загрузка...
Перескочить к меню

Техника и вооружение 2015 09 (fb2)

файл не оценён - Техника и вооружение 2015 09 6875K, 89с. (скачать fb2) - Журнал «Техника и вооружение»

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Техника и вооружение 2015 09

ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера • сегодня • завтра

Научно-популярный журнал

Сентябрь 2015 г.

На 1-й стр. обложки фото Д. Пичугина.


Дмитрий Пичугин

«Открытая вода-2015»


С 14 по 18 июля в Муроме (Владимирская обл.) на реке Оке под руководством начальника Инженерных войск Вооруженных Сил Российской Федерации генерал-лейтенанта Юрия Ставицкого проходило одно из самых масштабных соревнований в Вооруженных Силах – Всеармейские состязания понтонно-переправочных подразделений «Открытая вода». В них приняли участие шесть команд (по 83 человека каждая) из всех военных округов, а также из воинских частей центрального подчинения.

Соревнования проходили в виде эстафеты с выполнением специальных задач. Команды в ходе ряда этапов разбирали завалы и минновзрывные заграждения, прокладывали дорогу для автомобильной и боевой техники, а в завершении наводили понтонную переправу на 300-метровом участке водной преграды. Общая протяженность эстафеты соревнований составила 1,8 км.




Подготовку мест соревнований в Муроме выполнила 45-я инженерная бригада Западного военного округа. Военные инженеры организовали на острове Заячий лагерь на шесть команд со всей инфраструктурой и парк для боевых машин, оборудовали берега Оки, сделали створы и обеспечили безопасный выезд машин из воды. Три команды прибыли в Муром со своей техникой, а еще три использовали технику Западного военного округа.

В состязаниях использовались понтонномостовые парки ПМП, плавающие транспортеры ПТС-2, специальные надувные лодки СНЛ-8, путепрокладчики БАТ-2, буксирно-моторные катера БМК-460 и другая специальная техника. В соревнованиях были задействованы также танки Т-73БЭ, боевые машины пехоты БМП-2, бронетранспортеры БТР-82АМ, гусеничные минные заградители, автомобили военного назначения, минометы и взрывные имитационные средства. Для создания тактической обстановки, приближенной к боевой, и повышения зрелищности состязаний военных инженеров организаторы соревнований привлекли эскадрилью штурмовиков и вертолеты армейской авиации. Повышению качественной и объективной оценки действий команд способствовало использование беспилотной авиации. Примечательно, что эти соревнования проходили в открытом для зрителей режиме.









В список учебно-боевых задач для участников входили: ведение инженерной разведки • водной преграды силами инженерно-разведывательного дозора; осуществление десантной переправы мотострелковой роты и минометной батареи на БТР и ПТС-2; оборудование перехода через противотанковый ров с применением путепрокладчика БАТ-2; эвакуация раненого с противоположного берега с применением катера; оборудование двух взводных паромов и перевозка усиленного танкового взвода на противоположный берег и др.

В заключительный день состязаний призовые места разыграли между собой команды Западного, Восточного и Южного военных округов.

Победителем Всеармейских соревнований среди понтонно-переправочных подразделений «Открытая вода» стала команда отдельной инженерной бригады Западного военного округа. В финале военные инженеры из подмосковного Нйхабино в напряженной борьбе опередили коллег из Южного военного округа, занявших второе место, но разрыв между ними в общем зачете составил всего 38 с. Третье место заняла команда Восточного военного округа.






Итог соревнований подвел генерал-лейтенант Юрий Ставицкий: «Всероссийский этап соревнований подошел к концу. Первое место заняла 45-я инженерная бригада Западного военного округа, второе -11-я инженерная бригада Южного военного округа, на третьем – 14-я отдельная инженерная бригада Восточного военного округа. Победители начинают готовиться к международным соревнованиям».

Перед началом финальных соревнований в акватории р. Оки состоялся масштабный военно-речной парад с участием как современной инженерной техники, так и образцов времен Великой Отечественной войны. Среди последних – плот на бочках с расчетом пулемета «Максим», штатный комплект труднозатапливаемого имущества ТЗИ с расчетом 120-мм полкового миномета, складные десантные лодки (СДЛ) и десантная лодка ДП-10. Но «гвоздем» программы стала демонстрация возможностей перспективного робота-пожарного «Уран-14».






Всего 18 июля в мероприятиях в акватории реки Ока было задействовано свыше 600 участников всеармейских соревнований, 50 единиц боевой и специальной инженерной техники. Кроме того, зрители увидели боевую экипировку «Ратник», адаптированную специально для инженерно-саперных подразделений.

Четыре понтона с военными оркестрами Западного, Южного, Восточного военных округов и Межвидового учебного центра поочередно подходили к набережной, при этом исполнялись музыкальные произведения, а рота Почетного караула показала плац-парад на понтоне.

Победителям Всеармейских состязаний понтонно-переправочных подразделений предстояло померяться силами с командами Белоруссии и Китая на «Армейских международных играх-2015». Финал международного этапа конкурса «Открытая вода-2015» состоялся 8 августа в Муроме на р. Оке. С большим отрывом победу одержали военные инженеры России. Их коллеги из Китая заняли второе место, белорусские военные инженеры стали третьими.



Aлексей Хлопотов

«Красный дракон» против

Китайский производитель испугался российского танка

Демонстрация новейших отечественных образцов бронетанковой техники 9 мая 2015 г. на Красной площади в Москве закономерно вызвала широкий резонанс в СМИ. Причем, если негативные оценки российских образцов в европейских или американских изданиях в общем понятны, то появление критических материалов в китайских источниках поначалу вызвало недоумение. Попробуем разобраться.

Крупнейший китайский производитель боевой техники – компания NORINCO, раскритиковала новейший российский танк «Армата». Не так давно в отечественных СМИ прокатился целый вал публикаций на эту тему [1 http://top.rbc.ru/business/09/06/2015/5576c8179a79472df0e959d7.]. К чему бы это? Похоже, критиковать отечественного производителя у российских журналистов стало прочной традицией. Что бы ни изобрели – все плохо! Особенно, если первоисточник критики находится за границей [2 http://en.people.cn/n/2015/0605/c90786-8902744.html.,http://mp.weixin.qq.com/s?biz=MjM5MjE3№EiNw- amp;mid=205243310 amp;idx= 1 amp;sn=b1a6t 7a921993263dcd8f50ea33 776c1 amp;scene=5#rd.]. Им «оттуда» видно лучше! – возможно, именно такой логикой руководствуются авторы и редакторы ряда массовых изданий. А что касается NORINCO, то тут ситуация предельно ясная. Китайский производитель побаивается российской «Арматы», опасаясь за свое конкурентное положение на рынке и того, что правительство КНР может начать переориентацию закупок на российскую технику или технологии.

Немцы тоже начинают волноваться: обозреватель германской газеты Die Welt Герхард Хегман без обиняков заявил: «Русские реализовывают концепцию танка, которая была задумана в Германии в качестве замены танка Leopard-2», причем еще 30 лет назад. Вот только реализовать ее у ФРГ тогда почему-то не получилось. По мнению Хегмана, «не хватило воли и денег». А у России хватило и того, и другого. И пускай теперь спорят наши оппоненты до хрипоты о приоритетах.


Китайский средний танк «Тип 59D»


Конечно, существовали такие разработки, где вместо башни ставился модуль с вынесенным наружу вооружением, а экипаж полностью располагался в корпусе. Причем и у немцев, и у американцев. Даже иорданцы сделали не так давно макет такого танка, установив на британский «Центурион» боевой модуль «Фалькон». Но всем этим начинаниям чего-то не хватило. В итоге, только в нашей стране начато производство танка нового поколения, и не просто танка, а платформы, на основе которой можно создавать любую бронетанковую технику тяжелого класса.

Можно привести только один аналог – американскую колесную платформу «Страйкер». Причем пушечная версия этого БТРа также получила модуль с вынесенной пушкой, но куда более легкой – 105-миллиметровой. По сути, это аналог еще одной российской новинки, показанной на Красной площади 9 мая, – колесного БТРа «Бумеранг». Никто в мире даже близко не подошел к чему-то более серьезному. Оттого за рубежом и начались поиски «первоисточников» отечественных броненовинок, в том числе и у китайцев.

Считается, что сухопутные войска Китая являются одними из самых мощных в мире. Однако с танками у китайцев как-то не сложилось. Фактически с самого основания КНР строительством оборонной промышленности Китая занимался Советский Союз. Первый танк, который начали выпускать там, являлся полной 100%-ной копией нашего первенца послевоенного поколения – среднего Т-54, Советские специалисты строили завод, передавали технологию и документацию, учили китайцев работать. Но имелось одно, на первый взгляд, маленькое отличие: если в СССР танки строились на конвейере, то в Китай эта технология не передавалась, и производство там шло по иному, менее производительному пути. Со временем это послужило мощным сдерживающим фактором, поскольку отношения между нашими странами стремительно ухудшились, и военно-техническое сотрудничество было свернуто.


Основной танк Т-72БЗ.


Танк ZTZ-98/99.


Танк VT-1A.


Танки ZTZ 96.


Попытка получения технологической помощи на Западе тоже ни к чему не привела. В сотрудничестве с Китаем в области производства бронетанковой техники «отметились» США, Франция, Германия, Израиль, однако никакими новейшими технологиями они так и не поделились.

Как писали ведущие российские специалисты по китайской танковой промышленности Виталий Моисеев и Леонид Карякин в своем справочнике «Красный дракон. Военная техника и вооружение Китая. Танки»,«китайцы жадно копировали все, что доставалось им в результате военных действий, которые вели их союзники, или благодаря тайным операциям своих спецслужб (зачастую совершенно незаконно). Правда, освоение элементов конструкции советского среднего танка Т-62, захваченного на острове Даманский, затянулось на долгие годы. Судя по всему, все научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, проводимые в КНР по созданию танков, базируются на лицензионном и безлицензионном (последнее больше распространено) копировании технологий и технических элементов» [3 Карякин Л.А., Моисеев В.И. Военная техника и вооружение Китая. Вып. 1.: Танки. – Саранск, 2002.].

Действительно, подавляющее большинство танков, стоящих на вооружении НОАК, это «замодернизированные» клоны Т-54 образца начала 1950-х гг. Китайский «бронетанковый тигр» в современных реалиях оказывается бумажным!

Небольшой технологический рывок китайцы смогли сделать лишь после распада СССР. В странах Восточной Европы и на Ближнем Востоке они закупили образцы советского Т-72, производившегося с 1974 г. Разобраться с его конструкцией и технологией помогли оставшиеся без работы танкостроители с Украины. Это привело к тому, что в конце 1990-х гг. в Китае появились относительно современные танки ZTZ-98 и ZTZ-96. ZTZ-96 стал основным танком НОАК, а также послужил прототипом для экспортных версий – пакистанского «Аль-Халид» и его развития VT-1 (МВТ-2000). На основе ZTZ-98 был создан более сложный и тяжелый танк ZTZ-99, который в небольших количествах до сих пор выпускается исключительно для НОАК.


Танки Т-90С индийской армии.


Танк ZTZ-96A.


Росси йский Т-90А


Вот и теперь NORINCO почему-то сравнивает и ставит на одну ступень свой ZTZ-96 и российский Т-90С. Хотя китайский танк – это по-прежнему гибрид Т-54 и Т-72. Те же соревнования по танковому биатлону в 2014 г. наглядно продемонстрировали полное отставание этого танка (китайская машина принимала в них участие) по всем параметрам как от новейшей модификации российского модернизированного танка Т-72БЗМ (Т-72Б4), так и от стандартных Т-72Б образца 1984-1989 гг., на которых выступали прочие участники. Вообще, занять третье место в этих соревнованиях и получить «утешительный» приз китайской сборной помогла только отличная физическая подготовка их танкистов.

Сравнивать с нашими Т-90А возможно только самые новые китайские образцы – ZTZ-99B и ZTZ-99A2. Лишь они по своим тактико-техническим характеристикам смогли приблизиться к Т-90, производство которого у нас прекращено в 2011 г., потому что, как заявлялось, этот танк уже «не отвечает всем необходимым условиям». В Китае же, повторюсь, «тип 99» является самым новым и самым современным; его производство продолжается. При этом, несмотря на закрытость информации, количество выпущенных «тип 99» не превышает количества произведенных Т-90А [4 Бывший американский военный атташе в Пекине и Гонконге Деннис Бпаско в своей книге «Китайская армия сегодняI» (The Chinese Army Today – Tradition and Transformation tor the 21st Century) оценивает количество выпущенных Китаем танков «Гил-99» примерно в 400 единиц по состоянию на 2011 г. ( http://topwar.ru/8169-kitay-razrabotai-leopard-2a6-obraznyy-tank.html).

По другим данным, по состоянию на 2011 г. выпуск «Тип-99» составил приблизительно 600 единиц. При этом выпуск танка был начат в 1999 г.

В то же время, по данным о выполнении ГОЗ, опубликованным в открытой печати, в России выпуск танков Т-90А с 2004 по 2011 г. (на момент прекращения серийного производства) составляет около 500 единиц, а суммарное производство всех модификаций Т-90 по состоянию на 2012 г. составило более 1335 танков, без учета машин, собранных по лицензии в Индии, ( https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A2-90).].

Что же касается так рекламируемого китайцами танка VT-4 (он же МВТ-3000), то тут история еще парадоксальнее. Эта машина представляет собой дальнейшее развитие танка VT-1А – экспортной версии танка ZTZ-96 и китайско-пакистанско-украинского танка «Аль- Халид» (МВТ-2000). VT-1A был заказан Марокко (150 ед.), Бангладеш (44 ед.) и Мьянмой (несколько десятков ед.). Попытка продать его Перу провалилась из-за отказа Украины в поставках Китаю своих двигателей. По этой же причине, судя по всему, останутся не до конца выполненными контракты и с остальными странами, не говоря уже о том, что из-за современной ситуации на Украине остались без двигателей и запчастей к ним танки Т-80УД и «Аль Халид» пакистанских вооруженных сил.


Пакистанский танк «Аль-Халид».



Китайский ZTZ-96A на соревнованиях по танковому биатлону в 2014 г.


Впервые о VT-4 заговорили в июне 2012 г. – ровно три года назад. Тогда китайская газета «Шицзе бао» опубликовала статью, согласно которой МВТ-3000 был«обречен стать звездой мирового танкового рынка, потеснив российские Т-90С». Вскоре после выхода этой статьи был показан и соответствующий рекламный ролик, в котором демонстрировался единственный выпущенный VT-4. Самое пикантное, что на кадрах видео эксперты углядели следы ржавчины в его боевом отделении. По мнению специалистов, это было следствием большой спешки при изготовлении опытного образца, на роль которого, очевидно, взяли одну из старых машин. Вызывает недоумение и еще одно обстоятельство: и на IDEX-2012, и на IDEX-2014 этот танк так и не появился. Выставлялась только его модель.

В «живую» VT-4 был продемонстрирован только единожды – в августе 2014 г. на китайской выставке. Тогда заявлялось, что серийное производство новых танков будет запущено уже до конца того же года. Однако позже выяснилось, что первые серийные машины выйдут из сборочного цеха лишь через два года. Если помнить о технологической отсталости, то такая задержка вполне объяснима. Вероятно, китайские инженеры так и не могут решить ряд проблем, из-за которых пришлось существенно скорректировать сроки реализации программы.

Тем не менее, эксперты в целом тепло приняли VT-4, отметив «дрейф от копирования советских конструкций к чему-то «более возвышенному» – к западному». В частности, как тогда писали блоггеры и некоторые СМИ, «в дизайне МВТ-3000 органично переплетается конструктивная наследственность русского Т-72 и некоторые черты последних версий немецкого «Leopard 2» [5 http://gurkhan.blogspot.ru/2012/06/mbt-3000-72.html .].

Всем было понятно, что появление МВТ-3000 стало ответом на дебют российского модернизированного танка Т-90МС «Тагил», презентация которого состоялась годом ранее. Обе эти машины являются исключительно экспортными моделями и призваны завоевывать рынки стран Африки, Ближнего Востока, Центральной и Юго-Восточной Азии.

Еще одной причиной, вызвавшей рождение на свет VT-4, явилось отсутствие у Китая собственного хорошего танкового дизеля. После отказа Украины в поставках двигателя 6ТД (для обеспечения экспорта) NORINCO пришлось срочно перерабатывать конструкцию VT-1A под те силовые установки, которые могли бы производиться в Китае. Ранее приходилось обходиться модернизацией и форсированием советского дизеля В-54, но его потенциал не бесконечен. Однако, если в Челябинске, на родине данного агрегата, смогли путем последовательной переработки конструкции поднять его мощность до 1000 л.с. (В-92С2), 1130 л.с. (В-92С2Ф, или В-93) и 1200 л.с. (В-99) практически без потери ресурса и надежности, то в Китае, не имея такой конструкторской школы и научно-технического задела, форсировать В-54 получалось, откровенно говоря, не слишком хорошо [6 Двигатели «ЧТЗ-УРАЛТРАК»для военной техники // Арсенал. Военно-промышленное обозрение. -2011, №5; Мурзин B.C. Моторы ЧТЗ – сердце броневого щита России //Корпоративный журнал ОАО«ЧТЗ-УРАЛТРАК». – 2007, №2.].


Танк ZTZ-99.


Танк ZTZ-99.



Попытки купить танковый дизель на Западе также не увенчались успехом. Единственное, чего удалось добиться, это покупки старого «тепловозного» двигателя немецкой фирмы MTU [7 MTU WD396; в последующем для танка ZTZ-99G китайцы смогли получить от MTU более мощный транспортный дизель MB871ka501.]. Судя по всему, именно его версии и используются на самых последних китайских танках (об этом говорят значительные габариты их моторно-трансмиссионных отделений). Естественно, такой двигатель перетяжеляет танк и, несмотря на повышенную мощность, не обеспечивает требуемой подвижности. Все это было отмечено экспертами на прошлогодних соревнованиях по танковому биатлону в России. Танк ZTZ-96 в гонках с преодолением препятствий, как правило, на целый круг отставал от старых Т-72Б!

Подвижность китайских танков сильно ограничивает и ходовая часть, полностью скопированная с советского Т-72 ранних серий. Изначально она была рассчитана на массу чуть более 40 т, в то время как масса китайских танков, на которых она установлена, составляет уже 49-51 т. В ходе серийного производства Т-72 в ходовую часть неоднократно вносились изменения, призванные обеспечить ее надежность при все возрастающей массе машины. Наиболее значительные доработки были произведены при переходе к серийному выпуску танка Т-72Б массой 44 т и Т-90 массой 46,5 т. Естественно, при копировании более ранних советских образцов китайцы эти изменения не учитывали. Они также не учитывают, что параметры ходовой части Т-72 были рассчитаны и оптимизированы на средние скорости движения до 45 км/ч. Таким образом, случись чудо обретения китайцами легкого и надежного двигателя в 2000 лошадиных сил, их танки с ходовой от русской «семьдесятдвойки» все равно не «полетят»: их ходовая часть будет попросту рассыпаться.

Чтобы не быть голословным, сделаем сравнение с так критикуемой NORINCO «Арматой». При массе российского танка до 50 т (до 53 т с дополнительной защитой) несущая способность его ходовой части рассчитана под нагрузку до 65 т, т.е. обеспечивает еще 15 т запаса на будущее. При этом ее расчет производился на средние скорости движения 55-60 км/ч по пересеченной местности [8 Крамник И., Басов А. Первый российский танк // TECHNOWARS. – 2015, №03-04.]. Подвеска «Арматы» является управляемой, что гарантирует ей плавность и эластичность в очень широком диапазоне движения [9 Лаврищев Б.П., Марецкий П.К., Перевозчиков Ю.А., Рождественский С.В., Федосеев С.В. Активная система подрессоривания танка / Сб. докладов конференции РАРАН «Актуальные проблемы защиты и безопасности. Бронетанковая техника и вооружение. Труды девятой Всероссийской научно-практической конференции. Т. 3«. – СПб.: НПО Специальных материалов, 2006. – с. 151-157.]. Патентованные «ноу-хау», примененные нашими конструкторами в конструкции подрессоривания, обеспечивают при этом надежность и «неубиваемость» системы, в отличие от становящихся ныне популярными гидропневматических подвесок (индийский танк «Арджун», японский «тип 10»).

