удалось далеко не сразу. После путешествия Родина встретила непутевого сына неприветливо. Прямо у городской заставы Толстой был арестован и отправлен в гауптвахту. Кроме того, специальным указом царя графу был запрещён въезд в столицу.

Лишь через три года Толстой вырвался из опалы в дальнем гарнизоне и вернулся на круги своя.

Заканчивался, между тем, 1808 год и Россия на всех парах приближалась к войне с Наполеоном. Смелые бравые молодые рубаки требовались во многих военных кампаниях. Но в дебоширах русская армия решительно не нуждалась! А Федор Толстой, едва положение его упрочилось, снова вернулся к своим дурным привычкам. Одна дуэль сменялась другой, множа список убитых и раненых противников.

Дело дошло до того, что Родине снова пришлось сказать свое веское слово. После очередного особо громкого скандала — от руки Толстого погиб сын весьма знатных родителей — сиятельного своевольца уволили из армии и по некоторым сведениям даже лишили свободы.

Правда, не на долгий срок. Спустя год, в 1812 году началась отечественная война с французами, и тут уж Федор Толстой — Американец отыгрался по полной и показал себя, пройдя путь от ополченца до орденоносца–полковника.

Однако новые заслуги не превысили старых грехов и, зная неуправляемый нрав Толстого, его увольнение оставили в силе.

Федору Ивановичу пришлось окончательно и бесповоротно проститься с воинской карьерой и стать штатским


Облико морале

Возможно, армейский порядок — единственное, что сдерживало этого человека. Оставив службу и мысли о ней, Толстой — Американец далее жил исключительно в собственное удовольствие, деля время свое между друзьями и дуэлями, картами и кутежами, не забывая о прочих атрибутах тяжкой доли молодого состоятельного русского шалопая.

Само собой в каждом увлечении Толстой доходил до крайности. А затем следовал далее.

Так за карточным столом мухлевал он нещадно, причем нисколько того не смущаясь, напротив, эпатируя знакомых фразами вроде: «Только дураки играют на счастье, а ошибки фортуны надо исправлять».

Пренебрежение общественным мнением для Толстого было даже не бровадой, а нормой. Получив в комедии А. Грибоедова «Горе от ума» характеристику: «ночной разбойник, дуэлист» Толстой ничуть не обиделся и лишь предложил исправить «крепко на руку нечист» на «…в карты на руку нечист», дабы почтенная публика не решила, что он «тырит» стола чужие табакерки.

Как и для большинства картежников Американца мало волновали деньги. Свои баснословные выигрыши он, как правило, тут же спускал до копейки, проматывал, одалживал друзьям. Ф. Булгарин писал: «…Известен случай, когда графу Гагарину на поездку в Париж он одолжил тысячу рублей, а взамен сначала попросил привезти ему канделябры, но потом передумал и заказал только шампанского и бордоского».

Кроме карт истинной страстью этого человека были дуэли. О количестве сейчас судить невозможно. Но число их изрядно, а исход в большинстве случаев трагичен для противников Толстого. Он был знатный фехтовальщик, меткий стрелок, хладнокровный боец, бесстрашный до безрассудства. И безжалостный. В особом реестре граф поминал одиннадцать убитых им человек. Двенадцатым номером мог оказаться Пушкин, которого Толстой всячески провоцировал к поединку. Это была его обычная манера. Но обошлось и общим друзьям удалось примирить противников. А впоследствии, Пушкин и Толстой даже стали приятелями. Известно, что именно Толстой ввел поэта в семью Гончаровых.

Кстати, в полицейском списке московских картёжных игроков за 1829 год граф стоял под номером первым: «1. Граф Фёдор Толстой — тонкий игрок и планист…». Пушкину в том же реестре из 93 позиций принадлежал тридцать шестой номер и определение «известный банкомет».

Следующая цитата, как нельзя лучше характеризует «облико морале» нашего героя: «…Рассказывают, что однажды вечером кто–то из его друзей просил его быть секундантом на дуэли, назначенной на следующий день в одиннадцать часов утра. В нужный час друг явился к Толстому и застал его спящим.

— Вставай, одевайся, мы опаздываем!

— Зачем, куда ты собрался?

— Ты забыл, что ты мой секундант?

