загрузка...
Перескочить к меню

Техника и вооружение 2014 09 (fb2)

файл не оценён - Техника и вооружение 2014 09 4582K, 131с. (скачать fb2) - Журнал «Техника и вооружение»

Использовать online-читалку "Книгочей 0.2" (Не работает в Internet Explorer)


Настройки текста:



Техника и вооружение 2014 09

ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера • сегодня • завтра

Сентябрь 2014 г.

На 1 -й стр. обложки фото В. Изъюрова.

Чемпионат мира по танковому биатлону


С 4 по 16 августа на подмосковном полигоне Алабино прошел Чемпионат мира по танковому биатлону. По сравнению с прошлым годом список стран-участниц этого соревнования значительно расширился. Достаточно сказать, что в нем принимали участие танкисты уже из 12 государств из Европы, Азии, Африки и Южной Америки – Анголы, Армении, Белоруссии, Венесуэлы, Индии, Казахстана, Киргизии, Китая, Кувейта, Монголии, России и Сербии. Более 20 государств направили свои делегации в качестве наблюдателей.

Стоит напомнить, что танковый биатлон проводился по аналогу лыжного биатлона и включал следующие вида состязаний – индивидуальную гонку, спринт, гонку преследования и командную эстафету. Танкисты преодолевали несколько препятствий – слалом (змейка), брод, курган (крутой подъем), колейный мост и эскарп. Экипажи боевых машин поражали мишени, имитирующие танки и низколетящие вертолеты, на дистанциях от 900 до 2200 м.





Фото В. Изъюрова.





Все экипажи выступали на российских танках типа Т-72Б, предварительно пройдя курсы подготовки на базе гвардейской танковой Кантемировской дивизии ЗВО. Единственным исключением стали китайские танкисты, которые демонстрировали свое мастерство на танках Type 96А. От каждого государства выступало по четыре экипажа: три – основных и один – запасной.

Перед началом соревнований на танки нанесли четыре типа камуфлированной окраски с преобладанием желтого, красного, синего и зеленого цветов. Так, на танках желтой расцветки выступали команды Анголы, Кувейта и Индии, на синих – Казахстана, Армении и Белоруссии, на красных – Монголии, России и Венесуэлы, на зеленых – Сербии, Китая и Киргизии.

Чемпионат стартовал 4 августа с индивидуальной гонки, где лидером после второго заезда был признан экипаж Российской Федерации, на втором и третьем местах оказались экипажи Казахстана и Индии. 6 августа основное внимание в индивидуальной гонке было приковано к соперничеству российского и китайского экипажей.

Лучшие результаты по итогам индивидуальной гонки продемонстрировали танкисты из России и Армении.

8 августа стартовал второй этап танкового биатлона, который состоял из двух гонок – «Спринт» и «Гонка преследования». Гонка «Спринт» проходила в течение двух дней. Каждый экипаж преодолел два круга по 3 км со стрельбой из 125-мм пушки тремя штатными выстрелами по мишени типа «Танк». Определяющими слагаемыми успеха в этой гонке стали точность стрельбы и скоростные показатели боевых машин. При этом первый круг проходился без стрельбы, а на втором – каждый экипаж поражал мишени, расположенные на удалении от 1600 до 1800 м, которые появлялись в неизвестной для них последовательности. В случае промаха экипажу предоставлялась возможность поразить цель дополнительным снарядом. За каждую непораженную цель после использования всех выстрелов к танковой пушке назначался штрафной круг протяженностью 500 м.

11 и 12 августа прошла «Гонка преследования». Во избежание нарушений требований безопасности и происшествий на трассе старт участников гонки преследования проводился с интервалом в 60 с.

По итогам двух этапов биатлона лидировали первый и второй экипажи российской команды, поделившее между собой первые два места. Третье и четвертое места достались второму и третьему экипажам команды Казахстана, также набравшим одинаковое количество баллов.






Основные события, определившие лучший экипаж чемпионата, состоялись 14 августа в ходе «спортивного» этапа, где танкисты продемонстрировали навыки в индивидуальной физической подготовке. В личном первенстве экипажей российские танкисты заняли первую и вторую ступени пьедестала, а на третьем месте оказался экипаж из Казахстана.

В финальной эстафете, которая состоялась 16 августа, приняла участие первая четверка команд из 12 стран-участниц чемпионата, которая в сумме набрала наибольшее количество баллов.

Первое место по итогам командного соревнования заняла сборная команда России (экипаж под командованием Марата Халикова) с результатом прохождения трассы 1 ч 15 мин 13 с. На втором месте – сборная Армении, преодолевшая все этапы за 1 ч 20 мин 3 с. Бронзовыми призерами стали танкисты из Китая, успевшие пройти эстафету за 1 ч 30 мин 56 с. Экипаж из Казахстана, который почти все время лидировал в финале, стал лишь четвертым с результатом 1 ч 34 мин 11 с. При подведении итогов учитывались и штрафные очки.

Как сообщили в оргкомитете соревнований, сборная Армении, занявшая второе место на чемпионате, заработала для своей страны новый танк Т-90. Сертификат на танк предназначался для иностранной команды, занявшей наиболее высокое место в эстафете.

Награды победителям и призерам вручил Министр обороны России генерал армии Сергей Шойгу. Он поблагодарил представителей зарубежных стран, которые приехали на чемпионат мира по танковому биатлону, не взирая на политическую обстановку в мире:«Особую признательность выражаю представителям иностранных государств, которые в условиях обострения международных отношений нашли возможность приехать на чемпионат мира по танковому биатлону».

Вместе с министром обороны РФ Сергеем Шойгу и губернатором Московской области Андреем Воробьевым Генеральный директор НПК «Уралвагонзавод» (генеральный спонсор Чемпионата мира по танковому биатлону) Олег Сиенко вручил победителям специальные призы – УАЗ Patriot в топовой комплектации. Ключи от современного российского внедорожника получил каждый член экипажа-победителя.

По материалам Управления пресс-службы и информации МО РФ.

Фото В. Иъзюрова и МО РФ.


Д.Г. Купрюнин, Н.С. Дорохов, Е.Н. Чистяков

Динамическая защита – вчера,сегодня,завтра

Общепризнанным в мире создателем динамического способа защиты (ДЗ) считается немецкий разработчик Манфред Хельд (М. Held). Однако сам Хельд, будучи в начале 1990-х гг. в Москве, после посещения НИИ стали признал, что приоритет в этом способе защиты следует отдать специалистам из России. В этом его убедили показанные ему отчеты по изучению влияния контрвзрыва на кумулятивную струю, сделанные еще в середине 1940-х гг. учеными П.Т. Алексеевым и И.А. Бытенским. Данный факт нашел подтверждение в 1998 г. на международном симпозиуме по баллистике в совместном докладе уже признанных к тому времени разработчиков ДЗ – М. Хельда (Германия), М. Майзелесса (Израиль) и Д. Рототаева (Россия, ОАО «НИИ стали-).

Официальный приоритет в этой области принадлежит, однако, США: первые заявки по конструктивному исполнению ДЗ были поданы этой страной в 1967 г. Из приведенного графика видно, что первоначально наибольшее внимание к этой проблеме уделялось также в Германии и Великобритании. Так, к началу 1980-х гг. немцы уже располагали опытными образцами такой защиты, которые компоновались на танке МВТ-70.

Широким фронтом велись работы по динамической защите и в нашей стране. В НИИ стали в период 1964-1972 гг. над проблемой практического использования ДЗ в защите танка работала группа под руководством вначале А.И. Платова, затем этой тематикой занялся Д.А. Рототаев, возглавивший в 1978 г. отдел динамической защиты института.

В НИИ стали в те годы исследовались самые различные конструктивные решения, реализующие способ динамической защиты. Среди них можно выделить три варианта: объемную конструкцию, получившую название «Крест»; конструкцию с использованием удлиненных кумулятивных зарядов, которая была запатентована и сегодня ее доработанный вариант используется в украинском комплексе ДЗ -Нож», и конструкцию с использованием плоских элементов динамической защиты.


Номера и даты получения патентов на ДЗ за рубежом до начала 1990-х гг.


Уже тогда отечественные специалисты пришли к выводу, что наиболее рациональной является плоская схема ДЗ. Сегодня практически все зарубежные разработки в этой области реализуют именно это конструктивное решение. Но ни США, ни Германии, ни СССР не удалось первыми принять эту защиту на вооружение, установить ее на танки и применить в реальных боевых действиях. Впервые она была использована в 1982 г Израилем на Ближнем Востоке, когда ДЗ «Blazer», установленная на танках М48, М60 и «Центурион», успешно прошла испытания в боевых условиях. Именно с этого момента динамическая защита стала полноправной системой, используемой разработчиками защиты бронетанковой техники.

Почему же приоритет в боевом применении ДЗ оказался не за Россией, а за Израилем? Основная причина заключалась в том, что против внедрения защиты с взрывчатым веществом на танках жестко выступало руководство Министерства обороны страны и, в первую очередь, Главный маршал бронетанковых войск А.Х. Бабаджанян, который рассматривал танк как средство для транспортировки десанта в бою, а ДЗ никак не вписывалась в эту концепцию. Когда ему представили прототип ДЗ, он сказал, что пока жив, на броне танка ни грамма взрывчатого вещества не будет.


Первое опубликованное фото танка с динамической защитой. Опытный танк МВТ-70 (Германия); ДЗ установлена на лобовой проекции башни, 1970 г.


Танк М48, оснащенный элементами ДЗ, в Центральном музее бронетанкового вооружения и техники в подмосковной Кубинке.


Элемент динамической защиты типа «Крест».


Плоский элемент динамической защиты 4С20 и контейнер навесного комплекса динамической защиты «Контакт».


Танк Т-72Б с навесным комплексом динамической защиты «Контакт».


Добытый и доставленный в СССР в 1982 г. образец танка М48 с ДЗ «Blazer» быстро расставил все на свои места. Испытания комплекса, проведенные на Кубинском полигоне, убедили военных чиновников в его высокой эффективности. Поэтому незамедлительно последовало решение ЦК КПСС об ускорении аналогичных работ. Уже через полгода НИИ стали, уже обладавший большим научным и практическим заделом, совместно с предприятиями Минмаша, МОП и МО создал комплекс «Контакт», который в том же году приняли на вооружение. Следом было организовано и его массовое производство. Это позволили Советскому Союзу не только догнать основных конкурентов в области ДЗ (Израиль, Германию, США), но и уйти далеко вперед.

Историей доказано, что в критические моменты в любом деле всегда находятся люди, которые берут на себя инициативу, всю полноту ответственности и решают, казалось бы, непреодолимые проблемы. Напомним, шел 1982 г. Тогда за провал в деле государственного масштаба можно было лишиться всего, и любой, кто брался за это, прекрасно понимал, на какой риск идет. В роли локомотива, сумевшего собрать и сплотить вокруг себя молодой коллектив исследователей и направить его в созидательное русло, выступил Д.А. Рототаев, занимавший в НИИ стали должность начальника отдела ДЗ.

Оснащение динамической защитой основного отечественного парка танков в столь короткий период привело в шок зарубежных разработчиков противотанкового вооружения. Весь накопленный годами арсенал кумулятивных боеприпасов стал беспомощен против защиты отечественных боевых машин. Противнику требовались годы и огромные вложения, чтобы восстановить паритет.

А в Советском Союзе уже спустя три года приняли на вооружение новый универсальный комплекс ДЗ «Контакт-5», который впервые в мире гарантировал комплексную защиту как от кумулятивных боеприпасов, так и от бронебойных подкалиберных снарядов. 25-30%-ный прирост стойкости от бронебойных оперенных подкалиберных снарядов, который обеспечивал «Контакт-5», на тот период стало большим достижением. Задачу удалось решить метанием навстречу снаряду достаточно толстой стальной крышки, которая эффективно воздействовала на его сердечник.

Одновременно было решено множество научных и технических проблем. Одна из них заключалась в обеспечении надежного срабатывания элементов ДЗ от сердечников БПС, имеющих значительно меньшую скорость, чем скорость кумулятивной струи, и исключить их срабатывание при обстреле танка снарядами малокалиберных пушек.

«Контакт-5» уже являлся неотъемлемой частью защиты танка, поэтому его называют встроенным (ВДЗ). Стоит заметить, что он еще не был принят на вооружение, а Д.А. Рототаев уже приступил к организации работ по изучению особенностей функционирования тандемных боеприпасов, которые только-только маячили на горизонте, и начал искать возможные пути борьбы с ними. Тогда же под его руководством начались исследования по изучению возможностей нового класса материалов, сегодня называемых энергетическими.

К 2000 г. в НИИ стали создали навесной комплекс ДЗ для легкобронированных машин (ЛБМ). Для российской «оборонки» это было, пожалуй, самым трудным временем. Нашей армии было не до промышленности, и закупать новое, а тем более финансировать исследования, она не хотела, да и не имела возможности. Выручила заграница. Новой разработкой заинтересовались в ОАЭ, которые в итоге стали первым государством, принявшим на вооружение комплекс ДЗ для легкобронированной техники. Российский комплекс установили на БМП-3, уже стоявших на вооружении армии ОАЭ.


Т-90А со встроенным комплексом динамической защиты «Контакт-5».


БМП-3 с навесным комплексом динамической защиты, разработанным для ОАЭ.


Как и в любом новом деле, существовал риск и при выполнении этого контракта, поскольку опыта по созданию ДЗ для ЛБМ в мире еще не было. Тогда всю полноту ответственности взял на себя В.А. Григорян, занимавший в ту пору должность генерального директора ОАО «НИИ стали». Менее чем за год удалось создать и сдать зарубежному заказчику работоспособный комплекс ДЗ для ЛБМ. Одна из основных проблем заключалась в том, что совместное воздействие взрыва гранаты и стандартного танкового блока ДЗ, установленного на тонкую броню, приводили к печальным последствиям – проломам в броне и выходу легкобронированной машины из строя. В ходе работ с инозаказчиком удалось преодолеть эту и множество других проблем, связанных с отработкой принципиально нового комплекса защиты.

Таким образом, уже к 2000 г. Россия в области ДЗ по многим показателям опередила многих зарубежных конкурентов и имела достаточный научный задел и экспериментальный материал, чтобы двигаться дальше. А задачи, стоявшие перед конструкторами, были весьма амбициозными – создать защиту, способную бороться с тандемными кумулятивными боеприпасами, пробивающими более одного метра брони, и в разы повысить эффективность защиты от современных оперенных бронебойных подкалиберных снарядов (ОБПС) танковых пушек. Учитывая возросший мировой интерес к высокозащищенной легкобронированной технике, требовалось существенно повысить и ее защиту, в первую очередь, от кумулятивных средств поражения.

К 2006 г. в НИИ стали уже были отработаны и сданы на вооружение новые элементы ДЗ индексов 4С24 и 4С23, принципиально отличающиеся от применявшихся в комплексах ДЗ первых поколений – ЭДЗ 4С20 и 4С22 комплексов «Контакт» и «Контакт-5». ЭДЗ 4С24 содержал в 2 раза меньше взрывчатого состава, обеспечивая тот же уровень противокумулятивной защиты, что и 4С20. Это сразу же упрощало решение проблем обеспечения живучести. Применение нового взрывчатого состава в ЭДЗ 4С23 позволило поднять эффективность и надежность работы комплекса ДЗ против бронебойных подкалиберных оперенных снарядов, в том числе и низкоскоростных, от которых «Контакт-5» работал нестабильно: с уменьшением скорости снаряда вероятность срабатывания комплекса тоже снижалась. За счет оптимизации конструкции ВДЗ и применения нового элемента 4С23 удалось существенно повысить его эффективность и против тандемных кумулятивных боеприпасов.


Т-90МС с комплексом ДЗ «Реликт».


Рентгенограмма взаимодействия кумулятивной струи с ЭДЗ первых поколений (4С20). ДЗ не успевает воздействовать на головную часть струи, а она может пробить до 50-60 мм стальной брони, т.е. представляет опасность для тонкой брони.


Рентгенограмма взаимодействия кумулятивной струи с ЭДЗ второго поколения (4С24). Проскока лидирующей части здесь нет.


БМП-3 с ДЗ,.разработанной в ОКР Каркас-2


Принципиальное отличие нового комплекса от ВДЗ «Контанкт-5» заключалось в применении так называемого «двухстороннего метания», когда внедряющийся боеприпас нагружается пластиной, летящей навстречу и второй пластиной, двигающейся вдогон.

В том же году комплекс с ЭДЗ 4С23 под названием «Реликт» был принят на вооружение и появился на танках Т-72Б, Т-80БВ, Т-90МС и БМПТ. По сравнению с «Контактом-5» (кроме существенно улучшенных защитных характеристик) этот комплекс отличает и значительно более высокая ремонтопригодность, которая достигается модульной конструкцией. Так, лобовая защита выполнена единым модулем, который легко заменяется при повреждениях в полевых условиях. За разработку этого комплекса второго поколения четверо сотрудников института – В.А. Григорян, Н.С. Дорохов, М.О. Алексеев и А.И. Егоров получили Премию Правительства РФ.

Весомые успехи были достигнуты и области создания ДЗ для легкобронированной техники. Работы, проведенные в рамках ОКР «Каркас-2», «Бережок» и «Тифон», привели к появлению комплексов, соответственно, для БМП-3, БМП-2 и БТР-90. Эти комплексы на базе нового элемента 4С24 обеспечивали надежную защиту от РПГ типа ПГ-7 и ПГ-9 в любых курсовых углах, что особенно важно при ведении боевых действий в городских условиях.

При разработке этих комплексов удалось преодолеть целый ряд научных и прикладных проблем, которые до сих пор остаются нерешенными во многих зарубежных образцах: обеспечить защиту от проскока лидирующей части кумулятивной струи (как показано на фото) и непередачу детонации между элементами ДЗ внутри блока ДЗ, а также между блоками ДЗ. Это гарантировало высокую живучесть (выход из строя только одного блока ДЗ), высокую противопульную противоснарядную и противокумулятивную стойкость и исключило проломы и трещины в основной броне. В результате стало возможным устанавливать ДЗ даже на тонкобронные бронемашины типа БМП или БТР.

Несмотря на достигнутые результаты, в НИИ стали считают, что дальнейшее движение вперед вряд ли возможно, если продолжать эксплуатировать динамическую защиту с использованием только энергии взрывчатого вещества. На практике показано, что на разрушение кумулятивной струи или сердечника ОБПС в таких комплексах ДЗ расходуется не более 10% энергии взрыва. Остальная часть энергии не используется, оказывая на защищаемый объект и ближнее окружение паразитное воздействие. Это относится ко всем комплексам ДЗ, использующих ВВ, в том числе комплексам типа «Контакт», «Реликт», «Нож» и др.

Вообще, относительно эффективности комплекса «Нож», декларируемой в различных источниках рекламного характера, у специалистов НИИ стали есть большие сомнения. Особенно по ОБПС. Работы, проведенные институтом в конце 1970-х – начале 1980-х гг. по исследованию воздействия на сердечники БПС различных поражающих факторов (фугасное воздействие взрыва, поражение осколками и крупными стержневыми элементами, кумулятивными линейными зарядами) показали, что эффект от такого локального воздействия проявляется, когда боеприпас поражается на значительных удалениях от основной брони. Комплекс «Нож», расположенный непосредственно на броне, в принципе таких расстояний не обеспечивает.

Даже после воздействия на ОБПС такого мощного поражающего средства, как тяжелая стальная крышка комплекса «Контакт-5», время взаимодействия которой с сердечником в десятки раз более длительное, чем действие тонких кумулятивных ножей, снаряд теряет в бронепробитии всего 20%. Не будем останавливаться на других технических проблемах, являющихся неотъемлемой частью принципа, заложенного в ДЗ «Нож». О них будет рассказано в следующих материалах. Там же постараемся прокомментировать и «уникальные» кадры натурных испытаний ДЗ «Нож», гуляющие по интернет-ресурсам и якобы подтверждающие его высокую эффективность. А пока реальные кадры стойкости танка «Булат» с ДЗ «Нож», участвующего в военном конфликте на юге Украины, говорят об обратном.

Проблемам снижения побочных эффектов традиционной динамической защиты разработчиками всех стран всегда уделялось большое внимание. Так уже в 1995 г на выставке IDEX-95 французская фирма SNPE показала целый ряд технических идей по решению данного вопроса. Они позволяли так минимизировать воздействие взрыва элементов ДЗ на броню, что комплекс защиты этой фирмы можно было устанавливать на алюминиевую броню толщиной 25-30 мм. Комплекс ДЗ с минимальным побочным эффектом под названием CLARA разработан и в Германии. В нем используются элементы ДЗ с корпусами из высокомолекулярного полиэтилена, а в польском комплексе CERAWA-1 в них применены композиционные материалы. Однако все эти ухищрения не решают главной проблемы комплексов ДЗ с ВВ – низкого КПД.

Именно этот недостаток стал основной причиной поиска новых энергетических материалов для ДЗ, способных локализовать выделение энергии только в области взаимодействия с внедряющимся боеприпасом. Разработчики последовательно вышли на использование различных малоплотных ВВ, ВВ с низкой скоростью превращения, малочувствительных составов и т.д.

За рубежом к данному классу ДЗ можно отнести такие комплексы, как IRA (Insensitive Reactive Armor – ДЗ с малочувствительным ВВ), SLERA (Self Limiting ERA – самозатухающая ДЗ), LERA (Lightweight enhanced reactive armor -облегченная усиленная ДЗ), LRA (Locally Reacting Armour – ДЗ с локальным воздействием) и др. Эти комплексы сегодня устанавливаются на БТР «Страйкер», М113, БМП «Warrior».


Результат испытания ДЗ обстрелом гранатой ПГ-9. Вышел из стоя только один блок ДЗ.


Танк «Меркава-4» с ДЗ NxRA на бортовых экранах.


Близко к ним примыкают и такие комплексы ДЗ, в которых ВВ вообще не применяется. Вместо них используют совершенно другие энергетические материалы, например поликарбонат, полиуретан силикон и др. За рубежом они носят названия NxRA и NERA. Ярким примером использования таких комплексов является ДЗ NERA на бортовых экранах танка «Меркава-4». Из информационных источников известно, что такой экран содержит несколько слоев оргстекла и обеспечивает уровень противокумулятивной защиты 300-350 мм, что вполне достаточно для защиты от РПГ типа ПГ-7.

Россия одна из первых начала исследования в этом направлении. Сегодня ОАО «НИИ стали» имеет убедительные результаты, которые предполагается использовать в защите перспективных образцов бронетанковой техники. По эффективности и эксплуатационным параметрам комплексы с новыми энергетическими материалами превосходят все существующие комплексы с использованием взрывчатых веществ. Энергетические материалы в обычном состоянии ведут себя как инертные, но при высокоскоростном нагружении – как взрывчатые вещества. Но в отличие от ВВ, активная область в них не распространяется, а локализуется в районе нагружения и практически вся выделившаяся энергия идет на противодействие внедряющемуся боеприпасу. Другими словами, КПД комплексов с активными материалами на порядок выше, чем у ДЗ с применением ВВ. Таким образом, в нашей стране, начиная с конца 1990-х гг., опережающими темпами ведется разработка универсальных комплексов ДЗ, эффективных как от кумулятивных средств поражения, так и от ОБПС. Причем и ДЗ «Реликт», установленный на танки Т-90 или Т-72, и перспективные комплексы обеспечивают уровень защиты от большинства современных ОБПС, в том числе и таких снарядов, как американские М829А2 и М829АЗ к 120-мм танковой пушке.

Однако стратегия использования ДЗ в России и в основных западных странах за прошедший период отличалась. Так, если за рубежом в главных танкопроизводящих странах (США, Германия, Франция, Израиль и пр.) ДЗ на танках используется как вспомогательное средство для защиты слабозащищенных проекций и ослабленных зон, то на ЛБМ она становится обязательных атрибутом, обеспечивающим, в первую очередь, противокумулятивную защиту. Сегодня ДЗ серийно производится и устанавливается на БМП «Брэдли», БТР «Страйкер» и М113 (США), на новую БМП «Пума» (Германия), БМП «Warrior» (Великобритания). Свои комплексы для ЛБМ имеют Италия, Франция, Израиль, Испания и др.

В то же время мы видим, как в зонах военных конфликтов легкая бронетанковая техника буквально обвешивается по периметру решетчатыми экранами. Как средство защиты от кумулятивных боеприпасов, решетки на порядок дешевле, проще и доступнее. Однако эффективность их невысока: они оптимизированы под определенные РПГ, и вероятность перехватить и уничтожить гранату не выше 0,5-0,6, тогда как эффективность ДЗ оценивается в 0,8-0,9.

В России и странах постсоветского пространства, наоборот, ДЗ уже давно стала обязательных компонентом защиты танков и пока отсутствует в составе защиты БМП, БТР и другой легкобронированной техники. Те опытные разработки, которые создавались в России в рамках ОКР «Каркас-2»», «Бережок», «Тифон» и др., так и не дошли до принятия на вооружение и, тем более, до серийного производства.


ДЗ L-VAS на БТРМ113.


ДЗ SABLIN на БМП Pizzaro (Испания).


ДЗ «BRAT» на БМП «Брэдли»


Т-90МС с комплексом ДЗ "Реликт"


Однако мировые тенденции в области защиты бронетанковой техники таковы, что и к ЛБМ сегодня предъявляются высочайшие требования по защите от кумулятивных боеприпасов, мин и самодельных взрывных устройств. В этих условиях заказчики этой техники, в том числе и российские, будут вынуждены задуматься об обеспечении этих требований.

Пока Министерство обороны РФ делает ставку на использование активных способов защиты. Однако сложность, неуниверсальность, дороговизна, эксплуатационная ненадежность этих комплексов вряд ли сделает их доступными для массового производства. Да и экспортный потенциал ЛБМ с КАЗ (по причине их дороговизны и еще большей опасности, чем ДЗ, для окружающих) может снизиться.

Так что ДЗ как способ защиты был, есть и останется таковым еще на долгие годы. Тем более что сегодня ДЗ коренным образом отличается от комплексов первых поколений конца 1990-х гг. как по эффективности, так и по эксплуатационным параметрам. Конечно, без этого способа защиты вряд ли удастся оптимально решить проблему коренного повышения защищенности легкобронированной техники, спрос на которую в ближайшие годы будет только расти.

Использованы фото из архива ОАО "НИИ стали", общедоступной сети Интернет, а также фото М. Путникова, Д. Пичугина и С. Федосеева.


Сергей Суворов, кандидат военных наук

Когда «Пума» встанет в строй рядом с «Леопардами»?

Спустя почти 30 лет после ввода в строй первой на западе боевой машины пехоты «Мардер», Германия представила наконец-то новый образец, который планируется на замену той самой первой БМП стран НАТО. Это «Пума» – воплощение интеграции новых технологий и ответ на задачи новой военной доктрины Германии.

Германия спустя полтора десятилетия после прекращения противостояния НАТО и Варшавского договора приступила к реорганизации своих вооруженных сил. Была выработана новая военная доктрина, определившая новые задачи армии, в соответствии с которыми наметили приоритетные направления ее комплектования, подготовки и переоснащения. В их число вошла программа создания новой боевой машины пехоты для Бундесвера.

С момента самой первой демонстрации опытного образца БМП «Пума» (SpZ «Рита») в декабре 2005 г. машину сопровождала мощная информационная поддержка всех немецких СМИ. «С БМП «Пума» армия получает высококачественное изделие. Немецкая военная промышленность снова доказала свое международное лидерство в этой инновационной и высокотехнологичной отрасли», «БМП «Пума» – полностью новая и перспективная система оружия, которая идеально объединяет высокий уровень защиты, надежности, подвижности и командной управляемости», «С получением новой БМП «Пума» армия будет иметь самую эффективную и современную систему оружия в мире. Новая «Пума» – это прыжок в будущее», «В области «защищенности» и «живучести» «Пума» установит стандарты, которым должны будут соответствовать все другие БМП концептуально, технически и экономически. В настоящее время, никакая другая нация не имеет близкого конкурента» и так далее. Здесь приведена лишь мизерная часть выдержек из немецких печатных изданий, восхвалявших эту машину. Но прошло почти 10 лет, а Бундесвер так и не получил новую БМП.


Презентация первого опытного образца БМП «Пума».


Немного истории

Исследования облика перспективной боевой машины пехоты для Бундесвера начались почти 30 лет назад, но шли они тяжело. Немцы долго не могли определиться с концепцией машины, определить круг решаемых ею на поле боя задач. Соответственно, не удавалось согласовать тактико-технические требования (ТТТ) к новой БМП. И это происходило на фоне закрытия программы БМП «Мардер-2».

Действительно, создание новой БМП для Германии не являлось рядовым событием Это был национальный проект, который стал ключевым в немецкой промышленности. Разработка «Пумы» внесла существенный вклад в сохранение национальных традиций в области проектирования бронированных боевых машин и военных технологий, способствовала повышению занятости населения Германии По оценкам немецких экспертов, «Пума» – новое доказательство конкурентоспособности немецких военных технологий.

Над новой БМП трудились приблизительно 50 различных компаний, было задействовано около 5000 высококвалифицированны) специалистов. После нескольких неудачных попыток, в начале нового столетия приняли решение сконцентрировать усилия нескольких ведущих фирм Германии. Так появилась компания PSM GmbH (Projekt System unc Management) в Касселе, которая объединила две фирмы: Krauss Maffei Wegmann GmbH amp; CO. KG в Мюнхене и Rheinmetall Landsysteme в Киле, имеющих по 50% долевого участия и являющихся двумя лидерами европейских военных технологий со своими «ноу-хау» в области бронетанковой техники и вооружения. Более того, к программе привлекли множество других национальных компаний, таких как Diehl, MTU, Renk AG, ESW и Zeiss.