То же можно сказать и в отношении трансмиссии «Арматы». В отличие от прочих современных образцов, она более проста и дешева, но при этом превосходит по КПД, эффективности и надежности считающиеся самыми современными на данный момент гидромеханические трансмиссии от немецкого Renk и его французского филиала SESM [10 Бадртдинов М.А. К вопросу выбора трансмиссии для универсального базового шасси / Сб. докладов конференции РАРАН "Актуальные проблемы защиты и безопасности. Бронетанковая техника и вооружение. Труды одиннадцатой Всероссийской научно-практической конференции. Т. 3». – СПб.: НПО Специальных материалов, 2009. – с.231 -233.].

Сердцем «Арматы» является уникальный по своей схеме, принципиально новый дизель 2В-12-ЗА [11 http://gurkhan.blogspot.ru/2011/09/blog-post02.html:http://chtz-uraltrac.ru/catatog/items/206.php:http://gurkhan . blogspot.ru/2011/09/206.html.]. Работы над совершенствованием и доводкой этого двигателя велись с 1970-х гг. и, в конце концов, после применения ряда перспективных прорывных технологий, завершились полным успехом. В боевом режиме он обеспечивает 50-тонную «Армату» мощностью в 1500 л.с., придавая танку ускорения и подвижность, которых не было ранее даже на самых энерговооруженных газотурбинных Т-80У [12 Крамник И., Басов А. Первый российский танк // TECHNOWARS.-2015, №03-04.].


Танк VT-4 (МВТ-3000) на испытаниях в Пакистане. Декабрь 2014 г.


Китайцы нахваливают вооружение МВТ-3000. Возможно, они просто лукавят, пользуясь тем, что тема современных вооружений в Китае является табу для прессы. Обратимся к уже упомянутой книге «Красный дракон…»: «Способ получения технологии производства советской пушки 2А46 остался за пределами сообщений открытой печати, так что, скорее всего, и в этом случае следует думать о покупке одного из образцов советского танка Т-72М у одной из стран Ближнего Востока, после чего китайская компания НОРИНКО безжалостно скопировала и само орудие, и боеприпасы, и автомат заряжания к нему».

Там же находим следующую уточняющую ремарку: «В башне установлена 125-мм гладкоствольная пушка, являющаяся безлицензионной копией российского танкового орудия 2А46 (по другим данным – 2А4Ш-1, хотя, если судить по опубликованным фотографиям, на казенной части пушки хорошо виден тормоз отката нижнего расположения, в то время как на 2А46М откатные цилиндры имеют симметричное расположение)».

Напомним, что пушка 2А46 была принята на вооружение Советской Армии еще в 1970 г. – 45 лет назад! В отечественных Т-90А, Т-90С и Т-72БЗ стоит модификация этого орудия 2А46М-5 – «пятая» версия, принятая на вооружение в 2005 г., которая имеет более высокие характеристики, чем у исходного образца, применяемого до сих пор китайцами. 2А46М-5 на 20% точнее версии 2А46М, а 2А46М, в свою очередь, существенно превосходит по точности предшественницу – 2А46. Если говорить о пушке 2А82, стоящей в танке Т-14 «Армата», то на сегодняшний момент по всем основным характеристикам она превосходит все лучшее, что есть в мире.

При массе качающейся части в 3000 кг, 2А82 обладает дульной энергией 15,3 МДж. Для сравнения: 2А46М при массе 2500 кг имеет дульную энергию 10,2МДж, а вот лучшая на данный момент западная пушка – немецкая Rh120/L55, стоящая на танках «Леопард-2А6, – 2А6М, -2А7» – при массе 4160 кг обладает дульной энергией всего в 13,03 МДж. Российская пушка, получается, легче и мощнее, причем мощнее сразу на 17%, а это очень много! [13 Наседкин В. И. 65 лет – на службе России / Танкостроение: состояние и перспективы. Сб. докладов 2-й научно практической конференции, посвященной 70-летию ФГУП «ПО УВЗ» и 65-летию ФГУП «УКБТМ-. – Нижний Тагил, 2006.-с. 105] Превзойти эти параметры могут только перспективные электро-термо-химические орудия (которые еще нужно создать, ибо пока это почти фантастика), либо пушки калибра от 140 мм и выше. Китайские генералы, а также потребители продукции китайского ВПК, как говорится, могут просто отойти и нервно покуривать в сторонке…

Теперь что касается электронной начинки, «качества автоматики и систем управления огнем». Потребитель, привыкший к ежедневному общению с электронными гаджетами, произведенными в Китае, и твердо знающий, что почти все мировые бренды производят свою электронику именно в Поднебесной, охотно верит, что уж в области электроники китайцы на самом деле занимают передовые позиции. Будучи с познавательными целями в КНР, автор своими глазами видел там центры разработки и производства крупнейших мировых производителей электроники. Но, кто сказал, что «Айфон» и «баллистический компьютер» это одно и то же? Или что китайцы могут именно на своих заводах производить и, главное, разрабатывать современные электронные компоненты, ну, хоть те же процессоры?

Между тем, первый высокопроизводительный процессор именно оригинальной китайской разработки, предназначенный для использования в образцах военной техники, сравнимый по производительности с «интеловским» Pentium II, был анонсирован только в 2001 г. (сам же «второй пенек» появился в 1997 г.). В России, несмотря на явное отставание в применении отечественных микропроцессоров в бытовой технике, в области военных разработок шли практически «ноздря в ноздрю» с США, а кое в чем и опережали. Сейчас благодаря СМИ уже многие знают о российском процессоре «Эльбрус». Этот проект получил широкую известность после статьи Кейта Дифендорфа «Русские идут!» в журнале Microprocessor Report еще в феврале 1999 г. В настоящее время в России существует, как минимум, шесть организаций, успешно решающих задачи в области микроэлектроники и прежде всего – именно боевой! Таким образом, превосходство Китая над Россией тут весьма мнимое. Вопросы вызывает и надежность работы китайской электронной элементной базы. Между прочим, для оснащения своих новейших танков Китай попросту скопировал еще советский комплекс управляемого вооружения 9К119М «Рефлекс». Своими аналогичными разработками китайцы похвастать не могут!

Не лучшим образом в Китае обстоят дела с прицельной оптикой и тепловизионными камерами для приборов ночного видения. Все более или менее современные китайские танки имеют соответствующую прибористику от французского SAGEM. Россия, честно скажем, до недавнего времени также не блистала на этом поприще, однако благодаря предпринятым экстренным мерам за последние 5-6 лет сделала резкий качественный скачок. И хотя на данный момент практически все отечественные танки (как производящиеся на экспорт, так и модернизируемые для национальной армии) оснащаются тепловизионными матрицами THALES, у нас уже разработаны и начинают производиться приборы со сравнимыми характеристиками. Стоит сказать и о том, что в России смогли освоить производство не только аналогов тех приборов, что поставляли нам из Франции по кооперации, но и более совершенных их версий. Именно такой прибористикой оснащается и танк «Армата». Фактически Россия преодолела отставание в этой области и вышла на самые передовые рубежи, чего никак не скажешь о Китае.


Танк Т-90МС «Тагил».


Танк Т-14 «Армата»


А что же с защищенностью машин? Любому специалисту понятно, что при сравнимой массе (Т-14 – около 50 т, VT-4 – 51 т) обеспечить защиту VT-4 на уровне российской «Арматы» просто невозможно физически! На танках классической компоновки (к которым относятся все современные танки в мире, включая китайские) масса брони для защиты экипажа пропорционально распределяется между корпусом и башней. В «Армате» – танке нового поколения – в тяжелой защите башни нет необходимости из-за отсутствия в ней человека. Ее достаточно защитить от воздействия малокалиберного автоматического оружия и осколков. Вся остальная масса брони в Т-14 распределена по корпусу, что обеспечивает экипажу очень высокий уровень безопасности. До сих пор в мире только израильские «Меркавы» могли похвастать такой заботой о членах экипажа, но расплатой за это стала масса танка – около 70 т. Отечественные конструкторы смогли достичь лучшей защиты при значительно меньшей массе машины.

Небольшое отступление: у китайцев нет и пока не предвидится комплексов активной защиты, подобной израильскому «Trofy», «Афганиту», устанавливаемому на Т-14, или предлагаемому к экспортным поставкам «Арена-Э». Как наивысшее достижение в этой области китайцы считают ослепляющую лазерную систему JD-3, но это не более чем своеобразный аналог российской системы оптико-электронного противодействия «Штора-1», которую китайцы также скопировали, получив образцы из Украины. В то же время в России «Штора» была неоднократно модернизирована, и в итоге на танк Т-14 установлен совершенно новый комплекс противодействия высокоточному оружию (комплекс защиты верхней полусферы) [14 Крамник И., Басов А. Первый российский танк // TECHNOWARS. -2015, №03-04.]. Отсутствие КАЗ особенно остро ощущается на фоне отсутствия в Китае качественных современных броневых сталей, что связано с устаревшими технологиями их производства. Что касается китайской динамической защиты, то ввиду крайней закрытости темы сделать объективную оценку невозможно, однако множество вопросов вызывает установка ДЗ на самих танках. В ряде случаев в лобовой бронебашни образуются значительные по площади неприкрытые зоны («Аль-Халид», VT-1) и практически во всех случаях ДЗ не защищает крышу башни (включая ZTZ-96, ZTZ-98, ZTZ-99), что очень странно в силу все большей распространенности средств поражения, атакующих с верхней полусферы.

Самым же значительным недостатком китайских танков является их низкая надежность. В 2006 г. Саудовская Аравия проводила международный тендер, в ходе которого проходил оценку китайско-пакистанский танк «Аль-Халид». Он был единственной машиной, которую подвергли испытаниям не в аравийской пустыне, а на родных пакистанских полигонах. Причина отказа демонстрировать танк на чужой территории вскрылась практически сразу после начала проведения тестов. Танк регулярно выходил из строя, причем так часто, что завершить полный цикл испытаний не было никакой возможности. Напомним, «Аль-Халид» – это прототип экспортного китайского танка VT-1. Второй прототип VT-1 – танк ZTZ-96, показал свою «надежность» во время соревнований по уже упоминавшемуся танковому биатлону в прошлом году. Не проходило и дня, чтобы на китайских танках что-нибудь да не ломалось. В результате, экипажи регулярно были вынуждены просить о замене танка. Вероятно, проблемами с надежностью и объясняется крайне незначительное число проданных VT-1.

Закрывая тему надежности и тендерных испытаний, стоит сказать, что пакистанская армия, осознав факт невозможности противопоставить что-либо индийским танкам Т-90С, в декабре 2014 г. в провинции Бахавалпур провела новые испытания с целью определения перспективного образца для дальнейших закупок. К участию пригласили уже традиционных партнеров: Украину и Китай. «Братья славяне» выкатили свой топовый образец – танк «Оплот-М», а «китайские братья» – пресловутый МВТ-3000. Сразу скажем, что оба конкурента имели проблемы, но «Оплот» в итоге все же взял верх. По мнению пакистанской стороны, МВТ-3000 (VT-4) не имеет значительных преимуществ перед уже состоящим на вооружении в Пакистане танком «Аль-Халид» (имеющим китайско-украинские корни и оснащенным двигателем 6ТД-2) и уступает «Оплоту». В ходе испытаний у него были зафиксированы ставшие уже обычными проблемы с двигателем и трансмиссией – то же самое, как ранее с «Тип-85П». Кроме того, пакистанцы констатировали «очевидное значительное /подчеркнуто авт.) отставание китайского танка в области защиты»[15 http://defence.pk/threads/congratuiations-t-84-oplot-m-the-new-war-horse-of-pakistan.385519/page-10.].



Российский перспективный танк Т-14.


При этом стоимость китайских танков отнюдь не маленькая. По данным китайской стороны, стоимость VT-4 составляет 4 млн. долл. США, что почти в 2 раза дороже, чем стоит современный, надежный и проверенный российский Т-90С, который был продан в количестве более 1,5 тыс. экземпляров. Даже в самой бюджетной версии VT-1 один китайский танк стоит столько же, сколько два или три бывших в употреблении, но капитально отремонтированных Т-72Б модели 1984 г. Последние хоть и не имеют современной системы управления огнем, что сказывается в основном, при ведении боевых действий ночью, однако по всем прочим параметрам существенно превосходят новые китайские машины.

Подводя итог, можно уверенно заключить, что китайским танкостроителям еще очень далеко до уровня своих соседей по региону Юго- Восточной Азии – Южной Кореи с их танком К2 «Черная пантера», так и Японии – с танком «тип 10». Конечно, Корея и Япония не сравнятся с Китаем по количеству выпускаемых машин, но вот разница в технологическом и конструкторском уровне просто гигантская [ 16 Производство японских танков «Тип-10» по годам: 2010 г. – 13 шт.: 2011 г.-13 шт.: 2012 г. – 13 шт.: 2013 г. – 14 шт.: 2014 г. – 13 шт.: 2015 г. (план) – 10 шт.

Южнокорейский танк K2: в 2007 г. собрано три опытных машины, в 2011 г. – 15 шт. для испытаний, 29 декабря 2014 г. подписан контракт на поставку 100 шт. к 2017 г.]. Сравнивать китайские танки с европейскими или, тем более, российскими вообще бесполезно – налицо прогрессирующее технологическое отставание как минимум на четверть века.

Триумфальное прохождение «Арматы» 9 мая 2015 г. по Красной площади российской столицы наглядно продемонстрировало лидерство Уралвагонзавода в области разработок и производства тяжелой боевой техники для Сухопутных войск. Что же до эпизода с остановкой танка на тренировке, то, конечно, злопыхатели его еще долго будут вспоминать, каждый раз умалчивая о значении в этом человеческого фактора. Но тренировка и служит для того, чтобы выявить и устранить все недостатки перед торжественным мероприятием. Думается, что время и сама жизнь все расставят по своим местам. Ведь сейчас уже никто не вспоминает об отказах французских танков АМХ-56 «Леклерк» на таких же парадах. Напротив, этот танк до появления «Арматы» считался одним из лучших в самых разнообразных рейтингах. Хочется верить, что и «Армате» уготованы долгие годы надежной эксплуатации.

В статье использованы фото В. Моисеева, М. Павлова, Д. Пичугина, М. Путникова, а также из архива автора.


Танковый биатлон

С 1 по 15 августа 2015 г. на подмосковном полигоне Алабино состоялись очередные соревнования по танковому биатлону, которые стали частью масштабных международных состязаний «Армейские международные игры-2015». В этом году в «Танковом биатлоне» приняли участие танкисты из 13 стран мира: России, Анголы, Армении, Венесуэлы, Индии, Казахстана, Киргизии, Китая, Кувейта, Монголии, Никарагуа, Сербии и Таджикистана, а всего на 11 полигонов страны в рамках «АрМИ-2015» вышли военнослужащие 17 стран. На земле, в воде и в воздухе они демонстрировали мастерство и боевую выучку в десятках дисциплин. Не лишним будет напомнить, что два года подряд чемпионами мира в «Танковом биатлоне» становились российские танкисты.



В отличие от соревнований 2012 и 2013 гг., все команды в этот раз выступали на танках одной модификации – российских модернизированных Т-72БЗ, что уравнивало шансы на победу танкистов разных стран. Исключением стала китайская команда, демонстрировавшая мастерство на танках ZTZ-96A.

В полуфинал «Танкового биатлона» по итогам номинации «Индивидуальная гонка» вышли восемь команд – из России, Казахстана, Китая, Индии, Армении, Сербии, Киргизии и Таджикистана. 13 августа состоялись два полуфинальных заезда в номинации «Эстафета», которые и определили четыре команды, вышедшие в финал. В первом из них стартовали сборные Индии (зеленый танк), Казахстана (красный танк), Сербии (синий танк) и Армении (желтый танк), во втором – команды вооруженных сил Таджикистана (зеленый танк), России (красный танк), Китая (синий танк) и Киргизии (желтый танк).

По результатам этих заездов в финал вышли танкисты России, Китая, Казахстана и Сербии, показавшие лучшее время. Как заявил главный судья соревнований генерал-майор Евгений Поплавский, «российские экипажи прошли эстафету за 73 мин 30 с и заняли первое место, второй результат показали китайские танкисты, пройдя дистанцию за 77 мин 32 с, на третьем месте экипажи из Казахстана с результатом 78 мин 18 с, и четвертыми пришли сербские военнослужащие, которые прошли трассу за 83 мин 23 с».

Финал «Танкового биатлона» прошел 15 августа, в день закрытия Армейских международных игр на подмосковном полигоне Алабино.











По итогам напряженной гонки первым стал российский экипаж, показав время 1 ч 12 мин. Следом финишировал танк команды Китая со временем 1 ч 19 мин. Третье место завоевала команда Сербии с результатом 1 ч 24 мин. Завершили гонку танкисты Казахстана – они прошли дистанцию за 1 ч 26 мин.

В тот же день состоялась торжественная церемония награждения победителей различных конкурсов «АрМИ-2015», на которой присутствовал министр обороны Российской Федерации генерал Армии Сергей Шойгу. Награды победителям и призерам соревнований вручил Главнокомандующий Сухопутными войсками генерал-полковник Олег Салюков, В номинации «Самый слаженный экипаж» были награждены танкисты Российской Федерации, показавшие лучшее время и 100%-ное огневое поражение, – они получили автомобили УАЗ «Патриот». Кроме того, в различных номинациях конкурса «Танковый биатлон» удостоились наград команды Анголы, Венесуэлы, Кувейта, Монголии, Никарагуа, Армении, Таджикистана, Индии и Киргизии.

Министр обороны Российской Федерации Сергей Шойгу поблагодарил участников состязаний за красивую и честную борьбу, волонтеров и тех, кто обеспечил успешное проведение этого турнира, подчеркнув, что международные соревнования «АрМИ-2015» стали первыми, но далеко не последними. От отметил: «Сегодня, подводя итоги и награждая победителей, хочется еще раз подчеркнуть, что мы ждем в гости всех. Всех, кто придет к нам с миром, всех. Мы очень хотели бы видеть вас здесь, на этих полигонах, на этих полях спортивных сражений, и ни на каких других». »

По материалам Управления пресс-службы и информации Министерства обороны Российской Федерации.

Фото М. Никольского.



Фото М. Никольского.



Семен Федосеев

«Истребители танков» в бундесвере

Братья «Ягуары»

Еще в период совместной франко-германской разработки возимого ПТРК второго поколения «Хот» (НОТ – Haut subsonique a guidage Optique et a Tubes, или Haut subsonique Optiquement Teleguide) с околозвуковой ПТУР в ФРГ предпринимались попытки установить его на «Ракетенягдпанцер 2». Первые опыты по замене SS-11 В1 на «Хот» на «Ракетенягдпанцере 2» проводились в 1971-1972 гг. Продолжились они и после принятия «Хот» на вооружение в 1976 г.: в 1978 г. испытали три варианта установок, включая башенную с четырьмя направляющими. Но характеристики нового ПТРК и изменившиеся условия применения боевых машин заставили пойти на более глубокую модернизацию, увязанную с общими планами перевооружения сухопутных войск.

В 1978-1983 гг. на заводе концерна «Тиссен-Хеншель» 316 «Ракетенягдпанцеров 2» переделали в самоходные ПТРК «Ягуар-1» (JPz Jaguar 1: бундесвер уже вернулся к традиции обозначения боевых машин «звериными» именами). Их поставки в войска шли с 1980 г. по 1984 г.

Изменилось расположение членов экипажа. Механик-водитель по-прежнему размещался впереди слева, справа от него – оператор, позади оператора – командир машины. Место командира оборудовалось командирской башенкой, к которой перенесли и выдвижной перископический панорамный прицел- прибор наблюдения командира.

Система наведения ПТУР – полуавтоматическая, с инфракрасной аппаратурой слежения за ракетой и передачей команд по проводам. Диаметр ПТУР по корпусу – 136 мм, масса в ТПК – 32 кг. ПТУР оснащалась двухступенчатым твердотопливным двигателем, раскрывающимся в полете четырехлопастным оперением; управление – отклонением вектора тяги. Стартовый двигатель придавал ракете скорость 260-280 м/с, которая поддерживалась маршевым двигателем в ходе полета. Дальность пуска ПТУР составляла до 4000 м при минимальной дальности только 75 м, бронепробиваемость – 750 мм. Время полета на максимальную дальность – около 16 с. Высокая скорость полета ПТУР и полуавтоматическая система наведения повысили скорострельность и вероятность попадания, и в левой части рубки позади люка механика- водителя поставили одну подъемную пусковую установку K3S, разместив рядом автомат заряжания с барабанным (револьверным) магазином на восемь ПТУР. Масса пусковой установки с автоматом перезаряжания – около 1 т.


