10 "зарубленных" материалов (fb2)

- 10 "зарубленных" материалов 78 Кб, 24с. (скачать fb2) - Николай Михайлович Сухомозский

Настройки текста:




10 «ЗАРУБЛЕНННЫХ» МАТЕРИАЛОВ

На газетные страницы мои опусы не попадали по разным причинам: иногда – почти казусным. Естественно, я тогда даже не помышлял о такой книге, поэтому «забракованных» материалов специально не сберегал. Случайно сохранилась лишь несколько. Так что остальные случаи – в моем пересказе.


Материал 1. Грязные игры

(1969 год; г. Пирятин, Полтавская обл., УССР)

Кратковременные бои между советскими и китайскими солдатами на острове Даманский подвигли меня на написание рифмованного произведения, которое я, не мешкая, отнес в районную газету «Шляхом Ілліча».


Прикордонникам

На Далекому Сході є острів Даманський,

(Проходить по ньому кордон там радянський).

В юнаків на кашкетах – червонії зорі,

А за ними – міста і поля неозорі.

За ними Вітчизна – Радянський Союз,

Де в дружбі живуть осетин, білорус.

І дружбу оцю всіх республік-сестер

Ніхто вже не зможе розбити тепер.

Але істину цю зрозуміли не всі,

Залишились ще в світі війни носії.

На мирне прохання бійця-комуніста

Тримать себе в рамках, нікуди не лізти

Огризнувся вогнем другий берег ріки.

Й рвонули вперед, ніби хижі вовки,

На здобич легку, щоб відразу і згризти

Великомудрі китайські авантюристи.

Залпом ударили їх автомати,

Сина свого не зустріне вже мати.

Залишився лежати на білім снігу,

Похитнувся і впав командир на бігу.

Останнім зусиллям він стис автомат:

- Хлоп‘ята, тримайтесь! Ні кроку назад!

Вітчизна за нами… Простори, гаї…

Прощайте, дружино і діти мої…

Заповітом для них прозвучав цей наказ,

В сміливім ривку підвелися всі враз.

- Ура-а! - голоси воєдино злились,

Вони ще живі! І вони не здались!!

За смерть командира і за Батьківщину

В атаку пішли, не було їм зупину.

І не витримав ворог атаки тієї,

Переможцем не міг уже вийти із неї.

Бій відгримів. На далекій заставі

Не змінилось нічого. Усе - по уставу.

А винним усім у брудній оцій грі

Хай пам’яттю буде ріка Уссурі!

Краткое резюме. Позже мне передала сотрудница газеты, что стихотворение редактор Григорий Бажан не опубликовал по той простой причине, что не поверил в мое авторство.


Материал 2. Мимо штата

(1971 год; в/ч 56653, п. Косулино-1, Белоярский р-н, Свердловская обл., РСФСР)

Как писал в другом разделе этой книги, из в/ч 32154, расположенной в с. Жеребковое Ананьевского района Одесской области, меня - в наказание! - перевели на Урал (см. «???»). Но там я не упоминал о том, что был на прежнем месте службы активным внештатным корреспондентом окружной газеты «Защитник Родины». Традицию вскоре продолжил и в в/ч 56653.

Да, кроме «славы», публикации приносили регулярные копеечные гонорары, стающие весомой добавкой к столь же не жирной солдатской зарплате (2.80 руб./месяц).

И вот из отпуска возвращается грузин Важо Божадзе. Конечно, в качестве презента сослуживцам он привез чачу. Но не мог же я эту сермяжную правду написать в газету! И, подробно поведав, как он «отдает почетный долг Родине», за что получил заслуженную побывку, красочно описав его возвращение в родную часть, я закончил опус, как тогда казалось, красивой фразой: «…И протянул солнечную гроздь винограда».

Все в батарее с нетерпение ждали газету. В особенности, естественно, я и Божадзе. Но заметка все не появлялась. И вдруг почтальон вручает мне письмо …из редакции. А там – ошеломляющая новость: «Нам стало известно, что вы не являетесь примером выполнения воинского долга и служебным образцом, в связи с чем публиковать вас впредь не будем».

Краткое резюме. Никаких сомнений: «подсуетились» замаявшиеся воспитывать меня командиры. Оказалось так, да не совсем. Ибо чуть позже, плохо скрывая злорадство, замполит батареи сообщил: «Ты ошибаешься, если думаешь, что это мы проявили инициативу. Это из редакции к нам обратились за характеристикой на тебя – планировали взять тебя в штат. Так что ты многое, умник, потерял».


Материал 3. Тренер пассажиров

(1974 год; г. Овруч, Житомирская обл., УССР)

Каждое утро на работу в редакцию районной газеты «Зоря» и вечером – назад в деревню, где временно поселились у родителей жены, добираюсь забитым по самую крышу автобусом. Билетов на него продают без счета, поэтому наличие в кармане или руке «посадочного талона» - еще не гарантия, что вы уедете именно этим рейсом. А посему на платформах в часы пик – столпотворение, по сравнению с которым Вавилон – пустынная Сахара. Очень часто водитель перед тем, как отправиться в рейс, вынужден выйти и, заталкивая торчащий наружу зад пассажира в салон, с титаническими усилиями закрывать дверь.

Большинство среди них – нормальные мужики. Но один - еще та штучка!

Такой пример.

Пассажиры еще не набились, в салоне остаются свободные сантиметры, а он, закрыв дверь, начинает неспешное движение. Народ возмущается, машет руками. Шофер машину притормаживает и распахивает дверь. Пассажиры наперегонки бросаются к ней. Не дождавшись даже первого, тот дверь закрывает и вновь медленно катит вперед. Через десяток-второй метров - картина повторяется. И так – раз пять-шесть, пока изувер не даст по газам изо всей дури.