Основными требованиями при создании «Пумы» стали:

– оптимальная защита экипажа машины и его жизнеспособности;

– высокая подвижность и оперативно-тактическая мобильность;

– расширение функциональных возможностей, универсализация машины;

– максимальное снижение вероятности ошибочных действий экипажа;

– увеличение огневой мощи;

– повышение эксплуатационной надежности;

– обеспечение высокого потенциала модернизации машины;

– возможность интеграции машины в единую систему управления на различных уровнях, с возможностью использования в системе объединенных многонациональных командований группировок войск;

– снижение затрат на эксплуатационные расходы, увеличение сроков эксплуатации и между проведением ремонтов.

Соглосование ТТТ состоялось 26 февраля 1998 г., после чего приступили к отработке всего пакета технической и финансовой документации. Его утверждение прошло 17 июня 2002 г., а затем были подготовлены документы для принятия окончательного решения о начале производства опытной партии машин в количестве пяти единиц. В 2005 г. первая «Пума» увидела свет.

В соответствии с принятыми программными документами планировалось до ноября 2006 г. завершить все испытания и до 30 декабря 2007 г. и поставить в армию 405 таких машин. Для проведения всесторонних испытаний в 2005 г. было построено пять опытных образцов БМП.

Новыми БМП предполагалось оснастить восемь мотопехотных батальонов, в составе которых должно было насчитываться по 44 машины, т.е. всего 352 единицы. Еще 24 «Пумы» предназначались для объединенной группы огневой поддержки (JFST). Остальные 34 машины должны были пойти на укомплектование учебных подразделений для подготовки экипажей. Планировалось, что общая стоимость контракта на разработку и поставку БМП «Пума» для Бундесвера составит 3,1 млрд. евро, но позже выяснилось, что необходимо значительно большие средства. Сроки начала поставок постоянно переносились, а «Пума» до сих пор не встала в единый строй с «Леопардами».


Первые испытания опытных образцов БМП «Пума».


Общая компоновка первого опытного образца БМП «Пума».


Описание конструкции

«Пума» выполнена по классической для боевых машин пехоты компоновке, но имеет некоторые особенности. Моторно-трансмиссионное отделение расположено в носовой части машины и занимает примерно одну треть по длине ее корпуса. Механик-водитель размещен спереди слева по ходу машины, справа от него – моторная перегородка силового отделения. За отделением управления и силовым отделением располагаются рабочие места командира (справа) и наводчика (слева). Командир и механик-водитель имеют персональные люки в крыше корпуса БМП. Наводчик осуществляет посадку и высадку через люк командира.

Необитаемая башня с комплексом вооружения находится в центральной части корпуса машины с небольшим смещением влево от продольной оси. Это сделано для компенсации смещения центра тяжести машины вправо из-за расположения вдоль правого борта БМП силовой установки. У правого борта за спиной у командира БМП имеются четыре сиденья десанта. Десантники располагаются спиной к правому борту. Еще два сиденья находятся вдоль левого борта машины сразу за башней. Они также размещаются спиной к борту, но только к левому. Крепление сидений выполнено к крыше корпуса машины. Сами сиденья – антитравматические, эргономичные и имеют ремни безопасности, что в комплексе увеличивает безопасность десантников при динамичном движении машины и при ее подрыве на минах.

Для посадки и высадки экипажа в корме машины имеется откидывающаяся вниз аппарель с силовым приводом, в которой выполнена аварийная дверь. В крыше кормовой части БМП находятся два овальных люка, крышки которых открываются к центру машины.

Бойниц для ведения огня из индивидуального оружия десанта не предусмотрено. Повышение защищенности машины обеспечивается другими средствами, о которых будет сказано ниже.

Корпус машины сварной, из катаных броневых листов.

Опытные образцы машины имели ходовую часть с пятью двускатными опорными катками и тремя односкатными поддерживающими катками на борт, с расположением ведущего колеса спереди и направляющего колеса сзади. Направляющее колесо – двускатное, с ошиновкой, однако толщина ошиновки на направляющем колесе примерно в 2 раза тоньше, чем на опорных катках. Поддерживающие катки также выполнены с ошиновкой. При проектировании БМП предусматривалось с каждого борта иметь по три поддерживающих катка, однако уже при постройке опытных образцов конструкцию ходовой части изменили: на машине смонтировали по два поддерживающих катка на борт. Причем оба катка расположены в центре корпуса машины: один поддерживает гусеницу с одной стороны ее гребня, другой – с противоположной стороны гребня. Подвеска индивидуальная, независимая, гидропневматическая.

В перспективе планируется использовать шасси БМП «Пума» в качестве платформы для создания семейства различных боевых, командно-штабных и вспомогательных машин.


Первый опытный образец БМП «Пума» с откинутой аппарелью. Обратите внимание на расположение пусковых установок дымовых (аэрозольных) гранат на корме башни.


Схема установки дополнительного бронирования БМП «Пума» при повышении защиты до уровня «С».


Кормовая аппарель.


Интерьер десантного отделения БМП «Пума».


Защищенность

Защищенности боевых машин немцы всегда уделяли серьезное внимание. Высокая защищенность (по мнению разработчиков, «непревзойденная в своем классе») БМП «Пума» обеспечивается комплексом пассивных и активных средств. Предусматривается два уровня защиты машины: вариант «А» (авиатранспортабельный) и вариант «С» (боевой).

В варианте «А» боевая масса «Пумы» составляет 31,45 т, что позволяет перевозить ее по воздуху на транспортных самолетах А400М. Броневой корпус БМП обеспечивает защиту от поражения пулями крупнокалиберных пулеметов и крупнокалиберных снайперских винтовок (калибром до 14,5 мм) во всех проекциях. В лобовых проекциях броневая защита «Пумы» в варианте «А» должна держать попадания 30-мм подкалиберные снаряды автоматических пушек и гранат ручных противотанковых гранатометов. Правда, при этом не уточняется, какими гранатами и из каких гранатометов.

Уж если современные выстрелы для гранатометов способны пробивать даже лобовую броню современных танков, выдерживающую попадания 120-мм бронебойных подкалиберных снарядов, то каким образом броня БМП «Пума» сможет выдержать попадания таких гранат?

В варианте «С» боевая масса машины составляет 43 т, и она уже не может транспортироваться самолетами А400М, однако сохраняется возможность перевозки железнодорожным транспортом. В этот вариант защиты «Пума» переводится путем навески на нее специальных броневых модулей, которые устанавливаются как на лобовые детали корпуса и башни, так и на бортовые, кормовые, а также и на крышу корпуса. При этом, по заявлениям разработчиков, в случае поражения какого-либо модуля он может быть быстро заменен. В варианте «С» гарантируется защита экипажа и систем машины при попадании 30-мм подкалиберных снарядов автоматических пушек и гранат ручных противотанковых гранатометов в лобовые и бортовые проекции машины; все остальные проекции защищают от пуль крупнокалиберных пулеметов и крупнокалиберных снайперских винтовок (калибром до 14,5 мм).

Кроме того, в обоих вариантах защиты гарантируется выживаемость экипажа при подрыве на противотанковых минах.

Для повышения выживаемости машины на поле боя БМП оснащена системой предупреждения о лазерном облучении. Благодаря комплекту специальных датчиков может быть обнаружено не только излучение лазерных дальномеров, но и пуск ракет или выстрелы из пушек. Автоматика системы обеспечивает отстрел аэрозольных гранат для маскировки, а также определяет направление в сторону угрозы с целью открытия огня по объекту противника.

Машина характеризуется также высокими разведывательными возможностями. Благодаря установке низкоуровневых телекамер на бортах и корме корпуса и башни машины обеспечивается постоянное наблюдение на 360’ вокруг машины. Изображение с телекамер поступает на жидкокристаллические мониторы командира и наводчика. Кроме того, с любого из призменных приборов наблюдения можно выдать целеуказание командиру об обнаруженной цели.

Командир машины ведет наблюдение через панорамный комбинированный прицел, установленный на крыше башни, имеющий стабилизированное в двух плоскостях поле зрения и переменную кратность его увеличения.

Для самозащиты на корме машины справа имеется шестиствольная пусковая установка 76-мм осколочных гранат. Эффективная дальность стрельбы из нее составляет от 30 до 65 м.

БМП «Пума» оборудована системой коллективной защиты от радиационного, химического и бактериологического заражения. Ее работу обеспечивает фильтровентиляционная установка (ФВУ), создающая избыточное давление, за счет которого достигается герметизация обитаемого отделения БМП. ФВУ способна подавать внутрь до 200 м3 очищенного воздуха в час. При отсутствии угрозы применения оружия массового поражения ФВУ очищает от пыли до 350 м3 воздуха в час. Производство и поставка систем коллективной защиты для БМП «Пума» производится немецкой компанией Draager safety.

Быстродействующая система обнаружения и тушения пожаров способствует повышению выживаемости экипажа и систем «Пумы» в боевых условиях, дает дополнительную защиту в случаях применения «коктейля Молотова», а также при транспортировке и хранении машины. В состав системы входят высокочувствительные датчики возгорания, гарантирующие высокую вероятность несрабатывания от ложных сигналов. В качестве огнегасящей смеси используется специальный газообразный состав DeuGen-N, который безвреден для человека и окружающей среды. Время срабатывания системы с момента возникновения очага возгорания составляет менее 150 миллисекунд. Блок управления системы сопряжен с бортовым компьютером машины и обеспечивает проведение проверки ее работоспособности, диагностики и отыскивает неисправности в случае обнаружения сбоев в ее работе. Диагностика и тестирование системы может проводиться также и при подключении к блоку управления постороннего компьютера, для чего имеется специальный интерфейс. Производство и поставка быстродействующей системы обнаружения и тушения пожаров для БМП «Пума» осуществляется немецкой компанией Kidde Deugra.


Ходовые испытания в песчанопустынной местности доработанного опытного образца БМП «Пума».


БМП «Пума» обладает прекрасной проходимостью по всем типам грунтов.


Подвижность

Одним из требований Бундесвера к новой немецкой БМП стала подвижность на уровне основного боевого танка «Леопард 2», чтобы эти боевые машины могли действовать в едином боевом порядке на любой местности. Учитывая немалую боевую массу БМП, решить эту задачу возможно только при обеспечении высокой удельной мощности силовой установки. При этом размеры силовой установки и трансмиссии не должны были превышать заданных габаритов. Задача не из легких, но высокий потенциал немецкого двигателестроения позволил решить ее.

Основой силовой установки БМП «Пума» является 10-цилиндровый четырехтактный V-образный дизель MTU 10V 892 HPD (High Power Density – высокой габаритной мощности) с турбонадцувом, разработанный известной немецкой моторостроительной компанией MTU. При разработке этого двигателя четвертого поколения (так называемой «890-й серии») компания преследовала цель создать дизель, который станет основой семейства силовых установок для колесных и гусеничных боевых машин будущего с диапазоном мощностей от 300 до 1100 кВт (от 400 до 1500 л.с.). При этом конструкторы задействовали все новейшие технологии с целью достижения высокой габаритной мощности.

Первоначально, в 2003 г., для «Пумы» отрабатывали 6-цилиндровый V-образный дизель 6V 890, способный развивать мощность до 550 кВт (750 л.с.). Он полностью прошел все испытания в соответствии со стандартами НАТО, включая 50-часовые стендовые под нагрузкой. Параллельно с ним доводили и новый стартер-генератор мощностью 20 кВт, который отработал на испытаниях 1000 ч без поломок. Начиная с 2004 г., на испытания был представлен уже 10-цилиндровый дизель, способный развить еще большую мощность. Всего же опробовали 47 различных по мощности и характеристикам дизелей 890-й серии. Для «Пумы» выбор сделали в пользу двигателя MTU 10V892HPD.

Этот достаточно компактный дизель способен развивать мощность до 800 кВт (1000 л.с.) при 4250 об/мин. По сравнению с двигателями MTU 880-й серии той же мощности, MTU 10V 892 HPD имеет на 50% меньшие габариты. Максимальный крутящий момент двигателя составляет 2070 Нм при 3200 об/мин. Такие характеристики силового агрегата обеспечивают машине удельную мощность до 25 кВт/т (34 л.с./т) при уровне бронирования «А» и 18,6 кВт/т (25,3 л.с./т) – при максимальном уровне бронирования «С». Эти показатели позволяют БМП «Пума» развивать максимальную скорость по шоссе до 70 км/ч. Двигатель отличается длительным ресурсом работы, впрочем, как и все моторы немецкого производства.

Двигатель MTU 10V 892 HPD имеет два турбонагнетателя, обеспечивающие пятикратную компрессию подаваемого воздуха. Воздух, засасываемый турбонагнетателями, проходит предварительную очистку в воздухоочистителе, со степенью очистки до 99%. До поступления непосредственно в цилиндры воздух проходит через двухступенчатый промежуточный охладитель (интеркуллер), где охлаждается, а затем – в фильтр тонкой очистки. Фильтр тонкой очистки сменный, поэтому для удобства замены он установлен под специальным лючком в крыше моторно-трансмиссионного отделения.

Система охлаждения двигателя – жидкостная, двухконтурная. Она предназначена для отвода тепла непосредственно от двигателя, автоматической коробки передач, электроприводов вентиляторов, тормозов и электронных систем. Первый, высокотемпературный контур отводит тепло от двигателя и частично охлаждает подаваемый в цилиндры воздух. Низкотемпературный контур охлаждает электронику, моторное масло, электродвигатели вентиляторов и автоматическую коробку передач. По мнению разработчиков, именно применение такой схемы системы охлаждения позволило создать столь мощный дизель при относительно небольших габаритах.

Двигатель оснащен электронной системой управления электрофакельного пуска для обеспечения запуска в условиях низких температур и интегрированным стартер-генератором. Стартер-генератор установлен на маховике двигателя. Он является интегрированным компонентом двигателя, выполненным вместе с его маховиком, высокоэффективным вентилятором системы охлаждения и приводом системы кондиционирования воздуха в машине. Мощность стартер-генератора составляет 170 кВт (!); вырабатываемое генератором напряжение – 28 В постоянного тока силой до 800 А. Утверждается, что такая высокая мощность достигнута благодаря использованию новых технологий, постоянных электромагнитов, встроенных электронных систем управления режимом его работы. Конечно, электроника и новые технологии – это все хорошо, но законы физики пока еще никто не отменял. Получается, что если генератор выдает мощность 170 кВт, то, следовательно, такая мощность (а на самом деле больше) забирается у двигателя. Таким образом, заявленные цифры об удельной мощности двигателя БМП «Пума» явно завышены и реально этот показатель ниже. И при максимальном уровне защиты он составит не более 19,9 л.с./т.

Столь высокая мощность генератора необходима для функционирования всех электросистем, стабилизатора оружия и, самое главное, – вентиляторов охлаждения системы кондиционирования, которые работают от напряжения 600 В (!) постоянного тока. Это напряжение обеспечивает специальный преобразователь тока. Каждый вентилятор имеет потребляемую мощность 65 кВт, а общее их количество не указано. Но явно их не меньше двух.

В едином блоке с дизелем смонтирована автоматическая трансмиссия HSWL 256, разработанная традиционным поставщиком трансмиссий для бронетанковой техники – немецкой компанией Renk. Трансмиссия включает в себя гидротрансформатор с блокировочной муфтой и непосредственно коробку передач, обеспечивающую переключение шести передач для движения вперед и одной заднего хода, механизм поворота, тормозную систему и систему управления трансмиссией. Трансмиссия HSWL 256 полностью адаптирована под мощный дизель MTU 10V 892 HPD и обеспечивает легкое управление машиной, что снижает утомляемость водителя при совершении длительных маршей и при вождении в боевой обстановке. Благодаря этой трансмиссии машина может двигаться задним ходом с максимальной скоростью до 30 км/ч.

Тормозная система интегрирована в трансмиссию. Имеется двухконтурная основная тормозная система и стояночный (аварийный) механический тормоз.


Силовой блок БМП «Пума».


Управление трансмиссией электрогидравлическое, поэтому не требует больших физических усилий при вождении машины. Переключение передач при движении осуществляется автоматически. Общие размеры силового блока вместе с обеспечивающими системами 2370x1900x1350 мм, что в общей сложности не так уж и мало – более 6 м3 . Для сравнения: объем силового отделения танка Т-80 с двигателем 1250 л.с. (со всеми его системами и трансмиссией) чуть более 3 м3 .

Высокие скорости движения «Пумы», особенно по пересеченной местности, достигаются благодаря использованию новой ходовой части. Ее особенностью является то, что она собирается отдельно от корпуса машины и представляет собой отдельную конструкцию, причем для каждого борта. К борту корпуса эти конструкции крепятся через резиновые элементы, что значительно снижает уровень вибраций в машине и шумность. Заявляется, что если уровень шума при движении в большинстве гусеничных боевых машин доходит до 120 децибел, то в «Пуме» он не превышает 95 децибел. Благодаря такой конструкции ходовой части решаются сразу две задачи: уменьшается утомляемость экипажа от вибраций и шума, а также снижается выход из строя многих приборов и агрегатов за счет уменьшения вибраций.

Все элементы независимой гидропневматической подвески «Пумы» расположены снаружи корпуса. Ее основой служат специальные амортизационные гидропневматические элементы, получившие наименование Hydrops. На каждый борт имеется по пять таких элементов (и на первых опытных образцах), по числу опорных катков. Благодаря возможности изменения давления газа в гидропневматических элементах машина имеет постоянный клиренс при изменении ее массы в случаях использования ее в различных вариантах защиты. Имеется автоматическая система регулирования натяжения гусеничных лент, компенсирующая увеличение натяжения гусеничных лент при нагреве газа и жидкости в гидропневматических элементах.

По мнению разработчиков, применение гидропневматической подвески с вынесенными за пределы корпуса машины элементами не только позволяет увеличить полезный объем внутри корпуса БМП, но и снижает риск поражения членов экипажа и десанта разлетающимися деталями подвески при подрывах наминах.

Опорные катки – двойные, с резиновым бандажом. Направляющее колесо – двойное, расположено в кормовой части машины. Оно также имеет резиновый бандаж. Ведущее колесо находится в носовой части машины. На каждый борт по проекту предполагалось установить по три обрезиненных поддерживающих катка, однако на опытных образцах БМП смонтировали по два поддерживающих катка на борт. При этом расположены они оригинально – оба катка посередине борта машины.

Траки гусениц БМП «Пума» с параллельным резинометаллическим шарниром выполнены из специальной легковесной стали. Они изготовлены компанией Deihl. По данным компании, метр гусеницы БМП «Пума» из траков марки «464» весит на 30 кг или на 30% меньше, чем метр обычной гусеницы БМП. Ширина трака – 500 мм, длина одной гусеницы – 14 м. Траки имеют специальные резиновые накладки (асфальтоходы) для предотвращения порчи покрытия автомобильных дорог. Беговая дорожка траков не обрезиненная.


Огневые испытания предсерийного опытного образца БМП «Пума».


Необитаемая башня первого опытного образца БМП «Пума».


Огневая мощь

Высокую огневую мощь БМП «Пума» обеспечивают современные цифровая автоматизированная система управления огнем (СУО), мощное вооружение, двухплоскостной электромеханический стабилизатор оружия и другие системы. Комплекс вооружения БМП смонтирован в дистанционно управляемой необитаемой башне. В его состав входят оружие, СУО, стабилизатор оружия, боекомплект, система питания боеприпасами, дополнительные приборы прицеливания и наблюдения. На последних предсерийных опытных образцах БМП «Пума» в состав комплекса вооружения был включен комплекс управляемого вооружения.

В качестве основного оружия на БМП «Пума» используется 30-мм автоматическая пушка Rheinmetall Watfe Munition МК 30-2/ABM. Пушка имеет двухленточное селективное питание и использует стандартные НАТОвские боеприпасы 30x173 мм. В ее боекомплекте имеются выстрелы с бронебойными подкалиберными оперенными снарядами APFSDS-T (индекс РМС 287) и осколочными снарядами KETF (Kinetic Energy Time Fuze) с дистанционным подрывом на траектории, иногда называемые ABM (air burst munition). По данным разработчиков, пушка способна поражать бронированные цели на дальностях до 3000 м. Из нее возможно вести огонь одиночными выстрелами и очередями с малым и большим темпом стрельбы. Максимальный темп стрельбы очередями составляет 200 выстр./мин. Автоматика пушки приводится в действие частью газов, отводимых из ствола. Сила отдачи при стрельбе одиночными выстрелами достигает 18 кН, а при стрельбе очередями – 16 кН.

Ствол пушки изнутри хромирован, что продлевает срок его эксплуатации. Общая масса пушки составляет 198 кг, а длина с дульным тормозом и электроспуском – 3,78 м. Начальная скорость полета снаряда APFSDS-T достигает 1385 м/с, что обеспечивает бронепробиваемость 60 мм сплошной гомогенной брони на дальности до 2000 м при угле встречи 60° к нормали. Начальная скорость снаряда KETF-1100 м/с.

Считается, что на дальностях до 3000 м из пушки МК 30-2/АВМ можно успешно вести борьбу со всеми типами бронированных целей легкой категории при использовании бронебойных подкалиберных боеприпасов, а также и с основными танками, поражая их приборы прицеливания и наблюдения и датчики, находящиеся снаружи, – при использовании осколочных боеприпасов с воздушным подрывом.

Предусмотрена возможность борьбы с вертолетами и живой силой противника, небронированными целями с использованием KETF снарядов, которые имеют внутри 162 вольфрамовых цилиндрических осколка массой по 1,24 г. При подрыве в воздухе эти осколки небольшим зарядом выбрасываются из корпуса снаряда и продолжают лететь в сторону цели, разлетаясь на относительно небольшое расстояние друг от друга, так как получают стабилизацию за счет вращения. Таким образом, после подрыва снаряда образуется довольно плотный направленный поток осколочных элементов на цель. Время подрыва устанавливается автоматически при вылете снаряда из ствола. Для этого на дульном тормозе пушки имеются специальные устройства, которые определяют начальную скорость полета снаряда и производят установку задержки подрыва специальным электромагнитным импульсом. Время задержки подрыва определяется бортовым компьютером с учетом замеренной дальности до цели и начальной скорости снаряда. Подобная система была реализована на зенитных автоматических пушках производства компании Oerlikon Contraves. Минимальная дальность взведения взрывателя составляет 60 м.

Боекомплект пушки в БМП «Пума» составляет 400 выстрелов, уложенных в четыре ленты. Две ленты (2x100 выстрелов) находятся в нише башни в специальном магазине и готовы к использованию, а еще две – в корпусе машины. Магазин для лент к 30-мм пушке изнутри хромирован. Загрузка боеприпасов в магазин может осуществляться только сверху через специальный люк в башне. Изнутри машины загрузку боекомплекта произвести нельзя. Подача ленты к пушке происходит по специальным рукавам. У командира и наводчика в прицеле высвечивается информация о количестве оставшихся боеприпасов, каждого типа.

Дополнительным оружием комплекса вооружения «Пумы» является 5,56-мм пулемет MG4 производства компании Heckler amp; Koch. По сути, это практически стандартный армейский ручной пулемет MG4, только со снятыми прикладом и сошкой и установленным на него электроспуском. Пистолетная рукоятка со спусковым крючком сохранилась, что позволяет в случае необходимости использовать его для стрельбы с рук.

Прицельная дальность стрельбы из пулемета MG4 – до 1000 м, темп стрельбы – 850 выстр./мин. Питание пулемета – ленточное; для стрельбы используются стандартные патроны НАТО 5,56x45 мм. Боекомплект составляет 2000 патронов в двух лентах. Одна лента готова к использованию, другая находится в укладке.

В качестве вспомогательного оружия в комплексе вооружения имеется шестиствольная гранатометная установка, смонтированная в корме машины со стороны левого борта. Она предназначена для поражения 76-мм осколочными гранатами живой силы противника, внезапно появившегося сзади машины, на дальностях до 50 м. Сектор обстрела установки ±90° от продольной оси машины в сторону задней полусферы. Стрельбу из нее ведет командир отделения десанта. Для прицеливания используется телевизионная камера, смонтированная на самой установке.

На башне имеется восемь пусковых установок отстрела дымовых (аэрозольных) гранат, объединенных в две группы по четыре пусковых. Отстрел дымовых гранат производится в автоматическом или ручном режимах. Стрельба может вестись как по одной гранате, так и залпом – сразу из четырех или восьми пусковых установок.

БМП «Пума» оснащена современной автоматизированной системой управления огнем (СУО), которая интегрирована в командную систему управления – IFIS (Integrated Combat Forces Command and Weapon Control System). В ее состав входят комбинированный прицельный комплекс наводчика WAO, панорамный командирский прицел PERI RTWL-B, бортовой компьютер с интерфейсом, органы управления, видеомониторы, датчики условий стрельбы. СУО сопряжена с цифровым, полностью электрическим двухплоскостным стабилизатором оружия GTdrive® 98BL.

Оптоэлектронный прицельный комплекс наводчика WAO имеет независимую стабилизацию поля зрения в двух плоскостях. Он объединяет в себе оптический канал, тепловизионную камеру ATTICA, лазерный дальномер LDM 38 и низкоуровневую телевизионную камеру CCD MZ3. Такое комплексирование средств в одном прицельном комплексе обеспечивает надежное обнаружение цели и прицеливание, как в обычных условиях видимости, так и в сложных (ночь, дым, пыль и т.д.). Видеосигналы с тепловизора и телевизиооной камеры выдаются на монохромный монитор наводчика, а также могут быть переданы на любой из имеющихся в машине мониторов (командира машины, командира отделения, механика- водителя). Поскольку наводчик размещен не в башне, а в корпусе, передача оптического изображения в окуляр прицела наводчика осуществляется с использованием световолоконной оптики. Угол прокачки зеркала составляет ±5° по горизонту и от -15° до +45° по вертикали.

Телевизионная камера при минимальном увеличении обеспечивает поле зрения 60°х45°, а при максимальном 16-кратном увеличении ее поле зрения составляет 2,8°х2,1°.

Панорамный прицел командира PERI RTWL-B гарантирует круговое наблюдение на 360° В нем объединены оптический, лазерный дальномерный и тепловизионный каналы. Лазерный дальномер и тепловизионная камера точно такие же, как и в прицеле наводчика. На монитор командира также могут передаваться видеосигналы с прицельного комплекса наводчика или с кормовых видеокамер наблюдения.


Доработанный вариант необитаемой башни первых опытных образцов БМП «Пума» – дополнительно установлен панорамный прицел командира.


Комплекс вооружения предсерийного образца БМП «Пума», обратите внимание на ферменное крепление ствола пушки и расположение дымовых гранатометов.


Сопряжение прицелов командира и наводчика обеспечивает реализацию принципа «hunter-killer» («охотник-убийца»): пока наводчик ведет огонь по одной цели, командир занимается разведкой других целей и в случае их обнаружения может передать любую из них наводчику через систему целеуказания. Пока наводчик будет вести огонь по этой цели, командир займется обнаружением новой цели. В общем, такой принцип работы командира и наводчика был реализован еще на советских танках, когда при помощи системы командирского целеуказания командир мог навести прицел наводчика в сторону обнаруженной цели с той лишь разницей, что приходилось вручную вращать командирскую башенку.

Двухплоскостной цифровой электромеханический стабилизатор оружия GTdrive® 98BL обеспечивает точное и быстрое наведение оружия на цель (с учетом необходимых поправок для стрельбы) и удержание его на цели при движении машины. В состав стабилизатора входят основной блок управления, блок управления башней, исполнительные электроприводы наведения пушки и башни со встроенными аварийными электроприводами, датчики и аварийный пульт управления (джойстик). Ручных приводов наведения башни и пушки нет, поскольку башня сделана необитаемой. Особенностью стабилизатора оружия БМП «Пума» является то, что основное оружие в башне установлено в 40 см от продольной оси. При стрельбе это приводит к образованию возмущающего момента, возникающего от отдачи оружия. Другая особенность состоит в том, что машина может иметь различные уровни защиты, а это требуется учитывать при работе стабилизатора. Благодаря полностью цифровой схеме эти моменты учтены, и стабилизатор обеспечивает высокую точность стрельбы. Кроме того, при стрельбе он автоматически корректирует наводку после каждого выстрела.

Различные оптические и оптоэлектронные приборы наблюдения создают экипажу «Пумы» прекрасный всесторонний обзор, что позволяет проводить разведку целей и их идентификацию днем и ночью в любых погодных условиях. Использование новых технологий управления приборами и изображением дало возможность отображать сигналы с любого оптоэлектронного прибора на любой монитор, установленный в БМП. Каждая обнаруженная через приборы наблюдения (в том числе и через призменные блоки) цель может быть немедленно передана для дальнейшего ее опознавания на монитор командира машины.

Кроме указанных выше прицелов командира и наводчика, «Пума» оснащена еще и другими приборами. Командир машины для наблюдения может использовать видеокамеры заднего обзора и пять призменных смотровых приборов. Если позволяет обстановка, он может вести наблюдение через открытый люк.

Наводчик, помимо прицельного комплекса WAO, может вести наблюдение через видеокамеры заднего обзора и через два призменных прибора наблюдения, один из которых имеет очень широкое поле зрения.

Рабочее место механика-водителя оборудовано тремя призменными приборами наблюдения; имеются также ночной прибор наблюдения и монитор для получения изображения от видеокамеры в случае движения задним ходом. Вне боевой обстановки механик-водитель управляет машиной по-походному, наблюдая за дорогой и местностью через открытый люк.

Размещаемые в десантном отделении пехотинцы могут вести наблюдение через четыре видеокамеры наблюдения и видеокамеру для движения задним ходом, изображение с которых поступает на два монитора, размещенные в десантном отделении. Кроме того, имеются два прибора ночного видения, два неподвижных и один вращающийся призменные приборы наблюдения. Десантники также имеют возможность вести наблюдение за обстановкой вокруг машины через приоткрытые верхние люки и рампу.


30-мм автоматическая пушка МК 30-2/АВМ.


Панорамный прицел командира со световодной системой передачи изображения. Устройство осколочного снаряда KETF.