Самоходный ПТРК «Ягуар-1». Хорошо видны поднятая пусковая установка ПТРК «Хот», крепление дополнительных бронелистов с набдоем и противокумулятивных экранов. На лобовом листе виден знак истребительно-противотанковой роты.


Пуск ПТУР производился из транспортно-пускового контейнера (ТПК) и отличался значительно меньшим, чем у SS-11, шумом и дымообразованием. После пуска пустой ТПК автоматически отбрасывался с пусковой установки назад – в сторону. На крыше были смонтированы два перископических панорамных прицела – прибора наведения с кратностью увеличения 4х или 12х, выдвигаемые на высоту до 0,8 м над уровнем крыши. Допускался переход на ручное наведение. Боекомплект составлял 20 ПТУР: восемь в автомате заряжания и 12 в укладках в рубке. Дополнительное вооружение составляли два 7,62-мм пулемета MG3 в лобовой установке и на кольце командирской башенки.

Расположение пусковой установки и прицела позволяло вести огонь из укрытий, полностью скрывающих машину от наземного наблюдателя. Тем не менее, стремясь сохранить достаточную защиту экипажа, на лоб и борта рубки установили (на болтах) дополнительные бронелисты с пластиковым надбоем, образующие разнесенную бронеконструкцию с основной броней. Борта машины и ходовую часть прикрыли резиновыми противокумулятивными экранами, армированными проволокой. Сохранились дымовые гранатометы; боекомплект к ним составлял 16 гранат.

Механик-водитель получил новый бесподсветный прибор ночного видения. Заменили также ФВУ. Несколько изменилось крепление шанцевого инструмента. Кассеты с зимними «шпорами» для гусениц перенесли с рубки на борта МТО, а антенны радиостанции – в заднюю часть рубки.

Повышение скорострельности до 3 пусков в минуту и значительное уменьшение минимальной дальности стрельбы ПТРК позволило заменять ИПТО «Ягдпанцер» в бригадах «Ягуарами». Тем более что 90-мм пушка не могла успешно бороться с основными боевыми танками второго поколения. Предложение о перевооружении «Ягдпанцера» 105-мм нарезной танковой пушкой не было реализовано. После принятия в 1977 г. танка «Леопард-2» решено было вывести ИПТО с вооружения. Но не в германских традициях отказываться от работоспособных и хорошо зарекомендовавших себя шасси – их использовали для установки принятого на вооружение бундесвера американского ПТРК «Toy» (TOW – Tube-launched, Optically- tracked, Wire-guided) с полуавтоматическим наведением и передачей команд по проводам.

В 1983-1985 гг. 162 ИПТО «Ягдпанцер» компания «Тиссен-Хеншель» переделала в самоходные ПТРК, которые поставлялись в войска до 1986 г. под обозначением «Ягуар-2» (JPz Jaguar 2). На машине сняли орудийную установку с маской, заварили амбразуру лобового листа, в средней части рубки смонтировали пусковую установку. Для этого пришлось демонтировать башенку заряжающего. Первоначально предполагали, что оператор будет оставаться под защитой брони, как в «Ягуаре-1», но такая переделка показалась дорогостоящей, поэтому установку выполнили выдвигавшейся вверх гидравлическим механизмом через круглый люк в крыше, с открытым размещением оператора. Кроме оператора экипаж включал механика-водителя, командира и заряжающего. Командир и оператор получили выдвижные перископические панорамные приборы наблюдения, заряжающий – поворотный перископический смотровой прибор. Передний смотровой прибор на месте механика-водителя и один из приборов командирской башенки могли заменяться прибором ночного видения усилительного типа.


Самоходный ПТРК «Ягуар-1АЗ» демонстрирует свои ходовые качества. Хорошо виден комбинированный прицел-прибор наблюдения в бронекожухе.


ПТУР «Хот» и ТПК.



Самоходный ПТРК «Ягуар- 1АЗ» в музейной экспозиции. На лобовой части корпуса рядом с регистрационным номером нанесен опознавательный знак танковой школы. «Весовая категория» в круге на нижнем лобовом листе выросла с «26» до «27». Справа – пусковая установка ПТРК «Хот» и комбинированный (тепловизионный ночной и оптический дневной) прицел-прибор наблюдения.


Пусковая установка включала армированную пластмассовую пусковую трубу, прицел и аппаратуру управления. Углы наведения в горизонтальной плоскости – ±30", в вертикальной – от -10 до +15‘. Поскольку оператору приходилось подниматься вместе с пусковой установкой, поднятые створки крышки люка служили ему частичной защитой.

ПТУР была снабжена двухступенчатым твердотопливным двигателем, складным крестообразным крылом и стабилизатором. Стартовая ступень работала в пусковой трубе установки, а маршевая включалась на безопасном удалении от расчета (это способствовало также уменьшению дымообразования при пуске). Дальность пуска ПТУР BGM-71A составляла от 65 до 3000 м, BGM-71C – до 3750 м, скорость полета – около 200-210 м/с, время полета на максимальную дальность – 15-16 с, бронепробиваемость – 500-600 мм. Перезаряжание пусковой установки производилось вручную. Масса ПТУР в ТПК достигала 24,5 кг.

ПТУР BGM-71C ввели в боекомплект в 1989 г. в ходе модернизации ПТРК, а также приняли меры для увеличения устойчивости к оптическим помехам. Тепловизионный ночной прицел AN/TAS-4 обеспечивал дальность обнаружения танка до 3000 м, опознавания – 2000 м. То есть «Ягуар-2» раньше, чем «Ягуар-1», получил возможность ведения огня ночью. На «Ягуаре-2» возилась складная треножная установка, позволяющая снять ПТРК с машины и вести стрельбу с грунта.

Дополнительное бронирование рубки выполнили подобно «Ягуару-1», но, конечно, без выреза под пулемет («Ягуар-2» имел только зенитный пулемет на турели над командирской башенкой). Дымовые гранатометы перенесли на лоб рубки. Колпак ФВУ переместили в переднюю часть крыши рубки.

Принятая в конце 1980-х гг. программа модернизации БТВТ бундесвера включала планы модернизации «Ягуаров» за счет введения новых ПТУР для борьбы с новыми танками и ночных прицелов для обеспечения возможности действовать ночью. В 1987 г. в боекомплект «Ягуара-1» вошла ПТУР «Хот-2» с повышенной до 900 мм бронепробиваемостью за счет увеличения со 136 до 150 мм калибра боевой части и нового заряда. Могла устанавливаться и многоцелевая кумулятивно-осколочная БЧ. Радиостанции SEM 25/35 заменялись на радиостанции серии SEM 80/90.

В 1992 г. в боекомплект ПТРК «Ягуар-1» ввели ПТУР «Хот-2Т» с тандемной кумулятивной боевой частью для борьбы с танками, оснащенными динамической защитой. Вместо перископического оптического прицела на машину установили комбинированный тепловизионный ночной и оптический дневной прицел-прибор наблюдения, разработанный «Мессершмит-Бельков-Блом» и «Элтро» и укрывавшийся бронекожухом. Одновременно самоходный ПТРК «Ягуар-2» получил тепловизионный прицел AN/TAS-5; в его боекомплект вошла ПТУР BGM-71E (ПТРК «Тоу-2А») с тандемной кумулятивной боевой частью и бронепробиваемостью 700 мм.



Самоходный ПТРК «Ягуар-2» в музейной экспозиции. Хорошо видны не только поднятая пусковая установка, но и характерные отличия лобовой части корпуса. Справа – пусковая установка ПТРК «Тоу» с прицелом-прибором наведения, перископические панорамные приборы наблюдения командира и механика-водителя и зенитный пулемет MG3. Над машиной подвешена учебно-разрезная ПТУР BGM-71A «Тоу».


Самоходный ПТРК «Ягуар-1» танковой школы австрийской армии на марше.


«Ягуар-1» бундесвера. Пусковая установка убрана в корпус. Обратите внимание на установку пулемета MG3 на командирской башенке, крепление ЗИП и канистр, а также на знак истребительно-противотанковой роты на левом заднем надкрылке.


Количество личного состава и техники в дивизиях бундесвера в середине 1980-х гг.
Дивизия Личный состав, чел. (округленно) 90-мм ИПТО Самоходные ПТРК «Ягуар» Носимые ПТРК «Милан»
Мотопехотная 21500 - 36 153
Танковая 21000 - 36 123
Горно-пехотная 23500 17 24 183

Взглянем на место самоходных ПТРК «Ягуар» в системе вооружения сухопутных войск. В ходе очередной реорганизации, начатой в конце 1980 г. (так называемая «четвертая модель организации»), в мотопехотных и танковых бригадах остались истребительно-противотанковые роты типового состава. Каждая иптр включала четыре противотанковых взвода по три самоходных установки плюс установка в отделении управления – всего 13 «Ягуаров». Комплексы «Ягуар-1» поставлялись в иптр мотопехотных бригад, «Ягуар-2» – в иптр танковых бригад. Всего сформировали 22 иптр, вооруженных ПТРК «Ягуар-1», и 11, укомплектованных «Ягуар-2». В танковой школе в Мунстере сформировали учебную иптр, оснащенную «Ягуарами» обеих моделей (иногда эти модели именуют «Ракетенягдпанцер-3» и «Ракетенягдпанцер-4» соответственно).

Теперь иптр могли вступать в бой с танками на дистанциях до 4000 м. Командование бундесвера сохраняло приверженность активному ведению борьбы с танками, рассчитывая продвигать самоходные ПТРК как можно ближе к передовым подразделениям, максимально используя их защищенность и высокую подвижность. Устав HDv 100/100 «Вождение войск» от 1987 г. по-прежнему утверждал: «Уничтожение танков противника имеет решающее значение». Наряду с противотанковыми вертолетами «Ягуары» составляли основное специализированное средство борьбы с танками на поле боя. Предполагалось довести количество истребительно-противотанковых подразделений бундесвера до 35 рот самоходных ПТРК «Ягуар-1» и «Ягуар-2» и одной роты танков «Леопард».

«Ягуары» оказались также в составе франко-германской бригады, образованной в 1989 г. С 1994 г., согласно принятой тогда «пятой модели организации», иптр мотопехотных и танковых бригад бундесвера получили дополнительный взвод самоходных ПТРК. В итоге в составе бригады было уже 15 самоходных ПТРК «Ягуар», в дивизии – 45. В горно-пехотной бригаде (как во франко-германской) «Ягуары» заменяли на ПТРК «Тоу» на легких носителях «Визель». Во второй половине 1990-х гг. началась реорганизация бундесвера в связи с «новой ролью Германии» и приведением «армии в соответствие с новыми задачами». «Танковые армады с Востока» в то время перестали быть пугалом, и место истребительно-противотанковых подразделений начали пересматривать.

Тем не менее, «Ягуары» оставались на вооружении бундесвера до 2005-2006 гг. – к тому времени, заметим, возраст базовых шасси составил около 40 лет.

С другой стороны, в 1996 г. ФРГ передала армии Австрии 90 самоходных ПТРК «Ягуар-1», десять разоруженных «Ягуар-2» и 30 машин управления огнем Beobachtungspanzer. «Ягуар-1» модернизировали для использования ПТУР «Хот-3». В результате в 1998 г. 1-й противотанковый батальон австрийской армии получил 72 самоходных ПТРК «Ягуар-1» и семь «Ягуар-2» в качестве командирских машин (для этого на них установили вторую радиостанцию и третью антенну). Остальные машины использовались в качестве учебных. Однако и в Австрии «Ягуары» оставались на вооружении только до 2006 г. Часть снятых с них ПТРК «Хот» продали в другие страны.



Самоходные ПТРК «Ягуар» на маневрах. Обратите внимание на средства маскировки.


«Ягуар-1» австрийской армии в трехцветной камуфляжной окраске.


Оставшиеся «Ягдпанцеры»

По окончании поставки ПТРК «Ягуар-2» фирма «Тиссен-Хеншель» до 1988 г. занималась переделкой части «Ягдпанцеров» в подвижные пункты разведки и управления огнем артиллерии Beob Pz 4-5 (Beobachtungspanzer). Машины разоружили, просто сняв орудие и заглушив отверстие в маске: массивная маска позволила сохранить положение центра тяжести машины. Место заряжающего занял наблюдатель, на люке которого мог ставиться оптоэлектронный прибор наблюдения и засечки целей. С 1990 г. вместо перископического панорамного прибора наблюдения командира монтировался портативный локатор засечки наземных целей на выдвижной опоре. Такие машины, получившие обозначение VB-Panzer (Vorder Beobachtungspanzer – «бронемашина передовых наблюдателей»), использовались в дивизионах полевой артиллерии (в артиллерийском полку дивизии) и в минометных взводах мотопехотных батальонов. С 2003 г. Beob Pz сняты с вооружения.

Оставшиеся пушечные «Ягдпанцеры» с 1981 г. передавали в пехотные бригады территориальных войск «хайматшутц» – по семь ИПТО на каждый пехотный батальон территориальных войск.


Тем не менее…

Идею самоходного ИПТО не оставили совсем. Ожидалось, что насыщение не только танковых, но и мотопехотных бригад основными боевыми танками «Леопард-2» к началу 1980-х гг. решит проблему «артиллерийской» составляющей борьбы с танками на поле боя. Однако уже в середине 1980-х гг. активно обсуждалось предложение построить на шасси выводимых с вооружения танков «Леопард-1» до 1700 «истребителей танков» с экипажем 3 чел., казематной или вынесенной установкой 120-мм пушки (аналогичной пушке «Леопард-2»), дальностью эффективной стрельбы до 2000 м, выстрелами с подкалиберным бронебойным снарядом с отделяемым поддоном и с кумулятивным снарядом. Высокую защищенность должны были обеспечить углы наклона бронелистов, усиленная защита крыши и противокумулятивные экраны, а самооборону от пехоты, низколетящих самолетов и вертолетов противника – дистанционно управляемый пулемет. Предполагалось обеспечить командиру круговой обзор, установить ночной прицел и лазерный дальномер.

Проект не был реализован, но интересен как прямое развитие «Ягдпанцера», хотя масса машины достигла бы 40-50 т. В системе БТВТ 1990-х гг. ее предполагали дополнить самоходным ПТРК средней или большой дальности (развитием «Ракетенягдпанцера»), способным вести также огонь по вертолетам. Поставки нового «истребителя танков» в войска ожидались с 1994 г., но исполнение этих планов заставили отложить сначала выпуск дополнительной партии танков «Леопард-2», затем возникли проблемы реорганизации бундесвера объединенной Германии при сокращении военного бюджета.

В те же 1980-е гг. возвращение к «артиллерийским истребителям танков» наметилось и в других странах. Среди результатов можно назвать, например, итальянский колесный 105-мм В-1 «Чентауро» или российскую гусеничную 125-мм СПТП 2С25 «Спрут-СД». Однако здесь пушки, аналогичные танковым, были установлены на шасси легкой категории по массе и с легким бронированием.

Использованы фото Уве Харнака, из архива автора, а также из общедоступной сети Интернет.


Экипаж австрийского ПТРК «Ягуар-1» отрабатывает движение по местности. Пусковая установка убрана в корпус.


Тактико-технические характеристики самоходных ПТРК «Ягуар»
  «Ягуар-1» «Ягуар-2»
Масса, т 25,5 25
Экипаж, чел. 4 4
Высота полная, м 2,54  
Высота по крыше корпуса, м 1,98 1,98
Длина по корпусу, м 6,61 6,61
Ширина, м 3,12 3,12
Клиренс, м 0,44 0,44
Основное вооружение ПТРК «Хот» (НОТ) ПТРК «Тоу» (TOW)
Пулеметы, количество х калибр в мм, марка 2x7,62 MG3 1x7,62 MG3
Боекомплект 20 ПТУР, 3200 патронов 15 ПТУР
Толщина брони (мм):
-лоб 50 50
- борт
- корма 10 10
- крыша, днище 10 10
Двигатель:
- марка МВ837 «Даймлер-Бенц» МВ837 «Даймлер-Бенц»
-тип Дизельный Дизельный
- число цилиндров 8 8
- охлаждение Жидкостное Жидкостное
- мощность, л.с. (кВт) 500(368) 500(368)
Трансмиссия Гидромеханическая «Рэнк» HSWL123 Гидромеханическая «Рэнк» HSWL123
Тип гусеницы Мелкозвенчатая, цевочного зацепления, с РМШ Мелкозвенчатая, цевочного зацепления, с РМШ
Ширина трака, мм 450 450
Длина опорной поверхности, м 3,8 3,8
Удельное давление на грунт, кг/кв.см 0,75 0,73
Максимальная скорость хода, км/ч 70 70
Запас хода, км 400 400
Преодолеваемые препятствия:
- ширина рва, м 2,0 2,0
- высота стенки, м 0,75 0,75
- угол подъема, град 30 30
- угол крена, град. 17 17
- глубина брода без подготовки, м 1,2-1,4 1,2-1,4

Литература

1. Александров А.В., Фомичев Т.К. Подразделения и части сухопутных войск ФРГ. – М.: Воениздат, 1967.

2. Бах И.В., Вараксин Ю.Н., Выгодский С.Ю. Зарубежная бронетанковая техника. Кн.2. – М.: Машиностроение, 1984.

3. Вайн Г. Истребительно-противотанковый батальон бундесвера //1971, №12.

4. Миддельдорф Э. Тактика в русской кампании. – М.: Воениздат, 1958.

5. Мишин Н. Западногерманские самоходные пусковые установки «Ягуар»// Зарубежное военное обозрение. – 1981, №4.

6. Нерсесян М.Г., Каменцева Ю.В. Бронетанковая техника капиталистических государств. – М.: Воениздат, 1964.

7. Никитин H.C. Подразделения в бою. Иностранные армии. – М.: Воениздат, 1985.

8. Танк-истребитель с 90-мм пушкой//Военный зарубежник. – 1963, №12.

9. Blume P. Kanonen-/Raketen-Jagdpanzer der Bundeswehr / Tankograd – Militarfahrzeug Spezial №5016- Erlangen, Tankograd Publishing, 2007.

10. Chant C. Armoured Fighting Vehicle of the 20* Century. – London: Tiger Books International, 1996.

11. Foss C. Jane's Tanks Recognition Guide. – London: Harper Collins Publishers, 1996.

12. Foss C., Milsom J., Weeks J., Tilotson G., Ogorkiewicz R. Panzer und andere Kampffahrzeuge von 1916 bis heute – Koln: Buch und Zeit Verlagsgesellschaft mbH, 1978.

13. The Encyclopedia of Tanks and Armoured Fighting Vehicles. General editor C. Foss. – London: Amber books Ltd., 2002.

14. Schrader U. Schnelle Truppen. Panzerjager – Bild einerTruppengattung//Wehrausbildung. -1991, №2.

15. Witkowski S. ft The Return of the Gunned Tank Destroyer//ARMOR. – 1989, March-Aprii.



B.Н. Заговеньев, К. Янбеков

Фортификационные сооружения для пунктов управления

Часть 2 Подвижная фортификация

В 1962 г. с выходом «Руководства по войсковым фортификационным сооружениям» была как бы «поставлена тонка» в решении задач текущего момента по приведению типовых и созданию новых фортификационных сооружений, отвечающих требованиям ведения войны с применением ядерного оружия. Впервые была введена глава «Сооружения для пунктов управления», которая содержала номенклатуру ВФС по назначению, типу устройства, конструктивному исполнению, материалу и др. Что же осталось вне этого руководства и не нашло отражения в документах?

Это так называемая «подвижная фортификация». В литературе дается следующее определение этого термина: «Подвижная фортификация – этот термин появился в середине XIX в. во Франции, а затем у нас. Под ним понималось укрепление местности такими фортификационными средствами, которые, в зависимости от требований обстановки, могут переноситься или передвигаться с одного места на другое. Поэтому термин «подвижная фортификация» признать правильным в сущности нельзя, – следовало бы говорить «подвижные средства фортификации», причем наличие последних на позиции совершенно не исключает возведения таких фортификационных сооружений, как окопы, ходы сообщения, убежища и пр.» [1 Шперк В.Ф. Фортификационный словарь. – М.: ВИА, 1946.]