— Ты стреляешься? С кем? Ах, с этим! Не беспокойся, я с ним уже покончил. И в самом деле, накануне ночью Фёдор встретил этого человека, придрался к нему, вызвал на дуэль и убил, затем вернулся домой и преспокойно лёг спать…».


Лямур–тужур

Большой оригинал граф Толстой даже женился особенным образом. Много лет его любовницей была красавица–певица Авдотья Тугаева, которую граф увел из цыганского табора. Но однажды Толстой крупно проигрался в карты, платить было нечем, дело принимало серьезный оборот. Графа ждало бесчестье — его имя должны были вот–вот написать на «чёрной доске» в Аглицком клубе. Однако Авдотья, узнав о беде, дала Толстому необходимую сумму.

— Откуда у тебя? — спросил пораженный граф.

— А от твоих же щедрот, батюшка, уж как меня одаривал, я и сберегла малость, — ответила женщина.

Пораженный до глубины души благородством Авдотьи, Толстой немедленно отвел свою цыганку под венец.

Однако жили молодые долго и не счастливо. Авдотья Тугаева родила графу двенадцать детей. Одиннадцать из них умерли в отрочестве. Особенно остро Федор Толстой переживал смерть семнадцатилетней Сарры — старшей дочери. Девушка, как утверждали современники, была не вполне душевно здорова, но необычайно талантлива в музыке, сочинительстве и живописи.

Перенесенные страдания, ну и, само собой, возраст заставили графа перемениться. Уже в годах он остепенился и обратился к Богу. Дожил Федор Толстой до седин и спокойно скончался на 65‑м году жизни 5 ноября 1846 г.

Священник, принявший его исповедь, говорил, что мало в ком встречал столь искреннее раскаяние и веру в милосердие Божие.

Что ж, для человека, суть которого осталась «в мире нравственном загадкой», как сказал Вяземский, исход отличный.


Эпилог

«Привычки рождают характер, характер рождает судьбу», — гласит японская поговорка. Вряд ли Федор Толстой слышал это изречение. Но справедливость его он познал на собственной жизни. Эксцентричные привычки определили его судьбу. Толстой имел «…особый характер, выходивший из обыкновенных светских форм, и во всем любил одни крайности. Все, что делали другие, он делал вдесятеро сильнее». Толстой жил «вдесятеро сильнее» прочих, но и пострадал соответственно: он хоронил своих детей и считал их смерть Божьей карой за смерть одиннадцати человек, убитых на дуэлях.

«Он аккуратно записывал имена убитых в свой синодик. У него было 12 человек детей, которые все умерли в младенчестве, кроме двух дочерей. По мере того, как умирали дети, он вычеркивал из своего синодика по одному имени из убитых им людей и ставил сбоку слово «квит». Когда же у него умер одиннадцатый ребенок, прелестная умная девочка, он вычеркнул последнее имя убитого им и сказал: «Ну, слава Богу, хоть мой курчавый цыганёночек будет жив».

Действительно, единственному выжившему ребенку графа — дочери Прасковье, в замужестве Перфильевой, судилась долгая жизнь. А вот жене — красавице–цыганке выпала страшная смерть. Авдотью Тугаеву зарезал собственный пьяный повар.

Но граф Федор Иванович Толстой об этом уже не узнал. А то бы наверняка задумался, что с его реестр вкралась какая–то ошибка. И где–то как–то он не досчитался, пропустил двенадцатого убитого им противника. За жизнь которого его жене пришлось отдать свою…

По материалам «Википедия» (www.ru.wikipedia.org/), «Обзор казино» (www.1casino.ru), «Спроси Алену» (www.tonnel.ru) для газеты «Я»

История 30 Роковой день Людовика XVI


В детстве астролог предупредил Людовика XVI, что 21 число каждого месяца — несчастливый день для короля. С тех пор французский монарх никогда не планировал ничего важного на 21 числа. Однако, от судьбы не уйдешь. 21 июня 1791 года король и королева были арестованы. 21 сентября того же года Франция стала республикой. А 21 января 1793 году состоялась казнь короля.


Случайный король

11-летний Людовик — Огюст герцог Беррийский стал наследником французского престола в некотором смысле случайно, после смерти двух старших братьев и 36-летнего отца. Но случайно, не значит, плохо. Рано узнав вкус тяжких потерь, под влиянием наставника герцога Вогийона, человека верующего, старомодного и не очень далекого, Людовик XVI всегда отличался набожностью, был нежным мужем и отцом и мог стать вполне приличным королем. Но не сложилось.