Написал по этому поводу едкую реплику, озаглавив «Физкульт-привет, Яков Бенцианович!» Утром отнес ее заведующему партотделом Михаилу Фишману. Минут через десять он меня зазывает к себе в кабинет:

- Реплика хороша! Но давай не будем ее публиковать. Я того «тренера пассажиров» хорошо знаю, и сам с ним переговорю.

Краткое резюме. Не знаю, согласятся ли со мной остальные, но я решил, что отказ-просьба связана исключительно с национальностью новоиспеченного «тренера».


Материал 4. Согнутый в дугу «гвоздь номера»

(1976 год; пгт. Чернухи, Полтавская обл., УССР)

Редактор местной районной газеты "Нова праця" Иван Игнатович Бабенко (я, корреспондент-организатор районного радиовещания, числюсь в штате бумажного издания) попросил выручить: смотаться в колхоз и сделать оттуда материал.


Уехал. Вот и ферма. Знакомлюсь с людьми. Беседую. Записываю. И направляюсь ко второй ферме, расположенной в сотне метров.


На воротах стоит доярка:


- Что, сначала у ТЕХ побывали? Уже наслушались!


- Представляю, что они вам наговорили, - подключается к разговору еще одна женщина, вышедшая из здания.


"Вот там материал в руки плывет! - радуюсь я. - На сто процентов - проблемный".


Во время разговора с коллективом выясняю причины вражды двух коллективов одного колхоза. Возвращаюсь, ночью готовлю материал - бесспорно, гвоздь номера. Утром в предвкушении заслуженных добрых слов сдаю редактору.


И получаю по башке административной мешалкой. Мол, слабый я профессионал: вместо того, чтобы написать, как люди перевыполняют планы по надоям, я копаюсь в грязном белье. Короче говоря, подвел редакцию: материал забраковано, а ставить нечего.


Под конец беседы мы поссорились. К сожалению, весовые категории у нас разные: я - приезжий молодой студент-недоучка, он - местный уважаемый редактор.


Вышел и подумал: наверное, долго в таких условиях работать вряд ли смогу.

Краткое резюме. Не дал мой материал редактор исключительно из трусливой позиции «как бы чего не вышло». Вдруг нагоняй из райкома партии настигнет?


Материал 5. Доброе слово

(1983 год; г. Ашхабад, ТССР)

Люди старшего поколения хорошо помнят газеты эры «до независимости». Тогда практически каждая из них выходила из неизменной передовой статьей, пафосно именуемых флагом номера. Заверстывались они на первой полосе слева вверху, открывая, таким образом, выпуск. Были это чистой воды пропагандистские агитки, обильно снабжаемые неизменными призывами «поднять», «улучшить» и «перевыполнить». К тому же их однообразие настолько приелось, что никто из читателей даже в страшном сне не собирался их хотя бы просматривать.

Впрочем, забегая вперед, констатирую: настолько же противно лично мне читать ныне об очередном разгуляй-гей-параде. Однако не станем наводить сомнительную тень на наш, по крайней мере, морально выдержанный плетень и вернемся непосредственно к заявленной теме.

Мы, журналисты, прекрасно понимали всю неэффективность и даже определенную ущербность передовых, тем не менее, изменить заведенный порядок не могли: это было как прокомпостировать талон в троллейбусе или автобусе. И вот однажды к себе в кабинет меня зазывает главный редактор областной газеты «Знамя Октября» Валентина Александровна Немировская (я состоял ее заместителем) и говорит:

- Николай Михайлович, голубчик, у меня к вам нижайшая просьба.

- Слушаю!

- Не возьметесь ли вы за написание необычной передовой статьи?

- Какой?

- Которая будет иметь название «Доброе слово».

Столь неожиданное предложение меня не только удивило, но и обрадовало: устал уже «мобилизовывать» (право ваять передовые принадлежало исключительно главному редактору, двум замам, ответственному секретарю и заведующей отелом партийной жизни, да еще изредка – во время страды - заведующему отделом сельского хозяйства). А тут – живое слово.

Признаюсь: пришлось изрядно попотеть. Не раз при этом вспоминая заместителя редактора овручской районной газеты Петра Григорьевича Нечипорука, который не раз меня, новичка, «убивал» фразой: «А ты попробуй напиши зарисовку или очерк о ездовом – не биографическую». Но, в конце концов, заказ шефа выполнил.

Увы, «необычная передовая» так никогда и не увидела света.

Краткое резюме. До сих пор я так и не знаю ответа на вопрос: почему? Вариантов ответа вижу три.

Первый: Валентина Александровна, чтобы потом не обвинили в вольнодумстве, показала опус в обкоме партии и там на него наложили запрет.

Второй. Хорошенько поразмыслив, табу наложила сама.

Третий. Статья оказалась не на уровне – то ли профессиональном, то ли требований партии.


Материал 6. Прокурорский бронежилет

(1994 год; г. Макеевка, Донецкая обл., Украина)

«Вечерняя Макеевка», куда я пришел работать заместителем главного редактора, была, без малейшего преувеличения, одной из лучших газет региона. Во всяком случае, по остроте поднимаемых тем – уж точно!

Поэтому не удивительно, что я без всяких-яких подготовил интервью-бомбу. Под заголовком «С кем вы, городские власти?», снабженным не менее многозначительным подзаголовком «Макеевская мафия оттачивает клыки». Плюс четыре убийственные выноски: «Прокурор полмесяца ходил на работу в бронежилете», «Случайно ли самые фешенебельные здания в центре города отдаются на откуп коммерческим структурам?» «Длительное время власти не находили места для …отдела по борьбе с организованной преступностью» и «Ряд высоких чинов Макеевки исправно платит дань «крутым».