Понятийное значение этого термина – изменение положения фортификационного сооружения (перемещение), связанное с оперативным передвижением или быстрой передислокацией (например, подвижный ПУ и др.). Однако следует отметить, что фортификационные сооружения включают защитную и несущую конструкции, которые обладают определенными ресурсами по обеспечению требуемого уровня защиты. Так, защитная конструкция, которая почти для всех сооружений состоит из грунта (грунтовая обсыпка), уникальна тем, что обладает естественными (природными) свойствами, которые воспринимают и уменьшают давление ударной волны взрыва, перехватывают и уменьшают убойную силу пули и осколка, снижают действие проникающей радиации и пр. Она не может перемещаться вместе с сооружением, за исключением ситуаций при отрывке котлована и засыпке сооружения в месте его возведения.

Несущая конструкция сооружения – это искусственное устройство с определенной несущей способностью (по форме, материалу, конструктивному исполнению) с учетом совместной работы с грунтом. Использование сооружений КВС-У, КФУ и СБК на поверхности земли или просто в котловане без грунтовой обсыпки не обеспечивало требуемый уровень защиты от средств поражения.

Иногда фортификационным сооружениям присваивают несвойственный им атрибут – мобильность, что подразумевает подвижность, или способность к быстрому передвижению. ВФС в каноническом построении являются возимыми объектами и стационарными по применению. По конструктивному исполнению такие сооружения относятся к сборно-разборным и требуют дополнительных действий по отрывке котлована, сборке несущей конструкции, установке внутреннего оборудования и др., т.е. никак не могут относиться к мобильным объектам.

Изменение положения фортификационных сооружений, связанное с оперативным передвижением или быстрой передислокацией (особенно для ПУ), – это задача, которую требовалось решать в условиях ведения маневренных боевых действий. Попытка создать подвижные сооружения для ПУ на основе комплекта сооружений КВС-У, КВС-А и КФУ не увенчалась успехом. Появились легкие и быстровозводимые сооружения, которые обеспечивали требуемые сроки фортификационного оборудования районов развертывания ПУ (первого положения) по защите, транспортабельности, времени сборки и эксплуатации. Однако по показателю кратности (готовности) применения они не соответствовали условиям военного времени, так как не гарантировали быстрого извлечения из-под грунтовой обсыпки и требовали привлечения дополнительных сил и средств для извлечения и перевозки.

С середины 1950-х гг. решением этой задачи занималась группа специалистов 15 ЦНИИИИ, в которую входили Е.Ю. Липский, В.Н. Васильченко, А.И. Майоров, П.С. Иванов, Н.С. Маштаков, И.Н. Прухников, Н.И. Грачева и другие. Они исследовали возможные направления создания сооружений моноблочного типа полной заводской готовности, быстроизвлекаемых и надувных конструкций, а также способы защиты подвижных средств управления в районах развертывания ПУ.


Тягач АТ-Т буксирует прицепной контейнер «Аэлита» на прицепе-роспуске с дополнительной одноосной платформой.


«Аэлита»

Первым шагом в этом направлении стала разработка единого цельного сооружения, включающего в себя основное помещение со смонтированным внутренним и бытовым оборудованием для работы группы управления, а также встроенный защитный вход (Е.Ю. Липский – идейный вдохновитель). Экспериментальный образец, именовавшийся «Прицепной контейнер «Аэлита», изготовили в Нахабино на 542-м ЗИВ в 1958 г. Он представлял собой контейнер (моноблок) полной заводской готовности, который перевозился или буксировался за автомобилем или тягачом на прицепе, прицепе-роспуске с дополнительной одноосной тележкой.


Извлечение контейнера «Аэлита» из-под грунтовой обсыпки. 1 – вид со стороны входа до начала извлечения; 2 – извлечение элементов предтамбура; 3 – попытка сдвинуть контейнер с места; 4 – извлечь контейнер из-под грунта не удалось.





Извлечение «Аэлиты» из-под грунтовой обсыпки. Этот опыт завершился удачно.


Прицепной контейнер «Аэлита» предназначался для использования на КП, ПКП в качестве табельного средства защиты вместо части штабных автобусов и машин связи с кузовами КУНГ-1. Площадь его основного помещения составляла 11,0 м2 , пролет – 1,9 м. Вес укрытия равнялся 3,5 т, а общий вес с тягачом ТК-2 (модернизированный ЗИЛ-157В) на полуприцепе ПС-2 – 14,6 т. Перевод из транспортного положения на грунт осуществлялся за IQ- 15 мин. Общее время возведения не превышало 2 ч. Время извлечения из грунта лебедкой должно было составлять до 30 мин.

Контейнер состоял из основного помещения, встроенного входа с тамбуром и предтамбура из двух элементов. Их конструкция включала металлический каркас с поперечными и продольными ребрами жесткости по форме железобетонного элемента Б-1 с внутренней и наружной металлической обшивкой. Форма поперечного сечения основного помещения была принята круглой с плоским полом, как наиболее выгодная по прочностным и экономическим показателям, а также обеспечивавшая относительный рикошет пуль при обстреле разведывательно-диверсионными группами в ходе совершения марша с одной позиции на другую.

Продольную форму сооружения выбрали сигарообразной с целью уменьшения его лобового сопротивления при извлечении из-под грунта волоком с помощью лебедки тягача. Несущую конструкцию «Аэлиты» выполнили цельносварной из листовой стали толщиной 3 мм. С внутренней стороны несущей конструкции были приварены шпангоуты, по внутреннему периметру которых крепились изогнутые стальные полосы сечением 6x80 мм. Изнутри оболочка обшивалась фанерой.


Вариант экспериментального образца СПУ.


Фрагменты общего вида и деталей прицепа-укрытия СПУ, находящегося на испытательной площадке бывшего 15 ЦНИИИ: 1 – общий вид укрытия сбоку; 2 – основной вход; 3 – запасный вход; 4 – плоскость скольжения укрытия при извлечении из грунта волочением и проушины для крепления тросов; 5 – бойница с заслонкой; 6, 7 – отверстия для крепления воздуховода, ввода линий электроснабжения и связи, крепления клапана перетекания воздуха.


Испытания прицепного контейнера «Аэлита» провели в 1958 г. на Гороховецком полигоне, куда экспериментальный образец доставили из Нахабино на платформе автомобиля ЯАЗ-210. Испытания проводились под руководством полковника Е.Ю. Липского и включали проверку и оценку эксплуатационных показателей при возведении и извлечении контейнера. В целом он отвечал заданным требованиям по времени возведения, защите и обитаемости, но по времени извлечения не соответствовал установленным срокам. Контейнер, размещенный в котловане, в обвалованном состоянии (под грунтом) извлекался тягачом и лебедкой с большим трудом, при этом происходили постоянные обрывы тросов.

Основная причина заключалась в неправильной оценке нагрузки, действующей на извлекаемое укрытие. Дело в том, что на извлекаемый образец действовала суммарная нагрузка не менее 100 т при толщине обсыпки грунта 1,0 м, и преодолеть трение покоя применяемыми в то время средствами было трудно. Поэтому тягачи буксовали и троса не выдерживали динамических нагрузок при рывках и длительных натяжениях. В то время еще не существовало теории извлечения подобных сооружений, и тяговые усилия определялись приближенным расчетом без учета различных факторов, которые проявляют себя при взаимодействии грунта и сооружения, особенно в момент трогания с места последнего. При извлечении сооружений применялся классический способ – обратная последовательность возведению сооружения:снятие или удаление грунтовой обсыпки землеройным средством или вручную, освобождение пазух котлована от грунта и т.д. Таким образом, задача извлечения сооружений для обеспечения многократности их применения осталась нерешенной.

Второй экспериментальный образец контейнера «Аэлита» именовался также СПУ (Специальный прицеп-укрытие). Он состоял из основного помещения и двух входов с тамбурами. Основной вход оборудовался каркаснотканевым предтамбуром, а запасной служил для стыковки прицепов-укрытий между собой.


Вариант подвижного закрытия для КП и ТПУ (автомашина-укрытие и прицеп-укрытие). Начало 1960-х гг.


Эскизное предложение по приспособлению бронетранспортера в убежище (колесный вариант).


В несущей конструкции с каждой стороны и в одной из защитных дверей были оборудованы бойницы с заслонками. Со стороны входов предусматривались отверстия для вводов линий энергоснабжения и связи, клапаны перетекания воздуха. Внутреннее оборудование включало: в основном помещении – освещение рабочих мест (светильники), бытовое оборудование (столы, табуреты, подвесные нары); в тамбуре основного входа – фильтровентиляционную установку ФВКП-М-1 с ВЗУ-100, отопительно-вентиляционную установку ОВ-65 с ДЗУ-100; в тамбуре запасного входа – умывальник и резервные средства освещения – аккумуляторную установку УКП. Пол был выполнен из фанеры толщиной 10 мм. Тамбуры входов оснащались металлическими защитными и герметическими дверями.

После испытаний исследования по «Аэлите» прекратили, посчитав это направление малоперспективным. А второй образец «подвижной фортификации» попросту «забыли», и он уже более 45 лет находится на испытательной площадке бывшего 15 ЦНИИИ, став настоящим артефактом в истории развития войсковых фортификационных сооружений для ПУ.

Однако результаты работ по «Аэлите» и СПУ дали ощутимый толчок развитию быстроизвлекаемых конструкций фортификационных сооружений промышленного изготовления для ПУ и способов защиты машин управления и связи.

Необходимо отметить, что первоначально термин «контейнер» применительно к сооружению КВС-У, приспособленному для транспортировки автомобилем и вертолетом, соответствовал определению «вместилище для перевозки в нем грузов без упаковки разными видами транспорта»[2 Кузнецов С. А. Большой толковый словарь русского языка. 1-е изд. -СПб.:Норинт, 1998.]. А вот термин «прицепной контейнер» опередил свое время, так как по определению он уже представлял собой «транспортное оборудование… имеет прочную пространственную конструкцию… охватывает принадлежности и оборудование… в соответствии с чем является пригодным для многократного использования; позволяет осуществлять … быструю загрузку или разгрузку; и имеет внутренний объем 1м3 и более», в соответствии с определениями 1972 г.[3 Таможенная конвенция, касающаяся контейнеров, 1972 г.]


Принципиальная схема выглубления сооружения КВС-У из-под грунта с помощью пневмооболочки: 1 – сооружение; 2 – специальная пневмооболочка; 3 – воздуховод от компрессора.


Вариант приспособления бронетранспортера БТР-60ПА в укрытие.


Новые направления

К 1962 г. в ВИКА им. В.В. Куйбышева с участием П.И. Русанова, Ю.М. Старостина и других завершились НИР, в которых были определены новые направления по созданию фортификационных сооружений и требования к ним. В ЦНИИИ им. Д.М. Карбышева (Л.М. Гуров, Е.Ю. Липский. В.Н. Васильченко и другие) внесли корректировку в эти направления с учетом результатов исследований по «Аэлите» и СПУ.

Дальнейшее развитие подвижной фортификации было связано с созданием защитного кузова-полуприцепа и защищенного пункта управления. Их предполагалось выполнить по единой конструктивной схеме, которая должна была включать в себя базовый автомобиль, единый (несъемный) защитный кузов со входом, системы жизнеобеспечения и выглубления. В рамках этих работ были выполнены эскизные варианты подвижного защитного кузова-полуприцепа и изготовлен экспериментальный образец подвижного защищенного ПУ, получивший название «Стрела».

Эскизные решения не просто передвижного, а подвижного защитного прицепа-укрытия прорабатывались уже с 1960 г. При этом предпринимались попытки реализовать идею СПУ с использованием базы автомобиля (автомобиль-укрытие) и возможностью его стыковки с буксируемым прицепом-укрытием. Извлечение подвижного прицепа-укрытия предусматривалось своим ходом после снятия грунта обсыпки с помощью специальных оболочек (экранов).

В качестве базовых машин подвижных защитных прицепов-укрытий для КП рассматривались различные автомобили, исходя из возможной возимой ими полезной площади: ЯАЗ-214 – 15 м2 , МАЗ-500 (502) – 12 м2 , Урал- 375-12м2 , ЗИЛ-157-8,2 м2 .


Грунтовые экраны

Рассматривались и варианты размещения бронетранспортеров в укрытиях, которые предполагалось использовать на ПУ. Для так называемого «самоизлечения» колесных БТР из укрытия предполагалось использовать гидропневматические домкраты выглубления, а гусеничных машин – грунтозацепы гусениц. Время извлечения БТР из-под грунта должно было составлять примерно 1,0-1,5 ч. В дальнейшем были выполнены проработки по приспособлению БТР-50П и БТР-60ПА в укрытия с использованием для их самоизвлечения так называемых «грунтовых экранов». Они представляли собой полотнища с закрепленными тросами, укладываемые в определенном порядке на технику (объект) и засыпаемые грунтом толщиной 50-60 см.

В июне-сентябре 1964 г. на полигонах НИИБТ и ЦНИИИ им.Д.М. Карбышева провели испытания машины управления на базе БТР-60П (экспериментальный образец) и БТР-60ПА по приспособлению в укрытия с помощью грунтовых экранов и самоизвлечению из-под них.

Бронетранспортеры устанавливались в котлован глубиной 1,2 м носом вперед. На крышах машин расстилались брезентовые полотнища с тросами. С обеих сторон БТР-60ПА пазухи между стенками котлована и машиной перекрывались настилом из лесоматериала, а у БТР-60П – специальными конструкциями из металлических труб, брезента и тросов, которые крепились с помощью упоров и скоб, приваренных к бортам машины. Перекрытия пазух засыпались грунтом толщиной 50-60 см с помощью бульдозера, а крыша – вручную. Вход в экспериментальный образец БТР-60П осуществлялся через правую боковую дверцу, а в БТР-60ПА – через люк водителя, которые от завала грунтом ограждались коробами из досок. После обсыпки машин грунтом задняя кромка брезентового полотнища с помощью троса и кола диаметром 15 см, забитого на глубину 1 м, закреплялась со стороны носовой части БТР. Из укрытия машины выходили задним ходом, при этом осуществлялось сбрасывание грунтового экрана с крыши с помощью брезентового полотнища.

Испытания по повышению защиты машин управления грунтовыми экранами различных конструкций и способов самоизвлечения показали, что варианты с использованием брезентовых полотнищ, усиленных тросами, и настила из подручных материалов оказались простыми, надежными и удобными в эксплуатации. Для безлесных районов рекомендовалось использовать грунтовые экраны с применением специальных конструкций, закрепленных на корпусе машины (вместо настила из подручных материалов).


Испытания по самоизвлечению бронетранспортера из-под грунтового экрана.


Укладка брезентовых полотнищ и отрывка котлована.


Установка полуприцепа в котлован с помощью седельного тягача и опор разгрузки рессорной подвески полуприцепа и тягача.



Установка металлических перекрытий над пазухами котлована и засыпка грунтом с использованием брезентовых полотнищ с тросами при помощи тягача.


Последовательность устройства защиты полуприцепа-укрытия.


Применение грунтовых экранов для укрытия машин управления существенного влияния на качество радиосвязи не оказывало. Для обеспечения коллективной защиты личного состава и экипажа бронетранспортера требовалось оборудовать убежище средствами герметизации и фильтровентиляции.

Одновременно изучалась возможность внедрения пневмокаркасных конструкций для применения в пазухах котлована и снятия грунтовой обсыпки с крыши машин управления и связи ПУ, а также создания пневмокаркасной конструкции в виде соединенных между собой пневматических торов для защиты личного состава (блиндаж, убежище). Натурные испытания с использованием опытного образца сооружения КВС-У, включавшие выдавливание его из грунта, завершились с положительными результатами. Однако у таких конструкций имелись и отрицательные стороны, проявлявшиеся чаще всего при работе под грунтовой обсыпкой в условиях динамических нагрузок.

К сожалению, выдача практических рекомендаций войскам по внедрению нового способа повышения защиты подвижных средств управления и связи ПУ с использованием грунтовых экранов не состоялась.

При показе новых средств фортификации планировалась демонстрация действия грунтовых экранов для повышения защиты и самоизвлечения машины управления на базе БТР, но сам процесс подготовки (устройства защиты с помощью грунтовых экранов) ее в укрытие не демонстрировался, так как на это ушло бы 1,5-2 ч. Бронетранспортер поместили в укрытие заранее и предусмотрели его показ уже в полной готовности к самоизвлечению. Однако накануне ночью и утром перед демонстрацией прошли дожди. Когда наступил момент самоизвлечения машины из-под грунтового экрана, она не смогла выйти (буксовала, глохла) и осталась под грунтовым экраном. То есть тяговое усилие БТР по мокрому грунту не обеспечивало его нормальный выход из укрытия. Это произвело негативное впечатление на комиссию и позволило сделать вывод о бесперспективности этого направления.

В связи с этим простой, надежный и удобный в эксплуатации способ применения грунтовых экранов в фортификационных сооружениях, предложенный при разработке защитного полуприцепа-укрытия, не получил дальнейшего развития. Только через 20 лет состоялось новое рождение конструкции брезентовых полотнищ с тросами – в виде гибких покрытий с тросами, предназначенных для послойного снятия грунтовой обсыпки при извлечении каркасно-тканевой трансформируемой конструкции для защиты личного состава и КНП командира батальона.

К применению грунтовых экранов вернулись еще раз при создании защитного полуприцепа-укрытия со входом и системой жизнеобеспечения, в котором удаление грунта с полуприцепа предусматривалось тягачом с помощью брезентовых полотнищ, снабженных тросами (не путать со способом самоизвлечения).

Дальнейшие исследования в области фортификационных сооружений для ПУ велись по следующим направлениям:

– создание защитного полуприцепа-укрытия с входом, системой жизнеобеспечения с использованием грунтовых экранов, удаление которых с полуприцепа осуществляется тягачом с помощью брезентовых полотнищ, снабженных тросами;

– создание единого (несъемного) защитного кузова с входом, системой жизнеобеспечения с использованием грунтовых экранов, удаление которых осуществляется тягачом с помощью тягача брезентовых полотнищ, снабженных тросами;

– создание единого (несъемного) защитного кузова с входом, системой жизнеобеспечения и встроенной системой выглубления из- под грунтовой обсыпки;

– создание быстровозводимых и быстроизвлекаемых сооружений блочного типа для защиты, работы и отдыха на пунктах управления оперативно-тактического звена;

– создание сборных большепролетных сооружений для защиты ПУ, МП и ракетной техники.


Последовательность удаления грунта с полуприцепа для выхода из укрытия. Удаление грунта с полуприцепа с использованием брезентовых полотнищ с тросами при помощи тягача; справа – снятие металлических перекрытий над пазухами котлована.


Вариант защищенной машины на шасси Урал-375 с встроенным входом, закрывающейся поворотной лестницей, бытовым и внутренним оборудованием.


Модель одного из первых вариантов СЗМ на автомобильном шасси (масштаб 1:10).


Защищенные машины для ПУ

В период с 1960 по 1965 г. удалось сдвинуть с «мертвой точки» и идею создания подвижного защитного сооружения для ПУ. Профессор ВИКА А.И. Синицын так охарактеризовал это направление: «Фортификационные сооружения из коробки превращаются в механизм-устройство с определенными свойствами». Новый объект получил обозначение «Специальная защищенная машина» (СЗМ) и название «Стрела». В его конструкции были заложены свойства и характеристики, обоснованные результатами всесторонних исследований отдельных элементов будущего изделия, моделирования конструкции и способов извлечения, расчетами и др.

Одновременно полным ходом шел выбор базовой машины и конструкции несъемного кузова, полуприцепа-укрытия, проводились испытания по определению прочностных характеристик и герметичности кузовов и кабин, снижению поражаемости личного состава за счет применения подбоев из различных материалов, разработки системы жизнеобеспечения и ее размещения, способов и механизмов извлечения и др. Активное участие в этих работах принимали Е.Ю. Липский, Л.С. Колодяжный, Г.М. Ляхов, В.А. Котляревский, B.C. Бахрушин, В.И. Шпунтиков, В.Ф. Подолынный и Б.И. Никонов.

Исследовались стеклопластиковая кабина шасси MA3-543, экспериментальная шестиместная кабина гусеничного тягача АТС-59, экспериментальный образец кузова-фургона К-66У1Д, предназначенный для установки на шасси автомобиля ЗИЛ-157, экспериментальный образец защитного кузова вагонного типа КЗ-1, предназначенный для установки на шасси автомобиля ГАЗ-66 и несущая конструкция – оболочка СПУ.

