Демон и Мадонна [Галина Чередий] (fb2)

Галина Чередий Демон и Мадонна

1

— Боже, Светка, когда же эти колдобины закончатся?

— Ой, ну, Маня, не капризничай! Мы уже почти на месте. Вон уже конюшни видны.

— Это я-то капризничаю? Я вообще не знаю, с какого перепугу согласилась на твою аферу! Вместо того чтобы сидеть дома перед теликом, трясусь по этой раздолбанной гравийке!

— Потому что я хочу богатого и спортивного мужа, а ты моя лучшая подруга. А в этом клубе эти богатые и спортивные табунами ходят. Это самый модный конный клуб, — без тени сомнения ответила Светка.

— Ну, по поводу табунов я как раз не сомневаюсь — вон какая у них конюшня.

— Ну, Маня, ну, не брюзжи, как старушка. Может, и ты тут себе кого присмотришь, — обнадежила подруга.

— Не думаю, что это удачное место.

— А какое удачное? В клуб ты со мной идти отказываешься. В спортзал ходишь в нашей фирме и только поздно вечером, когда никого нет. Интернет-знакомства презираешь. На улице с тобой тоже заговаривать запрещено… Мань, очнись! Нам уже по тридцатнику скоро, что дальше-то? Если тебе несколько козлов в жизни попались, это не значит, что все вокруг такие.

— Несколько? Светка, да я ни одного другой породы не встречала. Все просто вариации на одну тему.

— Это ещё раз подтверждает то, что ты не там искала! — Ну просто фонтан оптимизма!

— Вот ты уже тоже везде искала, и что?

— Знаешь, не сравнивай. Если бы бог меня наградил…

— Наказал…

— Нет, дурра, наградил! Так вот, если бы меня бог наградил такими формами, то я бы уже давно пристроила себя в добрые, заботливые и весьма состоятельные ручки с условиями повышенной комфортности. Давно бы по Миланам и Куршавелям отдыхала в перерывах между спа-салонами и островными курортами. Но куда мне с моим неполным первым и колхозной рожей! А вот у тебя всё ведь есть для счастья, так нет же — любовь ей подавай! Не смотрят мужики в глаза — да наплевать! Главное, что вообще смотрят и слюни пускают, а в какое место — это уже ерунда!

— Светка, я не хочу тебя слушать! Ты сама не знаешь, что говоришь! Если бы на тебя всю жизнь, как на кусок мяса, смотрели, испытывая только низменные потребности — ты бы тоже взбесилась!

— Ничего подобного! Гораздо хуже, когда ты раздеваешься, а мужик у тебя грудь найти не может — вот это, правда, бесит! Мань, по мне так лучше пусть мужик с моей грудью разговаривает, чем разочарованно вздыхает. Так что гусь свинье не товарищ, Мань.

— А я вовсе и не гусь.

— Очень смешно. Вылазь, приехали.

Девушки выбрались из машины и пошли в сторону офиса.

— Опять ты на себя этот мешок нацепила, — бухтела Светка, окидывая недовольным взглядом фигуру подруги в мешковатой куртке и свободных штанах. — Ты хоть знаешь, насколько нелепо в этом выглядишь?

— Зато ты просто ослепительна, — огрызнулась Маня.

Света, в отличие от подруги, великолепно подготовилась и прикупила бриджи для верховой езды в облипку, выгодно демонстрирующие её длинные ножки и аккуратную попу, и кокетливую стеганую жилетку. Картину дополняли сапоги для верховой езды и красивые перчатки. Конечно, можно было переодеться на месте, но Светка очень нравилась себе в таком виде, потому так и поехала.

— Мань, пошли внутрь.

— Иди сама. Я тут на воздухе погуляю. Ведь ради воздуха все сюда и приезжают.