А вот – сам текст (у меня сохранилась сверстанная полоса):

«Точка зрения на мафию у каждого из власть предержащих — своя. Одни убеждены, что опасный зверь вылупился на свет и начал активно действовать еще при коммунистах. Другие утверждают: именно КПСС, по крайней мере, ее верхушка, и была хорошо организованной преступной бандой. Третьи настаивают: мафии, в частности, в Макеевке, никогда не было и нет, а все разговоры о ней — не более чем досужие вымыслы.

Есть свой взгляд на проблему и у прокурора Центрально-Городского района Сергея Софиева. Слушать его — чрезвычайно интересно. И очень тревожно.

— Откуда "растут ноги" у организованной преступности? Только ли дурной пример Чикаго да тяжелое экономическое положение страны тому причиной? Уверяю вас, нет! И кто на подобной версии настаивает, тот или сильно заблуждается, или намеренно стремится ввести в заблуждение остальных.

А сейчас — несколько картинок, что называется, с натуры.

В начале лета арестовали директора малого предприятия. В ходе следствия мы ахнули! Оказалось, новоявленный бизнесмен — опасный рецидивист, за плечами которого четыре "ходки".

Аналогичная ситуация — с небезызвестным в Макеевке Аратовским (судим за рэкет — первое такое дело в городе). Так вот, с непогашенной судимостью он сумел не только зарегистрировать собственную фирму, но и благополучно арендовать помещение не где-нибудь, а в... детско-юношеской школе. Вынуждены были вмешаться мы: обратились с иском в арбитражный суд о признании регистрации незаконной.

Большинство граждан, безусловно, помнят и историю с взрывом автомобиля одного из местных "авторитетов".

Еще эпизод. Две недели я ходил на работу, не снимая бронежилета и с оружием. Прокуратура была переведена на осадное положение. За те дни подписал сорок четыре ордера на аресты и обыски. Раздавались звонки с угрозами. А когда членов организованной группировки, наконец, повязали, то вскоре выяснилось: добры молодцы без тени смущения и страха обложили данью руководителей города. И те... исправно (!) платили. Речь — о суммах в десятки тысяч долларов.

Проведенная операция — отдаю себе в этом полный отчет — коснулась лишь сошек преступных кланов, мы затронули только надводную часть айсберга.

— Если, подобно страусу, не прятать голову в песок, то происходящее следует назвать разделом сфер влияния между ведущими или претендующими на эту роль, группировками.

И после этого кто-нибудь сомневается в существовании в нашем городе мафиозной структуры?

- Да, сплошь и рядом хозяевами создаваемых фирм становится криминальный элемент. И, похоже, кроме прокуратуры, это никого не волнует. Хотя... Если на руководителя "наехали", и он с этим смирился, как ему защищать закон?

Между тем, в руках властей есть, пусть не очень грозное, но вполне надежное оружие: статья 2 "Закона о предпринимательстве". Ею четко определен порядок открытия коммерческих структур. Более чем уверен, когда регистрировали вашу газету, в исполкоме затребовали документы на всех учредителей о наличии или отсутствии у них судимости. И обижаться нечего — это правильно. Беда в другом: жулики и проходимцы создают свои "конторы", минуя подобные формальности.

А ведь существует специальная комиссия, которую обязан пройти потенциальный предприниматель. И проходит. Даже имея за плечами букет преступлений. В горисполкоме, между тем, недоуменно пожимают плечами: "А что, это разве непосредственно наши обязанности?" Но я ведь и не утверждаю, что конкретный чиновник должен лично проверять прошлое каждого кандидата в бизнесмены. Есть милиция, вышеупомянутая комиссия.

Однако вот в том, что всякий, кто создает для разнокалиберного жулья режим наибольшего благоприятствования, прямо нарушает закон, не сомневаюсь. И вскоре, надеюсь, вопросы зазвучат по-иному: кто регистрировал и почему, проявлена некомпетентность или просматривается какая-либо заинтересованность, вплоть до материальной?

А теперь обратим взор на центр Макеевки. Самые фешенебельные здания здесь отдаются на откуп тем же коммерческим структурам. И никто из власть предержащих не проявляет интереса (или попросту закрывает глаза?), кто и с какой целью туда приходит, чем намерен заниматься? Не тянется ли за шефом криминальный след, не привел ли он за собой в бизнес соседей по нарам?

Возьмите здание бывшей гостиницы — эту, с позволения сказать, коммунальную собственность города. Зайдешь на четвертый этаж, ощущение такое, будто попал в тюрьму. Все — в решетках: концерн "Универсал" отгораживается от остального мира.

Кинотеатры им. Кирова, "Эра", "Орленок", стройтехникум, школа N22 и т.д. и т.п. — в каждом из зданий то офис, то магазин, то... Даже в самом горисполкоме потеснились, освободив несколько

комнат …для малого предприятия "Базис".

В то же время для прокуратуры Центрально-Городского района места в Макеевке найти никак не найдут. И это уже даже не смешно. Наши работники вынуждены ютиться по двое в кабинете. Какой уж тут разговор о тайне следствия?

Я год воевал, чтобы коммерсанты освободили здание бывшего горкома комсомола. Свершилось! Исполком выделил его нам. Однако вскоре …передумал и поделил помещение нами и неким фондом культуры. Причем об этом не поставили в известность ни меня, ни прокурора области.

Не спорю: культура городу остро нужна. Даже не столько нам, сколько подрастающему поколению. Но прокуратура, согласитесь, учреждение весьма специфическое.