В качестве базовой машины предполагалось использовать новые и перспективные образцы автомобильной техники, планируемой для снабжения войск. В 1961-1964 гг. на Брянском автомобильном заводе осуществлялась подготовка производства нового автомобиля ЗИЛ-135Л и одновременно проводились испытания модификации ЗИЛ-1Э5ЛМ. В это же время Уральский автомобильный завод выпустил автомобиль Урал-375, который имел мягкую складную крышу кабины, и Урал-375Д с цельнометаллической кабиной. Эти машины были тогда лучшими в классе автомобилей повышенной проходимости.

В результате выбор остановили на автомобилях ЭИЛ-135ЛМ и Урал-375Д, как наиболее полно соответствовавших требованиям к подвижной базе для единого (несъемного) защитного кузова и защитного полуприцепа-укрытия.

К 1965 г. был выполнен новый проект защитного прицепа-укрытия и определена технология его защиты и выхода из укрытия. В качестве транспортного средства приняли седельный тягач Урал-375, который применялся для перевозки прицепа-укрытия и снятия грунтовой обсыпки с помощью брезентовых полотнищ с тросами. К сожалению, эта работа так и не вышла из стадии технического проекта.

Одновременно проработали различные варианты эскизных и технических решений защищенной машины на базе Урал-375 и ЭИЛ-135Л, отличавшиеся формой и комплектацией кабины, несъемного защитного кузова, размещением необходимого оборудования для жизнеобеспечения и выглубления.

Один из первых вариантов защищенной машины управления на шасси Урал-375 не предусматривал наличия системы выглубления из-под грунтовой обсыпки. В целом он повторял решение специального прицепа-укрытия и служил, в основном, для привязки составных частей устанавливаемого оборудования, определения их размеров и возможности крепления на шасси автомобиля. Извлекать машину предусматривалось тягачом с помощью брезентовых полотнищ, снабженных тросами (эти исследования проводились одновременно с подвижным защитным полуприцепом-укрытием). Рассматривалась возможность применения пневмокаркасных конструкций для защиты и извлечения подвижных средств управления и связи ПУ. Эти работы велись под руководством А.И. Майорова.

Параллельно разрабатывался вариант несъемного защитного кузова на шасси автомобиля ЭИЛ-135Л с размещением систем жизнеобеспечения и выглубления. К концу 1964 г. была подготовлена конструкторская документация на макетный образец СЗМ «Стрела» и изготовлена его модель в масштабе 1:10.

На основании анализа и обобщения результатов ранее проведенных опытов и экспериментальных исследований в конструкцию СЗМ внесли изменения. Это касалось, в первую очередь, конфигурации передней части машины для исключения воздействия дополнительной нагрузки от грунтовой обсыпки. Форму передней части ЗИЛ-1Э5Л приняли почти без изменений, но с некоторыми конструктивными доработками для повышения защиты и обеспечения равномерной нагрузки на машину при ее выглублении из-под обсыпки. Для сброса грунта с крыши машины, который оставался после выглубления, ввели пневмооболочку-грунтосбрасыватель.


Макетный образец СЗМ «Стрела» на шасси ЗИЛ-135Л.


Действие системы выглубления на СЗМ «Стрела».


СЗМ «Стрела» с грунтосбрасывателем после выглубления и выезда из укрытия.


В 1965 г. изготовили экспериментальный макетный образец СЗМ «Стрела». Разработку рабочей конструкторской документации выполнили специалисты ОПФБ (К.И. Иванов, ГА. Мелик-Парсаданов, В.М. Зайцев) и 51-го и 54-го отделов ОКБ (группы гидропривода и электропривода) во главе с главным конструктором проекта В.И. Карцевым. Макетный образец собрали на производственной базе 542-го ЗИВ.

Специальная защищенная машина «Стрела» предназначалась для обеспечения работы подвижных ПУ оперативного звена, защиты их от современных средств поражения, установки в котлован и извлечения из-под грунтового обвалования.

Машина была построена на базе шасси ЗИЛ-1Э5Л и включала каркас, выполненный из замкнутых металлических рам, связанных между собой шпангоутами и стрингерами, заполненными пенопластом, с внешней дюралевой и внутренней пластиковой обшивкой. На крыше предусматривалось размещение грунтосбрасывателя, а в боковых стенках каркаса располагались четыре боковых, два задних и два передних (толкающих) гидроцилиндра. Внутри каркаса имелось помещение для размещения внутреннего рабочего оборудования. Машина оснащалась гидроприводом и электроприводом.

Макетный образец СЗМ «Стрела» имел следующие габариты: длина – 11400 мм, ширина – 3150 мм, высота – 3400 мм. Полезная площадь составляла 17 м2 ; вместимость – 8 чел.; расчет – 2 чел.; скорость движения – 50 км/ч. Время развертывания -2 ч, время свертывания – 0,5 ч.

С 1965 по 1967 гг. на полигонной базе 15 ЦНИИИИ им. Д.М. Карбышева макетный образец СЗМ подвергли всесторонним испытаниям, которые должны были подтвердить целесообразность и эффективность принятого направления обеспечения защиты подвижных ПУ. Результаты испытаний обнадеживали. В то же время, в конструкции машины имелись недоработки, которые по мере возможности устранялись. Для получения полной картины выхода СЗМ «Стрела» из-под грунтовой обсыпки в первых опытах грунтосбрасыватель (пневмооболочка) не устанавливался.

Отказов двигателя при нахождении «Стрелы» под грунтом не было. Система гидропривода справлялась с нагрузками, которые возникали при выходе машины из-под грунта. При так называемом «шагании» (работе толкающих гидроцилиндров) часть грунта в сухом состоянии осыпалась с крыши машины. В одних опытах СМЗ выходила из-под грунта и выезжала своим ходом, а иногда самостоятельно выехать не могла, буксовала, и тогда приходилось использовать лебедку или привлекать тягач для выезда из укрытия.

Результаты испытаний СЗМ «Стрела» подтвердили перспективность и целесообразность развития принятого направления. По сути, удалось успешно объединить в одном объекте подвижный защищенный командный пункт, оснащенный средствами управления (связи), и фортификационное сооружение на колесном базовом шасси, оборудованное системами автономного жизнеобеспечения и механизмами самостоятельного выглубления из-под грунтовой обсыпки.

К существенным недостаткам «Стрелы» отнесли перегруженность базового шасси и возникающие проблемы выезда из котлована: при выглублении из-под грунтовой обсыпки земля недостаточно просыпалась под колеса, и попытка самостоятельного выхода из котлована завершалась буксованием машины. Имелись проблемы в работе механизмов и систем при выглублении СЗМ из-под грунтовой обсыпки с замерзшим слоем грунта. При долгом нахождении машины под обсыпкой грунт оседал и уплотнялся, что затрудняло работу грунтосбрасывателя.


СЗМ «Стрела» в укрытии под грунтовой обсыпкой.


Выход машины из-под грунтовой обсыпки на расчетную высоту с помощью гидродомкратов.


Буксировка СЗМ «Стрела» при невозможности самостоятельного выезда из укрытия.


Выезд машины СМЗ «Стрела» из укрытия с помощью тягача.


Что же стало со «Стрелой» после 1967 г., когда уже были подготовлены отчет по результатам ее испытаний и аванпроект специальной машины управления? Произошло примерно то же, что и с СПУ и «Аэлитой». Участник тех событий вспоминал, что на одном из показов после демонстрации большого количества средств к машине подвели Министра обороны СССР маршала А.А. Гречко. Изрядно уставший министр изрек: «А это что за банно-прачечный комбинат?»

Сложно сказать, правда это или фантазия, однако изменить негативное отношение Гречко к изделию не удалось. Возможно, основная причина заключалась в том, что выход «Стрелы» не демонстрировался, т.е. не были показаны ее возможности как защищенной машины управления. Немаловажным отрицательным фактором являлась и высокая (на тот момент) стоимость СЗМ. Тем не менее, идея, заложенная в этом образце, на много лет опередила свое время в развитии именно «подвижной» фортификации для ПУ.

После неудачной демонстрации работы в данном направлении были свернуты, а вернулись к ним только через 10 лет, при создании защищенной машины «Редут». В итоге целое десятилетие было упущено в развитии подвижных средств фортификации для ПУ!



Валерий Васильев

По теме «Каратель»

Завод имени И. А. Лихачева на протяжении многих лет исправно пополнял арсеналы оборонного ведомства нашей страны разнообразной военной техникой. И хотя сейчас предприятие исключено из списков поставщиков армейских машин, его специалисты до последнего времени не прекращали работу над новыми образцами. Об этом свидетельствует, в частности, опыт создания перспективного поколения полноприводных автомобилей многоцелевого назначения.


Истоки

История проекта восходит к ноябрю 2001 г., когда в соответствии с решением пленума Научно-технического комитета Главного автобронетанкового управления (ГАБТУ) Министерства обороны России и техническим заданием №2-99 от 15 апреля 2002 г. ряду автозаводов страны предложили участвовать в НИР по теме «Каратель», предусматривающей разработку технического проекта семейства армейских автомобилей многоцелевого назначения грузоподъемностью от 1 до 2,5 т в 2010-2015 гг.

АМО «ЗИЛ» также вошел в круг тех организаций, которые привлекались к проекту на конкурсной основе. В течение 2003 г. на заводе изучались возможности участия его в разработке многоцелевого автомобиля с колесной формулой 4x4 грузоподъемностью 2,5 т с учетом военного и гражданского применения. Однако в конце года руководство предприятия, ссылаясь на занятость конструкторско-технических служб и опытного производства завода проектированием и постройкой макетных образцов армейских автомобилей типа 4x4 и 6x6 (грузоподъемностью, соответственно, 2,5 и 4 т) по теме «Калам», уведомило МО о том, что АМО «ЗИЛ» не сможет в полном объеме участвовать в работе над новым проектом.

И все же спустя 5 лет, в начале 2008 г., мэр Москвы Ю. Лужков поручил генеральному директору управляющей организации ЗАО «Московская автомобильная компания» (МАК) К. Лаптеву возвратиться в инициативном порядке к вышеуказанной теме с учетом подготовленного ранее тактико-технического задания Министерства обороны. Получив согласие военного ведомства, в апреле того же года на ЗИЛе приступили к разработке эскизного проекта семейства автомобилей 4x4 многоцелевого назначения грузоподъемностью 2,5 т в соответствии с темой «Каратель». Новый образец получил обозначение ЗИЛ-3901.

Почему же машины упомянутого типа столь сильно заинтересовали российских военных специалистов?

Дело в том, что в последние 15-20 лет в мире принципиально изменились технологии войн. С одной стороны, принципиально новым стали скоротечные действия различных войсковых соединений на больших плацдармах с применением новейших средств вооружения и техники, с использованием автоматизированного управления всем процессом боевых действий («Буря в пустыне», 1991 г.; «Свободный Ирак», 2003 г.).

С другой стороны, участились внутренние вооруженные конфликты на этнической и религиозной основе, которые характеризуются террористическими актами, часто происходящими на улицах поселков и городов и даже на отдельных объектах и в жилых домах. Это и потребовало создания специальных сил, оснащенных высокоэффективными средствами противодействия для захвата объектов внутри мирных территорий.

В соответствии с изменением технологии войн должна меняться и военная техника. Например, за истекшие 15-20 лет в США получили жизнь три поколения военной колесной автомобильной техники, а в РФ и сегодня войска оснащены практически еще техникой советского времени.

Наконец, имеющиеся в нашей стране армейские бронированные автомобили полной массой более 10-12 т в силу своих значительных габаритов, неповоротливости, тяжелого вооружения, относительно малого ресурса и высокой стоимости не отвечают новым требованиям ведения боя в ходе локальных конфликтов, где нужна высокая мобильность и способность эффективно действовать в городах, на пересеченной местности или в горных условиях.


Один из эскизов будущего автомобиля.


Компьютерная модель автомобиля выполненная С. Саакяном.


Ставка на прогресс

Таким образом, перед конструкторами стояла задача – создать в классе автомобилей 4x4 новое поколение машин, которые должны отличаться высокими тягово-динамическими качествами, маневренностью и мобильностью, способностью нести самое современное вооружение и средства защиты. С позиции художественно-конструкторского решения новая техника должна обладать индивидуальной выразительностью внешних форм, технологичностью конструкции, возможностью бронезащиты экипажа, удобством в эксплуатации, а также допускать создание на основе базового кузова максимального количества модификаций для выполнения специальных армейских и народнохозяйственных задач.

Реализуя данную концепцию, утвердили два направления работ по формированию внешнего облика будущих автомобилей типа 4x4: проектирование образцов с двухобъемными кузовами и машины с однообъемным кузовом, о которой и пойдет речь.

Внешнюю архитектуру и интерьер автомобиля создали А. Чирков и С. Саакян. Последний вместе с заместителем директора по развитию АМО «ЗИЛ» – руководителем проекта инжиниринговой компании С. Ошурковым разработал общую компоновку шасси и кузова машины. Компоновку и размещение агрегатов выполнил ведущий инженер-конструктор А. Степанов, а расположение экипажа (бойцов) спиной к спине предложил К. Потехин. Руководителем разработки эскизного проекта и ходового макета назначили заместителя главного конструктора АМО «ЗИЛ» В. Мазепу.

Нельзя не сказать, что автомобиль с однообъемным кузовом оригинального дизайна, ставший детищем группы молодых проектировщиков, появился в неординарно короткий срок для такого рода изделий. Работа от первого эскиза до постройки ходового посадочного макета была выполнена с мая по сентябрь 2009 г.

В ходе проектирования новой машины осуществлялось взаимодействие АМО «ЗИЛ» с различными профильными организациями, такими как РКК «Энергия», МАМИ, ЗАО «Форт Технология», НИИ «Стали», ОАО «Институт пластмасс им. Г.С. Петрова», МГТУ им. Баумана, НТЦ «Мультисеть», НИИИ-21 МО РФ и др. При этом был собран и обобщен аналитический материал по автомобилям многоцелевого назначения зарубежного и отечественного производства, проводились исследования тактико-технических характеристик и ходовых качеств перспективных образцов совместно с подразделениями общевойсковых служб, ФСБ, ВДВ и МВД.

При решении поставленных задач был создан программный комплекс на базе продуктов компании PTC Pro/Engineer – Windchill, который связал весь процесс проектирования – от дизайна до конструкторско-технологической документации. Такой подход позволил заложить технические и компоновочные решения, дающие возможность применения на единой платформе различных кузовов, а в шасси – внедрения различных силовых агрегатов и агрегатов трансмиссии. Разработку конструкции макета автомобиля вели с использованием компьютерной технологии 3D, привлекая ограниченное количество исполнителей. Это позволило резко повысить качество и существенно сократить сроки выполнения проекта.

Проектирование велось с учетом тенденций в автомобилестроении,связанных с заменой литых деталей на листовые гнуто-сварные пространственные конструкции, позволяющие, помимо упрощения изготовления опытного образца, получить более прочные (жесткие) детали при меньшем их весе. Практическое применение получили методики, включающие весь комплекс работ – от компоновки изделия до лазерного раскроя. Трехмерное проектирование в сочетании с установкой лазерного раскроя позволило значительно сократить время на разработку и изготовление отдельных элементов шасси.


Оригинальная система боковых распашных створок.


Расположение мест для экипажа.


Бойцы без труда могут покидать машину благодаря широким дверным проемам.


Фамильные черты

В январе 2009 г. в модельном цехе ЗИЛа изготовили макет в масштабе 1:10 из алюминиевого сплава с учетом основополагающих компоновочных параметров: расстояние от опорных поверхностей колес до верхних полок лонжеронов рамы – 1000 мм; колея передних и задних колес – 2100 мм;величина колесной базы – 3800 мм.

При разработке дизайна кузова машины (декабрь 2008 – январь 2009 гг.) посадку экипажа выполнили по схеме 1+10, однако после коррекции моделей манекенов и согласования с потенциальными заказчиками экипаж уменьшили до 1+9. Места водителя и командира находятся в передней части кузова, по бокам рамы за линией двигателя. Шесть членов экипажа размещаются спина к спине на раме вдоль продольной оси. Два члена экипажа располагаются лицом назад в ряд между арками задних колес. При такой посадке обеспечивается круговой обзор и возможность ведения боя по всему периметру. Быстрое покидание кузова стало возможным благодаря широким дверным проемам.

В основу художественно-конструкторского решения машины положена идея создания неповторимого, ультрасовременного, грозного и агрессивного образа внедорожника, выполняющего не только утилитарные функции бронеавтомобиля, но и являющегося действенным психологическим оружием. Главными особенностями дизайнерского решения автомобиля стали «однообъемность» кузова, «агрессивная» решетка радиатора, «граненность» формы, сужение кузова к днищу.

Кузов автомобиля состоит из двух частей: передней и экипажной. Наклон передней и экипажной частей совпадает в месте их стыковки. Он продолжается на экипажной части, формируя наклон лобовых стекол, и через радиусный перегиб переходит в горизонтальную крышу. В результате, кузов образует однообъемную конструкцию, а также подчеркивает современность и динамичность автомобиля.

Задняя часть корпуса достаточно вытянута, что продиктовано возможностью размещения там бойца с пулеметом. Обрывается задняя часть вертикальной поверхностью с бойницей. В плоскостях, образующих сужение задка, имеются окна с бойницами для ведения огня двумя крайними задними бойцами. Аналогичным образом (вертикально) расположены и боковые плоские стекла с бойницами. Это обеспечивает хороший обзор бойцам, сидящим спинами друг к другу.

Крыша, лобовые стекла и капот продольно разделены на три части: среднюю и две боковых, расположенных под углом к средней. Средняя зона может варьироваться в зависимости от функции той или иной модификации.

По бокам крыша переходит в вертикальные стекла. Под стеклами поверхность двери имеет ступенчатый контур и к днищу сужается. Такое решение обеспечивает антифугасный эффект – сужение днища для уменьшения повреждения пассажирского отсека при наезде на фугас. Ступенчатое сечение автомобиля в поперечном направлении уменьшает площадь его поверхности, расположенную под прямым углом к направлению ведения огня.

Боковые двери образованы верхними и нижними створками, навешенными на корпус кузова с помощью наружно закрепленных петель, и обеспечивают быстрый вход и выход экипажа. Верхние двери открываются вверх, нижние вниз, образуя подножку, не выходящую за габарит автомобиля. Верхние створки в поднятом положении также не выступают за боковой габарит автомобиля, что позволяет ему двигаться с открытыми дверями и увеличивает возможности ведения боя. Задняя дверь состоит из трех створок: двух боковых, открывающихся вбок, и одной нижней, открывающейся вниз и образующей подножку.

Решетка радиатора сконструирована весьма оригинально. Она выполнена в виде трех вертикальных «пилонов» с прорезями, придавая автомобилю довольно агрессивный вид и подчеркивая его принадлежность к военной технике.

Передние блок-фары включают ближний и дальний свет, а также поворотник. Фара ближнего/дальнего света в зависимости от комплектации может быть как оригинальной прямоугольной, так и круглой, позаимствованной у выпускаемых в нашей стране грузовиков и спецтехники. Второй вариант удешевляет и упрощает конструкцию, делая ее более надежной и ремонтопригодной. Передние габаритные огни расположены в углах решетки радиатора. Задние фонари – прямоугольной формы, также широко используемые в нашей стране.

В итоге, благодаря новаторскому дизайну и реализации в конструкции целого ряда специальных решений внедорожник по теме «Каратель» отличается уникальным футуристическим внешним видом и не похож ни на один из имеющихся аналогов.


Задние откидные части корпуса обеспечивают удобную посадку и высадку бойцов.


Архитектуру автомобиля отличают граненые формы. Его снабдили прочной рамой и надежными агрегатами.


Под защитой брони

При создании армейского автомобиля для ведения боя традиционно сложной задачей является необходимость применения стальной брони, имеющей большую массу (120-140 кг/м2 ), уменьшающей грузоподъемность транспортного средства практически до нуля и снижающей его вместимость. Учитывая сравнительно малую допустимую полную массу нового многоцелевого автомобиля (не более 7-8 т), пришлось искать альтернативу стальной броне. В октябре 2008 г. зиловцы установили контакт с ЗАО «Форт Технология» ЦСН ФСБ, после чего начались исследования новых методов защиты при бронировании автомобиля с однообъемным кузовом. В итоге, макетные каркас и кузов «Карателя» выполнили с учетом требований возможного бронирования по классу 6а на основе современных видов керамики и/или высокоориентированного полиэтилена.

Предложенная конструкция автомобиля и кузова, посадка экипажа «спина к спине» позволяют вести круговой обзор местности и обстрел. Крыша и боковые поверхности кузова в максимальной степени приспособлены к боевым действиям, обеспечивая ведение огня из положения стоя и сидя. V-образная конструкция днища машины в сочетании с применением специальных антифугасных сидений позволяет существенно снизить воздействие на экипаж ударной волны взрыва под колесом или днищем автомобиля.