Как самодержец Людовик под номером шестнадцать не состоялся. Вял, робок, излишне уступчив, удручающе непостоянен, он легко и как–то равнодушно менял собственные мнения, будто заранее понимая, что любое из них не имеет существенного значения. Из увлечений король выделял охоту и слесарное дело.

Жену свою очаровательную Марию — Антуанетту, дочку Марии — Терезии и Франца I Австрийских, Людовик XVI полюбил с первого взгляда. Однако свадебные торжества омрачились двумя жуткими происшествиями, которые породили суеверное предчувствие, что новобрачных ждет беда. Во время венчания в Версале придворные, стремясь быть ближе к алтарю, сбили с ног и насмерть затоптали многих (по некоторым сведениям сотню) швейцарских гвардейцев.

Во время фейерверка на площади Людовика XV, ставшей через 23 года местом казни супружеской пары, возникла страшная давка: обезумевшие парижане опрокидывали экипажи, топтали лошадей и друг друга. По одним данным, на кровавом народном гулянии погибло 333 человека, по другим, более тысячи.

За это и прочее французы сразу невзлюбили юную королеву.

И, честно говоря, справедливо. Мария — Антуанетта была капризна и упряма, недопустимо много тратила, покровительствовала консерваторам и самым ярым защитникам сословных привилегий, а также долго не могла родить супругу детей. Впрочем, в этом был виновен сам король, имевший физический недостаток, из–за которого нормальные отношения были невозможны. Для устранения недостатка требовалась простая хирургическая операция, но Людовик по нерешительности согласился на нее спустя несколько лет, лишь после личных бесед с братом жены Иосифом II, специально приезжавшим во Францию.

Только в 1778 г., через восемь лет после свадьбы, в королевской семье появилась дочь; первый сын родился в 1781 г., второй в 1785 г.


Реальный роялизм

Король еще в бытность наследником чувствовал — в немалой мере и благодаря воспитателям — необходимость более добродетельных, справедливых и гармоничных социальных отношений. Он желал любви и процветания своей стране, но для воплощения мечты ему не хватало «меча» — личной активности, государственной мудрости, политической хватки, державной отваги, харизмы. За 15 лет дореволюционного правления Людовик XVI не провел ни одной реформы, способствующей обновлению, успокоению, согласию и процветанию Франции, переживавшей тогда один из самых напряженных периодов своей истории.

Но на свою голову (в буквальном смысле слова), желая показать народу, что наступили новые времена, Людовик XVI через несколько месяцев после коронации восстановил в прежнем виде французские парламенты, включая парижский, судебные палаты, выступавшие хранителями законов, обычаев и сословных привилегий Франции старого порядка.

Важнейшее право парижского парламента состояло в том, что он решал вопрос о законности, регистрации и тем самым вступлении в силу любого королевского декрета. Таким образом, его величество воссоздал мощный заслон собственному волеизъявлению.

Но логика не характерная черта королей. Особенно Этого. Другие действия короля тоже трудно назвать последовательыми. Он легко соглашался на реформы, а затем также легко мирился с их отменой. Он приглашал в министры выдающихся экономистов и финансистов, а затем отстранял их. Так было с А. — Р. — Ж. Тюрго, пытавшимся упразднить цехи, содействовать предпринимательству, внедрить свободу торговли хлебом, ограничить непомерное расточительство двора, С. — Ж. Неккером и Ш. — А. Калонном, стремившимися укрепить финансовое положение французского королевства, сократить расходы на содержание чиновников, упорядочить налогообложение, так или иначе, посягнуть на сословные привилегии.


Напряжение нарастает

Политический курс Людовика XVI только ухудшал и без того сложное положение. Во Франции росли напряженность и озлобление, набирала силу готовность покончить со всеми трудностями раз и навсегда.

К 1787 г. стало ясно, что действующие государственные институты не способны вывести страну из затянувшегося кризиса. Поэтому было созвано собрание нотаблей — назначенных представителей сословий — для введения новых налогов и возложения части бремени их на привилегированный класс. Когда попытка провалилась, для тех же целей король согласился созвать Генеральные штаты. Их заседание открылось 5‑го мая 1789 г. в Версале. Уже 17‑го июня Генеральные штаты вопреки монаршей воле объявили себя Национальным собранием. 9‑го июля собрание стало Учредительным, провозгласив право на принятие Конституции.