Светка модельной походкой продефилировала в офис. Маня подняла лицо к солнцу и зажмурилась. Уже весна. Солнце нежно ласкает кожу, точно вылезут веснушки. Она всё же кривила душой — ей было одиноко. У неё уже почти год никого не было. Организм, воодушевленный весенним теплом и распоясавшимися гормонами, частенько в последнее время ей об этом напоминал эротическими снами. Но въевшаяся с годами привычка видеть в мужчинах только озабоченных животных упорно заставляла шарахаться от них.

Дело в том, что у Мани была проблема — большая грудь. В ней она видела причину всех своих несчастий и разочарований. С того самого момента, как за одно лето из плоской худющей девчонки она вдруг превратилась в девушку с грудью второго размера, начался кошмар. Одноклассницы исходили завистью, а мальчишки постоянно так и норовили прихватить. Все красавчики, что раньше смотрели сквозь неё, стали останавливать на ней взгляды. Вот только взгляды эти все были в районе груди. И ладно бы на этом всё. Но нет. Подлая грудь продолжала расти. Маня и на диету садилась, чтобы прекратить это безобразие — всё без толку. Учитывая, что она и так была худая, как щепка, диета привела только к голодным обморокам. И Маня смирилась.

Школа закончилась и начался институт. И её первый мужчина. Красавчик-третьекурсник Андрей Орлов — Орёл. Он сразу выделил её из толпы. Говорил красивые слова и ухаживал. В общем, головка закружилась, и всё случилось само собой. Он таскал её по всем вечеринкам, с гордостью демонстрируя друзьям. И опять жадные завистливые взгляды, и опять пониже глаз. А потом она узнала, что гордый Орёл прошёлся по всем сколько-нибудь красивым первокурсницам и одна даже беременна. Когда устроила скандал, он ей ответил:

— Чего тебе неймется? Ты — моя девушка для всех и, поверь, на твоём месте многие хотели бы оказаться. Твоё счастье, что у тебя такое охрененное тело и все мои друзья на тебя слюной изошли, а так ты меня уже достала своими моральными принципами.

И Маня, обливаясь слезами, ушла. Её ещё долго атаковали дружки Орла, да и он сам, но девушка ушла в глухую оборону. Орёл при всей своей кобелистости оказался мстительным собственником и ясно дал ей понять, что встречаться ни с кем другим он ей не даст. Несколько особенно отважных ходили потом с разбитыми лицами и в её сторону больше не смотрели. Поэтому и оставалось только учиться. Прилежно и с отличием. Когда Орёл окончил институт, Маня вздохнула с облегчением.

С устройством на первое место работы тоже не было проблем. Молодой и привлекательный директор фирмы с радостью взял молодую специалистку. Ухаживал он ненавязчиво и очень красиво. И хотя Маня и знала, что он женат, но, как дурра, поверила в близкий развод и совместное счастливое будущее. И так два года. Пока однажды случайно не услышала разговор своего любимого начальника и пришедших к нему друзей о ней. Они обсуждали её, как кусок мяса. Её любимый с насмешкой рассказывал, что она влюблена в него, как кошка, и на всё готова в надежде на совместное будущее. А последнего никогда не будет, так как он не псих бросать свою богатую жену. Маня уволилась на следующий день. На этот раз без слез, скандалов и даже объяснений. Он долго ещё звонил и писал на электронку, приезжал и долго звонил в дверь.

Поиск новой работы стал кошмаром. Повсюду Мане мерещились похотливые огоньки в глазах будущих работодателей, а кое-где и не стеснялись озвучить, как ей можно легко подняться по карьерной лестнице, даже не потрудившись заглянуть в резюме. В итоге после очередного собеседования она оказалась рыдающей в шикарном туалете новейшего офисного центра. Каким чудом в общий туалет занесло Лейлу Олеговну — генерального директора концерна «Колибриус», неизвестно.

— Ну чего ты рыдаешь тут? — услышала Маня властный женский голос.

— Между прочим, невежливо вламываться… — всхлипывая, сказала Маня. Пожилая красивая женщина пожала плечами.