На каркас кузова могут навешиваться бронелисты различной степени защиты. Такое решение позволяет получить многофункциональный и легко ремонтируемый бронеавтомобиль. Наружное крепление дверей и люков обеспечивает сохранение кинематики открывания при использовании брони различной толщины.

Кузов имеет унифицированное крепление к шасси, что позволяет решать вопросы ремонтопригодности и универсальности при установке различных надстроек. Разработаны складывающиеся кресла с подвесным противоминным креплением, которые обеспечивают защиту экипажа при взрыве и позволяют оперативно трансформировать салон для перевозки раненых или различных грузов.

Спроектировано и изготовлено технологическое рабочее место водителя, предназначенное для установки на шасси автомобиля до монтажа на нем кабины или кузова. Это позволяет проверить функционирование всех систем автомобиля при пусках двигателя, а также перемещать своим ходом шасси с работающими органами управления.




Предполагаемые варианты комплектации автомобиля.


Возможное «боевое» применение «Карателя».


Испытания на проходимость.


Мобильная основа

Шасси выполнено как единое целое, а не набор отдельных узлов и агрегатов. При проектировании удалось решить сложные задачи по компоновке различных вариантов агрегатов. Расположение основных узлов автомобиля внутри рамы (обычно они располагаются по ее наружным поверхностям) позволяет в будущем использовать дополнительные объемы шасси для размещения вещевых ящиков и дополнительных топливных баков.

На машине используются 4-цилиндровый дизельный двигатель Cummins мощностью 185 л.с., механическая 5-ступенчатая коробка передач ZF S5-42 Ecolite, раздаточная коробка и ведущие мосты КАМАЗ с рессорной малолистовой подвеской.

Несущая рама с лонжеронами постоянной длины и сечения разработана как единый элемент, обеспечивающий оптимальное функционирование узлов и агрегатов автомобиля. Проектировщики отошли от конструкции рамы, характерной для серийных автомобилей ЗИЛ. Трубчатые поперечины сравнительно малого диаметра и с большой толщиной стенки заменили интегральными пространственными конструкциями. Элементы рамы обеспечивают максимально возможное количество функций. Так, в переднем подрамнике объединены передние кронштейны рессор, крепление гидроусилителя руля и центральные кронштейны стабилизатора поперечной устойчивости. Поперечины интегрированы с кронштейнами пневморесиверов. Поперечины и подрамники выполнены с максимальным сечением и минимальной толщиной стенки по технологии лазерного раскроя, гибки и последующей сварки.

По требованию заказчика макетный образец оснастили передовой системой видеонаблюдения, помогающей водителю двигаться в сложных погодных условиях и в ночное время. Машину оборудовали шестью внешними видеокамерами: две из них выполняли функции наружных зеркал переднего и заднего вида, две располагались спереди и две сзади. Изображение с камер выводилось на три дисплея, находящихся перед водителем.

В ходе совместных проработок с ЦСН ФСБ России в сентябре 2009 г. построили полноразмерный ходовой макетный образец автомобиля «Каратель». Его колея составляет 2100 мм, колесная база – 3800 мм. Масса снаряженного образца (без брони) достигает 4570 кг. Длина автомобиля равна 6330 мм, ширина – 2397 мм, высота – 2500 мм, размерность шин – 12.00R20, диаметр колес – 1140 мм.

Данная разработка защищена патентом на промышленный образец.


Подводя итоги

К макетному образцу еще на стадии подготовки эскизного проекта проявило интерес одно из Управлений антитеррора ФСБ РФ. Дважды проводилась демонстрация изделия с участием бойцов этого подразделения, оснащенных комплектом соответствующего обмундирования и вооружения. В октябре 2009 г. машину показали первому заместителю министра обороны – начальнику вооружения В. Поповкину и ГАБТУ МО РФ А. Шевченко.

Опыт, полученный во время разработки и постройки автомобиля многоцелевого назначения типа 4x4 по теме «Каратель», может быть использован при создании машин любого типа и класса, в том числе для использования по технологии двойного применения. Потенциальными заказчиками в России данного типа являются такие ведомства, как ФСБ, МО, МЧС, МВД и др.

В настоящее время ЗИЛ-3901 передали Камскому автомобильному заводу, который попытался сделать опытный образец «Карателя» на своей агрегатной базе.

Использованы иллюстрации из архива автора.


Вверху: вооружение республиканской армии, перешедшей после падения Каталонии на территорию Франции. Хорошо видны не менее восьми разнотипных эрзац-броневиков, а в правом нижнем углу просматривается советский грузовик ЗИС-5. Январь-февраль 1939 г.

Владислав Морозов

Далекий меридиан. Бронетанковая техника в гражданской войне в Испании

Броневая самодельщина

В самом начале гражданской войны в Испании, когда на фронте действовало очень немного танков (а имеющиеся «Рено» FT-17 и «Трубиа» мало кто мог правильно использовать), у воюющих сторон естественно возникла идея, что отсутствие танков в какой-то мере вполне смогут компенсировать бронеавтомобили. Благо, испанская дорожная сеть в те времена уже была достаточно развита, имелось в стране и производство броневой стали, правда, изначально ориентированное на нужды флота. Не вызывала вопросов и поставка шасси для броневиков: в стране имелось довольно приличное собственное автомобильное производство (знаменитые заводы «Испано- Сюиза»), а также автосборочные предприятия, производившие по лицензиям грузовики, в частности, известных марок «Шевроле» и «Форд». Достаточно много автомобилей (в том числе и грузовых) поступало и из-за границы в первой половине 1930-х гг.

Именно поэтому уже осенью 1936 г. пытливые умы по обе стороны фронта начали энергично мастерить разнообразные бронеавтомобили.

Националистов эта «эпидемия» коснулась в меньшей степени. В конце 1936 г. в морском арсенале Ферроля они построили несколько одноименных бронеавтомобилей (иногда их называют или «Аутонак», или, по типу используемого шасси – «Испано-Сюиза») и бронетракторов на базе двухтонного гусеничного «Катерпиллера» (Caterpillar Sixty 1925-1931 2ton) – достаточно распространенного в Испании типа тракторов. Однако первые же испытания выявили крайне низкие боевые качества этих машин. К тому же, они совершенно не вписывались в предполагаемую структуру бронетанковых подразделений армии националистов, поскольку бронетанковую технику для армии Франко обязались поставлять Германия и Италия. В результате, выпущенная ими техника нашла крайне ограниченное применение во время боев на Северном фронте (Страна Басков). К собственному массовому производству бронеавтомобилей националисты более не возвращались. Впрочем, это совершенно не мешало им применять на фронте экземпляры, захваченные у республиканцев.


Построенный националистами в Ферроле в 1936 г. бронетрактор на базе двухтонного «Катерпиллера». Машина вооружена двумя пулеметами «Гочкисс», не имеющими кругового обстрела.


Бронеавтомобили (№3 и №4), изготовленные националистами на шасси «Испано-сюиза» в морском арсенале Ферроля. Конец 1936 г.


У республиканцев картина была прямо противоположной. Поскольку у любой левой партии имелись свои вооруженные формирования с собственными командирами (каждый их них искренне полагал, что только он прекрасно знает, как именно и на чем его бойцам следует воевать), о какой-либо стандартизации техники речь не шла. До сегодняшнего дня многие фото республиканских броневиков имеют привязку только ко времени и району боевых действий, без точных указаний на тип использованного шасси и места изготовления. В остальных случаях они классифицируются как по типу шасси, так и по предприятию-изготовителю или месту постройки (город, область или любое другое географическое название).

При этом недостатка в «экспроприированных» автомобилях, рабочих руках и оружии не было. В итоге, механики-энтузиасты, действуя под лозунгами типа «Все на защиту республики!», развернулись, что называется, «на всю катушку», в подконтрольных различным партиям и профсоюзам гаражах и мастерских.

С самого начала к республиканским броневикам прилипло народное прозвище «tiznaos», т.е. «грязные» – из-за многочисленных надписей на бортах. С одной стороны, все эти названия партий были намалеваны на бортах броневиков от руки размашисто и крупно, но, с другой стороны, в начале войны «революционные лозунги» республиканцев зачастую содержали площадную ругань в адрес мятежников-националистов вообще и генерала Франко в частности.

В дело шли любые подвернувшиеся под руку шасси. Основным трактором, использовавшимся для бронировки, был все тот же гусеничный двухтонный «Катерпиллер». Правда, от постройки бронетракторов республиканцы отказались достаточно быстро, поскольку из СССР начали поступать танки, но отдельные экземпляры все же успели поучаствовать в обороне Мадрида в конце 1936 г.

Чаще использовались шасси крупных грузовиков грузоподъемностью не менее 2,5-3 т, причем как почтенного возраста, т.е. производства начала XX в. («Бенцы», «Уайты», «Рено» и т.д.), так и вполне современные на тот момент. Однако бывали и исключения. Так, в конце 1936 г. в одном из гаражей Барселоны (по другим данным, в Валенсии) был построен броневик на шасси легкового автомобиля «Испано-Сюиза» (чуть ли не представительского класса), именуемый в доступных источниках «Tiznaos-HS». Только совершенно непонятно, как и где собирались применять эту не имевшую ни башни, ни даже штатного вооружения конструкцию, которую, видимо, смогли бы по достоинству оценить только чикагские гангстеры тех времен, обожавшие погони со стрельбой в стиле Бонни и Клайда. Впрочем, никаких сведений о боевом применении этой машины нет: скорее всего, если ее все же использовали, то исключительно в качестве командирского VIP-транспорта.


Кустарные броневики и бронегрузовики, произведенные республиканцами на заводах Страны Басков и использовавшиеся на Северном фронте в 1936-1937 гг.


Пресловутый республиканский бронеавтомобиль «Tiznaos-HS». Конец 1936 г.


Республиканский эрзац-танк на базе двухтонного трактора «Катерпиллер», подбитый на Мадридском фронте в конце 1936 г.


Слева – бронетрактор на базе «Катерпиллера», построенный в Барселоне в конце 1936 г. и используемый анархо-синдикалистами из F.A.I – C.N.T. Справа – еще один бронированный «Катерпиллер».


Чаще всего грузовики бронировались даже без чертежей: бронекорпуса раскраивались «на коленке» по месту, под конкретное шасси. В итоге, среди нескольких построенных в одной и той же мастерской машин невозможно было найти двух одинаковых. Самым простым вариантом являлось изготовление бронегрузовиков: кабина водителя полностью или частично обвешивалась бронелистами, а в кузове устанавливалась бронекоробка с бойницами.


Вариант бронировки республиканцами трактора «Катерпиллер». Мадридское направление, 1936 г.


Бронеавтомобиль на шасси «Испано-Сюиза», построенный националистами в арсенале Ферроля. 1936 г.


Республиканский бронеавтомобиль, использовавшийся «Боевой колонной Аскасо» в боях на Арагонском фронте в 1936-1937 гг.


Бронеавтомобиль, применявшийся республиканцами в боях под Уэской (Арагонский фронт) в начале 1937 г.


Бронегрузовик, использовавшийся формированием F.A.I-C.N.T в 1936 г.


Республиканский эрзац-броневик, брошенный экипажем и захваченный националистами в районе Бильбао (Северный фронт) в июне 1937 г.


Еще один типичный вариант республиканского эрзац-броневика, 1936 г.


Построенный республиканцами в мастерских Бильбао броневик (скорее, это бронегрузовик), известный как «Tiznaos-Fantasma №1». 1936 г.


Пара крайне примитивных броневиков, изготовленных республиканцами в Барселоне в августе 1936 г. Интересно, что двигатели этих машин прикрыты броней только спереди.



Кустарные бронеавтомобили, построенные на заводах Каталонии в 1936-1937 гг. Эти машины использовались анархистами из F.A.I-C.N.T. и, по некоторым данным, участвовали в путче в Барселоне в мае 1937 г. Иногда их именуют «ЕЬго».




Но обычно изготовлялись «полные» бронеавтомобили: на длиннобазное грузовое шасси устанавливался массивный высокий бронекорпус коробчатой формы, бронелисты которого, как правило, располагались под прямыми углами. Для бронирования грузовых шасси применялись любые виды стали, включая толстое котельное железо (при применении такой эрзац-брони ее делали двухслойной или, к примеру, между двумя слоями стали могла устанавливаться «прокладка» из дубовых досок). Понятно, что бронекорпуса такого качества выдерживали попадания только обычных винтовочных пуль на средних и дальних дистанциях. При стрельбе в упор они в ряде случаев пробивались даже обычными пулями, а бронебойные пули винтовочного калибра дырявили их почти с любых дистанций.

Что же касается вооружения, то только самые «продвинутые» самопальные республиканские бронеавтомобили имели поворотные башни с пулеметами (обычно с «гочкиссами», «виккерсами» или «льюисами»). Зачастую такие машины или вообще не имели башен, или оборудовались неподвижными рубками. Отсутствие башни с вооружением считалось возможным компенсировать за счет перевозки на борту десанта из 4-10 чел., который вел огонь из винтовок и карабинов через многочисленные бойницы.







Бронеавтомобили кустарного производства, использовавшиеся милиционными формированиями F.A.I-C.N.T (в частности, так называемой «Колонной Дурутти»), UHP и POUM в 1936 г.


Бронеавтомобиль, построенный в военно-морском арсенале Леванта в начале 1937 г.


Возможно, единственный бронеавтомобиль МС 36, получивший при ремонте советскую танковую башню с 45-мм пушкой. Эта машина принадлежала националистам.


Пара эрзац-броневиков, собранных в мастерских «Vulcano» в Барселоне. 1936-1937 гг.


Бронеавтомобили, разработанные по типу ФАИ в Валенсии. При бронировке использовались 1,5-тонные праворульные шасси английского или канадского производства. Начало 1937 г.



Республиканские бронеавтомобили МС 36 постройки барселонского филиала фирмы «Испано-Сюиза», 1936-1937 гг.


Первыми начали производство броневиков заводы Страны Басков. Работавшие с испанским флотом арсеналы Бильбао, Сантандера и Хихона имели некоторый запас броневого проката и опыт производства бронеавтомобилей «Бильбао». Баски собирали такие импровизированные машины с августа 1936 г. до конца июня 1937 г. (до падения Бильбао), построив несколько десятков (иногда называется цифра в 25-40 единиц) самых разнообразных конструкций – в зависимости от наличия брони и типа шасси. Большая часть этих броеавтомобилей была потеряна к осени 1937 г., несколько экземпляров достались националистам, но в последующих боях их практически не использовали.

Другими центрами производства республиканских бронеавтомобилей являлись промышленные районы Валенсии и Каталонии (Барселона), изначально ориентированные опять-таки на нужды флота. При этом Мадрид уже осенью 1936 г. оказался под обстрелом дальнобойной артиллерии и бомбежками националистов, и какое-либо серьезное военное производство на столичных предприятиях стало невозможно. Крупнейшей производственной базой являлась Барселона, в окрестностях которой находились заводы-филиалы фирм «Испано-Сюиза» и «Дженерал-Моторс». Всего до конца 1936 г. там и в Валенсии изготовили несколько десятков (большинство авторов сходятся во мнении, что их было не менее 50, хотя, по некоторым данным, несколько больше – около 100) «эрзац-броневиков», как правило, довольно заурядных по своей конструкции и боевым качествам.

Из их числа следует выделить 10-12 броневиков, построенных частной мастерской Филда («Construktora Field Barcelona») в пригороде Барселоны. Они собирались из штампованных листов брони и имели бронекорпуса обтекаемой формы, которая, как выяснилось, мало влияла на общую бронестойкость.


Бронеавтомобиль, построенный для республиканцев в частной мастерской Филда в пригороде Барселоны в 1936 г. В конце 1936 – начале 1937 гг. эта машина использовалаа на Арагонском фронте одной из «боевых колонн» анархо-синдикалистов из F.A.I-C.N.T. Впоследствии была брошена экипажем, захвачена националистами. На фото справа – вариант этого же бронеавтомобиля без башенки.


В 1938-1939 гг. эта машина демонстрировалась на выставке военных трофеев в г. Сан-Себастьян.




Бронеавтомобили, изготовленные в мастерской Филда в 1936 г.


Следует упомянуть и довольно крупные бронеавтомобили МС 36, построенные на шасси пятитонного грузовика «Испано-Сюиза» Т-69. Клепаный бронекорпус этой машины тоже имел округлую форму и куполообразную поворотную башню с пулеметом «Гочкисс». При этом, помимо экипажа из 2-3 чел., МС 36 могли перевозить 8-10 солдат. Их сборкой занимался барселонский филиал фирмы «Испано-Сюиза», а броневой прокат для корпусов поставлял мадридский завод «Sociedad Commercial de Herros». Всего построили не более десяти МС 36 (возможно, 5-8 шт.), которые использовались обеими воюющими сторонами на протяжении всей гражданской войны. При этом к завершению боевых действий как минимум один такой бронеавтомобиль при ремонте получил стандартную советскую башню с 45-мм пушкой (правда, неизвестно, кто осуществил эту переделку – республиканцы или националисты). В испанской армии отдельные МС 36 дослужили до 1950-х гг.

Поскольку республиканцы слабо представляли, как использовать все эти «шушпанцеры», в основном эрзац-броневики применялись на фронте различными милиционными формированиями всевозможных левых партий и профсоюзов, зачастую контролировавшими процесс их производства. К ним относились анархо-синдикалистская F.A.I-C.N.T («Национальная организация труда»), марксистская UHP («Unios Hermanos Proletaros» – «Союз братьев- пролетариев»[1 Федерация социалистов, объединившая в начале 1930-х гг. крупнейшие профсоюзы Астурии, Леона и Валенсии и устроившая в 1934 г. Астурийское восстание, подавленное тогдашними властями]), троцкистская POUM («Рабочая партия марксистского единства») и др. Например, когда в августе-сентябре 1936 г. под Мадрид прибыли 1800 анархистов из «колонны Дурутти»[2 Буэнавентура Дурутти – в свои 40 лет был наиболее харизматичным и влиятельным вождем испанских анархистов, к тому же относительно терпимо относившимся к СССР. 19 ноября 1936 г. во время обороны Мадрида был смертельно ранен при довольно мутных обстоятельствах. Считалось, что причиной смерти Дурутти могли быть «разборки» внутри верхушки C.N.T или действия «пятой колонны». Националисты же сразу же объявили, что виной всему была «рука Москвы».], у них на вооружении было более 20 разномастных самопальных броневиков.

В первых же боях выяснилось, что само по себе обшивание первого подвернувшегося под руку грузовика броней вовсе не означает автоматического превращения последнего в танк и вообще в мало-мальски пригодное для реальной войны оружие. Действовать вне дорог республиканские эрзац-броневики не могли, а значит, для поддержки пехоты совершенно не подходили. Милисианос сплошь и рядом приходилось бросать на поле боя исправные, но застрявшие в грязи или завалившиеся в канавы бронеавтомобили, вытащить которые при отсутствии грузовика или трактора не было никакой возможности. Перегруженные двигатели еле-еле «таскали» эти машины, из-за чего они оказались малоподвижными и годились, в основном, для использования в качестве «подвижных баррикад» (подобным броневиком было удобно, например, перегородить улицу или развилку дорог).

При этом все импровизированные бронированные машины пробивались винтовочными бронебойными пулями и были крайне уязвимы от ручных гранат, а также от зажигательных бутылок с бензином. Попасть же в подобный «бронеобъект» из полевого орудия вообще не представляло затруднений: прямые попадания фугасных снарядов калибра до 75 мм вызывали разрушение шасси и бронекорпусов с почти неизбежным последующим пожаром. Воевать на подобных конструкциях в условиях позиционной войны оказалось просто опасно, хотя построенные в 1936-1937 гг. эрзац-броневики использовались на разных фронтах вплоть до самого падения Испанской Республики.

Осенью 1936 г. под Мадридом появились первые бронеавтомобили БА-И, ФАИ и БА-6, которые показали себя в боях с самой лучшей стороны. В итоге, в ноябре 1936 г. комиссия по бронетанковому вооружению армии Испанской Республики приняла решение разработать стандартизированный тип бронемашины, взяв за основу советские образцы.