Усугубил революционную ситуацию и неурожай, спровоцировавший дефицит и дороговизну продовольствия в 1788 г. Еще более грозным стал следующий год, приведший к взятию 14‑го июля восставшими парижанами Бастилии; «муниципальным революциям» в провинциях; жестоким, кровавым крестьянским восстаниям и, наконец, походу многотысячной толпы, главным образом женщин, и отряда Национальной гвардии в Версаль.

В итоге, Учредительное собрание, королевская семья и правительство перебрались в Париж. Но король в сложившихся обстоятельствах лишь покорно выполнил приказ бунтовщиков и превратился в заложника революции. Учредительное же собрание, укрепив свое положение, стало высшей инстанцией в стране.


В нескольких шагах от смерти

В Париже король жил в постоянном страхе за себя и близких. В ночь с 20‑го на 21-ое июня 1791 г., подстрекаемый королевой, он решил вместе с семьей бежать в Мец под защиту армии генерала Буйе. Но в местечке Варенн переодетого короля узнал почтовый чиновник А. Друз, а затем и многие другие. Под конвоем Национальной гвардии беглецы были возвращены в столицу. Там Учредительное собрание временно отстранило монарха от власти, но вскоре восстановило на троне, сохранив лишь титул и право отлагательного вето.

Начало войн Франции со странами монархической Европы, активизация противников революционных изменений в стране, попытки согласовывать действия внешней и внутренней контрреволюции, Манифест герцога Брауншвейгского, грозивший французам всеми бедами, полным разрушением Парижа и казнями «бунтовщиков» в случае, если будет нанесен «малейший ущерб» августейшей семье — оказались роковыми для Людовика XVI.

В ночь с 9‑го на 10-ое августа 1792 г. революционеры штурмовали Тюильри. Их величества и их высочества были взяты под стражу. 10‑го августа по решению восставших и Законодательного собрания Людовик XVI был лишен монаршей власти, арестован, передан в распоряжение Коммуны Парижа, заключен вместе с семьей сначала в Люксембургский дворец, а затем, 13‑го августа 1793 г., в Тампль. Необычному арестанту отвели третий этаж. Его близких поместили на четвертом. Во время заключения отставной государь давал семилетнему сыну уроки по географии и латинскому языку, играл с желающими в шахматы, гулял по монастырскому двору. При его встречах с Марией — Антуанеттой всегда присутствовали два офицера стражи.

Даже отстраненный от власти, даже в заключении Людовик XVI все еще был королем и продолжал уповать на лучшее. Но 21‑го сентября вновь избранное Законодательное собрание — Конвент — приняло декрет об упразднении во Франции монархии. Надежды развеялись.

20‑го ноября в Лувре был обнаружен секретный сейф с документами, свидетельствующими о связях короля с государями враждебных Франции стран. Этот был отличный повод затеять суд над королем. Процесс начался 11‑го декабря. И хотя подсудимый держался с большим достоинством, не соглашался ни с одним из предъявленных обвинений, все было тщетно. При поименном голосовании недавний суверен был признан виновным и приговорен к смертной казни. 19‑го января 1793 г. Конвент постановил гильотинировать короля в течение 24‑х часов.


Казнь

Узнав о приговоре, Людовик попросил, чтобы к нему допустили аббата Эджворта де Фримонта. Со священником он провел несколько часов наедине. Затем встретился с семьей. И снова возвратился к аббату в состоянии глубокого потрясения.

В 5‑ть часов утра, согласно приказу, камердинер разбудил Людовика. Немного погодя король послал за аббатом. Они снова проговорили около часа. Затем в соседней комнате, превратив комод в алтарь, аббат отслужил обедню. Король прослушал Эджворта, стоя коленями на голом полу, после чего принял причастие.

Уже во всех кварталах Парижа раздавался бой барабанов, а вскоре к ним добавились голоса офицеров и лошадиный топот кавалерийской части, вошедшей во двор Тампля.

С 7‑ми до 8‑ми часов утра под разными предлогами тюремщики то и дело стучались в двери камеры короля. Возвращаясь в комнату после одной из таких проверок, Людовик сказал, улыбаясь: «Эти господа видят всюду кинжалы и яд. Они боятся, как бы я не покончил с собой. Увы, они плохо меня знают. Покончить с собой было бы слабостью. Нет, если нужно, я сумею умереть!»