Характеристики прицелов командира и наводчика БМП «Пума»
  Командирскии прицел Прицел наводчика
  PERI RTWL-B WAO
Угол прокачки зеркала    
- по азимуту n х 360° -5°..+5°
- по вертикали -15°...+45° -15°...+45°
Скорость наведения, рад/с 1 1
Точность стабилизации, мрад 80 40
Поле зрения, град 2,8х2,1;11,3х8,5; 2,8x2,1; 7,2x5,4;
  22,2x16,7 22,2x16,7
  Тепловизионная камера ATTICA
Длина волны, мкм 7,5-10 7,5-10
Размер матрицы, пикселей 384x288 384x288
Поле зрения Как у оптического канала Как у оптического канала
  Лазерный дальномер LDM 38
Длина волны, мкм 1,57 1,57
Макс. Дальность замера, м 40000 40000
Ошибка изм. дальности, м 5 5
  ТВ Камера MZ3CCD
Угол прокачки зеркала,град - Как у оптического канала
Время смены увеличения, с - 0,9
Точность стабилизации, мрад - 0,05

Командная управляемость

Стоит отметить, что при разработке БМП «Пума» самое серьезное внимание уделялось повышению эффективности командной управляемости. Машина оснащена автоматизированной системой управления войсками и оружием IFIS (Integrated Combat Forces Command and Weapon Control System). Эта система гарантирует прохождение потока информации для управления боевыми подразделениями от батальона, роты, взвода и отделения до отдельной боевой машины (танка или БМП). АСУ IFIS должна обеспечивать боевые элементы необходимыми для поражения противника данными независимо от уровня подсистемы. Обмен данными между системами и подсистемами осуществляется через центральный интерфейс данных в соответствии с CAN протоколом. Компоненты управления интегрированы в систему тестирования системы вооружения так, что командир может узнавать о состоянии системы в любое время.

Оборудование командной АСУ включает интегрированную командную систему, состоящую из АТ компьютера CENTURION с интегрированными средствами связи, дисплея MDU15 с возможностью сенсорного управления и от клавиатуры. Второй уровень командной АСУ имеет компьютер Rocky III типа «ноутбук», разьем для подключения в сеть и коммуникационный сервер KS Bw. В качестве средств связи для работы АСУ IFIS служат радиостанции SEM 80/90 (УКВ диапазона) и HRM 7400 (КВ диапазона). Они позволяют быстро передавать данные в любых ситуациях. В целом АСУ, используемая в «Пуме», обеспечивает: использование сетей подсистем для управления, информирования, связи, управления оружием, в том числе и при нахождении за пределами машины;

– способность управлять необитаемыми аппаратами как в воздухе (БЛА), так и на земле;

возможность совершенствования и наращивания дополнительными составляющими компонентами командной сети управления.


Автоматизированная система управления войсками IFIS.


Сравнительные испытания старой и новой конструкций дополнительного бронирования борта на доработанном (шестикатковом) опытном образце БМП «Пума».


Тактико-технические характеристики БМП «Пума»

Боевая масса, т:

– уровень защиты «А» (возможность авиатранспортирования самолетами А400М) 31,45

– повышенный уровень защиты (возможность транспортирования ж.д., морским и автотранспортом) 41 – уровень защиты «С» 43

Экипаж + десант, чел 3+6

Длина, м 7,4

Ширина, м 3,7

Высота по крыше башни, м 3,1

Мощность двигателя, кВт (л.с.) 800 (1000)

Максимальная скорость вперед/назад, км/ч 70/30

Вооружение:

– основное оружие 30-мм АП МК30-2/АВМ

– дополнительное оружие 5,56-мм пулемет MG4

– вспомогательное оружие 6х76-мм

ПУ осколочных гранат 8 ПУ дымовых гранат

Боекомплект, шт.:

– 30-мм выстрелов 200+200

– 5,56-мм патронов 1000+1000

Защищенность:

– уровень «А»:

а) фронтальная проекция от гранат РПГ и снарядов малокалиберных пушек

б) борт и корма от 14,5-мм пуль, осколков снарядов

в) днище от ПТ и ПП мин

– уровень «С»:

а) лоб и борта от РПГ и снарядов малокалиберных пушек;

б) корма от 14,5-мм пуль. осколков снарядов

в) днище от ПТ и ПП мин


Техническое обеспечение

В ходе отработки и испытаний опытных образцов БМП «Пума» все данные по отказам и выходу из строя каких-либо узлов, систем, агрегатов и деталей тщательно собирались, анализировались, а затем заносились в специальную компьютеризированную базу данных LSA (Logistic Support Analysis). Это позволяло просчитать на перспективу потребности в запасных частях и инструменте для технического обеспечения подразделений, вооруженных БМП «Пума». В ходе войсковой эксплуатации БМП анализ неисправностей будет продолжаться.

При разработке машины была составлена специальная электронная интерактивная техническая документация машины (IETD – Interactive Electronic Technical Documentation). Она обеспечивает более доступное изучение машины, способы ее обслуживания и ремонта, поиск номенклатуры необходимых запасных частей и т.д. Документация IETD составлялась с учетом базы данных LSA.

Для удобства обслуживания и ремонта «Пума» оснащена интегрированной системой проверки работоспособности ITS (Integrated Test System), которая позволяет экипажу контролировать текущее состояние систем машины, проводить проверку готовности к работе комплекса вооружения, определять неисправности проверяемых систем и нахождение места положения неисправностей и неисправных деталей. Использование ITS снижает вероятность неправильной эксплуатации машины, повышает ее ресурс вследствие своевременного обнаружения неисправных узлов, систем и агрегатов и быстрой их замены.


Планы и реальность

Как уже говорилось, поступление новой БМП «Пума» в Бундесвер ожидалось еще в 2007 г., однако всесторонние испытания двух опытных образцов завершились только в марте 2009 г. Сроки поставки машин были определены с 2010 г. по 2020 г. Сообщалось, что испытания завершились успешно и в июле того же года был подписан контракт на постройку 405 машин на сумму 3,1 млрд. евро. Однако «Пума» не удовлетворила всем требованиям военных, и машину пришлось дорабатывать. При этом выяснилось, что программа обойдется уже в 4,3 млрд. евро.

Первым делом усилили ходовую часть, так как она не справлялась с нагрузками, возникающими при движении 43-тонной машины. Ходовая часть получила шестой узел подвески на каждый борт. С целью повысить точность и кучность стрельбы из автоматической пушки ее ствол установили в ферменную опору. Для возможности решения задач по борьбе с танками и сильно бронированными целями противника в состав комплекса вооружения БМП «Пума» включили комплекс управляемого вооружения в составе двух пусковых установок ПТУР Spike LR. С целью достигнуть заданный уровень защиты машины изменили конструкцию и схему установки дополнительных броневых модулей: они стали меньшего размера и теперь размещались в два яруса. Конечно, это далеко не весь перечень изменений, проведенных при создании очередных опытных образцов.

В итоге срок начала поставок новых машин в Бундесвер перенесли на 2012 г., но «Пумы» вновь не появились рядом с «Леопардами». Более того, в 2012 г. было объявлено, что в связи с очередным реформированием Бундесвера общее количество БМП, заказываемых у компании PSM, сокращено до 350 единиц, а дата поставок машин в войска переносится на середину 2014 г.

Но 18 октября 2013 г. во время доклада в Бундестаге министр обороны ФРГ Томас де Мезьер сообщил, что перспективная БМП «Пума» не будет принята на вооружение армии и не начнет поступать в войска, как планировалось, в 2014 г., т.к. в ходе испытаний опытной партии из пяти предсерийных машин были выявлены значительные конструктивные недостатки. Среди них он упомянул проблемы с надежностью работы электронных систем, с программным обеспечением, неполной отработкой технической документации и плохой обзор для членов экипажа. Подверглась критике и чрезмерная боевая масса «Пумы».

Позднее стала появляться информация от представителей Бундесвера о выявленных при испытаниях недостатках. В частности, отмечались неудовлетворительная система ночного видения, проблемы в работе системы управления огнем и проблемы с беспроводным интерфейсом передачи данных между БМП и перспективным комплектом солдатской экипировки Бундесвера Gladius.

Нет ничего удивительного в том, что в ходе испытаний новой машины выявляются недостатки – это происходит всегда и везде. Удивляет другое. Немецким инженерам на создание с чистого листа нового танка «Леопард» – от первого штриха на кульмане до выхода с конвейера первой серийной машины – потребовалось 7 лет. И это в Германии, не успевшей в полной мере восстановить всю промышленность после Второй мировой войны. На создание БМП «Пума» в высокоиндустриальной Германии XXI в. уже ушло более 15 лет, а завершения этой истории пока не видно.


В таком виде предполагается принять на вооружение БМП «Пума».


Предсерийный образец БМП «Пума» на выставке Eurosatory-2011 в г. Париже.


Вряд ли немецкие специалисты потеряли квалификацию. Скорее всего, дело в управлении или менеджменте, как сейчас принято говорить, который повсеместно слепо копирует американскую школу управления производством. И вот результат! Все просто: кто же будет отдавать в другие страны, способные захватить первенство на международном рынке, лучшие технологии? Правильно, никто! Отдадут то, что может дать противоположный результат. У нас некоторые руководители тоже слепо слушают выпускников различных американских академий и школ менеджмента, внедряют всякие KPI, а качество и эффективность производства падают. Может, все же попробовать внедрить что-то свое, более подходящее для своих инженеров и рабочих?

Нет сомнений, – немецкие инженеры устранят все недостатки и доведут машину с присущими им аккуратностью и точностью. Тогда «Пума» встанет в строй рядом с «Леопардами», а потом потеснит на рынке всякие там «Бредли», «Ворриеры», «Дардо» и «Фреччии». Ведь, по большому счету, БМП «Пума» удалась. Машина интересная во всех отношениях. При ее создании использованы самые передовые технологии, обеспечившие новой боевой машине определенный качественный скачек. В конструкции БМП «Пума» имеется много инновационных решений, которые стоит перенять или принять во внимание при создании отечественных образцов бронетанковой техники, разумеется с учетом отечественной специфики.

Использованы фото концерна KMW и из архива автора.


Владимир Щербаков

Ослепить и подавить. Корабельные средства РЭБ российского флота

Развитие и все более широкое использование в военном деле средств связи, радиолокации и гидроакустики, а также оптико-электронных систем неизбежно привело к развитию специальных образцов вооружения и технических средств, предназначенных для противодействия им.

Со временем средства радиоэлектронной борьбы (РЭБ) и средства радиоэлектронного противодействия (РЭП), как составной части РЭБ, заняли одно из важнейших мест в вооруженной борьбе на море, суше и в воздухе. Высокое значение данных средств для обеспечения победы в вооруженном противостоянии подтверждается и объемом средств, выделяемых различными странами мира на их закупки: по оценкам экспертов, общемировой рынок средств РЭБ в 2014 г. в финансовом выражении составит 12,15 млрд долл., а среднегодовой темп его роста в период до 2020 г. равняется 4,5%. В результате объем мирового рынка средств РЭБ к 2020 г. достигнет порядка 15,59 млрд долл.


Почтовая марка СССР, на которой изображен А.С. Попов, дающий пояснения по своему изобретению – беспроволочному телеграфу – вице-адмиралу С.О. Макарову.


Несомненно особое значение радиоэлектронной борьбы для современных вооруженных сил в целях обеспечения возможности успешного решения возлагаемых на них национальным военно-политическим руководством задач. Поэтому вопросам радиоэлектронной борьбы в целом и радиоэлектронного противодействия в частности командование вооруженных сил ведущих стран мира уделяет постоянное внимание, ставя развитие сил и средств РЭБ в число наиболее приоритетных задач и направлений национального военного строительства. И хотя в отдельных государствах имеются определенные различия в подходах к реализации основных задач радиоэлектронной борьбы, в целом можно считать, что развитие сил и средств РЭБ идет по схожим направлениям.

«В различных странах приняты формулировки и термины этого вида действий, – подчеркивал начальник службы РЭБ ВМФ РФ контр-адмирал Владимир Красин в своей статье -Радиоэлектронная борьба – оружие XXI в.», опубликованной в журнале «Военный парад» за июль-август 1997 г., – Различаются составные части и задачи радиоэлектронной борьбы, но в любом случае она включает в себя два элемента:

преднамеренное воздействие на радиоэлектронные средства противника;

– защита своих радиоэлектронных средств от преднамеренного воздействия на них со стороны противника.

Наступательный элемент обеспечивается средствами постановки активных и пассивных помех (станции помех, ложные цели, имитаторы и т.д.), а оборонительный, как правило, – применением схемно-конструкторских решений построения радиоэлектронной аппаратуры, выбором режимов ее работы, проведением организационных мероприятий и т.д.».

Оба указанных элемента радиоэлектронной борьбы – оборонительный и наступательный – представляют особую важность для обеспечения эффективной деятельности военно-морских сил любого государства. Причем именно на морских и океанских театрах военных действий силы и средства радиоэлектронной борьбы могут весьма успешно использоваться не только в качестве средства обороны, но и, что особенно важно, в качестве эффективного атакующего средства, способного обеспечить превосходство над противником и нанести ему достаточно серьезный урон. В связи с этим представляется интересным рассмотреть вопрос о том, какими средствами РЭБ оснащены боевые корабли ВМФ России. Совершим перед этим небольшой экскурс в историю.

Флот был первым Примечательно, что своим появлением и радиосвязь, и средства борьбы с ней обязаны именно российскому флоту. Многим известно, что использовать радио для практического применения (в целях управления силами и средствами флота) предложил служащий Морского министерства России Александр Степанович Попов. Менее известен тот факт, что он стал одним из первых, кто обратил внимание на использование особенностей радио в целях ведения радиоразведки и радиоэлектронного противодействия – важнейших составных элементов радиоэлектронной борьбы. Так, в марте 1903 г. профессор А.С. Попов в докладной записке, направленной руководству военного ведомства, в общих чертах сформулировал идеологию радиоразведки, да и всей радиоэлектронной борьбы в целом.

«Телеграфирование без проводов обладает тем недостатком, что телеграмма может быть уловлена на всякую постороннюю станцию и, следовательно, прочтена и, кроме того, передаваемая телеграмма может быть перебита и перепутана посторонними источниками электричества, – отмечалось в докладе Морского технического комитета Морского министерства России в январе 1902 г. – Это несовершенство приборов приобретает особую важность во время войны, когда телеграмма может быть перехвачена неприятелем или спутана и искажена им во время получения на нашем корабле».

Вывод вполне закономерный, поскольку наряду с несомненными преимуществами и огромными потенциальными возможностями, которые предоставляла радиосвязь для военных целей, она одновременно обладала рядом серьезных недостатков: низкая скрытность применения, высокая подверженность внешним помехам и пр. Это позволило специалистам достаточно быстро определить пути воздействия на радиосредства противника и приступить к разработке соответствующих средств, а также методов и способов их практического применения. Случай проверить данную идею на практике представился в ходе Русско-японской войны 1904-1905 гг.

Вскоре после начала боевых действий вице-адмирал Степан Осипович Макаров, вступивший 24 февраля 1904 г. в командование флотом Тихого океана, предпринял активные действия по организации мероприятий в рамках радиоэлектронной борьбы, в особенности – ведения радиоразведки.

Уже 7 марта адмирал издал первый официальный флотский документ, регламентирующий вышеуказанные вопросы.


Эскадренный броненосец «Победа» стал одним из первых кораблей, применивших идею радиоэлектронного подавления на практике в боевых условиях.


«Приказ №27

7 марта 1904 года

Рейд Порт-Артур

Секретно

Принять к руководству следующее:

1. Беспроволочный телеграф обнаруживает присутствие, а поэтому теперь же поставить телеграфирование это под контроль и не допускать никаких отправительных депеш или отдельных знаков без разрешения командира, а в эскадре – флагмана. Допускается на рейдах, в спокойное время, поверка с 8 до 8.30 утра.

2. Приемная часть телеграфа должна быть все время замкнута так, чтобы можно было следить за депешами, и если будет чувствоваться неприятельская депеша, то тотчас же доложить командиру и определить, по возможности заслоняя приемный провод, приблизительно направление на неприятеля и доложить об этом.

3. При определении направления можно пользоваться, поворачивая свое судно и заслоняя своим рангоутом приемный провод, причем по отчетливости можно судить иногда о направлении на неприятеля. Минным офицерам предлагается произвести в этом направлении всякие опыты.

4. Неприятельские телеграммы следует все записывать, и затем командир должен принять меры, чтобы распознать вызов старшего, ответный знак, а если можно, то и смысл депеши.

Для способных молодых офицеров тут целая интересная область.

Для руководства прилагается японская телеграфная азбука.

Вице-адмирал С. Макаров».

А вскоре впервые в истории русские моряки предприняли и операцию по прямому воздействию на радиоэлектронные средства противника.

2 апреля (по старому стилю: 15 апреля – по новому стилю) 1904 г впервые было проведено мероприятие, которое можно по праву назвать радиоэлектронной борьбой. В тот день два японских броненосных крейсера, «Ниссин» и «Касуга» (оба корабля принадлежали к типу «Касуга»), получили очередное боевое задание – осуществить «третью перекидную стрельбу» по фортам и внутреннему рейду русской крепости Порт-Артур.

«Перекидная стрельба» осуществлялась по целям, находящимся вне прямой видимости ведущих огонь кораблей (например, за горами или холмами), при которой использовались крутые траектории полета снарядов. При такой стрельбе, однако, необходимым условием являлась своевременная корректировка огня с других кораблей или береговых постов. И вот тут как раз и пригодились идеи вице-адмирала С.О. Макарова, высказанные им в приказе №27.

Временно исполнявший тогда обязанности командующего флотом Тихого океана контр-адмирал князь Павел Петрович Ухтомский сообщал в донесении: «В 9 ч 11 мин утра неприятельские броненосные крейсеры «Ниссин» и «Касуга», маневрируя на зюйд- зюйд-вест от маяка Ляотешань, начали перекидную стрельбу по фортам и внутреннему рейду. С самого начала стрельбы два неприятельских крейсера, выбрав позиции против прохода Ляотешаньского мыса, вне выстрелов крепости, начали телеграфировать, почему немедленно же броненосец «Победа» и станция Золотой горы начали перебивать большой искрой неприятельские телеграммы, полагая, что эти крейсеры сообщают стреляющим броненосцам об их попадании снарядов. Неприятелем выпущено более 60 снарядов большого калибра. Попаданий в суда не было».

Действия противника по достоинству оценило и японское командование. Так, в отечественной исторической литературе приводятся следующие слова неназванного японского офицера:«Так как сношение по беспроволочному телеграфу с нашими наблюдающими судами прерывалось неприятелем, находившейся на зюйд-остовом от входа берегу наблюдательной станцией, то трудно было корректировать стрельбу и снаряды попадали недостаточно метко».

С того дня радиоэлектронная борьба начала свое триумфальное шествие, а день 15 апреля приказом министра обороны Российской Федерации за №183 от 3 мая 1999 г. был установлен в качестве профессионального праздника специалистов РЭБ:

«15 апреля 1904 г. в ходе Русско-японской войны впервые были применены средства радиоэлектронной борьбы. При обороне Порт-Артура были подавлены радиопередачи японских кораблей – корректировщиков огня. Это положило начало становлению и развитию радиоэлектронной борьбы как вида обеспечения боевых действий Вооруженных сил.

Приказываю: учредить в Вооруженных силах Российской Федерации День специалиста радиоэлектронной борьбы, который отмечать ежегодно 15 апреля.

Министр обороны Российской Федерации Маршал Российской Федерации И. Сергеев».


Качественный рывок

В ходе обеих мировых войн средства РЭБ преимущественно были рассчитаны на подавление одиночных РЛС противника, представленных тогда станциями обнаружения и сопровождения целей. В первые годы после окончания Второй мировой войны данная тенденция в целом сохранилась, но выполненные советскими специалистами исследования по обобщению и анализу опыта боевых действий на море, изучению литературы и немецкой трофейной техники, а также техники союзников, полученной по ленд-лизу, и правильного прогноза возрастания роли радиоэлектронных средств в информационном обеспечении принятия решений позволили повысить эффективность работ по созданию новых корабельных средств РЭБ. Так, в 1948 г. начались первые научно-исследовательские работы по поиску путей создания устройств радиоразведки, активных и пассивных помех (НИР «Анализ» и «Фаза»), а в 1949 г. – по созданию активных и пассивных средств гидроакустического подавления (в этой статье не рассматриваются).

Активное участие в данных исследованиях принимали и сами моряки, в частности, специалисты 14-го НИИ ВМФ СССР. В итоге на вооружение флота поступили первые специализированные образцы корабельных средств радиоэлектронной борьбы, такие как генераторные станции радиолокационных помех «Коралл» (принята на вооружение в 1954 г.) и “Краб» (1958 г., обеспечивала создание помех РЛС в сантиметровом диапазоне), станция радиотехнической разведки «Бизань» (1961 г.), а также 100-мм и 130-мм артиллерийские снаряды пассивных радиолокационных помех (1963 г.) и уголковые радиолокационные отражатели серий «К» (1958 г.) и «Н» (1964 г.). Были также разработаны методы и конкретные расчетные методики оценки эффективности средств радиоэлектронной борьбы, тактические приемы их боевого использования.

Однако совершенствование радиолокационных и оптико-электронных средств не прекращалось. На вооружение армий и флотов ведущих зарубежных стран мира массово поступали РЛС и оптико-электронные системы разведки, целеуказания и наведения нового поколения, предназначенные не только для обнаружения целей и их сопровождения, но и для управления различными средствами поражения (системы управления оружием). Проводилось оснащение современными радиолокационными станциями самолетов разведывательной и ударной авиации. Но самое главное – появилось новое грозное оружие – ракеты с радиолокационными и оптико-электронными системами наведения и самонаведения. Поэтому перед отечественной «оборонкой» встал вопрос о создании соответствующих средств РЭБ корабельного базирования, обладающих новыми качествами и улучшенными характеристиками (повышение пропускной способности и быстродействия, уменьшение времени реакции аппаратуры и пр.), и способных более эффективно противодействовать вышеуказанным средствам противника.

В 1960-е гг в СССР в интересах флота были созданы и приняты на вооружение станции ответных, прицельных по частоте (активных радиолокационных) помех «Гурзуф- А» и «Гурзуф-Б» (с 1967-1968 гг.), а после появления на вооружении армий и флотов ведущих зарубежных стран РЛС с перестройкой несущей частоты от импульса к импульсу – еще и станция ответных заградительных и полузаградительных прямошумовых помех “Ограда-1» (1972 г.). С 1967 г. на вооружение надводных кораблей советского ВМФ стали поступать комплексные станции освещения радиотехнической обстановки и помех, объединяющие возможности станции разведки и станции активного подавления (постановки активных помех радиоэлектронным средствам противника).

В связи с высокой оснащенностью кораблей радиоэлектронными средствами различного назначения и необходимостью устранения взаимных помех были теоретически обоснованы и разработаны организационные и технические принципы обеспечения электромагнитной совместимости корабельных радиоэлектронных средств. Это привело к разработке и принятию на вооружение в 1968 г. первой системы коллективной защиты радиоэлектронных средств корабля «Звездочка». А на кораблях советского флота появились комплексы выстреливаемых помех ПК-2 (1969 г.) и ПК-16 (1971 г.) с неуправляемыми снарядами радиолокационных, тепловых и комбинированных помех, которые пришли на смену использовавшимся для этих целей артиллерийским снарядам, снаряженным пассивными средствами – отражателями.

«Средства РЭБ эффективно дополняют зенитно-огневые средства, – подчеркивают В. Петрушенко и В. Будаев в статье «Эффективность «ложных целей», опубликованной в журнале «Национальная оборона». – Принцип действия средств РЭБ основан на нарушении информационных полей сигналов противника за счет создания соответствующих помеховых полей, превосходящих характеристики физических полей защищаемого корабля. Важнейшую часть этих задач выполняют комплексы постановки пассивных ложных целей, вызывающих без использования собственных активных источников энергии поглощение, искажение или отражение сигналов систем обнаружения противника».


Пусковые установки комплекса выстреливаемых помех ПК-16 на борту СКР «Пылкий» проекта 1135. 2003 г.


Пусковая установка ЗИФ-121 комплекса выстреливаемых помех ПК-2. ГРКР «Москва» проекта 1164.


Комплекс ПК-2

Корабельный комплекс постановки ложных целей ПК-2 (первоначальное обозначение РУПП-140) был разработан в соответствии с постановлением Совета Министров СССР за №832-372 от 21 июля 1959 г. и предназначен для вооружения надводных кораблей среднего и большого водоизмещения, защиту которых от ракет с радиолокационными и оптико-электрон ными системами наведения (самонаведения) он обеспечивал на дальнем рубеже (комплекс также осуществлял противодействие работе различных систем наблюдения и наведения летательных аппаратов и боевых кораблей противника).

Проектирование нового комплекса РЭБ велось первоначально специалистами ОКБ-43, благодаря чему ему вначале присвоили индекс КЛ-102, однако в январе 1961 г. данную тему передали в ЦКБ-34. Электрические следящие приводы вертикального и горизонтального наведения ПУ создавались в филиале ЦНИИ-173 по заданию, выданному институту 25 января 1960 г. от ОКБ-43.

В начале 1962 г. завод №7 изготовил опытный образец новой пусковой установки и 18 мая отправил его на заводские испытания, которые по ряду причин и постоянных доработок комплекса проводились в течение полутора лет – с 20 июня 1962 г. по январь 1964 г. Утверждается, что эскизно-технический проект был готов только к июню 1962 г., а 20 ноября следующего года (ввиду задержек с доработкой комплекса) данная тема перешла в ЦКБ-7 (затем КБ «Арсенал»), после чего пусковая установка получила новое обозначение – ЗИФ-121 (ЗИФ – условное литерное обозначение, применявшееся к разработкам данного конструкторского бюро).

Заводские испытания были успешно завершены в январе 1964 г.; государственные полигонные испытания комплекса К/1-102 с системой управления стрельбой (тогда она именовалась счетно-решающей системой) «Терция» проводились с 20 октября 1964 г по 27 декабря 1965 г., а государственные корабельные испытания – на противолодочном крейсере «Москва» проекта 1123 с 1 августа по 30 октября 1967 г. На корабле установили две ПУ комплекса из головной партии, причем из-за отсутствия снарядов с тепловыми ложными целями отстрел велся только снарядами ТСП-41. Одновременно корабельные испытания проводились и на ракетном крейсере «Адмирал Зозуля» проекта 1134.

На вооружение ВМФ СССР новый комплекс РЭБ поступил под обозначением ПК-2 в 1969 г. и в модернизированном варианте до сих пор находится в эксплуатации на ряде боевых кораблей отечественного флота.

Комплекс ПК-2 предназначен для постановки радиолокационных и оптических отвлекающих и дезинформирующих ложных целей в целях обеспечения противодействия управляемым средствам поражения противника, имеющим радиолокационные, тепловые и телевизионные системы самонаведения, а также постановки помех радиолокационным, тепловым, телевизионным и визуально-оптическим средствам обнаружения и наведения противника. Пассивные помехи представляют собой ложные цели различного физического свойства, которые имитируют корабль-носитель и формируются специальными снарядами с дистанционным взрывателем. Комплекс может вести огонь залпами из двух труб в автоматическом или дистанционном режимах, в последнем случае – по данным и командам прибора управления стрельбой (ПУС) типа «Терция» или «Смета».


Пусковая установка ЗИФ-121 на корме эсминца «Беспокойный» проекта 956. 2003 г.


Тактико-технические характеристики комплексов
  ПК-2 ПК-2М
Калибр, мм 140
Расстояние между осями стволов ПУ, мм 350
Высота линии огня при горизонтальном положении стволов ПУ (0° от опорной плоскости уравнительного кольца), мм 730
Радиус обметания по дульному срезу стволов ПУ, мм 867 980
Диаметр шарового основания ПУ по центрам шаров, мм 1162
Углы наведения ПУ по вертикали от -12° до +60° от -12° до +64°,
Углы наведения ПУ по горизонту от-177° до +177° от-170° до +170°
Угол заряжания по вертикали / по горизонту 90°/любой
Скорость наведения ПУ по вертикали Не более 30 град/с 25 град/с
Скорость наведения ПУ по горизонту Не более 40 град/с 27 град/с
Масса незаряженной пусковой установки без электрооборудования, размещенного вне установки, кг 3600 3300
Масса приборов управления стрельбой, кг 1800
Масса электрооборудования и ЭСП-ЗИФ-121/ЭСП-ЗИФ-121-02 650
Скорострельность 15 залпов в минуту (30 выстр./мин.).

Постановка ложных целей осуществляется оператором приборов управления стрельбой (ПУС) комплекса РЭБ типа ПК-2 по полученным от корабельных средств данным. При этом снаряды вручную устанавливаются в тракт подачи пусковой установки ЗИФ-121, который расположен в подпалубном помещении корабля-носителя, после чего процесс стрельбы комплексом продолжается в автоматическом режиме. Установка времени срабатывания взрывателя снаряда выполняется по данным, выработанным приборами управления стрельбой, и производится непосредственно перед выстрелом с помощью электромеханического автоматического установщика трубок.

Дальность действия комплекса ПК-2 составляет от 500 до 6000 м, высота постановки ложных целей – до 1000 м. Боевой расчет комплекса – 9 чел. (по другим данным, боевой расчет одной пусковой установки – 3 чел. в составе командира и двух заряжающих).

Комплекс РЭБ типа ПК-2 был принят на вооружение таких надводных кораблей, как противолодочные крейсера-вертолетоносцы «Москва» и «Ленинград» проекта 1123 (по две ПУ на корабле), ТАВКР семейства 1143 (по две ПУ на корабле, на ТАВКР проекта 11435 – комплекс ПК-2М), ракетные крейсера проекта 1134 (по две ПУ на корабле, всего четыре крейсера, позже переклассифицированные в большие противолодочные корабли / БПК), ракетные крейсера проекта 1164 (три корабля, по две ПУ на каждом) и БПК проекта 1155 (по две ПУ на каждом корабле, в носовой части).