Попытки построить машину по типу ФАИ оказались, в общем, безрезультатными. Испанцы пробовали ставить изготовленные по типу ФАИ бронекорпуса на шасси полуторатонных грузовиков, а не легковых «Форд-А», в итоге машины получались достаточно тяжелыми и не особо удачными. После выпуска 5-6 броневиков подобного типа (для бронировки использовались праворульные шасси английского или канадского производства) от их дальнейшего выпуска отказались.

Куда перспективнее в качестве образца для копирования оказался БА-6. Разработкой и выпуском нового бронеавтомобиля занимался завод «№22 Union Naval de Levante» в Валенсии, ранее сотрудничавший с испанским флотом. Согласно имеющимся документам, процесс проектирования контролировал советский советник, военинженер Николай Алымов (вообще-то приехавший в Испанию для решения вопросов, связанных с ремонтом и эвакуацией с поля боя подбитых танков). Вопросами производства броневого проката для новых бронемашин на заводе «Atlos Homos de Sagunto» (г. Сагунто недалеко от Валенсии) занимался другой советский специалист – инженер Андриан Воробьев.


Сборка бронеавтомобилей UNL-35 на заводе «№22 Union Naval de Levante» в Валенсии, 1937 г.


Бронеавтомобили UNL-35 раннего выпуска Республиканской штурмовой гвардии на улицах Барселоны во время подавления путча, устроенного F.A.I-C.N.T и POUM. Начало мая 1937 г.


Республиканский UNL-35 позднего выпуска на Арагонском фронте, 1937-1938 гг.


Республиканский праворульный UNL-35 на улице только что взятого Теруэля. Более десятка пулевых пробоин на крыльях бронеавтомобиля лишний раз свидетельствуют об ожесточенности боев за этот город-крепость. Январь 1938 г.


Бронеавтомобиль ААС-1937 с пулеметным вооружением.


Интересно, что испанцы с самого начала решили взять за основу не довольно слабое шасси трехосной «полуторки» «Форд-Тимкен» (ГАЗ-ААА), а куда более основательную «трехтонку» ЗИС-5. Как раз в конце 1936 г. республиканцы начали получать из СССР такие грузовики, именовавшиеся ими «Tres Nunes Communistes» – «Три коммунистических брата», или «Три брата-коммуниста»[3 Искаженное прочтение букв «ЗИС» на радиаторе, где кириллическая «3» читалась как арабская цифра «три», «И» – как перевернутая латинская «N», а русская «С» – как латинская «К».].

'Всего испанцы, по разным данным, получили 200-500 ЗИС-5. Его шасси укорачивалось на 140 см, карданный вал обрезался, а задние рессоры сдвигались. Бронекорпус, изготовленный по типу БА-6 (хотя он и не полностью копировал корпус советской машины), был частично сварным, а частично клепаным на уголках, с бронированным днищем. Броня для этой машины поставлялась двух типов – либо 10-мм твердая хромоникелевая, либо двухслойная (или «экранированная»), полученная путем склепки 7-мм бронелиста с 3-мм котельным железом. При обстреле с дистанции 25 м внешний 7-мм лист пробивался винтовочной бронебойной пулей, а на 3-мм внутреннем листе железа оставалась только вмятина: именно этот тип бронирования и стал основным для испанских броневиков данного типа.

Поначалу новый тип бронемашин получил обозначение «Trabajo №35» – «Тип 35», или Т-35, но затем приняли название по первым буквам предприятия-изготовителя – UNL-35. Единственное, в чем эти броневики уступали советским, – вооружение. Немногочисленные танковые 45-мм пушки, поставляемые из СССР, шли исключительно для ремонта танков, поэтому UNL-35 выпускались с вооружением из двух пулеметов, размещавшихся в лобовом листе корпуса и в одноместной башне, по форме напоминавшей башню немецкого легкого танка Pz.l.

Уже в июне 1937 г. Алымов докладывал в Москву о выпуске в Валенсии 26 серийных UNL-35, десять из которых были вооружены пулеметами «Максим», а 16 – ДТ. На заводах «Навалис», «Сагундо», «Торрес» и «Девис» в производстве находились еще 200 шасси ЗИС-5. Разведка националистов с самого начала была полностью в курсе данного проекта, и уже после выпуска первых машин заводы «Навалис» и «Сагундо» подверглись сильным бомбардировкам с воздуха, которые, к счастью, не причинили существенного вреда.

Броеавтомобили UNL-35 различались мелкими деталями: на ранних машинах устанавливались массивные угловатые крылья-и гладкая бронировка радиатора; на поздних крылья стали более легкими, а под радиатором появилась дополнительная поперечная планка из бронелиста. В качестве вооружения могли использоваться пулеметы «Гочкисс», «Виккерс», «Льюис», советские «Максим», ДТ и МТ-28, а также немецкие MG-08 и MG-13, причем в самых различных комбинациях, т.е. броневики даже одной производственной партии могли иметь совершенно разный состав вооружения.


Бронеавтомобиль UNL-35.


Бронеавтомобили UNL-35 кавалерийского полка армии националистов «Нумансия». Парад по случаю падения Барселоны 21 февраля 1939 г.


Республиканские бронеавтомобили UNL-35 и ААС-1937, интернированные на территории Франции после падения Каталонии в январе-феврале 1939 г. Хорошо видно не менее десятка машин обоих типов, при этом четко просматриваются минимум три ААС-1937, вооруженные 37-мм пушками «Гочкисс».


С лета 1937 г. до весны 1938 г. республиканцы выпускали в среднем по 5-6 UNL-35 в месяц. Но из-за приближения линии фронта к Валенсии и увеличения интенсивности авианалетов националистов производство броневиков перевели на завод «Amat» (г. Эльда, примерно 30 км северо-западнее г. Аликанте). Надо отметить, что уже осенью 1937 г. поставки грузовиков из СССР сначала сократились, а потом прекратились совсем по вполне объективным причинам – из-за морской блокады Республики. Например, 18 августа 1937 г. итальянская подводная лодка потопила республиканский пароход «Маг Negro», шедший из СССР, основным грузом которого были 200 ЗИС-5. Поэтому для бронировки пришлось использовать любые другие подходящие грузовые шасси, например, «Форд» и «Шевроле» (в том числе и с правым расположением руля).

Начались и проблемы с поставкой броневого проката. В итоге, с весны и до сентября 1938 г. производство UNL-35 сильно сократилось: в месяц делали не более 2-3 машин, а в некоторые указанные месяцы не собрали вообще ни одной. С сентября выпуск UNL-35 удалось поднять до прежнего уровня – 5-6 машин в месяц. В марте 1939 г., после падения Республики, изготовление прекратилось полностью. Всего за два года цеха покинули 120 UNL-35, более половины из которых (75-80 машин) – на шасси ЗИС-5.

Одновременно с началом выпуска UNL-35 в Валенсии велась подготовка производства бронеавтомобилей подобного типа на заводе «Дженерал-Моторс» в Барселоне. Машины барселонского производства были полностью аналогичны UNL-35, с той лишь разницей, что бронекорпус и башня изготавливались из 8-мм однослойной брони и изначально были адаптированы под трехосное грузовое шасси «Шевроле-SD». Вооружение тоже было обычное: ДТ, «Максимы» или MG-13, при этом на несколько машин позднего выпуска установили короткоствольные 37-мм пушки «Гочкисс», явно позаимствованные со списанных танков «Рено» FT.

Уже в апреле 1937 г. появились первые образцы этого бронеавтомобиля, получившего обозначение ААС-1937 («Autometralldora Canon»; разные авторы переводят это как «Бронеавтомобиль стандартный» или «Бронеавтомобиль пушечный»), или «Шевроле-1937». До марта 1938 г. в Барселоне выпускалось максимум по четыре ААС-1937 в месяц. С апреля, когда националисты вышли к Средиземному морю, отрезав Каталонию от Мадрида и Валенсии, и начались перебои с поставками брони, шасси и вооружения,производство упало до 1-2 машин в месяц, а в феврале 1939 г., с падением Каталонии, прекратилось. Всего за неполных два года собрали 70-75 бронеавтомобилей ААС-1937.

Впервые новые UNL-35 публично «засветились» во время подавления путча в Барселоне в начале мая 1937 г. Путч был спровоцирован анархистами из F.A.I – C.N.T и троцкистами из POUM, которые стремились превратить Каталонию в полигон для своих социальных экспериментов, типа совершенно непродуманной земельной реформы. Определенную роль в этих событиях сыграли и каталонские националисты, в очередной раз решившие объявить Каталонию независимым государством. Формальным поводом стал протест президента Испанской Республики М. Асаньи по поводу того что, что контролировавшие каталонскую телефонную сеть и центральную АТС Барселоны анархисты прослушивали его переговоры с министрами и военным руководством и передавали эти сведения неизвестно кому.

После взаимных упреков и претензий несколько тысяч анархистов и троцкистов при поддержке двух десятков самодельных бронеавтомобилей атаковали правительственные здания в Барселоне, Таррагоне и Реусе. При этом части путчистов, находящиеся на Арагонском и Каталонском фронтах, собирались уйти с позиций и, открыв фронт националистам, двигаться на Барселону. Бои шли с 1 по 8 мая 1937 г. и, по разным данным, стоили обеим сторонам 400-1000 убитых и до 3000 раненых. Путч был полностью подавлен после ввода в Барселону 7 мая 1937 г. 4000 хорошо вооруженных бойцов Республиканской штурмовой гвардии при поддержке не менее 20 бронеавтомобилей UNL-35. С этого момента руководители F.A.I – C.N.T и POUM полностью разочаровались в Испанской Республике и отныне воевали уже без всякого энтузиазма.


Разбитый республиканский ААС-1937 с советской танковой башней. Каталония, конец 1938 – начало 1939 гг.


Бронеавтомобиль ААС-1937, оснащенный советской танковой башней с 45-мм пушкой.


Смотр в бронетанковом подразделении испанской армии в начале 1940-х гг. Слева видны Pz.I и Т-26 танкового батальона, а справа – ААС-1937 бронебатальона.


Бронеавтомобили UNL-35 и ААС-1937 активно использовались броневыми частями республиканской армии в боях под Брунете, в наступлениях на Сарагоссу и Теруэль и в форсировании и последующих боях на р. Эбро, заслужив, в общем, вполне положительные оценки. При этом несколько этих машин получили башни с 45-мм пушками, снятые с поврежденных Т-26, БА-6 и БТ-5.

После падения Каталонии, в феврале 1939 г. от 20 до 50 (по разным данным) UNL-35 и ААС-1937, а также несколько десятков эрзац- бронеавтомобилей вместе с республиканскими войсками перешли границу и были интернированы на территории Франции. Часть броневиков французы потом передали Франко, но кое-что оставили себе. Так, несколько ААС-1937, находившихся нахранении на армейских складах в районе Версаля летом 1940 г., после поражения Франции попали в руки немцев. В составе разведподразделений мехчастей вермахта эти машины осенью 1941 г. дошли до Смоленщины и Волоколамска, где и были уничтожены частями РККА.

В испанской армии уцелевшие UNL-35 и ААС-1937 в начале 1940-х гг. привели в порядок и отремонтировали, причем не менее десяти бронеавтомобилей при ремонте оснастили башнями с 45-мм пушками (возможно, для этого использовались башни со списанных в 1941-1942 гг. танков БТ-5). Затем машины обоих типов использовались испанской армией вплоть до 1957 г., а в Испанском Марокко – даже до 1963-1965 гг., пока их не сменили полученные в рамках военной помощи от партнеров по НАТО современные образцы американского и французского производства.

Использованы фото из архива автора и общедоступной сети Интернет.

Рис. А. Шепса.


М. Павлов, И. Павлов

Гость с гор

Когда говорят о технике националистов, захваченной в ходе гражданской войны в Испании и попавшей в Советский Союз для изучения, обычно вспоминают немецкие и итальянские самолеты, гораздо реже – бронированные машины, а об остальных трофеях практически ничего не упоминается или же информация крайне фрагментарна. К таким «забытым»образцам относится и итальянский трактор Fiat ОС1708 СМ, конструкция которого представляла несомненный интерес с практической точки зрения.


Бывший мирный трактор

Трактор Fiat OСI 708 СМ был разработан в 1934 г. и предназначался в основном для буксировки артиллерийских орудий в горах, а также для перевозки различных грузов. Необходимость в такой машине объяснялась еще и тем, что в том же году итальянцы приняли на вооружение 75-мм дивизионную пушку-гаубицу Obice da 75/18, изначально предназначенную для использования в горных условиях. Учитывая устремления тогдашнего военно-политического руководства Италии, особенности предполагаемого театра военных действий, а также негативный опыт, полученный в ходе кампании в Абиссинии, такой интерес к горной артиллерии (особенно – гаубичной) выглядел вполне оправданным. Соответственно, не остались в стороне и средства механической тяги.

Основой нового «горного» тягача послужил сельскохозяйственный Fiat 708С – облегченная версия трактора Fiat 700 С. По требованиям военных, конструкцию машины усилили, особенно ходовую часть, и в 1935 г. она начала поступать в войска под обозначением «trattore da montagna OCI 708 СМ». В том же году изготовили первую партию из 200 таких тракторов.


Трактор Fiat 700С. 1932 г.


Трактор Fiat OCI 708 СМ с горной гаубицей.



Первый боевой дебют Fiat OCI 708 СМ состоялся в 1935 г. в ходе боевых действий в Эфиопии, затем последовала Ливия, а в следующем году эти тракторы попали в Сомали. В целом машины оказались удачными и хорошо зарекомендовали себя в эксплуатации. После начала гражданской войны в Испании и втягивания Италии в боевые действия на стороне Франко их было решено проверить в новых условиях. По имеющимся данным, в Испанию направили порядка 50 Fiat OCI 708 CM. А уже летом 1937 г. одна такая машина испытывалась на НИАБТ полигоне АБТУ РККА. Не исключено, что трактор был захвачен в марте под Гвадалахарой, когда республиканцам достались богатые трофеи.

Стоит добавить, что тракторы этого типа серийно выпускались в Италии до 1943 г. Они успешно использовались в ходе Второй мировой войны на различных театрах и под разными флагами, выполняя самый широкий круг задач. Отдельные экземпляры Fiat OCI 708 CM сохранились до наших дней в виде музейных экспонатов или находятся в частном владении.


Смена климата

Специалисты НИАБТ полигона определили тип этого трактора как «легкий грузовой, узкоколейный»[* Отчет по испытанию легкого трактора. – НИАБТ Полигон АБТУ РККА, 1937.], а в документах его иногда называли «специальный трактор «Фиат». Общая масса машины составляла 2540 кг. Габаритные размеры, по данным НИАБТ полигона, равнялись: длина (общая) – 3120 мм, ширина – 1250 мм, высота (по рулевому штурвалу) – 1480 мм, колея – 995 мм, ширина хода – 1190 мм, база (расстояние между осями крайних кареток) – 946 мм.

При осмотре Fiat OCI 708 СМ наши специалисты сразу определили его «горное» назначение: машина отличалась относительно низкой скоростью движения за счет повышения общего передаточного числа (на первой передаче – 62,4) при небольшой колее и хорошей поворотливости.

Двигатель, все механизмы трактора, включая элементы ходовой части, крепились к литой чугунной раме, состоявшей из двух продольных фигурных балок.

Машина оснащалась четырехцилиндровым, четырехтактным двигателем «Фиат» СА-308 с вертикальным расположением цилиндров, развивавшим мощность 38,1 л.с. при 2400 мин1 . Имелся механический регулятор оборотов с вертикальным приводом, расположенный над головкой цилиндров.

Крутящий момент от коленчатого вала двигателя через сцепление передавался коробке передач. Далее, от вторичного вала коробки передач, – главной передаче (коническая пара) и через бортовые фрикционы – промежуточным бортовым передачам (коническая пара). Карданные валы сообщали крутящий момент главным бортовым передачам (коническая пара) и дальше ведущим зубчатым колесам, находящимся в передней части трактора.

Над двигателем располагался бензобак емкостью 43,5 л («бензин 2-го сорта»); топливо подавалось самотеком к карбюратору «Феролоди».

Система смазки была комбинированной – под давлением и разбрызгиванием. Масло, идущее для смазки двигателя, заливалось в картер двигателя через сапун. В картере двигателя устанавливался шестеренчатый насос, подающий масло через фильтр к шатунным подшипникам в клапанную и распределительную коробки.

Охлаждение двигателя – водяное. Система охлаждения также была комбинированной (термосифон и принудительная циркуляция). Крыльчатка водяной помпы размещалась в верхней части прилива блока и приводилась во вращение трапецеидальным прорезиненным ремнем от шкива коленчатого вала. На одной оси с крыльчаткой располагался 6-лопастный вентилятор. Интересной особенностью являлось то, что при работе двигателя вентилятор создавал тягу воздуха через радиатор по направлению движения трактора вперед, т.е. воздух вентилятором забирался от двигателя и через сердцевину радиатора выбрасывался наружу.


Общие виды легкого трактора «Фиат» на НИАБТ полигоне, лето 1937 г.


Схема рулевого управления трактора «Фиат».



Кинематическая схема трактора «Фиат». I – двигатель, 2 – сцепление; 3 – коробка передач; 4 – главная передача; 5 – бортовой фрикцион; 6 – тормозной барабан; 7 – промежуточная бортовая передача; 8 – полужесгкое сочленение; 9 – карданный вал; 10 – главная бортовая передача; 11 – ведущая звездочка; 12 – барабан центрального тормоза.



Двигатель трактора (виды слева и справа).


Сцепление трактора – сухое, двухдисковое. Ведущие диски были соединены с маховиком шестью шпильками. Сцепление дисков происходило под действием шести пружин.

На тракторе использовалась 3-ходовая, 4-скоростная коробка передач, имевшая четыре передачи вперед и одну назад. Она находилась в общем картере с главной передачей, бортовыми фрикционами и тормозами. На ее вторичном валу находился центральный тормозной барабан. Передаточные отношения коробки передач: 1-я передача – 2,53:1, 2-я передача – 1,73:1, 3-я передача – 1:1, 4-я передача – 0,58:1, задний ход -1,73:1.

Наиболее оригинальной особенностью конструкции итальянского трактора, по мнению советских специалистов, являлось рулевое управление гусеницами. Оно включало рулевой штурвал, рулевую колонку, пару конических шестерен, кулачковый вал, направляющие штоки, механизмы бортовых фрикционов и тормозные механизмы с рычагами.

Ходовая часть трактора включала (на борт) шесть опорных катков, направляющий каток, ведущее колесо и ленивец. Гусеница – металлическая, штампованная, с направляющими гребнями траков.

Ведущее колесо (звездочка) – переднего расположения (число зубьев – 30).

Опорные металлические катки с резиновыми бандажами (диаметр – 200 мм, ширина – 55 мм) были попарно сблокированы в три тележки. Каждая тележка соединялась с фигурным кронштейном, имеющим свою ось вращения. Кронштейны первых двух тележек были связаны с рессорой, а кронштейн третьей тележки – с балансиром. Балансир, имеющий свою ось вращения, вторым концом соединялся с рессорной подвеской первых двух тележек.

Направляющий каток, аналогичный по конструкции опорному, закреплялся на кронштейне, соединенном с рамой. Для предотвращения провисания гусеницы и направления ее при движении трактора в верхней части гусеница между направляющими гребнями располагалась дубовая рейка.

Ленивец (литой каток с пятью спицами) – заднего расположения, являлся натяжным колесом. Ось ленивца была соединена вилкой с осью натяжного механизма, который состоял из червячной пары, помещенной в специальном картере.

На надгусеничных полках (крыльях) трактора располагались два инструментальных ящика; на них имелись гнезда для установки двух домкратов. На правом инструментальном ящике была закреплена лопата.

В задней части трактора, за сиденьем водителя, размещался кабестан с приводом от первичного вала коробки передач через пару цилиндрических шестерен и червячную пару.

Для передачи тягового усилия «Фиат» оснащался тягово-сцепным устройством, которое обеспечивало круговой поворот в вертикальной плоскости, поворот в горизонтальной плоскости и не допускало задевания прицепа за крылья трактора при повороте.

Зажигание рабочей смеси осуществлялось от магнето высокого напряжения фирмы «Марели», установленного на кронштейне с правой стороны двигателя. Для питания всех источников тока (две передние фары, задний фонарь, лампочка щитка водителя) служило динамо. Аккумулятор отсутствовал.


Коробка передач легкого трактора «Фиат».


Легкий трактор «Фиат». 1 – рычаг перемены передач; 2 – рулевой штурвал; 3 – педаль сцепления; 4 – педаль ножного тормоза; 5 – рычаг ручного тормоза; б – домкраты; 7 – инструментальный ящик.