В 8‑мь часов к королю пожаловали члены муниципалитета. Людовик передал им свое завещание и 125‑ть луидоров, которые просил возвратить одному из кредиторов. Были у него и другие поручения. Наконец в двери постучали офицеры с приказом собираться.

Среди жуткой тишины карета подъехала к площади Революции (бывшей площади Людовика XV). Ступени эшафота были очень круты, и королю пришлось опереться о плечо священника. Однако, достигнув последней ступени, король твердым шагом сам прошел всю площадку.

Все это время раздражающе громко били барабаны. Король не выдержал и крикнул срывающимся голосом: «Замолчите!» Барабанщики, стоявшие у подножия эшафота, опустили палочки. Палачи подступили к Людовику, чтобы снять с него одежду, но король, оттолкнув их, сам сбросил коричневый камзол, оставшись в белом фланелевом жилете, серых панталонах и белых чулках. Самообладание короля привело было палачей в смущение, но скоро они опомнились и снова окружили Людовика, намереваясь связать его. Ища поддержки, возмущенный Людовик обернулся к священнику. Эджворт проговорил со слезами в голосе: «В этом новом оскорблении я вижу только сходство вашего величества с Христом».

«Делайте, что хотите, — обратился Людовик к палачам. — Я выпью чашу до дна. — И громко к народу: — Французы, я умираю невиновным в преступлениях, в которых меня обвиняют; говорю вам это с эшафота, готовясь предстать перед Богом. Я прощаю своих врагов и молю Бога, чтобы Франция…»

Командовавший казнью генерал Сантер на белом коне выскочил вперед и яростно прокричал приказ. Рота ударила в барабаны. Короля не стало слышно. Палачи схватили Людовика, чтобы привязать к доске. Сопротивляясь, король выказал недюжинную силу, однако палачей было шестеро, и борьба быстро закончилась. Доска с Людовиком приняла горизонтальное положение.

Едва Эджворт, наклонившись к королю, успел прошептать: «Сын Святого Людовика, взойди на небеса», как раздался роковой удар ножа гильотины. Дикий крик толпы потряс площадь: «Да здравствует Республика!» Эджворт упал на колени. Он оставался в этом положении до тех пор, пока один из палачей, по виду почти мальчик, схватив отрезанную голову, чтобы показать ее толпе и капнул кровью короля на шею аббата.

Было 9‑ть часов 10‑ть минут утра 21‑го января 1793 года.

По материалам «Кроссворд–кафе», 2france.ru для газеты «Я»



Оглавление

  • Елена Муравьева Свои точки над чужими «i» Сборник исторических миниатюр
  •   История 1 Антигерой революции Георгий Гапон
  •   История 2 Надежда вождя
  •   История 3 Лев Каменев: аутсайдер революции
  •   История 4 Загадка Елены Блаватской
  •   История 5 Генерал Власов: герой или предатель?
  •   История 6 Александр Парвус: человек, который придумал Октябрь
  •   История 7 Новочеркасский расстрел: бей своих!
  •   История 8 Риббентроп: талант попадать в историю
  •   История 9 Хиросима: если посмотреть иначе…
  •   История 10 Масонство: взгляд прагматичный
  •   История 11 «Грязная» слава Грозного царя
  •   История 12 Королевский гамбит или корону за любовь
  •   История 13 Коррупция forever?!
  •   История 14 Декабрьская Terra Incognita
  •   История 15 Гений разведки
  •   История 16 Тайна века или на Смерть поэта
  •   История 17 Этюд в Богровом тоне
  •   История 18 Тайна смерти Владимира Бехтерева
  •   История 19 «Синдикат‑2»
  •   История 19 «Синдикат‑2»
  •   История 20 Неистовая верность
  •   История 21 Тайны одного мятежа
  •   История 22 Неукротимый коммандос Лоуренс Аравийский
  •   История 23 Шерлок Холмс русской революции
  •   История 24 Тегеран‑43. Мифы и реальность
  •   История 25 Процесс века
  •   История 26 Злой гений или жертва террора?
  •   История 27 Анастасия Романова: сказка о мертвой царевне
  •   История 28 За кулисами восстания…
  •   История 29 Человек–скандал
  •   История 30 Роковой день Людовика XVI

    Вход в систему

    Навигация

    Поиск книг

    Последние комментарии

    Загрузка...