Тут и секретный архив, и наличие оружия, и подозреваемые 'в самых тяжких преступлениях, которые в любой момент могут выкинуть самый отчаянный фортель. Скажите, насколько оправдано наше с Фондом соседство под общей крышей?

Многозначительна предыстория появления в бывшем горкоме комсомола наших вынужденных конкурентов. Сначала они квартировали в помещении старой гостиницы совместно с налоговой инспекцией. А в строительном техникуме, в свою очередь, "прозябал" концерн «Универсал". Кому-то понадобилась рокировка. Налоговую перевели в техникум, а фонд культуры - в бывший горком комсомола. Коммерсанты же, в свою очередь, благополучно заняли целый этаж гостиницы.

К чему эта многоходовка?

Дело в том, что здание техникума даже спустя время «Универсалу» прибрать к рукам непросто – слишком вызывающе. А старую гостиницу, почти не сомневаюсь, приватизируют. Вот и весь секрет Полишинеля!

А какую "политическую составляющую" для оправдания своих действий изыскали в горисполкоме: «Учитывая многочисленные пожелания интеллигенции».

У меня лично не раз возникал закономерный вопрос: с кем вы, городские власти?

Ясно, что не с прокуратурой. Которой искать себе «место под солнцем» … предложили самостоятельно.

Абсурд!

Но мы смирились - нашли несколько зданий. Передали данные в горисполком. И эти «точки» тут же заполнили коммерческие структуры.

Особенно показательна история с помещением на втором этаже автовокзала. Публика там собиралась не из законопослушной, а если попросту, то тусовались рэкетиры. После серии профилактических бесед начальник автовокзала пошел нам навстречу — не продлил ряд договоров. "Крутые" ушли, криминальная обстановка несколько улучшилась.

Вместе с прокурором города обратились к руководству исполкома – Владимиру Жукову, Александру Сигинову и Родиону Гаку. "Подумаем", — услышали в ответ. Итог раздумий — помещение отдано... коммерческим структурам. Уже иным.

Мне совершенно непонятна позиция местных властей относительно проблем прокуратуры. В течение двух последних лет мы, например, ни копейки не получили из бюджета. Ибо там исповедуют принцип: правоохранительным органам должны помогать предприятия и организации.

Скажите, это нормально? И куда нас толкают? В объятия новоявленных толстосумов, которые не только имеют деньги, но и с превеликой радостью дадут их нам. Чем придется расплачиваться, вы, надеюсь, понимаете.

Кого такой вариант устраивает? Только не нас!

Должны вышеназванные проблемы занимать власти? Безусловно. Иначе зачем они существуют? Хочется надеяться, что не только для того, чтобы сооружать коттеджи стоимостью каждый       в добрую сотню тысяч долларов. Для кого? Для тех же богачей.

- Извините, но где же Вы были раньше, почему молчал?

- Не молчал. Еще когда прогремели первые выстрелы, обратился к главному редактору "Макеевского рабочего" Николаю Хапланову с просьбой опубликовать материал. В нем, кстати, прямо писал: раздел сфер влияния между мафиозными структурами подготовлен местными органами власти. Более трех месяцев ваши коллеги кормили меня обещаниями, а потом статью вернули.

Честное слово, иногда просто опускаются руки. Думаешь: "Зачем бьешься, как рыба об лед? Кому это, кроме тебя, нужно? Сидел бы тихо, не высовываясь, как до тебя успешно делали предшественники".

Но... Отцы макеевской мафии уже готовы к тому, чтобы, заплатив огромные деньги, протолкнуть своих людей в органы власти.

И мы с вами не вправе молчать!»

Краткое резюме. Материал главный редактор «Вечерней Макеевки» Людмила Ольховская сняла …уже с полосы. Сказав, что ей моя жизнь дороже любой сенсации. С годами, анализируя ситуацию, пришел к выводу: пеклась она, конечно же, не только обо мне...


Материал 7. Комиссарская ряса

(1997 год; г. Киев, Украина)

В «Комсомольской правде» в Украине» первые два-три месяца с начала ее выхода, я был в буквальном смысле «и швец, и жнец, и на дуде игрец»: без штата. А полосы надо чем-то забивать. И не просто «чем-то», а интересными, достойными бренда, материалами. Где их взять? В том числе и, придумав тему, написать самому.

И вот как-то, глядя на расшитые золотом одежды мелькнувших на экране телевизора митрополита со свитой, я подумал: а почему бы не рассказать со страниц газеты о тех, чьи воистину золотые руки творят такое чудо?!

На следующий же день, не откладывая дела в долгий ящик, набираю соответствующий номер канцелярии Киевского патриархата. На том конце поднимают трубку. Представляемся друг другу. Объясняю свою задумку: рассказать о золотошвейках многочисленным читателям издания.

- Какого, вы сказали, издания?

- «Комсомольской правды» в Украине».

- А что, разве вас еще не всех перевешали?! – тот буквально захлебывается от злости.

Доходчиво объясняю батюшке, сколько газета сделала во время перестройки.

И слушать ничего не хочет! Словно заклинило: «Стрелять», «Вешать».

– Постойте, наша газета дала интервью с находящимся тогда в опале Вячеславом Черноволом.

– Вы нам за столько лет так в печенках сидите… На корню…

Пытаюсь вернуть разговор в конструктивное русло:

– Извините, но разве вера не предписывает быть терпимым? Разве не должны вы даже заблудших наставлять на путь истинный? А любить даже врагов?!

Сижу и задумался: да ведь у нас сплошь и рядом – такие вот комиссары в рясах. Разве они примирят общество, расколотое не только конфессионально, но и идеологически? Увы, они только подольют масла в огонь, преследуя свои корыстные интересы. Ведь не случайно Чарлз Эйджел подметил: «Церковь – единственный бизнес, который в плохие времена переживает пик конъюнктуры».