Модернизированный вариант комплекса имеет обозначение ПК-2М и включает модифицированную пусковую установку ЗИФ-121-02, а также отличается измененным составом оборудования системы управления комплекса (название системы управления комплекса ПК-2М – «Смета», экспортный вариант – «Смета-Э»). По данным российских открытых источников, комплекс ПК-2М позволяет обеспечить защиту корабля-носителя от средств воздушного нападения противника, имеющих скорость полета до 1000 м/с. Этот вариант комплекса, судя по имеющейся информации, установлен на ТАВКР «Адмирал Флота Советского Союза Кузнецов» (проект 11435), а также, вероятно, на ряде других кораблей, где ранее применялся базовый вариант комплекса ПК-2 (замена могла проводиться, в частности, во время ремонта или же целенаправленно), а также ЭМ проекта 956 (две ПУ в кормовой части).

В состав базовой комплектации комплекса ПК-2 штатно входят следующие средства:

– комплекс приборов управления стрельбой «Терция»; две 140-мм пусковые установки турельного типа ЗИФ-121 с двумя открытыми направляющими трубами для стрельбы турбореактивными снарядами, снаряженными различными ложными целями;

– 140-мм турбореактивные снаряды помех типов АЗ-ТСП-47, АЗ-ТСТ-47, АЗ-ТСТВ-47, АЗ-ТСО-47, АЗ-ТСТМ-47 и АЗ-ТСР-47.

Система управления стрельбой «Терция» принадлежит к электромеханическому типу и обеспечивает в автоматическом режиме выдачу необходимых параметров стрельбы на приводы пусковой установки (включая установку дальности срабатывания взрывателей снарядов), а также выработку и выдачу команд на взведение дистанционных трубок снарядов.

В свою очередь, входящая в состав модернизированного комплекса ПК-2М система управления «Смета» обеспечивает: прием целеуказания от корабельных средств обнаружения и сопровождения целей; распределение и выдачу на пусковые установки текущих координат помех; выдачу световой сигнализации о типе и ходе постановки помех, а также непосредственно стрельбу пусковыми установками комплекса. Время приведения системы «Смета-Э» в боевую готовность из положения «Выключено» – не более 3 мин. Разработчиком и производителем системы «Смета» («Смета-Э») является ОАО «Ратеп» из подмосковного Серпухова.

Пусковая установка ЗИФ-121 включает надпалубную и подпалубную вращающиеся части, а также опорное основание. Надпалубная часть установки представляет собой газообтекаемую конструкцию в виде станка-лодыги, внутри которого на двухстороннем вертикальном шаровом погоне расположена люлька и цапфа, к которой, в свою очередь, посредством промежуточных колец крепятся направляющие трубы-стволы. На данной части ПУ также размещены ряд механизмов, обеспечивающих наведение труб-стволов на углы заряжания и стрельбы, и механизм автоматического выброса неисправных снарядов. Подпалубная часть пусковой установки включает механизмы для обеспечения работы всей ПУ в автоматическом режиме. Все механизмы размещены на общей раме, своим верхним фланцем крепящейся к шаровому погону. Подпалубная часть ПУ закрыта съемным цилиндрическим кожухом с окнами для загрузки снарядов в турникеты и работы с механизмами установки вручную. В подпалубном помещении размещается боезапас установки – порядка 100-200 снарядов. Опорное основание представляет собой литой барбет, с помощью которого ПУ крепится к уравнительному кольцу. С самим барбетом скреплен шаровой погон горизонтального наведения.

Установка обеспечивает автоматическое дистанционное наведение по углу возвышения и азимуту, приведение направляющих труб на угол заряжания и стрельбы, а также автоматическую установку взрывателя на снарядах. Приводы горизонтального и вертикального наведения установки – электрического типа; применяется дистанционный электронно-следящий привод ЭСП-ЗИФ-121.

Снаряжание установки производится автоматически цепным досылателем из подпалубных турникетов (тракт подачи), которые пополняются вручную двумя заряжающими, входящими в состав боевого расчета комплекса ПК-2, из кранцев, расположенных вокруг установки в подпалубном помещении. При заряжании стволы автоматически приводятся в вертикальное положение, причем заряжание возможно при любом горизонтальном угле наведения ЗИФ-121. Установка параметров дистанционных трубок снарядов (времени срабатывания взрывателя снаряда), выработанных по данным от прибора управления стрельбой, обеспечивается дистанционным электронно-следящим приводом автоматического установщика трубок ЭСП-АУТ. Для выброса неисправных или осечковых снарядов имеется специальный механизм; удаление происходит автоматически, дистанционно, при помощи пневмопривода. Продувание же труб палубной ПУ выполняется автоматически воздухом от корабельной сети.

Турбореактивные снаряды помех предназначены для защиты кораблей среднего и большого водоизмещения от управляемого оружия противника на средних и дальних рубежах обороны путем постановки ложных целей для дезинформации систем наведения и самонаведения ракетного оружия.


Схема пусковой установки ЗИФ-121.


Слева: макет снаряда ТСТМ-47 (АЗ-ТСТМ-47), предназначенного для постановки комбинированных оптикоэлектронных помех. Хорошо видно комбинированное (дымовое, лазерное) снаряжение снаряда, в нижней части которого отчетливо различимы элементы постановки помех для тепловизионных систем наведения (самонаведения). Справа: макет снаряда ТСР-47 (АЗ-ТСР-47), предназначенного для постановки радиолокационных помех повышенной эффективности. На разрезе хорошо видны «таблетки» дипольных отражателей.


Снаряд радиолокационных помех ТСП-47 (АЗ-ТСП-47) предназначен для постановки дезинформирующих и отвлекающих ложных радиолокационных целей – дипольных отражателей. Он имеет длину 1105 мм и массу 37 кг, при этом масса снаряжения его достигает 7,7 кг. Дальность постановки помех – от 500 до 6000 м. При разрыве снаряда его снаряжение формирует дипольное поле, по своей эффективной поверхности рассеивания (ЭПР) близкое к габаритам надводного корабля-носителя комплекса РЭБ и видимое в частотах, в которых работают головки самонаведения (ГСН) атакующих ракет. В результате происходит дезориентация радиолокационных систем обнаружения и целеуказания различных носителей ударного оружия и отвлечения атакующих корабль средств (оружия) противника на другое направление. Причем в целях обеспечения максимально возможного перекрытия частот работы данных ГСН снаряд, по данным отечественных источников, имеет несколько вариантов исполнения (например, известны варианты снаряжения ДС-2, ДС-3, ДС-7 и ДС-10).

Снаряд низкотемпературных помех ТСТ-47 (АЗ-ТСТ-47) предназначен для постановки отвлекающей низкотемпературной ложной тепловой цели, снаряжен ИК-элементами (тепловыми ловушками), имеет длину 1105 мм и массу 37,1 кг, массу снаряжения – 2,6 кг, а дальность постановки составляет порядка 500-6000 м. За счет разрыва снаряжения данного снаряда создается облако тлеющих элементов и имитируется тепловой образ корабля в инфракрасном диапазоне, позволяющий обеспечить дезориентацию атакующих боевых средств противника с ИК- системами наведения.

Снаряд телевизионных помех ТСТВ-47 (АЗ-ТСТВ-47) предназначен для постановки дезинформирующих и отвлекающих ложных телевизионных целей. Он представляет собой снаряд-постановщик поплавкового типа. Снаряд выставляет аэрозольную завесу (контрастное аэрозольное облако черно-белого цвета) для ТВ-систем обнаружения и наведения и для лазерных ГСН вражеских средств поражения. Распыление аэрозоля производится из приводняющегося после отстрела снаряда специального контейнера. Длина снаряда – 1105 мм, масса снаряда – 41,7 кг, а масса пиротехнического снаряжения – 2,15 кг. Дальность постановки помех данным снарядом – порядка 3000-6000 м.

Снаряд визуально-оптических помех ТСО-47 (АЗ-ТСО-47) служит для постановки визуально-оптических помех в виде облака горящих пиротехнических элементов и специальных светоотражателей на дальности порядка 500-6000 м от корабля-носителя, что обеспечивает защиту последнего от атакующего оружия, оснащенного визуально-оптическими и лазерными системами наведения. Снаряд имеет длину 1105 мм и массу 38,7 кг. Масса комбинированного снаряжения, представленного пиротехническими и светоотражающими элементами, – до 9,2 кг.

Снаряд ТСТМ-47 (АЗ-ТСТМ-47) используется для постановки комбинированных оптико-электронных помех. Они включают в себя помехи различного типа (тип снаряжения – дымовое, лазерное), которые формируют сложное облако – ложную цель, позволяющую оказывать дезинформирующее воздействие на визуально-оптические, оптико-электронные, лазерные, тепловые и, по возможности, на радиолокационные средства обнаружения и наведения (самонаведения). Кассетно-модульный принцип снаряжания снарядов позволяет создавать ложные цели с различными характеристиками пространственно-временного развития облака ложной цели. Длина снаряда – 1105 мм, масса снаряда – 37,6 кг масса снаряжения – 4 кг, дальность постановки – 500-6000 м


Снаряды комплекса ПК-2 (слева направо): ТПС-47, ТСО-47 и ТСТ-47.


Стрельба комплексом ПК-2М с борта авианосца «Викрамадитья».


Снаряд TCP-47 (АЗ-ТСР-47) применяется для постановки помех в радиолокационном диапазоне, но отличается от снаряда типа ТСП-47 (АЗ-ТСП-47) возможностью постановки радиолокационных помех повышенной эффективности. Снаряд принят на вооружение в 1991 г. Длина снаряда – 1105 мм, масса снаряда – 37,1 кг, масса снаряжения – 4 кг, тип снаряжения – дипольные отражатели, дальность постановки – 500-1800 м.

Температурный диапазон применения снарядов указанных типов – от -40°С до +50‘С. На снарядах применяется единый взрыватель – дистанционная механическая трубка ТМР-44.

Ранее выпускался снаряд постановки пассивных радиолокационных помех ТСП-41 с дистанционными трубками ТМР-44, который имел длину 1096-1102 мм и массу 41,12 кг а скорость снаряда на срезе ствола пусковой установки составляла 32 м/с. В 1963 г. была поставлена опытная партия снарядов ТСТ-41 (АЗ-ТСТ-41) с тепловыми ловушками, которые отличались наличием горючих веществ. Однако в серию данный тип снаряда не пошел. В начале 1960-х гг. для комплекса ПК-2 также велась проработка комбинированного снаряда с дипольными отражателями и тепловыми ловушками, но в 1962 г. данная тема была закрыта. Предлагалось создание снаряда типа ПТСТ-41 (АЗ-ПТСТ-41) – поплавкового снаряда для постановки тепловых помех, однако военных данное предложение не заинтересовало.

В начале 2000-х гг на выставках вооружений и военной техники рекламировалась новая на тот момент разработка специалистов Новосибирского института прикладной физики – 140-мм снаряд для применения из пусковых установок ЗИФ-121 комплекса ПК-2/ПК-2М, который отличается комбинированным действием и предназначен для постановки помех оптическим, тепловым, телевизионным и лазерным ГСН современных и перспективных противокорабельных ракет различного базирования. Снаряжение снаряда при этом выполнялось кассетно-модульным. Точных данных о судьбе данной разработки у автора материала на момент его подготовки не было. Впрочем, вполне вероятно, что данная разработка в конечном итоге была реализована в виде снаряда комбинированных помех типа ТСТМ-47.

Окончание следует

Использованы фото А. Чирятникова, В. Щербакова, пресс-службы Северного флота и с сайта www.military- photos.net.


И. В. Бах

Боевые машины Николая Александровича Астрова

На долю старейшего отечественного танкового конструктора – Николая Александровича Астрова, выпала весьма своеобразная и, по меркам того времени, достаточно успешная судьба. В плеяде первых«коренных»разработчиков отечественных танков он являлся подлинным старожилом.

Возможно, Н.А. Астрову просто повезло. Действительно, на что тогда мог рассчитывать молодой, технически одаренный сын профессора Московского высшего технического училища, дворянина, павшего жертвой террора ВЧК в 1919 г.?

Оказавшись в декабре 1930 г. в одной из «шарашек», Н.А. Астров впервые столкнулся там с проблемами танкостроения, ставшего для него судьбой на всю жизнь. Уже в 1933 г. танк его конструкции был продемонстрирован на военном параде на Красной площади Москвы и высоко оценен военными кругами.

В начале Великой Отечественной войны Н.А. Астров – главный конструктор завода, производившего легкие гусеничные машины. Там раскрылся его талант как разработчика современной боевой техники. Он вынужденно и успешно применял в своих конструкциях боевых машин маломощные узлы и агрегаты серийного предвоенного автомобильного производства. Создание «спарки» двигателей Н.А. Астров считал крупнейшим достижением тех лет.

В послевоенные годы Н.А. Астрову пришлось идти нехожеными тропами, создавая боевые машины нового типа – для Воздушно-десантных войск. А в 1960-е и в последующие годы с его творческим участием рождалось и развивалось новое направление развития техники ПВО – разработка ствольных, а затем ракетных зенитных комплексов.


Николай Александрович Астров (1906-1992)


Заслуженный деятель науки и техники РСФСР, лауреат трех Сталинских и одной Государственной премий СССР, Герой Социалистического труда, доктор технических наук.

Награжден тремя орденами Ленина, орденом Отечественной войны 2-й степени, двумя орденами Трудового Красного Знамени и орденом Красной Звезды.

Разработчик 28 боевых машин, из них 15 состояли на производстве и вооружении, имеет 37 авторских свидетельств.


Время решений

Прежде чем начать рассказ о боевых машинах Н.А. Астрова, стоит немного остановиться на ситуации, сложившейся в отечественном танкостроении перед началом Великой Отечественной войны.

Если укрупненно распределить количество военных гусеничных машин (ВМГ), поступивших на вооружение Красной Армии в годы войны, по трем категориям по массе, то на долю средних машин приходится 59%, легких – 28% и тяжелых – 13%. Но к лету 1941 г. эта пропорция была иной.

В предвоенные годы абсолютное большинство принадлежало легким машинам. Но в их число входили и так называемые «малые» танки-амфибии (например, Т-37А массой 3,2 т), и общевойсковые легкие гусеничные (Т-26 массой порядка Ют), и колесно-гусеничные (БТ массой до 14 т) танки. Принципиальным их различием являлось то, что малые танки создавались, как правило, с использованием узлов и агрегатов автомобильной промышленности (двигателей и их систем, коробок передач), а общевойсковые – на собственных оригинальных базах.

Огромные потери материальной части, понесенные нашими бронетанковыми войсками в первый период войны, привели к необходимости всемерно наращивать количество выпускаемых промышленностью танков и одновременно осуществлять эвакуацию ряда танковых заводов из центральных областей страны на восток. Освоение и увеличение выпуска танков зависело в немалой степени от трудоемкости их изготовления. И в этом отношении наиболее предпочтительными были танки, в которых устанавливались серийные автомобильные двигатели и коробки передач.

В 1939-1940 гг. был разработан и поставлен на производство легкий плавающий танк Т-40, который шел на замену устаревших малых танков-амфибий Т-37А и Т-38. В нем использовался новый 6-цилиндровый карбюраторный двигатель ГАЗ-11 мощностью 85 л.с. и 4-ступенчатая коробка передач производства ГАЗ (Горьковского автомобильного завода им. Молотова).

В марте 1940 г. на Заводе опытного машиностроения №185 им. Кирова в Ленинграде началось проектирование легкого танка сопровождения пехоты Т-50. В дальнейшем, с мая 1940 г., эта работа продолжалась на заводе №174 им. Ворошилова – после слияния двух заводов.

Существенным различием между двумя одновременно созданными легкими танками являлось то, что боевая масса Т-50 (14,5 т) в 2,6 раза превышала массу танка Т-40, соответственно, различалось и основное вооружение – 12,7-мм пулемет на Т-40 и 45-мм пушка на Т-50. На Т-50 был установлен дизель В-4: 6-цилиндровая «половинка» (один блок) V-образного дизеля В-2 мощностью 300 л.с. производства харьковского завода №75.

Совместным постановлением СНК СССР и ЦК ВКП(б) от 25 июня 1941 г. была определена задача увеличения выпуска танков, артиллерийских тягачей и танковых дизелей в III и IV кварталах 1941 г. В постановлении конкретно указывались марки танков: КВ, Т-34 и Т-50.

Выпуск Т-40 был налажен в 1940 г. после снятия с производства малого танка Т-38. Изготавливался танк на московском заводе №37 им. Орджоникидзе, входившем в систему Наркомсредмаша (нарком – В.А. Малышев).

Производство танка Т-50 осуществлялось в 1940 г. с большим трудом. По конструктивной сложности танк вплотную приближался к среднему Т-34. Кроме того, выпуск дизеля В-4 шел также со значительными сложностями. Основной дизель В-2, устанавливавшийся в танки Т-34 и КВ, пока имел недостаточный ресурс (80-100 ч), да и его количественный выпуск не соответствовал планам выпуска танков.

Автомобильные двигатели (карбюраторные) в предвоенные годы производились двумя заводами – ГАЗ и ЗИС (Московский автозавод им. Сталина). Это были двигатели с весьма скромными, даже по тем временам, параметрами. К началу Великой Отечественной войны серийно выпускались 4-цилиндровые двигатели ГАЗ-М1 мощностью 50 л.с. (для легковых и грузовых автомобилей) и 6-цилиндровые ЗИС-5 мощностью 73 л.с. Для ряда грузовых автомобилей и автобусов разработали модификацию двигателя ЗИС-16 мощностью 85 л.с. Кроме всего прочего, двигатели двух заводов отличала их «сухая» масса: у ГАЗ-М1 – 182 кг, у ЗИС-16 – 410 кг.

В 1939-1940 гг. на Горьковском автозаводе осваивалось производство нового американского 6-цилиндрового карбюраторного двигателя типа «Додж». Его параметры были намного прогрессивнее всех других автомобильных двигателей того периода: «сухая» масса – 255-275 кг, мощность – 85 л.с. Марка двигателя – ГАЗ-11-40.


Легкий танк Т-40.


.Опытный плавающий танк ПТ -1


Выбор профессии

Николай Александрович Астров родился 28 апреля 1906 г. в Москве. Как он писал в своей анкете для отдела кадров, происходил из сословия дворян. Отец, Александр Иванович, был профессором гидравлики МВТУ. В 1919 г. его расстреляли.

По окончании в 1924 г. средней школы он недолго работал в Автомобильной лаборатории НАМИ. С 1925 г. Н.А. Астров – студент Электромашиностроительного института им. Каган-Шабшая (хозрасчетного). Окончил его в 1928 г.

С 1927 г. Николай Александрович трудился инженером-конструктором и заведующим КБ на Московском электрозаводе. С 1928 по 1930 гг. был ассистентом на кафедре прикладной механики Электромашиностроительного института, с декабря 1930 г. по ноябрь 1931 г. находился под арестом, а с декабря того же года работал в КБ Технического отдела ЭКУ ОГПУ ведущим инженером.

В мае 1934 г. Н.А. Астрова вызвали на заседание Главного военного совета Наркомата обороны и назначили на завод №37, вошедший в 1933 г. в систему «Спецмаштреста» Наркомтяжпрома, в качестве начальника КБ и затем главного конструктора 1* завода.

Как рассказывал Николай Александрович автору статьи, при назначении на эту должность он спросил К.Е. Ворошилова, известно ли ему о его аресте ОГПУ в 1930 г? Ворошилов ответил: «Мы все о Вас знаем, поэтому и назначаем».

Приобщился к вопросам танкостроения Н.А. Астров, можно сказать, не по своей воле. В ОГПУ в составе технического отдела Экономического управления в обстановке повышенной секретности в первой половине 1930-х гг. функционировало Авто-танко-тракторное КБ (КБ «Т»), где разрабатывались, в частности, проекты перспективных колесно-гусеничных танков. В этом КБ также трудились известные впоследствии танкостроители – А.О. Фирсов, Н.В. Цейц и другие.

С 1931 г. группа конструкторов под руководством Н.А. Астрова приступила к разработке плавающего колесно-гусеничного танка ПТ-1. Надо учитывать, что в то время никаких предшественников-аналогов этой машины просто не существовало. Согласно ТТТ2*, танк имел противопульное бронирование и 45-мм пушку в качестве основного вооружения. Предусматривалась установка двигателя мощностью 500 л.с., благодаря чему ожидалась скорость ПТ-1 на колесах до 90 км/ч, на гусеницах – 62 км/ч и на плаву – около 6 км/ч. Первоначально планировалось использовать 6-цилиндровый двухтактный дизель ПГЕ (разрабатывавшийся также в ОГПУ и получивший в обозначении инициалы одного из его руководителей). Но довести дизель мощностью 300 л.с. до работоспособного состояния не удалось, поэтому пришлось переориентироваться на освоенный промышленностью бензиновый авиационный двигатель М-17Ф.

В конструкции нового танка были применены все известные танкостроителям достижения. Но многое создали впервые. В трансмиссии использовались 4-ступенчатая коробка передач, механизм поворота типа двойной дифференциал, два бортовых карданных привода к опорным каткам (по четыре на борт), два реверс-редуктора привода на гребные винты и два бортовых редуктора, расположенных сзади. В опорные катки были встроены понижающие редукторы с внутренним зацеплением. Управляемыми являлись передняя и задняя пары опорных катков. Подвеска танка – индивидуальная, пружинная, с телескопическими амортизаторами. Зацепление ведущего колеса – гребневое.

Для обеспечения достаточного запаса плавучести на бортах к надгусеничным полкам крепились дополнительные водоизмещающие емкости.

Средний лист носа корпуса был двускатным. Для посадки экипажа имелись три люка: два в крыше отделения управления и один – в башне.

Корпус танка изготовил Ижорский завод. Окончательная сборка проводилась на заводе «Красный пролетарий» в Москве и завершилась поздней осенью 1932 г. Боевая масса машины достигала 14,2 т.

ПТ-1 вскоре был показан на Хамовническом плацу И.В. Сталину. Докладывал и отвечал на вопросы Н.А. Астров. Показом Сталин остался, видимо, доволен. Позже Николай Александрович вспоминал, что Сталин при последующих встречах-показах всегда узнавал его и иногда называл по фамилии. 7 ноября 1933 г. на параде на Красной площади танк ПТ-1 на колесном ходу на высокой скорости проследовал по опустевшей площади, произведя огромное впечатление на всех присутствовавших.

В течение 1932-1933 гг. появился второй опытный образец танка ПТ-1А боевой массой 15 т (ведущий конструктор – Н.В. Цейц). Он отличался от предшественника увеличенной длиной корпуса и наличием только одного винта. В системе рулевого управления было предусмотрено отключение поворота задних колес; гребневое зацепление ведущего колеса заменили цевочным.


Эскизный проект «танка-истребителя» ИТ-3.


Летом 1933 г. Н.А. Астров получил задание на разработку эскизного проекта неплавающего колесно-гусеничного так называемого «танка-истребителя» ИТ-3. Хотя в основу «истребителя» был положен проект танка ПТ-1, в ходе разработки ТТТ претерпели существенные изменения. Новый проект существовал в двух вариантах – Т-29-4 и Т-29-5. Эти танки были трехбашенными и рассматривались как возможная замена средних Т-28, серийно выпускавшихся на Кировском заводе.

Т-29-4 имел боевую массу 16 т, а Т-29-5 – 23,5 т. Корпус и башня – сварной и частично клепаной конструкции (в проекте ИТ-3 башня предполагалась литой). Броневая защита первого танка была противопульной, из листов толщиной 15-20 мм, второго – усиленной, с броневыми листами толщиной 30 мм (корпус) и 20 мм (башня).

В мае 1934 г. деятельность КБ ОГПУ подлежала свертыванию, а к продолжению опытноконструкторских работ привлекли Ленинградский завод опытного машиностроения №185, где и изготовили два опытных образца средних колесно-гусеничных танков Т-29-4 и Т-29-5.


Опытный средний колесно-гусеничный танк Т-29


Опытный средний колесно-гусеничный танк Т-29-5.


Малые танки

В 1933 г. на московском заводе №37 завершалось производство танкетки Т-27 и осваивался серийный выпуск малого танка-амфибии Т-37 (Т-37А) с экипажем 2 чел., во многом схожего с английским танком-амфибией «Виккерс-Карден-Лойд». В этой машине были применены автомобильный двигатель «Форд АА» (ГАЗ-АА), коробка передач и задний мост с дифференциалом (несколько измененный), также производства ГАЗ. Завод №37 до 1936 г. выпустил более 2,5 тыс. танков Т-37А.

Первой разработкой, начатой Н.А. Астровым в 1935 г., стало проектирование малого танка-амфибии Т-38, предназначавшегося для замены Т-37А. В отличие от предшественника, в новом танке башня (боевое отделение) была смещена к левому борту, а механик водитель размещался справа. Плавучесть обеспечивалась без водоизмещающих крыльев-поплавков. Двигатель находился за боевым отделением. Он соединялся с 4-ступенчатой коробкой передач и через карданный вал с главной передачей – коническим редуктором, бортовыми фрикционами с тормозами и бортовыми редукторами. Ведущие колеса – однорядные, цевочного зацепления, располагались впереди.

Привод на гребной винт осуществлялся от КП через редуктор отбора мощности, что позволяло включать гребной винт на ходу (на Т-37А привод осуществлялся непосредственно от двигателя и мог включаться лишь при его остановке).

Танк с двигателем ГАЗ-АА мощностью 40 л.с. развивал скорость на шоссе до 40 км/ч, а на плаву – 6 км/ч.

Вооружение Т-38 осталось прежним: пулемет ДТ с плечевым упором, закрепленный в шаровой опоре, в одноместной башне. Подвеска ходовой части – блокированная, пружинная (тележечного типа). Конструкция опорных и поддерживающих катков, направляющих колес с механизмами натяжения, а также гусеницы была заимствована у танка Т-37А. Броневая защита – противопульная, с толщинами бронелистов 6,8 и 9 мм.

В 1938 г. на опытный образец танка установили съемную броню – экраны толщиной 9-10 мм на некотором расстоянии от основной брони. В том же году на серийном Т-38 применили двигатель ГАЗ-MI мощностью 50 л.с. и усилили его броневую защиту до 10 мм. При боевой массе 3,8 т танк Т-38М мог развивать скорость по шоссе до 46 км/ч.


Легкий танк Т-38.


Легкий танк Т-38М.


Результаты обстрела корпуса и башни танка Т-38, оснащенных броневыми экранами. 1938 г.


Выпуск танков Т-38 завершился в 1939 г. Всего изготовили 1420 таких машин.

На базе Т-38 спроектировали неплавающую самоходную установку, вооруженную 45-мм пушкой. Экипаж – два человека. На перекомпонованном образце разместили боекомплект из 51 выстрела и ввели третьего члена экипажа. Машина боевой массой 4,5 т на вооружение принята не была из-за ухудшения динамических качеств.

В 1935 г. по единым требованиям разработали проекты двух танков Т-43 на заводах №37 и 185. Машины были легкие (малые), плавающие, колесно-гусеничные, защищенные противопульной броней. В их ходовой части имелось по три опорных катка на борт (передняя пара – управляемая, две задние – приводные).

Вариант Н.А. Астрова оснащался автомобильным двигателем мощностью 45 л.с. Механизм поворота на гусеницах – бортфрикционы. Движение на плаву осуществлялось с помощью трехлопастного гребного винта, размещенного в кормовой нише корпуса. Все катки были обрезиненными. Подвеска передних катков – индивидуальная, пружинная, задних – сблокированная, пружинная. Моторнотрансмиссионное отделение располагалось в кормовой части корпуса. Ведущие колеса (звездочки гусеничного хода) – сдвоенные. Ведущие колеса – опорные катки двух задних осей имели сложный механический привод. Передние колеса-катки были управляемыми. При боевой массе 4,2 т танк Т-43 мог развивать скорость на гусеницах до 40 км/ч, а на колесах-до 60 км/ч.

Однако машина оказалась достаточно сложной конструктивно и не отличалась надежностью. В итоге на заводе №37 построили только один опытный образец Т-43. В танке Т-43-2 завода №185 (конструктор – М.П. Зигель) были иначе решены приводы опорных катков, конструкция подвески и водоходного движителя.


Опытный легкий колесногусеничный танк Т-43.


Бронированный тягач

Следующей важной работой КБ под руководством Н.А. Астрова, начатой в 1936 г., стал артиллерийский полубронированный тягач Т-20 «Комсомолец», в конструкции которого широко использовались узлы и агрегаты малого танка Т-38. Двигатели и коробки передач поставлял Горьковский автозавод.

Машина была скомпонована по оригинальной схеме с передним расположением ведущих колес и размещением двигателя на продольной оси машины в кормовой части.

Клепано-сварной корпус включал закрытую кабину с местами механика-водителя (слева) и командира-стрелка (справа). Над их местами имелись люки, закрываемые крышками. В лобовом (слева) и боковых листах располагались лючки наблюдения с крышками, снабженными смотровыми приборами. В шаровой опоре лобового листа корпуса был закреплен пулемет ДТ.

За кабиной размещалось грузовое отделение – платформа. Под ней на днище монтировался силовой агрегат – двигатель ГАЗ-М1 мощностью 50 л.с. и 4-ступенчатая КП; за ней находились демультипликатор, конический редуктор (главная передача), бортовые фрикционы и ботовые редукторы. Ведущие колеса – переднего расположения.

В грузовом отделении посередине на шарнирах размещались два трехместных сиденья для артиллерийского расчета, спинками друг к другу. При складывании сидений образовывался объем для размещения боекомплекта в штатных ящиках. В ходе серийного производства тягачей (три серии) устройство грузовой платформы подвергалось изменениям.

Над двигателем и его системами были закреплены легкосъемные крышки. Сверху платформа могла закрываться брезентовым тентом, защищавшим расчет от непогоды. В поперечной кормовой балке устанавливалось тягово-сцепное устройство. В блокированной подвеске (тележечного типа) были применены листовые рессоры. Первые образцы тягача выпускались с опорным направляющим (натяжным) колесом.

Тягач Т-20 мог буксировать 45-мм противотанковые артиллерийские системы массой до 1,5 т, при этом полная масса прицепа достигала 2 т, а грузоподъемность платформы – 500 кг. Скорость тягача с прицепом – 48 км/ч.