— Мне плевать. Так скажешь, по какому поводу решила затопить туалет?

И Маня сказала. И про то, что мужики козлы, и про то, что невыносимо ездить в транспорте в час пик, где каждый раз пытаются облапать, и про то, что человека в ней не видят за этой грудью пятого размера. В общем, всё, что наболело с самой школы. Дама подумала и изрекла:

— Знаешь, мне, конечно, кажется, что ты всё утрируешь. Тебе следовало бы научиться слабости мужиков использовать в своих целях. Но судя по всему, ты из породы идеалисток. У меня есть для тебя предложение. Моя личная помощница через неделю уходит на пенсию и мне срочно нужна новая. Я ценю исполнительность и преданность. Я — трудоголик, и поэтому рабочий день часто не нормирован, и будет много перелётов и переговоров. Если потянешь — милости прошу. У меня к тебе приставать точно никто не будет, если сама не захочешь. Работы много, характер у меня тяжелый, вспыльчивый хоть и отходчивый, но оплата щедрая. А чтобы в транспорте не прижимались — выдадим тебе машину. Ну как, согласна?

— Согласна! — даже без раздумий ответила Маня.

— Ну, тогда вставай с унитаза и пошли. Как тебя зовут-то?

— Мадонна Золотова.

— Мадонна? Это родители тебя так?

— Нет. Я — сирота, подкидыш. Это в детдоме так пошутили. Но мне больше Маня привычней.

— Ну, как скажешь, Маня. Я — Лейла Олеговна Кравест. Ну что же, будем знакомы, Маня.

2

— Маня, очнись! Пошли с нами! Сейчас инструктор немного в манеже позанимается, потом поедем на часовую прогулку в поля, — вопила Светка.

— Светка, а может ну его на фиг? Ну, или давай ты сама и по манежу, и в поля, а я пешком постою.

— Не выйдет, Маня. Ты согласилась приехать, так что теперь мыло — не мыло, а деньги платила. Так что полезай на лошадь и учись управлять. Кстати, тебе жеребец достался.

— Мерин, — поправил Светку симпатичный парёнек-инструктор.

— А какая разница? — заинтересовалась Светка.

— Ну, жеребец, но кастрированный.

— Фу-у-у! Так неинтересно, — возмутилась Светка.

— А меня всё устраивает. Кастрированный жеребец — это очень хорошо, — обрадовалась Маня.

— Маня, ты извращенка. Ну что хорошего в том, что жеребец кастрированный?

— Звучит приятно. Тебе не понять.

Около получаса они ездили кругами по манежу, учась управлять лошадьми. Вскоре подтянулись ещё люди и, когда набралась группа, объявили выезд в поле. Около двадцати лошадей разных мастей медленно двинулись по полевой дороге в сторону ближайшего леска. Спустя минут пятнадцать Маня почувствовала, что её мерин стал как-то странно двигаться, отставая от остальных. К ней тут же подъехал инструктор и предложил пересесть на его лошадь, чтобы он мог отогнать захромавшего мерина в денник. Но Маня взглянула на подругу, вдохновенно трендящую с каким-то мужичком, и отказалась.

— Можно, я сама отгоню его обратно?

— Ну, это против правил. К тому же вы оплатили часовую прогулку, а прошло только пятнадцать минут.

— Да ничего страшно! Я всё равно уже устала. А вам надо остальную группу страховать.

— Ну, тогда просто доведите его до дверей конюшни, а там его уже заберут, — обрадовался рыженький и конопатенький паренёк-инструктор.

Маня слезла с хромающего коня и пошла обратно. Как ни странно, мерин тут же перестал хромать. Маня печально и внимательно на него посмотрела.

— Аферист ты, как и всё мужики. Хоть и кастрированный.

И они медленно пошли, наслаждаясь прекрасной весенней погодой. Через некоторое время Маня услышала быстрый перестук копыт и обернулась. С боковой дороги на бешеной скорости в их сторону несся всадник на огромном аспидно-черном коне. И приближался он очень быстро, не собираясь, судя по всему, снижать скорость. Маня, решив, что от такого лучше держаться подальше, стала сводить своего мерина с дороги. Но тот вдруг упёрся и ни с места.