Как поступить? Я сел и подробно описал ситуацию. Заверстав реплику в следующий номер.

А в газете сложилась такая практика: пятничную «толстушку» (тогда «украинизированной» была лишь она) готовлю по собственному усмотрению, но в четверг вечером, перед сдачей номера в печать, в редакцию приезжает генеральный директор «Киев-пресса» Роман Романюк и его бегло просматривает. За два с половиною года совместной работы он снял только два материала, причем один из них – о Таисии Повалий (см. «???») – потом все же вышел. А вот о попе-большевике – зарубил на корню. Без малейшей надежды на последующую реабилитацию.

Краткое резюме. Такое решение я связываю с местом рождения Степана Семеновича – Буковина. Точнее, с религиозностью региона: слепая вера взяла верх над зрячей правдой.


Материал 8. Гражданином лучше не быть?

(2002 год; г. Киев, Украина)

Я родился в СССР. И как самокритично данный факт ни оцениваю, собственной вины в произошедшем, тем более, без моего непосредственного участия, не нахожу. Упрекнуть родителей? Язык не поворачивается: они ведь тоже Родину не выбирали. На Богдана Хмельницкого, не туда, как принято теперь считать, повернувшего чумацкого воза или Горбачева, вообще выпустившего, в чем убеждены другие, из рук вожжи, собак спустить? Так разве от этого легче станет?

Как и те, кто по возрасту хотя бы на день старше украинской независимости, я был законопослушным гражданином. Окончил школу, отслужил в армии, получил образование, женился. Кстати, “ареал моего обитания” к тому моменту строго ограничивался территорией одной из областей “нэньки” и её столичного града.

Однако не совсем по своей воле после получения диплома работать пришлось в Средней Азии (кто запамятовал, напомню: она была составной частью СССР). Несколько позже семья – тоже вынужденно! - перебралась в Россию. Где – автоматом! – мы стали гражданами РФ.

И вот грянул парад суверенитетов, резко поднявший артериальное давление у большинства украинцев, составляющих “неслабый” процент населения от Мурманска до Камчатки. Как быть? И тут “через горы, через расстояния” до земляков долетел проникновенный голос Леонида Кравчука. Так, мол, и так, по-отечески разъяснял первый президент: успешно завершена “купонизация” страны, в скором будущем - грядет ее поголовная “гривнизация”. Дальше следовал многозначительный намек в духе “кто опоздал, тот не успел”, ради которого, смею предполагать, так скоропалительно и городился весь “собственнотвердовалютный” забор. На хрустящие купюры, кои, по замыслу “отцов-производителей”, должны были заставить пойти от зависти пятнами даже доллар, могли рассчитывать только те, кто имел вклады в системе только что родившегося Сбербанка Украины.

Боже, насколько тонким был этот ход! Очутившиеся на распутье люди, в конце 1991-го еще не осознавшие до конца, что произошло, среди всеобщего бардака увидели свет кажущейся стабильности. Случился – сам тому свидетель! - этакий славянский вариант коллективного сумасшествия под названием “Содом и Гоморра”. Чтобы позвонить на Украину (чтобы у родственников уточнить ситуацию), приходилось записываться в очередь в лучшем случае на послезавтра. В кассах Аэрофлота, несмотря на явно не отпускной сезон, ни единого билета на ближайшие две недели не только в города “незалэжной”, но и прилегающие к ней ближнего зарубежья, откуда конечной цели можно было достичь уже на перекладных.

Люди везли все, до последней копейки, на историческую родину. Те, кто по тем или иным причинам, не имел возможности дорваться до “идеологически выдержанной” сберкассы, на полном серьезе считались потерпевшими жизненное фиаско (хотя впоследствии вышло с точностью наоборот). Сколько миллиардов тогда еще имевших хождение практически по всей территории бывшего СССР рублей удалось в одночасье аккумулировать Украине, одному богу известно. Подпитка экономике (экономике ли?) оказалась колоссальной.

Был в рядах “слепо поверивших” и ваш покорный слуга. А поскольку капитал и его владелец порознь долго существовать не могут, мы спустя небольшое время решили воссоединиться с кровью и потом заработанным. Увы, рублями вклады почему-то не возвращали. А с худосочного купона в условиях галопирующей инфляции, как и с коварного Леонида Макаровича, взятки оказались гладки. Иными словами, лукавый “кульбит” всенародно избранного вверг в пучину нищеты миллионы не самых бедных сограждан, продолжающих вкалывать в климатически не самых благоприятных регионах РФ.

Нас в очередной раз нагло обманули. И кто? Президент! Разве заслуживал он после этого хоть капли уважения?

Естественно, сразу же встал вопрос документального «подтверждения корней». Оказалось, не так с краю! Не стану вспоминать “мелочей”, пусть и крайне обидных, из разряда “Я вас туда не посылал” (как будто невдомек чинушам, чем во времена СССР грозил отказ от распределения, да и с какой стати отказываться от интересной работы?). Ладно! Что, кроме спеси, за душой у клерка?

Но нет, оказалось, что не только в далекой стороне, но и на исторической родине такие, как я, - изгои.

На момент принятия Декларации о независимости граждане Украины штамповались, как сосиски. Будь ты хоть “гордый финн”, хоть “друг степей калмык”, значения не имело. Как и место жительства. Лишь бы прописка была украинской. Заветный штамп теоретически не составляло труда поставить буквально за минуту до оглашения исторического документа – и вот он: новый гражданин новой державы.