До 1941 г. на заводе №37 изготовили более 8000 "комсомольцев".

Т-20 «Комсомолец» фактически был первым механическим средством буксировки противотанковых пушек к огневым позициям, обеспечивавшим при этом оптимальную защиту экипажа от пуль и осколков.


Тягач Т-20 «Комсомолец» первой серии с 45-мм противотанковыми пушками на параде на Красной площади в Москве.


Легкий танк Т-40.


Плавающий разведчик

К разработке легкого (малого) плавающего танка Т-40 Н.А. Астров приступил в 1938 г. В его конструкцию и компоновку были заложены следующие особенности: совмещение расположения силового агрегата в средней части корпуса справа с боевым отделением (башней) – слева. Ведущие колеса и их приводы размещались спереди. Механик-водитель располагался практически посредине. Над его местом в крыше корпуса имелся люк с крышкой для посадки, в крыше башни – люк для посадки командира. Для наблюдения в лобовом листе перед механиком-водителем был выполнен лючок с крышкой, снабженной смотровым прибором. Такие же смотровые приборы установили в листах корпуса слева и справа от водителя.

Корпус и башня танка были выполнены из гетерогенной брони методом электросварки и частично с заклепками и болтами. В колпаке воздухопритока к двигателя имелся люк, а в днище танка – аварийный люк, снабженные крышками. При движении на плаву (на волне) питание двигателя воздухом осуществлялось из-под бронемаски. Толщины бронекорпуса равнялись 5, 6 и 9 мм, а башни конической формы – 10 мм при угле конусности 25° (к вертикали). Бронелисты корпуса также были установлены под наклоном.

Вооружение танка состояло из 12,7-мм пулемета ДК и спаренного с ним 7,62-мм пулемета ДТ. Для обеспечения скорострельности боекомплект размещался в кольцевом коробе в башне. Углы наводки спаренной установки составляли от -8 до +25‘. Механизм поворота башни располагался справа, а подъемный механизм – слева.

На машинах первого выпуска был установлен импортный карбюраторный двигатель «Додж», затем – ГАЗ-11-40 мощностью 78- 85 л.с. На плаву, при закрытых воздухопритоках (жалюзи снабжались уплотнениями), водомасляный радиатор системы охлаждения омывался забортной водой, поступавшей из ниши гребного винта. Привод к четырехлопастному винту осуществлялся через редуктор отбора мощности от 4-ступенчатой коробки передач. Механизмы поворота – бортовые многодисковые фрикционы. Тормоза – ленточные. Бортредукторы – пара цилиндрических шестерен.

Подвеска – торсионная (впервые примененная на легком танке), без амортизаторов. Торсионы крайних опорных катков имели большую жесткость, чем остальных. Опорные и направляющие катки – односкатные, водоизмещающие, одинаковые. Все катки (включая поддерживающие) были обрезиненными. Зацепление ведущего колеса – цевочное, зубчатые венцы – одинарные, съемные.

Танк был прост в производстве, отличался хорошей проходимостью (удельное давление – 0,42 кгс/см2 ) и большим запасом хода по шоссе (до 300 км). Боевая масса танка достигала 5,5 т. Скорость на суше – 45 км/ч, на плаву – 6 км/ч. Характерной особенностью этого танка как плавающего была его тщательная герметизация.

Т-40 был принят на производство и на вооружение в 1940 г. В 1941 г. его конструкция претерпела некоторые изменения. В связи с ненадобностью (редкое применение) изъяли водоходный движитель (редуктор отбора мощности, гребной винт, рули). В таком виде танк получил марку Т-30, но в войсках он обозначался как Т-40С (сухопутный). В период освоения выпуска танка Т-60 на часть Т-40 и Т-30 устанавливалась башня с 20-мм пушкой. Всего было выпущено около 7000 машин типа Т-40.

За разработку нового типа легкого танка Т-40 Н.А. Астрову в 1942 г. была присуждена Сталинская премия I степени.


Легкий танк Т-43.


Тягач Т-20 «Комсомолец» первой серии.


Легкий танк Т-38.


Легкий танк Т-30.


Опытный средний колесно-гусеничный танк Т-29-4.


Продолжение следует

Использованы фото из архивов автора, М. Павлова и А. Хлопотова.


Владислав Малофеев

Неизвестный «солдат»

Памяти всех воинов-автомобилистов, павших на полях сражений Великой войны.


Вверху: грузовики «неизвестной марки» в Русской Императорской армии. Фото из журнала «Commercial Motor», 1916 г.


В 1916 г. в мартовском номере британского журнала «Commercial Motor» в разделе «Our Despatches from the front» («Наши депеши с фронта») была опубликована любопытная фотография со следующей подписью:«Доказательство, что у России открылось второе дыхание. Ее новые автомобильные части являются в высшей степени эффективными. Читателям предлагается самим принять меры, чтобы идентифицировать марки показанных здесь автомобилей».

Насколько удалось установить, ответа на этот вопрос так и не последовало. Немудрено: шла война и читателям, а среди них имелось достаточно много военных, было не до загадок и не до ответов на них. А возможно, что и сама редакция уважаемого журнала, перепечатав фотографию из российского источника, не знала ответа. Попробуем разобраться, тем более, что в поле зрения попало еще несколько фото этих машин, любезно предоставленных известным автомобильным историком Станиславом Кирильцом.

Начнем с поставок автомобилей в Русскую Императорскую армию. В книге С. Кирильца и Г Канинского «Автомобили Русской Императорской армии» находим, что в 1914 г. комиссия под председательством П.И. Секретева заказала за границей автомобили (нас интересуют только грузовые шасси) у нескольких фирм: шести английских, одной итальянской, пяти американских и одной французской. Беглое сравнение не позволило определить марку автомобилей, так как ни одна из вышеуказанных фирм не производила чего-либо похожего.

Попытаемся выяснить «национальную принадлежность» этих образцов. Начнем с британских машин, тем более определенные признаки, позволяющие отнести их именно к английской автомобильной промышленности, существуют. Тут придется сделать небольшое отступление и рассказать о том, как в предвоенные годы в Великобритании шла моторизация армии.

С 1902 г. (!) в Британии обсуждался вопрос о субсидировании приобретения населением автомобильного транспорта для привлечения его в случае войны. Толчком к этому послужил тот факт, что военное руководство озаботилось уменьшением резерва лошадей для армии в связи с развитием в стране автомобильных перевозок. А в те годы часть лошадей приобреталась населением именно по схеме субсидирования. Но только в 1911 г., с оглядкой на Германию, британское военное руководство (W.O. – War Office) разработало «Схему субсидирования приобретения частными лицами бензиновых грузовиков различного производства». Этот проект был обнародован в прессе, горячо и долго обсуждался, но безрезультатно.




В РИА служили не только цистерны для перевозки нефтепродуктов, но и санитарные автомобили, походные кухни и ремонтные мастерские.


В 1912 г. проект доработали и опубликовали под названием «Военный Департамент (W.D. – War Department). Схема субсидирования. Основная спецификация для бензиновых грузовиков». Забегая вперед, скажем, что известный британский консерватизм и излишняя бюрократия так и не позволили к началу Первой мировой войны моторизовать армию, хотя до войны было проведено четыре испытательных пробега грузовиков для военного ведомства, отработаны требования к автотранспорту, а несколько производителей получили одобрение военного департамента (первый среди них – Leyland).

Но, как и зима в России, война нагрянула внезапно, хотя в туманном Альбионе ее все ждали и к ней готовились… С началом боевых действий в британской прессе разразился грандиозный скандал, когда выяснилось, что армии остро не хватает грузовых автомобилей грузоподъемностью 3 т, а магнето для всех английских автомобилей до войны изготавливались в Германии, и довоенные запасы быстро заканчиваются. В итоге, началась «штурмовщина», и «на гора» через несколько недель были выданы несколько новых 3-тонных шасси и магнето собственного производства.

Что же содержалось в проекте военного департамента и какие требования предъявлялись к транспорту? Выделим наиболее интересные в техническом аспекте и значимые пункты.

«Пункт 1. Классификация бензиновых грузовиков.

Субсидируемые грузовые транспортные средства делятся на два класса: Класс «А» – способные нести полезную нагрузку в 3 т, Класс – способные нести нагрузку в 30 cwt (то есть около 1,5 т или, если быть точным, 1524 кг. – Прим. авт.).

Пункт 4. (А). Все субсидируемые грузовики должны быть выпущены не ранее 1 января 1910 г.

(B). Двигатели. – Двигатели должны быть только внутреннего сгорания и использовать обычное коммерческое топливо (бензин).

Все двигатели транспортных средств класса «А» должны иметь четыре цилиндра. Минимальный диаметр цилиндра 110 мм или 4 1/2 дюйма.

Класс «Б» 30 cwt грузовые автомобили; предпочтение будет отдаваться тем автомобилям, которые имеют четырехцилиндровые двигатели с минимальным диаметром цилиндров 90 мм, или 3 дюйма. Автомобили с двухцилиндровыми двигателями могут быть приняты по усмотрению военного ведомства.

(C). Буксировочные крюки – Четыре буксировочных крюка, разработанных и утвержденных военным ведомством, должны быть установлены на каждом грузовике, два сзади шасси и два спереди.

(D). Кузов. – Грузовые платформы ведомством не принимаются, если они имеют существенные размеры бортов и задний борт высотой не менее 1 фута 8 дюймов (503 мм. – Прим. авт.).

Кузова-автобусы и некоторое количество кузовов-фургонов могут быть приняты.

(E). Площадь платформы. – Грузовая платформа должна быть со сторонами не менее 11 футов 6 дюймов на 5 футов 6 дюймов (3,50 м. х 1,68 м. – Прим. авт.) для класса «А» и не менее 8 футов 6 дюймов на 5 футов 0 дюймов (2,6 м. х 1,52 м. – Прим. авт.) для класса «В».

(G). Лампы. – Каждый автомобиль должен быть оснащен двумя боковыми лампами, одним задним фонарем, по крайней мере, одним фонарем головного света и генератором.

(L). Скорость. – Класс «А» в среднем 10 миль в час при полной загрузке. Класс «В» в среднем 12 миль в час при полной загрузке (16,1 км/ч и 19,3 км/ч соответственно. – Прим. авт.).

В 1912 г. военный департамент доработал проект в следующей его части (также упомянем лишь интересные для нас пункты, они могут быть полезны как реставраторам, так и моделистам. – Прим. авт.):

«3. В дополнение к полезной нагрузке транспортное средство должно перевозить на переднем сиденье двух человек кроме водителя, а также необходимое количество инструмента, запасных баков с бензином и т.д.

6. Для класса «А» диаметр цилиндров составляет не менее 110 мм, или 4 1/2 дюйма. Для класса «В» диаметр цилиндров составляет не менее 100 мм, или 4 дюйма.

Цилиндры должны быть отлиты попарно. Впускные и выпускные клапаны должны быть с механическим приводом. Капот над двигателем должен быть полностью съемным. Автомобили с двигателем под сиденьем водителя приниматься не будут.

7. Все тяги, предназначенные для контроля работы двигателя, должны быть изготовлены из стальных стержней, а не тросов.


Установка крюков на субсидируемом грузовом автомобиле.



Чертежи буксировочных крюков, утвержденные британским военным ведомством.



Конструкция буксировочных крюков: слева – вариант 1914 г., справа – упрощенная конструкция 1915 г.


9. Зажигание должно быть высокого напряжения от магнето. Кроме того, второе такое же магнето должно быть установлено в качестве запасного в закрытом и защищенном месте на транспортном средстве. Провода, идущие к разным цилиндрам, должны быть разного цвета для правильного подключения и иметь следующую окраску: ближайший к радиатору цилиндр – красный цвет, следующий – зеленый, затем – желтый. Ближайший к щитку цилиндр – провод синего цвета.

Следует отметить, что предусмотрено два типа крепления магнето, а именно: ремень и установочные винты.

10. Длина пусковой рукоятки должна быть 9 дюймов по центрам (228,6 мм).

11. Радиатор должен быть защищен от возможных повреждений в случае столкновения толстой пластиной или трубой, размещенными впереди и по центру радиатора.

13. Транспорт обоих классов должен быть оснащен топливным баком емкостью 30 галлонов (136,38 л.). Топливные баки изготавливаются из меди или латуни методом пайки или из оцинкованной стали сварным методом.

14. Бак для масла (смазки) должен иметь достаточную емкость для обеспечения пробега транспортным средством пути в 200 км с полной нагрузкой.

16. Оба класса транспортных средств должны быть оснащены коробками передач, обеспечивающими четыре скорости движения вперед и одну назад.

17. Главная передача должна осуществляться с помощью конических шестерен. Цепной привод на заднюю ось не разрешается.

20. Минимальный дорожный просвет в 12 дюймов (304,8 мм) должен быть обеспечен применением задних колес диаметром 1050 и 1020 мм для классов А и В соответственно. Расстояние большее, чем 12 дюймов, предпочтительнее.

21. Используются колеса со сплошными резиновыми шинами следующих типоразмеров:

– для класса А: задние шины – 1050 х 120 мм, сдвоенные;

– передние шины – 900 х 120 мм, одинарные;

– для класса В: задние шины – 1020 х 90 мм, сдвоенные;

– передние шины – 860 х 90 мм, одинарные;

Колеса (обода) должны быть целиком изготовлены из металла и иметь следующие диаметры:

– для шин 1050 и 1020 мм – диаметр 881,6 мм, или 9 футов 11/8 дюйма;

– для шин 900 и 860 мм – диаметр 719,8 мм, или 7 футов 51/4 дюйма.

23. Педаль сцепления должна быть слева, а педаль тормоза – справа. Каждая из педалей должна нести маркировку – «С» и «В» соответственно. Ход педалей – около 3 1/2дюйма (88,9 мм). Если имеется педаль акселератора, то она должна быть установлена справа от педали тормоза. Педали сцепления и тормоза должны быть снабжены площадками толщиной 1/4 дюйма (6,35 мм), обеспечивающими невозможность соскальзывания с них ноги.

Тормозной рычаг должен отстоять как можно дальше от рычага изменения скорости движения и находиться справа от него. Рычаг переключения скоростей должен быть на 6 дюймов (152,4 мм) короче, чем рычаг тормоза, и должен быть снабжен храповым механизмом.

Тормозной рычаг, дабы избежать путаницы, должен иметь простую рукоятку цилиндрической формы.

26. Для того чтобы свести к минимуму номенклатуру запасных частей, возимых в полевых условиях, конструкция транспортных средств должна предусматривать использование только шариковых подшипников качения, согласно каталогу Hoffman Manufacturing Company, Limited. Роликовые подшипники использовать нельзя…»

Конечно, кое-что из перечисленного выше не удалось реализовать до начала войны, а кое-что потеряло свою актуальность. В то же время многими автомобильными фирмами данные требования были реализованы и нашли применение в конструкции автомобилей, которые, среди прочих, принимали участие в перевозках на фронтах Первой мировой войны.

Из всех требований военного департамента Великобритании к конструкции транспортных средств очень интересным оказался пункт «С» в редакции 1911 г. Этот пункт касается конструкции буксировочных крюков. Тем более что тут же был приведен чертеж этих самых буксировочных крюков.

Внимательно посмотрев на фото идентифицируемых автомобилей, можно с уверенностью сказать, что на них используются точно такие же приспособления, выпускавшиеся в Лондоне компанией Western Ironworks Со. С началом войны конструкция буксировочных крюков изменилась в сторону упрощения, и они стали производиться массово уже несколькими производителями.

Таким образом, эти грузовики с уверенностью можно отнести к продукции британской автомобильной промышленности.

Однако, кто же производитель этих транспортных средств? Чтобы ответить на этот вопрос, пришлось внимательнейшим образом просмотреть архив того самого «Commercial Motor» с 1910 по 1914 гг. И вот в одном из его номеров, посвященном выставке коммерческих автомобилей в лондонской Олимпии, нашлась фотография автомобиля, который дебютировал именно на этой выставке в июле 1913 г. Марка автомобиля – «Стоунлей» (Stoneleigh), а производитель – фирма «Сиддли-Дизи» (Siddeley-Deasy), известная своими роскошными легковыми машинами. В России их название писали и произносили так: Сиддлей-Дэзи, Сиддэ- лэ-Дэзи, Сидделе-Дэзи или Сиддлей-Дэйзи3*.


«Первенец» марки «Стоунлей» – сайклкар 13.9НР.


Шасси «Стоунлей» 30 cwt на выставке лондонской Олимпии, июль 1913 г.


В коммерческом использовании находились две модели «Стоунлей» – 20 cwt и 30 cwt.


Siddeley-Deasy Motorcar Company Limited была создана 7 ноября 1912 г. английским предпринимателем Джоном Давенпортом Сиддли на основе компании Deasy Motor Car Manufacturing Co. в городе Ковентри, что находится в самом центре Англии. В 1913 г. руководство компании решило выделить производство небольших легковых автомобилей, а также коммерческих грузовиков, чтобы не нанести вред престижу марки «Сиддли-Дизи» в случае неудачи на новом поприще. Новой марке дали имя «Стоунлей».

Первенцем стал легкий автомобиль – появившийся в 1913 г. сайклкар модели 13.9 HP. Отличительной особенностью в дизайне этого автомобильчика была покатая верхняя часть радиатора и шесть концентрически расходящихся лучей на ступицах колес. В дальнейшем все эти «родовые черты» будут присутствовать на всех автомобилях этой марки.

В том же году появился на свет первый коммерческий «Стоунлей» модели 30 cwt, базой для которого послужило шасси «Сиддли-Дизи» 14/20 HP с четырехцилиндровым двигателем, имеющим диаметр цилиндров 80 мм, ход поршня 130 мм и рабочий объем 2613 см3 . На той же выставке в Олимпии в июле 1913 г. на стенде №5 красовались три изделия «Стоунлей»: шасси, бортовой грузовик с брезентовым тентом и автобус. Все они оснащались двигателями «Сиддли-Дизи» модели 20/24 HP.

В итоге на рынок вышли две коммерческие модели «Стоунлей» – грузоподъемностью 20 cwt и 30 cwt (1016 и 1524 кг соответственно). Шасси оснащались четырехцилиндровым двигателем с гильзовым газораспределением «системы Найта», мощностью 18/24 HP и с рабочим объемом 3308 см3 . Из их особенностей можно также отметить сцепление с обратным конусом, трехступенчатую коробку передач (причем рычаг располагался слева от водителя, отдельно от рычага тормоза), червячную главную передачу, трансмиссионный тормоз позади ведущего моста на валу главной передачи. Колесная база – Ю'-4" (3150 мм), колея передних колес 4°-8° (1422 мм), общая длина шасси – 16° (4877 мм).


По сравнению с другими именитыми автомобильными марками Британии автомобили «Стоунлей» получили не столь широкое признание…


…наверное поэтому большинство из них оказалось в России после начала Великой войны (фото из архива М. Коломийца).


Пожалуй, именно в Русской Императорской армии эти автомобили обрели свое «второе рождение».


Реклама легковых автомобилей Stoneleigh, 1913 г.


Легкий автомобиль «Стоунлей» 9НР, 1920-е гг.


Окончательно убедиться в правильности результата идентификации и расставить все точки над «и» любезно помог Билл Смит, английский историк, писатель, автор интереснейшей книги «Армстронг Сиддли Моторе. Автомобили, компания и люди в деталях». В своем письме он подтвердил версию о принадлежности автомобилей на фото к марке «Стоунлей», а также поведал о том, что в 1914 г. представители Русской Императорской армии заказали у компании «Сидцли-Дизи» около 100 шасси, в том числе и шасси 20 cwt и 30 cwt марки «Стоунлей». Шасси предназначались под установку передвижных полевых кухонь и цистерн для нефтепродуктов, а также для использования в качестве штабных и санитарных автомобилей.

Билл также рассказал о том, что «Сиддли-Дизи» направила в Россию, в Архангельск, своего представителя Джорджа Аллена, который должен был осуществлять контроль над сборкой автомобилей перед их отправкой в Петроград. Аллен не знал, какова дальнейшая судьба автомобилей, которые уходили на фронт. Но однажды он встретился с «казачьим офицером», который рассказал ему, что был свидетелем взрыва топливозаправщика на шасси Стоунлей: «…Немецкий снаряд врезался в бензовоз, он стал пылать, а следующий снаряд разнес шасси на куски…»

Насколько известно, в британской армии на западном фронте автомобили марки «Стоунлей» не использовались. Не исключено, что причина заключается в неполном соответствии грузовиков этой марки требованиям Военного департамента Великобритании, а возможно, все готовые шасси были отправлены в Россию. Компания «Сидцли-Дизи» во время войны произвела несколько сотен шасси 18/24 HP, на которые в основном монтировались санитарные кузова.

В послевоенные годы марка «Стоунлей» продолжала использоваться, но уже компанией «Армстронг Сиддли Моторе» для небольших легковых автомобильчиков модели 9 HP. Окончательно она ушла в небытие в 1924 г.

В статье использованы фото из архивов автора, С. Кирильца, а также из журналов «Commercial Motor» и «The Australian Motorist».

Автор выражает благодарность Станиславу Кирильцу (Германия) за предоставленные фотоматериалы, а также Биллу Смиту (Великобритания) за оказанную помощь.


Литература

1. Архив журнала»Commercial Motor-.

2. Журнал-The Australian Motorist».

3. Кирилец С., Каннинский Г. Автомобили Русской Императорской армии:«Автомобильная академия» генерала Секретева. – М.: Фонд -Русские Витязи», 2010.

4. Smith В. Armstrong Siddeley Motors. The cars, the company and the people in definitive detail. – Veloce Publiscing, 2005.


Анатолий Сорокин, Иван Слива

122-мм гаубица обр. 1910/30 гг. В тени «обелисков славы» советской артиллерии Часть 4

Организационно-штатная структура

На момент поступления модернизированных 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. в войска стрелковая дивизия РККА по штату 1929 г. имела артиллерийский полк смешанного трехдивизионного состава. В нем два дивизиона были трехбатарейными, а один – четырехбатарейным; в каждой батарее состояло по три орудия. Две батареи трехбатарейного дивизиона вооружались 122-мм гаубицами, оставшаяся – 76-мм пушками, в четырехбатарейном дивизионе типы систем по батареям распределялись поровну. Итого в дивизии насчитывалось 18 122-мм гаубиц и 12 76-мм пушек.

В 1935 г. был принята новая организационно-штатная структура артиллерийского полка стрелковой дивизии РККА, довольно сильно отличавшаяся от предыдущего варианта. Все дивизионы стали трехбатарейными, а все батареи – четырехорудийными, причем соотношение гаубичных и пушечных батарей изменилось в пользу последних: теперь в дивизионе была одна гаубичная батарея и две пушечные. Количество 122-мм гаубиц в полку сократилось до 12 (тогда как количество 76-мм пушек возросло вдвое – до 24 орудий), но его огневая мощь в целом выросла за счет введения тяжелого дивизиона с 12 152-мм гаубицами.

В 1939 г. последовало очередное изменение организационно-штатной структуры стрелковой дивизии РККА. Теперь артиллерийских полков в ней стало два: легкий на конной тяге и гаубичный на механизированной тяге. В легком полку имелось три дивизиона со старой пропорцией между пушечными и гаубичными батареями, а гаубичный полк состоял из двух дивизионов, один из которых был полностью укомплектован 122-мм гаубицами, второй – 152-мм гаубицами. Итого в двух полках было 20 76-мм пушек, 28 122-мм гаубиц и 12 152-мм гаубиц.

Этот штат просуществовал меньше года и по итогам советско-финской войны 10 июня 1940 г. был заменен тем вариантом, с которым советские стрелковые дивизии и вступили в Великую Отечественную войну. В нем роль гаубичной артиллерии возросла еще больше: легкий полк лишился одного дивизиона, зато гаубичный полк получил третий дивизион, причем со 122-мм гаубицами. Итого в стрелковой дивизии РККА стало 16 76-мм пушек, 32 122-мм гаубицы и 12 152-мм гаубиц. Для сравнения: артиллерийский полк немецкой пехотной дивизии на тот момент по штату насчитывал 36 105-мм и 12 150-мм гаубиц.

Впрочем, изменения организационноштатной структуры стрелковых дивизий и иных советских формирований и соединений после начала Великой Отечественной войны подробно освещались в «ТиВ» №8-10/2013 г., поэтому здесь остановимся только на самых основных моментах.

Огромные потери начала войны и необходимость формирования большого количества новых дивизий (на которые по старым штатам просто не хватило бы материальной части; имелись и проблемы с их комплектованием средствами тяги и подготовленными кадрами) привели к необходимости резкого сокращения числа орудий в организационно-штатной структуре. Ее вариант, принятый 11 августа 1941 г., предусматривал единственный артиллерийский полк с 16 76-мм пушками и всего восемью 122-мм гаубицами.

«Постановление №ГКО-833сс от 25.10.41.

Москва, Кремль.

Государственный Комитет Обороны постановляет:

1. Утвердить организацию стрелковой дивизии военного времени, имея в виду новые формируемые дивизии, в следующем составе:…

…г) противотанкового дивизиона (57 мм пушек) численностью 169 чел.;

д) артиллерийского полка 2-х дивизионного состава численностью 842 чел.;

е) отд. дивизиона PC (8 установок М-8 или М-13) численностью 191 чел.;…

…2. На вооружении дивизии иметь:…

…Автоустановок М-8, М-13 – 8…

…45-мм пушек – 18

57-мм пушек – 12

76-мм пушек полковых – 12

76-мм пушек дивизионных УСВ – 16

122-мм гаубиц-8…»


Изменение артиллерийского вооружения советской стрелковой дивизии
Орудия 1929 1935 1939 1940 1941 1942
152-мм 0 12 12 12 0 0
122-мм 18 12 28 32 8 12
76-мм 12 24 20 16 16 20

16 марта 1942 г. последовала некоторая коррекция в сторону усиления: в полк добавили третий дивизион, но лишь двухбатарейного состава с пушками и гаубицами поровну. После этого в нем стало 20 дивизионных 76-мм пушек и 12 122-мм гаубиц. Та же численность дивизионной артиллерии осталась и в штате от июля 1942 г.:

– Постановление №ГОКО-2Ю1сс от 26 июля 1942 г.

Москва, Кремль.

Об организации, штатном составе и вооружении стрелковой дивизии численностью 10.374 человек.

Государственный Комитет Обороны постановляет:

I. Утвердить организацию стрелковой дивизии в составе:…

…3) Артиллерийского полка, из трех дивизионов, вооруженных: 20 – 76 мм пушками УСВ и 12- 122 мм гаубицами (992 ч.)…

…II. Штатный состав и вооружение дивизии установить:

…Пушек 76 мм полковых – 12 Пушек 76 мм УСВ – 20 Гаубиц 122 мм – 12…»

В таком виде артиллерийский полк стрелковой дивизии просуществовал до конца войны. У гвардейских стрелковых дивизий по штату декабря 1942 г. он был чуть сильнее за счет четырех дополнительных дивизионных 76-мм пушек. Зато с декабря 1944 г. гвардейцы располагали в своих дивизиях артиллерийской бригадой в составе легкого артиллерийского, гаубичного и минометного полков, а также отдельных истребительно-противотанковых и зенитно-артиллерийского дивизионов.

Как следует из названия, гаубичный полк вооружался 122-мм гаубицами, имел в своем составе два дивизиона, один двухбатарейный, другой трехбатарейный и по четыре орудия в каждой батарее, итого – 20 122-мм гаубиц на гвардейскую стрелковую дивизию. На 22 июня 1941 г., 122-мм гаубицы, помимо стрелковых дивизий, предусматривались в штатах танковой и моторизованной дивизии (по 12 орудий), горнострелковой дивизии (24 орудия до начала 1942 г., восемь – до 1944 г.), кавалерийской дивизии (восемь орудий до августа 1941 г.) и стрелковых бригад (четыре орудия до октября 1941 г.).

122-мм гаубицы находились также в составе артиллерии Резерва Верховного Главнокомандования (РВГК), но штатно системы обр. 1910/30 гг. для нее не предназначались. В руководствах службы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. разных лет издания в одном из первых предложений их назначение ограничивается только дивизионной артиллерией, тогда как у более современной 122-мм гаубицы обр. 1938 г. (М-30) помимо этого пункта присутствует и упоминание артиллерии РВГК. Это не исключает наличия 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. в частях артиллерии РВГК, особенно в 1941-1942 гг., но их роль была весьма невелика. Мощный количественный рост формирований и соединений артиллерии РВГК начался со второй половины 1942 г., когда их комплектация новыми М-30 ограничивалась скорее нехваткой средств тяги и подготовленных кадров, нежели собственно орудий. Доля же старых систем в уже существующих частях неуклонно снижалась из-за боевых потерь и износа.


Изменения соотношения пушек и гаубиц в штатах стрелковой дивизии в ходе войны
Номер штата и дата его утверждения 04/400 04/600 04/750 04/200 04/300 04/550 04/500 04/550 05/40 05/40
  05.04.41 29.07.41 06.12.41 18.03.42 28.07.42 12.1942 (обычная) 12.1942 (гвардейская) изменения 15.07.43 18.12.44 изменения 09.06.45 
Личный состав 14483 10859 11626 12795 10386 9435 10670 9380 11706 11780
Противотанковых пушек 54 18 30 30 30 48 48 48 54 66 
76-мм пушек 34 28 28 32 32 32 36 32 44 32
122-мм гаубиц 32 8 8 12 12 12 12 12 20 20
152-мм гаубиц 12 0 0 0 0 0 0 0 0 0

Эксплуатация системы

В этом разделе отмечены интересные, на взгляд авторов, особенности обращения с орудием или подготовки установок стрельбы для него. В первую очередь, среди них нужно упомянуть разрешение на стрельбу из 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. на полном и первом зарядах при углах возвышения менее 20° только в исключительных случаях, например по танкам. Это связано с недостаточной устойчивостью системы при большой проекции силы отдачи на направление к хоботовой части лафета. Орудие при таком выстреле могло легко вывернуть упорный брус из-под сошника или подпрыгнуть и в итоге отскочить назад. Помимо возможного изменения ориентации оси канала по ходу выстрела (и падения точности стрельбы, как следствие), это могло привести к травмам артиллеристов.