— Ты что? Что с тобой? У тебя ослы, что ли, в роду были, и ты сейчас о них срочно вспомнил? Так сейчас не самое подходящее время.

Всадник неумолимо приближался. Маня, устав тянуть упертого коня за уздечку, в сердцах дернула. В ту же секунду смирный мерин взвился на дыбы и она, не догадавшись отпустить повод, оказалась болтающейся на уздечке. Мерин мотнул головой, пытаясь от неё избавиться. Руки, наконец, разжались, Маня полетела прямо на середину дороги и увидела бешеные глаза вороного коня над собой. Конь взвился в свечку, а Маня оказалась у него под брюхом. В тот момент точно поняла: этот самый чернющий конь, который сейчас убьет её, — стопроцентный жеребец и всё у него на месте. Странные мысли приходят перед смертью. Маня зажмурила глаза и сжалась, ожидая того, как обрушатся на её пустую голову огромные копыта.

— Идиотка! — взревел яростный мужской голос. — Какого хрена ты разлеглась на дороге?!

Маня осторожно открыла глаза. Она по-прежнему сидела на заднице на грязной проселочной дороге. Огромный вороной жеребец, хрипя и капая пеной с губ, нетерпеливо перебирал ногами в паре метров от неё. А орал бешеным голосом на неё всадник этого вороного чудовища. Огромный, под стать своему коню, широкоплечий мужик с хищным загорелым лицом и пронзительными темно-карими глазами, которые сейчас гневно сверкали, пытаясь прожечь в ней дыру. Рот мужчины был презрительно искривлен.

— Ты что язык проглотила, дура? Я же мог убить тебя!

Злость закипела внутри у Мани. Чуть не угробил, нет бы извиниться или самочувствием поинтересоваться, так нет же, ещё и орёт! Тоже мне хозяин жизни.

— А чего ты тут носишься, как полоумный? Тут люди, между прочим, ходят!

— Тоже мне люди нашлись! Нечего тут лазить со своей полудохлой клячей!

— А ты мне не указывай! Где хочу, там и хожу!

— Да я чуть не убил тебя! — напирал мужик.

— А то такой, как ты, бы расстроился!

— Много чести из-за какой-то куклы силиконовой расстраиваться! Я за жеребца своего переживаю — у него от тебя бы потом психологическая травма была бы!

— Хам бессовестный!

— Дура безмозглая! — Грубиян тронул ногами бока жеребца, пуская его вперед. — Жертва пластического хирурга! Лучше бы мозги себе вживила!

— Сам такой! У меня всё настоящее! — гордо выпрямилась Маня.

— Да наплевать! Все вы лживые суки!

— Да пошёл ты, мужлан неотёсанный!

Маня, чуть не плача, смотрела в спину удаляющегося грубияна. Да почему она вообще перед ним оправдывалась? Тоже мне хозяин жизни! Небось, мамаша с папашей заработали, а он катается — денежки проживает. Видали мы таких…

— У-у-у! Терпеть не могу! Просто ненавижу! — Она в сердцах топнула ногой.

Настроение было испорчено. Взяв за уздечку ставшего вдруг послушным мерина, Маня побрела в сторону конюшни, охая от боли в ушибленной попе. Что бы она еще хоть раз повелась на Светкины аферы?! Да ни в жизнь! Пусть сама таскается в поисках богатых и спортивных, а с неё хватит — насмотрелась.

Отдав мерина конюху, Маня решила подождать Светку на лавочке. И тут бедная ушибленная пятая точка дала о себе знать.

— Как же я завтра работать буду? — прошипела девушка. — Ещё этот зам завтра новый нарисуется. Сто процентов какой-нибудь говнюк самовлюблённый ...

Скачать полную версию книги