Парадокс, но факт: чтобы получить гражданство таким, как я (кстати, никогда себя даже во сне туркменом или эстонцем не считающим), нужно пройти семь кругов независимого от здравого смысла бюрократического ада. Вот примерная схема обращения «подпорченного» москалями украинца в правоверные украинцы. Вносишь кругленькую сумму – подаешь кипу документов (каждый бланк – за отдельную плату) в районный ОВИР – оттуда их пересылают в областной – потом рассматривает комиссия при президенте – и, наконец, “апофигей” события: высочайшее соизволение. Растягивается “удовольствие” примерно на год. Да, чуть не забыл: параллельно вышеописанной процедуре соискатель гражданства должен доказать, что он в энном колене – “истинный” и сдать экзамен на знание государственного языка.

Мне могут, ссылаясь на древних мудрецов, возразить: мол, закон суров, но это закон. Если бы так! Как только заволновались, узнав о подобных “строгостях”, украинцы, добывающие газ и нефть по неблизким сибирским весям, им тут же вышло послабление: при любом раскладе они остаются “чистопородными”. А буквально на днях решено даже консульство в Ноябрьске открыть. Как же, “нэнька” задыхается без энергоносителей, какие тут могут быть счеты?

Я же в ближайшее время, судя по всему, смогу “достать из широких штанин” разве что фигу. Пардон, суверенную дулю…

Так вот, обо всем этом я написал материал (под постоянным псевдонимом в этом издании Николай Бомкало) в «Деловой вторник» - московское приложение к киевской «Рабочей газете». И вот в один из вечеров мне позвонил ответственный секретарь российского выпуска Александр Бушев, благодаря участи которого я зарабатывал хотя бы на хлеб:

- Дуй завтра с утра в газетный киоск – напечатали!

На следующий день, едва отойдя от «кассы», несколько раз переворачиваю газету – нигде и намека на мое творение!

Краткое резюме. Решил выяснить, как могла произойти такая чертовщина, что зарубили уже опубликованную статью? Набрал номер секретариата «Рабочей газеты» - его возглавляла моя хорошая знакомая Ольга Коростылева. И услышал примерно такой ответ: «У нас существует договоренность с Москвой, что в случае появления на их страницах чересчур острых материалов об Украине, мы их здесь снимаем и меняем на более приемлемые».


Материал 9. Беловоротничковый разбой

(2005 год; г. Киев, Украина)

Позвонил коллега – руководитель одного из популярных украинских изданий. Чтобы уточнить, нет ли у меня желания покопаться в интересной теме и за хорошие деньги подготовить соответствующий моим выводам материал. На второй день ударили по рукам. Подписал я его псевдонимом Николай Бондаренко, а назвал «Деньги не пахнут?» Передавая его в редакцию и не подозревал, какая метаморфоза меня ожидает. Ну, а пока – вышеупомянутая статья: «Считать деньги в чужом кармане неприлично. А иногда, увы, – грустно. Особенно, если это карман очередного испарившегося траста или разорившегося банка, а деньги - ваши. И винить-то, за исключением абстрактно-индифферентного государства, некого – сами доверились зазывале-рекламе. Даже не предполагая, что в ряде случаев действительности в ней соответствует лишь адрес да номер телефона.

К счастью, часть граждан в ходе катастроек последних лет довольно быстро приобрела иммунитет против недобросовестных «контор», страстно влюбленных в чужие купюры достоинством покрупнее. В первых рядах «продвинутых» оказались лица, имеющие свой, пусть и небольшой, бизнес. Они очертя голову в омут очередной «суперпривлекательной акции» уже не бросались, предпочитая прежде всесторонне изучали репутацию предполагаемого партнера. Увы, когда «непруха» - и на старуху бывает проруха.

В 2002 г. днепропетровское ООО «Инком 2001» вознамерилось приобрести пакет акций ОАО «Днепрококс» у столичного «ВАБанка». Чтобы не оказаться в дураках, как люди опытные, решили проверить подноготную последнего. И вот что узнали.

На финансовом рынке тот с 1992 г. (с 1998-го – с иностранными инвестициями). По классификации НБУ отнесен к разряду «крупных». Уполномочен осуществлять выплату пенсий и денежной помощи гражданам, к тому же, - агент правительства по выполнению международных программ, обслуживает кредитные линии таких уважаемых ведомств, как ЕБРР, МБРР, фонд «Евразия». Сотрудничает с немецко-украинским «Взаимопониманием и примирением» по выплате компенсаций остарбайтерам. Есть лицензия ГКЦБиФР (АА№558460 от 16.01.01 г.) на операции с ценными бумагами. В числе основных акционеров – якобы «Societe Generale» (Франция), «Ladenburg Thalmann» (США), «Truecrown Limited» (Великобритания). Рейтинги международных агентств - позитивные. Свидетели утверждают: один из руководителей «Инком 2001», ознакомившись с предоставленной ему информацией, не удержавшись, без тени иронии воскликнул «Да это не банк, а икона!» Что было равносильно «зеленому свету» для намечаемой сделки.

28 декабря ударили по рукам, заключив договор №Т-126/02 о купле-продаже пакета вышеупомянутых ценных бумаг за 15 млн. гривен с хвостиком (черт с его копытами за всем этим еще не просматривался, но рожки уже пробивались). Тут же, как говорится, не отходя от кассы, подписали еще одну официальную бумагу. А именно, договор поручительства, согласно которому всю сумму продавцу должен был перечислить не «Инком 2001», а компания «MAS IMPEX HANDELSGES M.B.H.» (Австрия), с которой у того – свой дебет с кредитом Документ, само собой, завизировал лично глава правления «ВАБанка».