Примечателен тот факт, что у равноценной по баллистике 122-мм гаубицы обр. 1910/37 гг. это ограничение в руководстве службы отсутствует, хотя расчет предупреждается о подпрыгивании колес на 15-18 см вверх при таком ведении огня и необходимом последующем исправлении наводки. Впрочем, различие устройства орудий объясняет такое поведение при настильной стрельбе. У «крупповской» системы центр тяжести всей конструкции находился ближе к шворневой лапе по сравнению со «шнейдеровской». Таким образом, сошник с большей силой давил на грунт и обеспечивал лучшую стабильность. Минус здесь тоже вполне очевиден: для изменения направления стрельбы вне сектора горизонтальной наводки у поворотного механизма правильному приходилось прилагать существенно большее усилие для отрыва хоботовой части лафета от грунта.

Обычно в служебных книгах и наставлениях нет смешных мест, но в кратком руководстве службы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. издания 1943 г. в разделе про окраску и смазку системы присутствует оставшийся еще от мирного времени запрет на натирание окрашенных частей орудия керосином и иными растворителями во избежание порчи покрытия. Полукомичным является его объяснение: так военнослужащие РККА пытались наводить на гаубицу парадный лоск и глянец. Невольно напрашивается вывод, что анекдоты на армейскую тему про приказы о покраске травы к предстоящему смотру и т.п. вещах, видимо, имеют под собой некоторые реальные основания.

Живучесть ствола при должном уходе за орудием составляла 12000 выстрелов на полном заряде: при использовании меньших по мощности снарядов она существенно возрастала. Например, при стрельбе на заряде №3 износ уменьшался в 2,1 раза, а на заряде №5 – и вовсе в 5,2 раза.

Довольно любопытным, с точки зрения артиллериста-вычислителя, является отраженная в таблицах стрельбы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. смена алгоритма учета поправок на атмосферные условия. Как известно, дальность стрельбы при прочих равных зависит от плотности воздуха: в более плотной среде сила сопротивления движению выше и снаряд летит на более короткую дистанцию. В таблицах стрельбы №30 издания 1931 г. влияние этого фактора учтено напрямую путем задания влияния отклонений плотности воздуха от ее нормального значения 1,206 кг/м3 и ее изменений с высотой в миллионных долях от величины на горизонте орудия. Последние являлись затабулированными среднестатистическими параметрами для каждого из календарных месяцев года. Минус такого подхода – сложность прямого измерения плотности воздуха; в те годы ее, скорее всего, получали расчетным путем, исходя из атмосферных температуры и давления, которые определялись с помощью термометра и барометра соответственно4*.

В 1938 г. в первом издании таблиц стрельбы №140 для системы был принят новый алгоритм расчета поправок на метеоусловия, который с некоторыми непринципиальными изменениями используется нашими артиллеристами вплоть до настоящего времени. Поправка на дальность в зависимости от плотности воздуха в нем дается сразу по отклонениям атмосферного давления и температуры от нормальных значений в 750 мм рт. ст. и 15‘С соответственно. Также в таблицах стрельбы №140 были уточнены баллистические характеристики орудия. Порой изменения в данных имели значительный характер. Например, для максимальной дальности огня на полном заряде дальнобойной гранатой в 1931 г. высота вершины траектории указывалась в 2580 м, время полета в 44,6 с, срединное отклонение по дальности в 28 м и срединное боковое отклонение в 9,5 м. Те же величины после уточнения составили 2120 м, 41,8 с, 36 м и 6,4 м соответственно.

Стоит заметить, что старые 122-мм гаубицы являлись единственными системами своего калибра, способными вести огонь шрапнелью на любую возможную для них дистанцию боя. Сведения для расчета установок стрельбы для этого приводились во всех изданиях полных таблиц стрельбы с 1931 г. по конец службы орудия. Хотя физически никаких проблем производства выстрела боеприпасом Ш-460 из М-30 на зарядах, сравнимых по своей мощности с зарядами №№1-4 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. нет, ни одно издание таблиц стрельбы для М-30 не имеет данных по расчету установок прицела и трубки для этой задачи. Без сомнения, хорошо знающий математику артиллерист сумеет путем интерполяции получить эти величины и для М-30, имея таблицы стрельбы старых систем и сведения о зарядах, но смысл такой операции весьма невелик. Поэтому применение шрапнели с М-30 ограничивалось ее установкой «на картечь» для самообороны орудия от вражеской пехоты или кавалерии или «на удар» в качестве эрзац-бронебойного боеприпаса. В качестве авторской ремарки упомянем, что много позже М-30 приобрела аналогичную 122-мм гаубице обр. 1910/30 гг. возможность, когда появилась реинкарнация шрапнели в лице 122-мм снаряда со стреловидными готовыми поражающими элементами ЗШ1 и в таблицы стрельбы были добавлены все необходимые для его применения сведения.

Отметим не свойственные для таблиц стрельбы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. и 152-мм гаубицы обр. 1909/30 гг. издания 1942 г. указания о стрельбе снарядами с дистанционным взрывателем Д-1, который поступил в войска незадолго до выхода в свет этих книг. Обычно такого рода сведения приводятся в правилах стрельбы наземной артиллерии и дополнениях к ним. Так было и в 1942 г., но для более быстрого и широкого ознакомления командного состава батарей с предоставляемыми взрывателем Д-1 новыми тактическими возможностями в ГАУ решили дать всю необходимую информацию также и в свежих изданиях таблиц стрельбы. Уже в 1943 г. применение снарядов с взрывателями Д-1 стало привычным, и в очередном издании таблиц стрельбы для 122-мм гаубицы обр. 1938 г. (М-30) подробные указания по нему были убраны. Приведем некоторые цитаты из них:

«Основное назначение взрывателя – пристрелка воздушного репера и стрельба по аэростатам.

При невозможности стрельбы на рикошетах с взрывателями ударного действия стрельба с взрывателем дистанционного действия применяется для решения следующих задач:

– подавление и уничтожение залегшей пехоты, резервов и колонн, целей на воде (десанты), живой силы, укрытой в лесу, складках местности, кустарнике и среди зданий,

– подавление окопавшихся батарей,

– обстрел дорог, переправ, дефиле, обратных скатов высот и иных целей, не поражаемых при ударной стрельбе.


Расчет 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. ведет огонь по противнику. Советско-финляндская война 1939-1940 гг.


Дистанционная стрельба по отдельным тонким целям малоэффективна. Стрельбой на высоких разрывах успешно обеспечиваются пристрелка воздушного репера, целеуказание, подача сигналов, проверки веера и направления…

Наивыгоднейшая высота разрыва для 122-мм орудий – 12 м, для 152-мм орудий – 15 м.»

Заканчивая анализ данных из таблиц стрельбы для 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг., вновь вернемся к курьезной теме. На лицевой странице их издания №30 1931 года есть две заслуживающих внимания надписи. На тот момент из армейской служебной литературы еще не ушла революционная романтика: в правом верхнем углу присутствует лозунг «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!». В левом же углу жирным подчеркиванием выделены слова «ИЗДАНИЕ ОФИЦИАЛЬНОЕ», что порождает предположение о возможном существовании каких-либо таблиц стрельбы для системы «самиздатовского» характера, не связанного с АУ РККА. Тираж «официального издания» тоже внушает уважение – 30000 экземпляров, что позволило бы снабдить таблицами стрельбы не только весь командный состав артиллерии Красной Армии с учебными заведениями, но и каждое орудие соответствующего типа, включая еще не построенные.


Боевое применение

Хасан

122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. применялись в ходе конфликта на озере Хасан летом 1938 г., причем как в буксируемом варианте, так и в самоходном СУ-5-2 (15 машин). В составе 40-й стрелковой дивизии имелась 31 122-мм гаубица, 32-й стрелковой дивизии – 20 таких орудий. Еще пять 122-мм гаубиц имела 2-я мотострелковая бригада.

Мощный огонь советской артиллерии, в первую очередь гаубичной, сыграл существенную роль в победе советских войск. В частности, в дневнике японского унтер-офицера, найденном на поле боя, отмечалось следующее: «Артиллерия противника вела ураганный огонь… Тяжелые снаряды противника бecпрерывно рвутся на наших позициях».

В то же время, в применении артиллерии были выявлены и существенные недостатки:

«1. Подготовленность батарей как огневой единицы в целом по всей артиллерии посредственная.

2. Тактическая подготовка артиллерии не достаточная, артиллерийские штабы не подготовлены…

3. Техника взаимодействия артиллерии пехотой и танками совершенно не отработана. Есть случаи абсолютного непонимания этот вопроса и артиллеристами, и пехотинцами.

4. Материальная обеспеченность артиллерии низкая, главным образом, средствам связи…

5. Абсолютная неподготовленность артавиации и ее “несколоченность" с артиллерией

6. Огромную роль на качестве огня артиллерии сыграло отсутствие надлежащей карты района…

7. Запрещение “применять дымы” в многом ослабило действие войск и темп операции.

8. Специфичность района военных действий, общее недопонимание и незнание сил противника…

9. Снабжение войск, в том числе и артиллерии, было организовано плохо и осуществлялось без всякого плана… неразбериха подвозе боеприпасов к району боевых действий приводила к тому, что снаряды доставлялись в одно место, взрыватели – в другое.

10. В ходе боевых действий имело место ведение огня нашей артиллерией по своим войскам.

11. Техника взаимодействия артиллерии с пехотой и танками совершенно не отработана. Танковые и пехотные командиры забывали ставить задачи приданной артиллерии которая была вынуждена решать задачи поддержки войск самостоятельно, решали их мало интенсивно и недостаточно тактически грамотно…»


Батарея дивизионных 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг., захваченная финскими войсками.


Брошенные гаубицы обр. 1910/30 гг. Хорошо видно, что гаубицу на переднем плане едва успели снять с разбитого передка.


Халхин-Гол

На конец мая 1939 г. советские войска в районе Халхин-Гола имели четыре 122-мм гаубицы, участвовавшие в боях 28-29 мая. В дальнейшем численность советской артиллерийской группировки в районе конфликта постоянно возрастала: уже к 1 июля количество 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. в районе Халхин-Гола довели до 16 единиц; их количество продолжало увеличиваться и в дальнейшем.

Советская артиллерия использовалась в ходе конфликта очень активно и результативно, что отмечалось и противником. Так, японские офицеры свидетельствовали, что -эффективность артиллерийского огня русских затмила все, с чем они столкнулись в Китае», а для характеристики заградительного огня советских гаубиц использовались такие эпитеты, как»неописуемый»и «ужасающий».

РККА в этих боях понесла определенный урон: всего на Халхин-Голе была потеряна 31 гаубица обр. 1910/30 гг., в том числе пять единиц безвозвратно. Причем некоторое количество орудий стало трофеями японских войск, что подтверждается фотографическими материалами. Например, в ночь с 7 на 8 июля японцы предприняли внезапную ночную атаку на позиции 149-го стрелкового полка. Советские части в беспорядке отошли, при этом матчасть 6-й батареи 175-го артиллерийского полка осталась у японцев. Артиллеристы попытались отбить свои орудия, но неудачно – командир батареи лейтенант Алешкин геройски погиб, а остальные красноармейцы, понеся большие потери, были вынуждены отойти.


Советско-финская (Зимняя) война

122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. приняли самое активное участие в советско-финской войне. Только артиллерия первого эшелона советской 7-й армии, действовавшей на Карельском перешейке, к концу ноября 1939 г. включала 136 122-мм гаубиц, а к 8 февраля 1940 г. их количество возросло до 624 единиц. Поскольку новые гаубицы М-30 только запускались в производство, а гаубиц обр. 1909/37 гг. насчитывалось немного, почти все советские 122-мм гаубицы в этой войне были представлены гаубицей обр. 1910/30 гг.

Немало орудий этого типа имели и советские войска, воевавшие в Карелии. В качестве иллюстрации можно привести 9-ю армию, действовавшую на ухтинском, ребольском и кандалакшском направлении. На начало боевых действий она имела 92 122-мм гаубицы. Там же системы этого типа понесли и наибольшие потери. Например, с 1 по 7 января 44-я стрелковая дивизия, оказавшаяся в окружении, лишилась 17 122-мм гаубиц. 8-я армия из 182 имеющихся 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. за время боевых действий потеряла 27 орудий. Значительная часть из них стала трофеями финских войск и позже использовалась ими в боях.


Великая Отечественная война

В начале Великой Отечественной войны 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. были самыми распространенными в РККА: по разным источникам, их насчитывалось от 5578 до 5900 единиц (для сравнения: количество имеющихся 122-мм гаубиц обр. 1909/37 гг. составляло 778 орудий, а новых М-30 – 1667 единиц).

Состояние дивизионной артиллерии накануне войны можно оценить на примере 5-й армии Киевского особого военного округа. Согласно усредненным данным на 1 июня 1941 г., ее стрелковые дивизии были укомплектованы 76-мм пушками, 122- и 152-мм гаубицам на 100% от штата военного времени, автомобилями – на 62%, тракторами – на 70%. Мотострелковые дивизии механизированных корпусов той же армии укомплектованы: 76-мм пушками – на 66,6%, 122-мм гаубицами – на 91,6%, 152-мм гаубицами – на 22,2%, автомобилями – на 24%, тракторами – на 62,6%. Как видно, с точки зрения материальной части главной проблемой были тягачи и средства подвоза.

В целом в западных военных округах ситуация с находящимися там 122-мм гаубицами выглядела следующим образом: систем обр. 1910/30 гг. было 2752 шт., обр. 1909/37 гг. – 308 шт. и М-30 – 1033 шт. Они составляли основу советской дивизионной гаубичной артиллерии в самом тяжелом 1941 г., но и потери в том году оказались велики – 5952 гаубицы. Точная разбивка потерянных орудий по типам неизвестна, но допустив, что гаубицы различных систем утрачивались пропорционально их наличию, в 1941 г. было потеряно около 3700 гаубиц обр. 1910/30 гг. Таким образом, на начало 1942 г. в армии имелось около 1900 гаубиц обр. 1910/30 гг., что по-прежнему составляло большую часть парка 122-мм гаубичной артиллерии.

Однако в течение года из-за потерь, с одной стороны, и наращивания производства новых орудий, с другой, гаубицы обр. 1910/30 гг. уступили первенство по численности новым М-30. В 1942 г. были потеряны 1522 122-мм гаубицы, из которых около 500 единиц составляли системы обр. 1910/30 гг., если следовать той же логике. На начало 1943 г. последних оставалось примерно 1400 шт., или около 21% от всего парка 122-мм гаубиц. В последующие годы потери 122-мм гаубиц снизились, но, учитывая масштабное производство М-30, доля систем обр. 1910/30 гг. в дивизионной гаубичной артиллерии неуклонно и значительно сокращалась. В результате к 1945 г. эти орудия на фронте стали относительной редкостью. Вероятно, последним случаем их применения стали боевые действия против Японии в 1945 г.

Безусловно, к 1941 г. гаубицы обр. 1910/30 гг. устарели, что отмечалось и теми, кто использовал их в бою. Приведем выдержку из воспоминаний В.Я.Тихонова:

«На вооружении батареи стояли 122 мм гаубицы обр. 1910/30 гг. К тому времени это были сильно устаревшие орудия. Уже тогда им было место в музее. В армию поступали и новые орудия. На резиновых колесах. Вместо очень неудобного лафета у них были раздвижные станины. Лафет чем неудобен. Ось, по которой передвигался горизонтально. Два с половиной деления вправо и столько же влево. Если же надо перенести огонь на больший угол, то для этого в расчете был специальный номер – правильный. Он должен был по команде наводчика передвигать это правило влево или вправо. В зависимости, куда надо было вести стрельбу. Это было очень неудобно. Деревянно-железные колеса резали землю и застревали там, где орудия на резиновых спокойно проходили. Да и тяжелее она была, чем новая 5*. Правда, тогда у нас были гусеничные трактора «НАТИ-3». Эти трактора были тихоходные. Их пешком можно было обогнать. Они же были приспособлены землю пахать, а не воевать. Были еще трактора «Сталинец». Это вообще… Зимой пока его заведешь несчастного. Надо было забраться, подогреть факелом, когда подзастыл. А после за ручку заводить. Он тарахтит, ды-ды-ды-ды… Противнику наверно всегда было слышно, как он работает. И скорость тоже маловата была. В нашей батарее было два новых орудия. Я воевал на старом. Зимой орудия не перекрашивали. Они так и оставались защитного цвета»6*.

С другой стороны, устарелость системы зачастую не являлась препятствием для успешного боевого применения, да и сами критерии «устарелости» довольно спорны. По состоянию на 1941 г., форменным анахронизмом в артиллерии можно считать старые системы XIX в., без противооткатных устройств и панорамного прицела, предназначенные для стрельбы разрывными гранатами, которые снаряжались дымным порохом. Единственным случаем, когда они могли использоваться эффективно, являлась только стрельба картечью в упор.

122-мм гаубица обр. 1910/30 гг. на доступных ей дистанциях боя столь же эффективно уничтожала и повреждала открыто стоящие цели, как и более современная М-30. С несколько меньшей эффективностью (но вполне достаточной), по сравнению с пришедшей ей на смену системой, она могла разрушать фортификационные сооружения полевого типа. В этом плане орудие вполне соответствовало стоявшим перед ним задачам. Вне всякого сомнения, недостаточная дальность огня в сравнении с М-30 и зарубежными аналогами, малый сектор горизонтального обстрела и слабая приспособленность для стрельбы по движущимся целям лишали 122-мм гаубицу обр. 1910/30 гг. какой-либо перспективы, но отказываться от нее в условиях нехватки орудий никто не собирался.

Что же касается мобильности, то системы этого типа последних выпусков комплектовались металлическими колесами с шинами, заполненными губчатой резиной. Это уравнивало их проходимость с более новыми М-30. Низкая скорость возки однозначно являлась недостатком, но при использовании широко распространенной конной тяги (не только для орудий, но и для зарядных ящиков с боеприпасами, иных повозок, вплоть до тривиальной полевой кухни для личного состава) в стрелковых дивизиях он в значительной мере нивелировался. Так, в немецком вермахте пехотные дивизии вооружались рядом весьма тяжелых артиллерийских систем без подрессоривания, также на конной тяге, и это не мешало им успешно продвигаться вперед. В завершение стоит отметить, что 122-мм гаубица обр. 1910/30 гг. являлась существенно более простой в устройстве и обслуживании, чем М-30. Она выпускалась достаточно давно, конструкция и производство были хорошо отлажены, а саму гаубицу успешно освоили в строевых частях. Это стало немаловажным обстоятельством в тяжелых условиях военного времени.

Одной из главных проблем дивизионной артиллерии в тот период был низкий уровень квалификации командного состава. Приблизительно в трети случаев 122-мм дивизионные гаубицы стреляли прямой наводкой, так как для организации действенного огня с закрытых позиций не хватало умений. К заключительному периоду войны ситуация в значительной мере выправилась. Но когда советская артиллерия (уже в послевоенное время) была полностью укомплектована знающими свое дело и многое умеющими кадрами, 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. навсегда сошли со сцены. Стоит отметить, что из-за малой скорости возки весь прогресс в области средств тяги с 1942 г. (поставки грузовых автомобилей по ленд-лизу, запуск в серию специализированных тягачей в Ярославле) обошел орудия старых типов стороной – они по-прежнему буксировались либо конной тягой, либо народнохозяйственными тракторами.


Колонна батареи 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. с тракторной тягой. Соответственно гаубицы снабжены колесами со стальными дисками и резиновыми шинами.


Поставки за границу

За рубеж 122-мм гаубицы, насколько известно, не поставлялись. В Испанию из СССР поступали 114-мм гаубицы Виккерса, имевшиеся на складах со времен Гражданской войны. Лишь в декабре 1938 – феврале 1939 г. из Мурманска было отправлено 20 122-мм гаубиц, которые вместе с другим вооружением планировалось переправить через Францию в Испанию. Гаубицы прибыли в Бордо, но в связи с очевидным поражением республиканцев и изменением позиции Франции в Испанию не попали и, судя по всему, вернулись на родину.

Какой-либо информации о поставке 122-мм гаубиц в Китай в 1937-1939 гг. нет, но такие поставки маловероятны, поскольку китайские войска в первую очередь нуждались не в гаубицах, а в противотанковых и зенитных орудиях.


Трофейное использование

В ходе Зимней войны армия Финляндии захватила 35 гаубиц обр. 1910/30 гг. и обр. 1909/37 гг. Они получили обозначения 122 Н/10-30 и 122 Н/09-30 соответственно. В «войне-продолжении» (принятое в финской историографии название боевых действий между СССР и Финляндией с 1941 г. до 1944 г.) парк 122 Н/10-30 пополнился 145 захваченными и 72 купленными в 1944 г. у немцев орудиями. Тогда же они вступили в бой. Эти гаубицы состояли на вооружении 13 полков полевой артиллерии, двух легких артиллерийских батальонов (дивизионов – по отечественной терминологии), одного тяжелого артиллерийского батальона и двух крепостных батарей. Финские военнослужащие дали в целом неплохую оценку 122 Н/10-30 и считали ее лучшей по сравнению со 122 Н/09-30. Потери составили четыре гаубицы в 1941 г. и 16 единиц летом 1944 г., причем 12 из них были потеряны 10 июня 1944 г. 9-м полком полевой артиллерии (вся гаубичная материальная часть этого формирования) в районе Валкесаари. За 1941-1944 гг. 122 Н/10-30 и 122 Н/09-30 израсходовали в бою 369744 выстрела. После войны эти орудия достаточно долгое время находились в резерве финской армии.

Немалое количество 122-мм гаубиц обр. 1910/30 гг. стали трофеями вермахта на начальной стадии Великой Отечественной войны. Несмотря на устарелость конструкции и проигрыш в дальности огня собственным 10,5 cm le.FH.16 (не говоря уже о 10,5 cm le.FH.18), немцы приняли их на вооружение как «ограниченный стандарт» под обозначением 12,2 cm leichte Feldhaubitze 388(г) и задействовали в боях на Восточном фронте, балканском театре военных действий и в системе укреплений Атлантического вала. Когда для 122-мм гаубиц всех типов закончились советские трофейные боеприпасы, в Германии развернули их производство. В 1943 г. оно составило 424 тыс. выстрелов, в 1944 и 1945 гг. – 696,7 тыс. и 133 тыс. выстрелов соответственно.

Кое-что из материальной части артиллерии РККА перепало и румынскому союзнику Третьего рейха.


ТТХ 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. и ее зарубежных аналогов
Характеристика\Система 122-мм обр. 1910/30 гг. 10,5 cm le.FH.16 QF 4.5 inch Howitzer
Государство СССР Германия Великобритания
Годы разработки 1930-1931 1916-1917 1906-1908
Годы производства 1930-1941 1917-1918 1908-1918
Построено, шт. Около 5900 3044 Около 3400
Масса в боевом положении, кг 1466 1525 1372
Масса в походном положении, кг 2510 2300 Н.Д.
Калибр, мм 121,92 105 114,3
Длина ствола, клб 12 22 15,5
Модель ОФ гранаты ОФ-462 10,5-cm-SprGr HE Mk I D
Масса ОФ гранаты, кг 21,78 14,81 16
Макс. начальная скорость, м/с 364 395 310
Дульная энергия, МДж 1,44 1,16 0,77
Макс. дальнобойность, м 8910 9225 6700
Углы вертикальной наводки -3°...+43° -9°...+40° -5°...+45°
Сектор горизонт, наводки 4-40°
Коэффициент использования металла, Дж/кг 984 757 560

Германский унтер-офицер у трофейной 122-мм гаубицы обр. 1910/30 г. Гаубицы применялись вермахтом под обозначением 12,2 cm leichte Feldhaubitze 388(r).


Зарубежные аналоги

Среди артиллерийских орудий других развитых в военно-промышленном плане стран найти полный аналог 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. довольно затруднительно. Развитие конструкций легких гаубиц как в государствах-победителях в Первой мировой войне, так и у проигравших ее участников не являлось приоритетным в межвоенное время, правда, по разным причинам.

Сокращение военных затрат вместе с «Великой депрессией», а также ставка военных на долговременные фортификационные сооружения во Франции привели к тому, что изначально отсутствовавшие там 105-мм гаубицы появились в заметных количествах в войсках лишь к началу Второй мировой войны. Это были орудия новой конструкции Буржского арсенала с раздвижными станинами, причем выпускали их весьма непродолжительное время: из-за большой потребности в противотанковых системах его закончили еще до капитуляции Третьей республики перед Третьим рейхом.

В схожей ситуации оказалась Япония, разработавшая в 1927-1931 гг. новую 105-мм гаубицу «Тип 91» вполне удачной конструкции, но так и не ставшую многочисленной из-за ориентации японских военных кругов на развитие морских и авиационных вооружений.

Аналогичное положение дел поначалу сложилось и в США: до начала Второй мировой войны развитие американской полевой артиллерии было весьма вялотекущим из-за скудного финансирования вследствие Великой депрессии, а легких дивизионных гаубиц калибра 105 мм эпохи Первой мировой войны не было вовсе. Но, в отличие от Франции и Японии, поступившая в войска в 1941 г. новая 105-мм гаубица М2, позже переобозначенная в М101, оказалась многочисленной в производстве и долговечной на службе.

В Великобритании, наряду с разработкой новой 25-фунтовой дивизионной пушки- гаубицы, предприняли некоторые шаги по модернизации 114-мм (4,5-дм) гаубиц Виккерса периода Первой мировой войны (Royal Ordnance Quick Firing 4.5 inch Howitzer). Для них ввели новый снаряд дальнобойной формы и переработали устройство колесного хода для буксировки механической тягой. Но даже с этими усовершенствованиями максимальная дальность огня орудий этого типа возросла лишь до 6700 м, что уступает аналогичной характеристике немодернизированной 122-мм гаубицы обр. 1910 г. Тем не менее, 4,5-дм гаубицы приняли активное участие во Второй мировой войне в составе войск Великобритании и ее доминионов. Они использовались на передовой до 1942 г., позже – в учебных целях, а после исчерпания боеприпасов к ним в 1944 г. были объявлены устаревшими и сняты с вооружения.

Что же касается побежденной Германии, то ей Версальским договором было разрешено оставить на службе 84 105-мм гаубицы на все послевоенные вооруженные силы плюс небольшой резерв для замены изношенных орудий. Дальнейшее совершенствование их конструкции запрещалось, но гаубица 10,5 cm leichte Feldhaubitze 16 (сокр. le.FH. 16) и без того превосходила по максимальной дальности стрельбы все зарубежные системы того же назначения и близкого калибра, включая 122-мм гаубицу обр. 1910 г. Однако немецкие военные отнюдь не желали мириться с таким положением дел, скрыв немалое количество le.FH. 16 от представителей контрольных комиссий стран-победительниц.

Немало над этим потрудился бывший капитан кайзеровской армии Эрнст Рем, ближайший соратник будущего рейхсканцлера и «фюрера германской нации» А. Гитлера. Как известно, плодами этой деятельности воспользовались оппозиционные к Рему военные после его ликвидации в «ночь длинных ножей».

После объявленного Гитлером отказа соблюдать положения Версальского договора и преобразования рейхсвера в вермахт le.FH. 16 стала в нем штатной легкой дивизионной гаубицей. Для нее был разработан снаряд дальнобойной формы, но конструкцию колесного хода не пересматривали, поскольку с 1935 г. начались поставки новых 10,5 cm le.FH.18 с лафетом с раздвижными станинами и подрессоренным колесным ходом. Несколько позже для быстрой возки механической тягой для этой системы ввели металлические колеса с резиновой грузошиной.

Старые le.FH. 16 еще до Второй мировой войны перевели в тыловые и учебные части, но принять участие в боевых действиях им все же пришлось. На фортификационных сооружениях «Атлантического вала» они даже сражались совместно с трофейными 122-мм гаубицами обр. 1910/30 гг. против западных союзников. Часть le.FH. 16 немцы смонтировали на самоходной базе, используя для этого трофейную французскую бронетанковую технику.

Таким образом, наиболее близкими 122-мм гаубице обр. 1910/30 гг. по поколению, устройству и роли следует считать 10,5 cm le.FH.16 и 114-мм гаубицу Виккерса. Немецкое орудие по своему устройству было очень похоже на 122-мм гаубицу обр. 1909/37 гг. – сказывалось общее «крупповское» происхождение.


Приложение

Наличие в войсках, расход боеприпасов и потери 122-мм гаубиц

В имеющейся статистике данные по всем типам 122-мм гаубиц сведены в одну группу, поэтому их вычленение для систем каждого типа носит расчетный характер по потерям орудий всех типов и поступлению только новых М-30 с заводов промышленности. При этом следует иметь в виду, что из-за математических ошибок, связанных с округлением величин, в табличных данных присутствует погрешность в 0,05 тыс. шт. Соответствующей ей относительной погрешностью определяется возможный разброс в числе потерянных орудий и расходе боеприпасов. По сравнению с аналогичными расчетами в статье «122-мм гаубица М-30 в исторической ретроспективе» здесь используется уточненный алгоритм, равномерно распределяющий потери и поступление новых орудий на отчетные года (ранее они учитывались одномоментно). Поэтому значения для гаубицы М-30 отличаются от ранее опубликованных. Но и уточненная модель может расходиться с действительностью в случае неравномерного распределения потерь по месяцам года или непропорционального количеству орудий того или иного типа во всем парке.