Легкий трактор «Фиат» с 45-мм противотанковой пушкой. НИАБТ полигон, лето 1937 г.


Трактор Fiat OCI 708 CM.


Подмосковный вояж

Испытания «легкого трактора» прошли на НИАБТ полигоне АБТУ РККА в июне-августе 1937 г. Программой испытаний предусматривалось определение технических характеристик итальянского трактора и сравнение их с данными полубронированного тягача «Комсомолец». При этом предполагалось провести сравнительную оценку двух этих машин с точки зрения большей пригодности к эксплуатации в качестве тягачей для противотанковой и полковой артиллерии.

За время испытаний «Фиат» прошел 410,8 км по асфальтированному и щебеночному шоссе, по проселочной дороге и на пересеченной местности, из них: с 45-мм противотанковой пушкой обр. 1934 г. – 27,2 км (эти испытания пришлось остановить из-за поломки шкворневой лапы пушки); с прицепом массой 1 т – 110 км; с прицепом массой 2 т – 96,1 км; без прицепа – 177,5 км.

При определении максимальных скоростей были получены следующие значения (на 4-й передаче): без прицепа – 22,6 км/ч, с прицепом массой 1 т – 19,6 км/ч. Средние скорости движения по щебенчатому шоссе составили: без прицепа – 13,6 км/ч, с прицепом массой 1 т и 2 т – 12,5 км/ч. Средние скорости по проселочной дороге: без прицепа и с прицепом массой 1 т – 12,0 км/ч, с прицепом 2 т – 11,6 км/ч. Средние скорости движения по целине с прицепом массой 1 т и 2 т были одинаковыми – 12,0 км/ч. При движении легкого трактора с противотанковой пушкой по щебеночному шоссе средняя скорость равнялась 13,3 км/ч.

Запас хода по горючему равнялся: на щебенчатом шоссе – 30,5 км (без прицепа) и 72,5 км (с прицепом массой 1 т); на проселочной дороге – 60,5 км (без прицепа) и 54,5 км (с прицепом массой 1 т).

В ходе испытаний по преодолению естественных препятствий легкий трактор с зарядным ящиком и 45-мм противотанковой пушкой на прицепе свободно преодолел подъем в 28' (грунт – супесок, покрытый дерном). С прицепом массой 1 т он взял такой же подъем, но на мокром грунте не смог преодолеть это препятствие из-за пробуксовки гусениц. Без прицепа трактор преодолел подъем 32-33" длиной 15 м.

Тормоза трактора действовали надежно. Особо отмечалась эффективность ручного тормоза. Так, трактор с прицепом массой 1 т легко останавливался на спуске крутизной 28', а также свободно тормозил без прицепа на спуске 33‘.

При движении трактора допускался боковой крен до 33' (на 1-й передаче). При дальнейшем увеличении крена начиналось скольжение гусениц по грунту.

Максимальная глубина преодолеваемого брода равнялась 800 мм. Дальнейшее увеличение глубины брода приводило к проникновению воды в картер двигателя через сапун. Трактор легко преодолевал канавы глубиной 900 мм и шириной 3,8 м, при углах схода и выхода 34’. Минимальный радиус поворота составлял 2,0 м.

Хотя конструкцию тягово-сцепного устройства трактора признали удачной, отсутствие надежного аналогичного устройства на транспортируемом прицепе могло повлечь аварию и даже катастрофу. Так, на 24"-ном спуске со снарядным ящиком и противотанковой пушкой, первый опрокинулся, вызвав поломку шкворневой лапы пушки, после чего испытания трактора с артсистемой пришлось прекратить.


Легкий трактор «Фиат» с 45-мм противотанковой пушкой преодолевает подъем 28° (длина подъема – 20 м).


Легкий трактор «Фиат» с прицепом массой 1 т на выходе с подъема 28°.


Легкий трактор «Фиат» преодолевает брод глубиной 0,8 м.



Легкий трактор «Фиат» пересекает канаву.


Оценки и выводы

Итальянский «горный» тягач получил в общем высокие оценки советских испытателей.

Двигатель легко заводился с помощью рукоятки как при первом пуске, так и в нагретом состоянии. Все механизмы, за исключением тормозов, признали удобными в обслуживании. Управление трактором оказалось простым и надежным. При повороте вправо или влево требовалось лишь небольшое усилие для вращения рулевого штурвала. Сиденье водителя имело регулировку в горизонтальной плоскости, что обеспечивало удобную посадку. Работа кабестана также не вызвала нареканий.

Элементы трансмиссии и ходовой части действовали в основном без замечаний. Положительных отзывов удостоился натяжной механизм гусениц, как, впрочем, и шплинтовка гусениц: за время испытания не было ни одного случая расшплинтовки пальцев гусеницы. Особо отмечалось отсутствие нагрева элементов коробки передач, главной передачи, промежуточной и главной бортовых передач.

Наибольшие нарекания в ходе испытаний вызвал двигатель СМ-308. Спустя 12 ч 40 мин работы (что соответствовало 123,6 км пробега) выявили отсутствие компрессии в цилиндрах двигателя. Двигатель пришлось разобрать. При осмотре обнаружили излом двух поршневых колец на поршнях 1-го и 3-го цилиндров, а остальные поршневые кольца потеряли упругость. На всех режимах работы двигателя наблюдался большой расход маcла, при этом оно частично выбрасывалось через сапун. После 220 км пробега в цилиндрах двигателя отчетливо слышался стук. В ходе повторной разборки двигателя установили значительный износ цилиндров (гильз) и их поршней.


Трактор «Фиат» с 45-мм противотанковой пушкой.


Охлаждение двигателя также сочли неудовлетворительным. При движении трактора по щебенчатому шоссе и проселочной дороге при температуре окружающего воздуха +18- 20"С температура воды в системе охлаждения составляла +85-90'С. Установка 6-лопастного вентилятора, направляющего поток воздуха через соты радиатора в сторону движения трактора, оказалась неэффективной и была признана даже неоправданной.

Совершенно неудачным признали крепление щитка приборов к бензобаку: герметичность шва бака из-за такого крепления нарушалась, и он начинал течь.

Поддерживающие и направляющие рейки гусениц, изготовленные из дерева, быстро изнашивались (через 250-300 км). Даже незначительный износ направляющей рейки вызывал ее прогиб, при этом верхние ветви гусениц провисали, и направляющие гребни траков разрушали кожуха карданных валов. Других дефектов в ходовой части не было, за исключением разрушения двух опорных катков.

К недостаткам конструкции трактора отнесли и то, что разборка коробки передач, бортовых фрикционов или главной передачи (или замена деталей в этих механизмах) требовала снятия двигателя (необходимо было демонтировать радиатор и передний мост), т.е., по сути, речь шла о разборке всей машины.

При сравнении легкого трактора «Фиат» с «Комсомольцем» указывалось:

«1) Легкий трактор «ФИАТ» – транспортная машина, без брони и вооружения.

Трактор «Комсомолец» бронирован, вооружен одним пулеметом «ДТ» при 693 патронах.

2) Полезная грузоподъемность у трактора «ФИАТ», а равно и места для перевозки орудийного расчета – отсутствуют. Трактор«Комсомолец|» имеет место для орудийного расчета (6 человек) или имеет полезную грузоподъемность 480 кг.


Легкий трактор «Фиат» со снарядным ящиком и 45-мм противотанковой пушкой на спуске 24°. На фото справа момент опрокидывания снарядного ящика.


4) Двигатель трактора «ФИАТ» не экономичен, имеет чрезмерно-большой расход масла (154 гр. на 1 км.) и не надежен в работе.

5) Монтаж и демонтаж двигателя и агрегатов трансмиссии – неудобен.

6) Близкое расположение гусениц легкого трактора к корпусу оказывает значительное сопротивление при движении и трактору по грязному проселку».

Вывод по результатам сравнения двух машин гласил: «Легкий трактор «ФИАТ» в качестве тягача для противотанковой и полковой артиллерии, а также транспортера боеприпасов и людей – менее пригоден, чем трактор отечественного производства «Комсомолец».

Тем не менее, подчеркивалось, что отдельные механизмы итальянского легкого трактора выполнены оригинально, надежны и просты в эксплуатации: «Несомненно, что все эти агрегаты и механизмы целесообразны и должны быть внедрены в наших отечественных машинах». Очень высоко наши специалисты оценили механизм управления трактором с помощью рулевого штурвала: «При таком управлении водитель чувствует себя более свободным и при длительном пробеге не чувствует большой усталости».

Подвеска трактора обладала достаточной эластичностью и показала себя удобной в эксплуатации. Натяжное приспособление признали однозначно удачным: натяжение гусениц проходило достаточно быстро и не требовало от водителя больших усилий.

Особо подчеркивалось, что «точное изготовление шестерен коробки передач, промежуточной и бортовой передач и др. вызывает незначительный нагрев движущ, деталей (а следовательно и масла в картере), что способствует надежности в работе и большему сроку службы данного механизма». На качество изготовления этих узлов обратили столь пристальное внимание далеко не случайно. Не секрет, что в те годы многочисленные дефекты аналогичных элементов (именно производственного характера) преследовали запуск в серию любой новой отечественной гусеничной машины.

Кроме того, в выводах по результатам испытаний итальянского трактора «Фиат» отмечалось: «Ряд агрегатов и механизмов, отмеченных в выводах и зарекомендовавших себя в процессе испытаний, необходимо применять не только в тракторостроении, но и в танкостроении». я


..


Александр Смирнов

Музей Т-34 в городской квартире

Несмотря на то, что сегодня «тридцатьчетверка»подвергается жесткой и очень часто незаслуженной критике, интерес к этой боевой машине не только не утихает, а наоборот, повышается. Кто бы мог подумать, что в обыкновенной питерской квартире мог появиться музей знаменитого танка? Владелец этого музея – Александр Рузавин, историк, поисковик, реставратор военной техники и просто замечательный человек.

Историей легендарной «тридцатьчетверки» Александр начал интересоваться много лет назад, после просмотра художественного фильма «Жаворонок», посвященного подвигу неизвестных танкистов, совершивших побег из немецкого концлагеря на танке Т-34. Он был снят по сценарию фронтовиков С. Орлова и М. Дудина в 1964 г. и по праву считается одним из лучших фильмов о Великой Отечественной войне, особенно на фоне многочисленных современных кинохалтур на военную тематику.

Эта лента произвела неизгладимое впечатление на Александра и стала отправной точкой для его увлечения, которому он посвятил всю свою дальнейшую жизнь. Четыре года назад, при посещении 61-го танкоремонтного завода, Александру удалось даже прокатиться на том самом танке, который участвовал в съемках кинокартины «Жаворонок».

Коллекция «домашнего» музея Александра Рузавина впечатляет. Здесь можно увидеть и бронедетали, и приборы наблюдения, и радиостанции, и траки, и даже модели модификаций танка Т-34 в различных масштабах.

Все подлинные экспонаты были найдены на местах ожесточенных боев, в основном в Ленинградской области. Александр принимал участие во многих поисковых экспедициях в районе Мги, Киришей, Синявино и на Невском пятачке. Леса, где шли кровопролитные сражения по прорыву блокады Ленинграда, он исходил вдоль и поперек. Извлекать детали танков приходилось не только из земли, но и из болот, из мелких речушек, причем при далеко не всегда в благоприятных погодных условиях. Порой тяжеленные детали и обломки тащили на себе на достаточно приличные расстояния, поскольку даже современная техника не всегда могла пробиться через лесные дебри, грязь и болота.


Александр Рузавин, основатель музея.


Крышка орудийного ЗИПа с фразой из к/ф «Жаворонок» и карта боевых действий в районе Синявино.


Бронированный щиток пушки Л-11.


Бронировки лобового пулемета, в том числе и самодельная.


Отдавая долг памяти танкистам, погибшим в ходе многодневной битвы за Ленинград, Александр посвятил свой музей танковым бригадам, прорывавшим стальное кольцо блокады. На стене музея висит карта боевых действий в районе Мги и Синявино. Она буквально испещрена обозначениями многочисленных лесов, болот и озер. Нетрудно догадаться, в каких условиях приходилось воевать танкистам.

«Меня всегда поражал тот факт, – говорит Александр, – как наши танки, без поддержки пехоты и артиллерии могли передвигаться по лесам и болотам, да еще под кинжальным огнем противника. Ведь многие детали были найдены там, где наличие танков и представить себе невозможно».

Многие экспонаты хранят на себе следы тяжелых боев. Можно только представить, через какое чистилище приходилось идти людям, чтобы сокрушить умного и коварного врага. Разорванный обод опорного катка, иссеченное осколками сиденье командира, куски брони башен являются своеобразным напоминанием о высокой цене той Великой Победы.

Особо следует выделить найденный под Ельней передний защитный лист от пушки Л-11. Эти орудия производства Кировского завода устанавливались на самые первые образцы танка Т-34. Вполне возможно, что Александр – единственный обладатель подобной бронедетали.

Рядом с картой боевых действий многочисленные фото танков-памятников и машин, в реставрации которых Александр принимал непосредственное участие. Например, в реставрацию «тридцатьчетверок», ставших одной из важных составляющих выставки на Невском пятачке – «Плацдарм 2015», была вложена значительная часть и его труда. А ведь когда-то создатель музея танка Т-34 начинал со сборки пластиковых моделей этих боевых машин в 35-м масштабе!


Маска пушки Ф-34 танка Т-34 производства СТЗ, бронировка бокового смотрового прибора башни, бронировка перископа «сталинградский скворечник» с куском крыши, бронированная «скула» башни Т-34 производства СТЗ.


Танковые командирские панорамы ПТ4-7.


Настенная экспозиция музея танка Т-34.




Большую помощь в создании столь обширной экспозиции Александру оказали его друзья – Виктор Соболев, Иван Янчарук, Иван Бубырев и Константин Буевич.

В экспедициях эти ребята работали просто самоотверженно. Их не пугали ни плохая погода, ни походный быт, к которому они давно привыкли, ни трудности, связанные с извлечением из лесов и болот оставшихся немых свидетелей Великой Отечественной войны. Последняя такая экспедиция по подъему бронедеталей танка Т-34 состоялась сразу же после празднования 70-летнего юбилея Победы.

Появление такой домашней экспозиции хотя бы отчасти компенсирует отсутствие полноценных музеев, освещающих деятельность поисковиков на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области. Существующие мини-музеи либо находятся на полуподпольном положении, либо влачат жалкое существование. Приятным исключением является, пожалуй, лишь музей Карельского укрепрайона в городе Сестрорецке. Совсем недавно правительство Ленинградской области объявило о намерении создать к 9 мая 2016 г. новый музейный комплекс в поселке Марьино, возле диорамы «Прорыв блокады Ленинграда», однако информации о нем пока очень мало.

Интересно отметить, что в экспозиции музея Александра Рузавина можно увидеть не только многочисленные детали танков Т-34, но и обломки немецкого тяжелого танка «Тигр». Этот танк под номером 250 001 принадлежал командиру 502-го батальона тяжелых танков майору Меркеру. Останки «Тигра» были обнаружены поисковиками отряда «Суворов» под руководством Виктора Соболева осенью прошлого года. В работе экспедиции принимал участие и Александр Рузавин. В результате проведенных исследований поисковиками была опровергнута ранее устоявшаяся версия, будто новейший немецкий танк просто увяз в болоте в районе населенного пункта Тортолово, но из-за невозможности быстрой эвакуации с поля боя был брошен экипажем. На самом деле этот «Тигр» после нескольких попаданий снарядов экипаж в спешке вывел из строя, а затем и оставил его. После этого секретный танк пришлось взорвать. Вероятнее всего, это событие повлияло на дальнейшую судьбу майора Меркера: он был смещен с поста командира батальона и вскоре погиб на Восточном фронте.


Кусок брони танка «Тигр» №250001 с отметиной от попадания советского снаряда.


Экранированный задний лист башни для демонтажа пушки с отметиной от 37-мм бронебойного снаряда, рядом – фрагмент башни-«гайки».


Танковый домкрат.


Лампы американского производства к радиостанции 9Р.


Большой башенный люк и ранний вариант люка механика-водителя.


Ранний буксирный рым Т-34.


Танк Т-34, который снимался в к/ф «Жаворонок», на территории 61-го БТРЗ.


Любопытен и еще один факт. По обломкам танка отчетливо видно, что осенью 1942 г. данный «Тигр» был окрашен не в серый, а в желтый цвет.

Коллекция музея тем временем продолжает пополняться. Сам же Александр принимает участие в реставрации очередного Т-34. Плотный график поисково-реставрационных работ далеко не всегда позволяет Александру уделять должное внимание своей семье, однако жена Светлана относится к занятию мужа с пониманием. Остается пожелать Александру творческих успехов в его нелегком деле и дальнейшего развития его детища – музея танка Т-34.



Уве Харнак (Швейцария)

Военная техника на Елисейских полях

Сегодня в Европе проводятся всего несколько военных парадов, на которых демонстрируется тяжелая военная техника. В противовес этой тенденции французы продолжают следовать своим богатым историческим традициям. Ежегодно национальный праздник День взятия Бастилии 14 июля в Париже сопровождается внушительным военным парадом на главном проспекте Парижа – Елисейских полях. Не стал исключением и этот год. Правда, в этот раз парад проходил по сокращенной программе. Тем не менее, в нем приняли участие 3500 военных, 208 единиц техники, 55 самолетов и 31 вертолет.

Сначала боевые машины располагались на улицах, которые прилегают к площади Де Голля со знаменитой Триумфальной аркой в центре, и находились там до тех пор, пока не был сформирован парадный строй. Примечательно, что здесь можно было беспрепятственно перемещаться между техникой и свободно ее фотографировать.

Парад начался в 10 ч утра на площади Этуаль; его принимал президент Франции Франсуа Олланд, находящийся в открытом автомобиле и с кавалерийским эскортом. По сигналу пришел в движение мотоконвой жандармерии, а далее началось движение военной техники. Завершили наземную часть парада машины пожарной охраны, проезд которых сопровождался ликованием зрителей. К сожалению, в этом году в параде не приняли участие основные боевые танки «Леклерк», зато снова были широко представлены инженерно-саперные подразделения.

Даже если этот военный парад и не достиг уровня Парада Победы на Красной площади, все же это было весьма впечатляющее зрелище.


Модернизированная БРМ AMX-10RCR. Ее вооружение включает 105-мм пушку ВК-МЕСА L/48, 7,62-мм спаренный и 7,62-мм зенитный пулеметы AA/FN1. Кроме того, установлены новая система защиты, тактическая система управления SIT VI и дымовые гранатометы.


Самоходная РЛС контрбатарейной борьбы «Кобра» в походном положении.


БПЛА «Спервер» на платформе грузовика «Рено» GBC-180.


Инженерная техника на транспортере IVECO.


Одни спешат сфотографировать парад, другие – послать СМС друзьям.


БРМ ERC-90 «Сагэ», вооруженная 90-мм пушкой F4 и двумя 7,62-мм пулеметами AA/FN1.


БТР VAB (4x4) широко используется во французской армии в качестве носителя различного вооружения и машины обеспечения.


155-мм самоходные артиллерийские системы «Цезарь» на шасси «Рено Шерпа-10» (6x6).


Реактивная система залпового огня MLRS французской армии.


Парижская военизированная пожарная охрана всегда встречает у зрителей восторженный прием. На фото: транспортная машина АСМАТ ТРК4-35С.


Легкий бронеавтомобиль «Панар» VBL применяется в качестве носителя различных образцов вооружения. Здесь на турелях видны 7,62-мм пулемет и 40-мм автоматический гранатомет.



Бронемашина VBCI: вверху – вариант БМП VС1 с боевым отделением «Драгар» (одноместная башня с 25-мм пушкой и 7.62-мм пулеметом внизу – ВТР VPC с дистанционно управляемой установкой 12,7-мм пулемета.

Фото Уве Харнака.


Фото Д. Пичугина



Оглавление

  • «Открытая вода-2015»
  • «Красный дракон» против
  • Танковый биатлон
  • «Истребители танков» в бундесвере
  • Фортификационные сооружения для пунктов управления
  • По теме «Каратель»
  • Далекий меридиан. Бронетанковая техника в гражданской войне в Испании
  • Гость с гор
  • Музей Т-34 в городской квартире
  • Военная техника на Елисейских полях

    Вход в систему

    Навигация

    Поиск книг

    Последние комментарии

    Загрузка...