Все расчеты по договору были произведены в тот же день. О чем ООО «Инком 2001» ОФИЦИАЛЬНО уведомила как компания-поручитель, так и банк (письмо №03/2966 от 28.12.2002 г., подписанное председателем г-ном Блащуком и главным бухгалтером Ю. Ирклиенко). Дословная цитата из последнего: «Сообщаем, что во исполнение обязательств… денежные средства… поступили… от поручителя. Учитывая вышеизложенное, АО «ВАБанк» не имеет имущественных претензий к ООО «Инком 2001» по договору купли-продажи ценных бумаг ОАО «Днепрококс».

Остальные формальности, уже не связанные с Продавцом, - внесение в реестр акционеров и т. д. – покупатель также осуществил в установленные законом сроки. Не знаю, распивали ль стороны по этому поводу традиционную бутылку шампанского, но «похмелье» для ООО «Инком 2001» грянуло аж через два года. В виде анекдотичного: поскользнулся, упал, потерял сознание, очнулся – гипс украли.

«Икона» вдруг замироточила горючими слезами, и 28 октября 2004 г. «ВАБанк» обратился с иском в Хозяйственной суд Днепропетровской области, требуя признать вышеназванную сделку недействительной на основании ст. 28 Закона «О ценных бумагах и фондовой бирже». О чем гласит «убийственный» аргумент? Привожу статью полностью: «Торговец ценными бумагами не может осуществлять торговлю акциями такого эмитента, имуществом которого он косвенно или непосредственно владеет в размере более 5% уставного фонда». Кто же и какую юридическую норму попрал? Вы не поверите, это – «ВАБанк». Нарушение же состоит в том, что он продал ООО «Инком 2001» пакет акций, превышающий вышеуказанный процент. Иными словами, банк кругом виноват.

Но к чему тогда эта «явка с повинной»? Спроста ли унтер-офицерская вдова устроила себе публичную порку? Ведь за проведение незаконной операции следует заслуженное наказание, особенно если учесть жесткий курс новых президента и премьер-министра на декриминализацию бизнеса.

Оказывается, «признание комиссара полиции прокурору республики» не случайно. А нашей куме – чужие акции на уме. Не может быть? Еще как!

Заявитель у суда потребовал открытым текстом: ввиду того, что он («ВАБанк») нарушил закон, наказать ООО «Инком 2001». Безвозмездно изъяв у него проданные некогда ценные бумаги ОАО «Днепрококс». Прецедент еще тот: через суд узаконить собственное мошенничество.

Любопытно: как на подобные «телодвижения» отреагируют зарубежные акционеры? А заодно и пугливые отечественные вкладчики. Право, «ВАБанку» не позавидуешь, если последние, не желая больше иметь дела с учреждением, откровенно подмочившим репутацию, – тьфу-тьфу! - массово бросятся кровные сбережения изымать.

И осудить их, кстати, язык не повернется. Ведь что же получается: в финансовом (!!) учреждении глава правления НЕ ОТВЕЧАЕТ по обязательствам предшественника. Это раз.

И – два: через несколько лет, как в данном случае, звучит письменное признание в некомпетентности (исключительно ценное для работников банка качество, не правда ли?) – мол, дорогие судьи, мы продали акции, не имея на то права. А посему: всем прощаем… собственную ошибку. И требуем наказать кого угодно, только не нас, белых и пушистых.

В собственную пользу заявитель приводит еще один похожий «аргумент». Дескать, ООО «Инком 2001» до сих пор за акции не перечислило ни копейки. Иными словами, нагло обмануло безупречного, если верить рекламным проспектам, продавца. А поскольку нет денег – нет и «стульев». То бишь, акции необходимо вернуть назад - в лоно прежнего хозяина.

И опять – обман! Ведь на руках у ответчика имеется письмо, в котором черным по белому факт полного расчета и отсутствия каких-либо имущественных претензий со стороны продавца подтвержден официально.

Так что, обращение в суд - нелепая ошибка?

Факт смены председателя правления «ВАБанка» буквально накануне подачи злополучного иска, такой версии не исключал. Ну, не разобрался господин Морозов в схеме (рассчитывался поручитель, а не покупатель) – времени не хватило. С кем не бывает.

Да и не в конторе «Рога и копыта» он в поте лица трудится, а в банке с иностранными инвестициями и устойчивой репутацией. К лицу ли тут уподобляться Остапу Бендеру?

В пользу досадной случайности говорило и то, что малейшая попытка оспорить очевидное, назвать белое черным, чревата для любого финансового учреждения очень неприятными последствия, в первую очередь, потерей реноме. Что буквально смерти подобно. Стоит распространиться устойчивому слуху о «махинациях» и на любом банке можно ставить крест! Разумно ли - ни село, ни упало - подвергаться такому риску?

Ведь, экстраполируя ситуацию на серые будни, нельзя исключить следующий неприятный сюрприз для тех же ничего не подозревающих вкладчиков. Они приходят за своими деньгами и процентами и слышат в ответ: «Извините, нашими работниками была допущена ошибка, так что не обессудьте, но ничего мы вам не должны. Договор? А мы его пересмотрели в одностороннем порядке, а при вашем несогласии - расторгнем через суд». Каково?!

Относительно же рассматриваемого нами невероятного даже для Украины прецедента со злополучными акциями, возникает, по крайней мере, еще два вопроса.

Первый. Как с моральной точки зрения классифицировать действия имярек, требующего расторгнуть сделку, в которой стороной, нарушившей ее условия, он сам и выступает? В лучшем случае, как нарушение этических основ ведения цивилизованного бизнеса. А если при этом ни в чем не повинного партнера еще и пытаются «обуть по сами уши», присвоив его средства? Наверное, беспределом.