Наличие в войсках 122-мм гаубиц
Число орудий \ Дата 22.VI.1941 1.1.1942 1.1.1943 1.1.1944 1.1.1945 10.V.1945
Все типы, тыс. шт. 8,1 4,0 7,0 10,2 12.1 11.7
Обр. 1910/30 гг., тыс. шт. 5,6 1,9 1,4 1.3 1,2 1.1
Обр. 1910/30 гг., доля от общего числа, % 69 48 21 13 10 10
Обр. 1909/37 гг., тыс. шт. 0,8 0,3 0,2 0,2 0,2 0,2
Обр. 1909/37 гг., доля от общего числа, % 10 7 3 2 1 1
М-30, тыс. шт. 1.7 1,8 5,4 8,7 10,7 10,4
М-30, доля от общего числа, % 21 45 76 85 89 89

Расход боеприпасов 122-мм гаубицами

Число выстрелов \ Год 1941 1942 1943 1944 1945 Итого
Все типы, тыс. шт. 1782 1 4306,2 2 5474,8 3 7610,1 4 4041,8 4 23 215
Средняя доля обр. 1910/30 гг., % 59 35 17 12 10  
Оценка для обр. 1910/30 гг., тыс. шт.5 1051 1507 931 913 404 4806
Средняя доля обр. 1909/37 гг., % 8 4 2 1 1  
Оценка для обр. 1909/37 гг., тыс. шт.5 143 173 109 77 44 543
Средняя доля М-30, % 33 61 81 87 89  
Оценка для М-30, тыс. шт.5 588 2626 4435 6620 3597 17866

1 Согласно книге «Артиллерийское снабжение в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.»

2 Расход боеприпасов советской артиллерии в 1942 году. ЦАМО, Ф. 81, оп. 12075, д. 28. Опубликовано А.В. Исаевым на сайте vif2ne.ru( http://vif2ne.ru/nvk/forum/archive/1718/1718985. htm).

3 Расход боеприпасов советской артиллерии в 1943г. Опубликовано А.В. Исаевым на сайте vif2ne.ru ( http://vif2ne.ru/nvk/forum/2/archrve/1706/1706490. htm).

4 Расход боеприпасов советской артиллерии в 1944-1945 гг. Опубликовано А.В. Исаевым на сайте vif2ne.ru ( http://vif2ne.ru/nvk/forum/arhprint/1733134).

5 Пропорционально средней от значений на конец и начало отчетного периода доле систем обр. 1910/30 гг. от общего числа 122-мм гаубиц.


Потери 122-мм гаубиц
Число орудий \ Год 1941 1942 1943 1944 1945 Итого
Все типы, тыс. шт. 6,0 1 1,5 2 0,6 1.2 0.7 10,0
Оценка для обр. 1910/30 гг., тыс. шт.3 3,7 0,5 0,1 0.1 0.1 4,5
Оценка для обр. 1909/37 гг., тыс. шт.3 0,5 0,1 <0,05 <0,05 <0,05 0,6
Оценка для М-30, тыс. шт.3 1,8 0,9 0,5 1.1 0,6 4.9

1 5952. согласно книге "Артиллерийское снабжение в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг."

2 1522, согласно тому же источнику.

3 Сумма средних ежемесячных потерь, рассчитанных пропорционально доле указанной системы в парке на каждый месяц, входящий в эту сумму.


Литература и источники

1. Таблицы стрельбы и руководства службы 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг., 122-мм гаубицы обр. 1909/37 гг., 122- мм гаубицы обр. 1938 г. и 152-мм гаубицы обр. 1909/30 гг. разных лет издания (1931-1944 гг.).

2. Справочник командира батареи дивизионной артиллерии. Материальная часть и боеприпасы. – М.: Народный комиссариат обороны, 1942.

3. Боеприпасы к 122-мм орудиям наземной, танковой и самоходной артиллерии. – М.: Министерство обороны СССР, 1952.

4. Начальник-Комиссар АНИИ РККА Заходер B.H. Народному Комиссару Обороны СССР товарищу Ворошилову К.Е. Технический рапорт за пятилетие 1930-35 г. – АНИИ РККА., 1935, 37л.

5. РГВА, ф. 35083, оп. 1, д. 110, лл. 1-61.

6. Артиллерия в наступательных операциях Великой Отечественной войны, Кн. II. – М.: Министерство обороны СССР, 1965.

7. Артиллерийское снабжение в Великой Отечественной войне 1941-45гг.-Москва-Тула:ГАУ, 1977.

8. Военно-исторический музей артиллерии, инженерных войск и войск связи. Краткий путеводитель. – Л.: Министерство обороны СССР, 1964.

9. Энциклопедия XXI в. Оружие и технологии России. Ч. 18. Химические боеприпасы. Группа 13. Класс 1320. Боеприпасы и артиллерийские выстрелы калибром свыше 125-мм. 122-мм химический артиллерийский снаряд. – М.: Оружие и технологии, 2006. – Т. 12. – С. 445.

10. Иванов А. Артиллерия СССР во Второй мировой войне. – СПб.: Нева, 2003.

11. Коломиец М. Бои у реки Халхин-Гол май-сентябрь 1939г. //Фронтовая иллюстрация. -2002, №2.

12. Россия и СССР в войнах XX в.: Статистическое исследование. – М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2001.

13. Никифоров Н.Н., Туркин П.И., Жеребцов А.А., Гапиенко С.Г. Артиллерия / Под общ. ред. Чистякова М.Н. – М.: Министерство обороны СССР, 1953.

14. Свирин М.Н. Самоходки Сталина. История советской САУ 1919-1945. – М.: Эксмоидр., 2008.

15. Широкорад А.Б. Энциклопедия отечественной артиллерии. – Мн.: Харвест, 2000.

16. Широкорад А.Б. Северные войны России – М.: Издательство ACT; Мн.: Харвест, 2001.

17. Alexander Ludeke. Deutsche Artillene-Geschutze 1933-1945. – Stuttgart: Motorbuch Verlag, 2010.

18. Легкие гаубицы финской армии на интернет-сайте «Jaeger Platoon» http://www.jaegerplatoon.net/ARTILLERY5 . htm.

Авторы выражают признательность за помощь в подборе материала и подготовке статьи сотрудникам Нижегородской областной научной библиотеки имени В. И. Ленина.

Использованы фото из архивов А. Кириндаса, М. Лисова и А. Хлопотова.

Подготовил к печати С. Федосеев.


А. Кириндас, И. Ксенофонтов

Они шли на Восток

Последовавшие после окончания Первой мировой войны десятилетия прогресса способствовали совершенствованию транспортных средств, в том числе армейских. Однако процесс насыщения войск автомобилями высокой проходимости и машинами для транспортировки войск проходил крайне медленно. Поэтому во второй половине 1930-х гг. мотоциклы оценивались весьма положительно, так как отличались высокой маневренностью, большой проходимостью, хорошей маскировкой (из-за малых габаритов), экономичностью и простотой в эксплуатации. В конце концов, мотоцикл был дешев, и даже гражданские модели могли быть использованы для военных целей. Таким образом, в ведущих европейских странах большое количество двухколесных машин, находящихся в частном владении, создавало существенный резерв мотоциклетного парка.

В конце 1930-х гг. мотоциклетные части нередко сравнивали с конницей, отмечая их преимущества, особенно на маршах. Так, военинженер 2-го ранга Артеменко в одной из публикаций отмечал: «Опыт показал, что моточасть за 2-3 часа может пройти по шоссейным дорогам 70-80 км, в то время как для конницы на это потребуются сутки. Вместе с тем мотоцикл, представляя собой огневую точку, делает мотоциклетную часть более сильной, по сравнению с конницей. Современные моточасти не уступают коннице и в гибкости маневрирования в бою». Специалисты даже сопоставляли мотоциклетные части с моторизованными частями на автомобилях, отмечая, что средняя скорость мотоциклистов в 1,5-2 раза выше. Впрочем, рассуждения наших специалистов носили больше теоретический характер, поскольку мотоциклетный парк СССР был незначителен. Главной же мотоциклетной державой в 1930-е гг. стала Германия.

Первые опыты использования мотоциклов в германской армии, вероятно, относятся к 1897 гг., когда были продемонстрированы буксировка артиллерийского орудия и перевозка личного состава трициклом Cudell 2,75 PS. Строго говоря, этот аппарат имел французское происхождение, и фирма Мах Cudell приобрела лицензию на него в Германии у французской фирмы De Dion Bouton. Впоследствии Cudell Max amp; Со организовала производство мототехники и некоторой другой продукции. Ее предприятия действовали в Аахене с 1898 по 1905 гг., и в Берлине с 1902 по 1906 гг. К 1908 г. эта фирма прекратила свое существование.


В 1930-е гг. надежные мотоциклы Ziindapp широко использовались не только в армии, но и в гражданском секторе.


Военный патруль на мотоциклах.


Мотоцикл BMW R-11


Первые военные маневры в Германии с участием мототехники, вероятно, состоялись к 1904 г., когда были задействованы одиннадцать мотоциклов марки NSU. В дальнейшем мотоциклы стали поступать в армию, а за годы Первой мировой войны германские заводы выпустили около 5400 мотоциклов, что примерно в 10 раз больше, чем на русских заводах.

По окончании войны, в условиях ограничений, накладываемых Версальским договором, командование рейхсвера закономерно обратило внимание на мотоцикл как средство моторизации армии. Экономические условия разрушенной войной страны не способствовали развитию автомобильного транспорта, но, вместе с тем, мотоциклы нашли широкое применение и в народном хозяйстве, и у частных владельцев. Внедрению мототехники также способствовало внимание государства к техническим видам спорта. В 1935 г. была сформирована и приняла участие в маневрах первая специальная мотоциклетная часть вермахта – батальон. В 1936-1937 г. сформировали мотоциклетные батальоны, вошедшие в состав 1-й, 2-й и 3-й танковых дивизий. 1 октября 1937 г. утвердили штаты мотоциклетных батальонов и рот поддержки.

По советским данным, в Германии создавались отдельные подразделения легких разведывательных мотоциклов, каждый из которых представлял собой, по сути, огневую точку с пулеметом, установленным на руле (подобную конструкцию размещения пулемета даже заимствовали для отечественного мотоцикла ТИЗ). Нашли широкое применение и мотоциклы с колясками. Предполагалось, что благодаря большой мощности они смогут совершать марши даже по пахотным полям, транспортируя трех человек с вооружением.

Для обслуживания тыла могли использоваться специальные мотоциклы: санитарные, для подвоза боеприпасов в магазинах или лентах, бензоцистерны емкостью до 300 л, радиостанции, ремонтные летучки с запчастями и инструментом. Конструировали даже мотоциклы-авиастартеры, правда, они являлись скорее экзотикой, и распространение получили стартеры на автомобильных шасси.

В 1930-х гг. мотоциклы активно использовались в военных конфликтах, например, в итало-абиссинской войне и во время гражданской войны в Испании. Но первое массовое применение мотоциклов состоялось в ходе аншлюса Австрии. Германские войска действовали при согласии местного населения и не встречали сопротивления, а мотоциклетные части двигались преимущественно по дорогам. В этой связи потери мотоциклетных частей были не боевыми и относились на счет технических неисправностей и транспортных происшествий. В дальнейшем мотоциклы применялись во время Польской кампании. Выяснилось, что мотоциклетные части сильно привязаны к дорогам несмотря на сухую погоду, сами мотоциклы очень уязвимы для всех видов оружия, а недостаток тяжелого вооружения не позволяет эффективно бороться с противником. В целом стало очевидным, что существующие типы мотоциклов не отвечают требованиям проходимости вне дорог.


Хотя мотоцикл BMW R-12 не отличался мощностью и проходимостью, он широко применялся в немецкой армии.


Встреча немецких и советских солдат в ходе освобождения Западной Украины и Белоруссии. На переднем плане – BMW R-12 с коляской.


Санитарные мотоциклы использовались для эвакуации раненых


Бои Второй мировой войны выявили и положительные качества мотоциклов. Благоприятные погодные условия и развитая дорожная сеть Западной Европы способствовали успешному использованию мотоциклетных частей. Как и в Польской кампании, отдельные тактические успехи (например, бои за Стонн) не оказали заметного влияния на ход военных действий, и армии стран Западной Европы были сравнительно быстро разгромлены. В прессе тех лет указывалось, что немцы только в Северной Франции использовали до 60 000 мотоциклов – ровно столько же, сколько было произведено на всех отечественных заводах до начала Великой Отечественной войны. Большой процент укомплектованности штатов, техническое совершенство мотоциклов, хорошая выучка, высокий уровень организации управления и взаимодействия обеспечили немцам успех на начальном этапе Второй мировой войны. Двигавшиеся в авангарде танковых частей мотоциклисты неожиданно появлялись в городах в глубоком тылу, сея панику, захватывая узлы коммуникаций и перекрывая транспортные пути, став одним из символов блицкрига.

Основной немецкой мотоциклетной частью к началу Второй мировой войны стал батальон. Он состоял из двух-трех мотоциклетных рот, роты тяжелого вооружения, взвода связи и транспортного подразделения. Мотоциклетная стрелковая рота включала три стрелковых (легкопулеметных) взвода и пулеметный взвод (тяжелых пулеметов). В легкопулеметный взвод входили звено связи и три стрелковых отделения. Каждое отделение состояло из командирской машины – мотоцикла-одиночки и 3-4 мотоциклов с коляской. На мотоцикле с коляской размещался пулеметчик с пулеметом, один стрелок (он же подносчик патронов) и мотоциклист- водитель. На некоторых мотоциклах вместо пулемета в коляске возили боеприпасы.

Мотоциклетный парк народного хозяйства Германии к 1 января 1940 г. достиг 1800722 – около 60% мирового парка мотоциклов в то время, что обеспечивало Германии колоссальный мобилизационный резерв. Тогда же определились и основные типы армейских мотоциклов. Так, для связи широко применялись мотоциклы с 2-тактными двигателями объемом до 300 см3 с повышенной проходимостью и малым весом и без специального вооружения. В мотоциклетных частях, подразделениях и соединениях в основном эксплуатировались мотоциклы с 4-тактными моторами объемом 300-1000 см3 – как «одиночки», так и с колясками.

В том же 1940 г. мотоциклетные части подверглись реорганизации, и 1 февраля 1941 г. был утвержден новый штат для штаба, мотоциклетных рот, пулеметных рот и тяжелых рот поддержки. Мотоциклетные батальоны входили в состав танковых и моторизованных дивизий. Мотоциклы применялись в пехоте и в люфтваффе, в частях СС, а также поступали на снабжение многих военных частей и широко использовались в тылу. За период с 1934 по 1940 гг. вермахт без учета трофеев и реквизиций у частных владельцев получил 123249 мотоциклов.


Трицикл в итальянской армии.


Простые и надежные DKW NZ-350 с 2-тактными моторами пережили войну.и даже заложили основу мотопромышленности'в Ижевске.



Мотоциклы Victoria KR-VI служили в вермахте и рейхсвере.


В предвоенной Германии насчитывалось большое количество мотопроизводителей, но наиболее почитаемыми у военных были компании Victoria, Zundapp, DKW, NSU и BMW. Причем на вооружении немецкой армии стояли как специальные военные модели, так и обычные гражданские.

В рейхсвере и вермахте использовались мотоциклы фирмы Victoria – одной старейших в стране. Подобно русскому заводу «Дуке», она начала в 1901 г. с производства велосипедов. Затем был организован выпуск мотоциклов с использованием силовых установок стороннего производства. Так, на мотоцикле KR-I выпуска 1920 г. устанавливался мотор BMW объемом 494 см3 и мощностью 6,5 л.с. Затем фирма осво

ила выпуск мотоциклов с основными комплектующими собственного производства. Мотоциклы Victoria участвовали в соревнованиях и занимали призовые места. Одной из самых распространенных моделей была модель KR-VI, появившаяся в 1927 г. и впоследствии неоднократно модернизированная. Перед началом Второй мировой войны появилась модель Victoria KR-35SN, доработанная по требованиям вермахта.

Широкий ассортимент моделей предлагала фирма Zundapp: DS-350, К-500, KS-600, К-800. Последний выделялся в техническом плане оппозитным 4-цилиндровым двигателем. Фирма DKW в разные довоенные годы выпускала для военных модели NZ-350 и SB-500, которые, в отличие от большинства других производителей, имели двухтактные моторы. Также в немецкой армии использовались мотоциклы NSU моделей 351-OSL, 501-OSL и 601-OSL с 4-тактными моторами.

Фирма BMW (Bayerische Motoren-werke AG) предлагала для армии и народного хозяйства целый ряд мотоциклов – R-4, R-11 и др.

Одним из самых распространенных в рейхсвере и позднее в вермахте являлся тяжелый мотоцикл R-11, выпускавшийся с 1929 по 1934 гг. и неоднократно модернизировавшийся в направлении повышения эксплуатационных параметров. Мотоциклы этого типа наряду с некоторыми другими ограниченно ввозились в нашу страну. Конструкция BMW была высоко оценена нашими специалистами, в первую очередь П. Можаровым, а отдельные технические решения заимствовали при разработке мотоциклов ИЖ, ПМЗ и др.

Стоит отметить и мотоцикл R-12, выпускавшийся с 1929 по 1941 гг. Изначально это была гражданская модель, имевшая некоторые ограничения по проходимости вне дорог, тем не менее, она стала очень распространенной в вермахте, специально для которого изготовили около 10000 таких машин (без учета реквизиций). Оригинальным пионерным решением, примененным на R-12, являлось использование телескопической передней вилки с гидравлическими амортизаторами.

Главные союзники Германии – итальянцы тоже имели широкие возможности для отбора лучших производителей. Для армейских нужд использовались мотоциклы компаний Benelli, Bianchi, Gilera, Moto-Guzzi. Также в Италии развернули выпуск трициклов. Хотя они не были многочисленными, но встречались даже на Восточном фронте.

Во второй половине 1930-х гг. к конструкторам ведущих европейских мотоциклетных фирм пришло понимание того, что для армейских нужд необходим специальный вариант – мотоцикл схемы 3x2, т.е. у которого колесо коляски тоже является ведущим. В числе первых мотоциклов с приводом колеса коляски можно отметить французский армейский Gnome-Rhone АХ II, выпускавшийся компаниями Societe des Moteurs Gnome и Terrot в 1936-1940 гг. Еще одним пионером в области внедорожных мотоциклов была бельгийская компания Fabrique Nationale de Herstal (FN), которая в 1937 г. продемонстрировала модель 12а SM. До конца 1939 г. изготовили 1090 таких мотоциклов. Кроме того, 784 мотоцикла Gillet Herstal 720 AF с приводом на колесо коляски выпустила еще одна бельгийская фирма – Ateliers Gillet, S.А. Трофейные мотоциклы этих трех моделей использовались в вермахте.

Немецкие специалисты внимательно следили за французскими нововведениями. Наряду с R-12, R-35, R-71 и рядом других мотоциклов традиционной схемы фирма BMW по заданию военных спроектировала специальную армейскую модель R-75. На этом мотоцикле, который создавался с явной оглядкой на французские и бельгийские машины (подобно Gillet Herstal 720 AF), момент на заднее колесо передавался цепью, а от ступицы к колесу коляски – валом.

R-75 был разработан в кооперации с другой германской компанией – Zundapp. Около 70% узлов и частей мотоциклов BMW R-75 и Zundapp KS-750 были взаимозаменяемыми, что значительно упрощало снабжение войск запчастями. В отличие от французских мотоциклов, BMW и Zundapp выпускались многими тысячами, тем самым обеспечивая широкую моторизацию армии. Без сомнения, R-75 стал одним из самых совершенных мотоциклов своего времени.

Мотор R-75 выполнили верхнеклапанным – по тем временам это было передовое решение. Высокая мощность двигателя позволяла двигаться по шоссе со скоростью лишь немногим менее 100 км/ч. Система зажигания – от магнето, что позволяло осуществлять запуск без аккумулятора. Кроме того, в системе зажигания впервые применили автомат опережения. Прочее электрооборудование питалось от отдельного генератора.

Самой же выдающейся была трансмиссия. Четырехступенчатая КПП с реверсом блокировалась с понижающим редуктором, в итоге получалось восемь передач вперед и две назад. Рычаги управления КПП и включения пониженной передачи находились на топливном баке справа.


BMW R-75, выпушенный в 1941 г., стал одним из самых совершенных армейских мотоциклов.


Мотоцикл BMW R-75 с коляской, вооруженный пулеметом MG-42.


В заднем мосту разместили дифференциал с механизмом блокировки, который использовался как для преодоления тяжелого бездорожья, так и при езде в случае отсоединения коляски. Вал привода колеса коляски проходил внутри трубы колясочной рамы, что предохраняло его от повреждений. Момент к третьему колесу подводился через редуктор. Заднее колесо и колесо коляски имели общий гидравлический привод тормозов от педали. При этом учли даже возможность отсоединения коляски без ухода тормозной жидкости. Все колеса R-75 являлись взаимозаменяемыми, что было весьма удобно в эксплуатации.

Спереди установили мощную телескопическую вилку; колесо бокового прицепа имело торсионную подвеску, а вот подвески заднего колеса не имелось – это, пожалуй, единственное, из-за чего сегодня данный мотоцикл можно считать устаревшим. Составная дуплексная рама из трубчатых элементов собиралась на длинных шпильках: в полевых условиях один человек мог ее разобрать и отремонтировать. Воздушный фильтр был вынесен на бензобак, его закрывала крышка в форме солдатской каски. На R-75 внедрили даже обогрев рук и ног водителя, а также ног пассажира коляски, осуществлявшийся в холодное время посредством подачи выхлопных газов по особым шлангам.

В качестве спецоборудования устанавливались: ящики или сумки для боекомплекта и походного скарба, 20-литровые канистры для топлива и фляжки для воды, саперные лопатки, светомаскировка, кронштейны для различного вооружения (пулемет, огнемет, миномет) и рации, ветровой и наколенные щитки, сцепное устройство для буксировки специального армейского прицепа. Снаряженный вес R-75 достигал 840 кг.

Первые партии BMW R-75 воевали в армии генерала Роммеля в Северной Африке. Всего за годы войны изготовили более 18 тыс. таких мотоциклов разных модификаций. R-75 весьма положительно оценили и наши специалисты. В план научно-исследовательских и экспериментальных работ на вторую половину 1942 г. ведущего конструкторского бюро Главмотовелопрома по тяжелым мотоциклам была включена тема «Разработать новый тип тяжелого мотоцикла на основе БМВ К-75»8*.

Вторая германская модель с ведущим колесом коляски – мотоцикл KS-750 компании Zundapp (ZQnder und Apparatebau Gesellschaft m.b.H). Как уже отмечалось, его основные узлы были унифицированы с BMW R-75.


Характеристики мотоциклов Германии и Италии выпуска до 1941 г.
Марка, модель Год выпуска, страна Тип двигателя (число цилиндров, число тактов, тип ГРМ) Объем двигателя, см³ Мощность двигателя, л.с. Число передач и привод колеса Масса, кг Максимальная скорость, км/ч Особенности конструкции Построено, шт. 
BMWR-11 1929 02,4Т, SV 745 18-20 3, вал 162 95-112 - 7500
BMWR-12 1935, Германия 02,4Т, SV 745 18 4, вал 185 (без коляски) 110(без коляски) - 36000 
BMWR-35 1937, Германия 1, 4Т, OHV 342 14 4, вал 165 (без коляски) 100(без коляски) - 15386 
BMWR-71 1938, Германия 02,4Т, SV 745 22 4, карданный вал 187 (без коляски) 125(без коляски) Впервые была применена телескопическая вилка и подвеска заднего колеса 3458 
BMWR-75 1941, Германия 02,4Т, OHV 745 26 4+з.х. х 2 (демультипликатор), валы 420 95 Только с коляской, привод колеса коляски Около 18000 
DKWNZ-350 1938, Германия 1.2Т 346 11 4. цепь 145 (без коляски) 105(без коляски) - Около 57000 
Gilera Marte (LTE) 1941, Италия 1.4T.SV 499 14 4, цепь 190 (без коляски) 80 (без коляски) - 2500 
Moto Guzzi Alee 1939, Италия 1,4Т, IOЕ 498 13,2 4, цепь, 179 (без коляски) 90 (без коляски) - Нет данных 
Moto Guzzi Trialce 1940, Италия 1.4Т.IOЕ 498 13,2 4, цепь 336 75 Трицикл с рядом из 2 сидений сзади или кузовом 1741 
NSU6OI-OSL 1938, Германия 1.4T.OHV 562 20 4, цепь 185 (без коляски) 100 (без коляски) - Около 5000 
Victoria KR-35SN/WH 1938, Германия 1.4T.OHV 344 18 4, цепь Нет данных Нет данных - Нет данных 
Zundapp K-800(W) 1933, Германия 04,4Т, SV 804 20 4, вал 215(без коляски) 110/(без коляски) Двигатель уникальной компоновки - 4-цилиндровый оппозитный 7569 
Zundapp KS-750 1940, Германия 02,4Т, OHV 746 25 4+пониж. +з.х., валы 400 105 Только с коляской, привод колеса коляски 18635 

Обозначения: расположение цилиндров – О – оппозитное. V – под углом; число тактов 2Т – двухтактный, 4Т – четырехтактный; SV – нижнеклапанный, ОНV – верхнеклапанный с нижним распредвалом, IOЕ – смешанная схема с верхним впускным клапаном и нижним выпускным.


Мотоциклы Zundapp KS 750.


Двигатель Zundapp с зажиганием от 2-искрового магнето и отдельным генератором по конструкции и характеристикам мало отличался от BMW. Дифференциал можно было блокировать, а привод на колесо коляски состоял из двух редукторов с прямозубыми шестернями и соединительного вала. Тормоза заднего колеса и колеса коляски приводились посредством гидропривода.

KS-750 отличался от BMW R-75 параллелограммной вилкой с рычажным гидравлическим амортизатором, более эффективно гасившей колебания. Подвески заднего колеса, как и у BMW, не было, толчки гасили раздельные сиденья с пружинными амортизаторами. По возможностям трансмиссии он несколько уступал R-75, имевшему понижающий редуктор, однако за счет более объемного топливного бака на 23 л превосходил по запасу хода – более 300 км на шоссе. При боевой массе 400 кг допустимая максимальная нагрузка составляла 600 кг, а ассортимент вооружения и аксессуаров был тот же, что у R-75. Мотоцикл KS-750 выпускался в течение Второй мировой войны.

На начальном этапе войны с СССР армиям Германии и ее союзников сопутствовал успех, одной из составляющих которого было широкое использование мотоциклетных частей. Благодаря хорошим погодным условиям и географическим особенностям Юга России мотоциклы могли эффективно использоваться как по дорогам, так и на пересеченной местности. Однако темп продвижения войск на приоритетном северном направлении не отвечал поставленным задачам. К осени 1941 г. линия фронта в целом стабилизировалась. Летом 1942 г., используя высокую мобильность и техническую оснащенность механизированных частей, германские войска вновь попытались перейти в наступление, однако существенно переломить ход боевых действий им не удалось. Изменившийся в корне характер войны отчетливо показал, что мотоциклетные части уже не отвечают поставленным задачам. Поэтому в марте 1943 г. мотоциклетные батальоны расформировали, а их личный состав и материальная часть были направлены на укомплектование разведывательных и других частей.


Литература

1. «За рулем», 1938г., №3-4; 1940г., №13-14.

2. Борисов Ф. Мотоспорт. – М.; Физкультура и спорт, 1939.

3. Иерусалимский А.М., Иванов А.А., Бекман В.В. Мотоциклетный справочник. 2-е изд. -М. -.Машгиз. 1941.

4. Мотоциклист-боец. Пособие для массовой подготовки мотоциклистов. Под ред. Б.М. Сытина. – М.-Л.: ФиС, 1942.

5. Отчет о работе ГБТУ КА. Бронепоезда, бронеавтомобили, аэросани и мотоциклы. – М.: 1945.

6. Постников А. К. Немецкие мотоциклы. – М.-Л.: Изд-во Наркомхоза РСФСР, 1941.


И. В. Павлов, М. В. Павлов

Первые 12-тонные «Виккерсы» в Подмосковье

В конце 1920-х гг. руководство УММ РККА, учитывая масштабность задач, поставленных перед советскими конструкторами по разработке различных типов боевых бронированных машин и принимая во внимание их явно недостаточный опыт, осознало необходимость широкого использования зарубежного опыта танкостроения.

В практику вошло приобретение УММ РККА различных образцов бронетанковой техники за рубежом с целью тщательного изучения их конструктивных особенностей и внедрения отдельных удачных решений в отечественное танкостроение. При этом изучалась возможность организации серийного выпуска на советских заводах наиболее передовых машин (переработанных с учетом существующих требований по эксплуатации), в особенности танков.

В частности, во время визита в Англию в 1930 г. комиссии под руководством начальника УММ И. Халепского и начальника инженерно- конструкторского бюро по танкам С. Гинзбурга с фирмой «Виккерс-Армстронг» были достигнуты договоренности о закупках малых 6-тонных танков Мк А и 12-тонных средних танков «Медиум» («Виккерс Медиум»). Правда, принимая во внимание коммерческие интересы фирмы, речь шла не о единичных экземплярах, а о партиях по 15 машин каждого типа. При этом предусматривалась и передача комплектов чертежно-технической документации.

Выбор именно 12-тонной машины был вполне закономерен, учитывая предпринимаемые во многих странах усилия по реализации на практике идеи так называемого «маневренного» танка. В СССР в рамках этой концепции велись работы над танком Т-12. Английский образец, на первый взгляд, вполне отвечал требованиям к танку такого типа, что представляло определенную техническую ценность с точки зрения не только дальнейшей модернизации Т-12, но и возможной альтернативы в случае неудачи собственного проекта. А трудности не заставили себя ждать: довести конструкцию танка Т-12 до предъявляемых требований не позволил целый ряд факторов, главными из которых стали отсутствие налаженного специального высокотехнологичного производства и должного опыта у конструкторов.

Специалистов УММ детально ознакомили с 12-тонным танком варианта Mk I, однако для поставок остановились на усовершенствованной (второй) модификации машины. «Виккерс-Армстронг» брала на себя обязательства провести ходовые и сдаточные испытания заказанных образцов в присутствии представителей советской стороны и поставить все машины в течение 1930-1931 гг.


Средний танк «Виккерс Медиум» Mk II на испытаниях. Обратите внимание на существенно меньшую площадь скосов крыши башни по сравнению с оригинальной английской башней. Февраль-март 1931 г.


Исходя из организационных возможностей фирмы, окончательная сборка машин осуществлялась в г. Ньюкасле, где, кроме того, обрабатывались элементы ходовой части и трансмиссии выпускаемых танкеток и танков. Броневые листы и двигатели изготавливались по кооперации с другими производителями в Шеффилде и Ковентри. Для контроля за их изготовлением и проведения приемки летом 1930 г. в Англию были направлены представители УММ В. Бегунов и Я. Сквирский.

Оговаривалось, что сначала англичане поставят опытную партию из трех танков, которые могут быть доработаны на месте по требованиям наших специалистов. После проведения окончательных испытаний в Советском Союзе все выявленные недостатки этих машин подлежали устранению за счет фирмы. Что касается остальных 12 заказанных танков, то «Виккерс-Армстронг» не несла ответственности за какие-либо дальнейшие изменения в их конструкции, внесенные уже в нашей стране.

По согласованию сторон, первые два танка поставлялись без вооружения, а третья машина оснащалась английской 47-мм скорострельной пушкой (боекомплект – 180 выстрелов) и четырьмя 7,71-мм пулеметами (боекомплект – 5000 патронов на каждый). Следующие 12 танков предполагалось вооружить уже у нас, для чего конструкцию стандартных башен следовало доработать с целью установки отечественных 45-мм танковой пушки и пулеметов ДТ (рассматривалась также и установка пулеметов Максим). Соответственно, требовалось изменить и расположение боеукладок в танке. Корректировкам подверглось размещение смотровых щелей в башне и конструкция бортовых скосов крыши башни.

Относительно оценки английских боеприпасов в донесениях представителей УММ отмечалось следующее: «6 свое время мы заказывали у фирмы Виккерс Армстронг снаряды для 47-ми м.м. пушки, которая будет установлена на одном из первых 12-ти тон. танков первой партии. Снаряды были заказаны двух сортов, а именно: «Armour Piercing Shells» в количестве 80 шт. и «High Explosive Shells» в количестве 100 штук. В настоящее время фирма сама не рекомендует брать снаряды второго наименования, исходя из тех соображений, что этот сорт не обладает достаточной силой взрыва и что для таких машин, как наши, он не оправдывает себя с точки зрения его применения. Посылаем Вам чертежи и описания этих типов на рассмотрение наших специалистов, оставив за собой право в будущем, если Вы найдете нужным, заказать указанный тип снаряда». Однако установить, какие же боеприпасы в итоге поступили в СССР, пока не удалось.

Проект установки вооружения в башне, выполненный нашими конструкторами, был отправлен на фирму «Виккерс-Армстронг» в июле 1930 г. и принят англичанами без возражений. Предлагалось также заказать дополнительно три башни, полностью адаптированные под установку отечественного вооружения, для замены башен первых трех поставленных машин. Демонтированные при этом «родные» башни планировалось использовать в качестве запасных.

На первом этапе возникли проблемы с адаптацией под отечественные сорта топлива 8-цилиндрового карбюраторного двигателя «Армстронг Сидделей» мощностью 90 л.с. Так, в письме представителей УММ в Англии на имя Халепского от 26 сентября 1930 г. отмечалось, что «первые испытания двигателей в 90 л.с. для 12-ти тон. танков ни на английском горючем, ни на русском (Грозный №2) удовлетворительных результатов не дали. Нами было предложено провести ряд дополнительных испытаний на русских стандартных сортах. Нами было предложено:

1/ Смесь: Грозный № 1 – 70% и Грозный №2.

2/ Грозный №1.

3/ Смесь Грозный №1 -97% и Бензол – 3%.

4/ По предложению фирмы двигатель был испытан на стандартной английской смеси, состоящей из бензина (авиационный) 80% и бензола-20%.

Наиболее удачным результатом испытаний на этих сортах горючего русского стандарта оказалась смесь Гоозный № 1 – 97% и Бензол – 3%.

На этом топливе двигатель показал около 89 л.с. при 1760 оборотов в минуту».

Первый опытный образец 12-тонного танка (№229) был предъявлен В. Бегунову 28 ноября 1930 г. (с задержкой почти на месяц) и принят только 5 декабря, так как в ходе испытаний были обнаружены дефекты (в том числе нагрев планетарного демультипликатора), потребовавшие их устранения. Кроме того, танк не смог преодолеть заявленные подъем в 45° и вертикальную стенку высотой 0,8 м из-за недостаточного сцепления гусениц с грунтом.

В письме Бегунова на имя Халепского от 6 декабря 1930 г. отмечалось:

«1) Весьма затруднительна регулировка эпициклической коробки передач (демультипликатора. – Прим. авт.). Это мнение завода. Со своей стороны считаю, что это мнение весьма вероятно, но утвердительно сказать не могу, так как испытание не дало мне полностью установить причину дефекта (пробуксовывание дисков сцепления).

2) Прошу обратить внимание на металлический стук (удар), который получается при пользовании рычагами фрикционов при поворотах танка. Обусловливается этот стук конструкцией сцепления.


Средний танк «Виккерс Медиум» Mk II на НИИТ полигоне. Вооружение отсутствует. Февраль-март 1931 г.



Испытание башни при нагрузке из трех человек и перекосе в 12°|.


3) При испытании танка на преодоление подъема в 45° на сыром, разрыхленном грунте танк не показал удовлетворительных результатов.

4) При преодолении вертикального препятствия высотой 0,8 м., обусловленной техническими требованиями по нашему договору и являющиеся стандартными, по заявлению фирмы, танк также не преодолел. Препятствие было представлено в виде бетонной стенки, совершенно вертикальной, с острым углом.

В момент преодоления препятствия наблюдалось пробуксовывание траков».

Однако, несмотря на ряд отклонений от технических требований, танк №229 был принят советской стороной, учитывая острую необходимость проведения испытаний в СССР для скорейшего изучения и совершенствования конструкции современного типа танка.

Задержка со сдачей первой машины объяснялась, по мнению Бегунова, главным образом тем, что «…завод в Нью-Кастеле до выдачи нашего заказа сборкой этих танков не занимался. Производство танков происходило в другом месте: в Шеффилде на заводе «Инглиш Стеел Корпорейшн». Отсутствие опыта у завода в Нью-Кастеле является основным мотивом для предъявления танков в срок, обусловленный нашим договором». Кроме того, выяснилось, что производство отдельных деталей и комплектующих фирма разместила на целом ряде предприятий, разбросанных по всей Англии. Эти заводы также постоянно срывали сроки поставок. Немаловажным являлось и то, что танки предъявлялись для приемки зачастую недоукомплектованными. Это вызывало с нашей стороны вполне справедливые нарекания и задерживало окончательную приемку танков.

В середине декабря советским специалистам были представлены чертежи башни, доработанной под установку отечественного вооружения, а окончательно согласовать эти вопросы планировалось на деревянном макете.

Бегунов 16 декабря в своем письме отмечал:

«1. Башня.

Общее расположение башни и будки водителя.

а/При просмотре этого чертежа возник вопрос о возможности проворачивания башни на 360°, не задевая будки водителя.

Такое явление может наблюдаться, если пушка и башенные пулеметы будут находиться на предельном угле снижения. Отсутствие точных размеров как пушки, так и пулеметов у меня вызвало затруднения в окончательном ответе, и я прошу Вас сообщить мне Ваши указания и решение по этому вопросу. Проверить не трудно при наличии пулеметов, пушки и макета, который Вам немедленно отправляется.

б/ Одновременно с этим вопросом возник вопрос и о нанесении смотровых люков. Трудность заключается в том, что сейчас не известно точное расположение отверстий для пушки и пулеметов по высоте.

Возник вопрос об изменении скосов крыши башни, которые нами предлагались в целях увеличения жесткости. Англичане в своей конструкции (стандартной) придали скосы крыше башни исключительно ради соблюдения железно-дорож. габаритов и отнюдь не ради увеличения жесткости. Сила вооружения как в нашей башне, так и в стандартной остается почти одинаковой. Возможно, что и у нас в части соблюдения габаритных размеров возникнут затруднения.

Использован стандартный механизм 12 тон. танка с добавлением выключаемого приспособления, которое даст возможность при выключении его поворачивать башню рукой. Нами не была задана скорость поворачивания башни. Фирма предложила скорость поворачивания стандартную для Британского Военного Министерства, и именно: 3,4° при одном повороте рукоятки механизма.


Надевание шпор на гусеницы танка силами четырех человек перед испытаниями на пересеченной местности.



По нашему заданию башня должна иметь шариковую опору, причем шарик должен быть взят диаметром 1,5°. Стандартная башня имеет большие колеса, расположенные по внешней стороне башни, служащие для поддержания башни; внутренние ролики служат исключительно для поворачивания башни и воспринятия силы отдачи в момент выстрела. Фирма обращалась к вам с вопросом о сохранении существующей конструкции, гарантируя надежность и прочность башни при заданной силе отдачи 5.000 клгр. (максимальная по нашим требованиям). Ради экономии времени, денег и главное – избежания ломки конструкции, испытанной в период службы этих танков в Британской армии, я ответил согласием. Сейчас, если с Вашей стороны имеются другие указания, это можно исправить и выполнить в точности по Вашим указаниям.

2. Укладка боеприпасов.

Что нами задавалось по нашим переделкам фирме:

а/Снаряды.

Укладка снарядов распадается на следующие секции: вдоль левой стенки корпуса под полом в трех специальных ящиках по 24 снаряда – всего 72 снаряда.

Вдоль правой стенки корпуса на половину по высоте два ящика: в одном – 6 снарядов, в другом – 9. Всего – 15 снарядов.

Оставшиеся три снаряда подвешены вдоль правой стенки около двери. Таким образом, общая сумма – 90 снарядов.

6/ Пулеметные патроны.

Вдоль бензинного бака – 12 обойм.

По кожуху трансмиссии – 24 обойм.

По правой стороне корпуса – 29 обойм.

По левой стороне корпуса – 10 обойм.

Всего: 75 обойм.

Наиболее слабое место в расположении пулеметных обойм это вдоль по кожуху трансмиссии, так как это сильно затрудняет доступ к заднему коробу и фрикционам. По заявлению фирмы, таким же способом расположены и пулеметные ящики для Британского Военного Министерства.

По моему мнению, без особой трудности можно отказаться от этих трех снарядов, так как кроме затруднений и занятий для других целей нужного места, мы ничего иметь не будем».

Однако позже, в начале марта 1931 г., было решено переделать боеукладки в 12 танках уже в Советском Союзе, отказавшись от услуг фирмы, учитывая неоднократные срывы сроков выполнения намеченных работ и необходимость экономии валютных средств. Справедливости ради необходимо отметить, что часть вины за задержку выполнения договора лежала и на советской стороне. Так, англичане долгое время не могли добиться получения необходимых размеров для переделки башен и перекомпоновки боеукладок, что, впрочем, подтверждали и наши представители.

На 18 декабря 1930 г. намечалось испытание второго образца 12-тонного танка, тоже без вооружения. Однако, как и на первой машине, были выявлены отклонения от предъявленных технических требований. Танк вновь не смог преодолеть требуемые подъем и вертикальное препятствие из-за недостаточного сцепления гусениц. Начиная со второй машины, было решено комплектовать танки специальными шпорами. Тем не менее, приемка танков продолжалась.

Третий 12-тонный танк (№231) с вооружением фирма обещала предъявить сначала в конце декабря, а затем в начале января 1931 г. В итоге танк №3 был отправлен в Мурманск на пароходе «Искра» только 19 февраля 1931 г.

Попытка договориться с фирмой об установке радиостанции в 12-тонный танк закончилась неудачей. Возможно, причиной тому являлись некоторые политические мотивы, что неоднократно отмечали советские специалисты, находящиеся в Англии. В итоге было принято решение закупить отдельно комплект танковой радиостанции и смонтировать его на танке уже в Советском Союзе.

Постоянный срыв сроков поставок танков в 1931 г., по утверждениям фирмы, объяснялся в основном задержкой в изготовлении брони в Шеффилде, где завод оказался перегружен заказами. Поэтому все намечавшиеся переделки башен этих танков под советские требования были сведены к минимуму.

После проведения в мае очередной корректировки сроков график поставки 12-ти тонных танков выглядел следующим образом: 4-я машина – 15 мая; 5-я – 22 мая; 6-я – 29 мая; 7-я – 5 июня; 8-я – 12 июня; 9-я – 17 июня; 10-я – 6 августа; 11-я – 13 августа; 12-я – 20 августа; 13-я – 27 августа; 14-я – 3 сентября; 15-я – 15 сентября.

Для экономии времени предлагалось к середине мая предъявить на приемные испытания первые шесть машин (начиная с танка №4) без башен; в ходе их проведения установить доработанные башни (должны быть предоставлены к 1 июня) и по завершении необходимых дополнительных испытаний отправить танки в СССР. Однако англичане и на этот раз подвели, и от этого замысла пришлось отказаться.

Приемочные испытания танка №4 (№232) прошли только в середине июля, а 1 августа он был отправлен в СССР на пароходе «Смольный». Пятый 12-тонный танк (№233) после сдаточных испытаний отправили через несколько дней. В том же месяце были приняты и отправлены танки №6, №7, №8, №9 и №10.

Однако при проведении пробеговых испытаний в Англии обнаружился еще один недостаток – разбалтывание заклепок траков (случалось, что после пробегов приходилось менять до 17 плиц). Их замена оказалась крайне затруднена, так как требовалось предварительно срубать ослабевшие заклепки. Тогда было решено установить на танк №9 одну гусеницу со старыми заклепками, а другую – с заклепками вполупотай. Последний вариант показал удовлетворительные результаты на испытаниях, и начиная с этого танка все машины оснащались такими гусеницами.

9 сентября 1931 г. на пароход «Кооперация» был погружен танк №11, а 19 сентября на пароход «Сучан» – танк №12. 13-й танк покинул Лондона в конце сентября, 14-й танк – 9 октября. Во второй половине октября прошел испытания последний танк №15, однако его сдача задержалась из-за дефектов в бронелистах башни. Только 10 ноября 1931 г. его погрузили в Лондоне на пароход «Рыков». Таким образом, договор с фирмой «Виккерс-Армстронг» был полностью выполнен.


Танк «Виккерс Медиум» Mk II на испытаниях в СССР. Февраль 1931 г.


Испытание танка №230 по преодолению канавы при крене 30*.


Вал «эпициклического сцепления» с сорванной профилировкой (справа).


9 января 1931 г. первый образец №229 (№1) доставили на буксире в распоряжение Испытательной группы УММ РККА со склада №37. Поначалу он был достаточно холодно принят членами комиссии под руководством С. Гинзбурга, находившимися под впечатлением от весьма успешных испытаний 6-тонных танков «Виккерс». Позже отношение к 12-тонному танку изменилось в лучшую сторону. От английской стороны на испытаниях присутствовал майор Одди.

Уже отмечалось, что еще при проведении сдаточных испытаний танка в Англии был выявлен нагрев планетарного демультипликатора, установленного за коробкой передач, но из-за острой нехватки времени отгрузку в СССР первой машины произвели в таком виде. При разборке демультипликатора обнаружили разрушение крепежных деталей и явный износ шлицевого соединения вала и втулки фланца соединительной муфты. Наиболее вероятной причиной сочли некачественный монтаж и подгонку этих элементов при сборке машины в Англии. Полностью устранить дефект на месте не удалось. Представитель фирмы майор Одци отмечал в своем отчете:

«Эта машина (танк N9229. – Прим. авт.) имела эпициклический вал с дефектной профилировкой, т.к. я первоначально согласовал с русской комиссией оставить этот вал на машине, пока профилировка окончательно не срежется, тогда мы и заменим его присланными новым валом и соединениями.

Профилировка вышеуказанного дефектного вала срезалась до того, как машина проделала вышеуказанный пробег, и мы теперь установили новый вал и соединения.

Опять-таки, эпицикл на этой машине функционировал прекрасно в обоих направлениях (прямой и низком) во все время пробега.

Ни разу он не давал признаков перегрева и в дополнение никаких установок не было сделано к торсионной ленте эпицикла, управлению и вилке расцепления во все время пробега».

18 января, после выполнения англичанами всех необходимых ремонтных работ, в ходе пробных испытаний танка наблюдалась нестабильная работа и заглохание двигателя на малых оборотах. Пришлось снять и осмотреть магнето. Кроме того, вследствие небрежного монтажа потребовалось заменить прокладки соединения выпускной трубы. С 21 по 30 января производились пробные поездки танка с одновременным устранением выявленных дефектов. При очередном осмотре машины обнаружили поломку восьми ведомых дисков «сцепления управления», которые заменили отдельными сегментами, полученными путем шлифовки поломанных стальных дисков.

За первую неделю марта танк №229 (№1) преодолел 220,7 км. Однако 7 марта при движении произошло полное разрушение шлицевого соединения вала «эпициклического сцепления», поэтому «Виккерс Медиум» пришлось тащить на буксире в гараж, чтобы заменить вал и муфту новыми деталями, присланными из Англии.

Весной 1931 г. танк №1 использовали в основном для ознакомительных и учебных целей, хотя выявленные недостатки больше не повторялись. Полноценные ходовые испытания проводились на втором образце.

6 февраля 1931 г. со склада №37 в Испытательную группу прибыл второй образец – танк №230 (№2). Основное внимание в ходе пробегов уделялось ведомым дискам сцепления. «…После ремонта при пробеге танка в движении были поломаны шпильки пружин сцепления управления РАКГАМ. Разобранное сцепление оказалось с поломанными ведомыми стальными дисками. Диски были заменены отдельными сегментами, и сцепление в таком виде работало до окончания испытаний».

Парадоксально, но даже с таким дефектом сцепление танка функционировало нормально. Весьма интересная информация об этом приведена в отчетах майора Одди:

«Каждый из дисков сцепления… был разломан на несколько частей, все трещины приходились к месту, где диск прорезан, и в добавление к этому у каждого прореза, который еще не был сломан, была отчетливо видимая трещина. Фактически все диски были или сломаны, или у прорезов имелись трещины.

Все поломки были давнишними, ни одна из трещин не оказалась недавней.

Я исследовал левое сцепление, но оно оказалось в порядке.

Я объяснил русской комиссии, что я не знал причины вышеуказанного, так как в нашей практике этого раньше не было.

Я объяснил русской комиссии, что не является необходимым снятие ведущих дисков сцепления, когда они поломаны, т.к. эти диски будут работать удовлетворительно даже и тогда, когда они сломаны (расколоты) на части или сегменты, при условии, что каждый сегмент изготовлен, как указано ниже, раньше, чем производить сборку сцепления.

1. Каждый сегмент должен быть слегка укорочен, с тем чтобы предотвратить наползания друг на друга.

2. Острые края каждого сегмента должны быть сняты с двух сторон, чтобы предохранить прокладку на ведущих дисках от порезов и разрыва.


«Виккерс Медиум» движется по пересеченной местности.


3. Оба угла каждого сегмента должны быть закруглены по радиус (по внутреннему диаметру или радиусу), чтобы предохранить от поре зов барабан сцепления во всякое время (внутренний).

Относительно вышеуказанного я объяснил, что хотя ведущие диски сцепления были сломаны, сцепление очевидно работало хорошо, а во вышеуказанные диски были сломаны некоторое время тому назад и ма шина с тех пор проделала значительную работу.

Я осмотрел сцепление на первом двенадцатитонном танке, и было обнаружено, что хотя два ведомых диска сцепления были сломаны на части (на сегменты)… сцепление не причинило недоразумения и рабо тало удовлетворительно.

Эти диски также были сломаны уже значительное время и все ж они не предоставили каких-либо затруднений».

Вновь обратимся к отчетам майора:

«Второй 12-ти тонный танк проделал пробег в 502 км (314 миль) ведомыми дисками, в одном сцеплении Ракгама, разделенными на шесть сегментов каждый.

Первый 12-ти тонный танк проделал пробег в 212 километров (134 мили) с 7 из ведомых дисков, разделенными на шесть сегментов каждый.

Ни одна из машин не дала каких-либо затруднений в этом отно шении, хотя большинство из этого пробега было произведено на пересеченной местности, что вызывало необходимость более частого усиленного употребления управления сцепления Ракгама, чем этап требует пробег по дороге.

Русская комиссия соглашается, что если какой-либо из ведомых дисков сцепления будет найден поломанным или сломается на любом и. дальнейших 12 тонных танках, то они пересоберут эти сломанные ведомые диски сцепления …на шесть сегментов.

Сцепление РАКГАМА (с дисками, разделенными на шесть сегмен тов) на 2-м 12-ти тонном танке было снято и осмотрено после того, как были закончены испытания и как ведомые диски сцепления (с проклад кой ферродо), так и ведущие диски сцепления (в шести сегментах каж дый) были найдены в прекрасном состоянии.

Я объяснил русской комиссии, что нет причины, почему эти ведомые диски сцепления не должны быть разделены на шесть сегментов при первой сборке сцепления в Англии, и что я уделю этому вопрос внимание, когда приеду в Англию».

Фирма «Виккерс Армстронг» обязалась внедрить такую конструкции ведомых дисков сцепления на оставшихся танках.

28 февраля 1931 г., после устранения выявленных дефектов, состоялось испытание танка №2 на «слаженность работы механизмов двигателя» в течение длительного пробега по шоссе и по разбитой проселочной дороге (глубина снега – до 50 см). Пробег протяженностью 104 км, занявший чуть больше 6 ч, проходил в условиях сильного ветра короткие остановки совершались для осмотра машины и отдыха испытателей. Шпоры не надевались. По шоссе танк прошел 80 км, показа-среднюю скорость 18,9 км/ч, а по проселочной дороге – 24 км со средней скоростью 17,8 км/ч.

Работа элементов трансмиссии и двигателя не вызвала нареканий. Управляемость и маневренность танка на всех скоростях испытатели признали хорошими. Однако недостаточное сцепление гусениц при движении танка по обледенелым участкам дороги приводило к заносам, поэтому приходилось снижать скорость.

1 марта были организованы испытания по преодолению естественных препятствий при движении на пересеченной местности. После съезда с Волоколамского шоссе на бездорожье на танк №230 надели шпоры. Эта процедура заняла у четырех человек около 1 ч (на снятие шпор потребовалось 20 мин). Затем маршрут движения танка пролегал до д. Черново. Местность изобиловала подъемами до 15’ и была покрыта снегом глубиной до 1 м.

Весь маршрут протяженностью 50 км был преодолен за 3 ч 43 мин без каких-либо серьезных замечаний. Отмечалось, правда, излишняя высота шпор, что привело к разрушению элементов крепления надгусеничных полок. Использование шпор при движении по твердому покрытию вызывало сильную вибрацию танка и вынуждало снижать скорость движения до предельно малой величины.

Майор Одди заметил в своем отчете:«Шпоры мы применили только раз, на коротком, но очень жестоком пробеге по пересеченной местности (через очень глубокий снег) с многочисленными подъемами и т.д.

Мы имели также еще более жестокое испытание по пересеченной местности, когда снег во многих местах достигал глубины 2 фут. 6 дюймов и 3 футами и местность изобиловала многочисленными пнями (покрытыми снегом), включая также препятствия, подъемы и канавы.

Машина выполнила это прекрасно и произвела все это испытание без шпор».

Двигатель при кренах до 18° работал «четко, как и на горизонтальной дороге».

При испытаниях по определению скоростей движения танка получили следующие результаты: максимальная скорость по шоссе – 32 км/ч, на грунтовой дороге со снежным покровом до 40 см – 20 км/ч, по снежной целине со снежным покровом до 40 см – 14 км/ч. Средние скорости движения составили: по шоссе – 21 км/ч, по проселку – 17,8 км/ч.

7 марта на НИИТ Полигоне состоялось испытание танка по преодолению искусственных препятствий при глубине снежного покрова 1 м. Танк без шпор свободно преодолел ров шириной 1,8 м и порог высотой 0,6 м с бруствером в 0,25 м. В то же время из-за недостаточного сцепления гусениц с грунтом не удалось преодолеть надолбы, а испытания по сваливанию деревьев не проводились из-за опасения повредить лобовую часть корпуса танка9*.

Всего же за время испытаний танк №2 прошел 502 км (503,1 км). Запас хода по шоссейным и грунтовым дорогам при наличии глубокого снега составил 240-250 км.

Последняя неприятность на этих испытаниях случилась на заключительном этапе, когда при возвращении танка из 70-км пробега, практически у самого входа в гараж полигона, произошло разрушение двух пальцев гусеницы.

Для определения условий работы экипажа танка провели замеры температуры воздуха в боевом отделении при закрытых люках. Через 15 мин работы двигателя температура уверенно достигала +36°С, однако после включения электровентилятора так же быстро снижалась до величины температуры окружающего воздуха.


«Эпициклическое сцепление» танка в разобранном виде.


Танк «Виккерс Медиум» в одной из танковых школ. 1930-е гг.


По мнению советских специалистов, испытания 12-тонных танков «Виккерс Медиум» показали их хорошую маневренность, управляемость и достаточно высокую проходимость в зимних условиях. Машина могла совершать большие суточные пробеги и обладала достаточно надежной конструкцией, с отработанными механизмами трансмиссии и двигателя. К сожалению, наличие глубокого снежного покрова не позволило полностью выполнить запланированную программу по преодолению препятствий. Для получения полных характеристик танка предлагалось продолжить испытания в летний период, а пока использовать данные фирмы «Виккерс-Армстронг» при приемке танков в Англии.

На этом испытания первых 12-тонных танков в СССР были завершены, а майор Одди вернулся в Англию. В своем финальном отчете он констатировал: «Русская комиссия соглашается, что испытания вышеуказанной машины были весьма удовлетворительны и что машина дала чрезвычайно хорошую демонстрацию во все время испытаний в здешних суровых условиях.

…Русская комиссия заявляет, что теперь она очень довольна и целиком удовлетворена всем относящимся к 12 тонному танку».

Общий вывод советских специалистов гласил:

«Все боевые и конструктивные данные танка определяются специфичностью цели, для которой он создан (Колониальный танк). Данный танк имеет хорошо работающий мотор, трансмиссию и движитель. При моторе небольшой мощности (82 HP10*) на свой вес (13 тонн) танк дает высокие скорости и обладает хорошей проходимостью (в зимних условиях), надежностью действий и прочностью.

Танк является хорошо выполненной машиной, требует дальнейшего изучения при испытаниях в летних и осенних условиях».

Несмотря на столь обнадеживающие выводы, 12-тонные танки «Виккерс» использовались у нас в основном в учебных целях. Остался нерешенным окончательно вопрос об оснащении этих машин отечественным вооружением. Кроме того, броневая защита этого танка даже в начале 1930-хх гг. выглядела явно недостаточной на фоне стремительного развития противотанковой артиллерии. Даже неплохие характеристики подвижности уже не гарантировали успех применения «виккерсов» на поле боя.


Литература

1. Переписка с Торгпредством СССР в Лондоне с английской фирмой «Виккерс» по заказам танков для РККА. 1930-1931.

2. Отчет по зимним испытаниям легкого 12-ти тонного танка ВИККЕРС марки «//». – НИАБТ полигон УММ РККА, 1931.

Международная выставка вооружения, технологий и инноваций «0боронэкспо-2014»

13-17 августа, Москва, Жуковский


Фоторепортаж М. Никольского и В. Изъюрова.







Фоторепортаж М. Никольского и В. Изъюрова.


Фото В. Изьюрова.


1

1 Н.А. Астров находился на должности главного конструктора в течение всего периода трудовой деятельности до 1985 г., т.е. более 50 лет.

(обратно)

2

2 Тактико-технические требования, или, как говорил Н.А. Астров, «Три Татьяны».

(обратно)

3

* Далее по тексту использовано название этой автомобильной марки, употребляемое в современной русскоязычной технической литературе, хотя транскрипционная запись читается как «Сайдли-Дизи».

(обратно)

4

1 Снова можно сослаться на школьный курс физики: уравнение состояния идеального газа дает прямую пропорциональность плотности газа от его давления и обратную от его абсолютной температуры в градусах Кельвина.

(обратно)

5

2 Здесь есть определенная натяжка. Масса в походном положении 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. с передком 2510 кг, 122-мм гаубицы обр. 1938 г. (М-30) с передком – 3100 кг. Без передка в походном положении М-30 действительно легче 122-мм гаубицы обр. 1910/30 гг. с передком, но весьма ненамного – 2360-2500 кг в зависимости от года выпуска.

(обратно)

6

3 Воспоминания В. Я. Тихонова на интернет-сайте "Я помню": http://iremember.ru/artilleristi/tikhonov-vasiliy- yakovlevich/stranitsa-3. html.

(обратно)

8

• Из-за отсутствия латиницы во многих печатных машинках в большинстве отечественных документов германские мотоциклы обозначались «К», а не «Я», например К-75.

(обратно)

9

1 В отчете по зимним испытаниям первых двух 12-тонных«Виккерсов» в Советском Союзе указана толщина лобовых 6ронелистов корпуса танка 8.5 мм (как, впрочем, и остальных броневых деталей корпуса и башни), хотя в английских источниках приводится несколько большее значение – 12,5 мм (для других броневых деталей – 8 мм). – Прим. авт.

(обратно)

10

2 По английским данным -90 л.с.

(обратно)

Оглавление

  • Чемпионат мира по танковому биатлону
  • Динамическая защита – вчера,сегодня,завтра
  • Когда «Пума» встанет в строй рядом с «Леопардами»?
  • Ослепить и подавить. Корабельные средства РЭБ российского флота
  • Боевые машины Николая Александровича Астрова
  • Неизвестный «солдат»
  • 122-мм гаубица обр. 1910/30 гг. В тени «обелисков славы» советской артиллерии Часть 4
  • Они шли на Восток
  • Первые 12-тонные «Виккерсы» в Подмосковье
  • Международная выставка вооружения, технологий и инноваций «0боронэкспо-2014»

    Вход в систему

    Навигация

    Поиск книг

    Последние комментарии

    Загрузка...