Ситуация усугубляется во сто крат, если банк ИЗНАЧАЛЬНО действовал ОСОЗНАННО, то бишь, его главной целью была не продажа акций, а элементарное «разведение» партнеров. Тогда это – беловоротничковый разбой, иных слов не подберешь.

Второй. Но даже если на мгновенье отбросить эти предположения, разве признание сделки недействительной не означает того, что стороны возвращают друг другу все полученные в ее результате, а в случае невозможности – денежную компенсацию в соответствующих размерах? Любой юрист ответит утвердительно. Но как иногда хочется поиметь на грош пятаков!

Вот я и думаю: неужели до сих пор, и после «помаранчевой революции», в бизнесе у нас по-прежнему очкарик очкарику – друг, товарищ и запасные очки? Цивилизованно ли это, словно первобытные людоеды, жрать друг друга?!

С одной-единственной целью: чтобы с помощью оставшегося после несчастного пенсне лучше рассмотреть следующую жертву.

Краткое резюме. Я никогда не интересуюсь судьбой мною написанного и сданного, как и никогда не выступаю в его защиту. Поэтому и время не торопил. Как вдруг месяца через полтора меня пригласили …получить гонорар. «А когда и где расследование опубликовано?», - поинтересовался. «А оно опубликовано не было», - услышал в ответ. «Откуда же тогда взялся гонорар?». «Оттуда», - без тени смущения просветил меня бухгалтер.

Приезжаю. Прежде чем направиться в кассу, захожу к тому, кто на это дело подрядил. И узнаю, что ООО «Инком 2001», обратившееся в СМИ с жалобой, а позднее ознакомившееся с материалом, пожелало его …приобрести в свою собственность. Неординарную просьбу аргументировали тем, что не жаждут публичных разборок, которые повредят имиджу страны, а посему сначала, показав руководству «Ва-Банка» подготовленную публикацию, объяснят всю необходимость пойти на такой шаг. Результат был ошеломляющим: иск отозвали. Следовательно, обнародовать мои экзерсисы уже не было никакого смысла.

Вот так я и получил гонорар за «зарезанный» материал. Первый и последний раз в жизни


Материал 10. На букву «х»

(2012 год; г. Киев, Украина)

Эту заметку я сбросил в «Комсомольскую правду» в Украине», которую начинал делать что называется с первой буквы, создав плацдарм для последующих поколений журналистов. Увы, она так и не увидела свет:

«Народный депутат Украины Владимир Арьев на персональной странице в Facebook, назвав поиски «караванского стрелка» первым отечественным реалити-шоу, заявил: «Есть приказ не ловить его до выборов». «Сенсационную» ламентацию тут же широко растиражировали многие СМИ, в том числе и зарубежные.

Позволю с парламентарием не согласиться, занеся его «пророчество» в чисто оппозиционно-предвыборную риторику. Ибо по трезвому размышлению становится ясно: ни малейших дивидендов поимка преступника 26-27 октября не принесет – пусть простят меня близкие стрелка, но в масштабах страны это слишком незначительный факт. Да и суть проблемы, на мой взгляд, совершенно в другом. И она – куда более страшная, чем озвученная народным избранником!

…Когда на экране ТВ впервые появился предполагаемый убийца – четко, во весь рост! – жена не удержалась:

- Ну, уж этого поймают сходу!

На что я возразил:

- Скорее всего, никогда!

И обосновал парадоксальный вывод (читателям – несколькими абзацами ниже).

Последующие события лишь укрепили мою мысль о пугающем непрофессионализме силовых структур (вспомним хотя бы бездарнейшую попытку задержания группы Аслана Дикаева в Одессе, о чем уже никто и не упоминает!)

Проследим, однако, за развитие событий в нашем случае. Буквально на второй день МВД заявило об установлении личности подозреваемого – «это 26-летний киевлянин». Потом мы узнали о «нескольких отрабатываемых лицах». Дальше киллером назвали некоего «россиянина, на счету которого 18 убийств». После обнародования информации о том, что тот уже мог покинуть пределы Украины, вдруг появляется сообщение («Українська правда» и канал «1+1») о скором штурме места укрытия. И буквально на днях – «объявление в международный розыск через Интерпол».

А теперь – к своей версии, которую все вышеперечисленные «метания», увы, только подтверждают. Убежден: если бы видеозапись не стала достоянием широкой публики, признавшийся во всем убийца, как это происходит едва не еженедельно, уже давно бы фигурировал в громком уголовном деле. Люди в форме получили бы звезды на погоны и награды, а мы с вами - облегченно вздохнули: наша милиция нас бережет!

Увы, выставление на всеобщее обозрение подозреваемого правоохранителям не помогло, как кажется на первый взгляд, а, наоборот, загнало их в угол. Где «назначенцы», лиц которых никто не может идентифицировать, не пишут «добровольные» явки с повинной. Стрелка предстояло ИСКАТЬ. От чего силовики давно отвыкли. И это куда страшнее, чем если бы «караванца» пасли и придерживали в виде козыря до выборов!

Так что если задержание и произойдет, то нам предъявят изувеченный труп. Поди, разберись, тот это человек или нет. Придется верить на слово.

И последнее. По примеру главы правительства Николая Азарова, выигравшего во время Евро-2012 у шведского болельщика шесть бутылок пива, предлагаю аналогичное пари Владимиру Арьеву. Тем более, до выборов остается - всего ничего».

Краткое резюме. Как объяснил один из нынешних руководителей издания на букву «х», у них и так трения с милицией, и добавлять их еще нет никакого желания. Я лишь развел руками: такова она – свобода слова под присмотром внутреннего цензора.